Тайна боевого Кузнечика

Не знаю, чем все это объяснить, но стоит мне только сказать вслух: «Сказка начинается!» как сразу какое-то удивительное волшебство происходит у меня на глазах, и сказка на самом деле начинается. Отчего это? Почему? Не знаю.

И что интересно, сказка каждый раз бывает новой. Еще не было ни одной похожей на другую. (Это вам следует запомнить — пригодится в конце.)

Если говорил я эти слова в лесу — начиналась лесная сказка, если в море — морская, на Озере озерная, в горах-горная, а если сидел дома, то начиналась сказка домашняя.

В поле я еще ни разу не произносил этих чудодейственных слов. И вот шагал теперь туда.

В поле утро было как утро, туман как туман, цветы как цветы и роса как роса. Но только стоило произнести: «Сказка начинается!» — как сразу все изменилось.

Туман тут же заворочался и стал уже не туманом, а пуховым одеялом. Кто-то с силой отбросил его и воскликнул:

— Пора вставать!

Кто бы вы думали мог это быть? Ручаюсь, никогда не догадаетесь. Кузнечик! Да-да, Кузнечик! Он вскочил с постели и стал заниматься зарядкой приседал, прыгал, потом обтер все тело холодной росой, а после надел ярко-зеленый мундир с золотыми погонами, сделанными из солнечных лучей. Мундир, как и подобает быть военному мундиру, был без единой морщинки.

Вы. конечно, догадались, что это был не простой, а боевой Кузнечик!

Надев мундир, он ловко влез на самую высокую травину (а это была Дудка с пятью белыми зонтиками) и стал смотреть в разные стороны — и на юг. и на запад, и на север, и на восток. Как видите, он очень хорошо знал все стороны света и ни одной не пропустил.

Он смотрел и пел свою боевую песню:

У меня закон простои!

Побеждаю всех, кто злой!

Кто же слабый — помогу!

Я иначе не могу!

И только успел Кузнечик допеть последние слова, как сразу же увидел в лесу страшную картину.

За Зайцем гналась Лиса.

Бедняга петлял, прыгал через кусты, удирал изо всех сил.

— Я пропал! Я пропал!- лопотал он. -Спасите! Спасите! Она меня догоняет!

И действительно. Лиса его догнала, схватила за воротник и повернула к себе. От страха глаза у Зайца стали настолько косыми, что правым глазом он увидал левое ухо, а левым глазом — правое.

— Чего ж ты убегал, а? -ласково сказала Лиса. Неужели надеялся удрать?

— Не трогайте меня! Пожалуйста, не трогайте! Отпустите!- плача, сказал Заяц.

— Как бы не так. Разве я отпущу такого мягенького. Ни за что! Я тебя съем…

— Ой-ой… Не надо… Не надо! Пожалуйста, не надо! — упал перед ней Заяц на колени.

— Надо… Надо… -еще — ласковее сказала Лиса, но тут послышалась песня:

У меня закон простой!

Побеждаю всех, кто злой!

Кто же слабый — помогу!

Я иначе не могу!

Был это, конечно, Кузнечик. Как только он увидел, что Лиса поймала Зайца, он вскочил на Стрекозу (свой личный вертолет) и ровно через секунду был в лесу.

— Сейчас же оставь Зайца! — крикнул он Лисе.- Или тебе будет худо!

— Мне худо? Да я тебя лапой раздавлю!

— Ах, так! — воскликнул Кузнечик и отдал приказание своему личному адъютанту Комару.

Комар затрубил и понесся к Лисе со скоростью реактивного самолета. И в ту самую минуту, когда Лиса приготовилась позавтракать, что-то острое, как игла, впилось ей в нос с такой силой, что она сразу же выпустила из своих лап перепуганного Зайца и завертелась на месте.

Заяц, конечно, не стал ждать, пока Лиса вспомнит о нем. и припустил что есть силы наутек, даже и не подозревая, кто его спас.

Победно трубя, Комар вернулся к Кузнечику и доложил ему обо всем.

— Молодец! похвалил его Кузнечик и только хотел выдать ему награду, как обнаружил еще одно злодейство.

Громадный Жук-Носорог обижал нежную Бабочку. Кузнечик знал этого Жука давно. Он был страшный лентяй, ни за что не хотел чистить свой рог и заставлял это делать Бабочек. Бабочки чистили, но каждый раз, как только почистят, так тут же слабеют, вянут и умирают.

«Ну, с этим пора кончать!» — решил Кузнечик, сел на свой вертолет и понесся за реку.

— Я — боевой Кузнечик! — спрыгивая с вертолета, грозно сказал он. — Приказываю сейчас же отпустить Бабочку и больше никогда ее не обижать!

— Кто это осмеливается мне приказывать? — злобно рассмеялся Жук-Носорог. — Не хочешь ли ты со мной сразиться?

— С удовольствием. Только сначала послушай мою боевую песенку.- И тут же запел:

У меня закон простой!

Побеждаю всех, кто злой!

Кто же слабый — помогу!

Я иначе не могу!

