Сарамонович Анджей

Тестостерон

Анджей Сарамонович

Тестостерон

Testosteron: Andrzej Saramonowicz (2002)

Перевод Ирины Киселевой

Действующие лица:

Корнель, 30 лет, жених, орнитолог

Ставрос, 54 года, отец жениха

Янис, 30 лет, брат жениха, юрист

Червь, 31 год, друг жениха, микробиолог

Титус, 33 года, официант

Третин, 29 лет, копирайтер

Фистах, 34 года, перкуссионист

Акт первый

В помещении стоят сервированные столы. На них — вазы с фруктами, блюда с закусками, бутылки с водкой и напитками. Рядом на небольшом подиуме музыкальные инструменты: ударная установка, синтезатор, гитары, — а также микрофоны и звукоусилители.

Быстро входит Титус, официант. На нем черные брюки, белый пиджак и бабочка. На голове — наушники от плеера. Он держит большой поднос со столовыми приборами. Пританцовывая, подходит к столу. Раскладывает приборы возле тарелок. Он все время двигается в такт музыке и подпевает. Внезапно одна ложка выскальзывает у него из рук и падает на пол.

Титус. Черт!..

Титус так удивлен, что останавливается и снимает наушники. С ненавистью смотрит на ложку. Пауза.

Титус (ложке). Ну и чего ты лежишь?.. Цистит хочешь заработать?.. Вставай! (Смотрит на ложку.) Тебя что, просить надо? Ты этого хочешь? (Ложка лежит неподвижно, что вызывает раздражение Титуса.) Ну и лежи себе… Мне по фиг, понятно?.. (Он опять надевает наушники и, покачиваясь, продолжает раскладывать приборы. Однако лежащая ложка не дает ему покоя. Титус снимает наушники и снова подходит к ложке.) Только не думай, что я тебя буду упрашивать… (Ложка молчит.) Ну ладно… Я тебе помогу, если ты меня попросишь… (Ложка молчит.) Да пошла ты… Ладно, подниму, я не такой козел, каким ты меня хочешь выставить… (Наклоняется, чтобы поднять ложку, и в этот момент все приборы, лежащие на подносе, падают на пол.) Чтоб вас! (Становится на колени. Роется в лежащих на полу приборах, поднимает то одно, то другое, внимательно осматривает и откладывает в сторону. Наконец поднимает ложку. Титус смотрит ложке «прямо в лицо».) Вот так бывает всегда, когда хочешь сделать добро!.. (Бросает ложку, которая летит на подиум с инструментами. Сидит, беспомощно глядя на разбросанные приборы. С упреком в сторону ложки.) Нет чтобы извиниться… Только это ваше долбаное молчание… (Встает, подходит к подиуму, ищет ложку среди инструментов.) И не думай, что этим молчанием ты заставишь меня почувствовать свою вину… Все никак не научитесь, что, если есть проблема, о ней надо говорить… Надо… Надо… (Внезапно выпрямляясь.) А иди ты в жопу… Лежи себе там… Молчи… Только оставь меня в покое!.. (Отворачивается. Уже собирается уйти, как вдруг его внимание привлекает гитара. Он берет ее. Неуверенно оглядывается вокруг. Никого нет. Включает гитару. Играет. Слышны простые аккорды. Начинает петь.)

Когда я увидел ее впервые / девушку из июльского сна / ветер ласкал ее пряди золотые / в белом платье была она… (Перестает петь. Довольный собой, улыбается. Откладывает гитару, подходит к микрофону. Еще раз оглядывается, проверяя, не видит ли его кто-нибудь. Никого нет. Неожиданно Титус расстегивает белый пиджак, снимает его и выворачивает наизнанку. У пиджака блестящая подкладка пунцового цвета. Титус надевает пиджак блестящей стороной наверх, хватает микрофон и становится в позу Элвиса Пресли.)

В эту минуту за дверью слышатся громкий шум и голоса. Титус застывает на месте. Дверь со страшным грохотом открывается. В зал вваливаются двое мужчин в элегантных, но слегка помятых и кое-где порванных костюмах: Ставрос и Фистах. Они тащат по земле избитого Третина, у которого течет кровь из носа. За ними входит сильно перепуганный Червь. Титус, увидев это, бросается к ним, выворачивая пиджак на лицевую сторону.

Титус (ничего не понимая, Ставросу). Что вы так рано?.. Говорили же в семь…

Ставрос. Заткнись!

Титус (глядя на лежащего Третина). Рановато сегодня началось… Обычно такое у нас под конец бывает…

Ставрос. Заткнись и закрой дверь!

Титус неуверенно поглядывает на него.

Ставрос. Ну сколько раз тебе повторять? Дебил, что ли?

Титус. Ладно, ладно… Только без оскорблений…

Титус идет и закрывает дверь на замок. Хочет подойти к Ставросу, но тот, не глядя на него, рукой подает знак, чтобы он вышел. Титус неприязненно смотрит на Ставроса и выходит, что-то бормоча себе под нос.

Червь (наклоняясь над Третином). Я вот думаю, а не поступили ли мы несколько опрометчиво…

Ставрос (агрессивно). Это ты говоришь, ты, кореш Корнеля?.. Его кореш? И ты, блин, говоришь: опрометчиво?..

Червь замолкает.

Ставрос (Фистаху). Нас вроде никто не знакомил… (Подавая руку.) Ставрос…

Фистах (подавая руку). Фистах…

Ставрос. Спасибо тебе, Фистах, за помощь… (Червю.) Что с Корнелем?

Червь. Не знаю… Такая толчея была… Все прыгали друг по дружке…

Ставрос (презрительно глядя на Червя). На войне я бы с тобой в разведку не пошел…

Червь. Я…

Ставрос. Что ты?

Червь. «Непригоден к строевой службе»… Если бы война, я б по-любому…

Ставрос (игнорируя Червя, Фистаху). Круто было, Фистах… Ты видел, какая заваруха началась?.. Я не уверен, что сам бы справился… (Показывая на Третина.) Вроде такой сморчок, а как держался!.. Только когда ты ему на спину запрыгнул, упал… А потом уже просто… Каблуком, каблуком… (Смотрит на ботинки.) Блин… Полдня начищал, а уже тусклые… (Третину.) Твое счастье, что не развалились… Ты знаешь, козел, сколько я за них заплатил?..

Третин (напуганный). Извините, я все могу объяснить…

Ставрос (резко). Рот закрой!

Третин. Нет, в самом деле… Это какое-то ужасное недоразумение!

Ставрос. Ну конечно! Ржать надо мной и моей семьей — ужасное недоразумение, козлина!..

Третин. Я ничего не имею против вашей семьи…

Ставрос. Чё, нормального языка не понимаешь?! Я сказал… блядь! Заткнись!

Червь (Третину). Вы лучше и правда заткнитесь, раз Ставрос настаивает…

Фистах (Ставросу). Корнель упал… Кажется, его кто-то ударил большой свечой… этой… ну как ее там?..

Третин. Пасхальной…

Ставрос (в ярости.) Что я тебе, блядь, сказал?!

Третин замолкает.

Фистах. Да, пасхальной свечой… А потом я потерял его из виду, потому что по нему все ходили… вроде его вынес такой лысый…

Ставрос (с гордостью). Янис!.. Моя кровь!..

Червь наклоняется к Третину и подает ему носовой платок. Ставрос подскакивает к нему и вырывает платок.

Ставрос. А ты чего?

Червь. Ну… Ведь кровь же… Я хотел…

Ставрос. Это же не война!

Червь. Вот именно…

Ставрос (подчеркнуто). Это не война, поэтому мы не обязаны соблюдать долбаную женевскую конвенцию… Крыса он, а не пленный!.. Ему вообще ничего не положено… (Хохочет.) Если только отрава… (Осматривается.) Кстати, насчет отравы… Может, нам принять по маленькой?..

Фистах. Ээээээ!..

Ставрос подходит к Фистаху и вопросительно смотрит на него.

Фистах. Если только по маленькой, я пас…

Ставрос. И это мне в тебе нравится, молодой человек! (Червю.) «Непригодный к строевой», ты, конечно, тоже дернешь?..

Червь. Я бы предпочел вино…

Ставрос (презрительно). Это тебе не вечеринка у педиков!..

Червь замолкает. Фистах подходит к столу. Наливает в стаканы водку. Когда протягивает стакан Ставросу, тот отказывается.

Ставрос. Нет, нет, нет!

Фистах (удивленно поглядывает на стаканы). Что, много?

Ставрос. В конце концов, у нас праздник! Мы что, должны сами себя обслуживать? (Оглядывается.) А куда делся этот козел? (Громко.) Официант! (Ждет минуту, а потом кричит еще громче.) Официант!!!

Открывается служебная дверь. Входит Титус. На голове у него наушники. Ставрос подходит к нему.

Ставрос. Вот именно! (Снимает наушники с головы Титуса.) Давай работай, иначе будет скандал!..

Червь (Титусу). Извините, а где здесь клозет?

Титус. За дверью налево… потом по ступенькам вниз… потом направо… потом направо… потом направо…

Фистах. Заело…

Титус (объясняет). Да нет, там действительно надо три раза направо… Потом по ступенькам вверх… во дворик… пройти через дворик, а там вторая дверь слева, и все… Нет, нет… Третья слева… Вторая дверь — это женский туалет…

Все удивленно смотрят на него.

Ставрос. Что это, бля, такое? Дорога в нужник или схема прохода в ставку Гитлера?

Титус (сконфуженный). Нет, но… Вообще-то, у нас… как раз сегодня туалет… того…

Ставрос (изумленный). Я ослышался, да?..

Червь. Боюсь, я не найду…

Фистах. Возьми такси…

Титус (с готовностью Червю). Я вас провожу…

Ставрос. Куда?! Водку наливай!.. (Червю.) Мобила есть? (Червь кивает.) Если потеряешься, звони…

Червь неуверенно смотрит на Титуса, но тот только разводит руками, показывая, что не в состоянии ему помочь. Червь уходит, Титус подходит к столу и наливает водку в рюмки. Когда он поворачивается, держа поднос с рюмками, Ставрос недовольно смотрит на него.

Ставрос. Это тебе не детский утренник!.. Наливай как мужикам! В стаканы!

Титус озадаченно смотрит на полные стаканы. Берет один из них, нюхает. Кривится.

Титус. Но здесь уже есть водка…

Ставрос (агрессивно). Тогда вылей ее обратно в бутылку, а потом налей снова… Я снял зал с полным обслуживанием, а не с самообслуживанием!..

Титус переливает водку из стаканов в бутылку, а потом снова разливает по стаканам.

Ставрос (Фистаху, наблюдая за Титусом). Нет, быть официантом — полный отстой… Только педикам такое может нравиться… Ты давно знаешь Корнеля?

Фистах. Я вообще его не знаю… (Видит удивленный взгляд Ставроса.) Я гость со стороны Алисы…

Ставрос (с ненавистью). Сука!.. Гребаная сука!.. (Заметив растерянный взгляд Фистаха.) Но ты, Фистах, вроде неплохой парень… (Титусу, показывая на стаканы.) Почему только два?

Титус (удивленно). Но вас только двое…

Ставрос. Ослеп? (Показывая на лежащего Третина.) А крыса? Он что, собака?

Титус и Фистах удивленно смотрят на Ставроса.

Ставрос. Вы чего?.. Я, может, и бываю строг, но я не чудовище…

Третин (робко). Я не хочу водки…

Ставрос. А кого здесь интересует, чего ты хочешь? (Титусу.) Себе тоже налей…

Титус благодарно кивает головой и бежит к Третину с водкой. Третин протестует, но Титус, не желая иметь проблем, вынуждает его взять стакан. Возвращается к столу. Наливает себе. Тем временем Фистах садится за стол, берет тарелку, накладывает на нее целую гору еды. Начинает есть.

Ставрос (расхаживая со стаканом). В жизни каждого мужчины наступает такой момент, когда его сын женится…

Фистах (с полным ртом). А если у него дочь?

Ставрос с укором смотрит на Фистаха.

Фистах (извиняясь, машет вилкой). Сорри…

Ставрос. Обычно в такие моменты произносится тост, прославляющий красоту невестки… Но жизнь не всегда напоминает сериал «Любовь как любовь». Поэтому сегодня нам не остается ничего другого, как сказать: Господа! Пусть сдохнут все неверные суки!.. (Залпом выпивает водку, ставит стакан на стол и делает несколько шагов вперед, наступает на разбросанные столовые приборы, теряет равновесие и с грохотом падает на пол.)

Все застывают. Фистах привстает из-за стола, чтобы увидеть Ставроса. Ставрос тем временем поднимается, держа в руках несколько ложек, и грозно направляет их на Титуса.

Ставрос (Титусу, сквозь зубы). Что это… бля… такое?

Титус (испуганно). Ну, это потому… потому что вы пришли так рано…

В этот момент открывается дверь служебного хода, и, охая, входит Червь. Его костюм и руки в ярко-красных пятнах. Все с удивлением смотрят на него.

Фистах (проглатывая очередной кусок). Что с тобой? Кровью мочишься?

Червь (плаксиво). В кране была краска…

Титус. Господи… Вы не туда зашли…

Червь. Я шел по плану…

Титус (объясняет всем). Он, наверное, зашел в кладовку… Брат нашего шефа — художник… Ну, знаете… Перформансы и всякое такое… Он держит там свои инсталляции… «Кран Балладины»… Вы, наверное, открыли «Кран Балладины»…

Червь (плаксиво). Я шел по плану… Через дворик, потом третья дверь слева…

Титус. Справа! Я говорил: справа! (Умолкает и смотрит на всех.)

Все недвусмысленно смотрят на него.

Титус (неуверенно). Я сказал… слева?

Фистах, Червь, даже лежащий Третин утвердительно кивают. Ставрос медленно подходит к Титусу и смотрит ему прямо в глаза.

Ставрос (сквозь зубы). Сегодня особый день в моей жизни…

Титус (тихо). Свадьба сына?..

Ставрос. Я сейчас не об этом… Сегодня особый день, потому что я встретил самого большого в своей жизни дебила… А мне уже пятьдесят четыре года… Этот дебил… (Показывает на Третина.) …лежит там… Но ты… Ты, парень, круче Шумахера… Бьешь все рекорды…

Титус. Просто у меня сегодня неудачный день…

Ставрос. Неудачный день был у твоей матери, когда она встретила твоего отца… Который, по-видимому, только-только слез с дерева…

Титус (холодно). Не знаю… У меня не было отца…

Ставрос. Тогда сходи в зоопарк… Вы по-любому друг друга узнаете… (Смотрит с усмешкой на Титуса, а потом начинает изображать обезьяну.)

Титус смотрит на него с нарастающей яростью.

Титус (сдерживая ярость). Да пошел ты… Клоун!

Ставрос (иронически улыбаясь). Ну! Наконец хоть какой-то человеческий рефлекс!

Разъяренный Титус хватает Ставроса за лацканы пиджака и притягивает к себе. Ставрос пытается вырваться, но Титус, хотя и ниже ростом, сильнее. Он крепко держит Ставроса.

Титус. Еще одно слово, и я тебе башку проломлю!

Ставрос (теряя уверенность в себе). Послушай…

Титус. Заткнись, понял! Я не шучу!

Ставрос замолкает. Он смотрит на Фистаха и Червя в поисках поддержки, но оба делают вид, будто их это не касается. Фистах ест.

