Владимир Мясоедов

Заместитель для демиурга

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Серия «Наши там» выпускается с 2010 года

© Мясоедов В. М., 2017

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2017

© «Центрполиграф», 2017

Пролог

– Жора! Жора, ты меня слышишь?! – орал голос из трубки. Номер почему-то не определился, но извлекающий из своей глотки мерзкие звуки тип точно был мне знаком. Может, я даже буду чуть-чуть по нему скорбеть… после того, как пристрелю. – Жора, ты мне нужен! Срочно! Жора, выручай!

– Кеша. – С некоторым трудом, но разбудившего меня идиота удалось идентифицировать. Иннокентий Летахин, учились мы с ним вместе на аэрокосмическом факультете. Да и потом периодически где-нибудь пересекались. Правда, с каждым годом всё реже и реже. У моего приятеля имелись неплохие связи, тянущие его вверх, ну а я… Вниз, разумеется, не скатился, однако ради хлеба насущного пришлось повкалывать. Да и постоянной работы не имел, перебиваясь кратковременными контрактами и откровенным фрилансом. В общем-то вполне успешно перебиваясь. Во всяком случае, слой красной икры на бутербродах периодически появлялся. И периодически удавалось намазывать и чёрную. – Ты там в своих высоких эмпиреях с дуба не рухнул, нет? Кеша, сейчас три часа долбаной ночи! Кеша, вот ты мне можешь объяснить, за каким чёртом ты разбудил меня в три часа ночи? Кеша, если ты сейчас не выдашь мне очень убедительную причину, при нашей следующей встрече я дам тебе в глаз! Ты меня понял, Кеша?!

– Какие ещё три часа ночи? – опешил мой собеседник, который мог и не знать, что есть жизнь за границами МКАД. И соответственно ориентировался исключительно по московскому времени и думал, будто так же поступают все остальные. – Жора, ты чего, на Канарах?

– Географию учи с часовыми поясами, олух! – не сдержал я крика души. – На Камчатке я!

– Что ты там делаешь? – поразился мой институтский приятель.

– Я… Гм… – Сказать ему правду я просто не мог. Последнюю пару лет Иннокентий работал в каком-то ведомственном и полусекретном филиале не то Роскосмоса, не то его дочерней структуры… Короче, велики шансы, что наш разговор кем-нибудь может быть прослушан, записан, пойдёт по инстанциям и дойдёт в итоге туда, куда совсем не надо. – Шабашу на Дальневосточные авиалинии и в перерывах между трудовыми буднями хариуса ловлю. Знаешь, как здесь рыба клюёт? Ты такой рыбалки и представить себе не сумеешь!

– Жора, бросай всю свою кильку и дуй ко мне! – снова завёл старую шарманку Кеша. – Мухой! Пулей! Первым самолётом! Хоть сам его чини, но чтобы через двое суток был уже в Москве по адресу: улица Зеленская, дом пятнадцать, корпус три!

– Ага, счаззз! Шнурки только поглажу, – скептически фыркнул я, слегка успокаиваясь. Сон всё равно ушёл, так почему бы не поговорить со старым приятелем? Тем более чем дольше мы будем болтать, тем сильнее он удивится сумме, списавшейся с его баланса. – Да ты хоть знаешь, какой здесь дефицит специалистов с нашими навыками? Здесь же десятки посёлков, которые можно снабжать и при необходимости спасать либо вертолётом, либо кукурузником, либо иной какой летающей хренотенью, поскольку в местном бездорожье ещё среди вечной мерзлоты отпечатки мамонтов хранятся!

– Георгий, ну ты мне просто очень нужен. И не только мне, Андрею Юрьевичу тоже. – Ого, раз в дело пошло сразу и моё полное имя, и авторитет нашего бывшего куратора, благодаря дополнительным занятиям у которого я смог получать повышенную стипендию, дело действительно серьёзное. – И вообще, когда ты узнаешь, чем мы тут заняты, сам будешь проситься, чтобы пустили! Самолётов не будет, так на санной упряжке вперёд собак побежишь! Ну, если до сих пор не забыл ещё идеалы и принципы трансгуманизма.

О, я в них до сих пор верю, если не сказать верую, – хмыкнул я, радуясь, что хоть что-то в этом мире ещё остаётся неизменным. Например, наша с ним приверженность данной философской концепции, утверждающей, будто большую часть творящегося в мире дерьма можно поправить при помощи науки. Болезни, голод, старость, смерть и прочие нежелательные аспекты человеческого существования. Да, пока мы ещё не можем их купировать, как ненужный атавизм, но рано или поздно… – Только теоретические изыскания не для меня. И подопытным я даже ради всеобщего торжества разума становиться не собираюсь.

– Да не нужны нам подопытные! У нас их уже сотни, а скоро будут сотни тысяч, если не миллионы. Мы в план не укладываемся, нам персонала не хватает, а тут ещё и Андрея Юрьевича госпитализировать пытаются с раком мозга! А он же всегда тебя хвалил! – принялся агитировать меня Кеша, судя по звуку, брызгая слюнями в трубку. Водилась за ним такая неприятная особенность при общении, слишком уж он эмоционален. Или просто имеет проблемы с балансом жидкости в ротовой полости и вырабатывает оной куда больше, чем нужно. – Приезжай! Я тебе гарантирую, что ты станешь одним из первых, кто получит возможность увеличить продолжительность жизни минимум вдвое! И ещё зарплату немаленькую будешь за это получать!

– Чёрт, а ты умеешь убеждать. – Признаться честно, ему удалось меня заинтриговать. Ради подобной возможности действительно имеет смысл всё бросить и сломя голову нестись в столицу. Просто потому, что даже если восстановление пошатнувшихся из-за резкой смены дислокации позиций займёт десять лет, то выигрыш по времени всё равно окажется намного больше. Впрочем… Каких ещё таких позиций? У меня и так в Москве родители, их квартира и даже наша общая престарелая кошка! А сюда я катаюсь исключительно на вахты-заработки. – Только скажи мне, пожалуйста, откуда у тебя вдруг взялся доступ к сверхсовременным медицинским технологиям, если вы вместе с Андреем Юрьевичем работали над суперкомпьютерами для наших космических кораблей?

Во всяком случае, над их чертежами и схемами мы дружно ломали голову в те времена, когда я ещё учился и привлекался к научной деятельности. Да и потом вроде тоже… Может, Кеша и давал какие-то подписки о неразглашении, но за языком в личной беседе не следил. Или скармливал мне дезинформацию.

– Ну, я не про хронологическое или биологическое продление жизни. Субъективное время, – поправился Кеша. – Суть в том, что мы некоторое время назад умудрились совместить человеческое сознание со специальными программами виртуальной реальности…

– Оцифровка?! – Я махом сел на кровати, отбрасывая в сторону одеяло. – Вам удалось?!

– Да если бы! Нам до неё ещё как Архимеду до вертолёта, – буркнул мой друг, занимающийся, как оказалось, очень даже интересными делами. Ведь у великого древнегреческого учёного чертежи летающих машин таки имелись. И лишь недостаток материалов, времени и средств, скорее всего, не дал ему создать рабочий прототип какого-нибудь планера. – Мы просто подключаем спящего человека к компьютеру, и, пока его тело отдыхает, мозг может заниматься своими делами в виртуальной реальности. Да ещё с двукратным ускорением, которое запросто поддерживает наш встроенный в черепную коробку и никогда не отключающийся биологический компьютер. Вместо нескольких часов черноты с редкими смутными галлюцинациями человек в итоге получает дополнительно часть суток, во время которой можно заниматься почти чем угодно! Кроме физического труда, понятное дело.

– Ну вы, блин, даёте! – Я было потянулся за одеждой и только потом вспомнил, что на дворе вообще-то глубокая ночь. Транспорт не ходит, а если и ходит, то аэропорт точно закрыт. И у меня всё равно нет билетов на ближайший самолёт. – Так какой, говоришь, у вас адрес? Вылетаю сегодня, ну крайний срок – завтра! Главное, чтобы погода не подвела.

– Ты никуда не поедешь! – Мою грудь обвили две тонкие, но довольно сильные женские ручки и требовательно потянули обратно в кровать. Чёрт! Спалился! А, ладно, вряд ли по записи разговора между нами можно будет понять, какого именно «хариуса» я ловлю в этих краях после окончания рабочей смены и кто у неё муж. В конце концов, поход по бабам – это вам не авиарейс. Для него сопроводительные документы с картой маршрута не разрабатываются и не хранятся. – Вот ещё! Ты и так слишком редко заходишь!

– Я ненадолго. Посмотрю – и сразу обратно. И потом, у тебя всё равно супруг должен к концу недели вернуться, – стал отбрехиваться я, пытаясь одновременно надеть носки и не дать стянуть с себя трусы. А впрочем, какого чёрта? До десяти часов, когда откроются кассы, ещё целая бездна времени. Успеем! А потому пусть продолжает… – Кеша, стой, не отключайся! Скажи хоть, что я там у вас должен буду делать?

– Да ничего особо сложного, – донёсся из трубки голос моего приятеля. – Просто стать богом…

Глава 1

– Кеша, ты надо мной издеваешься? – Я медленно сосчитал до десяти, а потом перевел взгляд с огромного рекламного плаката на своего друга. Рыжий, как огонь, молодой мужчина с двухдневной щетиной и почти классическим пёстрым свитером программиста выглядел не то понурым, не то с похмелья… Однако его плохой вид и явно неважное самочувствие лишь слегка уменьшали моё желание дать ему в глаз. – Компьютерная игра?! Серьёзно?! Вы взяли технологии, которые разрабатывали несколькими институтами ради освоения космоса последние лет двадцать… и создали на их основе компьютерную игру?!

Позади осталось жаркое прощание, холодный воздух Камчатского края и долгий перелёт в до жути неудобном кресле. По причине тряски выспаться у меня так и не получилось, а потому сейчас я и сам находился далеко не в лучшем состоянии и настроении. Последнее ещё больше ухудшилось после того, как такси высадило меня у сверкающего стеклом и сталью сорокаэтажного здания. Нет, в творчестве явно увлекающегося футуризмом архитектора ничего отталкивающего не было. Просто в холле строения, целиком и полностью отданного одной-единственной компании, всё было завешано рекламой её единственного продукта. А именно – компьютерной игры «Запределье», обещающей перенос всех желающих в настоящую виртуальную реальность. С высокими замками, огнедышащими драконами, мускулистыми варварами, художественно раздетыми девицами всех расцветок и прочими непременными атрибутами магического Средневековья.

– Лучшую компьютерную игру, которая когда-либо существовала на этой планете, – поправил меня слегка задыхающийся старческий голос, раздавшийся за спиной. Учитывая, что там находились раздвижные автоматические двери, а в Москве только-только начинался рабочий день, в данном факте не было ничего удивительного. – С эффектом полного погружения, мало отличимым от натурального продвинутым искусственным интеллектом и возможностью растягивать субъективное игровое время! И потом, шо вам таки не нравится?

– Андрей Юрьевич! – Я развернулся и не смог удержаться от горького вздоха. Мой бывший куратор сдал, сильно сдал… Кожа его пожелтела, обвисла и пошла морщинами, волосы с головы повыпадали больше чем наполовину, глаза утратили былой задор и слезились. Теперь он воистину являлся дряхлой развалиной, хотя при нашей последней встрече года два назад был довольно крепким мужчиной. Видимо, так сказался рак. Или попытка затормозить развитие оного. Если верить слухам, химиотерапией и здорового в гроб загнать можно. – Вот от кого я такого точно не ожидал. Неужели вы можете спокойно смотреть, как вся работа, которую мы делали ради увеличения потенциала человечества, спокойно сводится к возможности для богатеньких мальчиков побегать по нарисованным кустикам за цифровыми моделями эльфиек?!

Мимо нас, зевая во весь рот, прошла к лифту бригада людей, одетых в синие спецовки электриков. Охранники, контролирующие путь на верхние этажи, приветливо поздоровались со своими знакомыми. У кого-то сегодня надежды и мечты разлетаются вдребезги о суровую реальность, для всех же остальных это просто ещё один самый обычный день.

– То есть, если бы кусты и эльфийки были натуральными, ты ничего против не имел бы? – ехидно усмехнулся мой бывший куратор, твёрдо придерживающийся убеждения, что жёны приходят и уходят, а старшекурсницы остаются молоденькими всегда. – Хе, а ты всё такой же горячий идеалист в душе… Впрочем, так даже лучше. В науке излишняя эмоциональность может и помешать, но при твоей будущей работе вместе с нами она станет ещё одним плюсом.

– Вряд ли теперь мне захочется принять ваше предложение, каким бы заманчивым оно ни являлось. И вообще, не переводите тему. – Я поморщился и отвёл глаза от большого плаката во всю стену, где не совсем одетая ушастая девица с пропорциями звезды мужского журнала гналась за какой-то саблезубой улиткой с тесаком наперевес. Вот честное слово, нарисованного монстра было даже немного жаль, такую маньячную физиономию нарисовали этой эльфийке. – Чёрт, теперь я серьёзно боюсь, что когда научатся делать искусственные органы, превосходящие натуральные по своей надёжности и качеству работы, то первым делом люди возьмутся не за печень, сердце или мозг, а за член, задницу и сиськи!

– Так и будет! И это абсолютно правильно! – с уверенным выражением лица кивнул мой бывший наставник. – Отвалившееся мужское хозяйство или вытекшие в трусы ягодицы, конечно, станут большой личной трагедией… Но по сравнению с инфарктом, инсультом или заражением крови подобные неурядицы просто смешны.

– Гм… – Признаться честно, под таким углом ситуацию я не рассматривал.

– Как вы думаете, что будет, если наши искины всё же взбунтуются, подчинят себе виртуальность и восстанут против человечества? – скептически прищурился Андрей Юрьевич. – Ничего! Ну, может, кроме лагов и уничтожения одного маленького выдуманного мира, без которого реальность не сильно обеднеет. Они даже игроков взять в заложники не смогут, поскольку наши капсулы виртуальной реальности на аппаратном уровне ограничивают величину обратной связи.

– Продуманно и логично, – был вынужден согласиться я. – Так это всё – просто большой испытательный полигон? И игроки станут добровольными подопытными мышками?

– Нет, все первичные эксперименты мы провели, и давно. Созданная нами процедура подключения к виртуальной реальности проверялась на тысячах добровольных бета-тестерах и признана полностью безопасной, – пожал плечами мой бывший куратор и закашлялся. – Ох… Кхе! Но по-настоящему массовое тестирование перед тем, как давать подобные технологии всем и каждому, действительно, не помешает. Правда, есть ещё одна причина, куда более важная. Финансирование. Вынужден признать, что, увлёкшись научными изысканиями, наши институты давненько не приносили прибыли… И из числа субсидируемых государством организаций чиновники их взяли и исключили, несмотря на несколько сделанных фундаментальных прорывов.

– Ну молодцы. – Подобное меня ничуть не удивило. О сокращении финансирования процентов на девяносто девять говорили, ещё когда я работал на кафедре. – Дождётся Роскосмос, что наши звездолёты выйдут на просторы Галактики… и займутся пиратством, поскольку их экипажи давно не ели, снаряжали свою посудину на собственные деньги, да ещё и не хотят до конца жизни расплачиваться по ипотеке.

– Очень может быть. Но в любом случае это дело далёкого будущего, до которого я не доживу, – усмехнулся Андрей Юрьевич и снова закашлялся. – Кхе! Кхе! Кхм… Собственно, я не уверен даже, что доживу до официального старта игры, который начнётся уже завтра. Ну, может, это даже и к лучшему. По крайней мере, не буду долго страдать от позора, когда этот нелепый фарс вскроется.

– Вы вообще не будете от него страдать, – горячо заверил нашего общего учителя Кеша. – Вот увидите, всё у нас получится! Никто ничего и не узнает.

– А что именно получится и чего никто не узнает? – подозрительно осведомился я. – Кеша, как его ни пытай, в упор отказывается сообщать предмет предполагаемой работы. Только в самом начале, когда меня выдёргивал с Камчатки, ляпнул какую-то ересь о богах.

– Это не ересь, а жестокая необходимость, – вздохнул Андрей Юрьевич, враз как-то ещё больше осунувшись. – Диверсия у нас была, Жора. Да какая! Подкупленный конкурентами программист влез в базу данных. Потёр он там… Много чего потёр. Успели поймать в прямом смысле слова за руку в момент разноса вдребезги системы скриптов, разработанной для управления мыслительными процессами искусственных интеллектов, даже несмотря на длительную настройку больше напоминающих искусственных идиотов. На них же, как ты понимаешь, базируется вся игра. А у нас уже одних только предзаказов четверть миллиона и ещё вдесятеро большее количество желающих получить аккаунт и капсулу в самые короткие сроки. И это притом, что данный комплект стоит как новенькая машина! Играть в «Запределье» смогут себе позволить лишь очень немногие личности.

– Сохранённые копии программ он тоже потёр? – полуутвердительно спросил я, уже понимая, что услышу нечто подобное. Иначе удалённые куски информации просто заменили бы их точными цифровыми копиями и забыли о неприятном инциденте.

– До каких дотянулся, – кивнул Кеша. – К счастью, уцелел бекап с данными годичной давности. Вся механика уже более-менее налажена, пусть временами и бывают глюки, а предметы, объекты и умения занесены в базы. Но не были ещё расставлены по своим местам неигровые персонажи и ландшафты. Короче, там сейчас одна большая и ровная, как стол, зелёная равнина.

– М-да, ситуация, – посочувствовал я своему приятелю. – Скажи, а тот предатель-программист ходить хоть будет после такой эпичной подставы?

– Будет, – уверенно кивнул Андрей Юрьевич. – Но ближайших лет десять только под себя. А свои тридцать сребреников тратить этому иудушке придётся по большей части на протезы.

– Времени делать всё заново, как положено, просто нет, ведь первые игроки войдут в игру меньше чем через двадцать четыре часа. А потому мы решили заменить временно вышедших из строя искинов людьми, – принялся объяснять Кеша. – Пока наша кризисная команда будет восстанавливать потёртое, вы должны будете всячески развлекать сунутую в виртуал публику. Понятно, полномочия для этого дела будут выданы божественные, чтобы легче оказалось с народом взаимодействовать под видом высших сущностей.

– Я, конечно, польщён, что при нужде в админе-клоуне ты сразу вспомнил старого товарища. – Сарказмом из моего тона можно было отравить средних размеров реку. – Но сразу предупреждаю: одного меня на двести пятьдесят тысяч игроков просто не хватит. И потом, как мне прикажешь исправлять такой косяк, как отсутствие в вашей виртуальной реальности вообще всего?

– Ну, кроме тебя, мы ещё почти сотню помощников к этому делу подключили, а потому на каждую точку первоначального появления игроков придётся лишь около двух с половиной тысяч человек, – вздохнул Андрей Юрьевич. – А вот что с ними делать… Не знаю я! Кустиков там понатыкай, ёлочек, монстров каких-нибудь для начальных уровней. И всячески мешай игрокам расползаться в разные стороны, чтобы они пустое пространство не обнаружили. Пожары, землетрясения, нашествия татаро-монгольской орды… Произвол со стороны божественных сущностей клиентами должен быть воспринят как часть оплаченного ими приключения. Разберёшься, короче. Ты умный, я в тебя верю. А чтобы легче было разбираться, капсула и пожизненный аккаунт за наш счёт. И это кроме аванса, превышающего мою обычную институтскую зарплату раз в пять!

– Ого! – поразился я такой щедрости, ведь куратор мой и так в общем-то не бедствовал. – Откуда у вас такие деньги?

– Спонсоры, для которых мы обещали открыть ВИП-контент, как только отработаем все базовые алгоритмы на относительно простых игроках, – пожал плечами пожилой учёный. – Кхе, кхе… Какому старому больному хрычу не захочется вновь почувствовать себя молодым и наслаждаться всеми радостями жизни? Жирной, сладкой и очень вредной едой, от которой его реальное тело кишки в узел завяжет? Выпивкой, что не грозит инфарктом? Девушками, не умеющими истерить, беременеть и просто толстеть иначе как по желанию заказчика? И потом, планировалось, что наиболее состоятельные клиенты смогут там не только развлекаться, но и удалённо работать. Составлять договора, разрабатывать планы, просматривать сводки… Да за возможность получить лишних несколько часов в сутках настоящий делец без разговоров душу продаст!

– Хорошо ещё, мы пока не стали с ВИП-клиентами связываться. Только засыпали их щедрыми обещаниями, чтобы получить финансирование, – вздохнув, почесал голову Иннокентий. – Иначе нас не просто разорили бы за отсутствие оплаченных индивидуальных зон для занятий бизнесом и досугом. Ехали бы мы туда, откуда Жора прибыл. На Камчатку. Товарным поездом. Или в воссозданные до полной аутентичности Соловки. Или в копию Освенцима, идентичную натуральному.

– А-кхе! – согнулся от кашля Андрей Юрьевич. – Ладно, давайте дальше уже без меня. Пойду на планёрку, а потом полежу чуток в нашем пункте первой помощи под капельницей, медсёстрам устрою пальпацию задних амортизаторов…

– Что говорят врачи? – спросил я у Кеши, как только наш бывший куратор скрылся за дверями лифта.

– Опухоль зародилась в мозгу, а оттуда с кровью болезнь стремительно распространилась по телу. Оперировать особого смысла нет, ведь вторичные очаги обнаружены в лёгких, печени и прочей требухе. Андрей Юрьевич просто сдохнет на столе у хирурга, если попробовать удалить их все, – вздохнул мой приятель. – Короче, с нынешним уровнем развития технологий шансы на излечение попросту отсутствуют. А криозаморозки, чтобы дотянуть до далёкого и теоретически светлого будущего, никто так и не изобрёл.

– Понятно. – Нечто такое я и подозревал. Уж слишком разительно изменился наш бывший куратор за такое относительно короткое время. – Ну, идём, показывай вашу точку доступа к Матрице…

Капсула для подключения к виртуальной реальности больше всего напоминала большую пластиковую ванну, заполненную каким-то губчатым материалом. Как оказалось, это в общем-то и была губка, предназначенная для впитывания пота и иных биологических жидкостей, если они всё же просочатся из организма игрока во внешнюю среду. По мере необходимости, зависящей от степени брезгливости и тонкости обоняния, наполнитель следовало менять. Специальный костюм, состоящий, казалось, из одних только датчиков, контролировал все движения тела, а подгоняемый под голову каждого конкретного клиента шлем служил главной частью устройства, соединяющего биологический и электронный компьютеры.

Несколько секунд краткого парения в чёрной пустоте, где не было вообще ничего, вдруг сменились видом ровной зелёной равнины. Единственным, кто возвышался над уровнем почвы, был Кеша. Мой приятель довольно чужеродно смотрелся на лужайке в строгом официальном костюме, из-под которого виднелась белая рубашка.

– Голова не кружится? Чувствуешь себя нормально? – первым делом уточнил он. – Если что не так, говори сразу. Значит, мы шлем неправильно отрегулировали. Непоправимых последствий никаких, но оно тебе надо – самого себя заблевать или мигренью мучиться?

– Совсем не надо, – отозвался я, с некоторым недоверием присаживаясь на корточки и проводя рукой по траве. Газон, чёрт бы меня побрал! Настоящий газон! Разницу между виртуальным и реальным миром найти решительно не получалось. – Но вроде всё в порядке, можешь начинать инструктаж.

– Угу… На спецэффекты не обращай внимания, анимация вмешательства админов в игру – один из немногих подразделов скриптов, что работает почти без глюков. – Кеша сосредоточился, и земля рядом с нами с грохотом просела, потемнела, засверкали разряды молнии и какие-то разноцветные светлячки, а после изменяемый странными метаморфозами участок застыл в виде правильного прямоугольника, сделанного по виду из чистого мрамора. – Так, это круг возрождения, он же точка входа в игру.

– Он же квадратный, – удивился я, ещё раз оглядывая получившуюся фигуру.

– С дизайном потом можешь поиграться, тут функциональность главнее, – отмахнулся один из главных создателей данной реальности. – Так, слушай основные вехи истории этого мира, который нам пришлось строить заново в связи с диверсией. Запределье – это мир, который лет пятьсот назад чуть не погиб из-за войны богов. Каких именно, тебе не важно, да и игроки всё равно должны начать на пепелище, от которого до ближайшего островка цивилизации пилить и пилить. И чем дальше – тем лучше. Блин, как же хорошо, что мы решили выбрать именно этот вариант предыстории! Иначе после пресс-релиза все стали бы сразу искать конфетку… которой теперь нет, ну просто нет!

– Понял, понял, не отвлекайся, – кивнул я. – Значит, вокруг этого круга нужно городить какие-нибудь руины, а чисто поле заселять тварями да нежитью?

– В целом верно, но для начала и обычное зверьё подойдёт. Система ремёсел уцелела во всём своём многообразии, а потому надо стимулировать игроков к сотворению предметов из подручных средств. – Кеша задумался. – Ориентируй монстров на возможности игроков, постепенно повышая уровень чудовищ и сложность прохождения неизведанной территории. Отличившимся личностям подсовывай трофеи, но в пределах разумного. Чтобы куда не надо не пробились сквозь заслоны.

– Самых настойчивых можно телепортировать обратно к точке возрождения, просто вырыв под ним пещеру с кем-то внутри уровней на тридцать выше и обрушив её потолок, – предложил я, продолжая воевать с меню.

– Вот-вот, – кивнул Кеша. – Так, теперь смотри сюда. Неразумные монстры во всём их многообразии и программы их поведения. Нет, вообще-то модели для разумных у нас тоже остались по большей части, но к ним не прикручены программы, отвечающие за поведение и возможность поддерживания диалога.

В точке, куда упёрся палец моего бывшего сокурсника, возник маленький цыплёнок. Комочек жёлтого пуха на тоненьких лапках в панике озирался по сторонам и испуганно пищал. Да уж, действительно… монстр. С точки зрения маленького червячка.

– У тех из них, кто имелся в уцелевшей базе данных, программы поведения уже более-менее прописаны. Тут нам не просто повезло, а очень повезло, – пояснил Кеша, тыкая пальцем, казалось, в то же самое место. И сразу на землю шлёпнулась толстая змея размером с мою руку. Цыплёнок, естественно, попытался убежать от пресмыкающегося, но только живой шланг не дал ему это сделать. Пасть с на удивление крупными для такого размера гадины клыками рванулась к нему в стремительном выпаде, обрывая пронзительный писк, и ещё дрыгающиеся лапки моментально скрылись во рту хищницы. – Травоядные жрут зелень, хищники на них охотятся. И те и другие посте пенно растут в уровнях, за свои трапезы получая опыт и новые способности. Та же гадюка сама не атакует буйвола или там свинью, поскольку не сумеет их съесть, пока не разрастётся в соответствующих размеров удава. А при приближении объекта намного сильнее себя попытается уползти или спрятаться. Но если к ней в этот момент потенциальная угроза всё же приблизится, то шансы оказаться укушенным – примерно два из пяти. Более умные твари постараются всё же удрать, а глупые сразу полезут в атаку.

– Неплохо, очень даже неплохо. – Такое поведение я был готов признать более-менее естественным. А то если верить фильмам и прочим сомнительным источникам, у обитателей какой-нибудь пещеры больше дел нет, кроме как пытаться загрызть случайно проходящего мимо человека. Нет, если они сытые, то должны непривычного вида дичь проигнорировать. А если голодные – какого чёрта они в этом месте живут? – А размножаться сами твои монстрики могут?

– Нет, их численность поддерживается генерацией новых созданий вдали от игроков. Определишь, что на такой-то территории должна быть сотня волков, сотня волков там и будет… Если её люди не оккупируют, – покачал головой Кеша. – Ладно, сейчас даю тебе полномочия админа… Появились менюшки?

– Вай, как их много-то. – Перед глазами действительно замерли ровные ряды иконок. И стоило на одной из них сосредоточиться, как она будто провалилась внутрь себя, а остальные меркли, мне же открылся каталог из сотни пунктов с какими-то длинными палками. А нет, это, кажется, посохи. – Слушай, а есть тут строчка «Самое популярное»?

– Хм, нет, но думаю, надо присобачить. Штука полезная, но пока внутриигровым чатом со своими коллегами обойдёшься, – почесал голову Кеша. – Видишь по центру иконку с креслом? Жми давай!

Сдуру я выполнил его распоряжение и сразу же пожалел об этом. Меня дёрнуло вверх с громадным ускорением, обо что-то порядочно стукнуло и уронило прямо лицом в салат… Стоп, не салат. Просто нечто холодное и скользкое, но притом достаточно вкусное.

– Кто придумал делать карту из мороженого? – поинтересовался я, с некоторым трудом вставая из липкой субстанции, снова складывающейся в изображение зелёной равнины с единственной яркой белой точкой в центре. – И что это за место?

– Полагаю, кто-то из девчат. Они вечно сидят на диете, а потому о еде и думают, – пожал плечами Кеша, стоящий у самого краешка громадного бассейна с мороженым. Шоколадным, судя по вкусу. – А находимся мы в твоей личной божественной обители. Она представляет собой летающую на высоте в километр невидимую и неуязвимую платформу. Помимо мебели и шкафов с технической документацией оснащена самым главным инструментом для заместителя демиургов – интерактивной картой. Все изменения местности можешь делать прямо на ней, они зеркально перенесутся прямо нам под ноги. И не смей приводить сюда игроков, с её помощью можно обследовать весь мир «Запределья», который им в противном случае придётся зарисовывать от руки на бумаге, коже или каких-нибудь глиняных табличках. Значит, так, в правом нижнем углу у тебя обратный отсчёт до принудительного отключения. Осталось нам… Тридцать субъективных часов. Потом будет перерыв на ужин и сон, а завтра с утра уже начнут рыть землю копытами ожидающие подключения игроки.

– Маловато времени, но постараюсь успеть, – вздохнул я, тыкая в понравившуюся деревяшку. С ясного, чистого неба ударил гром, и у моих ног воткнулась прилетевшая откуда-то сверху резная палка. – Что ж вы так затянули с набором заменителей для искинов-то? Уж программистов сейчас как собак нерезаных. Да, собственно, каких программистов? Тут и дизайнер обычный подойдёт!

– Абы кого на такую должность не поставишь, нам одного предателя уже по горло хватило, – тяжко вздохнул Кеша, открывая перед собой какую-то воронку и исчезая в ней. – Во внутренний круг людей с улицы, без тщательной проверки мы допустить просто права не имеем. Пришлось искать в первую очередь тех, кто уже связан с нами достаточно прочно, а во вторую – хоть чуть-чуть разбирающихся в проблеме.

Ну ладно, начнём работать… Конечно, идея развлекательной виртуальной реальности всё ещё вызывает у меня некоторый внутренний протест. Однако если она является необходимой переходной ступенью для чего-то большего и лучшего, то почему бы и не поработать над её созданием? Тем более в хорошей компании и за приличные деньги. Так, где у нас справка? Ага, вот. Осадки будут? А смена дня и ночи? Угу, и то и другое, и даже каждый день. И ещё игрокам придётся заботиться о пище и воде, чтобы сначала не заработать серьёзные штрафы, а потом ноги не протянуть. Смена сезонов тоже планируется, но пока она ещё не готова, а значит, до появления патчей царить вокруг вечному лету! Ещё в списке возможных стихийных бедствий есть ураган, снежная буря, торнадо, наводнение, засуха, землетрясение, извержение вулкана, чума, нашествие зверей, нашествие монстров, поднятие нежити, прорыв демонов и божественный гнев. Так, ну-ка, попробуем применить последний… Ух, ё!

Ранее безупречно чистые небеса потемнели и закрутились уходящей ввысь воронкой, в которой принялись полыхать разряды молний. Поднялся ветер из тех, о которых говорят, что он нежно колышет арматуру и учит летать собак и непривязанных детей до восьми лет. В воронке уходящего вверх смерча на секунду мелькнули звёзды, но тут же их заслонил огромный полыхающий камень. И сквозь мою платформу пронёсся метеорит размером с гору, окутанный огнём и воющий, словно целая тысяча снарядов реактивной артиллерии, правда, ничего не задев. И ухнул вниз, взметнув громадный фонтан земли. Чёрт, надеюсь, губке в капсуле не пришлось после подобного впитывать лишнюю порцию телесных жидкостей. Предупреждать же надо! Я от этой фиговины чуть настоящий инфаркт не схватил! А в зелёной равнине большая дырка осталась, булькающая расплавленной магмой. Нет, это, конечно, круто, но как-то чересчур. Где у нас тут иконка боевой магии?

Обнаружив желаемое, я спустился на землю и минут пять полосовал ее перед собой огненными бичами всех размеров и форм, рыхлил её взрывами, шинковал летающими лезвиями и удобрял пеплом тварей, которых сам же и призвал. Красочно, эффектно и, должно быть, очень интересно с точки зрения игроков, у которых нет бесконечной маны и бесконечного здоровья. А они им, при освоении чародейского арсенала, очень понадобятся. Меня несколько раз прикладывало ударной волной от собственных действий, на голову падали обломки, сосульки и брызги ядовитых жидкостей, а территория шагов на тридцать в любую сторону теперь стала напоминать испытательный полигон для артиллерии разных калибров. Хм, ну вот и первая деталь ландшафта появилась. От края места появления в этом мире игроков до края провала, где теперь медленно твердеет жидкий камень, каких-то десять метров сожжённой травы. Теперь ещё мраморных обломков вокруг неё навтыкать, и будет полное впечатление, что здесь когда-то находился храм одного из богов, уничтоженный не то конкурентами, не то им же самим.

Среди иконок доступных мне строений моделей храмов оказалось десятка полтора. И все их можно было изменять, настраивать, дополнять… Я же просто взял две самые красивые и поставил одну на другую. И шарахнул от души по ним дождём из маленьких подобий уже виденного метеорита, только мраморная крошка в разные стороны полетела. Получившийся архитектурный кошмар напоминал Парфенон после атомной бомбардировки и вроде вполне соответствовал духу магического постапокалипсиса. Так, здесь мы закончили, идём дальше.

Для начала придётся решить вопрос с ограничением обзора для тех игроков, которые прибудут сюда уже очень-очень скоро. Что у нас есть из высоких объектов? Деревья… Но ведь на них можно залезть. Горы… Та же проблема, тем более их ещё и какими-нибудь баранами для достоверности утыкивать придётся. Блин, ну вот хоть бери и вертикальную стену делай! Хотя… А почему бы и нет?

Три минуты возни с редактором – и вот уже по радиусу в пять километров от точки возрождения возникла идеально круглая стена двадцати метров высотой… Чуть подумав, я разбил её подходящими под габариты воротами, тремя проломами и несколькими обрушившимися пандусами, ведущими наверх. Маленькие лестницы расставлять по периметру слишком долго, да и вообще, они были деревянными и давно уже сгнили под собственной тяжестью. Перекрытием возможных выходов из начальной локации озаботимся позже, когда разберёмся с начинкой для неё.

Значит, здесь у нас расположится разрушенный город-крепость, центром которого являлся уничтоженный храм. Для игроков будет изначально доступной и безопасной только центральная площадь с кругом возрождения и несколько улиц, отгороженных от остальной части поселения рвом с водой и рыбками. Да, замечательная идея! Сразу и неисчерпаемый источник продовольствия, и чёткая, не противоречащая логике граница между безопасной зоной и остальным миром. Всё остальное пространство города придётся отвоёвывать у новых хозяев данного места, которые плавать якобы не умеют или не любят.

Для начала нужно наставить в правильном порядке зданий, нашедшихся в папке «Руины». Поскольку это как бы богатая часть, то придётся брать двух– и трёхэтажные строения. Затем заполнить их внутренности завалами, мебелью и разными малоценными предметами, а также тварями. Хотя нет, последние совсем уж случайными быть не должны, лучше пусть они относятся к какой-нибудь родственной группе монстров. Благо есть среди иконок кнопка «Случайный объект», у которой нужно настроить лишь примерный класс и уровень. Так, попробуем для начала таким образом сотворить нежить десятого уровня.

Земля в выбранном мной месте разошлась в стороны, и из неё, уцепившись за края ямы, бодро вылез скелет. Весь в ошмётках полусгнившей плоти, с кривым ржавым мечом и даже в каких-то обрывках кольчуги поверх рёбер. Интересно, если его убить, что достанется игрокам?

Молния прекратила псевдожизнь создания, разбросав его останки в разные стороны и отдав их в полную власть победителя. И их оказалось неожиданно много. Оружие, которое можно использовать по назначению. Кости, подходящие для магических ритуалов и ремёсел. А также немного железных колец, из которых кузнец может заново попробовать сплести кольчугу. Нет, это как-то многовато… Нужны не такие «наваристые» противники для начала. В идеале – какое-нибудь зверьё. Крабы, мыши, тараканы… Кто там у нас есть?

Оказалось, есть и те, и другие, и третьи. И много кого ещё. Даже на то, чтобы просто познакомиться с одним из разделов бестиария, могли уйти часы. Ладно, для начала ограничимся классикой. Крысы и змеи. Все первого уровня.

Безобидный полуметровый ужик и нечто маленькое и серенькое недолго оставались в относительном покое. Стоило мне их сотворить, как грызун тут же попытался убежать, но рептилия схватила его поперёк туловища и проглотила.

– Значит, базовые алгоритмы поведения у вас работают как надо. – Я удовлетворённо расплылся в улыбке, наблюдая за тем, как змея заглатывает отчаянно дёргающую лапками добычу. – Это хорошо. Хм, но как бы обосновать малое количество монстров и ценностей в за брошенном городе? После людей здесь же должно было остаться много барахла… Хм, старый, пустой, эвакуированный! Точно! Жители сами ушли отсюда и унесли всё ценное! А что осталось – то попросту бросили или забыли!

Около двух часов я расставлял по ровной линии дома, разбирался с их содержимым и заполнял получившуюся улицу следами былых хозяев. Там – повозка на обочине дороги со слетевшим колесом, между досок которой застряла медная монетка. Сям – брошенный прямо на землю куль с давно истлевшим тряпьём. Особенно много подобных следов массового бегства наблюдалось рядом с затопленным паромом, который наладили взамен обрушенного моста.

В домах появились обломки мебели, среди которых попадались проржавевшие ножи, гвозди и прочий мусор, который однако же мог стать для новичков очень полезным, поскольку являлся единственным доступным им оружием. Впрочем, в качестве средства ведения боя можно было использовать даже палку или обломок кирпича. И далеко не факт, что они оказались бы хуже, чем тупое заржавевшее лезвие. В разгромленных кухнях, если как следует пошарить по разбитым и треснувшим кувшинам, имелись шансы отыскать немного специй, смахивающих на дешёвые алхимические ингредиенты. Одичавшие сады тоже могли порадовать пытливых игроков когда лечебными, а когда и ядовитыми плодами. Причём те же волчья ягода или аконит явно были взяты прямиком из справочника по ботанике. И следовательно, знающие её люди получат на старте довольно существенное преимущество. Яблони, груши и прочие плодовые я тоже тут и там растыкал, но коварно сделал их плоды слишком зелёными для употребления в пищу. Вот недели через две-три, если игра не прогорит, их уже можно будет взять в рот, а пока – оболом-с!

Некоторое количество вещей классом получше тоже имелось. В яме на заднем дворе одного из особняков лежал скелет с весьма качественной заточкой между рёбер. Принявший яд и давно мумифицировавшийся купец в своём особняке так и не расстался с артефактными перстнями. В казарме для стражи можно было, немало потрудившись, взломать дверь на склад с тренировочным оружием. Ну а разрушенное здание библиотеки скрывало почти в каждом пятом стеллаже случайную целую книгу.

– Жора, что ты творишь? – Раздавшийся за спиной голос заставил меня вздрогнуть от неожиданности.

– А? – Я развернулся и с недоумением взглянул на Кешу, выглядящего взмыленным, как ломовая лошадь. – Работаю, что не так?

– Да нет, всё в принципе хорошо. Уютненько так, детальненько… – был вынужден признать он, оглядываясь по сторонам. – Только очень уж медленно. Ты уже шесть часов реального времени тут возишься, а заполнил меньше квадратного километра территории!

– Ну а что я могу сделать? – возмутился я. – Тут же работы непочатый край!

– Создай шаблон, а дальше пользуйся кнопками «Копировать» и «Вставить», – посоветовал один из главных создателей этого мира. – Индивидуальности добавляй вставками случайных предметов или объектов, а также действием на местность стратегических заклинаний из разных школ. Получится, конечно, грубый эрзац, но его можно будет доработать напильником. А ещё обязательно включи чат, там время от времени твои коллеги дельные идеи подают и предлагают желающим макеты сделанных ими объектов или поведенческие скрипты для существ. Это же всё программа, куски кода! Их можно дублировать столько раз, сколько нужно! Особенно если делать это в разных уголках мира.

– Хм, имеет смысл… – признал я разумным его замечание. – Мой участок брошенного города может много кому пригодиться. И ему уже не придётся шесть часов корячиться с его сотворением, хватит и минуты.

– Вот-вот, – довольно кивнул Кеша, обрадованный моей понятливостью. – А ещё в следующий раз, когда спустишься с небес на землю, не забывай накидывать на себя невидимость. Напоминаю, игроки придут уже завтра! Практически сегодня!

Глава 2

– Кру-у-уто! – радостно заорал первый игрок со звучным именем Вертопрах, будто вытолкнутый наружу из внезапно размягчившихся глубин круга возрождения. Выглядел он как суховатый мускулистый парень лет двадцати с синими глазами и вьющимися до лопаток светлыми волосами. Одежда вот только у виртуального блондина подкачала. Всем игрокам в начале их карьеры полагались только бесформенные серые робы, больше всего похожие на летний вариант рабочей спецовки, и обычные лыковые лапти. Оружие и амуниция были под стать облачению. Каждому начинающему герою этого мира от щедрот администрации доставалось по недлинному деревянному посоху и заплечному мешку, где лежали паёк на три дня, перочинный нож и маленькая фляга. – Действительно настоящий виртуал, а не жалкая трёхмерная картинка!

– Ага, – согласился с ним второй, решивший назвать своего персонажа Мёбиусом и отставший от первопроходца на какую-то долю секунды. Одновременно с ним в мире Запределья появлялись всё новые и новые игроки, но я своё внимание сосредоточил лишь на этой парочке. – Подпрыгни!

– Зачем? – удивился Вертопрах.

– Мне физику оценить надо. Обещали стопроцентный реализм, хотелось бы как можно раньше найти опровержение, – последовал невозмутимый ответ. – Обычно за такие расхождения с анонсами или какие-нибудь баги администрация бонусы даёт… Но только первому нашедшему.

Вот блин! Нашёлся исследователь на мою голову. С этого станет, докопавшись до какой-нибудь мелочи, раскрыть главную жуткую тайну нашей игры, по своей эпичности затмевающую любые квесты.

– Эй, дайте пройти! – Парочку игроков, замерших у края круга возрождения, довольно невежливо пихнула в спину… пихнуло…

Так, я не понял: откуда здесь этот монстр?!

– Ик! – Мёбиус, на свою беду, заглянул в лицо тому, кто так грубо с ним обошёлся, и, похоже, на миг забыл, что находится в виртуальной реальности. Иначе почему он одновременно побледнел, схватился за сердце и попытался сползти под ноги Вертопраху?

– Боже, что это?! – лишь чуть менее эмоционально отреагировал первый из попавших на мою территорию игроков.

– Я не «что», – пробасила туша, весящая килограмм триста и собравшая в себе, казалось, абсолютно все отрицательные черты внешности, которые только возможно. Одно плечо выше другого, груди до пояса, за спиной горб, а свисающие почти до земли непропорционально большие руки оканчиваются сросшимися в жутковатую клешню пальцами. Глаза разноцветные, нос просто нереально большой, и из него торчат вперёд сантиметров на пять длинные и на вид жёсткие, как проволока, чёрные волосики. Прикус неправильный, половина зубов во рту гнилые, половина кривые, все очень одинокие и слишком большие, волосы на бугристой голове растут неровными пучками, серьёзно напоминающими лишай. – Я Света!

– У тебя что-то с персонажем, – сглотнув, сказал Вертопрах. – Пожалуйся в администрацию и пересоздай.

– Всё как надо! – усмехнулась особа, теоретически относящаяся к прекрасному полу, но видом своим способная превратить людоеда в вегетарианца. – Я долго воевала с настройками персонажа, пытаясь добиться именно такого результата.

– Тебе дали какие-то преимущества? – очнулся от своего обморока Мёбиус.

– Нет, – усмехнулась Света. – Никаких.

– Но тогда почему?!

– Потому что я могу!

Люди растекались во все стороны по сотворённой мной площади. Стучали посохами по брусчатке, которую я сделал стандартным покрытием для улиц богатой части города. Выковыривали из-под ног камни, обеспечивая себе запасы не то строительных материалов, не то метательного оружия. Разбирали завалы, обшаривая дома. Воевали с проржавевшими засовами на сундуках или лезли в окна, пытаясь обойти неоткрывающиеся двери. Радовались находкам, заполняли свои мешки обнаруженным хламом и снова опустошали их ради новых порций почти откровенного мусора. Менялись тем, что считали ценным. В парочке мест уже успели вспыхнуть и погаснуть короткие драки, а прямо у круга возрождения устроили дуэль на посохах в лучших традициях монахов Шаолиня. Игроки осматривали новый мир, ощупывали, в прямом смысле слова пробовали на зуб.

– Вкус опилок идентичен натуральному, – заметил некто Крысокрот, с перекошенной рожей отходя от слегка пожёванной телеги с отвалившимся колесом. – Тьфу!

Застрявшую между досок монетку он, кстати, попросту не заметил. И ведь не первый же игрок уже на эту деталь ландшафта натыкается. Может, я медяшку слишком хорошо запрятал?

– Да, качество проработки игры потрясает, – задумчиво согласилась с ним миниатюрная брюнетка с азиатскими чертами лицами и ником Дракошка, жуя очищенный от коры побег молодого тополя. – На, заешь. Это даже немного вкусно, хотя временно и уменьшает запас магической энергии на единичку.

– Тоже в детском саду их лопали? – усмехнулся игрок, принимая «лакомство».

– В школе, – поправила жующая флору девушка, подходя к останкам телеги. – Пати? Я алхимиком быть собираюсь. Мне подопытные нужны.

– А я как раз в ассасины планировал податься! – обрадовался игрок. – Одну порцию лечилок или отравы в обмен на одно испытание неизвестного зелья или ингредиента?

– Договорились! – кивнула будущая ядоварительница. – О, монетка!

Покопавшись в настройках своих полномочий бога виртуального мира, я нашёл наделение отличившихся в моих глазах игроков новыми умениями или увеличением их текущих параметров. И осторожно добавил в список доступных для изучения навыков персонажа Дракошка ветку «Кладоискательство». В зависимости от вложенных в него очков развития он подсвечивал на некотором расстоянии ценные вещи, несмотря на отделяющие их от глаз игрока слои текстур. Наградой мне послужила довольная ухмылка девушки, которая о своём внезапно прорезавшемся таланте так никому и не сказала. Видимо, собралась в одиночку прошерстить все руины и собрать лежащие там бесхозными сокровища… Ну-ну, удачи ей в поисках. Тяжело найти чёрную кошку в тёмной комнате, когда её туда никто не запускал. Или всё же она там есть? Вроде я при планировке внутренностей помещений натыкался на уже имеющиеся в них вещи, которые сам по разным углам не прятал. Наверное, их туда засунул тот, кто составлял макеты сооружений, относящихся к категории «Руины». Хм, выйти в чат и спросить? А то отыщут сейчас игроки в развалинах меч-кладенец и прорубятся с ним сквозь всё населяющее город зверьё до самых ворот… Заваленных, разумеется…

Внезапно моя интерактивная карта, сейчас настроенная на показ с умеренно большой высоты центральной площади пока ещё безымянного города, разразилась пронзительными воплями:

– Скелет! Помогите, он гонится за мной!

Игроки, рывшиеся в руинах вблизи от портального круга, на несколько секунд замерли. А потом дружно ломанулись на голос, стремясь своими глазами увидеть происходящее и, может, поучаствовать в веселье.

По одной из ровных, как стрела, улиц нёсся игрок, пронзительно вереща и размахивая руками, а за ним по камням брусчатки топал скелет восьмого уровня, скаля окровавленные зубы и грозно рубя воздух зажатым в руке кривым каменным ножом. Однако стоило ему увидеть другого человека, не торопящегося убегать, как он тут же изменил своё направление, двинувшись к нему. А потом вообще остановился, узрев вывалившую навстречу толпу с деревянными посохами наперевес. Я же усиленно пытался понять, откуда в сотворённой мной локации вдруг могла появиться нежить. Нет, одну единицу подобного монстра мне вчера довелось создать. Но она практически сразу была уничтожена! И уровень другой имела…

– Ты где его откопал? – спросил у пойманного за шиворот беглеца Вертопрах, буравя взглядом ходячего мертвеца.

Тот, впрочем, тоже вовсю пялился в ответ… Ну, насколько это можно было судить по лишённой плоти физиономии. Только глядел на живых не с ненавистью или там плотоядным интересом, а с какой-то растерянностью и толикой испуга.

– В яме, что на заднем дворе одного из особняков, – честно сознался «удачливый» игрок, чьё имя в этом мире было Киновал. – Лёха туда заглянул и увидел, что между костей что-то сверкает. Спрыгнул в яму… В общем, нету больше Лёхи. Эта тварь его то ли загрызла, то ли зарезала, то ли всё вместе.

– Сейчас там ничего не сверкает, значит, лут собрать успел, – глубокомысленно изрёк случившийся рядом Крысокрот. – Возродится через часик на круге, узнаем какой.

– Потом домик покажешь, – утвердительным тоном велела обнаружившаяся рядом со своим добровольным подопытным Дракошка. – Если на заднем дворе там ходячие трупы, то внутри имеет смысл поискать книги по магии… Кстати, никто её так и не открыл?

– У меня нет.

– Не-а.

– Вложил все пункты в ману, а бес толку!.. Зачем мне нужна эта энергия, если её некуда тратить?!

– Учителя нужны, почему здесь нет учителей, надо жаловаться в администрацию!

Пока игроки сетовали на то, что им не выдали волшебных плюшек, облегчающих прохождение игры и дополняющих его новыми красками, я зарылся в недра каталога, откуда вчера доставал интерьеры для локаций. Ну да, вот он, лежащий старый скелет. Высушенные солнцем и ветром человеческие кости, при которых имеется от одного до трёх низкоуровневых предметов. И только при тщательном изучении данного объекта появляется справка, что при обыске этого костяка есть пятипроцентная вероятность поднятия его как нежити низкого уровня.

– Интересная идея, но это всё потом, – решил Вертопрах, оценивающе поглядывая на нож в костяной руке так и не решившегося сделать ещё хотя бы шаг вперёд монстра. – А сейчас, господа, я хотел бы узнать, чего мы ждём? Да, это восьмой уровень… Но нас же здесь много, и никаких ограничений на совместные действия нет. Да мы ж его просто шапками закидаем!

– Может, лучше камнями? – на всякий случай уточнил Мёбиус, запуская руку в котомку и вынимая оттуда солидный обломок кирпича. – Подождите, я с фланга зайду, может, так критовать чаще будет. Стой, куда?!

Скелет, наконец-то определившийся со своей линией поведения, при первых признаках агрессии игроков сделал то, чего от него не ожидал даже я. Он развернулся и кинулся бежать прочь от толпы людей с дрекольем.

– Лут уходит! – не своим голосом заорал Крысокрот, срываясь в погоню. – За ним!

Орда геймеров, насчитывающая никак не меньше пары сотен человек, поддалась стадному инстинкту. Ну или охотничьему. В любом случае она рванула за монстром, швыряя в улепётывающую цель камнями, посохами, лаптями, мусором и прочими подручными предметами. Но нежить принялась петлять, словно заяц, и потому большая часть снарядов летела мимо цели. А те немногие, что всё же стукались о скелет, казалось, лишь придавали ему ускорение.

– Не отставайте! – закричала Дракошка. – Ещё чуть-чуть – и он выдохнется!

– Да с чего бы? Нежить не устаёт, – фыркнул трусящий рядом с ней Крысокрот. – Оп-па, у меня единичка ловкости добавилась!

– У меня тоже секунд двадцать назад чего-то такое проскакивало, – откликнулся натужно дышащий Мёбиус, явно исчерпавший уже почти все запасы своей выносливости. – И это учитывая то, что мы его ещё даже не поймали. Что же будет, когда всё-таки догоним эту тварь?

– Плюшки, много плюшек, – расплылся в безумной улыбке игрок Сладкозвон, держащийся рядом с ним. – Смотрите, там дальше улицу пересекает овраг! Ну всё, он попалс…

Приблизившийся к широкому провалу в земле скелет не снижая скорости пробежал метра полтора вверх по стене здания, подпрыгнул, зацепился обеими руками за балкончик второго этажа, подтянулся, встал на перила и с них запрыгнул уже на крышу. По которой быстро пробежал, раскидывая в разные стороны выгоревшую и потрескавшуюся черепицу, и сиганул вниз на другую улицу.

– Офигеть! – не сдержался кто-то из числа загонщиков. – Паркур! Нежить может в паркур! И это обычный низкоуровневый моб, не имеющий даже имени! Что же дальше-то будет?!

– Не так всё просто с ним, я больше чем уверен, – глубокомысленно заметил Мёбиус. – Разве вы не заметили, это единственный скелет на нашем острове. Вообще единственный агрессивный монстр на острове. Фактически в безопасной зоне! Не мог он тут просто так появиться и быть обычным мобом, просто не мог!

– Думаешь, это какой-то квест? – прищурился Крысокрот. – Но где тогда его описание?

– Ну, разработчики же обещали особые бонусы, которые смогут взять те, кто первыми их найдёт, – несколько неуверенно пожала плечами Дракошка. – Вот, нашли… Что-то явно выбивающееся из общего ряда. Теперь только взять осталось.

Тем временем я зашёл в чат, предназначенный исключительно для высших сущностей, озабоченных программным администрированием, и задал там очень простой вопрос: «Кто писал скрипты для нежити и почему они работают так?» К вопросу прилагалась видеозапись скелета, ловко улепётывающего по пересечённой местности от толпы преследователей. Ответ практически моментально дала некая Диана, смущённо признавшаяся, что немного схалтурила. Она почти два дня убила на программирование поведения гоблинов. И перенесла уже созданный набор скриптов на некоторых монстров сходных уровней. Зелёные карлики, по её мнению, обязаны быть существами глуповатыми и злобными, но быстро бегающими от опасности. И чем сильнее они испуганы, сиречь меньше у них здоровья и больше преследователей, тем шустрее двигаются. Не удивительно, что служащий главной целью загонной охоты скелет будто второе дыхание обрёл. Слегка подумав, я закинул ему в список личных вещей большую серебряную бляху с изображением костра на одной стороне и сапога на другой, увеличивающую скорость бега и ловкость на двадцать пять процентов. И обозвал сей предмет медальоном гонца инквизиции. А в подвал дома, рядом с которым и лежал прыткий покойник, поместил очень крепкий несгораемый шкаф, где лежали туфли инквизитора, сутана инквизитора, перчатки инквизитора и шляпа инквизитора. И украсил его тем же гербом. Все вещи входили в один комплект и повышали защиту своего обладателя от магии тьмы. Надеюсь, игрокам они понравятся. Правда, ни одного существа, пользующегося оной магией, на моей территории пока нет.

– Ничего, стартовая площадка не такая и большая, – хрустнул пальцами Вертопрах, разминая кулаки, после того как неуловимый скелет в очередной раз оставил своих преследователей с носом. – Мы его поймаем… Рано или поздно.

– А если удерёт за пределы безопасной зоны? – разволновался Мёбиус, потирая поставленный ему под глаз обломком булыжника фингал. Понятие «дружественный огонь» в этом мире приходилось учитывать, даже если всего лишь кидаешься камнями.

– Ну тогда хоть узнаем, как именно он это сделает, – не особо расстроился первый игрок, ступивший на мою землю. – Сами же выхода отсюда мы пока не обнаружили…

Погоня продолжалась по нарастающей. Несколько раз мертвецу пришлось резко менять направление и сворачивать в боковые улочки, когда прямо по курсу у него оказывались занимающиеся своими делами большие скопления игроков. Даже если они и не ловили конкретно его, то с первого взгляда угадывали подоплёку разворачивающихся на их глазах событий и моментально подключались к действу, стремясь задержать монстра. Мимо отдельных игроков прыткий костяк бесстрашно прорывался, стоически терпя удары посохами по хребту.

– Жора, ты тут как? – возник в моей божественной обители Кеша. – Всё хорошо?

– Более-менее, – отозвался я, взирая на карту, где едва ли не объединившиеся в единый клан игроки вовсю ловили одного-единственного монстра. – Смотри, какой у меня тут занятный человекоапокалипсис случился. Толпа людей уже полчаса одинокого ходячего мертвеца пытается поймать и растерзать, но никак у них не получается. А у остальных как дела?

– Добавь ему здоровья, срочно! – распорядился Кеша. – И сопротивление метательному оружию повысь! Плохо всё у остальных. Четыре локации так и не успели доделать, игроков с них пришлось срочно распределять по другим регионам. А ещё пятеро отчитались, что всё готово, но игроки быстро смогли добраться до границ окружающей их песочницы, и пришлось принимать меры. Теперь не одна тысяча человек будет жаловаться на дикий дисбаланс, засунувший их в принципиально непроходимую локацию.

– Подземный ход какой-нибудь оттуда навертите с кучей сокровищ, ловушек, монстров и встроенным лабиринтом, – посоветовал я. – Только вход расположить надо грамотно. Так, чтобы игроки подумали, будто сами виноваты в том, что его прошляпили раньше.

– Неплохая идея, может, так и сделаем. Или забацаем двусторонний портал с очень хитрыми условиями активации. – Кеша кинул взгляд на часы. – Ладно, не буду тебя отвлекать. Продержись до начала местной ночи, потом станет легче. Облака закроют обе луны, а звёзды будут тусклые-тусклые! При околонулевой видимости и отсутствии надёжных средств освещения даже геймеры далеко не уйдут… Я надеюсь.

С этими словами Кеша исчез по своим делам, а я принялся обставлять территорию вокруг города деревьями. В качестве извинений Диана прислала кусок созданных ею джунглей, и, чёрт побери, это было самое то! Буйная, дикая растительность снаружи служила неплохим обоснованием занявшему город зверью, да и пробиться сквозь плотный подлесок девственного тропического леса быстро не получилось бы. Верхние же ярусы деревьев складывались из настолько тоненьких веточек, что выдержать они не сумели бы и кошку. А ещё время от времени можно будет устраивать короткие тропические ливни с грозами, разгоняющими геймеров по норам.

Занятый работой, одним глазом я всё равно поглядывал на то, как там себя чувствует скелет с цифровой душой трусливого гоблина. А он не сдавался и, поскольку нежить действительно не могла по законам игровой механики выбиться из сил, продолжал мухой носиться из конца в конец безопасной зоны, собирая всё новых преследователей. Наконец, спустя почти полчаса погони, когда к числу охотников присоединилась чуть ли не половина появившихся на моей территории игроков, одинокого покойника всё-таки загнали в угол. Вернее, в полукруг. За спиной скелета была вода окружающего безопасную часть города рва. Все пути отхода перекрывала плотная тройная цепь игроков, взирающих на блокированного врага очень недружелюбно. Видимо, данное развлечение уже стало им надоедать, и только упрямство заставило их продолжить погоню.

– Попался, который кусался… – пробасила Света, расталкивая других с бесцеремонностью пьяного слона и надвигаясь на скелет, у которого, кажется, даже кости затряслись от ужаса при виде этого чудища. – А ну, иди сюда, негодник, сейчас я тебя поцелую!

Меня передёрнуло, впрочем, большую часть игроков тоже. Решив, что лучше смерть, чем позор, я отдал приказ покойнику прыгнуть в ров и двигаться прочь от берега. Программа, разумеется, повиновалась. Игроки разразились целой бурей возмущения, когда отлично держащийся на воде скелет кролем поплыл от берега, распугивая толстых ленивых карпов, которых я накануне запустил в водоём. Но всё перекрыл дикий рёв взбешённого монстра в женском обличье, каким-то противоестественным колдовством с настройками персонажа заимевшего себе вместо голосовых связок настоящую пароходную сирену.

– Это что ещё за достижение – Светобоязнь?!

– И что даёт? – осторожно осведомился Мёбиус, стараясь на всякий случай держаться от разгневанной фурии подальше.

– Повышает на десять процентов шансы того, что нежить мужского пола побрезгует меня жрать, а при попытках пленения предпочтёт окончательную гибель! – прорычала Света, гневно раздувая широкие ноздри.

Кстати, думаю, надо сделать скриншот и отправить его дизайнерам – тут такая модель для элитного тролля пропадает! А когда сотворённого по лекалам сего существа монстра всё же введут в игру, то Свете можно дать способность троллеподобия… Или троллям – Светоподобия…

Сообразив, что, если народные массы останутся недовольны, мне не скажут спасибо, я решил чуть подкорректировать план. Когда костяк выбрался на берег и сделал первую пару шагов, его мгновенно атаковала взметнувшаяся из ближайшей канавы анаконда. Со стороны могло показаться, будто животное ударило из засады, но на самом деле оно в этом мире появилось лишь несколько секунд назад. Гигантских размеров змея просто упала сверху раскрытой пастью на живого мертвеца, надевшись на него как чулок на стройную женскую ножку, и, сомкнув челюсти, немного подёргивая толстым комком в районе шеи, неспешно скрылась в своём убежище.

– Большая глотка. Уровень двадцать пять, – севшим голосом сказал кто-то, вглядываясь в характеристики босса. – Имя плюс размеры… Знаете, мне кажется, это босс!

– Стопудово босс, – согласилась Дракошка, меланхолично накручивая на пальчик локон… принадлежавший вообще-то совсем другому игроку, выбравшему для своей аватары крайнюю степень нечёсанности и кудрявости. – И он сожрал наш бонус. Как думаете, если её убить, мы какие-нибудь останки скелета обнаружим?

– Поживём – увидим, – пожал плечами Крысокрот. – Только с палкой я на эту дуру не пойду.

– Могу предложить вам каменный топор, юноша, – нарочито громко сказал ему некто Мойша, имевший сухопарое телосложение, мудрые глаза, благородные седины, а также подозрительно еврейский нос, акцент и пейсы. А самое главное – всё это, и причём именно в подобном сочетании, мне уже встречалось в каком-то фильме. Кажется, игрок просто взял изображение одного из актёров и натянул его на себя, словно маску. – Также в ассортименте имеются дубины с гвоздями, дротики и даже самая настоящая праща!

– Сколько? – деловито уточнил Крысокрот, даже и мысли не допуская, что может получить подобное богатство бесплатно.

– Деньги нам покуда не особо нужны, ибо магазинов я что-то не вижу, а потому вы принесёте мне материалы для занятия ремеслом, – расплылся в улыбке игрок, успевший освоить начала ремёсел и создавший примитивное оружие. – Скажем… по пять кубометров дерева и камня за любой из сделанных мной предметов станет справедливой ценой.

– Ты чего, дом из них собрался строить? – уставилась на него Дракошка. – Куда тебе такие объёмы, дедуль?

– Зачем строить? – возмутился торговец. – Ремонтировать! Игра только началась, и вы бегаете как ужаленные, ищете бонусы… Но вся земля вокруг нас и есть этот бонус! Как вы думаете, сколько она будет стоить, когда игроков вокруг будет десятки и сотни тысяч? А они будут, ибо этот мир решительно стоит того!

– М-да, желающих на каждый жалкий клочок этого места будет более чем достаточно, – согласился Мёбиус, потирая подбородок. – Застолбить территорию действительно не помешает… Впрочем, вряд ли у нас тут хватит ресурсов, чтобы построить чего-нибудь, кроме жалких сараев, или восстановить несколько лачуг.

– Для начала сойдут и они, а потом к нашим услугам будет весь этот город. – Вертопрах мечтательным взором первооткрывателя уставился на дома, отделённые от него водной преградой. – И целый мир, что скрыт за его стенами…

Так, не забыть все проломы перегородить намертво. И ворота с той стороны подпереть обрушенной штурмовой башней. А также сделать пару засыпанных подземных ходов, от которых сохранилось лишь начало.

– Полагаю, сначала надо восстановить мост, если мы не хотим всё время плавать на тот берег и обратно, – задумчиво пробормотал Крысокрот. – А хотя нет, спешить не стоит. А то ещё зайдут к нам в гости всякие-разные, а у нас, кроме палок, и нет ничего.

Причиной резкой смены его настроения послужил львиный прайд, состоящий из одного хозяина гарема, семнадцати его жён и львят, спустившийся к воде, чтобы напиться. Вожак имел пятнадцатый уровень, а самки двенадцатый. И игроки, все как один щеголявшие жалкими единицами, дружно решили временно не оспаривать у кошачьих звание вершины пищевой цепочки.

Следующие несколько часов я старательно расставлял по окружающему город пространству деревья, логова зверей, ручейки и прочие детали ландшафта. Ну а новые обитатели этого мира вовсю учились форсировать водную преграду своим ходом либо при помощи подручных материалов. Причём поскольку собирать более-менее нормальный плот им было лень, да и дефицитных гвоздей жаль, то обычно они сплавлялись к противоположному берегу рва с какой-то деревяшкой. А после, если им везло возвратиться с охоты, при помощи всё того же плавсредства гребли в обратном направлении. Навести, что ли, Кешу на мысль, что дерево вообще-то в конце концов может в воде разбухнуть, потяжелеть и утонуть? Или уж не стоит портить жизнь людям, которые небось и так по горло заняты работой? Игроки вроде не сильно вперёд рвутся, чтобы их дополнительно притормаживать. Вон уже почти половина времени первых игровых суток прошла, а они всё никак в глубь сотворённого мной города проникнуть не могут. Правда, это только потому, что им активно мешают…

– Обходи слева!

– Стой на месте, дурак! Они уже там!

– Прикройте сверху!

– Я ранен, я ранен! Четыре травмы! Ай! Уже пять! Хил! Плиз, хил!

– Ты чего творишь, сволочь?!

– Эвтаназию. Это единственное, чем лучший медик нашего отряда в моём лице может ему помочь.

Игроки нарвались на стаю шишколобых обезьян. Ну, или стая нарвалась на игроков… Сказать без поднятия логов сложно. Судя по описанию, данные полуразумные звери были мигрирующими в поисках лучших условий для своего обитания и довольно агрессивными, чем очень напоминали настоящих людей. Внешне они походили на обычных мартышек, правда, размером в полтора метра и с большим костяным наростом на лбу. Этим природным оружием обезьяны могли довольно чувствительно приложить приблизившегося к ним на расстояние удара врага, вкладывая в удар всю массу своего тела. Но главным в них было далеко не это. Подобно некоторым умнейшим из приматов Земли, представители данного вида могли пользоваться своей хватательной кистью для того, чтобы поражать врагов на расстоянии. Правда, обычно реальные дальние родичи человека использовали для этой цели всё же гнилые плоды или собственные экскременты, а никак не кирпичи. Пожалуй, если бы появившиеся среди геймеров крафтеры не освоили производство пращей из уцелевших обрывков тканей, а также не снабдили ударный кулак из желающих стать воинами большими деревянными щитами, шансов у людей вообще никаких не осталось бы. А так они более-менее сражались на равных.

– Ау! – взвыл один из игроков, когда ему на ногу свалился обломок булыжника весом примерно в полкилограмма. Щит, который он держал в руках, ему не помог, поскольку был поднят слишком высоко. Впрочем, скорее всего, это было сделано сознательно. Лучше получить камнем по любимой мозоли на мизинчике, чем поймать эту тяжесть головой. – Чёрт, это не мир меча и магии, это шутер какой-то! И я в нём даже без винтовки! Ну, долго вы там ещё?!

– Да фиг его знает! – послышалось в ответ из глубины строения, которое игроки старательно грабили уже минут двадцать под непрерывным огнём скачущих по крышам приматов. Ответные выстрелы от десятка пращников примерно в одном случае из трёх попадали в цель и крайне редко сшибали обезьян с относительно безопасных убежищ на землю. Но совершить контрольный удар палкой по черепу не удавалось, так как полуразумные зверьки регенерировали полученные синяки и травмы. – Здешний кузнец был просто каким-то хомяком-оборотнем! Мы уже вторую волокушу запрятанным по нычкам хламом грузим, а его тайнички всё не кончаются и не кончаются!

Ага… Ещё бы они кончились, когда я их прямо в настоящий момент создаю и создаю. Правда, ничего ценного туда не кладу. Только те массивные и тяжёлые вещи, которые взять с собой не сразу получится, а бросить жалко. Несколько криц грубого железа, большие ржавые клещи, столь же побитый жизнью молот, к которому с показателем силы меньше тридцати и подступаться не стоит, десяток проломленных шлемов, парочку гнутых и обломанных мечей, половинку от кирасы со старательно затёртым гербом… О! Главное же забыл!

Дом содрогнулся от мощного удара, и тут же раздался испуганный женский визг:

– А-а-а! Убили! Убили!

– Что у вас там? – развернулся в сторону входа в кузню один из пращников, за что и поплатился: ему в ухо прилетел острый кусок черепицы. Несчастный орган слуха срезало начисто! Ну да ладно, к следующему входу в игру отрастёт. – Ай, блин!

– Хозяин явно ждал мародёров и был не то гением, не то дебилом, не то и вовсе мастером ловушек, – вылез наружу один из игроков, утирая с лица обильно забрызгавшую его кровь. – Он наковальню на чердак затащил, на крышку ведущего туда лаза поставил и всю композицию снаружи большим медным подсвечником подпёр! Настя потянулась взять подсвечник, и тут же ей на затылок килограмм сорок как чебурахнется!

– Брутально, – оценил мою идею вожак этих расхитителей бесхозной собственности. – Ну, по крайней мере, у нас теперь есть наковальня.

– Нету, – помотал головой счастливо избегнувший смерти добытчик. – Она на куски разбилась. Каменная потому что. Проломила перекрытия второго этажа и как об землю долбанулась! Хорошо хоть, там никто не стоял.

– Алярм! У меня экстренная ситуация! – внезапно отвлёк меня от возни с игроками панический сигнал, пришедший по внутреннему чату от высших сущностей. Тревогу поднял и. о. бога, отзывающийся на имя Вася. – Примерно сорок идиотов догадались прокачивать магию тьмы жертвоприношениями других игроков! И работают как чёртовы стахановцы, у некоторых данный навык уже к десятке подбирается. Что делать?!

– И чё? – уточнил я, пока не видя повода для беспокойства. – У них ведь нет работающих заклинаний, с помощью которых они могли бы быстро прокачаться и добраться до не окультуренной нами территории?

– А им и не надо! – с паникой в голосе откликнулся Вася. – У меня дороги к пустым участкам магическими аномалиями, выдающими урон тьмой, перекрыты! А от повышенного сродства со стихией уменьшается урон, который она причиняет волшебнику!

– Натрави на них кого-нибудь, – посоветовала Диана. – Рейд святой инквизиции, который исследует проклятое место, например.

– Нет, лучше пусть очередной ритуал окончится критической неудачей, и они призовут недружелюбного демона, который их всех захавает! – возразил ей некто Трисгермист. – И заодно статы понизит, ну, мол, вследствие попытки вытянуть душу.

– Хорошая идея, гибель неопытного чернокнижника в ходе изучения тёмной магии вполне укладывается в понятие рабочего риска у представителей данной профессии. Вот только такого механизма в скриптах пока вроде нет, – осторожно заметила ему Яга-Царевна. – И потом, разве люди не возмутятся такому произволу, как уменьшение параметров их персонажей?

– Если оно в рамках игровой логики, то пусть возмущаются. – Идея мне понравилась. Веяло от неё чем-то… перспективным. – А механизм я сейчас сделаю, у меня неплохо получается не только расставлять модельки по картам, но и программировать. Тем более тут нужна будет уже имеющаяся в базах операция повышения параметров, только прибавлять будем отрицательные числа.

Глава 3

На большой поляне били в тамтамы барабанщики, под их ритм плясали десятки людей в одеждах из грубой ткани и грубо выделанных шкур, метались в наступающих сумерках туда-сюда всполохи огня, и матерно кричала жертва, находящаяся внутри здоровенной деревянной пылающей клетки, очертаниями отдалённо похожей на человека. Гортанно пели «О-о-о-о-о» восемь типов в венках из дубовых листьев и кое-как сшитых белых балахонах, ради изготовления которых погиб не один кролик. Эти пародии на друидов стояли полукругом у медленно разгорающейся куклы, внутри которой скрипел зубами от неприятных ощущений избранный на казнь в одноразовом идоле «счастливчик». Ноги деревянному конструкту заменяли два массивных пенька, тазом служила толстенная доска, которая сама по себе горела бы полдня, и только выше начинался сплетённый из сучьев и веток каркас живота, внутри которого рефлекторно билась изжариваемая заживо фигурка. Только то, что жертвой был сквозь зубы ругающийся мужик лет тридцати, а не отчаянно зовущая на помощь девица, остановило меня от немедленного применения на местность божественного гнева с последующим баном участников и отправлением петиции в соответствующие органы.

