Люси Вудхул

Рагнар и Джульетта

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru

Переводчики (они же редакторы):

Talita и gloomy glory

Принять участие в работе Лиги переводчиков http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151

Аннотация

Охота за головами, как правило, не представляет для Джульетты никаких проблем. Дай заглянуть в декольте, подмешай кое-что в коктейль, и вуаля! – объект готов: без сознания, просто бери и обменивай на деньги.

Три страсти Джульетты: свобода, вызывающая одежда и пирог. Необязательно в таком порядке.

Симпатичный инопланетянин Рагнар не заслуживает участи угодить в лапы больного на всю голову короля, нанявшего охотницу. Да, она не верит мужчинам, но этот, с самой доброй улыбкой на свете, разрушил намерение Джульетты хранить нейтралитет и оставаться одетой. Просто Рагнар такой… милый! С психом она бы справилась, а вот искренность ее просто пугает.

Однако не успела Джульетта поддаться безумному желанию познакомиться поближе с Рагнаром (и его очаровательным хвостом), как парочку ловят плохие парни. Капитан исчезает, бросая охотницу на милость отвратительных захватчиков – вот тебе и родство душ! Может, Рагнар не такой уж и святой?…

Глава 1

На-гра-да (сущ.) – цена, назначенная за голову преступника, часто неоправданно завышенная.

Настала пора сыграть в «Одурмань этого горячего инопланетянина», любимую игру Джульетты. Точнее, «Одурмань и сдай за вознаграждение» – либо «Займись любовью, затем одурмань и сдай за вознаграждение», в зависимости от талантов жертвы и того, как она выглядит без одежды.

Сидевшая напротив бара цель прямо-таки излучала жар.

«Недурственно», – подумала Джульетта, потягивая виски. Она и не собиралась скрывать свой интерес – наоборот, желала, чтобы мужчина заметил ее откровенные взгляды.

«А он большой. Даже очень».

Примерно девяносто килограммов чистых мышц. И, похоже, человек или же нечто наподобие. Взлохмаченные черные волосы падали на симпатичное лицо – по крайней мере, с места Джульетты оно казалось симпатичным. Охотница взглянула на фото на своем «ай-падла-сколько-ж-я-за-тебя-заплатила» гаджете.

«Ага, он самый».

Рагнар Менскейп, тот, кого ее наняли окрутить, вырубить и доставить королю Уильяму Злодейскому. Видимо, Рагнар был очень, очень плохим и умудрился просто невероятно выбесить Его Величество. Уильям великодушием не отличался – и, кстати, Злодейским провозгласил себя сам.

Отодвинув в сторону четыре нетронутых коктейля, присланных местными прыщавыми выпивохами, Джульетта расправила плечи. Адреналин разлился по венам. Она уже сотни раз такое проворачивала. Лучший охотник за головами в галактике, Джульетта всегда умела заполучить нужного мужчину. Или разумное существо. Ну или кого еще там закажут. Залпом опрокинув остатки выпивки, она почувствовала, как ледяной алкоголь обжег горло и провалился в пустой желудок.

Устроив свое главное оружие повыше в лифчике, Джульетта глубоко вздохнула и прониклась, возможно, излишней самоуверенностью. Взбив волосы, охотница проплыла по полутемному бару. Красные рекламные вспышки освещали ее со всех сторон, отмечая каждый шаг намеренного дефиле. Из всех захудалых кабаков этот выглядел одним из самых захудалых. Группа «музыкантов» сгрудилась в углу, извлекая из инструментов жуткую какофонию. Даже забиваемая гулом голосов резкая мелодия казалась такой же неистребимой, как и вонь самого заведения.

Менскейп сидел, отклонившись на расшатанном деревянном стуле, закинув длинные ноги на стол. Судя по виду, эти потертые черные ботинки отвесили немало пинков. Джульетта спихнула ноги Рагнара со стола и примостила на их место свое убийственное тело. Ошалев от такой бесцеремонности, Менскейп вскочил и, вытащив из ниоткуда пистолет, наставил его прямиком между глаз охотницы.

– Угости меня выпивкой, – промурлыкала Джульетта на общем языке, стараясь не поморщиться от вида пушки у собственного лица.

Теперь, когда охотница разглядела Рагнара поближе, ее бросило в жар. Не классический красавчик, нет, что-то было в нем грубое, в стиле «я ем певцов на завтрак». Единственное, что выдавало в Менскейпе инопланетянина – оранжевые точки на висках, выглядевшие обезоруживающе мило. Нос, похоже, ломали, и не раз, подбородок скучал по хорошей бритве, твердые губы кривились в ухмылке, но что есть, то есть – парень был убойно сексуален. Тем хуже. Станет просто убитым, когда Злодейский с ним покончит.

Лучше поспешить. Джульетта сама покойница, если в ближайшие двадцать четыре часа не доставит Рагнара заказчику. Она неделю угрохала, чтобы выследить беглеца до этой долбаной планетки на пересечении Нигде и Оставь надежду всяк сюда входящий.

Пара потрясающих лазурных глаз осмотрела охотницу сверху донизу, особо остановившись на:

1) промежности, едва ли не выглядывавшей из-под самой короткой юбки, которую Джульетта смогла у себя найти;

2) груди, вздымавшейся в вырезе кожаного жилета, и -

3) снова на промежности.

Приятно. Не зря же Джульетта прикупилась в магазине «Мы – шлюхи».

– Угости меня выпивкой, – повторила она, откинув волосы назад. Он что, ее не понял? Серьезно, к этому моменту большинство мужчин обычно уже дрожащей лужицей гормонов расплывались у неудобных, но таких соблазнительных шпилек Джульетты.

Рагнар улыбнулся, обнажив хорошие, почти ровные зубы. Волна чистого желания омыла грудь Джульетты, опустившись затем в район вызывающей мини-юбки. Охотница всегда испытывала слабость к неподходящим мужчинам с обаятельными улыбками.

– Сама подошла – сама и угощай, блондиночка, – ответил Менскейп, не опуская оружия.

Джульетта отпихнула ствол прочь одним пальчиком с ярко-красным маникюром.

– Не называй меня больше блондиночкой, и угощу.

В уголках этих опасных небесно-голубых глаз появились морщинки.

– А как мне тебя звать?

– Джульетта.

– Джульетта?…

– Просто Джульетта.

– Что, сегодня без фамилий?

Охотница, поерзав, слезла со стола и плюхнулась на стул.

– И это, по-твоему, сексуальные шуточки? А если я выпью, они покажутся мне лучше?

Рагнар рассмеялся – низким, глубоким смехом, загрохотавшим в его широкой груди. Затем сел и снова оценивающе посмотрел на новую знакомую – медленно, не спеша, омывая ее взглядом, точно теплой волной.

– А ты мне нравишься, Просто Джульетта.

Она невольно улыбнулась в ответ – не могла устоять перед искренним смехом. Рагнар сунул два пальца в рот и свистнул. Мгновенно рядом возникла официантка и принялась хихикать, поглаживая своими щупальцами коричневую кожаную куртку Менскейпа и скрывавшиеся под ней мощные плечи.

– Виски, – заказал Рагнар, приподняв брови.

Одно из щупалец приобняло его за шею и из желтого стало цвета фуксии. Официантка снова хихикнула, затем словно встряхнулась и не спеша пошла обратно к бару, без конца оглядываясь на привлекательного клиента.

– А ты умеешь произвести на женщину впечатление. – Джульетта вытянула и скрестила ноги, позволяя Рагнару на них полюбоваться. – Как думаешь, я от тебя поменяю цвет?

– Давай проверим.

Джульетта рассмеялась, затем поймала взгляд Рагнара и удерживала его как можно дольше. Обольщение на девяносто процентов заключается вот в таких жарких волнующих взглядах. Оставшиеся десять процентов зависят от груди. Может, Джульетта и не самая красивая девушка в галактике, но природа, несомненно, не обделила ее, наградив просто убийственным телом и мозгами, достаточными, чтобы сломать даже самую упертую цель. Ну куда такому, как Менскейп, заподозрить угрозу в лице навязчивой дамочки? Не-а, если поведение официантки хоть как-то свидетельствовало о том эффекте, что Рагнар обычно производил на существ женского пола.

Джульетта наклонилась вперед и прошептала:

– И какого же цвета я стану?

Менскейп выпрямился. Его завораживающий запах – выпивка и машинное масло – донесся до носа охотницы, опьяняя не меньше, чем виски, что уже плескалось в животе.

– А какого цвета ты хочешь стать?

– Я первая спросила.

– А я второй.

Джульетта откинулась назад с деланным вздохом. Собеседник только что провалил часть «Вопрос-ответ» в соревновании за звание «Мужчина вечера».

– Да уж, парень, флиртуешь ты отстойно. Кстати, как тебя там?…

Менскейп сощурился, но улыбнулся. Добродушный. Качество, что всегда зачаровывало Джульетту.

– Рагнар Менскейп, капитан «Бобо», самого быстрого корабля в галактике.

– «Бобо»? – фыркнула охотница. – Твой корабль называется «Бобо»? А первым помощником у тебя кто – клоун Радуга?

– Не очень-то вежливо. Я купил корабль давным-давно и позволил младшей сестре придумать ему имя. Вот она и назвала его «Бобо», в честь любимого покрывала. Или так, или «Розовый единорог».

Кажется, от этой его чуть сумасшедшей улыбочки желудок Джульетты упал прямо в ее влажные трусики. Она облизала губы. Рагнар, разумеется, проследил за этим движением. Ладно, может, он и не завзятый дамский угодник, но его позиции по шкале Мистер Конгениальность только что резко повысились.

Два не очень чистых стакана брякнулись на стол, выдернув Джульетту из фантазий, включавших в себя Рагнара, хлыст и банку арахисовой пасты.

– Гм.

Официантка была явно не в восторге от близкого соседства ее любимого посетителя и Джульетты. Леди Щупальца со звоном плюхнула в стаканы янтарную жидкость и раздраженно прошествовала прочь.

Охотница прочистила горло и задумалась, что же такого натворил Рагнар, что вызвал гнев короля Уильяма. Менскейп не походил на убийцу/насильника/вообще злобного типа. Никаких безумных глаз – а уж их-то Джульетта навидалась.

– За что пьем?

Рагнар протянул ей один стакан, затем подхватил второй двумя длинными пальцами.

– За новые приключения.

Джульетта запрокинула голову и разом проглотила порцию. Алкоголь огнем прошел вниз по уже разгоряченному телу. Менскейп последовал примеру новой знакомой. Та налила обоим еще по двойной порции и толкнула стакан Рагнару.

– Гулять так гулять.

– Пытаешься меня напоить, чтобы потом мною воспользоваться?

– Да.

И ведь даже не соврала. Вся судейская коллегия (глаза Джульетты, ее пульс, прочие зазудевшие части тела) единогласно признала Рагнара победителем сегодняшнего соревнования. Ну и, соответственно, охотница внесла коррективы в план. Получается, она:

1) уболтает добычу пойти с ней на корабль;

2) займется с красавчиком жарким, потным, запрещенным на большинстве планет сексом;

3) повторит пункт номер два;

4) доставит Менскейпа заказчику.

– Хорошо.

Рагнар затащил Джульетту к себе на колени, удобно примостив ее попку на крепких бедрах. Одной почти грубой рукой убрал прилипший к помаде локон охотницы и в следующую секунду запечатал ее рот поцелуем. Она застонала от теплых с привкусом виски восхитительных бархатных губ, ласкавших ее медленно и со знанием дела. «Черт, как я люблю свою работу!» Обняв Рагнара, Джульетта запустила пальцы в его шелковистые густые волосы. Ухватив несколько прядей, с силой потянула, исторгая стон из груди Менскейпа. Его язык скользнул к ней в рот, отчего между ног охотницы вспыхнуло желание.

– Пойдем отсюда.

Иначе через пару минут грязные клиенты этой забегаловки увидят то еще шоу.

– Ага, – согласился Рагнар. И резко встал, сдернув охотницу со стула. Боль от слишком высоких каблуков пронзила ноги.

– Ой! Полегче, качок.

– Прости. Кстати, а что ты из себя представляешь?

Джульетта очаровательно закусила губу.

– О, на этот вопрос я могу столько ответить…

Но Рагнар нарочито скрестил руки на груди и покачал головой:

– Ты ведь человек, да?

– Почему ты так произнес это слово, «человек»? Словно «какой же это геморрой»?

– Заметь, не я это сказал.

Джульетта воззрилась на наглеца. Ростом он явно не меньше метра девяноста, на целую голову выше нее. Достаточно крупный, чтобы серьезно навредить. Но Джульетта уже имела дело с большими парнями.

«Ха-ха. Парнями с большими… ага».

– Что улыбаешься?

– А почему бы мне не улыбаться? Разве люди так не делают?

Застонав – от отвращения? Желания? А может, это просто была отрыжка? Кто знает? – Рагнар схватил Джульетту за руку и потащил к выходу. Она успела кинуть на стол деньги в уплату за выпивку.

Спотыкаясь на чертовых каблуках, охотница вдруг заметила… о боги – длинный оранжевый хвост, покачивавшийся за спиной Рагнара! Когда заостренный, как у демона, кончик скользнул по животу и попытался забраться под юбку, Джульетта ахнула и отпихнула его прочь.

– Прекрати!

Рагнар остановился и оглянулся, широко улыбаясь:

– У него собственный разум.

Затем ухмыльнулся и снова зашагал, таща Джульетту следом.

– И что, много женщин на такое покупается?

* * *

– А у тебя так и должен быть хвост, или это отвергнутая бывшая наколдовала?

Джульетта налила красного вина в пару своих лучших хрустальных бокалов. Может, в одежде она и придерживалась развязности, во всем остальном у нее был вкус, как у Тиффани. Ну, если бы Тиффани отделывал бордели, конечно. Со всеми этими обоями в алую полоску, мебелью вишневого дерева и множеством книг логово Джульетты в глубине ее корабля, «Валькирии», напоминало земной публичный дом конца девятнадцатого века. Именно так, как ей нравилось.

Рагнар устроился на бархатном диванчике, выглядя довольно нелепо – длиннющие руки, ноги, кожаная одежда. И хвост. У Джульетты в голове до сих пор не укладывалось наличие у гостя хвоста, но с прочими частями тела Менскейпа она бы с удовольствием улеглась. В мерцающих бликах свечей его мышцы бугрились самым привлекательным образом.

Рагнар снял куртку, под которой оказалась облегающая рыжевато-коричневая рубашка, обтягивающая… мама мия, какой пресс. А штаны! Да будь они еще хоть немного теснее, Джульетта решила бы, что ткань нарисованная. Если слишком долго пялиться, вся кровь прильет к паху, и обморок ей гарантирован.

«А ну соберись! Ну и что, что он невероятно, до глупого, просто-таки преступно хорош? Покувыркаюсь с ним недельку, а потом сдам королю Как-его-там, как и планировала».

– У меня он и должен быть. – Рагнар сверкнул своей манящей улыбкой. Джульетта уступила и устроилась рядом с бокалом вина в руке. Просто из вежливости.

– Кто? – Потерявшись в соблазнительных мыслях, она совершенно забыла, о чем шла речь.

– Хвост.

– А, да. – Стараясь успокоиться, хозяйка глотнула вина и попыталась одернуть слишком короткую юбку. Безуспешно. – А какой ты расы?

– Алютианец.

– Алю… что?

– Алютианец. С Алютии, небольшой планеты в галактике Ксанаду. Мы похожи на людей и гуманоидов, но у нас есть…

– Хвост.

– Да и…

Джульетта с отвисшей челюстью оглядела гостя с ног до головы:

– И что?

Рагнар невинно похлопал длинными ресницами – вот почему такие вечно достаются мужчинам? – и взял свой бокал.

– Не знаю, должен ли я рассказывать. Похоже, тебе не нравится мой хвост.

Джульетта провела пальцем по краю бокала.

– Ты что, кокетничаешь? Вынуждена спросить, потому что у тебя не очень-то получается.

С театральным вздохом гость покачал головой:

– Все вы, люди, одинаковые. Снобы.

– Вряд ли снобы носят такие декольте.

– Вряд ли ты готова узнать.

Схватив Рагнара за грудки, Джульетта встряхнула упрямца.

– Что это? Жабры? Полая нога? Третий сосок?

– А можно мне еще вина? – помахал гость бокалом у ее носа.

Возможно, он все-таки умеет флиртовать. Джульетта всмотрелась в кристально честные – на вид – глаза. Они были по-настоящему голубыми. И действительно бездонными. Кто этот парень? Она вот так не сходила с ума по каждому встречному красавчику в галактике.

Забрав у Рагнара бокал, Джульетта прошла к бару, всю дорогу давясь каким-то глупым смехом. Наливая бургундское, задумчиво постучала наманикюренными ноготками по полированному красному дереву. Нет, нет, нет. Не следовало столько болтать с Менскейпом. Ужас из ужасов: он ей понравился. Джульетта обернулась и увидела, как гость стоит спиной к ней, склонившись над книжными полками. В животе что-то перевернулось. Рагнар ей очень понравился. Как жаль, что лучшее первое свидание за долгие годы у нее с парнем, которого скоро придется связать и отдать за вознаграждение.

«М-м… связать».

Этот дурацкий хвост покачивался за крепкой задницей туда-сюда, туда-сюда, просто-таки завораживая охотницу и заставляя думать всякие глупости. Будет ли он ощущаться на коже, как третья рука, касаясь, порхая по всему телу? Джульетта застонала и со стуком поставила бутылку обратно в бар.

– Все нормально? – обернулся Рагнар, ну сама невинность.

– Ага. Вино не в то горло пошло. – Такими темпами они к концу недели поедут на медовый месяц на планету в системе Романтика IX и возьмут в дом бродячего щенка.

Нет.

Прежде, чем гормоны успели запротестовать, Джульетта выудила из декольте крохотный флакон и высыпала шафранового цвета порошок в бокал. Ее любимый транквилизатор, без запаха, без вкуса и способный за минуту вырубить здорового адрекса – а заодно эффективно уничтожить в жертве все теплоту и нежность.

Взяв подправленное вино для Рагнара и нормальное для себя, Джульетта вернулась на диванчик и протянула гостю нужный бокал. Менскейп схватил его, а сам стащил с полки книгу в твердой обложке.

– На каком она языке?

– Земной английский, – ответила хозяйка, забирая у него первое издание «Мятеж на Баунти». – Многие из них написаны занудливыми человечишками и являются редкостью.

– А тебе нравятся старые вещи, – заметил Рагнар.

– Да. В основном старые. – Джульетта изогнула бровь – Сколько тебе лет?

Менскейп рассмеялся и поставил нетронутый бокал на стол.

– Достаточно много. – Обхватив ее подбородок большой ладонью, Рагнар прошептал у самых губ охотницы: – И обещаю, еще до восхода солнца ты полюбишь мой хвост.

Пятичасовая щетина кольнула ее кожу, когда Менскейп приоткрыл рот, ухватил нижнюю губу Джульетты зубами и потянул, мгновенно ее воспламенив.

Затем забрал у нее бокал и толкнул охотницу на диван. «От разговоров к делу за пару секунд – оперативно». И тут же связные мысли вылетели из головы Джульетты под воздействием губ Рагнара и нахлынувших гормонов – ее, его, их обоих. Боги, она мгновенно ему ответила. Ей отчаянно хотелось, чтобы Менскейп ласкал ее, везде. Дорогая книга с глухим стуком упала на пол, и Джульетта уже обеими руками смогла ухватиться за широкую спину Рагнара.

Затем раздвинула ноги, и он устроился между ними, прижавшись к шелковым трусикам. Одной рукой расстегнул молнию жилета, другой убрал волосы со лба, и, похоже, это хвост нежно скользнул вверх по ноге Джульетты, дразня внутреннюю поверхность бедра.

«О, да он приятнее, чем… чем…» От возбуждения охотница не смогла придумать достойное сравнение.

Застонав и собрав в кулак остатки воли, она уперлась в плечи Рагнара и оторвалась от его губ.

– Почему ты не выпил вина? Оно слишком дорогое, чтобы пропадать впустую.

– У меня уже есть то, что я хочу, – пробормотал Менскейп у шеи, лаская пальцами грудь Джульетты.

Она вздрогнула, когда возбуждающее покалывание от соска отозвалось прямиком между ног.

– Но…

Нависнув сверху на руках, Рагнар нахмурился и посмотрел на Джульетту:

– Наверное, это тебе лучше выпить. Ты какая-то нервная.

– Нервная? Я? – очень даже нервно спросила она. – Может, это ты боишься, что разболтался больше, чем твой хвост.

Менскейп сел и провел рукой по своим черным как смоль волосам.

– Ладно.

Кончик означенной необычной части тела обвился вокруг ножки бокала и поднес вино хозяину.

Смех забулькал в горле Джульетты.

– Классный фокус.

– Спасибо. Видишь? Вы с Торвалом скоро подружитесь. – И Рагнар наконец сделал глоток.

Охотница выбралась из-под него и села.

– Ты что, назвал хвост Торвалом? Я думала, мужчины дают имя только своему…

– Чему?

– Ты не знаешь? – Джульетта натянуто ухмыльнулась и ткнула гостя пальцем в грудь: – Если у твоей расы этого нет, то мы зря тратим время.

Одним глотком допив вино, Рагнар подчеркнуто поставил бокал на стол.

– Понятия не имею, о чем ты, но звучит сексуально. Тебе должно быть стыдно за свое поведение. Кстати, о стыде за поведение – нам не стоит обсудить вопрос предохранения?

– А мы не доверяем друг другу?

– Спросила женщина, только что сомневавшаяся, есть ли у меня это.

Джульетта хмыкнула. Она могла бы сейчас выиграть конкурс «Самая неубедительная невинная девица всех времен и народов». Охотница игриво провела пальцем по груди.

– Противозачаточные не проблема.

Нет, с тех пор, как Сообщество выпустило постановление о всеобщем бесплатном лечении венерических заболеваний, легкий и грязный секс с незнакомцами стал просто увеселительной прогулочкой. Почему политики давным-давно не озаботились кампанией по обеспечению жителей горячим, лишенным ограничений трахом – просто загадка.

Джульетта взвизгнула, когда Рагнар схватил ее за талию и закинул на плечо так, что попка оказалась в паре сантиметров от его небритого лица.

– На этом ведре спальня есть?

– Ведре?! – Охотница потянулась и с силой шлепнула наглеца по заду. – Это Акселератор 7GX, гоночная модель, придурок. Не смей оскорблять мой корабль – или выметайся отсюда!

– Тише, тише.

Джульетта попыталась еще раз его шлепнуть, но хвост перехватил запястье.

– Спальня? – спокойно повторил Рагнар, не отпуская руку охотницы.

– Прямо по коридору перед тобой, вторая дверь направо. И побыстрее, а то у меня вся кровь приливает к голове, а не к другим более интересным местам.