Третин. Он реально не шутит…

Все, пораженные тем, что Третин заговорил, уставились на него. Третин тем временем встает, отряхивается и гнется из стороны в сторону, распрямляя позвоночник.

Ставрос (Титус по-прежнему его держит). Кто тебе разрешил встать, крыса?

Третин. Отцепись! Сколько можно лежать на твердом! Задница болит как не знаю что! (Делает несколько шагов и останавливается в «безопасном» месте — за Титусом.)

Он на самом деле не шутит… Ссора — наиболее частая причина убийств в мире… Когда-то в одном из американских штатов провели анализ убийств за десятилетний период… И что оказалось?.. 41 % убийств произошел из-за того, что жертва словесно оскорбляла убийцу, а в 34 % случаев не слушалась его, подрывая тем самым его авторитет… Советую это учесть…

Все так поражены, что Титус даже отпускает Ставроса и смотрит на Третина. Третин подходит к столу, берет с блюда свернутый ломтик ветчины, кладет его в рот и, жуя, продолжает.

Третин. Чаще всего убийство — вовсе не одностороннее нападение на ничего не подозревающую жертву… Это скорее эффект динамического обмена между атакующим, то есть в данном случае официантом… (Титусу.) А, собственно, как вас зовут?..

Титус (сбитый с толку). Титус…

Третин (протягивая ему руку). Очень приятно… Себастьян Третин…

Титус. Кретин?

Третин (подчеркнуто выразительно). Тре-тин… Третин… У моей семьи французские корни… Так о чем я?..

Фистах. Об убийстве…

Третин. А, да… Итак, вполне возможно, что в этом зале убийство будет именно результатом обмена… динамического, повторяю, обмена между атакующим, то есть Титусом… и жертвой, то есть… (Ставросу.)…в данном случае вами, и last but not least[1] — свидетелями происшествия, то есть (показывает на Фистаха и Червя.) …нами… Цель виновника очевидна: не потерять лицо… иначе говоря, сохранить репутацию, которую жертва поставила под сомнение своими грубыми замечаниями по поводу уважаемых родителей Титуса… В присутствии… подчеркиваю… свидетелей…

Все, разинув рты, смотрят на Третина.

Ставрос (пораженный). Что это, люди?.. Какой-то долбаный канал «Дискавери»?

Воцаряется тишина. Все смотрят на Третина, спокойно доедающего ломтик ветчины. Наконец Фистах встает и выходит из-за стола. Подходит к ТРЕТИ НУ, который смотрит на него с явным испугом.

Фистах (протягивая руку). Фистах.

Третин (вздыхая с облегчением). Третин… Себастьян Третин…

Ставрос удивленно наблюдает за происходящим. Фистах возвращается на место и ест. В это время Червь, демонстративно взглянув на Ставроса, подходит к Третину и протягивает ему для приветствия испачканную краской руку.

Червь. Магистр Миськевич… Можешь называть меня Червь…

Третин (осторожно пожимая ему руку). Очень приятно… Третин…(Показывая на платок, выглядывающий из кармана Червя.) Разрешите?..

Червь утвердительно кивает. Третин берет платок и, стоя за Титусом и глядя с вызовом на Ставроса, вытирает лицо. Он не замечает, что платок весь в красной краске, и размазывает ее по лицу.

Третин (отдавая платок и не спуская глаз со Ставроса). Спасибо…

Ставрос (обескураженный). Что это? Что, бля, с вами такое?.. Если кто-то в этом зале и имеет право на убийство с целью сохранения репутации, так это мой сын!!! Которого, по причине отсутствия, представляю я! Это его лицо и… что особенно неприятно… его яйца… были выставлены на посмешище перед Богом и людьми!.. Нет худшего преступления! Даже за кражу лошади платили головой, а за это…

Раздается стук в дверь. Ставрос замолкает. Видно, как кто-то дергает ручку двери, а потом снова стучится.

Титус (Ставросу). Спокуха… Там заперто!

Стук в дверь усиливается и переходит в грохот.

Ставрос (в сторону двери). Сегодня закрыто!

Стук усиливается.

Ставрос (в сторону двери). Пошли на хер! Я сказал: закрыто!!!

Янис (из-за двери). Папа!.. Это я!.. Януш!

Ставрос (обрадовавшись). Янис! Слава богу! (Титусу.) Ну-ка мигом… Вы бы не могли открыть?

Титус идет и открывает дверь. Входят: Янис, с большим конвертом и пиджаком Корнеля, и Корнель, в очках, с забинтованной головой и закатанным рукавом рубашки. Корнель держит стойку с капельницей, в другую его руку введен внутривенный катетер. Увидев это, Червь подбегает к столу, берет стул и ставит его в центре зала. Корнель тяжело опускается на стул, ставит рядом с собой стойку с капельницей. Голову роняет на грудь. Ставрос бросается к нему.

Ставрос (Корнелю, с тревогой). Корнель, сынок…

Корнель не реагирует.

Ставрос (Янису). Что с ним?

Янис, ничего не говоря, подает Ставросу конверт. Ставрос вынимает оттуда рентгеновский снимок черепа. Внимательно изучает его, потом подходит к Третину и дает ему снимок.

Ставрос (обвиняюще). Ну как? Доволен?

Пораженный Третин рассматривает снимок и делает вид, что ничего не понимает. К нему подходит Фистах, который опять встал из-за стола. Он забирает у Третина снимок и начинает его рассматривать.

Ставрос (Янису, испуганно). И что теперь?

Янис. Да ничего… Под конец только потерял сознание… Его хотели отправить на обследование, но он отказался… К счастью, привезли чувака, на которого наехал трамвай… Началась суматоха. «Где нога?.. Где нога?..» Тут мы и слиняли… Есть что выпить?.. Запарился…

Вокруг Фистаха собрался «консилиум»: Червь, Титус и Третин. Они рассматривают снимок, указывают на что-то пальцами, совещаются. Ставрос замечает это, подходит к ним и вырывает снимок. Они виновато отворачиваются.

Ставрос (Титусу, язвительно). Не откажите в любезности, дайте моему сыну что-нибудь выпить.

Титус бежит к столу и наливает водку в стакан.

Ставрос (наклонившись над Корнелем). Ты что-нибудь выпьешь, сынок?

Корнель (не поднимая головы и показывая пальцем на капельницу). Так я же пью…

Титус подбегает к Янису и подает ему стакан. Янис залпом выпивает. Застывает, вытаращив глаза, кашляет и задыхается.

Янис (хрипло, Титусу). Туалет?.. Где туалет?..

Титус (перепугавшись). За дверью налево… потом по ступенькам вниз… потом направо… потом направо… потом направо…

Задыхающийся Янис недоуменно смотрит на Титуса, потом в отчаянии машет рукой и выбегает. Титус, перехватив яростный взгляд Ставроса, бежит вслед за ним. Фистах возвращается на свое место.

Третин. Мне кажется, со стороны господина Корнеля это было по меньшей мере легкомысленно… Удары по голове… особенно по затылочной части… могут вызвать опасные гематомы… Конечно, пасхальная свеча сделана из мягкого материала… то есть воска… но все-таки увесистая… Я уже не говорю о более тяжелых предметах…

Во время этой тирады Корнель медленно поднимает голову и с удивлением смотрит на Третина. Потихоньку встает.

Корнель (Ставросу). Что он здесь делает, папа?..

Ставрос собирается все объяснить, но в этот момент Корнель взрывается.

Корнель (Третину). А ты… блядь!.. Ты что здесь делаешь?!.. Ну уж нет!.. Я тебя в пыль сотру, покемон гребаный!

Прежде чем кто-либо успевает отреагировать, Корнель бросается на Третина. Он бьет его ногой и огревает стойкой с капельницей, вырвав трубку катетера. Третин уворачивается. Фистах наблюдает за происходящим из-за стола, не переставая есть. Червь хочет вмешаться, но Ставрос его останавливает.

Ставрос (Червю). Правда должна взять верх…

Корнель все время лупит Третина стойкой с капельницей.

Корнель (кричит). Ты хотел мне жизнь поломать, да?.. Но она моя!.. Моя, понял?..

Третин (лежа и стараясь увернуться от ударов). Я знаю, что ваша… Я этого не отрицаю!.. Я только прошу: дайте мне все объяснить!..

Корнель. Ничего я тебе не дам!.. Я тебя кастрирую, мудила!..

Третин. Зря вы так!.. Я вашу Алису сегодня увидел впервые в жизни! То есть… лично… А раньше только по телевизору!..

Корнель (тяжело дыша). Я тебе яйца оторву!

Третин. Вы уже это говорили!..

Червь (Ставросу). Он прав… Корнель уже это говорил…

Корнель (тяжело дыша). Я тебе хер оторву, на хер!

Ставрос (Корнелю — укоризненно). Сын, ты и вправду повторяешься…

Корнель, дыша все тяжелее, отсутствующим взглядом смотрит на Ставроса.

Корнель. Папа…

Ставрос. Да, сынок?

Корнель. Мне плохо… (Пошатнувшись, падает на пол.)

Неожиданно гаснет свет. На несколько секунд сцена погружается в темноту. Слышны оглушительные звуки рок-музыки. Через минуту музыка прекращается так же внезапно, как и началась.

После затемнения.

В центре сцены лежит Корнель. Ноги у него высоко подняты; их держит Червь. Рядом с Червем стоят Фистах и Третин. Оба рассматривают рентгеновский снимок, который держит Фистах. Тихо комментируют его. У головы Корнеля стоит на коленях Ставрос и гладит сына по лицу.

Ставрос. Корнель?.. Корнелик?.. Ну будь мужчиной…

Открывается дверь. Вбегает Титус, держа на подносе кружку. Встает на колени рядом со Ставросом.

Титус. Мята… Только что заварил… Должна подействовать…

Ставрос. Остыла?

Титус утвердительно кивает.

Ставрос (с благодарностью). Спасибо, Титус…

Ставрос приподнимает Корнелю голову и вливает ему отвар в рот. Корнель выплевывает мяту и стонет.

Титус. Слабый организм.

Ставрос. Чувствительный… Весь в меня… (Титусу.) А как там Янис?.. Полегчало ему?

Титус. Да где там… Фонтан за фонтаном.

Червь (показывая на Корнеля). Надо ему дать по морде…

Ставрос. Как бы я тебе сейчас не дал… Лежачего не бьют…

Фистах. Червь прав… Надо дать ему пару раз, а то будет так лежать невесть сколько…

Титус (поддерживая Фистаха). Еще яйца застудит.

Ставрос. Собственного сына бить по лицу?.. Без причины?.. Как-то неудобно… (Фистаху.) Может, вы?..

Фистах. У меня рука тяжелая… А здесь… как я вижу… слабый организм…

Ставрос (подчеркнуто). Чувствительный!

Третин (робко). Может, я попробую?

Ставрос. Еще чего!.. Отыграться захотел? Когда человек лежит без сознания!..

Фистах. Тогда, может, Титус?

Титус. Ну… надо, так надо… (Вопросительно смотрит на Ставроса.)

Ставрос некоторое время колеблется.

Титус наклоняется над Корнелем. Легонько шлепает его по щеке. Потом опять. Корнель не реагирует. Титус ударяет его еще несколько раз, сильнее.

Корнель (улыбаясь в бреду). Любимая?.. Любимая, это ты?..

Все удивленно переглядываются. Титус опять бьет Корнеля по щеке.

Корнель (улыбаясь). Алиса?.. Алиса… Сисечки мои, попка… Еще немножко… Да, как я люблю, ты знаешь…

У всех от удивления отвисают челюсти. Фистах смотрит на Червя и протяжно свистит.

Червь (Фистаху). Я его с этой стороны не знал…

Ставрос (встревоженный, Корнелю). Корнель! Корнель!.. Это я, твой отец!.. С тобой отец говорит!

Корнель (продолжая бредить). Алиса… Сделай еще разок… пожалей своего непослушного котеночка…

Ставрос. Корнель! (Изо всей силы бьет Корнеля по лицу.)

Корнель. Папа?!!!

Червь. Ну наконец!..

Червь неожиданно бросает ноги Корнеля на пол. Корнель садится как заводной.

Корнель (учительским тоном). Мнение, будто положение на правом боку во время полового акта способствует появлению потомка мужского пола, привело к тому, что французские аристократы удаляли себе левое яичко…

Фистах. Крыша поехала…

Корнель (тем же тоном). Чем выше уровень тестостерона в крови петуха, тем больше и ярче у него гребень и сережки. Однако уровень тестостерона влияет также на восприимчивость к инфекциям, поскольку снижает сопротивляемость организма…

Пораженный Ставрос, пытаясь как-то объяснить поведение сына, поднимает с пола кружку и нюхает ее. Это замечает Титус.

Титус (обиженно, Ставросу). Ну что вы… Мята… Свежезаваренная….

Корнель (тем же тоном). Негативное влияние стероидных гормонов на иммунную систему приводит к тому, что мужчины более восприимчивы к болезням, чем женщины. И продолжительность жизни намного больше… прошу внимания… например, у кастратов…

Третин (удивленный). Что это он все время про кастрацию?.. Хобби у него, что ли, такое?..

Фистах (хватаясь за голову). Ну, труба!.. (Подходит к столу, садится и снова накладывает себе на тарелку гору еды. Начинает есть.)

Червь. Небось думает, он на лекции…

Титус смотрит на Червя с недоумением.

Червь. Корнель преподает на биофаке в нашем университете… Он — специалист по птичкам…

Титус (хохочет). Как и все мы… Время от времени…

Червь. Он — орнитолог!.. Выдающийся!

Ставрос (с гордостью). Моя кровь…

Червь. Я имею удовольствие работать вместе с ним…

Титус. И вы тоже… по птичкам?..

Червь (отрицательно качает головой). Я — микробиолог…

Титус подходит к Червю и встает перед ним. Он намного ниже ростом, поэтому вынужден задирать голову.

Титус. Как-то не похожи вы на микро… биолога…

Фистах (сам себе, не переставая жевать). Ну, труба!.. Я фигею!..

Корнель. Алиса!!!

Ставрос. Слава богу! Приходит в себя!

Третин и Червь наклоняются над Корнелем.

Третин. Корнель!.. Корнель!.. Вы меня узнаете?

Корнель внимательно смотрит на Третина.

Корнель (удивленный). Это опять ты, покемон?.. Я ведь тебя убил…

Третин (ласковоулыбаясь). Нет, нет… Еще до того как меня убить, вы потеряли сознание…

Корнель. Что?

Третин (по слогам). Соз-на-ни-е… (Успокаивающе.) Все уже в порядке…

Корнель. В порядке?.. Какой, на хрен, порядок?.. (Показывая пальцем на Червя, наклонившегося над ним рядом с Третином.) Опять ты трешься возле моей Алисы?

Червь (обескураженный). Я — не твоя Алиса… Я — Червь, слышишь?.. Червь!..

Корнель (улыбаясь). Червь…

Червь (обрадованный). Он меня узнал…

Корнель (улыбка на его лице сменяется гримасой). Значит, и ты трахаешь мою жену? (Грустно.) Червь, Брут ты гребаный…

Червь (удивленный). Ты чего, Корнель?

Корнель с трудом поднимается. Оглядывается вокруг.

Корнель. Вы все ее порете, да?.. (С грозным видом поочередно указывает на всех пальцем.) Все!.. Вы, гребаные похотливые дельфины!

Титус. Какие еще… дельфины?