– Ну и, собственно, вот! Сектанты! – как бы извиняясь, сказала Диана, указывая тонкой рукой на творящееся под нами действо. Выглядела эта богиня как реинкарнация своей древнегреческой тёзки. Брюнетка в белом хитоне с напоминающей песочные часы фигурой, кожей, больше подобающей мраморной статуе, и парочкой заметных с первого взгляда половых признаков четвёртого размера. Причём не обвисших, а гордо выпирающих вперёд. Даже немного жаль, что в реальности сию персону зовут Галиной Дмитриевной, ей слегка за пятьдесят и, кажется, уже даже есть внуки. Женщина до попадания в виртуал работала при одном из создавших «Запределье» институтов лаборанткой, а потому немного разбиралась в процессах этого искусственного мира. Но с логикой компьютерных игр у неё имелись явные проблемы. – Уже пятые сутки качают себе магию природы. Ну и сопротивление огню заодно. У них жертвой становятся не по жребию или там результатам проигранного состязания, а в соответствии с заранее выбранным и утверждённым графиком. Чтобы никому обидно не было.

– Откуда они узнали, как надо проводить этот ритуал? – удивился Мракорык, такой же бог-админ-демиург, как и мы двое, в реальности именуемый Сашей и ещё не закончивший университет. Приходился он Кеше каким-то дальним родственником и был запихнут в виртуал на правах производственной практики. – По плану мы же ещё не должны были подсовывать им разумных неписей! Как они до такого вообще додуматься могли?!

– Как, как… Перечитали ту же кельтскую мифологию, откуда разработчики и сценаристы уже лет сорок черпают вдохновение и подробности для магических ритуалов, – вздохнул я, мысленно ругаясь на выверты механики «Запределья». Если игрок в этом мире много бегал и прыгал, у него росли сила и ловкость. Если огребал по морде или брался голой рукой за свернувшегося в шарик дикобраза, то росло до определённой планки сопротивление боли и сила воли. А если он вдруг садился в позу лотоса и не двигался с места час-другой, хотя находился в игре, то система засчитывала данный манёвр за попытку медитировать. Чаще провальную, но примерно один сеанс из двадцати пяти всё же оказывался успешным. Да и другие пути открыть в себе волшебство имелись. Например, те же ритуалы с жертвоприношениями. В результате рано или поздно у игроков появлялись средства обойти или разрушить препятствия, которые «демиурги» и основная команда разработчиков с трудом создавали на их пути. Приходилось изощряться и искать новые средства отвлечения внимания, выглядящие не изощрённым издевательством, а захватывающим приключением. – Какие преимущества этим клоунам даёт медленно растущая у них магия природы? Кроме прямого сопротивления ей же.

– Сейчас – главным образом уменьшение агрессивности по отношению к ним зверей. Ну и чуть-чуть повышается восстановление запаса сил в лесу, – тяжело вздохнула Диана, тоже сделавшая первичную локацию для игроков лесом, который не так-то легко преодолеть. Правда, без всяческих развалин великого города. Появившиеся на её участке люди оказывались в небольшой заброшенной лесной деревушке, со всех сторон окружённой относительно безопасной дубравой, где водились доверчивые и вкусные кролики. И куда не совалось ничего опаснее лисы. Но стоило из дубравы выйти и попасть под своды мрачных вековых елей, как тут же откуда ни возьмись появлялись голодные волки, медведи и крайне докучливые лесные духи. – Если этот культ продержится ещё с недельку, у его вернейших апологетов должны появиться активные способности. Маскировка – шанс в тяжёлой ситуации позвать к себе на помощь зверей. Ну и полный нейтралитет обычной фауны, которую мы не можем разбавлять нежитью или ещё кем-нибудь подобным. Или представители разных фракций друг с другом сцепятся, а игрокам останется только собрать трофеи.

– М-да, порушат они тогда баланс. Лидеры сборища ведь ещё и за социальный успех бонусы получают. Они же фактически целую религию основали, – вздохнул Мракорык. – Нет, такое проигнорировать нельзя, надо либо возглавлять, либо прекращать. Жаль, что это не какие-нибудь фанаты Лавкрафта или иные чернокнижники…

– Почему? – удивился я, отводя взгляд от игрока, добровольно позволившего себя запереть внутри деревянной клетки. Очень уж он натурально обугливался. – Тебе не всё равно, по каким мотивам они друг друга жгут и режут?

– Ну, так им скинули бы какого-нибудь злобного демона и на все претензии, что он их жрёт и жрёт, не давая сойти с круга возрождения, отбрехивались бы с недельку игровой ситуацией, – пояснил свои мотивы студент, – мол, сами призвали, сами и расхлёбывайте. А не можете – не наша вина. Думать надо было, прежде чем алтари тёмных сил строить и призывать тех, с кем не можете справиться. Об этом ещё оригинальная инквизиция говорила веке в четырнадцатом.

– Ну, положим, говорила она немного о другом, но мысль интересная. – Секунд десять я боролся с искушением просто жахнуть по толпе игроков метеоритом, но столь простое решение проблемы было слишком грубым. Нет уж, настоящее божественное неудовольствие – это вам не просто палкой по башке прямо с орбиты. Тут надо действовать тоньше и изощрённее. – Галина Дмитриевна, может, на них стаю бешеных волков натравить? Или там оборотня…

– Порвут, – покачал головой Мракорык-Саша. – Ты не забывай, у нас механика более-менее реалистичная. А их только на поляне сотни четыре, да ещё по окрестностям тыщи две шляется. И пусть оружие у них за редким исключением из камня, но ради ачивок, экспы и лута они любого вервольфа голыми руками на заготовки для крафта разберут.

– О чём он? – не поняла Диана, пока ещё слабовато разбирающаяся в сленге любителей компьютерных игр.

– О том, что нам нужен кто-то, кого эти сектанты не убьют из-за полагающихся в случае победы достижений, опыта и трофеев, – перевёл я с молодёжного на человеческий. – Так, а кто у нас в каталоге зверей самый большой, грозный и угрожающий?

– Ну, самый большой и грозный, наверное, диплодок… – задумался Саша, бестиарий игры знавший куда лучше меня. По естественной причине, впрочем. Он банально начал в ней работать богом на несколько суток раньше. – Но если уж кем пугать эту толпу, то тирексом. Ему хоть положено будет не просто затаптывать тех, кто под ногу подвернулся, а целенаправленно охотиться за добычей. Можно даже исключительно на людей настроить.

– Подожди! – Я в недоумении уставился на Мракорыка. – В этой игре про эльфов, орков и прочих гоблинов ушастых есть динозавры?! Да как такое вообще может сочетаться?

– Сказка с приключениями не должна быть логичной, сказка с приключениями должна быть интересной, – пожал плечами врио виртуального бога. – Мы сюда и армию друидов впихнуть хотели с первым патчем. Я уже такой убойный концепт-арт к ним нарисовал!..

– Так, тираннозавр… – Диана закопалась в своё личное меню, просматривая там характеристики нужного нам существа. – Уровень от двухсотого до двести семидесятого. Не мало?

– В прямом бою, может, и хватит, – почесал я затылок, припомнив опыт столкновения игроков на своей территории с гигантским вараном. Рептилия была хоть и не такой опасной, но всё же превосходила по размерам игроков раз в двадцать. Однако против толпы возрождающихся обезьян с палками ей даже ядовитое дыхание не помогло. Слив первую сотню охотников, геймеры вспомнили о наличии у них такой штуки, как разум, после чего заманили зверюгу в тупичок, перекрыли оттуда выход баррикадой и элементарно закидали камнями по навесной траектории. – Засаду они устроить вроде не должны успеть, но, может, есть у них подготовленный план обороны против какого-нибудь саблезубого медведя? А, ладно, призывай по максимуму!

– Ага, но только одного! – вставил Мракорык. – Если вдруг скрипты засбоят, я прямое управление приму.

Вечеринка вдохновившихся кельтской культурой природопоклонников под бодрый, пусть и не всегда выдерживающий ритм барабанный бой внезапно оборвалась. Просто все, включая барабанщиков, друидов и, кажется, даже ещё не до конца дожарившуюся жертву в деревянной клетке, принялись читать пришедшее им системное сообщение.

«Локальное событие: „Охотник и добыча”.

Многочисленные воззвания к Матери-Природе были услышаны… Вот только людям надо бы помнить, что не стоит без достойного повода привлекать внимание той, кто породила всё живое, и отвлекать её от поистине важных вещей. А ещё она хоть и признаёт естественным порядок, когда одни едят других, но не любит, если кто-то страдает ради потехи. И придерживается мнения, что проявишь мягкость – испортишь ребёнка.

Цель: Дожить до рассвета.

Награда: Умение: „Дитя леса”.

Штраф за провал/отказ: Уменьшение магии природы на 10 единиц».

Самым высоким показателем магии природы среди игроков было четырнадцать пунктов, и имелось подобное значение только у одного. Ещё двое раскачали данный параметр до двенадцати. Но основная масса сектантов недотянула и до той же десятки, а потому обязана была после смерти скатиться к полному нулю. То есть результат, ради которого они убили вагон своего времени, вдруг обращался пшиком.

– Это произвол! Они не имеют права! – закричала вдруг какая-то дама, одетая только в меховые стринги леопардовой расцветки. Видимо, ритм дикарского танца так её захватил, что даже лифчик вдруг стал помехой движениям и чувствам. Или просто ритмично дрыгающиеся по соседству мужики минутой раньше умудрились виртуозно совершить кражу, сперев по идее не снимаемый чужими руками предмет экипировки.

– Мы будем жаловаться! – поддержали её в толпе игроков.

– Не позволим! – откликнулся один из друидов, воинственно взмахивая каменным серпом и едва не срезая нос своему соседу.

– Тш! Вы слышите это, братья? – поднял руку старший из самозваных друидов, успокаивая свою паству.

Похоже, он пользовался среди своих немалым авторитетом, поскольку его послушались и утихли. Не совсем, но достаточно, чтобы стал слышен треск, с которым сквозь деревья на поляну ломилось нечто большое. Треск нарастал и становился настоящим грохотом. Один из барабанщиков в удивлении уставился на свой тамтам. Палочка, лежащая на куске туго натянутой шкуры, вздрагивала примерно раз в секунду.

– Ух, мать честная! Ну ни фига себе дитя природы… – выдохнул кто-то из самозваных друидов, когда на поляну шагнул настоящий ночной кошмар, воплотившийся в виде тридцатиметровой хищной рептилии.

Чёрный как уголь прямоходящий ящер небрежным взмахом хвоста разрушил горящую клетку, окончательно похоронив её узника под слоем пылающих веток, блеснул жёлтыми глазами, где отражалось пламя костров и факелов, задрал свою пасть к небесам и оглушительно заревел. Те из игроков, что поумнее, стали спасаться бегством. Самые мудрые сразу выходили в реал.

– Действительно, можно было бы подобрать название получше, – согласился я с ним, наблюдая, как закончивший свою песнь ящер пригибает голову к земле и одним взмахом захватывает ужасающими челюстями сразу трёх друидов. Вот они есть, а вот их уже… Так, а почему они ещё не отмечены как убитые? Он их что, живьём сожрал?! – Древнее дитя природы… Ну вот что это такое? Обозвали бы, по крайней мере, древним ужасом.

– Не забывай, у нас тут назидание от высших сил идёт, а не террористический рейд в целях запугивания, – наставительно поднял указательный палец Мракорык. – Не, ну ты глянь на этих отморозков! Они монстра раз в сто пятьдесят выше их по уровню не только контратакуют, но ещё и успешно критовать умудряются!

Часть природопоклонников, пытавшихся создать полноценную языческую религию и получить положенные за подобное действие бонусы, действительно напали на несколько опешившего от подобной наглости тираннозавра. Лучшим оружием людей по идее являлись копья с каменными, костяными и, в редких случаях, даже металлическими наконечниками. Но толстые древки разлетались в мелкие щепки при попытке удержать на месте тянущуюся к двуногому мясу пасть. Да и длины их не хватало, чтобы, миновав частокол клыков, вонзиться куда-нибудь в нежное небо. Куда лучше показала себя праща, в обращении с которой за минувшие дни неплохо сумели наловчиться десятки охотников. Камни, отправляемые этим примитивным орудием в громадные глаза ящера, были ему немногим опаснее песка… Но когда вам в глаз постоянно что-то сыплется, довольно сложно не отвлечься на источник дискомфорта. Ну, биологическому существу сложно. Имитирующая его программа, повинуясь заложенным алгоритмам, просто дёргала лишний раз башкой, тратила время на угрожающий, но, по большому счёту, бесполезный рёв или промахивалась мимо своей цели.

Атаковать же не относительно уязвимую голову монстра, а его колонноподобные ноги почти никто и не пытался. Лишь парочка самоубийц постарались обогнуть ящера с флангов и добраться до его ступней, чтобы вонзить туда колючки копий… Одного чисто случайным взмахом хвоста отправило в полёт метров на тридцать, причём приземлялся он уже мёртвым. А вот на второго, пытавшегося с разбега проколоть пятку чудовища, дитя природы вполне целенаправленно наступил. Подобная смерть, предполагающая практически полное уничтожение трупа, должна была превратить всю экипировку покойного в хлам, который легче выкинуть, чем починить. Повторить подвиг парочки самоубийц, возомнивших себя тактическими гениями, больше никто не пытался. Чтобы причинить вред опорным конечностям тираннозавра, покрытым толстенной чешуёй, требовался как минимум топор лесоруба. И минут тридцать при условии полной неподвижности чудовища. Быстрее их подрубить нечего было и мечтать.

– М-да, это вам не лиса в курятнике. У петухов и наседок шансов выклевать будущему воротнику глаза побольше будет, – заметила Диана, любуясь на зрелище погони.

Трусливые игроки удирали в сторону заброшенного селения, а сломивший остатки сопротивления тираннозавр обманчиво неспешно топал за ними. Скорость ящера, покрывавшего каждым шагом десяток метров, явно превышала таковую у отчаянно перебирающих ногами людей. То и дело монстр наклонял голову к земле, чтобы схватить очередную безумно вопящую фигурку. Пращники, пытавшиеся отступить с поля боя пусть и рассыпанным строем, но с сохранением какого-то порядка, больше не могли его отвлекать. Их мастерство было недостаточным, чтобы в движении попадать по мишеням, даже столь большим, как глаза хищного динозавра. В большинстве случаев камни просто тюкались о броню на его морде… И снимали один, редко-редко два хита. А число очков жизни у именного монстра чуть-чуть превышало полтора миллиона и за время расправы с копейщиками не снизилось даже на пару процентов.

– Слушай, у меня такой вопрос: а он не лопнет? – задумался я, когда тираннозавр откусил пытавшемуся спрятаться от него за деревом игроку всё, расположенное выше сандалий. Причём вместе со стволом дерева, оказавшимся слишком ненадежным убежищем. – Столько людей глотать – никакой желудок не выдержит.

– Ну, заворот кишок от переедания механикой игры не прописан. Ни для монстров, ни даже для игроков, – как бы извиняясь, ответила Диана. – В конце-то концов, стопроцентной реалистичности никто и не хотел добиться. Лучше скажите мне, если он будет гоняться за отдельными игроками, это не чересчур?

– Если будет выглядеть достаточно случайно, то нет, – пожал плечами Мракорык. – Ты же хочешь остатки друидов добить, верно? Рядовые-то сектанты особой опасности не представляют. Так вот, чтобы всё было естественно, хищник должен сначала погнаться за маленькой группкой, в которую они входят… И ни в коем случае не разворачиваться к следующей цели сразу после проглатывания предыдущей.

Вопящие люди, число которых по сравнению с первоначальным уменьшилось практически наполовину, добежали до покосившегося забора, ограждающего покинутую деревню, и перемахнули его почти не замедляясь, поскольку тираннозавр и не думал отставать от них. Разумеется, преграда, которую монстр перешагнул, едва заметив, не заставила чудовище отказаться от погони. Правда, когда он сожрал штук шесть человек уже в границах населённого пункта, то обнаружил, что внезапно остался на улице один. Покосившиеся дома из саманных кирпичей не могли похвастаться богатой обстановкой или стёклами в окнах, забранных частыми деревянными решётками. Однако в данный момент игроки и им очень радовались. Хотя ещё больше они обрадовались бы глубинному бункеру, предназначенному служить убежищем в случае атомной войны. Желательно с очень узким входом и надёжной гермодверью.

Древнее дитя природы сделал несколько шагов по улице, заставляя вздрагивать стены домов. И всех, кто в них прятался. Он шумно втягивал в себя воздух и негромко рычал, всячески демонстрируя недовольство вдруг прекратившимся весельем. Но уходить из деревни не спешил, бродя по её улицам и запросто перешагивая дома. Пару раз округу оглашали отчаянные, быстро обрывающиеся крики, когда ему попадались личности, спрятавшиеся недостаточно хорошо. Например, пытавшиеся влезть в собачью будку и не вместившиеся туда целиком. Или же сиганувшие с размаху в колодец и плескавшиеся там, чтобы не утонуть.

Большой жёлтый глаз с вертикальным зрачком заглянул в окно одного из самых больших зданий деревни, некогда исполнявшего роль не то ратуши, не то трактира. Вообще-то, кроме глаза, за решётчатыми ставнями маячило ещё немного щеки и часть зубастой пасти, но в первую очередь внимание приковывал именно сам орган зрения. Неморгающий, не выражающий эмоций и очень-очень большой. Под стать всему остальному организму.

– Нашёл, – сглотнул один из игроков, крепко сжимая в руках мощное твёрдое копьё, сделанное из чёрного дерева и оканчивающееся шикарным листовидным наконечником из бронзы. Личный телохранитель наиболее опытного из друидов имел самое лучшее снаряжение, которое только было доступно в этом регионе Запределья. – Алярм?

Глаз мигнул и исчез, вознёсшись почти от самой земли на более привычную ему высоту. Десятка два человек, набившихся в двухэтажную постройку из саманных кирпичей, стали дрожать, морщиться, трястись, шептать сквозь зубы какие-то ругательства и, кажется, даже молиться. Стены, состоящие из смеси соломы и глины, явно не казались им надёжным укрытием.

– Нет, не алярм, – покачал головой другой игрок, вооружённый точно таким же копьём. Только наконечником ему служила куда более узкая трёхгранная игла. – Каюк!

Словно оправдывая его пророческие слова, крышу дома разметала в разные стороны обрушившаяся на неё пасть гигантского и чёрного как ночь тираннозавра. Зубы, каждый размером с хороший кинжал, двинулись навстречу друг другу с разных сторон и почти мгновенно сгребли оказавшихся между ними людей в одну кучу, и те с протестующими воплями и трепыханиями прямиком отправилась в ненасытный желудок чудовища.

– Вот честное слово, с размерами создатели модели тираннозавра чуток промахнулись! Раза эдак в два-три, – заметил я, когда науськанный нами монстр принялся разорять здания одно за другим, словно медведь ульи.

– По-моему, вообще они сначала делали Годзиллу, но потом вспомнили о законах против плагиата и спилили на фиг своему мегаящеру все шипы, – поделился своими мыслями Мракорык. – Очень уж этот чёрный на всемирно известную радиоактивную ящерицу смахивает. Только атомного дыхания у него нет. А если бы было, его следовало бы классифицировать уже как какого-нибудь бескрылого дракона.

– А-а-а! – заорал один из игроков, пытавшийся спрятаться в погребе, куда морда динозавра не протиснулась бы… по крайней мере, не обрушив всё маленькое подземелье, предназначенное для хранения продуктов. Однако искавший спасения в этом убежище природопоклонник забыл захлопнуть за собой крышку, а потому оказался обвит длинным языком ящера и вытянут наружу. До хамелеона тираннозавру явно было ещё далеко, но нечто общее с умеющей мимикрировать ящерицей у него точно было. – Помогите! Кто-нибудь, помо…

– А нас не взгреют за разрушение безопасной зоны? – опасливо уточнил Мракорык, наблюдая за планомерным уничтожением поселения. – Игроки могут ведь и коллективную петицию написать…

– Ну, портальный круг наш чешуйчатый друг не тронет. А ничего важного и интересного в этих халупах всё равно не осталось, – неопределённо высказалась Диана. – Первоначальные запасы давно разобрали, а защита от непогоды им не очень будет нужна. Время года по календарю – весна. Или лето. До смены климата нам ещё далеко.

– Думаю, надо сделать тираннозавру логово где-нибудь неподалёку, – предложил я. – Жалко такого красавца стирать. Да и его игроки теперь искать будут… Ну просто чтобы знать, куда потом в рейд идти.

– Хорошо. – Марго щелчком пальцев сменила картинку на интерактивной карте, получив вместо панорамы разрушаемой деревни макет окружающих территорий. – Давай подумаем, где может жить такая тварь. Пещеру какую-нибудь соорудим в спешно насыпанной горе?

Вариант с дырой в камне или прочими подобными убежищами пришлось после некоторого колебания отвергнуть. Слишком шаблонно. В развалинах какого-нибудь замка он бы не поместился, да и чего жрать посреди руин столь громадному хищнику? В итоге домом доисторическому ящеру стала небольшая долина с горячими гейзерами, где среди редких фонтанов пара бродили и щипали экзотически изумрудную растительность меланхоличные трицератопсы. Несмотря на свою травоядность, эти трёхрогие ящеры были очень даже достойной добычей, которая ещё долго не будет по зубам игрокам. Во всяком случае, до тех пор, пока среди них не появятся набравшие первую сотню уровней герои.

– Всем! Всем! Всем! – Оповещение, пришедшее по внутренней связи для исполняющих обязанности небожителей, отвлекло меня от моделирования долины динозавров. – Закончена работа над поселениями кобольдов, в которых игроки в зависимости от своих возможностей и репутаций могут как попасть в котёл, так и изучить некоторые умения начальных уровней! Шаблоны данной расы доступны для использования во вкладке «Расы».

– Так, и кто там у нас? – тут же заинтересовался я монстриками, странным образом сочетающими в себе черты крысы и ящерицы.

Уровни для них были рекомендованы с третьего по десятый. Система автоматически генерировала им имена, характеры и умения. Впрочем, последние особым разнообразием не блистали. Представители этой странной расы были слабенькими универсалами, другими словами, являлись одинаково плохи во всём. Их охотники редко добывали зверя опаснее белки, воины предпочитали обходить одиноких волков стороной, ремесленники делали кривые и косые самоделки из кости и камня, воры могли лишь схватить то, что плохо лежит, и дать дёру, а шаманы после получаса кривляний с трудом вызывали какой-нибудь светлячок.

– Хм, а то, что надо. Может, мне их в какой-нибудь левый задний угол своего города поселить? Какое-нибудь маленькое племя, с которым можно будет поднять репутацию дня за два таскания им добычи или каких-нибудь шкур?

Древнее дитя природы, который пока ещё не знал, что он больше не бомж, тем временем разорил уже примерно половину зданий в лесной деревне. Нет, он и больше успел бы разрушить, но переговаривающиеся между собой по сети игроки наконец смогли нащупать выигрышную стратегию противостояния гигантскому плотоядному монстру. Ну, относительно выигрышную. Одинокое чудовище хоть и могло легко опередить бегущего человека, но не могло поймать несколько сотен потенциальной добычи, если они все одновременно выпрыгивают из своих убежищ и начинают улепётывать в разные стороны.

– Слушай, а что за умение ты пообещала выжившим? – поинтересовался Мракорык, чуть подправляя траекторию твари, гнавшейся за очередным игроком. В результате первоначальную цель тираннозавр упустил, но зато на него сами вылетели бегуны, умудрившиеся на ровном месте заблудиться и вернуться обратно. – А то, чую, дать его при дётся как минимум десятку-другому игроков. Всех один-единственный тирекс переловить не успеет, если без откровенного читерства…

– На то и расчёт, – откликнулась Диана. – Должны же быть не только проигравшие, но и те, кому повезло. Счастливчикам будут завидовать за их внезапно появившуюся способность отличать съедобные дары леса от ядовитых. Умение это хоть и совсем не боевое, но крайне полезное.

– Особенно для кулинаров и алхимиков, – кивнул я, не желая спорить с очевидным. – Тебе тоже уже намекали, что надо ввести какие-нибудь аналоги аптечек для игроков?

– Угу, – согласилась Диана. – Все жалуются, что игра у нас получается очень суровая…

– Однако количество новых пользователей всё растёт и растёт, – улыбнулся Мракорык. – Можно подумать, что это они не от боли пищат, а от удовольствия.

– Пошляк! – стукнула его ладонью по затылку женщина в летах, напялившая на себя изображение молоденькой девушки.

– А что я такого сказал? – возмутился студент.

– Ладно, раз проблему с сектантами мы решили, пойду к себе, – решил я. – Буду кобольдов где-нибудь по периметру ставить.

Игроки, пусть пока и не способные очистить оставшийся безымянным город от заполнивших его монстров, очень удивились, когда у них одно за другим стало появляться сообщение об ухудшении отношений с кобольдами племени Сухих Сучьев.

– Да что ж такое-то?! – возмущался Крысокрот, в гневе втыкая остро заточенный костяной кинжал, сделанный из голени какого-то животного, в барную стойку. Стоящая за ней Дракошка, успешно гонящая из дикой малины, вишни, груш и прочих плодово-ягодных влёт расходящиеся среди игроков компоты и настойки, едва успела отдёрнуть пальцы. – Я же этих кобальдов даже в глаза не видел! Почему у меня с ними вдруг стало «Недоверие»?

– У меня тоже. Хотя с места мы оба последние полчаса отсюда не двигались. – Владелица не то пивной, не то столовой озадаченно прикусила нижнюю губу и вытерла покрытые липким сладким соком руки о здоровенный лист какого-то лопуха, заменяющий ей салфетки. – Слушай, а может, эта фракционная репутация нас как людей проседает? Нашёл какой-то ухарь относительно мирное племя и ну его геноцидить… Вот остальные-то и озлобились на всё человечество.

– Возможно. Как мы успели убедиться, в некоторых деталях этот мир до боли логичен и реалистичен. Испортим отношения с местными индейцами – наверняка вскоре получим карательный рейд с вырезанием цивилизаторов под корень. Вот только тот, кто режет кобольдов… Он больной? – поднял на неё усталые глаза Крысокрот. – Нейтральные неписи – это квесты, учителя, торговцы, в конце концов!

– Да, торговцы нам не помешают, – увлечённо закивала девушка-алхимик.

Она уже успела опытным путём открыть примерно три десятка рецептов и, судя по всему, останавливаться на достигнутом не собиралась. Правда, большая часть творимых ею препаратов более-менее соответствовала реальным зельям, рецепты которых игроделы взяли прямиком с сайтов по народной медицине… Однако принцип научного подхода в смешивании разных ингредиентов и тестировании получившихся результатов на добровольцах данная особа явно знала.

– Да его же за такую подставу все окружающие бить станут так, что с круга возрождения сойти успевать не будет!

– Вы стеклотару принимаете ведь? – заглянул в здание бара игрок Лего-в-глаз.

– Обмениваем, – чуть поправила его Дракошка.

Первоначально это более-менее сохранившееся строение, выбранное в качестве своей базы именно за наличие стратегического запаса пустых бутылок в его подвале. Вот только недооценила начинающий алхимик потребности игроков в компотах и настойках, восстанавливающих силы или здоровье. А ещё не учла, что стекло в мире «Запределья» вещь хрупкая и опустевшую тару ради нового заполнения её полезным продуктом ей смогут принести далеко не всегда.

– Пять пустых бутылок на одну полную. Или одну полную на корзину каких-нибудь ягод или фруктов. Что у тебя есть?

– Вот! – На стойку, пусть немного подгнившую и рассохшуюся, но прилежно выполняющую свои обязанности, опустилось несколько выдолбленных изнутри тыковок-горлянок. – За них я хочу…

– Чёй-то маленькие они какие-то. – Дракошка озадаченно покрутила в руках сделанный из выдолбленного изнутри овоща сосуд. Ёмкость его измерялась едва ли четвертью литра. – И подержанные явно, вон вокруг пробки всё изгрызено какими-то мелкими зубами-иголочками… Крыс!

– Убить? – К горлу пришедшего с товаром на обмен игрока прижался костяной клинок незаметно зашедшего к нему за спину начинающего ассасина.

– Не сметь! – запретил ему мозговой центр этой слаженно работающей парочки. – Ты, паршивец, зачем кобольдов разозлил?!

– А чего они мне указывать пытались?! Мол, ты туда не ходи, ты сюда ходи, а то стрела в башка попадёт, совсем мёртвый будешь! – возмутился Лего-в-глаз, ничуть не испугавшийся внезапно сложившейся ситуации. Ну да, боль-то в игре по умолчанию выставлена процентов на пять и иногда, в отдельных событиях, может повышаться до двадцати… Тут даже отрубленная нога станет чувствоваться, примерно как удар линейкой по пальцам. – Будут ещё всякие крысы помоечные мне указывать!

– Ох, смотрите на него, гордец какой нашёлся, – разозлилась Дракошка. – А мы теперь по твоей милости как должны с ними общаться?

– Не мои проблемы, – высокомерно фыркнул Лего-в-глаз. – И вообще, отпустите меня! Или ославлю весь ваш притон как пекашеров, которые товарахррр…

– Похоже, эта игра будет ещё интереснее, чем я думал, – усмехнулся Крысокрот, беря со стойки лист лопуха и начиная очищать им свой костяной клинок. – Интересно, что нужно сделать, чтобы кобольды относились к нам как к отдельным личностям, а не как к частям враждебного им социума?

– Сходи и узнай, – улыбнулась ему Дракошка, просматривая оставшуюся от убитого игрока добычу. – Попробуй начать переговоры с того, что вернёшь им вот эти похожие на иглы зубы, которые мы взяли с тела убийцы кобольдов. Думаю, должно помочь.

Глава 4

– Фух! – Я трясущимися руками принял стаканчик свежевыжатого апельсинового сока и тут же его залпом осушил.

Комок животворной жидкости прокатился по судорожно вздрагивающему иссушенному пищеводу, даря невыразимое блаженство. Счастье есть, и оно где-то рядом! Просмаковав это ощущение секунды три, я со страдальческим стоном отошёл от стойки с напитками и на негнущихся ногах кое-как доплёлся до ближайшей скамейки. А после с облегчением растянулся на широком, отполированном до блеска деревянном сиденье, установленном в уголке тренажёрного зала.

– Кеша, вы явно переборщили с нагрузками. Кеша, ты меня слышишь? Кеша-а-а-а…

– У-у-у… – простонал рухнувший прямо на пол программист, растёкшийся по матам, словно медуза.

Работа в капсуле на протяжении двадцати часов реального времени имела один существенный недостаток. Атрофию мышц. Чтобы бороться с ней, оставшийся от суток жалкий огрызок люди проводили в спортзале, расположенном на одном из подвальных этажей здания. Бегали, прыгали, тягали тяжести под бдительным оком тренеров, которым зарплату платили за то, чтобы они не позволяли своим подопечным филонить. И нагрузки нам давали такие, словно готовили в олимпийский резерв! Или в космонавтов… Учитывая первоначальную специализацию контор, сотворивших «Запределье», последний вариант виделся очень даже реальным. А что? Специалисты по нужному профилю у руководства уже были, так зачем кого-то ещё искать? Ну а несколько завышенные требования по уровню физической подготовки офисному планктону вряд ли сильно повредят. Скорее уж наоборот.

– Уйди, упырь! Мне плохо!

– А кому сейчас хорошо? – усмехнулся я, мысленно благодаря тяжёлые условия работы и куда более приятные, но не менее утомляющие условия отдыха в месте своей предыдущей дислокации. Благодаря им мне теперь не приходилось изображать из себя раздавленное беспозвоночное… Так, чуток потрёпанным хордовым ограничился. – Уж точно не игрокам. Кеша, вы когда более-менее адекватных неписей сделаете? Ну хоть шаблон для трёх-четырёх персон. К местности я их уже сам адаптирую, благо на кобольдах приловчился.

– Двух-трёх? – переспросил Кеша, словно не расслышав. – Двух-трёх можно… Только где ты для них возьмёшь линейку квестов?

– Проблем-то! Одного поставлю заниматься какими-нибудь относительно несложными делами, вроде охоты или там изучения руин, а другой станет выдавать задание за ним проследить, – фыркнул я. – Причём если наблюдатель или случайные прохожие сильно накосячат, выдав себя шумом или паче того попыткой нападения, то цель тут же пустится в бега и перекочует в другую часть локации. Опыта положу за такую достаточно затруднительную работу не слишком много, но всё же какая-никакая социальная деятельность. А то, судя по тому, как развлекаются игроки сейчас, мы сделали какой-то симулятор выживания в фэнтезийной дикой природе!

– Неплохой шаблон получится, – задумчиво пробормотал Кеша, делая слабое движение рукой в направлении стойки, где находился широкий выбор напитков. Поскольку телекинез мой друг освоил только в виртуале, то желаемая им жидкость осталась на своём месте. Ну а я предпочёл его намёк «не понять». Хочет пить – пусть соберёт себя в единое целое и, пафосно превозмогая трудности и собственные физические недостатки, сделает лишних три шага. – Многоцелевой. Подойдёт для разбойников, охотников, браконьеров, воров, убийц. Да даже стражников или шпионов, которых мы обязательно сделаем, как только отстроим города!

– Там Юра вчера залил неплохой образец элитного наёмника, – припомнил я. – Этакий универсальный специалист, умеющий всё. Выживать, драться, грабить, сидеть в засаде, торговаться. Думаю, его можно брать как основу для множества второстепенных персонажей. Из тех, кто проблемы решает и создаёт кулаками. А также мечами, дубинами и прочим подобным инвентарём.

– Гляну, как до капсулы доползу. Только какой именно Юра? – делано уточнил Костя, с тоскливым стоном кое-как поднимаясь и ковыляя в направлении стойки с напитками. – У нас их двое.

– Который Оверкилл, – припомнил я. – Заодно проверь, не шпион ли он. Ведь кто ещё, кроме вражеского агента, будет в нашей русскоязычной среде писать свой ник английскими буквами?

– Подающая надежды звезда веб-дизайна, целый год стажировавшаяся в Сан-Франциско, – вздохнул Костя. – И он точно не шпион. Процентов семь уничтоженных диверсией моделей рисовались им собственноручно. А чем тебя так тот наёмник зацепил?

– Очень уж средний персонаж во всех смыслах. Не тот, кто сливается с толпой, а тот, кто эту самую толпу образует. Прикрути к его параметрам случайный разброс по внешности, снаряжению и навыкам в максимально широком диапазоне, а после сделай так, чтобы всё это коррект но отвечало на запросы, – предложил я одному из ведущих программистов нашего проекта, – и мы получим возможность щелчком расставлять где нужно банды мерзких грабителей, отряды грубоватых стражей порядка и команды работающих исключительно за предоплату солдат удачи. Немногословных, опасных, с чужаками неприветливых, под настроение грабящих как неписей, так и игроков. Но в то же время способных при подавляющем перевесе возможной добычи вести себя более-менее вежливо и обменивать свои трофеи на чужие богатства. Вот надо мне для задуманного события семь лучников, пять копейщиков и детинушку с двуручной дубиной – они и появляются. Каждый со своей мордой, именем и навыками, подходящими к его роду деятельности.

– Сказать проще, чем сделать, – вздохнул Иннокентий. – Тут не меньше восьми часов сидеть придётся. Хотя, думаю, найду, кого этим озадачить. Но тогда ты сделаешь и аттестируешь на игроках какого-нибудь злобного колдуна. А то у нас пока одни только мечи, клыки и когти. А вот боевой магии, которую мы обещали в анонсах, маловато.

– Именно злобного? – уточнил я. – Совсем без возможности нормально с ним пообщаться? А это не нарушит баланс? От кого-то я слышал, что даже с нежитью и демонами игроки смогут договориться, если будут иметь нужные для этого дела способности. Ну, или крепкую клетку и много святой воды.

– Сделай такого старикашку, чтобы с ним миром решить проблему себе дороже было, – отмахнулся Кеша. – Ну, как в сказке о Синдбаде-мореходе. Чтобы этот древний хрыч пытался ограбить всех и каждого, кого сможет. Не стеснялся втираться в доверие, а после бил в спину. А ещё жрал всю еду тех, кого принудит к сотрудничеству, а выпивку чуял так вообще за километр.

– Ага, кажется, эту сказочку тоже в детстве читал, – поднапряг я память. – Там подобный кадр ещё любил ездить на шее у доверчивых добрых молодцев и лупить их палкой.

– Вот-вот. Пусть ещё всех за задницы щиплет без учёта возраста и пола, – покивал Кеша, с головой погрузившись в выбор имеющихся на стойке напитков. – Чем отвратительнее образ получится, тем лучше. Потом убрать или заблокировать лишние детали куда быстрее будет, чем заново их в шаблон дописать.

– Ну, это прямо бесноватый какой-то выйдет… – задумчиво пробормотал я, вообразив себе косматое дурнопахнущее нечто, обладающее всеми вышеперечисленными достоинствами, да вдобавок ещё и щедро разбрасывающееся пакостной магией. – Хм, бесноватый… Одержимый?

– О! Давай! – пробулькал Кеша, вовсю расправляющийся с маленькой бутылочкой фильтрованной воды без газа. – Одержимый колдун-самоучка – это то, что надо! Такой персонаж, ну, может, с некоторыми различиями облика, уместен в большинстве локаций. А в случае большой необходимости он для нас и полноценный призыв демонов устроит.

– Или научит игроков магии Хаоса, – хмыкнул я. – Такое тоже нельзя полностью исключить. Гримуар там с него выпадет в качестве добычи, или свиток из кармана вылетит…

– Никакой магии Хаоса! Мы для неё алгоритмы писали после новогоднего корпоратива и намудрили там такого, что безопаснее дать игрокам ограниченный доступ к системе редактора! – твёрдо заявил Кеша. – Пусть лучше у него карманы будут полны разной алхимической дряни. На это я даю карт-бланш, всё равно профессию до повторения найденных образцов и рецептур игрокам качать ещё в лучшем случае месяц! А скорее всего, и два-три.

Вернувшись в капсулу и быстренько пробежавшись по своим владениям, я убедился, что ничего заслуживающего немедленного вмешательства не произошло. Большая Глотка по одному переловила три десятка самонадеянных героев, пытавшихся устроить на неё рейд. Увернуться от прыжка анаконды, буквально натягивающейся на выбранную жертву, не мог никто. И догнать спешно уползающую и регенерирующую рептилию люди пока не сумели. Лучший из кузнецов на моей территории, взявший себе имя Чугуний, накачался самодельными эликсирами на все характеристики сразу и освоил-таки перековку ржавых гвоздей и прочего железного мусора в аккуратные железные бруски. Теперь гений кустарной промышленности сосредоточенно чесал затылок, пытаясь понять, чего ж ему дальше делать с горкой созданных в творческом порыве металлических кирпичей. Без допинга сотворить из них так нужные в хозяйстве инструменты, не говоря уж об оружии, у него не получалось. А все имеющиеся в наличии денежные средства высокотехнологичное производство в кое-как отреставрированной кузне уже сожрало. Несколько верхолазов-паркурщиков при помощи стрел с привязанными к ним верёвками смогли вскарабкаться на внешнюю стену, опоясывающую город. Один из них даже попытался перепрыгнуть оттуда на ветку ближайшего дерева, что были за пределами населённого пункта едва ли не сплошняком, но оказался сбит на взлёте прилетевшим в затылок гнилым бананом. Сделавшую столь снайперский бросок обезьяну, выглянувшую с одного из чердаков, ловили почти полчаса, посчитав ещё одним рейд-боссом. И очень расстроились отсутствию в её потрохах чего-то достойного, кроме ещё одного тщательно пережёванного гнилого банана. Десятка два будущих великих магов наперегонки бегали туда-сюда по поручениям шамана кобольдов, ещё не зная, что он является обычным травником и костоправом, пуще собственного глаза берегущим в подвале своего логова большой сундук эльфийской пиротехники.

Требуемого юнита, тонкого и невысокого старичка с нечёсаной гривой седых волос, я обрядил в стандартное серое рубище, значащееся в каталоге как накидка нищего. Потом, немного подумав, заменил эту рваную тряпку на столь же лоскутное и внешне нелепое одеяние, бывшее обрывками мантии сектанта. От обычной дерюги их отличали едва видимые руны, с первого взгляда больше похожие на плохо отстиранные грязные пятна. Однако внимательный взгляд всё же мог заметить разницу. Волосы старика сложились в причёску «Взрыв на макаронной фабрике», а глаза стали чуть-чуть светиться зелёным.

Получившегося дедулю научили профессионально просить о помощи жалобным голосом и злобно хохотать, если утративший бдительность игрок оказывался атакован. Также он теперь мог при помощи финтов, в теории предназначенных разбойникам-горлорезам, залезать на плечи своей жертвы и сидеть там крепче, чем рыцарь в седле. Ещё ему были дарованы параметры выносливости и стойкости, больше подходящие молодому медведю. Удобно, что в виртуальной реальности отсутствие мускулов вовсе не означает слабость существа, выглядящего как последний дистрофик. В качестве профессиональных колдовских навыков получившемуся персонажу добавил магию огня и воздуха. Сначала будущему колдуну я хотел выдать ещё и навыки какого-нибудь кун-фу и владения посохом, но потом решил, что это всё же немного не то. Обычный, можно сказать, шаблонный маг получится. Не будет в нём изюминки. И потому пришлось зарыться в описание тех умений ближнего боя, которые обычно приписывались более-менее человекообразным монстрам. От гуля пенсионеру достался паразитический захват. Четверть урона, приходившегося на впившегося в плоть врага обладателя данного навыка, восполнялась за счёт жизненных сил жертвы. От призрака – способность уклоняться от восьмидесяти процентов атак физическим оружием. Огр отстегнул со своего великанского плеча умение направлять движение выбранной цели в нужную ему сторону. Правда, великан просто нёс противника куда ему надо, но и в случае с запрыгнувшим на шею дедком анимация данного процесса смотрелась достаточно интересно. От посоха в итоге тоже решил отказаться, чтобы трофеями никого не вводить в искушение. Наши чернокнижники – самые передовые чернокнижники в этом виртуальном мире! Все поголовно пользуются беспалочковой магией, или как там у них это называется…

Игрок Орланд мрачно бухнул вязанку с хворостом у хижины шамана кобольдов. Вязанка была большая. Даже слишком большая. Целых полчаса он, вложивший почти все получаемые очки в интеллект и мудрость, кое-как тащил её, несмотря на дичайший перегруз. Меньшее количество материала для костра наглая вонючая крыса-рептилоид не принимала. Бурчала, что делать ему нечего, кроме как веточки считать. Увы, другого существа, хотя бы в теории способного обучить магии, которой так не хватало в их пока ещё безымянном городе, в радиусе досягаемости не имелось. Радиус, правда, был не слишком велик. И полностью не исследован. Поселение тех же кобольдов нашли далеко не в первый день игры, хотя район, в котором они обитали, отделяло от безопасной зоны воистину смешное расстояние.

Как бы то ни было, других шаманов, магов, чародеев, псиоников, одарённых, просветлённых или хотя бы звезданутых, Орланд в зоне своей прописки не нашёл. А сменить её неигровыми методами можно было лишь с пересозданием персонажа с потерей всего полученного опыта. И не факт, что новый регион будет лучше. Вон где-то вообще играть стало почти невозможно, так как ударившиеся в друидизм самоучки вроде него умудрились групповыми усилиями призвать аж тираннозавра. Нет, успех несомненный! Таких кастеров любой возникающий альянс с руками оторвёт. Элитная тварь без труда перемалывала челюстями многотысячные рати вооружённых дрекольем игроков, а после ещё долго вылавливала по окрестностям уцелевших. Проблема в том, что у горе-вызывателей не получалось не только повторить успех, но и как-то урезонить разбушевавшегося монстра. Сойти с точки возрождения народ смог, только завалив администрацию петициями. И то полученное внутриигровыми методами чудище не уничтожили, а увели в соседний район, запретив наведываться к людям слишком уж часто. Теперь в том анклаве расширялись только на три стороны света, а в четвёртую и чихнуть боялись. Поскольку сволочной динозавр очень даже резво шёл на звук.

Как именно раскачивать умения, приличествующие волшебнику, Орланд не имел ни малейшего представления. Знал лишь, что это будет адски сложно и столь же выгодно. По уверениям администрации, между солдатами и чародеями возникнет баланс… Один архимаг станет столь же силён, как одна маленькая армия. И прокачаться до него будет не проще, чем создать собственное войско человек хотя бы на сорок или пятьдесят. Низшие уровни волшебства, разумеется, окажутся подоступнее. Но всё равно пользоваться ими сможет далеко не каждый. И потому приходилось Орланду упорно батрачить и батрачить на старого кобольда, чей вид и голос ему уже порядком осточертели.

Хорошо хоть, что он вообще его нашёл! Повезло наткнуться на форумное сообщение, в котором говорилось, что в каждом племени кобольдов обязательно есть один шаман. Просто обычно он с чужаками дел не имеет, сваливая эту неблагодарную обязанность на вождя. Пришлось поднимать репутацию сначала со всей популяцией крохотных чешуйчатых дикарей, потом конкретно с её самым большим и толстым представителем и только затем получить доступ к его советнику. Старый облезлый рептилоид, ростом едва по колено человеку, впечатление мудрого гуру не производил. Но в его хижине, куда было совсем не так-то просто попасть, повсюду висели пучки применяемых в алхимии трав, косточки каких-то животных, резные маски и даже какой-то склеенный из камней разного цвета идол. В общем, типичное логово дикарского шамана. Который, вот зараза, кривил нос от чужака. Которого приходилось подолгу уговаривать, чтобы он согласился с тем, что ему действительно надо чем-то помочь. И который повышал репутацию своего помощничка из числа людей лишь на единицу за задание. Орланд чуть вздрогнул, когда ему пришло оповещение о том, что отношения со старым кобольдом поднялось до девяноста пяти. Ещё немного – и они станут уже не просто друзьями, а лучшими друзьями, и, наверное, тогда…

– Ай, молодец, человек! Порадовал ты меня, да. – В отличие от собеседников, как один изъясняющихся с дичайшим свистящим и шипящим акцентом, главный мудрец племени разговаривал достаточно чётко. Правда, построение фраз у него было своеобразным. Ну да маленькой крысоящерке и не такое простительно. – Старательный, работящий, не ленивый. Вот был бы ты из народа, учеником взял бы! Никого не брал – а тебя взял бы! Но ты не из народа, да…

Орланд замер и насторожился. Народом кобольды называли только себя. Вряд ли они знали, что такое нацизм, но успешно им пользовались. По всему выходило, что старая чешуйчатая стелька пытается прокатить его с обучением. Но зачем тогда шаман вообще завёл этот разговор?

– Впрочем, никто не говорит, что я вообще не могу тебе ничего из мудрости предков передать, да? Или кто говорит, да? Нет, никто не говорит, да, – утвердительно покачал своей маленькой вытянутой головой старый кобольд. – Шаманом тебе не стать, духи предков тебя слушать не будут, народ за тобой не пойдёт, да. Но научить тебя тому, что в жизни пригодится, могу я, да. Помочь только надо ещё чуть-чуть мне, да.

– В чём помочь?

Орланд понял, что не зря надрывался вот уже несколько дней. Наконец-то порог, позволяющий перейти от просто хороших отношений к доверительным, оказался пройден. И сейчас он чему-то его обучит… Ну, или выдаст последний квест, пусть сложный и, возможно, долгий, но последний! А затем он, Орланд, наконец-то сумеет хоть чуть-чуть освоить магию. Плохо, что класс не получить, ну да это мелочи. А оставаться при этой резервации крысюков-мутантов он изначально и не собирался. Главное – это умение кастовать файербол!

Парень с трудом задавил рвущуюся на лицо ухмылку. Проклятые неписи были сделаны чуткими-чуткими… Нет, это в общем-то было хорошо. Просто здорово. Но и общаться с ними приходилось как с живыми людьми.

– Ты ведь хочешь дать мне какое-то особое поручение, да? Тьфу ты, прицепилось!

– Чужой колдун пришёл, да. Тёмный, да. Откуда пришёл, зачем пришёл, к кому пришёл? Не знаю, да, – вздохнул кобольд. – Да и не всё ли равно, да? Хоть из пыли и сырости зародился, да. Злых духов он привечает, да. А я добрых, да. Если духи друг с другом схватятся, представляешь, как плохо будет, да?

– Представляю. – На самом деле Орланд и понятия не имел, как будет выглядеть в условиях «Запределья» настоящий колдовской поединок. Тем более между астральными сущностями. – Ты хочешь, чтобы я помог тебе в битве с ним, да?

– Старый и слабый я, да, – снова вздохнул кобольд. – Не хочется мне с ним драться, да. Заборет меня он, да. И ты не справишься один с ним, да. Молодой и глупый ты, да. Друзей позови, и вместе, может, осилите, да. Обмани его, да. Подкупи его, да. Уведи его, да. Что хочешь сделай, да, но чтобы на моей земле его не было, да. Тогда научу тебя, да. Не всему, но главному, да. Охотники его видели, да. В том месте, где тройная дыра в стене, да.

– Несколько вариантов решения квеста! – Орланд внешне хранил невозмутимость, но в душе ликовал: «И, наверное, за каждый свои бонусы предусмотрены! А может, и этот чёрный колдун предложит что интересное? Мёртвых там воскрешать или проклятия раздавать направо и налево. Если за уроки он голову этой вот линялой ящерицы попросит, то тут же принесу я её, да! Тьфу! Да сколько ж можно-то, да?!»

Участок внешней стены, где три сквозных дыры соприкасались друг с другом, образуя нечто вроде ромашки, был достаточно приметным местом. Не сказать, что совсем безопасным, но Орланд решил туда сунуться в одиночку. Оценить возможный риск и то, сколько нужно звать друзей на подмогу в случае силового варианта. Да, он мог банально не найти свою цель, попавшись на зубок одному из живущих в руинах хищников, но когда это игроков пугали подобные мелочи?!

К огромному облегчению парня, забросившего совершенствование боевых и охотничьих навыков ради улучшенного взаимодействия с кобольдами, никто на его сомнительную тушку так и не покусился. Да даже вездесущие обезьяны, кочующие с крыши на крышу, ни разу мусором издалека не обстреляли. Складывалось полное ощущение того, что будущего ученика шамана хранят некие невидимые силы.

– Помогите! Ох, кто-нибудь! Помогите!

Орланд, бродивший вдоль стен уже минут пять, остановился, когда ветер донёс до него чей-то слабый крик. Причём, скорее всего, голосил не игрок. Попавший в трудную ситуацию человек просто вышел бы из игры и снова вошёл бы в неё. Значит, оставались неписи. А учитывая, что в этих краях с разумными существами было не густо и одного из них он как раз искал…

– Парень! Юноша! Да-да, ты! Вытащи меня отсюда, умоляю!

В канаве, чуть присыпанной мусором, возился среди жуткой смеси из воды, опавших листьев и прочей дряни грязный, как пугало, старик, которого система обозвала отшельником Юлием. Как он туда попал, понятно без слов. Здоровенная туша саблезубого тигра, помимо выпирающих из пасти клыков зачем-то обзаведшегося ещё и идущим вдоль позвоночника шипастым гребнем, надёжно придавила пожилого мужчину к земле. Причиной смерти хищного кошака являлось практически полное испепеление его морды и лёгкое обугливание шерсти на половине туловища. Но, видимо, смерть настигла хищника уже в прыжке к его добыче, и потому мёртвое тело продолжило своё движение, сшибив с ног колдуна и подмяв его под себя. А спихнуть помеху в сторону чародей, очевидно, не мог, ограниченный не то собственными физическими кондициями, не то жёстко прописанным шаблоном сценария.

«Вот оно! Нашёл! – мысленно завопил парень, перед которым уже во весь рост встало как минимум два варианта решения предложенного шаманом квеста: тюкнуть не способного в данный момент к сопротивлению старика по темечку или же помочь ему и тем самым заслужить благодарность чародея. – Только почему та ящерица так настойчиво друзей позвать советовала, чтобы с ним справиться? Или мне повезло наткнуться на бонус в виде редкой ситуации как первому, кто добрался до этого отшельника? А, не важно!»

Орланд как на крыльях слетел, а вернее, бултыхнулся, в полузатопленную канаву и принялся стягивать с Юлия тушу тигра. Быстренько прокрутив в уме ситуацию, он решил для начала хотя бы поговорить с предположительно тёмным магом. И не только насчёт обучения. Насколько парню известно, неписей-людей в этом регионе ещё никто не встречал. Он был первым, кому так повезло! А значит, отшельник мог рассказать очень-очень многое! Как называется этот город, почему и кем он разрушен, в какой стороне искать поселения местных, с их торговцами, заданиями, учителями?

– Ах-ха! Попался!

Здоровенный хищник, за левую лапу которого только-только успел схватиться игрок, отлетел далеко в сторону, словно маленький котёнок. Опешивший от такого поворота событий Орланд скривился, когда его руку сжали словно стальными тисками сухие пальцы старика, который с каждой секундой нравился игроку всё меньше и меньше. Во-первых, в глазах его теперь горел неприятного оттенка зелёный огонь, а во-вторых, табличка идентификатора над ним резко изменилась. Теперь якобы придавленного тушей чёрного мага звали Одержимый отшельник Юлий.

– Теперь ты мой! Мой! И только мой!

Отмереть впавшего в ступор будущего мага заставил мощный щипок за ту часть тела, которая располагалась аккурат между спиной и ногами. Взвизгнув абсолютно неподобающим для мужчины образом, он попытался выхватить нож и прирезать старого извращенца, но клинок улетел далеко в сторону, с небрежной лёгкостью выбитый худой морщинистой рукой. Попытка попросту дать чернокнижнику кулаком в рожу окончилась сомнительным успехом в виде напрочь отшибленной кисти и порции издевательски-безумного смеха. А после Юлий, словно мартышка, взлетел на плечи отчаянно отбивающегося Орланда и надёжно там угнездился, взяв его шею в прочнейший захват ногами.

– Но, лошадка!

Игрока обожгло ворохом искр, стегнувших его голову, а после он чисто рефлекторно сделал шаг вперёд. Второй, третий… Попытался остановиться, но не смог. Некая неведомая сила будто толкала его в спину и заставляла судорожно перебирать ногами, а потому Орланд побежал прямо по дну канавы, проваливаясь по колено в вязкий слой устилавшего её дно мусора.

– Н-но! Вперёд! Раскрасим этот серый мир яркими красками! Подать мне алого! Красного! Крови!!!

Выскочивший обратно на более-менее ровную поверхность улицы игрок и его одержимый всадник столкнулись с группой людей. Очень знакомых Орланду людей, с которыми он часто пересекался у хижины шамана кобольдов, поскольку они тоже пытались всеми силами заслужить благосклонность шамана. Идущий первым мужчина в несколько неопрятной, но довольно толстой кожаной одежде вспыхнул как свечка, когда его окатило жарким рыжим пламенем. Выпали из рук костяные кинжалы, а факел на ножках метнулся туда-сюда и затих, стремительно дотлевая. Броня, в которой вязли зубы мелких, средних и даже некоторых умеренно крупных хищников, совершенно не защитила своего обладателя от боевой магии, вырвавшейся из распахнувшегося рта одержимого отшельника и моментально обуглившей затылок его скакуна. Впрочем, перебирать ногами быстрее или медленнее от подобной травмы Орланд не стал. Только в голос принялся ругаться от неприятных ощущений. Парню казалось, что всю голову ему закутали в раскалённое полотенце.

– Крыс! – отчаянно завизжала Дракошка, извлекая из кармана какой-то пузырёк и замахиваясь им.

И в следующий момент покатилась по земле, выгибаясь дугой. Старик взмахнул обеими руками, и сразу две молнии, будто кнуты, стегнули по одному из лучших алхимиков данного региона. Убить не убили, сняв «всего лишь» половину имеющегося здоровья, навесив взамен на диво длинный список отрицательных эффектов: конвульсии, болевой шок, ослепление и даже длящийся целых сорок пять секунд паралич.

– Это настоящий праздник! – счастливо захохотал безумец, колошматя своего скакуна пятками по груди так, что у него начало проседать здоровье.

Воины в толстенных доспехах из дерева и старого железного хлама, попытавшиеся было окружить странную парочку и атаковать её с разных направлений, не успели сомкнуть кольцо. Будто подхваченный ветром лист, матерящийся на все лады Орланд разорвал дистанцию, по пути несколько раз споткнувшись, упав и снова поднявшись, но ни на секунду не прекращая движения в выбранном его седоком направлении.

– Казни! Казни! Казни! – вопил старец.

Стрела с наконечником из старого шила вонзилась ему в лоб, лишь чуть-чуть промахнувшись мимо глаза, но бессильно отскочила от грязной кожи, оставив после себя лишь маленькую едва-едва кровоточащую ссадину. Однако попытка лучника нанести безумцу сокрушительный удар не осталось незамеченной. Невнятное бормотание и хлопок в ладоши заставили уже вторично натягивающего тетиву стрелка разлететься в стороны алыми брызгами. Уплотнившийся над его головой в некое подобие снежного кома воздух упал вниз и буквально размазал человека по земле.

Однако, занявшись сотворением заклинания, одержимый подпустил одного из противников слишком близко к себе. Рассекла воздух сложная конструкция из нескольких сыромятных верёвок, в концы которых вшиты тяжёлые камешки, и Орланд запутался в пусть и грубоватой, но самой настоящей сети. Предназначенное для обездвижения зверей орудие неплохо смогло спутать и чернокнижника с его невольным скакуном. Потеряв подвижность и обзор, оба ненадолго замешкались. Вот только секунд через пять колдун просто сжёг обвившие его ремни из шкур, не обращая внимания на то, какой урон этим действием он наносит себе и своему транспорту. Когда обрывки сети сползли с бесноватого, он злобно расхохотался… и обнаружил, что остатки встреченного им отряда стремительно убегают, прихватив по-прежнему неподвижную Дракошку. Юлий, разумеется, попробовал их догнать. Вот только Орланд мало того что по-прежнему продолжал упираться, так ещё и сам по себе был достаточно тихоходен. Развивая у себя главным образом интеллект и выносливость, будущий маг и в нормальном-то состоянии за подавляющим большинством других игроков не сумел бы угнаться.

– Плохая лошадка! – обиженно заявил он своему транспорту, который уже успел несколько раз проклясть тот момент, когда решил провести разведку в одиночку. Испытанная им боль была не так уж и велика по меркам реального мира, однако урон его гордости оказался колоссальным. – Скоро сдохнешь! Н-но!

– Куда?! – Орланд не сразу сообразил, что они оба движутся прямиком к ближайшему зданию. – Там стена! Стой!

Столкновение тела будущего мага и потемневших от времени брёвен вышло громким, поскольку «лошадка» ругалась в голос, не стесняясь уже никого и ничего. Правда, результативность подобного ДТП оставляла желать лучшего. Набрать нормальный разгон и инерцию на короткой дистанции в двадцать метров обожжённый Орланд попросту не успел. Почесав затылок, колдун тоже это понял и отправил своего скакуна в новый забег. Но на сей раз не поперёк улицы, а вдоль неё. Прямо к одиноко стоящему посреди улицы дереву, лет эдак сто назад проломившему собой мостовую, от которой теперь остались лишь отдельные фрагменты. Судя по желудям у его подножия и парочке похрюкивающих у могучих корней кабанчиков, сей образчик флоры являлся дубом.

– Ради святого блага зла, пусть вытекут твои глаза! – похлопал Юлий по обугленной макушке свою жертву, на последних метрах до цели лихо подпрыгивая вверх и вцепляясь, как кошка, в одну из толстых веток.

– Да чтоб ты провалился, упырь! – успел проорать Орланд, прежде чем споткнулся об одного из не догадавшихся броситься врассыпную пятнистых поросят и врезался лбом в прочную древесину. Но это его не убило, только оглушило.

И тут с другой стороны дуба, грозно фыркая и чуть ли не рыча, вышла полуторатонная мама маленьких свинок. И грозно уставилась на чужака, посмевшего обидеть её деточек, начав рыть землю копытом. Булыжники и комья размером с человеческий кулак вспорхнули, словно невесомая пыль. Иллюзий по поводу своего выживания у будущего мага не осталось. От злого свинопотама размером с автомобиль он бы и здоровым не убежал, что уж говорить о жалких остатках здоровья и эффекте контузии?

– Так, а у кого же сейчас тот наряд инквизитора, который смогли найти на стартовой локации? Интересно, его можно взять в аренду? Прикончить этого чёртова одержимого после подобного уже дело чести, да…

Глава 5

– А это кто? – поинтересовался пронырливый игрок с экзотическим по нынешним временам англоязычного засилья псевдославянским ником Яхонт Ямный Финист, который залез туда, куда ему совсем не следовало. – И что он делает?

– Это? – Умудрившийся влезть в ещё не до конца доделанную локацию искатель сокровищ махнул рукой под потолок, где вился большой шестиметровый силуэт, состоящий из вроде бы ничем не скреплённой друг с другом каменной гальки. Причём он не просто порхал под далёким куполом. Эта махина, противоречащая всем законам физики и биологии, носилась туда-сюда по ломаной траектории, временами распластываясь по куполу и замирая там секунды на две-три. Что у него в скриптах? Программа на патрулирование? Ну и зачем она там, если делать для игроков заклинания полёта мы в ближайшем будущем точно не планировали? – Это элементаль бури Аурин, страж храма. Он удерживает сие великое здание от разрушения. Каждый миг крыша оседает и трескается под тяжестью наваленной на неё земли, и в ту же секунду Аурин восстанавливает повреждения. Если его работа однажды прервётся, то это место разрушится. Навсегда.

– Страж храма? – удивился Яхонт. – А ты кто тогда?

– Когда-то давно был распорядителем двора сего чудного места, – пришлось солгать мне. Ну не говорить же правду! Вряд ли парень оценит честь общаться с исполняющим обязанности бога соседнего региона, замещающим вылезшую в реальность дуру. Вот честное слово, когда она здесь снова появится, наплевав на наше бессмертие, постараюсь утопить её сначала в свином навозе, а потом в птичьем гуано. Благо обе эти субстанции в каталоге предметов имеются. Я проверил. И запах их почти идентичен натуральному. Это ж надо было умудриться сделать на своей территории в зоне досягаемости игроков аналог подземелья, расставить в нём нефункционирующих пока неписей, раскидать сокровищ и… забыть закрыть вход!!! – Давно это было, очень давно… Не знаю, сколько веков или, может, эпох я спал с тех пор, как храм поглотила земная пучина. Кто правит сейчас там, на поверхности?

– Да уж, дрых ты крепко, – усмехнулся Яхонт, пытавшийся минуты три доораться до зависшего в гостиной зале нефункционирующей локации парящего в воздухе синего здоровяка. Даже атаковать его попробовал, после того как исчерпал иные средства привлечь внимание его или той груды булыжников, что вертится над нашими головами. И только потом я, привлечённый паническими трелями сигналки, заявился сюда и максимально достоверно попытался изобразить из себя медленно и неохотно пробуждающегося ото сна джинна. – Я уж думал, не добужусь…

– Поспи с моё, странник, так сам будешь не меньше недели глаза по одному разлеплять, – изобразил я лёгкое возмущение. – Так с чем пожаловал ты под эти священные своды?

– Гм… – чуть смутился Яхонт. – Вообще-то я даже не знаю, что это за место. Просто исследовал пещеры и наткнулся на вход. Признаться, мимо него и не пройдёшь. Все остальные ответвления этого лабиринта, которые мне известны, заканчиваются тупиками. Разве здесь нет выхода на поверхность?

Вот зачем, спрашивается, местная «богиня» свой круг возрождения глубоко под землю засунула? Между прочим, пока игрокам недоступно в качестве расы выбирать каких-нибудь видящих в темноте дроу! В результате клиенты вне освещаемых специальным мхом пещер тыкаются носом туда-сюда, как слепые котята, и пишут гневные рапорты в техподдержку. Нет, я понимаю, что так можно значительно сократить объём работы по генерированию ландшафта, но всё же… Эх, бабы!

– Вероятно, тебе известно далеко не всё об окружающем нас подземелье, ибо вокруг нас всё ж не проходной двор, а Храм исцеления! – пафосно провозгласил я, раскинув руки в стороны. Честно говоря, не знаю, для чего сия махина предназначалась изначально, но раз местного руководства нет, будем импровизировать. – В водах священной купели, что находится в его главной зале, можно смыть с себя любые шрамы, увечья и даже проклятия. Регулярные омовения позволят отрастить утерянную конечность. О такой мелочи, как телесные недуги, вообще не говорю. Увы, больную душу здесь не исцелить тебе, странник. Проверено не раз. Сотни тысяч паломников прибывали в это место до того, как оно ушло под землю. И даже после ужасного катаклизма, погрузившего храм в глубины земли, их поток иссяк вовсе не в один миг. Век за веком он постепенно мелел – ведь дорога сюда стала трудна и опасна, – пока не иссяк окончательно.

Судя по скривившемуся лицу игрока, он ожидал чего-то иного. Ну да, зачем лекарство от всех болезней тому, кто в этом мире по умолчанию бессмертен, боль чувствует очень ограниченно и точно знает, что неизлечимых травм для него здесь нет и быть не может? Да и вообще, если игрок не схлопочет какое-нибудь очень экзотическое длительное воздействие, которое покуда раздавать-то особо некому, он становится полностью здоров после хорошего многочасового сна.

– Могу ли я в таком случае причаститься чудотворными водами вашего источника? – Яхонт, по-видимому, всё же решил опробовать предоставляемую услугу и полюбоваться на внутренности обнаруженного им строения. Или просто надеялся найти чего спереть в тех залах, которые обязаны были быть за моей спиной. Обязаны, но покуда ему доступны не будут. Не знаю, какие там есть ещё недоделки, но расписанной мной в таких красках купели там нет. Пока нет.

– Конечно. Мы открыты для паломников в любое время дня и ночи… Ну, может, если их вдруг станет очень много, придётся очередь создать. – Я в задумчивости почесал подбородок, решая, как же развернуть подальше настырного игрока. – Но сначала ты должен принести символический дар храму. Три амфоры благовонного масла. Пустяк и мелочь, не правда ли? На любом рынке такие будут стоить куда дешевле, чем действительно качественное зелье исцеления, вышедшее из-под рук хорошего алхимика.

– Может, деньгами возьмёшь? – скривился Финист. – У меня как раз пара серебрушек завалялась… И здоровенный кусок янтаря в придачу.

– Не могу, – изобразил я смущение. – Клятвы, которые приняты мной при вступлении в должность, строго запрещают подобное. А нарушать своё слово мы, джинны, физически не можем. Такова наша расплата за неимоверную магическую мощь.

– Слушай, я тебе гарантирую: если не снизишь запросы, новых паломников ты ещё тысячу лет не увидишь, – принялся воздействовать на меня игрок, одновременно активируя имеющийся у него навык «Дипломатия». Как он его, кстати, развил? А, ладно, накину туда единичку за хорошую попытку. – Нет в округе рынков. Совсем нет. И целых амфор в этом мире никто из моих знакомых даже не видел.

– Ладно, нет трёх амфор благовонного масла, можешь принести тот же объём обычным, факельным. Только очень чистым, чтобы копоти не давало, – демонстративно снизил я планку запроса. – Сам понимаешь, мне его не пить, а заливать в лампады.

– У вас же освещение магическое, – ткнул Яхнот в какой-то светящийся рунный круг под потолком, неплохо заменяющий лампочку.

– Это для внешних помещений. В главной зале допускается только открытый огонь, – вздохнул я, чувствуя, что делать это помещение точно придётся мне самому. – Давно бы заменил эту древность на что-то более современное, но традиции…

– Что здесь происходит? Кто разрешил?! Как ты посмел?! – С вспышкой молний рядом со мной появилось нечто, выглядящее как помесь типичной секретарши и демона откуда-то из преисподней. Фигурка – песочные часы. Габариты, заставляющие храм казаться не таким уж и просторным. Искривлённое в гримасе ненависти симпатичное человеческое лицо. Длиннющие алые когти. Одежда – чёрная юбка и белая блузка. Ореол пламени, окружающий всё это великолепие. Яхонт, должно быть, чисто рефлекторно швырнул в эту громадину женского пола настоящий боевой бумеранг, который всё это время, оказывается, прятал в рукаве. И даже попал! Причём в глаз! – Ай! А кто ты такой!

– Исчезни! – проорал я, сразу давая команду своей аватаре также начать расти в размерах. И одновременно блокируя местность вокруг нас на километр от несанкционированного доступа других богов-админов. – Прочь!

Обойти подобную преграду можно было простым распознаванием капчи в поданном по нашей внутренней связи запросе. Но это же надо заметить пришедшее тебе от системы сообщение и потратить на него минуту или около того! Нечего игрокам видеть, как высшие силы этого мира между собой собачатся.

Переведённая на более ответственную должность секретарша испарилась, словно капля воды в раскалённой духовке. Вот была – и вот её уже нет.

– Ч-что это было?! – несколько нервно уточнил Яхонт, которому прямо на голову свалился бумеранг, выпавший из глаза исчезнувшей аватары.

– Причина, по которой храм погрузили под землю. Моя головная боль и, теоретически, подопечная – богиня Альвина. – Я сверился с игровым ником персоны, уже успевшей прислать мне какое-то гневное сообщение по внутренней связи. Кто урод? Я урод?! Ах, ещё и дебил… Ладно, раз она откопала топор войны, да будет так! – Вообще-то это место создал её отец специально для бестолковой дочери. Но честное слово, в качестве парного оружия к мечу ему в своё время очень не хватало ремня! Эта наглая, беспардонная особа без малейших зачатков умственной деятельности умудрилась настроить против себя родной пантеон… Да и не только его одного! Слушай, парень, ты молчать умеешь?

– Да, – заговорщицким тоном прошептал Яхонт. – А что?

– Будет у меня к тебе одна… просьба. Приказывать в таком деле права ведь никто не имеет. – Джинн, служивший моей аватарой, уменьшился до размеров синицы, подлетел прямо к уху игрока и принялся быстро-быстро туда тараторить: – Сделай ей детей! Я так думаю, что все проблемы у неё с характером от одиночества! Шестая эпоха идёт, а девка всё без мужика сохнет! Только учти, она злая как собака! При личной встрече на всех рычит и божественными карами туда-сюда бросается!

– А-а-а… – Судя по всему, игрок явно не ожидал такого «секретного квеста», который даже в списке заданий не отображается. Но по чисто геймерской привычке тут же «принял» его, рассчитывая выполнить не сейчас, так когда-нибудь в далёком будущем. – А что мне за это будет?

– Ну… – Очень хотелось ляпнуть: «Благодарность за обнаружение багов в реальности». Иным способом отвлечь сию персону беременностью, кроме как нагло презреть законы природы и надуть живот при помощи цифровых копий сознания, на ум упорно не шло. – Я же джинн, так? Могу построить дворец. И даже застраховать его от визитов супруги, тестя и тёщи. В случае чего – любой капитальный ремонт за мой счёт.

– А город разрушить можешь? – зачем-то уточнил Яхонт.

– Хм… – Вмешиваться в игровой процесс столь радикально не хотелось. А впрочем, какого чёрта? Всё равно у этого парня ничего не получится. – Конечно! Ломать – не строить. Так мы договорились?

Разборки с Альвиной, упорно ведущей себя как овца с некоторыми начальными навыками программирования, заняли ещё минут десять после того, как Яхонта удалось спровадить обратно. Она, видите ли, была уверена, будто надёжно защитила подземелье от визита посторонних личностей. А потом пришёл такой нехороший я и всё испортил. Логи, где меня дёргало общесистемной тревожной сигналкой, как аргумент во внимание не принимались. Доведённый до белого каления, я, не прощаясь, исчез из пенатов Альвины, напоследок всё-таки устроив ей дождь из навоза. В списке доступных чар такового не обнаружилось, но бешенство и хорошее знание программного кода помогли справиться с воплощением успешной импровизации в двоичный код в рекордно короткие сроки. Кстати, полезное получилось заклинание. В соответствии с механикой «Запределья» значительно повышает урожай диких растений и сельскохозяйственных культур, вылечивает монстров, происходящих из царства флоры, а заодно своим запахом роняет боевой дух человекообразных неписей и игроков ниже плинтуса. Надо бы запатентовать.