Жук грозно ринулся на Кузнечика, а Кузнечик в ту же секунду отпрыгнул в сторону. Жук и не подозревал, как ловко умеет Кузнечик прыгать, — такого прыгуна, как он. не было на всем свете.

— Стой на месте! закричал Жук и нацелил свой рог. Но Кузнечик не стал ждать, когда Жук нападет на него, он опять отскочил в сторону.

Уж тут Жук совсем рассвирепел. Он погнался было за Кузнечиком, но где ему было угнаться! Кузнечик прыгал то туда, то сюда, и каждый раз, пролетая мимо Жука, успевал лапами ударить по грозному рогу.

— Ну, я тебя! Вот я тебя! — прошептал Жук, когда увидел, что Кузнечик стоит, прижавшись к старому трухлявому пню. Но в последнюю секунду Кузнечик опять ловко отскочил, а рог Жука-Носорога до самого носа вошел в пень.

— Ой! -закричал Жук и потянул рог назад. Но куда там, рог и не шевельнулся. — Помогите-е-е-е! Спасите-е-е-е!

— Спасу, — сказал Кузнечик, — спасу, если ты больше никогда не будешь обижать Бабочек и станешь сам чистить свой дурацкий рог.

— Сам, сам буду! Только отпусти меня!

— Пень, отпусти его! — скомандовал Кузнечик.

Пень выпустил рог, и Жук кряхтя поковылял восвояси.

А Кузнечик вернулся домой, снял свой мундир и лег отдохнуть.

Да, он, конечно, имел полное право отдыхать.

Неподалеку от него радостно порхали Бабочки. Их было очень много, и белых, и коричневых, и голубых, и пестреньких, и всем им было весело, потому что уж больше ни одной не придется чистить Жуку его гадкий рог.

А солнышко подымалось все выше. Становилось жарко. Жарковато было и мне. Я снял пиджак.

— Идите сюда! -позвал меня Кузнечик и показал место рядом с собой.

— Да ведь я большой, — сказал я.

— Это вам только кажется, что вы большой. На самом деле вы маленький. Даже меньше меня.

Я поглядел на себя — и верно, я был маленький, только не замечал этого. И тогда я лег рядом с ним.

— Скажите. — спросил я, -как это вы видите, когда кого обижают?

— Это не так уж трудно, — ответил Кузнечик. -Все зависит от того, насколько доброе сердце. Чем добрее сердце, тем дальше видят глаза.

— Мне очень хочется быть добрым, — сказал я, — но это не всегда удается. Скажите, что нужно сделать, чтобы всегда быть добрым?

— Что? Слушайте.

Я придвинул к нему свое ухо. По он не успел ответить. Громадная тень накрыла меня и Кузнечика. Я поднял голову и увидал, как к нам со страшной скоростью приближается какая-то гигантская птица с раскрытым клювом и выпученными черными, как большие шары, глазами.

— Ласточка! — крикнул Кузнечик. — Бегите!

— А вы? — в страхе спросил я.

— Не думайте обо мне! Спасайтесь!

— Кузнечик, иди сюда! — послышался в это время голос Старой Улитки, — Иди в мой дом!

— Идите! — быстро сказал я ему.- Бегите, пока не поздно! Я спасусь. Бегите.

— Благодарю вас! — крикнул Кузнечик и тут же спрятался в домике Улитки, а мне, чтобы спасти твою жизнь, ничего не оставалось делать, как только крикнуть: «Сказка кончилась».

Я крикнул и сразу же оказался на дороге, и тут же мимо меня пролетела маленькая ласточка. Она покрутилась над Дудкой с пятью зонтиками, но, никого не увидав, полетела дальше.

«Как хорошо, что Кузнечик спасся, — подумал я.- Какой он молодец!..»

И тут же вспомнил, что Кузнечик не успел мне открыть свою тайну. В чем она? Что надо сделать, чтобы стать добрым? Ведь это очень хорошо-быть добрым… «А что, если вернуться в сказку? — подумал я, -может быть, Кузнечик и доскажет?» И произнес: «Сказка начинается!» Но, как я уже сказал вначале, похожих сказок не бывает. Так и на этот раз — началась совсем другая сказка. Про то, как полевая мышь чистила от пыли свою шубку. Да-да, она сняла ее, повесила на травинку и стала выколачивать пыль, оставшись сама в тоненьком сером платьице. Честно говоря, я до этого дня не знал, что у мышей снимаются шубки…

Только ведь мне не эта сказка нужна была. Мне нужен был Кузнечик с его тайной. Но сколько я ни вглядывался в траву, сколько ни звал, он не появился, а мышь, не обращая на меня внимания, что-то напевала себе под нос и продолжала чистить свою шубку.

А Кузнечика не было нигде. И уже к вечеру, когда стало садиться солнце, я с грустью сказал: «Сказка кончилась».

И она кончилась!

В старом сундуке

На чердаке одного старого дома стоял в углу большой с открытой крышкой сундук. Когда-то в него сваливали разный хлам. А среди хлама находились и игрушки: солдат с поломанной ногой, безухий медведь, слон без хобота и растрепанная, в изорванном платье кукла.