Червь (объясняет). Самцы дельфинов действуют в группе. Окружают самку, вынуждают ее отделиться от стада, а потом сношаются с ней по очереди…

Третин. Прямо как менеджеры в моем рекламном агентстве…

Фистах (за столом, удивленно качая головой). Ну, труба!

Ставрос (пытаясь остановить вертящегося на месте Корнеля). Сынок!.. Успокойся!.. Ты среди друзей!..

Корнель. Друзей?.. (Хватая Ставроса за лацканы пиджака, с отчаянием.) Мою жену немцы трахают!..

Ставрос (удивленно). Ну сынок!..

Титус (Червю). Какие еще немцы?

Червь (разводит руками). Я — микробиолог…

Третин (объясняя всем). Моя семья родом из Франции, а не из Германии…

Ставрос (объясняя всем). Это все из-за пасхальной свечи… По затылку…

Корнель (срывая с головы повязку и бросая ее на пол). Алиса моя, ты опозорена!.. Утробу твою оросило дьявольское семя!

Титус (удивленный). Утробу? Он вообще знает, как выглядит половой акт?

Фистах (за столом, наливая себе водку). Труба!..

Ставрос (объясняя всем). Я же говорю, это из-за пасхальной свечи… Как-никак увесистая…

Корнель (вознося руки в романтическом жесте). Жена!!!

Янис (громко). Какая жена? Какая жена?.. Она тебе не жена!

Янис входит так неожиданно, что все замолкают. Даже Корнель удивленно на него смотрит. Янис подходит ближе, расхристанный, весь в красных пятнах, галстук развязан. Он вытирается бумажным полотенцем.

Янис (удивленно). В кране была краска…

Корнель (обескураженно). Как это… не жена?

Янис (продолжая вытираться). В правовом и сакраментальном смысле обряд недействителен, поскольку Алиса не сказала: да! Кроме того, акт бракосочетания вообще не состоялся…

Корнель. Может, у тебя и не состоялся, ты, импотент греческий!

Янис (укоризненно). Я правду говорю, брат…

Корнель (протестуя, как ребенок). Я тебе не брат!..

Ставрос. Как это не брат?.. Корнель!.. (Добродушно.) Янис — твой брат, так же как я — твой отец…

Корнель (решительно). Ты мне не отец!

Ставрос (удивленно). Как это?

Корнель. Ты мне не отец!.. Я тебя увольняю!

Фистах (недоуменно качая головой). Вот, блин, труба!..

Ставрос (Фистаху). Что труба? Что труба? Вы не увиливайте, лучше бы посоветовали что-нибудь!

Фистах (несколько удивленный). Ну, если вы настаиваете… (Встает из-за стола, вытирая рот салфеткой.)

Титус (Червю). Но дельфинами вы меня удивили… Смышленые рыбки…

Червь. Это млекопитающие, Титус… Млекопитающие…

Неожиданно свет гаснет. На несколько секунд сцена погружается в полную темноту. Слышны оглушающие звуки рок-музыки. Через минуту музыка прекращается так же внезапно, как началась.

После затемнения.

В центре сцены стоит стул. На нем сидит Корнель. Вокруг него все остальные. У Корнеля голова запрокинута вверх. У носа он держит носовой платок, весь в крови. Титус стоит рядом с сахарницей в руках и кормит Корнеля сахаром. Около стула стойка с капельницей.

Корнель (повелительно). Еще!

Титус дает ему ложечку сахара.

Корнель. Еще!

Титус выгребает сахар из сахарницы и кормит Корнеля.

Корнель. Еще!

Титус (беспомощно). Сахар закончился…

Янис. Тогда, может, печенье… У нас здесь есть что-нибудь?..

Ставрос. А может, капельницу снова поставить? (Пробует ввести Корнелю в руку катетер.)

Корнель внезапно вскакивает.

Корнель. Ты что, отец?.. С ума сошел? Хочешь меня искалечить?!

Ставрос застывает. Все смотрят на Корнеля.

Корнель. Мне уже лучше! (Смотрит на платок.) О, Господи!.. Сколько крови я потерял…

Червь (забирая у него платок). Нет, нет… Это «Кран Балладины»…

Фистах (Корнелю — озабоченно). Прости, что я тебя так… Больно было?..

Корнель. Нет, нет… Очень профессионально… (Всем присутствующим.) Господа! Предлагаю всем сесть… (Титусу.) Не могли бы вы налить нам?

Корнель показывает на стол. Все подходят к столу и садятся. Титус наливает водку в стаканы и рюмки. Корнель показывает жестом, чтобы и он сел. Титус садится с краю. Корнель встает.

Корнель. Господа! Я должен извиниться перед вами… Из того, что вы рассказываете, я делаю вывод, что меня немного занесло.

Ставрос. Успокойся, сынок… Быковать — для мужика нормально.

Корнель. Однако же человек — не скотина, должен владеть собой…

Присутствующие протестуют, перекрикивая друг друга, спешат сообщить, что они вовсе не так восприняли поведение жениха, но Корнель успокаивает их, стуча ложкой по бутылке.

Корнель. Единственное, что меня оправдывает, это состояние необычайного возбуждения. Моя сегодняшняя женитьба… и особенно ее необычный финал… плюс удар, который я получил по затылочной части твердым предметом…

Ставрос. Пасхальной свечой… Восковой…

Корнель (с укором посмотрев на Ставроса). В любом случае тяжелой свечой… вызвали у меня сильный стресс, который, в свою очередь, привел к большой потере сахара в организме… Это, собственно, и стало причиной бредовых видений, во время которых… как я с прискорбием узнаю… я оскорбил кое-кого из присутствующих…

Присутствующие протестуют. Они не чувствуют себя оскорбленными. Корнель снова стучит ложкой.

Корнель. Нет, нет, господа… Моя вина бесспорна… Ведь это моя свадьба, а вы — мои гости… Поэтому я прошу разрешения произнести тост. За здоровье моих гостей!

Корнель выпивает. Остальные тоже. Он садится. Воцаряется тишина, которую никто не решается нарушить. В конце концов медленно и неуверенно встает Третин.

Третин (неуверенно). Корнель… Господа… Мне кажется, наступил момент, когда и я должен кое-что сказать… То, что я сегодня пережил… Я уже не говорю о том, что господин Фистах…

Фистах. Просто Фистах…

Третин. …что Фистах прыгнул мне на спину… а у меня сколиоз из-за болезни Шейермана — May, которую я перенес в детстве… (Фистах морщится.) …и о том, что господин Ставрос меня пинал и таскал за волосы… (Ставрос морщится.) …и даже о том, что господин… господин Корнель… ударил меня стойкой в брюшную полость… (Корнель морщится.) Я все это понимаю… Эмоции… Хочу, однако, выразить свое недоумение по поводу того, что вы считаете меня виновником… Я лично скорее считаю себя жертвой… Жертвой невыясненного недоразумения…

Червь. Минутку, минутку… Алиса сказала священнику, что не может выйти замуж за Корнеля, потому что любит вас…

Ставрос (мгновенно вспылив). Сука долбаная!

Корнель (резко). Папа! Ты говоришь о моей жене!

Янис. Она тебе не жена…

Корнель низко опускает голову.

Третин. Но ведь она не говорила, что любит меня!

Ставрос. Как это не говорила… Священник спросил: «Хочешь ли ты взять в мужья Корнеля»?.. А эта сука…

Корнель. Папа, я тебя просил!

Ставрос. А Алиса сказала, что нет, что она только вас…

Янис (подтверждая). И даже указала на вас пальцем…

Ставрос. И подошла к вам…

Корнель (вдруг вскакивает, с ненавистью в голосе). И начала тебя целовать, покемон гребаный!!!

Все удивленно смотрят на Корнеля. Корнель, сникнув, садится.

Корнель (просительно). Извините… Флэшбэк… Это, скорее всего, флэшбэк… (Титусу.) В сахарнице что-нибудь осталось?..

Титус подает Корнелю сахарницу. Корнель садится, выскребает из нее остатки сахара.

Третин. Господа, вы не о том говорите. Действительно, к моему великому удивлению, она начала страстно меня целовать, засовывая язык, кстати, аж по самые миндалины…

Янис (прерывая его, строго). Простите… Нельзя ли избавить нас от таких подробностей?! Мой брат…

Корнель (спокойно). Да нет… Я сахар ем…

Титус (Червю). А у меня миндалины удалены…

Третин. Но я был удивлен не меньше вас! И все-таки настаиваю на том, что Алиса не лично обо мне говорила. Вот доказательство… (Достает из кармана диктофон и триумфально поднимает его вверх.) Вся церемония записана!

Червь (удивленный). Вы записывали венчание?

Третин (с гордостью). Да!

Ставрос. Вы шпион?

Третин. Я журналист… Собственно, я не… но на венчание Корнеля и Алисы я попал… можно сказать… по долгу службы… Меня направила редакция «Viva!»… Вам, конечно, известно, что «Viva!» особенно интересуется свадьбами известных лиц. А так как Алиса — популярная и любимая певица…

Ставрос. Вот сука!.. (Корнелю.) Прости, сынок…

Корнель разводит руками, показывая на сахарницу.

Янис. Ну… Тогда давайте послушаем вашу «правдивую» версию…

Третин ставит диктофон на стол и включает. Все наклоняются к нему. Слушают. Из диктофона слышно какое-то хрипение.

Ставрос (нетерпеливо). Ну нет, бульканье какое-то!

Фистах (Третину). Басы, блин, все глушат.

Третин. Не знаю, я не разбираюсь… (Показывая на диктофон.) Это жены…

Янис (удивленный). У вас есть жена?

Третин. Да. Уже полтора года.

Ставрос. Не верю.

Третин достает из кармана паспорт. Показывает его Ставросу. Все тоже хотят посмотреть, но Ставрос не дает.

Ставрос (удивленный). Действительно…

Третин (наклоняясь и показывая другую страницу в паспорте). И дочка… (С гордостью.) Вот, здесь… Вот запись… Видите?.. Это моя Зузя… Зузанна Чеслава… Это в честь матери жены… (Достает фотографии.) Вот, пожалуйста… моя Зузя…

Ставрос и остальные начинают с интересом рассматривать фотографии.

Третин. Вот, с бабушкой… А тут с женой на озере…

Червь и Титус улыбаются. Ставрос тоже смотрит с умилением.

Ставрос. Это на озере Вигры?..

Третин. Нет, это Мамры… Мамры…

Янис (заинтересовавшись, тепло). А у меня сынок… Пётрусь… Месяц и семь дней…

Ставрос (радостно). Моя кровь!..

Третин (гордо). А моей Зузьке уже восемь месяцев…

Янис. Ммм… Уже большая… Еще сиську сосет или уже из бутылочки?..

Фистах (удивленно прислушиваясь). Труба…

Титус. Кстати, у нас ведь здесь тоже бутылки, может, выпьем?

Ставрос. Золотые слова, Титус… Золотые слова…

Титус наливает.

Янис. Так что там с записью? Надо бы все же послушать! Справедливости ради…

Ставрос (поднимая стакан). Минутку!.. Еще успеем… Не забывайте о традициях… Господа!.. (Вставая.) За здоровье жениха!

Все встают. Пьют. Садятся. Корнель кивком благодарит за тост.

Янис (закусывая водку колбасой, Третину). Я вот думаю, знаете… Вы говорите: жена… Говорите: ребенок… Вы производите впечатление счастливого человека… Однако жену моего брата целовали…

Корнель. Она не моя жена!

Третин. Давайте придерживаться фактов. Это она меня целовала, а не я ее!

Корнель. Вот сука!

Ставрос улыбается Корнелю.

Фистах. Давайте наконец выясним, как было на самом деле! Пусть кто-нибудь приставит диктофон к уху, спокойно прослушает и нам расскажет! А то просто труба какая-то!

Ставрос (беря диктофон). О’кей…

Третин. О нет! Я протестую! Вы заинтересованная сторона! Пусть слушает магистр Миськевич!

Ставрос (сбитый с толку). Кто?

Корнель. Червь, папа… Он — магистр Миськевич…

Червь встает и кланяется Ставросу.

Червь. Магистр Миськевич.

Ставрос. Так ведь он тоже заинтересованная сторона!

Червь (удивленно). Я? (Разочарованно.) Ну вот, сейчас вы ко мне начнете цепляться…

Ставрос. Речь идет о том, что… (Ищет аргументов.) …что… Ведь вы тоже там были! И поэтому у вас субъективный взгляд на вещи… Пусть послушает кто-нибудь, кто… (Неожиданно замолкает.)

Все выжидающе смотрят на него. Он смотрит на Титуса.

Титус (застигнутый врасплох). Я?

Все утвердительно кивают. Титус берет диктофон. Прикладывает его к уху. Слышно хрипение. Лицо Титуса становится напряженным.

Титус. Совсем неразборчиво…

Червь (с укором). Понятно, что неразборчиво!.. Сосредоточьтесь!

Титус продолжает слушать. Из диктофона по-прежнему доносится хрипение.

Титус (медленно). Священник говорит: Корнель, хочешь ли ты Алису…

Ставрос (нетерпеливо). Дальше! Дальше!

Хрипение.

Титус. Корнель говорит: да…

Корнель (сердито). Я знаю, что я сказал! Дальше!

Хрипение.

Титус. Говорит: Алиса…

ВСЕ. Дальше!

Хрипение.

Титус. Вот, кажется!.. Алиса говорит… (Медленно повторяет.) Было бы грехом… выйти замуж за человека, которого… не… не… которого не любишь…

Корнель опускает голову и тянется за сахарницей. Пальцем выскребает остатки сахара.

Титус (продолжая слушать). Самое главное — быть верным любви…

Фистах. Вот сука…

Титус (продолжая слушать). Верным любви… моим перцем…

Янис (удивленно). Каким еще перцем?

Титус (сбитый с толку). Я должен еще раз, страшно шумит…

Хрипение. Титус внимательно слушает, и его лицо освещается улыбкой облегчения.

Титус. Понял! Не моим перцем, а мое сердце!.. (Торжествующе.) Мое сердце принадлежит другому!

Корнель (сердито, Титусу). Тебе смешно?

Титус. Нет, вообще… Я радуюсь, что расслышал… Ужасный шум… Из-за басов, наверное…

Фистах (недоверчиво крутя головой). Блядища…

Третин (уверенно). Ну вот, сами видите! Она сказала «другому»! Она не сказала «мое сердце принадлежит Себастьяну Третину»!

Ставрос (раздраженно). Нет!.. Никакой это не аргумент!..

Третин (удивленный). Как — не аргумент?

Янис. Отец прав. То, что она не назвала вашу фамилию, не значит, что речь шла не о вас. Каждый юрист вам это скажет!

Третин (несколько испуганно). Какой еще… юрист?

Ставрос. Например, Янис… Янис — юрист… (С гордостью.) Моя кровь!

Янис. Папа, я же просил. Не Янис, а Януш… Меня зовут Януш…

Ставрос. Я тебя назвал Янисом…

Янис. Когда надо было пойти меня зарегистрировать, мать не могла тебя найти целую неделю!

Ставрос. Я отмечал твое рождение…

Янис. В результате она пошла сама… Злая как тысяча чертей… И поэтому я — Януш…

Ставрос. Для меня ты всегда будешь Янисом… Как твой дед, а мой — отец… (Третину.) А ваша линия защиты провалилась!..

Фистах (решительно ставя стакан на стол). Не провалилась!

Все ошарашенно смотрят на Фистаха.

Фистах (Корнелю). В утешение могу сказать, что не только вас кинули! Третина тоже!.. Да и меня!..