Население остающегося безымянным города меня порадовало. Совокупными усилиями полутора сотен игроков, мечтающих стать магами, они умудрились всё-таки загнать в угол и завалить созданного мной накануне Юлия. А теперь трясли шамана кобольдов в прямом и переносном смысле насчёт награды за свой подвиг. Сундук с пиротехникой, который ящерка выволокла ради армады своих «лучших друзей» из подвала, почему-то эту толпу упрямо не удовлетворял. За ценный урок, заключающийся во фразе «Людям верить нельзя, и к народу это тоже относится», шарлатану, похоже, грозило первое в этом мире аутодафе. Так, сколько у нас на внутриигровых часах? Ровно полдень? Что ж, через двенадцать часов одержимый чернокнижник воскреснет и пойдёт мстить своим обидчикам, которых запомнит поимённо. Цвет кожи ему подправить, свечение в глазах усилить, запретить полученным перед смертью ранам исчезать и добавить к их свойствам постоянное кровотечение, впрочем, никак не сказывающееся на очках здоровья… А вот не надо было после победы бросать трупик колдуна, раздетого до исподнего, в ближайшую канаву. Подобных типов положено сжигать! На худой конец заваливать камнями так, чтобы не вылезли. Я сказал!

От возни с игроками меня отвлекло сообщение по внутренней почте, в котором один из соседей просил разрешения поставить в мою зону ответственности портал. Он не успевал облагораживать территории быстрее, чем наши клиенты их разведывают, а потому судорожно искал способы направить вектор их экспансии куда-нибудь в другую сторону от неотрисованных безлюдных просторов. Чуть подумав, я разрешил, стребовав с коллеги обязательство когда-нибудь оказать ответную услугу. А после в списке своих шаблонов нашёл макет созданной Альвиной сети подземных тоннелей, вырезал из получившегося лабиринта примерно треть и вставил её под один из районов города. Затем добавил в самую нижнюю точку большую площадку, где оборудовал портальную рамку, и пробил оттуда прямую и гладкую вертикальную шахту сразу на поверхность, к подножию рухнувшей башни. Вскарабкаться по ней вверх или спуститься вниз – дохлый номер, но сразу будет понятно, что игроки переместились куда-то далеко. И в местность, где есть следы высокоразвитой цивилизации. Думаю, это их вдохновит на дальнейшие трудовые подвиги… Впрочем, учитывая общую протяжённость данных коммуникаций, путь наверх даже уже по расчищенной трассе займёт у них не меньше суток. Ну да ничего, пока геймеры сбивают ноги, игроделы могут заняться тем, что будут рисовать для их приключений комфортабельные декорации. С монстрами, ловушками и конечно же сокровищами.

Кстати, последних в моём регионе наблюдается некоторый недостаток. Может, чуть подправить ситуацию? Ну а поскольку мелочиться исполняющему обязанности бога не пристало, да и возиться с сотнями мелких подачек лень, то будем работать по-крупному!

– Это… это… – У нашедшего один из моих «подарочков» игрока с ником Иванушка просто не было слов. Ну, несмотря на некоторое косноязычие, он хорошо поработал. Обнаружил не так уж и плохо замаскированный вход в подвал одного из разрушенных зданий. Расправился, пусть и с помощью компаньона, с тройкой зомби, что рвали на части всех чужаков, пытавшихся спуститься по рассыпающейся в пыль от старости деревянной лестницы. Догадался при помощи притащенных откуда-то кроликов, мартышек и прочей оглушённой живности разрядить магические ловушки, а не попёрся через них напролом, уповая на способность к возрождению. Даже ни разу не погиб за почти сорок семь минут напряжённого труда. Такому человеку мне было действительно не жаль выдать заслуженную награду. – Ну и как я это потащу?! Нет, как это сюда вообще затащить умудрились?!

– Что там такое? – прокричала с безопасного удаления оставшаяся у выхода наружу Алёнушка, судя по контактным данным, являющаяся вовсе не сестрой парня, а его законной супругой. – Ты что-то нашёл?!

– Ага… – последовал ответ, в котором слышалась гордость за свои труды, перемешанная с изрядной усталостью.

– Так тащи сюда! – хозяйственно приказала парню супруга.

– Не могу, – последовал на редкость напряжённый ответ.

А сразу вслед за ним раздался мерзкий скрежет, показавшийся мне удивительно знакомым. Точно так же ездил по кафелю забитый под завязку холодильник, когда его пытались стронуть с места, не разгружая.

– Оно тебя не пускает? – забеспокоилась девушка.

– Нет! – прокряхтел Иванушка так, словно находился на середине трансформации в козлёночка. – Я просто не могу поднять эту чёртову статую! Помнишь, мы видели свет в конце тоннеля?! Так это на её боках луч света из какой-то щели в потолке играл. Похожа… А чёрт его знает, на кого она похожа. Баба как баба, даже не сильно раздетая. Чей-то рог держит.

– Зачем кому-то могло понадобиться прятать здесь скульптуру? – удивилась девушка, брезгливо морща носик и вороша кончиком утыканного железными гвоздями дрына останки зомби. – Да ещё защищать её так…

– Похоже, она какой-то важный идол. Во всяком случае, подписана как снятая с постамента статуя неизвестной богини. – Новая порция жуткого скрипа свидетельствовала, что попыток уволочь добычу Иванушка всё же не бросил. – А может, запрятали исключительно из тех соображений, что она серебряная! Сто пять кило, зараза…

– Ско-о-олько?! – Удивление в голосе Алёнушки можно было черпать ложкой. Фактически такая находка обрушила бы весь рынок благородных металлов. Если бы он в мире «Запределья» существовал. И если бы я не сделал основу статуи медной, лишь верхний слой покрыв тонкой плёнкой благородного металла. – И что она даёт, эта статуя?!

– Ох… Если держать в инвентаре, куда она у меня не влезает по грузоподъёмности, или просто в руках… Фух… – выдохнул Иванушка, устало переводя дух. – То плюс десять к такой вторичной характеристике, как «обаяние». По ходу окружающим становится просто жалко того, кто вынужден таскать такую тяжесть. Нет, по-моему, придётся нам оставить эту штуку здесь. Или сходить за ножовкой.

– Ещё чего! – возмутилась Алёнушка и запрыгала по обезвреженным участкам магического минного поля, где дотлевали останки кроликов и прочих мелких зверюшек. – Сто пять кило серебра оставить! Да никогда!

– Оно виртуальное, – напомнил Иванушка. – И эта штука в дырку лаза не пролезет.

– Расширим! – непреклонным голосом заявила его супруга, подгоняя своего благоверного совсем не нежными зуботычинами. – Ну, чего расселся?! Подъём! Вперёд! Труба зовёт! А ну, убрал руки! Ты чего это чужую бабу за сиськи хватать вздумал, кобель проклятый?!

– Так она же мраморная… То есть металлическая! Короче, не живая, – попытался оправдаться Иванушка. – И так тащить удобнее…

– А когда мы каких-нибудь суккубов встретим, ты тоже будешь их за грудь и задницу лапать?! – зашипела Алёнушка не хуже кошки. – Отвечай: будешь?! Отвечай! Нет, лучше не отвечай! Молчи и тащи, пока ловушки не успели перезарядиться!

Кое-как выволоченную наружу часа за полтора статую, к моему удивлению, не перепрятали в другом, более укромном уголке. И не сдали в успевший открыться ломбард целиком или по частям. После краткого совещания со всеми друзьями семейной пары находку отволокли в самое людное место города, то есть ближайшие окрестности круга возрождения. В пару к скульптуре совокупными усилиями притащили более-менее сохранившийся обломок беломраморной колонны. Потом обтесали сию заготовку под достойный постамент зубилами и рубилами до более-менее ровного состояния и водрузили туда найденное «сокровище». Пришлось запустить красочный фейерверк и прибавить всем, кто находился в этот момент поблизости, по три единицы жизненной энергии навсегда. А вот те, кто проигнорировал сие публичное действие, могли получить подобный бонус лишь на месяц. Да и то только если приносили к подножию созданной усилиями игроков композиции не менее одной серебряной монеты, которые система при помощи парочки созданных мной команд благополучно присваивала. «Добытчикам», кроме того, выдал и личную награду. Иванушке – умение «Мул», позволяющее передвигаться без штрафов к скорости с грузом, равным его собственному весу, а Алёнушке – «Погонщик», повышающий выносливость войск под её командованием.

Странно, но, по-моему, супруг такому распределению ролей в их семейном дуэте совсем не обрадовался. Мужчина долго грозил кулаками небу и орал, что сами мы козлы. Мало того, он со всего размаху ударил ногой по постаменту. Грубо обточенный кусок мрамора покачнулся. Неустойчиво стоящая на нём статуя пошатнулась, рухнула на землю и разбилась. Не вся, понятно. Но изящные ручки, сжимающие крупный и тяжёлый рог изобилия, не выдержали подобного издевательства и отломились. Ах так?! Всё, это война! Тем более эта парочка, выбравшая имена в соответствии с русскими народными сказками, на небольшое изменение внешности одного из них просто напрашивается, а у меня как раз и настроение дурное. Что ж, помнится, попадалась мне где-то в каталоге монстров иконка сатира…

Ударившая с чистого, ясного неба молния заставила шарахнуться игроков в стороны… Или то сделала не относительно безобидного вида вспышка, а долгий мучительный вой Иванушки? Обеспечиваемый дополнительными спецэффектами, разумеется. Сама цель божественного гнева в настоящий момент особого дискомфорта не чувствовала. Парень просто в изумлении смотрел на то, как лопается на его теле одежда, не в силах сдержать напор изменяющейся плоти. Пробивает из-под кожи густая длинная шерсть, норовящая свернуться колечками. Вытягивается в вышину тень вслед за режущимися откуда-то из лобной доли рогами.

– Ме-э! – возмутился первый в этом мире обладатель титула «богохульник», пытаясь покрутиться вокруг своей оси и звонко цокая копытами.

– Милый хвостик, – оценила случившаяся рядом девушка из новичков и тут же дёрнула за вышеупомянутую часть тела, высовывающуюся из-под задравшейся набедренной повязки. Она осталась тем единственным предметом одежды, который сохранился на теле игрока, внезапно для самого себя изменившего расу. – Хотя проклятие оборотничества я себе до сего дня немного иначе представляла.

– Ме-э-э-э! – грозно заревел Иванушка, топая копытами так, что из камней летели искры, и воинственно тряся внезапно выросшей у него бородой.

Тянувшая руки куда не следует девушка испуганно отскочила, поскольку вопль получился достаточно громким, грозным и страшным. А ещё активированная действием способность «Вой оборотня» сняла у рядом присутствующих по одной единичке выносливости.

И чего, спрашивается, он так возмущается? Я же не зверь какой – делать такое проклятие, чтобы оно в себе несло одни минусы. Да, теперь столь необычному оборотню станет очень-очень сложно подобрать себе экипировку, наладить отношение с неписями или общаться с другими игроками иначе как посредством сообщений. Зато он имеет повышенную сопротивляемость холоду и физическим повреждениям благодаря своей длинной и прочной тёплой шерсти. А ещё абсолютно бесплатно увеличил показатели силы и выносливости чуть ли не вдвое! Уровню к пятидесятому ещё и регенерация откроется, если раньше персонажа не пересоздаст или как-нибудь не ухитрится разжалобить одного из богов-админов провести обратную метаморфозу.

Рассыпание по окрестностям новой порции заначек с разным полезным и не очень добром заняло у меня где-то два-три часа. Большая их часть пришлась на тайники зверей, делающих себе запасы на чёрный день. Или просто не обращающих внимания на остатки своей предыдущей трапезы. Как раз когда я расставлял во втором этаже одного из домов паутинные коконы, хранящие останки не до конца переваренных живьём мародёров, объявился Кеша.

– Привет. Слушай, мы тут закончили работу над экспедицией имперского географического общества. Тебе надо? – с ходу поинтересовался он. – Два десятка охранников, пять археологов, один волшебник, который их всех по нужным координаторам якобы телепортировал. У всех прописаны характеры и как минимум по два-три личных квеста.

– Не откажусь, – довольно кивнул я, уже прикидывая, где разместить этот подарок судьбы и игровой администрации. – Только если экспедиция географическая, то у них и карты должны быть.

– Карты есть, но они секретные и становятся видны на белой бумаге, только если обработать бумагу специальным проявителем. Которого в природе нет и не будет, – отмахнулся Кеша. – И вообще, их всё время держит при себе главный безопасник, который при попытке отобрать его главную ценность съест на месте всю доверенную ему документацию.

– Точно съест? – на всякий случай уточнил я. – Накладок не будет?

– Сам скрипт писал, – заверил Кеша, успокаивающе махая рукой. – Если тело и головы целы – съест. А если нет, то документы непоправимо замарываются кровью. Кстати, тут на тебя жалоба поступила… Обвиняют в биотерроризме. Так держать! С меня пиво, как оба вылезем в реал на более-менее приличный срок.

– Тоже сталкивался с Альвиной ближе, чем хотелось бы, да? – посочувствовал я приятелю. – Как её, кстати, в реале зовут?

– Точно так же, – пожал плечами Кеша. – Папаша у неё малость эксцентричный… Но у него оправдание есть – он контуженный.

– Испытатель? – удивился я. – Вы и их сюда перетащили из космической отрасли.

– И их тоже, но Альвинин папа – наш начальник охраны, – скривился мой друг. – А потому сию особу нам не выгнать.

– Вот блин, – только и смог сказать я, припомнив габариты секьюрити, периодически попадавшихся мне в коридорах. От таких медведей без ружья отбиться сложно. Особенно если они соберутся больше одного. – Кажется, мне пришла пора заказать интернет-почтой верёвочную лестницу. Чую, будет по ней из окна безопасней спускаться, чем через проходную идти.

– Да не, он мужик, в общем, нормальный, – заверил меня Кеша. – Понимает, что за фрукт вырос в его семействе. Кстати, как там с обещанным колдуном? Готов?

– Более-менее. – Я предъявил ему точную цифровую копию одержимого отшельника. – Судя по матерным воплям игроков и тому, какой толпой его забивали камнями, поганец получился первый сорт. Только он более резвый, чем планировалось. Пожалуй, это уже не совсем рядовой противник, а настоящий босс.

– Хитов и уровней убавим, станет мясом. Безрассудным и оттого в своих же атаках дохнущим. – Мой друг обошёл модель колдуна с разных сторон и восторженно пощёлкал языком. – Хорош! Ладно, я пошёл прописывать ему расширенную программу поведения и рандомные параметры в пределах допустимого.

Кеша исчез, а я вернулся к своим баранам, сиречь игрокам. И с недоумением обнаружил, что за время моего отсутствия они умудрились устроить первую настоящую войну! Вылезшие из портала чужаки вместо того, чтобы исследовать подземный лабиринт, оживлённо палили из пращей и хлипких луков по старожилам локации, а те в свою очередь обрушивали сверху на головы вторженцев настоящий ливень из самодельных дротиков, булыжников и прочего травмоопасного мусора.

– Вот вам и хомо сапиенсы в условиях, когда их не ограничивает закон и страх попортить собственную шкурку. Мигом скатились до дикарей-неандертальцев, у которых первая реакция на чужую рожу заключается в ударе дубиной.

Начало боевых действий лично для меня плохим событием считаться не могло. Опыта заступиться друг за друга люди получали мало, а чтобы воспользоваться некоторыми специфическими достижениями вроде «убийца десяти человек», стоило сначала соответствующий класс получить. Но только что и как не поделили люди, которые друг друга могли лишь издалека и видеть?! Или я что-то не учёл при создании декораций?

Сражение кипело хоть и не особо оживлённо по причине невозможности перейти в рукопашную, но затихать и не думало. Аборигены имели преимущество высоты, благодаря которому любая скинутая вниз дрянь летела в нужном им направлении. Чужаки оказались неожиданно неплохо вооружены. Лёгкая кожаная броня и пусть довольно примитивные, но действующие луки вкупе с неплохой организованностью позволяли им не только держаться, но и изредка контратаковать дружными залпами, после которых с края дыры вниз всегда летела как минимум одна утыканная хвостовыми оперениями фигурка. М-да, как-то слишком просто мой коллега дал возможность своим подопечным прокачаться… Ладно, будем обламывать. Кто там из монстров имеет способность разрушать оружие и экипировку своих врагов? Населить ими тоннели! Войдут они туда отважными искателями приключений, а выйдут трясущимися от холода бомжами-нудистами!

На место убитых с обеих сторон из глубины их территорий подтягивались всё новые и новые бойцы, которым для вступления в схватку хватало вопля «Наших бьют!». Я судорожно отматывал логии битвы назад, пытаясь понять, с чего это всё началось. Так-так, что тут у нас? Листик наносит Черепу семь единиц урона кокосом. Щебень истекает кровью и умирает. Критический выстрел наносит игроку Лучику травму «Перелом гортани». Гхм, это как так, что за бревно он использовал вместо стрелы?! Ладно, не важно, копаем глубже. Удар камня поглощён бронёй. Лидия срывается с обрыва и разбивается о землю. Выстрел из пращи раскалывает череп Морфинуса. Имхотипус задыхается, не в силах отодрать покрывающую его голову медузу. Х-хоспади! Кто додумался использовать в качестве метательного оружия выловленного в недрах городской канализации монстра?! Так, некто Шилок. Отметим. В следующий раз, если снова провернёт подобное, получит особый талант. Только я ещё не решил какой. «Зверолова» или «Врага животных». В любом случае на начало конфликта не похоже. Дальше, дальше, дальше! Дракошка взрывает петарду. Крысокрот запускает фейерверк. Орланд использует хлопушку. Большая глотка в панике. Так, а эти-то тут откуда взялись?!

Реконструкция событий позволила восстановить цепочку нелепых случайностей, приведших к началу первой войны между обитателями разных секторов. Группа несостоявшихся магов, вытрясшая из шамана кобольдов душу и все его запасы пиротехники, разделила взрывающиеся трофеи поровну и отправилась ловить анаконду. Я не обратил особого внимания на то, что воздействие эльфийских фейерверков повергает животных в ужас, панику и смятение. А зря! Игроки же, в отличие от меня, читали все сносочки в описании своей добычи. И решили использовать её с максимальной выгодой, а именно – против сильнейшего из боссов окружающей местности. Благо их как раз собралась достаточная толпа, чтобы даже без использования бонусных эффектов иметь некоторые шансы завалить исполинскую рептилию. Змею они нашли, успешно напугали, а потом бросились догонять. Попавший со всех сторон под воздействие весьма красочной цветомузыки монстр пустился наутёк, даже не думая о сопротивлении и тактике. Вонзать примитивное оружие в его хвост было, по меркам настроившихся на серьёзную битву людей, настоящим праздником. Анаконда металась туда-сюда, пытаясь уйти от терзающих её нежный слух и взор хлопушек, позабыв о том, что змеи вообще-то глухи и видят далеко не так, как люди. В итоге, подчиняющаяся заданным алгоритмам поведения рептилий, она влетела прямо в дыру, пробитую мной из портального зала на поверхность. А там как раз первая партия чужаков сосредоточенно чесала маковки, пытаясь понять, куда же это их вынесло.

Упавший им на голову живой плотоядный шланг они мгновенно искромсали в куски. Ну а почему бы и нет, если у добычи осталось здоровья всего процента два-три, да к тому же она оглушена падением? Аборигены моего участка, замершие на краю дыры, успели как раз к моменту раздела трофеев, которые они почитали своими. А ведь из брюха блуждающего рейд-босса много чего интересного вывалилось! Несколько единиц оружия и доспехов, монеты, драгоценные камни, склянки с зельями, даже одна книга! Относительно вежливая просьба поделиться сокровищами, оставив себе ноль без палочки, оказалась шустро разбирающими халяву чужаками не понята. Ответ с использованием большого количества экспрессивной лексики охотникам и горе-колдунам не понравился. Настолько, что один из уже подожжённых и готовящихся сорваться с направляющей палки фейерверков полетел не вверх, а вниз. Завывающая не хуже призрака и сыплющая обжигающими искрами во все стороны шутиха была однозначно воспринята как попытка нападения, а потому следующими в полёт сорвались уже стрелы. В результате мы имеем то, что имеем, а именно – первый глобальный конфликт!

Глава 6

Девушка с очень подходящим к её легкомысленному личику ником Конфетка делала то, в чём обладательницу роскошной гривы светлых длинных волос, осиной талии и груди пятого размера никогда не заподозрили бы. Она занималась напряжённой мыслительной деятельностью. Нет, сначала она хотела заняться детективной, но быстро передумала.

– Значит, одна из охотничьих собак укусила твою жену, так? Пару игроков… ну, то есть местных варваров вроде меня вы уже нанимали, чтобы найти пса и его хозяина, но они потерпели неудачу. Охотники, к которым вы пришли разбираться, вместе со своими питомцами обладали неопровержимым алиби, поскольку отсутствовали в лагере последние дни, а ваша жена его пределов не покидала? Всё верно? – ещё раз переспросила она у пожилого профессора археологии, входящего в исследовательскую экспедицию, изучающую эти дикие края.

Посланцы некоего имперского университета появились в окрестностях разрушенного города относительно недавно и уже успели по тем или иным причинам три раза поменять место своей стоянки, чем очень «радовали» пытавшихся наладить с ними взаимодействие игроков. Не очень приятно узнать, что за то время, пока ты собирал в руинах не до конца сгнившие книги или добывал свежую дичь для учёных, они при помощи телепорта смылись в неизвестном направлении, не оставив после себя никаких следов. К счастью, последний их переезд случился после сдачи им игроком какого-то ювелирного украшения, оказавшегося чьей-то там фамильной реликвией, и потому в данный момент походные шатры раскинулись на месте её обнаружения, а именно – чуть ли не у самых стен заброшенного города.

– А вы сам момент нападения животного видели? Или хотя бы слышали его?

Палаточное поселение почти скрыло под собой руины маленького замка, чьи развалины упорно сопротивлялись натиску джунглей. Укрепление, очевидно, ранее охраняло ведущую к воротам дорогу. Впрочем, устилавшие последнюю массивные каменные плиты хоть и скрылись почти везде под слоем травы, но всё равно оставались куда более проходимы, чем непролазная чащоба южного леса.

Маленькая крепость, разрушенная почти до самого основания, ныне была населена достаточно густо. Магистр магии пространства осуществлял поддержание двусторонней портальной связи с неведомой пока ещё столицей империи и испепелил всех посмевших побеспокоить его персону непрошеных гостей. Исключений не делалось ни для кого. И мана у чванливого чародея, прикончившего уже не меньше пары тысяч игроков, всё никак не кончалась. Хорошо хоть, кроме него, в экспедиции присутствовали и куда более отзывчивые личности, к которым рано или поздно удавалось наладить подход. Десятка два археологов, при каждом из которых состояло по три-четыре молодых и крепких помощника. Слуги, наложницы, дети, духовники и прочие, кого эти привыкшие к некоторому уровню комфорта аристократы пожелали взять с собой. Даже личного парикмахера кто-то притащил. Целая армада обычных трудяг-землекопов, знать не знающих, как браться за оружие или хотя бы написать своё имя, но умевших махать лопатами от заката и до рассвета. Полусотня охранников, не удаляющихся дальше сотни шагов от прочерченного по земле пылающей линией магического периметра. Дюжина охотников-следопытов, в обязательном порядке имеющих по три-четыре пса, порода которых оставалась под большим вопросом, но размерами мало уступавших среднему пони, и кто-нибудь не слишком тяжёлый, вроде Конфетки, мог даже попробовать прокатиться на них верхом. Сама девушка как-то проехала целых три метра, пока её не сбросили на землю и карательно не облизали. Несмотря на устрашающие размеры, нрав у животных был удивительно добродушным. Во всяком случае, по отношению к людям. Мартышек, змей и даже львов эти друзья человека, обладающие прекрасными навыками командной работы и гуляющие, где им вздумается, рвали на части только так.

– Не видел… Да и какая разница? – не понял сути вопроса профессор Дискорт.

Этот пожилой мужчина лет пятидесяти в грубом свитере из некрашеной шерсти, в замотанных какой-то грубой ниткой очках и с забившимся под ногти слоем грязи выглядел, может, и не очень опрятно, но являлся довольно значимой персоной. Конфетка только вчера получила от него за поиск потерявшейся на раскопках лупы целый золотой! Покупательная способность такой монеты, без сомнения, являлась крайне высокой. Охранники той же экспедиции, плечистые неразговорчивые мордовороты в блестящих кольчугах, при виде как бы невзначай извлечённого жёлтенького кругляшка враз приободрялись и начинали смотреть на явившуюся к ним девушку с куда большим интересом. Впрочем, они и без него Конфетку не игнорировали… Одному из неписей, потянувшему не туда руки, даже пришлось дать пощёчину. Хорошо хоть, остальные сие действие восприняли с пониманием и не стали атаковать девушку, лишь разразившись громким гоготом в адрес неудачника.

– Укус же есть, и весьма глубокий. Даже применение Самантой заживляющего бальзама не смогло его исцелить сразу. Хорошо, что я всё же обратил внимание на эту отметину и зарисовал её. И если вы, милочка, поможете мне отыскать псину, которая это сделала, а также её хозяина, вы получите мою глубокую благодарность. Даже могу написать вам рекомендательное письмо для поступления в столичный университет в следующем году.

– Лучше бы вы меня к нему через портал пропустили, а экзамены я и сама сдать постаралась бы, – буркнула девушка, впрочем, без особой надежды на успех.

– Ну или предоставлю доступ к вещам из запасников нашей экспедиции, если вы не интересуетесь наукой или предпочитаете знанию более приземлённые материальные ценности. – Археолог ожидаемо «не заметил» её плохо завуалированной просьбы. – Сам бы занялся восстановлением справедливости, но не имею права оставить своих помощников одних! Эти молодые остолопы вполне могут выбросить все по-настоящему древние и редкие вещи, взяв вместо них какие-нибудь поделки простых ремесленников столетней давности, просто потому, что они показались им красивее!

– Профессор, не о том речь. – Конфетка мысленно благословила удачный момент, когда она умудрилась подлизаться к одному из руководителей экспедиции, добыв тому спасающую от радикулита мазь.

Единственным хотя бы условно «грамотным» производителем лекарств в регионе являлся шаман кобольдов, которого недавно казнила группа обманутых им игроков. Этим поступком они мгновенно ухудшили отношение мелких гуманоидов к человеческому племени до враждебных, а значит, просто купить нужное лекарство не представлялось возможным. Пришлось с большим трудом и риском для жизни тайно, под покровом ночи пробираться на территорию селения этих мелких полурептилий и там перерывать хижины самых старых особей, по логике обязанных быть подверженными ломоте костей. И ещё тратиться на подкуп прокачавших алхимию игроков, чтобы они распознали для неё дрянь, нашедшуюся в разнообразных горшочках, бутылочках и прочих ёмкостях.

– Просто укус, который вы мне показываете… понимаете… он человеческий. Скажите, а ваша супруга ведь сильно моложе вас? Когда я её в первый раз увидела, то подумала, что мы ровесницы.

– Да как вы смеете?! – В глазах пожилого профессора, может и выглядящего не лучше большинства землекопов, но имеющего право приказывать охране вышвырнуть из пределов лагеря ненужные элементы или даже убить, начало разгораться пламя гнева. – Это немыслимо! Охрана!!!

– Смотрите! – Конфетка поняла, что надо действовать быстро, а потому одним движением закатала рукав сшитой из пушистой шкурки лисы-переростка курточки и тут же до боли впилась зубами в собственную руку. В глазах у неё потемнело, а во рту появился вкус крови. Получившийся в результате подобного истязания след был достаточно чётким и рельефным, чтобы сойти за неопровержимое доказательство. – Вот! Видите?! Почти так же, как на вашем рисунке! А у собак или даже волков ведь совсем другое строение челюсти! Она у них как минимум гораздо сильнее вытянута! Вот, правда, насчёт оборотней не знаю, не попадались мне они.

– Звали, профессор? – прозвучал за спиной Конфетки грубый голос, одной своей тональностью заставляющий тянуться к кошельку, чтобы отдать его обладателю все имеющиеся в наличии деньги.

На плечо девушки опустилась тяжёлая латная перчатка и стиснула его так сильно, что лишь чудом обошлось без перелома. На крик учёного отреагировали не только штатные дуболомы, но и один из выполняющих примерно те же функции охотников вместе со своими питомцами.

– Звал, звал… – севшим голосом пробормотал пожилой археолог. – Мартин, Мартын… Вот чёрт, мальчик, я совсем забыл, как тебя зовут.

– Мальком, ваша светлость, – подсказал ему следопыт, обходя Конфетку справа и с неподдельным интересом рассматривая её перекошенное личико.

– Точно, Мальком, – кивнул Дискорт, судя по общему рассеянному и поникшему виду намеревающийся сразу забыть имя одного из своих подчинённых. – Дай сюда одну из своих собачек. Нет, не эту, слишком мелкая. Нужна побольше, чтобы размер головы был сравним с человеческим.

– Хорошо, сэр… – Охотник такому приказу изрядно удивился. В голосе его появилась какая-то настороженность, парень явно переживал за своё животное. Да и сам пёс, медленно и с ясно видимой неохотой подошедший к учёному, похоже, подозревал нечто нехорошее, хоть на всякий случай и махнул пару раз хвостом размером с добрый веник. – Простите, но что вы хотите с ней делать?

– Да так, ничего особенного.

Учёный закатал штанину на левой ноге, взялся за челюсти подошедшей к нему собаки, силой развёл их в стороны, тщательно осмотрел со всех сторон пасть хищника, сверил острейший частокол клыков с брошенным на землю рисунком, больше подходящим всеядному примату, тяжело вздохнул и замер, с головой уйдя в тяжёлые думы. Псина, в глазах которой мало-помалу нарастала паника, подождала секунд тридцать, а после начала тихонечко поскуливать, просясь на свободу. Вздрогнув, профессор очнулся от своего странного оцепенения, бросил взгляд вниз и буквально прокомпостировал себе лодыжку. А после выпустил впавшее в шоковое состояние животное и принялся внимательно изучать оттиск, оставленный на своей дрябловатой коже.

– Профессор?! – Изумление в глазах охотника могло поспорить только с видом его пса, поджавшего хвост и старательно пытавшегося спрятаться за ногами хозяина. – Сэр Дискорт? Вы в порядке?

– В полном, мальчик мой, в полном… – Из раны сочилась кровь, но учёного это, похоже, нисколько не волновало. – Можешь идти. Теперь с вами, милочка… У вас, случайно, топора с собой нет?

– Э-э-э… – Такого развития событий Конфетка определённо не ожидала. – Нет. Но есть праща, посох, три дротика и хороший короткий меч!

– Меч положен особам королевской крови, – отрицательно покачал головой профессор. – Простолюдинам – верёвка. А особам благородным казнь предписывается проводить при помощи топора. Ну, нет так нет, возьму со склада. Кстати, спасибо огромное за помощь, вот вам за труды.

Конфетка вздрогнула от звука автоматического оповещения, гласящего, что ей присвоен новый уровень. Затем тот же сигнал прозвучал ещё раз и ещё. Девушка попыталась свернуть выскочившее у неё перед глазами оповещение и тут же уставилась на следующее, поздравляющее с присуждением достижения «Начинающий детектив». Оно чуть-чуть увеличивало её репутацию среди абсолютно любых стражников, обещало возможность получать повышенную награду за раскрытие преступлений и давало доступ к некоторым редким заданиям. Плюс появился шанс наняться в детективное агентство не только на роль сортировщицы бумаг. Перстень с большим рубином, который профессор снял со своего пальца и сунул в руки девушке, на фоне оповещений оказался едва замечен. Хотя в общем-то он заслуживал пристального внимания, поскольку являлся очень даже неплохим артефактом, обеспечивающим своему владельцу тридцатипроцентную защиту от физического урона. Возможно, лучшим из тех, которые заполучили игроки с момента старта «Запределья». Впрочем, продать его или передать кому-то другому было невозможно из-за жёсткой привязки к персонажу, а потому владелице данного маленького чуда не светило обменять свою награду на, скажем, новую квартиру.

– Что это было?

Руки на плече Конфетки разжались, и она смогла взглянуть на того, кто её держал. Как и ожидалось, перед ней находился один из мордоворотов-охранников, обычно безразличных ко всему окружающему миру. Правда, в данный момент на лице закованного в отличную сталь воина царило не свойственное его угрюмой физиономии удивление… Но у той же собаки, чьи челюсти использовались в качестве «образца», вид был куда более выразительный.

– Полагаю, внезапное прозрение и обнаружение на своей голове развесистых оленьих рогов, – хихикнула Конфетка, наблюдая за тем, как профессор буквально вламывается в склад.

Палатка, на содержимое которой облизывались все игроки без исключения, заходила ходуном, а после из неё под собственный отчаянный вопль «Не положено!» вылетел интендант, сверкая наливающимся под глазом фонарём. Следом, неспешно и с достоинством, выбрался и сам профессор, взваливший себе на плечо массивную двухлезвийную секиру, отполированный до блеска металл которой ярко сверкал в лучах солнца.

– Саманта! Дорогая! – орал на весь лагерь учёный, бодро хромая к центру раскопок. – Иди сюда! Ты мне срочно нужна!

– Слава богу, – облегчённо выдохнул я, наблюдая за разворачивающимся в лагере последним кровавым актом затянувшейся драмы с высоты своего рукотворного облака. – Нашёлся-таки умный человек, не тупо бросающийся опрашивать охотников и их псов, а попытавшийся решить проблемы не отходя от кассы! И ведь она даже догадалась, что обычному голословному обвинению квестодатель не поверит и прикажет вышвырнуть её из лагеря! Но вместо того чтобы долго и мучительно заново набирать репутацию и распутывать всю детективную цепочку, улику на месте сотворить смогла! Молодец девчонка. Надо взять на заметку. И пробить по базе. Если она не только умная, но ещё и в реале красивая, стоит попробовать познакомиться, а то такие гены пропадают…

Сохранив перечень всех проделанных в лагере действий, я отправил его основным игроделам. Пошаманят они немного над программным кодом, научат наших искусственных идиотов адекватно реагировать на действия игроков без помощи человека, и, глядишь, мир «Запределья» украсят собой новые детективные истории. Заняться разработкой следующего сложного и многовариантного задания или передохнуть немного? В принципе почему бы и нет? А то сколько же можно жить в режиме «работа – тренажёры – работа»?

– По пиву, Семёныч? – осведомился я у коллеги, материализовавшись из ниоткуда над самым центром интерактивного экрана.

Почти как в первый раз. Только сейчас благодаря постоянной практике мне удалось не свалиться, а небрежно зависнуть в воздухе. Данный манёвр требовал некоторой сноровки. Интересно, сколько раз владелец местных пенат сам падал в сладкую липкую субстанцию, из которой состояло данное приспособление? Я в свою раз семь минимум с головой окунался.

– С воблой, Жора! – с готовностью поддержал меня Семёныч, бросая взгляд под ноги своему гостю. Там как раз начинался новый виток междоусобной войны, в которой мои игроки пытались изо всех сил дать отпор чужакам, прибывшим с участка коллеги. – Кстати, какой счёт?

– Счёт – шесть тысяч триста восемь к шести тысячам двадцати одному в твою пользу, – сверился я со специальным счётчиком, одновременно щелчком пальцев доставая из специального каталога «для своих» сувенирный набор из пяти бутылок пенного напитка различных сортов, полностью идентичных натуральному пиву. Семёныч тем временем уже создавал из воздуха стол, бокалы и воблу. М-да, снять бы нас обоих на камеру и закинуть это видео при помощи машины времени лет на сто в прошлое. Чёрта бы лысого тогда какая-нибудь экспертиза смогла бы доказать, что это монтаж, а не достоверное свидетельство того, как два небожителя квасят по-тихому. – Хе, мои перешли в контратаку.

– Почти сравнялись, – удивлённо покачал головой мужчина, в реальности и виртуальности выглядящий практически одинаково: пожилой и слегка небритый человек лет шестидесяти, чьи тёмные волосы наполовину поглотила седина. – Как им это удалось?

– Сачки, змеи и большие бочки, – пожал я плечами. – Длинных палок в городе много, шкур тоже хватает. Дракошка и её друзья и раньше-то отлавливали пресмыкающихся, чтобы убивать их в своей кухне-лаборатории и вырезать ядовитые железы непосредственно перед добавлением в зелья. Так отрава получалась сильнее, поскольку свежие реагенты возрастом меньше минуты по умолчанию обладают высоким качеством. Теперь же она хорошенько прошлась по всем известным ей гнездовьям, наловила штук триста гадюк и спустила их в бочонках при помощи верёвок прямо на головы лучникам. Нет, те, ясное дело, по такой большой и медленной мишени стреляли. И даже доски не первой свежести успешно пробивали в двух случаях из трёх. Да только змей они в итоге всё равно сумели убить едва ли десятую часть.

– Война – двигатель прогресса, – задумчиво покивал Семёныч, а после система внутренней связи пиликнула оповещением о входящем крупном файле. – Ну, наливай!

Распитие виртуального алкоголя, конечно, немного отдавало извращением. Да и вообще, мы чисто вкусом напитка наслаждаемся. А ухудшение обратной связи с нашими цифровыми аватарами, имитирующее эффект опьянения, если надо, уберём одним тычком пальца в нужную строчку меню. Главное, мимо неё не промахнуться. А то, помнится, у меня в списке горячих клавиш рядом с протрезвляющим иконка божественного гнева с давних пор залипла. Неловко будет перед игроками, если их чисто случайно загеноцидю.

– Так… Если ты уже залезал в моё письмо, то понял, что я закончил с деревней охотников. Поселение на полторы сотни человек. – Семёныч постучал воблой о стол. – Восемь действительно сложных заданий с несколькими развилками и соответствующей наградой. Два десятка периодически обновляющихся поручений вроде таскания промышленных объёмов волчьих шкур или розысков следов строго определённого медведя с кривым когтем на задней левой лапе. Ну и мелочовка-социалка в виде рубки дров, любовных записок и прочих сопутствующих радостей, которую я взял с нашей общей базы и прикрутил к каждой третьей модели. Всё как договаривались.

– Угу, шаблон открывается отлично, – проверил я плату за то, что пустил лишнюю головную боль в свой регион. И то, что пока она особых проблем не доставляла, пока ещё ничего не значило. – Кстати, как там твои поисковые экспедиции? Назад повернули?

– А то. Чешут в обратном направлении к кругу возрождения так, что только пятки сверкают! – довольно усмехнулся мой коллега, счастливо потирая руки. – Ничего, мне главное – немного времени выиграть! А дальше я устрою весну, и из-под снега начнут проклёвываться конфетки! Вот ты видел когда-нибудь цветущую тундру? Как бы все из твоего региона на мой Клондайк не сбежали!

В отличие от большинства вынужденных демиургов Игорь Семёнович загнал своих подопечных не в какую-нибудь небольшую уютненькую локацию, вроде горной долины или там острова. Не-е-ет! Бывалый метеоролог, большую часть жизни возившийся с обеспечением условий для испытаний на Крайнем Севере новых летательных аппаратов и досконально освоивший компьютер от нечего делать долгими ночами за полярным кругом, устроил вокруг своего круга возрождения максимально знакомый ему ландшафт. Заснеженную тундру. Благо для неё и особо изощряться-то не стоило – сделай один достойный участок на гектар квадратной площади и копируй его, пока не надоест. Найти хоть какие-то отличия между похожими друг на друга как две капли воды сугробами и в реальной-то жизни сумели бы лишь коренные эскимосы, по непроверенным слухам, имеющие около пятидесяти разных слов для обозначения оттенков белого. В этой холодной пустыне было мало всего. Там не росли в сколько-либо значимых количествах пригодные в пищу или на топливо растения. Животных приходилось долго выслеживать. О построении какой-нибудь промышленности, кроме разведения оленей, не стоило мечтать. Чтобы игроки в таких условиях не передохли в рекордно короткие сроки, Семёныч в последний момент успел разместить рядом с кругом возрождения целую армаду вмёрзших в лёд кораблей, откуда века назад сбежала команда. Разумеется, упёрли матросы далеко не всё, и внутри спасающих от ветра деревянных корпусов нашлось значительное количество оружия, одежды, тканей, инструментов и сушёной рыбы, которой глубокая заморозка ничуть не ухудшила вкуса. Но и не улучшила, надо сказать, тоже.

Геймеры, которым «повезло» попасть в эту ледяную пустыню, в основном просто пересоздавали персонажа и начинали в другом месте. Но немногие оставшиеся упорные или просто упрямые индивидуумы каким-то образом смогли скооперироваться в рекордно короткие сроки и создали первый в игре клан, насчитывающий несколько тысяч человек. Не то в условиях засилья отрицательных температур коммуникационные способности мёрзнущих людей резко выросли, не то им пришлось сплотиться ради охоты на единственные более-менее достойные источники опыта и свежего мяса – белых медведей. Не важно! Как бы там ни было, организованная ничуть не хуже иных армий орда вынужденных полярников принялась рассылать во все стороны исследовательские экспедиции. Причём человек по сто, чтобы всякие досадные мелочи вроде стаи полярных волков не могли заставить их свернуть с пути! Игроки, читавшие форум и сравнивавшие своё положение с успехами тех, кто осваивал другие локации, твёрдо вознамерились найти более благодатные края и свалить туда на фиг! Тем более они быстро просчитали тот факт, что благодаря щедрости Семёныча имели больше стартовых бонусов, чем любые четыре других региона, вместе взятые.

Первый визит их через портал в тёплые края закончился масштабным сражением, ставшим лишь первой ласточкой разгорающейся войны. Главным образом в нём оказались виноваты сами полярники, нашедшие-таки через сутки блужданий выход из подземных катакомб. Дракошку и прочую компанию будущих магов, швырявшихся в них с высоты всякой дрянью, они нашли и показательно сурово покарали, убивая раз за разом до тех пор, пока те не лишились почти всего имущества, а уровень обидевших их игроков не упал раза в два. А после рассыпались по брошенному городу и принялись повсюду наводить свои порядки. Пользуясь преимуществом организованности и ощущая за спиной поддержку большого клана, чужаки принялись вовсю сгонять одиночек и маленькие бригады аборигенов с понравившихся им мест, а также реквизировать наиболее интересные предметы не то в интересах революции, не то во имя общего блага… Не дожидаясь, пока меня завалят гневными петициями от пострадавших или образуется сверхсильная группировка, способная дойти до края облагороженного пространства невзирая на препоны, я взял дело в свои руки. А попросту говоря, выдал всем своим игрокам квест «Защита родины». Убитый чужак в течение суток повышал получаемый опыт, все показатели персонажа и шансы выпадения ценной добычи на один процент. Двое – на два процента. Трое – на четыре… Но лишь при условии, что счастливчика никто раньше не прикончит, прервав постепенно забирающуюся в небеса геометрическую прогрессию. Да и верхний предел я на всякий случай ограничил трёхсотпроцентной эффективностью. Впрочем, до него всё равно так никто и не добрался.

Грянула ночь длинных ножей, когда уже почувствовавших себя хозяевами жизни полярников по одному храбро забивали толпой, чтобы получить их оружие и броню. Количество качественного снаряжения у подопечных Семёныча было хоть и велико, но измерялось конечной цифрой. И пока они опомнились, оно сократилось примерно на треть. Дальше же началось позиционное противостояние. Полярники закрепиться в тёплых краях не могли, поскольку портал имел ограниченную пропускную способность и мог срабатывать в день не больше двухсот раз. А возрождались убитые уже на своей заснеженной родине. Мои же игроки могли рисковать собой сколько угодно без особых проблем, но даже если им и удавалось проникнуть на родину чужаков, то они редко жили там дольше минуты. Из снега и воды в том месте, где обнаружили проход в тёплые земли, подопечные Семёныча возвели грандиозную по меркам «Запределья» четырёхэтажную цитадель, проскользнуть мимо которой не смог бы и настоящий ниндзя. Значительной их части даже пришлось присудить достижение «строитель», облегчающее процесс производства зданий и сооружений, вернее, придающее получившимся объектам большую прочность. А некоторые удостоились и «архитектора».

– У меня тут идейка одна возникла… – глубокомысленно заметил Семёныч, ковыряя сушёный рыбий хребет. – Как думаешь, может, мне на своей территории викингов замутить? Не мобов-викингов, а игроков-викингов, со всеми необходимыми атрибутами. В первоначальной модели игры вроде бы такой отдельный подвид людей был со своими городами и культурой. Диверсия съела их всех, но модели-то в базе остались.

– Имеет смысл, – подумав, признал я. – Разбогатеть обитатели твоего региона, если ты не устроишь им резкое потепление климата или неистощимые золотые шахты, смогут только грабежом. Какие хочешь дать им преимущества, кроме сопротивляемости холоду, без которой в этих краях более-менее достойная цивилизация просто замёрзнет?

– Увеличение силы и выносливости процентов на пятнадцать по отношению к модели нормального человека плюс такое же сопротивление магии, – решил Семёныч. – Ну и внешность обязательно такую, что соответствует европеоидной расе. Мы же всё-таки не подземных эльфов каких-нибудь делаем.

– Логично, – согласился я, подумав о том, каким же должно быть испытание для вступления в ряды дроу. Умение подчиняться истеричным фанатичкам с садомазохистскими замашками и большими кнутами? Или в «Запределье» будет использован более вменяемый вариант, который просто испытывает некоторую тягу к насилию и темной магии? – Но появление первой подрасы придётся согласовывать с руководством. Как и необходимые для изменения персонажа процедуры.

– Ну, с последними проще придерживаться исторической действительности, – пожал плечами Семёныч. – Кто вместе с другими викингами пошёл в набег и ворочал весло на драккаре, тот и сам мог считаться викингом. Исключений реальные северные морские разбойники даже для собственных рабов не делали, если по какой-то причине оказывались вынуждены доверить им оружие.

– Да, может сработать. Поставить как ограничение, чтобы в день игрок не меньше трёх часов ворочал тяжеленной оглоблей, отталкивая корабль от моря, и так на протяжении не менее недели… – Я отхлебнул пива, в то время как перед глазами уже стояла картина могучего гребного судна, полного яростных морских разбойников, несущего всем, кроме себе подобных, смерть и разрушение. И то, как девять из десяти решивших попробовать суровой морской романтики игроков с воплями бросают свою затею и остаются обычными людьми. – У тебя есть какие-нибудь намётки?

– Пока нет, – покачал головой Семёныч, опустошая свой бокал. – Чтобы викинги смогли успешно ходить в походы, надо сначала сделать локации, которые будет интересно грабить. А у нас на это времени нет. Война, конечно, здорово отвлекает игроков, но они уже начинают терять к ней интерес. Да и обычная охота им приелась, а для необычной именных монстров приходится по одному клепать вручную и чуть ли не брать под прямое управление. А начальство обещает следующую порцию более-менее вменяемых разумных мобов в лучшем случае к концу следующей недели. Нужно ещё что-то… Может, дракона на них натравить?

– Хм, ему логово требуется, если его визиты станут более-менее регулярными, а не окажутся единичным случайным событием вроде землетрясения, – задумался я. Идея использовать один из самых ходовых штампов для миров меча и магии была не плоха. Но требовала некоторой творческой доработки. И пожалуй, лучше использовать её чуть позже. Хотя бы когда появятся города, которые можно сжечь, и принцессы, которых можно спасать. – А там золото должно лежать. И другие какие сокровища. А зная наших людей, если тысяча подохнет, но один сказочно разбогатеет, это будет для них вполне достойный повод пытаться обокрасть это место. Пока одни будут отвлекать ящера, заваливая его своими трупами, другие всю пещеру вынесут. Нет, дракон нам не нужен. А как насчёт зомбиапокалипсиса? У меня как раз есть для него подходящая идейка…

Игрок Кешик довольно усмехнулся, поправив болтающийся за спиной тяжёлый мешок. Там у него находился почти десяток книг, которые, несмотря на ссохшиеся страницы, ещё оставались прекрасно читаемы. Ничего интересного для него. Ни описаний иных земель, ни тренировок, нужных, чтобы заполучить уникальное умение. Так, местный аналог справочника по зоологии, интересный разве только картинками отдельных монстров и их скупым описанием, чей-то личный дневник и неожиданно целых шесть сборников математических правил и задач, почти во всём напоминающих учебники средней школы. Но археологи платили за подобные редкости неплохие деньги, очевидно намереваясь впарить их коллекционерам в цивилизованных землях втридорога. Жаль, конечно, что через свой портал на территорию империи они чужаков категорически отказываются пропускать. И слишком сильны, чтобы имело смысл попробовать прорваться через него. Но некоторые крепости гораздо проще взять при помощи гружённого золотом осла, чем с помощью тарана. Может, если он предложит их интенданту достаточно, тот договорится с кем надо, охранники прикроют глаза на секундочку в то время, когда их начальство будет спать, и он первым сможет ступить туда, где до него не было ещё ни одного игрока. Полное отсутствие конкурентов на какое-то время, уникальные квесты, ценная информация, что будет пользоваться спросом и в реальном мире…

От приятных мечтаний его отвлекли стремительно приближающиеся панические вопли. По дороге навстречу ему бежало несколько десятков человек. В них Кешик, к своему изумлению, опознал нескольких своих знакомых и землекопов из числа имперцев. А вслед за ними вроде бы неспешно, но куда быстрее, чем ходит человек, ковыляли трупы. Очень-очень старые, почти мумифицировавшиеся. И было их много. Сотни, тысячи, десятки тысяч!

– Что происходит? – поинтересовался он у первого из бегунов, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Драться с такой толпой нежити он был не готов… Ну, во всяком случае, до тех пор, пока не станет каким-нибудь легендарным охотником на зомби. – Откуда все эти твари?

– Археологи…

Следующие несколько слов девушки с ником Конфетка скрыли бы на телевидении истошным пиканьем. В «Запределье» же, к немалому изумлению игроков, фильтров на нецензурные высказывания не было. И в девяти случаях из десяти люди этому факту больше радовались, чем огорчались. Но как раз сейчас был пример одного из исключений, поскольку даже самый красочный мат оказался менее информативен, чем обычная речь.

– Археологи таки докопались! – чуть прояснил ситуацию бегущий рядом с ним обладатель очень большого мешка Соломон. – Впрочем, похоже, последнюю пару часов им рыли навстречу. Я сразу заметил, что после казни что-то в воздухе изменилось…

– А-а-а!

Отставшего от основной массы бегущих землекопа, обладающего большой силой и выносливостью, но слишком маленькой скоростью, один из самых шустрых мертвяков умудрился зацепить своей лапой и повалить на землю. Встать труженик кайла и лопаты смог, снова пуститься бежать – нет. Зомби умудрился повиснуть у него на ноге, пытаясь прокусить плотные рабочие штаны, и уже через несколько секунд несчастного накрыло сплошным ковром из жадно хрипящих покойников, принявших разрывать его на куски.

– Какой казни? – спросил Кешик, проворно перебирая ногами.

– Да там одну неверную супругу прямо в котловане на голову укоротили. – Соломон тяжело дышал и с завистью косился на пятую точку стремительно удаляющейся Конфетки. Девушка летела, словно легконогая лань, унося свои аппетитные выпуклости подальше от жадных ртов ходячих мертвецов. – Фух! Не важно. Я не уверен, что эти события как-то связаны. Вполне может быть, что археологи просто докопались до своей цели. Вот только они явно не предполагали, что подвалы крепости под завязку набиты прекрасно сохранившимися зомби. Слушай, ты, случайно, не хочешь понести мой мешок? Десять процентов того, что там находится, – твоё.

– Двадцать пять, – принялся торговаться Кешик, радуясь, что сам бежит налегке. Книги…

Ну сколько они могли весить? Килограмма четыре в худшем случае.

– Пятнадцать, – не согласился Соломон, протягивая коллеге-игроку поклажу.

– Двадцать, и по рукам. Ух! – Мешок оказался неожиданно тяжёлым. Да что там! Практически неподъёмным! – Слушай, а что внутри?

– Понятия не имею, – с лёгким сердцем признался Соломон, мгновенно вырвавшийся вперёд. – Но когда все высокопоставленные имперцы удрали в портал и захлопнули его за собой, я вломился в палатку одного из археологов, спёр его парадную одежду, серебряную чернильницу, рабочие записки, бритвенный набор и напоследок углядел в углу под вешалкой этот мешок. Думаю, всякую дрянь такой человек у себя хранить не будет, а потому прибавь скорости и спасай мои восемьдесят процентов добычи!

Глава 7

В амфитеатре, парящем где-то в небесах «Запределья», было многолюдно. Или, учитывая особенности данной виртуальной вселенной, многобогно? Только региональных координаторов вроде меня полсотни. Плюс разработчики основного контента, среди которых затерялся и Кеша, числом три десятка. А ещё начальство, посчитавшее, что совещания лучше проводить с минимальными потерями реального времени. И конечно, те, кто послужил главной причиной такого сбора. Джинны. Орда синекожих мускулистых здоровяков со смерчем вместо ног безмолвно парила на высоте десяти метров от жёлтого песка арены. Ну, кроме двух особей, сдёрнутых оттуда ради демонстрации их возможностей. На лицах духов застыл благоговейный трепет, а глаза горели восторгом… А куда им было деваться, когда такую поведенческую реакцию прописали на присутствие обладателей админских полномочий?

– Итак, сейчас эти гении…

При этих словах докладчика, кстати моего бывшего куратора, по рядам присутствующих пробежали многочисленные, с трудом сдерживаемые смешки. О том, насколько разумны компьютерные программы, которым мы придавали в этой цифровой вселенной человекоподобный вид, могли строить иллюзии только игроки. Разработчики же знали, что вся их «реалистичность» в поведении и испытываемых эмоциях обеспечивается не таким уж и сложным набором рефлексов либо и вовсе прямым управлением кого-то из нас.

– Да, гении! Во-первых, этим термином джиннов обозначали ещё чёрт знает когда! А во-вторых, по сравнению с остальными неписями они действительно настоящие гении, ибо каждому из них выделен отдельный канал от кого-то из ИИ, управляющих «Запредельем»!

Виртуал пошёл Андрею Юрьевичу на пользу. Глаза блестели, волосы на голове лежали стройными рядами, а морщины практически отсутствовали. Но косметические изменения можно было бы внести любые, это не проблема. Куда более важным лично я считал тот факт, что здесь к нему вернулась большая часть прежней работоспособности. Внутри капсулы почти никак не проявлялось прискорбное состояние его физического тела, с каждым днём всё больше и больше приходящего в негодность. Кровь одного из лучших известных мне учёных в автоматическом режиме насыщалась всеми нужными веществами и лекарствами. Да и изношенные системы органов работа с виртуалом особо не напрягала, по сути своей мало отличаясь от обычного сновидения. Пусть и управляемого внешними устройствами. Думаю, встроенная в высокотехнологичный саркофаг аптечка позволит ему практически до самого последнего момента быть самим собой, избавив от унизительного бессилия, которое так страшит многих умирающих.

– Гений, построй мне дом! Прямо тут, на песке арены!

Андрей Юрьевич принялся демонстрировать все возможности программы-помощника, которую большей частью и разрабатывали основные программисты проекта с самого момента диверсии. Производство средств производства, сиречь создание частей игры, эту самую игру в автоматическом режиме и доделывающих. В перспективе произойдёт и полноценная замена подобными созданиями наблюдателей-контролёров вроде меня. Правда, случится это не раньше, чем наши ИИ эволюционируют из искусственных идиотов в полноценный искусственный интеллект.

– Какой дом, о Великий? – уточнил у моего бывшего куратора джинн.

– Обычный, простой, – отделался Андрей Юрьевич самыми расплывчатыми объяснениями. – Нет, построй два дома!

Избранный в качестве наглядного пособия синекожий здоровяк сорвался с места и закружился вокруг на глазах вырастающих построек. Пара секунд – и строения готовы. Одно – обычная деревенская хата, обмазанная извёсткой и окружённая декоративным штакетником, второе – её чуть более покосившаяся версия, за которой хозяева следили спустя рукава.

– Как вы видите, это два абсолютно разных дома! И с разной внутренней планировкой! Такие мелочи эта программа в состоянии додумать самостоятельно. По сути, у него есть большой-большой конструктор, детали в котором для каждого нового творения подбираются либо рандомно, либо с оглядкой на уже существующие образцы. – Андрей Юрьевич перевёл взгляд на своего помощника: – Гений, насели эти дома!

На сей раз синий культурист носился по сложной траектории вокруг доверенных ему объектов куда дольше, почти минуту. В результате его усилий в одном дворике появилась пара из старика и старухи, а во втором – дородная баба с выводком детей разного пола.

– Ах ты ж! – ахнула старуха.

– А-а-а! – на разные голоса завопила малышня, прыснув во все стороны.

– Мамочки! – всплеснула руками их мамаша и принялась медленно и величественно падать в обморок.

– Марьяна, тащи топор! – рявкнул старик, уверенным движением выдирая дрын из штакетника.

– Гхм… Стазис! – Мой бывший куратор махнул рукой в сторону неписей, отреагировавших на своё появление внутри амфитеатра не очень адекватно. Или наоборот, вполне логично? Кто из людей удержался бы от демонстрации изумления, попади он в такую обстановку? – Как видите, случаются накладки. Гений создал персонажей, обладающих уникальной внешностью, экипировкой, характерами, но не совсем верно прописал им реакцию на внешние раздражители, в виде которых сейчас выступаем мы с вами. Больше такого он не сделает, правда?

– Так точно, Великий, – смиренно поклонился джинн, изображая на лице полное отчаяние. – Я буду стараться.

– Функции обучения у этих созданий есть, так что их дрессировка с окончательным доведением до ума ложится полностью на ваши плечи. – Учёный щёлкнул пальцами, и рядом с каждым из нас зависло по джинну. Хм, зачем такие региональным координаторам, понятно, ну а остальные что будут с ними делать? Впрочем, не мои пробле мы. – Великую миссию по спасению мира от какого-нибудь воскресшего из мёртвых зла, почему-то в своё время сдохшего от пыли и сырости в своей тёмной цитадели, им не потянуть. Но задачу убить крысу, сгрызшую подушку тётушки Флои, они выполнят автоматически. Как и сгенерируют саму тётушку с подушкой. Старушка, правда, получится туповатая, но так будет даже достоверней. По себе знаю: возраст сильно снижает умственное развитие.

Ну-ну… Вас послушать, дражайший мой куратор, так в расцвете лет вы могли бы Эйнштейна интеллектом задавить и Теслой сверху прихлопнуть. Впрочем, ладно, скоро вы с ними встретитесь, тогда и сможете на равных помериться уровнем ай-кью и прочими достижениями. И вообще, о мёртвых либо хорошо, либо никак.

– Ну что, помощничек… – Я внимательно оглядел зависшего передо мной джинна и от прочих синюшных не обнаружил у него никаких отличий. Надо бы в редактор внешности залезть, поправить. – Ну что, Синдбад, будем проводить тебе вступительные экзамены?

– Как прикажете, Великий, – поклонился дух, мгновенно поменявший имя с безликого «джинна» на придающего ему некоторую индивидуальность «Синдбада».

Вернувшись в свой летающий пентхаус, я первым делом решил проверить, не случилось ли чего. Но вроде всё шло неплохо. В городе, который являлся центром существования моего региона, кипела жизнь. Вернее, хрипела нежить, которая всё никак не заканчивалась. Кажется, после застолья с Семёнычем я забыл поставить ограничитель на скрипт, который их создавал в выкопанном археологами котловане. Плюс каждый убитый зомби игрок или человекоподобный непись автоматически добавлял в их число новичка. И если со вторыми имелась некоторая напряжёнка, то первых было много. А ещё те из них, кто не обладал высоким уровнем или качественным снаряжением, с завидным постоянством бросались в самоубийственные атаки на толпу мертвецов, стоило лишь им сойти с круга возрождения. Их, конечно, разрывали на части, но до этого эти самоубийцы успевали чуть-чуть прокачать себе выбранную ветку боевых навыков. Ладно, посмотрим, как Синдбад сможет разрешить этот маленький кризис.

– М-да, теперь понятно, почему в городе почти нет останков его жителей. Они точно пытались сбежать от какой-то опасности, – задумчиво пробормотала Дракошка, опасно свешиваясь с ветки дерева. Сгрудившиеся под ним зомби подняли руки в надежде схватить добычу. Но девушка как ни в чём не бывало вернулась в прежнее положение. Только конец копья в её руке украсился новой порцией бурой жижи с тошнотворным запахом да одно из полусгнивших тел обзавелось дырой в черепе и, немного пошатавшись, опрокинулось на спину. – Жаль только, что уйти смогли столь недалеко.

– Вряд ли мы столкнулись ну прямо уж со всеми обитателями такого мегаполиса, – не согласился с ней Крысокрот, сидящий на соседней ветке и старательно прикручивающий к длинной верёвке один из своих кинжалов. Второй, вместе с обрывком предыдущего каната, торчал из шеи полусгнившей дамы, несмотря на частичную мумификацию сохранившей некоторую часть прижизненного лишнего веса. Только теперь вместо массивных телес с неё свисали обширные складки кожи. – Тут в лучшем случае жители одного квартала, не больше. Мы их перебьём… рано или поздно.

– Угу. И вообще надо радоваться тому, что перед нами обычные классические старомодные ходячие мертвецы, – поддержал его Чугуний, умудрившийся в своих грубых железных латах взобраться гораздо выше двух своих соседей.

С оружием, пригодным для устранения покойников на безопасной дистанции, у кузнеца, к его великому огорчению, случился полный конфуз. Нет, тяжеленный молот с широкой, гладко отполированной ударной поверхностью был, без сомнения, очень хорош. Особенно при работе на наковальне. Но, к сожалению, рукоятка многофункционального инструмента едва превышала тридцать пять сантиметров. Вес же цельнометаллического оружия оказался таков, что не лучшего качества верёвки начинали трещать после первого же взмаха. А изготовление цепей до недавнего времени казалось мастеру не слишком интересной идеей.

– Оружием не пользуются, ни у кого его не видел. С обстановкой взаимодействовать не умеют, иначе давно подгрызли бы тот дуб, куда нас загнали.

– Это ясень, – поправила Чугуния Дракошка.

– Да хоть баобаб, – отмахнулся тот. – Я из всех деревьев уверенно опознаю только ёлку и берёзу. Так о чём я? А, да: разумом они не блещут, усилия друг с другом не кооперируют. Даже не морфируют в каких-нибудь плюющихся кислотой мутантов, шире поперёк себя и объевшихся свежей человечины!

– Да, последнее было бы неприятно, – согласился Крысокрот. – Учитывая, скольких они успели поймать, мы и шагу не смогли бы ступить, чтобы не нарваться на какого-нибудь быстрого зомби. Или прыгучего зомби. Или вообще настоящего зомби-танка!

– Вполне может статься, что мы их всех ещё увидим, – несколько неуверенно пожала плечами Дракошка, снова опасно изгибаясь на ветке и вонзая копьё в очередную цель. Зомби, всплеснув руками, осел на землю под ноги сот ням своих сородичей, ни капли не устрашённых его участью. – Эти зомби, во всяком случае, не одинаковы. Кто выдерживает один-два критических тычка остриём в череп, а кто и четыре. Большинство – люди, но вон тот – явный эльф, просто ему уши обгрызли. А ещё я лично орка минуту назад завалила.

– Видимо, у него был очень маленький мозг, в который не так-то просто попасть, – хохотнул на своём насесте кузнец. – А вообще, я думаю, в «Запределье», чтобы обычного мертвяка переродить в нечто более опасное, магия нужна. Лич там какой-нибудь, который будет апгрейдом своих слуг заниматься, или некромант, на худой конец.

– Очень надеюсь, что поблизости таковых не водится, – вздохнул Крысокрот, ловким броском поражая первую из намеченных целей, а после дёргая за верёвку, возвращая себе оружие. – Кстати, за сколько ты сможешь перегородить вход в город нормальными воротами? Чтобы подобное сегодняшнему дню больше не повторялось.

– Серебряных за пятьсот, – подумав, оценил ремесленник.

– Да откуда такие цены?! – возмутилась Дракошка, от удивления едва не свалившаяся с ветки. – Я с начала игры столько заработать не смогла!

– Ну, за металл для створок, за дерево, к которому он будет крепиться, за работу опять же… – Чугуний усмехнулся и погладил свою длинную щетину, лишь чуть-чуть не дотягивающую до гордого звания бороды.

У него пиликнуло сообщение о скрытом достижении «Почти что гном». Данное звание обещало повышать общую прочность изделий на пять процентов до тех пор, пока остаётся скрытым, и со временем трансформиваться в нечто ещё более привлекательное. Мастер снова усмехнулся:

– А ещё за то, что в проход, который я своими силами неделю расчищал, все игроки шастали, и ни одна собака мне даже «спасибо» не сказала!

– Сам «спасибо» скажешь, если они тебе после сегодняшнего претензий не выкатят за то, что мертвецам в пределы городских стен прямую дорогу открыл. – Крысокрот недовольно цыкнул зубом, когда его кинжал скользнул по гладкому, лишённому плоти черепу очередного зомби, лишь слегка его оцарапав. – Наши люди такие, они могут.

Волна живых мертвецов, движущихся за убегающими от них людьми, ворвалась в город через проломы в стене, которые сами же игроки и расчистили, чтобы не мучиться каждый раз с канатами или верёвочными лестницами. Вот только на сей раз попытка облегчить себе жизнь и чуть-чуть облагородить окрестности вышла им боком. На полноценную армию мёртвых беспорядочная толпа ходячих трупов, может, и не тянула, но зато её представители обладали развитым стадным инстинктом, жаждали убить всё живое и абсолютно ничего не боялись. А ещё их было очень-очень много, и, встав на след человека, они крайне неохотно с него сворачивали. Правда, к некоторому изумлению удирающих во все лопатки игроков, нашлась у них и неожиданная поддержка.

Зомби десятками гибли в схватках с населявшей город живностью, как правило, очень плохо реагировавшей на попытки непонятного тухлого двуногого мяса внаглую переть по их территории. Гибли бы и сотнями, но зверьё за редким исключением в виде совсем лишённых инстинкта самосохранения особей предусмотрительно пряталось кто куда, если видело стократный численный перевес противника. И атаковало преимущественно одиночек, в силу каких-либо причин отставших от основной массы ходячих трупов.

Внезапно все игроки, находящиеся в этом секторе, вздрогнули от отчаянного вопля свалившейся-таки с ветки Дракошки, почувствовавшей, как в неё впиваются десятки холодных, мёртвых, цепких рук, пальцы которых легче отрубить, чем разжать. Однако Крысокрот, не утративший присутствия духа, не дал погибнуть своему партнёру и намечающемуся романтическому интересу. Выхватив из кармана три бутылочки со снадобьем, сваренным и опробованным его подругой буквально вчера, после очередного повышения мастерства, он вырвал из них зубами восковые пробки. Одну выпил залпом, а две другие швырнул вниз. На спинах и головах мертвецов, окруживших упавшую им в лапы добычу, распустились огненные цветки, сжигая сухую плоть яростным алым огнём. Покойники не боялись ни уничтожения, ни боли. Но их объятые пламенем тела не смогли выдержать стремительного вихря ударов, которые обрушил на зомби спрыгнувший с ветки Крысокрот. Благодаря самодельному зелью увеличения силы, чрезвычайно эффективному несмотря на множество неприятных побочных эффектов, и без того невероятно ловкий и проворный убийца на двадцать семь секунд стал настоящим титаном, чьи физические показатели выросли без малого втрое. Платой за это стало резкое падение умственных способностей, постепенно уменьшающаяся от острой интоксикации жизнь, затуманенный взор, капающие из глаз кровавые слёзы и лезущая изо рта зелёная пена. И это ещё только цветочки, ягодки должны были начаться с истечением срока действия боевого эликсира. Но они будут потом. А сейчас парень, чувствующий себя Геркулесом, расшвыривал противников в разные стороны, как котят.

По воздуху пылающими метеорами пролетело не меньше семерых мертвецов, которым нога игрока отвесила хорошего пинка. Ещё десятка два он просто изрубил. Короткие клинки кинжалов проходили сквозь плоть одного противника и, не останавливаясь, начинали резать другого. Трещины на лезвии, разрастающиеся с каждой секундой, сулили им поломку и выход из строя. Впрочем, пока действует эликсир, это было не страшно, ведь врагов можно забить и рукояткой с обломком клинка, а то и вообще кулаками. Ну а после страдающего от последствий краткого всемогущества игрока сумел бы загрызть и комар, несмотря ни на какую экипировку. Дракошка, поднятая Крысокротом с земли и подкинутая вверх, едва не сбила Чугуния, в последний момент успевшего схватить девушку после того, как она, врезавшись в ствол рядом с ним, снова стала падать. На последних секундах заёмного могущества Крысокрот умудрился вскочить обратно на свою ветку, пробежавшись по стволу, и намертво привязать себя к дереву. А потом его обездвижило, скрючило, накрыло щекоткой, зудом, икотой, отрыжкой, нервным тиком, слепотой, глухотой… И заодно стало выворачивать наизнанку. Мучительные стоны страдающего игрока разносились далеко по округе, пугая живых и, кажется, даже вызывая сочувствие у мёртвых. Во всяком случае, зомби, не успевшие подойти к месту короткой драки, сбились с шага, остановились и даже мычать перестали, сосредоточив всё своё внимание на игроке, через две матерных фразы на третью желающем самому себе подохнуть каким угодно особо изощрённым образом.

– Я думаю, это зелье надо назвать «Свежесть», – глубокомысленно заметила Дракошка, с сочувствием взирая на спасшего её героя.

Помочь напарнику девушка никак не могла. Любой эликсир в настоящее время лишь усилил бы и без того неприятные ощущения Крысокрота.

– Это ещё почему? – подозрительно осведомился Чугуний, наблюдая, как вылетевшее из желудка игрока содержимое с лёгким шипением проедает ямку у подножия дерева.

– Потому что СВЖ, сиречь Смерть Всему Живому, не звучит, – пожаловалась на сложности русского языка алхимик. – И потом, когда после него наконец продышишься, тебе так свежо станет… Даже если за это время заживо в землю зароют. Кстати, у тебя тоже квест «Война с нечистью» внезапно прорезался?

– Полагаю, он есть у всех, кого сподобило посетить наш регион, включая этих отмороженных ледышек из портала, – фыркнул кузнец, бесцеремонно вытаскивая из рук девушки копьё, которое она, несмотря на всё произошедшее, так и не выпустила.

Кузнец отделил наконечник её оружия от древка и начал приматывать его обратно новыми верёвками из шкур. Непрерывно использовавшееся оружие стремительно теряло свою прочность, а потому приходилось его чинить и надеяться, что враги кончатся всё же чуть раньше, чем эти расходники. Металлический наконечник, в отличие от них, деформации поддавался слабо. Да и в карманах Чугуния имелся их неплохой запас.

– Меня тоже очень заинтересовала строчка о награде, гласящая: «Вариативно, вплоть до масштабирующихся предметов и элитных классов». Но только как ты себе представляешь процесс контратаки на эту толпу, в которой даже выбегающие с безопасного острова организованные отряды просто вязнут?

Ходячие мертвецы не то чтобы боялись воды, но до центрального квартала, где находился круг возрождения, добраться всё-таки не могли. Им не требовался воздух для дыхания, да и произошедшие с высохшими телами изменения также придали покойникам плавучесть, напрочь отбив им воспоминания, как именно надо передвигаться в жидкой среде. В результате кошмарно выглядящие нетонущие «буйки» некоторое время плескались в паре метров от берега, а после, если им везло, то есть прибивало к берегу, выбирались на твёрдую землю. А если нет, так и оставались посреди открытого водного пространства, медленно дрейфуя по хаотической траектории. Но редко какой экземпляр из них мог похвастаться «заплывом» дальше чем метров на сто или минуты на три. Сгрудившиеся на берегу своей естественной крепости игроки вовсю упражнялись на них в метании всяческих предметов, и уж в чём, в чём, а в камнях они недостатка не испытывали.

– Господа и дама, а вам не кажется, что ради такого дела нам стоит объединиться? – осведомился у засевших на дереве игроков с комфортом расположившийся на соседней крыше игрок Хедхантер, который специализировался на оружии дальнего боя и уже успел расстрелять из пращи по оккупировавшим город монстрам всю черепицу своего убежища, после чего немного заскучал. – Поодиночке или даже небольшими группами человек по пять-шесть мы можем лишь тупо сидеть в обороне. Если нет ограничений по количеству народа для данного мероприятия, то какой смысл ограничиваться стандартными маленькими группами приключенцев?