Игрушкам давно уже надоело томиться в сундуке, и давно бы они выбрались, если бы кто-то из них согласился навсегда остаться в сундуке — встал бы у стенки, а остальные друг за другом забрались бы к нему на плечи и вылезли из сундука. Но такого самоотверженного среди них не было, и поэтому они до сих пор так и сидели в старом сундуке.

— Ну послушайте, слон, — говорила кукла, — помогите нам. У вас же нет хобота, а что вы будете делать без хобота, если даже и выберетесь из сундука?

— Мне бы только выбраться, — отвечал слон.- А там бы я сразу нашел свой хобот. Я знаю, где он лежит. На заднем дворе. И как только бы я нашел свой хобот, так-сразу же убежал в Африку. Нет, я не могу вам помочь. Вот, если бы нас выручил медведь, то я ему сказал бы спасибо.

— Хоть и без хобота, а какой хитрый, — заворчал медведь.- Да мне дай только выбраться из этого сундука, как я сразу же убегу в лес. Эх, и погуляю я там! Нет, уж если кто нас должен выручить, так это солдат! Ноги у него нет, а без ноги ему все равно никуда не уйти!

— Это вам только кажется, — отвечал солдат, — я найду палку. Сделаю из нее костыль. Только вы меня и видели. Если уж кому оставаться в сундуке, так это кукле. Растрепанная, в рваном платье да ее сразу же потащат в баню, а там она размокнет. Уж лучше ей в сундуке остаться, чем стать мокрой тряпкой. Верно?

— Ничего не верно! — закричала кукла. — Подумаешь растрепанная. Я зайду в парикмахерскую-там меня причешут. А портной сошьет мне платье. И стану я такая красивая, что вы меня не узнаете! Нет, если уж кому оставаться здесь, так это слону!

Но мы уже знаем, что отвечал на это слон…

И все начиналось сначала.

Так продолжалось очень долго. И кто знает, может, игрушки никогда бы и не выбрались из сундука, если бы однажды солдат не посмотрел на куклу и не заметил того, чего не замечал никогда раньше. Оказывается, у куклы были удивительные глаза. Они могли закрываться и открываться. И когда закрывались, то на щеки ложились длинные черные ресницы, а когда открывались, то в сундуке сразу становилось светлее.

— Какие у вас красивые глаза,- сказал солдат,- разрешите на них посмотреть еще.

— Смотрите, мне не жалко, ответила кукла.

— Удивительные глаза! — сказал солдат. Как это я не замечал их раньше? Наверное, потому, что все время думал, как бы выбраться из сундука.

— Я тоже вас не замечала,- сказала кукла, — а теперь очень-очень рада вас видеть!

С этого дня жизнь в сундуке стала для них не такой печальной, как раньше.

Зато медведю и слону стало еще хуже.

— Им хорошо… — ворчал медведь.

— Они счастливые! — гудел слон.

— А мы несчастные, — ворчал медведь.

— Да, мы одинокие,- соглашался слон.

— Что же нам делать? — ворчал медведь.

— Да, что же нам делать? гудел слон. — Они совсем перестали думать о том, чтобы выбраться из сундука.

— Они нас предали! — заворчал медведь.

— Да, они нас предали! загудел слон.

— Их надо убить! — зарычал медведь.

— Правильно! — загудел слон.

— Они нас хотят убить! в страхе зашептала кукла.

— Не бойся. — сказал ей солдат,- я с тобой! — И крикнул: — Эй, вы! Хотите из сундука выбраться? Выбирайтесь сейчас! Я становлюсь к стене!

И солдат прислонился к стене.

Медведь влез ему на плечи, дотянулся до края сундука и перевалился на другую сторону.

За ним полез слон и тоже выбрался. Было слышно, как они улепетывали с чердака со всех ног.

— Может, и ты хочешь выбраться из сундука? — спросил куклу солдат. — Иди. Я тебе помогу!

— Нет-нет! — крикнула кукла.- Я не оставлю тебя одного!

— Спасибо! — улыбнулся солдат.- Да и не так уж плох этот сундук, если мы вместе!

И они сели рядышком и стали смотреть друг другу в глаза.

Голая лягушка

Это было очень-очень давно.

Лягушка жила тогда в море, и у нее, как у рыбы, была чешуя. Красивая, вся из перламутра. Стоило солнышку или луне проникнуть в морскую глубь, как лягушка становилась то золотой, то серебряной, а то и сразу золотой и серебряной, если луна и солнце на небе встречались.

Конечно, лягушка своим нарядом очень гордилась. Да и не только она. все рыбы были в восторге от ее красоты! Из самых далеких морей приплывали самые редкие рыбы, чтобы полюбоваться такой красавицей.

— Да, она красива, но, похоже, совершенно немая,- замечала акула, с завистью разглядывая лягушачий хвост, переливавший всеми цветами подводной радуги.

— Нет, что вы, — быстро поворачивалась к акуле уклейка. -Она прекрасно говорит, но очень гордая и ни с кем не хочет разговаривать.

— Да. она зазналась, — добродушно подтверждал сом. — Зазнаваться, конечно, никому не следует, но лягушке можно. Уж очень она красива.