Ставрос (пораженный). Вас? Неужели и вас что-то объединяло с этой… с Алисой?

Фистах. Ага! Два года!

Удивленное выражение на лицах присутствующих.

Червь. Ситуация, похоже, еще больше накаляется…

Титус. Может, я налью?

Ставрос. Попозже! (Разозлившись.) Сейчас окажется, что из нас семерых только я ее не трахал!

Корнель. Купить тебе за это цветы?

Фистах (Ставросу, разочарованно). По-вашему, других отношений, кроме сексуальных, между женщиной и мужчиной не бывает?

Ставрос. А что, бывают?

Янис. Ну… Мать и сын…

Третин. Бабушка и внук…

Червь (грустно). Я и моя бывшая невеста… (Видя удивленные взгляды.) Хотя это, вообще-то, плохой пример… Потому что я этого хотел…

Ставрос. Тоже мне примеры!.. Мать с сыном!.. А Эдип?

Титус. Так это же в Греции… У них там крышняк срывало по полной…

Ставрос (злой, Титусу). Кончай про Грецию, слышь… Я — грек и не позволю себя оскорблять!.. Что какой-то там официант может знать о нашей богатой культуре!.. Ну и где эта долбаная водка?

Титус. Вы же сказали не наливать…

Ставрос. А теперь говорю наливать!

Титус встает и наливает водку в стаканы.

Ставрос (Фистаху). Ну слушаем, слушаем…

Фистах встает и в процессе рассказа ходит по залу.

Фистах. Вы, наверное, знаете, я — перкуссионист… Начинал в «Дефлорации»… но мне трэш как-то не очень… примитивная музыка… поэтому я перешел в другую группу, «Псы святого Франциска», с которыми записал два диска…

Титус (Фистаху, с восторгом). Ваш первый диск — супер… Особенно третья песня… (Поет.) «А я вхожу в нее как нож, по мне стекают струи крови…» (Видя удивление остальных.) Офигенный музон…

Фистах. Спасибо… Мне тоже нравится… Но я с ними разошелся… у нас были разные взгляды… и я перешел в «Леди панк»… Но ненадолго… Вообще не срослось… А потом…

Ставрос. Минуту! Это что?.. История восхождения на музыкальный Олимп?.. Вы хотели про Алису… эту, бля, суку… рассказать!..

Фистах. Я и рассказываю… Потом я начал играть с Алисой… «Алиса и Живчики», так мы назывались… Живчики — это типа сперматозоиды…

Ставрос (хватаясь за голову). «Алиса и Живчики»… (Корнелю.) Где ты ее откопал, сынок?..

Корнель (грустно). На телевидении.

Фистах. Два года ничего… Тишина… Спрос на рынке упал, труба просто… И вот зимой мы подписали контракт со студией «BMD»… Нам только сказали название сменить… Что, типа, публика не купит… поменяли, короче, на «Алиса и Гусары»…

Янис. Гусары? Кто вас слушает? Ветеранские вдовы?

Фистах. Нет… Ну, типа, сейчас молодежь корни свои ищет…

Титус (с иронией). Чтобы косяки из них забивать?..

Фистах. Мы нашли студию, чтоб записать диск… Записали… А два месяца назад менеджер сказал, что нам не хватает пиара…

Титус. Чего?

Червь. Шума вокруг… события какого-нибудь… это по-английски…

Фистах. Во-во… Лучше всего — скандала… Сейчас уже мало записать хороший музон… Нужен локомотив, который все потянет… Что-то, что привлечет внимание… (Бросая взгляд на Корнеля.) Сейчас-то я понимаю, что это все было для пиара…

Все в изумлении смотрят на Фистаха.

Янис. Вы шутите?

Фистах. Да нет… Я во все это не вникал, я же артист… Для меня главное — играть, а купит это кто-нибудь или нет, меня вообще не колышет… Но Алису так несло… как араба на курс пилотажа… «Я должна что-то придумать! Я должна что-то придумать!» И придумала… Корнеля…

Ставрос. Но зачем этой… суке… понадобился простой орнитолог!

Третин. Ну, не такой уж простой… Несколько месяцев назад Корнель стал самым популярным орнитологом в стране!

Корнель (небрежно). Случайно…

Третин. Насколько я знаю, вы познакомились с Алисой в ток-шоу «Мужчина и женщина»… А туда случайно не приглашают…

Корнель (вскакивая). Нет! Никогда в это не поверю! Она не такая!..

Фистах. Тогда почему ее здесь нет?

Тишина. Корнель тяжело опускается на стул.

Титус (вставая, робко). Извиняюсь… Мне кажется, надо выяснить все досконально… Мы, к сожалению, топчемся на месте… (Садится.)

Ставрос. Тоже мне совет… А конкретнее?

Титус. Для начала, может, пусть Корнель расскажет, как он вообще познакомился с Алисой…

Корнель. Оставьте меня в покое… Что я — на исповеди?..

Ставрос. Ну почему же, сынок… Это неплохая мысль… Досконально разделаем суку под орех…

Корнель озирается. Все смотрят на него выжидающе.

Корнель. Я получил стипендию в Австралии… «Гнездовые повадки страусов»…

Ставрос. Не так, сынок… Встань! И четко…

Корнель. Я так и говорю… Получил стипендию в Австралии… «Гнездовые повадки страусов»… Натри месяца, гарантированная публикация… Прилетел в Сидней… взял такси… вышел на… Был кто-нибудь из вас в Сиднее?.. (Видит, что все отрицательно качают головами.) Ну, тогда не буду объяснять, смысла нет… В общем, там, ну, не в самом центре, есть такая большая площадь… Иду, смотрю, а там группа аборигенов играет… Странно, почему-то знакомая музыка… Ну, значит, стою слушаю… А один из них… такой темнолицый… ну, настоящий абориген… подходит ко мне, смотрит на чемодан и спрашивает: Польша? Оказалось, они все говорят по-польски, аборигены эти!.. Пригласили меня на пиво…

Третин. Очень интересно, но имеет ли это отношение к нашей теме?

Корнель. К сожалению, да… Проснулся я на пляже… Ни чемодана, ни денег, ни паспорта… Расхотелось мне заниматься этими долбаными страусами… Пошел в посольство… А там суматоха, толпа, охрана… Оказалось, как раз прилетел премьер с визитом…

Титус. Какой премьер?

Корнель. Как — какой премьер? Наш… Ну я и подумал: «Это мой единственный шанс, в худшем случае — меня пристрелят…» Я к нему и говорю: мол, так и так… А он мне — что попозже, потому что у него встреча на высшем уровне… Я думал, он меня отфутболил, но нет… Вечером прислал за мной телохранителя, мол, я могу вернуться домой с ними правительственным самолетом… Ну и вернулся…

Ставрос. Сынок, покороче…

Корнель. Я и так коротко! Это все важно! В самолете премьер подсаживается ко мне и спрашивает, что и как. А я ему говорю, что хочу защитить диссертацию… стипендия… страусы… Только не сказал, что всего пару дней как прилетел… А он — что переговоры в Австралии ни хрена не дали, что он устал и вообще не знает, что сказать этим гиенам-журналистам в аэропорту… Ну то есть ляля-тополя, как обычно в дороге…

Янис (поторапливая). Давай дальше, брат…

Корнель. Приземляемся в Варшаве… на него налетают журналисты и давай: «Господин премьер, как прошел визит? Что удалось сделать?» А он вдруг — что он гордится достижениями польской науки, которая хорошо зарекомендовала себя за рубежом. И тянет меня к микрофонам…

Титус. Охренеть, вот это череп!..

Корнель. Я не мог отвязаться… Одно интервью, второе… Ну а потом уже меня пригласили на это ток-шоу… (Замолкает и садится.)

Третин (Ставросу). А вы говорили, простой орнитолог!

Фистах. Именно это Алисе и надо было! Известный интеллектуал и поп-звезда. Тут оно и началось!

Корнель. Не верю!

Фистах. А фотографии в желтой прессе?

Корнель (раздраженно). Ну и что? Уже и сфотографироваться нельзя?

Янис. Я тебя предупреждал, чтоб ты был поосторожнее!.. Предупреждал как брат и как юрист… Помнишь фотосессию, когда вы были загримированы под Мэрилин Монро и Артура Миллера… Зачем тебе это понадобилось?

Корнель. Алиса очень хотела!..

Фистах. Пиар… Пиар…

Корнель. Да кончайте вы со своим пиаром. «Пиар, пиар!» У вас получается какая-то теория заговора!.. Есть еще любовь, о чем вы, кажется, не имеете понятия!

Фистах. Какая любовь, Корнель, вы что?.. Что она сказала в костеле? «Главное быть верным любви». И тут же «Мое сердце принадлежит другому…»

Корнель (в отчаянии). Хорошо, хватит… хорошо! Меня не любит! Но любит другого! Это тоже любовь!

Фистах. К сожалению, нет… Все гораздо хуже… «Главное — быть верным любви» — хит из нашего альбома… Хит, который должен попасть в хит-парады. А «Мое сердце принадлежит другому» — это название альбома. Вот такой расклад.

Ставрос (пораженный). Так эта сука?..

Фистах. Получается так… Завтра утром все газеты опишут сегодняшний скандал и процитируют то, что сказала Алиса… А через три дня диск поступит в продажу… Так сегодня делается карьера…

Все сидят подавленные. Корнель что-то хрипит, потом хрип переходит в пронзительный крик.

Корнель. Убью!.. Убью!..

Неожиданно гаснет свет. Слышны оглушительные звуки рок-музыки.

Занавес

Акт второй

Все молча едят борщ. В центре стола сидят рядом Корнель и Червь. У Червя забинтованная голова.

Корнель (Червю после долгой паузы). Злишься на меня?

Червь. Да нет. Все в порядке…

Снова пауза. Все едят.

Корнель. Я должен был выплеснуть эмоции… Ты был ближе всех…

Червь. Ничего, ничего… Все в порядке…

Снова пауза. Все едят.

Корнель. Причины чисто онтологического и гормонального характера…

Червь. Я понимаю, Корнель… Все нормально…

Звонит мобильник. Все, кроме Титуса, одновременно достают мобильные телефоны.

Янис. Это мой!

Все прячут мобильники. Янис отвечает.

Янис (в телефон, сладким голосом). Я только что хотел тебе позвонить, дорогая… Что?.. Все в порядке… Гуляем… А как малыш?.. Покакал?.. Нет?.. (Встревоженно.) Ромашку ему завари… Сразу пучить перестанет… Ну, он должен срыгивать, для такого возраста это нормально… Что?.. Тихо?… (Оглядывается.) Совсем не тихо!.. (Дает знак присутствующим, призывая их говорить.)

Раздается покашливание, нарочито громкие фразы.

Янис (в телефон). Отлично веселимся… Фотографии?.. Какие фотографии?.. А, свадебные?.. Замечательные!.. (Берет со стола рентгеновский снимок и подносит к свету — виден череп.) Особенно Корнель здорово вышел… Что?.. Почему нет музыки?.. Да музыканты как раз едят… Едят, говорю… Но сейчас опять начнут играть! (Подбегает к сидящим за столом и жестом просит, чтобы они взяли инструменты и начали играть.)

Те неохотно встают. Фистах садится за ударные, Титус берет гитару, Червь — бас-гитару, а Третин подходит к синтезатору. О чем-то между собой договариваются и наконец начинают играть. Янис в это время не перестает убеждать жену, что свадьба идет полным ходом.

Янис (в телефон). Ты слышишь?.. Уже играют… Ну ладно, пока, танцы начинаются…

Янис подбегает к Корнелю, хватает его и начинает с ним кружиться по залу. Корнель сопротивляется, но вырваться не может. К микрофону подбегает Ставрос. Начинает петь песню из репертуара ансамбля «Червоны гитары»: «Небо над моей родиной». Раззадорившиеся Титус и Червь подхватывают припев. Они не замечают, что Янис уже закончил разговор и пробует их остановить. Он машет им и кричит, но они его не слышат.

Янис. Блин! Хватит! Хватит!

Они прекращают, несколько раздосадованные.

Червь. Почему хватит?..

Янис. Я уже закончил!

Ставрос. Но у нас неплохо получалось, сын!..

Остальные дружно кивают в знак согласия.

Янис. Но ведь мы здесь не затем, чтоб… бля… петь!

Фистах. А почему бы нет? Ведь свадьба же…

Ставрос. Вот именно! (Машет рукой.)

Все снова начинают играть и петь.

Янис (в ярости). Стоп! Блядь! Стоп!

Раздражение Яниса так велико, что они перестают играть.

Янис (приказным тоном). Музыканты! Перерыв на жратву!

Ставрос, Третин, Фистах и Титус, недовольные, сходят с эстрады и садятся за стол. Молчание. Янис чувствует себя неловко.

Янис (придвигая «музыкантам» блюдо с закусками). Колбаски?..

Фистах (Янису). Я вас не понимаю… Вы же сами просили играть…

Янис. Для правдоподобия… Откуда я знал, что вы сразу начнете косить под «Роллинг Стоунз»…

Третин. Интересно, зачем вообще вам понадобилась эта мистификация?..

Янис. Я не хотел жену расстраивать… Она и так взъярилась, что ей надо остаться дома с ребенком… А если бы еще узнала, что случилось… Да чего там говорить…

Третин. Но ведь она все равно узнает… Вы что, завтра скупите все газеты?

Янис (неуверенно). Ну… Ну… (Смущенно.) Я немного стрессанулся…

Фистах. Труба.

Ставрос (с иронией). Мой сын очень боится свою жену…

Янис. Я не боюсь! Только… Она… Она…

Корнель (неожиданно). Стерва, вот она кто!

Янис. У нее нервы… Она легко раздражается!

Корнель (саркастически, Янису). Раздражается!.. Тоже мне… Да она больная на голову! (Всем.) Неделю назад выскочила из машины и оставила его с ребенком на перекрестке!.. Только потому, что он не сказал, что у нее на колготках петля поехала… На них тогда чуть грузовик не налетел!

Янис (небрежно). Позавчера я забрал у нее права и теперь сам буду водить машину!

Корнель. А как она нас в дом не впустила на твой день рождения? Видите ли, оказалось, что муж Карпинской больше тебя зарабатывает. (Всем.) Да она буйнопомешанная! Реально больная!

Янис (злобно). Ты лучше к своей жене цепляйся!

Корнель (торжествующе улыбаясь). У меня нет жены… Ты сам сказал…

Все присутствующие смотрят на Титуса.

Янис (вскидываясь). Подбирай слова… козел! Моя жена — не блядь!

Титус (чувствуя, что переборщил). Может, ваша жена и нет… Не знаю, не знаю… Но остальных знаю — и знаю, что все они бляди!..

Третин. Моя жена тоже нет…

Титус. Хорошо! Кроме жен Яниса и Третина!..

Фистах. И моей матери…

Титус. О’кей! Кроме наших жен и матерей, все бабы — бляди!

Червь. Моя тетка нет.

Все удивленно смотрят на Червя.

Червь. Она — монашка… Не думаете же вы, что… (Видя, что он их не убедил.) Кроме того, она страшная как не знаю кто…

Ставрос (взяв бутылку в руки). Давайте выпьем… Расслабимся…

Все согласно кивают. Ставрос наливает.

Ставрос (поднимая стакан). За наше здоровье!

Все чокаются и выпивают. Закусывают колбасой и хлебом.