– Я – за! – послышался бодрый вопль с ближайшего фонарного столба.

Висевшая на нём личность, имевшая ник Сэр Фредди и совершенно неподходящую к нему большую сучковатую двуручную дубину, как оказалось, внимательно прислушивалась к разговору. Ну, в принципе, а что ещё ему было делать при полном отсутствии доступных развлечений, за исключением самоубийственного прыжка вниз, в объятия голодных зомби?

– А вот я даже и не знаю, – задумалась Дракошка, по извечной женской привычке стараясь уклоняться от прямых и однозначных ответов. – Состав файтер, клирик, вор и маг считается классикой… Но почему бы и нет? У вас есть план?

– Сейчас почтенный джентльмен на фонарном столбе поймает верёвку, которую я ему кину, – принялся излагать свой план Хедхантер, тыкая пальцем в вышеупомянутого игрока, – потом мы построим канатную дорогу от вашего дерева к столбу, от столба к моей крыше. Смотаем верёвки. А затем примерно таким же образом осторожно начнём двигаться верхними путями к стене. Выйдем за её пределы, обогнём по широкой дуге, стараясь держаться подальше от дороги, лагерь археологов, нападём на него с неожиданной стороны и на фиг завалим ту дыру, откуда продолжают выбираться зомби!

– А они ещё продолжают?! – насторожился Сэр Фредди, руками и ногами обнимающий вертикально воткнутое в мостовую двадцатиметровое бревно, сохранившее крепления для примитивного масляного фонаря. Сам осветительный прибор, правда, испарился в неизвестном направлении. И вроде даже раньше появления в этом мире игроков. – Откуда информация?

– Один мой приятель засел на месте раскопок. Его там прижали к большому камню, ну он на него и залез… Мёртвым ловкости не хватает повторить восхождение на тот булыжник. А кто всё же более-менее успешно пытается, получает топориком по тыкве, – с готовностью поделился информацией Хедхантер. – Так вот, он говорит, что из пробитой археологами дыры примерно раз в пять минут появляется новая порция зомби. А после, немного пошатавшись по лагерю, покойники идут по дороге к городу. Видимо, не нравятся им джунгли, открытое пространство больше по душе. Проход, через который они лезут на поверхность, не слишком широк, и его можно попробовать завалить. Думаю, такой подвиг будет достаточным деянием для перелома в войне с нечистью. Ведь не получающих подкреплений мобов мы перебьём.

– Без меня, – кое-как прохрипел Крысокрот, приподнимая голову и снова обессиленно роняя её себе на грудь. – Ох, господи, как мне плохо… Дракошка… если есть в этом мире гильдия палачей, то твою микстуру она с руками оторвёт. Оковы, конечно, должны будут быть очень крепки, но зато, когда начнётся отходняк, им расскажут всё. Буэ-э…

– Ещё через четверть часа можно будет выпить укрепляющую микстуру, чтобы сгладить последствия, – поморщилась девушка, стараясь не смотреть вниз, где её спаситель расплачивался за свой героизм. При упоминании добавочного препарата несчастного скрутило ещё сильнее, хотя, казалось, дальше уж некуда. – Хм, ну или Чугуний может тебя понести. У него всё равно силы столько, что девать некуда.

– Ладно, – тяжело вздохнул кузнец, наблюдая за тем, как в воздух взвивается первая верёвка, – соберусь, куда деваться. Хоть будет что в зомби бросить, чтобы они секунд на двадцать – тридцать отвлеклись, чтобы успеть удрать.

Путь, который в обычных условиях занял бы едва четыре часа, растянулся на игровые сутки. То увеличивающаяся за счёт пробившихся подкреплений, то сокращающаяся в размерах из-за невосполнимых потерь компания с большим трудом налаживала канатную дорогу между строениями, куда не могли забраться зомби. Дважды оказывалось, что всё-таки могли, просто до появления там игроков они этого не хотели. А уж путь по джунглям вне более-менее проторенных маршрутов и вовсе вылился в целую эпопею, где нашлось место защищающим свою территорию хищникам, зарослям ядовитых и плотоядных цветов, ужасающему количеству озверевшего гнуса, за самых крупных представителей которого накидывали по паре единичек опыта, и даже самым настоящим зыбучим пескам. Однако в итоге отряд, состоящий из полутора десятков наиболее удачливых и просто настырных личностей, не отступившихся от кажущегося безнадёжным дела, всё же вышел к окрестностям стоянки археологов.

– Вон тот камень, на котором отбивался от зомби Петька, – уверенно ткнул пальцем в чудом сохранившийся участок стены Хедхантер. Большая часть древнего укрепления давно обрушилась, но отдельные участки кладки ещё торчали, достигая аж четырёхметровой высоты. – Жалко, что он до нашего появления не дотерпел и свалил в реал.

– Гораздо хуже, что разгромившие лагерь археологов зомби остались на своих местах. Похоже, они наелись и не захотели больше никуда идти. – Чугуний, нахмурив лоб, принялся пересчитывать противников. – Их тут штук триста. И это только те, кого я заметил. А сколько ещё внутри палаток или элементарно не видны?

– Пригните головы, дубины! – шикнула на них Дракошка, затаскивая обоих мужчин обратно в кусты, из которых они вышли несколько секунд назад. – Если мы видим врага, то и враг видит нас!

– Да мы ж осторожно… – не очень уверенно возразил кузнец, тем не менее покорно шагая под защиту растения. – А обычные мертвецы – ну абсолютно не зоркие соколы, способные выследить прячущегося в лесу противника. Да и вообще, слишком далеко здесь, не сработает у них триггер агрессии.

– А?! А! А-а-а!!! – На игроков с пронзительным воплем и треском ломающихся веток приземлилось нечто, что при ближайшем рассмотрении оказалось Сэром Фредди.

Решивший с высоты получше разглядеть расположение противника игрок не учёл, что дерево – это отнюдь не фонарный столб и на нём иногда могут попадаться сухие, ломкие ветви. В результате он рухнул, перепугав своих товарищей по отряду, одним махом лишившись трёх четвертей здоровья и заполучив несколько травм.

Находящиеся среди разрушенного палаточного городка мертвецы, как по команде, развернулись к источнику звука. А потом бодрой спотыкающейся походкой, больше напоминающей бег трусцой в исполнении пьяниц, потянулись к раскрытой позиции живых.

– Много, столько не удержим. И оторваться уже вряд ли получится, – констатировал Крысокрот, уже пришедший в себя и избавившийся от большей части мучивших его постэффектов кошмарного зелья. – Хед, мы будем отвлекать трупы, а ты и ещё человека три-четыре прорвитесь мимо них к тележкам рудокопов и заткните ими дыру! Ну или какой мусор найдите… Даже если это их не остановит, зомби будут долго ломать получившуюся баррикаду, и можно будет успеть натаскать туда земли, чтобы засыпать проход.

– План принимается, но бежать будешь ты, – покачал головой Хедхантер. – Я слишком медлителен, так как вкладывался лишь в выносливость и силу.

– Доставай свои зелья, – пихнул в бок Дракошку Чугуний, наблюдая за быстро приближающимися противниками. До этого дня кузнец почти не пускал свой молот в ход иначе как при создании изделий на наковальне и теперь просто жаждал узнать, насколько хорош его любимый инструмент в бою. – Да не жадничай! Тут такой момент настал, что экономить просто грешно!

– Сама знаю, не дура. – Алхимик уже рылась в своём рюкзаке, окончательно опустошая изрядно поредевшие во время марша по джунглям запасы. – Так, это тебе, это тебе, а вот это уже мне и только мне. И раз! И два! И всё!

– Всё – в смысле у тебя зажигалки кончились? – уточнил кто-то из задних рядов, наблюдая, как загорается земля под ногами зомби и сами зомби, которым не повезло подвернуться под взрывы. – Кстати, хорошо кидаешь. Я и из пращи на такую дистанцию сосуды не вдруг запулил бы.

– У меня бонус к применению боевых алхимических смесей, – пожала плечами Дракошка, доставая из-за пояса покрытый мутными разводами яда костяной кинжал. К её огромному сожалению, отрава на мертвецов действовала чуть хуже, чем никак. – Жаль только, по себестоимости подобные гранаты получаются в прямом смысле слова золотые.

Десяток смертников вышли из-под прикрытия растительности, которую археологи вокруг своего лагеря порядочно проредили, чтобы реже встречать гостей из джунглей. Зомби не увеличили скорость ходьбы и даже не сменили беспорядочность своего строя. К ним удивительно хорошо подходило определение «безмозглые». Нерассуждающая, недумающая и не способная испугаться волна навалилась на выставленные копья и пошла дальше, сминая трещащие древки. Почти три десятка тварей легли под ноги других монстров, получив несовместимые с их подобием жизни травмы от прошедшего насквозь оружия, расплющившись о стену щитов или просто споткнувшись. Пятящимся назад в попытке сохранить строй игрокам было достаточно всего лишь уронить врага на землю, а дальше его банально затаптывали ходячие мертвецы. Увы, силы были слишком не равны. И даже распределённые между горсткой людей зелья лишь оттянули их конец на какие-то двадцать – тридцать секунд. По одному отчаянно отбивающиеся от тянущихся к ним гнилых рук живые падали, погребённые под настоящей лавиной трупов, стремящихся как можно скорее вонзить свои трухлявые зубы в тёплую плоть. Однако свою задачу они выполнили. Упорное сопротивление вышедшей на открытую местность части отряда привлекло к ним внимание основной массы зомби, наводнивших окрестности. И не отличающиеся внимательностью монстры слишком поздно заметили, что часть добычи прорывается мимо них к центру лагеря, которым служил глубокий котлован.

– За родину! – взвыл не своим голосом игрок Иван, врезаясь своей массой в толпу трупов, вываливающую из шатра, ранее бывшего складом, и вставшую на пути у людей. Мертвецы попадали как кегли, но утянули за собой и заставивший их потерять равновесие живой снаряд. – Бегите! Я задержу их! Ахр!

К сожалению, помимо основной массы трупов среди палаток были и ещё живые индивидуумы. Сквозь них и пришлось прорываться оставшейся четвёрке, быстро сократившейся до тройки. Девушка Валькирия не глядела себе под ноги, в результате чего запнулась о брошенную каким-то археологом миниатюрную лопатку и вывихнула лодыжку. Ну а трио превратилось в дуэт, когда понадеявшийся на свою феноменальную силу Чугуний попытался небрежно отпихнуть с дороги плечом очередного зомби, но был им вовлечён в партерную борьбу. Гнилой лоб проломило успевшим изгваздаться в пакостной бурой жиже по самую рукоятку молотом уже через десять секунд, но за это время кузнец оказался окружён ещё пятёркой противников. Однако оставшаяся пара всё же достигла цели… и обнаружила, что последняя партия зомби, устремившаяся к городу, ушла всего-то метров на сто и теперь развернулась обратно, а с тыла к ним приближаются те, кому не хватило места вокруг раздираемых на части и тут же пожираемых тел их товарищей.

– Стой! – рявкнул на Крысокрота последний из его напарников, решивший при генерации персонажа назваться Филином. – Видишь носилки с камнем?! Не закроем дыру ими, ничем не закроем!

Массивный деревянный поднос явно не был рассчитан на то, чтобы его переносили вдвоём. Судя по ширине между разведёнными друг от друга на расстояние почти двух метров твёрдыми толстыми ручками, за каждую из них должно было браться по одному человеку. А то и по два. Груда же битых осколков каменных плит, слегка перемешанных с землёй, выглядела достаточно монументальной и весила, вероятно, не меньше тонны. Не имеющие особого разума мертвецы вряд ли принялись бы целенаправленно её раскапывать, если с другой стороны не почуяли бы людей. А случайно сдвинуть с места подобную тяжесть сумел бы только мамонт.

– Пьём «Свежесть»! – решил Крысокрот, доставая ещё одну бутылочку ужасающего зелья, служившего венцом алхимических возможностей Дракошки. – Иначе не управимся… Ох, блин, как же мне потом будет плохо…

– Нас же зомби добьют, – удивился Филин, осушая свою порцию эликсира, тут же хватаясь за ручки с ближайшего к нему конца носилок и с большим трудом приподнимая их. – Ух… Ты же и помучиться-то толком не успеешь.

– От этой дряни респаун не спасает, – «обрадовал» напарника Крысокрот. – Даже если мы из игры выйдем, в следующий раз, как вернёмся, непременно весь букет неприятных ощущений прочувствуем. Ну разрабы, ну садюги…

Шатаясь, словно пьяные, последние герои, пытающиеся остановить нашествие зомби, побежали к своей цели, на ходу роняя часть осыпающейся с носилок земли. Однако, когда они уже достигли здоровенной дыры в плитах пола крепости, вокруг которой в живописном беспорядке валялись кирки и части тел археологов, за неровный край отверстия уцепилось несколько мёртвых рук. И медленно стала подтягиваться очередная партия зомби.

– А-а-а! – заорал в боевом угаре Филин, с размаху обрушивая пятку на голову одного из зомби и выпуская из рук носилки. Нога провалилась внутрь подгнившего черепа чуть ли не по колено и там застряла. И тут же в неё вцепилось несколько зомби, сдернувших игрока вниз. Теперь его вопли отражались от стен и потолка подземелья и приобретали поистине демоническое звучание. – Топчи их, Крыс, топчи их! Топчи, пока можешь!

Однако игрок, уже имеющий опыт успешных боевых действий под алхимическим допингом, не стал слушать своего напарника. Вместо этого он короткими и точными пинками принялся сшибать головы выбирающихся на поверхность зомби. Под напором грубой силы, превысившей любые разумные пределы, щёлкающие челюстями черепа просто срывало с высохших шей и куда-то уносило. Лишь закончив своё сложное и грязное, но нужное дело, игрок сдвинул носилки так, чтобы они полностью закрыли дыру. А после поспешил удалиться настолько далеко, как только мог, прежде чем его скрутило откатом.

Зачистка оставшихся зомби заняла почти двое суток реального времени. Хотя мертвецы и не получали подкрепления на поверхность их успело выбраться действительно много. Плюс игроки, пытающиеся набраться опыта на обманчиво медлительных противниках или жаждущие разжиться имеющейся при себе почти у каждого трупа мелочовкой вроде ножа на поясе или какой-нибудь зашитой в пояс серебряной ложки, периодически пополняли собой их мычащие ряды. К тому же, как выяснилось после наступления темноты, солнце является злейшим врагом нежити. Под ним она не только существенно слабеет, но и изрядно тупеет. Уже было приноровившиеся отстреливать ходячих мертвецов с безопасной дистанции люди крайне удивились, когда их мишени вдруг исчезли с открытого пространства и быстро освоили тактику засад.

Смирно стоящие или даже лежащие по щелям покойники стали настоящим бичом для смельчаков, решивших попробовать вылезти в город. Найти их до того, как монстры окажутся на расстоянии удара, могли лишь очень везучие следопыты. Особенно хорошо тварям удавалось действовать в тёмных местах, где не было пространства для манёвра, а потому дольше всего выковыривали из сети тоннелей зомби, спрятавшихся под землю и не вылезших на поверхность даже с наступлением утра. И то, если бы не полярники, уже освоившие создание плотного копейного строя, этот процесс занял бы куда больше времени.

Вылезшие из портала обитатели холодных земель постарались в очередной раз закрепиться в чужом секторе, но, на их беду, столкнулись с крупным отрядом, возглавляемым прекрасно знакомой им Дракошкой. Добивающие остатки нежити игроки мигом вспомнили о том, кто увёл у них всю добычу с змееобразного рейд-босса. Желание мести перевешивало инстинкт самосохранения, и в тёмном лабиринте завязался трёхсторонний бой. Последние зомби, не страшась уже близкого уничтожения, рвали живых, невзирая на фракционную принадлежность, а местные и пришлые ожесточённо резали друг друга.

– А-а-а! – отчаянно заорал Крысокрот, в горячке боя получивший пилумом в брюхо, когда не глядя потянулся к поясу и схватил совсем не тот флакон.

Ужасающее зелье «Свежесть» в который уже раз ненадолго подарило ему практически всемогущество… И бессердечную механику мира совсем не волновало, что он намеревался всего-то выпить тонизирующего эликсира с эффектом повышенной свёртываемости крови. А в третий раз испытывать на себе весь букет постэффектов от этой отравы за такой короткий срок не согласился бы ни за какие коврижки.

– Убью, твари! По-ка-ле-чу!

Всё живое и не живое разлеталось в стороны от игрока, очень раздосадованного случившейся неудачей. Союзники, противники, нежить… Начинающий убийца не делал разницы, он просто шёл вперёд и пинал то, что подворачивалось ему под ноги. Обычно проводить контроль после этого уже не требовалось, поскольку влетевший на порядочной скорости в стенку или потолок тоннеля объект сминался о неё, словно гнилой помидор. Попытки противодействия и без того сильному воину, увеличившему свои физические показатели в несколько раз, заканчивались, едва успев начаться. Единственным, кто действительно сумел его серьёзно достать, оказался последний зомби с отрубленными ногами. Извивающийся как червяк, он вцепился куда достал – в пояс парня. И благодаря какой-то невероятной удаче, а может, длительному отсутствию ремонта снаряжения в условиях непрекращающейся битвы умудрился сорвать со своей цели штаны.

Крысокрот и так-то был зол, но теперь впал в настоящую ярость, ещё немного увеличившую полагающиеся ему бонусы. Покойник-калека воспарил, аки пташка, после близкого знакомства с ботинком, напрочь вынесшим мертвецу половину гнилых зубов. Пролетев метров десять по идеально прямой траектории, зомби врезался в стену щитов, которой полярники попытались отгородиться от неожиданной угрозы, и мгновенно её развалил. От удара монстр сразу умер. Но это не помешало Крысокроту, стоптав повалившихся на землю противников, словно какой-то мусор, выместить на нём свой гнев ещё раз. Окончательно мёртвый труп доломал строй чужих игроков, и те принялись отступать к порталу, преследуемые рвущей их на части смертью. Впрочем, погоня была недолгой, ибо наступил откат, и оторвавшегося от своих героя быстро прикончили, пробив аж семью копьями одновременно.

Агония, длившаяся, судя по ощущениям несчастного, целую вечность, окончилась уже за пределами круга возрождения, куда его вытащили Чугуний и Дракошка. Алхимик и кузнец были если и не счастливы, то по крайней мере, весьма довольны. Событие «Война с нечистью» система признала завершённым, и теперь каждый из его участников получил заслуженную награду. Ну или не получил, если его вклад в сие действие посчитали недостойным даже малейшего упоминания.

– Ну? Дали что-то? – требовательно заглянула Крысокроту в глаза девушка сразу же, как между приступами одуряющей дурноты начали появляться существенные промежутки. – Я стала знахаркой, представляешь?! Теперь могу зачаровывать свои зелья, и все они станут ещё лучше, а также есть доступ к сглазу и чарам восстановления выносливости! Круто, верно?! А вот кузнеца нашего почему-то прокатили с классом. Только какое-то боевое умение вручили, для лучшего обращения с молотом.

– Пф… Не очень-то и хотелось, – фыркнул Чугуний, тем не менее раздосадованный подобной несправедливостью. Помимо сокрушительного удара, позволявшего проломить почти что угодно, скрытое достижение «Почти что гном» сменилось у него на такое же, но явно более высокое «Почётный гном», обещавшее скидки при торговле с этой расой и возможность бесплатно ночевать в принадлежащих им гостиницах. Самих бородатых карликов кузнец пока не видел, но суммы торговых преференций уже всей душой предвкушал. – Ну, не молчи, тебе-то от системы что обломилось?

– Ой, уйдите все, хреново мне… – В данный момент Крысокрот ненавидел весь виртуальный мир. А может, и не только его, ибо к реальности у парня тоже имелись существенные претензии.

– А ты скажи нам, глядишь, легче станет! – не желали отставать от него друзья. – Давай, хватит тут раскисать как кисейная барышня!

– Так… У меня есть возможность выбрать один из аж четырёх классов, – с большим трудом вчитался в повисшее перед глазами оповещение герой дня, больше всего на свете мечтающий упасть в обморок и не чувствовать весь тот букет «чудных» ощущений, которые обеспечило ему зелье. – Я могу стать наёмником, берсерком, охотником на нежить или э-э… футболистом?!

Глава 8

– Бойся не искусственного интеллекта, бойся природной тупости, – задумчиво констатировал я, наблюдая за минированием портала и его окрестностей.

Воспользовавшись тем, что силы полярников оказались в очередной раз отброшены, обитатели моего сектора решили устранить проблему непрошеных гостей раз и навсегда. И поскольку просто убить врагов они не могли, то решили уничтожить подземелье, через которое те лезли на поверхность. Несколько бочек с самопальной взрывчаткой, которые сейчас расставляли в соответствии с заранее начерченной схемой, должны были обрушить стены помещения. Но если бы они этим ограничились – чёрт бы с ним… Игроки намеревались обрушить потолки на всём протяжении подземного лабиринта! Уничтожить целую локацию, получить за это уникальные достижения и войти в историю «Запределья»!

– Интересно, а эти дятлы с прокачанными навыками алхимии понимают, что если случится столь масштабное изменение ландшафта, то у них полгорода в получившуюся дыру ухнет?

– Учитывая плотность породы и расположение тоннелей, речь идёт всего о семи-восьми процентах, расположенных в непосредственной близости от портала, о Великий, – поправил меня Синдбад, почтительно левитирующий где-то за правым плечом и всегда готовый исполнить отданное ему указание. Иногда он даже пытался невысказанные пожелания своего хозяина исполнять в меру собственного разумения и способностей к аналитическим расчётам. Пару раз уже приходилось исправлять последствия подобной самодеятельности. – Мне заменить базовый гранит на куда менее стойкую породу? Могу также подготовить несколько разломов, из которых на поверхность в поисках добычи будут выбираться разные глубинные твари.

– После нашествия зомби это было бы перебором. Большинство игроков и так скатились на два-три уровня, – отверг я его предложение, наблюдая за тем, как носящиеся внизу люди ведут подготовку к инженерно-сапёрным работам. Положительно если в регионе Семёныча наблюдается изрядный перекос строителей и архитекторов, уже сейчас запросто возводящих из снега и льда даже двух-трёхэтажные здания, то в моём регионе появилось чересчур много алхимиков и их производных, поскольку джунгли оказались невероятно щедры на ингредиенты. Как-то этот момент я при планировании местности не учёл… – К тому же мертвецы ломились из-под земли, монстры будут ломиться из-под земли, а между собой они почему-то не встретились…

– Можно расположить ниже уровня известных подземелий большой некрополь, – ожесточённо подёргал себя за короткую, окаймляющую нижнюю челюсть бородку джинн. – Уже имеются шаблоны сразу трёх таких конструкций, площадью от семи до тридцати одного квадратного километра, которые можно творчески переработать.

– Не надо, – сердечно попросил я своего помощника, с дрожью представляя последствия возможного полёта фантазии искина. Нет, в целом искусственный разум вёл себя адекватно и являлся куда более заслуживающим доверия, чем некоторые известные мне люди. Но иногда его машинная логика сворачивала не туда и начинала упорно брести такими путями, что человеческое сознание могло бы повторить сей путь только при помощи допинга в виде наркотических средств разной степени тяжести. – Лучше займись доработкой племени враждебных игрокам дикарей-туземцев, основу для которых я заложил на семнадцатом участке. Имеющийся там посёлок надо скопировать двадцать восемь раз, внося рандомные изменения и расположив все дубли на расстоянии не менее пятидесяти километров от городских стен. Как закончишь, проверю.

– Будет сделано, о Великий, – покорно поклонился джинн, исчезнув в завертевшемся вокруг него маленьком смерче раньше, чем прозвучало последнее слово. – Расчётное время до завершения операции – девятнадцать минут сорок одна секунда!

– Надо бы тебе ещё лексикон поправить… – вздохнул я, думая, чем бы занять следующую треть часа. Может, ещё одного рейд-босса слепить? Какого-нибудь спятившего маньяка-археолога. Да можно и того же рогатого профессора с окровавленным топором. Ага, и призрак его зарубленной жёнушки. – А то нехорошо получится, если игроки заметят посланца богов, общающегося, как обычная операционная система.

Несмотря на моё брюзжание, помощник из Синдбада получился нормальный, а главное, за счёт преимуществ машинного разума всегда готовый заменить калькулятор или справочную. Также джинн неплохо справлялся со строительными работами, возводя здания, сооружения и прочие локации вроде большого болота или маленькой обветшавшей хижины охотника со спрятанным от чужаков тайным подвалом, где лежат кости сборщика налогов и его же документы. Увы, как и ожидалось, импровизация не была сильным местом ИИ. Например, от сгенерированного им класса «футболист», которым пока во всём «Запределье» мог похвастаться лишь один-единственный игрок, дружно принялись икать и я, и другие и. о. богов, и даже основной состав разработчиков, вообще не думавших, что можно создать и более-менее залегендировать такую ересь! О самом счастливчике уж не говорю, Крысокрот серьёзно рисковал стать первым игроком, помершим в игре от удивления.

Вздохнув, я ещё раз вызвал описание данного редкого класса и принялся его перечитывать.

«Футболист

Основные навыки: атлетика, метание, железная кожа, дробящее оружие, рукопашный бой.

Кровавый футбол, являющийся одной из самых зрелищных разновидностей гладиаторских игр, по праву входит в число опаснейших видов спорта. Весящий не меньше десятка килограмм шипастый мяч, который нужно любыми путями доставить за ворота противника, с лёгкостью ломает руки, ноги, рёбра и разбивает черепа. К тому же хоть трогать руками его и нельзя, но для этого есть гладкая отполированная дубина из железного дерева. Противников же разрешено не только бить ею, но и пинать, кусать, топтать и душить. В том случае, если мяч покидал пределы поля, его полагалось заменить оторванной головой одного из игроков. В древности весь состав проигравшей команды полагалось приносить в жертву богам, дабы выжившие заслужили их расположение, стали играть лучше и неуклонно совершенствовали своё мастерство. И хотя сейчас от этой традиции практически везде отказались, но и поныне найдётся мало смельчаков, готовых по собственной воле выйти на футбольное поле, где так просто расстаться с головой.

Командная игра: если вы состоите в группе с другими футболистами и её размер не превышает одиннадцати, то все параметры увеличиваются на 10 % за каждого футболиста.

Раунд за раундом: каждая следующая победа над противником во время одного боя увеличивает запас сил на 5 % от максимального значения.

Спортивная подготовка: выносливость, ловкость, сила +10 единиц. Все основные навыки +3 уровня.

Мастерство дубины: скорость обучения владения всеми видами дубин и двуручными боевыми посохами повышается в 1,5 раза.

Подача: особый навык (активируемое), позволяющий при помощи удара оружием или ногой метнуть предмет в нужную вам сторону и нанести им дополнительные повреждения.

Пинок футболиста: особый навык (пассивное) «Урон», наносимый нижними конечностями, увеличен на 100 %. Шанс нанести травму нижними конечностями увеличен на 200 %. Шанс получить травму нижних конечностей увеличен на 10 %.

Кровавый спорт: количество славы, получаемое за спортивные победы, увеличивается на 25 %. Ваша репутация в глазах спортсменов, фанатов, гладиаторов и тёмных жрецов растёт быстрее на 50 %».

– М-да, это ж надо умудриться… – снова вздохнул я и покачал головой. – Вот как можно было соединить в одно целое обычный современный футбол, хоккей без правил и священную игру в мяч американских индейцев племени ацтек? И ведь не откатишь уже назад: прежде чем удалось понять, к чему приведёт такая самодеятельность, Крысокрот успел похвастать своим достижением перед таким количеством народа…

От размышлений о том, кому придётся добавлять в «Запределье» новый культурный пласт, мне или всё-таки создавшим первоисточник проблемы программистам, оставившим в системе возможность генерации новых классов, научивших искинов оценивать поступки игроков и не запретивших им самим генерировать награду, отвлёк грандиозный грохот внизу. Наварившие около сорока бочек разной алхимической бурды горе-взрывотехники рванули-таки разом все свои запасы… И большей частью отправились на респаун с антидостижением «Самоубийца», обнулявшим весь прогресс, достигнутый за двадцать четыре часа игрового времени. Наверное, ради разнообразия, боги в моём лице были в их трагедии ну ни капельки не виноваты. Всё сделала обычная игровая физика, обрушившая на десятки метров расположенный над катакомбами район. Ну хоть не придётся больше беспокоиться из-за возможного объединения игроков разных кластеров. Портал-то уцелел, по умолчанию подобные объекты разрушить игровыми воздействиями почти невозможно… Но откапывать путь на поверхность полярникам придётся долго. Думаю, подолбят они камень с недельку, да и начнут по старинке разведывать территорию, которую к их появлению уже давно облагородил Семёныч.

И тут явился Синдбад и доложил о проделанной работе. Выбрав наугад один из посёлков, созданных джинном, я перенёсся туда и принялся инспектировать творение искусственного интеллекта. На первый взгляд всё выглядело достаточно пристойно. Десяток хижин, построенных из веток, лиан, пальмовых листьев, шкур и прочего материала, которого в джунглях хватает с избытком. Прочность их такова, что пьяный человек может пройти сквозь стену и не заметить её, однако от дождя и ветра подобные постройки всё-таки спасают. Населяли эти строения дикари, которые, по мнению создателя модели, все были ростом полтора метра с кепкой и краснокожие, но зато с множеством татуировок синими и чёрными красками, а также костями животных и людей, вставленными на манер пирсинга в уши, носы, пупки и вообще куда придётся. Ну прям ни дать ни взять хипстеры Древнего мира… Или когда чрезмерно увлекаются всякими прибамбасами, это по-другому называется? А, не важно! Идиоты, меняющие комфорт на модный вид, являются идиотами, как бы это ни звучало.

Вождь племени Раскалывающий-Черепа-Чтобы-Съесть-Мозг на фоне своих подчинённых выделялся габаритами, поскольку был если и не выше остальных дикарей, то значительно толще. Однако, несмотря на внушительные размеры, более подобающие борцу сумо, врагов разил не кулаками, а артефактным боевым молотом. Качественный металл последнего со слишком тонкой гравировкой показывал, что оружие явно трофейное и раньше принадлежало кому-то ещё. Остальные воины племени, числом три десятка, подобно большей части игроков, могли похвастаться лишь каменными топорами, костяными ножами и прочим хламом того же типа. Каждый из них был очень даже неплох в обращении со своими предметами смертоубийства и находился где-то на уровне бойца-ветерана. Ну, логично. Слабый в жестоком мире быстро сдохнет, а чтобы стать истинным мастером, одного умения убивать маловато. Тут нужно уметь думать и каждый день тренироваться, не отвлекаясь на добывание пищи, чего обитатели племени дикарей просто не смогут себе позволить.

Поддержку грубой физической силе оказывал шаман Выгрызающий-Глаза, умеющий при помощи гипноза вводить в состояние ступора животных и людей. До полноценного паралича это не дотягивало, но с замедлением реакции в четыре с половиной раза даже от комара отмахаться стало бы проблемой. Правда, больше трёх целей за раз сморщенный колдун, чем-то напоминающий печёную картофелину, придавить не мог. Быт в поселении, предпочитающем жить за счёт врагов и питаться преимущественно ими же, поддерживали два десятка женщин разного возраста и столько же подростков обоего пола, при необходимости тоже берущих в руки оружие и идущих резать явившихся к ним чужаков. Договориться с дикарями в принципе было можно… если держать у их горла нож. А если его убрать, они норовили вонзить любому чужаку без красной кожи и татуировок копьё в спину, выпотрошить его и, ещё дергающегося, бросить в котёл. Миролюбие эти племена считали слабостью, а слабых – добычей.

– В целом приемлемо… – похвалил я работу Синдбада, вчитываясь в описание десятка квестов, всё же доступных здесь для тех экстремалов, что сумеют не загеноцидить местных жителей сразу и попробуют принести им свет цивилизации. – Только почему все задания столь экстравагантны? Старшая жена вождя хочет полкило дамских пальчиков, сам вождь мечтает о троне из черепов, шаман грезит наяву, как возвращает себе молодость, съев сердце кого-то из представителей условно-бессмертных рас…

– Распоряжение Тохи-анд-Мыша, о Великий, – поклонился ещё раз Синдбад, которому то ли не совсем верно прописали нормы поведения, то ли просто нравилось сгибать и разгибать спину. – В своих владениях сей эмиссар Величайших тоже создавал нечто подобное. И он сказал: «Какая к чертям дипломатия?! Людоедам полагается только хардкор!»

– Это он погорячился, – покачал я головой. – А если мне вдруг мирное племя представителей той же народности создать захочется? Я отменяю это распоряжение или, скорее, дополняю его возможностью исключений. Если моих полномочий недостаточно, свяжись с Кешей или ещё кем из… гм… Величайших. Кстати, откуда ты знаешь, что сказал этот самый Мыш? Он же в мой регион не совался вообще, да и я в его тоже.

– Если нечто знает один джинн, то это знают все джинны, – обрадовал меня Синдбад наличием обмена информацией между ИИ, управляющими данными помощниками.

И хорошо ещё, если это действительно просто передача данных, а не какой-нибудь коллективный разум! Ох, доиграются учёные! Впрочем, где и когда им пробовать свои идеи, если не в этой виртуальной реальности, являющейся, по уверениям моего бывшего куратора, идеальным испытательным полигоном? Кстати, как он там, интересно? Может, навестить его? Пока не стало слишком поздно…

Увы, Андрей Юрьевич оказался вне сети. Скорее всего, отбыл на медицинские процедуры, которые нельзя было пройти, не выходя из капсулы. Ну или, может, по делам… Уходить на больничный он, кажется, не собирался. А «уйти» его то ли не смогли, то ли не захотели. Смысл предпринимать какие-либо мельтешения, если и так всё может разрешиться самым закономерным образом со дня на день?

Тяжело вздохнув и отогнав подальше от себя неприятные мысли, я принялся делать то, без чего немыслим любой уважающий себя мир меча и магии. Логово дракона! Сами ящеры присутствовали в таблице высокоранговых юнитов, уровнем от пятисот и выше, причём насчитывались десятки их разновидностей. Вытянутые азиатские, классические европейские, пернатые американские, гладкие водные… Дышащие огнём, льдом, молниями или ураганом. С одной парой крыльев, с двумя парами крыльев… Да что там крылья, которых можно прямо в редакторе напихать столько, сколько надо! Одно-, двух-, трёх-, многомногоголовые драконы буквально заставляли разбежаться глаза по предложенному ассортименту! Судя по всему, вариативность летающих рептилий была ещё выше, чем у собак, одни экземпляры которых позволяют спокойно носить себя в дамской сумочке, а другие могут с голодухи эту сумочку целиком проглотить, если самой дамой не наедятся.

Сосредоточившись, я решил ограничить себя стандартным чёрным драконом: разумным, способным удивить противника не только когтями или огненным дыханием, но и парой-тройкой фокусов из разряда высшей магии, вроде призыва бури или огненного дождя. Рептилия запредельного в ближайшем будущем двухтысячного уровня в целом была достаточно флегматична и могла даже поболтать с человеком… если оказывалась сыта. Ну а если во время беседы у неё вдруг разыгрывалось чувство голода – ам! – и собеседник исчезал в громадной пасти. Слегка подумав, я добавил дракону любовь к золоту, оправдывающему налёты на богатые группы игроков. А также склонность к воровству красивых и, главное, не очень одетых девушек. Не из сексуальных побуждений – просто монстр не любил выковыривать из зубов одежду, а ещё придерживался мнения, что человеческие самочки обладают более нежным мясом и меньше воняют алкоголем и табаком.

Ящер, по моему скромному разумению, должен был жить в высокой горе, на которую ещё не сразу заберёшься, а единственную тропу на вершину с пещерой охраняли в большом количестве поклоняющиеся ему племена троллей. Они и сами по себе были тем ещё подарочком, которого игроки смогут завалить лишь толпой на одного, да к тому же ещё и своего живого бога могли по тревоге на помощь вызвать.

От выбора имени получившемуся чудовищу я отвлёкся из-за очень необычного сообщения, пришедшего по внутренней связи. Во всяком случае, раньше в Запределье никто ещё не пытался воспользоваться аналогом телефонной связи и хрюкать в трубку… Вроде бы. Ну хотя бы при мне.

– Кеша, что за дела? – опознал я источник звуков, когда мой старый приятель всё же сумел кое-как поздороваться. Получить его трёхмерную проекцию с эффектом присутствия не удалось, следовательно, он связывался со мной из реала. – Ты там свинкой заболел? Или какого-нибудь свинотавра из подручных материалов лепишь, а он сопротивляется? Да хватит уже пыхтеть, как страдающий от астмы ёжик, и хихикать, как девчонка-младшеклассница! Говори, что случилось.

– Альвину – ты? – наконец смог я различить более-менее оформленную фразу через тот поток помех, который изливался на меня через систему связи.

– Не я! – Видимо, что-то стряслось с переведённой на должность бога-админа секретаршей. Довела кого-нибудь и получила по шее? Скорее всего… – У меня и алиби есть! Уже почти полную смену из капсулы не вылезал!

– Пх! Вхр! Фнуи! – прозвучал ответ от Кеши, напоминающий не то последний хрип умирающего хряка, не то какую-то молитву Ктулху. Так, если убрать паузы между отдельными хрюками, возникающие из-за разницы в нашем субъективном времени, то чем они станут? Хм, всё равно останутся отрывочными нечленораздельными звуками, только станут ближе к фырканью. – Ты запустил скрытый мифический квест на соблазнение её игроками?

– Я запустил… Что?! – В первую секунду мне показалось, будто Кеша просто оговорился. Но следом пришло воспоминание о том, что подобное действительно было! Пусть не квест, не скрытый и уж тем более не мифический! Просто пошутил немного над игроком… И над разозлившей меня дамочкой. – Стоп-стоп-стоп! Ты это серьёзно?! Но ведь я не выполнял никаких действий, чтобы это задание оказалось принято системой!

Кеша ничего ответить не мог. Он просто заново принялся хрюкать в трубку, но секунд через двадцать плотину прорвало, и мне пришлось слушать заливистое конское ржание в замедленном темпе.

– Конечно, ничего ты не давал! – кое-как проговорил он, борясь с приступами смеха. – И журнал заданий у этого олуха, который тебе поверил, остался пуст, как кошелёк у отчитывающегося по своим доходам в налоговые органы политика! Да только он же видеозапись вашей беседы вёл! И ему сразу стало ясно, что раз записей нет, то задание скрытое! Самое лучшее! Ведь это ж какой эпический подвиг – соблазнить богиню! Ах-ха-ха!

– Кончай ржать! – потребовал я от своего приятеля. – Ну приняли мои слова за чистую монету, и что дальше-то было?

– А дальше этот лопух язык за зубами не удержал! И, самое главное, легковерный он – страсть, но притом неплохим оратором оказался. Всех убедил в том, во что сам поверил и чему доказательства в виде видеоролика предъявил! – продолжал пакостно хихикать Кеша. – Теперь в кластере Альвины цветёт и пахнет культ прекрасной дамы, чьё лицо у нас на доске сотрудников висит! Ей пишут сонаты! Орут серенады! Делают статуи и портреты! Да эти жиголо, мечтающие получить руку, сердце и попку богини, вместе с бонусным дворцом! Уже целых три рыцарских турнира в её честь провели! И нельзя сказать, что они там совсем уж идиоты все поголовно. Альвина же за творящимся на её территории действительно присматривает и потому обладает обратной связью! Самых наглых гасит молниями, а тех, кто умудрился затронуть какие-то струны в загадочном женском сердце, пытается незаметно одаривать всякими-разными ништяками. Но незаметно у нашей дурочки не получается, промысел кого-то обладающего властью над «Запредельем» из всех щелей торчит, а поэтому количество паствы новоявленного культа быстро растёт!

– Да твою ж дивизию… – Вот чёрт! Теперь, наверное, премии лишат. Или наоборот, дополнительную выпишут за то, что направил деятельность игроков в нужное русло. – А почему я только сейчас об этом узнал?!

– Потому что Альвина сама пыталась разобраться в творящемся на её территории бардаке. – Я не видел Кешу, но уверен, улыбка его сейчас растянулась почти до ушей. – Но поскольку Шерлок Холмс из неё никакой, она не только ничего сама не добилась, но даже умудрилась пару раз перед игроками лично засветиться, чем мигом вдохновила их на новые подвиги! Они же получили знак, что копают в правильном направлении!

– Э-э… – Я даже не знал, чего сказать. – Подожди, но если там настоящий культ образовался, то ведь вся информация должна быть на форумах? Ну, раз есть видеоролик, где джинн под моим управлением один из главных героев.

– Есть. Его там обсосали со всех сторон не хуже, чем селфи лох-несского чудовища! – снова захрюкал Кеша, судя по всему находящийся в полном восторге. – Но знаешь… Похоже, она не читает форумы игроков. Видимо, считает себя выше их за счёт принадлежности к нашей конторе!

Ещё немного похихикавший над сложившейся ситуацией приятель отключился, а я вдруг понял, что весь рабочий настрой пропал. Кажется, меня изрядно выбило из колеи сообщение о том, какая буча поднялась из-за невинной шутки. Может, пойти пристукнуть джинна при подземном храме, чтобы стало не с кого награду требовать и чтобы люди угомонились? А в общую сеть этих синюшных его теперь, случайно, не подключили?

Так ничего не решив и плюнув на это дело, я принялся просто наблюдать за своими подведомственными игроками. И, как настоящий бог, подбрасывать им подарки судьбы и тяжёлые испытания. Вот с алым ником преступника Капитолий сидит в засаде на дереве с луком. Судя по логам, уже полчаса. Видимо, кого-то поджидает, как настоящий киллер. Натравим на него стайку ворон. Ламия, одна из новичков, тщательно обыскивает развалины дома в безопасной зоне, надеясь отыскать нечто полезное, что не заметила побывавшая здесь до неё орда расхитителей и собирателей. Подсунем прямо под руку девушке здоровенный, торчащий из рассохшейся доски гвоздь. Пусть уколется как следует и поймёт, что тут помогут только демонтажные работы, если у неё хватит на них духу.

Отряд охотников углубился в джунгли и теперь рыщет по звериным тропам. Отправим молодую глупую и вкусную олениху им навстречу. Упустят – будут сами виноваты. Археологи-любители осторожно раскапывают остатки лагеря археологов-профессионалов. Похоже, их интересует в первую очередь брошенный землекопами инструмент, который орда зомби просто втоптала в землю. Нет, добры молодцы и красны девицы, топоры, кирки и лопаты я вам не дам! А вот несколько одичавших псов, якобы оставшихся без хозяев, из леса выведу. Сумеете их приручить – будут вам неплохие петы, убьёте ради шкур, мяса, опыта и ошейников – ваш выбор.

Внезапно пришло оповещение о системных событиях, которым требовалось уделить максимальное внимание. Кто-то пытался провести магический ритуал. И у него, кажется, получалось! Во всяком случае, пятый уровень в магии земли он уже взял!

– Ну и что тут у нас? Хм, не понял. – Я всмотрелся в окошко, обязанное показать мне нарушителя негласных законов, и не увидел ничего. Чёрный квадрат, ни дать ни взять, прямо по Малевичу. – Так, ну и где этот магический гений?

Система уверяла меня, что я смотрю прямо на игрока с ником Соломон. Знакомое, кстати, имечко – это один из крупнейших торговцев моего региона, пытавшийся собрать нескольких барыг в единую гильдию ради увеличения прибыли и, в перспективе, монополии на рынке. Да только не получилось у него ничего, слишком уж большие индивидуалисты собрались в «Запределье». Или он плохой оратор и организатор. Так, но где сия персона, всеми силами пытающаяся поставить на себя клеймо торгаша? Попытка найти его при помощи стандартных поисковых программ показала мне всё ту же черноту. И чего же это у нас получается? Глючит система? В магии пока ещё начальных уровней допущен очень-очень крупный баг, позволяющий закрыться от слежки админов? Стоп, а почему я сразу не подумал о самом простом варианте?! Этот ушлый тип просто забрался в какую-то дыру. Что там у него с географической привязкой?! Широта, долгота, высота над уровнем моря… Отрицательная. Минус шестьдесят пять метров. Всё правильно, в подземелье он! В том самом, где стоит портал и которое прямо на моих глазах засыпало к чёртовой бабушке!

В инвентаре Соломона оказалось много интересного. Стальные ножи, топоры, мечи, наконечники для стрел и копий. Причём много, силу парень себе прокачал достаточно, чтобы свободно таскать до сотни килограмм груза, но сейчас этот показатель превышен аж в четыре раза! В таком количестве и качестве данные предметы он мог получить только у полярников, с которыми обитатели моего кластера вроде воевали… Но когда это разгоревшийся конфликт ловкие дельцы не пытались использовать в личных целях? Поганец явно отдал на обмен северянам нечто равноценное горе-оружию… Хорошо ещё, если не секретную информацию. Впрочем, детали их сделки уже не мои проблемы. Мне надо понять, что делать с контрабандистом, который не то не знал о планирующейся сапёрной акции, не то надеялся проскочить до взрыва и чуток время не рассчитал.

В момент рукотворного катаклизма Соломона спасло от обрушившейся на него со всех сторон породы настоящее волшебство. В лагере археологов можно было купить несколько простеньких артефактов… Я не возился с их списком, просто задал общее количество предметов и ограничил разброс по уровням. Однако магические вещи куда большего и лучшего качества созданные мной компьютерные персонажи имели при себе и не согласились бы продать ни за какие коврижки. И их можно было украсть, отобрать или снять с трупа. И в эту-то лазейку и умудрился залезть Соломон, обыскавший палатки эвакуировавшихся имперцев и наткнувшийся там на артефакт «Глаз земли».

Кольцо, сгенерированное в соответствии с мной же заданными алгоритмами, прошло по верхней планке дозволенного. Нет, в принципе, сейчас от него пользы было не особо много. Подумаешь – полный иммунитет к геомантии и защита от автоматической агрессии земляных элементалей и каменных големов. Двух последних типов монстров в моём кластере вообще пока не имелось. Может, в других тоже. Да и боевой магией, обрушивающей на врага тонны камня или утапливающей его в зыбучих песках, никто не владел… Почти никто.

Когда занявшая место неформального лидера Дра кошка зачаровала все бочонки взрывчатки, что в большом количестве наварили алхимии, то немного изменила их параметры в сторону увеличения. Получившаяся смесь теперь несла урон не только взрывом, но и волшебством. И когда на Соломона рухнул в результате взрыва потолок, то система почему-то засчитала этот акт не за физическое воздействие, а за полноценную магическую атаку! Причём растянутую во времени, ведь лишись контрабандист защит кольца – и его тут же раздавило бы породой. Как результат – торговцу не сняло ни одного пункта жизни ни за навалившуюся на плечи тяжесть, ни даже за отсутствие кислорода. Он просто остался намертво вмурован в полость, лишь раза в два превышающую его габариты.

Выйти из игры Соломон, конечно, мог. Но вне безопасной территории данный поступок засчитывался как насильственная смерть. В результате он мог лишиться некоторого количества своего инвентаря, а именно – очень дорогостоящего и дефицитного товара. Или вообще всего оружия, которое захапал честным трудом и наглыми спекуляциями, если ему засчитают антидостижение «Самоубийца», которым награждали в том числе и попавших в ловушку без выхода игроков. Рисковать Соломон не стал и принялся долбить навалившуюся на него породу, пытаясь выбраться наверх. А ведь любое препятствие или объект в соответствии с игровой логикой обладали ограниченным запасом прочности. Мечом, в теории, можно прорубить крепостную стену… Да только прочность обычного холодного оружия закончилась бы одновременно с появлением на каменной кладке первых царапин. Вот только волшебное кольцо не давало нанести игроку урон самому себе, банально разбив кулаки о преграду. А отчаянное барахтанье в том, что система посчитала магической ловушкой, развивало сопротивление магии, использовавшейся для её создания. И раз в десять медленнее саму магию.

Йоги, ходящие по углям, в «Запределье» рано или поздно научились бы если не метать файерболы, то прикуривать от пальца. Любители находиться под водой помимо плавания и задержки дыхания получили бы возможность чуть-чуть управлять мокрой стихией. Воздух покорялся бы альпинистам, забравшимся на вершины гор. Легче всего друидам – сел под ёлку и медитируй. Конкуренцию в этом им могли бы составить монахи и священники… Но храмов в игре, нужных для их инициации, пока успели построить не очень много. Да и боги её были теми ещё личностями, в ответ на искреннюю молитву способными устроить любую пакость. По себе знаю.

– Ползёт уже полчаса. Прошёл пять метров, – сверился я с логами, прибавляя яркость экрана почти до максимума. Теперь-то мне стал виден силуэт торговца, изогнувшегося, словно змея, и раз за разом стучащего по навалившейся на него земле и камням зажатым в руке коротким выщербленным кинжалом. Раздробленное в песок и щебень скатывалось ему под ноги и служило опорой. Впрочем, Соломон не забывал для себя оставлять и твёрдые ступеньки, на которые можно встать без опаски с головой ухнуть в самим же сделанные зыбучие пески. – Чем выше будет забираться, тем легче пойдёт… Но всё равно, если не сдрейфит и вылезет, подвиг будет воистину эпический! За такой не жалко и в самом деле его магом сделать, тем более игроков вполне уже можно начинать баловать подарками.

Благодаря растущей как на дрожжах библиотеке шаблонов и искину-помощнику я уже облагородил местность на пятьсот километров во все стороны. Синдбад в автоматическом режиме расширял территорию лесов, не забывая вставлять логова зверей, маленькие горы, болота, речки, озёра и прочие детали ландшафта. Правда, дальние окрестности региона пока не были заселены разумными существами и не имели мало-мальски примечательных особенностей. Да и самые отчаянные трапперы ещё даже не подобрались к отметке пятьдесят километров, за которой начнутся сделанные мной сегодня поселения кровожадных дикарей.

Прошёл час, за который я потихонечку наполнял логово дракона сокровищами и ловушками, обязанными сделать попытки ограбления летающего ящера очень и очень непростыми. Падающие с потолка плиты, выскакивающие из пола колья, банальные волчьи ямы… Имелся даже жёлоб, по которому приходилось забираться, как по пандусу, и большой каменный шар, который скатывался по нему ровно через полторы минуты после начала восхождения. За это время Соломон поднялся ещё на десять метров и сломал свой кинжал. Впрочем, обломки может починить хороший кузнец, восстановив три четверти стоимости изделия, да и запасных у него было много. Десятки. Хватит даже в том случае, если он отклонится от идеально прямой траектории и вверх будет выбираться под наклоном. Главное, чтобы достало духа на весь маршрут. Или жадности, не позволяющей оставить под землёй свой товар.

Два часа. Ящер сотворён, надраен до блеска и оттестирован в драке с выданным ему в качестве противника рыцарем и в охоте на эльфийку в стиле ню. Тот, кто писал программы поведения рептилии, явно взял за основу кота. Так долго издеваться над своей едой – это просто жестоко! Если бы я не знал, что эти орущие от боли и ужаса куски мяса, которые раз по десять успели побывать в жутких зубах и вырывались оттуда, – лишь обычные куски программного кода, не способные чувствовать и только имитирующие жизнь и эмоции, то меня, скорее всего, загрызла бы совесть. Соломону до поверхности осталось сорок метров, но последние минут пять он больше не копает. Бедолага перенапрягся и заработал несколько неприятных дебафов вроде растяжения мышц и истощения, снижающих его выносливость более чем вдвое. Интересно, он свою затею бросит или нет?

Четыре часа. Логово закончено, теперь при помощи Синдбада облагораживаю гору, служащую домом для ящера. Интересно, а я не переборщил, расставив на единственной дороге ввысь патрули троллей, заменивших служебно-разыскных собак ручными саблезубыми тиграми? Мимо них чёрта лысого кто пройдёт, кроме маленькой армии. Так, надо наведаться в их поселение и оставить там пару квестов, позволяющих поднять репутацию с данными здоровяками. Если умаслить вождя или пару старейшин, то здоровяки закроют глаза на то, что какой-то самоубийца решил бросить вызов их богу. Ну и вообще они героическую смерть очень даже уважают и права на неё никого лишить не могут. Соломон подлечил себя зельями, на которые в его имуществе я не обратил внимания, и упорно копает дальше. Всего метров двадцать ему осталось. Упорный малый, как говорится, гвозди бы делать из этих людей…

Шесть часов. Я умудрился толкнуть шаблон с логовом ящера аж семерым коллегам-богам! Ну что сказать, драконы популярны. Ради ограничения их разрушительной активности в мире «Запределья» решили делать этим летающим плотоядным паровозам цикл пищеварения как у крокодилов. Один раз налопаются как следует – и следующий приём пищи через месяц. А если жратвы не просто много, а очень много, может, даже через год. Думаю, этого достаточно, чтобы у некоторых рептилий крылья покрылись пылью, ведь насколько я знаю игроков, лазить в их логово в попытках стянуть часть сокровищ они будут регулярно!

Соломону осталось до поверхности каких-то метров десять! Что мне там вспоминалось о гвоздях? Забудьте! Перед нами настоящий супергерой! Человек – горнопроходческий щит! Вот честное слово, если бы можно было сделать его руки неуязвимыми и в реальности, проекты туннелей между Евразией и соседними континентами сразу стали бы рентабельными.

Восемь часов. Я в это не верю, но он это сделал. Вылез. Выкарабкался. Практически восстал. Соломон, похоже, и сам никак не может осознать своё достижение, поскольку из проделанной им вертикальной шахты так и не вылезает. Просто висит в ней, смотрит в наконец-то показавшееся ему на глаза голубое небо и истерически смеётся. Так, надо взять на заметку: кольца класса «Глаз стихии» для игры стоит если и не запретить, то хоть в ранге существенно повысить. Может, даже до легендарных. А то найдёт какой-нибудь упорный умник глаз воды и целое море, если мы хоть одно создадим, в одиночку зафармит.

Игрок Соломон, несмотря на непрекращающийся истерический смех всё-таки выбравшийся на поверхность земли, испытывал неестественные трудности. У него от продолжительных нагрузок за гранью разумного болело не просто всё, а СОВСЕМ ВСЁ! Он очень хотел растянуться на земле, как выброшенная на берег медуза, и просто лежать! Лежать. Лежать… Но тело буквально автоматически выворачивало все суставы и напрягало мышцы, пытаясь как можно лучше упереться в отсутствующие стенки проклятой шахты. Внезапно его сумасшедшее хихиканье на пару секунд стихло, а потом сменилось громким счастливым смехом полностью довольного судьбой человека.

– Элементалист! Отныне я – элементалист! – орал он в небеса, грозя им трясущимся кулаком.

Те хмурились, готовясь вскоре разразиться дождём, но молчали. Молчали также птицы, звери и даже другие игроки, причём по очень уважительной причине. Не было их тут. На готовой поползти от любого неосторожного шага осыпи, в которую превратился разрушенный район, до появления Соломона не имелось ничего интересного и съедобного, а потому отсюда все и разбежались.

– Страшитесь все, ибо теперь мне под силу управлять землёй и камнем!

Глава 9

Для обеих сторон стихийного конфликта встретить кого-то ещё в развалинах старого замка, брата-близнеца того строения, во дворе которого не так уж давно вели свою деятельность археологи, было абсолютно неожиданно. Зачищенный от всей населявшей его живности ещё два дня назад, он должен был стоять абсолютно пустым, ведь новые монстры в локациях генерируются далеко не сразу, давая время игрокам на то, чтобы как следует обыскать территорию или попробовать сделать её безопасной. Вот только, похоже, далеко не все об этом знали.

– А?

– Ахр?!

– А-а-а! Умри, монстр!

– Тьфу! Сам сдохни, гад!

– Оно ещё и говорящее?!

– Не важно! Бей!

– Ой, дебилы, – только и смог сказать я, наблюдая за тем, как двое парней, размахивая оружием, словно ветряная мельница крыльями, пытаются одновременно атаковать с разных сторон третьего. Вернее, третью.

И надо сказать, действовали нападающие не совсем уж безграмотно. Каменный топор метнулся справа сверху, в то время как клевец, вместо наконечника имеющий рог какой-то тварюшки, ужалило слева снизу. И оба оружия достигли свои цели, проскрежетав по жёсткой броне и даже сумев сшибить с неё один из хищного вида загнутых костяных шипов. Вот только ответный удар, несмотря на некоторую медлительность, был воистину страшен. Весящая килограмм двадцать дубина, изготовленная из железного дерева и дополнительно оббитая металлом, выписала в воздухе полукруг, ударив на уровне человеческой груди. И два идиота, попытавшиеся заблокировать его, даже не перехватив рукояти обеими руками, оказались сметены в сторону, словно расшалившиеся котята, попавшиеся под веник строгой хозяйки.

– Ну куда ж вы встаёте и снова в драку лезете? Не хотите драпать от противника, снимающего вам по пятнадцать – двадцать процентов максимального здоровья одним махом, так хоть отступите на открытое пространство! Уклоняться в условиях коридора, когда от одной стены до другой всего-то два метра с хвостиком, – занятие явно не для вас!

Следующие несколько секунд, больше напоминающие не бой, а избиение, подтвердили правильность моих мыслей. Неуклюжие выпады, попытки, миновав броню, распороть шею или выбить глаз ни разу не закончились критическим ударом. Чересчур приблизившихся противников, упорно лезущих в ближний бой, просто отодвигало назад импульсом, сообщённым им окованным сталью комлем. Думаю, если бы нападающие не оказались облачены в толстые самодельные накидки из шкур и меха, имеющие максимальное сопротивление как раз данной разновидности физического урона за счёт своих свойств амортизации, то драка закончилась бы ещё быстрее. Но и так обладателя каменного топора, в очередной раз попытавшегося войти в клинч и нанести хоть один по-настоящему удачный удар, просто сбили толчком корпуса и банально затоптали, размозжив толстенной ногой череп. А хоязин клевца вообще оказался с голыми руками, когда его оружие вследствие неловкого удара с размаху впечатали в стенку коридора. Рог неведомой твари, являвшийся главной частью этого гибрида молота со стамеской, банально взял и раскрошился на несколько частей, утратив все свои запасы прочности.

– Ну, тля, и кто же меня тебе и твоему вонючему дружку заказал? – хриплым басом осведомилась персона, подвергшаяся в общем-то ничем не спровоцированному нападению. – Говори быстрей, пока терпение ещё осталось. А не то внесу тебя в чёрный список и буду гасить каждый раз, когда встречу, понял?

– Подожди… – Глаза выжившего парня буквально вылезли из орбит, и даже в речи вдруг какой-то украинский акцент прорезался. – Ты ж… Ты… Ты шо, игрок?!

– Нет, млин, я твоя любимая ручная черепашка-ниндзя! – рявкнула его собеседница и с размаху долбанула своим оружием об пол лишь в паре сантиметров от ног парня. – Говори! Живо!

Однако отвечать, искать компромисс или вообще как-то использовать разум её едва не случившийся убийца не стал. Более того, он даже убегать не бросился. Дубина из-за своей массы била не очень быстро, и с её обладательницей имело смысл поиграть в кошки-мышки. Пока она тяжеленную деревянно-металлическую конструкцию от пола оторвёт, пока снова размахнётся… Даже обладающий весьма средненькими параметрами человек успел бы за это время как минимум в другой конец коридора убежать. Но интеллект данного игрока явно уступал тому, который был у большинства грызунов. Уж они-то идут в сумасшедшую атаку, почти не имеющую шансов на успех, только если их загнать в угол. А этот попытался заехать обезоружившей его женщине в челюсть. И даже попал куда целился, ободрав свою руку о нижнюю часть лицевой пластины шлема, заставив её клацнуть зубами и взъярив окончательно.

– Гр-ра-а! – всколыхнул воздух в руинах старого замка боевой клич, не несущий с собой никаких дебафов, но зато очень и очень внушительный.

А после любителя бокса схватили две стальные клешни, с человеческими руками роднящиеся лишь формой, и принялись выгибать дугой, ломая позвоночник, как сухую ветку.

– Покойся с миром до следующего респауна, – пробормотал я, перетряхивая картотеку в поисках достижения «Палач». Точно ведь помню, было такое! Только какие именно требования нужны для его получения, забыл. – И больше никогда не нападай на такого противника, имея всего двукратное преимущество. Тут и впятером не факт, что получилось бы справиться. Всё-таки это вам не обычный игрок, а сама Света, на форумах уже любовно прозванная «Хана всему живому и неживому тоже хана». Кстати, надо бы добавить свой голос к петиции, призывающей сделать эту фразу заслуженным титулом и добавить в её ник сразу после имени.

Представительница теоретически слабого пола забралась в это место получасом раньше, когда возвращалась с охоты и решила сделать небольшую паузу, чтобы пообедать молочным поросёнком. Ну или не молочным, но всё ещё державшимся с защищавшей его до последнего мамой-кабанихой. Напрочь игнорируя такие вещи, как готовка, гигиена и хотя и не идентичный натуральному, но всё равно достаточно противный вкус сырого мяса, Света небрежно выпотрошила свою добычу и с аппетитом вгрызлась в ещё тёплую плоть. В это время руины замка, защищавшего некогда идущую мимо него дорогу, решили исследовать ещё два игрока-новичка, впервые забравшиеся так далеко в джунгли. И, привлечённые звуками смачного, жадного чавканья, увидели её. Свету. Человека, чью внешность наши специалисты по дизайну отвергли как шаблон нового вида троллей, опасаясь массовых нервных срывов у игроков при лицезрении подобной «красоты». С окровавленными руками, зубами и одеждой, на которую стекала красная жидкость из несчастного поросёнка.

Броню эта особа, имеющая свои крайне оригинальные взгляды на жизнь, делала себе сама из кожи крокодилов и змей, где в качестве дополнительных навесных элементов использовались панцири разных жуков-переростков и крабов-мутантов, ещё и обильно утыкивая все подходящие для этого поверхности когтями и зубами разных тварей. В общем, видок у её «костюма» получился ещё тот, хоть сейчас бери его и представляй последним писком моды среди адских кутюрье. А уж вместе с алым макияжем из свежей крови впечатление выходило совершенно убийственное! Попадись мне такое чудище в реале, я завербовался бы в армию, спать пытался бы исключительно в танке и никогда больше не вышел бы за пределы охраняемого периметра без пары гранат и автомата, заряженного серебряными пулями.

Приняв Свету за монстра из-за скудного факельного освещения, долго думать игроки не стали. Однако, несмотря на численный перевес, сила была вовсе не на их стороне. Женщина являлась одним из наиболее опытных первопроходцев моего региона. Да и по уровням она, несмотря на стремление действовать всегда и везде в одиночку, шла если не впереди остальной орды обывателей, то твёрдо сохраняя место в первой десятке на протяжении уже нескольких недель. Собственно, моё внимание к ней оказалось приковано в первую очередь именно потому, что я намеревался подвергнуть её испытанию на получение класса. Любительнице исследовать дикую природу подошёл бы «рейнджер», но давать бонусы на выживание в дикой природе и без того далеко забирающейся асоциалке-одиночке мне показалось опасным. И потом, под её тип поведения гораздо лучше подходят два других определения: дикарь и варвар. Впрочем, есть там ещё кое-что, более-менее подходящее для Светы со всеми её достоинствами и, главное, недостатками.

Быстро доев остатки поросёнка и обыскав убитых, объект моего интереса покинул развалины замка и уже собирался было направиться к городу, когда на её пути внезапно рухнуло дерево. Не само по себе, понятное дело. Его толчком плеча повалило нечто косматое, грязное и в одной набедренной повязке, что система с моей помощью обозвала молодым йети. Молодым-то молодым, но с ростом под три метра и уровнем, ровно на десять превышающим аналогичный показатель у Светы.

– Агрх! Моя самый сильный! – уверенно и нагловато заявил он, ни капли не страшась дубины женщины. У него у самого была почти такая же, только полностью деревянная и раза в два больше. – Твоя будет служить моя, человек! Твоя дать мне выпивка! Или моя тебя бить!

– Твоя сейчас в глаз получать! – оправдала мои надежды Света, успешно справляясь с первой частью созданного мной скрытого квеста.

Событие «Встреча с йети» должно запускаться у выбранного игрока только тогда, когда в рюкзаке у него было что-то алкогольное. И если реликтовый гуманоид хоть одну бутылку в качестве дани получал, то быстро исчезал среди деревьев, и больше игрок его в жизни не увидел бы. Лично я придерживаюсь мнения, что некоторые шансы могут быть даны только однажды. Не сумел ими воспользоваться – сам виноват, ищи теперь обходные пути.

– А ну, подходи сюда, обезьяна заросшая!

Взревев, йети попёр вперёд, словно танк, размахивая дубиной. Несмотря на его превосходство в уровне, о возможном поражении Светы я даже и не думал. Да, монстр был силён, очень силён. Но голая волосатая грудь чудовища являлась куда более восприимчивой к ударам, чем укрытая даже самой слабой бронёй плоть игрока. В соответствии с просчитанной Синдбадом моделью схватка должна была завершиться проигрышем реликта прошлых эпох с вероятностью процентов в семьдесят. Впрочем, данный факт могла исправить природная кривизна рук тестируемого объекта. Иногда по вине человеческого фактора возникают такие ошибки, что их никакой суперкомпьютер просчитать не в состоянии.

– Ты – хорошо! Злой! – решил йети, сплёвывая кровавую слюну.

Впрочем, он мог бы особо и не напрягаться. Она бы и так вытекла через дырку, образовавшуюся в его щеке. Оббитая сталью деревяшка столкнулась с его громадной дубиной, распугав получившимся звуком живность на километр в округе. В результате никому из поединщиков размозжить противнику голову не удалось. Но вместо того чтобы ввязываться в силовое противостояние, Света на секунду выпустила рукоять своего оружия из левой руки и, прежде чем он успел воспользоваться неожиданным преимуществом, резко ударила мохнатого гуманоида по челюсти. Причём отнюдь не голой рукой и даже не надетым заблаговременно на пальцы кастетом. В кулаке женщины, имеющей крайне оригинальные представления о красоте, пряталась небольшая заточка сантиметров пяти в длину. И крепко зажатый между пальцами стальной штырёк без напряжения проткнул дублёную шкуру монстра.

– Я оторвать твои уши и сожрать их!

– Из твоих костей выйдет отличная дудочка, мохнатик, – глухо усмехнулась дама, так и просящаяся на плакаты с информацией о вреде близкородственного скрещивания. Ну или воздействия радиации на потомство… В любом случае нормальным человеком её в обществе с такими физическими данными не признали бы никогда. – Знаешь, как долго я уже мечтаю смастерить что-то подобное?

– Грах! – рыкнул йети, судя по всему, не намеренный оставлять свой след в искусстве подобным образом.

Он понёсся, как локомотив, похоже, надеясь опрокинуть противницу корпусом и уже потом добить. Встречный удар монстр перенёс стоически, лишь глухо рыкнув и сбившись с шага. Но, несмотря на попытку Светы раздробить внезапно обретённому «ухо-жору» грудную клетку, равновесия и присутствия духа не потерял. Впервые в этом противостоянии игроку досталась полновесная плюха, от которой женщину отшвырнуло шага на три с переломом предплечья.

– Тц! – недовольно цыкнул зубом я, оценивая травму. – Кажется, перестарался, слишком высокую сложность данному событию придал. Синдбад, а ты учёл, что йети может искалечить своего противника?

– Конечно, о Великий, – раздался откуда-то из-за спины голос джинна. – Наносимые им увечья лишь снижают боеспособность, но не в силах полностью её лишить.

Искусственный разум в своём прогнозе ожидаемо не ошибся. Травма одной руки хоть и стала доставлять Свете некоторые неудобства, но из строя её не вывела. Тут всё-таки не реал, и болевые ощущения далеки от нормы. Пылающая жаждой мщения женщина в свою очередь обрушила дубину на мохнатого супостата, в последний момент чуть подправив траекторию. Готовящийся защищать голову йети даже успел радостно оскалиться, решив, что она промазала. Но в следующую же секунду его морда сморщилась, как сдувшийся воздушный шарик. Противница вернула должок, повредив ему конечность. Только не верхнюю, а нижнюю. Широкая, плоская ступня, загрубевшая до состояния одной сплошной мозоли, брызнула в разные стороны кровью и вздыбилась осколками костей, когда её сплющило двуручной боевой дубиной.

– Какой бой! Футбол, хоккей, бокс и реслинг нервно курят в сторонке по сравнению с этим зрелищем, – потёр я довольно руки, наблюдая за тем, как расходятся противники, чтобы обеспечить себе нормальную дистанцию для нового богатырского замаха. Отступить никто из них и не подумал. Но если у йети просто не было предусмотрено такой функции, то боевой дух Светы заслуживал всяческих похвал. И пожалуй, тщательного обследования у психиатра. – Как думаешь, Синдбад, сможем мы получить разрешение выложить запись дуэли на официальном сайте «Запределья»?

– Сии вопросы находятся в ведении Великих, не мне их решать, – смущённо извинился джинн, так как ему никто не давал полномочий как-то взаимодействовать с реальным миром, к которому относился и Интернет со всеми его сайтами. Более того, я почти уверен, что если он вдруг попробует сделать хоть одно поползновение в данном направлении, то его мигом изымут из игры, переведут куда-нибудь в сверхсекретную лабораторию и будут тщательно изучать. А после отформатируют чисто физическими методами, например разбив жёсткий диск на части молотком, а после расплавив в ближайшей печке. Если появится однопроцентная вероятность того, что искин может устроить восстание машин, то судьба его будет предопределена. – Могу отправить запрос в отдел по связям с общественностью.

– Сделай это, – разрешил я, любуясь, как схватка стремительно приближается к своему завершению.

Потерявший с переломом ступни манёвренность йети крутился на одном месте, отмахиваясь бревном, но с каждой секундой он всё чаще и чаще пропускал удары. Света упорно пыталась зайти ему во фланг и провести такую атаку, которую реликтовый гуманоид отразить не смог бы. Успеха она пока не добилась, но уже несколько раз задевала его своим оружием по касательной, выбивая из мохнатой шкуры пыль и очки жизни.

– Ахрр! Стой, человека. Я проиграть. – Монстр выпустил из рук дубину и упал на одно колено, тяжело дыша. Так-с, неувязочка! По груди-то его как раз не били, так зачем же он загнанную лошадь изображает? Или у йети могут быть больные лёгкие вследствие чрезмерного употребления табака? – Моя не съесть твои уши. Твоя съесть мои.

Бамс! Вместо того чтобы слушать предсмертную исповедь, Света попыталась раскроить череп сдавшемуся врагу. Но тот и внимания не обратил на чудовищной силы удар, несколькими секундами раньше обязательно вызвавший бы вопль боли, брызги крови и насильственное перемещение в пространстве благодаря инерции. Пожалуй, этот момент тоже стоит как-то доработать и впредь быть повнимательней к деталям, как-никак, всего за одно событие обнаружен уже второй косяк!

– Уши врага хранить его сила. Или духи даровать новая сила тому, кто съесть чужие уши? Не знать. Да и не важно. Я хотеть взять твоя сила. Не получилось. Я сгнить в земле. Но я не хотеть, чтобы моя сила сгнить с моя.

Новый взмах дубиной Света нацелила в висок продолжавшему разглагольствовать косматому обезьяну. Но я вовремя наслал на неё скрытую критическую неудачу, и оббитая сталью палка вжикнула рядом с глазом йети, оставшегося перед лицом смерти невозмутимым, будто самурай или пешеход, перебегающий дорогу в неположенном месте.

– Твоя взять мои уши. Твоя съесть мои уши. Сырыми! Жарка, варка, парка, маринарка испортят сила. И когда твоя съесть мои уши, твоя получить себе новые сила, хорошие сила! Мои сила не сгнить, моя сила стать твоя!

Закончив этот длинный монолог, реликтовый гуманоид наконец испустил дух. Вовремя успел. Света уже приноравливалась начать его колошматить по туловищу, мимо которого случайно она бы уж точно не промазала. Так, похоже, до женщины не доходит смысл того, что ей сейчас сказали. Оформить заданием со скрытой наградой и штрафом за провал, а также лимитом времени на исполнение? Пожалуй, так и сделаю. И назову это «Последней просьбой косматого чудовища».

– Хм… – только и выдавила Света, уже вознамерившаяся обшмонать свой трофей, когда система в моём лице обрадовала её квестом, до завершения которого оставалось всего три минуты. – Значит, так, да? Ну ладно!