Менскейп двинулся, куда указано. Спальня, небольшая и уютная, ласкала глаз насыщенными сапфировыми и изумрудными тонами. Завесы из экзотического золотистого шелка спускались с потолка, создавая идеальные декорации для разврата. Рагнар сбросил Джульетту на толстое полуночно-черное покрывало; бархат касался чересчур обнаженного тела нежно, точно любовник.

Слегка побледнев, Менскейп зажмурился и ухватился за высокий темный столбик кровати.

– Ты в порядке? – Джульетта принялась потихоньку отползать прочь.

Рагнар сглотнул и покачнулся.

– Эм. Что…

И рухнул на охотницу, едва не раздавив ее своим весом.

– Ой!

Она безуспешно заерзала, затем, глубоко вздохнув, уперлась в бок Рагнара и приподняла его достаточно, чтобы выбраться наружу. Встав на колени, Джульетта прижала ухо к спине жертвы и выдохнула, услышав мерный стук сердца. И подпрыгнула от неожиданности, когда гость захрапел.

Испытывая одновременно облегчение и разочарование, охотница привалилась к инкрустированному изголовью и застегнула жилет. Воспользовавшись тем, что Рагнар дрыхнет, как Рип ван Винкль, она забрала у него пистолет и обыскала на предмет иного оружия. Ощупав спящего (совсем чуть-чуть и только во имя дела!) и найдя необычный пистолет у лодыжки и два спрятанных ножа, Джульетта наконец оставила его в покое.

И застонала от сексуального неудовлетворения. Наверное, не надо было вырубать Менскейпа. Этот странный мужчина со своими странными частями тела встревожил ее во многих смыслах. Лучше избавиться от него поскорее. Но сперва…

Десятью минутами позже, после приятного визита к работающему на батарейках «дружку» с регулятором скорости, Джульетта связала своего гостя и заперла его в спальне.

Капитанский мостик и поручни были искусно вырезаны из чистого темного клена – равно как и все люки. Джульетте нравился контраст между строгими серыми стенами корабля и старомодными дверями. Проведя пальцем по холодному металлическому корпусу, охотница размечталась, как однажды зашьет интерьер деревянными панелями, и ее «Валькирия» станет напоминать старый морской корабль прямиком из музея.

Джульетта бодрым шагом взошла на мостик и устроилась в капитанском кресле. Искорки чистой энергии пробежали по телу, как и всегда, когда охотница заводила мотор своего корабля, своего островка свободы. «Валькирия» царственно поднялась со стоянки у маленького захолустного городка на планете М’Нануа, где обнаружился Менскейп, и развернулась в сторону безбрежной спокойной черноты космоса.

Джульетта всегда мечтала о полетах, хотя родители этого не одобряли. Паршивая овца в супербогатом знаменитом семействе, проживавшем в Нью-Йорке (земном, американском, а не в выгребной яме под названием Новый Нью-Йорк), она умудрялась вляпываться в неприятности с первого дня жизни, когда пнула в лицо акушерку, принимавшую роды. Мистер Лоуренс, отец строптивицы, винил ее в своем раннем облысении и частых болях в груди – и, наверное, был прав. Но жизнь, состоящая из чопорных чаепитий, сплетен и семейной жизни с каким-нибудь парнем с римской цифрой после фамилии, мисс Лоуренс не интересовала. Нет, титул Леди Приключение или Охотница за головами грел душу больше, чем Дебютантка. Джульетта улыбнулась. В такие моменты ей хотелось от души поблагодарить отца, вышвырнувшего ее из дома в двадцать лет.

Вздернув подбородок, охотница задала навигатору координаты системы Гайя и сдвинула вперед дроссельный рычаг. Корабль накренился, сердце Джульетты замерло, и моторы заревели, повинуясь воле хозяйки.

Расслабившись, она откинулась в обитом парчой кресле и залюбовалась на окружавшую ее полированную медь и дерево. Джульетта была королевой своего летучего замка и не подчинялась никому. Взяв богато украшенное издание Иксроксовской «Битвы за Аргануанскую Небулу», она решила, что на отдыхе позависает с каким-нибудь парнем, горячим, но не таким опасно-привлекательным, как Рагнар.

И не станет скучать по своему гостю. Или по его хвосту.

По крайней мере, не сильно.

Джульетта внезапно подумала, что, наверное, слишком хороша в своем деле – уж чересчур легко все проходит.

Глава 2

Ге-ний (сущ.) – женщина, которая держится от мужчин подальше.

Джульетта резко проснулась и села. Голова была как в тумане. В окне, протянувшемся вдоль всей стены кабины, виднелась лишь чернота, изредка нарушаемая мерцанием звезд. Охотница быстро взглянула на медные часы, стоявшие на стеклянной поверхности навигационной панели: с начала полета прошел всего час. Что же ее разбудило? Какой-то шум? Мозг говорил «нет», но, повинуясь инстинкту, Джульетта обхватила теплую деревянную рукоятку своего плазменного пистолета, сняла его с предохранителя и, держа наготове, прокралась в открытую дверь каюты и дальше по коридору.

Менскейп? Не может быть. Если вспомнить, сколько в нем сейчас транквилизатора, гость должен прохрапеть еще минимум день. Кстати, вот и еще одна причина поскорее от него избавиться: храп.

Тщательно обыскав библиотеку, машинное отделение и трюм, Джульетта пошла в занимавший хвостовую часть камбуз. Все равно до чертиков хотелось вишневого пирога, так что почему бы не разжиться кусочком. Или тремя.

А там, расположившись как у себя дома, сидел и уминал ее чертов пирог Рагнар! Проблематично жевать с самодовольной ухмылкой на лице, но он справился.

– Как?… – воскликнула Джульетта, мгновенно взяв его на мушку.

– Одна из особенностей моей физиологии. Большинство наркотиков на меня толком не действуют. Невероятно, что я вообще от этой штуки вырубился. Отличная работа.

Схватив огромный кусок, Рагнар одним махом откусил половину. Крупная вишня едва не соскользнула с губы, но он поймал ее языком.

Джульетте пришлось бороться с желанием слизнуть с него сладкое фруктовое лакомство.

– Ты же не стал взламывать дверь, правда?

– Пришлось, – пожал плечами Менскейп.

– Проклятье! Ты хоть понимаешь, как сложно будет ее заменить? Они же антикварные! Я их привезла черт знает откуда!

– Может, тебе лучше не похищать людей?

– Может, тебе лучше заткнуться? – Выпалив столь блестящий ответ, охотница плюхнулась на стул напротив, по-прежнему держа Рагнара на прицеле. А инопланетянин тем временем вгрызся в новый кусок ее любимого десерта. – Я не для тебя его пекла. – Джульетта схватила зеленовато-синюю стеклянную тарелку за край и оттащила ее от наглеца.

– Ты умеешь печь? – засмеялся тот. Вот ублюдок!

– Тихо! – Схватив со стола вилку, охотница принялась запихивать в рот жалкие остатки своего драгоценного пирога. Так как готовить Джульетта умела лишь его, то и относилась к блюду до смешного трепетно.

Рагнар откинулся на спинку стула и забросил ноги на стол. Черт, черт, черт. И что делать теперь? Он слишком здоровенный, чтобы с ним бороться.

– Эй, охотница?

Она так стискивала пистолет, что рука начала неметь.

– Прошу, убери свои грязные сапоги с моего стола, который, между прочим, тоже винтажный, как и та дверь, что ты разбил.

Может, если снова накачать засранца наркотиками, удастся обеспечить себе несколько минут и успеть его запереть? Вот только вряд ли он второй раз купится на тот же трюк, да и опять же силком его не заставишь.

– Кто на этот раз меня заказал? Дейдра? Она чокнутая и вряд ли тебе заплатит. По крайней мере, последнему не платила. Просто вспорола ему брюхо.

«Если заманить его в трюм, то титановая дверь выдержит».

– Я бы предпочел с тобой дружить, Джульетта. – Убрав ноги со стола, Менскейп продолжил успокаивающим тоном: – Сколько тебе пообещали? Может, я предложу цену получше.

Охотница облизала вилку и положила ее на пустую тарелку.

– Сто тысяч в общей валюте.

Рагнар присвистнул и оперся локтями на столешницу.

– Ладно. Перекупить тебя я не смогу. Это король Уильям Засранец, да? У него на меня зуб?

– Кстати, чем ты его так выбесил?

Он лениво провел пальцем по полированной поверхности стола.

– Если скажу, мы сможем обо всем этом забыть?

Джульетта фыркнула и встала.

– Расклад такой: или ты идешь, куда скажу, или я стреляю.

– Нет, ты не…

Прогремел выстрел. Рагнар взвыл и схватился за дымящееся и кровоточащее ухо.

– Schied ayn farwam…

Далее последовал поток ругательств, видимо, на родном языке гостя. Наконец Джульетте удалось вывести его из себя, если пошедшие пятнами щеки и стиснутые зубы хоть о чем-то свидетельствовали. Злость Рагнара впечатлила охотницу, но в то же время напомнила, что сама она – пигалица рядом с ним. Джульетта нервно перехватила рукоять пистолета.

С сияющими от боли синими глазами Менскейп прошипел:

– Не было нужды так поступать.

– Нет, была. Мы оба знаем, что ты в два раза больше меня. Король Уильям приказал доставить тебя живым или мертвым. Выбирай.

– А у нас так хорошо все складывалось. То, в чем он меня обвиняет, – благородный поступок. Как женщина ты оценила бы.

Джульетта ощетинилась, мгновенно вспомнив все те случаи, когда мужчины говорили, что ей положено делать или думать «как женщине».

– Не смей мне указывать, что я одобрила бы.

– По меньшей мере могла бы со мной переспать.

– Ну да, наверное, было бы неплохо.

– Наверное? – Рагнар отпустил ухо. Его покрывала копоть, край мочки алел, срезанный выстрелом плазмы. – Ты себе даже не представляешь, блондиночка, – заверил гость, мягко подбираясь к охотнице.

Та отпрянула и заставила Менскейпа остановиться, твердо нацелив на него оружие.

– Какие мы самонадеянные. И не зови меня блондиночкой. Вперед, – махнула она стволом в сторону люка.

Покачав головой и застонав, Рагнар потопал к выходу, затем остановился.

– Направо или налево?

– Налево.

Джульетта молча пошла следом, глядя, как хвост гневно мечется из стороны в сторону, словно каждым движением выражая свое недовольство.

– Разве мы не можем это обсудить?

– А разве здесь есть, что обсуждать?

– Я тебе нравлюсь. Точно знаю. И ты что, правда собираешься сдать меня этому чокнутому корольку? – Рагнар резко развернулся, и Джульетте пришлось постараться, чтобы не врезаться в его грудь. – Я спас девушку из рабства. Ты в это веришь?

– Я верю в сотню тысяч.

Менскейп уперся руками в стены коридора, загораживая проход, точно великан, оказавшийся в кукольном домике.

– Ты выше этого.

Потрясающие глаза просто умоляли Джульетту одуматься.

Ох, черт. Он спас девушку из рабства? Ее чисто женское раздражение лишь усилилось.

– Видимо, нет. Пошевеливайся, – отрезала Джульетта, отвернувшись от убеждающего взгляда Рагнара.

Всю дорогу до трюма тот продолжал что-то бормотать. Мужчины. Жить с ними невозможно, скормить любимой орангакуле – нельзя.

– Сядь в углу.

– Нет. Давай отправимся на ближайший пляж, заляжем на дно в какой-нибудь хибаре и станем заниматься сексом до тех пор, пока не позабываем собственные имена.

Джульетта топнула, дрожа всем телом. Ее решительность пошатнулась. Было бы весьма неплохо хоть раз поверить мужчине на слово.

– Рагнар…

Комната закружилась перед глазами и медленно накренилась.

– Рагнар? – Споткнувшись, Джульетта упала на колени, больно ударившись о стальную палубу. – Что ты сделал?

– Счастливо отрубиться, милая Джульетта.

Она завалилась на бок и до последнего момента, пока глаза не закрылись и все не поглотила темнота, смутно видела его чертову довольную улыбку.

* * *

– Доброе утро, блондиночка. Проголодалась?

Щурясь от адской головной боли, Джульетта попыталась коснуться своей несчастной черепушки, но что-то помешало.

– Ты меня вырубил и связал. – Открыв глаза, она увидела незнакомое помещение и самодовольного Рагнара, скрестившего руки на груди. – Использовал против меня мой собственный пирог.

– Очень хорошо. Твой пирог, кстати, тоже очень хорош, хотя я предпочитаю кексы.

– Кексы? – Ноздри Джульетты расширились. Как же хорошо, что она так с ним и не переспала! – Если ты предпочитаешь кексы, то друзей из нас никогда не выйдет. Пироги рулят.

– Ой, ну перестань, – поцокал языком Рагнар. – Не будь такой черствой.

Охотница нахмурилась, не оценив ни жуткий каламбур, ни весьма по-холостяцки выглядевший корабль. Они сидели на мостике из голубовато-серого металла. Менскейп развалился в огромном кожаном кресле, нелепом человеческом изобретении, на подлокотниках которого красовались мигающие кнопки и экран – вероятно, чтобы удобнее было порнушку смотреть.

Джульетта заерзала на своем крутящемся кресле и попыталась выпутаться из веревок, стягивавших за спинкой онемевшие руки. Дважды провернувшись вокруг оси, охотница ногой остановила вращение.

– В следующий раз, я тебя убью, Менскейп.

– Ты не из тех, кто убивает.

Джульетта стиснула зубы и заставила себя оторвать взгляд от ублюдка, умудрившегося все поставить с ног на голову.

– И что, это и есть знаменитый «Бобо», о котором я с роду не слышала, самый быстрый среди таких же летающих мусорных ящиков?

– А ты грубая, когда тебя вырубают и похищают.

– Где мой корабль?

– В целости и сохранности, в доках М’Нануа, плата за стоянку внесена на неделю вперед. Кстати, отлично летает. И на нем столько всего интересного. Неужели одной женщине правда нужно так много вибраторов?

– Отпусти меня!

Пылая едва сдерживаемым гневом, Джульетта вскочила и тут же рухнула лицом вниз. Прямо к ногам Рагнара. Взвыв, как обезьяна-ревун, охотница резко перевернулась на спину, пока перед глазами плыла алая пелена и звезды, а нос горел от близкого знакомства с полом.

Рассмеявшись, Менскейп (будь он неладен) подхватил Джульетту на руки и излишне радушно прижал ее голову к своей груди. От его мускусного мужского аромата охотнице, к ее еще большей досаде, мгновенно полегчало. Боги, да этот мужчина невыносимее визита домой к родителям!

– Ой, осторожнее. Человеческие женщины хрупкие.

– Кроме случаев, когда они вырубают, похищают и стреляют в тебя. – Он немного ослабил свою медвежью хватку, и Джульетта, прижатая к его умопомрачительной груди, ухмыльнулась. – Просто не мог тебе позволить притащить меня туда.

Менскейп невероятно нежно пригладил волосы Джульетты, отчего та задрожала, уже изнывая от желания. Может, это его большое капитанское кресло сгодится, чтобы…

«Нет! Джульетта, не отвлекайся».

Толчком приподнявшись, она запрокинула голову и посмотрела ему в глаза.

– Почему ты попросту не оставил меня там вместе с моим кораблем и не смылся? Тогда я не стала бы твоим постоянным геморроем.

– Сильно подозреваю, что ты стала бы моим, как ты изящно выразилась, геморроем, независимо от расстояния.

– Это не ответ.

Рагнар вздохнул и провел пальцем под лямкой ее бюстье. Плечо Джульетты вздрогнуло от удовольствия. Эту часть тела почему-то не интересовало, что допрашиваемый пытается увильнуть от ответа.

– И это тоже, – прибавила она.

– Ох, – вздохнул Рагнар. Удерживая Джульетту за плечи на расстоянии вытянутой руки, он изучал потолок, словно пытаясь найти там подходящие слова. – Ты… я… да, я мог тебя там оставить, но…

Трогательные голубые глаза умоляюще смотрели на охотницу, брови сошлись домиком – Рагнар всем своим видом просил пощады. Джульетта поджала губы и продолжила хранить молчание, позволяя ему говорить – произнести вслух те прекрасные слова, которые она надеялась и одновременно боялась услышать. Как ни глупо прозвучит, но охотница действительно радовалась, что он не улетел. Но что теперь? Ее руки были связаны (в прямом и переносном смысле) и зудели (вот тут только в прямом смысле).

– Джульетта, ты мне нравишься. И я тебя хочу. Ты интересная и умеешь меня рассмешить. – Менскейп пожевал губу и продолжил: – Готов пересмотреть твое негостеприимное поведение и познакомиться с тобой поближе.

Не в силах сдержаться, Джульетта расхохоталась. Это самая нелепая ситуация в ее жизни, включая тот заказ на Клоуни-Охотника-на-коз, парня, который выряжался клоуном и развлекался, гоняясь за козами.

– Если я тебя не доставлю, Злодейский Уильям явится уже за мной. Не моя вина, что ты его разозлил. – Она попыталась высвободиться так, чтобы снова не упасть.

– Ты не хочешь меня ему сдавать, – сказал Рагнар, сжав ее крепче.

– У меня нет выбора.

– Разумеется, есть.

– И каков план, Рагнар? Мы сбежим вместе на твою планету и… что? Станем надеяться, что чокнутый король нас не найдет? Будем ходить на свидания? Устраивать пикники? Бегать по полю с маргаритками? Брать уроки мамбо…

– Да.

Прервав обличительную речь, Джульетта изобразила свою самую обворожительную улыбку.

– Ладно, хорошо, – согласилась она невозмутимо. – Так что, развяжешь меня?

Ноздри Рагнара раздулись. Вот черт.

– Я тут обнажаю перед тобой сердце – а ты продолжаешь мне лгать?

– Обнажаешь сердце? «Ты мне нравишься, я тебя хочу» – это что, обнажить сердце?

Менскейп сбросил ее обратно на кресло и с силой закрутил.

Джульетта зажмурилась и затормозила, пока пирог не попросился обратно. Когда комната перестала вращаться перед глазами, охотница глубоко вздохнула и постаралась сдержать рвотные порывы.

– Развяжи меня.

– Ты ранила мои чувства.

Досада острыми щепками впилась в совесть. Засунув это все подальше, Джульетта решила не поддаваться ни Рагнару, ни его «сердечному стриптизу», ни его обиженному виду.

– Развяжи меня!

– А ты будешь себя хорошо вести?

– Слушай, ты тоже мне нравишься, ладно? – Джульетта изо всех сил попыталась высвободиться из веревок. Без толку. – Думаю, ты в курсе, что чертовски сексуален и хорош, и да, встреться мы на каком-нибудь церковном собрании, все вышло бы просто замечательно. Но так не случилось. – Она отвела взгляд, чтобы не видеть надежды, вспыхнувшей в его глазах. – Я должна сделать то, что должна, иначе я покойница. Так что лучше считай меня врагом, Рагнар.

Его улыбка была ярче кометы в ночном небе.

– Просто не могу.

Джульетта зажмурилась и сделала глубокий вдох. А затем привела веский довод.

* * *

Если оглянуться назад, возможно, принять предложение Менскейпа касательно траха на пляже было мудрее.

Вместо этого Джульетта сказала ему поцеловать ее в задницу, а потом пнула в пах. Ничего хорошего из этого не вышло.

Сколько она вот так просидела с онемевшими руками, онемевшей задницей и онемевшим мозгом на твердом металлическом полу карцера? Наверное, часов семь. Долгих, долгих семь часов. И минимум половину этого времени ее желудок громко и беспрестанно выражал свой протест.

Вот так заварушка. И какие у нее теперь замечательные варианты? Может, ее убьет Менскейп. Может, Уильям Злодейский. Или же она сама умрет от Синдрома отсиженной задницы. Или усохнет от голода. Фантастические буфера Джульетты сморщатся, и останется от нее только кучка костей и мини-юбка на пустом полу.

Ну какая дура откажется от секс-каникул с секс-богом и вместо этого ранит его самую важную сексуальную часть тела?

Джульетта, Чудо-гений.

Если оставить в покое секс – какая женщина оттолкнет от себя самого интересного мужчину, которого только встречала в жизни? Охотница застонала и поменяла позу, хотя удобнее от этого не стало. Затекшие конечности пронзила боль. «Если бы только он пришел». По крайней мере, Джульетта могла бы тогда неискренне покаяться, до тех пор, пока тюремщик ее не накормил бы. Но после того опрометчивого пинка Рагнар, не говоря ни слова, швырнул ее в карцер (правда сначала взвыл, помолчал, оскалился, снова взвыл и цветисто выругался).

«Всегда любила матерщинников», – хихикнула про себя Джульетта.

Затем улеглась на спину и принялась снова пересчитывать две тысячи девятьсот восемьдесят один болт в потолке. Один: одна печальная связанная охотница за головами. Два: два пострадавших cojones. Три: три часа, как она не ела. Четыре: четыре часа, как не ходила в туалет. Пять: пять пальцев на каждой руке сейчас гниют и потом отпадут от нарушенной циркуляции крови. Шесть: похоже на «секс». «М-м, секс». Семь…

Люк карцера с грохотом распахнулся, Джульетта подскочила и постаралась сесть.

– Прости – не убивай меня!

Слова эхом пронеслись по комнате и отскочили от мощной грудной клетки похитителя. Скрестив руки на упомянутой груди, Рагнар стоял на пороге и смотрел на пленницу.

– Мне очень жаль. Это был удар ниже пояса… никаких намеков. – Она улыбнулась, больше всего мечтая, чтобы на этом гранитном лице вновь появилась та непринужденная улыбка, о которой Джульетта так скучала. Ничего подобного.

Может, немного шарма не помешает? Охотница кокетливо похлопала ресницами.

– Рагнар, ты потрясающий мужчина. Думаю, мы не с той ноги начали. Кхм, опять же, никаких намеков. – Джульетта поморщилась, чувствуя, как своими словами роет себе могилу.

Менскейп хмыкнул и пнул какую-то былинку на полу.

– Есть хочешь?

Желудок охотницы выбрал этот момент, чтобы громко напомнить о себе. На секунду каменная маска Рагнара треснула, и он, кажется, почти что улыбнулся.

– Вставай. Идем.

Тюремщик развернулся и вышел. С третьей попытки Джульетта смогла подняться на затекшие ноги и, шаркая, похромала следом. «Что ж, теперь буду знать, что меня ждет в восемьдесят лет. Если доживу до этого возраста». Наконец цель – камбуз – достигнута. Оттуда доносился божественный аромат… говядины? Джульетте до того захотелось есть, что колени подкосились, точно вареные спагетти. Спагетти? Может, это ими и пахнет? Едва не капая слюной, охотница прокралась в комнату, не спуская глаз со стоявшего в противоположном углу Рагнара.

Он возвышался над плитой, что-то помешивая своим хвостом, который казался все привлекательнее и привлекательнее. Было что-то немного непристойное в том, как, похоже, во всех штанах Менскейпа имелось отверстие для данной части тела. А под «немного непристойным» Джульетта подразумевала «просто сногсшибательное».

С потолка свисали всевозможные кастрюли и сковородки, листочки специй висели вдоль резной деревянной стойки. Охотница облизнулась при виде забитого доверху винного шкафа. Повернувшись обратно к хозяину, она стала вежливо дожидаться, когда он сделает первый шаг. Восхитительный зад Рагнара покачивался из стороны в сторону, когда он тянулся то за тем, то за другим, чтобы добавить в блюдо. И правда потрясающий мужчина. Между ног Джульетты снова стало покалывать. Вскоре хозяин ковшом разложил макароны в красном соусе по тарелкам и приказал гостье сесть.

Та повиновалась и с совершенно прямой спиной устроилась на стуле, нетерпеливо водя ногой по полу. А еще по-прежнему улыбалась Рагнару, преисполнившись решимости его очаровать. «Интересно, предложение касательно горячего секса на пляже еще в силе?» До чертиков счастливая, что больше не сидит на полу карцера, охотница, возможно, согласилась бы на многое (и весьма непристойное), только чтобы больше туда не возвращаться. Ой, ну кому она голову морочит? Возможно, ага.

Не впечатлившись ее неуместными улыбочками, Рагнар со стуком поставил наполненную до предела тарелку перед пленницей и такую же перед собой. Джульетта закрыла глаза и наклонила голову, вдыхая волшебный аромат и невольно клюнув носом в соус. Запах незнакомых специй дразнил обоняние, а на кончике носа осталась капелька томатной пасты.

Рагнар сел напротив и хмыкнул. Совсем чуть-чуть. Затем вспомнил, что собирался быть сердитым, и снова нахмурился.

Джульетта выгнула спину и выпятила свой впечатляющий бюст.

– Можешь меня развязать? Ну пожалуйста?

Как она и надеялась, прежде чем встать, Рагнар невольно засмотрелся на ее грудь. Затем, в мгновенье ока вынув из подставки огромный разделочный нож, подошел к пленнице и одним движением разрезал веревку. С пульсирующими от боли плечами Джульетта медленно вывела руки вперед.

– Спасибо, – прошептала она, глядя в непроницаемое лицо Менскейпа.

Тот стер с ее носа капельку соуса и облизнул палец. Охотница сглотнула. С трудом.

Рагнар сел на место и принялся за еду. Джульетта последовала его примеру, хотя мышцы еще протестующее ныли. Насыщенное, сытное и такое вкусное блюдо походило на земную пасту, только острее и макароны оказались потверже.

– Очень, очень вкусно. – Джульетта с хлюпаньем втянула в рот длинную макаронину. Еда показалась ей даже лучше секса. Ну почти. – Ты часто готовишь?

Менскейп не ответил, подчеркнуто продолжая есть.

– А вот я только пирог умею делать. Тот самый, что ты съел. И он лучше кексов, – не смогла удержаться Джульетта.

Рагнар удостоил ее взглядом, только его глаза стали еще холоднее.

Отчаявшись, Джульетта сунула в рот еще немного вкусного, похожего на спагетти блюда.

– Мы что, больше не друзья?

– Мы ими никогда и не были.

– Да ладно. Ты залазил руками мне в трусики – значит, мы друзья.

Джульетта изогнула бровь и облизала нижнюю губу. Рагнар откинулся на стуле, отчего бедная деревянная конструкция заскрипела.

– Друзья так не поступают.

– Ой, ну брось. Ты же меня похитил!

– Ты первая меня похитила.

– Я не похищала, а увозила, чтобы обменять на вознаграждение. Неужели ты собирался бросить меня умирать там, в карцере, потому что я пнула тебя в…

В секунду обогнув стол, Рагнар вздернул Джульетту на ноги.

– Больше. Никогда. Так. Не делай.

И стиснул пальцы так, что у охотницы вверх по рукам побежали мурашки.

– Больше не буду.

Она попыталась поймать его взгляд и ощутила укол страха. Да, Джульетта опасалась роста и силы Менскейпа, но еще боялась, что они больше никогда не смогут стать друзьями, боялась потерять… его. Охотнице не хотелось, чтобы он ушел, хотя она чертовски постаралась испортить с ним отношения.

«Ой-ой. Нехорошо».

Рагнар разжал пальцы, провел ладонями вниз по ее рукам и остановился на бедрах. Слегка надавив, он привлек Джульетту к себе.

– Ладно.

Она принялась рисовать пальцами по светло-голубой необычной рубашке, так подходившей под его глаза. Играя с распахнутым у горла воротом, Джульетта прижалась плотнее, ощущая телом твердые мышцы Менскейпа.

– Мне извиниться поубедительнее?

Рагнар озорно ухмыльнулся.

– Как раз пора.

Встав на цыпочки, Джульетта ухватила его нижнюю губу и чуть прикусила. Объятия Менскейпа стали крепче, посылая по телу охотницы дрожь от сознания своей женской власти.

– Мне жаль.

– Насколько жаль? – уточнил Рагнар, обхватив ладонями ее попку.

– Очень жаль. – Джульетта коснулась заросшего щетиной лица и поцеловала провокатора, чувствуя пьянящий вкус острого томатного соуса и чего-то сладкого.

– «Жаль, и я пришлю тебе цветочки в знак извинения» или «жаль, и где тут спальня»?

– Спальня, спальня, – простонала Джульетта, когда Рагнар провел руками по ее животу и обхватил грудь.

И наконец снова согрелась в сиянии его беззаботной улыбки. Менскейп подхватил соблазнительницу на руки и понес прочь с камбуза, на ходу покрывая поцелуями ее обнаженную шею. Что еще лучше может помочь девушке почувствовать себя сексуальной, как не мужчина, несущий ее в спальню? Когда, несколько коридоров спустя, Рагнар принялся ее покусывать, Джульетта уже просто дрожала от предвкушения.

О проблемах с работой она подумает завтра, после того, как хорошенько злоупотребит служебным положением.

Рагнар внес Джульетту в непроглядно-темную комнату и внезапно разжал руки. На секунду сердце охотницы подпрыгнуло от ужаса, но затем она приземлилась на что-то пружинистое и мягкое. Рагнар примостился поверх ног Джульетты, задрал ее мини-юбку и принялся ласкать попку сквозь промокшие насквозь трусики, пока хозяйка сражалась с молнией на боку. «Черт, да я просто взорвусь, если вскоре не избавлюсь от дурацкой одежды!» Справившись с миссией, Джульетта приподняла бедра и стянула юбку. Рот Рагнара тут же нашел пылающее местечко меж ее ног. Охотница со стоном рухнула на кровать. Он целовал ее сквозь шелк трусиков, затем отодвинул их в сторону. От предвкушения дыхание Джульетты перехватило, нервные окончания расплавились и превратились в один пульсирующий полный желания комок. И язык Рагнара так нежно кос…

– И-ип. Рагнар, приближается какой-то корабль!

Джульетта взвизгнула и резко села. Рагнар слетел с кровати и с глухим стуком упал на пол, не переставая ругаться.

Что это за хрень? В темноте ничего не было видно.

– И-ип, – повторился ужасный писк.

– Пиппи, – простонал с пола Рагнар.

Джульетта сдвинула ноги и наощупь попыталась застегнуть свою излишне короткую юбку.

– Что еще за Пиппи?

А затем в распахнутых дверях увидела силуэт. Небольшой, подергивающийся силуэт.

Оно пробежало к Рагнару, затем комнату залил режущий глаза свет, и Джульетта зажмурилась. Когда сетчатка перестала болеть, охотница обнаружила какого-то пушистого грызуна, сидящего под настольной лампой. Где-то полметра ростом, большая голова, круглые ушки с кисточками и нервно подергивающиеся усики. Шерсть существа была черной с белыми пятнами, почти как у коровы.

– Пиппи, что ты там говорил про корабль? – Рагнар сел, обхватив руками голову и сердито стуча хвостом по полу.

– И-ип. Приближается корабль. Похоже, один из флотилии короля Уильяма из Нового Лос-Анжелеса.

– Ясно. Спасибо. Пиппи, это Джульетта. Джульетта, это Пиппи, мой первый помощник.

Охотница, с трудом поднявшись на ноги, посмотрела вслед пушистому существу, которое резво поскакало на четвереньках прочь из комнаты, попискивая на бегу.

– Я все еще не понимаю, что такое этот Пиппи.

Рагнар встал. Его желание было все еще очевидно и выглядело прекрасно… «Боже, я убью это назойливое животное, кем бы оно там ни было!»

– Придержи эту мысль, – прошептал Рагнар, приподняв подбородок Джульетты и посмотрев ей в глаза.

Под его горячим взглядом она превратилась в какой-то шлюшный пудинг.

– Мысль про твой потрясающий язык, да? А не ту, про убийство Пиппи?

– Да.

Охотница принялась разглядывать свою обувь, не в силах больше смотреть на Рагнара, иначе рисковала рухнуть на колени и унизительно молить его выполнить ее похотливые желания.

Проводив гостью обратно на капитанский мостик, Менскейп устроился в своем кресле, а Пиппи сел (вернее встал) на то, что прежде занимала Джульетта.

Первый помощник склонился и заклацал когтистыми передними лапами по металлической панели. У него обнаружились тонкие пальчики, похожие на человеческие, только меньше. И более волосатые.

– И-ип. Новолосанжельцы близко. Возможно, они засекли нас на сенсорном радаре, а может, и нет.

– Может, да, а может, нет? – переспросила Джульетта. – Истинно научный подход.

– Не будь такой wurt. – Рагнар развалился в кресле и расслабленно вытянул свои длинные ноги. Джульетту передернуло так, будто она была целым мешком мартовских кошек. И какого черта значит это самое «wurt»? – Пиппи, выводи нас отсюда.

Менскейп притянул Джульетту к своему колену. Та замешкалась и посмотрела на грызуна, который теперь возился с приборами. Его когти без умолку стучали, жутко раздражая.

– Пиппи не против. Давай.

Джульетта забралась к нему и села с идеальной осанкой. Последний раз она так напрягалась, когда в семнадцать изображала на выпускном сестру Мэри Вспыльчивую, самую вульгарную монашку в мире. Она тогда привязала к спине деревянную палку.

– А что, Пиппи привык, что у тебя на коленях сидят странные инопланетянки?

– И-ип.

Рагнар рассмеялся над тем, что там это «и-ип» значило. В уголках глаз появились морщинки.

– Пиппи – член семьи. Его раса славится своими талантами к навигации.

Джульетта слегка расслабилась и немного опустила плечи.

– А какой он расы?

– Они называются галлоды.

– О, теперь мне стало все ясно.

– И-ип. А ты человек, да? – Пиппи уставился на буфера Джульетты. Ну, по крайней мере, ей так показалось. С этими его глазами-бусинками трудно сказать.

– Почему все так говорят это слово – «человек»?

Тишину небольшой кабины нарушило завывание аварийного сигнала, почти такое же раздражающее, как язык Пиппи. Комок шерсти побежал посмотреть на навигационный экран.

– Это новолосанжельцы, и-ип. Они нас догоняют.

– Но им же по идее не потягаться с «Бобо». – Рагнар схватил Джульетту за бедра и поставил на палубу. – Насколько они близко, Пиппи?

– Настигнут нас через пять минут.

Рагнар цветисто выругался и уставился в экран своего порно-кресла.

Джульетта принялась беспокойно расхаживать по крохотному пространству между ним и местом Пиппи. У нее возникло какое-то мерзкое предчувствие. Всем известно, что с новолосанжельцами лучше не связываться. Небольшое приключение внезапно превратилось из «похищена безобидным сексуальным парнем» в «ох, блин, меня будут пытать какие-то злобные придурки!».

– Что мне делать?

– Ничего. Мы все уладим.

Охотница простояла за их спинами еще одну мучительную минуту. Рагнар сидел, закусив губу и нахмурившись. Пиппи носился взад-вперед до тех пор, пока Джульетте не захотелось его заткнуть. Ну почему ее парень не завел какого-нибудь хорошенького щенка или чего-то в таком духе? Кого-нибудь милого. Кого-нибудь, кто не и-ипает в неподходящие сексуальные моменты.

С шумом выдохнув, она произнесла:

– Я думала, вы уже это улаживали. Смутно припоминаю, как ты приказал Пиппи вывести нас отсюда.

– И-ип. Но двигатели работают только на семьдесят семь процентов из-за метеоритного дождя, в который мы попали пару дней назад, а тут еще и эти лосанжельцы явно увеличили способность своего двигателя к разгону…

– Джульетта, помолчи, – вмешался Рагнар, отпихнув ее в сторону и принявшись колдовать над рычагом.

– Я? Мне помолчать? – Охотница даже зубами заскрипела. Именно поэтому ее так часто и вышвыривали из интернатов: она никогда не умела слушать приказы.

– Захват судна через две минуты, – объявил Пиппи.

– Schied, – выругался Рагнар и повернулся к Джульетте с мрачным взглядом из серии «Пекод» идет ко дну». – У нас два варианта. Первый – попасть в плен. Второй – спрятаться.

– Голосую за то, чтобы спрятаться, – подняла руку охотница.

– И-ип.

– Я согласен с Пиппи.

Со всей поспешностью парня, за которым гонятся убийцы, Рагнар выскочил из комнаты, а следом за ним помчался и грызун.

– Ты согласен с Пиппи? – Джульетта побежала за ними по извилистому коридору. – Какого черта это «и-ип» значит? Он за «спрятаться» или за «сдаться»?

Рагнар открыл небольшой люк в полу коридора и указал туда.

– Спрятаться.

Только Джульетта нагнулась над темной дырой, как колено Менскейпа пнуло ее под зад.

– Ай!

Она шлепнулась на металлический пол с глухим звуком.

«Отлично, Джульетта». А вот останься она дома в Нью-Йорке, то, возможно, сейчас сидела бы на скучном скрипичном концерте и тихо напивалась малиновым ликером. Но не-ет, ей же захотелось стать крутым капитаном космического корабля! И вляпаться в…

– Ай!

Джульетта вздрогнула, когда сверху на нее приземлился Пиппи и пополз по телу, впиваясь когтями, словно колючками. Рагнар отпихнул охотницу к стене и тоже забрался в небольшой тайник. Дверь с лязгом захлопнулась, и все погрузилось во тьму.

Джульетта напряглась.

– Пиппи, не сиди на моей… тебе нельзя там сидеть.

Она затаила дыхание в темноте, чувствуя, как по жилам разливается страх. Хотелось надеяться, что Боженька о ней помнит, но навряд ли.

– Рагнар, сейчас не время, – шлепнула Джульетта нахала по руке.

Глава 3

На-лож-ни-ца (сущ.) – человек, которого держат при себе для секса; обычно женского пола, всегда на хреновых правах.

Джульетта ссутулилась у каменной стены темницы и попыталась провести инвентаризацию собственной жизни.

Плюс: встретила горячего мужчину.

Минус: похоже, выгоды из этого извлечь не получится.

Плюс: отлично справилась с работой и изловила горячего мужчину.

Минус: сама попала в плен к вышеупомянутому горячему мужчине, затем угодила в лапы стражников короля Уильяма, когда те за две минуты нашли тайник на фиговом корабле горячего мужчины.

Плюс:?

Минус: горячий мужчина вырвался из когтей стражников и бросил ее на их милость.

Плюс: мерзкий горячий мужчина забрал своего мерзкого питомца с собой.

Минус: ей грозит смерть от рук Уильяма Злодейского, чокнутого короля, знаменитого своей любовью к пыткам и убийствам людей.

Минус: по-прежнему хочется мужика, даже в такой момент.

Минус: и поесть.

Минус: и отдохнуть.

Пустой желудок урчал. Джульетта вытянула ноги на застланном соломой полу и попыталась высвободить руки, скованные тяжелыми железными кандалами высоко над головой. И зажмурилась, чтобы не видеть жалких соседей по несчастью в этой псевдо-старинной темнице Уильяма. Грубо обтесанные камни, грязные пленники, железо – все это выглядело как старая-старая киношная декорация ко временам испанской инквизиции. Джульетте нравилась старина так же, как и сверхновые технологии. Ладно, намного больше сверхновых технологий. Но, право слово, на дворе две тысячи четыреста пятьдесят восьмой год – кто же сейчас строит каменные темницы, одевает заключенных в какое-то поддельное рубище, словно из театрального магазина, и приковывает их к стене? Чокнутые показушники, вот кто. Хотя чего ожидать от планеты, коренное население которой – потомки беженцев из старого Лос-Анжелеса?

Черт, черт, черт. Надо было сдать этого тупого Рагнара, когда солдаты ворвались на его тупой «Бобо». Но нет же, капитан ведь такой сексуальный! Вот Джульетта и промолчала. В итоге Рагнар все равно спасся, зато ее бросил. Охотница звякнула цепями и принялась воображать, как затянула бы их на шее мерзавца.

На секунду мелькнула мысль: да, Рагнар отличался от большинства встреченных ею мужчин. Он был добрым. Искренним. «Наверное, приятно узнать, что я не настолько вымотана, как считала, раз могу о таком думать», – слабо усмехнулась Джульетта.

Ну и куда могла завести такая наивность? Правильно, в темницу.

Потеря дорогой шлюшной одежды подорвала волю Джульетты. Колючий мешок из-под картошки, в который ее вырядили, совершенно не способствовал поднятию духа и да, был колючим.

Охотница снова открыла глаза. Нужно держаться начеку. Разумеется, здешний запах действовал прямо как нюхательная соль – только сделанная из мочи, пота и какого-то жуткого сорта сыра. Тем не менее глаза Джульетты так и норовили закрыться, но она продолжала сопротивляться, неважно, как сильно хотелось забыться в мягких объятиях сна.

В камере слева сидело ее прошлое: отчаявшаяся перепуганная милая девушка, чья еще не очень растрепавшаяся прическа помогала ей сохранять видимость достоинства, невзирая на заплаканное лицо. Слабая, хнычущая, нежная. Джульетта сама была такой. Когда-то. Охотница села прямее и повернула голову направо. Неужели он – ее будущее? Какой-то бедняга свисал на цепях, сковывающих тонкие запястья – только кожа, кости и смерть. Джульетту бросили сюда дня полтора назад, и за это время он даже ни разу не шелохнулся.

Охотница сглотнула собственные слезы. Удивительно, ведь она уже очень давно не плакала. Беситься и тут же успокаиваться было куда приятнее. Слабость порождала это тошнотворное жгучее чувство, но сдаваться Джульетта не собиралась. Она проглотила страх и все дурные бесполезные мысли до единой.

Массивная деревянная дверь сантиметров двенадцать толщиной заскрипела, и сердце подпрыгнуло. Но нет, это не Рагнара привели – в темницу бросили какого-то другого несчастного, вопящего от страха. Пронзительный звук наждаком прошелся по тонкой стене решимости, которую воздвигла вокруг себя Джульетта. Не в силах укрыться от шума, она прижала одно ухо к ноющей от боли руке и изо всех сил постаралась сосредоточиться.

Сколько ее уже держат в этой темнице? День? Неделю? Да уж, такое местечко просто идеально вынимает душу из девушки. Очень эффективно. Лучше сразиться в заведомо проигрышном бою, чем сидеть на скамье запасных, пока задница не отвалится.

Поднявшись на колени, Джульетта выгнулась у стены, пытаясь размять затекшие конечности. Мда, на таких почерневших от грязи и чертовски нежных холеных ножках, вероятно, далеко не убежишь, если вдруг возможность подвернется. Когда подвернется. Надо мыслить позитивно.

Пытаясь отвлечься от боли, охотница стала мурлыкать под нос старый рок-хит про секс, выпивку и девушку, которой вечно того и другого не хватало. Охваченная приятным безрассудством, Джульетта громко пропела припев, заставив нескольких заключенных повернуться в поисках источника сопротивления властям.

Р-раз! Здоровенная шестипалая ладонь вкатила пленнице оплеуху, заканчивая концерт. С горящей от удара щекой и чувствуя во рту привкус крови, охотница уставилась в мерзкую рожу охранника, которого про себя назвала Вонючкой. При росте два с половиной метра (или даже еще больше) страж возвышался над всеми обитателями темницы. Склонившись к Джульетте – и тут же подтвердив свое прозвище, – он прорычал:

– А ну тихо!

Фу! Его кожа оказалась цвета застарелых синяков.

Как поистине деликатная настоящая леди Джульетта сплюнула кровь прямо в разинутый рот охранника. С чудовищным ревом он снова ударил пленницу и отпрянул. Она стукнулась головой об острый камень.

Ахнув от боли, Джульетта попыталась прикинуть свои шансы на выживание, невзирая на явную контузию, поразившую затылок. Либо Вонючка отведет ее к королю Уильяму, чтобы в подотчетной темнице вновь воцарился мир и покой, либо убьет. Так или иначе, охотнице уже осточертело сидеть здесь, задрав руки вверх.

– Да пошел ты! – Она сплюнула еще крови на грязный соломенный пол. – Отведи меня к Уильяму.

– Королю Уильяму Злодейскому, – невнятно поправил страж низким голосом с чудовищным акцентом.

– Ну да.

– Нет, мразь, ты должна говорить не к Уильяму, а к королю Уильяму Злодейскому.

Джульетта скривилась и отвернулась прочь от слюней, летевших из пасти Вонючки.

– Ладно, отведи меня к королю Уильяму Злодейскому.

– Отведу. Потом.

Джульетта подалась назад, внезапно похолодев, невзирая на жуткую духоту.

– Потом – это после чего?

Вонючка захихикал и неспеша пошел прочь. Охотнице этот смех не понравился. И не зря. Минуту спустя страж вернулся вместе с напарником (Обваренным) и железным ключом, навис над Джульеттой, и у той от вони его грязного тела закружилась голова. Ключ звякнул в замке, и руки охотницы резко упали вниз. Боль пронзила плечи. Обступив пленницу с двух сторон, Вонючка и Обваренный вытащили ее из камеры и потянули по освещенному факелами коридору.

– Эй, Вонючка, то есть, сэр, – обратилась Джульетта к одному из олухов, пытаясь вывернуться так, чтобы хотя бы дышать. Ее волокли, точно мешок космической картошки. – Когда меня схватили, я как раз собиралась привезти вам преступника. Не моя вина, что он улизнул. Мне вообще не место в вашей тюрьме, какой бы чудесной она ни была.

Вонючка не ответил. Оба стража вздернули пленницу над грубым полом с такой силой, что она взвыла.