Третин. К сожалению, господа, то, что уважаемый Титус с хамской прямотой, присущей его интеллектуальной природе, назвал блядством… а я бы сформулировал как женский промискуитет, частично находит отражение в реальной жизни… Да… Хоть и нелегко это признать, и, как я уже говорил, я люблю свою жену и доверяю ей, однако факты — упрямая вещь… А факты… подтвержденные научными исследованиями… говорят, что система ценностей женщин отличается от нашей и допускает поведение, которое в некоторых случаях может определяться понятием «блядь»…

Ставрос. А вы не могли бы… попроще?

Третин. Как еще проще? Все абсолютно просто… Мужской способ восприятия женщин, быть может, и незатейливый, но в своей незатейливости честный… Каждый самец воспринимает самку как сексуальный объект…

Титус. То есть… хочет ее раскупорить?

Третин (сбитый с толку). Если вам нравится такое определение, пожалуйста…

Титус (размечтавшись и даже встав). Ой, нравится… Меня иногда так разбирает, что я любой вставил бы электрод… Помню случай с одной официанткой из Вроцлава… Потому что я сам из Вроцлава, конкретнее, из-под Вроцлава… Красавицей сучка не была, но у нее были такие…

Корнель громко кашляет. Титус замолкает и вопросительно смотрит на него.

Корнель (укоряюще). Третин нам кое-что сейчас рассказывал…

Пристыженный Титус садится. Корнель жестом просит Третина продолжать.

Третин (кивком благодарит Корнеля). Каждый самец, повторяю, рассматривает самку как сексуальный объект… Это все упрощает. Когда мы вступаем в сексуальные отношения… или, как сказал бы господин Титус, раскупориваем нашу избранницу…

Титус (с энтузиазмом, на мгновение срываясь с места). Нанизывая как шашлычок!

Третин. Именно так… Единственный наш мотив — стремление удовлетворить вожделение… Следовательно, по отношению к ее женской сущности… ее человеческой природе, реализующейся, кстати, на физиологическом уровне, мы честны… В то же время мотивы, по которым женщины вступают в физические отношения, намного сложнее…

Янис. А конкретнее?

Третин. Кто-нибудь из вас занимался сексом для того, чтобы улучшить свое социальное или служебное положение?

Все смотрят на Третина как на идиота и отрицательно качают головами.

Третин. То-то и оно! Зато женщины придают огромное значение финансовым вопросам!.. Они могут заниматься сексом с тем, кто вообще не привлекает их физически, но имеет определенный статус. Кто богат, популярен или обладает властью… Так показали исследования всех мировых культур!

Ставрос (немного сбитый с толку). Так значит… Они только по расчету с нами… того-этого?..

Третин. Да, но завуалированно! Это целая игра со сложными правилами…

Титус (не соглашаясь). Сложными? Скажете тоже! Если меня какая-нибудь телка заводит, я к ней сразу подваливаю… смотрю ей прямо в глаза… ну, знаете, так, по-мужски… (Вскакивает и показывает, как он смотрит женщинам в глаза.) …Так на нее смотрю, что она уже знает… она уже чувствует… и у нее там мокро становится… и я тогда… низким голосом… вот так… (Наклоняется к Червю и говорит басом.) …Пойдем, милая… Я тебе заправлю полный бак под завязку…

Ошарашенный Червь смотрит на Титуса. Все остальные тоже.

Корнель (неуверенно). И что? Наверное, сразу получаете по морде?

Титус. Да вы что! Я получаю то, что хочу!.. Потом она сама меня просит… чтоб еще…

Ставрос (смотрит на Титуса с воодушевлением). Так и есть, господа! Это правда!.. Я тоже всегда так делал, и они всегда давали! (Титусу.) Браво, парень! Так держать!

Янис (Ставросу — пораженный). Как это — всегда так делал?.. Хочешь сказать, ты моей матери говорил, что ты ей… полный бак заправишь?

Ставрос (смутившись). Ну нет… Твоей матери я как раз этого не говорил.

Корнель. Тогда, может, моей?

Ставрос (еще больше смутившись). Да нет, твоей тоже нет… Но, парни, вы уже достаточно взрослые, чтоб догадаться, что ваш отец всегда пользовался большим успехом…

Янис. Догадаться?.. Хватит строить из себя… Сколько мать из-за тебя плакала!.. Ночами, когда ты не приходил домой!.. Я сам умирал от страха, боялся, что с тобой что-то случилось… Спать не мог!.. И слышал, как она плачет в подушку!..

Ставрос (пристыженный). Да ладно, сын!.. Это все в прошлом…

Янис. Боже, как я радовался, когда она не выдержала и тебя под зад ногой!.. Столько лет тебе отдала!.. Никакой своей жизни! И наконец…

Ставрос. Янис!

Янис (холодно). Януш!.. Меня зовут Януш!

Ставрос. Януш, прошу тебя! Перестань!

Фистах. Нет, нет!.. Это интересно… Пусть говорит…

Янис (всем). Мое восемнадцатилетие мать решила отпраздновать в ресторане… Ну, знаете, жратва, там, торт, шампанское… Так вот, она встала тост произнести и говорит: «Сынок, ты уже взрослый, у тебя своя жизнь, и моя миссия на этом закончилась. Я тебя буду всегда любить, но я тоже человек. Я ухожу…» И ушла… К нормальному, классному мужику… На десять лет моложе, но любит ее безумно… Они счастливы… Ездят вместе по всему свету… Он ее на руках носит…

Ставрос. Януш! Януш! Хватит!

Янис (Ставросу). Поэтому я не буду таким, как ты! Даже если моя жена буйнопомешанная!

Корнель (Янису, мягко). Ну, может, не так уж и буйно… Иногда она даже очень ничего…

Титус (Янису и Корнелю). Я правильно понял? У вас разные матери?

Корнель (утвердительно кивает). Ммм… Вы же сами слышали… Наш отец всегда пользовался большим успехом…

Ставрос (Корнелю). Теперь ты на меня решил накатить?..

Корнель. Отец много ездил по стране… И везде оставлял свой след… Когда моя мать поняла, что беременна, она приехала к нему… И оказалось, что она — не та единственная и желанная… Вернулась домой и сказала, что больше не хочет его видеть… Никогда…

Янис. А моя мать, которая в это же время забеременела, потребовала, чтоб он на ней женился… Мол, ребенок должен иметь отца…

Корнель. Мы родились в один день. Мы — редкий пример близнецов, у которых разные матери…

Фистах. Я фигею! Вот труба!

Третин (Ставросу). У меня слов нет… Ну вы даете!..

Корнель. Я отца увидел, только когда мне исполнилось восемнадцать… Вдруг взял и появился…

Ставрос. Потому что понял, как важна семья!

Корнель и Янис прыскают и иронически качают головами.

Янис. Вот поэтому, когда я слышу, как отец советует обращаться с женщинами, меня смех берет… (Ставросу.) Ты… папочка… вообще не умеешь разговаривать с женщинами!

Ставрос. Смотрите-ка, нашелся тут… (Сомневаясь.) А ты умеешь?

Янис. Я умею.

Ставрос. Да? Интересно. Тогда давай проведем небольшой эксперимент. Я буду женщиной, а ты муж… ты будешь самим собой. Посмотрим, как ты справишься.

Янис неуверенно поглядывает на присутствующих, которые жестами просят его согласиться.

Янис. Согласен…

Довольный Ставрос выходит на середину.

Ставрос. Представь себе такую ситуацию, сын… Мы просыпаемся… Всю ночь мы трахались, как кролики. Ты меня жарил так, что я орал как оглашенный! Аж соседи стучали в стены! А сейчас утро, и мы одеваемся… (Видит удивленное лицо Яниса.) Что?.. Что-то не так?..

Янис. Да нет, только… Только мне трудно представить… папа… что я тебя трахаю, а ты орешь как оглашенный…

Ставрос (с сомнением). Ну, может, ты прав… Не уверен, что у тебя бы это получилось… Ты явно унаследовал не мой темперамент…

Янис. Я хотел сказать…

Ставрос (перебивая). Неважно!.. Я сижу на кровати, ты завязываешь галстук… Через несколько минут мы идем на работу. Что ты говоришь?

Янис неуверенно смотрит на Ставроса. Видно, что он не знает, что сказать. Посматривает на остальных, которые жестами его подбадривают. Янис встает и подходит к Ставросу.

Янис (Ставросу, неуверенно). Ну что, дорогая?.. Пойдем вечером в кино?

Ставрос (не глядя на Яниса, сухо). Нет.

Янис (озабоченный). Почему? Тогда в театр? (Улыбаясь.) Или, может, сходим поужинаем?

Ставрос (холодно смотрит на Яниса). Я не хочу с тобой больше встречаться. Это был последний раз.

Янис (ошарашенный). Что???

Ставрос. С тобой я задыхаюсь… Ты меня подавляешь… Мне нужен воздух…

Янис ошарашен. Он смотрит на остальных, те разводят руками, показывая, что они не знают, что сказать.

Янис (озабоченный). Что за бред! Ты чего? Я тебя обидел?

Ставрос (безразлично). Идем… Я опоздаю на работу… Ты меня подбросишь?

Янис (продолжает недоумевать). У тебя посткоитальная депрессия, что ли?

Янис смотрит на остальных, те жестами показывают, что реплика была удачная. Жестами подбадривают его, он смелеет и впервые улыбается. Улыбка на лице Яниса исчезает, когда он замечает в глазах Ставроса разочарование.

Ставрос. А больше тебе ничего не приходит в голову?.. Типичный мужик… Хорошо, я поеду одна… (Направляясь к выходу.) Пока!

Янис ничего не понимает. Он пытается остановить Ставроса.

Янис. Стой… Подожди… Я люблю тебя…

Ставрос прыскает со смеху. Янис бессильно опускает руки и подходит к остальным. Ставрос торжествующе смотрит на него.

Янис (всем). Ну и что мне делать?

Третин (горячо). Вы должны ее как-то переубедить!

Червь (возбужденно). Ведь вы ее на самом деле любите!!!

Янис подбегает к Ставросу.

Янис (Ставросу, явно взволнованный). Но я тебя правда люблю!!!

Ставрос (холодно). Не ломай трагедию… Будь мужчиной хоть раз…

Янис (у него в глазах слезы). Не делай этого… После всего, что мы вместе пережили… (Плачет.)

Ставрос подходит к нему. Вытирает ему слезы. Тепло улыбается. Янис улыбается в ответ. Улыбка на лице Ставроса исчезает.

Ставрос. Я потрясена, дорогой… Очень удачное шоу…

Янис (в отчаянии). Я не играю! Я на самом деле тебя люблю! И не хочу тебя потерять!

Ставрос (поглядывая на брюки). Черт, где это я так испачкалась? (Смотрит на Яниса.) Ну так что?.. Подвезешь меня или мне ехать на автобусе?..

Янис молчит. Он действительно потрясен. Заметно, что это расставание выше его сил.

Ставрос (пренебрежительно). Да, от тебя этого можно было ожидать… Даже расстаться достойно не можешь… (Бросает на Яниса презрительный взгляд и уходит.)

Янис садится на стул. Остальные медленно подходят к нему.

Янис (тоном человека, повергнутого в отчаяние). Но почему?.. Еще несколько часов назад она говорила, что я для нее — всё!..

Остальные похлопывают Яниса по плечу. Корнель подает ему стакан с водкой. Янис залпом выпивает. Третин протягивает ломтик ветчины. Все молчат. Они еще не пришли в себя.

Фистах (задумчиво). Бля, ну что за суки…

Червь. И мы еще должны за это платить…

Титус. Я не плачу!

Третин. Платите, платите… Даже сами того не замечая…

Титус (решительно). Я не плачу за секс!

Корнель. Минуту, минуту… Вот вы им о заправке говорите… это вы как, прямо сразу? На улице?

Титус. Ну почему на улице!.. Сперва надо почву подготовить… Я приглашаю ее в кино или в кафе…

Корнель. И кто платит за это кино?

Третин (с улыбкой). И за кафе?..

Титус молчит, не зная, что сказать. Он видит ироничные взгляды остальных. Только Фистах и Янис сидят насупившись. Фистах, кажется, вообще не слышит разговора. Он что-то бормочет себе под нос, качает головой, на лице проступает раздражение.

Титус (пытаясь настоять на своем). Зато я отлично оттягиваюсь!

Третин. И она тоже! Только даром!

Титус (обозлившись). Блин… С вами вообще невозможно разговаривать!

Фистах (вскакивая). Нет, нет, нет, нет, нет!!! (Показывая пальцем в сторону двери, за которой исчез Став рос.) Я так ее любил!.. Я на ней жениться хотел!.. А она просто взяла и ушла из моей жизни, как из сортира вышла!

Все удивленно смотрят на Фистаха. Фистах тяжело дышит и все время с осуждением показывает на дверь.

Янис (очнувшись). Успокойтесь, Фистах… Это был мой отец… Игра такая…

Фистах. Знаю, что игра, не дурак… Только для вас это игра, а для меня чистая правда… (Чуть не плача.) Я пережил что-то вроде… (Замолкает, его лицо судорожно подергивается. Видно, что он вот-вот расплачется.)

Корнель. Сахару ему!.. Немедленно сахару!..

Титус (срываясь с места и хватая сахарницу). Нет ничего! Вы все сожрали!

Фистах. Какой, на хер, сахар!.. Водки!..

Червь наливает водку в стакан и подает Фистаху. Тот залпом выпивает.

Фистах (после сильного выдоха). Когда-то я выступал с одним чуваком, ну, он теперь в «Ноевом ковчеге» главный…

Титус (удивленно). Вы и с ним играли?

Фистах. Да, было такое… Христианский рок… Единение, молитва, Библия под подушкой, все дела… Тогда в городе Пила я познакомился с девушкой… Из христианской общины… Боже, как меня тогда цепануло… Вы не поверите, что можно влюбиться так, чтобы дать себе зарок: никакого траха!.. Конец! Вся твоя энергия переходит в поросячий восторг.

Титус. Никакого? Даже потискаться?

Фистах. По нулям!.. Целый год, представляете… А я спал с ней бок о бок почти каждую ночь!

Янис (удивленно). Как это? Вы же сказали, что она жила в Пиле…

Фистах. Да… Бля, я когда сейчас вспоминаю, сам себе не верю! Вы представьте только! Например, у меня концерт в Саноке! Концерт заканчивается… ребята в гостиницу… а я в машину, и вперед!.. Шпарю через всю Польшу, чтоб в пять утра лечь рядом с ней! А утром снова в тачку и на другой конец страны, потому что мы там выступаем!

Титус. Я фигею! Вот прикол!

Фистах. Во-во! За год сменил три тачки — все разбил вдрызг!.. Причем все были быстрые, иначе я бы не успевал… Чудо, что вообще жив остался!

Титус (недоверчиво качая головой). И что, ни одного перепиха?

Фистах. Нет! Только невинные поцелуйчики… Что это за пытка была, люди!.. Я лежу рядом с ней, чувствую ее тепло… запах… член гудит как вентилятор… но я ничего… держусь… после свадьбы!.. после свадьбы!

Янис. Снимаю шляпу…

Фистах. А сколько я ей подарков купил! Она только звонила: «Дорогой, мне нужны сапожки…….» Или: «Знаешь, я видела такое классное платьице в „Коттонфилде“…….» Ну, я раз!.. за платьицем — и в машину… Я уже не говорю обо всяком барахле в квартиру, мебель, коврики, вазочки и хрен знает что еще! Думал про себя: мать твою, Господи! Я не хочу жить в сраной Пиле, но если такова Твоя воля, о’кей!