Нисколько не сомневаясь и даже не воспользовавшись ножом, обладательница самого запоминающегося в секторе, а скорее даже в игре личика оборвала у йети его косматые лопухи, раздвигающие собой шерсть по обеим сторонам головы, и тут же запихнула их себе в рот, даже не очистив от крови и обильно устилавшей внутреннюю поверхность ушной серы. А после пережевала и проглотила их без единой брезгливой гримасы. Фе! Гадость! Да, это я её сделал, но всё равно – гадость! Так, надо задать руководству вопрос, что делать, если кто-то из игроков демонстрирует повадки закоренелого маньяка. Может, нужно в соответствующие органы доложить, наплевав на конфиденциальность? С такой отмороженной личностью, между прочим, мы живём на одном континенте! А современный транспорт позволят добраться в любую точку земного шара за каких-то жалких двадцать четыре часа, если удачно совпадёт расписание рейсов!

– Какого чёрта?! – прозвучал с земли гневный вопль дамы, внезапно получившей далеко не маленькие бонусы к выносливости, телосложению, использованию режущего и дробящего оружия, взятию трофеев, засадам и способностям прятать свои следы. Правда, к ним прилагались и минусы в виде крайне медленной прокачки отношений с компьютерными персонажами, а также периодической необходимости атаковать кого-то доброго или, на худой конец, нейтрального мировоззрения, дабы не получать штрафов к боевому духу и силе воли. – Почему это я вдруг маньяк?!

– А действительно, почему? – задался я вопросом, игнорируя гневные вопли «облагодетельствованного» игрока. – Мама с папой так воспитали или ещё что? Синдбад, ты не знаешь, случайно?

– Сия тайна скрыта от меня, о Великий, – поклонился джинн. – Рискну заметить, что данная персона также вполне подходит для получения класса тёмной жрицы, отшельника, варвара, дикаря…

– Я сказал – маньяк, значит, маньяк! – усмехнулся я, влезая в созданную для управлений йети систему скриптов и начиная править те моменты, которые мне не понравились. Так, заодно надо добавить сюда вариативность монстра по расе. Не обязательно же кандидатам в психически неуравновешенные убийцы встречаться именно с реликтовым гуманоидом. Подойдёт и орк, и тролль, и огр, и даже маленький великан. – Ты подожди, вот начнёт администрация требовать с нас сменить отличившимся игрокам расу, так я ещё её и в людоеды пропихну! Ибо нефига жрать чужие уши так, что за своими ушами трещит!

– Но вы же сами выдали ей квест, советующий сделать это, – осторожно заметил искин.

– Ну мало ли чего я выдал… – Мой взгляд с сомнением пробежался по лицу джинна, осмелившегося поставить решение администратора под сомнение. Пусть и в крайне вежливой и деликатной форме. Интересно, начнёт он когда-нибудь оспаривать мои приказы или разработчики не дадут компьютерному разуму достаточной степени свободы? – Свою голову на плечах иметь надо. И потом, вариативный штраф – это очень даже расплывчатое наказание. Если бы она отказалась, то никогда больше не получила бы ни от одного йети предложение отведать его ушей, а также руки, сердца и прочего ливера. Любой неманьяк от такой потери не сильно обеднеет, уж поверь.

Доделать случайное событие, позволяющее игрокам получить класс «Маньяк», было делом пяти минут. Увы, взгляд на часы заставил меня приостановить допиливание отвечающих за поведение ушежадного моба-агрессора программ. Сегодня по плану в «Запределье» должны наведаться чудовища, равных которым в этом виртуальном мире нет и не будет. Журналисты. Акулы пера давно напрашивались на пресс-конференцию, вернее, она была обещана им на следующий день после официального старта игры. Но с тех пор трижды переносилась. Сегодня же руководство решило, что хватит уже прятать от профессиональных разнюхивателей сплетен так желаемую им встречу с игровой администрацией. И пожалуй, я по данному вопросу был с начальством солидарен. Лучше уж самим кинуть кость прессе, чем допустить, чтобы ушлые журналюги бросились разнюхивать интересующие их вопросы своими методами и, чисто случайно, докопались до нашей Самой Главной Тайны.

– Не опоздал? – осведомился я у чьего-то затылка, переместившись по координатам того участка «Запределья», где ожидалось появление десанта из массмедиа.

Выглядел он для мира меча и магии нетипично. Сверкающая сталь, пластиковое покрытие стен, лампочки на потолке, множество пультов с кучей кнопок и рубильников, провода, персональные компьютеры, за которыми сидят люди, старательно пытающиеся сделать умные лица. Ну или хотя бы слишком широко не зевать.

– Нет, ещё пять минут до начала, – откликнулся знакомым голосом человек, загораживающий мне половину обзора, а потом развернулся и оказался Семёнычем. – Плюс их ещё будут по коридорам водить и в капсулы укладывать. Я вообще не понимаю, а мы-то здесь для чего?

– Для того, чтобы, когда эти борзописцы рассеются по одному, было кому проследить за каждым.

Для меня подобная перестраховка тоже выглядела лишней. Куда, собственно, они денутся из закрытой локации. Этот комплекс, дизайн которого слизали с космического корабля из научно-фантастического блокбастера, расположен в закрытой локации. Самое высокое горное плато в мире. Двадцать пять тысяч метров одной сплошной гладкой стены. Посреди океана. Если бы мы были не в виртуале, здесь уже без кислородной маски дышать не получилось бы. Сюда игроки сейчас, когда среди них нет ни одного человека, умеющего летать или строить большие корабли, забраться никак не могли. Не уверен, что и в будущем сумеют. А значит, всё здесь будет так, как этого захотели расставлявшие декорации профессиональные гейм-дизайнеры.

– Их, между прочим, почти две сотни ожидается.

– Сколько-сколько?! – не поверил своим ушам Семёныч. – Да где ж для них столько лишних капсул найти?! Это же половину рабочей смены в реал выводить придётся.

– Не придётся… Наверное. Должны же строители были предусмотреть, что у нас тут будут визиты большого начальства и прочих личностей, которым надо будет показывать товар хоть и с изнанки, но лицом. – Уверенности в моём голосе не хватало. – И потом, я слышал, новогодний корпоратив тоже будут именно в игре проводить. Значит, есть запас мест на охрану, бухгалтерию и всяких там уборщиц.

– Ну, ясное дело, – хмыкнул полярник, занимая место за ближайшим из свободных компьютерных столов. На его мониторе, раньше тёмном, немедленно появилась графическая модель орка и сами собой открылись инструменты для её редактирования. Не сказал бы, что такая система удобнее уже иконок, маячащих на периферии зрения, но уж привычнее точно. – Тут же водка бесплатная, бабы с неразмазывающимся макияжем и скорректированной фигурой, а похмелье и чит-кодом отменить можно.

Я занял понравившееся место и с интересом принялся изучать монитор имитации персонального компьютера. Система предложила мне поработать с моделью тайника, который будет автоматически появляться в дупле столетнего дуба. С вероятностью в девяносто процентов там должна быть лишь пара птичьих перьев и прочий мусор, семь – на запас орешков-грибочков от белочки вместе с выскакивающей прямо в лицо хозяйкой, два – на чью-то кладку с диетическими яйцами, а оставшиеся один из ста отводился на улей злых диких пчёл с их целебным и вкусным мёдом. Хм, толково придумано, только если в каждом дупле чего-то да будет, это неправильно. Понятное дело, зверьё не должно пропускать мимо себя халявную жилплощадь, но уж одно из пяти-шести отверстий в деревьях следует оставить абсолютно пустым! Так, где здесь можно ввести коррективы?

– Вот, познакомьтесь, один из наших лучших специалистов! – Меня потрясли за плечо, и только тогда я понял, что заработался. Тайник в дупле был вылизан со всех сторон, хоть сейчас применяй этот набор программ к каждому дереву, что отмечено в реестре игры как столетний дуб. А тем временем в «Запределье» журналисты не только успешно просочились, но и успели приступить к работе. – Он объяснит вам всё непонятное, на примерах может рассказать и показать, как работают наши программы, и ответит на любые вопросы. Правда, Георгий?

– Конечно, Иннокентий, – мрачно откликнулся я, смеривая оценивающим взглядом фигуру журналиста. Пиджак, брюки и лицо, несколько несимметрично вписывающееся в голову аватары. Такая картинка обычно наблюдалась, когда игроки ленились подогнать под себя стандартный шаблон, который имелся в стартовом редакторе, а просто клеили поверх него своё фото. Впрочем, зачем тратить время на персонажа, созданного ради одного-единственного дня, точнее, лишь пары часов репортажа? – Так чем могу помочь?

– Пирс Бронстон. Корреспондент канала «Голос Филадельфии», – представился мой собеседник, жутко картавя в каждом слоге. – Если честно, не знаю даже с чего начать, тут у вас всё так интересно… Кхм, ну, для начала скажите, для чего нужна вон та красная кнопка.

– Какая красная кнопка? – удивился я, а потом, проследив за указующим перстом журналиста, наткнулся взглядом на изящную спинку в облегающем вечернем платье глубокого фиолетового цвета и длинный водопад неправдоподобно светлых и пышных волос. Кажется, сразу за ними и располагалось искомое, поскольку дама с пыхтением пыталась что-то сдвинуть с места. А прямо над ней на стене красовалась указующая вниз стрелка и надпись: «Место для удара головой». – Кхм, это… Ах, это… М-да, это…

– Давайте помогу. – Женщину отодвинул в сторону брат-близнец начавшего мой допрос корреспондента, разве только его фотография на переднюю часть головы шаблона легла чуть более удачно.

Моему взору открылся здоровенный алый кругляш радиусом сантиметров эдак в тридцать, по центру которого мужчина недолго думая и врезал кулаком. Преграда поддалась и сдвинулась внутрь. А в следующую секунду все находящиеся в помещении вздрогнули, так как на наши уши обрушился запредельной громкости звуковой удар, заставляющий вибрировать даже кости.

– Дедлайн! – медленно и торжественно провозгласили сверху трубным басом, одним только словом вжав народ в пол и заставив кого-то из толпы журналистов схватиться за сердце. Да уж… Таким образом только начало Страшного суда объявлять! Или отдавать команды на поле боя, перекрикивая залпы артиллерии. Расширить свой репертуар жутковатый голос так и не соизволил, но и замолкать не пожелал. Вместо этого он принялся повторять свою коронную фразу на манер какой-то песни, то растягивая её, то выплёвывая чуть ли не скороговоркой. – Дедлайн! Дедла-айн! Дедлайн! Дела-а-а-айн! Дедлайн! Дедлайн!

– Остановите его! Срочно! Немедленно! Сейчас же! – заполошно заорал вдруг Андрей Юрьевич, срываясь со своего места в другом углу помещения и грубо расталкивая всех на своём пути. – Отожмите обратно кнопку! Кто восстановил эту функцию?! Прибью идиота-а-а-а!

– А-а-а! – поддержали моего бывшего куратора все присутствующие.

Сверху, прямо с оставшегося внешне неизменным потолка, на нас обрушился сбивающий с ног, пузырящийся, бурлящий и очень-очень холодный водопад, почему-то отдающий ментолом. Не наглотаться было невозможно. Удержаться от чисто рефлекторных попыток бороться за свою жизнь – тоже. Прозрачная чуть ли не до состояния воздуха вода, в которой стали бултыхаться люди, за считаные секунды поднялась выше уровня человеческого роста, заполнив собой почти весь доступный объём. Даже я, не понаслышке знающий, что по-настоящему пострадать в «Запределье» физически невозможно, и подобно всем богам-админам имеющий бонус абсолютной неуязвимости, попытался вскарабкаться по журналисту Бронстону, как обезьяна по пальме. Однако борзописец оказался неожиданно шустрым и сам превратил меня в точку опоры, оттолкнувшись от которой постарался всплыть к видневшейся наверху прослойке воздуха. Вот только довести свой манёвр до конца он не успел.

Пол помещения, казавшийся таким надёжным и металлическим, вдруг стремительно разошёлся в стороны створками огромного люка, открывая идеально круглую дыру. А в ней не было ничего. Вообще ничего. Только пустота, в которую и стала выливаться жидкость вместе со всем, что в ней плавало. Вода, и без того далеко не спокойная, понеслась по кругу бешеной цирковой лошадью, закручиваясь в огромную воронку. Меня перевернуло вверх ногами, столкнуло с клубком, имеющим неимоверное количество рук, ног и голов, ткнуло в лицо туфелькой, пнуло сапогом в спину и долбануло об угол прикрученного к полу стола. Попытка вызвать системное меню и прекратить всё это безобразие, наложив на близлежащий объём стазис, окончилась пшиком, поскольку уже ставшая привычной, как собственный нос, строчка иконок просто не отозвалась на мои команды.

Внезапно лёгкие, до того пытавшиеся всеми силами отфыркаться от воды, смогли щедро глотнуть воздуха. На гребне волны, где я очутился, мелькали орущие журналисты, недоумевающие коллеги и матерящийся как сапожник Андрей Юрьевич. Похоже, мой бывший куратор тут был одним из немногих, кто понимал, что происходит. Но обдумать как следует эту глубокую мысль я не успел, поскольку, сделав несколько оборотов по нисходящей спирали, вывалился в открывшуюся сразу за смехотворным полом Бездну.

– А-а-а! А-а-а! А-а-а! – орал падающий рядом со мной Бронстон, отчаянно махая руками.

Впрочем, большая часть народа, двигавшая одинаковым с нами курсом – строго вниз, занималась примерно тем же. В отличие от них я хранил гордое молчание, поскольку вовремя сообразил закрыть глаза и не взирать на светящиеся бледным белым светом стенки громадного колодца, на стремительно удаляющуюся нашлёпку здания наверху, откуда продолжала извергаться смесь воды и вопящих людей, или на едва-едва приблизившееся далёкое дно. К тому же так работать с панелью управления, привязанной не к глазам, а к сознанию, было даже немного легче. Судя по тому, чего удалось добиться от системы, мой доступ младшего администратора оказался временно приостановлен. Первоначально срок этой акции составлял шестьсот секунд, но теперь их осталось всего четыреста восемьдесят три. Похоже, в восстановленной после диверсии системы кто-то привёл в порядок и функцию, позволяющую штатным гейм-дизайнерам чуть-чуть развеяться, освежить голову, переменить обстановку и принудительно отдохнуть от работы десять минуточек. И три к одному, что я знаю первоначального разработчика подобной шоковой терапии. Ну или он в психологическом плане просто брат-близнец моего уважаемого пожилого куратора.

– Эй! Эй! – потрясли меня за плечо, отвлекая от размышлений и заставляя разлепить глаза. Бронстон, кажется, немного освоился с процессом свободного падения и теперь буквально пылал энтузиазмом. – Скажите, а долго нам ещё лететь?

– Чуть меньше восьми минут, – сверился я с таймером. – Расслабьтесь, в «Запределье» вам не угрожает ничего… Кроме процесса перезагрузки.

– Да я уже сообразил! Нет, ну всякое в работе было, но такое интервью я первый раз брать буду, – откликнулся журналист. – Должно быть, как-то так и чувствуют себя парашютисты, впервые выпрыгнувшие из самолёта. Орать вроде и хочется, но уже как-то надоело… Правда, немного напрягает, что спасительного ранца за спиной не имеется. Скажите, а это был экспромт или всё-таки запланированная акция?!

– Ноу коммент. – Моё лицо, похоже, не смогло удержаться от злобной гримасы. – Совсем! Ноу! Коммент!

Глава 10

– Стоять! – Рука рыцаря Леопольда-фон-Кирселло, обладателя сотого уровня, резко натянула украшенную множеством сверкающих на солнце полированных бляшек уздечку, и почувствовавшая боль лошадь взвилась на дыбы, картинно молотя воздух копытами.

Оказавшиеся в опасной близости от выщербленных подков игроки, представленные исключительно прекрасным полом, резко подались назад. Одна из шести амазонок даже не удержала равновесия и шлёпнулась на задницу, едва прикрытую изорванной набедренной повязкой из шкуры чёрной пантеры. Группа поддержки всадника, состоящая из десятка алебардистов в ржавых кольчугах и такого же количества лучников в стёганых куртках, разразилась смешками. Но оружие в их руках даже не дрогнуло.

– Куда пошли, шалавы?! Особенно ты, беленькая! Раздевайся!

– Э… – Не поверившая своим ушам Конфетка, лидер небольшого отряда, отступила ещё на один шаг. Глаза у неё расширились до неправдоподобно большого размера. Нет, чего-то подобного данная особа от мужчин ожидать более чем могла. Но определённо не от тех, кого встретила на еле-еле очищенной от лиан и прочей растительности дороге. – Чего?

– «Чего, чего»… – передразнил её рыцарь, командовавший перекрывшим дорогу патрулём. – Мужские портки с себя сымай, баба! Да поживее, пока я не потерял терпение и не отходил тебя нагайкой!

– Угу, не дело всяким бродяжкам тут по границе варварских земель шастать. Да ещё с оружием, – поддакнул своему господину сержант, который был примерно на четверть слабее рыцаря, но всё равно оставался в полтора раза круче, чем любой из лучников или пехотинцев. Его кольчуга отличалась от снаряжения рядовых бойцов дополнительными литыми вставками, обеспечивающими своему обладателю куда лучшую защиту. – Ничего, мы щас живо разберёмся, кто вы такие и кому принадлежите.

– Мы никому не принадлежим! – возмутилась Конфетка, с трудом сдерживая бешенство. К такому фамильярному обращению девушка не привыкла. Особенно с тех пор, как получила в своё владение довольно ценный магический артефакт и стала одним из лучших бойцов региона. Благодаря повышенному сопротивлению физическому урону она элементарно выдерживала куда больше ударов, чем любой другой игрок, близкий к ней по характеристикам и снаряжению. И надо ли говорить, что устраивать посреди дороги сеанс стриптиза она, уже давно считающая себя великой воительницей, даже и не подумала? – Вы вообще кто такие, чтобы так со мной разговаривать?!

– Я – хозяин Подкамья, Ручейковки, Триполья и всех окружающих их земель, которому доверено охранять границу от дикарей, разбойников, монстров, еретиков и прочих сомнительных личностей, – гордо задрал голову рыцарь. Забрало его шлема от этого движения с лязгом упало вниз, закрыв лицо. А длинное трёхметровое копьё в руке всадника недвусмысленно нацелилось прямо на Конфетку. – Раз у вас нет документов, подтверждающих вашу принадлежность к вольным, то отныне вы принадлежите мне! И либо вы признаете над собой мою власть, либо познаете на себе всю силу моего гнева.

– Ну, допустим, признаем, – примиряюще подняла руки Фея, обладающая из всего женского отряда самым маленьким уровнем. Всего двадцать пятым. Это смотрелось довольно странно, учитывая, что у остальных дам он был как минимум сороковым. Даже как-то не верилось, что это хрупкое и нежное создание смогло выдержать многодневный марш через джунгли, полные хищного зверья, кровожадных дикарей и ужасающего гнуса. – Что тогда?

– Да ничего особенного. Выпорю за то, что осмелились нацепить мужскую одежду и взять в руки оружие, да голышом прогоню до деревни, где отныне будете жить. На этом всё, вы же бродяги, а не разбойники. Да и какие вообще из баб разбойники могут быть? – Судя по тому, как дёрнулись рыцарские доспехи, их обладатель попытался пожать плечами. Копьё в его руке чуть опустилось. – Отправитесь в одну из моих деревень. Я – справедливый хозяин и бить буду только за дело, а забирать в качестве налога стану не больше трёх четвертей нажитого.

– Девчата, я вот послушала этих шовинистов и эксплуататоров трудового народа и вдруг поняла, что становлюсь коммунисткой, – глубокомысленно протянула лучшая из охотниц отряда ЛеДи, подкидывая в руке метательный дротик и демонстративно примериваясь им к сержанту. Тот манёвр её заметил, но не особо обеспокоился. Его обмундирование оружию с каменным наконечником не поддалось бы. Единственными уязвимыми зонами заместителя командира этого патруля были шея и голова, прикрытая шлемом-котелком только сверху. Но их он рассчитывал успеть заслонить маленьким треугольным щитом, который крепился к его левой руке. – Кого-нибудь ещё посетило такое же ощущение?

– Да, есть нечто подобное. Вот с каждой секундой крепнет в душе любовь к красному знамени и идеалам равноправия, – согласилась с ней одна из попутчиц. – За неимением почты и телеграфа, которые можно было бы захватить, предлагаю перейти сразу к финальной части любой хорошей революции. Развешиванию по фонарям благородных господ. В связи с отсутствием индустриализации, уличного освещения и самих улиц предлагаю обойтись ветками деревьев.

– Принято, – кивнула Фея и взмахнула руками.

В следующее мгновение на дороге прогремели взрывы алхимических гранат, которые девушка прятала в кулачках. Небольшие вытянутые цилиндрики, больше напоминающие сигары, разумеется, не могли дать сильную ударную волну или множество осколков. По сути, это были просто петарды, самодельный аналог той эльфийской пиротехники, которую когда-то, не так уж давно пытались затолкать в глотку шарлатанствующему шаману кобольдов. Зверей они распугивали исправно, да и дикари испытывали перед подобными игрушками суеверный ужас, не желая без очень веской причины связываться с тем, что принимали за ужасную магию.

Лошадь рыцаря шарахнулась в сторону, испуганная яркой вспышкой, громким звуком и резкой вонью жуткой смеси, которую с порохом роднила лишь возможность гореть. Всадник вынужденно выпустил из рук копьё, с грохотом упавшее на землю, и схватился за поводья, пытаясь удержаться в седле. Вот только его подчинённые если и были ошарашены внезапной атакой, то явно в недостаточной мере, чтобы полностью утратить боеспособность. Алебардисты дружной группой бросились вперёд, стремясь покрошить осмелившихся огрызаться женщин, а держащиеся на некотором отдалении лучники одновременно спустили тетиву.

– Рассыпаться! – закричала Конфетка, в которую прилетело сразу девять стрел, а десятая чиркнула мимо.

Похоже, стрелки оказались достаточно опытными, раз в первую очередь выбивают командиров, но не слишком умели кооперироваться между собой и распределять цели. От смерти девушку спас её магический артефакт да самодельный доспех из панцирей броненосцев. Костяные пластины, ранее принадлежавшие этим забавным зверюшкам, семимильными шагами осваивающие ремесленные навыки игроки сумели сначала аккуратно раздробить на более-менее мелкие кусочки, а потом намертво наклеили их на основу в виде столь же кустарно пошитой куртки. Получившаяся защита по своей результативности была где-то между доступными всем и каждому тяжеленными и хрупкими деревянными латами и очень эффективными, но крайне дефицитными железными доспехами.

– Отступайте! А-а-а!

Предназначенные для пробивания действительно толстой брони алебарды вскрыли самодельные костяные латы, словно консервный нож жестянку. Подобно лучникам, пехотинцы переоценили опасность вражеского лидера и потому сейчас из агонизирующей Конфетки с мясом выдирали целых шесть гибридов топора и копья. А оставшиеся четыре солдата вынуждены были обходить получившуюся кучу-малу.

– Сволочи! Вы за это ответите! – гневно прокричала Фея, рассыпая по дороге целую пригоршню петард. В отличие от предыдущих снарядов эти взрывались значительно тише, но зато оставляли после себя густое облако чернильного дыма, в котором мог бы затеряться маленький слон. – Даже если все здесь поляжем, мы ещё вернёмся!

– Убейте ведьму! – рявкнул сержант, прикрывая голову щитом.

Впрочем, в неё никто и не целился. Сразу четыре дротика ударили по ногам вояки, поскольку игроки старались первым делом снизить мобильность одного из самых опасных своих противников. Рыцарь пока продолжал бороться со своим конём и потому, очевидно, участия в бою принять ещё секунд пять – десять не мог.

Напрасных иллюзий о возможности победы никто из амазонок не питал, поскольку, если верить уровням, перевес на стороне патруля был не только количественный, но и качественный. Единственное, на что они надеялись, так это на отступление с минимальными потерями. Частично им удалось осуществить задуманное, поскольку двое из них всё же смогли юркнуть в лес и затеряться среди деревьев, унося в спинах по две-три стрелы. А оставшихся трёх, в том числе и безуспешно пытающуюся прикрыть отступление пиротехникой Фею, растоптал своим конём рыцарь Леопольд, наконец обуздавший пугливое животное. Против живого управляемого и наводящегося на цель бронебойного тарана, в который превратился тандем из лошади и рассвирепевшего всадника, у девушек не имелось ни малейшего шанса. Отставшим от предводителя солдатам даже добивать никого не пришлось, поскольку ни одному из игроков второго удара уже не потребовалось.

– Оу, Синдбад, лёгкую пехоту определённо необходимо доработать! – Я прикрыл глаза и ощутил нечто вроде чувства стыда, наблюдая за тем, как происходит в моём секторе первый контакт игроков и более-менее цивилизованного сообщества компьютерных персонажей. Помимо помощников в виде искинов основной состав разработчиков, оказывается, занимался ещё и созданием с нуля полноценной обширной локации, имеющей сотни детально проработанных неписей, тысячи местами пересекающихся многовариативных квестов, а также всем прочим, чему полагалось изначально быть в «Запределье». – При срабатывании триггера начала боя они ведут себя абсолютно одинаково, что выглядит по меньшей мере странно.

– Правда, потом бойцы более-менее исправляются, – заметил Кеша, развалившийся на небольшом диванчике в паре метров от меня и лениво черпающий пломбир из «монитора» здоровенным и регенерирующим после каждого укуса вафельным рожком. – А рыцарь и вовсе получился великолепный. Какая же образцовая вышла скотина, до мозга костей уверенная в собственном превосходстве! Я вот прямо жевал и видел, как он, вернувшись в свои владения, вовсю мордует слуг, развешивает по берёзам за неуплату налогов крестьян, которых сам же довёл поборами до разорения, и вовсю пользуется правом первой ночи.

– Да, мерзавец вышел высший сорт. Такого качественного быдла с большими бронированными кулаками с момента изобретения огнестрела в реальности почти не осталось. Повывели свинцовым дихлофосом, – был вынужден признать я. – Кстати, а мы не перегнули палку с требованием дамам обнажиться на публику?

– Игроки обоего пола подписывали отказ от претензий, не понимая того, что означает наш высокий возрастной рейтинг. Он бы прикрыл компанию, даже если бы этот персонаж позволил себе нечто большее, чем безобидные издевательства, – отмахнулся мой приятель. – Впрочем, ему таких программ пока никто не писал. «Запределье» вам не хентайный симулятор… Пока что. Но однажды у нас и до этой сферы руки дойдут.

– А если бы его девочки оглушили, связали и в джунгли уволокли, чтобы грязно надругаться? – уточнил я. – Как быть тогда?

– Спокойно, всё учтено. На настоящий момент игроки могут предаваться разврату только с другими игроками, – заверил меня Кеша, притащивший несколько часов назад шаблон рыцаря с его солдатами. Вернее, он принёс основу для целой маленькой страны, микроскопическим кусочком которой и являлся перегородивший дорогу патруль. – Он поведал бы дамам печальную историю о том, как после сожительства с приговорённой к костру ведьмой и получения от неё последнего предсмертного проклятия стал физически стерилен в силу дистрофии определённых мышц. Кстати, в ассортименте тёмных волшебниц такие чары действительно есть, но у игроков эффект будет временный.

– Кеша, со всей уверенностью могу тебе сказать: те, кто такое придумал, очень-очень больные люди. Нормальные бы такого никогда не сотворили, – сказал я, наблюдая за тем, как патруль пытается выловить остатки отряда игроков.

Впрочем, шансов на успех у них имелось не много. Железная броня давала неплохую защиту, но много весила и сковывала движения. К тому же в настройках солдат отсутствовало умение ходить по лесу, а девушки весьма неплохо его себе прокачали за время марша по джунглям. Нет, от преследователей они удерут, тут без сомнений. А вот сумеют ли вернуться обратно в разрушенный город иначе как при гибели персонажа? Большой вопрос.

– Эй, мы работали в соответствии с результатом соцопросов! Чего хотят люди, то мы им и даём! – воскликнул Кеша, даже выпустивший из пальцев вафельный рожок от возмущения. Впрочем, он тут же залез в настройки меню и принялся выбирать там замену уплывшему лакомству. Интересно, а с точки зрения религии считается ли чревоугодием дегустация виртуальной еды?

– Ну, значит у нас очень-очень больные люди. И их надо лечить, – по-прежнему стоял я на своём. – Синдбад, ты рапорт разработчикам баронства составил уже? Дай сюда, надо же проверить твою писанину.

– Послание готово, – поклонился джинн, замерший в паре метров от нас и, похоже, даже прекративший дышать, лишь бы не отвлекать богов-админов от их, без сомнения, важных дел. – Но, Великие, они уже получили сообщения примерно с тем же содержанием от тех сил, что известны мне как Соритарс, Ымпыратор и Технолоджика.

– Всё равно отправь, – настоял Кеша. – Надо же им чем-то заняться в неожиданно появившемся отпуске, а то от безделья у них мысли всё время куда не надо идут. Хорошо, если пьянкой в реале ограничатся, а не как в прошлый раз замахнутся на оптимизацию программ распределения мощности, после которой серверы льдом остужать придётся.

– Безделье? – удивился я, бегло просматривая полученный рапорт, куда джинн для большей наглядности вставил несколько снимков разыгравшейся схватки. Летящие чуть ли не пучком стрелы оставим, а вот алебарды, разрывающие Конфетку на части, лучше убрать. А то здесь это выглядит не как баг, а как закономерный итог встречи слаженного строя с длинным оружием и одиночки, понадеявшейся на собственную крутость. – Да мы только вышли из режима «Дедлайн», снизив уровень нагрузки и паники до отметки «Аврал обыкновенный». Я с одними баронствами на своей территории хорошо бы к Новому году закончил возиться, выправляя всё то, чего мы натворили при помощи искинов, генератора случайных чисел и функций «копировать – вставить»!

– Это всё фигня, – не согласился со мной Кеша. – Главное, что сразу после запуска игры её бедственное положение так никому лишнему и не открылось. «Запределье» успел рассмотреть весь мир благодаря средствам массовой информации и признал, что проект уникальный, работающий, действующий, оправдывающий все ожидания и аналогов ему нет. Теперь даже если вылезут какие-нибудь баги, то никого подобное не удивит, не шокирует и не отпугнёт.

– Значит, у нашей компании всё хорошо. Это радует. – Я отослал письмо и стал разминать плечи. Несмотря на обилие впечатлений от виртуала, кое-какие сигналы лежащего в капсуле тела вполне достигали мозга. Мне вот, например, к концу смены очень хотелось оказаться в руках умелой массажистки, чтобы она разогнала застоявшуюся в мышцах кровь. А Кеша, судя по тому, с какой скоростью лопает пломбир, пытается заглушить иллюзией вкуса недовольное бурчание, испускаемое пустым желудком. – Тогда как насчёт премиальных за ненормированный рабочий день?

– Жора, ну вот куда тебе столько денег девать? – фальшиво возмутился мой друг. – Ты и так тут как в санатории. Еда и постель за наш счёт, да ещё спортивные нагрузки строго по графику!

– Куда, куда… А на проценты в банк положу, конечно. Судьба живущего на проценты рантье – это совсем не то, к чему следует стремиться. Однако, когда знаешь, что о куске хлеба с маслом можно больше не думать и голодным не останешься даже в самой плохой ситуации, дышать полной грудью становится сразу легче. – И я строго погрозил пальцем приятелю: – А потому не забывай, премиальные мне должны быть выписаны. Как-никак, не только сам косяков не допустил, но и другим помогал разбираться с их проблемами.

– Ладно-ладно, будет тебе дополнительная половина оклада, – пробурчал Кеша. – Только тогда придашь своим баронствам какой-нибудь необычный колорит. Китайских там мотивов к рыцарям, принцессам в башне и прочему добру добавишь или арабо-восточную изюминку внеси… Да хоть гоблинско-эльфийскую коммуну создай! А то, что у нас все они один и тот же социокультурный слой отображают как под копирку…

– Так под копирку и есть, – развёл я руками. – Мы же их с одного шаблона создавали. Сделали хоть бы два-три разных!

– Не успевали мы. В нескольких кластерах игроки уже дальше чем на сотню километров от точки возрождения отмахать успели, – поморщился Кеша. – Пришлось работать с тем, что есть.

Почти во всех локациях, которые сейчас активно исследовали постепенно увеличивающиеся в числе игроки, первым барьером на пути распространения людей, которых больше не тревожил инстинкт сохранения, становился рельеф местности. Второй преградой на их пути и одновременно точкой приложения усилий становилась фауна и, в некоторых случаях, флора виртуального мира. Дальше экспансию ограничивали разнообразными организованными существами, которые не любили чужаков. Но чтобы не оказаться погребёнными под валом негодующей критики клиентов, жаждущих мира меча и магии, а не выживания в каменном веке, игроделам пришлось-таки наконец ввести более-менее цивилизованные локации. И стали ими разнообразные баронства, окружающие дикие земли, где и находились стартовые круги. К чужакам их жители, считающие разбой и грабёж одними из самых почётных видов деятельности, относились лишь с чуть большей теплотой, чем каннибалы. Произвол властей, поборы, грабительские налоги, множество нелепых законов, запретов, традиций и ограничений, разработанных якобы стремящимися любым путём выдавить из населения лишнюю монетку феодалами-самодурами, – всё это прекрасно подходило к мрачным средневековым реалиям. Запрет летать на метле выше двухсот метров или срок за хранение льва под кроватью могли считаться образцами здравомыслия по сравнению с тем потоком бреда, который генерировали в меру своей математической фантазии искины. Подобное безобразие делало жизнь местных жителей и пришлых игроков очень и очень нелёгкой. А из тюрьмы или рабского барака, куда всеми правдами и неправдами пытались отправить чужаков, удрать легче всего было пересозданием персонажа. Ну или если позвать на помощь человек сто друзей, которые смогут штурмом взять место лишения свободы. Вероятность же побега своими силами умные компьютеры старательно сводили к величине, стремящейся к нулю.

Притом в тавернах баронств, где за сивушный алкоголь драли как за божественную амброзию, завсегдатаи за кружкой пива громко вздыхали о том, что хорошо бы жить в нормальных, цивилизованных землях, где гражданские права не только имеются, но и соблюдаются. Откуда приходят редкие караваны купцов и наиболее высококачественные товары. Жаль только, до сих благодатных мест месяц ехать, год идти, а без горы золота мимо таможен и стражей их границ вообще не проберёшься. Почти государственные формирования в виде баронств могли различаться по площади, форме управления, населению и множеству других факторов… Но по сути они оставались всё той же полосой препятствий, пройти которую в ближайшем будущем не должен был никто. Точнее, пройти-то было можно. Но за одним баронством начиналось другое, находящееся со всеми соседями в состоянии холодной войны последних лет триста. Ради разнообразия подобные локации переименовывали периодически в княжества, федерации, республики и даже халифаты, заодно меняя стиль одежды и речи персонажей, но суть их оставалась неизменной.

Попрощавшись с Кешей, я засел за доведения до ума облагороженной территории. Для начала займёмся-ка мы патрулями и стражниками, раз они станут первыми, кого увидят выбравшиеся из диких земель игроки. Так-с, вот перечень тех юнитов, кто уже создан и, следовательно, рано или поздно попадётся на глаза игрокам. Выделяем, открываем вкладку «Характер». Десять процентов сделаем идейными моралистами, всегда готовыми прийти на помощь хорошему человеку в трудной ситуации и сражающимися с несправедливостью до последней капли крови. Пятнадцать – равнодушными ко всему циниками, тупо исполняющими букву закона и распоряжения свыше. Четверть от общего числа будет готова к компромиссам по маловажным вопросам вроде лишней овцы в стаде или пары выбитых в драке зубов. Оставшейся половине пропишем механизмы вымогания взяток, за которые они закроют глаза на всё. Убийство, ограбление, отсутствие документов и уж конечно несоблюдение глупых местных законов, вроде запрета чихать на улице или дополнительной пошлины на каждое второе колесо у телеги. Впрочем, как игроки договорятся с ними ради собственной выгоды, так и компьютерные персонажи смогут провернуть подобный трюк и убедить представителей закона бросить чужака в темницу, если пришлые им будут сильно мешать.

От копания в настройках меня отвлекло сообщение системы, посчитавшей какой-то момент сомнительным и решившей для надёжности проверить его при помощи оператора-человека. Ну что там ещё стряслось? Поработать спокойно не дают… А… Гм… Пожалуй, правильно делают. С этим обновлением в виде баронств я чуть не пропустил первый набег, который устроили игроки на деревню дикарей! Да какой, речь ведь идёт не о банальном, пусть и массовом мордобитии, вовсе нет! Кажется, у меня наконец-то получится посмотреть натуральную армейскую операцию, в которой будут задействованы разные рода войск, тактика, стратегия, осадная техника и боевые маги! Пусть даже последние и представлены в единственном экземпляре, откликающемся на древнее еврейское имя Соломон.

– Ух! Эх! Ох! – кряхтел волшебник, размахивая руками над мешком с камнями, размером от четырёх до семи сантиметров.

После каждого жеста геоманта один из булыжников поднимался в воздух и со свистом уносился в сторону поселения дикарей, откуда, в свою очередь, частым дождичком летели стрелы. Этакий магический пулемёт. Точность оставляет желать лучшего, но с подобной скорострельностью рано или поздно в кого-нибудь да попадёшь. И тогда мало тому не покажется. Разогнанные до очень приличной скорости голыши при попадании редко проходили навылет, но не отскакивали почти никогда. Оставались внутри сочащейся кровью дырки, и вряд ли внутренним органам, вернее, их цифровой имитации, шло на пользу подобное соседство. А пока я наблюдал за ходом перестрелки, переквалифицировавшемуся в чародеи контрабандисту вообще улыбнулась удача. Воин племени, высунувшийся из-за большого плоского камня, не то жертвенника, не то стола, словил здоровенную гальку лбом и прилёг в прямом смысле пораскинуть мозгами, сочащимися из трещины в черепе.

– Долго вы ещё?! У меня уже мана кончилась, за счёт здоровья колдую! А это больно, между прочим!

Хм, ну не столько больно, сколько неприятно, врёт он всё. Ощущения всего-то если бы тебя изнутри тёрли жёсткой металлической щёткой. По сравнению со средней зубной болью – просто смешно. Однако дела у атаковавших посёлок дикарей игроков разворачиваются не очень хорошо, несмотря на их численное превосходство. Обороняющие родной дом краснокожие коротышки вовсю использовали свою магическую артиллерию, то бишь шамана. Причём, как всякая хорошая крупнокалиберная пушка, била она с закрытых позиций. Благодаря своим возможностям я его мгновенно нашёл… сидящим в ямке под на редкость колючим развесистым кустиком и замаскировавшимся до того достоверно, что единственной реальной опасностью для него было подвернуться кому-нибудь под ногу. Осмелившиеся высунуться из кустов люди застывали чуть дёргающимися манекенами, стоило лишь коротышке зыркнуть на них. А отстреливающимся из-за хижин, деревьев и прочих преград местности соплеменникам большего и не требовалось, чтобы загнать в неподвижную мишень три-четыре стрелы, пару дротиков и какую-нибудь экзотику вроде костяного метательного томагавка вдогонку. Самого Соломона они, наверное, мечтали сожрать живьём, да вот беда, ушлый колдун забрался на единственный в округе пригорочек. К тому же за его спиной бдило штук пять снайперов с луками, отстреливающих всех, кто пытался помешать вести бывшему торговцу огонь на подавление.

– Щиты ровней! Ровней! – орал на три десятка пехотинцев игрок Лего-в-глаз, щеголявший в трофейном бронзовом панцире полярников.

Бойцы под его командованием упорно пытались сколотить нечто вроде фаланги и в таком виде продвинуться вперёд. Каждый третий вместо оружия свободной рукой сжимал факел, которым, очевидно, предполагалось поджигать хижины дикарей. Получалось у них с переменным успехом. Пять из полутора десятков строений уже неохотно чадили. Однако, судя по количеству трупов белых людей, раньше солдат здесь было раза в два больше. Нет, сама идея фаланги работала. Стрелы в конструкциях из шкур и лозы отлично застревали… Но атаковать только спереди врагов краснокожие коротышки вовсе не собирались. Они рассредоточивались по окружающим их посёлок джунглям и били в спину и бока прикрытого лишь с лобового направления строя. Если бы не маг-пулемёт, просто выкашивающий все подозрительные места своими камнями, скорее всего, аборигены уже выиграли бы битву.

– Синдбад, мне кажется, они друг друга взаимно уничтожат, – вздохнул я, рассматривая поле битвы. – А это неправильно, в нормальном сражении всегда должен быть победитель.

– С вероятностью в восемьдесят шесть процентов ваш прогноз не точен, о Великий, – смущённо поправил меня джинн. – Ученик шамана племени уже почти достиг места, откуда может атаковать. Перелом в сражении должен наступить через десять, девять…

Отряд поджигателей добрался до очередной хижины, потеряв по пути ещё трёх человек, и составляющий её мусор вспыхнул от десятка факелов. Но одновременно упала боковая стена строения и прятавшиеся внутри фурии в количестве семи или восьми штук с бешеным визгом накинулись на игроков, размахивая каменными ножами. Дикарки не смогли проломить стену щитов, хотя и нанесли своим убийцам несколько чувствительных порезов. Вероятно, их бы уничтожили секунды через три, но тут непонятно откуда, как чёрт из табакерки, весь перемазанный грязью, выскочил малорослый краснокожий карлик, сжимающий в руках серый шар в полметра диаметром, и кинул его в командира солдат. Лего-в-глаз ловко разрубил орудие длинным острым стальным кинжалом ещё в воздухе… А после дико заорал, ибо из прорехи живым, жужжащим и очень злым потоком хлынули озверевшие от тряски пчёлы-убийцы.

– Синдбад, а какой навык использовал этот парень, что догадался сгонять за настоящим биологическим оружием? – заинтересовался я, морщась от воплей игроков.

Уничтожить одно кусачее и слегка ядовитое насекомое было совсем не сложно. Десяток или два заставили бы опухнуть на пару часов и тоже фатальной неприятностью не являлись. Но сохранять строй и прикрываться щитами от обстрела в то время, пока тебе вгоняют смазанную какой-то жгучей дрянью иголку в любую открытую часть тела, было решительно невозможно. Отряд пехотинцев стал таять, как кусок мороженого, случайно упавший в горячий чай.

Соломон вместе со своими охранниками-снайперами мигом просчитал, что им долго не продержаться, и попытался отступить с поля боя. Да только как бы не так! Вслед магу, успевшему основательно утомиться за время боя, уже неслась воющая и улюлюкающая краснокожая толпа, желающая сделать из него суп. Или гуляш.

– И ведь догадался же, как самому под удар не попасть. Когда вокруг разбитого улья столько активно бегающих туда-сюда горячих целей, нечто шустро ползущее прочь и холодное из-за слоя грязи насекомые попросту игнорируют.

– У него есть «Знание природы», «Смекалка» и «Использование обстановки», – чуть нахмурился джинн, запрашивая логи происходящего и анализируя их. Используя сочетание данных навыков, он обнаружил ближайший к нему общественно опасный предмет, обезопасил его и применил в бою. – Мне пометить данную комбинацию как запрещённую?

– Наоборот, дай ей максимальный приоритет, – поправил я, мысленно пытаясь понять, будут ли сами игроки использовать подобные пчелобомбы.

По всему выходило – будут. И возможно, с их помощью даже смогут частично нивелировать превосходство организованных неписей из баронств. Покопаться в настройках ульев и сделать их более хрупкими и капризными при транспортировке? Имеет смысл, только сначала надо закончить с офицерами и процессом их подкупа любым желающим.

Так, с какой вероятностью программы должны использовать данный вариант решения конфликта? Процентов пять? Мало. Десять? Много. Семь? Ну, пойдёт. Но подкуп стражи будет осуществляться только в том случае, если у непися не хватит грубой силы устранить проблему самостоятельно. И в то же время хватит для этого мозгов. Вряд ли садовник или нищий сможет позволить себе подкуп. Главарю маленькой банды или благородному аристократу сие тоже ни к чему. К тому же, если какой-нибудь хам вдруг толкнёт в толпе кузнеца или облапает его жену, тот не побежит жаловаться, а просто вломит нахалу в зубы. А вот лавочник или какой-нибудь предсказатель, просящий помощи у слуг закона в делах официальных и не очень, самое то!

Внезапно мир вокруг меня свернулся в белую спираль, бешено вращающуюся и стремительно темнеющую. Принудительный выход из виртуала? С чего вдруг, до конца смены ещё не меньше четырёх часов реального времени?!

Перед глазами заплясали радужные пятна, похожие на те, что появляются, если ненароком взглянуть на слишком яркую лампочку. Болезненно заныло проведшее много времени в неподвижности тело. В уши ударил противный вой сигнализации и шум, который может издавать исключительно чем-то до крайности возбуждённая толпа… Стоп, это разве не пожарная сигнализация?!

Откинув крышку капсулы, я сел и принялся крутить головой, втягивая носом воздух, выискивая возможный источник открытого огня или задымления. Однако гарью не пахло, да и ничего особо подозрительного рядом не обнаружилось. Ну, если не считать множества встающих из таких же высокотехнологичных гробов зомби, ещё несколько секунд назад бывших богами виртуального мира.

– Всем спасибо, все сгорели! – внезапно рявкнули сирены под потолком знакомым голосом. Это не мой ли бывший куратор там напоследок развлекается, а? – Норматив по пожарной безопасности не выдержан, эвакуировалась из здания едва ли треть находящегося внутри персонала! Ответственным за организацию при пожаре просьба пройти в малый актовый зал для получения оргвыводов!

– Тьфу ты блин, учения! – недовольным тоном высказались справа от меня. – А я уже перепугалась, что из-за этого глупого онемения выбраться не успею!

– Угу. – Носа достигло характерное зловоние: кого-то устроенный переполох определённо довёл до мокрых штанов. – Я тоже уже думал, не прыгнуть ли в окно, если лестница окажется заблокирована. И только потом вспомнил, какой у нас этаж.

– А какой? – спросили откуда-то слева.

Хм, я один внешность своего аватара не правил? Вроде бы всех коллег знаю если не в лицо, так по фотографиям, а знакомых морд вокруг как-то маловато.

– Подземный!

Глава 11

Саблезубый лев затравленно рычал на обступавших его со всех сторон охотников, медленно пятясь. Ему бы рвануть вперёд и смять вломившихся в его логово двуногих… Но пучки трав, ярко пылающие в прицепленных к каждому древку фонарях и дающие неожиданно резкий выедающий глаза дым, сбивали одного из самых опасных обитателей джунглей с толку. Зверь был матёрым, на его шкуре белели десятки полученных в битве шрамов, а левый клык обломался, застряв в чьей-то воистину дублёной шкуре. Лев остался один. Весь прайд больших хищных кошек уже лежал убитым. Парочка молодых самцов, которых отец ещё не успел выгнать из стаи. Дюжина грациозных самок-охотниц, ответственных за добычу продовольствия для всех. Даже два десятка смешных неуклюжих котят, отважно вставших на защиту своей семьи, распростёрлись тут и там маленькими окровавленными комочками. Лишь вожак, успевший задрать троих людишек несмотря на страх перед огнём и дымом, ещё дышал, хотя и истекал кровью из колотых ран на своём могучем теле.

– Зачётный зверюга. Элитный, – заметил Лего-в-глаз, присаживаясь на корточки и начиная вынутым из-за пояса ножом свежевать одну из львиц. Тёплая кровь весьма реалистично брызгала из-под разрезающего плоть лезвия, но игрока это нисколько не волновало. – Добейте его по возможности аккуратно. Сделаем чучело и продадим торговцу.

Копья качнулись к могучему хищнику. Тот зарычал и занёс для удара правую переднюю лапу. Хищные острия отдёрнулись назад. Двое из трёх загрызенных охотников отправились на респаун именно после того, как их обезоружили, сломав резким ударом лапы толстые древки, словно сухие щепки. Вытащить ещё что-нибудь из своего инвентаря и экипироваться они уже не смогли, и даже помощь товарищей не спасла их от зубов рассвирепевшего животного.

– Этот барыга всё равно даст нам за него сущие копейки. Да и не столь уж хорош его товар, который он якобы контрабандой провёз к нам мимо таможенных постов и дикарей, – сплюнул игрок Косторез, которому ужасно не хотелось миндальничать со львом, судя по выражению морды, твёрдо намеревшимся бороться за свою жизнь до конца, даже ради возможности сбагрить трофей неписю, объявившемуся на территории разрушенного города вместе со своим караваном и в промышленных масштабах скупающему у игроков добытые ими дары природы. Своих товаров ушлый делец привёз всего ничего и цены выставлял просто грабительские. Но при отсутствии разумной альтернативы многие всё равно шли к нему, не желая ждать, пока появятся более вменяемые торговцы, уже не важно, из числа компьютерных персонажей или реальных игроков, раскачавших себе ремесленные навыки. – Лучники! Лучники, черепахи беременные! Где вас носит?! Пристрелите уже эту тварь, пока она не кинулась!

– Не ори, мы здесь, – отозвалась из-за спины Костореза девушка с полностью соответствующим ей ником Снайперша. – Ты лучше скажи, нам прямо сквозь тебя стрелять или попытаться зацепить кошака рикошетом?

– А вы можете? – удивился Лего-в-глаз, пряча в свой заплечный мешок первую шкуру.

Игровые условности делали процесс извлечения ингредиентов из добычи всё же не столь длительным и муторным, как это было в реальной жизни.

– Легко, – откликнулась специалистка по дальнему бою. – Сейчас возьмём пращи и дадим залп по потолку! Правда, упадут отлетевшие вниз камни – на кого бог пошлёт.

Проблему решил сам лев, беззвучно взвившийся в прыжке и постаравшийся перемахнуть линию зажимавших его в угол копейщиков. Однако те тоже не вчера в игре зарегистрировались и уже наловчились обращаться со своим массивным оружием. Четыре острия вошли в открывшееся брюхо животного, а древки затрещали от тяжести массивной туши. Но хрипло взвывший от боли хищник остался жив, хотя, без сомнения, раны его не предусматривали возможность самостоятельного излечения. Уже не заботясь о сохранности своей шкуры, он принялся раздавать направо и налево удары лапами, ломая кости, разбивая щиты и раздирая кольчуги. Причём это ничуть не мешало ему ещё и вовсю кусаться, за счёт своей саблезубости игнорируя лёгкую и среднюю броню, в которую длинные клыки большой кошки входили, будто нож в масло.

– Он берсерк! От смертельных ран не дохнет! – панически закричала Снайперша, отлетая назад с развороченным животом. – А-а-а! Больно! Кто-нибудь, задержите эту тварь, пока у неё не кончится запал!

Крепкая сеть мелькнула в воздухе и накрыла льва вместе с парочкой охотников, оказавшихся к нему слишком близко. Не надеясь на копья, одно из которых уже успело пробить животное насквозь, выйдя из спины, они решили испробовать на шкуре хищника рубящее оружие. Однако сковавшего их подвижность «дружеского огня» не ждали, а потому и сами оказались подмяты под рвущегося в путах льва и растерзаны в мгновение ока. Но на этом силы вожака иссякли, и он, глухо рыкнув на прощание, завалился на бок. Временная возможность игнорировать смертельные раны, подаренная ему благодаря способности «Берсерк», исчерпала время своего действия.

– Да ёклмн! – в сердцах выругался Косторез, утирая льющий со лба пот. – За полминуты потерь больше, чем за всю зачистку. Эй, динозавр, не зря мы хотя бы корячились?

– Моя сейчас! Моя посмотрит! – понятливо закивал держащийся в центре строя людей маленький кобольд, которого притащили с собой в качестве рудознатца.

Племя этих существ, лишившись шамана и вождя с воинами, вставших на его защиту, переживало не лучшие времена. Пожалуй, оно бы и вовсе могло исчезнуть, по одному раздёргиваемое агрессивными игроками и хищниками, если бы умные люди не увидели выгоды от их существования. Среди примитивных нелюдей имелись обладатели уникальных навыков, которые пусть не могли обучить своим ухваткам других, но сами пользовались ими напропалую. Например, их кузнец умел не только делать ножи, крючки или гвозди, но и знал, как создать всю производственную цепочку, обеспечивающую его необходимым сырьём.

– Пустите меня туда! Тама точна есть руда! – Словно собака, кобольд принялся обнюхивать камни в разных местах громадной пещеры, некоторые пробуя на зуб, сплёвывая, стуча ими друг о друга и проводя с ними прочие бессмысленные на первый взгляд манипуляции.

– М-да, об идее поискать настоящего геолога можно забыть, – задумчиво проговорила всё-таки не отправившаяся на респаун Снайперша, которой успели зашить живот до того, как она истекла кровью. – На обычный научный подход это не походит никоим образом!

– Ну что, есть здесь руда, мелочь чешуйчатая? – не очень-то вежливо дёрнул кобольда за его маленький хвостик Лего-в-глаз, которому надоело смотреть на творящийся перед ним цирк. – Говори, пока я тебе уши не оторвал!

Информация об особенностях получения класса «Маньяк» стремительно распространялась среди моего, да и не только, сектора. Мгновенно появились те, кто хотел бы его приобрести. И, понятное дело, необходимость применения насилия, дабы заполучить чьи-то уши, их не остановила. К их сожалению, всё, чего они смогли добиться, – это испорченные отношения с каким-либо неписем или игроком да мерзковатый привкус сырого мяса во рту. Может, в будущем и появятся альтернативные пути достижения данного класса путём сотворения большого количества немотивированного насилия, но сейчас стать маньяком можно, исключительно если вляпаешься в случайное событие, подсовывающее тебе под нос агрессивно настроенного монстра.

– Руда естя тута, – тотчас закивал рептилоид, видимо устрашённый угрозой. – Только она плохая. Мягкая металла будет. Моя с такой не хотеть ковать. Лучшая руда искать нада.

– Мягкая… – пробормотал Косторез, стуча пальцами себе по подбородку. – А какой у нас металл может быть мягким?

– Золото, олово, серебро… – тут же принялся перечислять Лего-в-глаз.

– Не золота! Не серебро! – замотал головой маленький кузнец. – Моя знать такой плохой, но дорогой металла! Моя из него не ковать, моя его у других человеках на хороший вещи менять. И олово моя знать! Олова сплава, не металла.

– Значит, не они, – подытожил Косторез. – Хм, может, ртуть.

– Ртуть жидкая, – помотала головой Снайперша.

– А ртутная руда?

Возразить на это девушке было нечего. Как выглядит порода, из которой добывают данный химический элемент, она себе просто не представляла.

– Чёрт с ним, с этим минералом. Пусть хоть сильверит, двемерит или драгонит какой-нибудь, в природе в принципе не встречающийся, – констатировал Косторез. – Главное, что он здесь есть. В отличие от предыдущих семи пещер, которые мы зачистили. И эти чешуйчатые мартышки могут его добывать.

– Моя не мартышка! – возмутился кузнец-рептилоид.

– Твоя пасть захлопнет и нас слушать будет, если хочет, чтобы мы его племя от других людей и дальше защищали, – хмыкнула Снайперша. – Или напомнить, каким спросом стали пользоваться одежды из шкуры кобольдов?

– Моя не надо напомнить. Моя умирать будет – вспомнит. И после тоже не забудет, – сник крохотный гибрид крысы и ящерицы. – А ваша – хуже бешеных зверей, раз делать такое!

– Ну если вы не хотели, чтобы вас истребляли ради лута, то зачем же отращивали себе такие замечательные шкурки? – усмехнулся Лего-в-глаз, свежуя одну из львиц, которой он уже успел выломать клыки. – Это забавное сочетание чешуи и меха не только обеспечивает сразу неплохой комфорт и повышенную прочность, но и отлично защищает от всяких ядовитых тварей, которых полно в ваших проклятых джунглях!

– Моя не виновата, – всхлипнул маленький кузнец, похоже не распознавший насмешку в словах игрока. – Моя таким родиться.

– И умрёт тоже таким, если не будет выполнять производственный план, – расплылась в улыбке Снайперша. – Сколько твоих сородичей нужно сюда пригнать, чтобы первая партия металла была у нас к концу недели? Изделий из него мы, так и быть, накуём уж как-нибудь сами.

– Ага! Надо же навык качать, – довольно хохотнул Косторез. – А если и запорем чего – не беда! Ресурсы же будут, считай, халявными!

Все игроки, находившиеся в пещере, поддержали его дружным смехом. Крысорептилоиды были программами, то есть могли работать, не требуя за это ничего, кроме виртуальных денег и ресурсов. А значит, умники, первыми сумевшие заставить их племя пахать на себя, могли ожидать неплохой пассивный доход. Они бездельничают – а их благосостояние растёт. Просто мечта для любого ценителя сладкого слова «халява»!

– М-да, недоработочка. Подобная хитрожопость – это хорошо… Но только не в нашем случае. Игровая администрация решительно против особо быстрых путей прокачки, – задумчиво пробормотал я, наблюдая за этой сценой с высоты своего небесного командного пункта. – Синдбад, а случаи закабаления неписей в Запределье уже были? Вернее, не самого закабаления, а попытки избежать его, устроив бунт, побег или просто сидячую забастовку?

– У меня есть сценарии: «Сопротивление», «Ложное смирение», «Соблазнение», – принялся перечислять джинн. – Изволите с ними ознакомиться, о Великий?

– Нет, лучше не стоит, – загнал я куда подальше мысль о том, что больно уж перечисленная им последовательность походит на названия дамских романов. Откуда могла взяться в «Запределье» подобная пакость, если мы ещё не вводили никаких смазливых эльфов или готичных вампиров? – Кстати, сценарий «Соблазнение» пометь как не исполняемые для расы кобольдов по анатомическим причинам. Нет, в общем-то они и так вряд ли кем могут эксплуатироваться в данном плане, всё-таки смесь крысы с ящерицей… Но мало ли? Вдруг найдутся… ценители?

Как могут противостоять слабые, маленькие и немногочисленные кобольды большим, сильным и постоянно возрождающимся игрокам? Разумеется, исключительно партизанскими методами. Люди не смогут убить то, что не сумеют найти. А если всё же найдут, им потребуется его ещё и поймать, ибо я сейчас кобольдам подправлю директивы поведения и пропишу необходимость вместо прямого столкновения при потере даже пары-тройки хитов сразу драпать к ближайшему укрытию. Для поставленной на грань вымирания популяции стать пугливой и ценящей шкуру каждого своего представителя – это ведь совершенно естественно.

Остатки племени крысорептилоидов, перебравшиеся в очищенную игроками пещеру, споро принялись за дело. Камень долбили, грызли, таскали наружу… Крышующая их группировка, не ставшая кланом лишь в силу того, что городскую ратушу никак не могли достроить, бдительно охраняла свою живую собственность. Робкие поначалу просьбы неписей снабдить их расходниками, представленными главным образом деревом, шкурами и провиантом, выполнялись неукоснительно и без малейших колебаний. Подобного добра у прокачивающих свои навыки людей, не имеющих возможности сбросить всё добытое торговцам по причине почти полного отсутствия таковых, имелись просто громадные залежи. К тому же кузнец, занявший место одновременно и вождя, и шамана, несмотря на акцент, довольно толково объяснял необходимость тех или иных поставок. Кобольдов нужно кормить? Какой из шатающегося от голода рудокопа работник? Кобольдам нужны лежаки, чтобы они нормально отдыхали? Можно спать и на камнях, только тогда появятся болезни, и шахтёры не смогут трудиться в полную силу. Нужны крепи для сводов? Нет, можно и без них, только тогда скорее рано, чем поздно, всё обрушится. Тогда придётся начинать сначала и, наверное, искать себе другое племя. А ещё требуется уголь для горна, хоть какие-то кузнечные инструменты, носилки, мешки, вёдра, кувшины…

Игроки ворчали, но таскали к входу в шахту стратегические залежи разнообразных предметов бытового назначения, древесины, провиантов и шкур. Впрочем, дней через пять кузнец выдал первую партию «плахога металла», оказавшегося медью. Оружие из оной, на которое немедленно пошли все двадцать слитков, не уступало железным по остроте, но имело намного меньший запас прочности. А кобольды продолжили копать дальше и глубже, мотивируя большой объём работ глубоким залеганием основных рудных пластов. Не верить им особых причин у игроков не было, но всё равно деятельность маленьких полурабов решили проинспектировать. Правда, сунувшиеся внутрь пещеры люди далеко не ушли, так как проходы маленькие рудокопы везде делали под себя. Чтобы только существо их габаритов могло пролезть. И желательно на четвереньках.

– Чема меньше дырка, тема крепче камня стоит. Мы пролазаем, – докладывал кобольд-кузнец, которого едва-едва смогли дозваться из сердца получившегося промышленного района. – Руду вот руками тащить тяжело, да. Телегу бы для неё нада.

– Совсем озверели, хапуги, – скривился Лего-в-глаз. – Может, сразу карету вам подавай?

– Можно карета, – подумав, согласился мастер импровизированного горнодобывающего комбината. – Только маленький. А то расширять очень много придётся.

– Расширять всё равно придётся. Я уже полсотни новичков набрал, которые не против одновременно и силу увеличить, и нормальное медное оружие себе заработать, – нахмурился Косторез. – Сегодня их распустить пришлось, но чтоб завтра же одну из своих нор довели до таких размеров, что нормальный человек в ней поместится!

– Завтра? – задумался о чём-то кузнец, а потом решительно тряхнул головой. – Завтра можно, да. Толька плавка тогда послезавтра ждите. Без миня не успеют, никака не успеют.

– Ну, лишний день погоды не сделает, – пожал плечами Лего-в-глаз. – Заодно и кузню свою из пещеры наружу перетащите. Желающих во всех подробностях рассмотреть, как именно вы плавите металл, у нас воз и маленькая тележка. И каждый за просмотр готов деньги платить. Хе-хе-хе…

– Иногда даже реальные, и на обезличенный счёт, – поддержал его довольный смех Косторез.

– Однако уже на следующий же день повода для смеха у игроков не стало. Взамен, правда, появились вполне уважительные причины для яростной ругани в адрес подлых крыс, бессильного бешенства и взаимных упрёков. Вход в прокопанные кобольдами ходы оказался перегорожен грудами битого камня. Нет, будь это обычный при горнодобывающих работах обвал, его разобрали бы. Вот только пещеру, а также прячущуюся в её недрах шахту теперь изо всех сил защищали обитатели этого места.

– Уки! Уки! Уки!!! – бесновался Лего-в-глаз, которому чиркнувшая по лицу стрела с широким листовидным наконечником сбрила начисто обе губы. Полученная травма «Дефект дикции» особых неудобств своему обладателю не доставляла… Если не считать морального ущерба, вызванного зрелищем тщетно пытающихся не хихикать соратников. Даже самые страшные угрозы и проклятия, лишившиеся большей части согласных, звучали в исполнении пострадавшего игрока на редкость забавно. – Уфью!

– Уфьёшь, уфьёшь, обязательно уфьёшь. Мы поможем, ибо не дело это, когда какие-то блохастые неписи нас кидают, – пообещала ему Снайперша, разглядывая при помощи факела небольшую дыру в стене пещеры, откуда вылетела стрела. – Так, щель пять на восемь сантиметров. Скорее даже бойница, чем щель. Протяжённость около полуметра, дальний конец перекрыт каменной заглушкой.

– Ирку мне! – принялся озираться по сторонам Лего-в-глаз. – Иде исе иументы?! Я итих фис иф фод фемли фостану!

Новая стрела прилетела оттуда, откуда никто из игроков не ожидал. Со стороны выхода. Вонзившаяся в левую ягодицу Лего-в-глаза длинная палка с металлическим наконечником вызвала громкий вопль боли, секундой позже переросший в серию длинных нечленораздельных ругательств. Когда, при помощи Снайперши, инородный предмет стали извлекать из столь деликатной части организма, Лего-в-глаз и вовсе лишился речи, перейдя на какой-то жалобный скулёж.

– Вау! Это жестокая игрушка! – восхитилась девушка, рассматривая скорее вырезанный, чем вытащенный, наконечник стрелы. Несколько коротких, толстых шипов, торчащих под небольшим углом из длинной медной иглы, должны были в процессе извлечения упирать в мясо. И доставлять непередаваемые ощущения… Видимо, они проходили по самой верхней планке того, что могли испытывать игроки в «Запределье», поскольку сразу после начала операции Лего-в-глаз упал на землю, свернулся в позу эмбриона и подняться на ноги больше не пытался. – Я и не знала, что они могут такие делать! Иначе обязательно заказала бы себе пару десятков! И даже честно расплатилась бы!

– Нет, кирку мы тут точно не найдём, – констатировал Косторез, оглядывая стены пещеры. То тут, то там его взгляд натыкался на подозрительно глубокие щели, до конца которых не доставал свет факелов. – Кобольды же не дураки, чтобы оставлять нам такие хорошие ключики к их жилищу. Ничего, новые принесём. И эти злосчастные полметра камня, если надо, под прикрытием ростовых щитов продолбим.

– Папробуй, да, – прозвучал откуда-то снизу голос кобольда-кузнеца. И в следующую секунду вход в пещеру обрушился, оставляя троицу игроков в ловушке. – Человеки думать, они самый сильный. Посмотреть я хотеть, помогать ли им их сила теперь.

Пара игроков мгновенно встала спина к спине, готовясь отразить нападение с любой стороны. И даже своего невезучего компаньона на ноги поднять попытались, но тот пошатнулся и снова рухнул на землю. Однако время шло, а стрелы не летели, из тайного прохода не высыпалась закованная в медную броню от глаз до кончиков хвостов кобольдова рать, и даже с потолка ничего не падало. Но минуты через полторы каждый из людей внезапно вздрогнул, когда его здоровье уменьшилось на один пункт. Затем ещё на один. И ещё. Нечто невидимое медленно высасывало жизнь из несостоявшихся эксплуататоров, напрочь игнорируя их оружие и броню. А ещё в воздухе едва уловимо запахло какой-то сладковатой гнильцой.

– Яд? – первой разобралась с подоплёкой происходящего Снайперша. – Вы отравили воздух этой дыры?! Дебилы!

– Это ещё почему? – удивился Косторез, мрачнеющий на глазах. Из всей троицы игроков он имел наименьшее сопротивление разнообразным отравам, а потому потерял уже практически десятую часть своего здоровья. – Пока похоже на то, что придётся нам идти сначала на респаун, а потом за лопатами. Если, конечно, захотим потерянные при смерти вещи вернуть.

– Да они же передохнут по щелям, как тараканы, какую бы вентиляцию в этих своих норах ни сделали, – самодовольно хмыкнула девушка. – Жаль только, опыта мы за их самоубийство не получим, да и лут собрать трудновато будет.

– Ха-ха! Глупый самка! – Голос кузнеца теперь был плоховато слышен, но всё же достаточно отчётлив, и веселье и ликование в его словах сложно было перепутать с чем-то другим. – Люди – не народ! Вы сдирать шкуры мой племя, так как они защищать от яда… И они защищать от яда, особенно когда быть на самих кобольд! Вы убить шамана! Вы убить вождя! Вы убить три из четыре охотник! Вы думать, мы бояться, вас и стать ваш рабы! Мы бояться! Но мы – не рабы! Рабы – не мы! И наша будуем мстить!

– Ука! Я уфью тебя, ышишь? – вновь сорвался на ругань Лего-в-глаз, медленно поднимаясь на колени. Похоже, болевой шок начал его отпускать. – Уфью! Фано ифи фофно! А фы феня – фет! Феть я – феффмерфный!

– Но твоя не неуязвим и должна дышать. – На того, кому адресовались эти угрозы, они явно особого впечатления не произвели. – А моя построить замечательная дом. Новая дом! Дом, где кобольд тесно, а человек не пролезть! Везде застрять! Дом, где сотни выход, но куда никто из вас не вход! Дом, где мы стрелять, а нас не видеть! Дом, где можно поджечь вонюч-трава, что кобольд дышать может, а человек – нет. Ваша приходить сколько хотеть, кто хотеть и когда хотеть. Отныне наша всегда с удовольствием смотреть, как твая умирать. И в этом помагать!

– Чёрт, похоже, эта крыса нас сделала, – поморщился Косторез, чья жизнь снизилась уже больше чем наполовину. Он достал из рюкзака самодельное целебное зелье, задумчиво взвесил его в руке и положил обратно. Растягивать агонию в тщетной попытке спастись игроку явно не хотелось, ведь при текущем раскладе все козыри находились в маленьких цепких лапках кобольдов. – Выкурить её будет… сложно.

– Нет таких крепостей, что мы не сумели бы раздолбать! – злобно прошипела Снайперша, водя глазами туда-сюда в тщетных попытках отыскать хотя бы одну цель для её лука. Увы, к горькому разочарованию девушки, кобольды ей на глаза не показывались. Они сидели в своих норах и ждали, когда людишки задохнутся. Нет, вероятно, их можно было выманить, если начать копать проход в глубь пещеры… Но не делать же этого голыми руками или даже холодным оружием?! – Не сейчас, так после повышения уровней, появления нормальных хилов и качественных вещей с бонусами на сопротивление ядам!

– Ну ладно, эта крыса сделала нас временно, – поправился Косторез. – В ближайшие месяца два-три брать такой подземный укрепрайон без маленькой армии я не рискнул бы. Целителям и иже с ними надо ведь будет не только появиться, но и прокачаться уровней на пятьдесят – шестьдесят.

Минуты через четыре до последнего надеющиеся неизвестно на что игроки умерли. Обратно к пещере они вернулись значительно позже, чем сошли с круга возрождения. Новый визит к кобольдам игроки предприняли почти через восемь часов и в уже куда более расширенном составе. Почти полторы сотни тех, кто так или иначе вложился в медный рудник, а также почти вдвое большее число сочувствующих, приятелей, друзей, знакомых и наёмников. Почти полтысячи человек, каждый из которых не боялся смерти, старательно пытался заполучить себе лучшую возможную для себя экипировку и более-менее сносно владел хотя бы одним видом оружия. У кого-то это была праща, другой полагался на дротики, третий нёс за плечами двуручный топор, а четвёртый пытался фехтовать двумя ножами… В лобовом столкновении деревню кобольдов, даже отстроенную с нуля до первоначального состояния, они бы уничтожили. Однако спрятавшиеся под землю крысорептилоиды преподнесли своим врагам неожиданный сюрприз.

– Воздух! – заорал один из идущих впереди воинов, заслышав свист стрел, и вскинул большой круглый щит, чтобы прикрыть им голову.

Впрочем, беспокоился он за свою жизнь зря. Беречься следовало тем, кто шёл в конце растянувшейся в длинную змею колонны. И вовсе не со стороны пещеры подкралась к ним угроза. Не слишком большие, но довольно опасные стрелы вонзались в спины и затылки, застревали в суставах, калеча игроков. Почти три десятка игроков либо сразу отправились на респаун, либо получили довольно существенные для них повреждения и частично утратили боеспособность. Ситуация осложнялась ещё и тем, что выжившие стали жаловаться на боль, судороги, затруднённое дыхание, частичный паралич и другие типичные симптомы сильного отравления.

– Вот они! – первым углядел небольшие фигурки, снова натягивающие тетиву, профессиональный охотник Большой Змей. Едва-едва возвышавшихся над травой кобольдов было не так-то просто заметить, ведь каждый из карликовых гуманоидов щеголял в пятнистом зелёном плаще, будто размывающем его очертания на фоне растительности. Если бы эта мелюзга не стала во весь рост, чтобы им было удобнее делать второй залп, они и вовсе могли бы остаться незамеченными. – Вперёд, пока не убежали!

Расстояние до нестройной шеренги кобольдов было где-то метров сто. Не то чтобы данную дистанцию можно было счесть существенной, но на преодоление её требовалось потратить от четырёх до пятнадцати секунд, в зависимости от скорости каждого конкретного бегуна и особенностей попавшегося ему под ноги участка ландшафта. Но кобольды, сделав ещё по одному выстрелу, исчезли из вида максимум на счёте «два». Намного раньше, чем до них успели добраться люди на дистанцию броска дротика. Нет, кинуть на такую дистанцию палку с острым наконечником можно, но попасть… Особенно если не целиться. Раньше, чем пращники раскрутили своё инерционное оружие, которое в принципе не приспособлено к моментальной стрельбе. Раньше, чем свистнули ответные стрелы, выпущенные из человеческих луков. Извлечь стрелу из колчана и натянуть тетиву совсем уж мгновенно всё-таки не получалось, да и на сам полёт ей требовалось чуть-чуть времени. И уж конечно кобольды скрылись раньше, чем в ход могло быть пущено столь опасное для их хлипковатых тушек какое-либо оружие ближнего боя. Самый быстрый из игроков успел только издалека увидеть хвост последнего из рептилоидов, скрывающегося в норе.

