Арина Евдокимова

Непродуманная жизнь

Предисловие

Мои дорогие друзья! Об экстрасенсорике, магии, психологии написано много книг. Когда-нибудь, возможно, и я поделюсь своими знаниями.

Ну а сейчас в ваших руках удивительная книга реальных историй из моей практики. Историй, где отчаявшиеся люди смогли достучаться до Небес. Каждая история – промысел Божий, меняющий не только жизнь героя истории, но, возможно, и вашу собственную к лучшему.

Начнем с того, что НИЧТО НЕ СЛУЧАЙНО. Мир, нас окружающий, устроен определенным образом, и есть Высшие Законы, которым подчиняется все происходящее. Незнание, непонимание или неприятие этих законов не аннулирует их. Можно сказать, что Жизнь построена по принципу школы, где мы должны научиться мудрости: познать законы жизни и жить в соответствии с ними, чтобы радоваться каждому мгновению жизни.

Неслучайные случайности, происходящие с героями, и есть та самая Вселенская закономерность.

«Непродуманная жизнь» – так я назвала свою книгу, хотя сначала был замысел назвать «Непридуманная жизнь», но произошла неслучайная случайность: опечатка. И перед вами истории непродуманной жизни. Мне подумалось, а действительно, как же ее, эту нашу жизнь, можно продумать и просчитать?

Бог-то – он великий режиссер и импровизатор. Вот и получается, что и, вправду, непродуманная она наша с вами жизнь. Вернее, кем-то там в Небесах она продумана, а мы учимся на ошибках, на поступках, нам встречаются неслучайные случайности. Вся наша жизнь – шаги. Каков первый шаг, таково и направление пути, таковы и люди на нашем пути и результаты.

Самая первая история в этой книге «Ангел» – есть результат чуда, свидетелем которого я стала.

Моя подруга была в отчаянии, она не верила ни во что и ни в кого. Она верила мне, я помолилась и в молитве увидела Ангелов. Я предложила подруге молитву к Ангелу и взяла с подруги слово, что в Новогоднюю ночь она выполнит все, что я попросила.

А далее все произошло, как написано в истории. Я опубликовала рассказ, и через год мне стали приходить письма о том, как многие, позвав Ангела, изменили свою жизнь. Но за этот год мною уже было написано такое количество историй, которые не могут вместиться в одну книгу.

Вот такие они, наши Ангелы. Они ждут от нас самую малость: немного внимания, много любви к себе и другим людям, чуть-чуть веры и искреннюю молитву. А в благодарность меняют всю нашу жизнь самым счастливым образом.

В этой книге собраны удивительные истории, к каждой из которых Есть либо комментарий, либо между строк есть рекомендации, как можно достучаться до Небес. Если вы узнаете в каком-то герое себя, смело меняйте свою жизнь. И помните: один верный шаг, несколько добрых поступков и молитва могут изменить всю вашу жизнь.

С любовью, Арина Евдокимова

Ангел

История, рассказанная в Новый год

Ангел! Пошли мне того, кто поможет мне, и того, кому помогу я.

Она смотрела в окно и не понимала – почему все так? Новый год снежинками окутывал город. В соседних окнах светились елки.

А она одна. Что происходит? Почему этот мир так устроен, что одним все, а другим ничего. Кто-то сказал: «карма». Что это? Новомодное слово или действительно кто-то управляет судьбой?!

Она вновь и вновь смотрела в окно. За окнами горели огни большого города. Телевизор напевал новогодние песенки. «Все суета сует!» – подумала она.

Подойдя к шкафу, открыла дверцу. Наверху стояла коробка со старыми игрушками.

«А устрою себе праздник», – решила она. Достала коробку и стала разбирать. Среди мишуры и новогодних игрушек увидела старую книгу: «Ангелы счастья».

«Красиво», – подумала она, так и не вспомнив, как у нее появилась книга.

Она развернула страницу и прочла.

«…В моменты, когда вам нестерпимо одиноко, когда кажется, что силы вас оставляют, позовите ангелов – и они придут. А для этого возьмите колокольчик, свечу и лист бумаги. На листе напишите все трудности, от которых устали до безумия. Затем все ошибки, которые привели к этим трудностям. А затем все, что хотелось бы исправить. Зажигайте свечу, сложите листок самолетиком и позвоните в колокольчик, стоя у окна. Тихонечко попросите: «Ангел мой, будь со мной. Приди ко мне, меня поддержи. Мое покаяние, слезы и просьбу мою в небеса донеси. Возьми мою слезинку покаяния и верни мне слезинкой радости». Открывайте окно и отпустите самолетик…»

Она так и сделала и вдруг почувствовала дуновение ветерка на лице. Ей показалось, что где-то звучит музыка.

«Сумасшедшая, – подумала она. – Ну и пусть. Лучше верить в сказку, чем грустить у окна, гадая, что делают люди за окнами ночного города».

Она захлопнула окно и выключила телевизор.

Взяв книгу, прочла:

«А теперь поблагодарите своего Ангела: спойте для него или станцуйте, скажите, что вы его любите».

«Ну что же, – решила она, – надо довести дела до конца».

Сев, довольная от собственного пения, она написала желание, как было сказано в книге, затем попросила:

«Ангел мой, мне помоги! Пошли того, кто поможет мне, и того, кому помогу я».

Сложив лист под подушку и допив шампанское, она собралась спать.

Резко зазвонил телефон:

«Варя! – проговорил взволнованный голос. – Мне нужна твоя помощь. Я далеко, а мальчишкам нужно отвезти лекарство. Они простыли. Можешь?».

Она даже не успела возразить, что она не Варя.

«Рейс задержали», – кричала женщина в трубку.

«Адрес?» – машинально спросила она.

Женщина продиктовала адрес, и связь оборвалась.

Она нашла лекарства в своей аптечке и вышла на улицу.

Новый год вступал в права. Светло, весело и много народу.

«Боже, – подумала она. – Надо взять мальчишкам что-то сладкое. Мамы же нет, она где-то далеко». Вернулась и собрала разные вкусности в пакет.

Вышла, завела машину и поехала по указанному адресу.

Позвонила. Дверь открыл мужчина с перевязанным горлом лет сорока.

– Вы болеете? Вот вам лекарство. Ваша мама просила передать, – выпалила она.

– Проходите, – сказал он, как будто не удивившись.

Она прошла в квартиру и увидела мальчика лет десяти.

Вытащила мед, молоко и, как доктор, начала колдовать на их кухне. Через час мальчишки спали, а она села пить чай.

Это потом она узнает, что его мама звонила его бывшей жене, а попала к ней. Это потом она узнает, что мальчик – приемный сын его мамы.

Это потом она не сможет без него жить, а он без нее. Это потом у них родятся двойняшки.

А сейчас она пила чай, и Ангел сделал все, как она загадала. «Встретить любовь всей жизни».

Комментарий автора:

Попробуйте и вы, после боя курантов, в наступившую Новогоднюю ночь, уделите своему Ангелу немного внимания и тепла. Загадайте желание, уберите под подушку и, тихонечко зазвонив в колокольчик, попросите: «Ангел! Пошли мне того, кто мне поможет, и того, кому помогу я!!!»

Пусть Ангелы приходят к вам в Новом году чаще, пусть исполняются все ваши желания. Пусть радость и спокойствие наполняют ваши сердца.

Аромат прошлого

Как всегда, безупречно одета и ухожена, она вышла из салона красоты. Редкое зимнее солнце и громкое щебетание воробьев наполняли ее сердце огромной радостью жизни. Несмотря на свой уже взрослый возраст, она умела радоваться каждой мелочи, как ребенок, и была счастлива.

Ее окружали хорошие люди, любимая работа, внимательный и заботливый сын. А главное, пятилетний внук – малыш с голубыми глазами и золотыми кудряшками.

Сегодня она как раз собиралась его навестить и думала, чем же порадовать любимца.

Водитель открыл дверцу машины, и она с удовольствием откинулась на заднее сиденье.

Купив в супермаркете сладости, а внуку – машинку из коллекции «Maisto», она поднялась на лифте в предвкушении встречи со своими любимыми.

Радости не было конца. Они долго играли с внуком на ковре, устроили настоящие гонки, победителем в которых всегда был маленький принц. Потом пили чай, разговаривали и ждали маму с работы.

Обычно сын всегда сам забирал малыша из детского сада, а потом заходил за невесткой. Но сегодня невестка почему-то задерживалась.

Сын уже начинал волноваться и звонил несколько раз, но телефон жены был недоступен.

Сын души не чаял в Юленьке. Она ревновала его к невестке и была уверена: сын ошибся с выбором.

Ей казалось, что та недостаточно красива, недостаточно умна. А ее сын необыкновенный, красивый и без пяти минут доктор наук.

Уже в прихожей, когда сын помогал ей надеть пальто, вдруг раздался звонок. Сын стремительно распахнул дверь, и вошла Юленька. Приветственно чмокнув ее в щеку, невестка медленно кошачьими движениями начала снимать шубку. Ее мягкий взгляд, как всегда, завораживал, но глаза из-под опущенных ресниц, как ей показалось, предательски блестели. Невестка сделала шаг вперед, и она почувствовала едва уловимый запах…

Этот аромат… Аромат дорогого мужского одеколона… Словно молоточки застучали в висках, закружилась голова, мозг судорожно заработал: скорее выйти на воздух. Быстро распрощавшись со всеми, она пешком помчалась вниз.

Она бежала из подъезда, как будто мчалась от себя самой.

Воспоминания лавиной нахлынули и захлестнули ее холодом прошлого. Память вдруг возвратила ее в далекое: чужие квартиры, номера дорогих отелей. Где все было наполнено безудержной страстью, перемешанной с запахом дорогого французского одеколона… Его запахом.

Как давно это было.

Он, высокий и красивый, из тех, кого называли «партийная элита».

Он занимал важный пост в Министерстве, был удачно женат и имел детей.

Она – бухгалтер одной из текстильных фабрик, муж учился в аспирантуре, и маленький ребенок.

Они познакомились на очередной вечеринке в честь Дня текстильной промышленности. Среди многих он выделил именно ее и пригласил танцевать.

Позже он неоднократно делал ей предложения более близких отношений. Она отказывалась.

И вот она у него в кабинете. Так случилось, что ей не к кому было больше обратиться.

Она не любила просить и выглядеть слабой. А он очень любил, упиваясь своим положением и должностью, «помогать» бедным женщинам.

Он сидел, развалившись в кресле и, не стыдясь, разглядывал ее стройную фигуру, красивые ноги, словно мысленно ее раздевал. Она стояла перед ним беззащитная, с гордо поднятой головой и смотрела в упор. Его взгляд испепелял ее страстью, как бы говоря: «Я знал, пройдет время, и ты меня попросишь, и не только об этом»…

Она, сгорая от стыда и брезгливости, думала:»У меня нет другого выхода, но пройдет время, и не я буду стоять перед тобой, как школьница, а ты будешь лежать у моих ног».

Волна ненависти и страсти выплеснулась в долгий любовный роман.

Эта первая их встреча молниеносно пронеслась у нее в голове. Она вышла на улицу, но морозный воздух не мог перебить навязчивый запах мужского одеколона.

Ей казалось, что нужно пойти побыстрее, чтобы улетучился аромат прошлого.

Но он неотступно ее преследовал и погружал в воспоминания, заставляя сердце бешено колотиться…

Она прошла целый квартал и вдруг вспомнила, что на машине.

Оглянувшись, увидела, что водитель потихонечку ехал за ней.

Она села в машину, и воспоминания вновь погрузили ее в прошлое.

Вот они несутся по горному серпантину, веселые и счастливые. Он снова ее целует и прижимает так, что захватывает дух. Вот его сильные руки ласкают ее так, что останавливается отчет времени.

Вот она торопится домой, на ходу придумывая, что соврать мужу и свекрови на этот раз.

Она вспомнила грустные глаза мужа.

Она всегда знала: он все понимает, но ему хочется ей верить.

Слезы навернулись на глаза: вспомнила, как она мчалась к мужу в больницу с надеждой, что он оправится от инфаркта.

– Мы сделали все, что могли, – холодным голосом сказал ей врач.

И все сразу стало казаться ненужным. И постыдный роман, и бизнес, который только начинался.

Осталось одно: «сын».

Сын стал ее счастьем и любовью.

Она вспомнила, как он поступал в Университет, и она переживала: сдаст ли он экзамены.

А свадьба сына?! Она гордилась и любовалась, глядя на него, какой он счастливый…

Все. Хватит воспоминаний! Она расплакалась, как не плакала давно. Водитель, тревожно оглянувшись, спросил, чем помочь.

«Ничего, – ответила она, – нервы».

Она вышла из машины и зашла в свой подъезд. Поздоровавшись с охраной, вернулась в реальность.

Время, время. Ее давно звали по имени-отчеству, у нее был собственный бизнес.

Один раз, унизившись и изменив, потом азартно, не давая себе остановиться, строила бизнес.

Она любила мужа, но оправдывала себя, что ему нужно было защищать диссертацию.

А ведь все начиналось с благих намерений спасти мать мужа. Свекровь тяжело заболела, и нужна была операция. Где было взять влиятельные связи? Только в том министерском кабинете.

Она тяжело вздохнула и снова вспомнила мягкие кошачьи движения невестки. А блеск ее глаз? А этот мужской аромат?

– Надо что-то делать, – подумалось ей. – А что? Ведь у них вроде бы все есть, и Юленьке не надо ничего просить.

– Господи, – вдруг ее осенило. – Юленька ведь такая же гордая, как я была когда-то. Ах, Юленька!

Больше всего она желала счастья своему сыну!

Снова полились слезы.

Это бумеранг! Если бы только она тогда знала, что расплачиваться за ее ошибки придется сыну, ее единственному любимому сыну!!

В отчаянии она взмолилась:

– Господи! Ну, как все изменить? Как исправить ошибки прошлого?

Ей показалось, как будто кто-то произнес вслух: «Прошлое невозможно изменить, но, пока мы живы, еще не поздно изменить настоящее…»

Ей вдруг до боли стало жалко Юленьку, ведь у нее давно нет родителей.

Сын занят своей диссертацией и не уделяет невестке должного внимания. Эти ее ежемесячные конверты с деньгами, которые она отдавала невестке.

Она вспомнила, как та каждый раз стыдливо отводила взгляд.

– Ну, а что может заработать бухгалтер в маленькой фирме? Она поэтому и помогала, всегда оправдывая себя и сына.

Всю ночь она металась по постели и только к утру уснула.

Когда она подъезжала к своей собственной фабрике текстильных аксессуаров «Шарм», то вдруг поняла, что ее долгий мыслительный процесс подходит к логическому завершению. Она бесповоротно решила отдать весь бизнес невестке.

В кабинете она позвонила Юле и попросила ее приехать.

Все завертелось быстрее, чем она могла предположить.

Юленька схватывала все на ходу и проявляла огромный неподдельный интерес к семейному бизнесу.

Ее душе стало легче.

Она как будто сняла со своих плеч многолетний груз измены и перестала себя корить за то, что тогда пошла к боссу, попросив положить свекровь в лучшую клинику. Потом попросила за мужа, и он стал ректором одного из лучших вузов столицы. Потом, потом… она что-то снова просила.

Шли дни, и Юленька становилась хорошей хозяйкой фабрики.

Постепенно она успокаивалась.

Однажды ей приснился муж.

Он гладил ее по руке, звал с собой. Она шла за ним, потом возвращалась назад, потом ее звала невестка и тянула за руку к себе.

Ей очень хотелось пить, горело все в груди, а он снова ее звал и тянул со всей силы… она просила прощения, а он говорил, что любит и давно простил…

Она с трудом открыла глаза и увидела плачущую Юленьку. Невестка крепко держала ее за руку. Оглядевшись, она поняла, что в больничной палате. Очень хотелось пить и горело что-то в груди. Она потрогала рукой грудь и обнаружила крестик. Недоумевающим взглядом она взглянула на врача.

– Это Юля надела вам крест. Сказала, что поможет выжить… Инфаркт обширный мало кого щадит… – тихо проговорил врач.

– Юля, – сквозь слезы шепотом спросила она, – а у тебя все закончено с этим мужчиной?

– Вы о чем?

– Тот твой приход домой и запах мужского одеколона…

– Что вы? Вы подумали о чем? Да вы что, мы же начальству подарки выбирали, тестировали одеколоны.

«Господи, – подумала она. – Спасибо тебе за своевременное предупреждение, за этот знак все изменить, за моменты раскаяния, не допустить бумеранга…»

– Юля, деточка, не оставляй моего сына, пожалуйста, – сказала она, то ли засыпая, то ли теряя сознание.

Сквозь наплывающую слабость она слышала, как врач говорил, что кризис миновал, и искренние отрывочные слова молитвы невестки.

Комментарий автора:

Сила личности – редкое явление. Ключ к собственному достоинству – в отсутствии чувства вины. Подлинная личная сила заключается не в способности исправить прошлое, а в том, насколько личность может себе позволить быть свободной от чувства вины. Она чувствовала себя виноватой перед мужем и сыном, даже не оценивая, как много сделала для них.

Чувство вины зачастую имеет ключевой момент: слово или запах. Достаточно напоминающего мгновения – и человек начинает себя наказывать сам.

Если действительно есть поступок, за который стыдно перед самим собой, не надо выдавливать из себя чувство вины. Достаточно просто позволить себе жить в соответствии со своим кредо. Никто не имеет права никого судить. Каждый имеете право быть собой. Это главное, что вы должны понять: Тогда нельзя было по-другому, потому что вы были другим человеком. Сейчас можно по-другому – просто разрешить себе жить свободно от прошлого и чувства вины.

Билет судьбы

Набережная Ялты. 1985 год. Три подружки закончили Московский государственный университет и приехали погреться на солнечном Крымском берегу.

Море, солнце, вареная кукуруза, художники – портретисты, фотографы и гадалки. Многочисленные гадалки на кофе, картах и по руке.

– Ой, девочки, никогда не гадала. Давайте попробуем, – щебечет веселая Женька.

– Я – пас, – отвечает ей категоричная Ирина.

– А я не против, – заявляет аристократка Ольга.

Ольга и Женька подходят к гадалке, присаживаются и пьют кофе. Красивая взрослая гадалка смотрит на них с застывшей мудрой улыбкой. Затем повернув голову к равнодушно стоящей Ирине, она вдруг неожиданно говорит:

– А ты что, боишься, девочка? Я тебе и без кофе скажу, – и даже не дав возразить Ирине, женщина продолжает: – В Москве живешь, там и оставайся. Он в Москве живет. Если на Кавказ поедешь, только страсть и богатство найдешь. Много лет потеряешь, потом в Москву вернешься. Он дождется, потому что любит, младше тебя он. Рядом живет и на руках носить будет, – вздохнув и перехватив надменный взгляд девушки, гадалка заканчивает монолог: – Но ты уедешь, даже смотреть по сторонам не будешь. Оставайся в Москве, чтобы не пожалеть потом, – в сердцах махнув рукой, женщина возмущенно говорит: – Меня не слышишь, Бога не слышишь. Никакой билет судьбы не возьмешь, – и, развернувшись к девчонкам, начинает гадать на кофе.

Отдых пролетел незаметно. Москва, выпускной и распределение по городам Советского Союза. У Ирины выбор: Кавказ или аспирантура в Москве.

– Да нет у меня никого, – думает Ирина. – Да и глупости все эти гадания. Какой билет судьбы? В аспирантуру всегда вернусь. А вот должность директора школы в Махачкале – это престижно.

Ирина принимает решение: Махачкала.

За день до отъезда ей приносят огромный букет тюльпанов и билет в Большой театр.

– Увы, увы, мой тайный поклонник, – улыбается мыслям Ирина. – Даже ради «Лебединого озера» я не могу остаться. А вас я просто не знаю. Завтра в это время я буду в поезде «Москва – Махачкала».

А дальше случилось то, что, по мнению Ирины, подпадало под цитату: «жизнь удалась».

Директорство, любовь самого завидного жениха города, шикарная свадьба с размахом по кавказским обычаям и… золотая клетка. Ни тебе работы, ни – выхода из дома к подругам. Муж, свекровь, ребенок и дом, дом, дом.

Ревность мужа и претензии свекрови каждый день уничтожали Ирину, ей казалось, что по каплям утекала жизнь. Никакой достаток не смог заменить желание быть свободной. Спустя три года после свадьбы Ирина принимает решение уехать в Москву. Женька и Оля – обе в Москве. Одна преподает в родном университете, другая – работает в гороно.

Тайные сборы, когда муж в очередном загуле. Поезд «Махачкала – Москва». И вот уже подруги с радостью встречают Ирину.

Тяжкие месяцы развода, угрозы мужа, отсутствие работы, все эти невзгоды помогли пережить подруги и младший брат Женьки. Закончив академию, он работал в Следственном Комитете. Так незаметно он стал для нее спасителем, Ангелом-хранителем, другом, самым родным и любимым человеком на свете.

В день свадьбы он признался ей в том, что влюбился в нее с первого мгновения, как только увидел у сестры. И что именно он прислал ей тот билет в Большой театр с букетом цветов.

Комментарий автора:

Знаки судьбы или суеверие? Последний шанс или счастливый случай?

Как часто мы слышим подобные выражения и вопросы. Кто из нас не сталкивался со знаками судьбы?

А действительно ли они присутствуют в нашей жизни? Действительно ли судьба, таким образом, пытается нас чему-то научить или от чего-то спасти?

Находясь за рулем автомобиля, мы автоматически руководствуемся дорожными знаками, так почему же их не может быть на жизненном пути?

Вопрос только в том, как их распознавать, как не пропустить тот счастливый случай.

Неоднократно мы слышали поговорку: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Проанализировав, понимаем: «Это так». Психология утверждает, что каждый счастливый случай – ранее отработанная проблема, а каждая неприятность – цепь накопившихся нерешенных проблем.

Допускаю, что так.

А вот слышим ли мы Небеса, которые просим? Откуда берется так много сомнений, когда желаемое воплощается в реальность?

Задумывались ли вы о собственных запретах на радость?

О запретах на то, чтобы слышать знаки от собственной интуиции?

Вселенная постоянно дает знаки.

Жизнь ежечасно предоставляет право выбора.

Каждый делает свой шаг.

Один, наперекор обстоятельствам, добивает проблему; получая впоследствии неприятности, и жалеет о потраченных силах. Другой – съезжает на обочину дороги жизни, берет у судьбы тайм-аут на решение и выигрывает. Третий – плывет по течению. А как правильно? Как научиться слышать Небеса?

В малолетнем возрасте мы узнаем о жизни по реакции взрослых.

Когда вырастаем, то у нас появляются склонности воссоздать эмоциональное окружение нашего детства.

Все наши проблемы родом из детства, а значит, и решение тоже. Часто, прежде чем приступить к работе с пациентом, я рекомендую ему в некотором роде аналитическую исповедь.

Все очень просто: вы выписываете всю свою жизнь от того момента, когда помните себя и до настоящего времени. Вспоминаете всех, кого обидели вы, кто – вас, включая собственных родителей. Далее необходимо беспристрастно провести анализ: какой ущерб получили вы, какую травму вам нанесли, какую установку приняли.

Без вывода: а что вы потеряли? Какая травма вам нанесена? Невозможно полностью простить и стереть.

Даже если вы уверены, что простили и забыли, ваше бессознательное напомнит вам об этом, проявляясь событиями.

Поэтому при правильно проведенном анализе у вас должен высвободиться огромный энергетический потенциал. Возвращаются силы и удовлетворение жизнью. Вы начинаете слышать и видеть себя, а значит, снимаются многие запреты на лучшее и прекрасное.

Конечно, в неразрешенном вопросе всегда можно обратиться к провидцу, но ведь и это знак судьбы. Ни один провидец ничего не может сказать от себя, он только проводник промысла Небес. Жизнь прекрасна и многогранна, несмотря на трудности и препитии. Каждый человек, который вас чем-то задевает – ваш учитель.

Каждое неприятное событие – ваш урок.

Небеса вас всегда слышат, чаще не слышите вы. Герцен сказал:

«Трудных и недостижимых предметов нет, но есть бездна вещей, которых мы просто не знаем, и еще больше таких, которые знаем дурно, бессвязно, отрывочно, даже ложно. И эти-то ложные сведения еще больше нас останавливают и сбивают, чем те, которых мы совсем не знаем».

В поисках волшебного камня

Она шла по белому песку, на который, играя, накатывала украшенная пенным кружевом волна, и собирала ракушки. Это всегда было ее любимым занятием на море – собирать цветные камушки и ракушки. Сокровища моря попадались самые разные: большие и маленькие, розовые, серые, белые, полосатые. Одна из ракушек привлекла ее внимание: забавная форма, внутренний слой перламутра, красивый цвет. Она подержала ее на ладони, подняла на уровень глаз, чтобы через ее почти прозрачные стенки увидеть солнце.

– Я хотела бы увезти тебя туда, где много снега, – прошептала она ракушке. – Но ты так прекрасна и едина с этим морем, поэтому отпускаю тебя.

Она положила ракушку на песок, а набежавшая волна быстро подняла ее и унесла в синие морские просторы.

– Вы так добры даже к обычной ракушке. Значит, вы – та, которую я так долго искал, – услышала она голос мужчины.

Буквально в метре от нее стоял ОН, сошедший в обложки журнала или рекламы о красивой жизни. Черные волнистые волосы, голубые глаза. Белая рубашка оттеняла загар. Джинсы подчеркивали стройность тела и длину ног.

– Хочу подарить вам этот камень, он с побережья острова, где я родился.

У камня цвет ваших глаз – зеленый. Как у сирен, что губят моряков и корабли. Вы согласны?

Она чувствовала прохладу камня, который прорезали лучи солнца, и он заиграл множеством бликов.

– В моем доме есть второй такой же камень. Украшения с одинаковым камнем нужно носить семейной паре, чтобы сохранить любовь. Выходите за меня замуж, – проговорил он.

От удивления она засмеялась громче обычного. Собственный смех привел ее в чувство, и она проснулась.

– Вот так всегда, – на самом интересном месте, даже ответить не успела, выйду ли я за него замуж.

Она крепко сжимала в руке угол одеяла.

– Деточка, ты так смеялась во сне! Здорова ли? – тревожно спросила стоящая у ее кровати бабушка.

– Сон смешной приснился, бабуля…

– О чем же, дорогая? Может, о женихе? Только, что же в этом может быть смешного, не понимаю. Вещие сны надо запоминать.

– Нет, сон был о Микки Маусе, – пошутила она. – Извини, мне надо одеваться.

Юлия, так звали героиню, всегда старалась избегать разговоров о личной и, тем более, интимной жизни. Так было в университете, потом на престижной работе, и даже при общении с подругами. Причины такой закрытости знала только она сама да очень близкая из подруг, которая была рядом с первого класса английской школы.

Просто говорить было не о чем. И это в 36 лет, когда у всех ее знакомых были семьи и дети, а у кого-то второй или третий брак. Она горько усмехалась, думая о себе: потерять невинность в 26 лет от отчаяния, да еще и с одноклассником после очередной встречи выпускников. Как говорится, без чувств, наспех, в его захламленной и прокуренной квартирке на окраине городе. В следующие годы она старалась не приходить на такие школьные мероприятия, если узнавала, что там будет он. А он в принципе ни в чем не был виноват, долго звонил, приглашал на свидание и даже говорил о желании жить вместе.

Но почему все случилось именно так? Может быть, потому что с ним было легче переступить черту, которая казалась страшной и была запретной?

– Надо быть честной и выходить замуж девушкой! – внушала ей мама с того самого момента, когда девочка превращается в девушку и начинает ждать любовь. После этого обычно шла долгая лекция о добродетели и завуалированные угрозы. Так в душу и в жизнь забрался страх. Сидел там тихо, но сдерживал все порывы отдаться чувству, даже когда за влюбленностью приходила любовь.

И вот до сорокалетия остается каких-то четыре года. Страшно подумать. А потом годы полетят как санки с ледяной горы. В это время жизнь ровесниц била ключом. Но только не ее жизнь. При этом она была не просто хороша, а красива той модельной внешностью, в которую Бог вдохнул доброту и сердечность.

Ее карьера сложилась удачно, на зависть многим: она работала финансовым директором крупной компании. Деньги были, но она по-прежнему жила с родителями. Много раз пыталась снять или даже купить квартиру, но мама начинала грустить, папа обижаться, бабушка плакать. И жизнь продолжала идти по-прежнему тихо и безлико. Работа приносила немалые деньги, которые копились на счете в банке. Но путь к женскому счастью словно преграждал огромный камень, большой, как скала. А потому случались редкие знакомства, обещающие продолжение, но, по не зависящим от нее причинам, все обрывалось или заходило в тупик.

– Ой, ты и чай не пьешь, и завтрак остыл, – вывела из раздумий Юлю бабушка.

– Да, бабуль, спасибо. Я в кафе с подружкой почаевничаю.

Через час за столиком кафе она рассказывала закадычной подружке о своем сне.

– Море штормило или нет? – поинтересовалась подруга.

– Так, немного. При чем здесь море? Камень красивый был. И мужчина.

– Если шторм, то жди волнений. А если есть свободное время, почитай в интернете про камень. Но я тебе все-таки дам совет, хотя он и противоречит моим жизненным принципам. Пора уже сходить к знахарке, гадалке, экстрасенсу, в общем, кому-то, кто скажет, что в твоей судьбе не так.

Новая неделя принесла не просто волнения, а финансовый шторм. Банк, в котором хранились ее деньги, был объявлен банкротом.

Это заставило Юлю найти экстрасенса – психолога. Вопрос, конечно же, касался будущего почти потерянных финансовых сбережений.

Но этот вопрос был не главным. Она боялась произнести вслух то, что ее волновало больше денег.

Однако экстрасенс обо всем сказала сама.

– О деньгах не волнуйтесь. Вы их вернете, поможет женщина, с которой вы познакомитесь в этом месяце, и новые финансовые перестройки. Деньги вернутся, а вот личное женское счастье под угрозой. Есть на вас обет безбрачия. Обет дала ваша прабабка по линии отца. Дала обет одному, а замуж вышла за другого. Прокляли ее сильно, а потому женщины в отцовском роду счастливы в браке не бывают. А вы, так совсем особый случай. На вас родовое проклятье замкнулось, очень вы на прабабку похожи. Дети по Библии за родителей не ответчики, если молятся. Но вы же не молитесь, да и страхов, внушенных в детстве, много. Вот так одиночество хвостом за вами и таскается.

– Все так, – сказала Юля. – Я действительно очень похожа на отцовскую родню. А что до женщин, то и бабушка, и моя тетя, папина сестра, были замужем несколько раз и одиноки. И мне что же делать?

– Для начала искупайся три воскресенья подряд в Святых источниках, каждый день – в разных. Потом надо семь раз отстоять службы перед Казанской иконой Пресвятой Богородицы. А между службами – акафист Казанской Богоматери читать, да просить род отцовский простить. Так у многих бывает. За род отца и его женскую линию часто дочери отвечают. Вымоли женскую линию рода, увидишь – у тебя все сложится. А еще, сон ты видела. В нем была подсказка. Судьба. Но после молитв ты увидишь продолжение.

Она сделала все, что сказала экстрасенс. Каждый вечер, засыпая, она пыталась вновь увидеть сон.

Однажды Юля повезла бабушку на дачу. Обратно ей пришлось возвращаться электричкой из-за вышедшей из строя машины.

Вагон был полупустой и, уютно устроившись, Юлия задремала.

Она вновь увидела мужчину, но он уходил от нее вдаль. А рядом с ней стояла женщина-экстрасенс.

– Возьми этот камень, – говорила женщина. – Это перидот, или оливин, камень с его побережья.

Сон был короткий, и уж слишком вещий. Сомнений не было, камень назывался перидот, или оливин. До глубокой ночи она искала информацию о нем в интернете. Выписывала в блокнот то, что ей казалось интересным, перечитывала вслух, словно это могло приблизить сон к разгадке:

«Перидот также известен под названием оливин. Название камня произошло от греческого слова peridona – дающий изобилие, – неплохо для начала, – констатировала она».

Еще ей понравилось, что самый ценный перидот имеет цвет лайма, ведь такой цвет был у камня во сне. Оберегает от сглаза и порчи, помогает разрушить колдовство. Однако месторождения перидота немного разочаровали ее: Египет, Пакистан, Бирма, Конго, Гавайи, Германия, Италия, Норвегия, Австралия. География поиска судьбы становилась слишком большой. Перидоты из метеоритов вообще смущали, если только этот мужчина не был инопланетянином.

И только на следующий день она вспомнила, что во сне мужчина говорил об острове. Она лихорадочно искала острова.

Наконец ответ был найден: остров Зебиргет в далекой Исландии!

– Решено! Я улетаю в отпуск. В Италию, там заканчивается купальный сезон. Море, вкусная еда, шопинг – что может быть лучше, – утром объявила она домашним.

Ее слова не были правдой. Через две недели самолет приземлился в Рейкьявике. Хороший отель настраивал на позитив. В номере лежали брошюрки с предложениями самых разных экскурсий и развлечений: вулканы, ледники, гейзеры, фьорды, озера, водопады, национальные парки, северное сияние… Это было потрясающе, но не актуально. Казалось, что она продолжала искать «иголку в стоге сена».

«Утро вечера мудренее», – решила она и впервые за все эти дни заснула крепко и без сновидений. Новый день был туманным. Что не удивительно, ведь основатель этого города так и назвал его: «Дымная бухта».

Она весь день бродила по улицам, вглядывалась в лица, будто бы искала того, кого, не зная, давно потеряла. Потом зашла в ювелирный магазин и попыталась вежливо спросить об изделиях с перидотом, чтобы плавно перейти к теме о загадочном острове, что занимал сейчас ее воображение. Однако продавец был поглощен общением с очень эмоциональным покупателем, который слишком долго подбирал серебряные украшения с вулканическим камнем и в виде рун.

– Простите, может быть, вы уделите мне немного внимания? Меня интересует камень перидот. Абсолютно в любом изделии.

– К сожалению, ничего нет. Это магазин известного дизайнера, но он не работает с этим камнем. А вот этот господин, как я вижу, может похвастаться прекрасным перидотом цвета лайма, – продавец показал на покупателя, который уже стал раздражать ее.

– Ношу этот перстень, потому мама завещала. Хотела, чтобы из старого холостяка я быстрее превратился в солидного, женатого. Внуков ждала, – улыбаясь, сказал он. – Но это на самом деле пара. Из одного кольца делается два. Секрет ювелира. Семейная реликвия, 19 век. Одно кольцо для мужчины, второе для женщины. Не встретил еще единственную женщину. Вот такая история.

Он был странный, какой-то запрятанный в капюшон и темные очки. Но на тот момент ее притягивало только кольцо с магическим перидотом. Она поспешила уйти из магазина. Бесцельно побродила, купила сувениры и, только ужиная в ресторанчике, вспомнила о мужчине из ювелирной лавки.

«Дура, дура, – подумала она о себе. – Заплатила бешеные деньги, чтобы прилететь сюда, и вместо наслаждения красотой этой чудесной страны ищу мифический крошечный остров, который и местные люди не знают».

От всех этих мыслей навернулись слезы.

– Добрый вечер! Не против, если я подсяду? – услышала она знакомый голос покупателя из магазина. – Как вам остров?

– Какой остров? – испуганно спросила она.

– Ну, Исландия. Это же остров. Или вы не знали? Здесь роскошная рыбалка, но это явно не ваша тема, – засмеялся мужчина.

– Вы местный?

– И да, и нет. Это моя родина, но я живу в другой стране. А вы туристка? Откуда? Что успели посмотреть?

Она украдкой вытерла слезы.

– Вы плакали, вас кто-то обидел? – участливо спросил он.

– Я сама себе обидела, – проговорила Юля, быстро расплатившись по счету, и ушла, оборвав разговор.

В номере опять ругала себя, что всегда живет в другой реальности, гоняется за сном вместо того, чтобы общаться с симпатичным мужчиной, проявившим к ней интерес.

Действительно, в ее жизни все было именно так: встречи и общение давались с трудом, словно кто-то невидимый зло мешал ей. И она всегда убегала.

– Все! – решила она, засыпая. – Больше не ищу перидот. У сна, думаю, другой смысл.

Рейс домой имел сложную траекторию: самолет летел во Франкфурт, оттуда – в Москву. В салоне она заняла свое место, пристегнулась и закрыла глаза. Кресло рядом было не занято, что обрадовало. Но вот в салон вошел опаздывающий пассажир, который подошел к ней и попросил пропустить его. Она открыла глаза и увидела все того же мужчину из ювелирного магазина. Попыталась встать, но не смогла.

– Добрый день! Снова вы. Советую сначала отстегнуть ремни безопасности. А потом встать. Поверьте, так будет удобнее.

Она наконец-то встала. Щеки пылали. В ее глаза смотрели его глаза. Она молча пропустила его.

– Извините, что преследую Вас. Но я забыл задать вам вопрос джентльмена: что вы делаете сегодня вечером?

– Лечу из Франкфурта в Москву.

– Жаль. У меня есть еще один нескромный вопрос: что вы делали в Рейкьявике? Просто вы выглядели как искательница сокровищ. И были очень растеряны. Я даже был растроган – настоящая женщина, такая красивая, трепетная. Теперь понял – вы русская. Все не мог разгадать ваш акцент в хорошем английском.

– Допустим, я искала перидот… – Не зная зачем, сказала она.

Мужчина снял куртку, волнистые волосы рассыпались копной, а из ворота белой рубашки выглядывала загорелая грудь.

– Как во сне, – пришла в голову мысль.

Самолет набирал высоту. Она дотронулась до своего крестика на груди. Он повернулся, посмотрел на нее и ничего не ответил, что немного обидело. Но собственно, что он должен был сказать на это? Она выглядела странно. Но тут же ободрила себя, вспомнив стихи Ахматовой: «Какая есть. Желаю вам другую…» Но параллельно жила другая мысль – и себе пожелала, если бы могла.

– Не этот ли перидот вы искали? – спросил он, показав на свое кольцо, которое умело превращаться в два. – Вы немного сбились с пути… Погрешность компаса судьбы. Такое бывает.

Все остальное было, как в прекрасном сне.

Помолвка через месяц и свадьба через полгода.

А на руке Юлии расцвел перидот в золотой старинной оправе. Мартовский день был на редкость солнечным, а небо над городом стало, как море с легкой пеной белых облаков.

Комментарий автора:

Несправедливым будет заключение о том, что в сны верят только совсем уж суеверные люди. История рассказывает о вещих снах Ломоносова, увидевшего гибель своего отца, Линкольна, сон которого был предупреждением об опасности. Калигула был тираном и деспотом, и содеянное зло заставляло его бояться гнева богов и смерти – он боялся засыпать, считая, что только во сне Боги могут устраивать суд совести.

Сон – это такое особенное средство связи, через которое с вами разговаривает ваше подсознание. Во сне могут проявиться ваши тайные желания или подсознательные тревоги, может выразиться развивающаяся в организме болезнь или решиться давняя проблема. Не зря многим творцам во сне приходят их произведения, а ученым – гениальные открытия. Кстати, модно работать со снами, начав вести особый дневник, разделенный на две части – в одной записывать, что происходит в реальной жизни, а в другой – что в этот день снится. Потом, по мере накопления материала, можно сравнить жизнь реальную и жизнь во сне – и может оказаться, что там очень много параллелей. Именно эти параллели способны помочь найти причинно-следственную связь ваших неприятностей и поговорить со скрытыми частями самого себя.

Ватрушки

Теплое мягкое тесто напоминало детскую щечку, к которой хотелось прижаться. Она отщипывала от теста кусочки, пела и плела веселые плюшки. Запах выпечки и ванили окутывал ощущением счастья… которое прервал звонок будильника.

Она открыла глаза и потянулась, еще ощущая нежность свежеиспеченных плюшек.

Муж, взглянув на ее улыбку, нахмурился: «Опять снились дети?»

– Нет, – ответила она: во сне я пекла плюшки.

– Выпечка вредна, – сказал он, запуская таймер беговой дорожки.

– Жизнь, вообще, по-твоему, вредна, – ответила она и вновь почувствовала себя абсолютно несчастной.

Грустно заваривая быстрорастворимую овсяную кашу, она прислушивалась к монотонному шуму беговой дорожки и думала:

– Господи! Мы живем пять лет, как поезда по расписанию. Ни капли безрассудства. Вроде бы все есть – квартира, дача, машины, а счастья нет. В общежитии, живя с девчонками по четыре человека в комнате, я была счастливее.

Ее тяготил холодный лоск функциональных интерьеров, которые так ценил муж. Хотелось родить детей, печь им пирожки и целовать в теплые щечки. Но… детей в их семье не было, муж не любил выпечку и нерациональные траты денег, а значит, пора было идти на «правильную» работу, где ей предстояло весь день составлять финансовые бумаги.

По пути на работу она вдруг поняла, что хочет сделать что-то абсурдное, против правил. Отключив телефон, она поехала куда глядят глаза. Сама не заметила, как выехала на трассу. На окраине маленького пригородного поселка увидела церковь и решила войти.

Припарковав машину, она пошла к старому деревенскому храму, но он, увы, был закрыт.

Перед запертыми дверьми тоска и безысходность вдруг захлестнули ее. Слезы хлынули сами собой. Не дойдя до машины, она беспомощно опустилась на скамейку в церковном сквере.

Сколько прошло времени, она не помнила. Очнулась только когда рядом с ней сел священник:

– К Господу хотела прислониться? – спросил он. – Пойдем в храм.

– Закрыто… – устало проговорила она.

– А мы откроем, – сказал батюшка. – Пойдем, помолимся и чайку попьем.

Она осторожно последовала за священником. Ей стыдно было признаться, что она никогда не была в церкви.

Лики святых, церковные своды. Почему-то стало не по себе.

– Тяжко? – спросил батюшка.

– Да. Не по себе как-то, – призналась она.

– А ты помолись. Как можешь. Расскажи Господу о наболевшем. Господь-то, он великий врач. А я, как медсестра при враче, рядом постою.

– А что говорить-то? Нет счастья в жизни, – вновь заплакала она.

– Тяжко бывает, когда не можешь принять Счастье в сердце своем. Тогда и мир жестоким кажется. Счастье-то оно что? Соучастие. Соучаствовать нужно в мире со всеми – и с собой, и с Творцом. Вот оно счастье. А ты все только в себе. Искать надо, кому соучаствовать. Глядишь, и счастье найдешь.

– Я так запуталась. Живу в браке без любви и без детей. Работаю на работе, от которой тоска только.

– А ты помолись и попроси устроить жизнь твою по Божьей Воле. Доверь Господу свои желания и планы. Глядишь, многое поменяется.

Она подошла к иконе, зажгла свечу и стала просить:

– Господи! Я очень устала. Я прошу тебя, дай мне стать счастливой женой и матерью.

Она не знала молитв, поэтому рассказывала Господу свои сны, объясняла, как любит печь пироги.

Потом, повернувшись к священнику, она улыбнулась:

– Мне показалось, что где-то плачет младенец.

– Это радуется твоя душа в ожидании чуда.

– А что мне делать дальше?

– Делай то, что умеешь и что хочет твоя душа. У нас, кстати, тут пекарня есть недалеко. Хочешь поработать – приходи.

Она вышла из церкви и увидела, что наступил вечер. На работу было ехать поздно. Она поехала домой. На душе было тепло и спокойно.

Войдя в квартиру, она оглядела все по-новому.

Ее материальный мир выглядел прекрасно. Тут было чему радоваться. Было, что любить. «Но мне это не подходит», – подумала она и открыла шкаф. Сложив в дорожную сумку немного вещей и документы, она сняла обручальное кольцо и оставила его на столе вместе с ключами от квартиры.

– Не тороплюсь ли я рушить свою старую жизнь? – подумала она.

Словно ответ на ее сомнения, в голове зазвучал детский голос:

– Нет! Мама! Нет, не останавливайся!

Голос был таким реальным, словно этот ребенок стоял рядом. Она понимала – муж не даст ей родить малыша. Он считал воспитание детей неоправданной тратой денег. А значит, выход был только один. Она захлопнула дверь, добежала до машины и поехала за город.

Вот она, знакомая церковь. За ней темный поселок. Вокруг бездорожье. Она вышла из машины, огляделась. Ночь. Промозгло.

Куда идти – не ясно.

Зачем она сюда приехала – большой вопрос.

Вдруг потянуло запахом свежей выпечки. У нее сердце екнуло.

Пригляделась, увидела пекарню. На железной двери объявление: «Требуется пекарь».

Она постучала. Дверь открыл мужчина – высокий, крупный, пышущий жаром свежеиспеченного хлеба. Глядя на нее сверху вниз, спросил:

– Вы к кому?

– Мне батюшка сказал, что вы помощника ищете. Я была бы рада здесь поработать.

– А, отец Алексей вас прислал! Заходите, – пекарь с сомнением покачал головой: – Вы хрупкая такая. Справитесь ли?

– Печь пироги – это мое призвание, – ответила она. – Я покажу, что умею.

Теплое мягкое тесто под ее руками охало и свистело, напоминая детскую щечку, к которой хотелось прижаться. Она отщипывала от теста кусочки, пела и плела веселые плюшки.

Запах выпечки и ванили окутывал ощущением счастья…

– Ну что ж, – довольно хмыкнул пекарь. – Попробуем поработать вместе.

Прошли годы. Они с пекарем любили друг друга беззаветно. Ощущали себя самыми счастливыми людьми на свете. Давно в прошлом осталась пекарня в пригородной деревеньке. Они с радостью вспоминали отца Алексея, его помощь в ее разводе и благословение на переезд.

Их булочная-кондитерская была главной достопримечательностью маленького приморского городка.

Утром сюда забегали домохозяйки, чтобы купить горячего хлеба к завтраку. Днем в магазинчике было полно детей, которые приходили за булочкой с лимонадом. Вечером к ним заходили влюбленные, чтобы выпить чаю с пирожными.

Целуя теплые щечки двух своих очаровательных дочек, причесывая их упрямые кудряшки, все время вспоминала слова отца Алексея:

– Коли совсем тяжко, помолись и попроси устроить жизнь твою по Божьей Воле. Доверь Господу свои желания и планы. Глядишь, многое и поменяется.

Комментарий автора:

Следовать своей Судьбе – есть Дар Божий. Смирение – не значит отсутствие действий. Это движение вперед с молитвой и рассуждениями. Вера подкрепляется делами и молитвой.

Молитва – это не просто способ рассказать Богу о том, в чем мы нуждаемся, или пожаловаться ему. В своей знаменитой Нагорной проповеди Иисус сказал: «Знает Отец ваш Небесный, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у него, и добавлял через время: «…Просите, и дано вам будет». Обращаясь словами молитвы, мы отпускаем ситуацию, отпускаем свои трудности, тем самым доверяя Творцу и позволяя ему решить нашу проблему.

Визит к колдунье

– Ты знаешь, я решила, что не хочу праздновать этот день рождения, – сказала она, сделав ударение на слове «этот», и прижалась щекой к плечу мужа. – Может, я суеверна, но есть такая традиция – не отмечать сорокалетие.

– Думаю, что ты права, – спокойно ответил муж и встал с дивана.

В его спокойствии чувствовался холод равнодушия, что нельзя было не заметить. Но ведь еще три месяца назад он сам обещал устроить праздник в честь любимой жены, полный самых неожиданных сюрпризов. Ее фантазия уже рисовала романтический отпуск на островах, только вдвоем, без суеты, нужных людей, друзей и родственников, что всегда приглашались в их дом в такие дни. Да и сказала она о нежелании отмечать день рождения просто так, ожидая, что муж начнет уговаривать ее, окутывая своей нежностью.

– Но ты же сам предлагал улететь на Бали… – со слезами в голосе проговорила она.

– Да, я помню. Но изменились обстоятельства. Я не намерен врать, а потому говорю прямо: я встретил… Нет, я полюбил! Другую женщину и потому ухожу.

– Когда же ты успел? Или опять это была любовь с первого взгляда. У тебя всегда так. И 22 год назад тоже. Спасибо за подарок, милый.

Он стоял у окна, молчал и смотрел, как ветер гоняет по двору желтые листья клена. Она подошла, встала рядом, пытаясь понять, о чем он думает и есть ли в его сердце хоть какое-то сожаление. Потом вышла из комнаты и заперлась в кабинете. Ей хотелось с кем-то поговорить, спросить совета, поплакаться, быть понятой. Звонить сыну было глупо. Он учился в Лондоне и давно жил, как сам подчеркивал, в другом измерении, чем «предки».

Рука машинально набрала номер телефона подруги, которая умела, как никто другой, слушать, говорить душевные слова и иногда давать дельные советы.

– Знаешь, на этот день рождения я получила самый неожиданный подарок.

– Уже? Какой он нетерпеливый. Неужели муж купил тебе новую машину? Нет, я догадалась, то кольцо с желтым бриллиантом.

– Практически, – горько усмехнулась она. – Он влюбился в другую женщину. Думаю, что ей не сорок лет, как мне. И я пополнила ряды брошенных жен и одиноких теток – кому за сорок.

– Так надо действовать, а не унывать. Есть миллион рецептов возвращения блудливых мужей.

– Да не был он блудливым никогда! Или, может, я не замечала чего-то важного в нашем идиллическом браке. Мы прожили вместе двадцать два года. Встречались всего несколько месяцев, потому что ошалели от любви. У него любовь прошла, а у меня нет! И мне сорок!

На следующий день подруги сидели в кафе. Она прятала красные от слез и бессонной ночи глаза за темными очками, постоянно брала в руки мобильный телефон, словно ждала звонка.

– Как ты относишься к народным методам борьбы за женское счастье? – с пафосом спросила подруга и после короткой паузы добавила слова, которые показались роковыми. – Я говорю об обращении к колдунье. Не пугайся, к белой колдунье, белой. Вот адрес. Далековато, но ты же на машине.

– Я вроде бы на все согласна. Но к колдунье… – прошептала она, несмело дотрагиваясь до листочка с адресом.

В субботу она подъехала к покосившемуся дому на окраине поселка. Сгущались сумерки. Черные ветки деревьев рисовали на темной синеве неба загадочные рисунки. И во всем своем великолепии висела полная луна. Скрипучая калитка распахнулась, и протоптанная в траве дорожка привела к двери. На стук вышла женщина неопределенного возраста, пригласила пройти. Что было потом, она помнила с трудом. В памяти остался вопрос – во сколько лет вышла замуж, как зовут мужа, любишь ли, что хочешь? Она отвечала на вопросы коротко, как на собеседовании при приеме на работу, хотя каждое слово о своей жизни хотелось объяснить. Через час она снова оказалась на той же дорожке, что вела обратно к машине. Но этот путь дался ей с трудом. Она почему-то свернула налево, обошла дом, в котором горело только одно окно, потом оказалась в неухоженном саду, зачем-то сорвала с ветки яблоко, надкусила его и отбросила в сторону. Яблоко было пронзительно кислым, этот вкус будто отрезвил ее. Когда она наконец-то оказалась у машины, ей показалось что прошло несколько часов, и ушли все силы.

Она села в машину и с удивлением поняла, что в руке держит исписанный лист бумаги. Заговор.

– Зачем ей этот заговор? – подумалось невпопад.

Она с трудом доехала до города. Оказаться опять дома и встречаться с мужем, как с чужим человеком, обмениваясь дежурными фразами, слышать, как он переходит на шепот, разговаривая со своей новой любовью, не хотелось. Поэтому быстро пришло решение ночевать у подруги.

– Ну, что сказала бабушка? – нетерпеливо спросила подруга.

– Я не помню. Правда, не помню. Со мной такое происходило, что стало страшно. Еле выбралась оттуда.

– Вот дала заговор. Читать надо все время. А зачем – не помню.

Она действительно не помнила ни одного слова, сказанного колдуньей. Все было, как в тяжелом сне. Но ведь она что-то точно говорила. Подруга с жалостью смотрела на нее, не решаясь расспрашивать. На следующее утро, которое выпало на воскресенье, она все-таки отправилась домой, зная, что в последнее время по выходным муж всегда «работает». Выходя из подъезда, ей на глаза попалась симпатичная кошечка, которая подошла к ней и ласково потерлась об ноги. Открывая машину, она услышала собачий лай, словно окликающий ее. Она вздрогнула. В это мгновенье память воспроизвела весь визит к колдунье.

Как будто заново зазвучали слова колдуньи:

– Ты должна завести кошку и собаку. Кошку назовешь именем разлучницы, кобелю дай имя мужа. И про заговор на раздоры не забывай ни одного дня. А через год кошку на помойку с заговорными словами на произвол судьбы выгонишь. А кобеля оставишь.

Она вспомнила все, что надо делать, и машина понеслась в сторону Птичьего рынка. А еще через несколько часов в опустевшей квартире жили два новых питомца. Однако самое главное было впереди: сделать их жизнь под одной крышей невыносимой, хотя животные были настроены друг к другу довольно дружелюбно. Но она умышленно, как и велела колдунья, одаривала вниманием и любовью то кошку, то собаку, вызывая у них ревность. На огромной кухне стояла только одна миска для еды, и каждая кормежка превращалась в бои без правил.

Она постоянно читала заговор на ссоры, упоминая имена мужа и разлучницы, который дала ей колдунья.

Собака гоняла кошку по дому. Кошка мстила псу и хозяйке, иногда пропадала на несколько дней и возвращалась голодная и ободранная. Так проходили месяцы. Несмотря на то, что в доме царил хаос, ее сердце наполнялось непонятной радостью и предвкушением жестокого конца. Теперь она думала о бывшем муже без слез, которые перехватывали горло. И только фотография в гостиной, на которой они были вместе – молодые и влюбленные с маленьким сыном на руках, она не могла и не хотела убирать. И это было единственным, что она делала против советов колдуньи.

Иногда от общих знакомых приходили новости о муже, что живет с молодой женой хорошо, можно сказать – летает на крыльях любви, сделал новый рывок в карьере и вообще всем доволен. Этот позитив все еще ранил ее, отзывался болью и обидой. Может быть, потому, что одиночество со временем становилось все тяжелее.

Через год, как велела колдунья, кошка была вывезена за город на свалку и выброшена. От этого поступка щемило сердце, но она понимала, что обратного пути просто нет. А по дому ходил пес и искал кошку, которую, наверное, и любил, и ненавидел одновременно. Она стала баловать пса: закармливала его, называла его разными именами, которые придумывала для мужа в порыве нежности и любви, и понимала, что слишком сильно привязалась к нему. Пес толстел и становился все ленивее.

Прошло долгих, ничем не примечательных, пять лет. События и люди, которые случались в ее жизни, словно были укрыты плотным туманом, в котором и она сама брела наугад. Но однажды все резко изменилось. Ранним утром пес не подошел к ее кровати, держа в зубах халат, чтобы отправиться на прогулку. Она нашла его лежащим у входной двери и сразу же вызвала ветеринара.

Ветеринар приехал быстро и оказал собаке необходимую на тот момент помощь, но поставил неутешительный диагноз. Она не хотела верить в то, что собака может умереть, и, чтобы избежать мучений, ее лучше усыпить.

Она сидела на кухне и плакала. Ветеринар пил чай и пытался утешить ее. Он оказался симпатичным моложавым мужчиной, который умел подобрать правильные слова. Но это не помогало, потому что предчувствие беды было сильнее всех утешений.

– Я заеду к вам завтра, если вы не против. Или позвоню, – сказал он, уходя.

К своему собственному удивлению, она стала ждать его прихода или, хотя бы, звонка. Но телефон молчал. Она с раздражением думала о себе, как о старой дуре, которая, оказывается, еще на что-то надеется.

Через несколько дней ветеринар позвонил, спросил о самочувствии собаки и о возможности встретиться. Она сказала, что согласна усыпить собаку. И дождавшись, когда он вновь повторил свой вопрос о встрече, ответила «да».

Это была первая встреча с мужчиной за прошедшие пять лет. Душа пела, а мир приобретал новые яркие краски. «Может быть, и я смогу быть счастливой, ну хотя бы немного. Ведь всего 45». Они встретились, гуляли по городу, сидели в уютном кафе и говорили. Когда он сказал, что хотел бы вместе с ней пойти в театр, а потом на новую выставку в Манеже.

Встречи стали случаться все чаще, через несколько месяцев он остался у нее ночевать, через полгода возник разговор о жизни вместе и даже браке. Ей показалось, что мир наконец-то перевернулся, и все встало на свои места. И она была в этой жизни не просто нужной кому-то, а любимой.

Подруга заметила, что она стала прежней – жизнерадостной и веселой, даже помолодела. И как-то спросила о том, что произошло. Но смогла узнать только то, что заболевшую собаку усыпили.

Через неделю все-таки позвонила и сообщила:

– Помнишь, тот ветеринар, что приезжал? Мы вместе. И это серьезно. Я, кажется, влюбилась.

– Я очень рада за тебя. Но тут такое дело… – начала мямлить подруга, делая паузы после каждого слова. – Твой бывший муж. Его бросила молодая жена.

– Да-а?! Ты говоришь это с таким сожалением, будто забыла, что пять лет назад он бросил меня. Может, мне пожалеть его, страдальца?

– Может быть, и пожалеть: он болен, просит тебя прийти. Ближе тебя и сына у него никого нет.

На следующий день она сидела в больничной палате и не узнавала своего бывшего мужа в этом постаревшем немощном мужчине.

– Прости меня, – шептал он, по-собачьи преданно заглядывая в ее глаза. – Я так виноват. Ты так много значишь для меня. И наш сын. А та женщина – просто кошка, гулящая кошка, понимаешь?

– Я понимаю. Все будет хорошо, ты обязательно выздоровеешь, – ответила она.

Только выйдя из больницы, она поняла главное: все пазлы, рассыпанные колдуньей в ее жизни, сложились. И все эти пять лет она складывала их своей рукой. Своими мыслями, словами, поступками каждый день она рушила жизни многих людей. Муж разрушил один раз и ушел прочь, она не воспользовалась шансом свободы и каждый день поддерживала жар боли от измены.

Машина рванула в область, в поселок, где жила колдунья. Все тот же дом с покосившимся забором. Высокая трава во дворе. Запущенный сад, ветки деревьев которого пытались зацепить проходящего, может быть, остановить, предостеречь от чего-то неисправимого.

Она постучала в окно.

– Я не хотела, чтобы все было так жестоко! – кричала она, не дожидаясь ответа. – Слишком долго я ждала результат. Я уже ничего не хотела. Мой бывший муж болен и может умереть. Он нужен нашему сыну.

– Ты получила все, что хотела: отомстила ему и встретила нового мужчину, который станет твоим мужем, – вышедшая на стук колдунья с осуждением смотрела на нее.

– Мой бывший муж должен жить! Вы можете ему помочь. Я знаю это.

– Милая моя, когда идешь в путь по прихоти, должна понимать, что за обратную дорогу приходится платить слишком большую цену. Возможно, я смогу ему помочь. Тогда ты потеряешь любовь и навсегда останешься одна, что разрушит твою жизнь и унесет здоровье. Согласна?

Старуха помолчала, кутаясь в платок.

– Знаю, что нет. У тебя нет выбора. Колдовство – не самое безопасное дело. Я предупреждала тебя. А теперь прощай. Искупай сама свои грехи и сама отмаливай свои ошибки.

Каждый день она навещала мужа, то одна, то вместе с сыном. Времени на личную жизнь теперь не хватало. Встречи с мужчиной, который становился ей все дороже, были редкими, а все разговоры касались только ее проблем. Она выглядела измученной и виноватой.

Он утешал, поддерживал и искал необходимых специалистов, чтобы помочь ее бывшему мужу. И каждый раз просил лишь об одном – не отдаляться от него, не замыкаться на горе, удивлялся, какое доброе у нее сердце. А она не могла сознаться в том, что сделала и чем это обернулось.

«Да, больную собаку усыпили. А человеку как помочь?», – терзалась она, не находя для себя оправданий.

Рядом с больницей находилась маленькая старинная церковь. Она всегда пробегала мимо нее. Но однажды после очередного посещения мужа зашла, поставила свечи, помолилась о его здравии.

– На все воля Божья, – сказала ей какая-то пожилая женщина. – А ты счастливая, потому все преодолеешь. Вот только грех на тебе сильный. Когда кто к колдовству прибег и страшное сотворил, надо три раза за неделю на исповедь сходить. Причастия святого прикоснуться, а потом благословись да иди по семи церквям в один день, проси о том, кого колдовство коснулось твоей рукой.

После исповеди она обошла семь церквей и в каждой просила вернуть мужу здоровье.

Операция прошла успешно. Оперировал хирург, которого нашел и пригласил ее преданный новый друг. Муж поправлялся. И однажды, войдя в палату, она застала его в хорошем настроении, довольно бодрого после такой сложной операции. Он смеялся, как мальчишка, разговаривая с каким-то мужчиной. Мужчина обернулся, и она узнала своего ветеринара.

– А вот и ты! – сказал муж. – Представляешь, мы учились с этим замечательным парнем в школе до 7 класса и даже были влюблены в одну девочку. А сейчас он любит тебя. Ребята, я рад, что хорошего в жизни больше, чем плохого. Надо просто уметь отмывать счастье, как золотой песок.

– Ты стал философом? – улыбнувшись, спросила она.

– Да нет, я просто живу. Бог дал мне все осознать вовремя. И это такое, скажу вам, ребята, потрясающее состояние.

Действительно, очень важно осознать «вовремя», не пропустить даже малейшую светлую мысль, как шанс быть счастливым – подумала она, прижавшись к своему любимому другу и ласково глядя на бывшего мужа.

Комментарий автора:

Важно понимать, что происходящие испытания и неприятности – это не наказание от Бога и Высших Сил, а результат нарушения человеком этих самых Божественных законов. Принимая это как факт (а значит, именно человек ответственен за происходящее с ним), вы создаете возможность для духовного роста: обучения, исправления своих ошибок и достижения высшей цели – счастья. Действие колдовства рано или поздно достигает цели и тогда возвращается к заказчику. Чем сильнее осознание, почему это с вами происходит, почему вы подверглись негативу, тем быстрее все встает на свои места.

Вина

Лазурный берег всегда восстанавливал ее душевное спокойствие. Может быть, потому, что его красоту и негу она оценивала не из окна отеля, не на шумных набережных, а могла в любое время года приехать в свой уютный дом у моря со старым садом, с тишиной, наполняемой только пением птиц и шепотом деревьев. В этот раз она была только с внуками, и это радовало ее. Сын и невестка улетели в Америку, а муж, как всегда, утешался с очередной молодой любовницей. Она не то чтобы смирилась, а научилась относиться к этому факту безразлично. Потому что в глубине души, там, куда она никого не впускала, все еще жила ее тайна и ее вина. Но она не разрешала себе об этом думать. Она твердо и навсегда решила, что не имеет права быть счастливой.

Однажды, когда хмурилось небо и дул прохладный ветер, она просто гуляла с детьми по пляжу. Ее внимание привлекла пара. Светловолосая женщина, которую хотелось назвать «леди», и седой мужчина с палочкой. Он прихрамывал и, по-видимому, очень давно. Рядом бежали двое очаровательных детей.

– Бабушка! Дедушка! – кричала девочка. – А маленького принца здесь можно увидеть?

– Если очень захочешь, – смеялась женщина.

– И не надейся, Танечка, – с улыбкой отвечал мужчина.

Этот голос был ей знаком – до боли, до сердцебиения, до состояния, когда нет сил выговорить даже слово. Он опять что-то сказал. Сомнений не осталось. Она сжала пальцами виски. «Но ведь его нет, нет, нет!» – стучало сердце. Воспоминания были тяжелы, как скала, и застали врасплох. «Танечка!» – нежным эхом прозвучало ее имя.

– Танча, тебе плохо? – спросила внучка и взяла ее за руку.

Танча – так звал ее дед. За мальчишеский характер. За то, что всегда была сорвиголова. А теперь так ее называли любимые внуки – за бодрость и молодость. Девочка из казачьей станицы уехала в столицу и стала военным переводчиком. А потом к ужасу всей семьи поехала за «адреналиновой романтикой» – служить в Афганистан, где шли боевые действия. С детских лет она ничего не боялась, кроме предательства. Здесь, в Афгане, она встретила его. Кирилл. Она и своего внука попросила назвать этим именем. Мальчик из интеллигентной московской семьи. Мама – доктор наук в каком-то НИИ. Папа – профессор именитого вуза. Дом – полная чаша. Единственный сын, решивший идти по стопам двух славных дедов и стать военным.

Он стал боевым офицером, молодым командиром полка. Они познакомились в Кабуле на празднике. Когда она увидела его – высокого, широкоплечего, с серыми глазами, то поняла, что пропала. Рядом с ним была военврач, известная красавица и сердцеедка. Но как будто кто-то на небесах подстраивал их случайные встречи, а потом сам собой неспешно завязался серьезный роман. Они мечтали о семье и детях, строили головокружительные планы и ценили свое счастье, расцветшее среди войны.

Она отогнала воспоминания. Посмотрела на детей, которые бросали камешки в штормящее море.

– Дети, домой! Точно будет дождь, – сказала она, потому что ей хотелось уйти как можно быстрее, чтобы не смотреть вслед этой паре и не окликнуть его.

Дома, когда уложила детей спать, пошла в душ. Горячая вода сняла нервный спазм и успокоила мысли. Завернувшись в махровую простыню, она с ногами забралась на диван и налила коньяк. Напиток согревал кровь, расслаблял, и мысли медленно начинали воспроизводить то, что было давно и так круто изменило ее жизнь.

Тот день остался в памяти навсегда, до мелочей, в которых жила любовь и боль. Ей надо было сопровождать представителя генштаба в зону боевых действий в пригороде Кабула. Кирилл был командиром сопровождения. Она сняла и поцеловала свой нагрудный крестик, с мольбой в глазах повесила его на шею советского офицера. Он словно понял все, что говорили ее глаза, и ничего не сказал, а только обнял ее.

Встретившись с представителями противника в полуразрушенном старом особняке, группа офицеров начала переговоры. Через несколько часов все вышли покурить. Вдруг, несмотря на охрану, появился маленький оборванец. Жестикулируя, он звал за собой и плакал, показывая на женщину в парандже. Кирилл и еще два офицера пошли туда, куда показывал мальчик. Она тоже стояла около особняка и вдруг почувствовала, что там, впереди, опасность. И побежала за Кириллом. Через несколько секунд раздался взрыв. Как оказалось, мальчик подвел их к своей маме, увешанной взрывчаткой.

Дальше – темнота, сильная боль в руке. Рядом окровавленный Кирилл. Потом вертолет и тишина. Она очнулась в госпитале. Ранение, контузия. В соседней палате после операции приходил в себя Кирилл. Когда ей разрешили ходить, она пришла к нему и заплакала от радости, что он живой. Ведь два офицера погибли. Кирилл остался жив, хотя и получил тяжелое ранение. Она точно знала, что его спас крестик, подаренный ею. Он и сейчас с ним. Но почему он отворачивает от нее лицо, не отвечает на вопросы о самочувствии, не радуется, что он и она не погибли?

Позже от врачей она узнает всю правду, что осколками того взрыва ему разворотило живот, задеты многие органы, но главное, что он больше никогда не будет полноценным мужчиной. Она будет рыдать на плече старого хирурга, а тот нальет ей в медицинскую мензурку спирт и заставит выпить.

Незадолго до выписки из госпиталя Кирилл сам позовет ее, и она будет сидеть, боясь поднять на него глаза, не зная, что сказать и тем более – делать:

– Слушай, Танечка, ты уезжаешь через три дня. У тебя все будет хорошо. Но без меня. Я выжил, но никогда не смогу стать твоим мужем и отцом твоих детей. Да ты ведь все знаешь. Васильич рассказал тебе в деталях. Мне парни донесли.

– Я люблю тетя, Кирюша, – хрипло проговорила она.

– Знаю. Потому прошу тебя об одолжении. Принеси мне пистолет. Танча, принеси. Это не грех, а помощь. Помоги уйти достойно. Ты же военный человек, боевая подруга. Таня… Пожалуйста. Прости за эту слабость, но я не смогу жить таким.

Через два дня она пришла к нему снова и, глядя в упор, спросила:

– Ты действительно этого хочешь?

– Да! – просто ответил он и поцеловал ее руку. – Танечка, а крестик?

– Он всегда будет с тобой, Кирилл. И, может быть, когда-нибудь…

– Когда? – грустно спросил он.

Но не на все вопросы есть ответы. Иногда ответ приходится ждать всю жизнь или даже дольше. Он смотрел на нее, любимую смелую девочку, с которой хотел прожить все зимы и весны, что отсчитаны судьбой. С горечью заметил, что ее волосы поседели, около глаз залегли морщинки. Так сразу. Так быстро. Она положила пистолет, обернутый в ее шелковый платок, под его подушку. Встала, прижала его голову к своей груди, долго гладила ее, потом поцеловала его в губы и стремительно вышла из палаты.

Самолет оторвался от взлетной полосы, от сухой земли Афганистана, а она – от счастья, что было так реально. В Москве ей дали квартиру. Она больше не служила, а работала переводчиком. Через несколько лет вышла замуж за успешного по тем временам работника Торгпредства, жила за границей. Иногда приходили письма от сослуживцев, в которых ни слова не было о Кирилле.

Душная ночь Лазурного берега плавно переходила в прохладное утро. Заснуть долго не удавалось. Она спала всего несколько часов, которые не принесли отдыха, но во сне она видела его – молодого, сильного, влюбленного в нее. Он любил ее страстно и нежно, как умел делать только Кирилл. Ее Кирилл. А потом лежал на спине и гладил пальцами ее крестик. Она спрашивала его: «И ты до сих пор не потерял мой крестик, ведь прошло столько лет?» Тогда он стал почему-то серьезным и сказал: «Благодаря твоему крестику я нашел себя».

Утром она снова повела детей на пляж. И делала это каждый день, благо установилась погода, и можно было купаться. Но пара с детьми не появлялась. Она ругала себя за то, что не окликнула, не подошла, значит – смалодушничала.

В один из вечеров, когда дети были на именинах знакомого мальчика, а она получила в свое полное распоряжение почти целый день, решила посидеть в кафе. И вдруг за соседний столик села пара, которую искали ее глаза и сердце. Так получилось, что женщина села к ней спиной, а мужчина мог видеть ее и был на расстоянии вытянутой руки. С ними, как всегда, были дети. Он все же обратил внимание на ее, задумался, потом пристально посмотрел и поприветствовал кивком головы. Она почувствовала, что теряет сознание и закрыла ладонями лицо. Кто-то обнял ее за плечи, погладил по руке и тихо произнес:

– Танечка-Танча… Здравствуй…

Она открыла глаза, рядом сидели красивая женщина и мужчина, которого она любила не когда-то, а всю жизнь.

– Я Люба. Вы меня не помните, наверное. Я медсестрой была в госпитале, когда вы там лечились после ранения, – произнесла женщина. – Муж всегда много о вас рассказывал. А это наши внуки. Я оставлю вас. Пойду с детьми на площадь, там карусель.

– Ты помнишь веселого парня из Курска, что служил с нами и погиб при том взрыве? – спросил Кирилл. – Мы усыновили его сына, когда его жена с горя спилась. Ты хочешь спросить меня, а был ли выстрел?

– Да, я всю жизнь живу с этим, Кирилл…

– Люба отвела руку. А потом нашла меня в Москве не в лучшем состоянии, привела знакомого священника. Он не читал мне нравоучения, просто говорил о том, что жизнь – это дар, и уходить из нее грех. Мы поженились. Я закончил Духовную Семинарию. Езжу по миру, читаю лекции, написал книгу. А у тебя чудесные внуки и, наверное, хороший муж.

– Наверное, – грустно ответила она. – Ты счастлив?

– Сложный вопрос, Танечка. А ты?

– Не знаю. Мне было не до этого. Я тогда в том госпитале запретила себе быть счастливой. Мне всегда не хватало тебя.

Прости меня, мне не дали силы отвести твою руку, когда ты прогнал меня, а эта девочка смогла отвести и выстрел, и беду, и злую судьбу, – сказала она и неожиданно для себя посмотрела на ворот расстегнутой летней рубашки. Ее крестика на его теле не было.

– Ты подумала о крестике? – прочитав ее мысли, спросил Кирилл. – Его носит мой внук. Знаешь, заболел сильно, долго лечили, но как-то без успеха. И тогда я подарил ему твой крестик, что когда-то спас меня. И мальчик пошел на поправку, вот во Францию с нами приехал. У меня здесь запланированы лекции.

По ее лицу текли слезы. В душу возвращались мир и любовь, но какая-то иная, высокая, чистая, святая.

Вина, что годами не давала ей покоя, сползала и растворялась слезами на ее щеках.

Рядом сидел самый лучший мужчина на свете. Пусть он был не ее. Но он жил, был счастлив, наверное, любил, и точно – был любим.

И главное – вернулся в ее жизнь, и теперь она никуда не отпустит этих двух дорогих ей людей.

– Как мне жить, Кирюша? – спросила она.

– С Божьей помощью, родная. Теперь ты можешь разрешить себе быть счастливой.

Комментарий автора:

Известный, ныне покинувший нас, отец Иоанн Крестьянкин сказал однажды: «Девонька, чувство вины – это вешалка, на которую Дьявол может повесить сто унылых одежд. Тогда человек не позволяет себе быть счастливым и наказывает себя гнусными людьми».

Вот об этом, как иллюстрация к сказанному старцем, история: где много лет женщина не позволяла себе быть счастливой, терпела измены и унижения, потому что считала себя виноватой. Вина – плохой жизненный попутчик, но она также появляется не сама по себе. Это чувство идет глубоко из детства. В какой-то момент эта женщина сама осудила себя, даже не задумываясь о том, готовы ли ее потомки испытывать то же самое чувство. А могло быть по-другому, достаточно было ей, преодолев свой страх, раскопать архивы прошлого, тогда гораздо раньше она бы узнала о том, что ее однополчанин жив. Важно хотя бы немного посмотреться в зеркало и спросить себя: Мое прошлое действительно так ужасно или это только иллюзия, мной придуманная для того, чтобы не быть счастливым?

Волшебный ковер

Он разбирал старые вещи, пожелтевшие записки, открытки и думал: «Да… Как все сложно и одновременно просто в этом мире». Сейчас он на пенсии. Его сын занимается семейным бизнесом. А жена уже давно не с ним. «Ковры, ковры, ковры… Разные ковры. Как много вас было и есть в моей жизни», – подумалось ему. Он начал вспоминать.

Узбекистан. Советский Союз. Солнечный Ташкент. Он – юный технолог из Ленинграда. Окончив институт, по распределению попал на фабрику ковров, что стало удачей, ведь он всегда любил рисовать, а ковры и ткацкое дело были его мечтой.

Его детство прошло в детском доме, где он оказался после смерти бабушки. Так случилось, что своих родителей он не знал, но тогда, в трудном одиноком детстве появилось желание иметь большую крепкую семью.

Ташкент принял его хорошо. Директор фабрики, Расул Бей, как его все называли, оказался человеком добрым и отзывчивым. Как главному технологу, ему сразу дали небольшую комнату, что давало ощущение своего дома.

Годы побежали воспоминаниями, как кадры старого кинофильма. Вот он первый раз пришел на фабрику и увидел восхищенные взгляды девчонок. Директор тогда еще пошутил: «Все, Сергей. Теперь мы – твоя семья. И детки твои тут родятся. Смотри, сколько невест! Любая твоя». Как в воду глядел Расул Бей. Он так остался в этом городе. Завод стал делом его жизни. И невесту встретил, и женился, и детей родил – аж пятерых!

Он вспомнил глаза своей жены, уже ушедшей в мир иной. Она была чудо как хороша. Темные волосы ниже талии, высокая. На смуглом лице сияли огромные голубые глаза. Вот такую яркую красоту подарили ей родители: мать была полька, отец – узбек.

Он встретил ее в доме своего директора. Расул Бей часто приглашал молодых специалистов в свой гостеприимный дом. Жена директора хорошо готовила и любила угощать. Однажды, когда он подошел к дому директора, у калитки стояла юная красивая девушка. Ее звали Гальмиз. Это была дочь Расул Бея. Единственная дочь.

Он влюбился с первого взгляда и на всю жизнь. Девушка была умной и застенчивой, заканчивала мединститут.

«Женюсь», – подумал он в тот момент, когда увидел ее.

На его счастье, Гальмиз ответила взаимностью. Но они никак не решались сказать отцу о своих чувствах. По старым восточным традициям Гальмиз уже была помолвлена с сыном дальних родственников отца. Расстроить помолвку – дело сложное, ведь это могло навсегда испортить отношения между родственниками и подорвать репутацию семьи.

Шел 1992 год. Он продолжал работать технологом. В стране шумела перестройка и проводилась приватизация. Ковровая фабрика не стала исключением. Отец Гальмиз выкупил фабрику в частную собственность, а он так и остался наемным технологом. Однажды Расул Бей позвал его к себе в кабинет и сказал, что разговор будет долгим и трудным. Говорил о фабрике и главное – о том, что у него только одна дочь. И о том, что надо верить Творцу. Он доверительно рассказал, что когда-то сам женился на дочери первого секретаря обкома одного из городов СССР. Сейчас, конечно, не те времена. Но отец хочет видеть свою дочь счастливой.

– Да, она помолвлена. При этом ты должен знать, что я с радостью отдам ее тебе в жены. Но при двух условиях.

Первое условие: ты обязан доказать мне, что я могу быть спокоен за свой бизнес. У меня нет преемника, и именно зятю я отдам свое семейное дело.

Второе условие: если ты не выполнишь первое, ты сам оставишь мою дочь навсегда.

Расул Бей замолчал и посмотрел ему в глаза, словно пытаясь понять, какую реакцию вызывают его слова. И стоит ли вообще продолжать. Затем сказал:

– Ты знаешь, что ровно через неделю в Москве пройдет выставка. Поедешь главным. На выставку мы везем разные ковры. Среди них есть дорогой свадебный ковер. Думаю, ковры сейчас никому не нужны. Но хотя один из них – свадебный, ты должен продать. Если привезешь обратно ковер, это станет плохим знаком: не отдам свою дочь тебе в жены.

Разговор заставил его задуматься. На душе было неспокойно. Но сроки проведения выставки требовали оперативной подготовки, которая отнимала все время. Через неделю в Москве, когда ярмарка-выставка начала работать, он понял: продать ковер нереально. И не потому, что он дорогой. Не продавались и дешевые. Просто люди перестали интересоваться коврами. Он рассказывал о прелести представленных ковров, об уникальности коврового искусства. Это было очень интересно, но все равно народ смотрел на другие вещи для своих квартир и домов.

Все мечты летели в никуда. До окончания выставки оставалось всего три дня.

Вечером, сидя в гостинице, он вспомнил, как бабушка любила гладить его по голове и говорить: «Сынок, если очень трудно, что-то не сбывается – молись. Открывай свое сердце людям, люби Господа, он – всемогущий. Он все, как надо, сделает».

Задумавшись, он не заметил, как слова молитвы полились сами собой. Он просил о том, чтобы можно было вернуться домой без ковра. Чтобы Гальмиз, несмотря ни на что, стала его женой. Он просил Иисуса устроить так, чтобы не гневался Расул Бей и остался доволен. Он просил: «Господи! Помоги мне вернуться домой с пустыми руками. Пусть этот ковер хоть кто-то заберет».

Утром в последний день выставки народу было мало, ведь большинство участников собирались уезжать, а потому убирали оставшийся товар. Да, что-то и у них все-таки было продано. Но злополучный дорогущий и красивейший ковер не продавался. Оставив торговлю на девушек-помощниц, он решил попить кофе. Взяв чашку кофе и присев в сторонке, увидел молодую грустную женщину. Она сидела в стороне перед чашкой остывшего чая. По ее лицу текли слезы.

– Я могу чем-то помочь? – спросил он.

– Нет, – ответила она. – Моя девочка в больнице, а мне не хватает денег на операцию.

Она плакала и рассказывала о том, как собрала денег, но сумму за операцию опять увеличили. Что делать теперь, она не знает. Мгновенно в его голове созрел план. Он взял ее за руку и повел в комнату, где располагалось радио выставки. Объяснив что-то сотрудникам, начал рассказывать: какая у них фабрика, какие замечательные люди здесь работают. Он говорил, какие песни поют, какие молитвы читают люди, когда ткут ковры. Каждый ковер – это талисман семейного счастья. Но есть один особенный ковер. Его ткали три самые старейшие ткачихи, у которых не талант, а особый дар, полученный свыше. Раньше они ткали ковры для свадеб. Каждый, в чьем доме оказывался ковер, имел крепкую семью и много детей.

Едва переведя дух, он произнес: «Но у этого ковра есть особое предназначение. Деньги, вырученные от продажи, я отдам молодой маме на операцию ее ребенка».

Он замолчал, выдохнул и сел, подумав, что устал так, словно разгружал вагоны с песком. Очнувшись от раздумий, почувствовал, как молодая женщина гладит его по руке и говорит: «Даже если ковер не купят, вы сделали так много».

Они спустились в павильон, где ковер все так же висел на своем месте.

В отчаянье, скрутив ковер, он сказал женщине:

– Пойдемте! Где ваш Минздрав?

На такси, с ковром, они поехали в Министерство. Их не пропускали. Но он так возмущался, так просил разрешения пройти, что кто-то из руководства разрешил его пропустить.

Он рассказал о женщине и добавил, что этот ковер стоит в пять раз дороже, чем операция.

Так они дошли до самого министра. Одним звонком свыше была положительно решена судьба маленькой девочки.

– А ковер? Молодой человек! – кричала вслед ему секретарша.

– Это подарок на счастье.

Он улыбнулся, вспомнив всю нелепость тогдашнего положения.

Воспоминания медленно кружились в голове: приехав в гостиницу, он понимал – проиграно все.

Завтра его ждал путь домой. Ковер он не продал, да и самого ковра нет. А значит, нет и Гальмиз.

Он грустно думал: «Ну что ж, возможно, с другим она будет счастливее. Что я могу сделать? Если даже не смог продать ковры. Одно радует – спасли девочку».

Он стал собирать чемоданы. Ночь в поезде была бессонной.

Приехав в Ташкент, сразу же пошел к Гальмиз с намерением рассказать, что в Москве встретил другую женщину, а потому уезжает.

У ворот дома любимой Гальмиз его встречал Расул Бей.

С опущенной головой он подошел к нему.

– Эх, сынок, что не весел, что голову повесил?

– Расул Бей, я хочу, чтобы ваша дочь была счастлива. Вот передайте ей письмо. В нем написано, что я встретил другую. А это мое заявление об уходе. Простите, я не выполнил ваше поручение. Как тогда я могу продолжать ваше дело?

– Дорогой, а как ты пытался выполнить поручение? – спросил Расул Бей.

– Я даже молился: просил, чтобы Бог помог мне продать ковер.

– Расскажи, что ты говорил Всевышнему?

– Я говорил Господу о том, что хочу видеть Гальмиз своей женой, я просил, чтобы кто-то забрал ковер… – тут его осенило.

– Да, сынок, – как будто вторя его мыслям, – проговорил Расул Бей. – Ты продажу ковра не просил. Ты просил сделать так, чтобы Гальмиз была твоей. Почему ты обижаешься? Ведь Всевышний услышал тебя.

Боже мой, подумалось ему, ведь он действительно не просил Бога о том пути, который нужно было пройти.

Он только просил о результате его мечты. Захотелось как-то оправдаться, но будущий тесть перебил:

– У тебя сильный дух, доброе сердце и мудрая душа. Моя дочь будет твоей женой. А дело мое ты любишь не меньше меня. Сегодня из Москвы прилетают первые три заказчика. И это только начало! Так ты красиво и сердечно рассказывал на выставке, какие прекрасные ковры мы умеем ткать! Ты показал людям свое открытое сердце и свою любовь, не думая о своей выгоде.

Кстати, Министр здравоохранения заказывает ковры для больниц. Ему очень понравился свадебный ковер.

– Посему запомни, сынок. В отчаянии всегда человек обращается к Богу, независимо от веры и религии. Он молится. И чем горячее его молитва, чем больше открыто его сердце, тем сильнее отвечают Небеса. Но каждый должен понимать, всегда надо пройти испытание или обойти искушение. А потом – чудо.

Оно незамедлительно приходит в жизнь человека, который видит Бога в каждом, кто рядом с ним.

Ты, помогая молодой матери, уже не думал ни о ковре, ни о женитьбе. Ты спасал жизнь незнакомой девочки. А Господь спас твою жизнь и сохранил твое счастье.

Оставайся всегда таким открытым и добрым. Как бы ни были злы конкуренты и завистники, помни:

– Главное не то, что тебе говорят вослед. Главное то, как ты делаешь свое дело и как ты любишь Бога. Тогда даже самый завистливый злодей не сможет однажды открыть рот, чтобы в твой адрес сказать дурные слова.

Я прожил долгую жизнь и понял: «Этот мир не плох и не хорош. Он просто смотрит на тебя твоими же глазами».

Комментарий автора:

Очень важным психологическим моментом является правильность поставленных перед Небесами целей и задач. В противном случае, чтобы потом не сетовать: «Я же не этого просил». Люди мало задумываются о том, как просят, и о том, что именно просят.

Он попросил: вернуться домой без ковра. Так и случилось. Но он не объяснил Богу; что ему нужно продать КОВЕР. Он просто сказал: «Хочу вернуться без ковра». Все остальные мысли он держал в голове, как само собой разумеющееся. Бог же должен был сам до всего дойти.

Впрочем, за долгую практику я убедилась, что Бог действительно слышит наши мысли, но исполняет нами сказанное. Вначале было слово… Слова, запущенные нами в информационное пространство Земли, реализуются рано или поздно, вот только мы не всегда бываем этому рады. Так, может быть, именно сейчас стоит задуматься: «А ты готов нести ответственность за то, что ты просишь?» Может, стоит еще немного подождать – и придет самое лучшее из того, что ты просил. Терпение – великий труд, вознаграждаемый Небесами. Впрочем, как любящий родитель, Бог всегда оставляет каждому выбор. Человек делает выбор, и зачастую позже Бог, плача вместе с тем, чьи желания исполнил, разгребает следы ошибок своего любимого чада. Так не проще ли тысячу раз проанализировать весь смысл желаемого, прежде чем один раз это желаемое озвучить Небесам.

Позднее раскаяние

– Матушка, скажите, а правда, что Господь деньги попустил, чтобы людей испытать? – голос молодой послушницы звучал звонко, даже в какой-то степени резко, нарушая монотонный шум дождя.

Осенний монотонный дождь. Град засыпал детскую площадку монастырского приюта.

– Правда, милая моя. Правда. Деньги – это то малое, чем можно заплатить. Пожалел денег, когда просят, или в другой какой момент, жди – испытывать будут большим.

Мне старец говорил: «Господь избавлением от денег дважды испытывает, а потом уж как выйдет».

Матушка, поглаживая послушницу по голове, смотрела, как под дождем медсестра из приюта помогает инвалиду в коляске перебраться через мостик.

– Знаешь, я всегда верила в Бога. Вернее, верила Богу. Я всегда служила Господу, людям, для людей. А сейчас вот вспомнила себя несколько лет назад.

Тогда точно так же я смотрела на дождь и не понимала, почему Господь не дает мне то, чего хотелось бы больше всего.

Она рассказывала молодой послушнице, что была от природы знахаркой. Ее бабка могла колдовать так, что коровы не доились, а лошади храпели по ночам. Она тоже была такой. Но мир изменился, она выучилась на врача и каждый день спасала чьи-то жизни.

Его привезли в клинику истощенного от пьянства. Медицина была бессильна, он умирал. А диагноз так и не был поставлен.

Ей почему-то стало жалко этого сильного мужчину, его красавицу-жену и маленького сына. Она понимала, что есть сильное воздействие извне, и тогда взялась его поднимать.

День за днем ему становилось легче. Но чем сильнее он становился, тем агрессивнее себя вел по отношению к молодой жене. Он морально уничтожал эту женщину. А жена терпеливо вытирала ему лицо и выполняла его капризы.

Она не могла на это спокойно смотреть, но, тем не менее, по какому-то внутреннему чутью боролась за жизнь этого человека. Она назвала его Цезарь.

Шли дни. Цезарь выздоравливал и уже мог ходить и общаться. Он был на редкость вздорным эгоистом.

Наступило время выписки. Он подошел к ней и спросил:

– Чем я могу вас отблагодарить?

– Меня за что? Бога благодарите. Это он вам послал людей, вернувших вас к жизни.

– Да что люди? Да что Бог? Ты мне жизнь спасла. Говори, сколько я тебе должен.

– Мне ничего от вас сейчас не надо. Поможете мне после того, как заплатите однажды тому, кто попросит заплатить за смерть.

– Вы так премудро говорите. За чью смерть?

– А когда попросят, тогда и узнаете, за чью, и к вере придете. А вот уже после этого не забудьте и меня, грешную, поблагодарить за предупреждение.

Только помните: сумму не вы определяете, а Божий на то промысел устами человеческими.

Несколько месяцев Цезарь держал в уме чудное предсказание. Но суета и время сделали свое дело, и он благополучно обо всем забыл.

Как-то под Новый год они решили с семьей не выезжать из России и провести каникулы на даче. Загрузившись продуктами и фейерверками, усадив двоих своих детей и двоих крестников в машину, дружная компания отправилась в путь.

Был солнечный декабрьский день с легким морозцем. Шины колес монотонно шуршали о трассу, тихо играл шансон.

Настроение у всех было прекрасным, и, казалось, ничто не могло нарушить семейную идиллию.

Тонкий лед маленьких лужиц хрустел под колесами машины. Неожиданно машину закрутило, и Цезарь понял, что попал на гололедный участок. Вмиг вывернув руль, он краем глаза увидел движущегося на него велосипедиста. В голове пронеслось: прямо – нет велосипедиста, вправо – нет всех.

Закрыв глаза, он рванул машину прямо.

Какие-то несколько секунд на весах человеческих жизней.

Машина, вырвавшись из скользкого пространства, остановилась. Стояла звенящая тишина, как вдруг младший сказал:

– Папа, только не надо уезжать.

– А никто и не собирается, сынок, – сказал он, отстегивая ремень безопасности.

Он вышел из машины, понимая, что ничего исправить нельзя. Набрав номера «скорой» и полиции, нервно закурил.

Все остальное происходило, как будто он сидел в зале и смотрел фильм. Полиция, врачи, протокол и, наконец, он в отделении.

– Ничего хорошего, – называя его по имени-отчеству, сокрушался вызванный им адвокат. – Мужик-то непростой, родственник какого-то «шишки» из правительства. Он с дачи ехал, охранял, значит. Боюсь, не сумеем выкарабкаться.

Часы тянулись, как будто время остановилось. Несколько раз звонил друг, жена что-то успокаивающее говорила в трубку. Наконец в коридор отделения полиции вошел статный мужчина в распахнутом пальто. Два охранника позади и нервный взгляд посетителя не предвещали ничего хорошего. Даже не взглянув на него, босс и свита прошествовали в кабинет начальства.

Несколько минут, и его прошиб холодный пот. Он никогда так ничего не ждал.

Вдруг полицейский выкрикнул его фамилию. Он зашел в кабинет.

– Ну что, – проговорил посетитель, – сильно испугался? Я вот, когда ехал, помолился и решил: если пьяный был за рулем – посажу, а если нет и причина уважительная – заставлю за смерть заплатить. Согласен?

– На что? – спросил он, не понимая, о чем речь.

– За смерть кормильца его семье – миллион, согласен заплатить?

Молнией пронеслось в голове: «Вот когда попросят за смерть заплатить, то вся жизнь твоя изменится и к вере придешь».

– Какими? – машинально спросил Цезарь.

– Зелененькими, – показалось, что над ним издеваются.

– Согласен, – ответил он.

– Ну, что же. Заявление я писать не буду. Жду вас на 40 дней, на поминки, с означенной суммой.

Цезарь вышел из отделения полиции и присел на лавочку.

– Боже мой, – думал он. – То ли наколдовала та докторша, то ли и вправду так должно было случиться.

Он вызвал водителя и поехал на дачу.

Дома Цезарь рассказал жене о происходящем.

– Ты знаешь, – прокомментировала жена. – А может, и не платить? Нанять адвоката, дать денег кому следует, и все будет закрыто.

– Да, но он влиятельный человек.

– Милый, на каждого влиятельного есть свой противовес. Давай спать.

Утром, вернувшись в город, они созвонились с адвокатом и объяснили суть предложенного выхода из ситуации.

– Да, миллион, конечно, сумма огромная. Да ведь и вы – человек далеко не бедный. Может, стоит отдать? – размышлял адвокат. – Как-то не по-божески получается, поверил вам человек.

– Ты что, меня учить вздумал? – вспылил Цезарь. – Давай, ищи связи.

– Как скажете, – промолвил адвокат, – мое дело – предложить.

Через неделю все было улажено. Двести тысяч «зеленых», и дело было закрыто в связи с пьяным велосипедистом, выехавшим на встречную полосу.

А еще через две недели Цезарь с женой решили перебраться в Питер.

Вечером, накануне отъезда, ему позвонил тот самый влиятельный чиновник:

– Ну что, решил по-другому распорядиться?

Подвыпивший и посмелевший Цезарь цинично ответил:

– А что, миллион надо покойнику отнести или судиться будешь?

– Нет, не буду. Тебя жизнь засудит, а я подожду.

В Петербурге новый бизнес, новые знакомые так захватили внимание Цезаря, что он и думать перестал о той неприятности. Поначалу ждал ответной реакции от потерпевшего влиятельного чиновника, а потом все постепенно забылось.

Прошло три года, и вот он уже с депутатским значком может себе позволить многое, а главное – никого не бояться.

Однажды, будучи по делам в Москве, после очередной прекрасной сделки, он пил виски в кругу людей из «элиты». Вдруг его блуждающий по залу взгляд зацепился за знакомое лицо: та самая докторша.

Она сидела за столиком с двумя мужчинами и эмоционально что-то объясняла.

Они встретились глазами, и она кивком поздоровалась.

Выждав время, когда докторша попрощалась с собеседниками, он пригласил ее танцевать.

– Как ваши дела? – спросил он. – Все врачуете?

– Да нет, – ответила она, – занимаюсь беспризорными детьми. Вот сегодня обсуждаем, как двух бывших беспризорников в институт определить.

– А в чем проблемы-то?

– Да все платно.

Она посмотрела ему в глаза:

– Можете поучаствовать?

– Знаете, я церквам постоянно помогаю, вот недавно на купола пожертвовал. Могу вам лично дать долларов пятьсот, пойдет? – он полез в карман пиджака.

– Лично мне ничего не надо. А вот вам бы понять, что для того только мы и существуем на свете, чтобы как можно больше сделать добрых дел. Вот как раз бы чужих, но талантливых детей хотелось в институте выучить. Перечислить бы все, как положено.

Неловкое молчание повисло в воздухе. Он, как будто обидевшись, опустил руки и посмотрел на нее вызывающе.

– Ну что ж, рад был повидаться.

Он пожал ее руку и пошел к своему столу.

В тот момент ей стало неловко и стыдно за другого человека. Вдруг захотелось плакать. Она вернулась к столику, расплатилась и пошла к выходу.

– Подождите! – ее остановил молодой человек. – Простите, ради Бога. Я слышал, вы у отца на обучение просили для детей. Так вот, у меня бизнес. Я оплачу. Когда вам удобно встретиться?

Она неожиданно разрыдалась и протянула свою визитку.

– Никогда, – думала она, выходя под дождь, стирая слезы и капли воды. – Никогда жизнь уже не должна свести с этим человеком. Господи, Господи, ты еще раз показал, что есть те, кого долго и терпеливо учит жизнь, спасая душу.

Она задумчиво посмотрела на дорогу и открыла зонт.

– Удивительно, – подумалось ей, – но сын ведь у него прекрасный человек.

Прошло еще несколько лет. Она организовала монастырский приют для инвалидов, когда судьба еще раз свела их вместе.

Однажды вечером ей позвонил духовник монастырского приюта.

– Милая, тут я сегодня исповедовал одного болящего, так он тебя упоминал. Может, знаешь его? – батюшка описал Цезаря.

– А что с ним? – машинально спросила она.

– На машине они ехали. Водитель не справился с управлением. Супруги нет больше, а он, бедолага, калекой остался. В инвалидной коляске. Вот каялся во многом. Я подумал, может, повидаешь?

– Нет, батюшка, я его видела. А больше не хочу.

Она замолчала, еще раз вспоминая прошлое.

– Матушка, а сейчас он что, в нашем приюте, что ли? Его так Господь наказал?

Она посмотрела на послушницу:

– Что ты, милая моя, Господь милосерден. Никого не наказывает. Но без Его промысла ничего на земле не происходит.

А деньги – только бумага, которыми совесть человеческая меряется.

Бог создал все существующее, в том числе и денежные отношения между людьми. Господь не против денег и другого богатства, но зачастую богатым показывает, что зря они надеются только на свое богатство.

Комментарий автора:

В самой истории заложен глубокий поучительный и духовный смысл. Рассказ достоверно записан мною со слов самой настоятельницы монастыря, где я в свое время была послушницей.

Обижаться или злиться на человека, который создает тебе неприятности – это ошибка, приводящая к усилению собственной гордыни, упрямства, которые питаются негативом. В этом случае духовный рост невозможен или тормозится. Просто однажды приходится понять, что человек, через которого пришла неприятность, не является источником этой неприятности, а лишь ее проводником. Через него Жизнь указывает на твои собственные ошибки, просит тебя задуматься, осознать и сделать правильные выводы. Не было бы этого человека, был бы другой, но ситуация получилась с таким же результатом.

Желанная свобода

Она проснулась и потянула руки:

– Солнышко!!! Как радостно жить!!! Просыпайтесь, ручки… Просыпайтесь, ножки…

Поднявшись и улыбнувшись собственному отражению в зеркале, пошла в ванную.

– Милый, доброе утро, подъем! – позвала она мужа.

Он слышал, как она вставала. Раньше они просыпались в одной постели и ласково будили друг друга.

Но вот уже два года жили как соседи. В разных комнатах и разных кроватях.

Нет, вроде бы для других все выглядело прилично. Но они-то знали, что друг друга давно не интересуют.

Она вышла из ванной и стала готовить утренний кофе.

«Нет. Как хочется свободы. Надо разводиться», – подумала она. «А что, – рассуждала она сама с собой, – дочери 20, она взрослая и учится в Лондоне. Муж надоел своей педантичностью и обыденной скудностью. А ведь она молодая женщина. Ей только 42 года. Мужчины не оставляют ее без внимания. К тому же, недавно муж подарил ей квартиру».

Мысли закружились вокруг воспоминаний о любовнике. Они встречались уже почти два года, и эти отношения делали ее счастливой.

«Решено! – подумала она о муже. – Буду разводиться».

Нацепив улыбку, она подала ему кофе. Он что-то спросил.

«Боже, – подумала она. – Как же он меня раздражает. Просто ненавижу!»

Муж давно ее не интересовал. Они познакомились в институте. Она поступила, а он был молодым перспективным аспирантом. Тогда была любовь, а сейчас она не могла его видеть и даже пила антидепрессанты, пока не появился молодой любовник. Вот тогда она стала раздумывать на тему нового брака.

Сигнал кофе машины как будто свистнул «Стоп» ее размышлениям.

– Кофе, сэр! – сказала она мужу, подавая чашку.

– Спасибо, дорогая. Работа ждет.

Он выпил кофе, чмокнул ее в щеку и постарался поскорее уйти из дома.

– Сегодня выходной, – не успела вдогонку сказать она, подумав: выходной, не выходной, какая разница.

Она была уверена, что он спешит к любовнице.

Она знала, что он изменяет, но делала вид – все хорошо.

Он вышел на улицу, сел в машину и отъехал от города. Выйдя из машины, сел на обочину лесной дороги.

Солнце. Свет. Тепло.

Он знал о жене все. Два года назад узнал о ее похождениях. Сначала пытался следить, потом ворожить. Потом стал меняться сам. А потом…

Потом он узнал, что неизлечимо болен.

Он вспомнил тот момент, когда ему объявили диагноз. Страх и отчаяние захватили его настолько, что хотелось всем кричать о своей болезни. Ему захотелось порвать в мелкие клочья медицинское заключение с приговором и раздать отчаяние всем по кусочку. Захотелось позвонить всем и получить сочувствие, может даже скупо поплакать. Но потом он сказал себе: «Прекрати!». И решил жить. Жить радостно, столько – сколько осталось. А осталось, как сказал недавно доктор, совсем немного. Уже пару месяцев.

Он ходил в церковь, занялся парашютным спортом и собирал афоризмы.

Ночами он не мог уснуть, думал, как прожил бы жизнь при появлении шанса заново все прожить. Глотал обезболивающее и засыпал.

В голове промелькнула мысль: «А что делает его любимая жена?».

А она? Она вышла из дома и поехала к любовнику в кафе. Они встречались уже почти два года. С любовником было просто и ошеломительно прекрасно. В отличие от нудного мужа, он обладал чувством юмора и был авантюристом-романтиком. Рядом с ним она становилась задорной и куражной. Он предлагал ей пожениться. Хотел малыша, путешествовать, построить дом и новые планы. Об этом он просил ее каждое свидание.

«Решила, – подумала она, заходя в кафе, – обрадую его, что развожусь с мужем».

Не успев ничего сказать и даже не успев удивиться, она увидела на столике красную коробочку с колечком. Состояние безмятежности охватило ее настолько, что первыми словами ему было:

– Не пойду домой. Не хочу, останусь с тобой навсегда.

Вечером, оказавшись в доме любовника, приняв его предложение руки и сердца, она позвонила мужу. Он не брал трубку.

«Еще лучше», – подумалось ей.

Несколько дней пролетели незаметно. Муж не брал трубку, а она злилась, что он ничего не понимает.

Она еще раз набрала его номер.

Он ответил: «Алло».

– Привет, – сказала она. – Ты как?

– Все прекрасно! Я за городом. Здесь у друга на озере прекрасная рыбалка.

– Отлично, – ответила она. – Когда вернешься?

– Думаю, через неделю.

– Ну что ж, хорошего отдыха!

Она положила трубку, довольная тем, что у нее была целая неделя счастья и свободы.

В голове промелькнуло: «Завтра заберу вещи и оставлю ему записку».

Он положил телефон и, с трудом сдерживая крик боли, откинулся на подушки.

По трубкам капельницы в него вливалась жизнь.

Он вспомнил, как долго сидел на обочине леса, как потом сел в машину и увидел звонки жены. Потом решил ехать домой, но доехал только до ближайшего поста ДПС.

«Жизнь продолжается, – эта фраза уже не для него», – пришло ему на ум.

Медсестра тихо поправила одеяло, последнее, что он почувствовал, засыпая.

Она вышла на улицу: Солнце, Свет!

– Небо! – крикнула она. – Я счастлива! Жизнь продолжается!

Не успела она поднять руку, чтобы поймать такси, как перед ней остановилась машина. Это был близкий друг ее мужа.

– Привет, подвезешь до дома? – спросила она и машинально села в машину.

– Ты в больницу? – спросил друг.

– К кому? – мысли в ее голове пронеслись молниеносно: машина, дача, друг рядом с ней… – Авария, – тупо проговорила она. – Вы возвращались с дачи и попали в аварию?

– Какая дача? Ты что, совсем ничего не знаешь? Он смертельно болен почти два года и сейчас в реанимации.

Она ошарашенно смотрела на друга и щипала себя за ухо.

«Я еще не проснулась», – думала она, но вслух произнесла: – Останови машину, мне надо покурить.

Они проговорили почти час. Она узнала о его болезни и о том, что все безнадежно. Друг рассказал, что он взял с него клятву никому ничего не говорить. Она поняла: ценой собственной, даже разрушенной жизни, муж спасал ее радостную безмятежность.

Приехав домой, она все еще до конца не могла осознать всей трагедии происходящего.

Она металась по комнате, собирая вещи. Сварила ему бульон и впервые за все время вдруг остро почувствовала всю быстротечность жизни.

Она вспоминала, как счастливые они бежали из загса. Вспоминала мужа молодым, в то время как за ним ухлестывали все студентки и завидовали ей. Вспоминала, как он смотрел на нее, поправляя очки, которые носил для солидности. А она ведь так сильно любила его тогда. Ей вдруг показалось, что этих двадцати лет как не бывало. И все впереди: счастье, молодость, жизнь…

Телефон прервал ее мечты. Диспетчер предупредила о подаче такси.

Она взяла саквояж и поехала в клинику.

С того момента ровно месяц она возвращалась домой, чтобы помыться и переодеться. Она гладила его по рукам, целовала его губы.

Она окружила его заботой и лаской и сама поверила, что все будет хорошо.

Ей казалось, что и не было этих двадцати лет.

Он умер у нее на руках, сказав, что она свободна и что вся жизнь с ней – самый прекрасный подарок судьбы.

Она рыдала и теряла сознание на его похоронах. Она постарела на сто лет. Она просто не могла без него жить. На сороковой день она стала разбирать вещи и нашла красный шарик.

Она вспомнила – любовник перед ее днем рождения подарил ей шарик желаний.

Она привезла его домой и в день рождения они с мужем положили туда записки.

Она открыла шарик, развернула листок со знакомым до боли почерком:

«Милая, родная. Я люблю тебя. Ради твоего счастья я готов умереть у тебя на руках».

Второй листок с ее желанием развернулся машинально: «Хочу быть свободной», – в тот же день, два года назад, написала она.

Комментарий автора:

Есть особые моменты времени, когда можно достаточно сильно повлиять на те события, которые произойдут в вашей жизни. Загаданное и написанное в час и день рождения, желание всегда исполняется.

Будьте ответственными, загадывая желание, связанное с близким вам человеком. Будьте внимательны относительно своих желаний. Берегите близких людей. Ведь зачастую мы прописываем совершенно не то, о чем действительно думаем. Вселенная не будет за вас додумывать путь исполнения вашего желания. Это «ваша Зона Ответственности». Когда вы говорите о Действительности, когда озвучиваете желаемое, выражайтесь яснее, чтобы потом не было мучительно больно, что вы имели в виду совсем другое событие.

Заполярье

– Представляешь, там почти 200 дней в году лежит снег! Просто фантастика! – рассказывала она подруге, глаза которой становились все больше от удивления.

– Так для тебя же снег всегда был катастрофой.

– Но я люблю его…

– Снег или папика?

– Не называй его так. Мне неприятно, – попросила она и с нежностью посмотрела куда-то вглубь себя.

Этот взгляд, который Бог даровал только женщинам, был знаком ее подруге. Роман девочки, с которой они дружили с детского сада, не нравился ей. Причин для этого было предостаточно.

– Меня настораживает твой оптимизм, – сказала подруга.

– Не волнуйся, он развелся, и мы скоро поженимся. Я еду к нему в Заполярье, буду работать по специальности. До декрета… Все будет хорошо. Ты же знаешь, я удачливая.

Удача, действительно, всегда была на ее стороне. Она родилась в дружной обеспеченной семье, хорошо училась в школе, легко поступила в университет, без каких-либо затруднений нашла работу, стала прокурором.

При этом считалась красавицей, не писаной, как обычно говорится в сказках, не искусственной модельной, что вошла в моду, а особенной. Ее красота открывалась не сразу. И, если это случалось, то захватывала мужчину и не отпускала никогда. Поклонников было много. Но ее непростой характер не позволял легко заполучить женское счастье и с головой погрузиться в него. Ее личная жизнь имела довольно сложную формулу.

Ей всегда хотелось быть рядом с мужчиной, который сильнее и умнее ее, может совершать поступки и вызывать гордость. Потому одноклассники, что и через 7 лет после окончания школы оставались для нее полными обалдуями, и однокурсники, что почему-то попадали в ранг братьев – совершенно не котировались. Легкие романтические истории случались, но быстро заканчивались. А мечты встретить единственного мужчину так и оставались мечтами. По этому поводу грустила мама. А папа демонстрировал мудрость и успокаивал жену фактами: на работе все сложится, ведь вокруг одни мужики.

Так и случилось в один прекрасный день, когда погода не могла определиться, что ей собственно делать: продлить золотую осень или засыпать город дождем, переходящим в снег. А потому было все и сразу: по ветру летели желтые листья, по небу метались тучи, дождь вплетал в свои струи снежинки.

– Ненавижу снег, – вслух сказала она, посмотрев в окно своего кабинета, дверь в который была открыта. Она ждала коллег, приехавших из Заполярья.

– Вы просто не видели настоящий снег и северное сияние. Помните песню: «Если ты увидишь север, не разлюбишь никогда»?

– Предпочитаю юг, море, пальмы и звездное небо над головой, – парировала она.

Он представился. Она протянула ему руку для приветствия и посмотрела в его глаза. Он задержал ее руку в своей руке дольше положенного и ответил ей долгим пристальным взглядом. Стало неловко. Но она быстро вышла из положения и спросила его:

– А ваш загар – это от северного сияния? Не знала, что такое возможно.

– Не совсем. Но на севере все возможно. Приглашаю. Не пожалеете. А кухня у нас какая! А природа!

Вечером она ужинала в ресторане с группой, приехавшей в командировку. На следующий день, в субботу, должна была стать гидом для тех, кто остался в столице. Утром подошла к гостинице и увидела, что у входа стоит только он один. Это и смутило, и обрадовало.

День пробежал, как один короткий час. Они кружили по уцелевшим старым улочкам, где еще сохранилась атмосфера настоящей Москвы, сидели в кафе, плавали по Москве-реке на пароходике, завершавшем свою сезонную навигацию. И говорили. Темы для разговора не кончались. Наоборот, их становилось все больше. Иногда он брал ее за руку, как галантный кавалер, один раз коснулся пряди волос, а на прощание попросил разрешения поцеловать в щеку. Целый день ее не покидало ощущение счастья, нахлынувшего, как весеннее половодье в осеннюю пору. Потому что этот мужчина был в миллион раз сильнее ее. И не только благодаря разнице в возрасте. Эти двадцать лет не пугали. Слишком молодо смотрели его голубые глаза, было крепким и подтянутым тело. А седина не старила, а добавляла красоты волевому лицу.

На следующий день он уехал. Она не провожала его. Не ждала даже звонка, потому что знала, что у него семья и положение, он был крупным чиновником ГУИНа. Про детей даже побоялась спросить.

Позже она узнала, почему на прогулку по городу он пошел один. Для этого ему пришлось провести большую работу со своими коллегами.

Потянулись рабочие дни, за ними приходили выходные, случались праздники. Она вспоминала его и понимала, что именно с этим мужчиной хочет быть всегда. Наваливалась тоска, которая смешивалась с безысходностью и была невыносима. Через месяц поздним вечером он позвонил и сказал, обращаясь на «ты»:

– Я подал на развод. Буду в Москве в пятницу. Прошу встретить в аэропорту, потому что не могу терять и часа этой жизни, если рядом нет тебя. По поводу твоего отгула уже договорился. Все!

Она не успела сказать ни одного слова. Он даже не обратился к ней по имени и не поздоровался. Внутренний голос говорил ей, что это не так хорошо, не так безобидно, что это может что-то значить. Но какое имели значение глупые условности и детали, если все было взаимно. Если в ее жизни случилось чудо – она влюбилась.

Пятница, суббота, воскресенье. Как обморок. «Три счастливых дня было у меня, было у меня с тобой», – кружилась в голове знаменитая песня.

– Без него я не смогу, – сказала она родителям.

– Но, девочка, он – мой ровесник, – глотая слезы, проговорила мама.

– Сегодня это нормально, – с некоторой тревогой констатировал папа.

Жизнь в Заполярье ей понравилась. Красивый дом, из окон которого открывались фантастически красивые виды. Рождение сына накрыло новой волной счастья. Они расписались только после его появления на свет. Свадьбы не было, но когда сынишке исполнился год, он подарил ей царское свадебное путешествие и гарнитур с крупными якутскими бриллиантами. «Откуда такие деньги?», – иногда задумывалась она. Но мысли быстро улетали прочь, как это всегда бывает, когда кажется, что вытащил самый счастливый билет своей жизни. Она любила его. Он делал все, чтобы она жила, как в сказке. Но из всех удовольствий она выбирала прогулки и рыбалку, просто поездки в города и деревни Заполярья, где никогда еще не была. И немного скучала по Москве и родителям, надеясь, что мужа когда-нибудь переведут туда работать.

Все изменилось, когда через три года она вышла на работу. Перед этим случился первый скандал. Муж был категорически против. Она больше не хотела заниматься только хозяйством, тем более, когда в огромном доме было много прислуги. Каждый ее рабочий день заканчивался разборками. Однажды она заметила, что за ней следят. Она поняла: муж ревновал. И это было ужасно. Ужаснее того, что она все эти годы старалась не замечать. Он мог не ночевать дома сутками. При этом четко сказал ей только один раз – первый и последний, – что у него такая работа. Она улавливала аромат чужих духов, а потом просто нашла в кармане его пиджака маленькие кружевные трусики.

– Что это? – спросила она.

– Ничего особенного. Не советую шарить по моим вещам. Знай свое место, женщина. И еще – ты не поедешь в отпуск одна.

– Но ребенку нужно солнце, он постоянно болеет.

– Даже если это и так. Или со мной, или никак. Таков закон семейной жизни.

– Который установил ты?

Цвет его глаз стал металлическим. От такого взгляда стало страшно. Счастливый лотерейный билет оказался фальшивым. Золотые годы, что он обещал, быстро превратились в груды мусора.

– Ты меня еще любишь? – тихо спросила она.

– А ты? – зло бросил он в ответ.

Каждый день жизни становился все тягостнее, все грустнее. Внутренне она вела сама с собой диалог на предмет расставания с мужем. Она представляла, как заберет ребенка, как выстроит свою жизнь. Но наступало утро, и она понимала, что боится потерять мнимый комфорт, что ревнует его. А главное, боится, что он своим влиянием перекроет ей карьеру.

Вот если бы все произошло само собой, – думала часто она.

А что произошло-то? – она вновь и вновь задавала себе этот вопрос.

Что он, обозлившись, сломает ее прокурорскую карьеру?! Ну, пойдет в адвокаты, делов-то, размышляла она.

Но порвать и прекратить унизительный образ жизни духу не хватало.

Однажды она нашла изречение: «В основе всех событий на Земле лежит мысль». Дальше шла техника моделирования событий. «Если в течение месяца каждый час думать одну минуту об одном и том же, то событие обязательно реализуется».

Она стала дисциплинировать свои мысли. И каждый час представляла себя свободной. Она не понимала до конца, что такое быть свободной. Но мысль держала постоянной.

В один из выходных дней, когда муж, как всегда, был «на работе», она после бессонной ночи с заплаканными глазами вышла из дома. Ее привлек шум во дворе. Там разгружали стройматериалы. Прислуга объяснила ей, что привезли все, что нужно для строительства бассейна, о котором давно мечтал муж, и предупредила – рабочими будут заключенные из близлежащей исправительной колонии.

– Добрый день, простите, пожалуйста, вы могли бы дать мне стакан воды? – услышала она мужской голос.

Перед ней стоял высокий молодой мужчина, примерно ее ровесник, слишком интеллигентный для данной ситуации. От него веяло добротой. Но она прогнала эти сентиментальные мысли и спросила, обругав себя за неумение абстрагироваться от своей профессии:

– Какая статья?

– Не хочу пересказывать сюжет фильма «Вокзал для двоих». Вы и так грустная. Красивая и грустная. Значит, обидели. Не позволяйте это делать никому и никогда.

– Вы же прокурор, держите оборону.

Они улыбнусь одновременно. И от этого на душе стало немного светлее. Узнав имя и фамилию заключенного, она запросила его дело и узнала, что он режиссер, занимается документальным кино, имеет международные награды. Сюжет известного фильма действительно повторялся в деталях. Она предложила отправить дело на пересмотр. Он категорически этого не хотел.

Муж, узнав, что она занялась судьбой какого-то заключенного – интеллигента из Петербурга, сделал его жизнь в колонии невыносимой. Из карцера тот попадал в больницу, потом на самые тяжелые работы, потом опять в больницу, был ранен при непонятных обстоятельствах. Она не могла ничем помочь, потому что вскоре ее уволили с работы без объяснений. Тогда она стала добиваться встреч как частное лицо, потому что хотела обязательно помочь этому человеку. Но он отказывался от встреч, понимая, как это опасно для нее.

– У тебя роман с зеком. Поздравляю! – кричал муж. – Красивая благодарность за то, что я тебе дал! Жалкий режиссеришка без будущего. Сгною!

Муж, схватившись за грудь, качнулся. Она подалась к нему и получила сильный удар кулаком в голову.

– От сумы и от тюрьмы… – тихо сказала она, задыхаясь от боли и слез.

В доме, где было столько счастья первые годы, стало страшно жить. При этом она понимала: уехать одной или, тем более, с ребенком, ей не удастся. В один из ненастных дней она решила поехать в старое поморское село, где стояла древняя деревянная церковь. Она молилась у иконостаса из 88 икон и просила милости к судьбе своего ребенка.

Выйдя из храма, она вспомнила о технике.

– В сутках есть одна минута, когда слышит Бог, – вспомнилось ей.

– Пусть эта минута станет той самой. Господи, сделай меня свободной! – крикнула она громко, глядя на лик Христа над воротами храма.

Через полгода мужа арестовали. Это случилось дома, на ее глазах.

– Накаркала, ведьма, – проговорил он, посмотрев на нее. – А я ведь любил тебя.

– Я тоже, – спокойно ответила она.

Дом и имущество были конфискованы. Она переехала на съемную квартиру, восстановилась в должности и добилась пересмотра дела того, кого муж называл человеком без будущего. Через год вернулась в Москву. Никаких связей с режиссером из Петербурга не было. Но время не стирало из памяти его скупые рассказы о своей жизни и творчестве. В одинокие вечера в интернете она постаралась узнать все о его фильмах, в которых была божья искра большого таланта.

В один из суетливых дней конца года она была вызвана на заседание суда, на котором рассматривалось дело ее уже бывшего мужа, и вылетела в Заполярье. Здесь шел дождь. Стюардессы с улыбкой извинялись за подобную аномалию.

После суда она вышла на улицу, отошла десять метров, посмотрела на небо, словно для полета расправила руки и сделала глубокий вдох. Первый раз за все эти долгие годы ей стало легче. Она отбрасывала от себя прошлое, освобождаясь от страха и боли. «Все будет хорошо. Я же удачливая! – говорила она себе самой. – И сильная».

– Все будет хорошо! – повторила она вслух.

– Я тоже так думаю, – услышала знакомый мужской голос и вздрогнула.

Перед ней стоял он, немного уставший, но счастливый, что было трудно скрыть.

– Здравствуйте. Узнал о суде. Приехал из Петербурга, чтобы увидеть вас и сказать спасибо. Не знаю, что могу сделать для вас. Но очень хочу.

– Станьте моим другом, – улыбнулась она.

– Дружба между мужчиной и женщиной… Ну, сами понимаете. Тем более что давно влюбился в вас, еще в местах «не столь отдаленных». Простите за признание. Но я гол, как сокол. Как говорится – за душой ничего не осталось. Что я могу вам предложить в этой жизни?

– Душу. Это самое ценное, что у вас есть. А две любящие души – целое состояние, одно на двоих и на всю жизнь.

Комментарий автора:

Вам предоставлена хорошая практика моделирования событий. Мне нечего добавить к тому сюжету, что есть. Я знаю историю всех троих героев рассказа. Бывший муж этой женщины считал, что власть и деньги делают все. Что, если ты силен и богат, то ты остаешься безнаказанным. Мои предсказания и предупреждения не остановили его. Его остановила Госпожа Судьба. Сейчас он по-другому смотрит на жизнь, растит двух приемных детей, но это уже другая история жизни.

За что?

Он жил легко и красиво. Был любимцем женщин. Имел много друзей. И все, за что бы он ни брался, получалось у него лучше всех. Может быть, потому, что родители наградили не только брутальной внешностью и аналитическим складом ума, но и здоровыми амбициями. Единственный сын, поздний ребенок значил для них все. Поэтому его будущее было заранее обеспечено и блестящим образованием, которое он получил в Англии, и нужными связями, и большими деньгами, оставленными в наследство.

Когда после очередного профилактического медицинского осмотра, который он проходил ежегодно, ему пришло приглашение к главному врачу ведомственной клиники, он не придал этому значения. Доктор как-то особенно обходительно предложил присесть, после чего сообщил о необходимости делать срочную операцию. Незнакомый холодок пробежал по спине.

– Кошмарный сон, – подумал он и ущипнул себя за ухо.

Мысль о том, что он сейчас обязательно проснется и, как прежде, будет полон сил и здоровья, не оставляла его. В этот день он не вернулся на работу, а просто ходил по улицам города, сам не зная почему, останавливаясь около каждой церкви, что встречалась на пути.

Операция прошла успешно, подтвердив самые худшие предположения докторов. За операцией последовало сложное лечение, затем – еще одна операция. И снова – отнимающее последние силы лечение. С присущим ему чувством юмора он успокаивал друзей и говорил, что никогда не хотел умереть старым. Но все понимали, что это была всего лишь защитная реакция и желание всех и себя успокоить.

Его прогулки стали редкими, но ему всегда хотелось пройтись около церкви. Что он и делал, благо недалеко от его загородного дома, который находился в элитном поселке, стоял недавно реставрированный храм.

В одно раннее утро он долго стоял, глядя на купола, созерцая осеннее небо. Птицы шумно строились в клин, чтобы улететь в теплые страны.

– Полететь бы вместе с ними, далеко-далеко. Забыть обо всем. Словно родиться второй раз. Если такое вообще возможно, – думал он.

Кроны деревьев роняли последние листья и пели под порывами ветра. Неяркие краски пейзажа, открывающегося с пригорка, на котором стояла церковь, были пронзительно красивы в своей тихой грусти. Он стоял и думал, что ради этой осени и ожидания зимы, редких минут единения с природой стоит обязательно жить. То ли ветер, то ли какая другая неведомая сила подтолкнули его к мраморным ступеням храма. Он вошел. Было очень тихо и сумрачно, пахло ладаном. Огоньки, что трепетали как крылья бабочек над свечами, освещали иконы. Навстречу вышел батюшка и учтиво спросил:

– Поговорить хотели или просто так зашли?

– Спросить я хочу… – на глаза мужчины навернулись слезы. – За что? – он начал сбивчиво рассказывать о себе.

Священник вдумчиво слушал, не перебивая, как будто давал всему накопленному выплеснуться из него.

Он договорил и, передохнув, вытер слезы:

– За что?

Батюшка поднял на него взгляд и, как будто рассуждая сам с собой, проговорил:

– Вот ты о себе все рассказал. А скажи, мил человек, дети у тебя есть? След какой на Земле оставляешь? – священник пристально посмотрел ему в глаза.

Он запнулся под цепким взглядом:

– Я очень много работаю. Бумаги, договора. В офисе с утра до ночи головы не поднимаю. Руководство мной довольно. Женщины, конечно, были, но как-то не сложилось.

Неожиданно к батюшке за благословением подошла послушница. Мельком взглянув на мужчину, она отвела взгляд.

– Вот человек спрашивает, за что ему болезнь далась. Вроде бы мирно тихо живет. Не обижает никого, работает. Какой вот тут Божий промысел? Что скажешь, родненькая? За душу борьба или урок пока только дают?

Было видно, что послушница не простая, а даром владеет, потому и священник ее спрашивает.

– Благословите, – проговорила она и как будто продолжила начатый ими диалог.

– Гордыня высокая у вас, мужчина. Много работаете, все другим доказываете, что вы лучший. А кому это надо? Вы вот про женщин думаете, что пустые они, что вас недостойны. А ведь вы не задумывались никогда, что когда женщина аборт делает, не только она ответственность несет, но и мужчина, который от ребенка отказывается.

Он задумался:

– Да я как-то и не задумывался. Дети мне не нужны, но в обеспечении не отказывал. На аборты давал, так они и сами не горели желанием рожать. А что, в этом и есть причина?

– И в этом тоже, – подтвердил священник.

– Да что мне теперь этих женщин искать, прощения просить? Или, может, сирот усыновлять, кто мне даст-то?

– А ты молись. Читай покаянный канон Иисусу Христу. Бог и даст.

На следующий день он проснулся с решением круто изменить свою жизнь. В окна смотрело бледное солнце. Но даже такое его присутствие внушало бодрость. Он позвонил начальнику и сказал о желании уволиться из банка. Босс воспринял это без удивления:

– Знаешь, старик, одобряю. Работа, как говорится, не волк. А ты поживи в свое удовольствие. Поезжай на Бали. Там тепло и недорого. Океан – глаз не оторвать. И не думай о плохом, именно плохое сбивает нас с правильного курса.

– Врач сказал мне – полгода осталось жить максимум. Да и жаркий климат не для меня.

– Тогда – живи здесь, но на всю катушку.

Вечером он без дела ходил, будто прощаясь, по своему одинокому дому, в котором никогда не звучал детский смех, не жила постоянно одна единственная любимая женщина, и думал: «Я не сделал самого главного. Не успел, а жаль. А сейчас и наследство передать некому».

Вскоре дом был продан, как и несколько престижных машин. Оставался только самый любимый автомобиль, подарок отца, да старая дача – еще крепкий дом, окруженный запущенным садом. Здесь он когда-то проводил каникулы и выходные с родителями. Сюда и вернулся, как был уверен, доживать свою короткую жизнь.

Немалые деньги от продажи имущества были отданы тем, кто действительно в них нуждался: ушли на дорогостоящее лечение молодого парня, с которым познакомился в больнице. А он стал жить в тихом дачном поселке на берегу реки. Благодаря своим золотым рукам начал немного подрабатывать: то электропроводку починит, то – бытовые приборы. И снова ему все удавалось. И как всегда, все его любили. За осенью пришла зима. Пробежали и зимние месяцы с метелями и оттепелями, отняв время из отведенного врачом на жизнь.

По поводу и без повода стала к нему забегать молодая вдова, мать троих детей. То отремонтировать что-то попросит, то сыну-школьнику помочь с уроками, то горячих пирогов принесет, то просто в гости напросится – поговорить.

Однажды, когда маялась ранняя весна, не зная, то ли прийти теплом, то ли уступить холодам, она, не мудрствуя, сказала:

– Полюбила я тебя. Давай, может, вместе жить будем?

– Что ты знаешь обо мне, глупенькая? Мне жить осталось совсем чуть-чуть.

– А ты подумай: хоть чуть-чуть – а твоя жизнь, в любви да ласке. И дети мои тебя полюбили.

Ему не хотелось перечить этой красивой женщине, которой жилось совсем не сладко, да только она не жаловалась. К тому же, он понимал, что она нравится ему, потому что была настоящая, не имеющая ничего общего с капризными девушками, которые всегда «охотились» на него, вернее – на его деньги.

Он подумал, что надо помочь ей, пока еще жив и вроде бы силы есть, что его стало немного удивлять. Его стараниями была перекрыта крыша, оборудованы кухня и комнаты детей. Самый маленький ребенок, который только начинал говорить, неожиданно для всех назвал его папой. Ему показалось, что в это время у него за спиной выросли крылья, и так безудержно захотелось жить. «Но жизнь утекает», – с болью подумал он.

– А давай поженимся, – вдруг сказал он, решив, что все, что у него осталось, отойдет тогда жене и ее детям и будет сделано маленькое доброе дело.

– Ты никогда не пожалеешь об этом, никогда, – ответила она, обняв его. Следом за ней в свои объятия заключили его и дети. Так он и стоял в этом теплом коконе из женских слез и детских рук и был как никогда спокоен и счастлив.

Наступило лето. Календарь стал тревожить его, ведь каждый день мог оказаться последним.

– Не мучайся, сдай анализ. Может, лечение изменить надо? – упрашивала жена.

– Надо бы, – отзывался он и опять оттягивал визит в клинику, ссылаясь на множество срочных дел.

Так прошел год. Осознав этот странный факт, он все-таки прошел обследование. Но даже когда увидел своего лечащего врача, бежавшего ему навстречу по длинному коридору с бумагами в руках, он еще не понял, что произошло чудо.

– Я поражен! Я рад! Такого никто не мог предположить. Но вы здоровы! Лечились за границей? Ведь к нам редко наведывались, – врач строчил словами без передыху.

А он даже не понимал, о чем говорит доктор. Вновь ущипнув себя за ухо, убедился, что не спит.

– Русская деревня, природа, физический труд, семья, дети, хорошие мысли, – все это он сказал вслух удивленному врачу.

Мысли же его были далеко в Небесах: там он просил покаяния и благодарил за чудо.

Венчание было в той самой церкви, откуда начинался его путь к Богу в своем сердце. В том святом месте, где неумелой молитвой он делал первые духовные шаги на зыбком краю своей жизни.

Комментарий автора:

Мир вокруг нас устроен очень серьезно, и жизнь очень серьезная вещь, и она отдана людям. Мир отдан людям. Человеку необходимо почувствовать свою ответственность за мир, в котором он живет, и за жизнь, которой он живет.

Бог не посылает нам болезни, болезни посылает нам жизнь, пронизанный злом мир. А Бог делает так, подставляя руки, что эти болезни, во-первых, могут быть исцелены, а во-вторых, они могут какую-то пользу принести. Молитва – это диалог. На свое воззвание к Богу надо услышать ответ. Разумеется, если человек с полнотой своей веры, с полнотой своего существа вот так кричит, взывает, конечно, он не останется неуслышанным. В этом смысле молитва спасительна. Спасение приходит и через отстранение и через осознание, что есть те, кому гораздо хуже, чем тебе.

Игра в куклы

Они были подругами с младших классов. Сначала вместе играли в куклы, потом говорили о мальчиках, ходили на первые свидания, мечтали о счастливой взрослой жизни, в которой обязательно будет много радости.

И вот сейчас стояли в магазине игрушек, встретившись через много лет. Говорить было нелегко, как всегда бывает после долгой разлуки, причиной которой стала не ссора, а новый роман одной из них.

– А счастье было так недолго…

– Так значит, счастье все-таки было? – спросила подруга.

– Было и прошло, – ответила она совсем другим голосом, не тем высоким и немного капризным, каким говорила на темы любви в юности.

– Боже, не узнаю свою подружку-хохотушку. Может, тебе сходить к кому-то? Ну, сама понимаешь. Ведь ты повторяешь судьбу своей матери и бабушки. Значит, что-то не так…

– Да я уже ходила. К сожалению, мы действительно повторяем зачастую родительские модели. Но, представляешь, я сама нарисовала свое будущее, – она посмотрела на полку с куклами. – Помнишь, как мы в юности купили кукольных девочек и мальчиков? Нас научила соседская тетка, как надо прочитать заговор, назвать куклу собственным именем и женское счастье рисовать.

Подруга взяла с полки куклу, с трудом вспоминая события тех лет. А она продолжала:

– Я тогда еще два мальчика для девочки выбрала, помнишь? Так вот, я тогда кукол-мальчиков за девочку драться заставила и одного мальчика выбросила, а другой с девочкой целовался, потом я о них забыла. Нашла через пару лет в сарае, девочка была потрепанная, покусанная собачками, а мальчики лежали в ящике, на полке. Я тогда, представляешь, сказала: «Детство кончилось, я вас свела, я вас развела. Живите по отдельности», – и выкинула в костер, что горел мусором на дворе.

Подруга, затаив дыхание, смотрела на нее.

– Ты чего, сдурела? Какие заговоры, когда это было? Пошли в кафе.

Усевшись за столиком, они стали вспоминать.

Действительно, в те юношеские годы, когда все лучшее только обещало случиться, им нравилось описывать портрет будущих мужей: «Чтоб не пил, не курил, не гулял, был положительным». Что такое «быть положительным», они представляли с большим трудом. Соседка-гадалка научила девчонок, как сделать заговор на любовь.

Но именно ее, 14-летнюю девчонку, услышали Небеса.

Он перевелся в их школу и был старше ее на два года. После месяцев переглядываний на переменах, записочек и горячих обсуждений каждого взгляда, их познакомили самым романтическим образом: на весенних каникулах во время прогулки. Она была в группе девочек, он среди своих верных друзей. Две компании, словно случайно, со смехом столкнулись во дворе. В итоге он и она продолжили гулять по мартовским улицам. Так началась их дружба, влюбленность и любовь, которая через шесть лет закончилась свадьбой. Он любил ее, она – его. И всем верилось, что этот брак будет крепким и счастливым. Потому что она – красавица и умница, он – очень положительный парень. После получения диплома она уехала в город, где служил муж, и была всем довольна. Особенно после рождения дочери, которая, опять-таки по ее желанию, получилась «вылитая муж». Мама не могла нарадоваться судьбе дочери, у которой был такой хороший муж, ведь он не пил, не курил, не гулял, все делал для семьи и любил ее дочь.

Каждый год часть отпуска она вместе с маленькой дочкой обычно проводила у матери. Но через пять лет брака стало заметно, что в ее глазах уже не светилось обожание мужа, она все менее охотно говорила о нем. Как бы, между прочим, мелькали слова – жадный, нудный, резкий, бывает грубоватым. Когда дочь пошла в школу, разлад в семье стал заметен всем. И только самой близкой подруге она сказала, что они практически чужие люди, которые терпят друг друга. И с грустью добавила, что давно не спят вместе. Тогда ей не было и тридцати лет.

Муж выглядел злым и нервным, срывался по любому поводу. В ее глазах теперь всегда стояли слезы. Казалось, что от нежной любви не осталась и следа. Но это было не так. Просто любовь играла с ними в прятки. И, может быть, все бы еще наладилось, если бы не перемены в карьере. Мужа перевели в город, где они когда-то жили и учились. Дочь пошла в школу, она начала работать не по специальности, устроившись в воинскую часть. Проблем стало еще больше, так как не было жилья. Каждый стал жить у своей мамы.

И вот когда появились перспективы получить квартиру в новом доме, который считался элитным, она влюбилась. И это нельзя было не заметить: на работу – как на праздник, его приход в гости в квартиру мамы, чтобы якобы показать по видику мультфильмы ее дочери – радость, редкие свидания – как в омут с головой.

Мама была в шоке от выбора дочери и желания уйти от мужа-офицера к прапорщику. Сам избранник любил похвастаться перед сослуживцами:

– Все упадут, когда я скажу, что увел жену у полковника.

Мама не принимала нового увлечения дочери, стараясь доказать ей, что у них нет будущего, потому что парень даже не пытался чего-то добиться, не имел жилья, был моложе на пять лет и, откровенно говоря, не считался умным. Но такие разговоры перерастали в скандалы. Тогда мать просила не разводиться и подождать получения квартиры вместе с мужем. Но любовь уже кружила ее голову, и здравый смысл не мог победить бурю эмоций.

– Мама, я влюбилась! Сильно-сильно. Я хочу от него сына, – кружилась она по комнате.

В скором времени она ушла от мужа, получив развод путем небольшого обмана по поводу беременности. Скромно отметили бракосочетание. Правда, на второй день свадьбы молодой муж забивал козла в домино в компании мужиков во дворе дома, где они снимали однокомнатную квартиру. Через несколько месяцев он объявил ей, что за такую дерзость, каким показалось ему какое-то легкое замечание жены, он бьет женщин по лицу. Потом, когда он был уволен с работы без права восстановления, он требовал, чтобы она успевала по дому все, что должна, по его мнению, хорошая женщина, без учета ее напряженного графика работы и ребенка-школьника. Сам проводил время на диване перед телевизором. Он требовал, чтобы она одевалась по его вкусу и не пользовалась косметикой. Но ей все его причуды не казались странными, потому что у нее был любимый мужчина и семья. Ожидание сына только обострило ощущение полного счастья.

Ребенок родился мертвым. Ей тоже казалось, что она умерла вместе с ним. Особенно, когда муж бросил жестокие упреки:

– Ты даже ребенка не смогла мне родить! А еще строишь из себя! Я ухожу.

Он действительно ушел. Она предприняла несколько попыток вернуть его, а потом просто смирилась с тем, что произошло, и осталась одна с дочерью. Из маленькой съемной квартиры переехала в общежитие, работала, растила дочь и пыталась справиться с депрессией. В один из зимних ненастных вечеров пришел первый муж, чтобы, как всегда, дать деньги на содержание дочери.

– Давай начнем все с начала. Мы же так любили друг друга, – тихо проговорил он и с надеждой посмотрел в ее глаза.

– Что вам всем от меня надо? – закричала она. – Уходи!

Он ушел. И, как оказалось, теперь уже навсегда из ее жизни. Ему дали хорошую квартиру, в которой она могла бы жить – как часто говорила ей мама. Он демобилизовался и нашел престижную работу. Она часто видела его за рулем дорогой машины, в которой могла сидеть она и их дочь, как совсем не деликатно напоминала ей мама. Это были весомые аргументы для осознания своих ошибок.

– Я теперь на многое посмотрела бы иначе, – тихо отзывалась она.

Одиночество давило на плечи, а в сердце все чаще появлялась нежность к первому мужу, особенно когда она вспоминала юность, молодежную свадьбу, первые годы брака. Она стала ходить около здания, в котором он работал, придумывать поводы для встречи, всегда связанные с дочкой. Но он больше никогда не возвращался к разговору о том, чтобы снова быть вместе. А просто продолжал заботиться о дочери. Потом он женился и стал второй раз отцом. Она все так же продолжала жить с дочерью в крошечной комнатке в общаге, когда та окончила школу, а потом институт. Больше не вышла замуж. Как и ее мама.

– Вот так-то, – так и не прикоснувшись к кофе, сказала она. – Больше не мечтаю о женском счастье.

– Неужели детские фантазии все сделали реальным? – опешившая подруга не могла прийти в себя.

– Простите, дамы. Я стала невольным свидетелем вашего разговора.

Они одновременно оглянулись: за соседним столиком сидела приятной внешности женщина.

– Знаете ли вы, что в давние славянские времена мама делала для дочери куклу-мотанку, – продолжала незнакомка. – Это был лоскут, обернутый тканью, мешковиной, ручки-ножки. Потом кукла наряжалась и обзывалась. Эту куклу любили и берегли всю жизнь, ведь она была первым другом ребенка. Прижимая игрушку к сердцу, малыш знал, что все хорошо, можно спать спокойно, в игрушке была любовь семьи.

Вы тронули «кукольную» разновидность магии, которую практиковали почти все народы. Сами того не понимая, вы сделали перенос собственной судьбы вопреки Небесам.

– Что делать-то теперь? – почти заикаясь, спросила подруга.

– А вот это уже другая история, которую можно привести к счастливому продолжению, – сказала женщина, протянув визитку.

Комментарий автора:

Негативные программы рода действительно существуют. Они записаны в генах. Это последствия, которые разворачиваются с нашими детьми, внуками и правнуками в результате наших неправильных поступков и могут отозваться на потомках даже в седьмом колене. Издревле на Руси это было хорошо известно, особенно, когда дело касалось проклятий, которые распространялись народ до седьмого колена. Как говорится в пословице: «На бедного Егора все напасти». А почему? Да, потому, что его предки вели такой «замечательный» образ жизни, который повлиял на него самого через семь поколений. Детям свойственно играть в куклы. А вот в какие игры дети предпочитают играть, можно и наблюдать. Дети в своих играх порой строят ситуации не только по увиденным родительским поступкам, но и интуитивно, как записано в генах Рода. Каждый из нас – член своего Рода. В самом человеке заложен опыт всех его предков, как положительный, так и отрицательный. Именно отрицательный опыт предков и неправильно выстроенные кем-либо из них отношения, заложенные в информационном поле рода, и формируют плохую карму. Или попросту – предоставляют возможность следующему поколению решить задачу, не решенную предыдущим. Так же из поколения в поколение передаются духовные основы и возможности для дальнейшего развития. Вот почему так важно много и правильно объяснять детям свои поступки, чтобы они не пытались вас повторить.

К звездам через тернии

Она возвращалась домой и чувствовала себя как никогда счастливой. Когда самолет начал набирать высоту, из ее глаз потекли слезы. Вместе с ними приходило освобождение от чужого и страшного, от ошибки, которой чудом удалось не совершить.

Когда в свои почти 18, закончив школу с золотой медалью, она сказала родителям:

– Хватит! Я не собираюсь строить карьеру и еще пять лет корпеть над учебниками. Я хочу замуж за богатого человека. Я хочу, чтобы мне дарили шубы и бриллианты!

Папа, известный ученый, схватился за сердце:

– Мать, мы вырастили чудовище с пристрастием к материальным ценностям.

– Успокойся, – улыбнулась мама, – девочка так шутит. Конечно же, надо идти замуж, идти за обеспеченного человека. Но образование для женщины так же важно, как замужество.

– Нет, – сказала она, – я хочу замуж.

Выскочив на улицу, она села на лавочку в сквере. Окинув глазами сквер, увидела свою молодую соседку, которая возвращалась с молочной кухни.

– А может и вправду, замужество не так хорошо? – подумалось ей. – Надо строить карьеру, становиться известным математиком.

– Предназначение женщины – наслаждение своим телом и любовь. Ваша внешность этому соответствует, – услышала она громкий голос.

Повернувшись, она увидела высокого мужчину с тростью, облокотившегося на скамью.

– Вы разрешите? – спросил он, намереваясь присесть рядом. Присел и продолжал монотонно: – Миром правят красивые женщины, им дано особое бесовское обольщение. Именно они сводят с ума гениев, поднимают или губят таланты. В красоте всегда есть дьявольская сила.

Она, как завороженная, не могла оторвать от него глаз.

– Вы кто?

– Я? Я – Воланд. Булгакова читали – «Мастер и Маргарита»?

Ошарашенная, она только кивнула.

– Да, видать, вы и вправду на распутье и в смятениях. Расслабьтесь, я пошутил. Я – астролог. А Патриаршие пруды – мое излюбленное место. Вы когда родились?

Она назвала дату рождения. Он что-то почертил тростью на песке, достал мини-компьютер и со знанием дела заключил:

– Ум и красота – редкое сочетание. Вы – вторая Софья Ковалевская. Вам, конечно же, надо поступать на физмат.

– Мой папа – известный физик, – почти шепотом сказала она.

– Девочка, не сделайте ошибки. Вы, конечно же, не избежите первого и не очень нужного вам брака, но второго постарайтесь избежать. И запомните, гены вещь монолитная. Их нельзя стереть или слить. Их нужно реализовывать, иначе они начинают портить жизнь.

– Что это значит?

– А это значит, что вы талантливый физик и должны этим заниматься.

– Я не буду этим заниматься, я хочу замуж.

– Воля ваша, идите, – что-то почертив тростью, он добавил: – Завтра же получите шанс замужества. Но запомните, счастлива вы будете, только занимаясь физикой или, по крайней мере, замужем за физиком. Как удивительно люди не умеют слышать подсказки судьбы, – рассуждал он вслух. – Вот вы, милая красавица, поступили бы в институт. Вышли бы замуж за однокурсника, делали бы открытия и были бы счастливы во всем. Но нет, женское упрямство берет верх. И физике, и физику вас долго придется ждать. Ad astra per aspera.

– Что? – спросила она.

– Я говорю: «К звездам через тернии». Таков путь к себе.

Она задумалась над его словами:

– А как вы думаете? – она обернулась к собеседнику.

«И вправду, Воланд», – подумалось ей, глядя на пустую скамейку.

Назавтра она пошла подавать заявление на физмат. Отец должен был вот-вот выйти, и она с любопытством изучала таблички длинного университетского коридора. Почувствовав чей-то взгляд, обернулась и встретилась глазами с мужчиной.

– Что вы, такая молодая и красивая, делаете здесь? Вам нет надобности грызть гранит науки, вы рождены любить и рожать детей!

Мужчина был статным, стройным, имел волевое лицо и очень красивые глаза. Было невозможно понять, какого они цвета – синего или зеленого. Эта загадка притягивала, как магнит. Да и он сам был очень симпатичным. Только один факт настраивал на минорное настроение: он был значительно старше. Потом она узнает, что на целых 25 лет. Но почти в 18 показалось, что это ерунда. Зато у него есть другое: жизненный опыт, мудрость, умение обращаться с женщинами, положение в обществе, хорошая квартира и деньги. Всего этого не имели мальчики-ровесники.

От его слов и обаяния она забыла, зачем пришла в университет, и сразу же согласилась на свидание. Звонок отца застал ее около дома, немного отрезвив от нахлынувшего предчувствия счастья.

На следующий день она бежала на свидание. Через месяц – была влюблена. Через три – поняла, что беременна. Родители немного расстроились выбором дочери, но ее беременность и влюбленность в будущего мужа заставляли принять все, как есть, и даже найти плюсы. «Взрослый, серьезный, обеспеченный. И очень ее любит!», – уговаривала мама папу, который возмущался, что муж его единственной дочери-красавицы одного с ним возраста.

На физмат она все-таки поступила и даже проучилась полгода, но после родов перевелась на заочное отделение и окунулась в семейный омут. Ей было нетрудно стать хорошей матерью и хозяйкой, научиться готовить и содержать в порядке квартиру. Но молодость брала свое, и она ждала каких-то невероятных событий. Однажды ей предложили работать в модельном бизнесе, но муж даже думать запретил о подобных предложениях.

А она все чаще стала замечать, что ее принимают за его дочь.

Через несколько лет супружества она сказала матери, что не хочет жить со стариком. Не хочет и не может. И подала на развод.

Развод она пережила легко, как неприятное событие, каких в жизни бывает немало. Судьба дочери не беспокоила, поскольку муж обожал не только молодую жену, но и своего позднего ребенка, баловал и заботился. К тому же, больше не собирался жениться. Так что расставание было ударом, прежде всего, для него. Она же, наконец-то, получила свободу, отчего ей хотелось петь, летать и делать то, что хочется, не боясь ревности мужа.

Желаемый развод не принес удовлетворения. Вследствие того, что она никогда не работала и не собиралась этого делать, ей пришлось жить на деньги, что продолжал давать муж.

В планах было новое замужество, а не карьера, потому что она всегда считала предосудительным женщине тратить свою жизнь на добывание денег.

Но один знакомый сменял другого, одни любовные отношения перерастали в другие, и ничего не складывалось.

Бывший муж перешел в категорию верного друга. Он уехал за границу и жил в одном из уютных европейских городов, всегда с нетерпением ждал в гости дочь и бывшую жену, которой не переставал восхищаться. В первые дни после приезда у нее даже появлялось шальное желание остаться жить с ним, особенно, видя, как дочь привязана к отцу. Но это желание быстро проходило.

Однажды она пришла к родителям. Открыла дверь своим ключом и услышала, как мама говорит в гостиной с какой-то женщиной. Голос показался знакомым.

– Девочке нужен достойный молодой человек.

– Да. А то бьется, как рыба об лед. Мужчин много. При ее-то красоте! А мужа найти не может, – сетовала мама.

– Вот и я о том же. Вы знаете, моя сестра живет в Канаде. Так у них сосед – очень милый человек. Правда, без русских корней. Но, может, это и лучше. Как говорится, все при нем. И ценит женщин. Вдовец. Хочет жениться. Какая бы пара могла получиться!

– Ну, я не знаю, согласится ли дочь… – растерянно ответила мама.

Так ее судьба была почти решена самым примитивным и совершено не новым образом, так сказать – через сваху. Жених сначала позвонил. Потом прилетел. Он был действительно хорош. Все было при нем: и приятная внешность, и молодость, и карьера, и правильные взгляды на семью. Конечно, разговаривая на чужом языке, нельзя было дойти до глубинной сути, но, в общем, он ей понравился. Он умел ухаживать и не выглядел скупым. Потому она решила попробовать.

Правда, жених слишком часто вспоминал о своей покойной жене. Эти подробности тяготили. Но она решила быть доброй и сердечной, а потому слушала все новые и новые рассказы о былом счастье, которое отобрала жестокая жизнь. Так, еще до приезда в Канаду, она знала всю биографию его жены, ее вкусы, страхи, приоритеты, хобби. Он в сотый раз говорил об их знакомстве и планах, которым не суждено было сбыться.

– Мне кажется, ему нужны уши, а не новая жена, – говорила она маме и подругам.

– Не будь жестокой, девочка, помоги ему забыть боль потери. Все будет хорошо!

– Мне кажется, что он или эгоист, или не совсем нормальный. Он же это рассказывает женщине, на которой хочет жениться. Не понимаю я мужиков! – А импортные – вообще странные бывают, – высказывала свое мнение подруга.

Его дом находился в самом дорогом и элитном районе города, где чувствовалась атмосфера благополучной жизни, и выделялся среди других построек. Причина была особенно приятна ей – он был известным архитектором. Дом окружал большой ухоженный сад с прудом и цветником. Казалось, что она попала в рай. И мужчина вел себя более естественно, чем во время приезда в Россию.

Он устроил ей экскурсию по огромному дому, исключив только свою спальню. Ей все нравилось. Однако, оглядевшись, она осознала, что портреты его жены есть в каждой комнате. Это были фотографии хороших мастеров и работы художников. На них эта красивая молодая женщина смеялась, была серьезной, грустила. При этом создавалось ощущение, что ее глаза неустанно следят за новой избранницей любимого мужа. От этого мороз пробегал по коже. И только в комнате, которую отвели для дорогой гостьи, не было никаких фотографий.

Дом жил памятью своей хозяйки. Прислуга, подавая обед, говорила, что все приготовлено, как любила эта женщина, покинувшая мир несколько лет назад. Хозяин довольно улыбался. А однажды вечером, когда они вернулись из ресторана, где он сделал ей предложение и получил согласие, он решил подарить ей драгоценности. При этом не забыл сообщить, что его жена их очень любила и носила в особо торжественных случаях. Пришлось сказать, что ее организм не выносит именно эти драгоценные камни, что было принято с пониманием.

Много смущало ее. Но подкупала его забота о ее дочери, ведь он много говорил о том, в какой школе девочке лучше учиться, чем заниматься. Кроме того, он был нежным любовником. Но их близость всегда случалась в каких-то странных местах, лучшим из которых была кровать ее гостевой комнаты. При этом он повторял, что после того, как она осчастливит его своим «да», они будут спать в шикарной спальне, которая станет их семейной. Она не сразу обратила на это внимание.

Но этот день настал. Дорогое кольцо было надето на ее палец. А сногсшибательное алмазное колье ручной работы дополнило красоту ее шеи. Во дворе, перевязанный лентами, манил «Maserati».

И согласие получено.

В его глазах светилось счастье. Двери спальни распахнулись! Комната впечатляла. Из окон открывался прекрасный вид на благоухающий сад, над которым висела полная луна. На антикварном туалетном столике ничего не стояло: никаких флаконов, шкатулок, баночек. «Ну, наконец-то, мужчина кое-что понял», – умиротворенно подумала она.

– Это для тебя, дорогая! Примерь! – попросил он, показывая на ночную рубашку и пеньюар. – Тебе понравится.

«Красиво! Бешеные деньги. Не поскупился», – пронеслось в голове.

Она надела пеньюар, а он поцеловал нежно за ушком, защелкнул на ее запястье сапфировый браслет.

«Боже, – подумала она, – я сейчас грохнусь в обморок от счастья».

Она взглянула в старинное зеркало, как вдруг из полумрака комнаты взгляд вырвал отражение странного предмета. На маленьком резном столике стояла ваза, которая напоминала урну.

– Что это? – тихо спросила она.

– А! Это прах моей жены. Надеюсь, ты не будешь против, – прошептал он, по-прежнему ее обнимая.

Она не могла сдвинуться с места, принимая его объятия и поцелуй. За окном прокричала птица, словно кто-то попал в нее камнем. Она освободилась из его объятий, отступила на шаг, потом на два. И, наконец, побежала, путаясь в комнатах, коридорах, лестницах. С трудом нашла свою комнату и начала собирать чемодан.

Он без стука открыл дверь комнаты. Стал в проеме и спокойно сказал:

– Ты третья, у кого не выдержали нервы.

– Вызови мне такси. Пожалуйста! – она протянула ему ювелирные украшения.

– А что происходит? Ты дала согласие на брак.

– Зачем тебе новая жена, если ты женат! Навсегда женат. То ли ты не отпускаешь, то ли тебя. Но я не смогу так жить, когда вокруг бродят тени чужого прошлого. Так можно сойти с ума!

Она потянулась, освобождаясь от прошлых воспоминаний. Шум самолета приводил в спокойное состояние. Потянув руки, она пальцами коснулась чего-то холодного.

«Да», – улыбнулась своим мыслям. Она не заметила, что подарила себе сапфировый браслет.

В соседнем кресле сидел молодой мужчина. Он вытаскивал из своих карманов какие-то смятые листочки, похожие на шпаргалки, и аккуратно их складывал.

– Не смотрите так удивленно, – я физик, был на симпозиуме. Привычка!

Никогда не освобождаюсь резко от прошлого. Всегда сначала анализирую и только потом рву и выбрасываю. Вы не замужем? Так хочется потратить премию за научное открытие на красавицу-жену.

Комментарий автора:

Вспоминать прошлое – значит, по-прежнему, на это самое прошлое обижаться. Все равно, что идешь по пройденной дороге спиной вперед: ничего не видно, кроме своих старых следов.

Мечты не могут реализовываться лишь потому, что, на самом деле, вы идете к цели привычными методами, а сами давно уже выросли из прошлых стандартов и утратили к прошлому интерес.

То, что впереди, куда интереснее! Самое время перестать жить прошлым. Так что мешает вам оставить прошлое в прошлом? Поставьте точку и вперед, по дороге своей жизни, оставаясь в настоящем и глядя в будущее. Только так вы увидите много интересных «развилок» и захватывающие перспективы! Позвольте себе освободиться от своих родительских убеждений. «Штампы», унаследованные в детстве, часто становятся балластом на пути к счастливой жизни.

Королевское счастье

Ей всегда казалось, что она особенная – не такая, как все. Хотя, скупая на похвалу, мама вздыхала, что «и носик не тот, и ростом не вышла». О характере дочери говорилось образно: «Снятся кому-то кислые яблоки», – это был намек на то, что парням будет трудно найти общий язык с ее девочкой, у которой неизвестно откуда, почти с пеленок, была нескрываемая мания величия. А она была уверена, что маленький провинциальный город не для нее, как и эти примитивные парни, живущие в хрущевских квартирах. Они, донашивающие старые вещи старших братьев, не годились на роль «Принца» – «Рыцаря ее сердца» – любимого человека. При этом ей не хотелось думать, что она тоже носит мамины блузки и свитера не по размеру, ютится с родителями в однокомнатной квартире и спит на раскладушке за импровизированной перегородкой в виде громоздкого шкафа. К тому же, в ее маленькой головке, украшенной хвостиком жиденьких белокурых волос, витала мысль о собственной красоте. Она могла стоять у старомодного трюмо часами, думая и даже говоря вслух, что нельзя не влюбиться в эти глаза, профиль, шею…

Тянулись годы. А она словно парила над этой серой обыденностью. Ее мечты были высоки, а главное – далеки от всего, что ее сейчас окружало. Она мечтала всегда, даже во снах, неизменно появляясь в них королевой в роскошных нарядах и непременно в огромном дворце. Но как-то так произошло, что выстроенная в мыслях прямая линия ее жизненного пути дала крен. Она влюбилась самым прозаичным образом. То ли пришло время, не желающее ждать, когда будущая королева покинет этот городок с его неинтересными обитателями. То ли парень, как ей пригрезилось, таил в себе потенциал стать героем женской жизни. Просто однажды, встретившись на катке, они крупно поругались. Он дерзко и с вызовом назвал ее коровой на льду. Она ответила тирадой, ранившей его самолюбие. За это он из-за угла дома обстрелял ее сырыми яйцами, которые в сильный мороз замерзали на шубке из искусственного меха. Так она и шла по улице до своего подъезда, не обращая ни малейшего внимание на взгляды и сетования проходящих мимо людей. Шубу отстирали, а она решила, что этот мальчик способен на большой поступок. Мнение укрепилось, когда она узнала, что он из семьи местного директора завода и внешне напоминает одного известного артиста, имя которого не удосужилась запомнить.

Весной, приняв ангельское выражение лица, она просто подошла к нему, попросила прощения и пригласила на свидание. За первым поцелуем пришла первая близость. Он был покорен. Хотя последовавшая за этим беременность и необходимость стать отцом в 18 лет не входили в планы – особенно его семьи. Тем не менее, не желая скандала, его родители сыграли свадьбу и поселили молодых в отдельную квартиру. Через три года у молодых уже было двое детей, масса претензий друг к другу, а она поняла, что попала в ловушку – в трясину этого города, в котором, как ей казалось, всегда идут только ленивые долгие дожди, не имеющие сил остановиться. И среди этой тусклой серости она была женщиной-праздником, который никто не замечал. Ей нужен был свежий воздух, полные света огней улицы, музыка, восхищение, красивые платья и обязательно машина. Она жаждала энергии столицы.

Так поздним вечером, после очередного выяснения отношений, наклонившись над гладильной доской, она произнесла ясно и четко, что уезжает. В голосе звучал металл и искрился лед. Муж вздрогнул. И почему-то не кинулся уговаривать ее, а тихо сказал: «Да, пожалуйста, вали!» В этот момент она пообещала отомстить, став самой-самой.

Она собрала чемоданы, детей и решила, что самое время отправиться в Москву. В поезде соседкой по купе оказалась молодая приятная женщина, оказавшаяся астрологом. Сама судьба решила ответить ей на ее вопросы, и она их задала… Но астролог ее не утешила. Женщина сказала, что она сможет быть богатой, но история ее жизни сходна со сказкой о старухе и золотой рыбке.

Астролог посоветовала ей вернуться к мужу и все оставить, как есть.

– Пересмотрите свои приоритеты. Женское счастье дороже мечты.

– Ну, уж нет, – сказала она, прощаясь. – Я стану богатой Королевой и приду к вам.

– Конечно, станешь Королевой, только внешне, внутренне ты не изменишь себя, именно поэтому мы и встретимся.

Москва не преподнесла сахарную жизнь. Но у нее была цель, к которой она шла уверенной походкой. Устроилась работать на какой-то склад, потом перешла в компанию, продававшую всякую ерунду, тоннами завозившуюся из Китая, и присматривалась к окружению. При этом в силу финансовых возможностей работала над своей внешностью, исходя из наблюдений над московскими модницами и публикаций в глянцевых журналах. И постепенно преображалась: уходил лишний вес, набранный за время беременности и кормления детей, приобрели яркость ухоженные волосы натуральной блондинки. В одежде стал преобладать розовый цвет, за что ее прозвали «Карамелью».

В этом равнодушном городе она поняла, что попасть туда, где будут только мужчины-миллионеры, ей не удастся. Значит, надо лепить счастье самой из того, что есть. А было немного: так, один мужчина, бросавший в ее сторону заинтересованные взгляды. Но тоже лимита, как называла таких людей высокомерная столица. Но он как-то быстро строил карьеру. Кроме того, снимал двухкомнатную квартиру и умел красиво ухаживать. Она и не заметила, как они стали жить вместе – дружно, весело, наслаждаясь всем, что дает огромный город. Иногда она уезжала на родину, проведать родителей и детей, возвращалась назад грустная, часто плакала – от досады и счастья одновременно. Пробежали еще три года. И еще – 6 быстрокрылых лет. Все было так быстро, словно едешь на большой скорости по шоссе и не замечаешь, какие стоят на обочине дома и какие растут деревья – березы или сосны, да и какая в принципе разница? Главное, как учила столица – это результат. А он был, и не маленький. Она стала женой, жила в большом загородном доме, по которому бегала прилежная прислуга. Дети ее и мужа жили с ними, кто-то уже учился за границей.

Муж имел свой бизнес, любил и баловал ее, а она чувствовала себя не только «женщиной-праздником», но и «женщиной-ребенком» – милой, капризной, нуждающейся в защите, неизменно одетой в розовое, сияющей стразами и бриллиантами. В очередной день рождения любимый супруг подарил ей уже не автомобиль, а бутик. Она оказалась хорошим руководителем, умело вела бизнес, появлялась на обложках журналов, заботилась о подчиненных, не забывая, как трудно было в Москве самой первое время после маленького города. Ее любили и побаивались. А она плыла, окутанная нежным счастьем.

Однажды, встречаясь с подругой, она рассказывала о своей жизни, в которой, как в произведении искусства, было трудно найти изъян. Однако вопрос подруги заставил ее насторожиться.

– Ты почему не рожаешь?

– О чем ты? У нас на двоих четверо детей. Да и здоровье уже не то, муж ведь старше. И все как бы на своих местах в нашей жизни. И я сама ребенок! – улыбнулась она.

– Я о том, что мужика привязывать надо, как ретивого коня, – ответила подруга и посмотрела на нее с какой-то странной жалостью, от чего испортилось настроение.

При этом ее несколько напрягал взгляд красивой элегантной женщины, сидящей за соседним столиком и явно слышавшей весь их разговор. Подруга поспешила домой. Она сидела и доедала свой десерт, ругая себя, что нарушила строгую диету, которой придерживалась долгие годы. Когда ложка подцепила ромовую вишенку, она вдруг вспомнила, что последнее время муж стал слишком часто задерживаться в своем офисе и даже оставался там ночевать. Цвет вишни «вытащил» из памяти след яркой губной помады на его рубашке, что была спрятана им в грязном белье в прачечной их дома, куда она никогда не заходила. А тут искала свой мобильник, который остался в кармане домашнего костюма, отправленного в стирку. Муж отшутился, потом повел в магазин выбирать соболью шубу.

В растерянности от нахлынувших воспоминаний она встала и нечаянно задела столик, за которым сидела та женщина, извинилась. Лицо женщины ей показалось знакомым.

– Боже, вы же астролог, мы с вами в поезде ехали много лет назад, – закричала она и назвала свое имя.

– Значит, пришло время встретиться еще раз. Ты же стала Королевой, – взгляд женщины был пронизывающим. – Я не смогу вернуть тебе утерянное, но еще есть шанс сохранить хотя бы что-то.

Она молча смотрела на женщину:

– Я что, права?

– Возьмите, – астролог перешла на «вы» и протянула визитную карточку.

– Не делайте ошибок. У вас их достаточно. Вы же предпочитаете учиться на своих… Он уже к вам не вернется, не надо вызывать его ревность, примите данность, как есть. А впрочем, вы всегда поступаете, как хотите только вы…

Это была самая тяжелая ночь в ее жизни. Муж позвонил и сообщил о командировке. Впервые она стала слушать его голос по-другому, анализируя настроение и вообще – происходящее. Утром, измученная бессонницей, она позвонила в частное детективное агентство. И уже через пару дней в своем кабинете, который находился при бутике, на большом столе перед ней лежали фотографии мужа. Рядом была молодая девушка и двое маленьких симпатичных деток, которых можно было назвать копиями ее супруга. Она позвонила подруге и резко спросила:

– Ты знала?

– Прости, – ответила та и прервала разговор.

Мир изменился за один час. Муж не отпирался, а сказал, что ему надоело жить с подобием бабы, надоели ее капризы и инфантильность, что он больше не появится в доме.

Ее возмущению не было предела, летело все, что попадало под руку. Наконец, немного успокоившись, она пошла в ночной клуб. В ее голове была только одна мысль: отомстить и опозорить! Она быстро познакомилась с молодым парнем. Романтические отношения немного отвлекали от семейной драмы, хотя она и понимала, что перспектив нет. Все роковым образом решили фотографии, которые молодой возлюбленный выложил в социальных сетях: он целовал ее на фоне дома, который когда-то построил для нее муж. Реакция мужа была мгновенной: после разборки, которую он устроил, она оказалась в больнице с нервным срывом. Ее дети были возвращены из Англии, где учились, и отправлены в тот самый провинциальный город, в ту самую крошечную квартирку, где все еще жили ее родители, и пошли в обычную школу.

Выписавшись из больницы, она не смогла попасть в свой дом и войти в кабинет бутика, который уже был продан. Но ей любезно сообщили, что ее вещи находятся у подруги. Это был всего один чемодан – все имущество, что осталось после огромного особняка и нескольких гардеробных комнат. Среди одежды и белья она нашла записку. Ее горничная, собиравшая чемодан, писала, что спрятала за внутренней обшивкой деньги и некоторые драгоценности, все, что смогла. Она заплакала от того, что кто-то в этом мире еще был добр к ней.

Этих денег и проданных драгоценностей хватило, чтобы на время снять комнату в коммуналке на окраине города и кое-как существовать. Подруги и знакомые предпочитали общаться не с ней, а с мужем, который уже стал бывшим. Но и эти средства заканчивались. И тогда среди каких-то чеков и записочек она обнаружила визитную карточку астролога, той самой женщины, что ее предупреждала. Она позвонила ей и напросилась на срочный прием.

Советы были очень простыми: Исповедь и причастие. Попросить прощения у первого мужа и осознать, что солнце светит не только ей одной. А далее была работа над ошибками. После каждого визита к астрологу ее колотило и ломало, но жить становилось легче. К ней приходило осознание собственной необходимости в этом мире.

– Мы работаем в энергетическом божественном потоке, здесь нет скорых перемен, но зато наверняка, – успокаивала ее астролог. – У вас красивое кольцо, вам захочется его продать, отнесите его к иконе Казанской Богоматери. Поверьте, так лучше для вас.

Кольцо было последним, оставшимся от прошлой жизни, украшением. Оно было подарено мужем вместе с предложением руки и сердца. Это кольцо с розовым бриллиантом всегда нравилось ее подруге.

– Как отдать к иконе? Нет, это все, что осталось, надо попробовать продать.

Она отправила смс подруге с предложением купить кольцо. Но не получила ответа. На улице разливалась весна, пели птицы и жила та радость жизни, которой всегда хватает на всех. Но ей по-прежнему казалось, что она вычеркнута из списка этих людей.

Она решила искать работу, как и советовала ей астролог. Но прежде решила расстаться с кольцом и в один из дней отправилась в церковь.

В церкви она подошла к женщине из церковной лавки и протянула кольцо с просьбой повесить к иконе Казанской Богородицы.

На душе стало легче, она потерла безымянный палец и поняла, что никогда не снимала кольцо, но именно сейчас рассталась с прошлым.

Она присела на лавочку остановки общественного транспорта. Мимо проносились автобусы и машины. Мимо летело время. Мимо проходила ее жизнь, то горько плача, то глупо улыбаясь. Накрапывал дождь.

– Буду звонить по поводу работы, – решила она и направилась к дому.

Мысли крутились в голове, сменяя одна другую. Звук тормозов заставил ее очнуться. Автомобиль дал задний ход и остановился. Ей был знаком этот автомобиль. Через минуту, которая показалась вечностью, к ней подбежал водитель мужа и, называя ее по имени-отчеству, пригласил сесть в машину, пояснив, что это распоряжение мужа. Она села в машину и замерла от сочувствующего взгляда мужа. Они давно не виделись, он как будто помолодел.

– Здравствуй, – проговорил он.

Она смогла только кивнуть. Автомобиль тронулся. Все молчали. Тишина давила как многотонная плита. Он начал говорить первым:

– Сейчас мы едем в дом. Ты не будешь жить, как жила. Поселишься в гостевом доме. Нуждаться ни в чем не будешь. Обещаю. Я с женой живу в городской квартире, часто – за границей. Приезжать будем редко. Тогда уж придется потерпеть, не королева! Твои дети уже в Москве. Вопросы их дальнейшей учебы я решу, – он сделал паузу и закурил. – Но как, как ты могла связаться с каким-то молодым придурком?! И эти фото на фоне нашего дома, на котором мой герб! Герб графа! Как ты могла!

– А ты как мог? – едва слышно ответила она, эхом проговорив про себя, что «да, не королева».

Он резко повернулся и проговорил:

– Я? Я был честным. Очень давно мама сказала мне: «Женщин надо либо боготворить, либо оставлять.

Все остальное – ложь». Я тебя боготворил и, если бы оставил, то… – в его глазах стояли слезы отчаяния.

Он выполнил все свои обещания. Дети получали высшее образование за границей. Она жила в уютном домике, рисовала, читала, занималась садом и цветником и редко выезжала в город. К ней часто приезжала подруга, а потом переехали и родители. И даже свидания ее детей со своим отцом проходили здесь. Она замечала, каким долгим взглядом смотрит на нее ее первый муж. И знала, что он так и не женился, признавшись ей почти через двадцать лет, что она его королева. Но у нее не было сил ни на какие чувства. Она всю жизнь торопилась за счастьем так, что обогнала его, и оно осталось далеко позади.

Дом, в котором она жила сейчас, вмещал всех. В редкие приезды бывшего второго мужа его дети забегали к ней и полюбили ее рассказы о цветах, ее сказки и умение выслушать, дать правильный совет. Она не держала ни на кого обиды и, тем более, зла. И только в теплое время года, когда все располагались за большим столом на открытой веранде, чтобы пить чай, она садилась спиной к огромному пустующему дому, на фасаде которого грозно сиял герб, обещавший ей счастье и полцарства в придачу.

Иногда, щурясь от солнца, она смотрела на герб и размышляла сама с собой:

– Почему мы не слышим предупреждения судьбы, когда оно звучит как будто случайно. Мы не обращаем внимания на знаки, отмахиваясь рукой. А можно ли что-то поменять, если чем-то пожертвовать?

Она слишком часто вспоминала поезд, идущий в Москву, и слова случайно повстречавшейся женщины-астролога:

– Однажды за твоей спиной будет именной герб, а в глазах слезы сожаления о потерянном счастье. Иногда стоит оставить все, как есть, а не бежать за призрачные горизонты.

Комментарий автора:

Семья имеет свои правила и свои законы. Примерно, как строители создают дом по своим законам и правилам, так строится и семья, только законы создания семьи гораздо сложнее…

Было бы глупо думать, что настоящая счастливая семья должна явиться сама собой. Нет, это невозможно. Истинное, несущее радость состояние – дорогое и бесценное сокровище. Чтобы его иметь, надо прикладывать огромные усилия. К сожалению, многие больше озабочены тем, чтобы КАЗАТЬСЯ чем-то, а не БЫТЬ кем-то.

Искренние чувства приносят истинную радость. Семья – это компромисс во имя любви, если, конечно, таковая присутствует.

Христос распят ради всех людей! Посмотрите, вот это и есть настоящая Любовь. Вот она – добровольная жертва ради другого! Жертва – синоним любви.

Если вы жертвуете ради другого своим временем, силами, желаниями, возможностями, при этом не требуя ничего взамен, не из-под палки, совершенно не имея своего интереса – то вы любите. Вы просто хотите сделать для этого человека все, что в ваших силах. Вами движет Безусловная Любовь! А если и он так же относится к вам – то это обоюдная Любовь! И эта любовь милосердствует, не ищет своего (по Евангелию). Эта любовь строит семейный дом и не рушится, пока живы его обитатели.

Люблю навсегда

Они сидели в кафе на крыше отеля и любовались потрясающей панорамой Красной площади.

– Ты неважно выглядишь, – сказала она. – У тебя что-то происходит не так, как бы тебе хотелось?

– Да нет. В принципе, все нормально. Работа, дом, какие-то встречи, выставки. Ничего нового. Все, как и всегда. А у тебя?

– Я привыкла без тебя. Я как-то справляюсь…

Оба замолчали, вспомнив о своем.

Он о том, почему же не пришло желаемое. Она – о том, как все начиналось.

Вот она, молодая учительница, спешит в школу. У нее есть все: муж известный пластический хирург, дочка и любимая работа. У нее нет любви и той нежности, что еще была пять лет назад. Из отношений ушло что-то особенное, отчего могут вырастать крылья.

Но последнее время она стала ходить на работу с тайной радостью. Это произошло, когда в выпускной класс в самой середине года пришел новенький. Все заметили, что юноша не просто кажется взрослее своих ровесников, а такой и есть. Это касалось всего: внешнего вида, развития, уровня знаний, интересов, манеры поведения, мыслей. Конечно, сначала она думала о нем, как учитель.

А потом, совершенно неожиданно для себя – как о мужчине. Он тоже не всегда смотрел на нее, как на учителя. Взгляд выдавал не просто чувства, а борьбу – то ли с ними, то ли за право их иметь.

В день последнего звонка, когда ученики погрузились в эйфорию счастья от близкого прощания со школой, учителями и встречей со взрослой жизнью, он подарил ей цветы и воздушный шарик:

– Скажите, вы счастливы? – вдруг спросил он, не глядя ей в глаза и обращаясь, как и положено, по имени-отчеству, только с паузой, разделившей их.

– Что за вопрос? – она назвала его по фамилии, но не смогла не заметить интонацию, с какой он произнес ее имя. Это смутило. Да и ответ вопросом на вопрос был слегка кокетливым, а потому совершенно непедагогичным. – Разве я похожа на женщину, которой не досталось счастья?

– К сожалению, похожи. Я бы… для вас… – проговорил он, чем совершенно вывел ее из равновесия.

– Я бы на твоем месте не рассуждала о чужой жизни. Для тебя главное сейчас – поступить в вуз, найти себя, встретить хорошую девочку, – перебила она и поспешила скрыться в учительской.

Сердце было готово вырваться из груди. Она сделала глубокий вдох и зачем-то позвонила мужу.

На выпускном балу он пригласил ее танцевать. Пожилые учительницы пришли в восторг от такого поступка.

– Я люблю вас, – шепнул он, на что она ответила долгим взглядом без потока суетливых слов. В нем было все: сожаление, тревога, нежность, уже давно готовая переродиться в любовь.

Промчалось лето. Ученики звонили и докладывали о своих успехах и неудачах. И только он ни разу не позвонил.

От его одноклассников она узнала, что он зачислен в один из самых престижных вузов и шумно отметил свое восемнадцатилетие. Началась осень. Она с тоской вспоминала его и даже позволяла себе фантазировать на тему – «Если бы они были вместе…», словно писала и переписывала школьное сочинение, у которого всегда был другой конец.

Встреча выпускников перевернула ее жизнь. Когда он вошел в актовый зал, его окружили одноклассники, парни жали руку, девочки смотрели восторженными глазами и целовали в щеку. А он направился прямо к ней.

– Здравствуйте! Поступил, нашел себя, встретил! Все, как советовали вы. Отличный вуз, любимая профессия, лучшая женщина на свете, – улыбаясь, сказал он.

– Когда же вы все успели?

– О профессии мечтали родители, а тебя полюбил с первого взгляда.

Она молчала, ощущая, как холод пробирается по телу от кончиков пальцев.

В этот вечер он провожал ее домой. И это невинное занятие показалось ей большим счастьем. Потом встретил недалеко от школы и снова вызвался проводить. Они ехали в метро, потом шли заснеженными дворами к ее дому. И каждый раз не могли наговориться.

– Выходи за меня. Пожалуйста! – не в тему беседы проговорил он.

– Ты сошел с ума! У меня муж, дочь, возраст, наконец. Восемнадцать и тридцать – двенадцать лет разница. И с какой стати ты говоришь на «ты»?

Весна расставила все точки над «и».

Все случилось в квартире его родителей, которые уехали в санаторий. В это время муж был за границей на какой-то очередной научной конференции, а дочь гостила у ее родителей. Она вдруг почувствовала себя молодой, влюбленной. В мартовских синих сумерках они сидели и пили чай. Потом отчаянно целовались и страстно любили друг друга, словно встретились после долгой жестокой разлуки.

Через день ей позвонила его мать. Потом – отец. Они не угрожали, потому что были слишком интеллигентными людьми. Но из любви к сыну старались выяснить степень риска и прекратить это безумство:

– Он объявил нам, что женится на вас. Вы же взрослая женщина, к тому же – учитель! А он мальчик, который первый раз влюбился.

Меньше чем через год они все-таки поженились, ведь она ждала ребенка. Развод не был тягостным, хотя муж и сказал в ее адрес все, что думал как тонкий психолог и «скульптор», ваяющий женскую красоту и возвращающий молодость:

– За мной бабы гоняются, как за толстым кошельком и эликсиром молодости. А ты уходишь к школьнику! На сколько лет, дорогая, уходишь? Ты же старушка. Говорил тебе – пора делать блефаропластику. Ну что ж, молодой муж – миллион компромиссов! Терпи и борись.

Согласно суду, дочь оставалась жить с ней.

А когда родился их сын, он под окнами палаты роддома выложил на снегу клубникой «Люблю. Навсегда» Она пришла жить к своим родителям со всей своей новой большой семьей. Было тесно, но очень комфортно, совсем не денежно, но она любила его и была счастлива, зная о его любви.

Он учился и работал. Потом работал и делал карьеру, во многом с помощью ее родителей, которые поддерживали все его начинания. Его родители сделали вид, что смирились и приняли брак сына.

Жизнь становилась более благополучной и спокойной, особенно, когда они уехали жить за границу. Она не работала, и все свое время посвящала семье и себе. Все было хорошо, только иногда всплывала мысль о возрасте: ему только 28, а ей уже 40.

Она никогда не ревновала, а он никогда не давал повода. Ее родители так трогательно берегли их союз, что она никогда, или почти никогда, не чувствовала возраста.

Он делал все, чтобы она чувствовала женское счастье.

Но время неумолимо считало числа возраста не в ее пользу.

Она задумалась о разнице в возрасте, но воспоминание о том, что было написано клубникой на снегу – «Люблю, навсегда» отрезвляло. Она знала, что, в принципе, ей не в чем было его упрекнуть.

Хотя его желание иметь еще одного ребенка и казалось ей упреком в том, что уже немолода. Таким же упреком были и его взгляды на юных женщин и комплименты прислуге.

Потому что ему всего 38, а ей уже 50. «Да, первый муж, давно женившийся на молоденькой медсестре, был прав в том, что в ее жизни наступила пора больших компромиссов», – с грустью думала она.

Но почему же их брак длится так долго, вызывая восхищение всех, включая родственников? Она и сама не понимала этого, допуская, что ее муж человек чести и долга.

– Но ведь и такой титан может влюбиться. А как же я? – подсказывало предчувствие, отчего ныло сердце.

Серебряную свадьбу отметили по-царски. После пластической операции она выглядела молодо, была весела и красива той красотой, что дает благополучная жизнь, мужская забота, устроенность позврослевших детей и вопрос – чего бы еще захотеть, чтобы порадовать себя любимую? Муж прилетел на торжество из поездки по делам собственного бизнеса и удачно заключенных контрактов.

И был как-то по-особенному красив, галантен, остроумен и, кажется, любил весь мир. Она не обратила внимания на такие детали, потому что знала, как он доволен, когда в бизнесе сопутствует удача и все хороню дома.

Вся гостиная их большого дома была заставлена цветами. Она долго любовалась ими, трогала лепестки и мысленно благодарила Бога, что он дал ей такого мужчину. Первый раз за последние годы успокоилась, почувствовала себя счастливой и не имела ни малейшего желания сравнивать 43 и 55. Муж с загадочным видом позвал ее и увлек в свой кабинет. Там подал бархатную коробку, в которой лежал комплект знаменитого ювелирного бренда. Сияли ее любимые камни – бриллианты и изумруды. Она с благодарностью подняла на него глаза:

– Ты лучший. Спасибо! Скажи: «Люблю, навсегда» – это неизменно?

– Что? – переспросил он так, словно на него вылили ведро ледяной воды. В кармане его пиджака звонил мобильный телефон.

– Ответь. Может, по делу.

– Потом. Это не важно. Конечно, неизменно, дорогая.

Однако этот звонок был для него сейчас самым важным. Звонила та девушка, с которой он познакомился в самолете, когда летел на деловую встречу. Это с ней, молодым адвокатом из Москвы, его видели коллеги и партнеры, встречая вечерами в ресторанах или на улице. Один из них на юбилее их свадьбы. И, кажется, его жена уже все знает. Ему показалось, что он вошел в лабиринт и не знает, есть ли из него вообще какой-то выход.

Он начал летать в Москву, потому что не мог не видеть этой хрупкой девушки, ее карих глаз, рассыпанных по плечам волос, не чувствовать аромата ее молодости, что пьянила его. Но мысль о жене и сыне заставляла страдать.

Он не мог бросить дом, потому что это была гавань, построенная им самим, дающая ему силы и принимающая всегда и любого – на коне или без него.

Так прошло семь лет его тайной любви. Он отметил свой юбилей – 50 лет, когда и у самых серьезных мужчин появляется страх перед возрастом. Жена боялась любого упоминания о годах, была поглощена всеми новинками косметологии и новаторством пластической хирургии. Ей удавалось в 62 выглядеть на десять лет моложе. Однако он заметил, что она стала очень предупредительна с ним, мила, мудра и в ней появилось что-то новое, будто ее занимало какое-то увлечение или дело почти государственной важности. Скрывая свой возраст от себя самой, она скрывала и то, что давно знает о его романе и даже многое делает для того, чтобы он быстрее закончился.

Она ходила к психологу, обращалась к астрологу. Но, увы, – ничего не менялось. Он летал в Москву, слушал претензии любовницы, успокаивал, задаривал, зацеловывал, клялся в любви. И начинал тосковать по жене. Летел домой, чтобы там найти понимание, поддержку, помощь. Но и эта женщина, его первая любовь, требовала клятв любви. Он произносил их, облекая в старую формулу счастья – «Люблю, навсегда».

Она, оставив свои мысли в покое, посмотрела на него.

– Боже, как же я его люблю. Уставший, постаревший, но такой родной. О чем он, интересно, думает?

А он, не замечая ее взгляда, задумчиво смотрел в одну точку. Он вспоминал самое, как ему казалось, тяжелое время. Любовница, жена, бизнес. Все стояло на одной чаше весов, и он сходил с ума, не зная, как поступить.

Бизнес уже не приносил прежнего дохода. Созданная им империя давала трещины, начинала шататься и разваливаться. А он думал о том, как сильно устал. Ночами ему снился один и тот же сон: он хочет идти, но ноги не слушаются и не могут сделать ни одного шага вперед. А он должен уйти от голоса, звучащего за его спиной, что повторяет слова: «Люблю, навсегда». Он понимал, что обязательно надо дойти до поворота. Потому что там выход из лабиринта, в котором он блуждает столько лет… Однажды сон закончился инфарктом. Лежа на больничной койке, он вдруг понял, что ничто не важно, кроме жизни и здоровья. Он был один на один с собой. Ни жены, ни любовницы, ни бизнеса.

– Что осталось? Куда я бежал? Почему мне так некомфортно быть одиноким? Я ведь так хотел этого одиночества.

Он не заметил, что говорит сам с собой вслух. Пожилая санитарка, поправляя подушку, как-то по-матерински сказала:

– Сынок, давай нашего батюшку позову. Может, совет какой даст.

От нахлынувших слез он ничего не мог сказать, только кивнул.

– Вот и славно, отдыхай.

На следующий день пришел священник. Он был примерно его ровесником.

– Жалуйся! – как-то по-доброму сказал батюшка.

– А о чем жаловаться, даже не знаю.

– Ну, знать-то ты все знаешь, а вот признаться тяжело. Ты признавайся. Священник-то, он не врач, он только медсестра, все должен выслушать и врачу доложить. А врач наверху. Господь – наш главный Целитель.

Сам того не замечая, он рассказал и о том, как разладились отношения с собственными родителями из-за женитьбы. Как он страдает, что не проводил их в последний путь. Как он долго любил свою жену и только годы спустя понял, что просто стал с ней одним целым. Про любовницу, которую не любил, но страсть брала свое. Про то, как все сделал, чтобы остаться одному, и не получил радости.

– А ты ведь от себя все последнее время бежишь. От старости своей. Боишься ты старости, боишься. Вот с молодой и связался, а духу не хватило выбор сделать. Ты ведь признательности ищешь, завидуешь, мечешься. А покой-то не наступает. Знаешь, когда покоя нет, надо молиться. А что до измены, то иногда супружеская неверность – единственное, что еще связывает жену с мужем.

Священник еще долго рассказывал о житии Святых. Потом исповедовал и причастил.

Ночью ему приснился сон: Он бежит по зеленому полю за белыми облаками. Навстречу идут родители, и мама говорит: «Ты свободен». Он проснулся и почувствовал впервые спокойствие.

– Люблю. Навсегда! – кто-то громко прокричал рядом. Они оглянулись: за соседним столиком гуляли молодые пары.

– Чужие, родные люди, – подумала она, а вслух, глядя ему в глаза, произнесла: – Любовь куда-то же уходит?

– Знаешь, один священник сказал мне: «Любовь – это гостья. Каждый мечтает, чтобы она его посетила. Одно из ее свойств – неподчинение человеческим законам. Она сама – Закон. Может прийти неожиданно и уйти, несмотря на суровую стражу, лавровые венки да пудовые замки. Никакие силы не властны над нею, она – сила и власть в содружестве с волей».

Комментарий автора:

Это даже не проблема мальчика-мужчины, который искал маму и друга в женщине. Это проблема отношения женщины к своему партнеру, который ей изменяет. Это проблема того, как человек вовне пытается все изменить, не меняясь внутри. Мысли, мысли, еще раз мысли!!!! Меняя собственные мысли, ты меняешь свою жизнь.

Любовь и судьба

Она сидела и смотрела на проходящие молодые пары. Ей казалось, что она древняя старуха.

Сегодня годовщина их свадьбы.

Он позвонил и в который раз сказал, что не придет ночевать. Он говорил, что любит ее, но что вынужден уехать в командировку вместо заболевшего коллеги.

Она пошла в церковь. Пожилой священник сказал, что Господь знает, для чего даны ей испытания. Что надо все отпустить. Что у нее еще будет желанное счастье. Надо просто молиться и ждать.

Она не могла ждать.

Она нервно снова и снова смотрела на скомканную газету. Развернула: «приворот сделаю быстро и недорого».

Она закурила. Что же делать? У нее дети, у нее любовь. У нее прожитые годы. И все отдать другой? Нет!

Она курила и вспоминала свою жизнь: Вот они юные целуются на пляже. Вот он принес ей букет ромашек и долго шутил, что в каждой ответ: «очень любит». Вот он притащил ее в концертный зал, и она терпеливо улыбалась музыке, которую не очень любила.

Она выкинула сигарету и решительно набрала телефон колдуньи.

– Мне нужен приворот! – сказала она слегка хриплым голосом.

– Приходите, – прозвучал спокойный чуть с восточным акцентом голос.

Она резко встала и направилась к машине.

Небольшая, не очень уютная квартира с противоречивой мебелью. Полумрак, кошка, попугай, запах свечей. Она вытащила фото.

– Я хочу его вернуть. У меня двое детей, мне 35. А я считаю себя старухой.

– А в церковь чего не пошла? – спросила колдунья.

– Не верю! Что толку?!

– Верну. Но помни: ответственность на тебе, сколько бы ни заплатила. Привяжу его к тебе. Ходить будет, как тень, за тобой. Другого встретишь, не пожалеешь?

– Я не встречу, – ответила она.

– Э-эх, – пожурила колдунья, – в жизни всякое бывает.

Колдунья достала иглу и, накалив на огне, проткнула ей палец.

Она смотрела, как струйки крови стекают на его фотографию. Ей казалось, что это он плачет кровавой слезой.

– Все! Он твой. Больной ли бедный. Пьяный или убогий. Тебе же все равно. Он твой.

Да, ей было все равно, лишь бы не уходил. Она летела домой, как на крыльях.

Его не было дома. Она приготовила ужин. Он не пришел ни в этот день, ни в другой. Он звонил, говорил, что в командировке. Что скоро приедет.

Приехал… Через неделю… Под утро. Пьяный в стельку.

«Странно, – подумала она. – Он никогда не пил».

Он стоял на коленях, обхватив ее ноги, и говорил о том, что жить без нее не может. Он просил отпустить его душу. А потом уснул у ее ног. Она перетащила его на диван и впервые заснула крепко и удовлетворенно. Детям было 14 и 12. Они спали.

Утром, проснувшись, он пожаловался на головную боль. Она сделала ему чай и стала будить детей.

С этого дня он все чаще стал бывать дома, говорил о любви. Она радовалось, но что-то тревожное беспокоило ее в его глазах. Как будто где-то из глубины его души светился укор: «Ты зачем это сделала?».

Они больше не вспоминали о любовнице. Но все чаще он приходил домой пьяным и ночью, терзая ее в объятьях, просил: «Ну, отпусти!».

Она ничего не понимала. Она давно забыла о колдунье. Росли дети, и старшей было 19. Дочь собиралась замуж.

Она уже устала от его пьяных истерик и полового бессилия.

Однажды, разбирая вещи на даче, нашла две сплетенные свечи и бархатный мешочек, что дала колдунья.

«Боже, какая гадость», – подумала она и выбросила все в мусор.

На следующий день она улетала с дочерью в Испанию, чтобы купить наряды к свадьбе. В самолете рядом оказался седой брутальный мужчина. Ей 40, ему 50. Она не заметила, как закружил ее этот роман. Она не заметила, как в ее жизнь пришла весна. Она впервые поняла, что такое быть женщиной.

Дочь вышла замуж, наступила зима.

Муж лишился бизнеса. Стал пить еще сильнее. А она разрывалась между Испанией, Любовью, Россией, ненавистью и пьющим мужем. Однажды ей позвонили и сказали, что он разбился на машине. Она ничего не поняла. Испытала только страх, боль, жалость, отчаяние и свободу. Она не помнила, как прошли эти трагические дни. Спустя два месяца пришла на его могилу.

Сидя на скамейке и вспоминая прошедший год, не заметила, как подошла тоненькая красавица с двумя пятилетними малышами. Она очнулась от детского вопроса: «Тетя, а вы тоже знали нашего папу?». Она посмотрела на блондинку с немым вопросом. Та покачала головой:

– Нет, он ничего не знал. Пять лет назад, в день вашей годовщины, он со мной простился и сказал, что любит только вас. Сказал, что возвращается к вам. Его вызвали в командировку вместо заболевшего друга. Больше мы не виделись.

Блондинка, помолчав, сказала: «Он любил вас до безумия». Повернулась и пошла с малышами по дорожке парка.

– Боже мой! – она все поняла.

Зайдя в маленькую часовню, она стояла на коленях и просила у Бога прощения.

Колокола перезвоном как будто говорили: «Поооздно, поздно».

Она не помнила, как доехала домой. Ее ничто не интересовало. Даже брутальный любовник.

– Никогда, – думала она, – никогда нельзя что-то пытаться изменить в Божьих планах относительно близких. Надо уметь ждать, верить, любить и молиться. Надо уметь смотреть правде в глаза и вовремя исправлять свои ошибки.

Комментарий автора:

Когда год за годом женщины не могут обрести любовь и построить семью, или когда рушится их брак, некоторые в отчаянии прибегают к черной ворожбе и приворотам, забывая, что всегда можно изменить ситуацию, никому не навредив. Молитва, как кредитная карточка. Каждый раз, когда вы копите сбережения на кредитную карту, у вас для покупки набирается нужная вам сумма. Так и молитва, вы каждый день накапливаете свой духовный потенциал и можете получить задуманное без всякого колдовства.

Метель

Она металась по комнате и не понимала, что происходит. Мысли путались. Страх леденил сердце.

«Надо собирать вещи и бежать, бежать, бежать».

Но куда? Если ее никто и нигде не ждет. И все равно было ясно, что необходимо уйти из этого дома, где, кажется, даже безликие предметы ополчились против нее. Где всегда жил страх, а не любовь. Уйти в непогоду, в холод, в летящий снег, и главное – оказаться как можно дальше от этого страшного человека.

«Сейчас первое – успокоиться, – говорила она себе. – Боже, как же страшно! Как же одиноко!»

Сердце билось так, как будто хотело выпрыгнуть из груди… Она открыла глаза.

– Кошмарный сон.

Серый рассвет пробивался сквозь светлые шторы. Шел сильный снег. Часы показывали 6 часов ненастного зимнего утра.

Слава Богу, это только сон. Она потерла виски, пытаясь стереть из памяти остатки сна.

Надела халат и пошла на кухню. Щелкнула включателем чайника. Заглянула в холодильник.

На несколько минут включила телевизор. Потом подошла к окну, посмотрела на двор, утопающий в свежих сугробах, прочерченный ломаными линиями голых деревьев. После сна на душе было тревожно. Она задумалась. Думала о том, что за окном опять мела метель.

Но не убаюкивала, не навевала добрый уютный сон, как это бывает в длинные зимние ночи. Снег бился в окна, как будто старался вновь напомнить о прошлом.

Метель всегда водила ее по кругу, заманивала в лабиринт судьбы, выход из которого не маячил спасительными огнями у далекого горизонта.

Мысли побежали в далекое прошлое.

Все началось с наивного желания изменить свою женскую жизнь, а значит – надломить судьбу и выправить ее: вытянуть в ровную красивую дорогу, с которой исчезнут непреодолимые препятствия. Она знала, что в ее роду из поколения в поколение женщины не были счастливы. А ей так хотелось, во что бы то ни стало, жить по-другому. Бабушка лучшей подруги подсказала адрес знахарки. Кто была та женщина, как-то не имело никакого значения. Сейчас она не могла вспомнить даже ее лица. Только лики икон и слова остались в памяти на всю жизнь:

– Изменили мы твою судьбу. Выходи замуж в метельный день. За первого встречного, что встретишь. Дай ему согласие в метельный вечер. Вот и сложится твое счастье. А вообще, девонька, – провожая ее, подытожила знахарка, – две метели в твоей жизни будут. Вот бы ты никого не перепутала…

– А как же мне не перепутать? – она почувствовала себя девочкой из сказки.

– Да ты не переживай. Жизнь и время – великие режиссеры. Приходят, все по местам расставляют, а нам потом только и остается, что удивляться.

Женщина протянула ей иконку:

– Возьми, «Вознесение Господне» называется. Не теряй. Молись всегда. Особенно, когда метель в душе завоет, сильнее молись. И благодари Бога, мы никогда не знаем, чего порой избегаем, молясь. Господь многое пережил, чтобы нас спасти. И тебя спасет.

После посещения знахарки она поделилась с подругами о предсказанном «метельном счастье». О том, что знахарка сказала; одна метель счастье унесет, а другая вернет.

Подруги еще пошутили:

– А что? Будет хэппи-энд. Как в повести Пушкина «Метель».

Был морозный солнечный день.

Девчонки стояли у огромного окна в холле института, который уже начали украшать к Новому году, и смотрели на снегирей, сидящих на ветках кустарника. Вдруг поднялся ветер, налетели тучи и огромными хлопьями повалил снег. Начавшаяся метель впечатляла своей удалью, дикой красотой и силой.

– Что, девушки, зимой любуетесь? А вот лично вас как зовут?

Незнакомый симпатичный парень по-доброму улыбался и смотрел на нее веселыми голубыми глазами. Ему хотелось верить. Даже больше – его хотелось любить. Они вместе встретили Новый год. Потом он исчез. Она рыдала от безысходности, все вечера проводя в институтском кафе.

А он появился внезапно так же, как исчез. И снова на улице бушевала сумасшедшая метель.

– Выходи за меня замуж, – услышала она. В конце февраля они расписались. Украшенная свадебной мишурой машина буксовала в сугробах, ветер пытался сорвать фату, сумасшедший снег слепил глаза. Но от всего этого беспредела погоды на сердце становилось еще теплее.

Беспредел в жизни начался позже, когда она неожиданно спросила, чем занимается ее муж. Таких вопросов он не принимал и рисовать в деталях свою жизнь не хотел даже жене, ожидающей их первого ребенка. Но тогда он еще был нежен и заботлив, а потому сказал что-то абстрактное и призвал ее никогда не волноваться, а просто быть счастливой. Главный аргумент его речей всегда порабощал ее волю. Он говорил эти слова, как никто другой, нежно, трепетно, ласково – «Я люблю тебя!», и земля уходила из-под ног.

Когда в их семье уже росло трое детей, все пазлы картины «счастливой жизни» наконец-то сложились. Он – бандитский авторитет. Она – просто жена без права голоса. С годами в практику вошли пьянки, унижения и побои. И тогда она серьезно задумалась о том, что предсказанное «метельное счастье» растаяло. Да и было ли оно? Она искала поддержки у подруг, которым всегда помогала в трудные минуты. Но ее не было. Она хотела слышать хотя бы слова участия. Но все молчали. Они обещали перезвонить, что-то сделать, найти выход. Но никто ничего не делал. Причина была очевидна: подруги жалели ее, но слишком боялись ее мужа. Она понимала это и старалась никого не осуждать.

Однажды, после очередного разбирательства мужа по поводу ее недовольного вида, она решила бежать.

Без денег и конкретных планов. С тех пор прошло двадцать лет. Но она помнила все детали того дня. И, кажется, не забыла рисунок снежинок, что ложились на шапочки ее маленьких детей. И направление ветра, обозначенного снежными вихрями в свете тусклого фонаря на маленькой железнодорожной станции. Опять была зима. И, как всегда, мела метель. Она сидела с детьми в холодном зале. Плакали дети. Средний по-взрослому успокаивал обоих:

– Не плачьте. А то нас в милицию заберут. Тогда опять назад к нему…

Сердце сжалось от боли. Больше всего на свете сейчас хотелось заплакать.

Она достала маленькую иконку, подаренную когда-то знахаркой. Слезы катились на лик Христа Вознесенного к Небу. Молча она шептала:

– Господи Всемогущий! Ты же видишь, мне некуда идти. Помоги моим детям, я так хочу согреться, иметь дом, где не страшно жить.

Она спрятала иконку на груди.

Жить было действительно негде. Забытая ею тетка, которая жила в этом поселке, куда-то уехала. Других родственников у нее давно не было.

Было уже поздно. На улице давно стемнело. Снег продолжал идти. Люди вносили его на обуви в зал станции. И сварливая уборщица, ругаясь, возила по полу большой тряпкой, убирая лужу.

– Ты долго сидеть-то собираешься? – спросила уборщица. – Смотри, дети спать уже хотят. Что за матеря-то пошли! Домой иди: корми да спать укладывай. Станция закрывается после прохода последней электрички. Иль не знала?

– Некуда мне идти, бабушка! Некуда! – последнее слово прозвучало на высокой ноте и эхом пронеслось по небольшому залу, потонув в стуке грохнувшей двери.

Заснеженный мужчина, ввалившись в помещение, остановился, задержал рукой дверь, а потому впустил поток снежного крутящего снег воздуха. Он смотрел на нее несколько секунд. Потом перевел взгляд на усталых детей, самый старший из которых с такой пронзительной жалостью смотрел на мать. Самый младший ребенок уже заснул на ее руках. Он решительно подошел, попросил уборщицу налить ему горячей воды в бутылку и тихо сказал:

– Я услышал, что вам негде жить. Могу предложить свою помощь. Хотя, понимаю, мое предложение покажется вам странным. У меня в поселке дом. Остался от родителей. Имение, так сказать. Типа дачи теперь. Могу поселить вас на первое время. Станцию действительно закроют до первой электрички.

– Ну что вы. Спасибо. Это как-то странно. Я вас не знаю. А вы – меня.

– Конечно. Но я, как порядочный мужчина, могу и жениться. И погода соответствует. Помните, как в пушкинской «Метели»? От судьбы не уйдешь. И от счастья – тоже не убежишь, если оно обещано этой самой судьбой.

– Обещано, – почему-то сказала она. И вздрогнула от своих слов.

– Ну, тогда не бойтесь ничего. А мне все-таки кажется, что я вас знаю. Но это сейчас не так важно. Метель, дорогу замело, надо спешить.

Он посадил их в припаркованный около станции джип и повез мимо старых окруженных садами домов, что в свете фар неуклюже выплывали из мрака. Его имение, как он называл свои владения, приняло их с добродушной простотой: скрипели половицы, дребезжала от ветра створка форточки, отдавала тепло русская печь, в красном углу крошечным маячком у иконы горела лампадка. И все нехитрое убранство дома и глаза Богородицы словно говорили, что бояться не надо. Она села на диван, сняла шубу. И не сразу поняла, куда делись дети, почему так тихо и спокойно. Поздним утром ее разбудил шум детских голосов, аромат чая и хлеба, который шел из кухни.

– Дети! Дети! – испуганным голосом крикнула она.

Вдруг перед ее глазами выстроилась веселая компания: малышка показывала ей сладкий пряник, старший сын держал лопату для чистки снега, средний сын – лукаво посмотрел на мать, на мгновение исчез и появился с бокалом, который протягивал ей. Над этим истинным ее счастьем, смеющимся, довольным и уже строящим планы, возвышался мужчина, которого она даже не успела вчера рассмотреть. Что-то знакомое промелькнуло в его улыбке.

– А я вас вспомнил. Вы-то, конечно, не помните меня. Я был музыкантом в институтском кафе. Однажды я пригласил вас танцевать, – в унисон ее мыслям сказал он.

– Вы приходили к нам каждый вечер, заказывали «Мартини» и грустно сидели одна.

– Танцевать со мной и пойти за меня замуж вы отказались. Сказали, что влюблены и что он должен прийти.

– Тогда еще звучала мелодия «Шербурские зонтики». Эта мелодия всегда напоминала мне о вас.

– Удивительно, что может произойти в жизни. Но! Нам рано жить воспоминаниями. Завтракать!

Своим монологом он не дал ей даже опомниться.

Она улыбалась, восстанавливая в памяти подробности того первого дня. Мысли прервал звонок мобильного телефона.

– Ты помнишь, какой сегодня день? – голос супруга был радостно родным.

– Ты выгляни в окно: как по заказу – метель! Дети обещали быть к вечеру. Ну, не волнуйся, все будут – все четыре дитяти! Самый молодой давно здесь, ведет себя неплохо. Да, ровно двадцать лет назад я нашел тебя, мое счастье. И не перебивай меня, пожалуйста.

Но она не перебивала. А просто слушала, как звучит его голос, как бьется ее сердце, которое любит этого мужчину. В музыку вьюги вплетались голоса птиц того летнего дня, когда они поженились назло всем метелям. Сегодня он ждал ее на даче, давно превратившейся в добротный и красивый.

Комментарий автора:

Христианство учит благодарить Бога за все – и за то, что нам кажется хорошим, и за то, что мы считаем плохим. Каждый человек к вере приходит сам (или не приходит вовсе). Я не призываю вас верить или не верить в молитву, Бога, попробуйте поверить, что мир – не абстракция и хаос, а порядок и система, а мы – немаловажное ее звено. Предлагаю анализировать собственную жизнь и те события, что в ней случаются, нет, не случаются, а происходят, – они есть следствия ваших желаний и поступков, к которым вы готовы или не готовы. Насколько готовы вы, настолько дается вам…

Мечта

Дорогая шуба была ее заветной мечтой. В один из выходных дней она обязательно выбиралась в бутики и смотрела на дорогие меха, на их красоту и манящую роскошь. Иногда даже что-то примеряла. Но когда продавец говорила комплименты, сетовала на то, что все-таки вещь не подходит. Играя в обеспеченную даму с тонким вкусом и большими запросами, уходила, чтобы снова грезить о шубе.

Поздним вечером, отправляясь спать в свою одинокую постель, она с тоской оглядывала стены однокомнатной квартиры и мечтала: вернее, «ходила в кино» – как ей нравилось говорить о своих мечтах.

Однушка в старом панельном доме, находившемся недалеко от Ботанического сада, досталась ей от бабушки подруги. Близкая подруга удачно вышла замуж и укатила в Америку, жила хорошо и ни в чем не нуждалась. Конечно, та периодически прилетела из Нью-Йорка: то хоронила отца, то забирала в Америку маму, но в Москве оставалась ее старенькая бабушка, которая была в тот момент всей имеющейся в России родней. Это приносило терзания, угрызения совести и становилось единственной преградой на пути к счастью.

Принимая близко к сердцу тревоги подруги, она согласилась ухаживать за бабушкой, досмотрела ее и в награду получила наследство – московскую квартиру. Шло время. Связь не терялась, дружба была уже другой, чем когда-то, но по-прежнему крепкой. К тому же она продолжала немного помогать подруге: выполняла самые разные просьбы и следила за недвижимостью, которая держалась на всякий случай.

Они дружили со школы. Света, так звали подругу, подкидывала ей с барского плеча то шмотки, то – подработку. Ей всегда удавалось быть независимой, иметь деньги, привлекать внимание мужчин. Казалось, что в этой жизни у Светки есть свои секреты. А ведь они были во многом похожи. Обе окончили университет, обе хотели преподавать, потом поступить в аспирантуру. Но Светке повезло намного больше. Или, во всяком случае, так казалось. Но ведь были красавица-дочь и муж-американец, молодой симпатичный мужчина и при этом успешный бизнесмен. Был большой дом, окруженный гектарами собственной земли с полоской леса. А у нее – старая однушка с унылым видом из окна, бесконечная работа с небольшой зарплатой и Светкины заботы.

Она вспомнила, как они вместе ехали из Петербурга в Москву поступать, потому что по какой-то только им известной прихоти хотели провести студенческие годы именно в столице.

Подруги всегда хорошо учились: она окончила школу с золотой медалью, Света – с серебряной. Обе легко поступили в МГУ. Позже получили красные университетские дипломы, были поглощены поисками работы и строили планы.

Но судьба Светки круто изменилась на последнем курсе института. Она познакомилась с американцем. Вернее – они обе познакомились. Это произошло на новогодней вечеринке у друзей. Он пригласил ее танцевать, смотрел восторженными глазами и говорил на английском комплименты.

Она не очень владела английским и, смущаясь, кивала на Свету. Светка смотрела на них и только улыбалась. В какой-то момент музыка замерла, и она решила, что танец кончился, и отошла от своего кавалера. Но он пошел за ней, взял за руку, хотел что-то сказать, но тут подошла Света и пригласила его на танец. Потом они исчезли, ни с кем не прощаясь. Так у Светки начался роман.

После выпускного вечера в университете Светка улетела в Америку. Через три месяца – вышла замуж. Быть свидетельницей на их свадьбе у подруги не получилось: без всяких объяснений ей было отказано в визе. Да и потом она ни разу так и не выбралась в Нью-Йорк.

Она часто представляла себя на Светкином месте. Мысленно появлялась на балах, ездила в путешествия, обустраивала красивый дом, примеряла шубы из дорогого натурального меха и сверкала бриллиантами. Как она хотела такую жизнь! Но почему это все досталось Светке, а не ей?

– Неудачница, – шипела она, обращаясь к самой себе.

Ворочаясь и переворачивая подушку, со злостью ругалась на себя:

– Спи, давай. Что развыступалась на Светку?! Живешь в ее квартире, хотя и получила за большой труд. Где бы ты жила сейчас? В Петербурге с мамой и семьей брата? А так все есть: свое жилье, работа в вузе. Да много чего есть.

Так, сдерживая слезы, она уговаривала себя. И опять ей перечило обиженное самолюбие, умноженное на годы и одиночество: «Неудачница! Успокаивайся. Живи и дальше своей грустной жизнью. Тебе уже 42 года!»

Так за бурным монологом сон куда-то улетел. Три часа ночи. За окном кружил снежок, чье падение освещали фонари, вырывая из глухой темноты. Она взяла последний каталог Диор.

– Боже, какие шубы! Ну почему у меня все не так? Может, к гадалке сходить? Может, я поменялась с кем-то судьбой? Ну что от того, что красивая, умная, все-таки – отличница, золотая медаль, красный диплом? И ничего. А как же хочется пожить красиво! Как Светка. Выходы в свет. Праздничные ужины. Неделя мод. Шубы от Феррагамо, часы от Картье, сумки от Шанель, – опять рассуждала вслух она.

Часы уже показывали половину шестого. Ложиться спать не имело смысла. Она сварила кофе, медленно пила его и смотрела, как начинается сумрачный зимний рассвет. Потом пошла в душ. Теплая вода сняла усталость бессонной ночи и развеяла мысли. Хотя в душе появилось раскаяние: все-таки живет в ней и никуда не девается зависть к близкой и любимой подруге.

Выходя из душа, она услышала телефонный звонок.

– Алло! – она схватила трубку. – Алло!

– Да не ори ты, – Светкин голос звучал спокойно и, как никогда, сильно обрадовал ее.

– А ты чего так рано? Или у вас уже поздно? Да ладно, все равно. Привет! Что-то случилось?

– Нет, все нормально. Хочу в Москву прикатить. Встреча выпускников. Забыла? Через неделю. Рейс и время напишу в смс.

Она действительно обо всем забыла. Замоталась со своими студентами, сессией и просто бытовухой. Даже такое событие, как долгожданная встреча выпускников, вылетело из головы.

И вот аэропорт, она стоит с букетом любимых подругой цветов со сложным названием. Света вышла из зоны прилета такая роскошная, что привлекла внимание всех мужчин и зависть женщин. Потом они ехали домой на такси, болтали и смеялись, как в молодости. Светка с неподдельным интересом смотрела в окна, отмечая изменения, которые произошли в городе. В однокомнатной квартире своей бабушки она немного погрустнела, но было заметно, как ей приятно находиться здесь, словно старые стены и воспоминания могли бы защитить ее от неминуемого и страшного.

Встреча выпускников действительно порадовала. Пришли почти все, кого очень хотелось увидеть. Светка и здесь была самой красивой. Все пытались узнать, как она живет: особенно те, кто когда-то стал свидетелем ее знакомства с американским мужем. Но она была немногословна и на все вопросы находила простые ответы, в которых не было никакой конкретики. Эта дипломатичность, манера держаться и говорить выдавали образ ее жизни и круг общения.

– Светик, а ты помнишь, как я был влюблен в тебя? По уши! – сказал ей однокурсник. – Мне казалось, что и ты не была равнодушна к моей скромной персоне. Но вижу, что ты счастлива и ни о чем не жалеешь.

– Именно так. А ты почему холост? Слушай, позвони мне, поговорим.

Он, конечно же, позвонил и был взволнован этим щедрым авансом в виде разговора, ее внимания к его жизни и согласия прийти на свидание. А Светка позволила себе закрутить легкий двухдневный романчик, а потом деликатно и четко дала понять, что продолжение невозможно.

– Слушай, ну не делай такие большие глаза!!! Понимаю, было бы лучше, если бы на эти свидания бегала ты. Кстати, хороший парень: был и остался таким, – Светка с мольбой смотрела на подругу. – Ты же знаешь, как я люблю своего мужа и ценю все, что есть в моей жизни. Но надо иногда встряхнуться и почувствовать, что муж – лучший мужчина в мире, и тебе крупно повезло.

– Да, тебе во всем и всегда везет, по-мелкому и по-крупному, – услышала она в ответ.

Однако никакие размолвки и разные взгляды на жизнь не могли омрачить этого счастья от встречи с городом молодости и старыми друзьями, от чувства свободы, которое захлестывало Светку. Они ходили в гости, в театр, сидели в кафе и не могли наговориться до полуночи. Однажды зашли в бутик, витрина которого заманила ее шубой. Соболиная шуба стоила невероятно много, но это не смутило, а наоборот, дало уверенность, что эта вещь – для нее. Сидела шуба великолепно.

– А можно и мне примерить эту шубу?

– Да не вопрос! Давай, подруга, облачайся в соболя! – сказала Светка.

Шуба окутала ее своей нежностью. В зеркале отразилась другая женщина – высокая и статная, с красивым цветом лица, большими зелеными глазами, которые подчеркивали рыжие волосы.

– Вам очень идет, – проговорила потрясенная продавщица.

– Да ты – богиня! – восхитилась Светка.

Ей было приятно. Но мысль, что сейчас эту шубу придется снять, потому что носить ее будет Светка, вызвала прилив злости. Она резко сбросила шубу.

– Что-то мне нехорошо, воздуха не хватает, – объяснила она смену своего настроения. При этом понимала, как же сильно она ненавидит свою жизнь.

Этот случай в меховом магазине вывел ее из равновесия. А Светка, ничего не замечая, продолжала рассказывать о своей семье: как любит ее муж, как все восхищаются их парой, какие большие надежды подает дочь. Говорила и о том, что ведут светскую жизнь, с кем дружат, на каких приемах бывают, какие драгоценности он ей дарит.

Это присутствие на чужом празднике жизни, даже если он принадлежал Светке, становилось утомительным. Потому что утром все повторялось: маленькая однокомнатная квартира, одинокое утро, дорога на работу, кафедра, учебный процесс, коллеги, опять дом, ужин, сон и хоровод невеселых мыслей о своей жизни.

Светка улетела домой. Жизнь пошла своим чередом, не обещая перемен. Но мысли о шубе не покидали ее, несмотря на то, что до Нового года оставался месяц, было много дел и забот, какие сваливаются в конце года. Во-первых, она планировала поехать на Светкину дачу. Тем более что та обмолвилась о решении продать крепкий кирпичный домик с садом. «Надо хоть напоследок пожить в дачном академическом поселке, подышать свежим воздухом среди сосен и берез», – думала она.

А во-вторых, нее появилась одна идея. В интернете она прочитала об обряде, помогающем осуществить мечту.

Для обряда надо было немного: 12 свечей, листы бумаги, фломастеры и мечта. Провести обряд она решила не в своей убогой квартире, а хотя бы на уютной даче, которая лет двадцать назад считалась довольно богатой. В субботний вечер, когда стекла окон покрылись узорами инея и взошла луна, она зажгла свечи и стала думать о мечте. Она вновь и вновь пыталась придумать свою жизнь, но кроме Светкиной, ничего не приходило в голову. Перед ней стояла одна и та же картинка: она в Светкиной шубе из соболей и то, как не Светка, а она ее носит. Она прочла вслух заговор и завершила обряд.

До Нового года оставалось всего две недели. И как-то среди ночи раздался телефонный звонок.

– Извини, что ночью. Ты можешь приехать ко мне? Я в госпитале, – голос Светки звучал глухо. В нем было столько усталости и боли, что сжалось сердце. – Я купила тебе тур. Завтра позвонят, помогут быстро оформить визу. Только не спрашивай сейчас ни о чем.

Она не знала, что делать, и была готова лететь на край света прямо сейчас. В середине следующего дня ей позвонили. Еще через день у нее были виза и билет. В аэропорту Нью-Йорка в вип-зале среди встречающих стоял юноша и держал табличку, на которой была написана ее фамилия. Она молча шла за ним к поданному автомобилю. Водитель учтиво поздоровался и объяснил: господин Тодф сожалеет, что не встретил ее сам.

Она ехала по вечернему Нью-Йорку, освещенному миллионом огней, праздничному, рождественскому, и даже сейчас завидовала Светке. Машина въехала в огромные ворота частной резиденции. Дом напоминал замок. Все, как она себе представляла. Навстречу вышел дворецкий и пригласил ее пройти в дом. Ее проводили в отведенную ей комнату и предложили ужин.

Она спустилась в гостиную в надежде увидеть Светкиного мужа. Увидев горничную, спросила:

– А где господин Тодф?

– Он скоро будет, – ответили ей.

Непонимание того, что происходит, стало тревожить и даже злить. Вскоре появился Гарри, поприветствовал дежурной улыбкой, пожал руку.

– Как прошел полет?

– Что со Светой? – спросила она.

– Ну что ж, пойдем, я расскажу.

В кабинете он посмотрел на нее долгим пристальным взглядом, от чего стало не по себе.

– А ты не изменилась. Жаль, что тогда на вечеринке в Москве ты сказала, что я не в твоем вкусе.

– Я? При чем здесь я? – она чуть не задохнулась от возмущения.

– Мне так говорила Светлана. Да ладно, не смущайся, это было так давно. Ты хорошо живешь с мужем? Знаю, что сделала карьеру. Кажется, сейчас заведуешь кафедрой в университете?

– Я не замужем.

– Правда? Света говорила, что у тебя удачный брак, любовь, у мужа хорошее финансовое положение.

– Где Света? – она пыталась сменить тему разговора.

– Ты не ответила мне. Почему ты не замужем?

– Не сложилось. Ответь, пожалуйста, где Света?

– Она в госпитале. Сделала аборт. Осложнения. Все не очень хорошо.

– Почему вы решили не рожать этого ребенка?

– Не вы. Она! И в этом большая разница! Ты что, ничего не знаешь? – его голос зазвучал резко. – Мы поженились, потому что Света была беременна. Честно скажу, что моей семье она не понравилась. Джейн родилась с патологией. И в этом вина жены. Так что мой брак был признан неудачным. Сейчас дочь уже взрослая девушка, живет в специальном интернате, где ей легче. Конечно, бывает и дома. Это моя боль, понимаешь?

– Как же вы жили все эти годы? Я была уверена, что счастливее вас никого нет.

– Светлана умеет рисовать сказку, – горько усмехнулся он. – У меня сейчас другая женщина. У Светы – другой мужчина. Но мы не разведены. А эта беременность была от любовника, как ты можешь догадаться. Я поставил условие: если она родит, то я лишу ее всего, что она имеет. Она сделала выбор.

– Но это жестоко!

– Такова жизнь.

Ночь прошла без сна. Она была потрясена, не хотела верить в слова Светкиного мужа и боялась утра, когда надо было ехать в госпиталь. Когда она вошла в палату, Света попыталась улыбнуться и протянула ей руку. Муж поставил букет цветов на ее тумбочку и вышел.

– Джентльмен. Этикет соблюдает, – иронично проговорила Светка. – Слушай, подруга моя дорогая, у меня просьба. Да, как всегда, просьба. Когда я умру, не оставляй мою Джейн. Женечка хорошая, она плохо говорит, но умненькая. Немного, но ходит. Он ее забудет, и его семья тоже. Сплавили в интернат. Я не смогла помешать этому. Кто я здесь? Так, предмет интерьера этого огромного холодного дома. А знаешь, о чем я мечтала все эти годы? Что буду жить в маленькой скромной квартирке, пусть даже не в центре Питера или Москвы, и у меня будет любимый муж, который будет меня тоже любить. И не надо всей этой мишуры в виде яхт, автомобилей, дорогой одежды, драгоценностей. Не надо этих лживых людей!

– Но ты же могла не избавляться от ребенка, уйти к другому мужчине, создать новую семью!

– К кому уйти? К альфонсу? Да, и сейчас я выбрала деньги, но уже ради Жени. Потому что муж не верит до сих пор, что это его дочь.

– Что я должна сделать, Светик?

– Прошу тебя, возьми все, что по закону принадлежит мне, и позаботься о моей девочке. Я попросила адвоката: в ячейках банка лежит папка, в ней все мои распоряжения и завещание.

– Я все сделаю, не беспокойся. Прости за вопрос: почему тогда, 20 лет назад, ты сказала Гарри, что он не в моем вкусе? Зачем?

– Потому что он сказал, что хочет жениться на тебе. Вот так с первого взгляда влюбился, когда ты танцевала с ним. Но этот счастливый билет хотела вытащить я. Вот и вытащила…

Светки не стало через два дня. После похорон она поехала к ее дочери в интернат. Но не стала говорить, что случилось с мамой.

– Мама опять уехала?

– Да, милая, она в Москве. А я буду всегда рядом с тобой, – ответила она.

Потом она улетела в морозную Москву, уладила формальности с работой и квартирой, вернулась в Америку. Светкин муж купил ей домик рядом с интернатом, и она смогла много времени проводить с Джейн, что пошло на пользу: девушка стала лучше говорить, стала более активной и веселой. Пришлось познакомиться с женщиной Светкиного мужа, в общении с которым она поняла, что и на его долю выпало не так много счастья. Просто он умел улыбаться, даже когда было очень плохо. Иногда она ловила на себе его заинтересованный взгляд, что всегда смущало и приносило чувство дискомфорта, как и ее мысли о нем, что посещали ее чаще, чем следовало.

Так пролетел год. Она даже не прикоснулись к содержимому двух ячеек: не хотела и чего-то боялась. Рождество решили встречать все вместе в огромном доме. Перед этим она все-таки отважилась съездить в банк. Она открыла первую ячейку и увидела папку с документами, деньги и украшения. Открыла вторую: и в ее руки заструилась та самая шуба из московского бутика. На дне ячейки лежал конверт. Она развернула сложенный лист бумаги: «Дорогая, спасибо за все! Я хорошо знаю твою порядочность, и то, что ты придешь в банк с большим опозданием – примерно в год. Прошу тебя, возьми то, что должно было принадлежать тебе. А шуба эта словно создана для тебя. Будь счастлива! Люблю!»

Она закрыла ячейки, вышла из банка и почему-то пошла не по тротуару, а прямо на дорогу, не держа, а словно обнимая шубу. Декабрьский ветер обжег лицо, как будто прилетел из России вместе со снегом, воспоминаниями о том, что было так дорого в этой жизни. Ее ослепили фары, оглушил резкий звук, с которым машина затормозила прямо около нее. Испуганный водитель выбежал из автомобиля, что-то говорил ей, поднимая руки к небу. Она плакала громко, как в детстве, уткнувшись в прекрасный мех, повторяя имя подруги.

Скорая помощь, медсестра, которая делала ей укол, полицейский участок, вопросы, ответы, все происходило, как в замедленном кино.

И звук шагов, растянутый как в замедленной съемке. Светкин муж бежал по коридору. Его голос и глаза. Его руки, обнимавшие ее. Обрывки зачем-то пришедших картин из прошлого, которое все еще жило в настоящем. Его слова, о долгой любви, смысл которых она сейчас не могла понять.

На полу лежала всеми забытая соболья шуба.

Комментарий автора:

Сегодня, открывая интернет, соцсети, различные блоги, мы находим множество обрядов для счастья, успеха, изменения судьбы. Авторы описывают все обряды, как безобидные, к тому же сделать их можно самостоятельно.

Конечно, памятуя о заповедях Божьих, мы понимаем – без Воли Творца ничто не происходит на этой планете. Но представьте себе, что чья-то мощная мысль, чей-то информационный посыл может стать последней каплей в копилке поступков человека, относительно которого эта мысль запущена.

Сегодня время, когда мы победили мир в погоне за цивилизацией. Мир, как пружина, выбрасывает нас за флажки, заставляет менять стереотипы мышления.

Именно поэтому контролируйте свои мысли и не допускайте реализации своего успеха за счет другого, даже незнакомого вам человека. Моделируя событие, не забывайте добавлять банальную фразу: «Если есть на то Воля твоя, Господи, если не во вред никому во Вселенной и моей душе, пусть будет так, как я задумал(а)». Всегда можно выстроить результат, но доверьтесь Творцу: он знает, каким должен быть правильный путь.

Вот такой смысл несет история, которая произошла с одной из моих подопечных. Она получила то, что хотела. Но огромное чувство вины не давало ей покоя и сил наслаждаться полученным. Сейчас уже все расставлено по местам, но почему это произошло – повод задуматься многим.

Подкидыш судьбы

Она с ужасом смотрела, как лицо дочери искажается гримасой ярости. Сквозь злость ее слов с трудом доходил их смысл. Ее маленькая любимая девочка выросла и превратилась в чудовище, которое выкрикивала гадости:

– Хочешь хорошие оценки? Учись сама. Убей меня, но я не буду делать домашние задания. И на физкультуру ходить не буду. И вообще, мне эта твоя школа по барабану.

Дочка вырвала из ее рук дневник, весь исписанный замечаниями учителей, и бросила на пол. Потом толкнула в грудь. От неожиданности она отступила назад, чуть не упав. Дочка схватилась за дверь и захлопнула у нее перед лицом:

– И вообще, больше не заходи в мою комнату без разрешения! – проорала сквозь дверь.

Она взяла в дрожащие руки телефон и позвонила мужу.

– Когда ты приедешь? Нам надо что-то делать. Девочка стала совершенно неуправляемой. Поговори с ней как отец. Сегодня… – она пыталась сбивчиво рассказать о случившемся. Ее душили слезы. Срывался голос. Но он перебил ее, словно отмахнулся от надоедливой мухи.

– Ты зря драматизируешь. Переходный возраст. Все наладится. Оставь ее в покое. В конце концов, это не в первый раз. Давай поговорим. По телефону легче.

– Что значит не в первый? Это же твоя дочь. Причем здесь «по телефону легче»?

– Да, легче, нам давно надо поговорить. Правда, совсем о другом. Понимаешь… – он замялся, подыскивая слова. – Я встретил женщину. Это серьезно. В общем, я хочу с тобой расстаться. Конечно, я буду помогать…

В глазах потемнело. Было такое ощущение, словно ее ударили наотмашь. Нет, более того, дали ножом в спину. Тело сковала невыносимая боль, сердце бешено колотилось, перехватило дыхание. Она опустилась на диван, стараясь справиться с тем ужасом, что охватил ее. Мир, который она любила и оберегала все эти годы, рушился. Через полчаса она смогла встать и дойти до коридора. Ее мучила мысль, как сказать об этом дочери. И надо ли. Может быть, все еще наладится. Ведь не первый раз у мужа случался роман. Она терпела, зная, что это не навсегда, и он останется ее, только ее.

Она вышла в коридор и начала одеваться. Зазвонил городской телефон. Из своей комнаты выскочила дочь и застыла.

– Мама, тебе плохо? Куда ты уходишь? Куда-а-а? – кричала она, выйдя на лестничную площадку.

– Простудишься. Закрой дверь. Я скоро, – тихо проговорила она дочери.

На улице морозный вечер обжег холодным воздухом, вернув способность ровно дышать. На небе спокойным огнем горели звезды. Она пошла вперед, мимо знакомых домов, горящих витрин магазинов, метро…

Как один миг, бежали в голове картинки прошлого.

Вот она встретила будущего мужа, который только пришел из армии, и влюбилась. Эта любовь была как затмение, как солнечный удар. Но никакой другой она бы не хотела даже когда начала понимать, что любимый, а потом жених и наконец – муж, больше позволяет любить себя, чем любит сам. Через год после свадьбы родилась дочь – как две капли воды похожая на отца. И это была двойная милость Бога: врачи говорили, что у нее не будет детей. А тут – дочь! И какое это будет счастье – всегда видеть его глаза, его губы, его манеры, даже когда его не было рядом. А его действительно часто не было рядом. Работа предполагала командировки, в которые он всегда отправлялся с большим удовольствием. Так шли годы.

– Почему все так произошло? – сквозь слезы твердила она. – Эта девочка не должна была появиться на свет, но появилась. Такой долгожданный ребенок. Единственный и оттого любимый безмерно. Рожденный от любимого мужчины. Да, мужчины, который слишком часто смотрит на других женщин. Но почему я не могу его разлюбить? На что надеюсь? Наверное, муж был прав, когда говорил, что я слишком балую дочь. И его я разбаловала на свою голову. Вот дождалась благодарности и взаимных чувств.

– Господи за что? Что я сделала не так? Как мне жить, когда в семье такое творится? – сказала она вслух. – Господи, помоги мне! Верни любовь в мою семью. Помоги мне понять мою дочь, а моей дочери – меня.

Она вложила столько силы и любви в эти слова, что почему-то наивно подумала: «Сейчас небо осветится ангельским светом и произойдет чудо. Она вернется домой, а там муж и дочь ждут ее, волнуются, любят». Небо заволокло паутиной туч, пошел снег – сначала редкий, а потом метельный, гонимый ветром.

Чуда не произошло. И, казалось, Бог не дал ни ответа на ее вопросы, ни подсказки. Она огляделась.

Совершенно одна, посреди холодного пустынного сквера, заносимого февральским снегом. Одна на дороге жизни.

Было ощущение, что ее высадили на обочину, и она не знала, что делать. То ли догонять уехавший автомобиль, то ли брести назад.

Постояв немного, она повернула было домой. Но ее внимание привлек странный звук, доносившийся из сугроба. «Котенок, наверное», – подумала она. Звук повторился. «Замерзнет бедняга. Жалко». Она полезла, проваливаясь в глубину сугроба. Там под ветками кустарника в большой картонной коробке, припорошенной снегом, лежал младенец. Она взяла его в руки, выбралась из сугроба, расстегнула шубу и прижала ребенка к себе.

Каким-то странным чутьем она шла прямо к больнице, словно ее кто-то вел. Но ведь в этом месте своего района она раньше никогда не бывала.

– Держись, малыш, все хорошо! Обещаю тебе. Но и ты, мой хороший, пообещай, что не заболеешь.

В больнице врач развернул одеяло, в которое младенец был завернут, осмотрел его:

– Мальчик. Возраст примерно полторы-две недели. Реакции в норме. 8–9 по шкале Апгар. Хрипов в легких нет. Ох, как малышу повезло! Судя по всему, вы нашли его очень быстро. Он даже замерзнуть, как следует, не успел.

– Доктор, куда вы его теперь?

– Переведем в детскую больницу, там подержат нужное время, понаблюдают. А потом – в Дом малютки. Привычная схема. А вы идите домой, вы вообще здоровы?

– Нет, не надо в Дом малютки. Я возьму его себе. Пожалуйста…

– Ну, не мне решать. Это другое, как говорится, ведомство.

– Я все понимаю и на все согласна.

Она вернулась домой только ночью. Дочь не спала и выглядела измученной.

– Ну, мама! Мама! Сижу тут совершенно одна. Ни тебя, ни папы. Я так волновалась, даже папе позвонила. Он сказал, что ты должна мне что-то сказать. Что случилось?

– Все хорошо, дорогая. Ложись спать. Помнишь, как в сказках говорилось: утро вечера мудренее. Завтра в школу. А, впрочем, если не хочешь идти – не ходи! – она сказала все это спокойным голосом, с легкой улыбкой, что удивило дочь.

Утром дочь встала сама, позавтракала не тем, что ей приготовила мама, а тем – что нашла в холодильнике, и ушла в школу. Вечером дочь наблюдала за мамой, не понимая произошедших изменений. Она долго читала ее короткий ответ с философским подтекстом на замечания учителей в школьном дневнике, что вообще поставило в тупик. Озадачивал и еще один момент: у мамы словно появилась тайна. И ее не терпелось разгадать.

В один из воскресных дней, когда папа, который должен был вернуться из очередной командировки, так и не появился, она сказала:

– Дочь, ты уже взрослая. Поэтому у тебя есть право делать ошибки, например, по отношению к своему образованию. А еще, я надеюсь, что ты умеешь понимать людей. Я говорю о твоем отце, который уходит от нас. Что касается меня, то я беру ребенка из детского дома. Это мальчик. Очень маленький мальчик. Я начала оформлять документы на усыновление.

Она наблюдала, как меняется выражение лица ее девочки, пытаясь не выдать, как ей тяжело говорить все это. Особенно про отца. В 15 лет мир кажется другим, менее жестоким, чем в реальности. Уход отца из семьи и появление чужого ребенка в их доме – такой стресс переживет не каждый.

Дочь встала и вышла из комнаты. Ее глаза были сухими. Но во взгляде опять появилась злость. Когда мать принесла малыша, дочь отказалась даже подойти к нему. Потом ее начало раздражать все, что было с ним связано: ночной плач, появление няни, расспросы отца о том, что случилось с мамой и какое отчество дали ребенку, и не навесят ли на него алименты. Он даже пришел несколько раз, чтобы взглянуть на то, что происходит дома, и заодно взять свои вещи после развода. При этом задержался в комнате малыша дольше, чем позволяло обычное любопытство. Ему понравился малыш. И даже в какое-то мгновение показалось, что он похож на его дочь, а значит – на него. А тот, словно чувствуя, что однажды его спасли от смерти, постоянно улыбался и не сводил влюбленных глаз с каждого члена своей новой семьи.

Но дочь ревновала, а потому фыркала:

– Теперь этот лягушонок вместо меня! Что, замену нашла?

Мать только задумчиво улыбалась ей в ответ. Но любовь, которую излучал этот маленький мальчик, очень скоро растопила и сердце сестры. Особенно, когда в дом пришла беда. Малыш заболел. Он задыхался. Они обе метались по квартире, не зная, чем ему помочь в ожидании «скорой». В больнице его состояние долго оставалось критическим. Требовалось переливание крови. Но группа крови была редкой, такой, какую имел ее бывший муж. Она набрала его номер телефона и рассказала, почему требуется его помощь.

– Я сейчас приеду. Все будет хорошо.

Он приехал в клинику через час, а еще через три часа, когда малышу стало легче, она везла мужа по его новому адресу жительства.

– Можно, мы поедем к нам домой? Я устал скитаться. Хочу домой. И голова немного кружится. Покормишь меня?

Она ни о чем его не спросила. Не хотела и не могла, потому что сейчас было главное спасти сына. И они делали это вместе. Как когда-то, когда болела дочь.

Ему постелили на диване в гостиной. Он лег, с наслаждением вытянулся, подтянул к подбородку старый плед, вдохнул его запах, провел по нему рукой и ответил на ее взгляд:

– Понимаешь, пахнет домом, моим домом. Все остальное суета, совершенно никому не нужная.

Она заметила, что на его висках стало больше седины, в глазах – появилась тоска. И с какой надеждой эти глаза смотрели на нее! Все это разволновало ее, и она поспешила уйти в свою комнату. Он слышал, как она плачет. Она плакала, потому что боялась за сына, потому что все еще любила этого мужчину, потому что была благодарна, что он пришел по первому ее зову. Он вошел в комнату, сел на край кровати и погладил ее по голове.

– Не надо. Не плачь, даже если я самый большой подлец на свете, который, несмотря на это, не может без вас.

Она взяла его руку в свою и прижалась к ней щекой. Утром она боялась поднять глаза на дочь, на него и даже посмотреть в зеркало. Ночь вернула их в счастливое прошлое. Но правильно ли она поступила? И как теперь себя вести? Эти вопросы были трудными.

А он сидел на кухне и кормил завтраком дочь, подбадривая своими обычными шутками. Дочь была счастлива, много смеялась. Все было как всегда. Словно кадры любительского фильма об их семье прокрутили назад.

– Как себя чувствует мой сын? Отлично, доктор, спасибо! – возбужденно говорил он по телефону.

За эти его слова она могла бы отдать жизнь. Но жизнь нужна была ей, чтобы любить: любить его, дочь, сына и просто этот мир.

– После обеда едем в клинику. Я отпросился на работе. Наш принц чувствует себя лучше, – с радостью сказал он и посмотрел на нее, вымаливая и разрешение, и прощение.

– Я с вами! – крикнула из прихожей дочь.

Через две недели малыш снова был дома. Дочь возилась с ним и начинала ревновать его ко всем: к матери, к отцу и даже к няне. Бывший муж часто приходил, приносил игрушки, детское питание, деньги, которые передавал через дочь. Но разговора о том, как он живет и как им всем жить дальше, не возникало. Хотя было понятно, что он слишком сильно обжегся, а потому давно один и снимает жилье.

Город готовился к встрече Нового года, а они – ко дню рождения малыша. Наряжая вместе с дочерью елку, она почувствовала, что сейчас упадет в обморок. Но все быстро прошло. А потом повторилось на следующий день. Календарь «рассказал» ей причину недуга. Жизнь опять ввела в лабиринт, из которого придется искать выход. «Дитя любви, – повторяла она про себя. – И что же мне делать с тобой?»

Новый год праздновали весело. Для радости был и еще один повод: малыш сделал первые шаги. Да и вся семья была в сборе. Он пришел без разрешения, как самый щедрый в мире дед Мороз. Дети не скрывали счастья. Сын уже неделю называл его папой, и делал это так забавно, так искренне, так безмятежно, что отец светился от радости.

В новогоднюю ночь, когда малыш уже спал, а дочь веселилась со своими друзьями во дворе, они вышли на балкон. Зимнее звездное небо освещал салют.

– Я беременна, – сказала она без предисловий.

– Знаю. Ты всегда выглядишь в этот период как-то особенно. У нас будет трое детей. Это же здорово!

– У нас… – повторила она. – Бог помог вернуть всех, кого люблю и даже добавил столько нежданного счастья. Знаешь, когда ты ушел, я молила его понять, простить, найти путь. И нашла малыша. Как вспомню, так сердце холодеет. Тогда было такое же морозное небо. Но разве можно войти второй раз в одну реку?

– Мы уже вошли в эту реку и опять плывем вместе. А еще я хочу, чтобы ребенок был похож на тебя.

– Правда?

Комментарий автора:

«Чистое и непорочное благочестие пред Богом и Отцем есть то, чтобы призирать сирот и вдов в их скорбях…»(Библия, Евангелие от Иакова 1:27). Мы знаем много примеров, когда семьи усыновляют детей и появляются собственные дети. Это происходит потому что, когда принимаешь приемного ребенка, ты осознаешь, что в твоей силе реально изменить чью-то жизнь. И тогда Вселенная меняет твою собственную.

Пойманный в сети

– Какое чудесное в этом году лето! – думала она. – Ведь именно сейчас все сбылось. Даже самое-самое. У меня есть все, о чем можно мечтать. Самое главное – ребенок!» Она улыбнулась своим мыслям и малышу, чье появление ждали на этой неделе.

По небу плыли кучевые облака, белоснежные и важные. Что-то шептали листья деревьев. Пели птицы. Ветер приносил из сада аромат роз, которые она выращивала несколько лет, и уже могла гордиться своим маленьким розарием. Рядом с бассейном на той стороне, где его накрывала тень дома, было прохладно. В последние месяцы беременности жара томила ее, а в комнатах огромного дома было душно, даже если работал кондиционер. И только муж мог часами не выходить из своего кабинета, почему-то стал закрываться на ключ, а перед сном несколько раз проверял свою электронную почту. Это настораживало, но не настолько, чтобы сконцентрировать все свое внимание на таких пустяках, особенно сейчас. Возможно, это была защитная реакция или нежелание впускать в свою жизнь хотя бы маленькие тревоги. Тем более, накануне таких важных событий: дня рождения мужа и появления малыша. Ей хотелось, чтобы ребенок родился в его сорокалетие.

Она встала и вошла в дом. В нем было тихо и спокойно. Потому что все было хорошо: любовь, семья, благополучие, будущий ребенок. Вспомнила, как в парке он смело подошел к ней познакомиться, но понравился подруге, а не ей. Потом начал ухаживать так, что было невозможно не влюбиться. В один из зимних дней пришел с замерзшими на морозе цветами и сделал предложение. Со временем создал свою компанию, год за годом добивался успеха. Именно это заставляло их откладывать рождение детей. Но через десять лет брака она поставила условие, а он искренне обрадовался тому, что она хочет ребенка.

Подойдя к двери его кабинета, она не постучала, как это делала обычно, а просто вошла. Он обернулся, услышав ее шаги, и спешно свернул все окна на экране компьютера.

– Ты не постучала, – холодно сказал он.

– Прости, но я не думала, что у тебя есть секреты от меня, – проговорила она, желая перевести все в шутку.

– Это не секреты, дорогая, а жизнь. Разница, как мне кажется, большая.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Об этом потом. Сейчас мне нужно срочно уехать.

Ничего не объясняя, он как-то судорожно оделся, сел в машину и уехал. Она осталась одна. Хорошее настроение и, тем более, ощущение счастья исчезли. Было трудно объяснить, что происходит. Но то, что происходит что-то не очень хорошее, было ясно. Откуда-то из глубины доносилась приглушенная мелодия мобильного телефона мужа и приходящих смс. Она вошла в гардеробную. В кармане его пиджака лежал забытый телефон. «Да, видно, что он очень торопился». Она открыла смс. Сообщение потрясло ее. От слова «любимый» закружилась голова.

Номер телефона, с которого шли звонки и смс, был сохранен под мужским именем. Но писала женщина.

Она снова поднялась в кабинет мужа, который не был закрыт, как обычно, на ключ, и включила компьютер. Как ни странно, но пароль оставался прежним. А придумывали они его вместе. Это было имя будущего ребенка и возможная дата его рождения. Электронная почта пестрила нежными письмами и красивыми фотографиями молодой девушки. Потрясающе красивой. Фото были постановочные, сделанные хорошим фотографом. Позы девушки также намекали на поведение профессиональной модели.

В одном из разделов почты она обнаружила сообщения с сайта знакомств, где очевидно был зарегистрирован и часто бывал муж.

Вся личная переписка сводилась к девушке, которая явно могла бы претендовать на титул «Мисс Вселенная».

– Что делает на сайте знакомств такая «Красава»? – подумалось ей.

Возлюбленная мужа писала ему о своих чувствах, трудном финансовом положении, об учебе в институте и о невыносимой жизни в общежитии. Он утешал, внушал ей уверенность в завтрашнем дне и спрашивал, как может помочь. Всплыли цифры сумм, которые он уже ей переслал. В последних письмах он просил о встрече, говорил, что прилетит к ней на край России всего на час, чтобы только увидеть ее. Сообщал, что купил билет. Она просила подождать. Тогда он посылал ей билеты, чтобы она сама прилетела в Москву. Но девушка писала – что у нее экзамены. Судя по письмам, он страдал и был влюблен или лучше сказать – болен этой любовью.

Она специально не стала выключать компьютер, чтобы показать, что все знает.

Так грубыми мазками была нарисована реальная картина ее семейной жизни и перспективы.

Как же это случилось, что накануне родов, которые он так ждал, муж попадает в омут виртуальной любви и помогает девушке? Как давно длится их связь?

Кто она, если он ее никогда не видел?

Существует ли эта девушка вообще?

Эти и другие вопросы не давали ей покоя. Она с нетерпением ждала возвращения мужа.

Он вернулся поздно вечером, не заходя в гостиную, где она смотрела телевизор, поднялся в кабинет. Затем спустился на первый этаж, подошел к ней, устало сел в кресло и сказал:

– Ты все узнала сама. Это даже лучше. Как мы будем жить дальше, я еще не знаю. Но у меня одна просьба: ты не могла бы в день моего рождения уйти?!

Я очень прошу тебя уехать к маме или в городскую квартиру. Я жду ее. Понимаешь, ее? – он сделал ударение на последнем слове.

– А ты понимаешь, что я жду в эти дни ребенка? – стараясь не терять самообладания, спросила она.

Он молчал. И она молчала. Накануне своего дня рождения он все-таки заговорил, сообщив, что девушка не приедет. Он был расстроен и озадачен. Ведь девушке посылался билет за билетом, которые та просто игнорировала. Компьютерная красавица всегда находила причины, чтобы не приезжать. Но деньги просила и просила. Он не мог ей отказать. Сумма росла и была уже внушительной.

В день рождения мужа она испекла торт и пригласила несколько самых близких друзей. Отмечали юбилей недолго, так как пришлось вызвать «скорую помощь» и отправиться в больницу. Начинались роды. Он был рядом, а в дни после рождения дочери находился вместе с ней в палате дорогой клиники, заботился и даже старался баловать.

После выписки из клиники жизнь вошла в привычное русло. Она занималась ребенком, а он сидел в интернете и ждал писем. В один из дней она спала, устав от бессонной ночи. Ее разбудил громкий голос мужа. Он ругался, что-то бросал на пол, потом она слышала, как ему было плохо в ванной. Приступы тошноты и высокая температура не отпускали пять дней. Он похудел и выглядел совершенно больным. Приехал домашний доктор, прописал успокоительные средства. Она ухаживала за ним, боясь спросить его, что привело его к такому состоянию. Но все-таки спросила. Ответ казался бредом:

– Она – это не она! Какая мерзкая ложь! Я любил ее! Отправил ей столько денег. Купил столько билетов. Она отказывается вернуть деньги. И меня в лице всех мужчин упрекает в том, что мы любим только красивых. Да еще нагло спрашивает, что делать ей, если она самая обыкновенная? Прислала мне свое настоящее фото. Это же Баба Яга в молодости. Самое главное, что я не могу добраться до этой твари, потому что это интернет – виртуальное пространство. А я – реальный!

– Так живи реальной жизнью, ты же все для этого имеешь! – крикнула она.

– Не могу. Скучно. Словно чего-то не хватает. И друзья говорят мне, что ты красивая, хорошая хозяйка, родила мне дочь. А я не знаю, как жить. В общем, ты ни в чем не будешь нуждаться.

Они разъехались. Она с дочерью жила в городской квартире, пригласила няню и начала работать. Он, по-прежнему, оставался любящим отцом, восхищавшимся, что дочь – его портрет. Но в интернете мелькали новые женские лица, что было интересно. Каждая новая знакомая представлялась лучше предыдущей, потому что, как ему казалось, понимала его как никто другой. В дом стали приезжать и гостить так называемые подруги. Но никто не задерживался надолго. Летели дни и месяцы. Но странно, что разные женщины говорили одни и те же слова, приукрашивая себя и свою жизнь. У них были одинаковые проблемы. В этом цветном и монотонном калейдоскопе событий он давно забыл, кого ищет и зачем.

Его и ее жизнь шли параллельным и, казалось бы, непересекающимся курсом.

Как-то зимой, когда днем – мороз и яркое солнце, а вечером – на небе россыпь звезд, он позвонил ей:

– Помнишь, такой же день был, когда я просил твоей руки. Цветы еще замерзли. Знаешь, я устал от тупой лжи, от каких-то непонятных женщин, от себя самого. Я пойман в сети. Самому противно. Слушай, могли бы мы снова быть вместе?

– Я замужем. Вот уже месяц.

Комментарий автора:

«Девочки», находящиеся по ту сторону экрана – выкладывают только самые лучшие и тщательно отобранные свои фотографии, они старательно думают над темами для разговора и кажутся фантастически интересными собеседницами. Они заставляют мужчину мечтать, оставаясь загадочными красавицами с таинственным ореолом. Женам трудно конкурировать. Красота и таинственность – те крючки, на которые во все времена ловилась рыбка мужского пола. Создать подобный образ и влюбить в этот образ можно мужчину одинокого в душе или с заниженной самооценкой. И даже если он мудр и осознает, что фотографии, возможно, весьма далеки от реальности, природа вновь и вновь будет брать свое; он попадется все на тот же крючок.

Успокаивает одно: как ни рисуй в своих аккаунтах счастливую жизнь для окружающих, счастливой от этого не становишься. Вывод: стоит ли плести кружева, которые впоследствии могут стать сетью?

Правило бумеранга

Из иллюминатора самолета еще был виден скалистый берег и синева моря. Эту уплывающую красоту не хотелось отпускать, ведь через несколько часов полета их ждал серый город, окутанный вечными осенними дождями, холода и суета. Она достала фотоаппарат и сделала снимок.

– Смотри, как красиво смотрится крыло самолета на фоне моря.

– Кстати, профиль самолетного крыла близок к профилю возвращающегося бумеранга, – неожиданно и как-то некстати сказал он своим монотонным голосом.

Она посмотрела на него и вздохнула. Несмотря на семь лет брака, их эмоции редко совпадали. И ей всегда казалось, что его женой была не она, а другая женщина – его мать, которой он полностью подчинялся, несмотря на свои сорок лет. А она была просто любовницей, с которой ему великодушно разрешали встречаться.

– Из аэропорта я еду к маме, а ты – домой, – четко проговорил муж. – Она соскучилась. Пробуду у нее до конца отпуска.

Они поехали в разные районы города. В ранних сумерках начала октября окна домов светились каким-то волшебным светом – каждый своим. Но почему-то казалось, что там – за шторами, у всех было счастье. Может быть, поэтому с детства она так любила наблюдать, как сгущается темнота, как зажигаются фонари и окна. Вот и окно ее квартиры засветилось мягким светом. Но было ли счастье? Этот вопрос она часто задавала себе, но быстро отгоняла все мысли, чтобы не гневить Бога. Потому что вроде бы все было хороню. Или просто нормально. Хотя грань между этими понятиями не такая размытая, как это может показаться.

Утро следующего дня принесло только проблемы. Для начала не сработал вовремя будильник. Потом не завелась машина. Список «не» продолжался весь день. Вечером ее вызвал директор и сказал, что она попадает под сокращение. Так стало понятно, что у нее нет работы.

– Я ценю вас как специалиста. У вас прекрасное образование, опыт! И женщина вы красивая. Но поймите и нас: кризис! – босс развел руками и сделал трагическое лицо.

Это была катастрофа, потому что в финансовых вопросах она не могла положиться на мужа. Жизнь ее семьи многим казалась странной: в чем-то в ней было европейское распределение ролей, особенно когда дело касалось денег. Только мужчина вел себя исключительно «по-русски», считая, что украшает собой жизнь женщины, каким бы ни был. Тем более что в глазах мамы он представлялся мачо, которого все избранницы в принципе были не достойны. Инициатором завершения всех его любовных историй всегда была мама. При этом она ворчала, что желает играть с внуками. Но от какой именно женщины должны были родиться внуки, мама не могла определиться.

Утро не порадовало ничем. Ночь была бессонной, и она решила нарушить покой мужа.

– Как мама? – проговорила она в телефонную трубку и, не дожидаясь ответа, выпалила:

– Я осталась без работы.

– Не ты одна, дорогая. Ищи, размещай резюме. У маминой подруги дочь без работы. Ничего, пошла на рынок, стоит, торгует.

– А ты бы пошел?

– Ну, не знаю…

Она понимала, что разговор бесполезен. Но через два месяца безуспешных поисков работы пришлось вновь вернуться к нему. Был выходной день. После завтрака он лежал на диване и смотрел телевизор. Ее проблемы не слишком волновали его.

– Я знаю, что на твоем предприятии открыта вакансия. Пусть это маленькие деньги, но деньги! – она не упрекала его в том, что он не содержит семью, а просила у него всего лишь помощи.

– Ну и что? – холодно отреагировал муж.

– Ты же можешь помочь. Тем более, что его создавала твоя мама! Что ты сам ни разу в жизни не устроился на работу сам. Одно ее слово может решить все. Ты же работаешь, не имея специального образования. И все благодаря ей.

– Не впутывай сюда мою маму. У нее слабое здоровье!

– Я говорю о том, что ее ценят. И она по-прежнему является консультантом.

Он вскочил с дивана. Прошел от окна до стены. Вышел на кухню. Вернулся. Взял в руки книгу и швырнул ее на пол. Подбежал к ней и зло прошипел:

– Я желаю тебе болезни моей мамы в десятикратном размере.

– За что? – из ее глаз брызнули слезы. – Прошу тебя, возьми свои слова обратно. Пожалуйста, возьми свои слова обратно.

Ее голос дрожал, руки тряслись. В одно мгновение навалилось предчувствие того, что случилось что-то очень плохое. Было предчувствие беды, которую нельзя, отмолив, отвести в сторону и навсегда оставить там.

– Уходи, – тихо проговорила она.

Он ушел к маме, которая через неделю позвонила и сказала, что ее мальчик потерял с ней семь лет своей жизни. Он ушел к новым подругам. В пустоту неудачных романов. Ушел в ожидания доброй феи, которая даст ему все и сразу и не попросит что-то взамен. По старой привычке звонил ей и пытался рассказывать о подвигах и поражениях в личной жизни. Она сразу же прекращала разговор. Было противно. Тем более что с каждым днем она чувствовала себя все хуже. Ничего не болело. Просто не было сил жить.

Она ходила к психологу и долгими часами слушала, что это ее страхи и мнительность. Она ходила по врачам, которые говорили, что все хорошо и назначали антидепрессанты.

Ей казалось, что она умирала.

И тогда она пошла на исповедь. Рассказывая священнику о своих бедах и невзгодах, даже не понимала, почему она здесь. Терпеливый батюшка говорил, что ее муж – несчастный человек и не надо с ним делить его несчастья. Проклиная ее, он просто лишился разума, не желая взглянуть настоящему в глаза.

Священник попросил ее читать Великий покаянный канон неделю и держать пост. А потом прийти на исповедь и причастие. Она так и сделала. После службы и причастия наступило облегчение. Она стояла перед иконой Казанской Богородицы и со слезами рассказывала, как хочет стать счастливой. Она простила и мужа, и его мать, и себя за потраченные впустую годы.

Выйдя из церкви, она вдруг заметила, как ноябрь с первым снегом и ночными легкими морозами плавно переходил в зиму. Вышло ленивое солнце, золотило иней на ветках деревьев и сухую траву. Город ждал Новый год и надеялся, что все изменится к лучшему.

У подъезда своего дома она увидела подругу юности Ирку. Та улыбалась той детской улыбкой, какая появляется только при виде друзей, которые знают тебя долго-долго и любят в радости и в горести.

– Собирайся, мы уезжаем! Путевки, билеты, наполеоновские планы – готовы, – тараторила Ирка.

– Ты сошла с ума!

– Конечно! Чего и тебе рекомендую сделать незамедлительно. Самолет завтра. Туда, где всегда лето! На горные лыжи я не решилась тебя поставить.

– И крыло самолета похоже на бумеранг, – заметила она.

– Ой, ой, ой вот только не надо бредить, и не строй из себя жертву брака! Сейчас мы едем в салон красоты, вечером я помогаю тебе собрать багаж, ну заодно – и твои мысли. И не говори, что у тебя нет ни желания, ни сил, – весело продолжала подруга. Но ее глаза смотрели строго, оценивая ситуацию, и видели перед собой не молодую женщину, а тень от нее.

– Я не смогу, – проговорила она с мольбой в голосе и посмотрела на икону, что стояла на тумбочке рядом с кроватью, словно спрашивая подсказки.

– Ты сможешь! Да и вообще – не наглей, я же за все уже заплатила, – крикнула подруга, бросая ей джинсы и свитер.

Самолет набирал высоту. Под ними таял город, потом леса и поля, убеленные снегом и раскрашенные темной зеленью хвойных лесов, затем во всей красе развернулось небо, подсвеченное бликами солнца, что стыдливо пряталось за облаками.

Под окном их номера в отеле шептались листья пальмы и пышно цвел рододендрон. Манила полоска моря, обрамленная чистым небом и белым песком. В воздухе была растворена нега. И словно кто-то невидимый, но очень добрый, старательно прикреплял к спине крылья.

– Знаешь, жизнь все-таки прекрасна! – сказала она подруге и раскинула руки, желая обнять весь этом мир.

– Просто уверен в этом. Хотя день назад еще сомневался, – ответил ей мужской голос.

– И я тоже, – еле слышно проговорила она.

Она очнулась от этого сладкого полусна и увидела, что рядом с ней стоит не подруга, а какой-то мужчина и также смотрит вдаль моря, будто бы линия горизонта составлена из слов-ответов на самые важные вопросы жизни.

Эта неделя изменила многое. К ней вернулась радость жизни, силы и уверенность в себе. Это было похоже на чудо. Отступило и одиночество. В первый день Нового года она узнала, что ждет ребенка. На Рождество он привел ее к своим родителям.

– Деточка моя! – всплеснула руками мама.

– Красавица, – сделал вывод папа.

– Умница, – улыбнулась сестра.

Через два месяца они зарегистрировали свою фирму. Каждый день казался каким-то особенным и потому неповторимым. Но в церкви она по-прежнему ставила свечи, вымаливая прощение для своего первого мужа за его злые слова. Боль прошла, но при мысли о нем грустно щемило сердце. Когда был оформлен ее развод, они подали заявление.

Прошло пять счастливых лет, и в один из весенних дней первый муж напомнил о себе. Его голос был хриплым и слабым. Она так растерялась, что начала нажимать кнопки телефона и включила громкую связь.

– Это я, – сказал он. – Ты можешь говорить? Я звоню, чтобы сообщить, что мамы больше нет. Вот уже девять дней.

– Господи… – выдохнула она. – Как же ты будешь жить без нее?

– Не знаю, долго ли буду это делать вообще. Я болен. Случайно узнал. Знаешь, потерял работу, долго искал. Одноклассник помог. Ну, и на медкомиссии при приеме на новую работу… узнал о болезни. Тяжко. Нет ни жены, ни подруги. Я же тогда ушел не только к маме. Оказалось, всего на одну ночь, – горько усмехнулся он. – Потом было много женщин. Но ты осталась самым близким человеком. Прости меня. Жизнь возвращает обратное. Сотворенное зло бумерангом возвращается обратно. Это я теперь понял.

– Чем я могу тебе помочь? – спросила она.

– Чем мы можем ему помочь? – поправил ее муж и взял на руки сына.

В комнате повисла тишина. А на небе у белого облака вдруг выросли крылья, ветер дорисовал к ним голову и тонкий нимб над ней. И она поняла, что все будет хорошо. Иначе не может быть.

– У тебя все будет хорошо. Я давно тебя простила. Ты справишься. Я… Мы уверены в этом, – сквозь слезы проговорила она и с любовью посмотрела на мужа, сына и лик Казанской Пресвятой Богородицы у детской кроватки.

Иди на исповедь и читай Великий покаянный канон. Я тот пример, что Сила Божья творит чудеса, – добавила она, прижавшись к мужу.

Комментарий автора:

Все однажды возвращается к своим истокам. Мысли, слова, дела, как только забываешь об их смысле, улетают куда-то в космическое пространство, но имеют свойство вернуться рядом событий. Почему? – спросите вы. Потому что как добрый, так и злой посыл должен обналичить реальное событие.

Именно поэтому так важны исповедь и причастие. Покаяние, такое облегчающее и все ставящее на места слово. Покаяние – и Великая Небесная Сила все расставляет по местам. Одних освобождает, другим посылает закономерные уроки. Покаяние, раскаяние, прощение – вот всего несколько слов и эмоций, способные изменить жизнь к лучшему настолько, насколько не верилось самому человеку.

Практика счастья

Она шла по улице и даже не вытирала слезы, которые текли по щекам.

– Какая отвратительная погода, какой мерзкий вечер, как все плохо, – это была крайняя мысль, после которой тело пронзила боль, а из глаз «посыпались искры». Поскользнувшись, она растянулась на замерзшем асфальте.

– Вам помочь? – сквозь собственный стон услышала она. Молодой человек с силой уже поднимал ее под руки.

Она мотала головой и не плакала, не стонала, а только поскуливала, как маленький щенок.

Молодой человек вытер ее лицо своим шарфом и подвел к своей машине, посадив на переднее сиденье.

Спустя несколько минут она уже тихо дремала, согревшись от коньяка и укутавшись пледом.

– Ну, как вам? – участливый голос молодого человека заставил ее проснуться.

Она поняла, что машина остановилась.

– Уже лучше, а где мы?

– Мы у вашего дома. Вы назвали адрес. Вас проводить?

– Пожалуй, да, – не отказалась она.

У дверей квартиры, немного замешкавшись, она пригласила его войти.

– Проходите, у меня вкусный чай, – жестом пригласила его в просторную гостиную. – Я пока переоденусь? – спросила она, сама не понимая, почему спрашивает, и одновременно подумала, почему у нее ничего не болит.

– Конечно, это я же у вас в гостях, а я, с вашего позволения, налью чай.

Она очень долго одевалась, и, когда вышла, его не было.

– Да уж, – не успела сказать она вслух, как дверь открылась, и вошел он.

В руках у него была книга в красной бархатной обложке.

– Я в машину спускался, это вам подарок, – сказал он, протягивая ей книгу.

Обложка книги была очень яркой, она открыла и удивилась:

– Но здесь же ничего не написано!

– Ну, конечно! – подтвердил он. – В этом и суть! Вы будете писать ее сами. Вы напишете Книгу Счастья.

– Как сама? – опешила она. – Но я же не умею! Я не писатель!

– Сегодня это так. Завтра все может измениться, – загадочно сказал он. – Вы разрешите прочитать вам небольшую лекцию?

– Да, конечно, – она была заинтригована.

Его голос звучал торжественно:

– Каждый наш день наполнен разными событиями, и одни нам нравятся, а другие – нет. Как ни странно, люди запоминают именно «плохие» события, а хорошие нет, потому что именно эти события кажутся в порядке вещей. В результате человеческое счастье очень омрачено! Вы со мной согласны?

– Да, правда, – созналась она. – Иногда какая-нибудь мелочь может испортить целый день.

– Книга Счастья предлагает пойти прямо противоположным путем! Записывать в нее только хорошие события. Не менее пяти за день! Больше – можно, меньше – нет.

– Да где же я наберу столько счастливых событий за день? – запротестовала она.

– А вот позвольте с вами не согласиться, на самом деле, это легко, вы просто еще не пробовали. Конечно, в первые дни придется перестраивать свое мышление на новую волну. Но вы быстро войдете во вкус, это ведь так приятно! Вы попробуйте, попробуйте прямо сейчас! Что сегодня у вас было счастливого?

– Счастливого? – она помолчала, перебирая события уходящего дня. – Какой-то тяжелый был день. Ничего хорошего.

Он смотрел, вопросительно улыбаясь, и ее это почему-то раздражало.

– Ну, я упала, но встретила вас и у меня ничего не болит после удара об асфальт.

– Вот, уже есть одно счастье! Так и запишем, – обрадовался он и тут же записал:

1. Я счастлива, что встретила хорошего человека.

Он продолжил обучение:

– Что еще радостного было сегодня?

– В вашей машине я услышала любимую музыку. Это музыка, как талисман для меня.

– Ну, теперь сами, у вас уже получается, – подбодрил он, тут же спросив: – А почему вы плакали?

– О, меня уволили с работы. Но выплатили оклад за четыре месяца. Кстати, деньги мне не помешают.

– Вот, записываем. Это же прекрасно. Три события есть.

– А что еще было?

– Так, что же было? – соображала она. – Уволили с работы, шел мерзкий дождь, я шла домой, упала, встретила вас.

– Утро было радостным?

– Да, забыла, мне же утром прислали бесплатное приглашение на профессиональную конференцию, – она открыла планшет.

– Ни фига себе! Мне предложили выступить по теме моей диссертации.

– Ну вот, видите, значит все прекрасно. Записывайте.

– И так каждый день? – спросила она. – А когда закончатся страницы?

– К тому времени ваш разум уже привыкнет фиксировать счастливые события автоматически, и не по пять событий за день, а гораздо больше, – пообещал он. – И ваша жизнь будет просто-таки наполнена счастьем!

– Большое спасибо, – поблагодарила она. – Пожалуй, я напишу Собственную книгу Счастья.

Он протянул ей красивую ручку:

– Это тоже вам подарок.

– Какое счастье! Какой чудесный день! – обрадовалась она. – Спасибо вам!

– Ну, вот все пять пунктов счастья написаны в вашем сегодняшнем Счастье, – улыбнулся он, добавив, что вынужден попрощаться. Он захлопнул книгу, и она увидела на последней странице надпись:

«ВЫХОД ЕСТЬ!»

Уже в дверях он посмотрел на нее пристально и сказал:

– Делись знаниями с друзьями и почаще всем об этом рассказывай! Сегодня многие говорят, что хотят быть счастливыми, но далеко не каждый стремится хоть что-то для этого сделать. Путь к счастью – он рядом.

Дверь закрылась, и она подумала, что даже не спросила, как его зовут. Она вышла на балкон и посмотрела вниз:

– Как вас зовут? – громко прокричала она.

Он поднял голову и помахал рукой:

– АНГЕЛ.

Она взяла книгу в руки, улыбнулась и записала: «Пункт 6. Я счастлива. Спасибо. Ко мне приходил Ангел!»

Комментарий автора:

Дорогие друзья! Вам понравилось? Вы хотите быть счастливыми?

Тогда что мешает вам завести свою Книгу Счастья?!

Купить красивый в яркой обложке ежедневник и каждый день записывать пункты счастья. Не меньше пяти, но можно и больше. Прочтите еще раз, будьте счастливыми!

Сегодня, открывая интернет, соцсети, различные блоги, мы находим множество обрядов для счастья, успеха, изменения судьбы. Авторы описывают все обряды как безобидные, к тому же сделать их можно самостоятельно.

Конечно, памятуя о заповедях Божьих, мы понимаем – без Воли Творца ничто не происходит на этой планете. Но представьте себе, что чья-то мощная мысль, чей-то информационный посыл может стать последней каплей в копилке поступков человека, относительно которого эта мысль запущена…

Промысел судьбы

Она уже несколько часов сидела в аэропорту Дели и в третий раз слушала объявление о задержке рейса в Москву. Люди заметно нервничали, переговариваясь друг с другом. А ей нравилось такая незапланированная пауза в строгом распорядке жизни. Это было время, в котором минуты не бежали галопом, а тянулись – плавно, как струйка меда, и они принадлежали только ей. К тому же она была готова ко всяким неожиданностям, ведь звезды дали четкое предсказание, что в дороге ждут некоторые препятствия.

Она давно и профессионально занималась астрологией. Время от времени приезжала в Индию и хорошо знала эту страну, которая помогала ей восстановить силы после московской суеты и людей, приходящих к ней в поисках счастья. Здесь, посетив священные места, побывав в Варанаси и на Гоа, она перезагружалась, чтобы вернуться с новой энергией к своим будням: дому и любимой работе.

Незаметно мысли от Индийского океана перенеслись в заснеженную Москву, которая дышала ожиданием весны – как возможности войти в другое измерение, в лучшую реальность, в более легкое бытие. «Это вечное желание пережить зиму, дожить до лета. Откуда это в нас?» – думала она, невольно улыбаясь и оглядывая суетящихся людей в шумном аэропорту Дели.

Как много людей путешествуют семьями и даже с маленькими детьми, а она одна, – ей с улыбкой вспомнилась семья: муж, дети, которые как-то быстро выросли, живут самостоятельно, а главное – отдельно. У них очень хорошие, самостоятельные дети, которые давно в них, родителях, Слава Богу, не нуждаются.

Мысли убегали в Москву, где ее ждал любимый муж. Они за прожитые годы давно стали родными и близкими людьми, как бывает после долгих лет брака по любви. Ради этой любви она и хотела родить третьего ребенка. Муж упрашивал ее подарить ему малыша, уверяя, что только сейчас понял, как не успел насладиться тем временем, когда сын и дочь были маленькими. Муж часто говорил ей о любви. Она тоже любила его и молилась в церкви, чтобы Бог не разлучил их и дал им силы прожить долгую счастливую жизнь. Они давно, по негласному соглашению, договорились не обсуждать рождение третьего ребенка и ждали внуков.

Летели дни, шли месяцы, ползли годы. Им было очень хорошо вместе, дети со своими вторыми половинками о них не забывали. Но все чаще они грустно шутили, что хорошие новости – это отсутствие новостей, и медленно, но верно отдалялись друг от друга. В какой-то момент она даже предлагала усыновить ребенка, но муж никак не среагировал. В одном из детских домов она нашла мальчика для усыновления, потом ездила просить благословения у старца. Но, то ли старец что-то не так сказал, то ли она побоялась не справиться, но ничего не получилось.

И сейчас, за тысячи километров от дома, она смотрела на свою жизнь так, как смотрят фильм, что заставляет переживать и даже страдать. Мимо прошла индианка и пристально взглянула на нее. Этот взгляд и цвет сари вывел из состояния отстраненности и заставил вспомнить другую индианку-хироманта, к которой ее, будучи в Варанаси, привела подруга-англичанка, живущая в Индии лет тридцать.

Перед ней тогда предстала красивая индийская женщина с проседью в волосах, как будто шагнувшая из Ведической сказки. Индианка была из рода браминов, она посмотрела ее руки и сказала: «Тебя любит Бог, ты умеешь читать чужие судьбы, но ты многого боишься. Ты хочешь изменить судьбу?»

Она как-то не сразу ответила, замешкавшись, произнесла:

– Да нет, сейчас меня все устраивает.

– Но у тебя грустные глаза, давай попросим святых, обратимся к Юпитеру, и он подарит тебе состояние радости, тогда ты почувствуешь вкус жизни. Боги готовы тебе помочь, но ты ничего не просишь.

– Слава Богу, у меня все есть. Ну а молодость святые мне не вернут.

– Ты зря так думаешь. Давай мы изменим твою жизнь, Сатурн будет умилостивлен, а Юпитер вернет тебе молодость. Ты готова воспитывать маленьких детей?

– Да, но в России усыновлять очень сложно, а родить самой не позволяет здоровье.

– Всегда можно умилостивить Юпитер и Солнце, а ты раскроешь свои объятия, и у тебя будет четверо детей. Двое у тебя есть, а двое придут к тебе сами. Их приведет к тебе судьба… Я вижу, что далеко среди снегов пожилая женщина думает, чье имя поставить на бумагах, она может поставить твое.

Индианка глубоко смотрела в ее руку, потом подняла глаза и сказала:

– Не спрашивай, что это за бумаги, я не скажу. Тебя привел ко мне Сатурн, который передает право Юпитеру сгладить все, что принес тебе Сатурн. Веды гласят: человек в жизни должен действовать решительно и целеустремленно, но тогда, когда его планы все-таки не осуществляются, он должен с радостью принять это решение судьбы и продолжить прилагать свои усилия в другом направлении, став еще более смиренным и терпеливым. Ты так и сделала, поэтому мы попросим святых, у них есть право менять судьбу.

– Говорит, как сказочница, – прошептала она подруге.

– Лучше внимательно слушай, – отмахнулась та от нее.

Когда они с подругой ушли из дома старой индианки, та долго смотрела им вслед. Они потом сидели на берегу океана, наблюдая, как садится солнце, и анализировали слова предсказательницы.

– Ты считаешь, что этому предсказанию можно верить? – спросила она у подруги.

– Не можно, а нужно, – улыбнулась подруга. – Все, что она говорила о моей жизни, сбылось. Даже вопреки логике и здравому смыслу. И у тебя сбудется, вот увидишь!

Она заметила, что пассажиры оживились и стали выстраиваться в хаотичную очередь у выхода на посадку. Самолет белой стрелой вошел в прозрачное небо и, набрав высоту, казалось, лег на толстые подушки облаков. Она заснула, сказав себе «спасибо» за то, что купила билет в бизнес-класс и могла спокойно лежать в кресле аэробуса.

– Через двадцать минут наш самолет приземлится в аэропорту… – голос стюардессы звучал радостно и заставил проснуться.

– Ну, вот и кончилось путешествие.

Как всегда, ее встречал водитель мужа. Спросил, как долетела, и сообщил, что дома все благополучно. Все было как всегда, как десятки раз после ее возвращения.

Хотелось думать, что это и есть счастье, потому что именно счастье – состояние стабильное и спокойное.

Дома ее ждал с ужином улыбающийся муж. Все казалось, на первый взгляд, прекрасным, но как-то тревожно было на душе. А рассказывать мужу о хиромантии ей совсем не хотелось.

Москва заставила быстро забыть впечатления об Индии. Предсказания отошли на второй план, потом стали забываться и стираться из памяти.

Однажды, когда она выходила из своего офиса, навстречу ей спешила молодая девушка с коляской. Рядом с ней почти бежал мальчик лет шести. Лицо девушки показалось ей знакомым.

– Добрый вечер! Простите, мне нужна ваша помощь. Помните, я была у вас на консультации? – спросила девушка и торопливо продолжила: – Я приходила к вам по вопросу замужества, вы мне еще сказали, что у меня есть рядом дети и что я уеду жить за рубеж.

Она вспомнила эту девушку, но еще не понимала, что ей нужно.

– Вам нужна помощь?

– Деньги, – опустив глаза, сказала девушка. – Можете денег дать? Очень нужно!

Она даже не задумывалась – давать или не давать. Открыла сумку, нашла кошелек, достала несколько купюр и отдала девушке. Та, взяв деньги, неожиданно резко подтолкнула к ней коляску, сунула руку мальчика в ее карман и, бросив к ногам пакет, рванула к метро. Она даже не поняла сразу, что происходит. Ее затрясло так, будто она вышла на мороз в ночной рубашке. Но на улице был аномально теплый март. Девочка заплакала. Мальчик взял ее за руку и заглянул в глаза. Пакет упал, из него выпали игрушки и какие-то бумаги.

Она махнула рукой наблюдавшему за всем водителю, и тот, все еще ничего не понимая, взял из коляски ребенка. Она села в машину вместе с мальчиком и взяла спящего ребенка на руки. Это была девочка лет двух, мальчик, прижавшись, погладил ее по голове. Девочка, всхлипнув, засопела и затихла. Водитель, озадаченный происходящим, повернулся к мальчику:

– Привет, герой! Тебя зовут-то как? И сколько лет?

– Я – Георгий! Мне уже шесть лет. А это Маша! – ответил он торжественно.

– Ну что, Георгий, ко мне поедешь? – отправившись от шока, вступила в беседу она.

– Да, – тихо ответил мальчик.

– А эта девушка, она кто?

– Это Мила, соседка. А мама с папой – на небе. Так Мила сказала. А я знаю, что они погибли. У нас же война там была, и нас Мила к бабушке привезла. Мы у бабушки жили-жили, а потом бабушка умерла, сказала, что Мила нас к новой маме отведет. А утром Мила сказала, что мы пойдем к маме. Значит, это вы – новая мама? А вы – папа?

– Нет, малыш, я – не папа. Твой папа ждет вас дома, – мягко сказал водитель и тронул машину. Подъезжая к дому, она позвонила мужу и попросила спуститься во двор. Он вышел из подъезда и быстро шел ей навстречу, застегивая на ходу куртку. Ей вдруг пришла в голову мысль, что он всегда не шел, а бежал ей на помощь. Чего не делали другие поклонники и обожатели. Он боялся, что она может промочить ноги, идти одна по темной улице, не пообедать вовремя. «Господи, какой он у меня любимый и красивый! Почему же мы отдалились? – пронеслось в голове. – Но сейчас не до сантиментов».

Она судорожно соображала, что говорить мужу. В это время мальчик сам выбрался из джипа и протянул ей руку. Ничего не понимающий муж с интересом смотрел на открывшуюся ему картину:

– Ты наш папа? Я – Георгий, а ты кем работаешь?

– Как много вопросов, – озадаченный муж, не моргнув глазом, передал сумки водителю, а Георгия подтолкнул к подъезду.

– Чьи это детки? – на ухо спросил он ее, беря спящую девочку на руки.

– Думаю, наши. Ты только не волнуйся! – ответила она.

– Да я совершенно спокоен, дорогая. Наши – так наши. Прибыль – не убыток. Ты сама только не волнуйся так, ты же заикаешься, тебя трясет.

Водитель открывал двери в подъезд, и они гуськом двинулись к лифту. В прихожей, раздевая детей, она пыталась одновременно более-менее внятно рассказать мужу о случившемся.

Ночь вступала в свои права. Божьи посланцы были отмыты, накормлены и тихо сопели в своей комнате. Она пила чай, а муж достал из детского пакета игрушки и записку девушки, что отдала детей. На листе было написано, что Мила и бабушка детей решили отдать их хорошим обеспеченным людям. Что родители детей погибли при бомбежке. Далее Мила писала, что приходила к ней по своим вопросам и именно тогда решила отдать ей детей. Бабушка согласилась, заполнила документы и думала с ней познакомиться. Девушка извинялась, писала, что бабушка внезапно умерла, а она уезжает жить в Америку. Просила не отдавать малышей в детский дом. В конце письма была приписка: «Я знаю, что вы ждали этих детей». Когда муж прочел ей эти последние строчки, она вздрогнула.

Над городом давно плыла весенняя ночь. Муж просматривал бумаги. Там были: свидетельство о рождении девочки, незаполненное, но с печатью, что было очень странно, свидетельство о рождении мальчика и медицинская карта. Он открыл папку и достал нотариально заверенное завещание на квартиру, а с ним договор передачи опеки и права на усыновление детей.

Они с мужем снова и снова читали документы, в которых стояли ее фамилия, имя, отчество, точный адрес проживания и паспортные данные. Все было официально зарегистрировано и заверено нотариусом. У нее не было слов, которыми можно было как-то объяснить то, что случилось. Но самое интересное, что они не говорили о том, что делать с детьми. Они просто стали их родными.

За окном первый весенний дождь азбукой Морзе отбивал по карнизам сообщение о том, что в принципе мир очень добр ко всем. Но они не слышали этих сообщений. Потому что прислушивались к тишине в комнате, где спали дети, и друг к другу. Все было так, как когда-то, когда они были молоды и влюблены. К ним снова вернулась молодость, они любили. И это было навсегда.

– Спасибо, Юпитер, – прошептала она, потрогав на груди янтру, подаренную ей старой индианкой.

Комментарий автора:

Каждый человек способен следовать за своей Судьбой. Конечно, со временем все тяжелее принимать, что впереди – неизвестность. Но на планете существует одна Великая Истина: «Если ты по-настоящему чего-то желаешь, ты достигнешь этого. Потому что такое же желание имеет отражение в Душе Вселенной».

Предсказание

Комментарий автора:

Каждый в своей жизни хоть однажды сталкивался со случайным предсказанием, интуитивной игрой слов! А позже, спустя годы, вспоминал, что однажды был осведомлен о происходящих событиях. Рассуждал: «Это же мне и предрекали».

Что это на самом деле?

Один из вариантов нашей жизни, предусмотренный свыше?

Чувство генной памяти, страх, который включился от внезапного восприятия сказанного?

Или это и есть Божий промысел?

На тему предсказаний можно долго рассуждать. Но я-то знаю, в каждом человеке заложен Код Свободной Воли. Поэтому не забывайте о вашем эмоциональном праве на собственную жизнь – принимать или не принимать навязанную кем-то мысль. Ну а проанализировать услышанное извне еще никому не помешало.

Они знали друг друга с детства.

Они жили в одном дворе: она из академической семьи врачей, а его мама была школьной учительницей. Они учились в одной школе: она в десятом, а он в пятом классе.

Он заканчивал школу и собирался в армию.

Она училась на последнем курсе мединститута и думала о распределении на работу.

Все во дворе знали, что он ее любит.

Все во дворе знали, что она увлечена учебой и позволяет ему ее любить.

В день, когда его призвали в армию, ей сказали, что он уйдет в Афганистан.

И тогда, обивая пороги Кишиневского военкомата, она ушла с ним медработником в один призыв. Той весной 1979 года они были уверены, что навсегда останутся вместе. Она и он: Дина и Евгений.

Два года пролетели как один день для них, и как вечность – для их близких.

Наступил 1981 год: Ташкент, госпиталь и время возвращаться домой. Компанию им составила боевая подружка – медсестра Светка.

Дина должна улетать спецрейсом в Кишинев, Женя и Света – поездом в Москву. Они уже дембеля.

Света и Дина закончили служить подчистую, а вот Евгений принял решение защищать Родину всю оставшуюся жизнь.

Поэтому сначала Москва, где он получит назначение на службу, а потом – куда Родина пошлет.

Дина, сколько помнила, всегда слышала, что Женя будет ее мужем.

Об этом в первый раз он смело заявил, когда ему было пять, а ей 10. Позже многочисленные родственники даже не сомневались в их женитьбе.

За годы службы в Афганистане она поняла, что не любит его, но их так многое связывало, что не имело смысла рушить этот союз.

Сейчас они свободно гуляли по ташкентским улицам и ждали автобус в Бухару.

Вот и долгожданный транспорт.

Бухара встретила их обилием солнца, цветов и фруктов на маленьком рынке автовокзала.

Выйдя из автобуса, ребята решили направиться по историческим местам города.

Запах плова разливался и смешивался с ароматом цветущих роз. Май. Прекрасный горный май. Здесь не было душманов, здесь не было грохота войны. Хотя тут и там мелькала военная форма, все было здесь по-другому.

– Боже! Какой вкусный запах! – сказала она.

– Это Анвар-ага делает. У него все сыновья в Афганистане погибли. Он всегда плов готовит и всех угощает. Подойдите, уважьте старика, – сказал продавец черешни.

– А еще он отменно, доченька, гадает, – шепнула ей его жена, упаковывая солнечную черешню в пакет.

Они подошли к старику и завели с ним разговор.

У старика были до удивления бледно-голубые глаза. Как будто небо заволокло белым туманом. Она, наверное, слишком пристально разглядывала старика.

– Что, дочка, цвету глаз удивляешься? Старость, печали и слезы смывают даже черный цвет глаз. Но тебе, Слава Богу, этого не надо переживать.

– На, держи… – он протянул Дине две пиалы с рисом.

Рис был сухой: белый и черный.

– Дикий и домашний рис, – пояснил старик. – Смешивай его, пересыпай из одной в другую.

Ребята стояли, как завороженные.

Она автоматически начала пересыпать рис из одной чашки в другую.

– Присядь и наклони голову, – попросил старик.

Что-то читая над головой Дины, заглядывая в пиалы с рисом, он совершенно молодым голосом вдруг начал описывать ее дом, родителей, брата с сестрой. А потом, перейдя на шепот, сказал:

– Детей пятеро у тебя вижу и муж твой военный. Генеральской женой тебя вижу.

Краем глаза она увидела, как улыбнулся Женька.

– Поднимайся, – как будто отдавая приказ, проговорил старик.

Она встала, отряхнув коленки.

– Ты самолетом летишь? – пристальный взгляд старика ее как будто пронзил насквозь.

– Да, – почему-то шепотом произнесла она.

– Не надо в небо. Самолетом нельзя тебе. Детей не будет тогда, судьба совсем плохая ждет. Полетишь небом – себя потеряешь, его потеряешь. Не надо, говорю. Всевышний говорит: поездом езжай.

– А мне? – протянула старику руку Светка. – А я?

Он погладил ее по голове, как будто не замечая протянутой руки.

– А что ты? Ты дитя береги, еще двух усыновишь, мальчиков не возьмешь, хлопот много…

Светка ошалело посмотрела на Дину.

А старик, как будто забыв о них, раскладывал по пиалам плов и приговаривал:

– Кушайте плов, очень сочный плов получился.

Дина отошла в сторону.

«Какие пять детей, какие Светкины усыновления? Сколько глупостей за несколько минут», – бежали мысли.

Боковым зрением увидела, что Евгений что-то спрашивает у старика.

– Ничего не знаю.

Только и услышала она ответ.

– Ну что, поехали в Ташкент, на вокзал? Пока я никого не усыновила, – подавая ей черешню, сказала Светка. Помолчав, добавила: – А что? Может, вдруг разобьется самолет.

– Ты что болтаешь, – перебил подругу Евгений, продолжив: – Все ребята летят, и ничего. Это же спецрейсы, военных из Ташкента вывозят.

– Ага, тебе-то что?! Ты с командиром поездом поедешь, я тоже с майором в особых отношениях, – погладив выпуклый живот на третьем месяце беременности, улыбнулась Света.

– А Динка? Сунут с грузом 200 вместе, или еще каким-нибудь самолетом.

– Нет, давай уж поездом, Дина, тебя отправим от греха подальше, – обращаясь к ней, без умолку трещала подруга.

– Старик-то сказал – плохо будет, если полетишь. Детей не будет. Поехали в Ташкент на вокзал.

Последние Светины доводы были вескими для Дины и Евгения.

Приехав на ташкентский вокзал, ребята поняли, что уехать поездом ей не суждено. Билетов не было вообще.

Они пошли к начальнику вокзала. Долго уговаривали его, сознавая собственную беспомощность.

Отчаявшись, Света запричитала о предсказании старика. Услышав, что Анвар Ага предупредил их о невозможности лететь, начальник переменился в лице.

– Серьезный аргумент. Этот старик многих от беды спас. Я сам у него часто совет прошу. Что же мне с вами делать? – как будто разговаривал сам с собой начальник вокзала. При этом он начал заново лихорадочно пролистывать журнал.

– Ага, вот есть проходной: «Ташкент – Бухарест». Он идет через Москву и Кишинев. Вот тебе я на него и дам билет. Но СВ только и есть.

– Давайте, – сказала она.

Поезд уходил вечером и, нагулявшись по городу, ребята стали прощаться:

– Да ты, любимая, раньше меня будешь у наших, – говорил Евгений.

– Мы пока этот спецрейс дождемся, неделя пройдет.

В поезде она расположилась в уютном купе и почти сразу уснула. Двое с лишним суток дороги пролетели незаметно. Она отсыпалась. Ей снился муж-генерал и много детей.

– Москва, – ранним утром разбудил ее голос проводника.

– Какая же она Москва? Как бы хотелось в ней жить.

– Здравия желаю, милая девушка – товарищ капитан, – услышала она мужской голос.

Дина совсем забыла, что в купе кто-то должен подселиться, и о том, что на ней военная форма.

– Здравствуйте, – растерянно сказала она, быстро застегивая рубашку.

– Какая вы красавица. Я на вас должен жениться, – пошутил он. – Мне в дальние края нельзя без жены никак.

«Вот болтун», – с досадой подумала она.

– Капитан Семин, Саша, – представился он.

– Дина, – буркнула она.

– Какое у вас красивое имя.

Еще ближайшие два часа он сыпал своими шутками из армейской жизни и юношескими развлекалочками московских дворов.

Из разговора она узнала, что он коренной москвич из потомственных военных летчиков: и дед, и отец, и брат – все в их семье летчики.

Он закончил Качинское высшее военное авиационное училище летчиков. Сейчас следовал по месту службы: «Группа Советских войск – Румыния».

Она поймала себя на мысли, что млеет от его мягкого баритона, от его шуток. Как хочется нежиться в его улыбке и положить голову ему на плечо. От него веяло папой, домом и надежностью.

– Как же я соскучилась по интеллигентным людям, – Дина не заметила, что говорит вслух.

– Конечно же, я как раз тот самый интеллигент и есть, – с нечаянно нагрянувшей любовью подхватил он.

– А если серьезно, то выходите за меня замуж. Я вас как увидел, сразу понял: вот она – моя половинка.

– Конечно же, я согласна, – неожиданно для себя ответила она.

– Вот и прекрасно, сейчас на таможне нас распишут за день. Так положено офицерам, следующим на службу за рубеж. У вас-то анкета проверенная. Вы – офицер из Афгана. Ну, сутки на таможне поторчим, нам же не страшно? – он вопросительно посмотрел на Дину. И столько в этом взгляде было нежности, любви и ожидания, что на глаза у нее навернулись слезы.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

– Для любви нет никаких преград… – пропел он.

– Динка, а как я тебя люблю!!!!! На всю жизнь. Будешь у меня генеральшей.

Она не понимала, что делает, как будто происходящее ее не касалось.

Всего несколько минут она виделась в Кишиневе на вокзале с родителями. Она продлевала билет и ничего не смогла им объяснить, оставив все на потом.

Дина и Саша расписались в маленьком приграничном городке. То ли волею судьбы, то ли звонком его отца в штаб, то ли еще по каким-то другим веским причинам, но их расписали.

Она за двое суток до Бухареста поняла, что не может без него жить.

И поехали они в Румынию, а потом в Германию, а потом еще и еще. Пока, уже имея пятерых детей, не получили назначение в Москву. В Министерство обороны. Ее муж дослужил до генерала.

А что с Евгением? – спросите вы.

Евгений очень долго горевал, даже начал выпивать, ушел из армии, и все разрушилось бы, если не подруга Светка. Ей было хуже, чем ему. Она потеряла на седьмом месяце ребенка и, кроме как Женьке, некому было ее утешать. Так и получилось: «Она его за муки полюбила, а он ее за состраданье к ним».

Они поженились. Но детей родить не удалось. То ли Светкина психологическая травма, то ли старое ранение Евгения сказалось – но детей не было. Они удочерили двух изумительных девочек, чему были несказанно рады и счастливы.

Годы стерли обиды и притупили боль. Они дружат семьями. И за «рюмкой чая» у Динкиного генерала на даче фантазируют: «А как бы все сложилось, если бы они тогда в Бухаре не встретили старика?».

Они живут свою счастливую жизнь, так и не поняв:

То ли предсказание старика изменило их жизнь, то ли – звонок от Бога и право выбора, то ли – все случилось, как надо случиться.

Птица счастья

Окна ее огромной квартиры, что находилась на первом этаже старого дома, смотрели на зелень палисадника. Вишни, рябину, кусты шиповника и акацию посадили еще ее родители. Она любила смотреть на эту красоту, которая в каждое время года была особенной.

На ветки деревьев прилетали бойкие воробушки, красногрудые снегири и веселые синички.

– Мое красивое одиночество, – думала, приколачивая кормушку к металлическому оконному карнизу.

Она ссыпала из ладони горсть семечек и с удовольствием стала наблюдать за синицами. Повесить кормушку и заботиться о птицах – такой совет ей дала ясновидящая. Именно это послушание должно было изменить ее жизнь и отдать дань природе.

– Ну что же, совет выполнен, будем восстанавливать «кармическую» справедливость: помогать птичкам, – вслух сказала она то ли птицам, то ли самой себе, закрывая окно.

С этого дня она каждый день кормила птиц. Они пугливо садились на край своей «столовой», быстро хватали угощение и улетали. Птички действительно были милыми: черная головка, белые щечки, желтые грудки с вертикальной темной полосой, пытливый взгляд глаз-бусинок. Одна из птиц стала приметной: она вела себя иначе своих подруг и даже немного отличалась внешне.

«Какая ты симпатичная, – думала она, – назову тебя Любушка». Любушка прилетала к кормушке в любую погоду и смотрела не просто в окошко, а в глаза доброй женщине, которая всегда была рада ее накормить. Между тем, несмотря на предсказанную любовь, жизнь женщины становилась все труднее. В эту зиму не ладилось с работой. Не было и мужчины, кто мог бы поддержать в тяжелую минуту, подставить плечо, приободрить. Она часто простужалась, болела и просто хандрила. В голове постоянно кружились отчаянные мысли: «Сорок лет. А вроде бы и не жила еще. Семьи нет. И с мечтой о детях, наверное, придется расстаться совсем». А ведь она просто хотела встретить настоящую любовь, стать женой и матерью.

За зимой пришла неласковая весна, долго таял снег, и тепло не спешило согреть людей и землю. Птички садились на ветки и кормушку, дрожали от холода.

Наконец-то наступило лето – с первых дней жаркое и сухое. Были открыты окна, и теплый воздух свободно гулял по квартире.

– Где ты, мое счастье? – засыпая жарким вечером, прокричала она, глядя в ночное окно. Ясновидящая говорила ей, что одно утро изменит ее жизнь и принесет долгожданное счастье.

– Кормите птиц, среди них есть ваша птица счастья, – вспомнила она слова ясновидящей.

Слезы закапали на подушку, и сквозь сон она подумала, что не закрыла окно.

Утром она проснулась от того, что кто-то щебетал рядом. Любушка стала смелее и влетала почти в комнату, садилась на подоконнике и смотрела в глаза красивой и немного уставшей хозяйке, которая всегда ей улыбалась.

В этот воскресный день, наполненный ароматами цветущих растений, синичка, казалось, внимательно слушала ее.

– Знаешь, Любушка, так хочется, чтобы кто-то заботился о тебе. Это необходимо каждой женщине. А еще до боли в сердце хочется обнять ребеночка, идти вместе с ним по улице и держать его крошечную ручку в своей руке. И слышать, как он называет тебя мамой. Мамой… Разве много я хочу?

Синичка как будто даже кивала головой в такт ее словам.

– Ну что, добрая птица, давай будем убирать квартиру, – закончив свои излияния, сказала она своей пернатой подруге.

Синичка вдруг сорвалась с места и улетела.

За мытьем окон и разбором вещей в шкафах она не заметила, как пролетело время. Наступил вечер, и рабочий день уже был не за горой. Она открыла чистые окна и, любуясь проделанной уборкой, позвала:

– Любушка, Любушка!

Но птичка не появлялась.

– Пора спать, – подумала она. – Не буду закрывать окно, оставлю для Любушки, – решила она, расстилая постель.

Она проснулась оттого, что задыхалась и кашляла, и от боли. В окно заглядывало ранее утро. Дико болела голова, а комната была наполнена едким дымом.

Она с трудом разлепила глаза и увидела дымящуюся шашку на полу.

– Вот хулиганы, – последнее, что мелькнуло в голове, когда она буквально перевалилась через подоконник на улицу.

В уходящем сознании мелькнула картинка огромной стаи птиц.

– Какое яркое солнце, как режет глаза, – она услышала свой хриплый голос раньше, чем открыла глаза.

– Да уж радуйся, еле откачали, – пожилая санитарка заботливо поправила ей одеяло.

Она оглядела светлые стены.

– Я что, в больнице, что ли?

– А то где еще тебе быть? Отравилась дымом.

Она вспомнила раннее утро и дымовую шашку на ковре ее квартиры.

– Участковый-то несколько раз приходил, и мужчина твой каждый день о тебе беспокоится, а ты уж сегодня четвертый день как в сознание не приходила.

– Какой мужчина? – она как будто говорила не о себе.

– Да вот он идет.

Подтверждая ее слова, в палату вошел высокий мужчина.

– Ну как вы себя чувствуете? Напугали вы нас всех.

Она оглянулась на соседние кровати, на которых еще дремали соседки по палате.

– Вы мне? Мы знакомы? – спрашивая, она понимала, что несет просто чушь.

– Теперь да, – сказал он, присаживаясь рядом. – Я привез вас сюда. Так испугался. Ну, я побегу, мне пора. А вечером обязательно приду.

Вечер долго не наступал. От врача она узнала, что ее привезли с тяжелым отравлением.

Ближе к вечеру она вышла в больничный сквер не только подышать воздухом, но и отдохнуть от болтовни соседок по палате. Издалека она заметила его.

Он не был красавцем, но что-то мужественное привлекало в его внешности.

В руках у него был огромный букет ромашек.

– Ну что, домой хочется? Заждались вас питомцы-то ваши.

– Какие питомцы? – недоумевая, спросила она.

– Так я о птицах говорю. Я же вас как нашел-то…

Он рассказал, что рано утром вышел на пробежку перед работой и от неожиданности чуть не упал. В лицо ему, в грудь билась птичка и неистово верещала. Птица как будто куда-то звала. Сделав несколько шагов в сторону соседнего дома, он увидел стаю птиц у окна первого этажа.

– Я за птицами и вас сначала не увидел. Они, как над выпавшим из гнезда птенцом, над вами кружились. Вот я и вызвал «скорую», и сюда вас привез. Чудеса, да и только.

Он стал приходить в больницу каждый день. Как оказалось, работа у него была не денежной, квартира маленькой. Но он все больше нравился ей своими рассуждениями о жизни и маленькими проявлениями заботы о ней. За развитием их романа следили все. Это развлекало и разнообразило жизнь отделения. Все знали историю о птицах и ждали ее окончания.

Он приходил утром и вечером, но при этом всегда торопился.

– Это, я тебе скажу, кот в мешке. Приходит на минутку, озабоченный какой-то, – говорила самая мудрая соседка по палате. – Так что – не верь!

– Сразу видно: мужик женатый. Опрятный такой, ухоженный и спешит.

– Ясное дело – женатик, – поддерживала ее другая.

Ей и самой стало казаться, что он точно не свободен, и она станет той женщиной, с которой приятно провести время на ее территории. Это добавляло грустного раздражения на жизнь. Один раз перед выпиской они чуть не поссорились.

– Извини, не смогу прийти, когда тебя будут выписывать. Очень занят.

– Ты всегда занят и всегда спешишь. Ничего, я сама справлюсь. И вообще – нам не надо встречаться.

– Я пришлю за тобой машину, не волнуйся. И еще раз – извини, – не реагируя на ее эмоции, спокойно сказал он, не дав разгореться ссоре.

В день выписки у входа в больницу стояла машина. Его друг участливо помог ей сесть в машину и довез до дома. А по дороге шутил, пытаясь развеселить.

– Да вы не обижайтесь на моего друга. Мы с ним с детского сада. Вот такая долгая дружба. Судьба у него не сладкая. Вот сейчас один – за папу и маму. И работать надо. Еще и в больницу попал. Хорошо, мы с женой могли заниматься его дочкой. А иначе не справиться было мужику.

– Какой дочкой? – удивилась она.

– Так вы ничего не знаете. Вот оно как. Четыре годика его дочурке. Такая хорошая девочка, умница! Мама родила ее, да и укатила в Европу: то ли танцевать где-то, то ли в отеле работать. Не понял я. Да там и осталась. Хорошо, что хотя бы написала об этом. Наверное, развод был очень нужен.

– Спасибо вам, – тихо проговорила она. – За все – спасибо!

– Ну, я ничего такого не сделал, просто подвез, как мне велел друг. А вы – не болейте. И если судьба свела вас, не отворачивайтесь и не капризничайте. Это я уж по-мужски грубо говорю, но верно. Да и влюбился он в вас. Это уж по большому секрету!

Вечером она позвонила ему домой. Ответил звонкий голос маленькой девочки, которая кричала в трубку:

– Мамочка, это ты?

– Это я, – сначала не очень уверенно ответила она. И потом сказала громко и четко. – Конечно, это я!

Ее душили слезы, когда она слышала, как девочка зовет папу и деловито докладывает ему, что звонит мама, и что она всегда говорила ему, что мама обязательно приедет и позвонит ей, потому что очень-очень любит свою маленькую доченьку.

Он подошел к телефону и долго молчал, не зная, что сказать. Потом заговорил о том, что соскучился, вернее – он и дочь соскучились по ней. Казалось, что большего счастья она еще никогда не знала. Но это было только начало.

На следующий день они втроем гуляли в парке. Прохожие делали комплименты красивой семье и отмечали, как дочь похожа на маму. Она чувствовала, что не десять, а целых двадцать лет свалились с ее плеч, которые обнимал идущий рядом мужчина. А в ее руке лежала теплая, пахнущая ванильным мороженым ладошка самой лучшей на свете девочки, которая звала ее мамой. Мир улыбался им. И это была просто жизнь с обыкновенным счастьем.

Осенью, в прекрасный период бабьего лета, они поженились. Он с дочкой переехал жить в ее большую просторную квартиру. Его однушку они сдавали. И как-то с первых месяцев совместной жизни наладился быт, пришло благополучие. Она расцвета от счастья и небывалой любви мужа и дочери, которых обожала, перешла на новую, более интересную работу. Ему наконец-то предложили должность, которой он был готов отдавать время и силы, потому что уже не был отцом-одиночкой.

Когда в ноябре опали последние листья и осеребрились первым инеем яркие кисти рябины, прилетели синицы. Она открыла окно, впустив морозный воздух, насыпала в кормушку семечек и позвала девочку. Все птицы суетливо клевали, и только одна сидела на жердочке и смотрела на маму и дочь.

– Мамочка, какая птичка красивая! Необыкновенная. – Доченька, это Любушка – птичка, что приносит счастье…

Комментарий автора:

Эта история почти не имеет психологического подтекста. Может быть, за исключением того, что Судьба дает знаки отовсюду и Ангелы повсеместно протягивают крылья, чтобы нас поддержать. Что бы ни происходило в жизни, надо жить. Жизнь – это бесценный дар, а время – мощный помощник, способный все расставить по своим местам. А птицы, спросите вы?

Птицы – это наши маленькие ангелы, возвращающие нам воспоминания и частичку детства. Ведь детство – это не время, а состояние души, ее неотъемлемая часть. Я знаю! Оно все еще дремлет у вас, где-то на затворках сознания. Оно не поддается возрасту. Я знаю. Будь вам 18, 25, 40, а то и все 50, вы все равно можете так же качаться на качелях, гулять по парку и мечтать… Не верите мне? – Послушайте птиц – они несут спокойствие и умиротворение. Птицы – ангельские колокольчики жизни на Земле.

Реальная история

Шел дождь: весенний, взахлеб, на грани всех чувств и эмоций. Вместе с его радостным шумом в окно входила прохлада и аромат распускающихся тополей. Она проснулась, лежала и просто слушала дождь. Ее охватило какое-то странное чувство. Тревога? Страх?

Память как будто не хотела выдавать из своих закромов давно забытое, старое событие.

Боль. Она вновь почувствовала душевную боль, связанную с шумом дождя.

Воспоминания понесли ее туда, где не было птиц, распускающихся тополей, а только дождь. Осенний шум дождя и ее рыдание взахлеб. А еще раньше – майский дождь и радуга. Солнечный день после весеннего дождя и грустный дождливый сентябрьский вечер со слезами вперемежку. Два дождливых дня. Одно воспоминание цеплялось за другое.

В тот давний день после майского дождя выглянуло яркое солнце, мир казался прекрасным и счастливым, а рядом шел и держал ее за руку самый лучший парень на свете – ее муж. Они спешили в роддом на выписку дочери своих друзей и выглядели, наверное, немного смешно: он вез за веревочку красного пластмассового коня, который покорно ехал за ними. Она прижимала к груди букет пионов. И сегодня – спустя годы, не забылось это волнение, это чувство гордости за подругу, которая стала матерью в свои 19 лет, и любви к крошечному созданию, еще не имеющему имени.

Вечером, «обмывая» ножки новорожденной, муж произнес какой-то спич. В конце импровизации на тему будущей самой красивой невесты страны в лице новорожденной, он произнес тост:

– За будущую красивую невесту! А вдруг – мою? – добавил он и засмеялся своей шутке.

На последней фразе долгого и нелепого тоста, ее фужер мистически издал грустный хрустальный всхлип и развалился на две части. Все закричали, что это к счастью. Она виновато улыбнулась и почему-то подумала: «Плохая примета…»

Но в молодости все случайные приметы забываются быстро. Тем более что счастье било через край: через год они с отличием окончили университет, нашли хорошую работу, а еще через один замечательный год жизни в том же роддоме на свет появился их сын. Она улыбнулась своим мыслям и посмотрела на детскую фотографию своего единственного ребенка, что стояла на прикроватной тумбочке. На другой тумбочке царил не порядок, наведенный заботливой рукой, а пустота. Впрочем, как и на второй половине кровати.

Ее воспоминания прервал телефонный звонок, и выходной день начал выстраиваться легко и свободно, согласно никем не запланированным событиям.

Звонила сестра, приглашала пройтись по магазинам, посидеть в кафе и, как обычно, поговорить о женской судьбе. Первые пункты программы были одобрены, третий – категорически отвергнут.

Она вышла из подъезда. Раскрывая зонт, обратила внимание на незнакомку, сидящую на лавочке без зонта. Та пристально посмотрела на нее, коснулась руки и быстро произнесла:

– В зеркало на себя посмотри в дождливый день. С любовью посмотри – любовь и получишь. А потом первому встречному помоги… Его встретишь.

В голове пронеслось вполне уместное в таком случае предположение, что весной у многих случается обострение и не надо на это обращать никакого внимания. Она хотела переспросить: «Это мне?».

Но женщина быстрой походкой удалялась от дома. Как-то стало не по себе.

В метро утренние воспоминания вернулись. «Наша память умеет «показывать» многосерийное кино», – подумала она. Их спираль раскручивалась и обрастала подробностями. Но почему-то все переживания сконцентрировались на начале и конце. Она до сих пор не могла поверить, что та самая новорожденная крошка с синими глазами и пухлыми щечками через 18 лет перевернет жизнь двух благополучных семей и разрушит все, что они строили и лелеяли столько долгих лет.

Муж сделал карьеру, потом создал свой успешный бизнес. Она всегда была рядом, помогала, училась, если это требовали дела. И по-прежнему оставалась легкой, веселой, молодой. Словно годы ничего не могли изменить в ее красоте. Но то, что не смогли годы, удалось девочке, которая ее считала своей второй мамой и доверяла ей свои секреты. Однако один свой секрет эта девочка хранила за семью замками.

Когда в вагоне метро она услышала название своей станции, то испытала чувство облегчения и прогнала воспоминания. У «Охотного ряда» стояла сестра и улыбалась. Потом говорила ободряющие комплименты и что-то о том, что жизнь не кончается, если «друг оказался вдруг», то есть – если муж «объелся груш». Это утомляло. Но все-таки терапия шопингом удалась, в любимом кафе нашлись места, и, впервые за последние полгода, хотелось думать только о хорошем. Все-таки весна давала силы. За соседним столиком сидели девушки и хором громко обсуждали личную жизнь. Одна из них больше всех смеялась и постоянно произносила слово «папик». Сестра кивнула в ее сторону. Но и без этого красноречивого жеста перед ее глазами пронеслась сцена объяснения с мужем, таким же, как и какой-то мужчина из разговора девушек, уже ставшим богатым «папиком».

Но для кого? Для той, кого знали с пеленок, с момента ее появления в этой жизни в виде прекраснейшего события, ожидания будущего, которое ждали девять месяцев!

Она вспомнила серый сентябрьский дождливый вечер. Ее муж, в честности которого у нее не было поводов сомневаться, говорил о том, что любит ту самую малышку – дочь друга. Что эта девочка заставила его посмотреть на мир другими глазами, окунуться в новую молодость, закружиться в вихре счастья, о каком он и не мог мечтать. Он сбивчиво рассказывал ей, как она влюблена, как первая призналась в этом, как он испугался. И о том, что он ее первый мужчина. И что она необыкновенная.

Потом были звонки подруги, слова оправдания поступка своей дочери и молодежи вообще, непонимания, как и когда это могло случиться. И как точка: глупый вывод о том, что в этой жизни бывает все. А ей хотелось выйти на улицу, встать под бушующий ливень, чтобы он смыл то, в чем она не была виновата.

От мыслей отвлек голос сестры. Она как будто выплыла из тоннеля воспоминаний и поняла, что уставилась в зеркальные витражи кафе.

– Не грусти… – сказала сестра. – Ты сегодня часто смотришь на себя в зеркало. Это хороший знак. Может, загадаешь желание о суженом? – в ее интонации было столько тихой любви, что на душе стало светлее и легче.

– Не буду грустить! Загадываю встречу своего двойника, но мужчину, – уверенно ответила она и подняла бокал.

Два бокала коснулись друг друга, и один неожиданно разбился в ее руке.

Она вздрогнула и напрягалась:

– Боже мой! Как тогда! На выписке той малышки – будущей жены моего мужа. Я тебе рассказывала. Как странно…

– Выбрось из головы. Сейчас это точно – к счастью! К твоему счастью!

День подходил к концу. Сестра вынула конверт.

– Вот отдаю тебе остаток долга. Спасибо. Доедешь домой, позвони.

Распрощавшись с сестрой, она спустилась в метро. В вагоне рядом с ней присела средних лет женщина и начала рассказывать о том, что хочет съездить в паломнический тур, а денег не хватает. Женщина как будто просто размышляла вслух о том, как богатые ездят на острова, а она вот и не может Святые места посетить. Что сын считает это прихотью, а она вот, мол, помолиться хочет. Что вот сестра во Франции живет, племянник там же, надо повидаться, все пишут, зовут. А она не едет. Денег нет, да опять же – сын, невестка, внуки.

– Ох-хо-хо, – вздохнула громко соседка.

Она сидела, слушала и думала о том, что хорошо бы тоже поехать отдохнуть.

– Следующая станция «Таганская», – вывел ее из раздумий электронный голос.

Ее станция. Она встала и, как будто интуитивно, достав конверт с деньгами, протянула его женщине.

– Поезжайте! И за меня помолитесь. За мою любовь.

Двери открылись, женщина схватила ее за руку, и она слышала вдогонку:

– Вот спасибо! Возьми.

Она сунула машинально в сумку какую-то листовку и пошла на эскалатор к выходу из метро.

Поворачивая ключ в двери, подумалось: «Как хорошо закончился день».

На душе было немного тревожно.

Обрывки воспоминаний мешали, как старая одежда, которую давно надо бы выбросить, но всегда что-то останавливает.

– Господи! – взмолилась она вслух. – Я не хочу думать о том, как после развода осталась у «разбитого корыта», стала искать работу и слушала уверения адвокатов, что сделано все возможное, чтобы отсудить часть бизнеса.

Она поняла, что не может забыть синие глаза восемнадцатилетней девушки, победно смотрящие на нее. Мужа, обнимающего взрослую малышку за талию, немного смущенного, слегка растерянного, словно ставшего ниже ростом, но явно с крыльями за спиной. Как сошлись взгляды мужа и сына в немой и жестокой дуэли. Как началась ее новая жизнь, когда из нее ушли любовь единственного мужчины и дружба старых друзей.

Она подошла к окну, открыла его, вдохнула запах московской улицы, в котором смешивались ароматы цветущей в парке сирени и бензина, весны и наступающего лета.

– Господи, если бы ты знал, как я устала… Кто придумал предательство и одиночество? И зачем?

В это время она посмотрела в зеркало.

– Вот, вот и ты начинаешь отражать мою наступающую старость. А где глаза моего двойника? Моей половинки?

Ее взгляд зацепился за сумку и торчащую из нее листовку.

Она потянула листок и увидела, что это письмо. Письмо было явно распечатано с электронной почты.

На русском языке, вперемешку с французскими словами, одна женщина другой писала о том, что стареет и очень переживает за одиночество взрослого сына, просит найти ему жену в России.

Ниже были написаны адрес и телефон кандидата в мужья.

«Вот, – подумала она. – Занятие на вечер».

Она взяла телефон и набрала номер.

«Я спятила?» – пронеслось у нее в голове.

На том конце провода зазвучал мужской голос: «Бонжур».

– Извините, – сказала она и нажала отбой.

Телефон зазвонил мгновенно, даже не дав что-то проанализировать.

Она приняла вызов и услышала тот же голос.

– Алло! Мадам, я вас напугал? Я, может, и не страшный. Хотите взглянуть на меня?

– Я? – спросила она. – А зачем?

– Как зачем? Нам нужно познакомиться. Диктуйте ваш скайп.

Она, как завороженная от требовательного голоса, назвала скайп, и связь оборвалась.

В это время компьютер, стоящий на письменном столе, известил, что кто-то хочет поговорить с ней в скайпе. Она посмотрела на экран и увидела фотографию неизвестного мужчины, который звонил ей. Но такое не могло быть реальностью: он был похож на нее, как брат, как двойник, что было невозможно не заметить. Вызов продолжался. Она кликнула, словно сказала «да» всему, что еще может случиться в ее жизни.

Пролетело зеленое лето. Она снова ходила на свидания, удивляясь себе. А дождливый сентябрь казался янтарным от осыпающейся листвы, а не серым и грустным.

Она вновь выучила слово «мы» и строила планы. Зима была самой волшебной. На еловую веточку были надеты два обручальных кольца.

– Так не бывает, – сказала она.

– Так будет, – ответил он. Тот, кто был похож на нее, и в чьи глаза она смотрела, как в зеркало.

Комментарий автора:

Психика человека обладает мощным ресурсом восстановления эмоционального и психического здоровья. Человек устроен так, что все доброе и положительное, происходившее с ним когда-то, при желании можно вспомнить в самых мельчайших подробностях.

Например, вспомнить первую любовь: ощущения, которые она подарила, запахи, состояние легкости, спокойствие на душе. Можно вспомнить даже погоду в летнем саду на свидании, все окружающие вас в тот момент предметы: одежду, в которой вы с любимым человеком были одеты, улыбку человека, первый поцелуй и «нежность ощущений».

Разум – великая сволочь, способная заставить испытывать вкус несуществующего лимона, а это значит, что разум может смоделировать и воплотить в реальность многие события, стоит только вспомнить, как выглядит ваша «радость» в прошлом и перенести ее в будущее.

Старые письма

– В жизни всегда есть выбор. Сама жизнь – выбор. Очень часто мы не замечаем, что рядом растет дерево, живет человек и все это наполняет нас радостью. Мы придумываем смысл, достойный нас. Мы придумываем эмоции и чувства, испытать которые очень бы хотелось. Мы часто и многое придумываем и не замечаем, что погружаемся в мечты, теряя настоящее.

Старик как будто рассуждал сам с собой. На самом деле он говорил это ей.

Ей было очень больно и одиноко.

Она пришла к своему постаревшему учителю, не зная, в какую сторону жизни двигаться и с чего начинать.

Июль, как и тогда, томился зноем. Город тонул в зеленом океане лета, в шуме деревьев, аромате цветов.

Она посмотрела на учителя.

– Я-то думала, что это свобода, а оказалось разбитое корыто.

– По-вашему, я не выросла?

– Нет, дорогая моя девочка, ты просто не того любила.

– Да, того любила, другого любила и осталась одна.

Учитель ничего не сказал, только погладил ее по голове. Она смотрела на воду и вспоминала все, что произошло.

Собственный день рождения она всегда праздновала дома, в кругу родителей. Где бы ни находилась, она прилетала в родной город.

Таков был закон ее жизни, которая сложилась очень счастливо, практически как мечталось: и хороший муж, и ребенок, и дом – полная чаша. Она знала, что ей завидуют подруги: одни белой завистью, открыто говоря о том, что она одна среди них такая счастливая, другие – в глубине души, с равными долями обиды и злости.

Никогда не обращала на это ни малейшего внимания, как будто знала, что у каждой медали есть две стороны. Но ее муж действительно был замечательный: они жили в Америке, потому что он работал в ООН. А она просто украшала его жизнь, что умела делать блестяще. Их роман был коротким и красивым: встретились случайно на отдыхе в межсезонье. В полупустом отеле только они родом из России. Ему было скучно, он очень хотел общаться и вообще понравиться этой симпатичной девушке с грустными глазами. Поэтому галантно ухаживал и даже устроил романтический ужин на пирсе, уходящем далеко в море, со свечами, шампанским, розами и даже довольно дорогим подарком. Это и смутило, и возвысило в собственных глазах. В сумерках они сидели среди морской пучины, ветер кружил подол ее платья, искрилось вино, и постоянно гасли свечи, что почему-то веселило.

В этот вечер ей было хорошо. Ведь она сбежала ото всех и от всего к осеннему штормящему морю, пытаясь найти душевное равновесие и вообще смысл отношений с мужчинами после головокружительного романа с одноклассником.

Детско-юношеский роман был до неприличия долгим, но не предвещал логического завершения. Так считала мама. Папа молчал, что было красноречивее всех слов. Она же страдала, потому что была влюблена в него с 9 класса и хотела выйти замуж, особенно когда он стал ее первым мужчиной. Но он постоянно повторял, что не создан для семьи. К тому же можно жить и в гражданском браке до тех пор, пока любовь не кончится. Все это сводило с ума. Она не понимала, почему их любовь должна закончиться, как кончаются деньги или сахар. Кто придумал такую жестокость?

И вдруг мужчина, которого она не знала еще каких-то семь дней назад, смотрел в ее глаза, предугадывал желания, приносил по утрам к порогу ее номера свежие цветы, рассказывал о своей жизни и о том, что засиделся в женихах. Ей было приятно слушать эти мужские бредни, как их в шутку называли подруги. Но сейчас она хотела слышать именно это. Когда он улетел, а она еще оставалась отдыхать, поняла, как сильно к нему привязалась.

Дома ее ждала холодная погода, удивившая ранним снегом, новости, которые каждая женщина назовет ужасными. А потом в почтовом ящике она стала находить настоящие старомодные письма в конверте и открытки с видами Нью-Йорка.

– Неужели сегодня такое бывает: письма на хорошей бумаге, положенные в конверт? А не смс или, так сказать, текст личного содержания по электронке. Это просто подарок судьбы, – рассуждала мама.

– Кстати, твоя школьная любовь, дорогая, оказался бабником, – сказал за ужином папа.

– Помнишь такую неинтересную девицу из соседнего дома? Так она ждет от него ребенка, а он в срочном порядке собирается жениться. Вот и любимая ты…

– Значит, папа, я не была его любимой. Мне это малоинтересно. Я скоро тоже выйду замуж, – стараясь сохранять спокойствие, ответила она и подумала, что надо бы опять куда-то уехать, чтобы наедине с самой собой свыкнуться с мыслью о том, что мужчины – не самые лучшие существа на Земле.

Родители молча смотрели на нее.

– А что? Должен же кто-то нарушить мое гордое одиночество.

Как будто подслушавший ее слова, зазвонил телефон. Это был он – мужчина, который уже изменил ее жизнь, о чем она совершенно не догадывалась.

А уже через месяц он прилетел к ней и сделал предложение. Произошла помолвка. И на ее пальце появилось кольцо с крупным чистым бриллиантом. Опять – на зависть всем.

Но «заморский» жених преподнес ей еще один подарок – камень-оберег на длинной цепочке.

– Если тебе в чем-то будет трудно, оберег поможет, – сказал он, надевая на нее нефрит в золотой оправе. – Камень станет оберегать и мою любовь. Когда ты вдруг захочешь разлюбить меня, камень не позволит. Только носи его всегда, любимая.

Он не рассказал ей, что сильно влюбился и по совету колдуньи купил в полнолуние нефрит, оправив в золото. Считалось, что нефрит, обрамленный в оправу под старину в виде лаврового венка должен был сохранять ее чувства к нему. Колдунья сказала, что такой оберег на груди женщины навсегда привязывает ее к мужчине.

Для нее же слова про оберег запомнились каким-то общим смыслом. Потом ее отвлекли приготовления к свадьбе. И размытыми тусклыми событиями промелькнули мимо – скоропалительный брак ее бывшего любимого и рождение у него ребенка. Подруги вздыхали:

– Везет тебе, как никому из нас. Не успела с одним расстаться, другой появился. Неужели так быстро разлюбила?

– Девочки! Это настоящая любовь с мужчиной, а не с «подростком». Вот скажите, как я могла влюбиться в одноклассника? Представьте, какая жизнь ждала бы меня…

– Вся жизнь человеческая – уроки.

Она вздрогнула от голоса учителя и посмотрела в его глаза.

– Жизнь всегда пытается нас сделать счастливыми. Мы же упрямо норовим пройти свои уроки. Особенно это касается вас, женщин, – учитель ласково смотрел на нее и, как маленькую, гладил по голове.

– Ты же была счастливой или нет?

– Десять лет я была счастлива или старалась быть счастливой. Мне всегда казалось, что не хватает главного: чувств, захватывающих, как весеннее половодье, эмоций, безумных поступков, легкой ревности, маленьких ссор и сладких примирений.

Да, мой муж хороший человек, но положительный до пресноты.

У меня всегда возникало странное ощущение, будто я старше себя самой лет на двадцать.

– Скажите, – продолжила она, обращаюсь к учителю, – а есть рецепт выбора мужчин?

– Выбирать надо по Душе.

– Как это?

– А вот выбрала мужчину и сомневаешься. Дома закрой глаза, почувствуй его присутствие, его энергию, его сущность. Что от этого человека исходит: тепло или холод?

А теперь представь камень-валун, весь мхом заросший. Качай мысленно камень с ним вдвоем. И вот если на сердце спокойно и радостно, камень качается и ощущение радости, триумфа, значит, это твой мужчина. Тебе с ним будет хорошо. А вот если тревожно и холодно, скользко на руках, хочется камень бросить, убежать, значит, это не тот, кого ты искала.

Учитель помолчал и задумчиво сказал:

– Но чаще жизнь для вас, барышень, сама камнем делается. Чувствуете, что не поддается, но раскачиваете.

– Да, – задумалась она. – Я долго раскачивала камень прошлой любви, живя десять лет, как мне казалось, в счастливом браке.

Она опять вспомнила июль, родной дом, подруг.

Росла дочь, которую муж боготворил, как самое большое чудо своей жизни. Она была счастлива. Просто счастлива, потому что все было хорошо. И по-прежнему носила подаренный мужем камень-оберег. Наверное, больше по привычке. Хотя притягивала красота камня, его старинная оправа и ощущение тайны, которая была с ним связана.

И вот она вновь встретила его. Свою юношескую любовь, милого одноклассника, которого, как ей казалось, оставила в прошлом.

Все получилось случайно.

В один из приездов на день рождения она в своей комнате, где по ее просьбе родители ничего не меняли, собрала самых близких подруг на девичник. Когда начались воспоминания, появилось желание посмотреть старые фотографии. Из шкафа достали распухший от фото альбом. Из него веером вылетели черно-белые и цветные снимки. Среди них были записки, какие обычно на уроках в школе мальчики посылают девочкам, и письма, в которых жили уже взрослые чувства.

– Это же от него! Ты хранишь этот хлам? Неужели мемуары будешь писать? – смеялись подруги.

– А, знаешь, он нарожал детей, да и развелся. О тебе спрашивал. А мы объяснили, что ему до тебя – как до Луны! – вдруг сказала одна из подруг, развернула письмо и начала с выражением читать: «Здравствуй, моя голубка! Даже час без тебя – год…»

– Не смей! Слышишь, не смей! – проговорила она шепотом, который казался громче крика. И нагнулась, чтобы собрать фотографии и письма. В довольно глубоком вырезе платья подруги увидели так долго скрываемый от посторонних глаз оберег. Она быстро спрятала его, но почему-то остался горький осадок, словно ее напоили полынным чаем.

– Красивая штучка. Очередной подарок мужа? – проговорил кто-то, чтобы разрядить обстановку.

– Да, подарок мужа. Один из первых, – уклончиво ответила она.

В воздухе повисло напряжение.

– Девчонки! – проговорила одна из подруг. – Давайте мальчишек пригласим, вспомним юность.

Все как-то весело подхватили идею и схватились за телефоны. Кого-то не оказалось в городе, кто-то не смог. Но трое пришли, и среди них был он.

– Привет! – с порога сказал он, не замечая других. – Такая ты красивая и уверенная в себе.

– А раньше была некрасивой и неуверенной? – улыбнулась она.

А он молчал и просто смотрел, пристально и немного дерзко. От этого можно было потерять сознание. Но таким был его коронный номер еще в юности, который магически действовал и сейчас. Он, конечно, изменился. Немного уставший. Немного неухоженный. Но такой же, как в их последнюю встречу, когда она любила его и ревновала. «Почему муж всегда такой… хороший, без изъяна, без ошибочки. Только ум, лоск, приличие? – подумала она с раздражением. – Не за что зацепиться. Можно только обосновывать выбор его как мужа, а не бросаться в омут, не любить так, словно это в последний раз».

– Эй! Ты почему побледнела? – проговорил он. – Слушайте, девчонки, поехали кататься по Москве-реке на пароходике? Помнишь, на тебе тогда был голубой сарафан… Кстати, он сохранился в твоем гардеробе? – он обращался только к ней.

– Я не могу на пароходике. У меня дочь. А у тебя трое детей. Я замужем.

– При этом у меня есть ты, а у тебя есть я. И так будет всегда.

– Давай повторим все.

Они не заметили, что в комнате кроме них, никого не осталось.

Все началось и было, как в первый и как в сотый раз – безбрежное счастье, если такое вообще бывает. В старой квартире, доставшейся ему от родителей, под окнами которой с самого утра звенели идущие трамваи. Здесь словно остановилось время, и оттого ей казалось, что все вернулось, и не было десяти лет разлуки. Ночью неловким движением он порвал цепь, на которой висел камень-оберег. Камень упал, издав тонкий печальный звук. По нему пунктиром прошла едва заметная трещина.

По какому-то странному совпадению в этот момент ее телефон издал мелодию, извещавшую о смс. Муж спрашивал, где она. Он не спал. Стало страшно, потому что самым нелепым и жестоким образом сейчас соединились два мира: ее прошлое и настоящее. А будущее висело, как ватное облако на тонкой ниточке, готовой порваться даже от порыва ветра. Она не понимала, с кем была более счастливой и с кем будет? И почему так поступила? Что делать дальше? Но душа и тело, наконец-то объединившись в одном порыве, говорили ей – то ли правду, то ли ложь: что это мгновение, завернутое в объятия ожившей любви, и есть счастье.

– Давай поженимся, – сказал он.

– Нет, лучше гражданский брак, – ответила она, чем очень его удивила.

– А ты изменилась…

Через два дня она не улетела к мужу, а сообщила ему о том, что хотела бы развестись.

– Подумай! Я прошу тебя. У нас дочь! Ну, в конце концов – погуляй! С кем не бывает. Но одумайся. У тебя нет будущего с этим мужиком. Он остался в прошлой жизни. Ты все придумала. Я даже не прошу тебя думать о моей карьере, которую ты ставишь под удар.

– Нет. Прости, – сквозь слезы говорила она.

– Я должен спросить, что случилось с камнем?

– Почему ты спрашиваешь, будто что-то знаешь? Словно управляешь мной все эти годы! А сейчас произошел сбой. Так? На камне появилась трещинка. Цепь порвалась. И он упал. Я его больше не ношу. Где ты взял этот оберег?

– Не могу сказать. Нет смысла. Через адвоката договоримся о формальностях развода. На финансовую помощь не надейся. Хватит и минимума. Учись жить по средствам! И по силам.

Она действительно начала учиться жить по силам и средствам. Отношения со старой любовью так и не наполнилась новыми смыслами. Он был таким же, как десять лет назад. Таким же, как в 9 классе, когда она заметила, что его зеленые глаза провожают ее пристальным взглядом, и попала в их плен. Он отстранялся от всех проблем, потому что решать их было не царским делом.

– Почему твой муж не помогает тебе? Мы могли бы жить припеваючи на эти деньги. У меня малооплачиваемая работа, алименты, помощь семье. Ты перебиваешься переводами. Это же жалкие деньги! Надо бы его прижать, – Любил говорить он, что выводило ее из себя.

– Потому что, в конце концов, я виновата перед ним.

– Но ты же знаешь шутку: жизнь с милым хороша и в шалаше, а с милой – в хорошей квартире.

– Я знаю, что сделала очередную ошибку. А ты действительно не создан для семьи. Так, вечный любовник. Пустота в пустоте.

Она собрала вещи и вернулась к родителям, с которыми жила дочь. В один из поздних февральских вечеров она сидела в сумерках и думала, что если бы волшебным образом соединить лучшие качества этих двух мужчин, то получился бы почти идеальный вариант. Наивность собственных мыслей рассмешила. Ведь так придумывают своих героев девочки-подростки. Она достала альбом, собрала все его фотографии, письма и записочки, порвала и сложила в пакет. Вытащила из шкатулки оберег. Оделась и вышла на улицу.

В окнах квартир загорался свет. Ей всегда нравилась эта разноцветная мозаика, и всегда по-детски верилось – за окнами каждой квартиры – счастье. Она высыпала на подтаявший снег то, что осталось от писем, и подожгла. Пламя было сильным, но быстро погасло. И от строк любви осталась маленькая горстка пепла, которую подхватила слабеющая уже весенняя метель. Она подержала на ладони камень-оберег и резким движением бросила его в темноту…

Остатки зимы пробежали незаметно, весна и вновь наступило лето.

И вот сейчас, сидя на ступеньках набережной со своим мудрым бывшим классным руководителем, она рассуждала на тему выбора мужчин. Она вспоминала всю свою жизнь и рассказывала о том, что ее одноклассник вновь женится, иначе посадят родители молоденькой любовницы. А муж ушел из ООН и женится на американке.

А она? Она неправильно сделала выбор или правильно?

– Или все-таки лучше быть свободной, чем всю жизнь подстраиваться? – повернула она заплаканное лицо к учителю.

– Ты все правильно сделала. Чем сильнее горят мосты за спиной, тем ярче впереди путь.

Комментарий автора:

Сжигая старые письма, как правило, человек изменяет свои мысли. «Усталая память», так долго хранившая былые чувства, освобождает внутреннюю психофизическую энергию. Все события как будто стираются огнём костра, и у человека появляется вдохновение и желание творить новое счастье. Вот почему так часто, сжигая старые бумаги, уже не имеющие смысла, человек как бы неосознанно даёт себе разрешение жить по-другому.

Счастье от ангела

Снег шел всю ночь и весь следующий день. Город становился наряднее и чище. Светлело на душе, словно жизнь являлась тем белым листом бумаги, на котором еще можно написать все самое лучшее. Но она не любила зиму и боялась приближения новогодних праздников. На это были свои причины. Друзья давно не звали ее кататься на лыжах, понимали ее грустный взгляд на людей, вместе с детьми весело несущих зеленые елки, никто не решался иронизировать по поводу ее частого посещения магазина игрушек.

В этот день она опять остановилась около витрины магазина и, чуть помедлив, вошла. Ей понравился смешной медвежонок, одетый в костюм Деда Мороза. Но покупать игрушку ей было некому, а себе – глупо. К ней подбежала молодая продавец и затараторила быстро и жизнерадостно:

– Сыночку подарочек подбираете? Правильно. Это то, что нужно, потому что, посмотрите, медведя можно потом раздеть, снять с него шубу Деда Мороза! Правда, здорово?! Мальчику 4 года?

– Почему вы так решили? У меня нет детей, – ответила она, и в ее голосе задрожали слезы.

– Женщина, да берите, найдете, кому подарить. Или вам денег жалко? – продавец продолжала тараторить, не оставляя времени подумать.

– Хорошо, я покупаю эту игрушку.

Медвежонок был упакован в красивый пакет. Взгляд слишком активной продавщицы стал добрее, но в нем появилось что-то непонятное, что настораживало. Из-за праздничной суеты анализировать было некогда. Надо было успеть добежать до клиники и принять очередного пациента. Вот уже много лет она работала в клинике неврозов психотерапевтом. Около ее кабинета уже сидел мужчина и, судя по тому, как он резко листал журнал, был взвинчен. Она пригласила его войти. Он пристально посмотрел на нее и, выдержав паузу, сказал:

– Я не очень верю, что обыкновенный психотерапевт может изменить чью-то жизнь.

– Конечно, жизнь вряд ли можно изменить за один визит, но мысли поменять можно.

– Да-да, философия – залог успеха. – Это ваш девиз? Вы ведь сама «сапожник без сапог». Не так ли?

Она вздрогнула, но, взяв себя в руки, вежливо предложила войти.

Мужчина же, по-видимому, «спустил пар» и разговаривать не захотел:

– Извините, вряд ли вы поменяете мои мысли, а уж тем более мою жизнь. Всего вам доброго. С наступающим Новым годом! Я передумал что-либо менять.

Его взгляд был колким, даже насмешливым. Но что-то до грусти отчаянное читалось в его глазах.

Она отвела взгляд и сухо попрощалась. Войдя в кабинет, устало опустилась в кресло, распаковала пакет и посмотрела на медвежонка:

– Может, надо было его переубедить? – спросила она у медведя. – Ведь он явно в отчаянии.

К ней пришли воспоминания о том солнечном зимнем предновогоднем дне, когда они с мужем катались на лыжах. Было так хорошо и красиво вокруг, что она решила сказать ему о своем секрете, о сбывшейся мечте именно здесь под этим Новогодним хрустальным небом.

– У нас будет ребенок, – прошептала она.

Муж потянулся к ней, чтобы обнять. И они оба, потеряв равновесие, упали. Потом случилось то, что случилось. Страшная ночь в больнице и день, когда ей сообщили, что она не сможет иметь детей. Муж плакал. Она стала словно каменной: слез не было, как и будущего.

Через год они развелись, по странному совпадению – под Новый год. В это время по улице кто-то нес пушистые елки, покупал в магазине подарки…

Она отогнала эти воспоминания и, наконец, обратила внимание на буклет, непонятно как оказавшийся в пакете с плюшевым мишкой. Буклет рассказывал о фильме «Ясновидящая». Скрипт-реалити, где практикующая ясновидящая играла сама себя.

В это время зазвонил мобильный телефон, звонила подруга:

– Грустишь? А тебе, дорогой наш терапевт, не пора ли заняться своей жизнью? И спросить у кого-нибудь: да что же я делаю не так? Опять ведь будешь не жить, а переживать эту зиму, словно она не одна, а целых пять! – без лишних реверансов сказала подруга.

– Согласна с тобой, – ответила она, чем несказанно удивила лучшую подругу.

Она закрыла кабинет и вышла на улицу.

– Да, мой дорогой психотерапевт, у тебя хроническая депрессия, – сказала она вслух, глядя на собственное отражение в стеклянных дверях клиники.

Дома, открыв ноутбук, она набрала электронный адрес, написанный на буклете. Фильм за фильмом она просмотрела истории человеческой жизни. За окном было темно, часы показывали три часа ночи. Завтра Новый год. Она хотела уже было закрыть ноутбук, как увидела, что подруга из Германии прислала письмо на Фейсбук. Она открыла почту в Фейсбуке, ответила подруге и машинально набрала имя той самой ясновидящей, чьи фильмы просмотрела.

– А она вообще-то реально существует? – мелькнула мысль.

К ее удивлению, женщина – ясновидящая не только существовала, но и практиковала. Она стала читать ее страницу и увидела только что появившийся рассказ «Ангел, пошли мне того, кто мне поможет, и того, кому помогу я». Она прочла рассказ и, заплакав, подошла к окну. Ночной город просыпался, сверкая предновогодними огнями.

– Решено. Это та самая мысль, которая должна поменять мою жизнь, – подумала она, пытаясь хоть немного поспать.

Утром она побежала покупать колокольчик и свечи. С нетерпением дождавшись Новогоднюю ночь, она все сделала, как было написано в рассказе ясновидящей. Записала желание, сделала самолетик, позвонила в колокольчик и, распахнув окно, под громкие крики и грохот петард она прошептала сквозь слезы:

– АНГЕЛ МОЙ, БУДЬ СО МНОЙ. ПРИДИ КО МНЕ, МЕНЯ ПОДДЕРЖИ. МОЕ ПОКАЯНИЕ, СЛЕЗЫ И ПРОСЬБУ МОЮ В НЕБЕСА ДОНЕСИ. ВОЗЬМИ МОЮ СЛЕЗИНКУ ПОКАЯНИЯ И ВЕРНИ МНЕ СЛЕЗИНКОЙ РАДОСТИ.

– Ангел, пошли мне семью, пошли мне ребенка, – она выпустила самолетик и закрыла окно.

Люди встречали Новый Год. Им до нее и ее самолётиков не было никакого дела, – не буду никого осуждать, буду ждать счастье, – подумалось ей.

Новогодние каникулы тянулись и надоели своим унылым одиночеством. Ближе к Рождеству ей позвонили из клиники и спросили, не может ли она принять пациента, несмотря на праздники и выходные.

Она даже обрадовалась такому предложению и согласилась приехать в клинику.

Перед ней был тот самый предновогодний посетитель. Его история взволновала ее. Такой случай действительно был впервые в ее практике. И самое главное – создавалось ощущение, что этот совершенно незнакомый мужчина втягивает ее в свою жизнь. Она поймала себя на мысли, что, слушая его и давая рекомендации, она оценивает его, как говорили подруги – «примеряет». А монолог мужчины тем временем складывал историю его жизни.

Он говорил о сыне, которого воспитывал один. Конечно, он был богат, рядом были няни, и не одна. Для него не было препятствием пригласить профессиональную гувернантку. Но мальчик хотел иметь маму! Маму, которую его отец отнял у него изначально, решив завести наследника от суррогатной матери. В его понимании это исключало и проблемы с женщинами, которые всегда хотели от него денег и изменений в личной жизни, к которым он не был готов. А он хотел иметь не жену, а женщин – как праздник, а не как рутину быта и взаимных разборок. Впрочем, ему были интересны и мужчины, но так – иногда для драйва.

Сеанс затягивался, мужчина периодически замолкал, но она деликатно не торопила.

– Сейчас сын хочет лепить снежную бабу и кататься на лыжах. Я могу засыпать двор снегом даже летом, отвезти его в Куршавель, но не могу дать, что он хочет – мать. Обманывать тоже не хочу. Я сам не знаю, что хочу и зачем я пришел. У меня есть мысль найти ему маму. Того требуют обстоятельства. Я не знаю, что делать. Я подобрал несколько кандидатур, но не знаю, насколько это психологически правильно.

– Я вас понимаю, но, уверена, что на сегодня достаточно. Я предлагаю вам продолжить завтра, – сказала она, подумав про себя: «Олигарх с трудной судьбой и с чувством глубокой вины. Сложный пациент».

Но мужчина не спешил уходить. Ее взгляд зацепился за пакет с предновогодним медвежонком. Она протянула ему пакет с игрушкой.

– Вашему сыну от Новогоднего Ангела. Сколько ему лет?

– Скоро 4 года! А вы любите кататься на лыжах?

– Нет. Не люблю, – в ее голосе зазвенели слезы.

– Простите, и спасибо вам…

Резко повернувшись, он зашагал по длинному коридору.

– Подождите, – крикнула она. – А вы верите в Ангелов?

Он, остановившись, недоуменно посмотрел на нее.

– Да, это нелепо то, что я скажу. Но вы позовите своего Ангела-хранителя, помолитесь, что ли.

В пустом и длинном коридоре их диалог, и вправду, выглядел смешно и глупо.

– Вы думаете, это поможет? Смешно. Хотя…

Он зашагал, размахивая пакетом с плюшевым мишкой, оставив ей осадок какой-то собственной профессиональной несостоятельности.

Каникулы закончились. Начались длинные зимние будни. Она часто вспоминала об этом пациенте, но, поскольку он не оставил координаты, узнать ничего не могла. Мысль о нем, о том, что с ним происходит, не давала ей покоя. Она решила сходить на прием к той самой ясновидящей.

– Мне очень одиноко. Судьба ударила, муж предал. Желание загадала, а сама не верю, – слезы хлынули рекой, как будто она долгое время копила их для вот такого подходящего момента. – Я не знаю, что делать. Я очень устала от одиночества и предательства. Я беспокоюсь о нем очень сильно. Но он не пришел. Что с ним? Может быть, его уже нет в живых?

Голос ясновидящей не только успокаивал, но как будто согревал:

– Уже ничего не надо делать. Ты позволила своему Ангелу-хранителю тебе помочь. Все приходит вовремя к тому, кто умеет ждать. У тебя уже есть семья. Тебя ждет твой сын. Осталось совсем немного. Просто почаще молись своему Ангелу, благодари и проси помочь. Запомни: лучший способ вызвать Ангела, это улыбка и смех. Ангелы отзываются на радость, потому что это то, из чего они сделаны. Сейчас мы попросим с тобой твоего Ангела дать ему знак.

На следующий день она проснулась и почувствовала, что сбросила многолетний груз обид.

Прошло несколько дней. Она, как всегда, шла пешком на работу, щурясь от холодного ветра и последнего февральского снега.

– Скоро весна, – подумалось ей сквозь кокетливый автомобильный сигнал. Около нее остановилась машина.

– Доктор, – мужчина махал ей рукой. – А вы изменились, – продолжал он, не здороваясь. – Похорошели. Влюбились. Или чуда ждете?

– Может быть, и жду. Где вы были?

– В одном невеселом месте. Сейчас ездил к вам в клинику. Нет, не на исповедь, у меня к вам деловое предложение.

Она открыла рот, чтобы поздороваться. Но мужчина уже вышел из машины и, обняв ее, усаживал на переднее сиденье.

– Пристегнитесь и не перебивайте вашими умными вопросами и советами! Есть ситуации, в которых вся эта чепуха не нужна. Моя служба безопасности собрала о вас информацию. Уж извините. Вы идеальный кандидат. К тому же вы без фальши и прямолинейны. Вы же помните, семья казалась мне делом, на которое не стоит тратить жизнь. И вот недавно я узнаю, что я, оказывается, растратил свою жизнь. Лимит исчерпан! В 40 лет! Это только в кино «в 40 лет жизнь только начинается». У меня – заканчивается. Мне надо исчезнуть. Я буду жить, конечно. Но у меня жестокий диагноз; ВИЧ – это своеобразное клеймо. Что делать – мир жесток! А вам, госпожа психотерапевт, придется стать мамой моего сына.

Она ничего не понимала.

– Подождите, что вы такое говорите?!

– Молчите! Я сказал сыну, что мама скоро приедет и показал вашу фотографию. Я долгое время рассказывал ему, что мама врач и спасает детей в Африке. Я положу на ваш счет деньги! Много денег.

– Мне не надо денег. Вы играете людьми очень легко! – она пыталась то ли пристегнуть, то ли отстегнуть ремень безопасности.

Ремень пристегнулся, прищемив ей палец, и, сквозь слезу, она с гневом почти прошипела:

– Вы по жизни победитель!

– Нет, я проигравший. Вы пока просто этого не поняли. Завтра вам надо переехать в мой загородный дом. Во дворе построена горка для катания на лыжах. Я приказал поставить снежные пушки во дворе, потому что на улице снега почти нет.

Он выдохнул, посмотрев на нее. Она отрицательно качала головой. Он отвернулся от нее, а затем, взяв за подбородок, сказал дрожащим то ли от злости, то ли от безысходности голосом:

– Ты же сама сказала про Ангела. Мне приснился Ангел, – его голос уже не был столь резким. – Ангел показывал мне на тебя, на моего сына. Я видел Ангела, вы понимаете? Ангела!

От волнения он называл ее то на «вы», то на «ты»:

– Помните, я в первое свое посещение сказал, что ищу маму для своего сына. Вы сказали мне позвать своего Ангела. Я молился, я очень молился. Мне, правда, тошно и безысходно, и я никого не победил. Это последнее, что я могу сделать для вас и моего сына.

Он отпустил ее подбородок. Голос стал спокойным:

– В понедельник самолет. У меня нет другого выхода и времени тоже нет. Я улетаю на Афон. В монастырь. Знаете, думал, что это не моя тема – Бог. Но, как оказалось, эта тема касается всех, каждого в свое время.

А у вас будет сын, понимаете – сын! Он у вас замечательный.

– А как же вы? – еле слышно проговорила она. По ее щекам текли слезы.

Назавтра она, взяв отпуск за свой счет, летела за рулем своего любимого авто по шоссе за город. «Volvo» была доверху забита игрушками и воздушными шариками. Она не знала, что будет говорить совершенно незнакомому ребенку, но уже любила его сильнее всех на свете.

Металлические ворота открылись и впустили ее на территорию Снежной Королевы. Перед ее взором открылась огромная снежная горка, наряженные елки и кружащийся из стреляющих пушек снег.

«Маленький Кай» бросился к машине с криком:

– Мама, я так счастлив, что ты приехала из своей Африки.

Руки мальчика обнимали ее за шею, а губы потянулись с поцелуем к отцу. Так они и стояли в кружении снега, соединенные ручками маленького мальчика.

– Вы мне очень нравитесь. Я даже влюблен. Как жаль, что мое счастье опоздало, – он вытер слезы.

– Не будьте пессимистом, – ответила она, хотя на душе было сладко и тревожно.

Наступил вечер. Камин трещал поленьями, как будто пытался сжечь все, что ранее омрачало их жизнь.

– Я оформил все бумаги, не беспокойтесь. Он протянул ей ее паспорт.

Она открыла паспорт и увидела, что теперь замужем.

– Я передал вам права опекунства над нашим мальчиком. Знаю, что ты справишься. А вообще, – он улыбнулся, – ты на меня хорошо действуешь, чувствую себя прекрасно, словно здоров, как бык.

Утром он улетел. Ее дни наполнились новым смыслом. Она была счастлива каждую минуту трудного дня и расцветала только от одного: «Ма!», когда сын кричал из соседней комнаты. Но ей хотелось, чтобы у мальчика был отец, которого никто не мог заменить. К тому же, муж по паспорту, что скрывать, ей очень нравился. Поэтому она так любила смотреть на сына, повторившего все его черты.

Иногда он звонил, разговаривал с сыном. Говорил, что чувствует себя хорошо, а главное, спокойно.

Весна, лето, осень. Они с сыном возвращались из Хорватии в Москву. Там у нее теперь был прекрасный дом, где она познакомилась с соседями – семейной парой. У них четверо детей, которые крепко подружились с ее сыном. Отец большого семейства через две недели собирался на Афон. Она решилась рассказать ему свою историю и передать мужу письмо. В нем описала, как она его любит, о том, что ВИЧ не приговор, что они могут жить вместе и нет смысла ему наказывать себя.

Новый друг с радостью взялся передать письмо. Он был врачом и на Афон летал два раза в год. Для собственной духовной поддержки и для профессиональной помощи монахам.

Через две недели приятель, вернувшись, пригласил ее с сыном к ним в гости.

– Ты знаешь, – после ужина сказал он, – твой муж не похож на больного с таким диагнозом. Он хорошо выглядит, похудел, статен, бодр. Все еще послушник, но собирается постричься в монахи. Более того, я говорил с ним, кровь он сдавал один раз и упрямо больше не желает ничего делать. Завтра я предлагаю тебе съездить в ту самую элитную клинику, где он лечился. Для меня кажется странным, что он не стоит на учете, что о нем не волнуются.

Вечером дома разговор с приятелем не выходил у нее из головы. Действительно, почему ей не приходило в голову об этом раньше подумать.

На следующий день приятель повез ее в клинику, где проводились исследования ее мужа. Лечащий доктор принесла в кабинет главного врача его карту.

– Позвольте? – спросил приятель и открыл медицинское досье. – Ничего не понимаю, все анализы в норме.

– Как я и говорил! – главный врач торжествующе развел руками. – Может, вы что-нибудь объясните? – обратился он к лечащему врачу.

– Я же тогда рожать уходила и этого пациента передала коллеге, – она назвала фамилию лечащего врача.

Минутами позже в кабинет был вызван тот самый коллега. Молодой, выхоленный мужчина, явно амбициозный и заносчивый карьерист.

Главврач был вне себя:

– Как могло такое случиться? Что бы вы сейчас ни сказали, вы уволены!

– Тогда я могу сказать, как есть: я отомстил ему! Да, он ничего не обещал. Но он изранил мою душу. Эта связь принесла мне столько мучений. Он вечно носился со своим сыном, который у него непонятно как появился. А я любил его с первой минуты. Да, я мечтал жить в его шикарном доме, пользоваться его деньгами… А он использовал меня и вышвырнул из своей жизни. Я виноват как врач, но как человек – я удовлетворен.

– Можете не продолжать, уйдите, – главный врач был на грани шока. Подмена анализа крови, уволенный доктор, репутация клиники, находившаяся под угрозой.

– Успокойтесь, профессор, – приятель подал главному стакан виски и протянул ей второй бокал. Она выпила залпом, и жар от спиртного начал выводить ее из ступора.

– Да, уж, – голос главного врача был хриплым. – Это же наш VIP-пациент. А вы ему, кстати, кто?

– Она мать его ребенка, – ответил за нее приятель.

– Рад! Тем более, вам и флаг в руки.

В ту же ночь они с сыном и приятелем летели в Грецию. Оставшись в отеле, она не находила сил и возможности пережить эти два дня.

– Господи! Ну почему на Афон не пускают женщин? Что за несправедливость.

Наконец позвонил приятель и сказал, что через час они будут на Набережной в порту. Рассказал, что ему пришлось напугать ее мужа плохим самочувствием сына. По-другому бы он бы не поехал.

Яркое солнце и теплое море могли радовать глаз, но только не сейчас. Ее трясло, как на февральском морозе.

Мальчик держал в руках ее мишку, с которого был давно снят костюм Деда Мороза.

– Папа. Посмотри, как я вырос.

Он подхватил сына на руки.

– Что, что случилось? Что происходит?

– Ты здоров! Твои анализы – ошибка. Ты зря прятался от жизни. Все подменил твой лечащий врач, – она кричала сквозь рыдания и смех.

Он опустил сына и заплакал. Его черные одежды подчеркивали весь драматизм происходящего.

– Столько раз я представлял, что кто-то скажет, что все произошедшее ошибка. Столько раз молился Ангелу-хранителю о том, чтобы донес Богу мое раскаяние. А сейчас даже не знаю, что делать с этим бесценным подарком – жизнь. Я поеду. Я приеду, но не сейчас. Сейчас я не могу.

Он прижал к себе сына:

– Я приеду, сынок, я обязательно приеду. Я должен все осознать.

Он поцеловал ее первый раз в губы и крепко обнял.

Море, солнце Греции не имели никакого смысла без него…

– Как будто целая жизнь прошла. А всего только три месяца с того теплого вечера в далекой Греции.

Люди встречали Новый 2016 год.

Она сорвала листок: «31 декабря», день подходил к концу.

Она открыла окно, высунула руки:

– Ангел мой, спасибо!

Снежинки опускались к ней на ладони, кружась, поднимались к голубым куполам храма. Наряженные елки, словно Ангелы-стражники, стояли на посту и оберегали деревенский покой. Она закрыла окно и вернулась к столу.

– Как много произошло в ее жизни. Она жена священника, и у нее есть сын. Ее Ангел помог ей, а она помогла двум дорогим для нее людям.

– Боже, как все в жизни тобой предусмотрено, как важно, когда ты посылаешь того, кто подскажет, где твое счастье.

Она отложила ноутбук, скоро часы пробьют 12, и, хотя для ее мужа основной праздник Рождество, Новый год никто не отменял. Она засмеялась, вспомнив слова ясновидящей: «Ангелы отзываются на радость, потому что это то, из чего они сделаны», и, пробежав глазами длинное письмо, нажала кнопку «отправить».

……..

Спасибо, моя добрая фея. Пусть ваши Ангелы помогают вам и исполняют ваши самые заветные мечты!!!!

Комментарий автора:

Это письмо я получила через год, после того, как был опубликован первый рассказ о помощи Ангела.

Третья попытка

Она была умницей. Но даже мама не могла назвать ее красавицей. Только бабушка всегда говорила, что женщины ее типа расцветают с годами и почти не стареют. Однако это утешало мало, потому что личная жизнь совершенно не складывалась. Романов почти не случалось ни в старших классах школы, ни в институте, ни на работе. Она стала хорошим переводчиком и продолжила династию, но трудиться приходилось в женском коллективе, что практически закрывало перспективы встретить кого-то достойного. Между тем жизнь приготовила то ли счастливый сюрприз, то ли испытание: ее семья уезжала на постоянное место жительства в Австралию.

– Знаешь, эмиграция – это то «место», куда лучше ехать со своим самоваром, – давала дельные советы подруга.

– Я же ни с кем сейчас не встречаюсь, – отвечала она.

– Ты не понимаешь: твои шансы выросли, потому что через какое-то время ты будешь жить в такой благополучной и красивой стране. Так что смело выбирай любого! И он будет твой!

– Я бы выбрала этого, ну новенького, что недавно пришел работать в соседний отдел.

В этот момент дверь кабинета открылась, и вошел тот, о ком шла речь: высокий, модный, галантный.

– Воркуете, красавицы?! О чем же? Мне тут документик один надо взять.

– Да вот говорим о жизни в Австралии. Все там хорошо, только сезоны перепутаны: когда у нас лето – у них, представляете, – зима. И как там она жить будет в такой климатической неразберихе? – мягко повела разговор в нужное русло подруга.

– Неужели вы уезжаете? Как жаль, когда лучшие девушки покидают нас! – не растерялся он.

Она смутилась, покраснела и ничего не смогла сказать в ответ, но почему-то согласилась встретиться с ним после работы. Причина была безобидной: он мог многое рассказать об Австралии, где недавно был на стажировке. Через 3 месяца они были женаты. Она уезжала с семьей первой, он должен быть ждать вызова для воссоединения семьи. Все складывалось благополучно.

Однако он не приехал ни через полгода, ни через год. Подруга говорила, что он давно уволился и вылетел к ней. Его телефон зловеще молчал, наводя на самые страшные мысли. Пришлось делать многочисленные запросы в разные инстанции, а потом читать ответ, который нельзя было подвести ни под одно логическое объяснение. Жене сообщалось, что муж прибыл в страну тогда-то и в настоящее время состоит в законном браке с гражданкой Австралии. То есть не с ней.

– Да, ты умеешь выбирать мужчин. Нашла себе ноль с небольшим плюсом в виде смазливой внешности. Авантюрист! Пустышка! А позор-то какой! – возмущалась мама.

– Ну, мама, что же теперь делать? – сквозь слезы повторяла она.

– Не плакать, а лететь на родину и разводиться, – мама стремительно вышла из-за стола. В унисон ее резким движениям звякнули чашки. Папа посмотрел вслед маме с нескрываемым обожанием. А она вновь подумала, что ее родители вытянули счастливый билет, встретив друг друга. При этом у дочери нет и намека на личное счастье.

Через два месяца она была свободна, как холодный ветер, что шумел за окном ее квартиры, потому что в конце августа здесь никто не ждет наступления бабьего лета, а зимой, как и положено, готовится к весне. В тот вечер не хотелось выходить из дома. Она позвонила по скайпу в Москву подруге.

– Знаешь, мне приснился странный сон: ну просто как в фильмах Феллини. И я это так отчетливо видела. По берегу океана идет смешная процессия. Первым шагает высокий мужчина, очень симпатичный. За ним – мужчина, внешность которого я даже не могу описать, потому что ничего особенного. Но он несет в руках старый телевизор. А потом иду я, в белом коротком платье и с букетом цветов. Словно невеста. У этого платья длинный шлейф, который несут две маленькие девочки одного возраста. И у них крылышки – ну не настоящие, ясное дело.

– Да бред какой-то. А когда снился сон? С четверга на пятницу?

– Да нет, сегодня ночью.

– Тогда не сбудется, – успокоила подруга.

Шло время. Все было хорошо. Кроме личной жизни. У нее появились новые друзья, что радовало. Они-то и пригласили провести рождественские каникулы в Квинсленде, чтобы отдохнуть. Вечером в баре за соседним столиком она заметила молодого человека, он был один и явно грустил. Их взгляды встретились, он улыбнулся. А потом пригласил ее на танец, обратившись на английском языке и сделав много грамматических ошибок в нескольких предложениях. Было приятно встретить соотечественника, интересно говорить и уютно молчать. К сожалению, отпуск кончался, приходилось расставаться и уезжать в разные города. Но смс и телефонные звонки делали жизнь совершенно другой, наполненной смыслом и ожиданиями чуда. И оно случилось! Он быстро сделал ей предложение, и в один из солнечных дней конца лета, когда в России еще томится зима, они поженились. Она переехала к нему, нашла новую работу и наконец-то, в свои 34 года, поняла, что чудеса случаются для тех, кто в них верит так же сильно, как это умеет она. Через год на свет появились две девочки: одна была похожа на папу, вторая – на маму. Ей пришлось на время уехать жить к родителям, которые могли помочь ухаживать за малышами. Счастье было таким спокойным и долгожданным, что из неприметной умницы превращало ее в красавицу.

Но она очень скучала по мужу. И однажды решила оставить шестимесячных дочек и приехать к нему, сделав ему сюрприз. Однако дверь не открывалась. Она позвонила. Ей открыла незнакомая молодая девушка, ни о чем не спрашивая, вежливо пригласила пройти в ее же квартиру. Мужа дома не было. Узнав, что приехала его жена, девушка долго и с радостным волнением рассказывала, какой он замечательный, умный, перспективный, красивый, с чувством юмора. Однако эти лестные слова о собственном муже слушать не хотелось. Девушка еще что-то говорила ей о своих гастролях, что она актриса, что останется здесь, потому что влюбилась не по уши, а по самую макушку.

Он приехал к ней сам, немного виноватый, но уверенный в собственной правоте. Потому что жизнь – одна. Она не стала опровергать этот аргумент, упрекать в измене и вообще устраивать традиционный в этом случае скандал или «разбор полетов». Поэтому разошлись тихо, оставшись друзьями. И в ее жизнь вернулось одиночество. «А, может быть, так и лучше?», – думала она.

Но новые подруги, которых в народе называют очень активными, искали пути к счастливым переменам.

– Хочешь, я тебя познакомлю с одним парнем? Очень хорошим. Правда, не Бред Пит, но это ведь и к лучшему.

– Не надо. В моей жизни уже все было по полной программе.

– Ну ладно, еще главного не было. Как хочешь. Но пусть придет, хотя бы телевизор твой отремонтирует. Он инженер. Все умеет.

В выходные телевизор был отремонтирован. Они сидели за столом, пили чай, разговаривали. Он рассказывал о том, где жил в России, что был женат, у него две дочки, которые живут вместе со своей мамой в Германии.

– Может быть, надо еще в чем-то помочь? Ну, отремонтировать, к примеру. Без проблем! Вы говорите мне, не стесняйтесь.

– Если только мою жизнь отремонтировать, – улыбнувшись, сказала она. Но он смотрел на нее слишком серьезно.

– Я попробую, если вы не против, – ответил он.

Сначала он пригласил ее и девочек в зоопарк, потом погулять в парк, затем в кафе. Малышки были в восторге. Она постепенно привыкала к тому, что этот добрый интеллектуал и умница, которого нельзя было назвать красавцем, так внимателен к ней и ее детям. Когда его долго не было, она скучала, а дочки спрашивали, когда же он придет. Через год они решили жить вместе. И эта глупая затея, как она про себя думала, оказалась не такой уж глупой.

Как-то она лежала в горячей ванне и думала о своей жизни. Это были редкие минуты тишины, которые принадлежали только ей. Он осторожно постучался и вошел.

Молча протянул ей бокал шампанского и вышел. Она удивилась, но ничего не сказала вслед. А когда через полчаса вошла в комнату, то увидела полную идиллию: стол был накрыт, стояли цветы, горели свечи, а девочки в розовых платьях торжественно сидели, поправляя прикрепленные за спиной крылья.

– Мама, выходи на него замуж! Мы его любим! – хором повторяли они, что не мешало им снимать с торта фрукты и марципаны, отправляя их тут же в рот.

– Что за спектакль, девочки? – строго произнесла она.

– Ты лучше спроси, кто режиссер, – сказал он и взглянул на нее с таким обожанием, что в голове пронеслась мысль: «Вот так всю жизнь мой папа смотрит на маму».

Он ждал ответа долгие пять лет. А еще через двенадцать, на юбилее их свадьбы, подруга, что когда-то отправила его чинить ее телевизор, произнесла тост:

– Вот сидят перед нами два человека. На вид скромные-скромные, а ведь у каждого это третий брак! Может быть, третья попытка – самая успешная? За вас, ребята!

А в ее памяти ожил тот давний сон: она шла за мужчиной, который нес в руках телевизор, шлейф платья держали две девочки. И, кажется, звучала музыка. Только она забыла, какая. Или это был просто ветер?

Комментарий автора:

Вот такая реальная история случилось у моей подруги, когда много лет назад, в юности, я предсказала ей три брака.

Услышав, что третий брак будет самым счастливым, моя подруга засмеялась: «Да старушка найдет старичка». Потому что в юности зрелый возраст кажется старостью.

Жизнь – самый опытный психолог, меняя нас опытом событий, эта самая жизнь всегда дает в руки счастливый билет.

Шанс судьбы

Яркая красота ей досталась от матери. Это было божьим даром, которому завидовали, и большой проблемой, которую ей одной приходилось решать всю жизнь, словно доказывая, что появляться на этот свет лучше счастливой, а не красивой. Она рано потеряла родителей и воспитывалась в семье у тети, где ее любили, баловали, боготворили, дали отличное образование. Но в душе словно появилась трещинка, как на тонкой фарфоровой чашке: почти незаметная, но явная, если к ней прикасались.

Когда на вечеринке в медицинском институте ее пригласил танцевать симпатичный парень со старшего курса и прикоснулся к ее руке, она вздрогнула. От неожиданности он задал совершенно глупый вопрос. Но не о том, как ее зовут, а сколько ей лет. Она не отвечала и смотрела на него большими карими глазами. А он думал, что девушки такой красоты еще никогда не встречал в своей жизни. Медленно кружилась музыка, и не было у него большего желания, как сделать все, чтобы она была его, только его и больше ничьей. От мыслей даже закружилась голова, в которой за те минуты, что он смотрел на нее, странным образом оформились все планы на будущее. Она улыбнулась и спросила:

– Ну, мы будем танцевать?

– А ты выйдешь за меня замуж? Выйдешь ведь! – почему-то резко сказал он.

– Это обязательно для танца? – ответила она.

От ее улыбки стало светлее на душе, от ответа в голове пронеслось, что она красива, но не дура, что почему-то вызвало легкое раздражение.

Он был настойчив. На следующий день уже дежурил около университетского корпуса, чтобы проводить ее до дома. Ему было страшно, что кто-то другой, а не он, может не только дойти с ней до ее дома, но и просто встать с ней рядом. Ее красота сводила его с ума, постоянно меняя настроение. Через месяц он сидел в гостиной ее дома, смотрел в глаза тете и путано говорил о своей любви, перспективах и счастье. Все молча слушали, видя его состояние.

Перед сном тетя зашла в ее комнату.

– Мне кажется, что жизнь с этим мужчиной не будет легкой, – сказала она. – И ты будешь платить за свою красоту большую цену.

– Я подумаю, – отозвалась она.

Но долго думать не пришлось. Он не ждал ответа на предложение руки и сердца, он был везде, где была она. Он шел в наступление: по-мужски и напористо: то нагло, то каясь, то сильно обижаясь. Через два месяца она поняла, что ждет ребенка. Поэтому начались спешные приготовления к свадьбе, что стало самым счастливым периодом в ее жизни с ним. Он словно летал на крыльях и любил весь мир, потому что в нем существует она. И до исступления ревновал!

После свадьбы они жили отдельно. Родилась дочь. И было видно сразу, что будет такой же красивой, как и мама. Помогала няня. Навещала тетя. Она продолжала учиться в институте, но за любые выходы из дома надо было отчитываться. Сначала его расспросы смешили и забавляли как проявления любви. Потом начали настораживать. Она пыталась говорить с ним о беспочвенности его ревности, но безуспешно. Им выдвигались жесткие аргументы: после родов она стала еще красивее. И это видят другие мужчины. И кто знает, что у них на уме.

Со временем ревность стала приносить ему страдания. Он чувствовал, что любит ее, как никого на свете. Ему хотелось окружить ее нежностью, сделать что-то гениальное и посвятить только ей. В конце концов, носить на руках, как это происходит во всех романах. Он просыпался с ней в одной кровати и был счастлив только от мысли о ней. Придумывал добрые слова, а вместо этого нарочито грубо говорил ей:

– Корова, хватит спать, готовь мне завтрак!

Она не знала, что делать. Особенно когда он стал вымещать свой гнев. Однажды он ударил ее. Говорить тете было стыдно. И когда сил и слез больше не было, она увидела по телевизору меня.

Сидела передо мной и не могла поверить, что своими детскими страхами притянула все события жизни. Ее гороскоп говорил о том, что она может остаться одинокой в браке, а может изменить свою жизнь к прекрасному. Она показывала короткую линию жизни на ее руке и убеждала меня, что повторит судьбу матери. Так ей сказал однажды хиромант.

Я же объяснила, что если не просмотреть детально обстоятельства жизни, можно действительно оправдать горестные ожидания.

Я объяснила, что, просмотрев предстоящие события жизни, поработав с родом, можно высчитать шанс и вовремя изменить эту самую жизнь. С Божьей помощью я высчитала все моменты судьбы для изменения к лучшему.

Она дисциплинированно подошла к работе с шансом судьбы и развязкой с родом. Как результат, я озвучила ей картинки ее дальнейшей жизни. Она была очень удивлена тем, что неожиданно уйдет к другому. Я рассказала, что вижу ее в другой стране. Что вскоре ей сделают предложение и не надо задерживать ответ. Что выбор изменит или не изменит ее жизнь. Я предупредила ее, что судьба в лице мужчины может предложить ей неожиданный выбор. Что это будет единственный шанс изменить жизнь к лучшему.

Я не сказала ей, что второй муж будет для нее мостиком и уроком в «счастливое женское».

Итак, слишком много информации она получила. Но этого было достаточно, чтобы правильно сделать выбор.

Она ушла спокойная, звонила и говорила: появилась уверенность в своих силах, что предсказание будущего подарило оптимизм.

Но жизнь продолжалась, и трещинка в ее душе становилась все больше и заметнее даже для других. Друзья мужа интересовались, почему она часто выглядит грустной, а в глазах стоят слезы. Он злился. Тетя, понимая ситуацию, напоминала, что он многое обещал, делая предложение ее племяннице. Он перестал общаться с ее родственниками.

Они по-прежнему работали в известной частной клинике, появился достаток, росла дочь. В одно прекрасное утро он объявил, что улетает в командировку за границу. Она не стала уточнять куда – просто порадовалась, что несколько дней будут спокойны. Но во второй половине дня зазвонил телефон. Коллега напомнила ей о запланированном клиникой мероприятии, что должно было пройти в самом роскошном ресторане города. Она решила пойти. Отвела дочь к тете, сходила в парикмахерскую и надела длинное голубое платье, что подчеркивало темный цвет ее волнистых волос, белизну кожи, фигуру. То отчаяние, которое она ощущала, как ни странно, делало ее еще привлекательнее. В этом была какая-то загадка, что, как магнит, притягивала к ней взгляды.

К ней подошел высокий блондин с нездешним загаром, улыбнулся, подал бокал шампанского и с акцентом произнес:

– Я бы никогда не позволил, чтобы вы грустили. Вы могли бы стать моей женой? Могу подождать до утра. Но нет смысла откладывать счастье. Поверьте!

– Вы сумасшедший? – спросила она.

Подошедшая коллега шепнула, что это самый завидный жених, которого только можно представить, потому что холост, потому что француз, и скоро уезжает в Германию, где у него бизнес.

– Рискни! Ты же теряешь только своего Отелло со всеми неприятностями, которыми он тебя снабжает. Извини, мы же не слепые, – по-доброму сказала коллега.

– Это ненормально. Я его вообще не знаю, – ответила она.

– Ну, вот выйдешь замуж и познакомишься.

На следующий день он позвонил и спросил напрямую:

– Я твой выбор?

И она совершила самый необъяснимый, как ей казалось, поступок: ушла с ребенком из семьи к мужчине, с которым была знакома меньше суток, написав заявление об увольнении. Еще через несколько дней ее искал муж. Узнав, где она сейчас живет, стал ее караулить.

Дождавшись и увидев, что она идет к машине, он встал на колени посреди улицы. Он плакал навзрыд. Но она знала, что его слезы – только его, и в них нет ни любви, ни жалости, ни уважения к ней.

Она уехала из страны, вышла замуж и удивлялась, что семейная жизнь может быть такой романтичной, лишенной рутины и унижений. Диплом был подтвержден, язык выучен, и она устроилась на работу. Подрастала дочь. Все были счастливы.

Жизнь омрачило известие о болезни тети. Она вылетела вместе с дочкой в родной город и задержалась на 2 недели. Вернувшись домой, была удивлена, что муж не встретил ее в аэропорту, в такое позднее время его нет дома, а мобильный выключен. На следующий день после бессонной ночи она нашла его в офисе. Он был в хорошем настроении, поцеловал ей руку, принес кофе, погладил по голове и сказал:

– Прости. Так случилось. Я люблю тебя. Но ушел к другой! Ты должна понять меня: это страсть! Вот видишь, я честен с тобой. Знаешь, все было случайно: я зашел в русский ресторан, а эта прекрасная дама танцевала на столе! Не леди. Но какое это имеет значение.

Она ничего не ответила и быстро вышла из кабинета. Было трудно сказать, что это: расплата за то, как она поступила со своим мужем, или что-то другое. Но жизнь снова завела ее в тупик. И помочь ей в чужой стране было некому. Пришлось переселиться в съемную квартиру, больше работать, отказываться от маленьких радостей, к которым она привыкла. Иногда приходили денежные переводы от отца дочери. Дни тянулись однообразно, и казалось, что не будет никогда просвета в этом темном состоянии полусна, в котором она пребывала.

В один из летних дней, когда хочется просто радоваться теплу, цветам, небу, она сидела в кабинете и вела прием пациентов. Вошел элегантный мужчина. Не молод, но хорош собой. Попросил выписать ему рецепт. Задержал взгляд на фотографии, стоящей на ее столе.

– Ваша дочь? – спросил он. – Вы похожи, как две греческие богини.

– Дочь. Сегодня взрослее, чем на этом фото, – улыбнулась она.

Он поблагодарил и ушел. Но она почему-то вспоминала о нем. И вновь увидела этого мужчину через несколько недель в открытом летнем кафе. Он тоже заметил ее. Взглядом попросил разрешения подойти:

– Вы иногда спускаетесь с Олимпа? А без медицинского халата вы выглядите юной девочкой. Но, как всегда, немного грустной. Хотите, я расскажу вам какую-нибудь смешную и поучительную историю, чтобы ваши глаза не грустили?

Они сидели и говорили. Было легко и просто. Он спросил, смогут ли они увидеться в конце недели. Никуда не торопился, был спокоен и надежен. Она понимала, что он старше ее и не намерен менять свою жизнь, встретив молодую женщину. Он был богат, чего никогда не скрывал, давно свободен и действительно не собирался ничего менять кардинально, жил так, чтобы каждое мгновение приносило радость. Но все-таки он боялся потерять эту хрупкую женщину. И не только потому, что она была очень красива. В ней была редкая сердечность, отзывчивость, милая забота, что он ценил в женщинах больше всего, и чего не удалось найти в своей жене.

Нечастые встречи приносили радость, совместные поездки на пикники проходили весело, появились планы на отпуск, который можно было провести всем вместе. И главное – дочь была не против. Она не говорила колкости в его адрес, как это бывает в подростковом возрасте, когда дети боятся, что материнской любви станет меньше, если в ее жизни появится мужчина. Да, он умел быть интересным, деликатным и заботливым. Со временем, благодаря его помощи, она переехала в новую квартиру и перевела девочку в престижную школу, что было невозможно сделать одной на ее зарплату даже после небольшого карьерного роста.

Так проходило время. Дочь повзрослела и уже училась в другом городе. Он по-прежнему жил один в своем доме, в котором они проводили вместе выходные дни. Разговоров о браке не возникало. Но именно их она и боялась больше всего. И когда он сообщал ей, что хочет обсудить некоторые планы, сердце сжималось. Она страшилась замужества, ведь это никогда не приносило ей счастья. Просто не хотела повторения пройденного и, еще больше, – потерять его. Но страхи были напрасными. Новые планы всегда касались каких-то приятных событий.

Но как-то в один из дождливых дней рано наступившей осени она подумала, что ей плохо без него этим вечером, хотя можно набрать его номер телефона и услышать родной голос. И будет неуютно утром, потому что он не пожелает, что оно было добрым. В долгожданную субботу она подошла к нему, сидящему с газетой на террасе своего большого дома, и, пытаясь не выдать волнения, тихо проговорила:

– Я хочу быть с тобою всегда. Выходные дни, отпуска – этого так мало…

– Ты даже не знаешь, сколько лет я ждал этих слов, – не поднимая на нее глаз, проговорил он, словно боясь спугнуть все то, что наконец-то сбылось.

Комментарий автора:

Хотим мы этого или нет, но жизнь заставляет понять, что неприятности, происходящие с нами – это не наказание от Бога (Высших Сил и т. д.), а результат нарушения нами этих самых Божественных законов. Другими словами, «я сам был причиной этих неприятностей». Принимая это как факт («я ответственен за происходящее со мной»), ты создаешь возможность для духовного роста: обучения, исправления своих ошибок и достижения высшей цели – счастья.

Я буду твоим ангелом

Он влюбился с той самой первой минуты, когда увидел ее глаза.

Ей было тридцать шесть. Она работала чиновником в администрации.

Ему было двадцать четыре, он был наркоманом.

Он закончил Духовную семинарию, псалмы пел талантом от Бога, но где-то лукавый подманил его и он «сел на иглу».

Они познакомились на Набережной. Она стояла и плакала, он возвращался из храма. Несмотря на недуг, его допускали петь псалмы.

Она плакала. Плакала, потому что устала, потому что изменяющий и ревнивый муж. Потому что просто хотелось плакать. Он подошел и подал ей мороженое. Она удивленно посмотрела, но мороженое взяла.

– Дмитрий, – представился он, не получив ответ.

Они молча ели мороженое и смотрели на воды Невы.

– Ты плачешь от жалости к себе?

– Наверное, – кивнула она.

– А молиться не пробовала?

– А еще мне сказали однажды, что если над Невой загадать желание, оно исполнится обязательно.

Она задумчиво посмотрела на него. У нее были особенные глаза: не голубые, не зеленые, а как будто небо собралось проясниться и замерло.

Он утонул в ее глазах. Мгновенно понял, что никого и никогда больше не полюбит.

– У тебя есть заветное желание? – спросила она.

– Уже есть, – ответил он. – Чтобы ты стала счастливой. Ну, очень счастливой. Ну, очень-очень-очень.

Она улыбнулась.

На хмуром петербургском небе появилось солнышко.

Она по-европейски протянула руку.

– Александра.

Дмитрий прикоснулся к ее руке:

– Так что, не пробовала молиться? Помогает, когда от души.

– Попробую, – безрадостно кивнула она.

С этой минуты он взял над ней шефство.

По утрам провожал ее до работы. Вечером встречал.

Каждый день она узнавала что-то новое о Боге, об истории Русской Церкви. Он молился вместе с ней и озвучивал интересные идеи для ее работы.

Раньше он служил священником, а сейчас выполнял в храме посильную работу и в молитвенном труде справлялся со своими страстями. Получалось не очень хорошо. Иногда три – четыре месяца он даже не притрагивался к наркотикам. Но лукавый подлавливал, и он «падал в блаженное никуда».

Тогда она приезжала, часами с ним разговаривала, возила по врачам и искала возможности его спасения.

В какой-то миг ей казалось, что она может его вытащить из темноты.

Она не была настолько воцерковленной, чтобы молиться. А он в какие-то моменты просто умирал и не верил ни во что.

Между ними ничего не было, кроме ее теплоты и его платонической любви.

Но в какой-то момент она стала понимать, что чувствует его своей второй половинкой.

Так прошло два года. Его мама однажды приходила к ней и просила ее выйти за него замуж. Мама была уверена, что ради нее Дима бросит наркотики.

Но Александра понимала – это не ее война.

Наступило очередное лето, работы было много. Совещания, доклады, она очень уставала.

– Пятница, завтра можно поспать, – подумала она, спускаясь по ступенькам здания администрации.

Он стоял в костюме, галстуке и держал в руке розу.

– Пойдем гулять на Набережную, – попросил он.

Она отрицательно покачала головой. Сил не было ни на что. Он долго уговаривал, а потом подал ей розу. Темнокрасный, почти черный, бархатный цветок любви.

– Выходи за меня замуж, – опускаясь на колено, попросил он.

Его огромные синие глаза в бархатных ресницах излучали божественную нежность и теплоту.

– Нет, у нас слишком большая разница в возрасте. Двенадцать лет – это целая жизнь.

– Ты что, любимая, мы наши годы вместе сложим и пополам разделим.

Она покачала головой и, взяв его за подбородок, поцеловала в губы:

– Мальчишка. У нас же ничего не было.

– А я чувствую, как ты прекрасна, – с хрипотцой в голосе прошептал он, вновь прильнув к ее губам.

Они целовались на скамейке в сквере прямо под окнами ее рабочего кабинета.

Она чувствовала себя девочкой, не больше двадцати. Прижавшись друг к другу, они наслаждались магией белых ночей.

– Мне жаль, что ты боишься быть моей женой. Но я тебя понимаю, – рассуждал он. – Когда меня не будет рядом с тобой, когда я уйду в мир иной, то все твои невзгоды я заберу себе. Твои и мои годы, если сложить, будет шестьдесят. А пополам разделить, то по тридцать. А это значит, что теперь ты на шесть лет моложе.

– Милая моя, – как-то тревожно сказал он, – когда я умру, принеси мне двадцать пять черных и две белых розы.

И, заглядывая ей в глаза, повторил:

– Принесешь?

Она ответила:

– Непременно.

Он молча опустился перед ней на колени:

– Помнишь «Гранатовый браслет» – «Да святится имя Твое?» Я так сильно люблю тебя и говорю глупости. Не слушай меня. Буду ждать, когда ты выйдешь за меня замуж. Я уже полгода ничего не употребляю. Есть мысль вернуться к служению, уеду в монастырь, тогда уж точно не женимся. Стану монахом, если успею.

Он как-то нервно засмеялся:

– Дай сто рублей.

– Зачем?

– Домой поеду на такси.

Она пристально на него посмотрела.

Он начал оправдываться:

– Да нет, что ты, я же уже полгода ничего…

Александра молча протянула купюру.

Она очень устала, день был тяжелым. Погладив Диму по щеке, пошла к машине.

Он шел рядом и, как будто прощаясь, сказал:

– Помни, тебе всегда будет меньше лет. Часть твоего возраста я прибавил к своему.

Следующий день был выходным, Александра затеяла уборку.

Все почему-то валилось из рук. Картины падали, посуда билась.

Раздался звонок. Звонила его мать:

– Дима умер. Передоз.

Александра не помнила, как села за руль. Как подъехала к его дому. Она бежала босиком на пятый этаж.

Он лежал на полу – еще теплое тело, открытые синие глаза.

Она обнимала его и почти не слышала, как его бабушка говорила, что он вчера не поехал с ними на дачу, что где-то взял «паленый» наркотик и… передоз.

Он умер от инфаркта.

Его хоронили через два дня. Отпевали, так распорядился настоятель храма, выпросив разрешение в Епархии. День был очень жаркий. Выпускные балы. Нигде не было черных роз. Она собирала их по одной.

На похоронах никто не понимал, почему так рыдает эта молодая женщина.

К ней подошел его дед и отдал письмо. Оно лежало в Диминых вещах среди молитв.

«Дорогая моя, ясная. Я знаю, что жизнь рано или поздно заканчивается. Моя – рано. Спасибо за розы. Они великолепны. Я всегда любил, люблю и буду любить одну тебя. Ты – то самое светлое и лучшее, что подарил мне Господь.

В миг, когда тебе будет плохо, я всегда рядом, а твои слезы и печали уйдут на меня. А значит, я оставил тебе непрожитую лучшую часть своей жизни.

Живи, люби, будь любимой вдвое больше.

Тогда над Невой я загадал, чтобы рядом с тобой был самый замечательный и самый любящий тебя мужчина».

Она вспомнила его лежащего в костюме, галстуке. Пафосный лаковый ящик смерти. Говорят, смерть, разглаживая морщины, делает людей моложе. А он лежал другой – поседевший и постаревший на много лет.

Она еще раз прочла письмо и посмотрела на дату: январь… Задолго до того летнего вечера, когда он просил принести на похороны розы, подавая ей одну.

А ночью ей приснился сон.

На нее летели большие качели, а он их задержал. Повернувшись к ней, он говорил:

– Люди уходят и пополняют ряды Ангелов. Я теперь буду Ангелом и буду тебя оберегать. Я понимал, что уйду, но ничего не мог сделать. Если бы я остался, я бы не справился, душа бы стала темной. Господь спас мою душу. Теперь я – Ангел. Твой Ангел.

Она проснулась в слезах:

– А можно ли было что-то изменить?

Комментарий автора:

Предчувствие смерти. Действительно ли человек может чувствовать неосознанно, что уйдет из этого мира? Как он себя ведет, боясь заглянуть в глубину своей интуиции и спросить Творца: а может, есть шанс все исправить?

Из воспоминаний священноисповедника Николая, митрополита Алма-Атинского и Казахстанского: Однажды Владыка, отвечая на вопрос, слышат ли умершие наши молитвы, сказал, что не только слышат, но и «сами за нас молятся. И даже больше того: видят нас, какие мы есть в глубине сердца нашего, и если мы живем благочестиво, то радуются, а если нерадиво живем, то печалятся и молятся о нас Богу. Связь наша с ними не прерывается, а лишь временно ослабляется».

Послесловие

Мы все объединены одной прекрасной планетой Земля. Здесь и сейчас. Мы все о чем-то мечтаем, куда-то спешим, что-то делаем, чего-то добиваемся. Задумывались ли вы: а все, чем вы занимаетесь, нравится вашей душе? А вашему Ангелу? Вы верите, что Ангелы нас защищают, берегут, помогают?

Однажды наступает тот день, когда Ангел-Хранитель, ранее дни и ночи следовавший за нами, слышит Глас Божий. Он выполнил свою задачу и, обретя силу, наконец-то может вернуться домой – к Богу.

И тогда он изо всех сил пытается донести до своего питомца – человека, что ещё остаётся немного времени для перемен. Он создаёт препятствия, он посылает людей, чтобы человека осенило: «Неужели пришло время задуматься, с чем предстаешь пред очами Господа?»

Все, что происходит в нашей жизни, зависит только от нас с вами и ни от кого больше. Ваш Ангел неусыпно находится рядом и подаёт знаки. Когда нестерпимо больно, он тоже рядом. Надо просто научиться следовать за Судьбой. Посмотрите вокруг, разве все так счастливы и спокойны, как каждому хотелось бы? Нет, все в этом мире относительно. Представьте себе, что, вернувшись на Небеса, наш Ангел унесет собой полное досье, которое собрал на своего подопечного. В этой папке хорошее и плохое, дела, стремления, тайны, мысли и желания. Представьте, что после возвращения Ангела на Небеса, собирается Совет, который решает, как быть с человеком.

Это для людей смерть, болезнь становятся неожиданностью, на самом деле все заранее определено, у некоторых людей даже на много лет вперед.

Кто-то проходит свой путь с честью, кто-то легко, кто-то страдает, но не ропщет и ему продлевают жизненный путь, кому-то, наоборот, закрыли программу раньше отведенного срока.

Состояние жизни человека зависит только от выбора самого человека. Даже люди, которые встречаются на жизненном пути – это отражение нас самих, это искушения и испытания.

Люди живут по заранее спланированному Свыше сценарию, каждый приходящий в этот мир имеет свою миссию. Каждый приходящий в этот мир имеет свою Судьбу. Никто не приходит в этот мир, чтобы страдать и плакать. Каждый вправе выбирать: страдать или не страдать. Для этого надо каждый раз рассуждать, прежде чем принимать решения.

Вы только вдумайтесь на минуту, что в Небесах есть Творец, ему не безразлична наша жизнь здесь. Вспомните свои детские мечты. Не отходите далеко от своих детских намерений. Когда плохо, вспомните, о чем вы мечтали. Ведь тогда Ангел хранил вашу жизнь и здоровье. А сейчас вы ставите перед Ангелом очень много задач. Как только вы отходите в сторону, сбиваетесь с пути, ваш Ангел обращается к Небесам за помощью и однажды ему могут отказать. Вы – часть Божественного плана на этой Земле. У вас есть Жизнь, Земля, Солнце, Небо, Воздух, Вода. Не позволяйте вашим мыслям сделать что-то ценнее этого. Улыбнитесь именно сейчас, когда вы читаете эти строки, и постарайтесь дарить другим то, что вы желаете, чтобы дарили вашим детям.

С любовью,

Арина Евдокимова

Об авторе

Арина Евдокимова – женщина, наделенная уникальными духовными дарами.

Арина Евдокимова окончила Факультет психологии Московского Государственного Университета им. Ломоносова и Факультет психоаналитики Московского международного Института Юстиции. Блестящее образование в сочетании со сверхспособностями позволяет Арине Евдокимовой помогать людям не только в обычных жизненных ситуациях, но и в случаях, требующих специальных знаний – в политике, бизнесе, юриспруденции, экономике. В 2007 году россияне узнали Арину Евдокимову, посмотрев первый сезон проекта «Битва экстрасенсов». С тех пор Арина Евдокимова не сходит с экранов. Ведущая и эксперт ТВ-проектов «Женаты с первого взгляда» и «Брачное агентство Николая Баскова», главная героиня и прототип сериала «Ясновидящая», фильма «Сверхчеловек» и множества других проектов, где она появляется, как ведущая и приглашенный эксперт. Среди её клиентов известные представители шоу-бизнеса и олимпийские чемпионы, политики, бизнесмены, да и просто самые разные люди. Статьи и рассказы Арины Евдокимовой охватывают широкий спектр тем, включая религию, воспитание, общественные отношения, психологию, пророчества, астрологию и межличностные отношения. Её предсказания и духовные наставления меняют сознание множества людей к лучшему.

Чтобы узнать больше:

Официальный сайт:

www.aevdokimova.ru

Интернет-магазин:

www.свечи-талисманы. рф

ВКонтакте:

www.vk.com/club55608604

Фейсбук:

www.facebook.com/aevdokimova.ru/

Инстаграм:

www.instagram.com/arina_evdokimova_esp/

YouTube:

www.youtube.com/user/ArinaVideo

Content

Арина Евдокимова
Непродуманная жизнь

Предисловие

Ангел История, рассказанная в Новый год

Аромат прошлого

Билет судьбы

В поисках волшебного камня

Ватрушки

Визит к колдунье

Вина

Волшебный ковер

Позднее раскаяние

Желанная свобода

Заполярье

За что?

Игра в куклы

К звездам через тернии

Королевское счастье

Люблю навсегда

Любовь и судьба

Метель

Мечта

Подкидыш судьбы

Пойманный в сети

Правило бумеранга

Практика счастья

Промысел судьбы

Предсказание

Птица счастья

Реальная история

Старые письма

Счастье от ангела

Третья попытка

Шанс судьбы

Я буду твоим ангелом

Послесловие

Об авторе