Корнель (с любопытством). И что? Почему же вы там не живете?

Фистах. Почему?.. Почему?.. Был у нас концерт в Ольштыне… Кончили играть, я… как обычно… в тачку и в путь… С дороги звоню, что уже еду, а она: «Чудесно, дорогой, я тебя люблю!» Ну, я еще сильнее по газам, чтоб быстрей, чтоб уже быть с нею… Вхожу… лыбу давлю… и в коридоре натыкаюсь на чемоданы… «Чьи это?»— спрашиваю и дальше улыбаюсь, а она: «Твои». — «Мои? А зачем?» — «Ты уезжаешь». Я думал, ослышался, и говорю: «Не шути так, солнышко. Ведь ты же полчаса назад говорила, что любишь меня». — «Я врала…»

Корнель (пораженный). И все? И ничего больше? Почему? Что случилось?

Фистах. Ничего. Только: «Я врала…» Я возвращался из этой Пилы как труп… Останавливался, блевал на обочине… снова ехал… опять блевал… Кошмар… А утром в Варшаве звонит журналистка из «Лизы» и говорит, что хочет сделать репортаж о жизни обращенного рок-музы-канта….

Янис. Вы ей отказали?

Фистах. Нет… Сказал, пусть приходит… Входит, вся такая пахнущая, в короткой юбке, сиськи стянуты лифчиком, ну, знаете… Сразу понятно, слаба на передок… Это всегда видно, они рот раскрывают и вроде что-то говорят, но только для того, чтобы губы язычком облизать… Она включает магнитофон, а я ей: «Хочешь интервью? Тогда — на колени». И расстегиваю брюки… «Бери!..» А она: «Ты что?» А я: «Что-что? Бери давай!» — и встаю перед ней…

Янис. Вы, наверное, были в жутком шоке!.. Ведь она же могла вас в прессе с грязью смешать…

Фистах. Куда там!.. Взяла!.. И потом еще несколько раз приходила… Что я с ней вытворял!.. Йога по сравнению с этим фигня… Вот так закончилась моя история с христианским роком…

Третин (с нескрываемым интересом). Вы говорите, она из «Лизы» была?.. Моя жена там работала… Должна ее знать…

Фистах. Знает, наверное… Это же небольшая редакция вроде?..

Третин хочет еще что-то спросить, но внезапно открывается дверь, и входит довольный собой Ставрос.

Ставрос. Ну что, ребята? Неплохо я вам изобразил психодраму?

Корнель (пренебрежительно). Успокойся, папа!.. После того, что нам рассказал Фистах, твоя история — детский сад…

Ставрос (сбитый с толку). А что такое?.. (Садится, но никто не обращает на него внимания.)

Фистах (с грустью). А позже я узнал, что в Пиле ее имели все, кто хотел… На моих ковриках…

Все задумываются.

Червь (прерывая молчание). Дааааа… В биологии такое поведение широко известно… Неоднократно замечено, что самки шимпанзе сексуально провоцируют самца только для того, чтобы украсть у него мясо…

Ставрос (с сомнением). Минуту, Червь… Обезьяны — это обезьяны, а люди — это люди…

Червь. О нет!.. Вы не представляете, насколько мало у нас различий… Знаете ли вы, что в генетическом смысле… между нами и шимпанзе более близкое родство, чем между шимпанзе и гориллой?

Ставрос (хохоча). Это, может быть, в вашем случае! Потому что в моем точно нет!

Червь. А вот вы как раз лучший тому пример!

Ставрос. Я? А по морде вы давно ни от кого не получали?

Янис. Отец, перестань из себя Шварценеггера корчить… Дай человеку сказать…

Ставрос замолкает. Червь смотрит на собравшихся, те просят его продолжать.

Червь (садясь поудобнее). Прежде всего следует признать, что люди — такой же продукт эволюции, как, например… плесень…

Ставрос (соболезнующе). Сначала обезьяны, теперь плесень… По-моему, ему надо лечиться…

Собравшиеся одергивают Ставроса и показывают ЧЕРВЮ, чтобы тот продолжал.

Червь. А целью всех живых существ является размножение… Передача своего генетического материала последующим поколениям… Присутствие Корнеля и Яниса… а также известные нам подробности их рождения… бесспорно указывают на то, что… (Ставросу.) вы также подвержены действию этого закона…

Ставрос. Но я их вообще не хотел!..

Корнель. Спасибо, отец…

Ставрос. Простите, ребята, но я просто хотел хорошо развлечься…

Червь. Инстинкт… Могучая сила, которая управляет нашими осознанными желаниями…

Ставрос. Какой там инстинкт? Вы сами слышали, что я не был хорошим отцом!

Корнель (Ставросу). Не в этом дело! Речь не об отцовском инстинкте, а о стремлении размножаться! Женщина, папа, для мужчины является средством передачи его генов следующему поколению…

Червь. Вот именно… Впрочем, и мужчина для женщины — источник важной субстанции… спермы, которая превращает ее яйцеклетки в зародыши…

Титус (испуганно). Я фигею! Они воруют у нас сперму, а мы потом еще должны им за это платить!..

Червь. Это другой вопрос… Женщина действительно гораздо больше заинтересована в том, чтобы привязать к себе конкретного мужчину, но это вытекает из асимметрии полов в процессе произведения на свет потомства…

Титус. Из чего?

Червь. Женщина, независимо от того, сколько у нее любовников, рожает ровно столько детей, сколько может… Поэтому ее цель — найти того единственного, кто ей поможет в воспитании, обеспечит едой, заработает, защитит… В то же время мужчина всегда может увеличить свой репродукционный потенциал благодаря романам…

Корнель (Ставросу). Просто мужчины так устроены, что используют каждую возможность, чтобы нарушить супружескую верность, папа…

Ставрос (Корнелю). Я знаю, сынок!..

Корнель. Вот именно… Что тебе рассказывать…

Фистах (Червю). Вы не преувеличиваете роль инстинкта размножения? Например, гомики друг дружку шворят и так, и эдак, а детей у них не получается…

Червь. Мужчины-гомосексуалисты действительно вступают в разнообразные сексуальные связи, но, скажем, лесбиянки предпочитают постоянные моногамные союзы… И те и другие живут по правилам своего пола, только проявляют большую экстремальность…

Фистах. Это значит, инстинкт тот же, только векторы перепутались?

Червь. Точно!.. Инстинкт размножения — могучая сила!.. Например, лосось во время нереста может умереть от голода!.. Потому что везде, где размножение и выживание вступают в конфликт, верх всегда одерживает размножение!..

Титус (с энтузиазмом). Это как у меня! Стоит только кинуть палку, напрочь забываю о еде!

Ставрос (пораженный). Я в шоке… Мне пятьдесят четыре года, и я всегда думал, что это я решаю, с кем переспать!

Червь. С кем — да. Но зачем — это решаете не вы…

Ставрос. А кто, баба?..

Червь (качая головой). Нет… Тестостерон…

Ставрос. Тесто… что?

Корнель (Ставросу). Тестостерон, папа… Очень древнее химическое соединение, которое в неизменной форме присутствует у большинства позвоночных… Это он делает нас мужчинами…

Червь. Мужской гормон… Это он заставляет нас гоняться за женщинами начиная с периода созревания и до конца жизни… Это из-за него все мы — потенциальные насильники и убийцы…

Ставрос (удивленный). И вы тоже?

Червь (немного смущен). Я стараюсь себя сдерживать… Как и мы все, надеюсь…

Червь обводит взглядом собравшихся. Все не слишком уверенно выражают свое согласие.

Янис (Червю). Вы хотите сказать, что, когда один мужик убивает другого или соблазняет какую-нибудь бабу, он поступает согласно своей природе?

Корнель (Янису). К сожалению, да, брат… Мужчины по сути своей жестоки, а некоторые их инстинкты весьма неприятны…

Червь. Тестостерон в такой степени детерминирует агрессивность, что среди птиц с инвертированными половыми функциями самки имеют его в крови больше, чем самцы!

Ставрос. Ничего не понимаю… Какие еще инвертированные?.. Самцы, что ли, рожают?..

Корнель. Нет, папа… У австралийских казуаров, которых я когда-то изучал, именно самки — агрессивный пол. Большие, метровые, когти по семь сантиметров… они даже могут разорвать динго… и постоянно дерутся между собой… Лягаются как бешеные…

Ставрос. Но зачем?

Корнель. Победившая самка совокупляется со столькими самцами, скольких сможет найти… А потом каждого оставляет высиживать яйца…

Фистах. Труба! Я фигею!

Червь. Впрочем, у людей все то же самое… Исследования показали, что женщины с более высоким уровнем тестостерона более активны в половой жизни… Кроме того, они менее депрессивны, испытывают большее удовольствие во время близости с мужчиной и легче вступают в сексуальные отношения…

Ставрос (внезапно заинтересовавшись). Что вы говорите?.. И где можно найти таких чудесниц?..

Титус (пораженный). То есть… То есть они всю жизнь пиздят, что мы плохо себя ведем… а мы ничего не можем поделать, потому что нами управляет какой-то гребаный гормон… и вдобавок у них самих больше этого, как его там…

Корнель. Тестостерона…

Титус. …Вот именно… стало быть, ведут они себя так же, как мы?

Червь утвердительно кивает.

Титус. Теперь до меня дошло!.. (Качая головой.) Вот суки лживые!..

Червь. Мало того: нашу агрессию вызывает прежде всего существование женщин!.. В биологии это общеизвестный факт. Самцы приматов… впрочем, как и мы… агрессивны по своей природе, поскольку это нравится самкам или позволяет победить других самцов в борьбе за самку.

Третин. Итак, вывод простой!.. Если бы не было женщин, мужчины не убивали бы друг друга!

Титус. Э, вот тут вы преувеличиваете!.. Мужики всегда найдут повод, чтобы друг друга отметелить!

Третин (решительно). Нет!

Титус (решительно). Да.

Третин (резко). Нет!

Титус (еще резче). Да!

Пауза.

Третин (спокойно). И все-таки нет… Представим себе, что в мире нет женщин. Какой бы вы нашли предлог, чтобы меня убить?

Титус удивленно смотрит на Третина. Он ищет ответ, но безуспешно.

Третин (торжествующе улыбаясь). Вот видите…

Титус. Я бы мог отобрать у вас мобильник!..

Третин. А зачем вам мой мобильник?

Титус. Ну, звонил бы каким-нибудь телкам… Или там… «секс по телефону»…

Третин. Баб нет! Мы же договорились…

Титус (сбитый с толку). Ну… Ну тогда я позвонил бы Фистаху!

Фистах поддакивает: он бы охотно поговорил с Титусом.

Третин. И о чем бы вы говорили?

Титус. Как это о чем? О ба… (Замолкает.)

Фистах. Ну, например, о футболе…

Титус. Вот именно! О футболе!..

Третин. Футбола бы не было…

Титус (удивленный). Как это не было бы?

Третин. А для кого играют футболисты?

Титус. Ну, для болельщиков!

Третин (кривясь). Ээээ… Вы в этом уверены?

Ставрос. Ради славы!

Янис. Ради денег!

Третин. А зачем им слава? Зачем им деньги?

Титус. Чтобы покупать крутые тачки!

Третин. А зачем им эти крутые тачки?

Титус. Чтобы… Чтобы…

Третин (улыбаясь). Вот именно!.. Это все понты для баб!.. Круг замкнулся!

Фистах (пораженный). Я фигею! Ну, труба!

Ставрос (недоверчиво качая головой). Вот суки, а! Вынудили нас придумать футбол, а когда человек хочет посмотреть Кубок УЕФА, переключают на сериал!..

Третин сидит, гордый как павлин, довольный, что озадачил Титуса.

Фистах (Третину). Неплохо ты это разложил, парень…

Третин (Фистаху). Соображаю кое-что, а?.. Кстати… Я все время думаю, Фистах, вы…

Фистах. Можно на ты…

Третин. Я все думаю, как звали эту твою журналистку… Моя жена должна ее знать… Когда я ей расскажу, лопнет от смеха… Ты помнишь, как ее звали?

Фистах (немного удивлен). Помню…

Третин (поощрительно). Ну…

Фистах. При всех?.. Как-то неудобно…

Третин. Тогда мне на ухо…

Фистах смотрит на Третина с удивлением, но тот уже заранее расплылся в довольной улыбке, и у Фистаха не хватает духа ему отказать.

Он наклоняется и шепчет Третину на ухо.

Неожиданно гаснет свет. На несколько секунд сцена погружается в полную темноту. Слышна громкая рок-музыка. Через минуту музыка обрывается так же внезапно, как началась.

После затемнения.

На сцене только Титус, Корнель и Червь. Титус пытается навести порядок на столе. Он переставляет тарелки и бутылки, насыпает сахар в сахарницу. Поднимает с пола столовые приборы и откладывает в сторону. Корнель наблюдает за ним. Червь уронил голову на стол. Похоже, он спит. Настроение у всех тоскливое и угнетенное — это чувствуется. Наконец Корнель перестает наблюдать за Титусом, переводит взгляд на ЧЕРВЯ, подходит и наклоняется к нему.

Корнель (Червю). Ты спишь?

Червь (поднимая голову). Нет… задумался…

Корнель (цитируя Фистаха). «Труба, труба»… вот и накаркал…

Червь. Да я не о том… У меня не жизнь, а просто жопа, Корнель…

Корнель (удивленный). У тебя?.. Ты же у нас лучше всех!.. Еще год-другой, и станешь профессором!..

Червь (пренебрежительно машет рукой). У меня с женщинами ничего не получается…

Корнель. А у меня получается?.. Сам видишь!

Червь. Помнишь, у нас на кафедре была такая Шлёнская?

Корнель. Помню ли я?.. Блин, самый красивый препод в истории факультета… И всегда такая… очаровательно печальная… Люпо регулярно дрочил на ее занятиях, так она его заводила!..

Титус с интересом прислушивается.

Червь (ностальгически). Мне всегда нравились печальные… наверное, в женщинах меня привлекали собственные слабости…

Корнель (немного удивленный). Ты тоже дрочил?

Червь. Нужды не было. Я же с ней спал…

Корнель (пораженный). Ты???

Червь. Я сам в это не верю… Не знаю, почему она выбрала именно меня… Могла ведь иметь любого.

Корнель. Все говорили, что доцент Планктон ее трахает!

Червь. У нее было широкое сердце… Для нас с Планктоном обоих хватило места…

Корнель. Твою мать, Червь! И ты только сейчас мне это рассказываешь?!

Червь. Я ее обожал… В постели она мне читала учебник биологии Вилли. В оригинале…

Корнель (с восхищением). Ну, ну…

Червь. И как-то за завтраком вдруг говорит: «Послушай, мы больше не можем быть вместе». У меня было впечатление, что это кино, поэтому я и ответил как в кино: «Хорошо, если ты этого хочешь…» И ушел…

Титус. Правильно! Вы правильно сделали! Нечего!

Червь. Только вечером я почувствовал, как во мне зреет что-то страшное и требует выхода…

Титус (с надеждой). Отшворили эту суку?

Червь (отрицательно качая головой). Купил бутылку и пошел в город!

Титус. Браво! Мужской поступок!

Червь. Только вместе с бутылкой накупил еще кучу успокоительного.

Корнель (пораженный). Пиздишь?