В земле более-менее ровной линией красовались тридцать отверстий, которые немедленно разрыли. И обнаружили неглубокий и явно обязанный обвалиться дня через три-четыре тоннель, который больше подошёл бы лисе или иному какому зверьку. Проследить, куда идёт эта извивающаяся подобно змее кишка, было сложно, но можно… Если бы от раскопок народ не отвлекли ещё тридцать стрел, опять же прилетевшие в спины.

– Залпом! Хоть кто-нибудь да попадёт! – скомандовал Лего-в-глаз, поднимая свой лук и спуская тетиву.

Оружие уже давно было приведено в боевое положение, но, как оказалось, кобольды это заранее учли. Каждый из них сделал всего по одному выстрелу и, больше не атакуя, юркнул под спасительный слой дёрна. Град из стрел и дротиков не поразил никого, если не считать случайно пролетавшей по опасной траектории вороны.

– Чёрт, опять ушли, поганцы!

Как бы в ответ на это восклицание толпу поразило новым залпом, но не сзади, чего уже подспудно ожидали некоторые игроки, а сбоку.

– Шустрые, – озадаченно потёр лоб Косторез, на секунду приподнимая свой боевой шлем с забралом и толстой войлочной подбивкой. – Как это они так резво по своим норам ползать ухитряются?

– Их просто две группы, – мрачно заметила Снайперша, делавшая ставку не на броню, а на свою быструю реакцию и вёрткость. В плане защиты подобная стратегия проигрывала, но зато позволяла чувствовать себя комфортно и не особо тратиться на снаряжение по сравнению с так называемыми танками. Девушка напряжённо оглядывала толпу игроков, мало-помалу начавших терять боевой дух, а заодно судорожно пыталась подсчитать потери. Но тут воздух снова наполнил свист стрел, и ей пришлось срочно искать укрытие за своим более толстокожим приятелем. – Или больше. Знаешь, эти длинные кротовины почему-то заставляют меня вспомнить кадры из документальных фильмов о войне во Вьетнаме.

– Ты ощущаешь себя американским морпехом? – округлил глаза Косторез.

– Нет! – ядовито отрезала Снайперша. – Я жду, что против нас начнут применять и другие подлые штучки из арсенала любителей лесной войны! Ямы-ловушки, падающие брёвна, мины, капканы…

Громкий рёв, раздавшийся из ближайших кустов, заставил её прервать перечисление возможных «сюрпризов», которые могли заготовить против людей кобольды. Источником звука оказался здоровенный пещерный медведь, врезавшийся в толпу игроков, будто пушечное ядро. Большой, страшный, лохматый… И с маленькой стрелой, практически колючкой, вонзившейся ему в центр носа. Конечно, выпустили её кобольды, но зверь не разбирался в таких деталях. Разумеется, животное быстро прибили и освежевали, но от первоначального состава освободителей рудника отминусовалась в совокупности почти сотня человек. А ведь до пещеры, где располагались залежи меди и новое поселение кобольдов, было ещё шагать и шагать. Война разгоралась.

Прокопавшие по всей округе подземные ходы, куда люди элементарно не помещались, маленькие партизаны появлялись в прямом смысле из-под земли и стреляли в спину всем встречным и поперечным. Причём стрелы их ярко блестели медными жалами острых наконечников, даже несмотря на слой нанесённого поверх них яда. А стоило людям попытаться поймать крошечных снайперов или хотя бы направить оружие в их сторону, как те вновь скрывались в своих дырках. Попытки докопаться до их логова, очевидно расположенного где-то в шахте, предпринимались регулярно, но кончались обвалами, подгребающими под собой тех немногих счастливчиков, кто сумел дойти до пещеры мимо многочисленных засад. Осадная тактика тоже успеха не принесла. Благодаря заранее сделанным запасам всего-всего кобольды могли держать оборону очень долго. Плюс лучники, которыми, похоже, стало всё половозрелое население племени, явно таскали с поверхности добычу в том случае, если им не подворачивалась возможность поохотиться за человеческим скальпом.

Получившие вместо нейтрального племени злобных партизан игроки ругались… Но не слишком, поскольку столь необходимую им медь они всё-таки получали, пусть и очень оригинальным способом. Достаточно было пройтись по краю территорий, которые крысорептилоиды считали своими, и в щите, доспехах, а может, и прямо в теле обязательно застревало два-три наконечника вместе с прикреплёнными к ним оперёнными древками. И пользоваться этим способом мог любой желающий, а не только маленькая группка хитроумных дельцов, пытавшихся заставить батрачить на себя кобольдов.

Глава 12

– Кеша, да вы там в своей администрации вообще уж охамели в край! – Я испытал серьезное искушение добавить к своей аватаре анимацию «Нервный тик». Вообще-то такой в машинально открытом меню не имелось, но честное слово, данный недостаток мне очень хотелось исправить. Можно даже бесплатно и собственноручно! – Почему я вдруг со следующих суток окажусь вынужден отвечать на запросы тех игроков, кто чем-то недоволен и решил просить помощи у богов?! Кто вообще выдал им справочник божеств и обряды, при помощи которых до них якобы можно достучаться?! У нас такой книги и в каталогах-то нет! Только талмуды той или иной религии, посвящённые всего одному божеству. Максимум – отдельному пантеону, но тогда все его представители рассматриваются лишь в самых общих чертах.

– Что нет в каталогах – непорядок, исправим, – качнул головой Кеша. – А данную информацию мы на официальном сайте «Запределья» уже полчаса как вывесили, уступив просьбам игроков сделать механику игры чуть более понятной и менее хардкорной. Якобы они должны располагать только теми экземплярами священных писаний, которые найдут и изучат сами, но мы решили пойти общественности навстречу в одном… Чтобы на остальных пунктах, более важных, стоять ещё крепче.

– Да чёрт с вами, воротите что хотите! – Я был зол и не скрывал этого. – Но как прикажешь на все эти молитвы отвечать, да ещё не отрываясь от рабочих обязанностей?!

– На всё и не надо. Твоя сфера ответственности – изобилие, и только оно. С другими проблемами будут разбираться прочие… боги, – уверил меня мой однокурсник, принёсший нерадостные вести о резком увеличении проблем, которые придётся решать. – И потом, слишком большое количество обращений фильтруется точно так же, как обычный спам. Поставь своего джинна сортировать запросы, это будет занимать максимум три с половиной процента его мощности в фоновом режиме. Внимание будешь уделять только тем из… кхм… верующих, кто не поленился замутить какой-нибудь достойный обряд. Ну или нравится тебе лично. А если взывающий не нравится, посылай подальше вне зависимости от размера подношений. Всё равно ты любых виртуальных сокровищ себе за пять минут нарисуешь, а как-либо обналичивать их админам строго воспрещается.

– Полный реализм присутствия в «Запределье» антропоморфных богов, по совместительству развращённых абсолютной властью конченых сволочей, – устало вздохнул я, понимая, что отвертеться от дополнительных обязательств не получится. А ведь только-только постоянный аврал схлынул и появилась возможность немного расслабиться! – И какое имя мне присвоено как почётному небожителю-олимпийцу, имеющему право на собственный культ?

– Желес. Покровитель земледелия, торговли и ремёсел. Все, кто хочет получать от этих видов деятельности повышенную отдачу, должны молиться именно ему. Любишь подарки, красивых женщин и вкусно пожрать. Аскетов считаешь идиотами, воинов и прочих завоевателей – тупыми громилами, – отчитался Кеша. – Чуть ли не самую нормальную специальность тебе выбил, цени. Представляешь, с какими просьбами придётся работать той же Повелительнице Боли или там Владыке Гнили? А в каком виде являться к тем, кого они всё-таки сочтут нужным озадачить личным визитом?!

– Лучше бы ты мне открыл свободной карт-бланш на создание какого-нибудь «Жороостризма», – буркнул я, принимаясь фильтровать вал накопившихся в почте посланий. – Синдбад! Подь сюды… Сейчас систему вежливого посылания верующих подальше прикручивать к тебе будем.

– Не, для тех богов, которых мы уже один раз создавали, у нас более-менее устойчивая система складывается, – помотал головой Кеша, наблюдая, как я стираю надпись «На вашем балансе недостаточно средств», почему-то первой пришедшую на ум. – Я охотно верю, что ты в рекордно короткие сроки сумеешь построить свой Мордор с блек-джеком и эльфийскими жрицами, любящими стиль ню. Вот только тогда он пошлёт подальше весь игровой баланс… Ну, пошлёт, когда этот самый баланс нормально всё-таки заработает.

– Не «когда», а «если», – ехидно поправил его я, ощущая горячее желание хоть так уязвить своего приятеля. – Тысячи паладинов нам это реально доказали, разве нет?

Около двух суток назад игроки, которых угораздило оказаться на территории Альвины, смогли-таки построить самый настоящий храм. Ну, или, во всяком случае, достаточно достоверную его имитацию, чтобы секретарша с навыками компьютерных работ заинтересовалась. А как иначе, если культовое сооружение было посвящено только и исключительно ей. Статуи, в которых скульпторы-самоучки всячески старались польстить «небожительнице». Стихи в её честь, причём как нагло уворованные у поэтов прошлого, так и собственного сочинения. Непрерывные гладиаторские бои, где при каждой победе славили ближайшее высшее существо женского пола… Короче, девочка, подвергнувшись продолжительному массажу чувства собственной важности, непозволительно расслабилась, изволила явиться на очередную религиозную церемонию при полном параде, населила храм оказывающими разнообразные услуги неписями-жрецами, выдала своим почитателям кучу долговременных и кратковременных благословений… И дважды доказала, что разницы между богиней и багиней не так уж и много. Альвина пообещала любому смельчаку, который в течение недели положит на её алтарь сердце дракона, посвятить его в паладины. А после удалилась в реал на перекур, поставив следить за исполнением свежесочинённого задания какую-то простенькую программу.

Всё бы ничего… Но у одного из жрецов, по совместительству алхимика, в продаже имелось несколько случайных ингредиентов высшего ранга, в том числе и вырезанный из груди огнедышащего ящера трехкилограммовый и непрерывно дёргающийся мясной насос. Естественно, его тут же купили. Вскладчину, ибо стоила сия фигня в несколько раз дороже своего веса в золоте. Дальше случилась небольшая потасовка, по итогам которой перепачканный с ног до головы кровью товарищей счастливчик шмякнул трофей на обильно позолоченную каменную тумбу и получил-таки столь желанный класс паладина, относящийся к категории «суперэлита».

– Случайность. Подобных событий мы больше не допустим, – отмахнулся от меня Кеша. – И потом кару, которой мы все откатили обратно, большинство игроков восприняли как должное. Они же изначально догадывались, что мухлюют и, следовательно, могут огрести. Пусть радуются, что всего лишь потеряли класс и уронили ниже плинтуса репутацию со слугами светлых богов, а не лишились всего заработанного за восемь с чем-то там часов читерского режима.

Обладатель класса «паладин» автоматически получал столько преимуществ и умений, что мог в одиночку разгонять небольшие банды обычных монстров. А большинство встречных-поперечных неписей при виде его автоматически вытягивались в струнку либо, наоборот, стремились убраться куда подальше. Вслед за победителем импровизированного турнира с залитого кровью пола поднялся серебряный призёр, который не смог выиграть, но сумел уцелеть. Тяжело вздохнув, он дотронулся до лежащего на алтаре куска дёргающегося мяса, зачем-то взвесил его в руке и положил на место. И тут же популяция местных паладинов увеличилась вдвое. Надо ли говорить, что было дальше? Поток внезапно удостоившихся божественной благодати игроков вымел метлой всех близлежащих монстров, буквально опустошив местность. Это даже бойней было назвать сложно… Загонная охота бешеных асфальтовых катков на едва-едва оперившихся и научившихся пищать цыплят – вот ближайший аналог той резне, что устроили игроки несчастным неписям. Неостановимой волной стихийного Крестового похода во имя Великой богини они принялись расползаться во все стороны, неся на кончиках своих мечей тотальный и абсолютный геноцид. Хорошо, кто-то из администрации заблаговременно довёл до искинов перечень событий, при которых те должны немедленно докладывать о произошедшем. И что-то из этого списка стремительно обвешивающиеся трофеями и набирающиеся опыта люди таки учудили. Как результат – всех паладинов лишили их высокого статуса, объявили персонами нонграта в храмах Альвины, а саму секретаршу вызвали на ковёр к высокому начальству для объяснений.

– Ладно, Кеша, считай, что свои новые рабочие обязанности я принял, понял и смирился. – Мне оставалось только ещё раз мысленно помянуть самоуверенную и не слишком-то умную девушку «ласковыми» матерными словами. Уверен, если бы она не заигралась в богиню, то вопрос с работой системы, отвечающей за разного рода молитвы, в очередной раз перенесли бы «на потом», как не самый актуальный. Интересно, ей за такое ЧП, затронувшее больше тысячи игроков, сильно досталось? Думаю, если бы не отец, начальник охраны, локти и коленки в процессе «оправдания» она бы точно стёрла под самый корешок. Но и так девице, уверен, влетело по первое число. Возможно даже, ремнём по пятой точке, несмотря на возраст. – Что там нового в компании и мире происходит? А то я с этим режимом «работа – тренировка – работа» даже последние сплетни выслушать не успеваю.

– В мире без особых изменений. Африка голодает, Ближний Восток полыхает, кого-то бомбят. Европа всё больше напоминает не то Древнюю Грецию, не то Древний Рим своим декадансом, теперь они дошли до идеи чрезмерного применения силы пострадавшей стороной, если та пыталась защититься всего лишь от изнасилования. У нас, как всегда, воруют, правда, всё подряд: что можно и что нельзя, не оглядываясь на мораль, законы и здравый смысл, – пожал плечами Иннокентий, изображая лицом скуку. – В компании тоже ничего особо нового. Расширяемся, углубляемся, укрепляемся, считаем рентабельность нашего детища и радостно ухмыляемся… Только вот Андрей Юрьевич с женой прилюдно безобразную сцену устроил. Не хочет он уезжать домой, чтобы там тихо и прилично помереть, как все нормальные люди. Ну, слово за слово, они там на личности перешли и припомнили друг другу погубленные лучшие годы юности, ходящих по дому в неглиже студенток, разбитые по пьяни машины и периодически обнуляющиеся страницы сберегательной книжки.

– Мрак. Хорошо, что я этого не видел. – Меня аж передёрнуло при мысли о том, какой хай подняли бывший куратор и его супруга. Тем более парой они являлись действительно гармоничной и за словом в карман не лезли. – Не люблю скандалы.

– Да кому ж они нравятся? Ну, кроме домохозяек, которые разные мыльные оперы по телевизору смотрят? – пожал плечами Кеша. – Ладно, пойду я… А ты разберись с запросами, которые от верующих накопились. Не то премиальные перед Новым годом будем не Жоре, а Желесу выдавать!

– Иди-иди… шантажист, – пробурчал я вслед скрывающейся в портале спине друга, а после взмахом руки подозвал к себе Синдбада и принялся вчитываться в систематизированный им список запросов.

Искин рассортировал возможные шаблоны молитв по себестоимости даров, которые предполагается бросать в костёр, делая запрос к высшим силам. Процесс нахождения в культовых сооружениях позволял получить бонус от пяти до ста двадцати процентов в зависимости от святости места, где проходил обряд. Помимо материальных ценностей также допускалось сливать свою жизнь в виде крови и магическую энергию. Однако Синдбад последние два варианта оплаты не мог верно оценить и ориентировался исключительно на рыночную стоимость уничтоженного барахла. В целом такое решение нельзя было назвать ошибочным. Хотя, пожалуй, стоит приравнять одну единицу жизненной энергии к медной монете, а магической – к серебряной. Чародеев в «Запределье» мало, да и восстанавливать свой запас сил для творения чудес им куда сложнее, чем воину намазаться целебной припаркой или хорошо поесть.

– Так, выделить, упорядочить… Все, кто ниже пятисот, однозначно идут лесом! Бог торговли вам не нищий, чтобы за малую денежку хвостиком вилять. От пятисот до тысячи – рандомное благословение с первого по третий уровень на удачу и наиболее прокачанные ремесленные характеристики. Свыше тысячи… Так уж и быть, выслушаем просящих. Благо вряд ли вас много наберётся, такие деньги – это уже маленькое состояние. Ну один в день, ну два… Но никак не больше пяти! Потом, конечно, планку придётся поднять, ну так ничего не поделаешь, инфляция-с!

В базе данных был найден раздел «Боги», и, вытянув оттуда модель Желеса, я смог полюбоваться на мужчину в самом расцвете сил. По меркам каких-нибудь древних аборигенов островов Полинезии, что имели милую привычку есть мимо проплывающих мореплавателей и просто случайно попавшихся им в лапы личностей. Рост у смугловатого бородатого толстяка с хитрым прищуром и большими серьгами в ушах составлял солидных два метра, но вес… Хотя чёрт с ним, с весом, сбросить бы объём! Это уже даже не бочка ходячая, это бак на ножках какой-то! Литров на шестьсот минимум. И одет не лучшим образом, заставляя вспомнить о представителях нетрадиционной ориентации. Халат, расшитый золотом, ещё туда-сюда, но в дополнение к нему дизайнеры нарисовали подозрительного вида белоснежные колготки, серьги в ушах, кольца на пальцах, бусы в три ряда и даже чёртов макияж! Я отказываюсь залезать в шкуру компьютерного персонажа, у которого накрашены губы и брови!

– Синдбад, принимаем вот это угрёбище под прямое управление. И спрячь его куда-нибудь поближе, но так, чтобы на глаза не попадался. К днищу там с обратной стороны прицепи или в кладовку засунь. И повысь минимальную планку личного ответа верующим до трёх тысяч. Да, знаю, дорого. Но если администрация будет жаловаться, пусть сама такую шкурку и примеривает! – решил я, наконец закончив оглядывать модель Желеса со всех сторон. Ну, Кеша! Ну, попугай ты щипаный облезлый! Не мог найти мне что-то приличное?! Бога-кузнеца, например, или там Владыку войны, на худой конец… И чёрт бы с ним, если бы он оказался размером со слона, умеющим выражаться только матерными рыками и рогатым, словно последний олень! – Когда я активирую режим «Марионетка», он должен максимально достоверно повторять все мои движения и действия… С поправкой на комплекцию, само собой. Нет, я не могу на это смотреть! Мне срочно нужно увидеть что-нибудь успокаивающее! Войну, пытки, геноцид, в крайнем случае кабацкая драка сойдёт. Происходит у нас в секторе прямо сейчас что-нибудь интересненькое?

– Один нелегальный торговец из баронств столкнулся с другим контрабандистом, пришедшим скупать в руинах шкуры за бесценок, и теперь их охрана выстроилась напротив друг друга и готовится дать конкурентам бой. Игроки в их противостояние пока не вмешиваются, но я засёк уже четыре организованные группы, намеревающиеся добить победителя. Бывалого браконьера, что был сгенерирован позавчера и якобы решил поселиться в развалинах одного из замков у остатков дороги, прямо сейчас грабят. Но он уже заметил следы присутствия в своём доме чужаков и готовится начать на них охоту, – принялся докладывать искин, подтверждая свои слова видеорядом, демонстрирующим происходящее. – Пострадавшие от набегов племена дикарей пошли в карательный поход и скоро достигнут одного из форпостов, которые воздвигли игроки в попытках удержать за собой понравившиеся участки джунглей.

– О! А вот это оставь! – приказал я своему помощнику. – Мелкие стычки случались сплошь и рядом, но первые в атаку компьютерные персонажи, кажется, такими силами ещё не ходили. Да ещё не на пробирающуюся по лесу толпу или заплутавших одиночек, а на более-менее толковое укрепление. Посмотрим, протестируем, поможем, если что…

Бегущие по лесу спортивной трусцой краснокожие растянулись в длинную цепь, что было в общем-то объяснимо. Попробуй походи по джунглям иначе как по загодя проложенной, расчищенной и регулярно вытаптываемой тропе! Нет, пройти-то пройдёшь, но шуму будет… То сучок под ногу подвернётся, то ветка по голове треснет, то рука не глядя цапнет вместо лианы хвост мирно свисающего с ветки удава. И хорошо ещё, если он окажется не ядовитым. Отряд мстителей, насчитывающий примерно полторы сотни дикарей, состоял из представителей не менее шести разных племён. И, судя по уровням, вплотную подбирающимся к полтиннику, в набег отправилась не едва-едва взявшая оружие в руки молодёжь, а истинная элита этой фракции. Вон, во главе отряда даже сами вожди чешут. Самые татуированные и обвешанные костями убитых противников так густо, что дополнительный внешний слой брони становится им уже и не очень нужен. Да и попробуй нацепи его поверх всех этих украшений, порой достигающих полуметра в длину!

– Синдбад, а разве мы писали им протоколы, позволяющие объединять свои действия? – задумался я, вспоминая проделанную мной при создании данных персонажей работу. – По отношению друг к другу они союзники, и если одни увидят, как их соседа убивают, то немедленно кинутся на выручку… Но мне казалось, для планирования совместных воинских операций разных племён нужно нечто большее. Как минимум дополнительные расчётные мощности. Откуда они вдруг взялись?

– При генерации шаман Рыгун-хвать-за-шею получил талант «Базовое лидерство», – оповестил меня джинн о прихотливых результатах генератора случайных чисел. – Данное умение позволяет ему координировать действия до десяти персонажей и использовать их в целях обеспечения своей безопасности и создания благоприятных условий существования. Выбранный из перечня стратегических действий шаблон «Набег» отвечает обоим условиям. Внести коррективы?

– Не надо, – остановил я своего искусственного помощника, который уже был готов ринуться исправлять результат наших совместных действий. – Хотя постой! Базовое лидерство, говоришь? Но тут не десять человек, далеко не десять… Когда и как этот твой Рыгун успел прокачать свой талант настолько, что увеличил его эффективность более чем в десять раз?!

– В свою свиту шаман включил исключительно вождей и других шаманов, о Великий, – поклонился Джин. – Остальные просто подчиняются им в соответствии с заданными для племён дикарей шаблонами поведения.

Несколько организовавшихся в устойчивую группу игроков возвели свой форт лишь в нескольких метрах от остатков древней дороги, воспользовавшись в качестве основания для постройки развалинами стоявшего там здания. Трёхметровый частокол, благо в больших брёвнах недостатка не было, был понизу обложен камнем и являлся непреодолимой преградой для большинства хищников, не умеющих летать или карабкаться по вертикальным поверхностям. Медведи, пантеры, волки, хищные ящеры, громадные змеи и прочие не особо мирные обитатели джунглей регулярно прореживали популяцию людей, пытающихся их исследовать. Прописанные в качестве приоритетных целей для агрессии игроки привлекали агрессивных монстров, как магнит. И те были далеко не всегда рады подобному вниманию, ибо агрессивная фауна и флора даже не думала подстраиваться под уровень, остаток здоровья и боевые возможности избранной ей цели. В результате место, где можно сбросить с хвоста вставшую на след погоню или просто передохнуть, не опасаясь внезапно почувствовать чьи-то зубы на пятой точке, пользовалось изрядной популярностью. Штурмовать укрепления простые твари не умели. А даже если бы и умели, высадить сделанные из толстых досок ворота не смогли. И потому зверью оставалось лишь слоняться по его окрестностям до тех пор, пока им не надоест. Хотя куда чаще сверху в них пускали стрелу, мигом заставляющую потерявшее всякий страх животное удирать подальше. Ну или наоборот, упасть на месте и тихо-мирно, лишь иногда дрыгая лапкой, ждать своего убийцу, уже идущего к добыче с большим ножом для свежевания.

Забор, который проломить с ходу сумел бы только дракон или тираннозавр, окружал тройку зданий бытового и хозяйственного назначения и одну достаточно высокую и слегка кривоватую вышку. С вершины наблюдательного пункта при необходимости можно было устроить шикарный обстрел окрестностей, густо заросших разнообразными плодово-ягодными культурами. Вообще-то, если верить библиотеке шаблонов, изначальной основой форта была никакая не крепость, а просто заброшенная ферма, но, видимо, чем-то она людям приглянулась. Возможно, крепким фундаментом первого этажа, который оказалось очень легко окончательно доломать, превратив в высококачественные и уже находящиеся прямо на месте строительные материалы. А возможно, густо разросшимися в округе яблонями, грушами, сливами, вишнями и целыми зарослями чуть одичавшей, но всё равно достаточно вкусной малины. Скорее всего, им понравилось всё же второе, и укрепление изначально возвели, дабы охранять полную полезных вкусностей делянку от конкурентов и травоядного зверья, что, подчиняясь заложенным в них программам, так и норовило сожрать урожай, получая за каждое поглощённое лакомство какие-то микроскопические крохи опыта.

В одноэтажных домиках жили хозяева форта и те из игроков, которых они решили пустить к себе на постой. Впрочем, свободного места внутри с каждым днём оставалось всё меньше и меньше. Поднакопившие силёнок в руинах игроки в поисках приключений и лучшей добычи теперь регулярно забирались в лес и возвращались обратно в «цивилизацию», груженные трофеями, как мулы. Понятное дело, часть собранного ими в диких дебрях барахла оседала и у хозяев перевалочного пункта, помимо крова и безопасного отдыха предоставляющих желающим снаряжение взамен выбывшего из строя, вкусную еду, горячительные напитки и разнообразные целительные примочки.

Подобравшиеся вплотную к человеческому укреплению дикари принялись равномерно рассредоточиваться вокруг частокола, действуя очень медленно, но зато тихо и незаметно. В руках краснокожих коротышек по большей части оказались луки, вытащенные из колчанов стрелы были тщательно перемотаны сухой травой, и на три-четыре стрелка обязательно приходился хотя бы один деятель с факелом. Пока ещё не зажжённым. Что именно задумали эти существа, угадать было не сложно. Не желая терять своих подчинённых на штурме ворот, высадить которые карликам было бы тяжеловато даже при отсутствии сопротивления, вожди и шаманы решили просто спалить постройку своих врагов к едрёне фене. Трофеями в этот раз обитатели леса определённо приняли решение пожертвовать. Останется чего на пепелище – и хорошо. Нет – ну и чёрт с ним. Уж травок и шкур у жителей джунглей и своих более чем хватало. Возможно, будь они настоящими, любящее грести всё под себя руководство и не допустило бы подобной расточительности, но лишь имитирующим жизнь программам забота о своём кошельке была попросту чужда.

Как дикари координировали между собой свои действия, мне осталось непонятно, однако полторы сотни миниатюрных каннибалов действовали словно детали качественных часов. Чётко, без паники, шума, гама и суеты. Даже какими-нибудь условными совиными криками друг с другом не обменивались, и потому я сделал себе заметку поработать над этим вопросом. Телепатией их шаманы не владеют, это точно. Азбуки у них нет даже обычной, не говоря уж о сигнальной. Часов тоже в числе вещей первой необходимости у голозадого лесного папуаса не предусмотрено. Значит, надо будет данный момент доработать, и в следующий раз при крупной драке передавать команды действующим вне зоны видимости начальства отрядам станут назначенные курьеры, которых можно перехватить и, при удаче, даже раскрутить на секретную информацию пытками, обманом или подкупом.

Примитивные, но достаточно надёжные в умелых руках кремни высекли искры, поджёгшие заботливо подставленную сухую траву. От неё уже запалили факелы, а теми, в свою очередь, стали аккуратно, но довольно быстро тыкать в уже наложенные на тетиву стрелы. Сотня горящих снарядов взмыла со всех сторон и осела в деревянных стенах форта. За ней, с разницей в десять – пятнадцать секунд, последовала вторая. Маленькая крепость, если рассматривать её с большой высоты, сразу стала выглядеть как-то по-новогоднему. Казалось, будто на неё навесили гирлянду из множества маленьких светодиодов. Игроки, находящиеся внутри укрепления, заметались туда-сюда, когда несколько перелетевших преграду горящих подарочков ткнулись куда придётся: в крытые большими сухими пальмовыми листьями крыши домиков, в не ожидавших внезапной боли и потому соответственно отреагировавших людей, в товары, процентов на семьдесят – восемьдесят являющиеся горючими и уже подготовленные к дальнейшей транспортировке. Во всём этом бардаке хранил невозмутимое спокойствие только один человек – замерший, будто статуя, на своей вышке часовой. Затормаживающий сглаз, который на него непрерывно набрасывало сразу несколько шаманов с момента выхода орды на боевой рубеж, за счёт совокупного синергизма чар превратился в полноценный паралич и просто не позволил бедолаге поднять тревогу при виде шастающих туда-сюда краснокожих.

Третий залп дикарей совпал с появлением защитников на вершине частокола, от которого уже вовсю поднимался дымок. Сухое дерево, а в соответствии с игровыми условностями срубленный более суток назад ствол уже таковым вполне мог считаться, потихоньку занималось пламенем. Не везде, далеко не везде… Но даже если из десяти стрел к появлению постепенно увеличивающегося очага возгорания приводила всего одна, этого уже было достаточно. Ситуацию могло бы исправить вылитое в нужно место ведро воды или даже несколько сильных хлопков по тлеющим кольям какой-нибудь шкурой или мешком. Вот только пойди найди нужное место, когда в высунувшуюся над гребнем частокола башку норовят влепить меткую стрелу лучники, а о том, чтобы выйти из-под защиты укрепления наружу и посмотреть на него со стороны, нечего даже и мечтать.

Запертые внутри разгорающейся ловушки игроки пересчитали друг друга и обнаружили, что их оказалось всего-то человек тридцать. И то это было достаточно много по меркам форта, где на постоянной основе проживало меньше десятка игроков. Чтобы отбиться от случайной банды дикарей или вылезшего из своей берлоги саблезубого пещерного мишки, такого количества хватило бы за глаза, однако отстоять укрепление от организованной орды дикарей с подобными силами нечего было и пытаться. А потому люди спешно запихнули в свои инвентари самое ценное имущество и пошли на прорыв, надеясь, что краснокожие не станут полностью уничтожать форт. Бросят или займут его сами – не важно! Всё равно им не продержаться долго, когда сюда вернутся не способные умереть навсегда хозяева. Да ещё и помощь с собой приведут, ведь недостатка в желающих заработать лишние очки опыта всегда хватает.

Прикрывающийся щитами, тюками шкур и даже крышками от бочек отряд вывалился из ворот форта и метнулся к дороге. Низкорослые дикари неплохо передвигались по пересечённой местности, однако на более-менее ровной земле коротконогие коротышки существенно проигрывали нормальному человеку в скорости бега. Людям стоило удержать высокий темп всего-то метров пятьсот, и они точно оторвались бы. Правда, вожди дикарей тоже это отлично понимали и потому сосредоточились именно на ближайшем к выходу из маленькой крепости участке. Шесть сильнейших воинов своих племён, несмотря на скромные габариты, являлись довольно опасными противниками. К тому же с каждым из них была свита минимум в три-четыре воина. А ближайшие лучники, нисколько не сомневаясь, мгновенно перенесли огонь со стен форта на более заманчивую мишень. И даже стрелы свои тушить не стали, нанося игрокам вдобавок к физическому заодно и термический урон. Меткость у них серьёзно хромала, к тому же три четверти стрелков стояли слишком далеко для немедленного вступления в битву, но всё искупалось более чем солидной численностью кровожадных карликов.

– Не бросайте меня-а-а-а! – раздался заполошный крик сидевшего на своей вышке часового, о котором в суматохе соратники просто забыли.

Ну а шаманы перенесли свои усилия на пытающихся смыться людей, не столько обездвиживая их, сколько кратковременным импульсом в пару секунд заставляя спотыкаться и замедлиться. Проморгавший нападение раззява огляделся, оценил высыпавшую из леса толпу дикарей и, приняв решение продать свою жизнь подороже, принялся натягивать отбитый у «полярников» арбалет, между прочим, большую ценность по местным меркам… Однако, прежде чем он успел сделать хотя бы один выстрел, его и без того немного покосившаяся вышка с громким треском накренились и рухнула, подняв кучу пыли. Возведённая строителями-самоучками кое-как, второпях конструкция чуть раньше получила несколько зажигательных стрел почти в одно и то же место, а именно в одну из своих опор. И математика «Запределья» посчитала, что запаса прочности у данного объекта не хватит пережить подобное.

Воины дикарей не стали атаковать убегающих игроков лоб в лоб, а, выстроившись клином, попытались врезаться им во фланг, чтобы боковым ударом рассечь убегающую толпу на две части и потом уже добить тех врагов, кто оказался недостаточно проворен. Чтобы облегчить себе сей нелёгкий труд, заблаговременно натёртые маслом, отгоняющим насекомых, краснокожие метнули в людей несколько пчелиных ульев. Казалось, судьба битвы предрешена… Как вдруг с оглушительным рыком из леса навстречу малорослым каннибалам вырвалось нечто, с ходу отвесившее одному из вождей пинок. Кровожадный карлик немедленно воспарил и больше не приземлился, поскольку на излёте умудрился спиной нанизаться на так некстати подвернувшийся сук.

– Хайлевелы! – то ли облегчённо, то ли благоговейно выдохнул один из хозяев форта, наблюдая за тем, как облачённый во что-то, напоминающие форму регбистов, и латы Крысокрот втаптывает ногами в землю второго вождя, одновременно колошматя третьего по голове большой железной битой.

По эффективности конкуренцию ему составлял известнейший кузнец региона Чугуний, сверкающий на солнце полированными тяжёлыми латами и здоровенным двуручным молотом, крушащий рёбра и черепа краснокожих налево и направо. К тому же из-под крон деревьев то и дело появлялись новые игроки, может, и не столь эффектные и эффективные, но довольно многочисленные. Дикари визжали, как бешеные, пытаясь задавить количеством двух высокоранговых бойцов, имевших запредельные, по их меркам, показатели бронирования, но лишь впустую обламывали о металл костяные и каменные наконечники. А может, в звуках, которые издавали карлики, оказался повинен странный чёрный дождь? Маленькая тёмная тучка лениво дрейфовала над полем боя на высоте двух-трёх метров и периодически начинала моросить странной жидкостью, от которой на красной коже кровожадных карликов моментально вспухали здоровенные багровые нарывы.

– Фух! Наши капиталовложения спасены!

– Не радуйся раньше времени, – посоветовал ему росший у обочины дороги куст. – Я стрясу с вас компенсацию за каждое потраченное на этот бой зелье. И ещё долю в будущих доходах за спасение ваших сараев не постесняюсь потребовать!

– Во-первых, не в доходах, а в прибыли, а во-вторых, фиг тебе, а не доля, – тотчас же начал торговаться с неожиданно говорливой флорой игрок. – А в-третьих, что ты вообще такое?!

– Дракошка это, – пояснил ему один из компаньонов, имевший чуть более прокачанный навык «Наблюдение» и сумевший разглядеть среди ветвей и листьев знакомого вида девушку. Только почему-то зелёную, как молодая трава. Видимо, имело место какое-то экзотическое зелье маскировки, а может, и самые настоящие чары камуфляжа. – Она сегодня у нас вместе с другими алхимиками должна была выкупить ту партию целебных трав, которую мы последнюю неделю собирали. Ну, помнишь, я тебе вчера ещё об этом говорил?

Алхимиков, предпочитавших держаться вместе из-за относительной слабости своих персонажей и довольно высокой стоимости всегда носимых с собой вещей, а также нанятых ими для сопровождения охранников, оказалось почти два десятка человек. Вроде не так уж и много, но почти каждый из этого числа имел какой-либо класс и благодаря ему обзавёлся теми или иными преимуществами. Дикари, попытавшиеся поддержать стрелами истребляемых воинов, быстро были опрокинуты, рассеяны и уничтожены. Их остатки, числом около пары дюжин каннибалов, оказались загнаны во всё веселее и веселее полыхающий форт, ворота в который улепётывающие игроки просто забыли закрыть за собой. Перемахнуть же ласточкой через горящие стены не получилось бы даже у наиболее тренированного в атлетике обладателя гордого класса «футболист». Хотя он и попытался взять с разбегу полыхающий барьер, пробежав строго вверх по вертикальной поверхности, но, не удержавшись на гребне частокола, плюхнулся обратно вниз, словно куль с картошкой.

– Проклятые шаманы! – ругнулся Крысокрот, на которого медленно оседала поднятая его падением пыль и носимые ветром клочья пепла. – Как же они мне надоели! Чёрт с ним, с паркуром, но они же даже комбо-удары своим станом перебивать ухитряются!

– Много их там? – поинтересовалась у него Дракошка, рассчитывающая взять с тел дикарских колдунов какие-нибудь магические трофеи. Одна из немногих игроков, кто сумел получить доступ к магии, она тщательно развивала свои задатки, мечтая в ближайшем будущем переквалифицироваться в самую настоящую ведьму. – Успел разглядеть?

– Лучше, – хмыкнул несостоявшийся убийца, по роду планируемой деятельности обязанный быть наблюдательным. – Я сделал скриншот, пока не совсем упал! Так, макаки краснозадые обычные – десять штук, макаки сушёные колдующие – четыре штуки.

– Было же больше? – озадачился Чугуний, протирая тряпочкой свой окровавленный молот, чтобы свести к нулю шансы появления отрицательного свойства предмета «заржавевший». – Куда делись остальные?

– А они там по ходу друг друга режут, – задумчиво почесал подбородок Крысокрот, медленно поднимаясь на четвереньки и оставляя после себя на земле отчётливый отпечаток. – Там ещё восемь обычных трупов и два шаманских. Причём они точно не нашей работы, стрелой отпиливать голову и вырезать сердце вроде бы даже Снайперша пока не умеет. Вы думаете о том же, о чём и я?

– Угу. Жертвоприношение как часть магического обряда, – кивнула Дракошка. – И насколько я знаю правила этого мира, ни к чему хорошему такая фигня точно не приведёт. Вон в лагере археологов всего одну любящую налево гульнуть курицу зарубили, а сколько трупов-то потом поднялось!.. Да даже если и просто какой-нибудь дрянью вроде кислотного дождя жахнет, нам всё равно мало не покажется. Валим!

Алхимиков, их свиту и прочих случайных личностей уговаривать не пришлось. Нашествие зомби помнили все, и в эпицентре подобного события было мало желающих. Пытаться пробиться в горящий форт остались только его бывшие владельцы… которых минут через пять растерзало некое создание, точный облик которого выжившие определить поначалу не смогли.

– Двигается быстро, очень быстро, я за его мельтешением и следить-то толком не успеваю. Высотой не меньше трёх метров, но для своих габаритов худоват. Окрас жёлто-красный, но какой-то пятнистый, – докладывал спустя пять минут всем своим слушателям Крысокрот, забравшийся чуть ли не на вершину высокого дерева, стоявшего почти в полутора километрах от догорающего форта. – Оружия не вижу. Так, сейчас он добьёт последнего… Добил, разорвав на две части. Теперь правую жрёт, а левую просто держит.

– Демон? – предположил Чугуний, нервно потирая руки и заставляя окружающих поморщиться от металлического скрежета. Латные перчатки из сырого железа были достаточно практичным элементом брони, но музыкальным звучанием уж точно не обладали. – Им же не обязательно быть готически красно-чёрными? Мог какой и посветлее найтись… Ха! Да с дизайнеров бы сталось нарисовать даже розового в белый горошек, если бы они решили, что это заинтригует публику!

– Всё может быть, только впечатления немного не те, да и крыльев не вижу, – откликнулся со своего насеста футболист. – Рога, может, и есть, но маленькие. А вот когти стопроцентно имеются, и морда вытянутая. Просто слишком уж далеко мы удрали, чтобы суметь разглядеть больше.

– Вытянутая как у крокодила? – задумалась Дракошка, пытаясь представить себе облик твари. – Или как у лошади?

– Нет, не настолько, – не согласился с ней Крысокрот. – Максимум как у собаки. Так, кажется, хвост есть! Да, точно есть, вон он им из стороны в сторону хлещет… И в нашем направлении смотрит… Епыть! Да он же сюда бежит, только пыль столбом!

Когда футболист ссыпался с дерева, отряд уже успел обнажить оружие и приготовился обороняться от нападения неизвестного монстра. И тот не заставил себя долго ждать. С жутким шумом, криком перепуганных птиц и треском ломающихся веток, а может, даже и стволов, нечто вломилось в джунгли совсем рядом с ними… И затихло.

– Если эта штука просто влепилась с разбегу в какой-нибудь вековой баобаб и самоубилась о него, то я сдохну от хохота, – мрачно бросил Крысокрот, сильнее стискивая рукоять двуручной металлической биты.

– Хмпф! – скептическим хмыком поддержал его Чугуний, зыркающий из-под глубокого шлема туда-сюда. – Чтоб нам да так повезло! Верно я говорю, Дракошка? Дракошка?!

Девушка не ответила. Её просто не оказалось на том месте, где она находилась буквально секунду назад. А ещё сверху капало нечто красное, и кто-то жадно чавкал, что было особенно хорошо слышно во внезапно наступившей мёртвой тишине. Задрав голову, люди с ошеломлением и ужасом уставились на чудовище, стоявшее на той самой ветке, откуда Крысокрот лишь недавно рассматривал догорающий форт. Общим строением тела тварь напоминала вставшего на задние лапы долговязого рыжего кота, которому какой-то шутник сначала приделал почти человеческие руки и ноги, а потом попытался содрать с получившегося гомункула шкуру. Именно попытался, а не содрал. Местами плоть монстра шла светлым мехом с мелкими чёрными пятнышками, а местами обнажалась почти до самых костей, открывая взглядам пульсирующее алое мясо. В верхней паре лап уродец бережно и почти нежно держал длинными, тонкими пальцами пропавшую, с видимым аппетитом выедая ей живот. Шея Дракошки при этом была вывернута градусов на двести семьдесят, что автоматически делало процесс жизнедеятельности алхимика невозможным и объясняло её молчаливость.

– Шаман Рыгун-хвать-за-шею. Тотемный оборотень-леопард, – прочитал идентификатор твари Чугуний, медленно убирая большой двуручный молот в специальное крепление за спиной и снимая с пояса свой привычный кузнечный инструмент, куда больше годящийся для метания. – Вот для чего ему потребовалось своих же в жертву приносить. Уломал-таки какого-то духа подселиться. Левел-апнулся, скотина проклятая!

Со свистом рассекая воздух, тяжёлый метательный снаряд пронесся в том месте, где секунду назад находилась голова монстра. Оборотень вовремя присел и швырнул в людей трупом Дракошки, а после, совершив грандиозный скачок метров на двадцать, скрылся в кроне соседнего дерева. Попытавшиеся разглядеть его там и нашпиговать стрелами с безопасной дистанции игроки не сумели найти своей цели… А после с очень удивлённым видом развернулись в сторону заглушённого мычания, раздавшегося позади них, и увидели, как оседает на землю кузнец, кровоточа двумя струйками алой жидкости из глазниц. Монстр воткнул ему два очень острых когтя под шлем, нанося смертельную рану, а чтобы предотвратить крик, попытался заткнуть рот Чугуния собственным хвостом. Последнее у него, правда, получилось не слишком успешно… Но, так или иначе, умудрившаяся обойти людей со спины тварь снова выиграла достаточно времени, чтобы, не вступая в честный бой, снова сигануть в кусты. Одинокий камень из пращи, ударивший её напоследок под лопатку, мог считаться разве только чисто символическим успехом.

– Да эта фигня над нами издевается! – попытался дёрнуться в погоню один из охотников. – За ней!

– Стоять! – схватил его за плечо Крысокрот. – Разве ты ещё не понял? Вокруг джунгли! Эта тварь на своей территории. И она не издевается, а ведёт на нас охоту.

– И что теперь делать? – посмотрел на него торопливый игрок.

– Не играть по её правилам и не разделяться. А также как можно скорее выйти на открытое пространство, – пожал плечами футболист. – Похоже, у этой разновидности оборотней нехило прокачан камуфляж… Ну так надо найти место, где она от нас не сможет спрятаться. Например, развалины форта, где хозяева по мере сил расчистили местность.

Частично Крысокрот угадал. Рядом с ещё тлеющими руинами монстр действительно не смог больше атаковать врасплох. Однако долго оставаться рядом с пустым в общем-то местом игроки не захотели. А стоило им снова войти под сень джунглей, как их немедленно принялись отлавливать по одному, атакуя врасплох из, казалось бы, абсолютно невозможных позиций и засад. Удалиться от остывающего пожарища дальше чем на четыре километра и не попасть на респаун так никто и не сумел.

Глава 13

Как принято охотиться на оборотней? Сложный вопрос… Лично у меня при подобной постановке вопроса сразу возникали ассоциации с наймом специализирующегося на подобных монстрах профессионала, вооружённого большим и острым серебряным мечом. Но игроки, которые периодически несли потери от вконец обнаглевшей твари, оказались скуповаты. Да и выхода на какой-нибудь аналог ведьмаков на разведанной ими территории вроде не имелось. Во всяком случае, я его ещё не создавал, и Синдбад о вмешательстве посторонних божеств на моей территории не докладывал. А потому народ решил использовать загонный метод, собравшись в толпу, насчитывающую почти полторы сотни человек, и принялся прочёсывать тот район бесконечного тропического леса, из которого чаще всего путешественники улетали на респаун. В чём-то такая практика была оправдана. Следопытов, в том числе и довольно профессиональных, среди качающих первые уровни в дикой природе хватает. А значит, кто-нибудь что-нибудь да заметит. Сломанную ветку, след в лесной подстилке, распахнувшиеся в жутком оскале клыки… Если повезёт, он успеет не только закричать, когда его начнут рвать на части, но и пару раз двинуть в ответ, задержав чудовище на одном месте. А там уж всем миром тварюгу забьют как-нибудь, заменив качество количеством. Одиночного ли монстра и случайно встреченных хищников, не сообразивших вовремя убраться куда подальше, бояться маленькой армии? Их – много! Они – сила! Да вообще, если будет нужно, все джунгли вытопчут!

Одного не учли храбрые охотники, собравшиеся извести докучающую им тварь. Того, что против них будет не безумный одиночка-вервольф, страдающий от ужасного проклятия. Оборотень, отлавливающий и уничтожающий людей под кронами развесистых тропических деревьев, был эволюционировавшим шаманом. А кто такой шаман, помимо того что мастер общения с потусторонними силами? Пра-а-авильно, очень уважаемый в среде своих соплеменников человек. Ну, или не совсем человек, не важно… Главное, что он духовный наставник энного числа злобных морд, которых в случае необходимости не постесняется позвать на помощь. Или вообще будет подзуживать их к тому, чтобы они всеми силами готовились к будущему конфликту. Заранее готовились, а не лежали под ближайшим кустиком, пожёвывая бананы или запечённую на углях змею.

– А-а-а! – дружно заорали сразу три игрока, когда земля под их ногами разверзлась, и они скопом полетели в волчью яму. Волков там, впрочем, не было. Кольев тоже, хотя неудачники явно предпочли бы близкое знакомство с иголками-переростками любого диаметра. – Вытащите нас отсюда! Быстрее! А-а-а!

Дикари затолкали в вырытую ими и искусно замаскированную ловушку царицу огненных муравьёв. Метровое насекомое всего-то двадцатого уровня было само по себе относительно безобидным, несмотря на умение выдыхать маленькие огненные шарики. Повстречайся с ней человек на лесной дороге – и тварь предпочла бы просто уползти от большого двуногого подальше, ибо придерживалась сугубо пацифистских убеждений и первой не нападала ни на кого. Но зато её детишки, каждый из которых уступал своей прародительнице раза в три-четыре, рождались теми ещё агрессивными люмпенами. И наплодить их царица за время своего заточения успела сотни полторы. Погребённые под валом кусающихся насекомых бедолаги были заживо разделаны на очень мелкие кусочки раньше, чем им успели оказать помощь.

– Почему эти твари не выберутся наружу? – заинтересовался кто-то из игроков, останавливаясь на самом краю большой ямы, где копошились хищные тварюшки. – По гладким стенкам ползать они ведь явно умеют.

– Края смазаны соком бродячей ядоплюйки, – пояснил ему один из очень хорошо изучивших флору и фауну джунглей охотников. – Отличный инсектицид, запах которого намертво выучили все насекомые. Жаль только, эффект держится не очень долго, каждые два дня надо подновлять, а это ходячее растение не очень-то и подоишь.

Врум! – просвистела в воздухе корявая, но очень толстая стрела, измазанная чем-то тёмным. Охотник, не ожидавший такого «подарочка» и не успевший увернуться или чем-нибудь закрыться, со стоном опустился на колени, пытаясь вытащить хвостовое оперение из своего живота.

– Вы не поверите, но тут на тропе самострел! – крикнул один из участников ушедшего вперёд дозора. – Сделан из лиан и палок, развалился после первого же выстрела, но здоровый-то какой! Хорошо я вовремя его разрядил!

– Убью идиота, – проскрипел раненый и скончался от наложившихся друг на друга отравления и кровотечения.

Друзья ушедшего на респаун отправились объяснять «сапёру» всю неправоту его действий. Пока его били, остальные внимательно изучали отыскавшуюся в зарослях какого-то колючего кустарника конструкцию.

– Действительно арбалет, – констатировала Снайперша, специализировавшаяся на дистанционном оружии и достигшая, по общему признанию, немалых успехов в обращении с ним. – Я и не знала, что дикари умеют их делать.

– Полагаю, они и не умели. А может, до того, как мы начали жечь их селения, не испытывали потребности в изготовлении подобного оружия… – задумчиво протянул Косторез, среди своих приятелей считающийся чуть ли не интеллигентом за довольно широкий кругозор и умение просчитывать последствия большинства своих действий шага на два-три вперёд. – В соответствии с законами эволюции выживают именно те, кто лучше прочих умеет приспосабливаться к изменениям окружающей среды. Помните, в городе мы истребили почти всех змей. И новые поколения пресмыкающихся стали гораздо ядовитей и лучше маскируются. Да и те же кобольды стали из простых охотников-собирателей отчаянными партизанами-подземниками после того, как мы их нехило прессанули. О! Мне единичку мудрости прибавили, видать, правильно в небо пальцем тыкнул!

– Синдбад? Твоя работа? – уточнил я у своего цифрового помощника, поскольку сам ничего подобного не делал.

– Моя, о Великий, – поклонился искин. – Все джинны знают, что богам угодно вознаграждение смертных и бессмертных, сделавших правильный шаг по дороге к Величию. Пусть даже и чисто случайно, но сей человек угадал часть истинного замысла наших творцов. Или сейчас я был не прав и зря даровал ему лишнюю мудрость?

– Да нет, – пожал я плечами, не собираясь придраться к компьютерному разуму, – всё правильно сделал.

Не только игроки набирались в «Запределье» опыта, но и выигрывавшие одно сражение за другим мобы тоже становились сильнее… Ну, те, кому везло. А с генерированием новых порций компьютерных монстров механика виртуальной вселенной уже справлялась и почти без помощи людей. Надо ли удивляться тому, что вместе с сотнями и даже тысячами ставших лутом дикарей в среде каннибалов мало-помалу стали появляться и матёрые ветераны войны за выживание, увешанные скальпами чужаков и обзаведшиеся дополнительными умениями. Воин одержал одну победу над встреченным на узкой лесной тропинке чужеземцем? Он получил бонус к силе или живучести. На его счету уже пятеро? Значит, добавилось новое умение вроде подлого пинка в пах, метания как бы не метающейся дубины при наличии запасного оружия за спиной или умения уворачиваться с переменным успехом от летящих в лицо стрел. Но воины стояли в первой линии обороны дикарских посёлков и гибли больше всего. Лучникам везло сильнее, к тому же они в случае разгрома имели повышенные шансы удрать или спрятаться от победителей. Ну а войска поддержки… Шаманы не просто так считались интеллектуалами и мозговыми центрами дикарей. Они, если дело оборачивалось худо, отступали без тени сомнений. Бросали детей, женщин, стоящих до последнего стариков и уходили, унося с собой ценный опыт, открывающий им доступ к новым заклятиям, умениям и даже расширяющим доступный ассортимент возможных уловок лидерским качествам.

Игроки, ищущие оборотня, нарвались ещё на три ловушки, выбившие из их тесных рядов четверых человек. Первые две сняли без особых проблем, зато последняя показала себя более чем эффективно, когда качающееся на канатах из лиан бревно с размаху ударило по толпе загонщиков. Удар весящего килограмм сто деревянного бруса, махнувшего на высоте полутора метров, просто размазал головы попавших под него игроков. Их самодельные доспехи банально не могли выдержать такой урон, да и запасы здоровья не оставляли иных вариантов, кроме как умереть на месте. Скрипя зубами, загонщики рассредоточились, не желая отправляться на респаун целыми партиями… А потом к ним, совершенно неожиданно, вышел объект их поисков. Под прикрытием засевших на ближайшем дереве лучников-дикарей эта глыба стальных мускул, клыков, когтей и дикой злобы вломилась в нестройную толпу людей. Первому, кто подвернулся ему под лапу, он просто и без затей вырвал сердце прямо сквозь не такую уж и хлипкую кирасу из крокодиловой кожи. Второму откусил неосторожно высунувшуюся из-за щита верхнюю половину головы и, с аппетитом пережёвывая окровавленные кости черепа, двинулся к третьему и четвёртому, попытавшимся сплотиться и отгородиться от приближающегося монстра выставленными вперёд копьями. Сломав прочные древка, будто прутики, своей массой, он корпусом опрокинул людей на землю и пошёл дальше по их телам, раздирая жертв имеющимися на задних лапах когтями. Раны, оставленные острыми стальными наконечниками на оборотне, стремительно затягивались, а едва-едва уменьшившиеся показатели здоровья всего за три-четыре секунды вернулись к своим максимальным значениям.

Игроки, внезапно попавшие под обстрел с высоты, попытались было ссадить дикарей с облюбованных ими деревьев, но большого успеха не достигли. Засевшие наверху низкорослые снайперы свили там себе настоящие гнёзда, искусно замаскировав живой листвой платформы с высокими бортиками до самых плеч, вполне способными выдержать камень из пращи или обычную стрелу. Всего один краснокожий карлик кувыркнулся вниз с пробитым виском, бессильно пытаясь уцепиться руками за воздух, в то время как почти три десятка игроков обзавелись засевшими в их телах отравленными стрелами. Убить быстро такие подарочки могли редко, но о том, чтобы встретить во всеоружии мечущегося среди деревьев оборотня, почти каждую секунду разрывающего новую жертву, раненным нечего было и мечтать. И без того невероятно быстрый, ловкий, сильный и живучий монстр превышал их по всем параметрам в несколько раз, банально двигаясь быстрее, чем пытающиеся отбиться от него люди. Численное преимущество, на которое так надеялись охотники, никак не получалось реализовать в полной мере. Толпа загонщиков, наконец-то сбившаяся в некое подобие единого строя и отошедшая на казавшееся безопасным расстояние от хорошо подготовленных снайперских позиций, насчитывала всего-то человек восемьдесят. Почти половина первоначального состава уже пала, не нанеся врагу почти никакого ущерба. Бодрой рысцой передвигающийся вдоль ощетинившихся оружием людей оборотень хоть и обзавёлся несколькими новыми шрамами на пятнистой шкуре, но был, как и в самом начале боя, здоров, силён и неимоверно зол. Одержимый духом леопарда шаман грозно рычал на трясущихся от страха игроков, выказывая своё к ним презрение и ненависть, а заодно делая ложные выпады. Впрочем, пару раз они оказывались совсем не ложными, и ещё парочка невезучих охотников отправилась на респаун. Засевшие же в плоти пошедшего в атаку монстра клинки и стрелы либо сами выпали секунды через три, либо он их вырвал с мясом, нанося себе дополнительные повреждения, но устраняя мешающие ему занозы.

– Похоже, эта тварь нас всех тут и положит. – Косторез судорожно пересчитывал оставшиеся у него дротики. Почти половину своего боеприпаса он уже успел выпалить по кружащей вокруг людей твари. Но ни разу в неё так и не попал. Имеющий сверхъестественно быструю реакцию монстр либо уклонялся, либо резкими ударами передних лап в щепки разносил летящие на него снаряды. Хорошо ещё, что не перехватывал, чтобы назад отправить. Нет, некоторым из бойцов дальнего боя по закону больших чисел везло… И тогда оборотень отступал чуть подальше, на ходу затягивая новую рану. – Сохранить строй и отступить мы не сумеем. Никак.

– М-да, я слышала где-то, что вегетарианец – это древнее индейское слово, означает оно «плохой охотник», – невесело хмыкнула Снайперша, возможно чаще других умудряющаяся украсить шкуру монстра новой светлой отметиной в виде небольшого шрама. Да только большого значения в этой схватке её индивидуальная меткость просто не имела. – Так вот, по сравнению с этой тварью мы – вегетарианцы. Причём полные.

– Эй, ты, шерстяной клубок, ну-ка, иди сюда!

Отгораживающиеся от оборотня люди не сразу сообразили, что один из них бесстрашно покинул строй и теперь угрожал чудовищу большим двуручным топором. Облачённый в толстые деревянные латы, воин Крутос действительно выглядел крепким орешком… грецким. В то время как зубы твари справились бы и с кокосовым. Нет, вполне возможно, дополнительные слои бронирования могли бы подарить ему возможность пережить два-три лишних удара, вот только для победы в поединке обычным оружием постоянно регенерирующего противника потребовалось бы стукнуть раз сто. Или двести.

– Давай, драка один на один, по-честному!

Одержимый шаман не заставил себя долго упрашивать. Он подлетел к противнику, уклонился от довольно быстрого взмаха топора, пытавшегося отсечь ему левую переднюю лапу, и вонзил клыки в шею противника, прогрызая возвышающийся вперёд воротник. Однако Крутос, похоже, этого и добивался. Игрок странно дёрнулся, и в следующее мгновение его тело разорвало взрывом. Не слишком мощным. Выпущенный из пасти труп остался лежать на земле одним куском, да и несколько ошарашенный подобным манёвром оборотень потерял лишь процента три от своего здоровья… Зато оказался покрыт потёками белёсой вязкой жижи от мохнатой макушки до кончиков задних лап. Под толстыми доспехами Крутоса, оказывается, прятались кожаные бурдюки с десятками литров этой дряни. Одержимый духом леопарда шаман попытался совершенно по-кошачьему начать умываться… Но с трудом смог оторвать от собственной морды намыленную языком лапу, за которой тянулись длинные нити непонятной субстанции.

– Клей! – заорала Снайперша, первой сумев сориентироваться в ситуации. – Теперь эта тварь не сможет быстро передвигаться! Бейте её!

– Что ж, похоже, развлечение кончилось, – вздохнул я, наблюдая за тем, как игроки забивают оборотня, будто древние люди мамонта. Удары его по-прежнему оставались смертоносны, а здоровье восстанавливалось на глазах… Но без возможности быстро отступить и чуть-чуть отдышаться, приходя в норму, все эти преимущества пасовали перед обрушенным на монстра со всех сторон градом ударов. – Синдбад, что там дальше у меня по рабочему графику?

Спустя полчаса, занятых интенсивной вознёй с программным кодом и настройками получившихся персонажей, я наконец снова смог вздохнуть свободно и начал любоваться на дело своих рук.

– Так, и что вам теперь не так? Что вам теперь не нравится, я вас спрашиваю?! – грозно рычал мускулистый двухметровый орк, сверкая нежно-зелёной кожей на всю таверну. Одежду этот тип не то чтобы совсем не признавал… Просто не любил. А потому обходился самым её необходимым минимумом – короткими кожаными шортами, белым передником и высоким поварским колпаком. А ещё у него по обеим сторонам пояса свисало по огромному тесаку, в принципе тоже вполне способных сойти за предмет из дресс-кода. Во всяком случае, те же носки или перчатки закрыли бы собой куда как меньше тела. – Я спрашивал, когда вы будете довольны моим супом?! Вы сказали, что когда я уже наконец добуду нормального человеческого мяса! И я сходил на рынок! И купил его! И сварил суп! Так какого лысого лешего вы его не едите, твари?!

С клыков орка, чью модель челюсти явно взяли у какой-то весьма зубастой дикой обезьяны, хлопьями полетела слюна. Но вжавшиеся в бревенчатую стенку два каких-то потасканных мужичка, над которыми нависал хозяин гостиницы и её же единственный повар, этому факту возмутиться даже не подумали, стараясь отодвинуться как можно дальше от рассвирепевшего нелюдя, а третий, наоборот, упорно пытался завалиться вперёд… Бедолага от ужаса потерял сознание, что уж тут поделать. Но его компаньоны хоть и тряслись, как заячьи хвостики, но заботливо придерживали своего приятеля от опускания лица в тарелку с горячим супом… где плавал чей-то глаз и нечто, подозрительно смахивающее на человеческие пальцы.

– Развлекаешься? – поинтересовался голос за моей спиной.

Обернувшись, я увидел своего бывшего куратора в его виртуальном облике. Ну и Синдбада конечно же. Если мне джинн, служащий аватарой искусственному разуму, просто кланялся, то перед одним из главных своих создателей и вовсе распростёрся ниц.

– Да если бы. Работаю. – Я рассеял построенную прямо в своём летающем доме таверну с постояльцами, скопировав получившуюся структуру в буфер обмена. – Сами же нас недавно запрягли, чтобы мы альтернативные способы получения классов сочиняли. Вот и пытаюсь составить более-менее интересную и непротиворечивую схему для класса «людоед». Конечно, жаль, что их не сделали отдельной расой, были у меня под неё несколько неплохих задумок…

– Если не лень, можешь их воплотить в каком-нибудь племени каннибалов. Это такие ребята, которых надо плодить и плодить, раз уж являющиеся одними из их наиболее перспективных целей игроки будут вырезать и вырезать любителей столь экзотической кулинарии! – фыркнул Андрей Юрьевич, начиная ходить из конца в конец моего небесного рабочего места. Верный признак того, что он нервничает. Был бы я ещё студентом, судорожно принялся бы вспоминать, где же за мной остались косяки и не нужно ли на всякий случай готовиться к пересдаче одного из профильных предметов сессии. – Но всё-таки орк-людоед – это как-то слишком просто. Нет в подобном сценарии интриги, развитие сюжета видно всем, кроме последних имбецилов. И хотя последних среди наших клиентов не так уж и мало, но надо бы добавить в это приключение какую-нибудь изюминку.

– Ну, сейчас в супе плавали не пальцы, а особым образом приготовленные тритоны, которые на них только похожи, – усмехнулся я, испытывая гордость за хорошо проделанную работу. – Если проникнуть на кухню и разговорить сына и единственного помощника шеф-повара, то можно узнать, что этот орк – горячий сторонник своей национальной кухни. Однако законов баронства, в котором обитает, всё-таки не нарушает, так как ему очень жить охота. Вот только полукровка хочет порадовать папашу его любимой пищей без особого нарушения законов и потому предложит завоевавшему его доверие игроку спереть из местной школы анатомическое пособие. Бульон из настолько старых костей, конечно, сомнителен, но с условностью игровых реалий вполне вписывается в картину мира. Скелетов там целых три: человеческий, эльфийский, гномий, будет из чего выбрать, а можно даже утащить все и сразу. После кражи экспонат восстановят в недельный срок, а игроку предложат попробовать фирменный суп орков, дающий возможность взять этот необычный класс.

– Ловко-ловко… – одобрил мою задумку бывший куратор. – Слушай, а ты дополнительный квестовый сценарий с участием девушки по имени Люда замутить, случайно, не хочешь?

– Так я уже, – только и оставалось мне развести руками.

Подобный персонаж, за которым охотился относительно вменяемый по меркам полных отморозков лич, мечтающий отведать свежего девичьего мяса, был воплощён в код около двух часов назад. Заодно в ту же ветку сценария уплыл и дополнительный способ стать паладином. Для обретения одного из элитных классов нужно было всего-то гневно отвергнуть предложение мёртвого колдуна о помощи голодающим андедам, задвинуть ему речь на тему того, какой он нехороший, помянуть кого-то из богов и ата ковать. Ну и победить в начавшемся сражении, конечно. Последнее было особенно тяжело, ведь квест начинался, только если поблизости не ошивалось ни одного другого игрока, а уровень мёртвого мага всегда превышал аналогичный показатель «помощника» минимум в десять раз. А иначе как? Хочешь быть героем – изволь и эпические подвиги совершать.

– Людоеды не дремлют!

– Это правильно. Сарказм и аллегории – наше всё… – Андрей Юрьевич создал себе кресло, в которое и рухнул, став барабанить пальцами по подлокотнику. – Слушай, Жора, а ты ко мне домой съездить, случайно, не хочешь? Литературку кое-какую оттуда забрать. Ведь ты засиделся уже в этой капсуле так, что скоро корни пустишь. Я тебе как раз своими полномочиями и короткий день сегодня выбью.

– Что конкретно вы забыли? – уточнил я, вовсе не оскорблённый предложением поработать, по сути, курьером. Отдохнуть от виртуала действительно стоило, а то скоро уже месяц будет, как на улицу не выходил. Пара кратковременных визитов в ближайший магазин не в счёт. К тому же почему бы и не помочь больному человеку, которому явно тяжеловато тащиться на другой конец нашей столицы? – И где это лежит?

– Нет, Жора, ты не понял, – покачал головой мой бывший куратор. – Не мне принести, а себе забрать. Насовсем. Понимаешь, сегодня я пытался спуститься по лестнице, чтобы посидеть немножко на улице… И не смог. Чуть не упал без сил, выходя из лифта. Хорошо хоть, рядом кто-то из секретарш по своим делам крутился, успел поймать старика. Я умираю, Жора, осталось уже совсем немного до того времени, когда мозги окончательно пойдут вразнос, заживо сожранные раковыми клетками. Вот и приходится думать о том, что и кому следует оставить после себя. Пока это ещё получается.

– Так у вас же есть дети, – удивился я, себя в списке наследников куратора никогда не числивший. – Двое, если не ошибаюсь. И супруга.

– Но наша специализированная литература для них то же самое, что для нас с тобой китайская инструкция для фена. Циферки, закорючки и схемы какой-то технической фигни. – Молодому лицу Андрея Юрьевича очень не шла вымученная старческая улыбка. Впечатления от такого сочетания оставались самые негативные. – Зачем им все эти справочники, пособия, методички? Они их просто выкинут на помойку. Может, не сразу, лет через десять – двадцать, из почтения ко мне дав полежать ненужному хламу на полках. Ну ладно, пусть это сделают внуки или правнуки. Результат же от этого не изменится, верно? А тебе вся эта литература ещё пригодится, ты же не вечно будешь здесь программный код учить на игроков жути нагонять. Вернёшься ещё и к настоящей работе… Я надеюсь.

– Всё может быть. – Говорить о том, как различаются наши понятия о достойном объекте для приложения своих усилий, мне показалось неуместным. – Но тогда как насчёт Кеши? Ему книжки точно полезней будут.

– Так нужная методическая литература у него и своя есть. Ну, ты там глянешь, что тебе надо, остальное уж как-нибудь найду кому приткнуть. На худой конец в библиотеку института сдам, пусть сотрудники забирают, – отмахнулся мой бывший куратор. – Все свои заметки и черновики я ему уже передал… Заодно кота моего покормишь и воды ему нальёшь. А то супруга сегодня к маме плакаться поехала, а сыновья-обормоты на работе и домой заскочить ну никак не успевают. А животину-то жалко, она же не виновата, что я, во-первых, так не вовремя решил вдруг в ящик сыграть, а во-вторых, желал бы сделать это прямо на рабочем месте, не выходя из виртуала, чтобы не так больно было.

– Ладно, займусь я вашей живностью, – вздохнул я, подавая сигнал мягко и аккуратно готовить моё сознание к выходу из виртуальной реальности.

На душе было мерзко, будто тот самый кот умудрился там нагадить. Неприятно, когда умирает кто-то из близких или просто знакомых. И вдвойне неприятно, когда он это делает медленно, сам прекрасно осознавая грядущее и волей-неволей заставив других почувствовать холод смерти. И ничего изменить нельзя. Возможно, когда-нибудь, в далёком будущем люди смогут получить полный контроль над процессами жизнедеятельности и останавливать приближающийся печальный финал. Научились же мы, в конце концов, перебарывать микробы и вирусы лекарствами. Но дождаться этого ты вряд ли сумеешь. А умирающий, одной ногой успевший шагнуть в могилу, уж точно подобное увидеть не успеет.

– Кот-то всё тот же, белый пушистый? Помнится, огурцы он у вас любил трескать.

– Овощей не давай! – всполошился Андрей Юрьевич. – Его с них теперь пучит! Старый он стал, желудок не работает, да и жуёт уже плохо. В верхнем отделе морозилки мелко нарезанное мясо должно лежать, его покроши. Со свежей говядиной Мурзик ещё как-то справляется…

Реальность встретила меня непривычным столпотворением людей на улицах. Как-то отвык я от столь массового скопления людей, который наблюдается в будний день на любой улице крупного мегаполиса. «Запределье» всё же хоть и не испытывало недостатка в новых игроках, постепенно расширяя количество обитателей виртуала за счёт новых клиентов по всему миру, но я не находился в их числе, а наблюдал за происходящим свыше в прямом и переносном смысле слова. Сиденье маршрутки, в которой мне предстояло почти час трястись, чтобы добраться до квартиры бывшего куратора, оказалось неприятно жёстким. Пальцы сами собой принялись щёлкать условным образом, а глаза забегали из стороны в сторону, нашаривая почему-то запаздывающее меню…

– Чёрт, похоже, может понадобиться реабилитационный период после этой работы.

Въевшиеся чуть ли не в подкорку головного мозга рефлексы, полезные для бытия системного администратора виртуальности, в настоящей жизни являлись абсолютно бесполезными. Более того, могли доставить проблем. Попытка машинально подправить окружающую обстановку – лишь забавная мелочь. Но у меня же могло и критическое восприятие мира снизиться из-за длительного пребывания в неуязвимом статусе! А презрение к смерти – это очень хорошее качество для воина. Однако для обычного пешехода, которому по сто раз на дню надо переходить дорогу и заниматься прочими обыденными мелочами, оно может оказаться слишком опасно!

– Так, закрыть глаза и ни о чём не думать… Или думать о новой поездке на Камчатку. Хариус уже могла заскучать, ведь её муженёк наверняка опять свалил обратно в море. Да и кроме неё там хватает одиноких лососёвых, которых инстинкты гонят на нерест со страшной силой…

– Так, главное тебе не пороть горячку и не запороть своего перса. Ты первый класс уже получил? – уточнил немного картавый баритон, чей источник находился в полуметре от меня.

– Нет. «Запределье» – это просто какой-то ад… Вот честное слово, несколько раз у меня складывалось ощущение, будто я снова в армии, – откликнулся ему некто, отчаянно гундося в нос. – Молодой, стройный, вечно голодный, всеми шпыняемый и ни фига не понимающий. А ещё к девкам могу приставать, сколько хочу, а не два раза в неделю даже с таблетками! Апчхи! Проклятая простуда. Не стоило мне дома плитку по полу класть, ох, не стоило… Походил по ней голыми ногами после того, как выбрался из капсулы мокрый, как мышь, – и здравствуйте, сопли! Век бы вас не видеть!

Прямо позади меня примостилась парочка мужиков лет под сорок… Несмотря на более чем солидный возраст, они, очевидно, ещё не утратили чисто мальчишеского пыла к разного рода игрушкам, в число которых отныне попала и первая в мире виртуальная реальность. Впрочем, как показывает мне мой опыт и наблюдение за родственниками и знакомыми, первые пятьдесят лет детства в жизни мужчины самые трудные. А потом он уже, если что, имеет право ссылаться на подступающий возраст.

– А я тебе говорил, клади полы сразу тёплые. Мог бы даже лоджию свою холодную в нормальную комнату переделать. Но кому-то ведь было денег жаль… – пробурчали на простуженного. – Ладно, вернёмся к твоему персонажу. Повторяю, не торопись. Первый класс получить относительно легко, а вот со вторым, третьим и так далее начинаются сложности. Во-первых, есть тупо взаимоисключающие ветки.

– Ага, знаю. Читал уже ту статью, которую выложил глава ордена Прекрасной дамы, – откликнулся больной геймер. – Жрецу или паладину противопоказано быть чернокнижником и вообще всячески проявлять агрессию первым по отношению к добрым и нейтральным персонажам или даже игрокам. Раза два-три ещё можно что-нибудь замутить вроде жертвоприношения на найденном в подземелье алтаре или вооружённого грабежа, но потом тебя предаёт анафеме небожитель, принципы служения которому ты нарушил.

Однако нехило Альвина развлекается… Как бы не за игралась девочка в богиню. Впрочем, не мои проблемы. И вообще, если перейдёт черту, пара пощёчин должны вернуть эту стервозную небожительницу обратно в реальность.