Джульетта сдалась. Едва она успела подумать, какая же глупость освещать темницу открытым огнем, как ее затащили в крохотную комнату с матрасом, где, судя по всему, счастливо обитали несколько видов насекомых и/или грибов. Охотница в отвращении отшатнулась. Это что, паук? Что хуже, Вонючка или паук? Выбор прямо как между геморроем и геморроем.

– Мы вернемся, – нараспев произнес Вонючка, гаденько фыркнул в духе «я насилую ради удовольствия» и оставил Джульетту одну в темноте.

Ком встал в горле, и она поборола волну паники.

«Спокойствие, Джульетта. Спокойствие. Бывали заварушки и похуже. И это вот совсем не паук».

Она сделала глубокой вдох, выдох. Затем еще раз, пока ее не перестало так сильно трясти. Стоя на матрасе, охотница развернулась и провела руками по грубым каменным стенам. Площадь примерно два с половиной на два с половиной.

Дерьмо. Да, такого развития событий Джульетта не ожидала. С одним бы стражем она справилась, окажись удача и весь мир на ее стороне. Но не с двумя. Счастливый случай никогда ей не изменял и был верным напарником Джульетты до того, как пару дней назад она повстречала Рагнара.

– Рагнар, – процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Что?

Охотница с воплем отшатнулась и, врезавшись в стену, соскользнула вниз, оцарапав себе камнями всю спину.

– Джульетта! – Рагнар споткнулся через ее распростертое тело и рухнул сверху, потревожив обитателей матраса, побежавших по ногам Джульетты. Она завизжала, очень по-девчачьи, и пинками согнала нахала прочь.

– Какого черта? Какого черта!

Цепляясь за стену, поднялась на ноги. И наконец-то разозлилась. Нет, этот хвостатый мужчина ей чудится.

– Ш-ш! – Что-то зашуршало и голос раздался прямо у ее уха: – Я пришел сюда за тобой. И собираюсь помочь тебе выбраться.

Что?

– Ты за мной не пришел.

– Нет, пришел. Я ведь здесь, так?

Джульетта зажала уши. Нет, у нее точно крыша поехала. Ей даже его голос мерещился. Но сей огромный мужчина ни за что, ни коим образом не мог последовать за ней в эту комнату.

Ведь так?

Охотница вслепую вытянула перед собой руки, пока что-то не нащупала. Проведя по этому «чему-то» пальцами, поняла, что ласкает мускулистый пресс. Твердый, обнаженный пресс. Ага, точно Рагнар. Поборов желание передвинуть ладонь ниже, Джульетта убрала руку.

– А почему ты без рубашки?

– Ты против?

Она стиснула зубы:

– Это не ответ.

– Ну да, не ответ.

– Как… как? Как ты смог от них удрать?

– Я очень талантливый парень.

Охотница моргнула и подождала, не скажет ли «гость» что-то не раздражающее. Не дождалась.

– Отличная работа по моему спасению, Рагнар. Теперь мы оба заперты в одиночке. Ну, пожалуй, теперь она не такая уж одиночка, раз нас тут двое, но мысль ты понял.

– Не волнуйся, блондиночка. – Руки Рагнара безошибочно нашли грудь Джульетты. – Когда охранники вернутся, я их вырублю.

– Замечательно. А руки передвинуть не хочешь?

Он подчинился.

Джульетта вздохнула.

– В смысле, убери их с моей груди.

Хорошо, что в темноте не было видно, как охотница глупо разулыбалась. И она вовсе не чувствовала себя на восемьсот процентов лучше, зная, что Рагнар рядом и готов вместе с ней сразиться с плохими парнями.

– Этот здоровый ублюдок тебя ранил? – практически прорычал Менскейп.

– Нет, не особо.

Он глубоко вздохнул.

Рагнар вернулся. Ради нее. Сердце Джульетты слегка затрепетало. «А ну цыц!» – приказала ему хозяйка.

– Ну разве не замечательно? У нас есть минутка побыть наедине. – Рагнар заключил Джульетту в свои теплые объятия, и ее омыло восхитительное ощущение, что все закончится хорошо. Уронив голову Рагнару на грудь, она слышала, как сильно и мерно бьется его сердце. От запаха его кожи текли слюнки, как будто он – чизбургер, а она на диете. Джульетта провела пальцами по впечатляющим шести кубикам его пресса. Лучше, чем пиво, – а это о чем-то да говорит.

– А ты правда смелая, Джульетта.

– Да?

– Да. Прямо крутая.

Крутая. Она прижалась лбом к его груди и рассмеялась.

– Что смешного?

Джульетта расхохоталась сильнее:

– Да я просто мелкота рядом с тобой. Вдобавок ты обыграл меня моим же оружием и все равно говоришь, что это я крутая.

– А при чем тут твой кот?

– Что?

Рагнар провел ладонями вверх по ее шее и нежно погладил костяшками щеку:

– Знаешь, что в этом всем хорошего?

– Что ты без одежды?

– Ну, помимо этого. Плюс в том, что теперь мы оба в беде.

– Ой, спасибо, Рагнар. – Повернув голову, Джульетту укусила его за палец. Остряк взвыл и отдернул руку. – А нормально напроситься на свидание ты не можешь?

– Что это на тебе надето? – вдруг спросил он. – Колется до чертиков.

– Это мешок. Или власяница. Ну или не знаю что. Предназначено для деморализации пленника, чтобы он чувствовал себя некрасивым.

Одна мозолистая ладонь коснулась ее ноги, заскользила вверх, и грубая ткань поехала следом, собираясь на талии. Вторая ладонь легла Джульетте на бедро. А затем, похоже, хвост принялся поглаживать ее попку. От щекотки мурашки побежали вверх по спине, не говоря уж о прочих местах.

– Вообще-то, – прошептал Рагнар на ушко Джульетте, – я вот так напрашиваюсь на свидания.

И продолжил ласкать ее в трех местах одновременно. Удивительно, как на пятьдесят процентов больше конечностей могут ощущаться на четыреста процентов эротичнее. Жар между бедер вспыхнул с новой силой. Похоже, Рагнару нравилась нижняя часть ее тела. И верхняя тоже.

Джульетта одернула одежду и прошептала:

– Нет.

– Почему?

– Потому что не хочу, чтобы стражники застали меня голой. – Предприняв сверхчеловеческое усилие, она отодвинулась прочь от паха Рагнара, где чувствовала его растущее возбуждение. – Рагнар, веди себя прилично!

Мешок вернулся на свое место, и Джульетта услышала, как сосед, шаркая ногами, отошел в другой угол крохотной комнатки и преувеличенно вздохнул. Да уж, в этом ему не было равных.

Охотница села на матрас и постаралась не думать о тех, кто в нем обитает. Прищурившись, она почти сумела разглядеть очертания тела Рагнара и даже в темноте знала, что он сейчас дуется. Типичный мужчина.

– Так расскажи мне, Рагнар, чем же ты навлек на себя гнев Уильяма?

– Спас одну из его наложниц из рабства.

– Кого? Откуда? Знаю, это Новый Лос-Анжелес, сточная яма всех пороков мира, но рабство вне закона.

Менскейп переступил с ноги на ногу. Звук прошелестел по крохотной комнате.

– Не думаю, что короля Уильяма сильно волнуют законы. У него сотни рабынь из всевозможных галактик. Всех держат здесь против воли и пичкают наркотиком, чтобы они не помышляли о побеге.

Наркотиком? Джульетта обхватила руками живот, в глубине которого зародилось тошнотворное чувство.

– Откуда ты знаешь?

– Я торговец. – Голос Рагнара стал немного тише. – Провернул кучу делишек с одним из здешних губернаторов. У парня страсть к самым дорогим и редким игрушкам. Скажем так: он немного чокнутый, но в целом безвредный. Примерно месяц назад я привез ему очередной товар, и он позвал меня на вечеринку во дворец. Гостей – только мужчин – пригласили поразвлечься с самыми наскучившими королю наложницами. – Рагнар замолчал. Охотница затаила дыхание. – Джульетта, они выглядели, как зомби. С пустыми глазами. Так ужасно.

Она ему поверила. Что-то было в тоне Рагнара, какая-то боль. Джульетта в свое время повидала немало лжецов, и он на них не походил. В груди появилась зияющая дыра, чувство ужасной тяжести.

– Так или иначе, я выбрал самую несчастную – тонджийку, всего метра полтора ростом, даже меньше тебя. Она как-то ухитрялась выглядеть перепуганной и под кайфом одновременно. Я думал, что в худшем случае смогу на одну ночь избавить ее от этого кошмара, а в лучшем – выберусь с планеты вместе с ней. Я просто… не мог пройти мимо.

– Как тебе удалось ее провезти?

– Все наложницы должны носить белое платье, поэтому они сразу бросаются в глаза. Я раздобыл для нее другие вещи, а потом спрятал ее в грузовом контейнере с моего корабля. Нам повезло. Она даже почти не сопротивлялась, по крайней мере, пока мы не оказались за чертой дворца.

– Сопротивлялась? Почему?

– Наркотики. Они создают… какую-то связь с королевской резиденцией и не позволяют из нее выйти. Только когда корабль покинул пределы атмосферы Нового Лос-Анжелеса, тонджийка пришла в себя. Ее точно удерживали там против воли.

Представив себе всю чудовищность ситуации, Джульетта покачала головой. Может, этим угрожал Вонючка – что ее заберут в гарем? Бедные девушки. Охотница вздрогнула.

– Ты мне веришь?

– Верю, – прошептала она.

Несколько минут они сидели в молчании. У Джульетты в голове не укладывалось, что сейчас, в две тысячи четыреста пятьдесят восьмом году, глупые злобные люди по-прежнему держали у себя секс-рабынь. Что по-прежнему множество женщин не обладали свободой или равными правами с мужчинами. Что может быть хуже, чем когда ты чья-то собственность? Прислонившись к стене, Джульетта сморгнула слезы беспомощной ярости.

– Мне жаль, что я вообще подписалась на это задание.

– Не волнуйся. – В голосе Рагнара слышалась улыбка. – Мы выберемся отсюда. Однажды у меня получилось, значит и еще раз получится. – Он нежно коснулся ее колена. – Ты в порядке?

– Разумеется, – проворчала охотница, вытирая влагу с лица. – Такую жалостливую историю рассказал – сам-то не расплакался?

Рагнар убрал руку.

– А ты нахалка.

Джульетта не потрудилась придумать нахальный ответ. Она была далеко не в порядке, но извещать об этом Рагнара не собиралась.

– Не думаю, что охота за головами безопасное дело, – заговорил он.

– Что? – подняла голову Джульетта.

– Ну ты только погляди, в какие неприятности угодила!

– Как мило с твоей стороны напомнить.

– Возможно, другая работа была бы не столь рискованным занятием.

Джульетта оскалилась. Невероятно!

– Получается, ты пять минут как меня встретил и уже решил, что моя жизнь слишком опасна и хрупким блондиночкам лучше заниматься чем-то поспокойнее. Чем например? Домоводством?

– Ты же печешь пироги.

– Эм… – Ее мозг готов был взорваться в любую минуту. – Ладно, хорошо. Один пирог. Я пеку только один вид пирога! Для себя. Чтобы поесть. И все это отеческое дерьмо меня не интересует. Мы только что встретились. Ты не смеешь говорить мне, что делать. Никто не смеет, – тихо прибавила она.

Судя по шороху, Рагнар подобрался поближе.

– Я просто говорю, что пора прекратить. Не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое.

– Кое-что плохое со мной уже случилось: ты.

Все еще кипя, Джульетта молча прижалась лбом к коленям. Вот. Вот почему ни один ее роман не длился дольше месяца. У мужчин что, в генетическом коде заложена эта тяга доминировать? Наверное, они считают это трогательным или милым, но будучи по другую сторону баррикад, охотница просто из себя выходила. Она вздрогнула: что-то едва ощутимо ползло вверх по икре.

– Лучше убери свой хвост, Менскейп, или рискуешь его потерять.

* * *

Желудок заурчал так громко, что и полумертвого бы разбудил. В смысле, саму Джульетту. Она так и уснула, уткнувшись лбом в колени, и теперь пыталась выпрямить затекшую шею.

Рагнар хмыкнул.

– Откуда ты, Джульетта? – Его тон был мягким, примирительным.

Ну почему на него не получается позлиться долго и как следует? Наверное, все дело в хвосте.

Что? Ей что, теперь нравится этот дурацкий хвост? Черта с два!

– Я с планеты под названием Земля.

– Да, знаю, ты человек, но откуда?

– Это в космосе.

Рагнар застонал.

– Остроумно, как всегда, Джульетта.

Боги, она и правда почувствовала себя виноватой.

– Я выросла в одном из крупнейших городов – в Нью-Йорке.

– Да, ты точно городская девчонка.

– И в чем проблема?

– У горожан обычно сплошная путаница с приоритетами.

Да, с этим не поспоришь.

– Я уехала, когда мне стукнуло двадцать.

– Ты туда летаешь? У тебя там есть семья?

– Нет и да.

Он заерзал на песчаном полу.

– Но почему ты никогда не навещаешь семью? Я возвращаюсь на Алютию при каждой возможности. Там мои родители и младшая сестренка. Мы заправляем фермой.

– Сестра – это та, что назвала твой корабль «Бобо»?

– Да. – От улыбки в его голосе в сырой комнате стало немного уютнее. – Она на тринадцать лет младше меня. Скучаю по ней каждый день. Ты должна ее увидеть – ты ей понравишься.

Отчаянная тоска пронзила самое сердце Джульетты. Она никогда не испытывала ничего подобного по отношению к своей семье. Да няня была ей роднее, чем вечно недовольные, раздраженные отец с матерью.

– Ты везучий.

– А ты нет?

Джульетта облокотилась на неровную стену.

– Мои родители только порадовались, когда я ушла. Я была бунтаркой.

– Ты – и бунтаркой? Быть не может.

– Остроумен, как всегда, Рагнар. – Она кинула в него камешком. Ну, по крайней мере надеялась, что это камешек.

– Промазала. – Менскейп постучал ногой по полу. – Может, тебе стоит снова с ними встретиться теперь, когда вы все взрослые люди?

– Предполагалось, что из меня получится леди. Пока я ей не стану, им все равно, что со мной. – Она пожала плечами. – Тут я сплошное разочарование. Наверное, родители сказали обществу, что я погибла в жуткой непристойной катастрофе – и слава богу.

– Поверить не могу. Они же твои родители.

– Боже, Рагнар. Ты что, вырос в тематическом парке?

– В какой теме?

– Не у всех есть замечательная семья, где вместе играют в игры, держатся за руки и поют веселые песенки.

Неужели он и правда такой… милый? Ей вдруг захотелось одновременно обнять Рагнара и врезать ему. Он раздраженно выдохнул, услышав ее резкие слова.

– Прости.

– Да ладно! – улыбнулась Джульетта. – Я сама создала свою жизнь, и мне она нравится. Она мне подходит. Не хочу соответствовать ничьим идеалам, кроме собственных.

– Да, я уже понял. – Джульетта подпрыгнула от неожиданности, ощутив, как он мягко пригладил ее волосы. – Отчасти это делает тебя такой eistwatle-nad.

– А вот это не очень-то вежливо.

Рагнар рассмеялся и сел рядом, обняв ее за плечи. Его пальцы выписывали по коже успокаивающие узоры.

– Вообще-то, это был комплимент.

Джульетта завизжала и вскочила на ноги:

– Что это?!

– На тебя напали?

– Да! Восемь ног! У него восемь ног, я посчитала.

Со стоном Рагнар нащупал ее руку и встал.

– Жук? Ты порвала мне барабанные перепонки из-за жука?

Джульетта прижалась к его высокому надежному телу.

– Не просто жук. Паук. Пауки – мое наказание.

– Иди сюда. – Лишь слегка поцокав языком, Рагнар опустился на пол и усадил охотницу себе на колени. – Я защищу тебя от жуко-пауков. И от плохих парней.

– Ненавижу их.

– Кого именно?

– Пауков.

Его дыхание пошевелило ее волосы, посылая мурашки по коже.

– Тебе не нужно делать все самой, Джульетта.

Ха! Конечно, нужно. А на кого ж еще ей рассчитывать?

«Рагнар тебе поможет», – сказало ее сердце.

«Ага, конечно, – отозвался разум. – Пока что. А что потом, после того, как вы изобразите животное о двух спинах? Видишь, вот потому тебе и нельзя думать. Ну, думать и есть конфеты в неограниченном количестве. Иначе в наши любимые шлюшные шмотки нам не влезть».

Тук-тук-тук. Сердце, видимо, решило ускорить ритм назло хозяйке. Сладкий жар охватил ее, и она начала потеть. Неужели дело в пауках? Да, они злобные и мечтают до нее добраться, но если честно… Рагнар пугал ее гораздо больше.

– Почему ты так хочешь мне помочь? – выдавила охотница сквозь сжатое спазмом горло.

– Всем нужна чья-то помощь. – Рагнар лениво провел рукой по ее волосам, посылая восхитительную дрожь по шее. Джульетта невольно устроилась поуютнее в его теплых объятиях. – Я помогаю тебе. Ты помогаешь мне. Все очень просто, городская девчонка. Я уже давно не встречал такую леди, как ты. Почему ты так упорно делаешь вид, что я совершенно тебе не нравлюсь?

И правда, почему?

Потому что одной легче.

Потому что так меньше ответственности.

Потому что так никто не обманет твоих надежд.

Джульетта ничего этого не сказала, а закусила губу и обвила руками его шею.

– Это не ответ, ну да ладно, – хмыкнул Рагнар. – Не волнуйся, Джульетта.

Несколько минут она и правда не волновалась.

– А твоя фамилия действительно Менскейп?

– Да. А что?

– А знаешь, что Менскейп означает на земном английском?

Рагнар потер ее спину.

– Офигенно сексуальный?

Джульетта едко захихикала.

Рагнар замер:

– А что она означает?

Ключ со скрежетом повернулся в замке. Джульетта вскочила и попятилась назад, надеясь, что Рагнар сейчас сделает то, что он там задумал. Может, Вонючка или Обваренный зайдут по одиночке, и команда хороших ребят получит шанс?

Дверь немного приоткрылась. Джульетта заморгала от внезапного вторжения света, пригнулась к земле, готовясь нанести тот же молниеносный удар, что свалил Рагнара. Обваренный ворвался в комнату, вооруженный факелом, окончательно ослепившим охотницу. Здоровенная, грязная лапища схватила ее за руку. Джульетта попыталась пнуть в том направлении, но лишь резко болтнулась в хватке стража. Тот хрюкнул и выпустил свою жертву. Жестко приземлившись, Джульетта рванула в сторону, но Обваренный ее перехватил и потащил в коридор.

Затем охотницу снова выпустили, безжалостный пол встретил ее и без того разбитые колени. Может, это Рагнар? Джульетта с трудом поднялась на ноги и сильно прищурилась, пытаясь разглядеть своего так называемого бойфренда.

Но, покрутив головой по сторонам, в ошеломлении уперла руки в бедра. Пропал. Он пропал! Какого черта? А что случилось с «Я помогаю тебе. Ты помогаешь мне»?

Брошенная лично разбираться со своей «опасной работой», Джульетта рванула прочь. Обваренный догнал ее через 0,0002 секунды. И повалил на пол. Опять. Охотницу изрядно достало, что с ней обращаются, как с нелюбимой игрушкой четырехлетнего ребенка.

Она сидела и смотрела, как Обваренный ворчит на стоящего в коридоре мужчину. Новенький был не из числа стражей, нет, видимо, какой-то чиновник в длинных развевающихся одеждах темно-синего цвета и с надменным выражением лица. «Слизняк приближенный» кивнул в сторону пленницы и удалился.

– Давай. – Обваренный поднес нож к ее лицу. – Ступай. – И ткнул вслед смотавшемуся Слизняку.

Джульетта пошла вверх по ступенькам, потом еще вверх по ступенькам и еще вверх по ступенькам. После полутора сотен километров в компании Обваренного, которого, откровенно говоря, можно с тем же успехом назвать Вонючкой, Клещом или «Это что вообще за хрень?», они наконец достигли похожего на храм помещения. Вот только вместо простых старых камней стены и полы блестели чистым бледным мрамором. Золотые прожилки танцевали по холодной поверхности. С высоты четырех с половиной метров комнату освещали мерцающие люстры. Мимо спешили хихикающие девушки в белых платьях с «улитками» из волос по бокам головы.

Джульетту привели в зал с огромным бассейном посередине. Колонны изящно поднимались к потолку; несколько местных жительниц повернулись, чтобы посмотреть на вновь прибывшую. Все, что не было позолочено, украшал тот же бледный мрамор. Обваренный с вожделением глянул на девушек, оскалив мерзкий беззубый рот. Одна из женщин хлопнула в ладоши, и стражник поспешно ушел, оставив Джульетту в обществе Дам с Дурными Прическами. Либо это пресловутые наложницы, либо служительницы культа Людей, кто в глаза не видел журналов мод.

Дамочки шептались, бросая в сторону охотницы взгляды, полные неприкрытого любопытства. Некая рыжуля помахала гостье. Джульетта, поколебавшись, пошла к ней вдоль бассейна. Одними жестами (коих было немало, ведь рыжуля могла похвастать наличием четырех рук) охотнице объяснили, что надо раздеться, залезть в бассейн и вымыться.

– То есть я должна выкупаться для короля Уильяма? В смысле, Злодейского?

Рыжуля кивнула.

– А если не стану?

Рыжуля провела пальцем поперек шеи в универсальном жесте «сделай или сдохнешь».

– Ясно. А тебе нельзя со мной говорить?

Девушка покачала головой и улыбнулась.

– Дай угадаю: тебе можно говорить только или с Уильямом, или с остальными наложницами?

Рыжуля кивнула и зааплодировала двумя из четырех рук. Она и прочие «улиточные» миньоны покинули зал как раз, когда в него вплыл Слизняк приближенный с толстым помощником. Чиновник идеально вписывался в убранство комнаты со своими золотыми волосами, бледным лицом и жуткой практически телесного цвета бородой. Он оглядел Джульетту одновременно похотливо и с одобрением.

– Человеческая женщина, – провозгласил он на земном английском. – Я избрал тебя в число священных наложниц нашего великого правителя – короля Уильяма Злодейского. Вымойся и поразмышляй, как лучше его ублажить.

Помощник протянул руку толщиной со ствол дерева и схватил Джульетту за запястье. Вырываться из его хватки – все равно что пытаться урвать хорошую шмотку на тотальной распродаже. Толстяк повалил охотницу на скамью. Слизняк подполз, сел рядом и схватил другое запястье Джульетты липкой наманикюренной рукой. Удивительно, но его глаза оказались очень аккуратно подведены. Охотница оскалилась и заставила себя воспринимать Слизняка серьезно. Сильно стараться не потребовалось: чиновник выудил из кармана шприц. Объятая ужасом, Джульетта закричала.

Дернувшись обратно к Толстяку, она принялась вырываться из лап обоих, пока гигант, яростно тряхнув упрямицу, не заставил ее подчиниться. Слизняк вонзил иглу ей в руку. Джульетта сморщилась, но больше плакать не стала.

Чиновник впился в нее взглядом.

– Эта сыворотка обеспечит твое полное содействие. Всего через несколько часов ты почувствуешь ясность мыслей и откажешься от любой борьбы. Ты будешь счастлива служить королю Уильяму Злодейскому. Лучше смирись со своей новой жизнью. О тебе станут хорошо заботиться.

Раздувая оставшуюся ноздрю, он встал и вышел из зала. Толстяк на всякий случай бросил пленницу на пол, а затем последовал за хозяином.

Джульетта немного полежала на холодном полу, собираясь с мыслями. Затем поднялась и потерла место укола. Спокойствие. Ей нужно успокоиться. Но в животе все переворачивалось от страха, и хотелось вопить и бегать кругами. Худший кошмар стал реальностью.

Она глубоко вздохнула. Легкие отчаянно сопротивлялись. Судя по тому, что сказал Рагнар, действие мозгоправительной сыворотки ограничено пределами планеты. Значит, нужно убраться к чертям из Нового Лос-Анжелеса прежде, чем наркотик вступит в силу, и ей больше никуда не захочется лететь. Содрогнувшись от мысли, охотница закрыла глаза и стала молиться.

«Милый Боженька, это Джульетта Лоуренс из семьи нью-йоркских Лоуренсов. Думаю, ты и сам догадался, иначе какой из тебя Боженька? Ну это я так, отвлеклась. Пожалуйста, вытащи меня отсюда. Я ведь не прошу многого – даже больше не стану умолять тебя послать мне секс. Если выберусь, сделаю щедрое пожертвование за то, что изображала сестру Мэри Вспыльчивую. Аминь».

Джульетта заставила себя разжать кулаки и оглядела зал. Думать о мрачном будущем не хотелось, иначе она просто свернется в позе зародыша и разрыдается, что в лучшем случае непродуктивно. Поэтому охотница обошла периметр и тщательно проверила каждую дверь. Заперто. Черт. Тряхнув головой, она на минуту поддалась отчаянию. Отсюда нет выхода.

Может, плавание в бассейне станет прекрасным способом начать планирование побега?

Воспрянув духом, Джульетта подошла к столику (белый мрамор, золотые прожилки). Там стояло гигантское блюдо с восхитительными сахарными кексами. Ничего лучше она за весь день не видела. Сунув в рот слишком большое шоколадное лакомство, охотница взяла поднос и поставила его рядом с бассейном. Роняя крошки на девственно чистый край (из белого мрамора с золотыми прожилками), Джульетта сняла свой мешок из-под картошки и спустилась в воду по ступеням (из белого мрамора с золотыми прожилками).

Ее довольный вздох эхом прокатился по залу. Горящие от усталости ноги мгновенно успокоились. Ароматная ванна ласкала каждую ноющую мышцу и почти смыла прочь чувство надвигающейся катастрофы. Слабый цветочный запах бальзамом лег на измученную душу. Погрузив голову в созданные волны, Джульетта проплыла к краю, чтобы сунуть в рот еще какую-нибудь вкусняшку.

Размеры бассейна позволяли вытянуться в полный рост и плавать по поверхности. Вот она и стала плавать и думать, что же делать дальше. Джульетта понятия не имела, как долго ей позволят наслаждаться покоем. Хоть бы кто-то вернулся в зал прежде, чем она обратится или ввязнет в капитальное дерьмо. Тогда придется либо уговаривать отпустить ее по-хорошему, либо пробиваться на свободу по-плохому. Джульетта мрачно усмехнулась. Скорее всего, эти наложницы и драться-то толком не умеют. Может, нападать на секс-рабынь и не лучшая идея, но чему быть, того не миновать.

Охотница развернулась и нырнула, по пути выдувая носом огромные пузыри воздуха. У самой поверхности ей почти показалось, что она увидела исчезающего каждый раз, стоит ему только поверить, ублюдка Рагнара.

Рагнара?!

Глава 4

От-но-ше-ни-я (гл.) - лучшая худшая идея всех времен и народов.

– Привет, блондиночка.

Совершено голый Рагнар сидел на краю бассейна и болтал в воде ногами.

– Какой еще привет?! – Вопль Джульетты рикошетом отскочил от водной глади и со всех сторон накинулся на нахала. – Ты… ты не шел за мной сюда. Я же сама видела! Так как ты сюда попал? И к чему весь этот нудизм?

Скрестив руки на груди, охотница замерла посреди ванны, прикрываясь от глаз Рагнара.

И сама не смотрела, что там у него ниже линии экватора. Вот ни разу. И не восхитилась увиденным. Неа.

Со смешливыми искорками в голубых глазах Менскейп потянулся и стащил с подноса политый медом рожок.

– Нет! – Джульетта скрючилась, пытаясь скрыть собственную наготу, полупрошла-полупроплыла к заветным сладостям и резко отодвинула их подальше от Рагнара. – Не стану делиться с тобой своими вкусняшками, пока не объяснишь, как, черт подери, тебе удается вот так появляться в закрытых помещениях. И с какой радости ты вдруг заделался эксгибиционистом.

Не зная, куда деть глаза, охотница принялась разглядывать потолок, покраснев, точно школьница в мужской раздевалке.

– Так значит, если я открою свой секрет, ты поделишься со мной своими вкусняшками? – промурлыкал Рагнар.

Она оставила еду в покое и постаралась проигнорировать взрыв чистого желания, охвативший ее от неприличного намека, что сквозил в словах Менскейпа. Собственно, некоторые «вкусняшки» самой Джульетты явно не возражали против такого обмена. Хозяйка же только фыркнула.

– Если не откроешь мне этот самый секрет, то схлопочешь прекрасным золотым блюдом по башке.

– Ладно. Как я говорил, у моей расы есть два необычных дара. Во-первых, хвост…

– Ты что, серьезно называешь эту штуку даром?

– И во-вторых, невидимость.

Джульетта ахнула. Она никогда еще не слышала о людях, способных стать невидимыми! Увидев ошарашенное выражение на ее лице, Рагнар рассмеялся:

– Ну, это не столько невидимость, сколько способность кожи принимать цвет окружающей среды.

– Да это же офигительно круто! Так ты, гм, невидимкой проследовал за мной в храм? – Охотница вскочила. – Вот почему ты разгуливаешь нагишом! Одежду бы по-прежнему было видно.

Рагнар вежливо поаплодировал тому приятному факту, что до нее наконец все дошло.

– Очень хорошо. Поэтому мне и пришлось смыться, когда тебя поймали. Кстати, прости. – Он изобразил на лице раскаяние и похлопал ресницами. – Но если бы они меня схватили, я бы уже никому не помог.

Значит, он все-таки ее не бросал! Облегчение растеклось по раненым чувствам Джульетты, точно горячий сироп по мороженому. «М-м, горячий сироп. М-м, горячий сироп на теле Рагнара». Кожу начало покалывать, а голова слегка закружилась. Лучше вернуться назад к теме разговора.

– А где твоя первая крыса?

Менскейп сел ровнее.

– Пиппи на корабле, готов забрать нас отсюда при первой возможности. И он не крыса, он…

– Да, да. – Джульетта махнула рукой, словно отметая существо прочь. – Он гаргулья или что-то в этом роде.

И тут охотница поняла, что стоит. Голая. Рагнар тоже это заметил и уставился на ее грудь. Потом ошалело моргнул и слегка покраснел. Хорошо.

Джульетта решила дать ему полюбоваться, раз уж он, похоже, так впечатлился видом.

– Покажи мне.

Пристальный взгляд Рагнара ощущался почти как ласка. Куда бы он ни глянул, кожу там начинало покалывать.

– Что показать?

– Как ты превращаешься. Хочу увидеть. Ну, в смысле, не увидеть.

Джульетта подплыла к нему и устроилась на краю бассейна. Рагнар наконец соизволил оторвать глаза от ее бюста и посмотреть ей в лицо:

– Ладно.

Секунду он сидел совершенно обычный, затем начал светлеть и светлеть, пока не стал практически белоснежным. Золотые прожилки ручейками разбежались по его коже, имитируя окружающий мрамор. В восхищении Джульетта прикрыла рот рукой. Она еще могла различить очертания тела Рагнара, хотя все остальное стало размытым, словно охотница видела его сквозь дымку. А потом он исчез. Вода, плескавшаяся вокруг его невидимых ног, была единственным признаком того, что Рагнар еще здесь.

– Вот это да, – прошептала Джульетта и осторожно ткнула пальцем бедро «невидимки». Его кожа подалась, переливаясь всеми цветами радуги. Охотница ахнула.

– Все еще сердишься на меня? – Голос Рагнара шел словно из ниоткуда.

Джульетта покачала головой и улыбнулась:

– Нет. Чертовски крутой трюк.

Вода расступилась, кругами расходясь от вторгшегося в нее тела. Руки Рагнара обхватили талию Джульетты одновременно с тем, как он неожиданно накрыл ее губы своими. Охотница закрыла глаза – все равно видеть было некого. Когда Рагнар подхватил ее под попку и прижал к возбужденному члену, дыхание Джульетты сбилось.

– Рагнар, – попыталась она возразить, прервав поцелуй. – Нам нужно придумать план побега. Они могут вернуться в любую минуту.

– Неа. – Негодник куснул Джульетту за ключицу, и она запрокинула голову, давая ему лучший доступ. – Я слышал, как наложницы сказали, что «очищение» займет два часа. Так что у тебя куча времени, чтобы поразмышлять над способами ублажения своего нового мужчины.

– Как удобно. – Проведя пальцами вниз по мускулистому прессу, она слегка сжала член Рагнара. – Как думаешь, из меня выйдет хорошая наложница?

Он застонал и укусил ее за плечо. Между ног Джульетты мгновенно стало горячо и влажно.

– Это значит «да» или «нет»? – спросила соблазнительница, медленно лаская член рукой.

Снова застонав, Рагнар вытащил ее из воды и понес прочь. Джульетта с глупой улыбкой смотрела туда, где он должен был быть. Каждые несколько секунд ей казалось, что она вот-вот его увидит, но стоило моргнуть – и иллюзия рассеивалась. Позади на полу оставались мокрые следы, тянувшиеся цепочкой через всю залу до длинного белого дивана. Когда Рагнар уложил на него Джульетту, у нее между ног уже все пульсировало в предвкушении. Почувствовав, что любовник ускользнул, она захныкала. Цепочка следов протянулась к стопке белья. Несколько пушистых полотенец взмыли в воздух и полетели в сторону Джульетты.

Одно, развернувшись точно парус, накрыло тело охотницы. Руки Рагнара принялись нежно ее вытирать, лаская мягкой тканью волосы, плечи, грудь. Вытянув руки над головой, Джульетта выгнулась навстречу, подставляя тело его прикосновениям.

Постепенно ослабляя защиту, она позволила себе раствориться в наслаждении – не только потому, что Рагнар симпатичный парень, но потому, что ей хотелось быть с ним. Отдаться этому доброму веселому странному мужчине. Тело охватывало удивительное чувство привязанности. Оно заводило и в то же время пугало Джульетту. Она собиралась заняться с Рагнаром любовью, и это будет не просто обычный, ничего не значащий секс.

– Ты чего хихикаешь? – прошептал Менскейп.

– Я не хихикаю, – покачала головой Джульетта.

Он усмехнулся, и его дыхание нежно поддразнило ее ушко.

– А по-моему, хихикаешь, Джульетта. Точно хихикаешь.

Ну, может быть.

Медленными круговыми движениями Рагнар вытирал воду с ее кожи, и с каждым прикосновением потрясающее напряжение внутри лишь росло. Нежнее бархата он спустился вниз по животу Джульетты, затем легче пуха проскользил по ногам. Поочередно приподнял их большими руками и высушил, сопровождая каждое касание полотенца поцелуем, отчего по коже бежали мурашки. Пальчики ног – поцелуй, икра – поцелуй, местечко под коленом – поцелуй, голень – поцелуй, бедро – поцелуй. Вроде бы невинная ласка, но каждое касание губ Рагнара превращало эти точки в ранее неизвестные эрогенные зоны.

Полотенце полетело на пол. Джульетта затаила дыхание; она понятия не имела, где Рагнар. Словно заниматься любовью в темноте – вот только охотница прекрасно видела себя, распластавшуюся на диване, всецело во власти партнера, и осознание этого посылало по телу распутную дрожь. Может, из нее и правда выйдет хорошая секс-рабыня. Для него.

Жадный, голодный поцелуй. Джульетта открылась ему навстречу, во всех смыслах, устраивая легшего сверху Рагнара в своих объятиях. Ласкала языком его язык, поощряя, приглашая. Рагнар ответил, и ее губы припухли и приоткрылись под его страстным натиском.

Он передвинулся ниже и лизнул сосок. От неожиданности Джульетта подпрыгнула и захихикала. Рагнар втянул сосок в рот, слегка щелкая языком по чувствительному бугорку, сводя Джульетту с ума. Она вцепилась ему в волосы и не отпускала, пока искорки желания, вспыхнувшие в груди, эхом отзывались между ног. Он ласкал изгиб ее талии, удерживая Джульетту под собой. Что-то невероятно нежно прошлось вверх по икре – наверное, хвост. Джульетта расплылась в улыбке и тут же задохнулась от восхитительной деликатной ласки, дразнящей мышцы ноги. А может, этот хвост не такая уж и плохая штука. Очень даже неплохая.

– Рагнар.

– Да? – Он переключил внимание на другую грудь, обдавая ее горячим дыханием.

– Пожалуйста.

– Что «пожалуйста»?

Она затаила дыхание, когда Рагнар снова двинулся вниз, покрывая поцелуями ее живот. С каждой секундой он все ближе подбирался к уже просто изнывающему от желания лону.

– Что «пожалуйста»? – переспросил Рагнар и резко раздвинул ее бедра.

Джульетта приподняла голову и смотрела, как он устраивается поудобнее, закинув ее ногу на свое невидимое плечо. А затем почувствовала прикосновение его губ. О Боже. О Боже! Рагнар, обвив ее лодыжку хвостом, приподнял попку Джульетты, широко раздвигая ее бедра.

Она со стоном рухнула обратно на диван. Между ног пульсировало так, что Джульетте показалось, она сейчас умрет. Каждое движение языка Рагнара, каждое касание его губ было пыткой и наслаждением. Она невольно стала подаваться бедрами навстречу, умоляя о большем. Рагнар провел пальцами вверх: от колена по внутренней части бедра к укромному местечку между ними, исторгая из груди Джульетты новый чувственный стон. Уже ничего не сознавая, она с силой вцепилась ему в волосы и сумела снова выдавить все то же слово:

– Пожалуйста.

Напряжение, копившееся последние ужасные сутки, достигло предела – ей хотелось взять от Рагнара все. Она села, прервав потрясающую ласку, и наощупь нашла его возбужденный член. Покрывая поцелуями ключицу Рагнара, Джульетта отплатила ему его же монетой, дразняще лаская, чувствуя, как он становится все тверже.

Она легла на спину, совершенно ясно давая понять, чего хочет. Рагнар понял намек и устроился меж ее бедер. Джульетта без лишнего стеснения направила его прямиком к цели, и он одним движением резко вошел в ее лоно. Она закричала, охваченная почти болезненным наслаждением. Еще толчок – и Джульетта выгнулась навстречу Рагнару, едва не умирая, когда он снова двинулся обратно.

Она попыталась наощупь найти его лицо и прошептала:

– Хочу тебя увидеть. Мне нужно тебя видеть. Пожалуйста, покажись.

И вот он возник перед ее голодным взором, чудо из чудес, настоящий десерт: голубые глаза сияли желанием, над бровью выступил пот. Рагнар погладил Джульетту по щеке и улыбнулся. Не дразня, не насмехаясь, просто нежно и ласково. Словно она – самое удивительное создание во вселенной.

Рагнар коснулся губами ее лба, и Джульетта окончательно сдалась. Она приподняла бедра, он чуть отодвинулся, а затем вновь погрузился в лоно, войдя целиком, заполнив ее до отказа. Потрясающие фрикции были почти невыносимыми.

Не отрывая от Джульетты глаз, Рагнар занимался с ней любовью до тех пор, пока она больше не могла ни говорить, ни думать. Лишь вцепилась в спину партнера и притянула его ближе, двигаясь с ним как единое целое. А затем настал он, пульсирующий взрыв наслаждения, который Джульетта не могла остановить. Чувствуя прокатывающиеся по телу волны оргазма, она закричала, запрокинула голову и обхватила Рагнара руками и ногами. Он продолжал двигаться внутри нее, закрыв глаза, прекрасный в охватившем его экстазе. Достигнув пика, Рагнар, тяжело дыша, прижался лбом к ее лбу. Джульетта упивалась сладким ароматом его кожи и тяжелым откровенным запахом их страсти, витавшим в воздухе.

Рагнар попытался отстраниться, но Джульетта не пустила. Мягко усмехнувшись, он расслабился и улегся сверху, положив голову ей на плечо.

– Хорошая наложница, – прошептал Рагнар.

Она хихикнула и провела рукой по его еще влажной спине. Такого удовольствия, такой разрядки Джульетта не знала уже очень давно. Удивительно. Удивительно, что она испытала все это, занимаясь любовью не просто с каким-то мужчиной, а именно с этим. Как такое возможно? Джульетта встретила Рагнара всего лишь вчера, но все в нем казалось правильным.

Она опустила отяжелевшие веки и прижалась щекой к его макушке. Наверное, глупо привязываться к инопланетному парню с (чудесным, замечательным) хвостом, но так уж вышло. Может, это и к лучшему. Пока он не разбил ей сердце. Хорошее долго не длится.

Но к чему сейчас об этом думать? Если она не выберется с этой планеты, то пострадает не только ее сердце.

Глава 5

Сбе-жать (гл.) – легче сказать, чем сделать. См. также «отношения» и «диета».

– Итак, как это будет происходить?

– Как будет происходить что?

Джульетта сдвинулась на диване, служившем сценой для их беспутства, и, полуобнимая Рагнара, пристроилась на его боку. Из хвостатого получилась отличная подушка.

– Ты хотел свидания. Как это происходит?

– Что ж, Джульетта… – Рагнар прижался щекой к ее макушке и притянул к себе еще сильнее. – Свидание – это культурное мероприятие, в котором участвуют двое, узнавая друг друга и исследуя романтические перспективы.

Джульетта вонзила ногти в его живот.

– Пытаешься причинить мне боль? – поинтересовался Рагнар.

– Пытаешься шутить?

Отодвинувшись, он бесцеремонно столкнул любовницу со своего плеча и улегся на бок, подпирая голову рукой.

– Просто… будь моей верндан. У тебя что, прежде не было отношений?

– Верндан?

– В переводе что-то типа «любовница» или «подружка».

Джульетта лежала на спине и пялилась в беломраморный с золотыми прожилками потолок. Этот жаркий, высасывающий душу взгляд Рагнара ее просто убивал!

– Я не очень хороша в отношениях, понятно?

– Гораздо лучше у тебя получается снимать парней в барах.

– Ты ведь здесь, не так ли? И что в этом плохого?

Рагнар засмеялся и пальцем прошелся по ее подбородку, призывая взглянуть на него.

– Ничего. Но разве ты никогда не хотела чего-то большего?

– И с чего это я вдруг почувствовала себя мужиком?

– Боюсь, ты с этим справишься гораздо хуже, чем я.

– Почему ты меня хочешь?

Ну вот. Резонный вопрос, разве нет? Она угрюмая и независимая, а еще – недостаточно хороша даже для собственных родителей и вроде как несколько блудлива. Саму Джульетту ее поведение устраивало, но большинство мужчин сочли бы охотницу неподходящей для этой самой… вернданности? Черт, да в природе, небось, и слова-то такого нет, но какая разница.

С громким ворчанием Рагнар сел и пригвоздил ее своим сапфировым взглядом:

– Послушай, Джульетта. Я счастлив просто находиться рядом с тобой, даже здесь. Когда этот ублюдок положил на тебя свои лапищи, я был готов убить его, а ведь я не склонен к насилию. Ты грубая и порой выводишь и себя. А еще забавная и великолепна в постели. Так что прекращай обсасывать в мозгу каждую чертову деталь! Это ведь несложно. Просто скажи «да».

– «Да» чему?

– Мне. Просто дай нам шанс, о большем и не прошу.

– Да, – выдохнула она с нервным смешком. Ух ты. Подписалась на отношения в самом прямом смысле этого слова. И все за один день. «Прекращай обсасывать детали!»

Джульетта села, пытаясь выглядеть достойно. Что довольно-таки тяжело, когда твой новоиспеченный партнер по этой самой… вернданности что-то бормочет себе под нос на чужом языке и закатывает глаза.

Она откинула волосы за спину и потянулась к приготовленным белым одеждам наложницы.

– Теперь, когда мы все уладили, дальше по плану…

– Что?

Джульетта пожала плечами, залезая в балахон:

– Как раз хотела у тебя спросить, голый хвостатый парень.

Рагнар растянулся на кушетке и расплылся в медленной улыбке:

– Теперь-то ты одобряешь мой хвост? – Упомянутый придаток как раз обвился вокруг его бедра.

Джульетта заставила себя не глазеть на его ноги, хвост и все остальное. Да, она одобряет абсолютно все его части, можете не сомневаться.

– Пожалуй, так и есть.

– Он знает еще кое-какие приемчики. – По усмешке Рагнара не трудно понять, какие именно.

Усилием воли взяв себя в руки, Джульетта повязала вокруг талии золотой шнурок. Поискала обувь, но не нашла. Отлично. Вероятно, даже если наложница и не беременна, то все равно должна ходить босиком. Развернувшись к Рагнару, Джульетта повторила:

– Каков план?

– Какой план?

– Я тебя об этом спрашиваю!

Он фыркнул, вполне собой довольный:

– Да, да. Хорошо. Первый этап уже успешно завершен.

– Что за первый этап?

– Получить Джульетту. Голую и в горизонтальном положении.

Она ухмыльнулась и почувствовала, как к лицу приливает кровь. Стыдливый румянец? «О, если ты из-за этого парня уже краснеешь, словно монашка на конкурсе «Мистер Вселенная», то точно обречена».

– А второй этап?

– Шаг второй: не умереть.

– Отличный план, – кивнула Джульетта. – И как мы собираемся его осуществить?

– Мы не можем умереть. Мы слишком привлекательны, чтобы Бог позволил нам умереть.

– Ты верующий? – поинтересовалась она, склонив голову набок.

– И привлекательный. – Приплюсуйте сюда самодовольную улыбочку. – Верующий и привлекательный.