Червь (отрицательно качая головой). Целую кучу таблеток… стал запивать… но много пить я никогда не мог, потому что сразу начинаю блевать и блюю без остановки… короче, выбросил недопитую бутылку, позвонил ей… сказал, что не хочу жить без нее… Она велела ждать ее в телефонной будке… Что она сейчас приедет…

Корнель (с надеждой). Приехала?

Червь. Не знаю… Я ушел…

Титус. А что потом?

Червь. Потом на меня напала такая срачка, что я… прямо под кустом, пока кто-то не вызвал полицию… Я дал деру… Проснулся утром в какой-то подворотне… Куртка вся в известке, наверное, стены вытирал… «Ой, блядь… так бы грязным и умер!» — подумал… Притащился домой и два дня спал как убитый…

Корнель. А она что?

Червь. Она встречалась со мной еще три месяца… Но потом сказала, что это не имеет смысла…

Титус. Вернулась к этому… Гондону?

Корнель. Планктону…

Червь. Нет… И с ним она рассталась тогда же… Ее стало злить, что у Планктона есть жена…

Корнель. Ничего не понимаю…

Червь. Все очень просто… В ее жизни освободилось место для мужчины, а в этой роли она меня вообще не видела… потому что я… на самом деле… какой я мужчина…

Титус (утешительно). Да бросьте вы… Одна телка погоды не делает…

Червь. Хорошо вам говорить… Вы с такой легкостью сходитесь с женщинами…

Титус (мрачно). Ну да… И за эту легкость теперь должен расплачиваться… (Наливает себе водки, пьет.) Высмотрел я тут одну классную бабцу… Она приходила сюда с подругами… я сразу хотел ее на пику, но не тот момент был… она как раз со своим парнем расставалась…

Корнель (удивленный). А я думал, это лучший момент для измены… Кризис в отношениях…

Титус. Да куда там!.. Самый плохой!.. Им тогда не трахаться хочется, а поплакать в жилетку… Ну, потом они помирились, и она начала со мной встречаться… А теперь у меня проблема…

Корнель. Совесть мучает?

Титус (смотрит на Корнеля как на идиота). Мучает, но другое… Сегодня утром она позвонила и сказала, что у нее задержка…

Червь (утешительно). Это еще ничего не значит. Биология цикла…

Титус (перебивая его). Но у нее уже пятьдесят пять дней задержка!

Червь. Аааа… Тогда у вас действительно проблема…

Корнель. Может, это ребенок того парня?

Титус. Того уже давно нет!.. Он узнал о нас и сразу ее бросил!

Многозначительная пауза. Корнель берет бутылку и наливает.

Корнель. Да… В таком случае выпьем… (Поднимая стакан.) За новое Божье творение!

Выпивают.

Червь (Титусу). А вы не могли бы научить меня парочке ваших приемов? Ну, этих… помните, вы говорили, что любая баба — ваша? У меня с этим как-то не очень.

Титус (Червю). Всегда пожалуйста… (Вставая.) Я буду бабой… Вы должны убедить меня, что имеет смысл с вами перепихнуться…

Червь (неуверенно, кланяясь). Здравствуйте… Магистр Миськевич…

Титус (нетерпеливо машет рукой). Да нет! Не так… все это она уже знает!.. Она только и ждет сигнала, чтобы раздеться!.. Ну, давайте!..

Червь смотрит на Корнеля в поисках поддержки. Корнель поощряет его жестами.

Червь (робко, Титусу). Знаешь… Знаешь… Знаешь…

Титус (в нетерпении). Конечно, знает, раз сидит у вас в квартире!.. Она только и ждет, чтобы вы начали бить копытом!

Червь (Титусу, стараясь говорить непринужденно). Ты читала, что пишет Мария Янион о ритуале перехода?

Титус (хватаясь за голову). Боже, Червь! Она сейчас повесится от скуки!

Червь (сдаваясь). Ну, тогда я не знаю…

Титус. Смотрите и учитесь! (Становится напротив Корнеля. Наливает водку в рюмки. Поднимает свою рюмку и жестом показывает Корнелю, чтоб тот поднял свою. Чокаясь.) Дзынь! (Так смотрит на Корнеля, что тому становится неуютно. Неожиданно накрывает ладонью его руку.)

Корнель вздрагивает.

Титус (низким голосом) Ну?

Корнель (смущенно, «по-женски»). Что?

Титус (продолжает низким голосом). Я знаю, что ты чувствуешь… Я чувствую то же самое… Главное в жизни — такие мгновения… И это мгновение принадлежит нам… Ты не пожалеешь, обещаю тебе… Идем, я тебе такого зубра покажу — все внутри запоет… (Титус встает, оставляя Корнеля и Червя в состоянии шока. Явно довольный собою). Вот как это делается!

Червь (пораженный). И я должен все это сказать?

Титус. Ну!

Червь (в шоке). И про зубра тоже?

Титус. Обязательно. Они все говорят, что их раздражает примитив, но втихаря каждая мечтает встретить такого бычару, который ее вывернет наизнанку! (Червю.) Ну, давайте!..

Червь подходит к Корнелю. Смотрит на него неуверенно. Поспешно наливает водку и, не дожидаясь реакции Корнеля, чокается с ним.

Червь (неуверенно). Дзынь!

Корнель с интересом смотрит на него.

Червь (Корнелю, смущенно). Я знаю, что ты чувствуешь… Я чувствую то же… (Замолкает.)

Титус. Ну, дальше!

Червь старается, но не может выдавить из себя ни слова.

Червь (Титусу, жалобно). Вы знаете, я когда-то писал работу о зубрах… Боюсь, в моем представлении они не являются носителями сексуального начала…

Титус (рассердившись). Ладно вам… Это только пример! Можно придумать что-нибудь другое!.. Хоть про амеб!

Служебная дверь с грохотом открывается. Вбегает Ставрос.

Ставрос (кричит). Господи, как он его отметелил! Вроде худосочный сморчок, а таких надавал пиздюлей!

Корнель (Ставросу). Очнулся уже?

Ставрос (утвердительно кивает). Кровь на пиджаке застирывает… (Осматриваясь.) А наш Тайсон где?

Корнель. Помчался домой жену убивать…

Титус. А Янис за ним, чтоб его остановить…

Ставрос (садясь и наливая себе водки, Корнелю). Твое здоровье, сынок! Это лучшая свадьба, на которой я побывал! (Пьет и недоверчиво качает головой.) С другой стороны, ну и что?.. Ведь она же тогда еще не была его женой! Они даже знакомы не были!..

Титус. Какое это имеет значение? Мужик всегда ревнует к чему ни попадя! К тому, что сейчас, и к тому, что было раньше! Ко второму даже больше, потому что никак не может на это повлиять!

Ставрос (внимательно смотрит на Титуса). Ты, парень, в самую точку попал…

Червь. Это правда! И более того, мужчины испытывают ревность, даже если только представляют себе, что их бабу кто-то пользует!

Ставрос (с сомнением). Ну, это вы заливаете!

Корнель. Ничуть, папа! Когда-то проводились опыты с мужчинами… Уже само предположение, что их женщины могли спать с другим, приводило их в бешенство! Они потели, лицо искажалось, сердце стучало как молот…

Червь. Да! А гориллы убивают самку, которую подозревают в измене!

Ставрос. Вы опять об обезьянах…

Червь. А вы все еще настаиваете, что мы — исключение!.. Нет! Не исключение! Человек существует два миллиона лет и все это время жил в согласии с природой. Цивилизация насчитывает всего десять тысяч лет… по самым грубым подсчетам…

Корнель. Это примерно пять секунд из целых суток человечества, папа… За пять секунд измениться невозможно…

Открывается служебная дверь. Входит Фистах. На нем мокрый пиджак с пятнами крови, на носу большой лейкопластырь. Все взоры устремляются на него. Фистах садится.

Фистах. Ну и разделал он меня! Сильный, как горилла… (Трогает пластырь на носу.) Точно сломал…

Титус (Фистаху). Водки?

Фистах (качая отрицательно головой). Сахару…

Титус подает Фистаху сахарницу. Тот ложечкой ест сахар.

Ставрос (утешительно). Со сломанным носом вы будете выглядеть еще мужественнее… Девицы обоссутся…

Червь. Нет, нет… Форма носа очень важна…

Фистах (с грустью в голосе, Червю). Спасибо, парень… Умеешь, блин, поддержать человека…

Все смотрят на Червя с осуждением.

Червь (растерянно). Я только… только в биологическом смысле…

Ставрос (раздраженно). А другие смыслы вам неизвестны, господин микробиолог?

Червь (пристыженно). Простите…

Фистах (Червю). А почему… важна?

Червь (смущенно). Да нет, забудьте…

Фистах. А я хочу знать!

Корнель. Я думаю, Червь хотел сказать, что у женщин… хотя они и придают гораздо меньшее значение красоте, чем мужчины… тем не менее у них есть определенный образец привлекательности… И каждое отклонение от образца они считают недостатком…

Ставрос. Но сломанный нос — это мужественно!

Корнель. Если бы женщины так это воспринимали, у всех у нас носы были бы сломаны уже с рождения, папа!

Червь. К сожалению… Если самка признает какую-то черту привлекательной, самцы стараются всячески ее подчеркивать. Иногда даже в ущерб собственной безопасности!

Корнель. Возьмем, к примеру, павлина… Вы думаете, ему легко рассекать с таким огромным хвостом? Более того, это небезопасно, так как уменьшает обороноспособность в случае нападения хищника. Но он вынужден его таскать, потому что самки хотят сношаться только с тем самцом, у которого самый длинный хвост! И все кучей с радостью подставляют ему задницы! А самцам с более короткими хвостами остается только дрочить…

Червь. Что в павлиньем случае очень трудно…

Титус (пораженный). Бедняги…

Корнель. В погоне за пышно украшенными самцами самки доходят до идиотизма. Мы когда-то проводили эксперименты. Ножницами обрезали у некоторых самцов хвостовые перья и приклеивали их другим. Так эти, с приклеенными хвостами, были нарасхват! Все хотели с ними совокупляться! А на тех, с обрезанными, ни одна не посмотрела… Хотя в общем они были сильнее и здоровее!..

Червь. Сильнее и здоровее!..

Титус. Так они дуры!

Корнель. Да, я как раз об этом и говорю! Оказалось, что самки становятся особенно привередливыми, когда в игру вступают совершенно ничтожные, несущественные детали.

Фистах (грустно). Как мой нос, да?..

Титус (недоверчиво). И женщины точно такие же? Это правда?

Червь. Какой объем двигателя в ваших машинах? (Все удивленно смотрят на него.) Ну?

Титус. У меня нет машины…

Ставрос. Два с половиной литра с турбо-дизелем.

Фистах. Шестицилиндровый, три литра…

Корнель. Два литра, 180 лошадей…

Червь. И зачем это вам?.. Ведь по городу ограничение скорости до пятидесяти… (Показывает на часы Ставроса.) Сколько вы за них отдали?

Ставрос. Штуку евро…

Червь. Круто! Лучше показывают время, чем такие… скажем, за пятьсот?

Ставрос не знает, что ответить. Червь улыбается.

Червь. Покажите мобильники!

Корнель, Ставрос и Фистах медленно вытаскивают свои мобильники и кладут на стол перед Червем.

Червь (осматривая мобильники). Самые дорогие…

Ставрос (задумчиво). Может, в этом что-то и есть… Я помню когда-то… ой, это уже давно было… в шестьдесят восьмом или девятом… нет, все-таки восьмом… У нас были съемки с Ольбрыхским под Вроцлавом… Я, вообще-то, в кино работаю… Собралась куча народу… И была там очень красивая девушка… Ольбрыхский все с ней заговаривал, а она ноль эмоций… И вдруг я вижу, она на меня посматривает… А я тогда был в таком прикиде, ого-го!.. Джинсы… из Англии мне кореш привез… куртка лётная… ну, супер просто…

Титус (заинтригованный). Где это было?

Ставрос. Я же говорю, под Вроцлавом… В Бжеге Дольном…

Титус (обрадованно). Я из Бжега! (Встает, берет бутылку и наливает всем водку.)

Ставрос. Ну, тогда вы знаете, какие там отличные места для съемок… Я с ней заговорил, а она мне: «Классные у тебя джинсы». Я ей на это: «А у тебя косы…» И так слово за слово… (Мечтательно.) Это была самая красивая девушка из всех, с которыми я спал… Много раз хотел туда вернуться, но все как-то не получалось…

Фистах. Сейчас бы вы ее уже не узнали…

Ставрос. Узнал бы!.. У нее была такая родинка… (Показывает.) Вот здесь, на шее…

У Титусападает из рук бутылка. Он с кулаками набрасывается на Ставроса. Ставрос со стоном падает на пол. Остальные переглядываются, ничего не понимая. Наконец Титус распрямляется и отворачивается.

Титус (взволнованно). Мать никогда ничего не хотела мне говорить… Дядя рассказал… она была в выпускном классе… девятнадцать лет… когда приехали киношники… Она пошла посмотреть… Как и все… Тогда и познакомилась с одним типом из группы… Потом они уехали, а она… (Замолкает.)

Во время рассказа ТитусаСтаврос медленно встает и удивленно смотрит на Титуса. Титус замолкает, а Ставрос еще долго на него смотрит.

Ставрос (изумленно). Ты?

Титус. Ты?

Пауза. Фистах и Корнель смотрят на них с изумлением. На лице Ставроса в конце концов появляется улыбка.

Ставрос (взволнованный, широко раскрывая объятия). Дай я тебя обниму!..

Титус неуверенно приближается, Ставрос хватает его и обнимает.

Ставрос (Корнелю, радостно). Корнель! У тебя брат нашелся!

Корнель (Фистаху, в шоке). Осталось что-нибудь еще в сахарнице?

Фистах подает Корнелю сахарницу. Корнель ест. Тем временем Ставрос снова хватает Титуса, поднимает его и, радуясь, кружит. Внезапно опускает его и падает перед ним на колени. Он тяжело дышит и, шаря рукой, ищет что-то на полу. Все с ужасом смотрят на него.

Корнель и Фистах вскакивают из-за стола.

Ставрос (резко). Стойте!

Корнель и Фистах останавливаются.

Ставрос. Линза!.. У меня контактная линза выпала!

Корнель (удивленно). Ты носишь линзы?

Ставрос (неохотно). Ношу, ношу…

Корнель. И ты… с того момента, как мы познакомились… имел наглость смеяться над тем, что я ношу очки?!

Ставрос (шаря по полу). Успокойся, сын… Лучше помоги искать…

Корнель (в бешенстве). Да пошел ты на хер! (Подбегает к Ставросу и начинает топтать пол около него. В бешенстве). Ты знаешь… блядь!.. сколько у меня из-за этого было комплексов? Козел!

Титус (робко, Корнелю). Я тоже ношу линзы…

Ставрос (улыбаясь, Корнелю). Вот видишь! Моя кровь…

Внезапно с грохотом открывается дверь. Входят пьяные Янис и Третин. Останавливаются, с изумлением глядя на стоящего на коленях Ставроса.

Третин (с удивлением показывая на Ставроса). Его тоже я отделал?

Янис (подходя к К Корнелю). Что, отцу плохо?

Корнель (еще не остыв). Ты знал, что у него контактные линзы?

Янис (разводя руками). Конечно, знал… У меня тоже… Дефекты зрения передаются по наследству… Но чтобы за это бить?..

Корнель. Никто его пальцем не тронул! Хотя и надо бы… Представь себе, господин официант… как только что выяснилось… наш брат!