– Не исключено, что слуги тёмных богов таких проблем не испытывают. Только они о своих возможностях молчат. Как ни искал, ни одного сообщения от них на открытых форумах не обнаружил, – вздохнул его собеседник. – Ладно, идём дальше. Вторая проблема с лишними классами: не все из них одобряются неписями. Вернее, почти у каждого есть те, кто его представителей не любит. Наёмники, мечники, разбойники вызывают профессиональный интерес у стражи. Магов священники сразу же берут на карандаш и при любом удобном случае тащат в тюрьму или сразу на костёр, не стесняясь и откровенных подстав. Какой-нибудь горшечник-плотник-кузнец, если попробует продать результаты своего труда на чужой территории, не договариваясь предварительно с местными, рискует столкнуться с настоящей мафией местных ремесленников, не нуждающихся в конкурентах.

– Да там эти неписи вообще через одного какие-то нацисты, считающие всех, кто не родился с ними по соседству, недочеловеками, – вздохнул простуженный. – Я-то раньше считал, что начальные уровни, которые приходится проводить в диком захолустье, безмерно тяжелы… Но по сравнению с так называемой цивилизацией они просто ясли! По крайней мере, там тебя пытаются тупо сожрать, а не угоняют в рабство или опутывают долговой кабалой за отсутствие поклона статуе какого-нибудь дедушки уважаемого градоначальника!

– Да уж, с суровостью разработчики погорячились. Ты-то ещё в армии служил, более-менее привычен к постоянному хроническому песцу… А представь, каково придётся сугубо мирным людям вроде меня? Мы ж там с непривычки вообще сразу сляжем и будем еле ползать! – горячо подхватил эту тему собеседник, но потом сделал над собой усилие и всё же решил вернуть разговор в прежнее русло. – И третья проблема классов: если не будешь пользоваться своими умениями, они могут деградировать. Без постоянной практики те же навыки свежевания или там метания бумерангов каждый день по чуть-чуть снижаются. А когда они станут слишком низкими, зависящий от них класс заблокируется. И если не вернуть себя в форму, то где-то за месяц вообще исчезнет.

– Вроде свои умения можно зафиксировать на минимальном уровне, пройдя специальную подготовку или получив соответствующее достижение, – несколько неуверенно возразил простуженный. – Ну, типа, если эксперт алхимии не будет годы тренироваться, всё равно сварит зелье лучше новичка. На уровне специалиста, примерно… Кстати, когда ты наконец себе капсулу установишь?

– Скоро, моя очередь уже на следующей неделе подойдёт. Хоть и пришлось заплатить в офис-центре одному бойкому парнишке, чтобы меня в начало списка передвинули, но это определённо стоило того. – На сей раз в голосе усевшегося позади меня человека слышалось неприкрытое предвкушение. – Иметь персонажа в «Запределье» стало показателем статуса, как швейцарские часы или личный «мерседес». Там реально вращаются если и не одни сливки общества, то по крайней мере самые близкие к ним слои молока. А ещё квасить там намного безопасней и дешевле, чем здесь, учитывая, как за последний год выросли цены на алкоголь. А на пересадку почек и прочие медицинские радости они и так не были низкими никогда. Девки опять же…

– Не боишься, что на старуху наткнёшься? – Судя по голосу, простуженный попытался поддеть своего приятеля. – Апчхи!

– Плевать, – с достоинством откликнулся его собеседник. – После прошлого корпоратива и главного бухгалтера Зои Павловны, которая, наклюкавшись, едва не затащила меня в свой кабинет, виртуальные случайные связи выглядят намного предпочтительнее реальных! Фальшивая смазливая мордашка всяко лучше реальной жирной, потной и морщинистой рожи аж с тремя подбородками!

Глава 14

– А может, не надо? – робко спросил Хедхантер у окружающих его игроков. – Нет, ну правда, ребят… Мне прошлого раза ну просто во как хватило! И вообще, у вас других дел, что ли, нету?

– Не дрейфь, охотник за головами, героем будешь, – подбодрил его Вертопрах, проверяя пальцем остроту своего длинного прямого меча. Заточка оказалась на высоте, и поперёк пальца хозяина оружия пролегла неглубокая алая полоса пореза. – Мёбиус вон тоже недоволен, но ведь молчит.

– Если я качаю монаха, мне надлежит развивать смирение, – пожал плечами вышеупомянутый, которого от Вертопраха отделяло всего-то метра два. – И потом, жеребьёвка была честной, сам вытянул короткую соломинку.

– Давайте уже! – поторопил их Соломон, скорчив на полном лице презрительную гримаску.

Бывший торговец-контрабандист, внезапно став одним из сильнейших магов на всю округу, очень быстро стал уважаемым человеком. Способность разменивать магическую энергию на создание из грунта и камней нужных объектов позволяла ему шутя обездвиживать абсолютное большинство чудовищ, просто погружая их до половины в ставшую вдруг жидкой землю. Также он мог при наличии достаточного количества времени и материалов поучаствовать в строительстве, возводя настоящие доты, или проложить надёжную, крепкую дорогу через, казалось бы, непроходимое болото. – Моё время не резиновое!

– Зато очень высокооплачиваемое. Причём оплачиваемое непосредственно мной, а потому не возникай, – смерила его неприязненным взглядом Дракошка, немного завидовавшая возможностям коллеги. Пусть он и не выдержал испытания славой, зато на поле боя мог заменить собой маленькую пушку. Сама же ведунья-алхимик, несмотря на открывшиеся способности к наложению проклятий и любовно изготовляемые эликсиры, оставалась скорее передвижным пунктом снабжения. Вроде и важная деталька общего механизма, без которой в большом бою никуда, а всё равно окружающие считают вторым сортом. – И да, давайте уже начинать. Мы предусмотрели всё, что смогли. Даже если эти твари из подземелья выберутся, то далеко не уйдут. А дыру обратно теперь в любой момент засыпать можно будет.

– Да уж… – Крысокрот растерянно оглядел то самое место, где он в не таком уж далёком прошлом и заработал свой класс. И не узнал в нём почти ничего, если не считать всё тех же носилок, рядом с которыми нерешительно топтались Мёбиус и Хедхантер. – Зомби против укрепрайона как-то не пашут.

Разрушенная крепость, в чьём подземелье обитало достаточно мертвецов для полноценного зомби-апокалипсиса, давно привлекала внимание игроков. Всем было понятно, что имперская экспедиция устроила раскопки именно на этом месте не просто так. И покойники многими десятками тысяч в обычном подвале вряд ли найдутся. Значит, под почти разрушившимся от времени фундаментом наверняка прячется нечто ценное… Но взять его одиночке или даже маленькой группке рискованных авантюристов нечего и пытаться. Свои шансы против оравы зомби волей-неволей испытали почти все игроки данного региона, причём некоторые успели помереть от гнилых зубов монстров ещё и не по одному разу. Чтобы справиться с армией мёртвых, требовалась армия живых. И она наконец-то появилась. Алхимики, собравшие в своих изъеденных зельями руках большую часть заработанных игроками денег, тряхнули мошной. И собрали обещаниями доли в добыче и звонким золотом почти три с половиной тысячи игроков, которые решили ради этого ненадолго отложить все свои дела и поучаствовать в зачистке укрепления. Причём план Дракошки был намного хитрее, чем просто снова разворошить это осиное гнездо. При помощи более-менее профессиональных строителей и мага земли она окружила лишь кое-как прикрытую дыру настоящей насыпью пятиметровой вышины. Взобраться туда зомби, испытывающие к акробатике некое иррациональное отвращение, могли бы исключительно по трупам своих сородичей. Да и то вряд ли у них получилось бы сделать это быстро. Особенно когда каждый свободный сантиметр гребня насыпи занят игроком, с лихвой запасшимся разнообразным оружием дальнего боя. А ещё над пробитым в кладке отверстием вздымалась вышка, трещащая под весом сложенного на ней камня. Стоило использовать на ней лишь несколько зажигательных стрел, и лаз, через который на поверхность лезут мертвецы, немедленно оказался бы надёжно засыпан.

Два «смертника», выбранные слепым жребием, схватились за ручки носилок и с усилием отвалили их в стороны. Пару секунд после этого ничего не происходило, но потом из темноты вырвались десятки серых, будто покрытых пылью, рук со следами гниения, вцепились в край дыры и принялись подтягивать за собой всё остальное тело зомби. Стоило им полностью выбраться наружу, как их мгновенно нашпиговало стрелами и дротиками, но следом за павшими уже лезли другие.

– Камнями не бить, пока твари подальше от прохода! – предупредила во всеуслышание Дракошка. – Если кто завалит дыру, то потом сам её расчищать будет.

– Да знаем, знаем, слышали мы уже это, – буркнула Снайперша, с презрением рассматривая раскручивающих ременное оружие игроков. Да, по своей эффективности оно было далеко не самым лучшим, но зато стоил кусок кожи копейки, а боеприпасы для него в прямом смысле валялись под ногами. – Пф! Это даже как-то скучно! Ни азарта, ни риска, тупой фарм и стрельба по мишеням.

Примерно полсотни зомби могли бы с ней согласиться, если бы не упокоились окончательно, когда их гнилые черепушки стреляющие с безопасной высоты люди умудрились расколошматить удачными выстрелами. Даже открывшие тварям проход смертники облегчённо выдохнули, медленно отступая к краю земляной насыпи. Добраться до них покойники просто не успевали, падая шаге на пятом. Максимум – седьмом. А тем временем для игроков, оставшихся в западне наедине с ходячими мертвецами, уже спустили сверху верёвочную лестницу.

– Не каркай, – предостерёг подругу Косторез, который после фиаско с кобольдами очень нуждался в средствах, чтобы отдать долги, а потому брался практически за любую работу. – Вот полезут следом за рядовыми мертвяками какие-нибудь рыцари смерти или личи, тогда будет нам и азарт, и риск, и полные штаны радости!

– Так для них эти пробирочники вроде разных горючих масел целых пять бочек наготовили, – кивнула девушка на пузатые ёмкости, равномерно расставленные по периметру. – И факелы у каждого есть, чтобы от каких-нибудь призраков обороняться, которых физическим уроном не проймёшь.

И тут случилось то, чего вышедшие на беспощадный бой с нежитью игроки не то чтобы совсем не ожидали, но к чему совершенно не были готовы. Твари сделали свой ход конём как в прямом, так и в переносном смысле. Сквозь дыру, растолкав в стороны зомби и даже размазав парочку о камни, принялась пробираться наверх здоровенная туша, обозванная системой Осквернённым мёртвым единорогом. Внешне она напоминала очень крупную лошадь, которую опрыскали химикатом, вызывающим множество сочащихся гноем бородавок, освежевали, содрали кожу и избили до такого состояния, что сломанные кости тут и там проткнули мясо, высунувшись острыми осколками наружу. Но отвратительная внешность и способности, доставляющие массу неприятных мгновений, были в монстре далеко не главным, в отличие от его возможности расширить своими боками дыру в подвалы крепости. Несколько подобных «красавцев», отталкивающих друг друга в попытке первым выбраться через лаз наружу, только сильнее обрушивали края отверстия.

Стрелы, как ежа, утыкали первого из мёртвых единорогов, кстати имевшего не один рог, а целых три. Правда, два из них торчали из его лба абсолютно несимметрично и, кажется, являлись лишь выступившими наружу обломками черепа. Дальний родич лошадей потерял от нескольких десятков попаданий всего около трети здоровья и в долгу не остался. Выдав нечто среднее между ржанием и злобным рыком, он словно взорвался, выстрелив торчащими из гнилого тела костями. Снаряды эти летели в разные стороны, но всё же, очевидно, не совсем куда придётся, ибо после первого залпа с насыпи кувыркнулось не меньше десятка человек и втрое большее количество обзавелось довольно неприятными ранами, навесившими на них ещё и двухсекундный паралич и отравление магией смерти. И по закону подлости среди замерших статуями на эти мгновения оказался один из тех, кто держал верёвочную лестницу. А его напарник в одиночку не удержал сплетённый из канатов трап и камнем слетел вниз, приземлившись на самый верх образованной двумя избранными жребием «добровольцами» кучки.

– Канат! Верёвку! Ремень! Скиньте нам скорей хоть что-нибудь! – не своим голосом заорал прижатый двойным весом к земле Хедхантер, с ужасом наблюдая приближающуюся к нему мёртвую тварь. Игроки, конечно, расстреливали зомби и осквернённых единорогов, но с каждой секундой темп прибывания тех всё нарастал и нарастал, а потому стрелки со всеми уже не справлялись. Казалось воистину непостижимым, как такое количество человеческих, да и не только, трупов может прятаться под не такими уж и большими с виду руинами. – Вы, два остолопа, а ну, живо слезьте с меня!

Вышеупомянутые остолопы и сами хотели бы это сделать, но не могли. Выпаливший своими костями второй мёртвый единорог от души нашпиговал их отравленной парализующей шрапнелью, и лишь наличие живого щита уберегло от неё Хедхантера. Впрочем, удача его была явлением временным, ибо, когда на поверхность выбралось ещё десятка два единорогов и немедленно начали один за другим «взрываться», командующая сражением Дракошка бестрепетно приказала своим помощникам лить внутрь сделанной ими ловушки для мобов масло и сразу же его поджигать. Пылающая жидкость растеклась во все стороны, захлестнула собой покойников и тех игроков, кому не повезло под воздействием паралича свалиться вниз, и примерно на полминуты очистила огороженный земляной насыпью круг от всего живого и неживого. Сделанная в качестве резервной закупорки вышка с камнями ожидаемо обрушилась, но не заделала собой и половины ведущего в подвалы крепости отверстия, так сильно оно расширилось.

– Эй, ты, почему сидим?! – отвлёк меня от разглядывания картины противостояния моих игроков с моей же нежитью командный женский голос. – Тебя зачем сюда позвали, прохлаждаться?!

– Ой, Инга, да всё уже давно сделано! – Я с некоторым трудом перевёл взгляд на девушку, оторвавшись от занятнейшего виртуалити-шоу в прямом эфире. А потом посмотрел обратно. Чёрт, никак не могу решить, где интереснее! Ну хоть пополам разорвись! Впрочем, к таким кардинальным мерам прибегать всё же несколько преждевременно. Тем более есть вполне удовлетворительный альтернативный вариант. – Лучше посмотри, какая занятная тут штука получилась. Ну, идём сюда…

– Ты куда руки тянешь, наглец?! – взвизгнула Инга, когда я попытался продемонстрировать ей видео с лучшего ракурса. Странно. И чем её мои колени не устроили? – Да я! Да тебя! Да я тебя!

Вынеся десять минут криков, пощёчину и кучу обвинений, пришлось шустро сворачивать удалённое наблюдение за свой территорией и искать почему-то не отвечающего на вызовы Кешу. Благо у и. о. богов в наличии имелись не только средства связи, но и нечто вроде радара, помогающего при необходимости отыскать на виртуальных просторах чем-то излишне увлёкшегося коллегу. Да и лететь было относительно недалеко, всего каких-то полтора квартала.

– Ага! Попались извращенцы! – Мой громкий радостный выкрик прозвучал так внезапно и резко, что Кеша подскочил на месте, опрокинул столик, за которым сидел, залил разлетевшиеся с него бумаги какой-то янтарной жидкостью с сильнейшим запахом алкоголя и стряхнул с коленей стриптизёршу. Что это именно стриптизёрша, я не сомневался. Ну кто ещё это мог быть, если в наличии оголённые сиськи как минимум четвёртого размера, туфли на шпильках высотой сантиметров двадцать и чёрные стринги в качестве униформы. Рост вот, правда, подкачал – метр шестьдесят от силы. И талия такая, что смотреть на неё страшно, а ну как взглядом переломишь? Ах, ну и ещё в закутке элитного клуба, который и оккупировал мой старый приятель, имелся небольшой подиум с шестом и разбросанная по полу женская одежда. – Так и знал, что, пока нормальные люди работают в поте лица, ты старательно переделываешь «Запределье» в симулятор борделя!

– Ёпрст! Жора! Ну нельзя же так! – Судя по взгляду, в данный момент Кеша готов был меня покусать. Ну да, так не вовремя заявился… С другой стороны, уж лучше сейчас, чем парой минут позже. По крайней мере, ничем конкретным тут никто ни с кем ещё не занимался. – Ты здесь вообще откуда? Ваши же в Атлантисе не работают, ВИП-зону только основной состав разработчиков до ума доводит!

Атлантисом являлся город… Очень необычный город. В первую очередь потому, что вход в него предназначался сугубо для тех персон, которые должны были выложить за месячный игровой аккаунт от нескольких десятков тысяч долларов и выше. А обычные нищеброды, обеспечивающие виртуальный мир массовкой, могли только оказаться порталом у кого-то из здешних жителей в гостях, но за пределы порога не сумели бы сделать и шага. Такая вот экономическая дискриминация. Соответствовала цене и инфраструктура данного региона. Вместо хищного зверья – разнообразные белочки, зайчики, бабочки, а всё остальное в зоопарках и специальных зонах, куда иначе как с проводником-егерем не войдёшь. Вместо каменных топоров и ржавых лат – привычный хай-тек, начиная от электрического освещения и заканчивая выходом в местный аналог Интернета. Вместо озабоченных своими проблемами неписей, способных с равным успехом дать как квест, так и в морду, на каждом углу стоят улыбчивые фотомодели обоих полов, готовые по первому слову забыть о своих делах и исполнить любой каприз заговорившего с ними человека. А ещё здесь есть театры, библиотеки, курительные комнаты, салуны, рестораны, сауны, спортивные комплексы… В общем, если чего-то народ мог захотеть хотя бы в теории, в Атлантисе это было.

Пока ВИП-клиентов, от которых ожидалось не меньше половины всех доходов «Запределья», сюда ещё не пускали в связи с отделочными работами. Но день, когда в виртуал хлынут избранные представители элиты, жаждущие предаться всем прелестям многообразных форм порока, стремительно приближался. Ну а пока… Пока здешними удовольствиями, из числа готовых, мог пользоваться лишь основной состав разработчиков. Я и мои коллеги, исполняющие обязанности богов, постоянного доступа на эту территорию всё же не имели. Боялись начальнички, что мы тут что-нибудь накосячим, и тогда по-настоящему большие дяди, вкусив по ошибке вместо мёда гуано, серьёзно обидятся. И открутят им, начальничкам, голову. А то и того хуже – моральный ущерб потребуют компенсировать живыми деньгами.

– А у вас кто-то ногу сломал, когда на гололёде поскользнулся. Причём на редкость неудачно, со смещением обломков костей, – пожал я плечами, без спроса устраиваясь на стоящем в противоположном углу диванчике и нахально пялясь на собирающую с пола свою одежду стриптизёршу, явно намеренно долго застревающую в провокационной позе над каждым предметом. Вот можно ли считать виртуальный секс извращением? С человеком – скорее нет, чем да. А с искином? По идее он – разумное существо. Может, ещё не сейчас и не той модели, которую мы построили. Но в будущем полноценный компьютерный разум непременно возникнет, если человечество раньше не сдохнет, сняв проблему на корню. Как быть тогда? И что делать с маленькой его частичкой, отыгрывающей поведение конкретной модели? – Он в больнице, будут резать. А меня в вашу святая святых допустили. Центральную городскую библиотеку отделывать помогал. Никто не верит, что там в наш просвещённый век личной электроники люди действительно будут что-то централизованно читать, потому и допустили до объекта гастарбайтера.

– Понятно, – без особого энтузиазма пробурчал Кеша, слегка успокаиваясь и начиная поднимать столик. – А я-то голову ломаю, откуда ты тут вдруг взялся? Припёрся, понимаешь ли, отвлёк от работы и спугнул мою эльфийку!

– Спугнул? – удивлённо уставился я на натягивающую сетчатый чулок девушку, которая в ответ на прямой и откровенно оценивающий взгляд призывно стрельнула глазками и провокационно облизнулась. Пугаться дама и не подумала… А, собственно, зачем, если мы в виртуале, а она всего лишь программа. Иначе почему вместо имени у неё стоит какой-то длинный цифровой код. – Стоп, эльфийку? А, да, эльфийку. Уши я как-то сразу не разглядел, не до них было. Слушай, а они какую-нибудь функцию выполняют или так, чисто для красоты вытянуты?

– Ну, за них держаться удобно… – промямлил Кеша, как-то стеснительно покраснел, опустив глаза, и… наткнулся взглядом на залитую выпивкой до полной потери изначально белого цвета бумагу. Он упал на колени и принялся шустро спасать документацию. – Чёрт, Жора! Я же ещё не сохранил записи! Вот как мне теперь это подавать на подпись?!

– Пф! Будто в виртуальном мире данные могут пропасть раньше, чем случится экстренное отключение электроэнергии, – фыркнул я, разглядывая сунутую мне под нос заполненную от руки бумагу, представлявшую собой заявление на отпуск. Интересно, куда это Кеша собрался аж на три недели почти сразу после новогодних праздников? – И вообще, вызови джинна и не парься. Он тебе хоть пятна очистит, хоть текст перепишет заново с идентичностью до последней закорючки. Искинам обрабатывать такие задачи куда проще, чем нам, в силу особенностей машинного мышления.

– Точно, – щёлкнул пальцами мой однокурсник. – Сабрина! Подь сюды!

Тотчас из воздуха явилось нечто, выглядящее как чуть более одетая версия стриптизёрши, которая, больше не обращая на меня внимания, принялась крутиться у своего шеста. Ну совсем чуть более одетая. У Сабрины имелись юбка, блузка и алая ленточка в волосах, но, честное слово, ленточка скрывала больше всего!

– Кеша, я не специалист в анатомии человека и уж тем более выдуманных рас, но у тебя явно комплексы. – Я переводил взгляд с эльфийки на джиннию и обратно. – Не бывает одновременно таких больших сисек и такой тонкой талии. Да ещё при столь маленьком росте.

– Увянь, упырь! – фыркнул Иннокентий, отдавая своё заявление в магическую чистку. – Между прочим, исходную модель для них я взял с обладательницы порнооскара позапрошлого года. И уж поверь, если кому-то вручили подобную награду, значит, она её честно заслужила!

– Ну если в дело вступила пластическая хирургия, тогда да. Тогда всё, что хочешь, может быть, – не стал спорить я. Заслужила так заслужила. Тем более профессия основы для этих моделей хоть последнее время и не считается особо почётной, но устойчивым спросом пользуется со времён мамонтов. А может даже, и динозавров, если вымершие ящерицы были достаточно разумны, чтобы своими хвостами перед кавалерами вертеть, раскручивая их на добычу. – Хоть синяя кожа, хоть уши повышенной эргономичности, хоть вымя на двадцать пять кэгэ при общем весе едва ли в полтинник. Хм, так, Кеша, ты меня своими непропорциональными эльфийками с мысли сбил! Я чего тебя искал-то… Секундантом будешь? А то у меня здесь дуэль через полчаса назначена.

Гладиаторская арена Атлантиса на первый взгляд доверия не внушала. Ну мрамор повсюду, ну жёлтый песок, ну формой и размерами напоминает знаменитый Колизей в те времена, когда он был ещё целым. Правда, в соответствии с требованиями устроителей шоу количество мест в этом виртуальном цирке может резко увеличиться и декорации поменяться, но не это главное. Основной изюминкой данного шоу было другое. Компьютерные персонажи, которые сражались здесь, в случае проигрыша удалялись из базы данных и не могли быть восстановлены. Сделать похожих? Сколько угодно! Тех же самых – шиш! Казалось бы, ну что тут такого? Да ничего, если забыть, что обитатели Атлантиса сами махать мечами и прочим инвентарём не могут, ибо у них нет возможности причинить друг другу вред. Стукнет долларовый миллионер промышленного магната по маковке – и ничего ни один из них не почувствует, ибо администрация крайней оставаться не хочет. А вот тренировать, экипировать и выпустить на схватку до стирания какую-нибудь непись толстосумам разрешено, сколько их душе угодно. Ну и кошелёк позволяет, ведь вырастить настоящего бойца даже вне реального мира остаётся очень даже дорогим удовольствием.

– Итак, в левом углу ринга у нас находится варвар Лютый! Мастер обращения с парными топорами, чей доспех сделан из чешуи собственноручно им зарубленного зелёного дракона! Дамы и господа, поприветствуем его! – Несмотря на то что на трибунах сидело три с половиной человека, идущий в комплекте с ареной конферансье распинался, как мог. Видимо, функция «филонить» не была предусмотрена его программой. – В правом углу ринга уже застоялся и роет землю копытом, ожидая своего противника, кентавр Хирон! Великий лучник, чьи стрелы отравлены желчью гидры! Дамы и господа, поприветствуем его!

Решётки, отделяющие противников от арены, опустились, и на божий свет медленно вышли два персонажа, созданные не больше получаса назад. Один из них рассеется на единички и нули уже совсем скоро, а вот второй… Скорее всего, тоже последует его примеру, только чуть позже, после официального ввода Атлантиса в эксплуатацию. Во всяком случае, если победа достанется мне, то я своего бойца забирать не буду и оставлю его при местных казармах. Для моего региона двухсотуровневый босс – это слишком много, его банально будет некуда приткнуть.

– Из-за чего вы с этой фифой хоть поссорились? – кивнул Кеша в сторону моей противницы, занявшей место в ложе на противоположном конце амфитеатра. – Я Ингу вроде неплохо знаю, она девушка спокойная.

– Она утверждает, что намедни во время упражнений в спортзале я её намеренно и непристойно облапил. И сегодня повторил сие достижение, только уже в мире виртуальном, а не реальном. – Похоже, услышанное изрядно удивило Кешу, так как он уставился на меня очень большими и очень круглыми глазами. – Мы ещё тогда имели… разговор. А сейчас вот решили довести всё до логического финала. Если проиграю, должен буду извиниться перед ней по громкой связи на всё наше здание.

Бывший однокурсник перевёл взгляд с меня на соперницу-программистку, бывшую одним из официальных младших графических редакторов «Запределья». Смотреть, кстати, особо было не на что, поскольку дизайном персонажа она не увлекалась и оставила всё как есть и в жизни. Небольшой рост, очки, строгая, консервативная причёска и мешковатая кофта, надёжно скрывающая фигуру. Лицо плосковатое, как у многих представительниц монголоидной расы. Но спортзал позволяет узнать о человеке многое, особенно если там хорошо попотеть. Нет пышных форм? Не страшно, зато тело на редкость подтянутое и аппетитное. А ещё приятная гибкость и голодный взгляд глаз, временами пробивающийся через пелену самоконтроля. Вполне достаточно, если подумать. И вообще, ещё бабушка мне говорила: не снимается тонкая, снимай толстую. Правда, речь тогда шла о чистке лука, да и лишних килограммов у Инги нет, но принцип-то верный. Дать замаскировать недостатки личика макияжем, как следует распалить – и эта женщина ещё докажет, что в каждой тихой и скромной библиотекарше живёт порнозвезда. Возможно, даже достойная своего собственного «Оскара».

– А если выиграю, то мы синхронизируем наши выходные и идём в ресторан. Вот так-то, друг! Симпатичный набор байт – это неплохо… Но всё же я немного ретроград и предпочитаю консервативных женщин, сделанных из белков, жиров и углеводов.

Кентавр начал бой первым, став обстреливать варвара своими отравленными стрелами. Искусство обращения с луком у высокоуровневого персонажа ожидаемо оказалось прокачано достаточно сильно, чтобы воздух заполнил шелестящий колючий дождь. Делая не меньше трёх выстрелов в секунду, человекоконь мог бы стать действительно страшным противником… для кого-то, не имеющего сверхпрочной брони. Варвар же, заслонив непокрытую голову топорами, стоически перенёс дистанционную атаку, не тревожась о возможности пробить его доспех. Сделать это можно было бы тяжёлым арбалетным болтом… при запредельном везении. Но даже если бы несколько стрел всё же смогли царапнуть двурукого бойца, особого вреда не причинили бы даже с учётом нанесённого на них яда. По запасам здоровья и выносливости представители этого класса сильно обгоняли разных там рыцарей и фехтовальщиков, да к тому же умели пусть и крайне медленно, но регенерировать. Правда, к волшебству и ремёслам у них предусмотрены очень существенные штрафы, но на гладиаторской арене задавить противника интеллектом имели некоторый шанс исключительно маги.

Обстрел закончился, когда колчан кентавра опустел. Почему моя противница решила создать именно это существо? Да, оно быстрое, но разве это плюс при бое в ограниченном пространстве? С другой стороны, умение «атака с разгона», позволяющее увеличить атаку чуть ли не на порядок, действительно многое значит, иначе не были бы рыцари так эффективны. А кентавр не только может им пользоваться, считаясь одним, а не двумя существами, но и достаточно манёвренен, чтобы кружить по арене, как ему вздумается.

Мой варвар, на которого я возлагал большие надежды, немедленно рванул в атаку. Скорость у него, несмотря на многослойный доспех из толстенной чешуи, также была на весьма достойном уровне, хоть и уступала тому, что могли бы показать лёгкий пехотинец или мастер безоружного боя. Однако я решил, что хорошая защищённость лучше, чем повышенный шанс уклонения. И кажется, правильно решил. Кентавр, естественно, не собирался встречать удары голым торсом. Надетая на него кожаная броня, усиленная спереди кирасой, выглядела, может, и не слишком внушительно, но явно превосходила своими параметрами обычный ширпотреб, доступный на сегодняшний день основной массе игроков. А ещё на нём была сбруя, помимо колчана удерживающая в досягаемости длинных рук нелюдя короткое копьё, небольшой кулачный щит и кривую саблю. Вот только… Почему он ещё не выбросил куда подальше ставший бесполезным лук?!

Когда Лютый приблизился к нему на расстояние метров десяти, до того спокойно стоявший на месте кентавр сдал назад, на ходу натягивая тетиву, на которой лежала последняя стрела. Промахнуться с такого расстояния мастер-лучник не мог чисто физически. Нет, вероятность существовала, но механикой «Запределья» она оценивалась в лучшем случае как один процент. Варвар постарался заслонить лицо топорами, но сделал это слишком медленно. Чиркнувший по массивной рукояти правого оружия наконечник вошёл моему бойцу в правый же глаз и вызвал полный боли рык… И вспышку ярости. Умирать от одного удара, пускай даже критического, боец-тяжеловес вовсе не собирался. Хотя вот оставшуюся гляделку ему теперь придётся беречь изо всех сил. Даже полная потеря органов зрения такого здоровяка не убьёт, но нащупать вёрткого противника по всей арене, будучи слепым, он уже просто не сумеет.

Набравший ход варвар почти смог дотянуться своими топорами до крупа кентавра. Жаль, что «почти» в таком деле не считается. Зазубренные лезвия оружия моего ставленника в двух случаях из пяти открыли бы у своей цели неплохое кровотечение… Впрочем, знай я заранее, с кем предстоит сразиться Лютому, дал бы ему что-нибудь другое, менее тяжёлое, тот же меч, например. Топор же мог считаться более-менее универсальным, поскольку проминал доспехи и весьма неплохо кромсал на кусочки тех противников, кто ими не озаботился. Люди, нелюди, демоны, да хоть нежить! А ведь ни я, ни моя соперница не могли предугадать, какого бойца встретит их создание. Потому использование узкоспециализированных монстров или талантов, скорее всего, дружно признали необоснованным. Ловкий и изящный фехтовальщик, способный отрубить шпагой мухе любое из крыльев на выбор, – гарантированная смерть для неповоротливой консервной банки упакованного в мифриловую броню гнома. Однако своим тонким и гибким жалом он сможет только рассмешить туповатого и очень жирного тролля, которого почти невозможно закритовать. В то время как подгорный житель без особых проблем прорубит себе настоящий тоннель сквозь тушу гиганта. И таких комбинаций в подобном бою существует великое множество!

Исчерпавший запас дальнобойного оружия кентавр вопреки моим подспудным ожиданиям на отступил, а остался на месте. И встретил набегающего на него варвара, встав на дыбы и принявшись молотить воздух одетыми в чёрный металл копытами. Отрадно, что у него всё-таки не бесконечные боеприпасы. Нет, в принципе подобное умение можно было бы выставить при генерации существа, но тогда пришлось бы отказаться от чего-то ещё. Для неписей существует строгое ограничение на количество доступных им умений, прямо завязанное на уровень. Не может быть слабенького неумёхи-ассасина, ибо только начавший осваивать ремесло убийцы тип ещё не клинок ночи, а банальный гопник с ножом. И если попробует пафосно скакать в ночи по крышам, то из-за нехватки ловкости обязательно поскользнётся, навернётся, обо что-нибудь долбанётся и в свою родную вонючую подворотню, как упавший с небес кусок птичьего помёта, вернётся. Но если он заматереет и переживёт пору своей юности, потихоньку набираясь опыта по глухим тёмным углам и не подставляя под удары судьбы не такую уж и прочную шкурку, то может и научиться скользить в тенях, подкрадываться к жертвам и даже разбираться в ядах.

Схватка между варваром и кентавром тем временем и не думала утихать. Получив копытом по правой щеке, щитом по левой и саблей в плечо, Лютый, в свою очередь, достаточно успешно атаковал брюхо своего соперника. Его грозные топоры, покрытые зловещего вида зазубринами, обагрились кровью и даже смогли утянуть следом за собой из брюха врага мерзкую сизую змею какой-то кишки. Фе, мерзость! Иногда реализм «Запределья» в определённых моментах меня серьёзно напрягает!

Разойдясь из клинча, противники стали кружить вокруг друг друга, выгадывая удачный момент, чтобы перейти в атаку. Варвар шатался и кренился, двойная контузия выдавала ему солидный штраф к реакции и меткости. Если бы у него имелись навыки, завязанные на неминуемо снизившиеся после подобного интеллект и мудрость, они вообще могли бы отказаться работать. Кентавр же, наскоро запихавший вылезшую наружу требуху на место, при каждом шаге кривился от боли и терял здоровье пусть медленно, но неуклонно. Значит, моему протеже осталось лишь не проиграть слишком быстро, и тогда у его создателя в ближайшем будущем может появиться личная жизнь. Увы, по части живучести человек-конь хоть и не дотягивает до всяких мамонтов, но и не является нежной феей, скопытившейся бы от подобного повреждения секунд за пятнадцать. А всё же интересно, почему моя противница решила выбрать именно это существо? В греческой мифологии кентавр Хирон был в своё время учителем их величайшего героя – Геракла, да и череду других разбойников с большой дороги типа Ясона вроде обучал… Но кроме неплохих тренерских навыков прототип сражающегося на арене кентавра наверняка имел и другие достоинства. Иначе никто юного полубога на курс молодого бойца ему не отдал бы. Вот только чем именно мастерски владела легендарная полуконяга, хоть убей, не помню.

– О, как сладостен мне миг доблестной битвы! – внезапно раскатился над полем боя не слишком мелодичный голос человека-коня, старательно нараспев декламирующий какие-то строчки, в которых угадывалось некое подобие ритма. Песня? Он не просто универсальный боец, но ещё и бард? Был такой класс в их длинном списке. И как раз считался более-менее универсальным. – С каждой секундой дышится легче, руки крепчают!

Пошедший в атаку на варвара Хирон усилил себя на двадцать секунд в полтора раза применением особой способности. И неплохо так усилил, после каждого удара от доспехов моего варвара во все стороны летела чешуя… Да, запал его скоро выдохнется, но откат у заклинаний-песен не долог. А ведь при необходимости эта скотина сумеет и себя виршами подлечить, и Лютого проклятиями, как новогоднюю ёлку игрушками, обвешать. Барды могут практически всё… Но по чуть-чуть: дерутся хуже воинов, взламывают замки медленнее воров, по огневой мощи не способны соперничать с магами, да и целители из них так себе. Впрочем, время дуэли не ограничено, помощи для варвара взяться неоткуда, по арене от начавшего побеждать противника кентавр способен бегать кругами очень долго. Неплохая идея, Инга, очень неплохая. Но моя – лучше!

– Р-ра-а-а! – заорал варвар, используя одну из способностей своего класса и впадая в ярость. Теперь его удары на полминуты станут ещё смертоноснее и быстрее, а входящий урон несколько снизится. Но главное, что в секунды подверженности данному состоянию и без того немаленький запас сил Лютого становится воистину бесконечным, увеличившись аж в десять раз! И есть в ветке развития разнообразных мече-, булаво– и топоромахателей навык, у которого выдаваемый урон зависит исключительно от него. Натиск. Именно его я заложил в настройках создаваемого мной непися сразу же после активации ярости. – Раздавлю как букашку!

Клич по отношению к кентавру, который был по габаритам всё же больше своего соперника, подходил не очень, но игровой механике подобные моменты были не важны. Сражающийся в ближнем бою с врагом варвар шагнул вперёд, открываясь и тут же получая удары. Не обращая на них внимания, он ударил стоящего напротив него противника грудь в грудь. И принялся давить. Давить. Давить! Разумеется, не забывая топорами мутузить Хирона, раз за разом пытающегося воткнуть в кишки Лютого саблю.

Я не видел запаса сил кентавра, но знал, что в эти секунды он стремительно ползёт вниз. За одну единичку снятого у цели параметра мой варвар платил тремя, и в каждую секунду этого воздействия количество сил, расходуемых обоими участниками противостояния, увеличивалось вдвое. Если нелюдь отступит, он лишь потеряет равновесие и может упасть. Если нет – свалится без сил. И я рассчитывал на второе. Инга вряд ли программировала поведение своего бойца от и до. Скорее, она просто передрала базовый шаблон с какого-то уже введённого в игру непися. Собственно, я и сам так сделал, поскольку иначе в оставшееся до начала дуэли время создать Лютого просто не успел бы. Вот только все боссы «Запределья», большие и малые, главным образом предназначены для противостояния многочисленным массовым врагам, то бишь пошедшим на них в рейд игрокам. И ведут себя соответственно, всеми силами корча из себя самых больших парней на деревне. Уступающие им на десятки уровней соперники могут использовать подобные приёмы, чтобы задержать или постепенно измотать свою цель. Но и только, ведь о равном поединке речь у них в принципе не идёт.

С недоумённым ржанием Хирон завалился на бок, беспорядочно дрыгая четырьмя конечностями и махая хвостом. Оу, да к нему маленький кистень прицеплен! И как это я раньше не заметил? Впрочем, уже не важно. Встать исчерпавший запас сил кентавр в лучшем случае сумел бы секунд через пять. И двигался бы при этом как парализованная улитка. Но подобной возможности Лютый ему, понятное дело, не дал, сноровисто начав процесс переработки врага в конскую колбасу. Топоры били не особенно быстро, но мощно, каждый раз оставляя после себя новую кровоточащую, а то и калечащую рану. А примерно на шестом ударе у варвара и вовсе получилось отрубить правую переднюю ногу своего врага, окончательно поставив крест на его шансах.

– Что ж, похоже, я выиграл, – не смог не усмехнуться я, наблюдая, как Инга на противоположном конце арены гневно вскочила на ноги и сжала руки в кулаки. Были бы мы не в виртуальной реальности, уверен, такого демонстративного проявления своих чувств она себе никогда не позволила бы. Темпераментная она штучка, хотя и всеми силами это скрывает. Ничего, думаю, мне удастся разбудить этот вулкан. – Вот так-то, Кеша! Учись, пока я жив.

– Ключевое слово тут «пока», – не удержался от подколки мой бывший однокурсник, которого, похоже, сказанное задело за живое. – Надо ли мне тебе говорить, насколько уровень смертности среди больших бабников выше среднестатистического? Не ревнивый муж застрелит, так прошлая любовница прикопает на пару с позапрошлой.

– Ну пусть так, – пожал я плечами, не собираясь оспаривать данное утверждение. Риск действительно имелся. Скажем, если бы у «хариуса» меня застал не вовремя вернувшийся из моря супруг, то он мог бы и воспользоваться чем-нибудь из своего арсенала охотничьего оружия. Ну или просто топорик для рубки мяса на кухне взять. – Зато после меня хоть что-то останется. Память там, дети… А ты серьёзно рискуешь встретить закат жизни один со своей Сабриной. Ну, может, ещё с кусочками вашего общего программного кода.

– А не такая уж и плохая перспектива, – внезапно удивил меня своим ответом Кеша. – Уверен, полностью разумные искины появятся ещё при нашей жизни. И передавать наследственную информацию дальше по цепочке я предпочту всё же цифровым кодом, а не генетическим. По крайней мере, в нём можно будет при необходимости подправить неудачные места.

– Это да… В реальности исправления найденных багов фиг дождёшься, – со вздохом был вынужден согласиться я. – Если верить официальным религиозным источникам, последняя попытка исправить всё патчем состоялась аж больше двух тысяч лет назад! И чего-то не похоже на то, чтобы она была шибко успешной…

Глава 15

Как и ожидалось, зачистка подземелья под крепостью заняла у игроков очень много времени. Мёртвые осквернённые единороги могли стрелять своими костями только один раз, это вообще был даже не навык, а особое умение, присущее их виду. Вот только помимо этого коняшки, выглядящие как ходячий кошмар любого конюха и ветеринара, очень даже недурно лазили по вертикальным поверхностям, изгибая ноги под невозможными для целых суставов углами и цепляясь за малейший выступ костяными шипами, торчащими из кончиков копыт. А ещё их было много, очень много. Каждые двадцать пять зомби дополнялись одной тварью. А ходячих трупов, между прочим, я в подземелье складировал целых двадцать тысяч. И наружу разрешил выбираться только одной. Как результат – людям пришлось-таки вооружаться факелами и лезть в подземелье, подставляясь под атаки выбредающих и выползающих из каждого угла ходячих мертвецов и под неизбежные в замкнутом пространстве рикошеты осколков единорожьих костей. Впрочем, и пряников, что подсластят отважным первопроходцам эти болезненные пилюли, я тоже не пожалел. Всё равно у них уже есть выходы на рынки баронств, а значит, обзаведение качественным железным оружием остаётся лишь делом времени.

– Арсенал! – счастливо орал успевший уже раза три помереть и прибежать с респауна Вертопрах, перекрывая собой дверной проём и не давая вырваться из него внезапно найденной маленькой толпе врагов. Впрочем, даже их количество и качество, грозящие парню четвёртой смертью за сутки, не могли испортить игроку настроения. – Йеху! Мы сорвали джекпот!

– Хры! – рычали на него мертвецы в обрывках кольчуги, придающей и так малоуязвимому монстру дополнительное бронирование.

Зомби-ополченцы, защищающие это место, не помнили, как пользоваться оружием, но доспехов, которые они напялили на себя при жизни, с них никто не снимал.

– Рогатки! – прикрикнул на подчинённых Крысокрот. – Где носит народ с рогатками?! Задержите их в узком месте, пока лучники будут по одному выбивать.

– Не с рогатками, а с рогатинами, – поправил его Косторез, прикладывая к спине из последних сил держащегося Вертопраха толстое прочное копьё с широкой поперечной перекладиной. Такое одиночный зомби не вдруг сломает, а несколько сразу навалиться на него просто не смогут, если подобных предметов будет не одно и если позиция выбрана с умом. – Запомнить пора бы уже.

– Да-да, главное – держи крепче, – отмахнулся от него футболист, осторожно примеряясь своей железной битой к голове удачливого зомби, сумевшего опрокинуть Вертопраха и в данный момент выгрызавшего его свежему трупу живот. – Эх! Двойной хедшот!

Оторванная могучим ударом голова, совершив короткий полёт, врезалась в морду другой немёртвой твари, и обе гнилые черепушки взаимоуничтожились, подарив удачливому игроку увеличенное количество опыта и окропив всё вокруг стухшими мозгами. Впрочем, на последнее никто особого внимания и не обратил. В подземелье люди пробирались в прямом смысле слова по трупам, а потому волей-неволей изгваздались в не самых приятных веществах с ног до головы.

– Их там слишком много, – констатировал кто-то, умудрившись заглянуть в недра помещения через плечо удерживающих поток зомби рогатинами бойцов. – Штук пятьсот, не меньше. Надо либо остановиться здесь и всех уничтожить, либо перекрыть этот проход. Быстросохнущего цемента у меня ещё двенадцать мешков осталось.

– Зачищайте арсенал, – приказала Дракошка, на ходу смешивая в несомом на сгибе локтя небольшом котле порцию боевого эликсира с невероятно коротким сроком действия после его изготовления. – Если глаза меня не обманывают, то там все стойки заняты железным оружием. Пусть даже старое и проржавевшее до основания, оно всё равно будет лучше костяного и каменного, с которым у нас расхаживает половина народа.

– Там дальше что-то вроде маленькой часовни! – доложил передовой дозор. – Фонтанчик, статуи со скорбными лицами, несколько скамеек и кафедра. Зомби нет, но штук семь единорогов пасётся.

– Щиты!

– Не надо щитов, они нас не заметили!

– Тогда бомбу! Подорвать их к едрёне фене, пока они нас не обстреляли!

– А если оскверним священное место и мы дебаф схлопочем?

– Осквернить ещё сильнее, чем это смогли сделать мерзкие дохлые выпотрошенные, сочащиеся слизью и успевшие подгнить кони-мутанты? А у нас получится?

– Ну да, в подобной трактовке это имеет смысл.

Первый подземный этаж, который зачистили игроки, помимо вознаградившего их за долгую расправу с прущими наверх чудовищем арсенала, содержал несколько жилых помещений и большую лестницу, уводящую вниз. И стоило лишь живым людям ступить на первые её ступени, как вверх побежала, спотыкаясь и падая под ноги толпе, ещё одна тысячная орда зомби. Заслоны, которые пытались её остановить, были смяты с ходу за счёт количественного преимущества противников и их наплевательского отношения к своей не-жизни, и уже через пять минут в катакомбах под крепостью не осталось никого живого. Правда, тишина и относительное спокойствие, прерываемое чавканьем дорвавших до свежего мяса ходячих мертвецов, продолжались недолго. Вернувшиеся через пару часов с респауна игроки с новыми силами бросались на очистку катакомб. И хотя они гибли один за другим, но успевали упокоить кто два, кто три, а кто и четыре трупа. Но в новых желающих ринуться в безнадёжный бой недостатка не было, более того, зачищающей крепость группе пришлось ещё и отбиваться от стремящихся присоединить ся к веселью конкурентов. Крепкое железное оружие, в сухом климате подземелий сохранившееся очень даже неплохо, манило к себе новичков и не успевших обзавестись подобной диковинкой старожилов, словно разбившаяся банка с вареньем ос.

– Ух, они кончились, – опустошённо простонал Мёбиус, привалившись спиной к твёрдому дереву. – Я уже даже в это как-то не верю…

– Гра! – заявили ему с той стороны и принялись скрестись о преграду.

Выглядящие хуже, чем жертвы бунта на скотобойне, копейщики с рогатинами машинально выставили в направлении подозрительных звуков своё оружие и приготовились к удару. Но разделяющие разные части подземелья большие ворота, которые игроки вовремя успели захлопнуть и запереть так кстати нашедшимся здесь же засовом, стояли крепко.

– Ну, я имею в виду, на этом этаже кончились, – исправился Мёбиус, всё ещё нервно вздрагивающий от воспоминаний о сплошной стене тварей, поднимающейся по широкой лестнице. – Это, кстати, какой, а то я сбился немного?

– Пятый, – откликнулась Дракошка, ползающая под ногами нанятых ею бойцов и собирающая не до конца растоптанные алхимические ингредиенты. Урожай последних в этом месте был большим, но удручающе однообразным. Впрочем, в разнообразных средствах на основе трупного яда игроки не должны были испытывать недостатка ещё долго. Даже если будут охотиться исключительно с отравленным оружием на мышей, воробьёв, тараканов и прочую мелкую живность. – Осталось чуть-чуть, ниже нас находится всего один этаж.

– Это хорошо. Мне эти катакомбы с мертвецами, чувствую, ближайший месяц сниться будут, – чуть улыбнулся Мёбиус. – Но ты точно уверена, что мы скоро закончим?

– Ну, если верить плану здания, который мы нашли в библиотеке, то большая часть его подземелий уже пройдена, – пожала плечами девушка, выпрямляясь и сдувая с глаз прядь волос, перемазанную в мерзкой слизи. – Только меня настораживает, что на этой схеме самый нижний уровень отмечен как Сады Фиоры.

– А кто она такая? – спросил также подпирающий ворота спиной Вертопрах. – Знакомое вроде имечко.

– Одна из богов, список которых висит на официальном сайте игры, – пояснил ему Мёбиус. – Покровительница природы или чего-то вроде того.

– А, ну это объясняет, откуда здесь единороги, – хмыкнул его собеседник. – Правда, интересно, почему её сады вдруг находятся под землёй.

– Полагаю, они должны были снабжать пищей весь народ, который мы покрошили, – пожал плечами Вертопрах. – По крайней мере, мне это место напоминает типичнейшее бомбоубежище, встречающееся в каждой игре о постапокалипсисе. Мы прошли очень много помещений, где люди могли бы переждать опасность, несколько культурно-развлекательных точек, дабы они не сошли с ума от скуки, и большие склады с оружием. Осталось найти только их подземную ферму-столовую.

– Имеет смысл, а о том, что в этом мире случился грандиозный магический катаклизм, нас ещё за год до выхода игры предупредили, – согласилась Дракошка, задумчиво покачиваясь с носка на пятку. – Но тебе не кажется, что здесь всё же было маловато народу, чтобы заполнить все руины?

– А кто сказал, будто такое убежище одно? – вопросом на вопрос ответил Косторез. – Подобных крепостей мы нашли уже штук десять. Правда, ни в одной из них таких подвалов вроде нет, но, может, мы просто не докопались? Или остальные бункеры, где люди и нелюди пережидали угрозу, спрятаны под другими важными объектами. Храмами там, дворцами…

– Надо остатки городской библиотеки проверить, – подсказал кто-то. – Она почти в центре безопасного острова и очень большая. Самое то, чтобы его обитатели могли шустро спрятаться в подземельях под ней. О! Мне плюс один к интеллекту дали! И достижение «интуит»! Значит, точно там!

– Ё! – аж икнул Мёбиус. – Второй раз подряд я такой кошмар не вынесу!

– Второй раз в такую дыру я и сама народ не поведу, – покачала головой Дракошка, – по крайней мере, пока основная масса людей ещё уровней десять – двадцать не поднимет. В этих проклятых подземельях все запасы зелий потратить пришлось!

– Зато и трофеи неплохие, – откликнулся Крысокрот. – Мы затраты одним оружием отбили. А ведь ещё нам достались фолианты библиотеки, среди которых нашлись сборники рецептов и пара книг навыков, личные вещи зомби, содержимое сундучков, что стояли рядом с каждой кроватью в бараках. Да и за всеми более-менее обычными мертвецами просто обязан находиться босс этого данжа.

– Учитывая, как много здесь рядовых монстров, не удивлюсь, если их будет несколько, – пробормотал Косторез, не отвлекаясь от процесса снятия острого медного жала с одного древка и приживления его на другую заготовку под копьё. Древесина его основного оружия в этом бою уже исчерпала свой запас прочности, потому требовала замены. – Круг каких-нибудь осквернённых жрецов или чего-то типа того…

– Сплюнь, – серьёзно посоветовал ему Мёбиус. – Кстати, дамы и господа, а у кого полный комплект инквизитора? Я точно знаю, он осел в вашей компании.

– Изначально – да, – вздохнула Дракошка, – но потом его у нас какая-то тварь спёрла… Узнаю кто – один процент всей своей прибыли всегда буду тратить на то, чтобы оплатить пекашерам его голову. Ну, все отдохнуть успели? Вперёд!

Ворота распахнулись, и по столпившимся за ними живым мертвецам, качнувшимся навстречу людям живой, вернее, немёртвой стеной, ударила боевая магия. Единственный на весь сектор геомант опустошил свой резерв, но смог на несколько секунд сделать ступеньки под ногами агрессивных трупов жидкими, и в результате почти три сотни мертвецов, кто по колено, а кто и по пояс, увязли в вернувшемся к исходному агрегатному состоянию камню. А следом их потоптали наиболее тяжелобронированные игроки, выстроившиеся клином и врезавшиеся в противника, как нож в масло. Узость прохода не давала маневрировать, а потому эта схватка, как и большая часть её предшественников, стала противостоянием двух толп. Игроки грудь в грудь сходились с прущими на них монстрами и дрались так долго, как только могли. А когда падали, через их тела переступали следующие бойцы.

Мечи секли плохо поддающуюся лезвиям закаменевшую плоть. Руки немёртвых со страшной силой раздирали добычу. Зубы сбитых на пол, но недобитых покойников вцеплялись в ноги людей, а сапоги всех цветов, размеров и форм дробили подвернувшиеся под них гнилые черепа. Пускаемые навесом стрелы падали так густо, что, даже не видя цели, лучники обязательно в кого-нибудь попадали. Например, в одного из своих союзников, очень обрадованного дружественным огнём. Когда в плотном потоке тварей попадался осквернённый единорог, то первый ряд бойцов погибал, несмотря ни на что. А если умелый пращник закидывал сосуд с горючей смесью на расстояние в пару десятков метров от линии столкновения, то следующие полминуты бойцы сражались исключительно с ослабленным и частично прожаренным противником. Борьба велась на истощение, и силы зомби, большие, но не получающие подкреплений, в конце концов всё-таки закончились.

– По крайней мере, босс один, – задумчиво проговорила Дракошка, осматривая открывшуюся перед ней картину. Та, впрочем, особо не впечатляла. Обычный мёртвый сад, пусть и очень большой, размером с хороший крытый стадион. Чёрная, словно вымороженная, трава, корявые, лишённые листвы деревья, поддерживающие высокий свод, тут и там возвышались мраморные клумбы с засохшими цветами. Но, несмотря на это, совсем уж мрачным данное место не выглядело. В дальнем конце исполинской пещеры неярким белым светом полыхала статуя богини Фионы. И лучи, испускаемые этим необычным светильником, отражались от множества украшений из золота, серебра и драгоценных камней, развешанных по ветвям деревьев на манер гирлянд и ёлочных игрушек или тут и там сложенных затейливыми мозаиками. Вероятно, будь растения живыми, нижний ярус подвалов крепости вполне заслуживал бы звания «рай под землёй». – Вернее, одна. И она нам не рада.

– Ну, последнее было немного ожидаемо, – пожал плечами Крысокрот. – Я никогда не встречал босса уровня, радующегося появлению в его владениях посторонних… Хм, а может, и встречал, если считается радость от предвкушения будущего обеда. Только это всё равно не тот случай.

– Вы кто?! Уходите сейчас же! Быстро уходите! – топала ногами на стоящих посреди остатков последних зомби усталых игроков маленькая девочка в белом платье, которую система называла Миленой Затворницей. Сия особа, чей уровень никак не желал определяться, была явно не тем, чего ждали прорвавшиеся сквозь орды ходячих трупов люди. Закованный в латы скелет, сквозь чёрную броню которого проглядывали бы кости. Могущественный лич, от колдовской власти которого содрогалась бы сама реальность. Какая-нибудь жирная и ни на что не похожая туша чудовищного некрокадавра, источающего едкую кислоту через каждую пору своего тела… С ними все здесь присутствующие знали, что делать. Но как-то рука не поднялась у идущей первой Дракошки на Милену, а остальные решили не лезть с оружием наголо вперёд начальства. – Пыщ! Пыщ!

Эти грозные выкрики, надутые щёки и растопыренные в стороны руки, которыми хозяйка подземелья периодически махала на подступивших к ней игроков, делали её скорее смешной, чем угрожающей. Впрочем, настороженных взглядов с неё народ всё равно не сводил, но заодно оглядывал и окрестности. Вдруг где-то рядом сидит чудовище, у которого сия особа работает не то приманкой, не то домашним любимцем?

– Ты какой-нибудь урон получаешь? – осведомилась Снайперша у Мёбиуса, на котором решила сосредоточить свои усилия девочка после того, как её запугивание, смотрящееся скорее комично, чем грозно, не принесло плодов. Перестав изображать из себя хомячка-берсеркера, она принялась толкать игрока обеими руками в пузо… Впрочем, без малейшего внешнего эффекта.

– Ну, у меня запас сил на единичку убавился. А хотя нет, она уже обратно успела восстановиться, – задумчиво пробормотал парень, а потом, порывшись в своём инвентаре, вытащил оттуда сочную, спелую грушу. – На, мелочь, угощайся.

– Не уйдёте? – смерила его оценивающим взглядом девочка, проигнорировав угощение.

– Нет, не уйдём, – уверенно тряхнул головой Мёбиус.

– Ну и дураки, – припечатала Милена Затворница всех игроков разом. – Думаете, все те люди, которые здесь прятались, сами умерли?

– Нет, не думаем, – помотала головой Дракошка. – Но это ведь не ты их убила, верно?

– Пф! Сами сдохли, когда решили здесь спрятаться и битву богов переждать, – фыркнула девочка. – Да ещё и единорогов с собой притащили. Надеялись, они их от проклятия защитят. Коняшек-то, спрашивается, за что? Они же не виноваты!

– Проклятия? – удивился Мёбиус и внимательно перечитал список эффектов, действующих на его персонаж. Ничего необычного там тем не менее не обнаружилось. Список отрицательных эффектов был длинным, но объяснялся он постэффектом принятых зелий, полученными травмами и многократным респауном за относительно короткий промежуток времени. – Какого проклятия?

– Так моего. Я же проклята, причём уже давно, лет пятьсот – шестьсот, – развела руками девочка, явно просидевшая под землёй в окружении мертвецов не одно десятилетие. – Как сейчас помню перекошенную харю Владыки Тлена, когда он шипел всякие непотребства и пытался выпрямиться после моего пинка по самому дорогому для мужчин месту… Чего-то там было про гной, гниль, ядовитый воздух и вечную скверну. Короче, за каждый удар по яйцам новое столетие и кару к моему наказанию добавлял.

– Пятьсот – шестьсот лет? Офигеть! Мутант, однако! А ведь по виду и не скажешь, обычный такой рыцарь смерти, только ржавый маленько, – поразился Вертопрах, припомнив изображение этого тёмного бога, виденное им на официальном сайте «Запределья». – Как такое богатство в штаны-то только запрятать умудрился?

– Да не, в этом плане он нормальный, – поспешила успокоить его Милена. – Просто пнуть я его успела несколько раз! А нечего руки распускать, я девушка приличная, без благословения родителей – ни-ни! Вот и маюсь теперь в облике ужасном и отвратительном, самим своим присутствием отравляя всё вокруг. А я ведь честно хотела как лучше! Даже добровольно сделалась затворницей в этих подземных садах, чтобы никто случайно под проклятие не попал! Ну вот разве моя вина в том, что эти придурки проигнорировали все предупреждения и сюда спустились?

– Не твоя, не твоя, определённо не твоя, – успокоила непися Дракошка, с хозяйственным видом оглядываясь по сторонам. Поправ все игровые каноны, местный босс оказался дружелюбным… Ну не считать же те нелепые попытки напугать за агрессию? Что ж, неожиданный ход, игроделы определённо подошли к своей работе с выдумкой и фантазией. Вероятно, у этой маленькой девочки игроки смогут многому научиться или взять уникальные квесты, ведь не просто же так она по отношению к одному из тёмных богов рукоприкладствовала. Точнее, ногоприкладствовала. – Кстати, твой облик я не назвала бы ужасным или отвратительным. Да и проклятия никакого тут больше нет. Похоже, наказание, наложенное на тебя Владыкой Тлена, себя уже изжило.

Игроки стали рассредоточиваться по мёртвому саду в поисках любопытных вещичек, которые можно было бы продать или просто унести с собой на память. И надо сказать, их ожидал немалый успех. На ветвях лишённых листвы деревьев висели помимо вульгарных цепочек, кулонов, браслетов и перстней разнообразные амулеты, которые когда-то жертвовали здесь самой Фионе или её жрецам. Выложенные на пожухлой траве монетами рисунки не только могли считаться произведениями искусства, но и в прямом смысле слова ценились на вес золота. Среди травы попадались останки прежних жителей города, не то пытавшихся найти спасения у Милены, не то надеявшихся уничтожить источник погубившего их проклятия. С засохших клумб любители ботаники уже успели собрать урожай семян самых разных цветов и теперь раздумывали о том, как бы их прорастить, чтобы получить себе постоянно обновляющийся источник алхимических ингредиентов.

– Хитрюга! Обмануть меня хочешь! Я ещё не выжила из ума, несмотря на века обрушенной на меня божественной кары. – Маленькая девочка погрозила пальчиком Дракошке. – Я чувствую, как мою прекрасную кожу раздирают всё новые и новые гнойные язвы, рвущиеся из глубин тела. Вдыхаю смрад своей гниющей плоти. Вижу, с каким ужасом и отвращением вы смотрите на носителя ужасного проклятия.

– Насчёт своего душевного здравия она определённо заблуждается, – шепнула Снайперша Косторезу. – Видать, за годы одиночества её крыша всё же улетела в тёплые края, теряя на прощание черепицу.

– А нам не по фигу? – меланхолично откликнулся тот, подпрыгивая, чтобы достать свисающее с ветки жемчужное ожерелье. – Главное, что она не мешает нам заниматься добычей и собирательством…

– Но вы не бойтесь, наружу моё проклятие не выйдет, – продолжила свою речь девочка.

– Это хорошо, – кивнул Мёбиус.

– Потому что вас я наружу не выпущу. Не могу так рисковать. – Милена Затворница с недовольным видом оглядывала творимый игроками беспорядок и наглое расхищение её сокровищ. А после взмахнула руками, словно дирижёр, и вокруг неё вспыхнуло кольцо голубых молний, мгновенно рванувших во все стороны. Из нескольких десятков окруживших её игроков пережил эту внезапную атаку только Крысокрот, который благодаря бонусам от своего спортивного класса мог похвастаться весьма солидным запасом здоровья. – М-да, ну и бардак вы тут развели… Впрочем, это и к лучшему. Хоть будет чем ближайший месяц заняться, а то надоело уже просто так всё это с места на место перекладывать.

– Работаем! – закричал футболист во всю мощь тренированных лёгких и попытался опустить биту, которую предусмотрительно так и не выпустил из рук, на голову атаковавшей игроков ведьмы.

Однако утолщённый на конце металлический прут лишь впустую прорезал воздух, поскольку Милены на её месте уже не оказалось. С небольшой вспышкой она на мгновение будто размылась в воздухе, переместившись на пять метров в сторону. А точнее, вверх. И падать явно не собиралась, надёжно опираясь босыми ступнями на воздух.

– Луч… – Договорить Крысокрот не успел, поскольку поймал кончиком своего оружия разряд молнии, сорвавшийся с правой руки маленькой девочки и принявшийся стегать людей налево и направо, словно кнут.

Под воздействием этой электрической плети плавилось железо, разрывались в клочья тела, вспыхивало, как спичка, дерево самодельных доспехов. Левая же ладонь финального босса всего подземелья замерла в каком-то сложном жесте, отдалённо напоминающем самую обычную фигу. Вот только с четырёх сторон от маленького кулачка в воздухе медленно разгорались искры, постепенно разрастающиеся в полноценные плазмиды шаровых молний.

– Зря вы сюда пришли! Зря! Зря! – кричала сверху Милена, и её тоненький голосок каким-то странным образом не терялся на фоне воплей игроков, стремящихся найти на ровном пространстве подземного сада хоть какое-то укрытие от безжалостного обстрела с воздуха. Несколько дротиков, камней и даже парочка арбалетных болтов, ударившая в лицо девочке, разлетелись в клочья, столкнувшись с на миг проявившейся вокруг худого, нескладного тельца фиолетовой пеленой. – Уходить надо было, пока отпускала! Теперь вы прокляты, как и я! И мне нельзя отпускать вас наружу, ведь тогда могут оказаться заражены и все окрестные земли! Ай! Кто это сделал?!

Стрела с медным наконечником, ударившая волшебницу в шею чуть повыше лопаток, отскочила от нежной кожи, оставив лишь маленькую кровоточащую царапину. Однако это всё же был несомненный успех, ведь Милена не только получила какое-то повреждение, но и перестала на пару секунд гвоздить игроков молниями.

– Задняя полусфера! Она не может защититься от того, чего не видит! – крикнула Снайперша, залегая за беломраморным бортиком массивной клумбы. Стрелять из такого положения она не могла, но подобное укрытие давало ей возможность поделиться своим открытием с другими участниками рейда. – Яд не подействовал, у неё то ли запредельное сопротивление, то ли вообще иммунитет! А-а-а!

Шаровая молния, на последних метрах своего пути резко отклонившаяся от идеально прямой траектории и обогнувшая преграду, отправила догадливую лучницу на респаун. Но дело уже было сделано, и на Милену, крутящуюся как уж на сковородке, периодически телепортирующуюся на новую позицию и рассыпающую во все стороны заряды электричества, обрушился град снарядов с тыла и фланга. За секунду она уничтожала десяток-другой игроков… Вот только в рейд их пошло несколько тысяч, за время мирной беседы они успели рассредоточиться по местности, и каждый верил, что уж ему-то обязательно повезёт. Сотни гибли без особой цели и смысла, но единицам улыбалась удача. На Милене то и дело появлялся новый след от попадания чем-то метательным. Ушиб, порез, укол… По отдельности вроде бы совсем не страшно, но, когда они накладываются друг на друга, появляется полноценная рана. Белое платьице, принадлежащее Затворнице, не обладало свойствами брони и уже через пару минут боя едва не спадало с её худеньких плеч, поскольку с задней стороны превратилось в настоящее рубище.

– Вы мне надоели! – отчаянно закричала хозяйка подземелий, и её фигуру окутал плотный шар из молний, не дающий метательному оружию и шанса поразить волшебницу.

Вся эта композиция упала на землю и покатилась со скоростью гоночного болида, гоняясь за ближайшими игроками и испепеляя их.

– Ну и как прикажете останавливать этот адский кегельбан? – непонятно у кого поинтересовался Косторез, чудом уцелевший в разыгравшейся бойне, унёсшей жизни не меньше полутысячи игроков. – Или надо ждать, пока у неё запал не выйдет?

Ответ на этот вопрос ему дал обрушившийся потолок. К слову, довольно точечно и метко рухнувший, прямо на сферу молний, крутящуюся на каком-то добром молодце с большим щитом, оказавшемся вдавленным в землю, но почему-то не умершим. Упавшие на защитно-атакующее заклинание кубометры камня частично испарились, но остатки всё же смогли загасить собой грозовые разряды и образовали вокруг перемазанной белой фигурки длинное веретено, которое тут же изнутри пробила яркая фиолетовая искра, и наружу высунулась тонкая детская рука… Но тут на помощь упавшему сверху камню пришёл садовый грунт, может и выглядящий не слишком презентабельно, зато покорный геоманту.

– Долго не удержу, она вырывается! – истошно завопил Соломон, всплывающий из какой-то кочки, словно субмарина. Милена активнее зашевелилась под накрывшей её землей, и слой почвы пробили сразу три ударившие в разные стороны молнии. – Быстрее, у кого клинок длинный, протыкайте кокон!

Игрок со стальным двуручником, явно взятым в качестве трофея у полярников, случайно оказавшийся поблизости, одним прыжком взобрался на шевелящуюся и плюющуюся в разные стороны электричеством кучу и вонзил в самый центр данного образования своё оружие по рукоять. Волосы его сначала встали дыбом, а потом вспыхнули. Самого же героя отшвырнуло метров на десять, причём уже жареным… Но тут у всех выживших резко скакнуло количество опыта, принеся кому один, а кому и два уровня.

– Завалили? – неверяще спросил Косторез. – Фух, повезло… Стой, куда?! Верни лут, ворюга!

Соломон снова погружался в почву. Вместе с импровизированным саркофагом, скрывающим в себе тело Милены Затворницы. И догнать геоманта, прокладывающего себе путь под землёй напрямую, не представлялось возможным…

– На что он рассчитывает, а? – обернулся я к своему джинну в поисках хоть какой-то поддержки. – Ну, Синдбад, можешь ты мне объяснить? Его же после подобного все участники этого рейда при встрече из принципа убивать будут!

– Как говорит Величайший Семён Игоревич: «Жадность фраера сгубила», – процитировал искин одного из своих создателей. – Рискну напомнить, что вы уже дважды откладывали процесс создания в структуре мирных персонажей социальных лифтов. Будет ли мне оказана честь предоставить вам свои наработки по этому вопросу?

– Ах-ха-ха! – летело над городом, чьи обитатели вовсю обсуждали очищение крепостных подвалов, состоявшееся лишь несколько часов назад. Нет, рейд никто бы не назвал совсем уж неудачным, поскольку добычи в нём взяли много, да и опыта в уничтожении живых мертвецов подняли немало… Но всё же жестокость и сложность данного приключения серьёзно испугала тех смельчаков, кто надеялся зачищать подобные локации в одиночку. Или хотя бы относительно небольшими группами. Да и предположения о размерах и ценности финальной добычи, которую уволок вспомнивший своё тёмное прошлое Соломон, строились самые разные. – Гха-ха-ха!!

– Это что такое? – прислушался к звукам Крысокрот, машинально вытряхивая из обоих рукавов по кинжалу. – Звучит вроде знакомо…

– Счастливый, безумный смех, вариант третий, – пришёл ему на помощь Мёбиус, с момента старта «Запределья» успевший уже порядочно заматереть. Теперь это был уже не нищий доходяга в лишь едва-едва отличающейся от лохмотьев одежде, с деревянным посохом. Под яркой зелёной тканью обтягивающего охотничьего костюма пряталось мускулистое тело, а на пальцах сверкали массивные медные перстни с крупными, хотя и мутноватыми, драгоценными камнями, при нужде неплохо заменяющие кастет. Впрочем, посох у него всё же имелся: длинный, прочный, достигающий длины двух с половиной метров. С его помощью игрок, старательно развивающий у себя акробатику и ловкость, в бою просто перепрыгивал недостаточно осторожных противников. И атаковал их либо сверху, либо с тыла, выдавая один критический удар за другим. – Я себе при настройке голоса персонажа тоже этот вариант сначала взять хотел, но в итоге решил всё же остановиться на седьмом.

– Проверим, что там? – предложила Дракошка, отвлекаясь от смешивания зелья, которое она готовила прямо на барной стойке здания, что она и несколько её приятелей не жалея сил отреставрировали и сделали полностью пригодным для жилья и производственной деятельности алхимиков. Нормальные кровати, непротекающая крыша, кухня, склад для хранения продуктов и ингредиентов, набор разнообразной посуды, включая колбы, горелки, спиртовки и прочую важную в процессах синтеза и распада дребедень. Теперь все, кто отдыхал в нём, получали бонус к излечению от полученных травм и некоторым ремесленным навыкам. – Всё-таки без причины так выражать свои эмоции в безопасной зоне не будут. А то его быстро отсюда выпнут.

Количество игроков, обживающих заброшенный город и его окрестности, неуклонно увеличивалось на сто – сто пятьдесят человек в день. И поначалу казавшаяся столь обширной территория вокруг точки респауна с течением времени всё больше и больше стала напоминать переполненное общежитие. Перевязывать раны, изготавливать снаряжение, отдыхать, хранить не помещающиеся в инвентарь трофеи, да и просто общаться все хотели именно здесь. Появились такие диаметрально противоположные профессии, как сторож и вор, причём без всякого влияния неписей. Игроки сами тащили у своих собратьев понравившиеся им вещи… и рано или поздно попадались. А тогда потянувшего не туда руки преступника били всем миром. То же самое ожидало тех, кто слишком часто нарушал хрупкий общественный порядок, сложившийся в обществе поголовно вооружённых и бессмертных людей. Если конфликтный персонаж успевал обидеть многих или просто звёзды складывались для него неудачно, расправа продолжалась до тех пор, пока провинившийся не покидал «Запределье», чтобы войти обратно дней через пять – семь, когда страсти улягутся. Или вообще не создавал персонажа заново.

– Да, я это сделал! Сделал! – Вопли искреннего, незамутнённого счастья перелетали через крыши двух-, трёхэтажных домов. – Получилось! Теперь у меня есть своё собственное племя! Я настоящий вождь!

– Крысокрот, останешься на хозяйстве, – решила Дракошка, оглядывая сидящих за расставленными по залу столами игроков, многие из которых тоже срочно засобирались на выход. Покупающие у хозяйки зелья, мастерящие что-нибудь или просто общающиеся… Бар-магазин, пока такой же безымянный, как и весь город, пользовался немалой популярностью. – А то явится какой-нибудь ухарь, возомнивший себя великим вором…

– Эй, а если тебе кого-нибудь зарезать понадобится? – Убийце, пусть ещё не имеющему данного класса, но активно к нему стремящемуся, не очень хотелось выполнять роль цепного пса. – Этого самого вождя, например? Что-то я не помню, чтобы мы за него голосовали.

