Хотулева Елена

ЭКЗАМЕН ПО МОРАЛИ

Глава первая

Мироздание часто посылает людям испытания. Этим у нас никого не удивишь еще с тех самых пор, как наш народ стал молиться, стоя перед иконами. Так что испытания — для нас дело вполне привычное, хотя порой крайне неприятное. А иногда, не знаю уж по какой причине, эти всякие испытания заменяют экзаменами. И тут уж становится хорошо видно, какую оценку кто получит, да и сумеет ли вообще правильно ответить на присланный с небес билет.

Ну про свои испытания рассказывать я сегодня не буду — хвастать особо нечем, у многих, наверняка их и побольше было. Ну а у кого меньше, так тем и не понять, о чем речь.

Лучше напишу о том экзамене, на который однажды меня вызвали в срочном порядке, чтобы проверить, на что я в этой жизни вообще гожусь. А может, еще что-то узнать хотели, да только мне этого знать не дано.

Глава вторая

Было это в 1996 году, в то время года, когда мокрые от слез листья липнут на асфальт, раскрашивая его яркими пятнами. Бывают там бурые как боль утраты, встречаются красные как молодая кровь, но чаще всего падают под ноги такие, которые цветом напоминают желток от куриного яйца. И вот, во второй месяц такой прошитой ветром осени я и ходила на экзамен, который для меня небеса организовали.

Училась я в то время на последнем курсе института, где закон Ома почитали превыше Закона Божьего, а во времена утренних молитв заставляли строить векторные диаграммы. Правда никто в те дни от такого недоразумения не страдал — мало кто догадывался, что закон Ома на землю Богом дан.

Ну да ладно. Про Высшие силы еще много говорить придется, я же пока должна суть дела изложить. Есть у меня подруга. Знаете, из таких подруг, что появляются в те годы, когда за плечами носишь дневник и тетрадки в линеечку, а уходят, когда за спиной смерть с косой стоит. На всю жизнь таких друзей дают, и благо, если их раньше времени несчастный случай не забирает.

Вот эта-то как раз подруга в то самое время, когда я диплом сочиняла про кабели и подстанции, уже давно отучилась на швею и временно осталась без работы. Это большое недоразумение было, потому что с иголкой и ниткой она управлялась лучше, чем голландские живописцы с кистями и красками. Жаль только, что она сама так до сих пор в свои таланты не поверила.

Хотела я ей с работой помочь. И как видно, решили небеса это желание использовать. Только не подумайте, что все это они для ее карьеры делали. В планах они на меня нацелились.

Глава третья

В те дни был у меня товарищ. Женился он на странной девушке, которая сначала рожала, а потом выбирала отца свои детям. Жизнь ее впереди ждала коротенькая, как хвост у зайца. Только тогда она еще ничего об этом не знала, а как все необычные люди совершала поступки задолго до того, как начинала о них думать.

Так вот, она-то мне и позвонила в тот самый день, когда среди облаков мне экзаменационный билет выписывали. Позвонила и спросила:

— Тебе работа нужна? Или кому из твоих друзей? Ты не бойся, тут дело хорошее, прибыльное. И совсем опасаться нечего, потому что дамочка, которая работников нанимает, требует, чтобы они высоконравственные были.

— А портнихи или модельеры ей нужны? — я сразу о своей подруге подумала, потому что мне-то не до работы было. А почему — пришло время рассказать.

Дело в том, что в ту осень я не только диплом писала и векторные диаграммы чертила. Я еще была крайне важным делом занята — в своем животе ребенка носила. Ну правда, ребенком его называть как-то еще язык не поворачивался — от зачатия прошло всего четыре недели, но я уже живо его мальчиком представляла с длинными такими ресницами. Сделал мне его тот, с кем меня то ли злой рок, то ли добрая судьба свела. Любви у нас не было, зато тянуло нас друг к другу, как электрические магниты невероятной мощности, когда один свои плюсом соединяется с минусом другого.