От таких разговоров лягушка была сама не своя. И все чаще стала подумывать, а не показать ли ей себя и на берегу. Ведь там-то ее еще никто не видел!

И она поплыла к берегу. Долго плыла, очень долго. И была то золотой, то серебряной, а то и сразу золотой и серебряной. А на всем пути ее встречали рыбы, и, как всегда, восхищались ее красотой.

Но вот и берег. А по нему ходят высокие птицы с длинными клювами.

«Интересно, что-то они скажут, когда увидят меня», подумала лягушка, выпрыгнула из воды на песок и стала поворачиваться к птицам то грудью, то боком, то хвостом.

— Смотрите, море нам выбросило рыбу,- сказала страшным голосом одна из птиц.

— Нет. не выбросило. Я сама! возмутилась лягушка и стала еще быстрее подпрыгивать, показывая себя со всех сторон.

— А я тебя сейчас съем! крикнула птица. Это была цапля, она нацелилась на лягушку своим острым клювом.

Лягушка задрожала и бросилась к воде. Но до воды было не так-то близко -только что самая большая волна откатилась с берега в морс. Лягушка так перепугалась, что от страха у нее мгновенно выросли ноги.

Раз-два! Раз-два! И она в воде.

Но теперь в воде ей было холодно.

«Отчего бы это?»- подумала она и тут увидала, что у нее нет ни одной чешуйки. .Это когда я прыгала, они осыпались, и теперь лежат на берегу». Она решила вернуться за ними. Но чешуек на берегу не было. Их смыло волной.

«Как же мне быть? Как?»-хотела спросить лягушка, но у нее получилось: «Ква! Ква!»

— Ах. вот ты где. квакша! — снова раздался крик цапли. — Теперь-то я тебя съем!

И лягушка опять в страхе запрыгала к морю.

В море ее увидали рыбы. Они так рассердились, что готовы были избить лягушку, за то что она где-то потеряла свой прекрасный наряд. Особенно зла была щука, она решила лягушку съесть!

И лягушке пришлось бежать на берег. Но там были цапли.

И лягушка снова кинулась в воду. А там была щука.

С тех пор лягушка-квакушка и прыгает то в воду, то на берег. Так и живет.

А из ее чешуек в море выросли прекрасные перламутровые раковины.

Добрая раковина

В бурю морс становилось злым, черным. Ветер подымал на нем высокие волны — такие высокие, что они даже закрывали солнце. Волны неслись к берегу и выбрасывали на песок, на камни длинные водоросли, неосторожных рыб, измученных прибоем крабов и множество красивых маленьких ракушек. Иногда море выбрасывало и чудесные большие раковины. Но это случалось очень редко. По крайней мере. Грише еще ни разу не посчастливилось найти такую.

Уже больше недели свирепствовал на море ветер. Волны изо всех сил били в берег. Но постепенно ветер затих, и море успокоилось. Гладкое, оно сверкало на солнце, похожее на громадное зеркало.

— Что же ты сегодня подаришь мне? — спросил Гриша у моря. -Хорошо бы большую раковину.

— Шш-ши-ши… Шш-ши-ши… IИш-ши-ши, — ответило море шелестом волн.

— Ага, — догадался Гриша, — Ты говоришь: «Ищи… ищи… ищи…» Хорошо, я буду искать. И он пошел по берегу, внимательно разглядывая все. что выбросило в бурю разгневанное море. Но раковина не попадалась. Он сел на большой плоский камень и стал смотреть в море.

Вдоль берега на быстроходной лодке быстро мчался мальчуган. Он был немногим старше Гриши.

— Возьми меня покататься! — крикнул ему Гриша.

Но мальчуган даже и не посмотрел на него. И лодка пролетела мимо.

Гриша опустил голову,- и вдруг увидел у своих ног большую чудесную раковину. Она была вся из розового перламутра и светилась так. будто в ней горела лампочка.

Не веря глазам, Гриша взял ее обеими руками и поднес к уху. И раковина сразу же загудела. В ее шуме послышался вой ветра, плеск волн и свист парусов…

И тут же Гриша увидал мчащийся по морю корабль. На его мачте развевался черный флаг. На носу корабля стоял одноглазый пират. За поясом у него торчали пистолет и кривые кинжалы. И как это получилось Гриша не мог понять, но он оказался на этом корабле. И увидал в трюме связанную плачущую девушку. Она звала на помощь.

— Как мне помочь тебе? — спросил Гриша ее.

— Дай мне раковину, — ответила девушка.

Грише не хотелось расставаться с раковиной, но очень жаль было девушку-и он отдал раковину. И тут же девушка превратилась в птицу и улетела. И как только улетела — все исчезло. И Гриша увидал, что стоит на берегу и держит в руках чудесную раковину.

«Что это такое?» — подумал он и снова приложил раковину к уху. И опять зашумела она, стала даже гудеть…

И Гриша увидал на море военный корабль и на капитанском мостике молодого капитана. И тут же увидал фашистскую подводную лодку. И понял, что сейчас фашисты выпустят торпеду и судно погибнет. И как только он это понял, то сразу же оказался рядом с капитаном.