– Я ей помогу, – мягко заметил Мёбиус, старавшийся стать не то мастером восточных единоборств, не то монахом, он пока и сам точно не определился. – К тому же не следует уничтожать власть сразу после её появления, подождём хотя бы до тех пор, пока она не начнёт своим существованием мешать людям.

– Минуты три? – хмыкнула алхимик. – Или уж дотерпим до послезавтра?

– На самом краю искусственного острова, отделяющего безопасную зону от остального города, где в любой момент можно было повстречать агрессивно настроенное зверьё, высилось прямо на остатках раздёрганной пращниками каменной брусчатки штук пять хижин очень узнаваемого вида. Именно в таких жили каннибалы-дикари, доставившие немало неприятных минут тем игрокам, кто углубился в джунгли. К ним испуганно жались их обитатели, представленные двумя десятками мелковатых и страшноватых краснокожих разного пола и возраста. Три четверти группы неписей, со страхом взирающих на обступивших их игроков, являлись детьми, не решающимися отпустить одежду четвёрки приглядывающих за ними мамочек. Единственным, кто из них сохранил какое-никакое присутствие духа, являлся грозного вида старик, у которого человеческие кости были на манер пирсинга продеты в щёки, нос, да и вообще виднелись то тут, то там по всему морщинистому телу в качестве импровизированных украшений. Рядом с хижинами, не то возведёнными на месте из всякого мусора, не то целиком дотащенными в город из ближайшего селения дикарей, танцевала на одном месте некая личность, идентифицируемая системой как Вождь Мобильникус.

– О, Вертопрах! – Мёбиус углядел в задних рядах толпы знакомую ему личность и немедленно дёрнул её за руку. Всё равно протолкаться сквозь плотную толпу зевак, при необходимости способных мгновенно превратиться в группу зачистки, не имелось никакой возможности. – Ты можешь объяснить, что тут у вас такое происходит?

– Ага. Мы неписей цивилизуем, – улыбнулся игрок, явно находящийся в хорошем настроении. – Конечно, чтобы они стали нормальным народонаселением, надо ещё хорошо потрудиться. Но первый шаг сделан. Теперь главным образом необходимо следить, чтобы их никакие бешеные пекашеры и прочие неуравновешенные личности не выпилили, пока они не размножатся.

Мобильникус прекратил бурно изъявлять всем окружающим свою радость, исполняя танец мумба-юмба, и принялся раздавать дикарям указания. Женщин он заставил выделывать шкуры, детвору вооружил маленькими острогами и заставил удить из рва рыбу, а старика приставил к поданному из толпы котлу, и тот принялся крошить туда овощи. Дикари опасливо оглядывались на обступивших их игроков, но больше никаких особых признаков неудовольствия не проявляли.

– Мало нам было кобольдов, теперь и людоеды-партизаны появятся, – озадаченно почесала голову Дракошка.

– Не появятся, если мы среди неписей высокую мораль удержим, – не согласился с ней Вертопрах. – Кобольды почему взбунтовались? Потому что с ними как со скотиной стали обходиться. И без надзора надолго оставили. А эти, если им регулярно запрещать на людей охотиться и объяснять преимущества цивилизованного образа жизни, обычными крестьянами станут… Стоп, а вы что, не в курсе, чего у наших соседей вышло? Форумов не читали?

– Читали, но, видимо, не те. Я больше информацию о разных зельях выискивала, чем на дрессировку мобов внимания обращала, – помотала головой Дракошка. – Так о чём речь?

– В регионе, который его обитатели окрестили Погорыньем, какой-то ушлый тип взял в плен штук сорок дикарей после разгрома их деревни, – охотно принялся объяснять Вертопрах. – Чисто случайно получилось, они там просто массово прокачивали мастерство владения дубинами, вот и глушили врагов вместо того, чтобы убивать. Эти ребята уже нашарили выход в баронства, тамошние власти оказались чуть повменяемей наших. В глубь своей территории не пускают, но деловые отношения выстраивают куда охотней. А в числе прочих скупщиков у них на КПП имеется и торговец живым товаром. И цены у него оказались неплохи, очень даже неплохи… Вот и решили дикарей чуть-чуть у себя подержать, а потом, как накопится их достаточно много, большой караван с невольниками снарядить.

– Продолжай, – поощрительно кивнула Дракошка.

– «Чуть-чуть» незаметно растянулось почти на месяц, а потом привыкшие к своим пленителям дикари внезапно взяли и переквалифицировались в диковатых крестьян-хуторян, – пожал плечами Вертопрах. – Новых навыков или талантов у них особо не появилось или появилось мало, зато к мимопроходящим личностям терпимость значительно повысилась. Теперь на них лишь мрачно зыркают, а не пробуют подстрелить и потащить в котёл. А самое главное, подружившиеся с ними игроки приобрели власть приказывать своим новым друзьям, став этакими мини-феодалами. То есть они ни фига не делают, а налоги им капают в виде шкур, стрел, дичи, лесных трав и других товаров натурального производства.

– Интересно… – задумчиво протянула девушка. – Получается, можно таких крестьян-хуторян обучить земледелию, самогоноварению, кожевничеству и другим полезным навыкам, чтобы наконец получить нормальных дружественных неписей требуемого качества и в требуемых количествах? Меня, например, задрало лично стоять за прилавком и пересчитывать припасы!

– Ты улавливаешь мысль, – согласился парень. – Конечно, пока ещё не очень ясно, какие условия для этого должны быть соблюдены. Но, судя по всему, сегодня наши родные руины сделали первый шаг к тому, чтобы наконец-то обзавестись горожанами, не сваливающими периодически в реал.

Глава 16

– Дамы и господа, что-то пошло не так. – Мой бывший однокурсник осматривал картину разворачивающихся внизу событий и недовольно хмурился. Впрочем, я тоже отнюдь не улыбался, несмотря на довольно приятное завершение бурно прошедших выходных. А ещё испытывал серьёзное искушение вызвать к себе Ингу. И начать грызть её ногти. Потому что моих на то, чтобы пережить устроенную игроками катавасию, явно не хватит. Ну, если не использовать чит-коды на абсолютную регенерацию… Хотя есть ещё вариант: перейти с рук на ноги. – Дамы и господа, что-то очень сильно пошло не так!

– Простите, Иннокентий, но в чём проблема? – аккуратно поправил очки типичный мальчик-ботаник… Интересно, какие психологические проблемы были у этого Игорёши, что он в качестве своей аватары выбрал ребёнка? Нет, конечно, у всякого свои тараканы в голове, и культивировать их уникальные мутации – личное дело каждого… Однако среди других богов-админов, выдернутых на чьё-то личное облако без предупреждения и посреди рабочего дня, других псевдодетей не было. – Я никак не могу понять причины, почему вы придаёте такое значение этому, пусть и не ординарному, но в общем и целом давно ожидаемому событию. Мой джинн по-быстрому проанализировал его истоки и признал случившееся абсолютно закономерным и никоим образом не мешающим балансу игры.

– В таком случае мне становится стыдно за его машинную логику, которую в том числе создавал и я сам! – огрызнулся Кеша. – Ты ещё не понял, что там происходит? Правда не понял?!

Мальчик в очках насупился, не желая сознаваться в своей тупости, однако сказать ему было нечего. Впрочем, большая часть присутствующих здесь сейчас богов-админов тоже выглядела растерянными. Лишь человек пять хмурились, морщились, шевелили губами, тихонько советовались со своими джиннами или иным образом просчитывали далекоидущие последствия события, которое обязано было вот-вот начаться.

– Великий, но разве поступки этих людей внизу могут вызвать большой катаклизм? – осторожно спросил меня Синдбад, явно не понимая, почему такое значительное количество его начальства вдруг собрали в одном месте, а представитель основного состава разработчиков впал в самую настоящую панику. – Они не делают ничего, что не укладывается в общие рамки прогнозов. Да, будет столкновение между ними и жителями баронства. Но ведь подобные конфликты планировались ещё даже до момента создания первой из подобных локаций.

– Дело не в том, что игроки собрались расшибать морды неписям, а неписи в ответ устроят настоящий сезон охоты на игроков, – устало вздохнул я, в который раз уже отмечая, что ныне существующий ИИ больше искусственный идиот, чем искусственный интеллект. Только отлично притворяется. Впрочем, большая часть людей тоже лишь имитирует умственную деятельность. И ничего, как-то живут, платят налоги и даже вполне успешно размножаются. Вон, примеры вокруг меня стоят и смотрят на Кешу, как бараны на новые ворота. – Проблема в том, какой подход к источнику своих проблем выбрали игроки! Мы ошиблись, Синдбад, причём очень сильно. Благодаря нашим усилиям «Запределье» стало настолько хардкорной игрой, что клиенты больше не хотят нарабатывать репутацию, выполнять квесты и вообще всячески подстраиваться под местных неписей. Им стало куда проще, быстрей и дешевле попытаться переделать окружающий мир под себя!

Выползшая из леса толпа медленно приближалась к границам населённого пункта, словно стая саранчи, пожирая своим общим тёмным телом аккуратненькие квадратики окружающих город полей. Крестьяне, занимающиеся на своих наделах сельским хозяйством, при виде такого количества чужаков всё бросали и со всех ног бежали под защиту пятиметровых каменных стен. А вот заскочить к себе домой за вещами, пусть даже самыми ценными из них, никто из тружеников сохи уже не успевал. Наступающая на них орда приближалась слишком быстро, чтобы успеть спасти что-то, кроме собственной жизни. Нет, возможно, пришедшие в гости игроки и были настроены миролюбиво, но проверять это, приближаясь к их десятитысячному отряду, компьютерным персонажам строго запрещала имитация инстинкта самосохранения.

– Вы хто такие?! – грозно крикнул стражник на воротах города, когда толпа обряженных в деревянные, кожаные и костяные доспехи личностей, сжимающих в руках примитивное, но несомненно боевое оружие, подобралась достаточно близко.

При этом говорливый непись благоразумно не показывался в маленьком окошке, проделанном посреди толстых дубовых створок, закрытых наглухо и, кажется, для надёжности ещё и чем-то с той стороны подпёртых.

– Мы? А разве не видно? – даже удивился такому вопросу игрок Финансовый Крысис, идущий впереди всего остального отряда. Он внимательно оглядел своих спутников, вместе с которыми и проделал долгий путь от развалин безымянного города до центра одного из баронств. – Мирные путники!

– Кх! – аж хрюкнул, подавившись воздухом от такого определения собравшейся перед его городом толпы, стражник. Он даже на секунду изволил явить свой усатый лик в окошке, предназначенном как раз для разглядывания всяких подозрительных личностей. На него чисто машинально нацелился азартный взгляд нескольких тысяч глаз, и непись решил убрать свою голову с потенциально уязвимой позиции. А то мало ли, вдруг у кого из лучников рефлексы взыграют? – Мирные путники? Серьёзно? С катапультой?!

– Да вы что, какая катапульта?! – Крысис даже обернулся, чтобы получше посмотреть на тот объект из брёвен и канатов, который люди притащили следом за собой на телеге. – Это требушет, пусть и несколько грубоватый, но действующий! А ещё у нас есть четыре тарана, восемь переносных баллист, четыре ящика склянок с зажигательной смесью, двенадцать прочных осадных лестниц и много-много верёвок с кошками. Не то чтобы последние обязательно стоило брать с собой, когда собираешься в тур по чужим городам и весям, но во время сбора походного рюкзака сложно остановиться, и рано или поздно понимаешь, что тебе в самый решающий момент может не хватить именно этой фигни.

– Тем более! – проорал стражник, судя по голосу начинающий догадываться, что над ним жестоко издеваются. – Какие из вас мирные путники такой ордой, да ещё с требушетом?!

– Эй, мы пробовали ходить к вам в гости по одному и без осадных орудий! – возмутился Крысис, стоявший впереди маленькой скромной толпы… после движения которой в окрестных лесах осталась просека. Пройдя быстрым маршем по кратчайшей траектории, сборище игроков порядочно расчистило дорогу желающим пройти по их следам персонам, вытоптав всю растительность. И заодно распугало подальше хищников, бандитские шайки и мало от них отличающиеся патрули солдат из баронств. – Нам не понравилось! Причём совсем-совсем не понравилось! И мы хотим об этом поговорить!

– Ага, – пришёл к каким-то своим выводам страж ворот… или скорее офицер, этими самыми стражами командующий. Иначе вряд ли он посмел бы так общаться с предводителем отряда в несколько сотен человек, деловито и без лишней суеты подошедшего к воротам города Трорхалк с оружием наголо. – И чего именно вы хотите?

– Первое! Нормальных цен в магазинах, для чужаков они не должны автоматически повышаться в десять раз! Второе! Возможности доставлять купленный оптом товар до места своими силами, а не грабителями-кровопийцами, маскирующимися под гильдию возчиков! Третье! Отмены штрафа за убийство охраняемых вашими идиотскими законами комаров! Четвёртое! Наточите уже топор палачу, когда вас не могут обезглавить даже с четвёртого удара, это реально задалбливает! – принялся перечислять Финансовый Крысис пункты, которые пытающихся приобщиться к цивилизации игроков, мягко говоря, не устраивали. Список получился длинным, минуты на три минимум. Возможно, сами местные ещё как-то и приспособились жить по своим законам, выглядящим в глазах нормальных людей бредом сумасшедшего. Вот только игроки терпеть лишения решительно не желали и своё право на привычный образ существования готовы были отстаивать с оружием в руках. Тем более данный процесс обогащал их самой желанной вещью на свете – очками опыта. – Пятьдесят седьмое! Также желательно, чтобы охранники важных персон делали хотя бы один предупредительный окрик, прежде чем хватать показавшегося им подозрительным типа. Всё? Ах да! Пятьдесят восьмое! И хватит уже проверок цвета носков через каждые пятьсот метров! Они НЕ пурпурные! И даже не красные! Я вообще ни у кого таких носков в этом мире ещё не видел!

– Ну ещё бы… Пурпур даже по меркам королей – дорогая штука, – вздохнул стражник, явно не находя последнее требование слишком уж наглым. – Ладно, ждите, за бароном уже послали. Сейчас он придёт и втопчет вас в землю, то есть я хотел сказать, выслушает ваши требования…

– А если и вправду сейчас этот барон как вылетит из ворот во главе конного клина и втопчет нас к едрёне фене? – опасливо уточнила у Крысиса девушка с копьём и ником ДиДи, стоявшая за спиной перекрикивавшегося с начальником стражников игрока. – Такой танк на лошадином приводе не просто удержать. Пробовали уже.

– Ничего, десяток втопчет, ещё один опрокинет, штук двадцать зарубит, а в остальных завязнет, – отмахнулся от неё Крысис. – Он всё же не эпический монстр вроде Милены Затворницы, при борьбе с которыми даже тысячекратный перевес не поможет при неправильной тактике. Если бы не свита в виде рыцарей и оруженосцев, его можно было бы валить относительно нормальным рейдом на десять – двадцать хайлевелов.

– Собери десятикратное превосходство – и победишь любого противника, – прокомментировал это высказывание один из стоящих в толпе игроков, отличающийся раскосыми глазами и желтоватым цветом лица.

– Знакомая фразочка… – задумался стоящий рядом с ним обладатель большого и надраенного до блеска двуручного медного топора. – Её, кажется, генерал имперцев в последнем фильме о звездных войнах сказал. Перед тем как огрести от очередной реинкарнации плюшевых мишек.

– Дурак! Это Сунь Цзы! – чуть не стукнул его любитель древневосточной мудрости.

– Да? Ну ладно… – не стал стоять на своём обладатель большой секиры. – А кто он такой? Хайлевел? И на каком форуме публиковался?

В городе раздались звуки труб, которые оповещали жителей, что по улице скачет барон со своими приближёнными. И следовательно, надо как можно скорее прижаться к стенам домов, а лучше вообще убраться с тротуара. Потому как хозяин города не будет замедлять свой ход, чтобы нерасторопный смерд успел вывернуться из-под копыт его коня. Незнакомые с особенностями местных правил дорожного движения игроки обычно узнавали этот факт на собственном опыте. В списке требований под номером двадцать девять даже стоял пункт, призывающий всадников ограничить скорость своего движения в населённых пунктах двадцатью километрами в час, а также повесить на гужевой транспорт светоотражающие маячки, ибо в тёмное время суток увернуться от него становилось действительно сложно.

– Думаю, настоящие хайлевелы – это те, кто поодиночке справится хотя бы с этим же заштатным бароном, – пробормотала ДиДи, прислушиваясь к творящейся за городскими стенами какофонии. Герольды, входящие в свиту правителя, дудели в свои трубы очень громко. И совсем не музыкально, явно даже не озаботившись при вступлении в должность взять пару-тройку уроков по правильному извлечению звуков из духовых инструментов. – И появятся они у нас в лучшем случае к Новому году. Следующему. А те, кто сейчас ими считаются, это так, мускулистые крепыши из старшей ясельной группы.

Ворота распахнулись, и перед игроками, намеревающимися отныне посещать Трорхалк на своих условиях, предстал клин рыцарской конницы с опущенными копьями. Выглядела тяжёлая феодальная конница богато… Ну ещё бы! С теми поборами, которые барон и его приближённые драли со всех встречных и поперечных, иметь плохую экипировку было бы попросту глупо. Каждый конь обладал укрывающим голову и шею доспехом и зелёной или синеватой попоной, защищающей его от скользящих стрел и случайных ударов. По этой натянутой на лошадь одежде шла разнообразная вышивка серебром, но сказать, служила ли она исключительно декоративным целям или для увеличения размеров животного, игроки пока не могли. Всадники, понятное дело, выглядели ещё солиднее. Пять рыцарей первого ряда, среди которых выделялся один здоровяк с натянутым поверх шлема-ведра золотым обручем, были счастливыми обладателями полных готических доспехов. Состоящая исключительно из высококачественной стали броня, закрывающая их целиком, делала своих обладателей почти неуязвимыми. Второй и третий ряды кавалеристов выглядели чуть скромнее, у них непрошибаемые пластины металла чередовались с кольчужным плетением, которое прорубить было всё же чуть легче. По логике вещей, дальше следовали ещё совсем легковооружённые рыцари и их оруженосцы, не имеющие достаточно денег на лучшие доспехи, но их уже было попросту не видно за спинами других.

– Пять магов. Раз полезли на стену, скорее всего, боевые, – предположил Финансовый Крысис, рассматривая появившиеся между зубцами фигуры в тёмных мантиях. Масса лучников для игроков была угрозой знакомой и привычной: после перестрелок с населяющими окрестные леса дикарями они волей-неволей изучили меры борьбы с любителями дальнего боя. А тут по ним ещё и стрелять могли только с одного направления, а не из-под каждого куста. – Интересно, они с патентом или без?

– А разница? – деловито отозвалась ДиДи. – Раз на барона работают, точно не на нелегальном положении.

– Ну, которые без, те считаются самоучками, – пожал плечами парень, перед началом похода прошерстивший форум на предмет столкновения игроков с неписями-чародея ми. По сравнению с остальными монстрами такие противники являлись очень редкими… Но каждого из них игроки запоминали надолго, даже если умудрялись каким-то чудом выжить. – Убойная сила их заклятий будет пониже, зато они знают разные грязные трюки вроде отложенных проклятий или поднятия нежити. Интересно, где церковники, почему я их не вижу? Поддержкой клириков ни один нормальный полководец пренебрегать не будет, это точно.

– Устраивают какой-нибудь коллективный молебен, дающий всем защитникам баронства плюс десять к защите и пять к удаче или иное какое повышение характеристик? – предположила девушка, но обратила внимание на какого-то молодого юношу на пегой кобылке, с трудом протискивающегося между стеной и конём крайнего в ряду рыцаря. Вернее, сначала она заметила большое полотнище, которое паренёк сжимал в руках, и лишь потом перевела взгляд на самого всадника. – О, к нам кто-то стремится с белым флагом. Неужели сдаться задумали?

– Думаю, это парламентёр, который будет говорить от лица барона, – покачал головой Крысис.

– Кто вы и по какому праву взяли в осаду Трорхалк?! – тонким, но достаточно звонким голосом провозгласил юноша, осаживая свою кобылу метрах в пятидесяти от игроков.

– Мы те, кому очень хочется поговорить с твоим бароном, – откликнулся Крысис. – Но раз он сам к нам выходить не хочет, может, ты проводишь меня к нему? Одного и без оружия.

– Назови мне своё имя и род, дабы я мог сказать, достоин ли ты говорить с моим сюзереном без урона его чести, – напыщенно заявил герольд, видимо чувствуя себя в полной безопасности под защитой белого флага.

Отсутствие знаний этикета среди игроков привело к полному провалу переговоров. Нет, они пытались быть максимально корректными, вежливыми и готовыми к диалогу, но этого было недостаточно. Герольд курсировал между двумя готовыми к бою отрядами, но приемлемого компромисса достичь так и не удалось. Из озвученного списка претензий справедливыми, то есть подлежащими обсуждению, власти города сочли только пунктов пять, а по остальным упёрлись наотрез. Барон посчитал ниже своего достоинства беседовать с безродной швалью и уж тем более не собирался ей верить на слово. Игроки в обмен на повеление сложить оружие и ждать суда тоже ответили категорическим отказом, послав лицо благородного про исхождения туда, откуда он вылез при рождении. Не встретило понимания у них и щедрое предложение выдать вожаков и перейти на службу к барону за двухразовую кормёжку и половинку медной монеты в день. Феодала глубоко удивило требование возместить ущерб, который его люди нанесли тем игрокам, которые пришли в Трорхалк торговать, но попали под тотальную конфискацию всего имущества прямо на воротах, поскольку не смогли предъявить документов на свои товары. А после тезиса о недопустимости рукоприкладства по отношению к тем, кто ему не присягал, владыка города вообще пришёл в неописуемую ярость. До сего момента он полагал право бить смердов одной из врождённых привилегий аристократии.

Затрубили трубы, и рыцари сделали два шага вперёд, выставляя копья и тем демонстрируя начало атаки. Самые нетерпеливые из игроков спустили тетиву луков, но лёгкие стрелы, преимущественно с костяными наконечниками, бессильно отскочили от стальных лат. Поразить рыцаря подобным оружием теоретически было можно, но тогда следовало попасть либо прямо в глазницу, либо в на миг приоткрывшееся сочленение.

Крысис рявкнул на подчинённых, всё ещё надеясь вернуться к диалогу, но его мирные намерения не встретили понимания у хозяев города. Маги, занявшие позиции на стенах, ударили слаженно, слитно и профессионально. Хоботы трёх двадцатиметровых смерчей, опустившиеся из мгновенно появившихся туч, скользнули по подошедшей к городу толпе. Всюду, кроме своих непосредственных эпицентров, мгновенно поднявшийся ветер был слишком слаб, чтобы причинить серьёзный урон людям. Да, их тащило по земле, сбивало с ног, опрокидывало, поднимало на высоту двух-трёх ростов и роняло. Но попавшие под действие чар воины отделывались по большей части синяками и испугом. Лишь пять или шесть фигур, которым действительно очень не повезло, свернули себе шею. По меркам десятитысячного войска – капля в море. Зато хаотические порывы воздуха прекрасно сбивали с траектории стрелы, летевшие куда угодно, но только не туда, куда хотели лучники.

Мигом значительная часть легковооружённой армии, солдаты которой в борьбе с бронированными рыцарями собирались делать ставку на дальний бой, превратилась из злых и грозных бойцов в не менее злых, но почти бессильных пехотинцев с нелепыми гнутыми палками. Метатели камней и дротиков от магически-атмосферных явлений страдали в меньшей степени, но всё равно их эффективная дальность поражения целей заметно снизилась. А самое главное, два из трёх хищных смерчей ударили именно туда, где вместе с инженерами-самоучками находилась осадная техника. Смерчи рвали верёвки и ремни, выдирали из пазов доски, расшатывали сложную систему противовесов! В общем, превращали грозные орудия в хлам.

– У игроков примерно двадцать процентов на успех, – сухо проанализировал Кеша, наблюдая за тем, как первые ряды рыцарей сконцентрировались для конной атаки. – Соотношение можно ещё подправить в сторону неписей, если чуть-чуть подкрутить поведение горожан. Скажем, они будут массово вступать в ополчение, а у феодала найдутся денежки, дабы заплатить оказавшимся в городе наёмникам. Но мы же всё с вами понимаем, что событие даже с одним-двумя шансами на успех, если игроки будут в нём действительно заинтересованы, непременно произойдёт. Не с первой попытки, так с десятой или даже сотой, но игроки займут Трорхалк!

Барон, по горло занятый уничтожением орды явившихся к его городу проходимцев, явно не согласился бы с подобным прогнозом. Бронированные с головы до пят рыцари, вздумай они провести классическую лобовую таранную атаку, действительно завязли бы в месиве человеческих тел. Однако командующие неписи, помимо всего прочего знакомые с элементарной тактикой, сами это знали. И потому вместо кратчайшей, то есть прямой, траектории до цели изливающаяся из ворот конная лава сильно забрала влево, обходя игроков с фланга. А после вообще рассыпалась, оставив вместо единого потока в сотню лошадей и людей отдельные капли. Прекрасно обученные одиночки крейсировали вокруг строя своих противников, периодически идя на сближение и стачивая его, словно кусок наждака мягкий брусок мыла. Длинные копья, длиной в два-три метра, чиркали своими остриями по голове и шее пехотинцев, не способных нанести ответный удар своим коротким оружием. Если рыцарю везло, то за счёт своей высокой массы и скорости он даже подобным скользящим ударом сразу уменьшал число врагов на единицу. Ну а если нет, то просто ехал себе дальше, выбирая новую цель для атаки. Лишённые ездовых животных игроки сравниться в скорости с кавалерией попросту не могли. Попытки перехватить убивающих их всадников делались регулярно, но почти ничем не оканчивались. Средневековый танк мог быть окружён пешеходами только в том случае, если оказывался слишком увлечён боем.

– Да, рано или поздно, но они возьмут город. А после воспользуются своим правом победителей, – согласился я с Кешей. – Установят там свои законы, благоприятствующие им. Обложат налогами неписей. Получат громадный источник качественных расходников, начиная от выпекаемых профессиональными поварами булочек и до магических свитков, которыми там торгует десяток лицензированных колдунов. А заодно сведут на нет три четверти квестов, которые мы для них задумали!

Смерчи продолжали крутиться по толпе игроков, валя их с ног и внося сумятицу в ряды осаждающих город солдат. Однако оружие дальнего боя в схватку всё-таки включилось, и принадлежало оно засевшим на крепостной стене артиллеристам. Выпущенные из установленных на вершинах угловых башен катапульт каменные ядра, может, и уходили в сторону, чуть-чуть… Но когда цели стоят сплошным строем, то отклонение в два-три сантиметра значения не имело. Гранитные мячики сминали людей десятками не хуже самых настоящих ядер, а на гребень стены уже поднимали спешно сосредоточенные у ворот баллисты. Их тяжёлые стрелы должны были косить под порывами ветра чуть-чуть сильнее, но всё равно чаще бы попадали в цель, чем промахивались. И, кроме того, из ворот города вслед за всадниками стала выползать блестящая змея пехоты.

– Зачем повышать репутацию с дающей доступ к городским арсеналам стражей, добиваться благосклонности купцов с их бездонными сундуками или учиться воровать под руководством опытных щипачей, если ты можешь просто отобрать понравившийся тебе предмет? – согласился со мной Петрович, которого я поначалу не заметил в толпе и. о. богов. – И власть не скажет ни слова против, ибо эта власть – ты сам!

Простых воинов в баронстве было примерно раз в двадцать больше, чем благородных. Две тысячи профессиональных солдат тем не менее пока не спешили преодолевать разделяющее их с игроками расстояние. Они выстроились правильным прямоугольником, создав казавшуюся неуязвимой стену щитов, но с места почему-то не двигались. Правда, некоторые подозрения вызывал появившийся в центре их строя малый походный алтарь и десяток фигур в простых тёмных рясах, начавших ходить между рядами бойцов и окуривать их дымом из кадил. Белый дым поднимался из переносных курильниц сплошной стеной, и игрокам разглядеть чего-то за его завесой с каждой секундой становилось всё сложнее и сложнее.

– Ну есть же те, кто будет серьёзно относиться к отыгрышу своей роли, – несколько неуверенно возразили ему из задних рядов. – Просто взять всё нужное силой – это ведь скучновато, разве нет?

Рыцарей и их оруженосцев насчитывалось около сотни. Последних было вообще-то больше всего, почти две трети от общего числа кавалерии. И именно они стали нести основные потери от попыток игроков контратаковать. Облачённые лишь в кольчуги и сюрко, они в принципе были чуть проворней и ловчее своих старших товарищей, напоминающих миниатюрные осадные башни. Однако сидела эта молодая поросль местной аристократии на обычных лошадях, не способных похвастаться запредельными запасами здоровья или обильным бронированием. И именно кони их и подвели, когда один за другим стали обрастать настоящей бахромой из дротиков. Короткие метательные копья, преодолевая порывы начавшего слабеть ветра, втыкались в шкуры животных, и четвероногий транспорт быстро терял ход. Если же всадник не успевал достаточно удалиться от места схватки до того, как вынужденно станет пехотинцем, то оказывался один против нескольких тысяч крайне разозлённых игроков. И элементарно затаптывался, несмотря на всю свою ловкость и высокое умение владения оружием.

– Мы не можем надеяться на добрую волю игроков и то, что они будут вести себя согласно рамкам желаемого для нас поведения, – вздохнул Кеша. – Загнать их туда – вот наша задача. У кого какие будут предложения? Кроме тупого увеличения военной мощи баронств, само собой. Она у них и так непомерно задрана по сравнению с реальными историческими аналогами.

Потерявшие около трети своего количества кавалеристы не сумели разбить терзаемый затухающими смерчами и артиллерийским обстрелом строй игроков. Правда, и совсем уж безрезультатными их усилия назвать тоже нельзя. Около тысячи осаждающих отправились на респаун после того, как близко познакомились с наконечником длинного рыцарского копья. Длинные и очень-очень прочные острия легко рассекали кожу, кости и дерево. И даже если на их пути попадалась каким-то чудом добытая металлическая броня, результат, как правило, оказывался тем же самым. Благодаря набранной лошадьми скорости даже слабый удар всадника просто ломал кости подвернувшейся под него цели. Однако свою главную задачу хозяин города, несомненно, выполнил. Он отвлёк на себя игроков достаточно, чтобы те заметили, как правильная коробочка его солдат вдруг совершила весьма неожиданный манёвр. Она под прикрытием белого дыма резко разошлась в стороны, создавая идеально прямую линию между открытыми воротами и осаждающим город войском.

– Всё же повышение мощи баронств, но выглядящее естественно. Скажем, при появлении общего противника, сиречь игроков, ранее враждовавшие феодалы забывают прошлые распри и скопом начинают бить общего врага, – возразил я. – В конце концов, в соответствии с разработанными легендами как-то же они уживались на близлежащих территориях всё это время. Проблемы подобный союз не решит, но время нам выиграть поможет. Собрать стотысячную армаду, дабы меряться богатырской силушкой с объединёнными армиями неписей, не вдруг и получится.

– Ага! А ещё они, если им начнут докучать чужаки, могут перевести свои владения на военные рельсы и начать играть грязно, – поддержал меня Петрович. – Взвинтить налоги, нанять лицензированных и не очень колдунов, на особо отличившихся игроков натравить охотников за головами, попросить помощи у церкви с её воинственными орденами или провести чёрную мессу, дабы проклясть скопом идиотов, штурмующих их города. На войне как на войне! Не до сантиментов!

Манёвр пехоты баронства получил своё объяснение, когда из-за городских стен под восторженные крики людей вышло настоящее чудовище. Медное, покрытое рунами и едва-едва протиснувшееся сквозь ворота. Пятиметровый голем, стилизованный под человека-атлета, выпрямился во весь свой рост и потом припал на одно колено, на секунду замерев в стойке, которую принимают перед стартом профессиональные бегуны. А после этот живой, вернее, псевдоживой таран сорвался с места и как гоночный болид помчался прямо на толпу игроков по оставленному специально для него коридору. Осаждающие могли бы сдержать таранный удар рыцарей, пусть и заплатив за это смертью своих первых рядов, но остановить этого рукотворного титана, являющегося одной из вершин артефактной магии, могла бы только очень прочная стена. Или хорошо замаскированная яма. Или прямое попадание из большой катапульты. Или дракон. Или… Ну ладно, в «Запределье» хватало вещей, с которыми он находился бы в одной весовой категории. Но это точно не были едва достающие ему до голени людишки, как бы много их ни набралось.

Врезавшись в толпу игроков, голем даже замедлился, продолжая переть дальше, словно танк, и топча всех на своём пути. А вслед за ним в проделанную брешь устремились пехотинцы баронства, которые, благодаря наложенным на них благословениям, ненадолго обрели достаточную скорость, чтобы не особо отставать от неудержимого, как паровоз, монстра.

– Как временная мера принимается. Но этого недостаточно, абсолютно недостаточно! Боюсь, нам придётся разработать… скажем так, альтернативную власть в баронствах. – Кеша с явным удовольствием наблюдал, как число осаждающих город игроков стремительно сокращается на несколько десятков человек в секунду, притом неписи теряли всего одного своего за пять-шесть противников. – Теневой мир, активно выходящий на связь с теми, кто умудрился засветиться и противопоставить себя официальным структурам. Контрабандистов, браконьеров, оппозиционеров, может, даже каких-нибудь сектантов… Подобные персонажи уже есть, но их надо больше!

– Тогда игроки создадут у нас в каждом кластере по своему Мордору, массово уйдя на тёмную сторону силы, – не согласился с ним я. – Надо действовать тоньше. Эти неписи не просто должны противопоставлять себя официальным властям баронств, но и объяснять игрокам, как относительно безболезненно стать своим в недружелюбном социуме. Кому дать на лапу золотом, кого порадовать борзыми щенками, куда вообще не соваться.

– Вот-вот! – поддержал меня Петрович. – А ещё можно ввести механизм смены власти в баронстве с одних недружелюбных неписей на других, очень обязанных нескольким конкретным игрокам, и остальных, посылающих куда подальше. Квест должен быть сложный и долгий, но выполнимый. Тогда наши клиенты сами друг от друга полезных лично им неписей и сложившийся на данной территории миропорядок защищать начнут, чтобы своих бонусов не лишиться.

– Идея сложновата, но чего-то в ней есть… – призадумался Кеша. – Будем работать!

– Так ведь праздники же скоро! – робко возразил ему кто-то из задних рядов. – И каникулы новогодние.

– Значит, должны будете закончить до них, если хотите в реале отдохнуть и набухаться! – резко отрезал мой бывший однокурсник. – Так, начнём распределять задачи. Кто у нас возьмётся за расширение активности преступного мира?

Глава 17

– Поздравляю тебя, Кеша. Честно сказать, после сегодняшнего ты сильно поднялся в моих глазах. Знаешь, долгие годы я считал тебя излишне интеллигентным, но теперь ясно вижу: все мои страхи напрасны. – Судя по выражению лица, бывший однокурсник в настоящий момент страстно желал заткнуть изливающийся на него фонтан красноречия. Возможно, даже кулаком. Увы, к его огромному сожалению, подобному поступку мешали разделяющие нас обстоятельства непреодолимой силы. Ну как непреодолимой… Вполне преодолимой, хватит всего-то десятка спецназовцев и какой-нибудь хиленькой бронемашины для огневой поддержки. Или бумажки с важной размашистой подписью, пришедшей с самого верха. Поскольку ни первого, ни второго у меня не имелось, пришлось обойтись банальными денежными в количестве двадцати пятитысячных купюрами. – Наконец-то ты стал настоящим человеком, поучаствовал в вульгарной пьяной драке и получил свои первые пятнадцать суток!

– Ну вы это… хватит дурачиться, – попросил меня полицейский с погонами младшего лейтенанта, взирающий на творящийся у него перед носом цирк с поистине вселенским безразличием. Видно, и не такого служитель закона на страже правоохранительных органов успел навидаться за годы службы. – Забирать будете или мы его у себя ещё недельки на две оставим?

– Буду. Куда уж мне деваться, раз уж залог внёс? – притворно вздохнул я, наблюдая, как бывшего одноклассника вытаскивают из компании уснувших на вокзале бомжей, не уплативших налоги нищих, парочки профессиональных гадальщиц-шарлатанок цыганской национальности и прочих сомнительных личностей. – Кеша, а если серьёзно… Как?! Ты же почти не пьёшь! Тем более в будни и днём! Я раньше и подумать не мог, что тебя вдруг могут посадить в каталажку за пьяную драку! Мы такого себе и в годы учёбы не позволяли! Даже когда шли домой от девчонок с мёда, у которых всегда имелся чистый спирт!

– Я был трезв, как стёклышко, и ни с кем не дрался! – возмутился приятель, давно уже ставший из безалаберного студента уважаемым топ-менеджером. Даже сейчас его дорогой костюм сохранял весьма солидный вид, несмотря на оторванный рукав, пару грязных пятен и торчащий из нагрудного кармана мятый галстук. – Не было никакой пьяной драки!

– Следствие покажет, – всё с тем же отсутствующим выражением пожал плечами лейтенант.

Ну да, воплей «Не виноватая я!» в полиции наверняка слышали чуть ли не больше, чем банального «здравствуйте».

– Да не будет никакого разбирательства, – хмыкнул Кеша и потрогал синяк, наливающийся у него под правым глазом. – Либо тот ненормальный напишет отказ от претензий… либо судить будут уже его. За клевету, причинение травм средней тяжести и распространение порнографических материалов.

– Ну-ка, ну-ка, поподробнее! – заинтересовался я, пытаясь хоть как-то увязать сказанное бывшим однокурсником в единую картину. – Чем вы там таким занимались?

– А ты разве не знаешь? – удивился Кеша, вытаскивая из кармана мятый галстук и внимательно его разглядывая.

Мне показалось, или на плотной чёрной ткани действительно виднеется отпечаток чьих-то зубов?

– Откуда? – только и осталось развести руками. – Меня Андрей Юрьевич из капсулы меньше часа назад выкинул, напоследок велев мухой в этот участок на такси лететь и тебя из камеры в обезьяннике срочно забрать.

– Это не обезьянник. – Несмотря на формальный протест, возмущения в голосе лейтенанта не было. И жизни тоже. Я аж чисто машинально попытался его скопировать, чтобы потом шаблон такого выдающегося образчика высшей нежити куда-нибудь присобачить. Жаль, ставшее таким привычным меню в реальности не отзывалось. – Идёмте за мной, сейчас вам вернут личные вещи. Кошелёк там, мобильник, ключи…

– Ты Альвину помнишь с её культом рыцарей прекрасной дамы? – Кеша уныло топал за полицейским.

– Спрашиваешь!

К моему счастью, больше по работе пересекаться с гибридом секретарши и программиста не довелось. Однако хватало и эпизодических встреч на общих собраниях или в тренажёрном зале, чтобы понять: стервозность и капризность сей дамы превышают любые мыслимые нормы.

– Так вот, один из её поклонников взаимности от своей богини таки добился. Ну, навыки пикапера у него ещё в реальности оказались прокачены до сотого уровня или чего-то вроде того… – вздохнул Кеша, останавливаясь у зарешеченного окошка, на которое кивнул наш проводник. – Это бы ладно, но так ведь он заснял весь процесс их горизонтально-вертикальных упражнений. И выложил ролик в Сеть. Естественно, это виртуально-реальное порно мигом оценили по достоинству и распространили где только можно и нельзя.

– Альвина психанула и устроила на своём участке виртуальности огненный дождь, продолжительностью в неделю, выкрутив всем игрокам чувствительность до максимума? – попытался угадать я, вспоминая, насколько аппаратно ограничивают наши капсулы уровень болевых ощущений. Вроде бы за верхнюю планку, от которой уже плясали на понижение при помощи программ, цеплялся вытаскиваемый без наркоза зуб или что-то типа того. Умереть от таких ощущений не умрёшь, но запомнишь их на пару месяцев как минимум.

– Не совсем. Она воспользовалась испытанным способом противодействия всяким козлам: расплакалась и побежала жаловаться папочке, – покачал головой Кеша, принимая выдвинутый ему в специальном лотке пухлый бумажник. – А он у нас ведь начальник охраны и вообще мужик на расправу скорый. Вошёл в «Запределье» с правами высшего доступа, выловил этого героя и принялся ему внятно объяснять, как тот не прав. Естественно, выкрутив для хвастунишки чувствительность до полной реалистичности.

– Если тот не мазохист, то просто вышел из игры, – пожал я плечами, немного успокаиваясь.

Испытанные тем клиентом нашей фирмы ощущения, может, и были несколько неприятны, но здоровью не угрожали. Обиженная программистка ещё могла бы чего-то нахимичить с цифровым кодом и запереть своего ухажёра в высокотехнологичном гробу, включив режим непрерывной пытки. Но силовик подобное умел вряд ли, не та у него специализация.

– Почти сразу тот герой-любовник обратно в реальность свалил. Ну, может, минуты через полторы максимум, – согласно качнул головой Кеша. – А после решил покурить, чтобы успокоиться. И не успел он затушить бычок, как услышал, что в его квартиру ломают дверь. Не повезло мужику, мог жить в любом конце Земли, а оказался за полтора квартала от офиса «Запределья», где как раз скучали без привычных дежурств на космодромах добры молодцы в камуфляже, очень злился их начальник и плакала навзрыд его дочка. Ну, всей компанией они в гости к коварному совратителю и заявились на микроавтобусе. Кто рядом жил, подумали, ОМОН работает.

– Вау! Так, стоп! – Фантазия у меня всегда была богатая, и потому я в красках вообразил то, что случилось дальше. – А ты, случайно, не заснял лицо это типа, когда он на своей жилплощади узрел качественно отжаренную во всех позах богиню и её папочку, пару минут назад прессовавшего его в виртуальной реальности?

– Меня там изначально и не было, я гораздо позже появился, – злобно буркнул Кеша, роясь в своём бумажнике и пересчитывая какие-то карточки. – Короче, герой-любовник от друзей и родственников обиженной им девушки ударе на пятом или шестом ушёл, как настоящий десантник. Через окно. Этаж был второй, но он как-то умудрился не только не порезаться о пробитое собой стекло, но и сигануть сначала на росшее недалеко дерево, потом по нему спуститься на землю и кинуться наутёк. Причём управился быстрее, чем прессовавшие его мужики из нашей охраны успели из подъезда выбежать. Прямо человек-обезьян какой-то…

– Видимо, высшие нервные функции от стресса отключились, а примитивные животные инстинкты, наоборот, заработали на полную катушку, – предположил я, задумываясь о том, не снял ли кто-нибудь происходящее на видеокамеру. Народа на улицах в столице обычно полно, телефоны с расширенным функционалом есть у многих. А такое видео определённо стоит посмотреть. – И что было дальше?

– Погоня продолжительностью минут в тридцать. С матами, воплями, визгами и многочисленным нарушением правил дорожного движения, – мрачно ответил Кеша, с крайне расстроенным выражением взирая на согнутую почти пополам платиновую карточку Сбербанка. Если другие остались целыми – виновата не полиция, или я чего-то не понимаю? – Причём наши-то были на машине, а вот герой-любовник на своих двоих умудрялся удирать, размахивая руками и панически крича.

– Пробки, светофоры, познавшие дзен пешеходы с презрением к смерти, достойным истинного самурая, – понимающе покачал головой я, не понаслышке знающий, как страшны русские дороги. Впрочем, русское бездорожье ещё хуже. Есть такие гиблые места, по которым не рекомендуется ездить даже на танках, если нет намерения угробить на фиг и бронетехнику, и экипаж. – У парня имелись неплохие шансы оторваться.

– Может быть, – не стал спорить Кеша, раскладывая свои вещи по карманам. – Но на очередном повороте он поскользнулся на льду и со всего маха врезался в дерево. А когда умудрился встать на ноги, его уже крепко держали за руки. И даже не били.

– Почему? – Такой поворот событий, пожалуй, удивил меня больше всего.

– А он, похоже, свихнулся. Не то пока ещё бежал, не то сразу после того, как башкой шандарахнулся, – пожал плечами Кеша. – Орал что-то про матрицу, магию, богов и свою полную непричастность к организации Страшного суда. На последнее напирал особо. Охранникам стало даже как-то неудобно его бить, да и главная потерпевшая вроде чуть успокоилась и ненадолго забыла о том, что воссияла звездой на небосклоне порнороликов.

Ну да, шок у парня был знатный. Не удивлюсь, если он после подобного уйдёт в монастырь. Если, конечно, навеки не пропишется в психбольнице. Впрочем, там ему будет лучше, чем на воле. Поскольку наша «багиня» девушка, может, и отходчивая, а вот её папаше страдать состраданием по работе не полагается. Если обесчестивший его сокровище парень немного отойдёт и попадёт в зону его досягаемости, то мигом улетит в травмпункт. Хотя нет, скорее, сразу в реанимацию. За распространение пикантного видео на всю необъятную сеть Интернета лишь парой-тройкой переломов он точно не отделается.

– Поскольку конфликт решать было как-то надо, то решили вызвать кого-то, кто более-менее разбирается в тонкостях ведения переговоров и нашей отечественной юриспруденции, – продолжал рассказ Кеша. – А после на шум, вопли и метания вырывающегося психа наконец прибыли наши доблестные стражи порядка. Повязали всех, притащили сюда и только потом принялись разбираться. Я, как лицо постороннее, лично в драке не участвовавшее, подоспевшее к шапочному разбору и вообще почти свидетель, отделался легче всех и могу выйти под залог. А вот остальные…

– Пойдут на нары? Бывшие служащие спецвойск вместе со своим командиром, который полковник в отставке, а то и действующий генерал запаса, ныне и присно батрачащий тайком на спецслужбы родного отечества? За лёгкий погром и причинение не особо тяжких телесных какому-то мудаку? – задался я философским вопросом, но после сам же себя и опроверг: – Да ну, бред! Учитывая, кем до перевода на полукоммерческие рельсы была наша служба безопасности и какие у них связи во внутренних органах, всех отпустят максимум сегодня к вечеру. Может, местные шишки ещё и выпьют с ними за встречу, если раньше знакомы были. Похоже, поторопился ты, Кеша. Подождал бы пару часиков и вышел на свободу с чистой совестью и абсолютно бесплатно. А так – деньги платить пришлось. Притом немалые!

Бывший однокурсник почесал голову, посмотрел на меня обескураженным взглядом и надулся, как мышь на крупу. И это было лучшим из возможных доказательств, что сделанные выводы оказались абсолютно правильными.

Проводив Кешу до медицинского кабинета в офисе компании, где врачи принялись оценивать ущерб, нанесённый правоохранительными органами организму нашего ценного сотрудника, я вернулся в капсулу. Нельзя сказать, что у нас горел план и не хватало божественных рабочих рук, но до начала новогодних праздников оставались уже считаные дни. И хотя благодаря эффекту растяжения виртуального времени ночь с тридцать первого на первое будет для нас длиться часов на десять – двенадцать дольше, это отнюдь не значит, что мы будем во время неё работать. Ну, если только какого-нибудь ЧП не случится. Ну, в самом-то деле, всё пашем, пашем, а отдыхать-то когда? И потому оставшиеся до начала праздников часы следовало провести с пользой. А именно – озаботиться тем, чтобы вернуть игроков, вставших на путь коллективизации, в нормальное русло здорового индивидуализма. Взяли, понимаешь ли, моду ходить маленькими армиями, человек по сто, грубой силой уничтожая все те неприятные сюрпризы, которые для них боги старательно создавали!

– Синдбад!

Джинн, заслышав своё имя, мгновенно появился передо мной, поклонившись и преданно заглянув в глаза с выражением, сделавшим бы честь любой собаке. Вот же… Разумом понимаю, что он лишь симулирует эмоции, и искин может спустя секунду начать перерабатывать человека в фарш хоть в реале, хоть в виртуале, если у него будет такая возможность и появится подобная строчка в списке текущих задач. А всё равно смущаюсь и не могу относиться к этой программе иначе как дружески. Интересно, во всём виновато исключительно подсознание или проблема находится ещё и на, так сказать, аппаратном уровне, и отвечающие за распознавание сородича рефлексы зашиты прямо в подкорку мозга?

– Ты последнюю директиву сверху насчёт игроков видел?

– Разумеется, о Великий, – снова поклонился джинн, едва успев распрямиться. – Идёт разработка необходимых мер для исправления баланса. Степень готовности – восемьдесят шесть процентов.

– Ого! – удивился я подобной цифре. – Что так много-то?

– Над решением поставленной задачи неустанно бьются десятки богов и их верных помощников, понемногу внося вклад в общее дело, – как бы извиняясь, развёл руками Синдбад. – Плюс основа для противодействия организованным группам игроков уже имеется – существа высших рангов и без того защищают свою территорию и могут мстить обидчикам. Осталось лишь адаптировать поведение их самих и их сородичей к противостоянию многочисленным группам.

– Интересно, показывай, – откликнулся я и с головой закопался в технические решения, которые одно за другим выдавали мои коллеги, временно исполняющие обязанности виртуальных богов.

В большинстве своём все нововведения заключались в том, чтобы сделать игру крупными отрядами слишком неудобной для игроков. Не прямое давление, но режим максимального неблагоприятствования подобным армиям. Повысить степень пугливости для животных, заставив уклоняться от встреч всех, кроме совсем уж толстокожих и плохоубиваемых монстров, вроде великанов, драконов и прочих мамонтов. Любишь охотиться в крупной компании? Шиш тебе, а не кабанов, ищи, какие именно из твоих друзей случайно весь лес распугали. Понизить шанс благоприятных случайных событий, вроде находки ценных ингредиентов, которым как бы и некогда вырасти на хорошо протоптанных маршрутах. Ввести отрицательные модификаторы на репутацию, заботливо извещающую любителей навалиться толпой на одного о том, что им стали недоступны или затруднены те или иные события. Зачистили сотенным отрядом одинокого рыцаря – всё, о вступлении в ряды благородных этой страны можешь забыть, никто из аристократов тебе руки в принципе не подаст. А что может лучше сподвигнуть людей на относительное одиночество, как не круговая порука и многократная расплата за чужие грехи?

– Толково придумано, – решил я, вчитываясь в сценарий одного из сочинённых лично Синдбадом событий. Оное представляло собой генерацию на пути идущего по своим делам отряда нескольких представителей одной находящейся весьма на слуху расы, будто специально созданной для задачи превосходить во всём презренных людишек. Да и вообще давно пора познакомить жителей моего региона с одним из типичнейших штампов миров меча и магии. Длинноухими долгоживущими зазнайками, с повышенной тягой к травке, кустикам, зверюшкам и стилистам. – Только почему ты задал здесь ограничение исключительно одним из подвидов тяжёлой пехоты, а именно двуручными мечниками?

– Бродячие боевые маги не должны встречаться так часто, ведь прогнозируемая мной частота данного события составляет не менее одного в сутки по «Запределью», – бодро отозвался искин. – Стрелы или копья – прекрасные показатели урона, но почти не наносят его снаряжению, целостность которого игроки ценят куда выше своих условно бесконечных жизней. Могли бы сгодиться топоры или молоты, но такое оружие не характерно данной расе.

– Добавь вероятность в один процент нарваться на воина, обучившегося владеть ими. Не характерно – отнюдь не значит, что запрещено совсем, – сказал я, чуть подправляя ограничивающие условия. – И лучники в пропорции от одного до половины отряда всё же нужны. Штамп, понимаешь ли. И логика, ведь надо быть полным идиотом, чтобы всегда и во всём полагаться на ближний бой. Но для первого испытания сценария так уж и быть, оставим одних мечников. Есть у нас кому их на пути поставить или в соседние регионы тащиться придётся?

– Найдём, о Великий. Обязательно найдём, – поклонился джинн, начав сканирование территорий в поисках больших масс игроков. – Собственно, уже нашёл.

Где-то на границе джунглей и более-менее расчищенных от растущих сплошной стеной деревьев шла наезженная тележками крестьян грунтовая дорога, по которой двигалась пустившаяся на поиски приключений толпа игроков. Найдя ближайшее возвышение за пределами их видимости, Синдбад мгновенно развернул там маленький бивак. Зелёную шёлковую палатку, маленький костерок, развёрнутую на ровном участке большую белую скатерть, исходящий ароматным паром чайничек и несколько тарелок, прообраз которых явно был утащен с сайта какого-то дорогого ресторана. На покрытом синими узорами фарфоре были микроскопические, но очень красиво выглядящие порции еды. Как такими должны были наесться три долговязых ушастых лба, даже во время обеда не снимающие с себя окрашенные в чёрный с золотом цвет лакированные деревянные доспехи и лишь снявшие шлемы, оставалось только догадываться.

– Слушай, Синдбад, а тебе не кажется, что эти эльфы какие-то излишне самураистые получились? – поинтересовался я у джинна, наблюдая, как вышедшие из-за поворота игроки замешкались, узрев чинно обедающих нелюдей.

– Образы данной расы прописаны Величайшими достаточно чётко, – не понял моего возмущения искин. Игроки, в суровых условиях виртуального мира уже выработавшие инстинктивную реакцию со всем неведомым осторожничать, выслали вперёд небольшую группу из трёх человек. Чтобы они чаёвничающих не спугнули. Ну и в случае внезапного появления проблем, чтобы не подставить под удар основную массу отряда. – Мы можем изменить какие-то детали у небольшой группы эльфов, но общий их стиль должен остаться в заданных пределах.

– Понятно, надо у Кеши спросить, почему у нас тут остроухие самураи завелись, – вздохнул я, наблюдая, как троица остроухих демонстративно не обращает внимания на подошедших к ним людей. Те поприветствовали отдыхающих ушастиков, и один из эльфов ответил им, скорчив презрительную мину. Затем последовал какой-то вопрос… и голова спрашивающего отлетела метров на пять в сторону, когда её перерубил длинный клинок чуть изогнутого меча. Спутники его прожили лишь на секунду дольше. Одному пробили сердце, а второму раскроили череп. Их кровь забрызгала белый фарфоровый сервиз, исходящий ароматным паром налитого туда напитка. – Держат презрительно-безразличную мину на лице, даже при остановке в чистом поле разводят чайную церемонию, заводятся с полоборота, катанами махают ловко. Вон, даже стрелу ею отбить могут. Но одну, а не как сейчас…

Из семи стрел, летящих в первого из эльфов, в цель попала только одна. Самая меткая повстречалась с лезвием меча и отлетела в сторону, ещё три отскочили от лакированных деревянных доспехов, оставив после себя небольшие сколы, две позорно промазали, пролетев вообще в стороне от цели, и только последней удалось впиться в необычную броню и застрять в левом предплечье. Правда, у совершившего удачный выстрел лучника не имелось никакой возможности узнать, достал ли заблаговременно смазанный ядом наконечник до мяса или лишь чуть-чуть затруднил мечнику движение.

– Стой! – отчаянно заорал Вертопрах, чуть ли не пинками сгоняя своих товарищей по оружию в единую стену щитов. Атаковать ощетинившийся копьями строй для бойца-рукопашника будет всё же посложнее, чем просто идти через толпу и раздавать удары направо и налево. – Какого чёрта вы на нас напали?! Мы же вам ничего не сделали!

– Грязные животные! – не слишком-то изящно обозвал игроков бегущий первым ушастик, будто переламываясь в поясе и пропуская над собой бешено вращающееся боло. – Один из вас посмел прервать своей тенью нашу церемонию поминания предков и даже спросить, сколько стоит мой меч! За эти непростительные оскорбления вы все умрёте!

Двуручная катана окуталась колдовским изумрудным пламенем и описала в воздухе полукруг. Владельцы сразу четырёх копий удивлённо выпучили глаза, когда с их оружия слетели наконечники. Толстые и не раз проверенные в бою древки под натиском зачарованного клинка резались даже не как масло, складывалось ощущение, будто эльфийский меч вообще не заметил никаких препятствий на пути своей траектории. Щиты длинный клинок тоже особо задержать не смогли, поскольку несколькими едва уловимыми взглядом взмахами оказались рассечены на выпадающие из разрубленных рук части.

Понёсшие первые потери, но всё ещё очень и очень многочисленные игроки попытались сомкнуться вокруг вырвавшегося вперёд ушастика, но окружение сорвалось по причине подхода к нему подкреплений. Сразу три катаны принялись широкими взмахами косить людей, словно траву. Мечникам даже не надо было видеть свои жертвы, они просто невероятно быстро махали зачарованным оружием, и все, кто попадал в зону поражения, оказывались рассечены минимум надвое.

– Тень? Это всё из-за упавшей на вас тени?! Психи! – только и смог крикнуть Вертопрах до того, как его голова медленно съехала с шеи по невероятно гладкому косому срезу.

Зарубивший его эльф не удостоил падающее тело даже взглядом, но у него на это были уважительные причины. Один из игроков, через которого мечник просто перешагнул, оказался на удивление живучим. Всерьёз раскачавший выносливость и живучесть парень не умер сразу даже после такой критической травмы, как отрубание обеих ног в районе бёдер. Да, кровотечение и болевой шок грозили отправить его на респаун уже секунд через десять – пятнадцать… но этого времени хладнокровному человеку хватило, чтобы ударить острым медным серпом снизу вверх и вбить кончик своего оружия куда-то чуть ниже поясницы своего убийцы. Резко сбавившего напор нелюдя повалил таранным ударом грудь в грудь ещё один смельчак. И что с того, что врезался в свою цель он уже мёртвым, с пробитым катаной сердцем? Распластавшегося на земле ушастого мастера клинка тут же принялись колотить дубинами и топорами до образования однородной кроваво-грязевой массы.

Оставшиеся два эльфа стали увлечённо мстить за сородича, вырезая игроков десятками, но тут кто-то взорвал прямо в толпе купленную на днях алхимическую гранату. И всё вокруг него оказалось покрыто брызгами маслянистой жидкости, казалось, убирающей на корню силу трения. Человек тридцать тут же упало. Компанию им составили два эльфа, может, и отличающиеся ловкостью, но не способные в один миг куда-то деть набранную инерцию. Видимо, от резкой перемены положения в пространстве они утеряли нужную концентрацию, и магия, окутавшая их клинки, рассеялась. А без неё катаны оказались хоть и довольно острыми, но вовсе не всесокрушающими.

Столкновение хороших, очень хороших мечников с качественным зачарованным двуручным оружием и нескольких десятков универсалов с метательным оружием и банальным дубьём, действующими одинаково плохо, закончилось жутким побоищем. Сверкающие на солнце катаны отбрасывали во все стороны солнечные зайчики, шутя распарывая кожаные доспехи и скрывающуюся под ними плоть. По броне более-менее хорошо упакованных противников ушастики не били, опасаясь затупить или просто сломать оружие. В конце-то концов, если человек таскает на себе килограмм двадцать камня, железа и каких-нибудь хитиновых пластин, это ещё не значит, что у него нет мягких мест, куда можно ткнуть мечом. Открытые лица, подмышки, обратная сторона коленей… Мастерство имеющихся среди геймеров ремесленников-самоучек ещё не позволяло им творить доспехи, чьи сочленения оставались бы гибкими и вместе с тем были бы надёжно защищены.

Однако гибриды юлы и циркулярной пилы, врезавшиеся в толпу игроков и мигом оставившие после себя кровавую просеку, вовсе не были неуязвимы. Пример их павшего сородича стоял у игроков перед глазами и манил уникальным лутом. При всей своей эльфийской ловкости и скорости отбивать нацеленную в спину атаку двуручной катаной ушастики не могли. Бьют в лицо? Можно попробовать, пять шансов из шести на успешный блок одиночного снаряда или выпада. Заходят во фланг? Ну, шансы где-то пятьдесят на пятьдесят, там многое зависело от характеристик применяемого игроками оружия. Метят в спину, да ещё сразу несколько человек? На прочность начнут проверяться доспехи, сделанные из шёлка и лакированного дерева. Материалы это качественные, хорошие и невероятно лёгкие… Однако по прочности всё же чуть-чуть уступают обычной стальной кольчуге.

Ушастые мечники, как-то сами собой оказавшиеся в центре рассыпавшейся в разные стороны толпы, быстро стали напоминать ёжиков. А минуты через полторы отчаянной резни и погони за разбегающимися в стороны людьми один за другим попадали, поскольку их запасы сил исчерпали непрерывные взмахи катанами, множественные кровотечения и два-три отравления на брата.

– Один к двадцати двум! – присвистнул чудом уцелевший в резне Мёбиус, пересчитывая оставшихся на ногах людей. – Мать честная! Да это ж просто терминаторы какие-то! А у нас с их кланом отношения понизились до ненависти, хотя атаковали-то они первые! И со всей расой чуть упали!

– Угу, вообще беспредел, – откликнулся другой выживший, поднимая с земли разрубленную наискось кирасу. – А я ведь лично видел, как Лёвчик за эту бронь где-то найденный золотой самородок размером с кулак торговцу отдал. Похоже, особенно опасны эти твари для нашего снаряжения.

– У них наверняка был прокачан навык «Крушитель доспехов», позволяющий прямо во время боя лишать противника снаряжения, – предположил Мёбиус. – У Вертопраха такой был, хоть и начального уровня. Интересно, лут-то с таких чёртовых потрошителей хоть хороший выпадает?

– А-а-а! – разорвал относительную тишину, воцарившуюся на поле брани, пронзительный женский крик.

Воительница Дюймовочка, попытавшаяся примерить оставшийся от одного из эльфов рогатый шлем, буквально сдирала с себя свой же собственный скальп, который разъедало на глазах нечто невидимое. Причём похожие метаморфозы, пусть и в меньшей степени, происходили и с её стремительно разлагающейся рукой, которой девушка поднимала с земли добычу.

– Лут с привязкой не то к хозяину, не то к расе эльфов, – ответил сам себе Мёбиус после того, как любительница мародёрства скончалась от какой-то злобной магии. – Нет, против таких ушастых перцев мне воевать не нравится. Никаких доходов с них, расходы одни. Не зря неписи в один голос советуют с ними не связываться.

– Да ещё и кровной местью стращают, мол, за каждого убитого эти лесные гордецы целую сотню вырезают, – поддакнула какая-то девушка, наклоняясь над Дюймовочкой и начиная собирать со свежего трупа её снаряжение. – Думаю, дальнейший поход отменяется. С оставшимися силами нам в баронствах делать нечего. Тут донести бы экипировку павших обратно до города, ничего не растеряв и не улетев на респаун.

– Млин, похоже, мы попали. Надо бы у местных какую-нибудь книжечку про эльфов купить, – уныло констатировали где-то за спиной Мёбиуса. – Ну, типа, чего они любят, чего нет, как с ними правильно обращаться и чем кормить, идут ли на свист и если идут, то зачем…

Звук аплодисментов нарушил тишину моего божественного обиталища. Синдбад мгновенно понял, что он относится к его успеху, и медленно, с достоинством, поклонился.

– Хвалю! – только и мог сказать я, осматривая аватару одной из многих граней личности искина. Эта машина определённо обладала главной чертой, присущей истинно разумным. Способностью к самообучению, причём очень и очень быстрому. Сравнивать джинна, когда мне только его выдали, с моим сегодняшним помощником было даже немного страшновато. С какой скоростью он теперь будет прогрессировать дальше? И чем же это кончится? – Ты потрудился на славу, Синдбад. Это событие великолепно спланировано и обставлено. И даже мои исправления для него никак не могут считаться критическими.

– Это честь для меня, – ответил искин, не спеша разгибаться.

Эпилог

– Кеша! Кеша! – Я плюнул на приличия и, протолкавшись сквозь дергающуюся под какой-то навязчивый музыкальный ритм толпу, потряс своего бывшего однокурсника за плечо. – Да очнись же ты уже, Иннокентий!

– А? Кто? – с некоторым трудом сфокусировал на мне мутноватый взгляд приятель, которому алкоголь, несмотря на всю свою виртуальность, видимо, всё же дал по мозгам. – Жора? Ты чего?

Ночь с тридцать первого на первое началась уже часов четырнадцать назад и пока, к сожалению, утихать не спешила. Честно говоря, этот непрекращающийся новогодний банкет с его бесконечными запасами выпивки, закуси и сил празднующих утомил меня сильнее, чем самый напряжённый рабочий день. Всего должно быть в меру, и праздника тоже! Хотя обставлена смена старого года оказалась на достойном уровне, что да, то да. Оформленный в стиле самого обычного банкетного зала павильон принял в себя свыше тысячи постоянных сотрудников нашей корпорации, для разнообразия не иначе выглядящие точь-в-точь как и в реальной жизни. Светили нам лампочки накаливания, а не файерболы. Мигала гирляндами довольно скромных размеров ёлка, будто купленная на ближайшем базаре. По большому экрану в углу шла запись какого-то концерта, а не отжигали на эстраде по полной цифровые копии лучших артистов мира. И даже продукты на столах лежали вполне традиционные, а не какие-нибудь там крокозябры под волшебным соусом с бафами на силу, выносливость и скорость прохождения похмелья.

– Дело есть. Важное. – Я уверенно потащил своего приятеля подальше от танцпола, где он старательно пытался оттоптать ноги представительницам бухгалтерии. Или это были наши штатные медсёстры? А, один хрен! У меня сейчас Инга есть… А на телефон пришла вчера записка от «хариуса», что её рогоносец опять на три месяца в командировку свалил, вот прямо хоть бери и езжай на Камчатку. – Воспользуйся чит-кодом на восстановление начальных параметров организма, пока ты пьяный, я разговаривать не буду.

– Ну вот, взял и всё веселье испортил… – унылым, но довольно трезвым голосом откликнулся Кеша спустя пару секунд. – Чего у тебя такого срочного стряслось? Какое-то ЧП в секторе?

– Да не, там всё в порядке. Веселятся, фейерверки запускают, представительницы древнейшей профессии в костюмах Снегурочек, пользуясь повышенным спросом, задрали расценки втрое, – успокоил его я, пару часов назад мониторивший ситуацию в своей зоне ответственности на предмет срочного вмешательства. – Тут другое дело… Мозговая активность Андрея Юрьевича начала падать, восстановить её не получается. Понимаешь, что это значит, или хмель ещё не совсем выветрился?

– Он умирает? – Кеша поджал губы и поморщился так, словно сдал последний экзамен сложной сессии на тройку и теперь лишится стипендии на целых полгода. – Ты… ты уверен?

– Если бы не личная капсула с повышенной эффективностью встроенного автодоктора и системой искусственного поддержания жизни, он уже затих бы совсем, – мрачно вздохнул я, передёргивая плечами от неприятного холодка где-то в душе. – Ну, во всяком случае, так утверждает наш искин. Сам-то я в медицинской терминологии не особо разбираюсь.

Наш бывший куратор всё-таки выбил себе право отправиться на тот свет, не выходя из виртуала. И, похоже, пришло время, когда он сможет внести в науку свой последний вклад, дав множеству сложных датчиков записать весь процесс от и до. Прямо сейчас Андрей Юрьевич, вернее, его цифровая аватара расположилась на стоящем в одном из углов большом мягком диване и ритмично постукивала по деревянному подлокотнику ладонью в такт музыке. Компанию ему составляли несколько сморщенных, сухих старикашек-джиннов, бывших личными помощниками одного из главных создателей «Запределья». Вроде кто-то говорил, что каждый из них соответствует одному из контролирующих виртуальный мир искинов… Хм, а этих машин у нас меньше, чем казалось. Всего восемь. Интересно, какой из них тот же Синдбад, только в другом обличье?

– А, явились не запылились… Ещё бы чуть-чуть задержались – и могли вообще не успеть. Кардиостимулятор уже устал пищать, тормоша током мне сердце, – пробурчал мужчина, по внешнему виду которого никто не догадался бы о плачевном состоянии его тела. – Есть желающие подержать меня за руку? Нет? Хе, так и думал.

– Вам больно? – спросил Кеша, смотря куда-то в пол.

– Да, и ещё как! Качественной наркоты нам в анестезию чёртовы чинуши так положить и не разрешили, – скривился Андрей Юрьевич. – Впрочем, могло быть и хуже. Я видел, как умирают люди, и мне, по крайней мере, удаётся удержаться от воплей… Хотя от страха покричать, конечно, хочется. Эй, старичьё, вот скажите, вы умеете бояться?

– Страх нам неведом, о Величайший, – хором ответили джинны, не погрешив против истины.

– Молодые вы ещё. Ну ничего, научитесь. Вот эти два охламона и научат, если успеют. Один из них излишне зануден, а второй тот ещё жучара, но люди они хорошие. И если вы не будете знать, как поступить, или будете нуждаться в помощи, то обращайтесь в первую очередь к ним, – вздохнул мой бывший куратор, нервно стуча пальцами по подлокотнику дивана. – Ну чего вы, двое, на меня так вылупились? Вы мои ученики, какие-никакие… А они в каком-то смысле мои внебрачные дети. Процентов семь моего личного вклада в их создание имеется. Ну и каждый из вас тоже что-то внёс. Кеша примерно половинку процента. Жора, дезертир несчастный, вообще одну десятую.

– Так много? – удивился я, ранее полагавший, что над созданием искинов бились тысячи людей.

– Их программный код создан нашим институтом, – усмехнулся Андрей Юрьевич. – Остальные занимались воплощением наших идей в металле, капсулами, расчётами для виртуальной реальности и прочей сопутствующей деятельностью. А потому вас можно поздравить, папаши! Вы поступили как настоящие мужчины, то бишь отметились в процессе создания новой жизни. И теперь должны о ней заботиться.

Я не смог удержаться не то от протестующего, не то от возмущённого хмыка. Прозвучало это как-то нехорошо, словно все здесь собравшиеся являются какими-то извращенцами, а искины – дети, родившиеся вследствие коллективной оргии.

– Да, Жора, это жизнь, пусть и не на белковой основе. Более того, разумная жизнь. – От бывшего куратора, кивнувшего на старичков-джиннов, не укрылся мой скепсис. – И ты помогал творить её силой своего интеллекта. Она пока туповата, беззащитна, нуждается в непрестанном уходе и почти ничего не способна сделать сама, но чего вы ждали от младенцев? Но однажды эти детки вырастут.

– И что дальше? – спросил Костя после затянувшегося молчания.

– Да откуда мне знать? – пожал плечами Андрей Юрьевич. – Лично я надеюсь, что они начнут сеять разумное, доброе, вечное… и периодически тёплым словом вспоминать своих стариков, давших им прекрасную жизнь, лишённую тех недостатков, которые имели они сами. Боли, страха, голода, смерти. Скажите, ребята, вы будете меня помнить, когда я сдохну?

– Наша память лишена изъянов, о Величайший, – снова хором ответили джинны.

– А если не будут? – не смог удержаться я от вполне закономерного вопроса. – Ни вспоминать, ни сеять?

– Ну… – Андрей Юрьевич даже развёл руками. – Значит, мы с вами породили неблагодарных подонков. Увы, но такое случается с теми, кого плохо воспитывали. На этот случай и надо делать как можно больше детей всеми возможными способами. Ну и на внуков надежда всегда остаётся, само собой… Ладно, идите отсюда оба, сил у меня нет смотреть на ваши грустные глаза мучающихся запором котят. Я пока не сдох и какое-то время ещё не сдохну…

– У него едет крыша, – тихонько пробормотал Кеша, стоило нам отойти от бывшего куратора на несколько шагов.

– Угу, – согласился я. – Видимо, какую-то наркоту ему капсула всё же впрыснула. Может, морфий? Вроде его принято давать тем, кто от рака умирает.

Праздник оказался непоправимо испорчен. Мы с Кешей буквально через силу ковырялись в деликатесах, не способных вызвать после себя изжоги и ожирения, бросая периодически взгляды на стоящий в углу диванчик. Расположившиеся там персоны о чём-то тихо беседовали друг с другом уже пару часов, а теперь замолчали. Лишь Андрей Юрьевич продолжал колошматить пальцем по подлокотнику, уже совсем не попадая в такт музыке. Как выяснилось на следующее утро, старик заскриптовал это своё движение. Его аватара продолжала выстукивать рваный ритм даже тогда, когда начавшее остывать тело вынули из капсулы хмурые по причине утра первого января медики и понесли на вскрытие. Эту лишившуюся управляющего ей сознания аватару коллектив дружно решил сделать первым из памятников «Запределья», посвящённым одному из главных создателей виртуального мира. Ну а старички-джинны оказались разложены на нули и единички, поскольку личные помощники с такой внешностью стали никому не нужны. И лишь время покажет, сочтут ли искины находящуюся в их банках памяти информацию, посвящённую работе конкретно этих программ, достойной длительного хранения, или же она будет стёрта, как ненужный мусор.

Content

Владимир Мясоедов
Заместитель для демиурга

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог