Елена Картур

МЕСТЬ НЕКРОМАНТА

1

Первым моим ощущением была дикая головная боль. Казалось, кто-то проделал дыру в черепе и воткнул в него гигантский миксер. При попытке пошевелиться появилась еще и тошнота. Мучительно застонав, я замерла в надежде переждать. На лоб легло что-то прохладное, принося небольшое облегчение.

— Диана, ты как? — Встревоженный голос Раша доносился словно сквозь слой ваты.

В ушах, оказывается, еще и слегка гудело, но я испытала непередаваемое облегчение. Он рядом! Нас не разбросало по разным мирам неисправным порталом.

— Как после жуткого похмелья, — наконец вымучиваю сиплый ответ. Шевелиться и открывать глаза пока не рискую, так боль и тошнота кажутся терпимыми. Вместо этого пытаюсь воспользоваться другими чувствами. Кажется, я лежу на земле, головой на коленях Раша.

— Пить хочешь?

— Да. — Пить-то я хочу и даже очень, но для этого придется двигаться. Даже представить боюсь, чего мне это будет стоить.

Впрочем, Раш нашел выход, тоненькая струйка полилась прямо в рот, оставалось только осторожно глотать, стараясь не подавиться.

И лишь утолив жажду и немного отдышавшись, я вспомнила, что в портал нас затянуло втроем.

— Раш, а Таналь?..

— Да что твоему эльфу сделается? — раздраженно фыркнул Раш.

— Ра-а-аш, — протянула я укоризненно, уже догадываясь, что с эльфом действительно ничего не случилось.

Муж в ответ проворчал невнятно-неодобрительно, но рядом донесся спокойный голос Таналя:

— Со мной действительно все в порядке, Диана, не волнуйтесь.

— Можно было бы уже и на «ты», — прокомментировала в ответ.

Таналь промолчал, и я не поняла, услышал ли он вообще мою реплику или нет. Глаза по-прежнему открывать не решалась. Подожду.

— Ну, так куда нас занесло, вы определились, мужчины? — спрашиваю после небольшой паузы.

— Лес какой-то, — сообщил Раш, меняя мне холодный компресс. — Зверье непуганое бегает.

— Чужой лес, — уточнил Таналь. — Мне не знакомы эти растения, к тому же здесь гораздо более спокойный и бедный магический фон, чем на Арейле.

— Это как раз ожидаемо, — вздохнула я, решаясь открыть один глаз. — Не фон в смысле, а то, что это не Арейла. Надеюсь только, что мы в Империи, представить боюсь, куда нас мог закинуть раздолбанный магией межмировой портал. Кажется, мы первые, кто это на себе испытал. Главное, чтобы это не оказался какой-нибудь необитаемый мир, а то, боюсь, нам втроем придется основывать здесь новую цивилизацию.

Повисшая после моих слов пауза вышла очень уж напряженной, я подумала, что не стоило, наверное, этого говорить. Ничего, переварят.

Решилась открыть второй глаз и приподняться на локтях, организм, к счастью, не отомстил мне вспышкой боли, всего лишь легким головокружением и столь же легкой тошнотой. Жить можно, особенно если не делать резких движений.

Раш поддержал меня, помогая сесть ровно, и я наконец позволила себе осмотреться.

И правда лес. Высокие неохватные стволы деревьев, пушистые кроны теряются где-то в невообразимой вышине, сливаясь в сплошной зеленый купол, за ним не разглядеть неба и солнца, только редкие, острые, словно спицы, лучи прорезают воздух, пробившись сквозь густое кружево листвы. Там, в этой далекой зелени, бодро щебечут на разные голоса птицы, а здесь, внизу, прохладно, пахнет прелыми листьями и грибами. А деревья действительно незнакомые. Впрочем, это совершенно ни о чем не говорит, я хоть и помоталась по Империи изрядно, но бывала далеко не везде, да и ботаникой никогда не интересовалась, если честно, не говоря уже о том, что запомнить все присущее каждому из миров богатство флоры могут, наверное, только специалисты. В заповедниках бывала всего пару раз в жизни, а учитывая, что эти самые заповедники с тщательно сохраненными эндемиками есть почти на каждой планете… в общем, определиться таким образом, куда нас занесло, — дело безнадежное.

Гораздо хуже, что вокруг не наблюдается никаких признаков цивилизации.

Обозрев окрестности, я обратила внимание на своих спутников. Раш помогал мне сидеть, придерживая за талию и подпирая могучим плечом. Таналь бродит между деревьев, легко касаясь ладонью стволов, словно знакомясь.

— М-да, где бы мы ни оказались, в первую очередь надо выбираться из леса и искать каких-нибудь аборигенов. Таналь, ты можешь тут сориентироваться? А то, боюсь, мы с Рашем в этом смысле совершенно бесполезны.

Муж раздраженно заворчал, но, по сути, ему возразить было нечего. Он, конечно, в трех соснах не заблудится, однако соперничать в умениях с лесным эльфом просто бессмысленно.

Таналь рассеянно заверил, что ориентируется здесь прекрасно и даже знает, в какую сторону идти, чтобы быстрее выбраться из леса. Но, судя по задумчивому и слегка отрешенному виду эльфа, его в ближайшее время лучше не беспокоить. Впрочем, минут через десять он закончил свои загадочные дела, и мы двинулись в путь. Ну как двинулись… Раш решительно подхватил меня на руки и зашагал вслед за Таналем.

Я не возражала, во всяком случае пока. Муж, конечно, сильномогучий орк, но даже ему будет тяжеловато нести меня на руках весь день. А за полчасика не надорвется, зато я успею окончательно прийти в себя. Ну и вообще, мне нравится, когда меня носят на руках.

Двигались мы уверенно. Таналь явно знал, как правильно выбирать направление, наверное, это какая-то особая эльфийская магия. Повезло, что он оказался с нами. Вдвоем с Рашем мы бы блуждали тут очень долго.

Но к вечеру из леса мы так и не вышли. Впрочем, вечер наступил часов через пять, идти в темноте по совершенно незнакомой местности никому не хотелось. Зато уже ощутимо хотелось есть. Мужчины, возможно, и потерпели бы, но Раш решил, что мне нужно хорошо питаться, оставил нас с Таналем обустраивать лагерь, а сам отправился на охоту. Благо всякого-разного зверья тут много, и оно действительно совершенно непуганое, такое ощущение, что люди тут никогда не охотились. Уже скоро Раш вернулся с тушкой небольшого животного, напоминающего миниатюрного оленя. Мы с Таналем как раз успели соорудить костер, а эльф к тому же вырубил из толстых веток рогатины и вертел. Надо сказать, хоть у нас с собой и не было почти никаких вещей, но Арейла — это не тот мир, где даже женщины выходят из дома хотя бы без ножа. Мужчина же и вовсе предпочтет остаться без штанов, но хоть с каким-то оружием. Так что проблем с обустройством стоянки и разделкой добычи не возникло.

Вскоре изумительный аромат жареного мяса распространился по округе.

— Если это заповедник, нас оштрафуют за браконьерство, — заметила я, с интересом принюхиваясь. С некоторых пор очень настороженно отношусь к инопланетной пище. Но оказалось вкусно даже без соли.

Все-таки хорошо попасть в такую ситуацию вместе с мужчинами, способными позаботиться не только о себе, но и обо мне. Нет, серьезно. Я бы, конечно, и сама не пропала, но гораздо приятней и, что говорить, спокойней, когда об этом даже задумываться не приходится.

На следующий день я уже шла на своих двоих, хотя Раш и порывался опять взять меня на руки, он почему-то подозревал, что мне все еще плохо, наверное, потому что оба моих спутника после нашего экстренного перемещения неисправным порталом чувствовали себя вполне сносно, а я, как оказалось, провалялась без сознания почти час. Однако мне удалось убедить мужа, что чувствую себя уже хорошо, чтобы идти самостоятельно и даже поддерживать темп, взятый спутниками. На самом деле они меня все равно немного щадили, а Раш то и дело проверял, как справляюсь, заботливо помогая преодолевать встреченные на пути препятствия, но я и сама не такой уж плохой ходок. Благо в этом лесу, где под гигантскими деревьями удивительно чисто, пешая прогулка — одно удовольствие. Эта чистота, кстати, внушала мне определенную надежду, все-таки в обычном лесу без вмешательства человека такого не бывает. Вроде бы. У Таналя, что ли, уточнить?

А часа через два после полудня мы наткнулись на то, что едва не заставило меня прыгать от восторга. Это был обычный незамысловатый маяк. Шар размером с кулак на невысоком столбике. Слава всем богам, все-таки заповедник! Цивилизация!

— Только не колдуй рядом с ним! — спохватившись, предупредила я Таналя, с интересом разглядывающего незнакомое устройство.

Эльф посмотрел на меня вопросительно.

— Сломается. Не знаю, зачем тут этот маяк, но в случае поломки сюда может примчаться команда егерей, и нас арестуют за браконьерство и незаконное нахождение на закрытой территории. Штраф-то заплатить не проблема, но этим явно дело не ограничится. Вы хоть представляете, насколько странно с точки зрения рядового имперца мы выглядим? К тому же еще и без документов, как минимум — задержат до выяснения, и неизвестно, сколько это продлится. Нет уж, лучше пешочком.

Спорить никто не стал, и мы ушли от маяка.

А я задумалась. Отсрочка встречи с цивилизацией в лице егерей ничего по большому счету не решает. Мы действительно очень странно выглядим с точки зрения любого имперца. И если одежду из натуральных материалов можно списать на эксцентричность безумно богатых аристократов, а эльфа, не приглядываясь, принять за человека, то громадный зеленый орк… Да и мне бы не стоило лишний раз светиться, что просто нереально с такой компанией. Арейцы в Империи появляются редко, обычно — под такой охраной из людей графа Миринда, что большинство обычных граждан не имеет почти никаких шансов увидеть кого-то из них вживую. А тут — такая сенсация! Впрочем, несложно сделать так, чтобы меня хотя бы не узнали с первого взгляда, а может — и со второго. Не зря же я так рисковала ради имплантата, вот и пора им наконец воспользоваться по полной.

Отстав от спутников на пару шагов, попросила не оборачиваться, пока не позову, и принялась конструировать свою новую внешность.

Имплантат не позволяет менять черты лица или телосложение, но в широких пределах позволяет изменить пигментацию кожи, волос и радужки глаз. Действительно, в широких — можно, например, сделать сиреневую кожу и зеленые волосы… Ну, такая экзотика мне не нужна. Я просто должна стать непохожей на себя.

Итак. Очень светлая кожа, нежный розовый оттенок, скулы и крылья носа — чуть темнее, что визуально их заострит. Едва заметная краснота на верхних и нижних веках создает ощущение небольшой припухлости. Проглядывает голубая жилка, светлая кожа часто кажется прозрачной. Тонкая стрелка по верхнему веку меняет и удлиняет разрез ярко-зеленых глаз. А теперь всю эту красоту поверху — щедрой россыпью веснушек, отличное средство, чтобы отвлечь внимание от лица. Грудь и плечи тоже пришлось разукрасить множеством рыжих пятнышек. Волосы становятся ярко-рыжими, брови и ресницы — тоже, но на несколько оттенков темней.

Жаль, зеркала нет, посмотреть, что получилось. Все-таки подобным образом я свой имплантат не испытывала еще ни разу. Ну ничего, у меня подопытные имеются, буду на них проверять.

Раш с Таналем так и не оборачивались, выполняя мою просьбу, только уши у обоих шевелились как у любопытных котов, ловя каждый звук. Хотя дело тут было не только в любопытстве, но и в моей безопасности. А вдруг какой хищник нападет со спины? Хищники нас, впрочем, до сих пор не беспокоили, хотя их здесь должно быть много. Умные, наверное.

Окликать спутников я не спешила. В голову закрадывались глупые мысли: а понравится ли Рашу моя новая, рыжая и конопатая внешность? Веснушки я сама не люблю, но они действительно очень хороший отвлекающий фактор. Раш, конечно, поймет, что это нужно для конспирации, но мне почему-то хотелось, чтобы ему понравилось. Все-таки любовь — какое-то совсем иррациональное чувство.

Я тряхнула головой, прекратив заморачиваться глупостями, и позвала.

Нужно было видеть их лица! Таких ошарашенных физиономий давно не доводилось наблюдать. Таналь даже на миг забылся и посмотрел мне в глаза. Пришлось поспешно отводить взгляд — я сразу почувствовала неприятное головокружение.

Раш несколько раз молча обошел вокруг меня, выражение его лица трудно было описать словами. Осторожно коснулся моей щеки.

— Это… что?

— Веснушки. Такое бывает у рыжих людей.

— Странно выглядит.

Я пожала плечами и решила, что нужно все-таки кое-что объяснить.

— Это временно. Мне сейчас не следует мелькать в Империи. Помнишь, я рассказывала? — невзначай касаюсь автоматического амулета.

После секундной задумчивости Раш понимающе кивает и привычно-бережно гладит меня по волосам.

— Красиво.

Я невольно улыбаюсь, все-таки у моего мужа какой-то фетиш на волосах. Или все дело в том, что у орков не бывает рыжих и блондинов? Но Таналь тоже смотрит с интересом, если бы не Раш, наверное, тоже пощупал бы.

Беру мужа за руку, и мы идем дальше.

— Это не магия, — не спросил, скорее, подумал вслух эльф.

— Это биоимплантат, — объясняю. — В Империи в последнее время ведутся интенсивные разработки. Биоимплантаты пока еще редкость, но они надежны и не страдают от магии, потому что в каком-то смысле тоже живые и становятся частью организма, что в моем случае особенно актуально.

Я уже научилась неплохо угадывать настроение Таналя, не видя глаз. Мимика у него не самая выразительная, многолетняя привычка держать лицо дает о себе знать, зато непроизвольное движение острых ушей, разворот плеч и даже походка о многом говорят, особенно если знать куда смотреть. И сейчас я была уверена, что он испытывает неподдельный интерес. Впрочем, это почти постоянное его состояние, но все равно подобное отношение удивляет. В Империи практика имплантации широко распространена уже давно, но даже наши ближайшие соседи считают, что вживлять в свое тело посторонние предметы — это как минимум странно. В большинстве государств имплантацией занимаются только профессиональные военные и иногда — представители других экстремальных профессий. От Таналя я, скорее, ожидала непонимания или отвращения, но уж никак не столь искреннего интереса. Начинаю подозревать, что, если подвернется возможность, он и себе что-нибудь имплантирует.

К вечеру лес начал редеть, а мы нашли дорогу. Ровная черно-глянцевая лента уходила вдаль, а на горизонте виднелся частокол сияющих в закатных лучах словно от пожара шпилей небоскребов. Такое привычное и в то же время — такое восхитительно редкое зрелище. Когда в последний раз мне приходило в голову посмотреть на обыденный имперский мегаполис в лучах заходящего солнца? Да, по-моему, никогда не приходило.

— Это большой город? — спросил Раш.

— Да не очень. — Я на глаз прикинула размер города. Действительно, не самый большой, даже не средний. Но и не провинциальный городишко тоже.

А ведь нам еще до города пешком добираться, машину вряд ли удастся поймать. Наземным транспортом тут мало кто пользуется, а аэрокары высоко летают, вряд ли кто-то захочет приземляться, чтобы подобрать столь странную компанию. Уже не говоря о том, что мимо заповедника вообще редко кому придет в голову ездить.

Пока мы шли, я размышляла, как бы сделать, чтобы нас не задержал первый же патруль. Кое-какие идеи на этот счет имелись, но для начала нужны хоть какие-то документы. Они у меня, конечно, есть, не думаю, что микрочип пострадал от всей той магии, что меня окружала в последнее время, там особо ломаться нечему. Но если подумать… может быть, и лучше, чтобы пострадал. Конечно, установление личности и без документов — задача несложная, поможет тот же анализ ДНК, сканирование сетчатки глаза. У меня даже анонимный банковский счет с доступом по сетчатке имеется, надо будет, кстати, в банк зайти. В общем, личность мою при желании установят быстро, значит, надо сделать так, чтобы желания такого ни у кого не возникло. А если и возникло, то об этом постарались сразу же забыть.

В голове начал вырисовываться некий план. Ох и авантюра! Но в первый раз, что ли?

— Таналь, — позвала я эльфа. — Что будет, если направить небольшой магический импульс на определенный участок тела?

— Легкий ожог, — после секундной паузы ответил он.

— А если не на поверхность кожи, а вглубь?

— То же самое. Зачем?

— Мне надо слегка вывести из строя один имплантат, только очень осторожно. И совсем идеально, если не до конца. Сможешь? — Я показала предплечье, объясняя, где примерно должен располагаться крохотный микрочип.

— Я не уверен, что смогу правильно дозировать воздействие, — предупредил Таналь.

— Ну как уж получится. Давай.

Пришлось, конечно, еще и антимагический амулет снять.

Таналь только пальцами слегка шевельнул, я почувствовала горячий укол — и все. На коже — только маленькая красная точка. Ну, будем надеяться, что получилось как нужно и что у меня хватит мастерства и удачи отболтаться. Действительно, совершеннейшая авантюра, точно в моем духе. Может, и поспешила, конечно, но в некоторых учреждениях сканирование удостоверяющих личность микросхем происходит автоматически прямо при входе. Думаю, гораздо безопасней свалить все на внезапно вышедший из строя чип, пусть и редко, но такое случается, чем судорожно придумывать, куда бежать, если система меня засечет. Даже гадать не надо, что тогда будет, тут же уйдет сигнал куда нужно и возьмут меня под белы рученьки.

До города оставалось не так далеко, когда по дороге мимо нас пронесся автомобиль, очень хорошая имитация бензинового антиквариата. Как я поняла, что это имитация, а не настоящий автомобиль? Не думаю, что антиквариат способен на такой скорости без инерции и визга тормозов вставать на месте как вкопанный, а потом плавно и бесшумно сдавать назад. Мы остановились на обочине, наблюдая этот цирк.

Дверца остановившегося прямо напротив нас автомобиля открылась. За рулем обнаружилась миниатюрная, очень яркая брюнетка.

— Вас подбросить? — Она заразительно улыбнулась и стрельнула любопытными синими глазами сначала в сторону Таналя, потом — в сторону Раша.

— Это было бы очень любезно, — ответила я.

Оставив Таналю переднее сиденье, утащила мужа на заднее. На всякий случай. Я Рашу, конечно, доверяю, но очень уж интенсивно эта брюнетка глазами стреляет, пусть свою артиллерию на эльфе испытывает. Тем более она явно такая же любопытная, легко найдут общий язык. Не вижу другой причины, чтобы хрупкая девушка подобрала на дороге трех подозрительных незнакомцев, один из которых — зеленый клыкастый громила со здоровенным тесаком на поясе.

Девчонка рисковая. Какое-никакое оружие у нее наверняка есть, в Империи получить разрешение на маломощное, вроде моего дамского бластера, несложно. Но им ведь еще надо успеть воспользоваться. А вообще нам повезло, что эта девушка попалась на пути и оказалась такой любопытной. Чем меньше мы мелькаем по городу на глазах патрулей, тем лучше. Во всяком случае до того, как доберемся до банка, а потом я сделаю один звонок. Потом все станет гораздо проще. Или, наоборот, сложней.

Возможно, конечно, что вся эта конспирация с самого начала совершенно бессмысленна и меня уже давно никто не ищет, но я предпочту перестраховаться, чем потом решать проблемы, вызванные моей недальновидностью.

Девушка молчала буквально минуту, а потом не выдержала:

— Меня зовут Анабель. А вы актеры? У нас тут где-то неподалеку фильм про Арейлу снимают. Никто не знает где. Говорят, там Адриан Лэйри эльфа играет. Он вживую такой же красавчик, как на экране?

— Еще лучше, — машинально отзываюсь я, утопленная в потоке информации. Это ведь еще суметь надо выдать так много слов меньше чем за полминуты.

Получается, Адриан где-то неподалеку? Даже не знаю, хотелось бы мне еще раз увидеть своего бывшего любовника.

— Здорово! — вклинивается в мои размышления Анабель. Я только сейчас соображаю, что ей лет восемнадцать-двадцать максимум. — Вот бы тоже его вживую увидеть! Мой любимый актер! А вы здесь откуда?

— Отстали от съемочной группы в заповеднике, пришлось пешком выходить, — легко соврала я. — Снимали эпизод с эльфийским лесом в самой чаще.

Мужчины, снесенные выстреливающим с бешеной скоростью потоком информации пополам с подростковыми эмоциями, пришибленно молчали. Хотя затылок Таналя неким загадочным образом выдавал искреннее веселье. Радует хотя бы, что они все понимают. У обоих — артефакты-переводчики вроде моей серьги, все-таки ехали общаться с имперцами.

Нас довезли не только в город, но даже и до нужного банка. К счастью, быстро, потому что вся дорога проходила под аккомпанемент нескончаемой болтовни. И как она ухитряется? Без пауз, не сбив дыхания, еще и машину аккуратно ведет. Впрочем, последнее, возможно, заслуга навигатора. У Раша начали стекленеть глаза, он явно задумался о том, чтобы снять переводчик и заткнуть уши. Таналь расслабился в кресле, устремил рассеянный взгляд (кстати, отражение его глаз не производило никакого магического эффекта) вперед, на приближающийся город и, кажется, вообще перестал обращать внимание на фоновый шум. Одна я время от времени кивала невпопад и неопределенно мычала в ответ на отдельные реплики. Большего, к счастью, не требовалось.

Оставив своих спутников на попечение Анабель, категорически отказавшейся покидать наше славное общество, я вошла в банк. Когда-то давно я завела анонимный счет как раз на такой непредвиденный случай. Доступ по паролю и сетчатке глаза, полная конфиденциальность (очень недешевое удовольствие, но банк гарантирует…), обезличенные кредитные карты с фиксированными суммами. Разумеется, если спецслужбы всерьез надавят, от конфиденциальности останется один пшик. Но, во-первых, даже им придется повозиться и потратить драгоценное время, такое солидное заведение будет бороться за свою репутацию до последнего, практический опыт многих обеспеченных людей показывает, что этому можно верить. А во-вторых, прежде чем спрашивать, надо знать о чем. Впрочем, я вовсе не уверена, что если меня до сих пор ищут, то об этом счете не знают. Хотя они с тем же успехом могут знать, что меня нет в Империи и быть не должно. Ну, тут уж как повезет, придется рискнуть.

Все прошло гладко, я назвала пароль, прошла процедуру сканирования и получила свои деньги. Это заняло менее получаса.

Раш с Таналем провели это время в компании Анабель в открытом кафе неподалеку, и, судя по лицам, сие действо можно было смело приравнять к жестоким пыткам. Эльф даже слегка утратил свой обычный лоск и выглядел теперь как-то уныло. Если немного поднапрячься, то нескончаемую восторженную трескотню брюнетки можно было игнорировать или хотя бы направить в полезное русло. Но вот от пристального и назойливого внимания окружающих деваться им было некуда. Особенно доставалось Рашу, он большой, зеленый и слишком заметный. Впрочем, Таналь страдал ненамного меньше с его непривычной и экзотической красотой.

К моему приходу не отличающийся особенным терпением муж начал медленно звереть. Окружающие этого пока не видели, но я-то знаю, на что смотреть. Надо срочно спасать. Непонятно только, кого в первую очередь — моих спутников или посетителей кафе. Даже представить не берусь, что может отчудить выведенный из себя орк. Или эльф с огромными магическими способностями и глазами, заменяющими психотропное оружие.

К счастью, обошлось без репрессий. Я вовремя успела увести их прочь.

— Крепитесь, мужчины, мы сейчас еще и по магазинам пойдем. Это быстро, — пообещала я несчастному Рашу. — Надо.

Действительно, надо нам всем переодеться во что-то, более соответствующее здешней моде. Купить мне коммуникатор. А еще мне пришло в голову, что Таналю не помешали бы зеркальные солнечные очки. Почему-то есть у меня подозрение, что сквозь них эльф сможет смотреть спокойно, не опасаясь причинить кому-то вред. При всем при этом вещи, по понятным причинам, желательно приобрести без привычных наноботов, так что придется поискать дорогие бутики, где продают эксклюзивную одежду, а то и вовсе ателье. В обычных магазинах такого просто не найти. А уж солнечные очки, которые просто очки, а не встроенный компьютер, коммуникатор и навигатор в одном флаконе, — это почти антиквариат. Или дорогая безделушка для слишком капризных клиентов.

От компании Анабель нам отделаться так и не удалось, я, впрочем, не очень-то и возражала. Из девочки вышел неплохой гид и водитель в одном лице, все-таки этот город мне совершенно незнаком. А то, что много болтает… ну, можно и потерпеть. Или вообще внимания не обращать.

Вот Таналь большую часть времени так и делает, внимания не обращает, зато с интересом смотрит в окно. Для него имперский город наверняка что-то такое же странное и почти шокирующее, как для меня — тот постоялый двор. Вопросов, к счастью, пока не задает, а то вся наша легенда об актерах пошла бы прахом.

Раш оказался гораздо менее устойчивым к женской болтовне, потому мне постоянно приходилось оттягивать внимание Анабель на себя. Благо я успела здорово натренироваться на Шанай, хотя сейчас кажется, что моя горничная в искусстве выносить мозг болтовней явно рангом пониже. Но и информативней определенно.

Пока мы ехали до нужного бутика (всего-то несколько минут!), успели узнать, что Анабель только-только исполнилось двадцать, что эту машину ей подарил отец на день рождения, что учится она на управленца, потому что единственная наследница семейного дела. И прочую совершенно бесполезную для нас информацию.

В бутике на нас смотрели косо. С одной стороны, вся одежда — сплошь из натуральных материалов, то есть стоит каждая вещь чуть ли не как половина этого магазина, а с другой — невооруженным глазом видно грубую, почти кустарную выделку. Неокрашенная кожа и замша, грубо беленный лен и ручные швы. Даже Таналь в своей шелковой рубашке положение не спасал, скорее, бросался в глаза с этой ярко выделяющейся ручной (!) вышивкой. То ли запредельного уровня эксклюзив, то ли и вовсе непонятно что. А еще — всякое железо устрашающего вида и грозди амулетов. Мы категорически не вписываемся ни в какие рамки, чем заставляем персонал нервничать.

Не знаю, что местные продавцы-консультанты о нас в конечном итоге подумали, но запомнили явно надолго. Особенно после того, как тихий и вежливый Таналь чуть не прибил одного шустрого парнишку, додумавшегося сунуться к эльфу в примерочную, когда тот переодевался. Бедолага кубарем выкатился из кабинки, едва не сбив вешалки с одеждой, а в магазине внезапно выключилось все освещение и намертво встали крутящиеся витрины.

Ну, здорово. Нет, надо срочно заканчивать с покупками и убираться отсюда подальше!

Напоследок я водрузила на нос Таналю солнцезащитные очки. Какое-то количество модных примочек в них все-таки присутствовало, но, очевидно, незначительное, потому что немедленная смерть наноботов на основной функциональности никак не сказалась. Между прочим, эльф в зеркальных дизайнерских очках выглядел очень стильно. И да, я правильно угадала, в зеркальных очках его глаза стали совершенно безопасны для окружающих.

Критически оглядев спутников, я вздохнула. Да уж, переодевай не переодевай, а в толпе мы все равно не затеряемся, особенно Раш. Даже если его дополнительно еще и загримировать, он все равно будет возвышаться над толпой этакой брутальной громадиной, не говоря уже о том, что торчащие из-под нижней губы клыки никаким гримом не спрячешь. На Раша даже одежду с трудом подобрали, ну непросто втиснуть такой разворот плеч в стандартные размеры. А если что и находилось, то больше напоминало парус, в плечах впору, а в талии можно было обернуть несколько раз. Муж мой, невзирая на внушительные габариты, талию имеет, любая девица позавидует, если бывают девицы таких пропорций, конечно. Так что с Рашем мы провозились дольше всего.

Ну, будем считать, что это переодевание — мой каприз и дань внезапно проснувшейся ностальгии. Да и просто так удобней.

Теперь осталось только купить комм и позвонить лорду Миринду. И главное, дождаться ответа и не вляпаться за это время в неприятности. В то, что удастся дозвониться с первого раза и тут же все проблемы волшебным образом разрешатся, я не верила. Лорд Миринд — человек не того уровня, кому может так просто позвонить любой желающий, хорошо, если удастся прорваться через всех секретарей и помощников. Можно, конечно, надеяться, что граф внес меня в приоритетный список лиц, которые обращаются к нему напрямую, но я бы не стала уповать на такую удачу. При других обстоятельствах я бы предпочла вообще не обращаться к лорду. Но ничего не поделаешь, в данном случае обстоятельства — те самые. Спасибо, что я хотя бы номер его знаю наизусть, правда, воспользоваться сегодня решила впервые.

В любом случае к тому моменту, когда мы закончили со всеми покупками, а я отправила короткое сообщение: «Неисправный портал выкинул на планету Танрин, девятый сектор, город Велеса. Все целы. Диана», — день уже медленно клонился к вечеру. Надо же, а ведь из лесу мы вышли поздним утром. И ведь ничего особо и не сделали, куда большая часть дня ушла?

Мужчинам надо памятник поставить, они безропотно пережили многочасовой шопинг и нескончаемую трескотню Анабель. Впрочем, градус давления на наши уши девочка заметно поубавила, зато начала активно флиртовать с Таналем после того, как заменила незадачливого продавца в примерочной. Эльф против ее помощи не возражал, и Бель, очевидно, приняла это за некое одобрение. Я думала было намекнуть ей, что Таналь женат и вообще в Империи надолго не задержится, но, подумав, решила не вмешиваться. Взрослые оба, сами разберутся.

Анабель предложила устроить экскурсию по планете, а вечером отправиться в ночной клуб. Я представила Раша в ночном клубе и поняла, что эта картина вызывает у меня приступ неконтролируемого веселья. Интересно, его удастся вытащить на танцпол? Но я решила все-таки отказаться, мы уже слегка подустали, в том числе и от компании этой гиперактивной девушки.

— Да ладно, — расстроилась Анабель. — А если вы скоро уедете? И даже не посмотрите ничего? Это же скучно. Давайте хотя бы экскурсию, а? Я вам самые интересные места покажу.

В чем-то она, конечно, права. Не знаю, как скоро до лорда Миринда дойдет мое сообщение, но больше чем уверена: сразу после этого по наши души нагрянут бравые ребята в форме и оперативно отправят обратно на Арейлу, если портал уже работает. Или запрут где-нибудь, чтобы зря не шлялись где попало, если еще не работает. В любом случае вольно погулять нам вряд ли позволят. А мне, признаться, тоже хотелось показать мужу и Таналю, которого с недавних пор считаю хорошим другом, жизнь в Империи. И желательно — без присмотра и цензуры со стороны наших спецслужб.

— Ну что, мужчины, решайте, — предложила я. — Другой возможности у нас может и не быть. Я бы прогулялась.

— Соглашайтесь! — горячо поддержала Бель. — Ну пожалуйста-пожалуйста! Я даже обещаю меньше болтать, честно. У нас знаете сколько интересного? Есть оранжерея с экзотическими растениями с диких планет, есть музей и парк аттракционов. А еще голокинотеатр, один из самых больших в Империи!

И, конечно, уговорила. В Танале можно было и не сомневаться, его любопытство не позволило бы упустить столько всего интересного и непознанного. Раш, конечно, не настолько любопытен, но и он не смог устоять, к тому же видел, что и мне хочется показать ему свою родину.

И понеслось. Хорошо, что для внутрипланетных порталов документы не нужны.

Экскурсия началась по озвученной ранее программе, и в первом же пункте у нас случился казус.

Все было хорошо, пока на нашем пути не повстречался какой-то хищно-ядовитый инопланетный растительный монстр, цветущий изумительной красоты цветами размером с супницу. И всегда предельно вежливый, воспитанный Таналь вдруг одним прицельным магическим выбросом угробил силовое поле ограждения и сунулся щупать этого цветочного монстра, игнорируя попытки того закусить слишком наглым эльфом. У двух служителей, проводивших для нас экскурсию, едва не случился дружный инфаркт, и они ринулись следом уж не знаю кого спасать, — ненормального посетителя-самоубийцу или свое детище. В результате Рашу пришлось ловко выдергивать обоих за шкирку из-под извивающихся во все стороны шипастых лиан, имеющих на концах жутковатые крюки размером с хороший серп. Все это безобразие сопровождалось криками остальных посетителей, испуганными и подбадривающими, а также вспышками камер. И счастливым повизгиванием Анабель.

Эльфу, понятно, ничего не сделалось, уж с растением, даже инопланетным, он справился без труда, но в результате нам пришлось поспешно ретироваться из оранжереи, оставив позади поднятый бедлам. Таналь, впрочем, выглядел бессовестно довольным, позже продемонстрировав стянутый под шумок трофей — большое, размером со сливу, семечко.

Вот вам и принц.

Я закрыла лицо рукой, с ужасом думая, что будет дальше. Ведь наша прогулка только началась.

Зато Анабель была полностью счастлива. Держала эльфа за руку и с восторгом заглядывала в лицо. Он, что характерно, ничуть не возражал.

Теперь я внимательно следила за Таналем, готовясь в случае чего оперативно пресекать безобразия. Всегда сдержанный и вежливый эльф за сегодня уже дважды отколол нечто этакое. И если случай с незадачливым продавцом в примерочной вполне объясним, Таналь явно все не так понял или как раз именно так… Но вот выходка в оранжерее… все-таки и на меня его изящная смазливая внешность и «скромно» опущенные глаза действуют обманчиво. И ведь давно поняла, что невинная внешность вовсе не отражает характер, но все равно это вводит в заблуждение. Тем более я полагала, что за этой нарочитой скромностью маскируется жесткий и опасный тип, и нарочитое хулиганство у меня с этим представлением не ассоциировалось. А теперь и не знаю, что от него ждать, потому что Таналя по большому счету тоже совсем не знаю.

К счастью, дальше все было вполне пристойно. Следующим пунктом у нас был музей развития техники, он находился в другом часовом поясе, мы попали туда как раз к полудню, и было там тихо и безлюдно. Экскурсия для нас с Анабель оказалась скучновата, в конце концов кто в школьные годы не ходил по таким музеям с классом? И скоро мы откочевали в сторонку, обсуждая всякие женские штучки. Зато мужчинам было интересно проследить прогресс от примитивных механизмов и паровых машин древности до нынешних нанотехнологий. Оба внимательно слушали экскурсовода и задавали вопросы. Что уж они там спрашивали, я не вникала, и, пожалуй, напрасно. Глаза экскурсовода постепенно неестественно округлялись, а сам он постоянно озирался в поисках то ли путей отступления, то ли добровольного спасателя. Из этого можно было понять, что задаваемые ему вопросы весьма заковыристы.

Мы с Бель, не сговариваясь, сделали вид, что не замечаем этих умоляющих взглядов, а потом и вовсе тихонько сбежали в ближайший косметический салон. В конце концов, если мужчины нашли себе занятие по душе, должны же и у нас быть свои маленькие девичьи радости?

Оба, кажется, вели себя вполне пристойно, и я понадеялась, что за час моего отсутствия они не полезут отламывать от экспонатов сувениры на память и не побьют экскурсовода.

Безобразий за этот час действительно не случилось, но без мелких казусов не обошлось. Пока мы наводили красоту, в музей нагрянула школьная экскурсия, малышне на вид было лет по семь-восемь, и всякие скучные вещи их совершенно не интересовали, зато очень интересовал громадный зеленый орк. Растерянный Раш был немедленно атакован группой из двадцати очень настойчивых и любопытных детишек и совершенно не представлял, что с ними теперь делать, как отодрать от себя и, главное, не дать стащить с пояса большой и острый нож, к которому постоянно тянулись шаловливые ручки. Таналь стоял в сторонке и ехидно посмеивался, пока кто-то особо глазастый не узрел тщательно спрятанные под длинной шевелюрой длинные уши. О! В отличие от уже «взрослой» и не очень верящей в сказки Бель детишки ни о каких актерах даже и не подумали. Эльф! Настоящий! Часть детишек, в основном девочки, тут же позабыли Раша и ринулись на приступ.

В результате мы с Анабель, вернувшись, застали умопомрачительную картину. Раш на лужайке перед музеем показывал мальчишкам разнообразные приемы владения ножом. А Таналь на той же лужайке — «фокусы», выращивая, не сходя с места, всяческие экзотические цветы. Бедные работники музея, после нас им наверняка придется делать капитальный ремонт. После этого безобразия там ведь половина техники безнадежно пришла в негодность.

Учительница, приведшая детей на экскурсию, в сторонке беспомощно наблюдала за этой вакханалией.

Мужчин мы «спасли» под разочарованные стенания малышни.

Раш с Таналем явственно облегченно вздохнули.

— Никогда не думал, что дети — это так… сложно, — честно признался муж. — Их невозможно контролировать.

— Особенно когда их так много, — согласился Таналь. — Очень… настойчивые детишки.

— Они из спецшколы для одаренных детей, — хихикая, просветила нас Анабель. — Их там лет с пяти учат всяким таким штучкам, чтобы умели добиваться своего.

— Ты, случаем, не в той же школе училась? — поинтересовалась я. Очень уж методы сходные, за весь день отделаться от компании этой девчонки нам так и не удалось. И ведь даже не скажешь, что она очень навязчивая, деликатный такой напор, даже не пошлешь, чтобы не нагрубить.

— Ага, — весело подтвердила она.

Ну кто бы сомневался. Сама я в такой школе никогда не училась, туда принимают не столько одаренных, сколько… статусных. Детей аристократов, богатых бизнесменов и промышленников, известных ученых. Тех, за кем стоят семьи с громким именем, влиянием и деньгами. И выпускаются оттуда такие волчата… даже если они выглядят невинными овечками, как Анабель.

Дальше у нас был забег по разным достопримечательностям, небольшой, потому что эта планета не могла похвастаться особой туристической привлекательностью. И ужин в открытом ресторане на набережной (Анабель круглыми глазами смотрела на мое обжорство. Что тут скажешь, девочка, я и так перманентно на диете, хоть оттянусь), а потом мы там же и остались, сняв два номера с видом на море в ближайшем отеле. Все остальные развлечения отложили на потом. В конце концов, мы уже часов шестнадцать на ногах, если не больше. Это если забыть еще про поход по лесу и ночевку на голой земле. Я, честно говоря, просто хотела отдохнуть и побыть наедине с мужем.

А Анабель никуда не ушла, этак ненавязчиво скользнув вслед за Таналем в его номер. Ну что ж, думаю, если бы он этого не хотел, нашел бы способ донести свое мнение. Как я уже говорила, взрослые люди. Даже если один из них эльф.

Проснулась я с рассветом, впрочем, и легли мы по местному времени рано, тихонько выбралась из объятий мужа, стараясь не разбудить, и вышла на балкон. Удовлетворенно вдохнула полной грудью свежий, пахнущий йодом воздух. Рассвет над морем, красота-а-а! Задержаться тут, что ли, дней на пару? Пляж, солнышко, море. И лорду Миринду не сообщать, что мы перебрались чуть ли не на другую сторону планеты. Найдет, в конце концов, если захочет.

На соседний балкон, босая и отчаянно зевающая, выбралась Анабель в мужской рубашке на голое тело.

— Там халат в ванной есть, жертва стереотипов, — не удержалась я.

— Терпеть не могу гостиничные халаты, и потом, так гораздо приятней, — жизнерадостно отозвалась она. — Доброе утро.

— Доброе.

Помолчали несколько минут, наслаждаясь чудесным утром. Нет, все-таки стоит тут остаться хотя бы на день.

— Слушай, — нерешительно прервала блаженную тишину Анабель. — Я спросить хотела… ты не знаешь, у Таналя девушка есть?

— Жена есть, — подумала я немного и добавила честно: — Но, кажется, отношения у них не слишком… теплые.

— Договорной брак? — легко догадалась Анабель и задумчиво улыбнулась. — Ну, это ничего, это обычное дело.

Действительно, дело совершенно обычное, аристократы нередко женятся по расчету, а любовь… ну что, наличием почти официальной фаворитки (или фаворита, хотя для женщины это уже небольшой скандал) сейчас никого не удивишь.

— Рано радуешься, — разбила я сладкие мечты. — Жену, может, и можно в расчет не брать, хотя я на твоем месте не рассчитывала бы, что все будет так просто. Но мы тут ненадолго. А когда уйдем, вы вряд ли еще встретитесь.

Я замялась, размышляя, стоит ли ей говорить про Арейлу? Или это уже неактуально, девушка она умная, могла и сама догадаться кое о чем, особенно учитывая, что мы не слишком-то скрывались. Вспомнить хотя бы расцвеченную магическими цветами лужайку перед музеем.

— Ой, ладно, я уже сама поняла, что ни о каких актерах речь не идет, — правильно оценила мою заминку Анабель. — А если бы сразу и не сообразила… после этой ночи трудно не заметить, что у него уши не бутафорские. Да и грим никто за весь день не снял. Понятно, бывает такое, что неделю держится и без специальных растворителей не снимается, но клыки и когти твоему мужу совсем не мешают, явно он с ними всю жизнь прожил. Я, может, болтаю много, но наблюда-а-ательная. — Она задорно мне подмигнула. — А с Адрианом ты меня, получается, обманула?