— Чем я могу помочь?! крикнул Гриша капитану.

— Если бросить раковину в море, фашисты погибнут и мы будем спасены!- ответил капитан.

— Хорошо! — ответил Гриша и уже замахнулся, как вдруг увидал проплывающую быстроходную лодку.

— Э, да у тебя раковина! крикнул мальчуган, хозяин лодки.- Если отдашь ее мне, я тебя покатаю. Дай раковину и садись!

«А как же капитан? — подумал Гриша.- Если я не помогу, фашисты погубят судно!»

И, больше ни секунды не медля, он сильно размахнулся и бросил раковину. Она вспыхнула на солнце, как лампочка, и тут же утонула.

И опять стоит Гриша на берегу и держит в руках чудесную добрую раковину.

Факел и часы

На письменном столе, среди многих вещей, были: серебряная балерина, стоявшая на одной ножке, с крохотными часами в груди, и бронзовый юноша, высоко вздымавший факел.

Как только хозяин этих вещей уходил из квартиры, так сразу же между юношей и балериной начинался разговор. Юноша восхищался балериной. Он сравнивал ее то с бабочкой, то с легким весенним ветром. Он говорил о своей любви к ней. Но она отвечала всегда одно и то же:

— Какой вы странный! Если бы у вас было сердце, тогда я. возможно, полюбила бы вас. Но у вас нет сердца. Помолчите минутку. Послушаем!

Они молчали, и тогда в тишине четко слышалось постукивание часов в груди балерины: «Тик-так… тик-так… тик-так…»

— Что из того,- говорил юноша. Да. у меня сердца нет, но, уверяю, я вас очень люблю. Клянусь светом моего факела!

— Нет-нет-нет! Не говорите, не говорите, не говорите! щебетала балерина.- У меня есть сердце. А у вас его нет. И поэтому я вас никогда-никогда не полюблю!

— Что же,- горестно вздыхал юноша. — Я буду счастлив и тем, что буду всегда освещать вашу жизнь.

— Как угодно, как угодно. Но я вас все равно не полюблю!

Однажды владелец этих вещей уехал, по рассеянности позабыл выключить свет, и факел горел день и ночь.

— Вы видите, я держу свое слово, сказал юноша, я буду теперь всегда, и днем и ночью, освещать вас.

— Как хотите, как хотите! — прощебетала балерина.

Но она не знала того, что пройдет еще несколько часов -и завод окончится, пружина развернется до конца и сердце у нее остановится.

Так и случилось. Все тише, тише стучало у нее сердечко. И вдруг она поняла, что жизнь оставляет ее.

— Ой, мне кажется, я умираю. — прошептала она.

Услыхав слова балерины, юноша встревожился и стал еще ярче светить факелом. Но это. конечно, не помогло, все тише, тише билось ее сердечко. Она умирала. И вдруг он услыхал то, чего добивался так долго.

— Да-да, люблю, люблю… говорила балерина. Она понимала, что умирает, и ей так захотелось хоть раз кого-нибудь полюбить. Ведь так обидно прожить жизнь и не полюбить никого. И она стала говорить бедному юноше самые нежные, самые светлые слова, каких никогда никому не говорила.

— Но зачем же так поздно? — вскричал в отчаянье юноша. — Как же я теперь останусь без вас? Зачем мне вечно светить, если вы будете мертвы?

— Я умираю, — прошептала балерина, еще два удара сердца -и все затихнет в моей груди.

Прозвучали два удара, и все затихло.

Сколько ни звал балерину бронзовый юноша, сколько ни светил факелом она не отзывалась. И для него начались нескончаемые дни печали. Он только и жил мыслью, что она любила его, и все время повторял ей слова любви.

Но однажды, доведенный до отчаянья ее молчанием, он не выдержал, рука, державшая факел, дрогнула, и свет погас.

Гак прошло немало времени.

И все же наступил день, когда в квартиру вернулся хозяин. Он загорел, был радостный. Вместе с ним приехала красивая женщина. Она с любопытством осматривала все, что находилось в его кабинете. Остановилась и перед балериной.

— Эго мои любимые вещи, сказал хозяин.- Вот еще настольная лампа,- и он показал красивой женщине бронзового юношу, вздымавшего факел. Но пока я ездил, часы остановились, а лампа, как видно, перегорела.

Он взял новую лампочку и заменил перегоревшую. Вынул из кармана ключик и завел часы.

После этого они ушли.

— Что это? Я как будто живу. Я живу! крикнула балерина.

— Я счастлив, радостно ответил ей юноша, если бы вы знали, как тяжело мне было все эти дни. До того тяжело, что я лаже, погасил факел.

— Ах, какое мне дело до вас. Я живу! Я счастлива! И мне больше ничего не надо!

— Но ведь вы меня любите?- спросил юноша. Вы же сказали, умирая, что любите меня.

— Ах,- ответила балерина, ну что не скажешь, умирая!