Янис удивленно смотрит на Титуса. Титус робко кивает. Ставрос тоже.

Янис (равнодушно). Вот и замечательно… (Титусу.) Можешь, брателло, налить мне и моему дружбану?

Титус подбегает к столу и наливает водку в стаканы.

Фистах. Вот труба! Я фигею!

Третин (Фистаху, задиристо). А ты помолчи! Я с тобой еще не разобрался!

Фистах (Третину, объясняя) Я же не знал…

Третин (раздраженно). Не обращайся ко мне… козел!.. Как ща дам по яйцам, они у тебя съежатся до нуля, будешь мудями звенеть.

Червь. Как правило, величину яичек определяет не число совокуплений, а число соперников, с которыми приходится конкурировать…

Третин (удивленный). Что?

Червь. Я только говорю, что чем полигамнее самки, тем у самца больше яички… У шимпанзе, например, огромные яйца, а у горилл… хотя они и сами большие… яички маленькие… А все потому, что самки шимпанзе дают направо и налево, а самки горилл — верные…

Третин (агрессивно). Ты… блядь!., на меня намекаешь! На меня?!

Червь (испуганно). Да ни на кого я не намекаю… Только…

Третин. Ладно! Давай проверим! Посмотрим, у кого здесь самые большие яйца!

Все удивленно смотрят на Третина. Он выходит в центр.

Третин. Что, зассали? Ну?.. Кто со мной померяется?

Все неуверенно переглядываются.

Корнель (всем). Успокойтесь! Он ужрался в умат!.. Несет черт знает что!..

Третин. Я вызываю вас на поединок! Кто поднимет перчатку и снимет штаны? (Говоря это, расстегивает брюки, они падают на пол. Он гордо смотрит вокруг.) У вас вообще есть яйца? Будет чем меряться?

Собравшиеся переглядываются. Медленно выходят на середину, расстегивая брюки.

Ставрос (все еще на коленях) Эй, ребята! Вы бы лучше помогли мне линзу найти!

Все встают в круг. Неожиданно гаснет свет. На несколько секунд сцена погружается в полную темноту. Слышна громкая рок-музыка. Через минуту она прекращается так же внезапно, как началась.

После затемнения.

Все стоят в кругу со спущенными брюками. Смотрят друг на друга. Свет снова гаснет. Слышна музыка. Через минуту она прекращается так же внезапно, как началась.

После затемнения.

В одном углу спят Янис и Третин. На краю стола меряются силой рук Червь и Корнель. Фистах сидит за барабанами и тихонько играет щеточками. В центре на двух стульях сидят Ставрос и Титус. Титус в подавленном состоянии.

Ставрос (утешая). Сынок, не бери в голову! Ты сам слышал! Величина яичек еще ничего не решает…

Титус (грустно). Ты правда грек?

Ставрос. Да… Мой отец удрал в Польшу в конце сороковых… Он был коммунистом…

Титус. Какой он был?

Ставрос (грустно). Не знаю… Он меня оставил в детском доме и отправился строить новый мир…

Титус. А ты был когда-нибудь в Греции?

Ставрос. В начале девяностых прожил там два года… Но как-то… Знаешь, жарковато там… И соленых огурцов нет…

Титус (неуверенно). И я тоже… грек?

Ставрос. Ну конечно! (Обнимая его.) У нас Сократ… Гомер… Фидий… На фиг нам большие яйца!..

Ставрос ласково улыбается. Титус тоже.

Титус (качая головой). Тяжело быть мужиком, отец…

Ставрос. И ты это мне говоришь, сын?..

Фистах громко ударяет в тарелку. Занавес закрывается.

Акт третий

Прошло три месяца.

На сцене только элегантно одетый Третин. В руках у него цветы, завернутые в бумагу. Он смотрит на часы, оглядывается вокруг. Ожидание затягивается, поэтому Третин подходит к столу, чтобы налить себе соку. Он задевает поднос со столовыми приборами, который с грохотом падает на пол. В этот момент дверь открывается, и входит Червь, тоже с цветами. Заметив Третина, подходит к нему. Он, на удивление, «расслаблен».

Червь (крепко пожав руку Третину). Место встречи, а! (Удивленно.) Ты один?

Третин (скривившись от пожатия Червя). Да…

Червь бросает на стол цветы и с интересом смотрит на Третина.

Червь. Ну что? Дернем по одной?

Третин колеблется.

Червь. Ну!.. Так и будем пялиться друг на друга?.. (Наливает водку в стаканы. Один подает Третину, другой берет сам.) За жениха!

Оба выпивают. Закусывают колбасой.

Червь. Как у тебя дела?.. В порядке?..

Третин (уклончиво). Нормально… А у тебя?

Червь (радостно). Отлично!

Оба садятся. Заметно, что каждый хочет что-то еще сказать, но разговор не клеится. Третин стучит пальцами по столу и смотрит в потолок. Червь подходит к музыкальным инструментам. Напевая «Свадебный марш» Мендельсона, в такт выстукивает ритм на барабане. Открывается дверь, входит Корнель, в руках у него большая коробка с подарком. Он ставит ее на пол. Осматривается.

Корнель (здороваясь с Третином и Червем, удивленно). Никого нет?

Червь (по-прежнему расслабленный). Мы здесь.

Корнель. Ты знаешь, о чем я… Где жених?

Червь (иронично). Может, испугался?

Корнель. Да ты что… Он?!

Из-за двери доносятся мужские голоса.

Корнель. О, вот и он…

Ставрос (Янису). Хорошо, что туалет уже отремонтирован… А то бегать через этот долбаный дворик…

Ставрос и Янис замечают остальных. Ставрос осматривается.

Ставрос (Корнелю, удивленно). Ты один? Ты же должен был вместе с ним приехать…

Корнель (Ставросу и Янису). Я?.. Это вы должны были его забрать!

Янис. Мы? Мы здесь должны были за всем проследить!..

Червь (Третину, забавляясь). А я что говорил? Испугался!..

Ставрос (Червю). Это если б его фамилия была Миськевич! Он ничего не боится! Моя кровь!

Третин. А должен бы…

Янис. Чего?..

Ставрос с вызовом смотрит на Третина.

Третин. Я вчера читал в газете… (Делает многозначительную паузу.) Из анонимных анкет, заполненных женщинами, следует, что отцами десяти процентов детей являются не мужья, а совершенно другие мужчины!..

Янис (обеспокоенный). Что вы имеете в виду?

Третин. Да ничего я не имею в виду… Я просто подумал, что если он тоже это прочитал, то мог испугаться…

Ставрос. Третин! Не надо отыгрываться за собственные неудачи, хорошо?

Третин. Какие неудачи?

Ставрос. Мы все знаем какие.

Третин. Мы с женой давно все выяснили… Этот факт для нас уже не имеет значения…

Ставрос. Тогда почему она сама не пришла, а только вас прислала с этим диктофоном, а? (С сомнением.) Не имеет значения… А с Фистахом она не захотела встречаться…

Третин молчит.

Червь. К сожалению, господа, правда жестока: муж, как правило, не является для жены лучшим из мужчин, потому что… по статистике… шансы найти того единственного, самого лучшего, ничтожны… Ценность мужа в том, что он моногамен и моет посуду… Но почему женщина должна ценить его гены?

Третин, заинтересовавшись, снова садится. Все остальные смотрят на ЧЕРВЯ с изумлением.

Ставрос (удивленно). Что за бред?

Червь. Я только говорю, что замечания Третина не лишены смысла… Мы все знаем, что женщины иногда изменяют мужьям… Бывает, они заводят роман даже тогда, когда вроде бы и счастливы в браке…

Третин (оживляясь). Именно об этом я и говорил!.. По данным исследований, 70 % женщин, состоящих в браке более пяти лет, изменяли мужу… Хотя все подчеркивали ценность моногамии!..

Янис. Но он только женится!

Червь. Потому что в животике растет ребеночек! Но чей?.. (На лице у него появляется драматическое выражение.) Вот в чем вопрос!

Ставрос (Червю, сердито). Поаккуратнее!.. То, что у вас самые большие из всех нас яйца, не значит, что вы можете оскорблять мою семью!..

Червь (удовлетворенный упомянутым фактом). Да я никого и не оскорбляю… Я говорю как есть… Спросите Корнеля… (Корнелю.) Ну-ка, расскажи им про овсянку…

Корнель (неохотно). Да ладно… Зачем?..

Ставрос. Нет, говори, сынок!.. Если надо будет, я ему морду набью!..

Корнель. Овсянка — это птица, папа… Такая голубая, красивая… Производит впечатление верной и моногамной, но, когда произвели генетические исследования, оказалось, что сорок процентов ее птенцов — байстрюки…

Янис (пораженный). Сорок процентов?.. Трындец!

Червь. Ты им о ласточках еще расскажи…

Янис (в шоке, Корнелю). И ласточки тоже?

Корнель (подтверждая, отрешенно). Один птенец из трех, так сказать, внебрачный.

Янис (с отчаянием). Боже, так что же делать? Как защищаться?

Червь (с готовностью). Трахаться! Постоянно трахаться!

Янис. Но зачем? Раз они и так всегда найдут оказию на стороне…

Червь (по-прежнему с готовностью). Тем более трахаться! (Видя удивленное лицо Яниса.) Это самый главный элемент мужской самообороны! Единственный шанс, чтобы не лохануться!

Янис. Но ведь на работу тоже надо ходить!

Червь. То-то и оно! Надо подстраховаться! У мужчины выделяется большое количество очень специфических сперматозоидов… Эдаких камикадзе… Они предназначены не для оплодотворения, а для кое-чего более важного… Они блокируют путь сперматозоидам потенциального соперника!

Янис (с надеждой). И этого достаточно?

Червь. У самцов некоторых стрекоз так устроен член, что они могут им устранять сперматозоиды предшественника…

Все смотрят на свои гениталии.

Ставрос. А чего-нибудь попроще нет?

Червь разводит руками.

Ставрос. Тоже мне совет… А любовь?

Все ошарашенно смотрят на Ставроса.

Корнель. Ты что, отец?.. Прикалываешься?

Ставрос (сердито). Ни капельки! Есть еще любовь! А вместе с ней и верность!.. Уважение!..

Третин. Любовь является частью сексуальных притязаний на партнера как свою собственность!

Ставрос (небрежно). Во загнул! (Патетически.) Любовь — это… Любовь — это химия… Это что-то не поддающееся определению!..

Третин. Химия-то как раз и поддается…

Червь. Более чем… Любовь возникает в результате того, что в организме вырабатывается большое количество фенилэтиламина….

Ставрос. Чего?

Корнель. Фенилэтиламина… Он смешивается с другими нейропептидами и действует как амфетамин, приводя мозг в состояние сверхактивности!

Червь. Вот и вся ваша любовь!..

Ставрос (пораженный). Что за бред! Любовь — вечна!

Корнель. Потому что место фенилэтиламина занимают эндорфины…

Червь. …природный наркотик…

Корнель. …которые успокаивают разум и уменьшают боль. А вместе с ними появляются тепло и привязанность…

Ставрос садится на стул. Он раздавлен.

Ставрос. Я должен выпить… (Берет бутылку, наливает водку в стакан, выпивает.)

Янис, также в шоке, подходит к Третину.

Янис. Так сколько вы говорите?.. Семьдесят процентов замужних изменяют?

Третин. Это по данным исследований…

Янис (показывает на зрителей). То есть если бы вот там сидели… женщины и мужчины… Они пришли вместе… Довольные… И семьдесят процентов женщин, которые пришли с мужчинами под ручку, спят с кем-то еще, когда их мужья не видят… С коллегой по работе… Или с однокурсником… Или с соседом… Или в командировке… Или с почтальоном… Или с лучшим другом собственного мужа…

Во время монолога Яниса все присутствующие подходят ближе к зрителям и внимательно смотрят на них.

Третин. Нехило, а?

Внезапно двери открываются. Входят Титус и Фистах. Титус в элегантном черном костюме. Видя всех у края сцены, Титус и Фистах застывают в недоумении.

Титус. Что случилось? Что это с вами?

Все мгновенно расходятся по сцене. Вид у всех очень смущенный.

Ставрос (с наигранным оживлением, Титусу). Что ты так долго, сынок?

Фистах. Это я виноват! Я забыл обручальные кольца! Пришлось вернуться! (Смущенно.) А знаете, меня эта свадьба так трогает…

Титус (смеется). Ничего себе свидетеля я выбрал, а? (Остальным.) О чем базарили?..

Все молчат.

Янис. А, так, знаешь… Немного о природе…

Титус (продолжая смеяться). Знаю я эти ваши разговоры о природе… Опять о бабах, да?..

Ставрос (Титусу). Главное — любовь, сынок! С ней все будет легко! С тех пор, как я живу с твоей матерью, я обо всем этом думаю совершенно по-другому!

Титус (перестав улыбаться, серьезно). А я все равно немного стрессуюсь, пап… Как только подумаю, что уже всё… Что шлагбаум… И…

Ставрос. А кто тебе сказал, что шлагбаум?..

Янис. Только жене уделяй побольше внимания… Почаще ее… того, и все будет в порядке!

Титус (улыбаясь). Ну, с этим у меня проблем нет!

Ставрос. Когда есть жена, другие женщины сами начинают липнуть, сынок… (Смотрит на часы.) Ну, пошли… В костел опоздаем…

Все собираются идти. Берут цветы, подарки, чистят обувь.

Червь (вытирая туфли). Дарвин говорил, что самцы, которые лучше всех поют, быстрее других вьют гнезда. И это точно! Но он не сказал, почему эти самцы продолжают петь еще долго после того, как найдут жену. (Титусу.) Знаете, почему?

Титус качает головой.

Червь (подмигнув Титусу). Потому, что, хотя у них и есть жены, их пение постоянно притягивает к ним новых любовниц…

Фистах. Теперь понятно, почему Хулио Иглесиас поет и поет…

Корнель. Ну, идем… (Оглядываясь вокруг.) Папа, ты что?.. Сам же минуту назад нас подгонял…

Все смотрят на Ставроса, который стоит у микрофона.

Ставрос (во включенный микрофон). Вы тут о пении говорите… А я подумал…

Янис (нетерпеливо). Мы же опоздаем, папа!..

Ставрос. Успеем… (Заманчиво.) Ну что?.. На счастье?.. Титус, для тебя…

Остальные медлят. Третин становится за синтезатор. Фистах — за ударную установку, Янис берет гитару, а Червь — бас-гитару. Корнель становится рядом со Ставросом перед микрофоном. Титус садится у стола.

Корнель (в микрофон). Для дорогого Титуса, официанта, блудного брата и жениха…

Титус машет рукой, он хочет что-то сказать. Корнель умолкает.

Титус. Скажите мне… Только серьезно… Это правда, что женщина и мужчина — две половинки яблока?

Корнель (в микрофон). Нет, это бананы и яблоки в одном мешке!

Ставрос (в микрофон). Да хрен с ними, сынок! Если их перемешать, то на вкус очень даже неплохо получается! (Остальным.) Поехали! Три, четыре!

Они начинают играть. Ставрос и Корнель запевают песню о любви. Через минуту все подхватывают.

Во время пения занавес закрывается.

Конец

Примечания

1

Последнее по счету, но не по важности (англ.).

Content

Сарамонович Анджей Тестостерон

Анджей Сарамонович Тестостерон

Акт первый

Акт второй

Акт третий

Примечания