— Умная ты слишком, убивать пора, — проворчала я не всерьез. — А с Адрианом я действительно близко знакома. Была.

— Да? Здорово, повезло тебе. Но Адриан Лэйри меня теперь уже не слишком интересует. Придумать бы теперь, как на Арейлу попасть.

— Ну, если придумаешь, можешь попробовать податься в фаворитки к эльфийскому принцу.

— Так он еще и принц? — удивилась Анабель, в глазах ее зажегся просто-таки детский восторг. Ну да, какая девочка в детстве сказки о принцах не читала?

Я только головой покачала. Удивляюсь этой сумасшедшей девчонке. Таналя она знает примерно сутки, за это время успела залезть к нему в постель и теперь вполне серьезно строит на него далеко идущие планы. И ведь даже на примитивный расчет охотницы за богатым мужчиной не спишешь, до сего момента она о Танале практически ничего не знала, ни семейного положения, ни достатка и наличия титула. Фактически все, что она видела, — это удивительно привлекательная и в то же время экзотическая эльфийская внешность и магия.

Не знаю, что из всего этого выйдет, но пусть Таналь сам разбирается. Предупредить я его предупрежу, но… может, его как раз все устраивает. В конце концов, законная жена ему явно совершенно безразлична, так что не Анабель, так какая-нибудь другая.

И вообще, не хочу думать о чужой личной жизни, хочу вкусный завтрак и на пляж!

2

Мою программу мы все-таки осуществили, попутно приведя в шоковое состояние персонал ресторана и немногочисленных ранних посетителей. Вряд ли им прежде встречались женщины, которые с утра пораньше делают такой странный заказ. А что я могу поделать, если у меня внезапно проснулась непреодолимая любовь к мясу с острыми приправами? Так вдруг захотелось, просто ни о чем другом думать не могла. Наверняка все дело в беременности, странно только, что так рано, по самым оптимистичным подсчетам, срок у меня — максимум четыре недели, я почему-то думала, что изменения вкусовых пристрастий должны начаться чуточку попозже. Надо бы литературу какую-нибудь по теме купить, а то образуется у меня еще сюрприз, а я все буду думать, что еще рано и не время. Может, меня со дня на день и токсикоз накроет, этот легендарный бич всех беременных женщин?

Или все дело в том, что я просто сильно соскучилась по привычной еде?

Тем не менее странный даже для меня заказ повар выполнил безукоризненно, и я почувствовала себя почти счастливой, несмотря на настоящий пожар во рту.

Раш попробовал, с удовольствием постановил: «Вкусно», — и заказал себе тоже. Ну, орки способны есть мясо в любое время суток, те еще хищники, на что недвусмысленно намекают внушительные клыки.

А потом мы пошли на пляж, правда, предварительно мне пришлось объяснять Рашу смысл подобного отдыха. Ну не понимал он, в чем смысл жариться на пляже в тесной компании таких же прожаренных на солнышке тел, время от времени окунаясь в соленую воду. Да еще для этого нужно надевать специальную одежду, если, конечно, плавки и купальники можно считать одеждой.

С Таналем в этом плане было значительно проще, во-первых, его обрабатывала Анабель, а во-вторых, его вечное любопытство просто-таки подталкивало получить новый опыт.

В любом случае оно того стоило! Раш в плавках посреди пляжа — это незабываемое, можно сказать, сногсшибательное зрелище. Я уже несколько привыкла к его размерам, хотя нет-нет да и заглядываюсь на перекатывающиеся под кожей валуны мышц, но раздевался он обычно наедине, и у меня не было подходящего примера для сравнения. Теперь этих примеров вокруг наличествовала целая толпа самых разнообразных параметров, и это был такой потрясающий контраст, словами не описать! Нет, нельзя сказать, что на пляже не нашлось ни одного атлетически сложенного мускулистого мужчины, хватало с избытком, чего уж там. Имелся даже один явный культурист, этакий перекачанный тип с шарами бицепсов и грудью больше, чем у меня. Но, черт возьми, все эти мужчины на фоне моего мужа выглядели подростками, а тот самый культурист — так и вовсе колбаской, перевязанной веревочками. Раш — он ведь просто… большой, во всех смыслах большой, и мышцы у него тоже заметно выделяются, но наработаны они не тасканием железа, а тренировками и отработкой боевых навыков, которые ему, вероятно, не раз жизнь спасали.

Впрочем, внимание окружающих Раш привлекал не этим. Просто когда вокруг все раздеты, зеленая кожа и длинная черная косища до ягодиц особенно бросаются в глаза на фоне человеческих бледных, красных и даже изрядно загорелых тел. Особенно учитывая, что он даже над мужчинами возвышается как минимум на голову.

Надо сказать, что Таналь на фоне мужа тоже не ударил в грязь лицом. Это под одеждой казалось, что он хрупкий и тощенький, опять же, если сравнивать с орком, а стоило только раздеть — и… сюрприз. Пожалуй, теперь я вполне способна воспринимать этого эльфа как мужчину. Таналь оказался сухощавым, перевитым не рельефными, но жесткими, как ремень, мышцами. К тому же еще этот шрам, пересекающий спину от левого плеча к правой пояснице.

— Это что за кошка тебя так поцарапала? — не удержалась я от вопроса.

— Рысь, — равнодушно пожал плечами эльф.

Что у них там за рыси такие в этом их эльфийском лесу водятся?

Не только все окружающие смотрели на наших пришельцев с Арейлы, но и они сами долго не знали, куда глаза деть. Такое количество практически обнаженных женских тел может произвести впечатление на неподготовленных мужчин. А они подобного явно никогда не видели. Не знаю, как у эльфов, не догадалась расспросить Таналя, но у орков в степи с водой небогато, тем не менее совместные купания совсем без одежды не являются для них чем-то шокирующим, но они обычно не бывают публичными. Это максимум семейное дело. У них, по-моему, вообще не существует каких-либо пляжей.

Рашу и Таналю пришлось приложить немало усилий, чтобы привыкнуть и перестать косить глазами, когда мимо проходит очередная красотка в бикини «три ниточки» и с выдающимися достоинствами. Обычно в таких случаях я ревную, но тут это выглядело настолько забавно, что с трудом удавалось сдержать тихое хихиканье.

Приходилось иногда буквально поворачивать мужа лицом к своим… достоинствам. Тут он тоже временами залипал, хотя, казалось, уже не раз все это видел и даже щупал.

В общем, это определенно было весело.

Потом мы с Анабель потащили мужчин купаться, Раш слегка нервничал от таких водных просторов. Море он пару раз видел, но даже не думал в нем купаться.

— Почему? — непосредственно удивилась Анабель. — У вас не принято купаться в море? Соленой воды боитесь?

— На Арейле слишком мало мест, где можно безопасно заходить в море, не опасаясь, что тебя сожрут, — объяснил Таналь. Он тоже не спешил заходить глубоко в воду. Мы так и стояли вчетвером тесной кучкой по колено в воде.

— Ну, здесь-то безопасно, за этим специальные службы следят, — успокоила я. — Да на этой планете, по-моему, почти и нет опасных морских животных.

— Да, — подтвердила Бель. — У нас только акулы, и то они сюда не заплывают. И для людей они не опасны, потому что мелкие.

Наши мужчины это и сами понимали, трудно было не понять, когда в воде беззаботно плещется столько народа, включая маленьких детей, но вбитые с детства правила выживания так с ходу преодолеть невозможно. Нельзя сказать, что они боялись, это было, скорее, некое неприятие ситуации, как добровольно сунуть руку в кипяток, даже если несколько человек демонстративно проделали подобное, доказывая, что ничего страшного не случится. Личный опыт говорит обратное.

Я мимолетно порадовалась, что отказалась от идеи снять закрытый частный пляж, есть тут такие услуги для особо богатых и требовательных клиентов, в таком случае затащить этих двоих в воду было бы вообще нереально.

Тем не менее через некоторое время они смогли пересилить себя, а позже, убедившись в полной безопасности купания, даже получить от этого кое-какое удовольствие. Тем более мы с Анабель очень постарались расшевелить обоих, дурачась, брызгаясь и подныривая, чтобы схватить за ногу под водой. Последнее, правда, было слегка рискованно, Таналь на рефлексах едва не приложил Анабель каким-то боевым заклинанием. Раш, к счастью, магией не владел, потому просто выловил меня из воды.

Анабель где-то раздобыла мяч и подбила нас поиграть во что-то вроде водного волейбола. Это было весело, с визгами и брызгами с нашей стороны, шутливыми драками за мяч и прочими глупостями. Но у нас опять не обошлось без недоразумений. Таналь, пасуя мяч Рашу, без зазрения совести использовал магию, а муж в ответ отбивал его с такой силой, что утопил бы эльфа, если бы не та же магия. Таналь, поймав мяч, булькал под воду, потом выныривал, словно пробка из бутылки в фонтане брызг, и запускал снаряд обратно. Из игры они устроили настоящую зрелищную дуэль, резиновый мяч превратился в их руках чуть ли не в пушечное ядро. В те редкие моменты, когда кто-то из них промахивался, он врезался в воду с громким хлопком и впечатляющей короной брызг. Вокруг нас начали скапливаться зрители, привлеченные необычным зрелищем.

Таналь в очередной раз увернулся от метко пущенного снаряда, тот со свистом пролетел мимо, и неосторожно подобравшийся слишком близко любопытный зритель схлопотал мячом прямо в лоб. Бедолага и понять ничего не успел, как закатил глаза и беззвучно булькнул под воду.

Пострадавшего, конечно, тут же выловили, оказали помощь и диагностировали легкое сотрясение, но настроение у меня резко испортилось. Что характерно, оба хулигана ничуть не выглядели виноватыми.

— Ну вы не могли хотя бы раз не устраивать чего-то такого? — безнадежно спросила я.

— Все в порядке. — Раш подошел и довольно облапил меня за все места, это у него называется обнять. Он поразительно быстро усвоил, что тут подобных публичных проявлений чувств никто не стесняется. — Мы всего лишь слегка размялись.

— Размялись они, чуть человека не зашибли.

— А пусть не лезет под руку, — беспечно отмахнулся Раш.

Не знаю, чем этот внезапный отдых в итоге закончился бы, оба арейца окончательно расслабились, признали пляж годным делом и начали беззастенчиво хулиганить, но ближе к вечеру нас нашел сам лорд Миринд, и настроение у него было совсем не радужное.

Сопровождающие милорда хмурые парни в форме самим своим наличием разогнали всех зевак. Вокруг нас мигом образовался безлюдный вакуум. Только Анабель не думала никуда испаряться, не знаю уж, дело было в ее храбрости или в том, что Таналь крепко обнимал ее за талию, не собираясь куда-то отпускать.

От немедленной нотации на тему моей безответственности меня спасло только присутствие мужа. Я просто по лицу видела, как милорду хочется меня привычно отчитать, а нельзя. Муж бы этого точно не понял, он сразу бросается на мою защиту. Так что граф решил не разжигать конфликт. Но я точно знаю: если подвернется возможность, наедине лорд Миринд выскажет все, что думает о моем авантюризме и безалаберности.

В каком-то смысле я его даже понимаю, такая авария в его ведомстве, да еще и два наследных принца союзных государств проваливаются в неисправный портал и пропадают. Хорошо не в открытый космос или вовсе в какую-нибудь параллельную реальность. Иначе лорд мог бы и работы лишиться или попасть в опалу. Не знаю почему, но маленькая, по сравнению с Империей, Арейла очень нужна этой самой Империи.

И вдруг пропажа находится целой и невредимой. И сидеть бы этим принцам на месте, ожидая, когда за ними придут, так нет же, мотаются по всей планете, развлекаются на пляже, да еще и в компании моей авантюрной персоны. С точки зрения лорда Миринда, последнее обстоятельство по умолчанию — источник неприятностей.

Жаль, но короткий отдых, похоже, закончился.

Я, признаться, была уверена, что нас тут же перевезут к порталу и отправят на Арейлу. Или запрут на какой-нибудь секретной станции, прежде чем отправить. Но я, оказывается, слегка ошибалась.

Прежде всего, нас четверых (Анабель, этак ненавязчиво держащаяся за руку Таналя, увязалась с нами) привезли в один из офисов Тайной канцелярии, где лорд Миринд постарался объяснить нам дальнейшее развитие ситуации.

— Вы трое останетесь здесь до тех пор, пока вам не сделают временные документы, затем отправитесь в поместье леди Дианы. И я очень не рекомендую покидать его до тех пор, пока не завершится ремонт портала, — явно не принимая во внимание Анабель, закончил граф с нажимом и посмотрел персонально на меня.

Ну конечно, я как всегда крайняя.

— А что, портал еще не починили? — интересуюсь тут же.

— По какой причине вы ограничиваете нашу свободу? — Это хмурый Раш еще выразился дипломатично, хотя на языке явно вертелось что-то вроде: «Какого?..» А то я мужа не знаю. Он, конечно, умеет быть вежливым, но сейчас явно недоволен. Вон как недобро на лорда Миринда смотрит, да еще и верхняя губа подрагивает. С трудом сдерживает привычное для любого злящегося орка желание продемонстрировать оппоненту свои клыки во всей красе.

Таналь и Анабель тоже не остались в стороне и синхронно высказались, что хотели бы провести оставшееся до нашего отъезда время вместе.

Нелегко пришлось бедному графу. Попробуй объясни сердитому (а также, по всеобщему мнению, вспыльчивому и агрессивному) орку, по какой-такой причине ограничивают его свободу, тем более если до этого времени мы спокойно болтались где хотели, без особых проблем, даже невзирая на некоторое хулиганство на пляже. Да и эльфу приходится разъяснять, почему он должен расставаться с любовницей, если мы все равно остаемся в Империи на неопределенное время. И все это — вежливо и аргументированно, ибо монаршие особы, а не просто так.

Ну, Рашу он, по крайней мере, смог объяснить, я даже чего-то такого и ожидала. Хотя все мы понимали, что это, скорее, повод, а не причина. На самом деле все просто, так уж получается, что с точки зрения закона Раш и Таналь в Империи нелегально. Со мной таких проблем вроде бы и нет, но у меня сейчас фактически и документов никаких не имеется, да и вообще лучше не высовываться. Потому Рашу с Таналем задним числом сделают пригласительную визу, якобы от моего имени, и настоятельно рекомендуют посидеть несколько дней смирно в моем поместье и не создавать лишних проблем, а также ненужных сенсаций. Об аварии пока никто не знает, и лучше, чтобы так продолжалось как можно дольше.

Мы недовольно поворчали, но вынуждены были согласиться. На самом деле доставшееся мне от покойного папеньки поместье — место живописное, но расположено оно в такой глуши, какую редко найдешь в Империи. По-моему, там попросту ужасно скучно, ну да ладно, несколько дней уж как-нибудь переживем.

Кстати, Анабель и Таналь свое право продолжить знакомство таки отстояли, тем более неожиданно даже для самих себя мы с Рашем их поддержали. И вообще, мое поместье, кого хочу, того и приглашаю.

Почему нас все-таки не заперли на какой-нибудь секретной станции, я сообразила уже позже. Там ведь наверняка огромное количество всяческого высокотехнологичного оборудования. А если станция вдобавок еще и космическая, она сама по себе — такое оборудование. Не дай бог Таналь машинально что-нибудь колданет. Авария в космосе — это страшно.

— Мне этот твой лорд не нравится, — раздраженно буркнул Раш, когда мы остались наедине.

— Ну не то чтобы мой… а почему не нравится? — Вообще, конечно, лорд Миринд временами и меня здорово раздражал, но дело с ним иметь можно, особенно если нотации читать не начинает.

— Он слишком нагло обращается с тобой. Мне плевать, что там было раньше, а сейчас ты моя жена и будущая княгиня, он обязан проявлять уважение, — заявил муж. Насколько я его успела узнать, Раш обязательно при случае в это графа носом ткнет, причем без особого такта.

— Давай ты не будешь обращать внимания на всякие глупости? — Забираюсь к мужу на колени и тянусь к губам за поцелуем. — Он просто привык за мной приглядывать, как просил покойный отец. И между прочим, именно лорд Миринд отправил меня на этот конкурс невест, скажи ему за это спасибо.

— Защищаешь? — хмыкнул заметно подобревший Раш, отрываясь от моих губ.

— Просто он нам нужен для постройки портала. Не хочу, чтобы ты раньше времени с ним отношения испортил. Если уж так неймется, намекни, что приглядывать за мной — теперь не его забота. — Я с удовольствием запустила руки под мужнину футболку, поглаживая кончиками пальцев кубики пресса. Все-таки он у меня красавчик, пусть и зеленый. — И вообще, забудь про лорда Миринда, когда я сижу у тебя на коленях!

Принадлежащее мне поместье располагалось на одной из центральных планет, что, впрочем, не мешало ему некоторым образом оставаться этаким пасторальным захолустьем. С незапамятных времен, чуть ли не с момента образования Империи, на этой планете располагались личные вотчины аристократии. Здесь почти не было больших густонаселенных городов, а некоторые поместья могли смело считаться историческими памятниками, они помнили десятки поколений своих хозяев. Поместье герцогов Саренвилей — одно из таких, мой далекий предок построил его еще на заре освоения планеты, и с тех пор оно не раз ремонтировалось и перестраивалось, но в целом оставалось прежним. И никогда не меняло хозяев.

Здесь все было устроено для максимально комфортабельного отдыха, и да, следует сказать, что отправить в такое место мага — почти гениальное решение. В таких старинных поместьях старались по минимуму использовать современные технологии.

— Красиво, — заметил Раш, разглядывая огромный старинный парк и стены особняка из дикого камня, густо увитые плющом.

— Да, тут многое не меняется десятки, а кое-что — и сотни лет. Территория поместья немаленькая, есть конюшни, большое озеро и яхты.

— Яхты — это здорово, люблю яхты, пусть тут и не море, — обрадовалась Анабель. — А пляж?

— И пляж — тоже. Совсем небольшой. Но нам хватит.

— Отлично!

Помнится, в первые дни нашего с Рашем брака я в шутку нафантазировала забавную ситуацию, как однажды вернусь в Империю и представлю своего сына как нового герцога Саренвиля. И будет он, естественно, зеленокожим орком. Теперь эта фантазия близка к осуществлению, хотя я еще не знаю, сын у меня родится или дочь. Но вообще-то Раш как мой муж тоже теперь герцог Саренвиль. Будь он ниже меня по положению, остался бы всего лишь регентом. Закон такой приняли лет двести назад, и история с ним мутная, якобы это была инициатива регентского совета при малолетней принцессе, дабы ограничить власть ее будущего мужа. Впрочем, тот муж, судя по учебникам истории, и без императорского венца прекрасно справился, и был он, кстати, из Саренвилей. Так что где-то в моей родословной затесалось и родство с императорской фамилией. Дальнее-предальнее.

Так или иначе, а в поместье находилось множество людей — экономка, горничные, конюхи и садовники, прочий обслуживающий персонал и их семьи. Многие служат Саренвилям не первое поколение и до сих пор считают себя подданными не столько Империи, сколько моей семьи.

И традиция представлять своим людям нового господина существует уже давно. Мне ли ее нарушать?

Раша ничуть не удивила необходимость представиться людям, для него это было в порядке вещей. В этом была разница между нами, мой муж родился наследником престола, аристократом, хоть в диких орочьих степях. Для меня это пусть и не было никогда чем-то по-настоящему сложным, но и как должное принимать все эти аристократические заморочки я, наверное, так и не научилась.

Слегка странная картина. Люди собрались во дворе, больше двухсот человек, все, кто работает в поместье, плюс их семьи, живущие в небольшом городке неподалеку. А перед ними — Раш, громадный зеленый орк в грубо выделанной кожаной и льняной одежде, с висящим на поясе внушительным тесаком, ну истинный дикарь, чужой, страшный и непонятный. И этого непонятного инопланетянина представляют им как нового хозяина.

Никто, разумеется, ничего не сказал, но какие были выразительные взгляды. Я буквально слышала мысли, крутящиеся в головах у этих людей! Они негодовали, предполагая, что мой покойный папенька наверняка в гробу перевернулся от такого непотребства. Дикарь, инопланетянин! Зря покойный герцог признал незаконнорожденную дочку, погубит она род! А я ведь еще и слова сказать не успела. В этих местах люди ужасно консервативны.

— Отныне это ваш новый господин, мой муж, Рашванвагар, наследный принц орков (ну княжич, если точнее, но не так внушительно звучит), мой супруг герцог Саренвиль.

Раш обвел всех суровым взглядом, пообещал быть справедливым господином, люди в ответ поклонились, и на том представление завершилось.

— Ты выглядишь расстроенной, — заметил Раш, с интересом рассматривая хозяйские покои.

— Ерунда, — отмахиваюсь я.

Не сказать что я действительно расстроилась. Меня лично никогда мнение «подданных» не интересовало, я всегда знала, что образцовой герцогиней не стану, да и поместье это, пропитанное средневековым консерватизмом, никогда не любила. Но вот внезапно оказалось очень досадно, что моего мужа так приняли.

— Диана, — Раш обнял меня, ласково погладив по голове, — это слуги, и у них нет никакого права осуждать своих господ. Не имеет значения, что они думают, главное, чтобы хорошо выполняли свои обязанности.

— Между прочим, обиженные и недовольные слуги могут доставить много проблем.

— Тогда они об этом очень пожалеют, — пообещал Раш. — Перестань беспокоиться о ерунде, я со всем разберусь.

И я ему поверила. Разберется. А мне действительно не о чем беспокоиться. К тому же мы задержимся здесь всего на несколько дней, а в следующий раз, возможно, в это поместье приедут уже мои дети.

Так получилось, что в поместье мы почти сразу разделились, Таналь и Анабель проводили большую часть времени вдвоем, мы с Рашем — тоже. Мы почти не пересекались, если не считать совместных ужинов, да иногда видели друг друга издалека на пляже, учитывая размер поместья, это было совсем не сложно. И я, признаться, была даже рада такому положению вещей, Таналь, конечно, хороший друг, да и Анабель — неплохая девочка, если к ней привыкнуть. Но их постоянное присутствие все-таки слегка утомляло, хотелось просто побыть наедине с мужем.

Мы находили уединенные беседки в огромном парке и упоенно там целовались или бродили по территории, взявшись за руки, купались в озере и даже ходили на яхте. И просто разговаривали обо всем.

Я говорила, что мое поместье очень скучное место? Ничего не изменилось, но сейчас это уже не казалось таким уж недостатком. Передышка перед возвращением в опасный и не слишком дружелюбный временами мир.

Муж тоже был доволен, он, пожалуй, радовался этой передышке даже больше, чем я. Не сразу поняла почему.

— Война Стихий, — по своему обыкновению лаконично объяснил Раш.

— Ну да, я помню. Надвигающийся катаклизм. Скоро начнется?

— Уже. Перед тем как мы попали сюда, все и началось. Не представляю даже, что сейчас творится дома.

— Думаешь, все плохо?

— Не знаю, может, и не так чтобы совсем плохо, но это событие никогда не проходило для всего мира легко.

— Даже когда выполнялись все рекомендации Оракула?

— Тогда все обычно не так плохо, но тем, кто оказывается в эпицентре, от этого ничуть не легче, — нехотя признал Раш, передергивая могучими плечами.

Я прижалась тесней к его боку и взяла за руку, успокаивающе поглаживая.

— Ты боишься, что в эпицентре окажемся мы?

— Не знаю. — Раш пересадил меня к себе на колени, привычно зарываясь носом в волосы. — Но я бы предпочел вернуться без тебя.

Вот это новости! Честно говоря, такого я от мужа не ожидала совсем, до сих пор была уверена, что он ни за что не отпустит меня от себя и уж точно не позволит остаться в Империи. Не то чтобы я действительно намеревалась тут оставаться… Нет, я понимаю, там прямо сейчас начался неведомый пока что катаклизм, и даже неизвестно еще, удастся ли минимизировать последствия, хотя пророчество Оракула это гарантирует. А если прибавить ко всему прочему некоего, возможно, до сих пор не пойманного убийцу и прочие опасности магического мира… Может, и было бы безопасней остаться в Империи, особенно учитывая мою беременность. Не факт, кстати, что безопасней, лорд Миринд намекнул, что меня все еще ищут, пусть уже и менее активно, но если найдут, то его власти вряд ли хватит уберечь меня от тюрьмы. И так благодаря графу пока и не удалось доказать, что ловкая воровка и герцогиня Саренвиль — одно лицо. Надолго ли? В любом случае, даже если бы не все это, я для себя уже решила, что останусь с Рашем и вернусь на Арейлу. Разве что рожать я бы предпочла тут, но до тех пор еще слишком много времени, чтобы сидеть в поместье в безопасности и изображать примерную жену. Не знаю даже, в чем здесь дело, — в том, что я действительно люблю мужа, или в том, что эта сумасшедшая планета полностью соответствует моему авантюрному характеру?

— А тебе не кажется, что я все-таки должна быть на Арейле? Ведь не зря этот ваш Оракул напророчил восемь имперских девушек в жены принцам. Как знать, которая из нас сыграет решающую роль.

— Оракул озвучивает только ключевые условия, не важно, что будет потом, — возразил муж.

— В любом случае вовсе не факт, что здесь оставаться для меня безопасней, я не смогу постоянно скрываться в поместье, а если даже смогу, это рано или поздно вызовет вопросы. И знаешь что? Мне на самом деле плевать, я просто пойду с тобой!

Раш только вздохнул, не став спорить, но я чувствовала: этот разговор у нас не последний.

Как я и ожидала, Раш еще не раз заводил разговор о том, что мне стоит остаться в Империи. Даже Таналя каким-то чудом привлек к этому, иначе с чего бы вдруг эльфу вздумалось деликатно интересоваться, не хочу ли я задержаться дома? Постепенно это начало меня раздражать. Хорошо хоть давить на меня муж не пытался, иначе мы бы наверняка поссорились, а мне ужасно не хотелось портить наш тихий отдых ссорой.

Наконец поняв, что переубеждать меня бесполезно, Раш сдался.

— Ты все-таки ужасная авантюристка, — укорил он.

Мы сидели, обнявшись, на палубе яхты и смотрели, как в ровной глади озера отражаются алеющие в закате облака.

— Тебе раньше вроде бы нравился мой авантюризм. Что изменилось?

— Раньше ты не была беременна.

— Боишься потерять наследника? — фыркнула я раздраженно. Эти разговоры уже начали действовать мне на нервы.

— Боюсь потерять тебя, — ответил Раш резковато. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Это было нечто, пожалуй, наиболее близкое к признанию. Раш еще ни разу не говорил мне о своих чувствах, но поступки говорили за него. И, в общем, мне этого обычно хватало, Раш не тот мужчина, от которого дождешься сентиментальных признаний. Но все же иногда приятно услышать, что я что-то для него значу.

Может быть, и не стоило так упираться, в чем-то Раш прав, однако интуиция, штука для меня крайне редкая, но верная, просто-таки вопила, что я обязательно должна вернуться на Арейлу! Интуиция в последние дни у меня вообще как-то подозрительно активизировалась, это, конечно, полезно, но я никогда особенно не прислушивалась к разным предчувствиям, они и посещали-то меня прежде, когда уже совсем пахло жареным. Сейчас это явно не тот случай, но и сигналы интуиции — настолько четкие и ясные, как не было никогда.

— Дорогой, давай не будем больше спорить. Веришь ты или нет, но мне обязательно нужно вернуться с тобой. Возможно, это важно для нашего будущего ребенка.

Раш хотел что-то сказать, но, подумав несколько секунд, промолчал. Мне показалось, он что-то понял, и больше к этому вопросу мы, к счастью, не возвращались.

А на следующий день порталом пришел обещанный лордом Мириндом доктор. Вообще-то я хотела посетить ближайшую клинику, но мне категорически запретили покидать поместье, зато лорд Миринд прислал своего специалиста. Все-таки прежде чем вернуться на Арейлу, я хотела пройти полноценное обследование и убедиться, что беременность протекает нормально. Арейские маги и шаманы, несомненно, круты и на многое способны, я в этом уже убедилась, но до сих пор понятия не имею, каковы они в плане медицины. Да и свои как-то привычней и вызывают больше доверия.

Доктор оказалась немолодой пухленькой женщиной с профессиональной располагающей улыбкой. У нее на щеках от этой улыбки тут же образовывались премиленькие ямочки, что придавало улыбке больше тепла, чем изначально было вложено.

— Ну что у нас тут, милочка, — с ходу поинтересовалась она, выставляя на стол чемоданчик с портативным оборудованием. — На что жалуетесь?

— Ни на что не жалуюсь, доктор, — внезапно развеселилась я, — если беременность, конечно, не считается болезнью.

— Ну, это как посмотреть, милочка.

В общем, очень располагающая тетенька, пока меня обследовала, постоянно шутила и рассказывала разные прибаутки. Успела меня несколько раз рассмешить.

— Ну что ж, милочка, вы совершенно здоровы. И детки ваши — тоже. Но витаминчиков все же попейте, полезно будет. И диеты эти модные бросайте, не полезно это в вашем положении.

— Спасибо, у меня не то чтобы диета, просто… Э-э-э, детки?!

— Близнецы.

Раш дожидался результатов обследования в гостиной, и, выйдя к нему, я уже не в первый раз обратила внимание, насколько лишним и неуместным кажется мой муж в этой обстановке. Наверное потому, что, в отличие от орочьего дворца, где массивная добротная мебель, в поместье сообразно моде вековой давности изобилуют всяческие ажурные столики из металла и стекла, изящные диванчики и стулья на тонких ножках. Казалось, все это вычурное изящество просто рассыплется под ним.

Хорошо, что мы скоро уезжаем, а если еще вернемся, я обязательно сменю всю обстановку в доме.

Я тряхнула головой, отгоняя несвоевременные мысли, и поделилась с мужем радостной новостью. Раш на некоторое время натурально впал в прострацию. Надо сказать, такое яркое обалдение на клыкастом орочьем лице меня изрядно повеселило.

— Эй, очнись. Двое ведь лучше, чем один? Раш?

— Ага. — Муж по-прежнему имел обалдевший вид и отвечал, скорее, машинально. Ну и спрашивается, от чего тут так обалдевать?

Впрочем, через какое-то время он пришел в себя и объяснил причину своего странного поведения. Оказывается, у орков вообще не бывает близнецов. Никогда. Раш, конечно, знал, что у других рас такое иногда случается, но считал это легендой или странным феноменом.

— Что, даже у полукровок? — удивилась я. — Ты же, помнится, говорил: вы иногда заключаете браки с людьми?