Что ж, добавить к этому нечего. Джульетта вновь принялась кружить по комнате в поисках любого оружия, которое чудесным образом могло появиться с того момента, как она последний раз все обыскала. Ничего.

– Прошу, прости меня за то, что я нуждаюсь в более надежном плане, чем «красивые люди не могут умереть».

– Я сказал «привлекательные».

– Может, ты и привлекательный, но моя задница просто прекрасна!

Рагнар фыркнул, но мудро замаскировал это согласным покашливанием.

– А как насчет такого плана: сбежать из этой комнаты, вернуться на корабль, улететь. Конец.

– Подожди-ка. – Джульетта прекратила свои хождения и приступила к допросу: – Разве новолосанжельцы не конфисковали корабль?

– Конфисковали. Но Пиппи до сих пор прячется на борту, готовый захватить управление, так что мы можем сбежать.

Джульета скептически вздернула бровь:

– Пиппи. Сражается с охраной, – хихикнула она, – отвоевывая корабль. – Охотница расхохоталась.

– Ты не должна так реагировать. – Загорелый лоб Рагнара прорезали морщины. – Не понимаю, с чего ты так невзлюбила Пиппи. Он отличный первый помощник.

– Хм… – все, что она смогла выдавить.

– Какой же ты все-таки человек.

– Перестань это так произносить!

– Может, теперь дослушаешь план? Сейчас ты выглядишь как наложница, так что вполне можешь прогуляться до выхода, а если кто заметит – быстро свалить.

Мда. Не очень-то похоже на план.

– Что, черт возьми, случилось с тобой в камере?

Рагнар сел и взял свой хвост в руки.

– Я врезал тому прыщавому охраннику, который посмел тебя тронуть. А он принялся махать руками и впечатал мою голову в стену. К тому моменту, как я очнулся, тебя уже не было. Прости. Я торговец, а не профессиональный борец.

– Что ж… По крайней мере хоть какая-то польза от этого заключения есть: я смогла принять ванну и урвала новое платье. Ну и кое-что еще…

На губах Рагнара заиграла полная желания легкая улыбка, при виде которой в животе Джульетты запорхали бабочки. «Порхающие бабочки? Да ты вдвойне обречена, раз от этого мужика уже бабочки в животе завелись, словно у какой-то девчонки-хиппи, пускающей слюни по парню, который ее в упор не видит».

– Полагаю, нам следует подготовиться, чтобы вывезти отсюда парочку секс-рабынь, да?

Рагнар поднял свое длинное тело с дивана, направился к ней и пригладил ее густые пряди:

– Если не хочешь выделяться, лучше бы сделать такую же уродливую прическу, как у прочих наложниц.

– Вот дерьмо.

– И чего Уильяма так прет с этих «улиток»?

– Не знаю. – Джульетта уселась за маленький столик с зеркалом и лежащими рядом заколками и кисточками. Надо полагать, все необходимое для создания «улиток». – Может, в юности возжелал какую-нибудь доярку.

Рагнар фыркнул и присел напротив. С той невероятной непринужденностью, что, казалось, сопровождала его повсюду, он откинулся назад на руках и позволил коленям разъехаться в стороны. Наверное, Джульетте следовало попросить этого нахала вновь стать невидимым. А то его космические причиндалы, постоянно болтающиеся перед глазами, весьма отвлекали. Как и его тугая задница. И твердая словно камень грудь. И…

– Ты собираешься делать прическу? Тик-так.

«Что делать?»

– О, да, конечно.

Как смогла, Джульетта скрутила из своих все еще влажных волос две «улитки» и присобачила их за ушами. К концу процедуры руки болели. «Стоит почаще выбираться в спортзал. Видимо, секс не является заменой силовых тренировок». Шпильки впились в скальп, добавляя неприятных ощущений. Рагнар расхохотался и протянул охотнице зеркало, которое вместе с ним тряслось от смеха. Джульетта не могла его винить. Она была похожа на разозлившегося спаниеля.

– Ну не знаю… – Рагнар поставил зеркало и притянул насупившуюся охотницу к себе на колени. – Ты выглядишь довольно мило. Конечно, я подозреваю, что ты всегда милая, несмотря ни на что.

– Хочу назад свои шлюшные шмотки.

– И никто не хочет, чтобы они к тебе вернулись, сильнее, чем я. – Он поцеловал ее надутые губки. – Ну же, прекрасная наложница, поцелуй меня.

Рагнар вновь принялся дразнить ее губы, и от его уже такого знакомого вкуса желание Джульетты разгорелось с новой силой. Соблазнитель поерзал под ее бедрами. Вцепившись в плечи Рагнара, охотница втянула в рот его нижнюю губу.

– Нужно остановиться, – тяжело дыша, выдавил Рагнар. – Или я буду просто вынужден опять отнести тебя на тот диван.

– Отличный план, – наклонилась к нему Джульетта.

– Хех, не стоило надеяться, будто ты посчитаешь секс плохой идеей. – Он поднялся, поставил охотницу на ноги и схватил с подноса эклероподобную штуковину. – Вот. Съешь. Тебе понадобятся силы.

Что за вздор! Джульетта не думала о сексе прям уж постоянно! Только девяносто пять процентов времени. А остальные пять процентов ее мысли занимали старинные вещи, пирог, ее корабль, различные суперважные социальные проблемы и Дирк Плазма – секси-звезда ее любимой мыльной оперы «Межгалактический доктор». Ладно, его, вероятно, стоит включить в категорию «мысли о сексе». Наверное, Рагнар прав. Наверное… ха!

В два гигантских небрежных укуса охотница уничтожила эклер. Сахар, конечно, не компенсирует отсутствие сна, но это хоть какая-то краткосрочная замена.

Мужественный любовник Джульетты запихнул в рот огромный маффин, пока она размазывала по губам солидное количество блеска. Косметика лишней не бывает, а сейчас не помешает любая возможная помощь.

Из-за угла раздался грохот. Рагнар с глухим проклятьем исчез, а охотница ахнула и уставилась на место где он только что стоял. Или все еще стоит. Ну или что там… Она до сих пор не привыкла к его фокусам.

Джульетта с радостью отметила, что в помещение вошли только две наложницы: Рыжуля и еще одна – занятная леди Циклоп. Рыжуля улыбнулась и кивком одобрила новую, «правильную» прическу охотницы. Та растянула губы в ответной улыбке да так и стояла как вкопанная. Надеясь, что Рагнар…

Ты-дынс! Головы наложниц встретились друг с другом, и девицы рухнули на пол.

– Рагнар!

– Ну? Что, по-твоему, я должен был сделать? Они не мертвы, а просто… э-э-э… отдыхают.

Джульетта всплеснула руками, рванула к двери и толкнула ее, почти полностью закрыв. А когда вернулась, бедняга инопланетянин уже был виден и с несчастным лицом склонялся над поверженными женщинами. Затем поднял на Джульетту широко распахнутые щенячьи глазки:

– Мне пришлось.

– Знаю, знаю, прости. – Она поспешила к Рагнару и успокаивающе погладила его по голове. – Как правило, ты не избиваешь женщин, да?

Он бросил на нее гневный взгляд:

– Даже не собираюсь на это отвечать.

– Справедливо. Оттащи их за диван, чтоб не было видно от двери.

Джульетта сдвинула тяжеленный диван поближе к колонне, и Рагнар перенес туда бессознательных женщин. Впервые охотнице удалось хорошенько рассмотреть его хвост сзади. Те же оранжевые точки, что имелись на висках Рагнара, тянулись и вдоль позвоночника, начиная от лопаток и кучкуясь все теснее, пока не сливались в сплошной густой оттенок, окрашивающий хвост. Придаток начинался в верхней части великолепной задницы, лишний раз это самое великолепие подчеркивая – как будто бы в этом была нужда. С тем же успехом там могла красоваться надпись: «Срань господня, вы видели эту задницу?!»

– Давай убираться отсюда. – Рагнар быстро чмокнул охотницу в губы и, исчезнув, потащил прочь из комнаты. А как только они оказались в, к счастью, пустом зале, отпустил и подтолкнул в нужном направлении.

Джульетта вспомнила, как вели себя другие наложницы, и, потупившись, принялась изучать пол.

Дыхание Рагнара горячей волной прошлой по ее уху. Ну… или по тому месту, где должно быть ухо, сейчас скрытое дурацкой прической.

– Может, попробуешь двигаться не как портовая шлюха? Наложницы – скромные маленькие пленницы.

Джульетта замерла и пробормотала, шевеля лишь краешком рта:

– Сложновато, после тридцати-то лет шлюшной жизни.

– Тридцати? Ты не выглядишь на тридцать.

«Твою мать!» Она стиснула зубы и снова пошла вперед, сосредоточившись на не покачивании бедрами. И проклиная короля Уильяма Злодейского за отсутствие приличной обуви – галька, грязь и острые кусочки всякой всячины впивались в ступни охотницы. Серьезно, пол выглядел так, словно его в жизни не подметали! Да, ныне рабский труд использовали для других целей.

– И перестань хмуриться. Наложницы – милые существа, цель которых удовлетворить мужчину. – Голос Рагнара прямо-таки сочился насмешкой. Вот ублюдок! Он же наслаждается ситуацией!

Охотница подняла руки, будто потягиваясь и, стрельнув взглядом по сторонам и убедившись, что никто не смотрит, нанесла удар туда, где, предположительно, находился Рагнар. И с удовольствием услышала кряканье, когда удар достиг цели – той или иной.

– Я не скромная. Не рабыня. И не милая. И лучше бы тебе к этому привыкнуть.

– Я восхищаюсь каждой твоей отрицательной чертой. – И нахал погладил ее по попке. Джульетта захихикала, но тут же вспомнила, что вроде как должна быть безэмоциональной и одурманенной. Проклятье… «Да ты теперь прямо хохотушка!»

Снова уперев глаза в пол, она опять двинулась строго туда, куда Рагнар направлял ее за плечо. Вместе они преодолели несколько лестничных пролетов, и тут Джульета почувствовала аромат свежего прохладного воздуха. Они, должно быть, недалеко от доков. Охотницу захлестнула волна возбуждения. Ровно на две секунды. Пока судьба не выкинула очередной фортель, решив хорошенько над ними посмеяться.

* * *

Громко и явно издеваясь, завизжала сигнализация. Рагнар, тут же отбросив в сторону всю свою показушную нежность, схватил Джульетту за запястье и припустил по коридору, который утопал в мигающих красных огнях. Мягкий женский голос заполнил помещение, выдавая фразы на чужом языке. Охотница ничего не поняла, но была практически уверена, что это нечто вроде: «Джульетта в полной ж…е. Пожалуйста, схватите злоумышленников и убейте их. Медленно». Почему им никак не удается свалить отсюда? Неужели это столь же невозможно, как найти съедобную пиццу за пределами Нью-Йорка или встретить честного политика?

Беглецы завернули за угол и увидели сладкий путь к свободе: корабельные доки. Едва не оторвав спутнице руку, Рагнар стартанул направо. Вокруг толпились представители самых разнообразных рас и форм жизни, несколько ошеломленные развернувшимся светопреставлением и шумом.

Джульетта чувствовала себя ну очень приметной: бежит как сумасшедшая, рука торчит вперед, словно ее тянет… никто. Может, они решат, что она тут гуляет с воображаемым другом? Ага, размечталась. Народ уже вовсю поглядывал на псевдо наложницу, и ничего хорошего это не предвещало. Рагнар потащил охотницу прямиком к «Бобо». Судя по сгущавшимся сумеркам – скоро закат.

Им почти удалось…

Почти. Кабы не огромная железная перегородка от потолка до пола, что с оглушительным грохотом рухнула вниз. Джульетта вскрикнула и в последнюю секунду успела отдернуть Рагнара на безопасное расстояние. Еще шаг, и его бы располовинило от носа до кормы. Мда, вполне в духе Уильяма Злодейского установить какие-то жуткие ворота-убийцы из Средневековья, вместо энергетического щита, как делают нормальные люди.

Развернувшись, охотница увидела, что на них надвигается десять накаченных миньонов. Сердце остановилось замертво, дыхание перехватило. И прежде, чем мозг успел отдать команду ногам, мол, не подведите, плохой парень схватил Джульетту, а остальные девять бросились на ее невидимого кавалера. Он сражался доблестно, если судить по летающим аки птички солдатам.

Но в конце концов счет свелся к:

Хорошие ребята – 0.

Зверские миньоны -1.

* * *

Джульетте казалось, будто она уже раз десятый за два дня просыпается после тяжелого нокаута. Стоило уже обеспокоиться состоянием своего бедного сотрясенного мозга. Ведь для леди многократные отключки не есть хорошо – если только они не вызваны множественными оргазмами.

Все еще обряженная в белое платье наложницы (и, к сожалению, все с той же прической), охотница опять сидела в том же долбанном подземелье, с которого все началось. Вот только на этот раз ее дюжий любовник находился рядом: прикованный цепями, видимый и засунутый в один из этих колючих мешков из-под картошки. Черт. Любуясь на голого хвостатого капитана, отбывать срок было бы веселее.

– Рагнар, – прошептала Джульетта, встревоженная его помятым внешним видом.

Он не шелохнулся.

– Рагнар? – Вытянув грязную ногу, она пнула его в бедро.

Сердце сжалось от ужаса.

«Нет. Он в порядке. Он ведь слишком большой и слишком милый, чтобы серьезно пострадать. А еще привлекательный».

Конечно, еще сутки назад Джульетта сама намеревалась притащить его сюда, в это самое подземелье, к такой вот участи. Но теперь, перед лицом неминуемой гибели, ей хотелось кричать от страха за жизнь Рагнара.

Он хрюкнул. Охотница никогда не думала, что мужской храп прозвучит сладчайшей музыкой для ее ушей.

– Рагнар!

– Х-р-р-р-р…

– Проснись! Сколько пальцев показываю? – Джульетта покрутила стертым до крови запястьем, скованным высоко над головой, и изобразила растопыренными пальцами какие-то цифры.

С грозным видом Рагнар покосился на ее руки:

– У вашей расы большой палец считается пальцем?

– Э-э-э, и да, и нет. Просто скажи, сколько в общей сложности.

– Чего в общей сложности? Пальцев?

– Да я ведь даже не показывала большой палец!

– Нет, показала.

– Он просто торчит! Я в долбанных кандалах, чего ты ожидал?

– Ты задала вопрос.

– Ай, забудь. Просто хотела проверить в порядке ли ты. Теперь мне плевать.

Рагнар устало усмехнулся, и это успокоило, словно травяной отвар. Возможно, способность смеяться в самых страшных обстоятельствах – главный его плюс. Ну, или это, или его умелый язык.

Джульетта прислонилась к каменной стене.

– Ладно, мне не плевать.

– О-о-о, тебе не плевать, все ли со мной в порядке? Да это же практически предложение руки и сердца!

И он еще говорил, что она умничает?

Рагнар склонил голову набок и улыбнулся. Не той, полной желания улыбкой, но еще не вечер.

– А теперь какой у нас план, блондиночка?

Джульетта вздохнула:

– А и правда, какой?

– О, отлично. Что он у нас вообще есть.

Настал ее черед злорадно смеяться. Рагнар повернулся к ней лицом. Его руки тоже были прикованы над головой, но гораздо ниже. Конечно, проектируя темницу, никто не подумал о более изящных женщинах-заключенных. Как предсказуемо. Все всегда делается для мужчин, даже смертельные подземелья.

Голубые глаза, уставшие, но яркие, впились в охотницу. Она попыталась придумать какой-нибудь едкий комментарий, но сдержалась. И какое-то время просто смотрела на товарища по несчастью. Казалось, его взгляд говорит, мол, все будет хорошо. И Джульетта предпочла поверить, насколько бы безумным ни было это заблуждение.

Чем больше проходило времени, тем ниже уползала душа охотницы, стремясь к ее грязным пяткам. Знать, что скоро она не сможет контролировать собственный разум, оказалось самым жутким, что когда-либо случалось в жизни Джульетты. Включая все сражения: с матерью, со злобными пришельцами, а однажды даже с волосатым пауком, забравшимся в ванную.

Рагнар пытался отвлечь соседку, рассказывая дурацкие анекдоты и щекоча ее ногой. Но бомба замедленного действия в теле охотницы затмила все остальное. Вся жизнь промелькнула перед ее глазами, как будто Джульетта вот-вот собиралась умереть. А собственно, разве нет?

– Не могу больше, – прошептала она. Голова кружилась, наполненная кошмарами наяву и личными демонами охотницы. Все, чего ей не стоило говорить. Все, что она не успела сделать. Все, что не успели сделать с ней. – Который час?

– Не знаю. Как не знал и минуту назад.

– У нас ни единого шанса! – Джульетта потянула руки из оков и поморщилась от спазмов, охвативших мышцы. Казалось, лязг цепей над ней издевается. Прямо как отец во время запоев.

– Мы любыми средствами должны заставить их нас отпустить! Даже если меня убьют. Я все равно скорее умру, чем стану шлюхой какого-то мудачного короля.

Рагнар резко повернулся к ней, кандалы заскрипели под его весом.

– Нет. Даже если не успеем выбраться до того, как тебя накроет, я в любом случае вытащу тебя позже.

Джульетта приподнялась на коленях, мимоходом разрывая свой рабский наряд. По крайней мере охранники позволили ей в нем остаться, вероятно, из-за открывающего буфера декольте.

– Эй! Эй, ты, стражник-уродец!

И без того тихое подземелье погрузилось в полное молчание, и каждый взгляд сосредоточился на бузотерке.

Рагнар стиснул кулаки и зарычал:

– Прекрати! Ты этого не сделаешь! Я могу вытащить нас отсюда другим способом!

Возмущение тугим узлом стянуло душу охотницы.

– Не указывай мне, что делать! – Она встала, натягивая цепи и неловко кренясь в сторону из-за их ограниченной длины. – Эй! Обваренный! Вонючка! Кто там еще!

Охранники обернулись. Угроза разлеталась от них во все стороны, словно слюни из собачьей пасти. Джульетта справилась с волной отвращения и заставила себя продолжить:

– Отведите меня к своему боссу. Я требую аудиенции у короля Уильяма Злодейского. – Знакомое имя подействовало, и что-то мелькнуло на лицах стражников. – Да, я хочу видеть короля Уильяма Злодейского.

– Приятно было познакомиться, Джульетта. – Рагнар, скрючившись, встал рядом, в итоге оказавшись в еще более накрененном положении, чем сама охотница. – Проклятье, ну что за упрямая женщина! – Лицо его исказилось нескрываемым гневом.

Джульетта благополучно это проигнорировала.

– Король Уильям Злодейский, король Уильям Злодейский, король Уильям Злодейский! – Несколько заключенных присоединилось к скандированию; их голоса сначала нерешительно дрожали, затем стали набирать силу, когда в дело вступил эффект толпы. Джульетта несколько истерично хихикнула и принялась выкрикивать мерзкое имечко снова и снова. И все шло замечательно, пока Вонючка не подошел к бунтарке и хорошенько ей не треснул.

Толпа все скандировала, пока охотница соскребала себя с пола. Чем громче звучали голоса пленников, тем яростней рычал Вонючка. В глазах его плескалась жажда убийства. Ужас охватил Джульетту. Возможно, глупо было устраивать это восстание. Секс-рабство не так уж страшно, в конце концов… Питание три раза в день – ну а жуткую прическу можно и потерпеть. «И держу пари, у наложниц шикарная мед страховка».

Вонючка снова поднял свой кулак, что был больше головы Джульетты, как вдруг тихий голос раздался под каменными сводами темницы. Здоровяк замер и обернулся, неуверенно двинув бровями. Ну или тем местом, где должны бы находиться брови, имейся они у него. Охотница вытерла кровь с губы и уставилась за спину Вонючки. Слизняк! Слизняк приближенный помешал охраннику ее ударить.

Чиновник поморщился и поплыл к ним по каменному полу. Из-под его балахона даже ступни не показывались. Раздувая ноздри, он проворчал что-то на чужом языке, а затем обвел Джульетту рукой сверху донизу, словно говоря: «Только посмотри, в каком состоянии твои белые одежды! И ты называешь это улитками?»

Джульетта отмахнулась; оковы весело звякнули в ответ.

Новоприбывший буркнул Вонючке несколько резких слов, и гигант отступил, выглядя при этом так, будто кто-то пнул его любимого щеночка. Слизняк властно удалился, а Обваренный снял с охотницы кандалы. Затем схватил ее за руку и потащил за Слизняком.

– Стойте! – вскрикнула Джульетта, отбежала от Обваренного и рванула к Рагнару. – Слизняк! Видишь, что я доставила? Это Рагнар Менскейп. Уверена, король Уильям Злодейский будет несказанно рад видеть его, да?

Как только прозвучало «Рагнар Менскейп», Слизняк замер. Медленно повернулся и перевел ледяной взгляд синих глаз с одного пленника на другого. Джульетта усмехнулась и ткнула Менскейпа под ребра.

– Э-м-м… смерть королю Уильяму Злодейскому, – продекламировал он, погремев мощной цепью.

Ноздри Слизняка начали раздуваться с угрожающей скоростью. Он махнул рукой, прошипел что-то Обваренному, и тот, вернувшись к стене с оковами, отстегнул Рагнара. Джульетта испустила громкий, полный облегчения вздох в честь их маленькой победы. Охранник подтолкнул арестантов в спины, и они двинулись за Слизняком.

Пришла пора встретиться с Уильямом.

Глава 6

Зло-ей (гл.) – придурок, который любит потрошить людей.

Джульетта всегда восхищалась супермогущественными супербогачами. А так как они нанимали охотницу делать грязную работу, встречала она их частенько.

Будь сама Джульетта королевой, она бы путешествовала, училась и позаботилась о том, чтобы ее подданные не голодали и получили образование. Казалось бы, подобные Уильяму деспоты к настоящему времени уже не могли существовать, а должны были отойти в прошлое, исчезнуть. Сгнить, словно куча древнего хлама. Но нет. Даже сейчас Вселенная изобиловала придурками.

Тронный зал короля выглядел так, будто его декорировала группа душевнобольных десятилеток, препарирующих ящериц ради забавы. Пленники шагнули в большую пещероподобную комнату, и Джульетта задумалась о человеке, с которым ей предстояло встретиться. По десятибалльной шкале мерзопакостности сие помещение тянуло на все девяносто семь.

Слизняк жестом указал точное место, где арестантам следует остановиться. Мраморный пол на том участке был грязным, окрашенным в темно-коричневый. Слизняк изогнул тонкие губы в усмешке и демонстративно задрал голову, разглядывая что-то над пленниками. Рагнар и Джульетта тревожно переглянулись и синхронно запрокинули головы к потолку. Стояли они прямо под массивным подвешенным топором длиной по меньшей мере метра три от края до края. Очень острым топором.

– Нет, он явно что-то компенсирует, – прошептал Рагнар.