Мастер Озорник

В одном городе жил-был мастер. Он делал игрушки. Эти игрушки он никому не продавал, не дарил, не отдавал, а выводил на дорогу и отпускал. Но так как был он не просто мастер, а мастер Озорник, то любил все делать наоборот. Ну. скажем, солдатикам вместо храбрых сердец вставлял сердца заячьи, трусливые, а зайцам, этим маленьким трусишкам, — храбрые солдатские сердца; лягушек одевал в прекрасные платья, а красавиц кукол в лягушечью кожу.

И получалось, что зайцы со своими храбрыми сердцами, никого не боясь, бросались на медведей, на волков, даже на слонов, и погибали, конечно, а солдатики с заячьими сердцами, еще не дойдя до врага, уже бежали в страхе домой.

Бедные красавицы куклы плакали в болоте, а лягушки, пугая музыкантов, квакали и прыгали, вместо того чтобы петь и танцевать.

И случилось однажды так.

Напали на город, в котором жил мастер Озорник, злые враги.

И конечно же. солдатики, которым нужно было охранять город, испугались и побежали в лес.

Тут-то их и встретили зайцы. Удивились они, увидев, как быстро, без оглядки бежали солдатики, вооруженные пиками и ружьями, хотя за ними никто не гнался.

— Остановитесь! — крикнули им зайцы.

Но солдатики не могли остановиться они даже зайцев боялись.

— Как вам не стыдно! — крикнули зайцы. -Вы не солдаты, а трусы!

— Да,-крикнули, не останавливаясь, солдатики, мы трусы, мы всего боимся, хотя и очень сильные!

— А мы храбрые, мы никого не боимся, — сказали зайцы, -даже слонов не боимся, но погибаем, потому что очень слабые. Давайте меняться сердцами!

— Давайте!-согласились солдатики.

И тут же они обменялись сердцами.

Зайцы сразу же убежали в кусты, а солдатики, как и подобает храбрым солдатам, пошли сражаться с врагом, напавшим на их город.

Худо было бы мастеру Озорнику, если бы враги заняли город, да и не только ему, а всем-всем, но солдатики пришли вовремя. И отогнали врага. И вернулись домой, к своим невестам красавицам куклам.

Но их встретили не красавицы куклы, а большеротые, с выпученными глазами лягушки в прекрасных платьях.

— Где же наши невесты? спросили солдатики.

— Они в болоте,- чуть слышно ответил мастер Озорник, и ему стало так стыдно за свое озорство, что он покраснел, как помидор.

— Да ведь тебя за это убить мало! вскричали солдатики.

— Простите меня, больше я так никогда не буду делать, — сказал мастер Озорник и встал на колени.

— Ну, смотри же! пригрозили ему солдатики. — И запомни: никогда ничего нельзя делать наоборот! Иначе всем будет плохо!

После этого солдатики бросили лягушек в болото, а красавицам куклам, своим невестам, отдали прекрасные платья.

И все были довольны. Особенно лягушки. Они так расквакались, что даже пошел дождь.

Солнечный Зайчик

Конечно, если бы не было Солнышка, то не было бы и Зайчика, который прыгал по стене, распевая спою веселую песенку:

Я — Солнечный Зайчик!

Зовут меня — Скок!

Ля-ля! Ля-ля! Ля-ля!

— Ой, на стене зайчик!

— А что в этом удивительного?- спросил Солнечный Зайчик.

Да вот я болею и мне очень скучно, а тебя не было, — ответил слабенький голосок.

И тут Зайчик увидал в постели маленькую больную девочку.

— Не было потому, что я просто не знал, что ты болеешь. Но теперь я здесь, и тебе будет весело.

С этими словами Солнечный Зайчик опять стал прыгать по стене и распевать свою песенку:

Я Солнечный Зайчик!

Зовут меня — Скок!

Ля-ля! Ля-ля! Ля-ля!

— А ты можешь сесть ко мне на руку?- спросила девочка.

— Конечно! И Солнечный Зайчик тут же скользнул к ней в ладошку. Девочка стала ловить его. А он скакать. И чем быстрей он скакал, тем веселее смеялась девочка.

— Как хорошо, что ты пришел ко мне,- сказала она.- Побудь со мной до прихода мамы.

— Ну конечно, побуду, — согласился Зайчик и снова стал прыгать и распевать свою веселую песенку, а девочка смеялась и хлопала в ладошки.

— Если ты побудешь со мной до ночи, то я и совсем поправлюсь, сказала девочка.

«Я бы с удовольствием пробыл с тобой и до ночи, но дело в том, что как только Солнышко станет садиться на землю, мне обязательно надо успеть по его последнему лучу вернуться домой. Иначе я пропаду. Пропаду так, будто меня никогда и на свете не было», вот так мог бы ответить Солнечный Зайчик, но он так не ответил… Он подумал и сказал:

— Конечно, я пробуду с тобой столько, сколько ты захочешь. Лишь бы ты поправилась! И стал скакать не только по стене, но и по потолку. И чем громче девочка смеялась, тем быстрее он прыгал и веселее напевал свою песенку.

И это продолжалось до тех пор. пока Солнышко не стало спускаться к земле.

— Тебе пора домой.- ласково сказало Солнышко Солнечному Зайчику. — До вечера осталось совсем немного. Если не успеешь, пропадешь.

— Ну как же я могу уйти, если девочка еще не поправилась?

— Торопись, торопись, мой Зайчик! Я ухожу. Торопись! — ответило Солнышко и опустилось ниже.

— Скажи, спросил Зайчик девочку, — тебе еще много надо поправляться?

— Нет, совсем уже немножко. Видишь, я даже могу сидеть. Побудь еще, и я встану.

И Солнечный Зайчик остался.

Солнце село на землю, и от него остался всего один самый последний золотой луч. Зайчик мог сесть на него и скатиться прямо к Солнцу, но тут девочка сказала:

— Какой ты хороший и добрый, дай я тебя поглажу, и положила ладошку на Зайчика.

Он хотел выскочить из-под ее ладошки, как это делал раньше, но не смог, потому что Солнышко уже совсем ушло с неба.

— Ой, где же ты, Зайчик! крикнула девочка. — Куда ты пропал?-Она поглядела на потолок, по сторонам, но Зайчик нигде не светился. Он пропал. Пропал, будто его никогда и не было.

— Зайчик, где ты? -Девочка уже хотела заплакать, но тут пришла мама, увидела свою дочку здоровой и обрадовалась.

И девочка обрадовалась, что мама пришла, и стала ей рассказывать про Солнечного Зайчика, про то, как он прыгал, как пел свою песенку и помог ей поправиться. А вот теперь его нет.

— Ничего, — успокоила ее мама, наступит утро, взойдет Солнышко — и твой Зайчик опять придет. А сейчас надо спать.

Девочка уснула. И пока она спала, прошла ночь, наступило утро, а когда проснулась, с неба уже светило Солнышко и на стене прыгал Солнечный Зайчик.

— Мама, мама! — закричала девочка. Она уже совсем поправилась, хлопала в ладошки и смеялась. — Он здесь! Он здесь!

И на самом деле, Солнечный Зайчик прыгал на стене и распевал свою песенку:

Я — Солнечный Зайчик!

Зовут меня — Прыг!

Ля-ля-ля-ля-ля-ля!

Но это был уже совсем другой Солнечный Зайчик Зайчик Прыг, хотя и очень похожий на своего брата Скока.

Он пропел свою песенку и выскочил в окно. Потому что его уже давно ждали в детском саду. И как только он появился там, ребятишки сразу же стали его ловить, смеяться и кричать.

Ну, это же всегда гак бывает: где Солнечный Зайчик, там и шум и веселый смех.

Необыкновенная ромашка

Это случилось летом на даче.

Однажды утром Лека взбежал на бугор и стал прыгать то на одной ноге, то на другой и не сразу услыхал чей-то тоненький голосок:

— Осторожней, ты же меня сломаешь!

Лека оглянулся, никого вблизи не увидал, подумал, что это ему послышалось, и стал опять прыгать.

— Ну как тебе не стыдно!-снова раздался тоненький голосок.

— Кто это говорит? — спросил Лека.

— Я говорю… Ромашка.

Лека оглянулся и увидал в шаге от себя высокую Ромашку, желтоголовую, в белом большом воротничке.

— Это ты говоришь? — спросил ее Лека.

— Да, я… Посмотри, сколько ты сломал цветов.

Лека посмотрел и ужаснулся: колокольчик был вмят каблуком, анютины глазки раздавлены, иван-чай сломан…

— Честное слово, я не хотел, — виновато сказал Лека. Он присел на корточки и заглянул Ромашке в лицо. Оно было еще желтее, чем головка, и на нем прозрачным золотом светились глаза.

— Я никогда не видал таких цветов, как ты,- прошептал Лека. -Обычно цветы молчат, а ты умеешь говорить. Расскажи что-нибудь…

— Что же тебе рассказать? Сегодня ночью совсем близко от меня прошел крот. Он. бедняга, слепой, и просто чудо, что не подрыл мои корешки.

— А ты бы крикнула.

— Я так и сделала. И он убежал… Но все же я очень испугалась. А вот недавно сюда прибегали зайцы. До самого рассвета они ловили друг друга, а потом убежали. — Ромашка помолчала и вдруг тревожно сказала: Как хочется пить… Давно уж не было дождя.

— Я тебе принесу воды. Хочешь?

— Хорошо. Только никому не говори про меня.

— Ладно. — ответил Лека и убежал.

Он уже возвращался с маленьким ведерком воды, когда повстречался со Степой.

— Ты куда? спросил он Леку.

— Никуда.

— Как же никуда, если идешь куда? Я пойду с тобой.

— Туда нельзя. Ромашка не велела!

— Какая еще Ромашка? Врешь ты!

— Честное слово, не вру. Она сказала, что хочет нить.

— Ромашка сказала? Ври еще больше!

— Честное-пречестное!

— А ну. пойдем! — сказал Степа.

— Только дай честное слово, что не тронешь ее, попросил Лека.

— Если она умеет говорить, то даю честное слово, что не трону.

И они побежали.

— Зачем ты привел его? -с грустью сказала Ромашка, когда ребята склонились над ней.