Мы с этим человеком много раз жить вместе пытались, только ничего из этого путного не получалось. Вот и в тот момент, когда зародышу в моем животе было всего четыре недели, я знала, что жить он без отца будет. Короче говоря, ни женихом, ни мужем, похвастаться я не могла.

Глава четвертая

Тратить много букв на пустые объяснения мне не хочется. Поэтому, чтобы поскорее к самой сути перейти, расскажу коротко. На собеседование к работодателю мою безработную подругу должна была отвезти женщина средних лет, а, чтобы просто так бензин не жечь, она, женщина эта, еще и меня уговорила с ними поехать, а вместе с нами еще и девушку прихватила, которая выглядела как вырезка из журнала мод.

Так мы вчетвером и подъехали к особняку, который был похож на те, где обычно цыганские бароны живут. Стоял он в центре города, но охраняли его так, будто рядом граница проходила между воюющими государствами. Помню, от мельтешения автоматов у меня даже голова разболелась, а может это запах денег так на мое здоровье повлиял. Сейчас трудно сказать — много лет прошло.

Женщина наша суетилась, нервничала и все рассказывала, что работодатель этот — большой души человек. Нет не большой, огромной как шар земной. Хотя и шар для сравнения слишком мал ей казался, поэтому она чаще про солнце говорила. Тараторила она много, но дело свое знала хорошо. Поэтому, как только мы в тот самый дом приехали, провели нас в какой-то зал с вооруженными охранниками и сказали сесть в очередь — оказалось, до нас еще трех девушек привезли. Они тоже разодеты и причесаны были, будто к смотринам готовились. Так что в какой-то момент мне даже стыдно стало, что я в своей куртке больше на полярного летчика смахивала, нежели на фотомодель. Но как оказалось, не по одежке в этом доме гостей встречали.

Глава пятая

Начался просмотр будущих ответственных работниц. Каждая заходила в загадочный кабинет за дубовой дверью, а когда минутная стрелка часов совершала три круга, выходила обратно с таким лицом, будто там ей дату смерти сообщали.

Наконец очередь до моей подруги дошла. Она тоже быстро вернулась, только с ее лицом ничего не произошло.

— Он сказал, что устроит меня швеей к модельеру одному, — сказала она мне тихо, чтобы воздух в комнате не потревожить. — Но к нему я не пойду, потому что он бездарь. Вчера меня уже к другому взяли.

— А зачем же мы тогда сюда приехали? — спросила я, не подозревая, что есть вопросы, которые людям лучше не задавать, чтобы лишний раз ерунду не услышать. Правда в ответ я вообще ничего не услышала, потому как теперь моя очередь была за дубовые двери идти.

Оказалось, что за ними кабинет этого самого работодателя, который размером своей добродетели только с солнцем мог сравниться. Ну про добродетель я в тот момент не думала, а про внешность сказать могу. Лицом он напоминал борова, примерно такого, которого на большие семейные праздники откармливают. Правда, положа руку на сердце, сравнивать-то его не с боровом было уместно, а с хряком. Но я это тогда как-то из виду упустила.

Глава шестая

Посидели мы минуту друг напротив друга. Он заулыбался, наверное, радуясь, что нужные предложения в голове сложил, и говорит:

— Давай на «ты». Так проще. Вообще, я человек деловой, времени у меня мало, поэтому вопросы придется решать быстро. Я вот, бриллианты большие собираю и автомобили дорогие. А ты что в свободное время делаешь?

Я с ответом долго тянуть не стала. Во-первых, у меня голова раскалывалась так, будто в нее черти топоры загоняли. А во-вторых, я с хряками общаться не привыкла, языка их кабаньего не знала, да и учить особо не собиралась. Поэтому решила говорить правду:

— В театры люблю ходить. В музеи. На выставки художественные.

Он в ответ то ли захрюкал, то ли рассмеялся и спросил:

— Ты дома когда будешь?

А я ответила:

— Вот жетончик на метро куплю, несколько станций проеду и аккурат на своей кухне окажусь.

На этом мы и расстались.

Глава седьмая

Пока мы домой с моей подругой ехали, то особенно про наше странное трудоустройство не говорили. У меня голова отваливалась. У нее свои мысли краковяк танцевали. Так что мы попрощались, и я пошла к себе.

Не успела я куртку на крючок повесить, как на всю квартиру телефон зазвонил. Мобильного-то по понятным причинам у меня в те времена не водилось, поэтому искать меня только на домашнем было можно. Именно так поступил хряк, желая говорить со мной на крайне важную тему.

— Значит так, — сказал он, таким голосом, будто приглашал меня на луну слетать. — Ты девушка привлекательная, а я так вообще лучше некуда. Поэтому без лишних слов предлагаю тебе встречаться для дружбы и взаимопонимания. Ты согласна.

Вы только лишнего не подумайте! — там я не перепутала ничего. В последнем предложении точка стоит, а не вопросительный знак. Но я сделала вид, что все-таки эту точку не заметила, и сказала:

— Не могу, — мне уже стало понятно, что с таким хряком мое женское «нет» легко могло свинцовым кусочком обернуться, поэтому постаралась повежливей говорить. — Понимаешь, я беременна. Вот и вся причина.

Он рассмеялся так весело, будто он зритель в цирке, потом помолчал полсекунды и сказал:

— Жених есть? Недель много?

— Жениха нет. Четыре недели, — я рапортовала, как новобранец перед фельдфебелем.

— Ну тогда и проблем нет. Завтра вопрос с беременностью решим и будем встречаться.

— Нет.

— Почему?

Я даже не удивилась такому вопросу. Хрякам-то не понять, какие тут у нас у людей морали. Так что снова пришлось слова растрачивать.

— Знаешь, рожать хочу. Извини, если обидела. Но сам понимаешь, я же на работу вроде как наниматься шла, а не на смотрины. Вот недоразумение и вышло. Не моя вина, что твоя женщина-помощница толком не объяснила, для чего она меня к тебе в кабинет привезла.

Ну, дальше он то ли хрюкнул, то ли хмыкнул и сказал, что если я передумаю, то могу ему позвонить по той визитке, что лежит у меня в кармане, в любое время дня и ночи.

На этом мы и простились. Я его воочию больше не видела, только пару раз по телевизору, да в интернете потом, когда выясняла, кто собственно он такой был. Оказалось, что не солнце конечно, но список по нашей стране на звание земного шара несколько раз возглавлял.

Глава восьмая

На этом история не кончается. Хотя, лучше бы вместо восьмой главы тут пустота была. Дело в том, что та женщина средних лет, что была его сводней, после этого случая нам телефон обрывала несколько дней. Даже маму мою спрашивала:

— А что ваша дочка дура? Или часто к ней миллионеры с предложениями такого рода пристают?

Мама за словом в карман лазить не привыкла — род у нас не такой. Поэтому быстро ей напомнила, что по заказу, поступившему «от работодателя», девушки нужны были высоконравственные. А раз так, то и нечего тут огород городить и чужие минуты воровать.

Эпилог

Много раз я людям эту историю рассказывала. И вот, что мне было удивительно. Не четверть, не треть, не половина, а почти девяносто процентов моих слушателей говорили, что я дура. И не потому дура, что ради подруги за компанию поехала в тот особняк. А потому дура, что отказалась от такого прекрасного предложения. Его же не кто-нибудь делал, а некто, подобный солнцу.

Может время у нас тогда было смутное, или разум у некоторых свинячий, мне трудно судить. Но я-то себя дурой ни тогда не считала, ни тем более сейчас, когда тому зародышу, что у меня в животе сидел, уже девятнадцать стукнуло.

Ну а то, что это экзамен был — я уверена. Ну а для чего его проводили, не мне судить. Я в Божественные дела не лезу и другим не советую.

Content

Хотулева Елена
ЭКЗАМЕН ПО МОРАЛИ

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Эпилог