Провожатый ускользнул прочь, оставив их одних. Джульетта, затаив дыхание, ждала, что же произойдет. Ни единого звука, даже сверчок не скрипнет. Охотница небрежно шагнула за пределы досягаемости гигантского тесака и двинулась к скульптурам, стоящим по периметру комнаты. Мужчины и женщины – представители всевозможных рас – окружали гостей, словно некое подобие армии из восковых фигур с искаженными в мучениях лицами.

– Бу!

Джульетта с визгом подскочила, и Рагнар согнулся от смеха.

– Болван. – Она стукнула его по плечу, впрочем, без значительного ущерба. – Это так ты извиняешься, командир?

– За что это я должен извиняться? – возмутился Менскейп.

Джульетта закатила глаза.

– Не все вокруг представляет угрозу для твоей наиважнейшей персоны, блондиночка.

– Да и вокруг тебя мир не вращается, Рагнар.

Он ничего не ответил, но бросил на нее косой взгляд.

Охотница обвела рукой комнату:

– Правда эти статуи жуткие? Они все выглядят так, будто им больно и страшно.

Рагнар откашлялся:

– Это не статуи.

– Конечно же, статуи! Выточенные фигуры людей… в большинстве своем.

– Я о том, что они не выточенные… Это чучела. Видишь того парня? – Он указал на наиболее несчастного на вид парнишку с желтой чешуйчатой кожей и дырами на месте плеч. – Я его знал. Давненько мы не виделись…

Джульетта сглотнула подкатившую к горлу желчь. Внутренности скрутило от представшей картинки. Вот же псих! Охотница всякого навидалась, но набивать чучела своих убитых врагов и выставлять все это дело напоказ в собственном доме… больной извращенец! Неужто им с Рагнаром тоже светит вот так застыть с остекленевшими глазами, склонившись в священном ужасе перед королем Уильямом Чокнутым Садистом?

Менскейп взял лицо Джульетты в ладони:

– Ты бледная как смерть. Тошнит?

– Нет. – Она покачала головой и усмехнулась: – Нет, я в порядке. Наверное, зря не выбрала секс-рабство.

– А теперь послушай меня. – Рагнар сжал ее в объятиях, выдавив из Джульетты судорожный вздох. – Мы выживем, несмотря ни на что.

– Да? И займемся всеми этими вещами, о которых ты упоминал, типа секс на пляже и тэ дэ?

– Даже лучше. Теперь я привязан к тебе гораздо сильнее. – Рагнар снова взял ее лицо в ладони и одарил теплым и невероятно нежным взглядом.

«Боже правый! Он ко мне привязан!»

И, естественно, охотница его оттолкнула и напустила на себя наикрутейший вид. Ибо так велит руководство для альфа-героинь.

– Ну и чего он не приходит? Может, рванем отсюда?

– Бесполезно. Он нас специально маринует, чтобы мы как следует прониклись его дворцом ужасов.

– Работает.

– Нет. Давай, Джульетта, – Рагнар встряхнул ее за плечи, – перепоясай чресла.

Наверное, стоило просветить его, что такая вот встряска не входит в категорию обнадеживающих жестов.

– Прекрати, пожалуйста. Что значит «перепоясай»? И как я могу сделать это со своими чреслами?

Менскейп скривил губы и отпустил ее. Однако через несколько мгновений спросил:

– Что означает моя фамилия на земном английском?

Но тут распахнулась черная лакированная дверь справа от украшенного черепами трона, на подлокотниках которого мигали всевозможные кнопочки и красовались рычажки. Господи! Ну чего всех мужиков так клинит на кнопках? Может, они напоминают им сиськи? А рычаги ассоциируются с пенисом? У них же вечно все сводится к сексу.

Размышления Джульетты на тему выражения комплексов при выборе мебели прервало появление дородного мужчины в белых бархатных одеждах. В руках он нес длинный золотой жезл с мерцающим черепом на вершине. И вот эта процессия из одного человека шагнула в центр комнаты и откашлялась.

– Да здравствует король Уильям Злодейский, правитель Нового Лос-Анджелеса, потомок Михаила Лунатика, – начал Белый Балахон на общем языке, затем остановился и посмотрел на Джульетту. Та в ответ улыбнулась и подмигнула ему. Ну а что? Стоило попытаться. – Потомок Фреда, Альберта, Люка, Джеймса, Билла, Джулиуса и Джорджа – всего Дома Лукаса.

«Занятно. Видимо, рожали в этой семье мужчины».

– Король Уильям Злодейский, чьи предшественники покинули Землю в 2166 году, во время Великого исхода, и поселились здесь, в Новом Лос-Анджелесе, дабы создать идеальное общество.

Белый Балахон замолчал, сверился со шпаргалкой и, прочистив горло, продолжил с еще большим энтузиазмом:

– Король Уильям Злодейский! Который вот уже пять лет в одиночку под орех разделывает в баскетбол новокливлендских идиотов. Король Уильям Злодейский! Который разрубает ничтожных врагов своих надвое могучим Топором Мужественности. Король Уильям Злодейский! Который…

– …точно кое-что компенсирует, – прошептал Рагнар, чем заработал укоризненный взгляд от Белого Балахона.

– Король Уильям Злодейский! Доктор спортивной психологии. Король Уильям Злодейский! Еще более злодейский, чем те, кто называют себя злодейскими, но на самом деле их злодейскость не идет ни в какое сравнение со злодейскостью короля Уильяма. – Белый Балахон уже пыхтел и задыхался от собственных разглагольствований.

Рагнар и Джульетта, не зная, что еще делать, вежливо похлопали.

– Спасибо, – прохрипел Балахон. – Король сочинил это сам.

– Да что вы говорите! – Хвост Менскейпа дернулся.

Белый Балахон хлопнул в ладоши, и в дверь вплыл небольшой оркестр – все одеты в белое – и принялся играть пронзительную мелодию, наполненную пугающим блеянием рога и зловещим боем барабанов. Музыканты выстроились в живой коридор по обеим сторонам комнаты и играли еще минут пять, пока Джульетта изумлялась. И покрывалась потом.

Когда группа закончила, охотница снова поаплодировала и погрузилась в ожидание. Она подумала было, что сейчас в зале появятся лучшие танцоры Злодейского, но нет. Прыщавый малолетний горнист проблеял в последний раз, и черная дверь распахнулась.

В облаке белого пара появился Слизняк и, как и Балахон, двинулся в центр комнаты.

– Скоро король Уильям Злодейский услышит ваши бесполезные мольбы о пощаде.

Его бледно-голубой взгляд скользнул по пленнице.

Джульетта уставилась на Слизняка. Слизняк уставился на Джульетту. Она прищурилась. Он тоже. Ее глаза защипало от слез. Он отвернулся. Есть! Счет: Хорошие ребята – 1, Зверские миньоны – 1.

– Король Уильям Злодейский будет пировать твоей кровью, подлая женщина. И твоей тоже, парень.

– Принято к сведению. – Рагнар, казалось, совсем не испугался.

Джульетта, к сожалению, не могла похвастаться тем же: сердце ее заколотилось громче, чем марширующий оркестр. Когда кто-то спокойненько сообщает, мол, его злодейский босс собирается испить твоей кровушки, – это страшно. Рагнар схватил охотницу за руку и сжал ее. Слишком сильно. Джульетта вскрикнула от боли, и хвостатый пробормотал:

– Прости.

Слизняк хлопнул в ладоши – черная дверь снова открылась. Горнист с энтузиазмом продудел в свой горн, и в комнату вошла призрачная фигура. Плотный белый дым цеплялся за новоприбывшего, скрывая его образ. Джульетта пошире распахнула глаза, ожидая разглядеть отвратительный лик истинного зла…

Король Уильям Злодейский устремился к своему трону. Золотое сияющее одеяние развевалось вокруг лодыжек, а рыжие волосы окружали голову курчавым ореолом. Уильяма нельзя было назвать уродом, но и ничего особенного он из себя не представлял. Просто парень, имя которого вы и не вспомните без всех этих конферансье и оркестров. Примерно лет двадцати, с бакенбардами на щеках и большим хрустальным кольцом в форме черепа на пальце. Усевшись на трон, король кивнул Слизняку, и тот притащил ему скипетр с – отгадайте чем? – черепом на вершине. Король Уильям Злодейский почесал скипетром спину и дернул головой верх и вниз:

– Прекрасно.

Ну что за лузер! Да Рагнар разорвет этого подляцкого проныру одной левой. Джульетта вновь уставилась в пол, хвостатый рядом с ней затрясся от смеха, но… один взгляд на чучела – мертвые экспонаты, зияющие пустыми глазами – быстренько охотницу отрезвил.

Слизняк встал перед своим монархом, выпалил:

– Да здравствует король Уильям Злодейский, король Нового Лос-Анджелеса!

И грохнулся на колени перед правителем, который продолжал чесать – на этот раз свою промежность.

Джульетта, подражая Слизняку, опустилась на колени и потянула за собой Рагнара.

– Ты что, шутишь? – пробормотал тот.

– Заткнись, Рагнар. Вспомни: этот придурок убил твоего друга.

– Мы не были друзьями.

– Да пофигу!

– Молчать! – приказал Слизняк.

Охотница взглянула вверх. Чиновник и король разглядывали свою пленницу. Ну, вообще-то, король пялился на ее вываливающийся из одежды бюст.

– Кто смеет обращаться к королю Уильяму Злодейскому? – спросил все тот же.

Джульетта села на пятки и потянула ворот платья, давая королю лучший обзор. Почему бы не использовать дешевый трюк «а сейчас я мелькну сиськами», чтобы свалить отсюда?

Охотница перевела взгляд от Слизняка к Белому Балахону, ожидая указаний. Разве не они ее сюда притащили? А король вообще в курсе, что, черт возьми, происходит? Похоже, придется импровизировать.

– Я смею, о великий и могущественный правитель, – с жаром произнесла Джульетта, затем сделала глубокий успокаивающий вдох и «распушила» свои буфера. Король усмехнулся, укрепляя ее веру в успех. – Я Джульетта Лоуренс, из нью-йоркских Лоуренсов, потомок Артура Лоуренса – великого первопроходца в межзвездных полетах человечества, но, конечно, не столь великого, как ваше величество. – Для пущего драматического эффекта охотница сделала паузу, и король кивнул.

– Продолжай, – сказал он.

– Серьезно? Артур Лоуренс? – вскинул брови Рагнар.

– Да, – прошипела Джульетта и вновь повернулась к монарху. – Сегодня я предстала пред очи вашего величества, чтобы передать выполненный заказ – Рагнара Менскейпа.

– Привет, – небрежно помахал хвостатый.

Король Уильям Злодейский хмыкнул:

– Для начала, детка, зови меня Боб.

– Хорошо, Боб. – Джульетта, флиртуя, тряхнула было волосами, но тут вспомнила, что у нее на голове эти дурацки «улитки». – Стойте-ка… Боб?

Она поискала глазами Белый Балахон, и тот яростно кивнул.

– Боб Злодейский, – поправил король, и тут же подмигнул и усмехнулся. Два его зуба оказались золотыми.

– Но разве сокращением от Уильяма будет не Билл? А Боб – это от Роберта…

На лице Злодейского появилось недоброе выражение. «Вот дерьмо! Отлично сработано, гениальная ты наша». Ничто так не «радует» мужчину, как принижение его умственных способностей – и неважно, сколько их там имеется. Охотница небрежно засмеялась – получилось пискляво, прям как у Пиппи.

– Мне нравится Боб. – Монарх подался вперед на своем троне и хрустнул пальцами.

– Хорошо. – Джульетта еще немного похихикала, надеясь, что это сделает ее «задний ход» менее заметным. – Да, Боб – поистине превосходное имя, ваше королевское… сир… величество… – Она замолчала. И, несмотря на непреодолимое желание победить этого сосунка в игре в гляделки, прикрыла веки и скромно уткнулась в пол.

А долго длится боль, когда тысячетонный топор разрубает тебя пополам?

– Ты.

Джульетта вскинула голову. С кем король говорит?

– Да, ты, горячая блондинистая цыпочка. Почему ты одета как одна из моих наложниц? Кстати, отлично смотришься. Черт, тебе идут улитки. Хотя, вообще-то, они всем вам, сучкам, идут.

«Сучкам?! Прикуси язык!»

– Спасибо, Боб. Злодейский. Эм-м, ваши друзья одели меня так по ошибке. – Слизняк шагнул вперед, и Джульетта, вздрогнув, заговорила быстрее: – На самом деле я охотница за головами. И потому, если вы не возражаете, я хотела бы, по возможности, не быть наложницей. Уверена, у такого великого господина, как вы, есть очень много других, более качественных налож…

– Мы ввели этой человеческой женщине сыворотку, о великий и могущественный правитель. – Слизняк взглянул на нее со злорадным удовлетворением. – Вы сможете насладиться ей этой ночью.

Джульетта сосредоточила все ресурсы мозга на создании токсичного лазерного луча ненависти, взрывающего голову чиновника на множество мерзких ошметков.

Ах, если бы…

– Отлично! – Боб победно вскинул кулак и облизнул и без того влажные губы. – Почти полночь. Скоро у нас свидание, детка. Поскачешь как следует на старом добром Бобе.

Рагнар поперхнулся и стиснул кулаки. Джульетта ткнула его локтем в бок и подавила рвущийся наружу крик.

– Но, сир, я охотница за головами…

– Да, детка, конечно. Можешь поохотиться за моей «головкой». – Почесывая пах, король повернулся к Слизняку: – Убить – ну и так далее – большого парня. А мисс Классные Сиськи покажите мое секс-подземелье. Мне надо отлить. – Соскочив с трона, Злодейский промаршировал к золотой двери справа от него. Повозился с ручкой и завопил: – Сколько раз я говорил вам, идиотам, не запирать эту дверь?! Я что, по-вашему, как мудак какой-то должен таскать с собой связку ключей?

Белый Балахон вздрогнул и рванул к правителю:

– Простите, ваше величество, мы просто не хотели, чтобы заключенные сбежали.

– «Простите, ваше величество», – передразнил Боб. – Еще раз такое случится, Хазар, и я сварю похлебку из твоего бойфренда Пола.

– Да, мой господин, – выслужился Хазар.

Боб сложил из пальцев пистолет, указал им на Джульетту и выкатился в дверь со Слизняком на буксире. Хазар согнулся в поклоне, звеня ключами.

Глаза Джульетты расширились, когда Рагнар вдруг стал невидимым. Его картофельный мешок взметнулся в воздух и приземлился у ее ног. Минуту спустя – золотая дверь все еще открыта, а Хазар уже летит через всю комнату и бесформенной кучей падает у подножия трона. Ключи взмыли вверх и поплыли прочь, а голос Рагнар произнес:

– Пошли!

Когда несколько членов оркестра начали наступать на охотницу, она замерла и воскликнула:

– Вы действительно хотите меня остановить? Если я не сбегу – придется спать с этим ушлепком!

– Удачи, – прошептал горнист.

Краем глаза Джульетта заметила какое-то движение – Хазар медленно поднимался. Затем протянул руку и нажал большую красную кнопку на подлокотнике трона. Музыканты мгновенно бросились врассыпную, инструменты трусливо звякнули и остались беспорядочно валяться на полу.

Охотница втянула воздух. По комнате эхом прокатился лязг цепей.

– Джульетта! – услышала она крик Рагнара. Словно в замедленно съемке подняла вверх полные ужаса глаза: под потолком начал покачиваться огромный Топор Мужественности, а затем полетел вниз. Прямо на нее.

Рагнар снова закричал – какие-то проклятия. Наверное, это было «вали из-под гигантского топора, тупица!» на его родном языке. Испуганное сердце охотницы вновь забилось, качая кровь к онемевшим конечностям. Она нырнула к трону, когда воздух вокруг содрогнулся – топор впился в пол буквально в миллиметре от улепетнувших ног Джульетты. Она поскользнулась и врезалась в подножие трона; голова взорвалась острой болью.

Глаза Хазара полыхнули ненавистью, и он прорычал в адрес пленницы нечто ужасное. «Почему каждый мужик в этом вертепе норовит выматерить меня на непонятном языке?» Сама выдав цветистое проклятие, Джульетта сжала левую руку в кулак и познакомила ее с челюстью Белого Балахона. Жесткий глухой удар всколыхнул мясистую щеку, и Хазар неподвижно осел на холодном мраморном полу.

– Ну давай же! – Рагнар держал дверь открытой. Адреналин по-прежнему стремительно распространялся по венам охотницы. Она побежала туда, где (вероятно) стоял хвостатый, и принялась ощупывать его невидимое тело, пока не нашла лицо. Поцеловала его в нос (ой!), затем в губы.

– У тебя на уме всегда секс, секс и только секс, да? – сказал Рагнар, хватая любовницу за локоть.

Та решила проигнорировать глупый комментарий и поблагодарить Бога за возможность сбежать от этого жуткого чокнутого короля.

Хорошие ребята – 2. Зверские миньоны – 1.

– На этот раз я поведу. Так мы выглядим менее заметно.

И она бросилась вперед, молясь, чтобы Рагнор двинулся следом. Добравшись до перекрестка коридоров, моргнула и попыталась вспомнить, в какой стороне доки. Заколебалась и в ужасе замерла. Но тут почувствовала толчок в нужном направлении. Как хорошо, что у Рагнара такой хороший внутренний компас. Джульетта продолжала нестись; ее бедные растерзанные ноги оставляли на полу дорожку кровавых следов.

Беглецы встретили по пути множество мужчин, женщин и существ неопределенного пола, но никто, казалось, не обратил на них особого внимания. Однако тут опять завыла сирена.

– Нет! Нет, только не снова! – простонала охотница, после очередного толчка ринулась вперед еще быстрее, пока уже виднеющийся проход к докам не перекрыла железная решетка. – Нет! – Джульетта тщетно билась о неумолимый металл.

Рагнар схватил ее за руку и потащил в другую сторону. Оставалось надеяться, что у него есть план – бежали они прямо в переднюю часть храма. Легкие уже сводило спазмами; Джульетта не могла и дальше поддерживать такой темп в этих Олимпийских играх на выживание. Они миновали открытое пространство – и тут встретили слегка контуженного Хазара в компании трех охранников.

Рагнар остановился, и Джульетта впечаталась в его спину. С легким «уф-ф» едва не упала, но хвостатый поймал спутницу за руку. Хазар ткнул в Джульетту пальцем. Она расплылась в довольной улыбке, заметив на щеке Балахона красный отпечаток в форме кулака. Рагнар снова потянул ее, и беглецы продолжили свое отступление.

За их спинами раздавались вопли. «Беги, беги, беги», – повторяла себе охотница в промежутках между мыслями «Святое дерьмо, мы все умрем!» и «Боже, не дай этому отвратительному малолетнему королю меня оттрахать». Завернув за угол, она неверяще улыбнулась: в поле зрения появился храмовый зал. Совершенно пустой. У наложниц сегодня, видимо, оргия или типа того.

– Пошевеливайся! – у самого уха прозвучала команда Рагнара. Они влетели в зал, захлопнули дверь и опустили тяжеленную поперечную балку на место (ну, в основном этим занимался хвостатый), блокируя вход от Хазара и Ко. Аллилуйя Уильяму – фанату древности и нетехнологичных замков.

Они двинулись на другой конец длинной комнаты. Джульетта обо что-то запнулась, больно ушибив ногу, и врезалась в столб.

– И-ип! Ты на меня наступила!

«Жаль, что не раздавила».

– Пиппи! – воскликнул Рагнар. – Корабль наготове?

– И-ип. Да, я вывел его прежде, чем они закрыли док. Там у них такой кавардак.

– Отличная работа, Пипс.

Джульетта пробурчала что-то нечленораздельное и, прихрамывая, пустилась в дальнейший путь. Массивные двери храма виднелись, казалось, в сотнях километров отсюда.

«Боженька, пожалуйста, я хочу жить, чтобы снова заниматься сексом с Рагнаром. Вот дерьмо! Я же обещала больше не молиться о сексе. Ой, и за «дерьмо» тоже прости. Пожалуйста, спаси нас, а?»

Глава 7

Куль-ми-на-ци-я (сущ.) – та часть, после которой Джульетте не помешал бы коктейль.

(Обратите внимание: речь о кульминации истории, а не об оргазме)

Джульетта задыхаясь оперлась на колонну и напрягла слух, пытаясь уловить любой признак погони. В животе яростно порхали бабочки, борясь с пауками ужаса, что ползли по коже. Рагнар схватил охотницу и удерживал на вытянутых руках:

– Я скорее сдохну, чем позволю этому riedeng schtiph gar королю к тебе притронуться.

Когда он ее обнял, Джульетта вздрогнула:

– Ай. Рагнар, помнишь, что я тебе говорила?

– Человеческие женщины очень хрупкие.

Хвостатый отпустил ее и нежно погладил по спине. Кожа покрылась мурашками от восхитительных воспоминаний об этих огромных умелых руках. Охотница хотела бы взглянуть на лицо любовника, но он все еще оставался невидимым. Надо будет обязательно выяснить несколько ругательств на его языке, чтоб потом знать, как Рагнар называет ее саму, когда выходит из себя.

– Пиппи, – прошептал он, – сбегай посмотри, закрыта ли дверь.

Зверек пискнул и скрылся. Джульетта закрыла глаза и прислонилась к колонне. Так близко… они уже почти сбежали. «Пожалуйста, пожалуйста, пусть все получится». Что-то мягко коснулось кожи под платьем, и охотница очнулась. Подол приподнялся, сильные руки легли на талию, и Рагнар припал к губам Джульетты.

«Я когда-нибудь перестану чувствовать электрические разряды от его поцелуев? Или это уже предпосылки истерики?» Джульетта открыла рот и вдохнула сладкий вкус прекрасного инопланетянина, решив наслаждаться тем, что может оказаться последней возможностью погрузиться в чувственную похоть. Хвост обвил ее ногу, и кончик скользнул вверх по бедру. Дрожа, охотница раздвинула колени…

– И-ип, там заперто.

Хвост уполз восвояси, и Джульетта застонала.

– Вот. – Рагнар бросил Пиппи ключи Хазара. – Может, один из них подойдет.

Первый помощник убежал, беспрестанно и-ипая. Рагнар прикусил шейку охотницы, отвлекая от ненужных мыслей. Может, у нее и был призрачный шанс взять себя в руки, кабы хвост не продолжал двигаться вверх по ноге. Джульетта ахнула, поскольку под платьем творились очень, очень непристойные вещи…

– И-ип, ни один ключ не подходит.

Зарычав, она оттолкнула любовника прочь. В любом случае пытаться заглушить страх возбуждением сейчас, наверное, крайне некстати.

– Великолепно. И как, черт возьми, мы собираемся выбираться?

– Schied.

И не поспоришь.