— Ну, ты слышишь, слышишь? спросил Лека.

— Ничего не слышу. Она молчит.- сказал Степа.

— Как молчит? Ты слушай. Ромашка, он не верил мне. поэтому я привел его… Расскажи что-нибудь.

— Что же тебе рассказать? Я пить хочу…

— Ну что же она молчит? — нетерпеливо спросил Степа.

— Как молчит? — удивился Лека.- Разве ты не слышишь? Она пить просит.

— Ничего она не просит!

Степа оттолкнул Леку, сорвал Ромашку и понесся с бугра вниз.

— Что ты наделал! — кинулся за ним Лека. — Отдай, отдай Ромашку!-Он бежал и ничего не видел. Потом упал и заплакал.

— На, рева-корова, — сказал Степа и бросил смятую Ромашку.

— Ромашка, — взял ее в ладони Лека. Ромашка, ну что ты молчишь? Ну скажи хоть что-нибудь… — Он глядел на нее сквозь слезы и не видел ни ее золотистых глаз, ни солнечного личика, а может, их уже и не было. Не было потому, что Ромашка стала обыкновенным сорванным полевым цветком.

И конечно, она молчала.

Храбрый клоун

Однажды в мастерскую, где чинили детские игрушки, пришла женщина и сказала мастеру:

— Пожалуйста, почините мне куклу. Когда-то это был солдат, но меч у него сломался, мундир, как видите, весь изорван. Пусть он теперь будет клоуном.

— Сделаем! — весело ответил мастер и тут же стал шить колпак.

— Что вы делаете? — закричала кукла.- Я не хочу быть клоуном! Я солдат! Я воин!

Но мастер не слышал, он напевал веселую песню и шил туфли со смешным помпоном.

— Зачем мне эти дурацкие туфли!

Но мастер уже натягивал на него пестрый костюм.

— Что он делает! Что он делает! — в отчаянье кричала кукла.

— А теперь дадим ему литавры, и клоун готов,- сказал мастер и дал ему в руки медные тарелки.

Потом он посмотрел на часы, увидал, что пора идти домой, и ушел.

Когда магазин закрылся и в нем, кроме игрушек, никого не осталось, солдат осмотрел себя и с досады хлопнул литаврами. По всей мастерской разнесся веселый звон.

— Кто это так играет? — донесся сверху нежный голос. — Это вы, клоун, так играете?

Солдат посмотрел вверх и увидел на полке куклу Светлану. Она глядела на него большими синими глазами. Таких глаз он ни у кого еще не видел, хотя на своем веку многое успел повидать.

— Да, это я так играю. Вам нравится?

— Очень!

— Тогда спускайтесь. Будем танцевать!

Светлана спустилась, и по мастерской снова разнесся веселый звон.

С полок на Светлану смотрели медведи, зайчики, пупсы, резиновые жирафы и все были в восторге от того, как она легко и красиво танцует.

— Клоун, а почему вы не танцуете?-спросила Светлана.

— Потому что я солдат. Зато я умею воевать с врагами.

— Какой вы солдат, вы клоун! — засмеялась Светлана, но тут же вскрикнула от страха. На нее из угла, скаля длинные зубы, глядела большая рыжая крыса.

Эта крыса каждую ночь вылезала из своей норы и грызла все, что ей попадалось на пути: столярный клей, крахмал, бумагу. Грызла книги. Грызла игрушки. Теперь она хотела добраться до Светланы.

— Спасайтесь! — крикнул солдат Светлане, а сам, выставив вперед литавры, преградил крысе дорогу.

«Как жаль, что у меня нет меча! — подумал он. -Ах, если бы у меня был меч, я бы сразу убил ее!»

— Я спаслась. Бегите! — крикнула Светлана с полки.

— Прекрасно! ответил солдат.- Но я не уйду до тех пор, пока не погибнет враг! -И он тут же бросился вперед.

Сверкали зубы.

Звенели литавры.

Удар!

Еще удар!!

Еще!!!

Все игрушки с волнением следили за страшным боем и тряслись от страха. Даже медведи тряслись, а зайцы закрыли глаза ушами.

— Победа! — крикнул солдат и громко ударил в литавры.

По всей мастерской разнесся ликующий звон, и под его звуки истерзанный, покрытый глубокими ранами солдат в шутовской одежде клоуна упал и затих.

Он не слышал, как восхищались его храбростью игрушки, не слышал, как плакала Светлана, как звала его.

Утром пришел мастер.

— Ах, проклятая крыса, что она сделала! — воскликнул он, поднимая истерзанного клоуна, и тут же увидал мертвую крысу.- Э, да тут был настоящий бой! И победил клоун. Впрочем, он ведь раньше был солдатом. Пусть он солдатом и будет!

И мастер, весело напевая, принялся за работу.

Он сшил солдату мундир, дал ему в руки меч и поставил на полку рядом со Светланой.

Content

Тайна боевого Кузнечика

В старом сундуке

Голая лягушка

Добрая раковина

Факел и часы

Мастер Озорник

Солнечный Зайчик

Необыкновенная ромашка

Храбрый клоун