Парочка вооруженных до зубов охранников выбрала именно этот момент, чтобы промаршировать через центр зала и встать перед выходом.

– Я знала, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. – Джульетта долбанула по колонне. Затем резко втянула воздух и схватилась за костяшки пальцев. Штурмовать мраморный столб – не самое мудрое решение.

– Есть идея, – на ухо сообщил ей Рагнар. – Пофлиртуй с ними, отвлеки. И я смогу убрать сразу обоих.

Охотница кивнула и постаралась пригладить волосы, хоть и была уверена, что все равно выглядит как безумная. Виляя бедрами, она решительно продефилировала из-за колонны и выдохнула:

– Привет, мальчики.

Охранники слегка выпрямились. Тот, что справа, лучезарно улыбнулся, а второй потрясенно вздрогнул. И тут Джульетта вспомнила, что наложнице полагается говорить лишь с королем. Ой. Лучше бы как-то выкрутиться. И поскорее.

– Как дела? Мне что-то так одиноко… сегодня не мой черед спать с королем.

Глаза правого стражника увеличились втрое. Приятель ткнул его локтем, и тут… Ты-дынс! Головы их встретились, и мужики подергиваясь рухнули на пол.

– Обожаю эти твои головодробительные штучки, Рагнар.

– Благодарю, блондиночка.

Джульетта опустилась на колени и обыскала охранников.

– Я нашла еще ключи!

И один из них оказался столь же нелепо большим, как и железной замок на двери. Рагнар взял ключ и вставил в скважину. И он повернулся!

– Да! – Охотница перемахнула через двух поверженных мужчин, хвостатый толкнул створку, и та со стоном отворилась. Взвыла очередная сирена, гулко отражаясь от стен. Пиппи проскользнул в приоткрытую щель и скрылся в ночи.

Кто-то крикнул:

– Эй, куда собралась эта наложница?

Джульетта шагнула за порог, но тут же растерянно замерла.

Она стояла, окруженная ночным воздухом, и словно пыталась вспомнить слова какой-то песни, но те никак не шли в голову. Рагнар возник рядом и взял спутницу за руку, но Джульетта смотрела на него так, будто находилась где-то очень далеко.

– Ну же, Джульетта, – нахмурился хвостатый. – Нам пора на корабль.

– Зачем? Какой корабль? – Хоть убейте, она ничего подобного не помнила. Тяжело дыша, отдернула ладонь и попятилась.

Лоб Рагнара прорезали морщины.

– Пойдем. – Он дернул Джульетту за руку, и выбора не осталось: либо идти следом, либо этой самой руки лишиться.

Замешательство словно кислота разъедало внутренности. Рагнар, очевидно, хотел, чтобы охотница пошла с ним, но чем дальше они удалялись от храма, тем отчетливее она понимала: это неправильно. Нужно вернуться к королю Уильяму. Он не обрадуется, обнаружив наложницу на улице, в темноте, с другим мужчиной. Вновь вырвав ладонь из хватки спутника, Джульетта развернулась и что есть мочи побежала ко входу в храм. Там внутри много, очень много охранников. Они ей помогут.

Рагнар что-то кричал у нее за спиной, но охотница не остановилась.

– Джульетта!

Что-то крепко впилось в ее локоть и развернуло лицом к преследователю. Отпрянув, Джульетта безуспешно барабанила своими крошечными кулачками по его каменной груди.

– Джульетта, прекрати! Вспомни, кто ты!

Он слегка встряхнул охотницу, и рев, набиравший обороты в ее голове, превратился в жуткий крик.

Лицо Рагнара болезненно исказилось.

– Прошу, вспомни, – молил он. – Я не могу потерять тебя, малышка. Я хочу помочь, но ты должна пойти со мной. Тебе нужно…

Она влепила ему пощечину:

– Мне нужно вернуться во дворец!

Еще один шлепок, сильнее.

Голова Рагнара мотнулась в сторону, шок исказил черты лица. Джульетта замахнулась для очередного удара, но хвостатый перехватил ее руку. Замерев, охотница смотрела в его глаза: темные, но сверкающие во мраке ночи. И хотя она знала, что не должна – не должна быть с ним, – все равно подалась вперед, прижимаясь к телу инопланетянина.

И вскрикнула, когда вдруг взмыла вверх и приземлилась на плечо Рагнара, со свистом выдохнув весь воздух из легких. Приподнявшись, Джульетта извернулась и наблюдала, как ее дом отдаляется, становясь все меньше и меньше. Из храма высыпали солдаты и бросились к ней. Она напряглась и попыталась дотянуться до ближайшего… но Рагнар продолжил свой спринтерский забег. Каждый мучительный импульс, пронизывающий тело охотницы, вопил, что она должна вернуться к своему королю.

Яркий свет прорезал ночную тьму. Джульетта закричала и обвисла на плече хвостатого, зажимая уши руками, чтобы не слышать ужасающий рев мощных двигателей, зависшего прямо над беглецами корабля. Рагнар начал взбираться по металлическому трапу. Охотница осыпала проклятьями его невидимую задницу, умоляла остановиться и позволить ей уйти. Но тут ее накрыла волна головокружения и тошноты, и мир померк.

* * *

Сиденье тряхнуло. Джульетта распахнула глаза. «Бобо»? В поле зрения возникло такое мужское капитанское кресло Менскейпа.

Разъяренные обезьяны в черепе охотницы принялись поджаривать ее мозг на огне. Она попыталась наклониться вперед, но тут же вновь вернулась в вертикальное положение.

Твою же мать. Ее опять привязали к креслу. Все это приключение напоминало бесконечное дежавю – и при каждом повторении Джульетту снова и снова пытались убить.

– К чему все это? – Спазм сдавил горло и молниеносной болью отозвался в глазницах.

– Ты все время пыталась сбежать. – Рагнар сосредоточенно пялился в панель управления. – Действие сыворотки. Я с трудом затащил тебя на корабль.

Агония в голове измотала охотницу словно жуткое похмелье. Она не чувствовала себя так плохо с тех пор, как на двоих с сестрой Мэри «Кровавой» Агнесс раздавила целую бутылку водки. И тут чертова память подкинула кусочек недавних событий.

– Как нам удалось сбежать?

– Прилетел Пиппи и спас наши задницы, – хмыкнул хвостатый.

Джульетта сглотнула застрявший в горле шар для боулинга. Это случилось. Она, хоть и ненадолго, но превратилась в секс-зомби. Стала безвольной. Бесправной. По ее щекам потекли слезы.

– Спасибо. Вам обоим. За то, что вытащили меня оттуда.

Пиппи странно, но торжественно ей отсалютовал. Может, оно… он не так уж и плох?

Рагнар, повернувшись, уставился на нее своими серьезными синими омутами. Охотница поморщилась и вздернула подбородок. Черт побери! Она никогда не лила долбанные слезы! Почувствовав легкое прикосновение, Джульетта взглянула из-под мокрых ресниц и увидела, что хвостатый внимательно ее изучает. Он вытер ей слезы и улыбнулся – печально и так сладко. О боги, одной улыбкой этот мужчина заменял тысячу слов.

Джульетта опять закрыла глаза и опустила голову. А когда снова смогла говорить, спросила:

– Где мы?

Рагнар скользнул пальцами по ее щеке:

– Уже на приличном расстоянии от планеты, но еще не достаточно далеко.

Корабль загудел и затрясся.

– Пиппи, вообще-то нам лучше избегать их выстрелов, – прорычал капитан.

– И-ип! – Первый помощник поклацал по навигационной панели и яростно вцепился в пульт управления.

Испещренная звездами черная бездна снаружи, казалось, застыла, хотя они и неслись с максимальной скоростью, какую только мог развить «Бобо». Рагнар хмуро завис над боевой консолью и принялся палить по кораблю преследователей. Благодаря выразительным интонациям непонятных фраз, которые непрерывным потоком лились из уст капитана, Джульетта без труда определяла, промазал он или сумел нанести какие-то повреждения.

«Бобо» вошел в крутой вираж, отчего кресло вместе с охотницей закрутилось вокруг своей оси.

– Кто-нибудь уже развяжите меня, пока я весь мостик не заблевала, – простонала она, когда движение карусели замедлилось.

– Пиппи?

– И-ип.

– Ай! – Джульетта вздрогнула, когда грызун запрыгнул ей на плечо и пополз по кругу, разжевывая удерживающие ее путы. Пока он работал, маленький нос и усы противно щекотали руки охотницы. И едва почувствовав, что конечности наконец свободны, она резко развела запястья в стороны.

– И-и-и-и-и-и-ип! – Пиппи улетел в другой конец комнаты.

Джульетта не смеялась. Ну, почти.

– Прости, Пиппи. Я не специально.

Корабль накренился вправо, ее желудок – влево, и охотница свалилась с кресла, да прямо капитану на колени.

– Прости, Рагнар.

– Да ничего. Это ведь наверняка тоже не нарочно.

О, Рагнар. Продолжать шутить… даже в тот момент, когда они удирают от смерти. Джульетта предпочла считать эту его особенность признаком мужественности, а не полного отсутствия тормозов.

– Было бы чудесно, займи кто-нибудь место штурмана, – произнес ее любовник тоном, который Слизняк точно бы оценил.

Джульетта плюхнулась в кресло и взялась за навигацию. Вносить посильный вклад в их побег лучше, чем погрязнуть в выгребной яме беспорядочных эмоций. «Я еще покажу этому мелкому крысенышу…» Джульетта изучила систему управления – все это она уже видела прежде.

«Бобо» содрогнулся, войдя в очередной вираж. Капитан закусил полную нижнюю губу. Охотница решила, что предпочитает Рагнара безбашенного (и неважно, в чем причина этой безбашенности) такому вот обеспокоенному Рагнару.

– Направь нас к кольцам вон той планеты, – скомандовал он. – Может, они проскочат мимо.

Пальцы Джульетты запорхали по панели. Профессионально. Твердо. Уверенно…

Мир замер, она кувырком полетела назад и приземлилась на холодные плиты палубы, едва успев прикрыть лицо руками. Рагнар с сокрушительной мощью рухнул сверху. Пиппи проскользил мимо, царапая пол своими маленькими когтями. Издав всего несколько запыханных «и-ип», он выпрямился и побежал к панели управления – исправлять курс.

Рагнар выпрямился и повернулся – медленно, демонстративно. И, по-прежнему сидя на охотнице, внимательно посмотрел на нее сверху вниз.

– Ты освобождена от своих обязанностей, леди Шумахер.

– Кажется, я нашла твой турбо-режим, – хихикнула Джульетта.

– Да. Я берег его для экстренного случая.

– А сейчас что, не экстренный? И слезь уже с меня!

– Нет. Пиппи, мы на месте?

– Как это «нет»?!

– И-ип. Сейчас получаем данные о составе колец. – Целую минуту напряженную тишину в помещении нарушало только клацанье Пиппи. – Наши датчики накрылись – может, оно и к лучшему. И-ип. Думаю, когда Джульетта запустила «турбо», мы выскочили из диапазона их сенсоров достаточно, чтобы, так сказать, исчезнуть с горизонта.

Перед глазами Джульетты заплясали пятна. Кровь больше не поступала к тому месту, которое придавливал к полу девяностокилограммовый Рагнар.

– Видишь? Пиппи говорит, я всех нас спасла!

– Мы еще не спаслись.

– Пожалуйста…

– Что «пожалуйста»?

– Пожалуйста. Ты. Свали с меня! – Она ударила его в живот.

Капитан покачал головой:

– Драться нехорошо, Джульетта. Я думал, мы это уже обсуждали.

Охотница снова ему врезала – на этот раз в челюсть.

– Ой, мое прекрасное лицо!

Рагнар рывком поставил Джульетту на ноги. От резкой смены положения она качнулась из стороны в сторону. Хвостатый закрепил ее более-менее вертикально и сказал:

– Я рад, что Просто Джульетта вернулась. Джульетта-наложница мне не понравилась. – Он до боли стиснул ее плечи. – Джульетта-наложница мне не дерзила. – Убрал локон, прилипший к ее губам. – Не улыбалась мне.

Охотница уставилась на свои грязные ноги, уверенная, что уже лужицей растекается по полу. Затем глубоко вдохнула и решилась снова посмотреть на любовника. Ух ты. А ведь так легко привыкнуть к этому его чудесному взгляду, говорившему, что ничего важнее нее на свете нет.

– Спасибо, – несколько невпопад ответила Джульетта.

– Кажется, нам друг от друга никуда не деться, – прошептал Рагнар, притягивая ее в свои нежные объятия.

– Да. Любой из моих бывших просто продал бы меня королю Уильяму.

– Ага.

Он поцеловал ее в макушку, и охотница буквально растворилась в его великолепном мощном теле, чувствуя себя желанной. Для Джульетты это были новые ощущения. И в шкале эмоций они заняли почетное место где-то между пунктами «разглядывание фото детеныша панды» и «поедание пирога». Но сообщать об этом Рагнару она не собиралась.

– Джульетта, – начал он, – что означает моя фамилия на твоем языке?

Она спрятала лицо у него на груди и ответила до ужаса искренне:

– Офигенно сексуальный.

Пиппи взобрался на стул поблизости:

– И-ип, и-ип.

– Что? – Хвостатый отступил на шаг и оторвал хихикающую охотницу от своей груди. – Это правда?

– Не знаю. Я ведь не говорю на и-ипском. – Хохоча, она запрокинула голову.

Рагнар фыркнул и, покраснев до виноградного оттенка, плюхнулся в капитанское кресло.

А потом они ждали. И ждали. И все ждали, найдут ли их новолосанжельцы среди колец планеты. Пиппи продолжал издавать короткие (раздражающие) писки и слегка дрожать. Рагнар продолжал лапать Джульетту, но на сей раз это отвлекало не так, как должно бы. Час спустя мостик стал подобен сауне от всеобщего – реального и метафорического – обливания потом. Но ничто – и никто – так и не нарушило зловещую тишину космоса.

Еще через час этой отсидки в окопе Джульетта готова была самолично отправиться на поиски плохих парней и расстрелять их к чертям. Но капитан напомнил, что именно такое поведение привело ее в королевский гарем. «Придется на самом деле поучиться терпению. Чтоб его».

По прошествии еще одного часа испытаний для новообретенного/ничтожного терпения Джульетты, она потянула тугие от напряжения мышцы спины и выдала:

– А не пора ли нам выпить? Думаю, мы можем объявить себя победителями.

Определенно, коктейль – лучший способ закончить жуткую погоню. Хотя есть и другой… требующий большей физической активности…

* * *

И жили они долго и счастливо.

Ну… какое-то время.

Глава 8

Се-мей-на-я (прил.) – жизнь, которая не так уж плоха, если партнер достаточно сексуален.

Камбуз «Валькирии». Джульетта, нахмурившись, склонилась над фарфоровой раковиной и мыла вишню. Уф, им потребовалась целая неделя, чтобы окончательно стряхнуть новолосанжельцев с хвоста, но в конечном итоге счет остановился на: Хорошие ребята – 3, Зверские миньоны – 1.

И все это время Рагнар и Пиппи сводили охотницу с ума.

Ну, не совсем уж все время. Иногда капитан вел себя очень даже ничего. Но даже с учетом обильного секса Джульетта все равно чувствовала себя в полной… попе. Ее карьерные перспективы опустились ниже, чем блоха на пузе валяющейся в грязи собаки на планете с силой притяжения больше земной.

Промыв свои любимые вишенки, повариха чересчур энергично разбила яйцо, и миллион мелких осколков скорлупы смешались с прозрачной желатинообразной массой.

– Вот черт!

Вылив все, Джульетта начала заново.

Из-за кратковременной утраты перспектив (вину за это она полностью возложила на хвост Рагнара) проф навыки охотницы за головами гнили под слоем пыли. Правда вот получилось потренировать способность уклоняться от неприятностей, ибо каждый наемник во вселенной отныне искал беглецов по любезной наводке их нового приятеля – Боба «У-меня-на-вас-зуб» Злодейского.

Хорошо, что у Джульетты просто неприлично большой трастовый фонд. Она хихикнула. «И хорошо, что Рагнар об этом не знает. Ему ведь не нужно знать все».

А пока она придумывала изощренные способы свержения Короля Придурков и освобождения от его власти группы не очень-то счастливых «девочек с “улитками”». Джульетта воздела деревянную ложку словно оружие и принялась яростно взбивать яйца.

Панель связи пронзительно пискнула. Охотница несколько раз ударила по ней локтем, пока наконец не попала по кнопке.

– Слушаю.

– Привет, блондиночка.

По коже пронеслись мурашки. Даже сквозь космическое пространство в голосе собеседника слышалась милая улыбка.

– Чего надо?

На линия раздалось потрескивание.

– Сегодня ночь пирога?

– Да, и я сказала тебе об этом утром, когда ты уходил.

– Просто хотел убедиться.

– О, да неужели? – Еще больше помех. «Бобо», должно быть, угодил в в какой-нибудь аномальный участок. – Значит, если пирога не будет, ты ко мне сегодня не явишься?

– А чем еще ты можешь меня соблазнить? У тебя есть кекс?

Джульетта ударила по кнопке и отключилась.

Лучась самодовольной улыбкой, она с любовью перемешивала сахар, экстракт миндаля и тапиоку со своими вишнями, пока все не стало идеально. А закончив верхний плетеный слой…

– Рагнар! – Охотница взвилась в воздух и дернулась, стряхивая с талии щекотавшие ее руки. Затем прислонилась в стойке и наблюдала, как нахал проявляется, согнувшись от смеха.

– Обрывать разговоры – нехорошо, – сумел выдавить Рагнар в промежутке между приступами хохота.

– Балда.

– А ты дважды балда.

Он моргнул и отступил, одобрительно присвистнув, как только оценил «кухонный» наряд Джульетты: золотое бюстье без бретелек поверх черной сорочки и широкий, низко сидящий на бедрах кожаный пояс, что поддерживал белую пышную юбочку.

– Мне нравится твое представление о «работе по дому».

– Это не работа по дому. Бытовухой я не занимаюсь. – Охотница включила духовку. – Это экипировка для пирога.

Экипировка самого Рагнара была куда круче – ему действительно шел сей «в-чем-мать-родила» костюмчик. И тут наглец окунул кончик хвоста в вишневую смесь.

Джульетта шлепнула по нечестивому придатку:

– Нет! Рагнар, я без понятия, где твой хвост сегодня побывал.

– У него есть имя.

– Я не стану звать его «Торвал».

– Ты только что это сделала. – Капитан усмехнулся, провел пальцами по Торвалу, а затем их облизал. – Мммммм. Я только что из душа и достаточно чистый, чтобы с меня можно было есть. – Схватит охотницу за талию, Рагнар притянул ее в свои объятия (он, кстати, почти научился делать это так, чтобы не раздавливать несчастную насмерть). – А ты хочешь поесть с меня?

– Ты такой чести не заслуживаешь, как не заслуживаешь и моего пирога, – фыркнула Джульетта. – Кекс, подумать только. У тебя нет вкуса.

– У меня потрясающий вкус. Я же выбрал тебя.

Джульетта таяла, словно мороженое на горячем коблере. Она зажмурилась, пытаясь предотвратить катастрофу, которая уже надвигалась из-за влюбленного взора Рагнара. Вот что это было. Любовь. Она расцветала внутри, будто тепличный цветок, что тянется к солнцу.

«Вашу ж мать. Джульетта, имя тебе – Розовые сопли».

– Я возьму тебя измором, – прошептал хвостатый, прижавшись губами к ее виску. – А потом о нас сложат эпическую легенду: «Рагнар и Джульетта – звездные влюбленные».

– Похоже на название трагедии.

Он поцеловал ее в лоб:

– Как цинично.

О нет. Если так пойдет и дальше, он начнет сочинять в ее честь поэмы, а она не будет возражать. Уже не возражала.

Как такое могло случиться? Это действительно конец шлюшной жизни? Перемены – это ведь хорошо, да?

«О да, перемены – это просто потрясающе. И у этих «перемен» великолепная задница».

Джульетта окунула палец в начинку для пирога и поднесла к лицу Рагнара. Тот послушно взял кончик в рот и пососал, все остальное облизнув языком.

– Может, приготовишь ужин? Потому что у меня есть только десерт, – еле слышно прошептала охотница.

Рагнар вздохнул и наморщил лоб:

– Я готовлю ужин? Снова?

– Ты должен компенсировать мне разрушенную карьеру, помнишь? – Она похлопала ресницами и выпятила грудь. – К тому же, если не будешь меня кормить, я начну чахнуть, и размер кое-чего неизбежно уменьшится…

Менскейп поднял любовницу и усадил на стойку, едва избежав столкновения взбитых яиц и женской попки.

– Мы этого не хотим.

– Не-а, не хотим.

Затем прошаркал к холодильнику, собирая необходимое и составляя это все на столешнице.

– Как продвигается план по уничтожению Боба? Если что, с удовольствием помогу.

– Не нужна мне твоя помощь.

– Проклятье, Джульетта, я же не говорю, что сама ты не справишься! – Уперев руки в боки, Рагнар глубоко вздохнул. – Я просто хочу, чтобы ты была…

– Скажешь «в безопасности» – получишь по яйцам.

Он покачал головой и пробормотал что-то об упрямых женщинах и занозах.

Джульетта закусила губу. Он же не виноват, что стопроцентный мужик с приступами гиперопеки. Ну, может, и виноват, но беспокойство Рагнара было таким трогательным. Очень трогательным. И разве «поделись коварными планами с партнером своим» – не главное правило здоровых отношений?

Охотница лучезарно улыбнулась, задабривая любимого:

– Я придумала название своему плану по свержению Боба.

Рагнар закатил глаза:

– Да ладно. И какое?

– «Необузданные наложницы»!

Облокотившись на стойку, он какое-то время обдумывал услышанное.

– Необузданные наложницы… делают что?

Джульетта закрыла глаза; винтики в голове завертелись.

– Необузданные наложницы… наносят… непоправимый… ущерб?

– Обалденное название! – Рагнал сжал ее в своих медвежьих объятиях. – Ты будешь неповторима, особенно в части про «непоправимый ущерб».

Охотница запрокинула голову и рассмеялась. Она запала на мужчину, который верил в разрушительную силу ее натуры.

И, наверное, стоит просто расслабиться и получать удовольствие. Ну хоть недолго. В конце концов, Джульетта даже к хвосту уже привыкла.

Конец!

…первой части…

____________________

Внимание! Электронная версия книги не предназначены для коммерческого использования. Скачивая книгу, Вы соглашаетесь использовать ее исключительно в целях ознакомления и никоим образом не нарушать прав автора и издателя. Электронный текст представлен без целей коммерческого использования. Права в отношении книги принадлежат их законным правообладателям. Любое распространение и/или коммерческое использование без разрешения законных правообладателей запрещено.

Content

Люси Вудхул
Рагнар и Джульетта

Аннотация

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8