— Никогда не слышал о близнецах у орков, — покачал головой Раш.

— Ну, с другой стороны, с имперцами орки общих детей еще не заводили, — философски заключила я. — А в моей семье иногда рождались близнецы, мама рассказывала. Главное, чтобы хоть один из двоих родился мальчиком. Нам же нужен наследник, правильно?

— А что, они могу быть разнополыми? — неподдельно изумился Раш, норовя снова впасть в прострацию. Кажется, сегодня он побил все рекорды по глупому выражению лица. Мужчины иногда бывают такими забавными.

— Могут, конечно, — улыбнулась я.

— Поверить трудно. — Раш наконец отмер и крепко меня обнял. — Близнецы, надо же.

— Ничего, вот родятся — и сразу поверишь. А уж как нам будет с ними весело, в два раза веселей, чем с одним.

Жаль, конечно, что я не догадалась поинтересоваться у доктора Сайлен полом детей, в тот момент тоже была слишком удивлена, и просто из головы вылетело. Можно в общем-то позвонить и спросить, но… пусть сюрприз будет. И потом, по срокам, наверное, рано еще, а предварительные прогнозы никогда не дают стопроцентных результатов. Хотя если специалист хороший, а другого лорд Миринд ко мне не послал бы, процентов восемьдесят достоверности можно гарантировать. Ну ладно уж.

Новостью поделилась еще и с Анабель, не то чтобы очень хотелось, но ей проще ответить, чем промолчать. А вот Таналь ничуть не удивился.

— Война Стихий, — пожал он плечами. — В этот период случается много странного. Рождаются дети с необычными способностями или огромным магическим даром, а порой — и разными мутациями.

— Как у тебя? — решила уточнить. До сих пор у меня так и не было повода завести этот разговор. А теперь Таналь сам поднял интересующую меня тему.

— Как у меня. — Эльф криво ухмыльнулся. — Или что-нибудь более полезное.

— А что, близнецы тоже в это вписываются? Не такое уж странное явление.

— Если у орков не бывает близнецов, но они все-таки будут… Не знаю, возможно, это действительно твоя наследственность, а возможно, один ребенок, зачатый накануне Войны Стихий, просто неспособен вместить в себя доставшуюся ему огромную магическую мощь, и потому их двое.

Пресловутая интуиция, в последнее время так часто подающая мне разнообразные сигналы, ворохнулась, словно я услышала что-то важное, но что, я так и не поняла.

Пока что сигналы этой самой интуиции четко мне удалось расшифровать только в двух случаях. Что мне необходимо вернуться на Арейлу и что надо есть острые блюда с красным перцем и сейрой, еще одной интересной специей. К сожалению, из-за моих странных вкусовых пристрастий пришлось страдать и остальным, никто, впрочем, особо не жаловался, повара готовили по просьбе и другие блюда. А Раш и вовсе был доволен, ему острые блюда неожиданно пришлись по вкусу. Это даже удивило слегка — если учитывать бедность орочьей степи на специи, ему должно быть очень непривычно, примерно как мне — их еда.

Визит доктора словно стал неким сигналом. На следующий день приехал лорд Миринд и тут же пожелал поговорить со мной наедине. Раш, понятное дело, был резко против, лорд ему категорически не нравился еще с прошлой встречи, и оставлять меня без присмотра муж не собирался. Еле уговорила его все же позволить нам пообщаться.

— Твоему мужу я определенно не нравлюсь, — заметил лорд, когда мы остались одни в кабинете. — Он настроен агрессивно.

— Ему просто не слишком нравится, как вы со мной обращаетесь.

— И что же не так с моим обращением? — насмешливо поинтересовался он, аристократично выгнув бровь. Я почему-то вдруг обратила внимание, что эта бровь, как и виски лорда, пестрит седыми волосками.

— А то вы сами не знаете. Смиритесь уже с мыслью, милорд, что вам больше не нужно за мной присматривать, для этого у меня теперь есть муж, и у него куда больше прав вмешиваться в мою жизнь, чем у вас. Сами же меня замуж отправили.

— Твой муж, пожалуй, присмотрит, такой же авантюрист, — проворчал лорд, ничуть не убежденный. — Вы вдвоем как бы не в два раз больше неприятностей доставите.

— Специфика мира и орочьего воспитания. Но это тоже уже не ваши проблемы, мы справимся и сами.

— Я вижу, как вы справляетесь, мне за вами подчищать приходится. Так что это все еще мои проблемы, как бы нам обоим не хотелось обратного. Ладно, я не о том пришел поговорить. Ремонт портала завершен, завтра вы отправляетесь обратно. Также император удовлетворил наше прошение о постройке частного межмирового портала. На улаживание всех формальностей и окончательное утверждение проекта уйдет около трех месяцев, но лучше рассчитывать на срок до полугода. Держи.

Лорд передал мне папку с документами. Самыми настоящими, бумажными. Впрочем, я уже начинаю привыкать к подобным анахронизмам. С Арейлой по-другому нельзя.

— Прочитаешь и подпишешь, — продолжил тем временем лорд Миринд. — Второй экземпляр — для леди Шелл.

— Хорошо.

Помолчали, подумали каждый о своем.

— На Арейле сейчас неспокойно, — сказал лорд после паузы. — Тебе следует быть осторожней.

— Как будто это так просто, — ворчу в ответ. Терпеть не могу пустых предупреждений. — Только не говорите, что вы тоже считаете, будто мне лучше остаться в Империи.

— Я так не считаю, хотя в чем-то твой муж, несомненно, прав.

Лорд опять сделал паузу, и я никак не могла понять, что ж он тянет? Не советы же он мне собирается давать, мы оба понимаем, что это совершенно бессмысленно. На Арейле он мне тоже ничем помочь не сможет, там все иначе, и от Раша уж точно значительно больше пользы.

Лорд Миринд ненадолго задумался о чем-то, а затем протянул мне небольшой футляр, словно бы из-под ювелирного украшения. Я с любопытством открыла, но внутри оказалось не украшение, а круглая белая капсула.

— Это что?

— Биоимплантат. Новая разработка, я решил, он тебе пригодится.

— Но кто будет делать имплантацию? Времени уже совсем не осталось.

— Я же сказал, это новая разработка. Просто проглоти его, имплантат сам интегрируется.

— А…

— Доктор Сайлен уверила, что при беременности не противопоказано.

— А что он хоть делает?

— Этот имплантат интегрируется в твои когти и позволяет вырабатывать смертельный токсин мгновенного действия или же парализующий, на выбор. Как побочное действие — служит универсальным противоядием. Если в ближайшее время снова вернешься в Империю, постарайся не светить его возможностями, я вообще-то совершаю должностное преступление, отдавая тебе секретные разработки Тайной канцелярии.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. Про должностное преступление лорд Миринд, конечно, немного преувеличивал, то есть, может, это и правда, но при его возможностях это наверняка можно объяснить необходимостью некоей тайной операции. Тем не менее такой подарок мне может очень пригодиться.

— Кроме того, я слегка изменил твой заказ, что ты запросила через портал. Вместо гражданских бластеров получишь армейские, модификация для агрессивной среды, у них более совершенная защита, но на твоем месте я бы не рассчитывал, что в условиях арейской магии они проработают долго. И… постарайся не погибнуть и не угробить детей. Империи нужны свои маги, даже если они зеленые и с клыками. У тебя двойня, так что как минимум один станет следующим герцогом Саренвилем.

— А если девочка? — поинтересовалась я, слегка ошарашенная такими откровениями.

— Его высочеству, ненаследному принцу Эрику сейчас три года, даже если твоя дочь будет похожа на крокодила… — Лорд не договорил, но тут и дураку все понятно. И вдруг подумалось, что лорд Миринд очень уж уверенно говорил о принце, так, словно вопрос почти решен, наверняка в отличие от такой бестолочи, как я, получил полный отчет у доктора Сайлен о моей беременности, вплоть до прогноза пола детей.

Лорд Миринд ушел, а я еще некоторое время пребывала в сильной задумчивости, не реагируя даже на вопросы мужа.

Следующим утром мы возвращались на Арейлу.

3

Наблюдать за тем, как прощаются Таналь и Анабель, было тяжело. И просто казалось неправильным, словно присутствуешь при чем-то интимном. Нет, они не делали ничего такого, просто сидели, обнявшись, на диванчике, молчали, смотрели друг на друга и иногда целовались. Но было во всем этом что-то такое… щемящее.

Я со вздохом отвернулась, непроизвольно нащупывая руку Раша, он понимающе мне улыбнулся и крепко прижал к себе, словно закрывая своим большим телом.

Мы сидели в гостиной и ждали провожатых от лорда Миринда. Недавно мне позвонили и сообщили, что те прибудут в течение получаса, прошло уже немного больше, но наших пылких влюбленных эта задержка только радует. Подумать только, всего неделю назад они впервые увидели друг друга, и вот уже такие чувства, между ними практически искрит.

С Таналем мне не все понятно, он вообще закрытый тип. Но вот Анабель совершенно определенно влюблена по уши. Впрочем, и с эльфом, наверное, не все так просто. Мне немного жаль их, это влияние гормонов, но мне сейчас внезапно хочется счастья для всех. Неизвестно, увидятся ли они еще когда-нибудь, и если да, то сколько лет пройдет. Эльфы долго живут, конкретно этот родился как минимум в прошлую Войну Стихий, и это на нем не особенно отразилось. Но Анабель-то человек. В общем, грустно все это, но что можно сделать, понятия не имею.

Анабель, конечно, клялась, что найдет способ попасть на Арейлу, но… это было, скорее, самоуспокоением. Туризма на Арейлу пока не существует, и появится он явно еще не скоро, попасть туда можно, только устроившись на работу в Тайную канцелярию или Исследовательский корпус, сотрудники которого работают на вновь открытых планетах или на планетах, где обнаружена разумная жизнь. Не знаю, возьмут ли Анабель на такую работу, все-таки она еще слишком молода.

Про себя я решила, что как только построим свой портал, я пошлю ей приглашение. Если она дождется, потому что займет это наверняка как минимум пару лет, и если Таналь к тому времени не забудет свое маленькое приключение, тогда у них будет шанс, в противном случае оно того просто не стоит.

Перед глазами словно наяву возникла картинка: повзрослевшая, посерьезневшая Анабель с темноволосым, большеглазым и остроухим карапузом на руках.

Я нервно тряхнула головой, с трудом подавив желание оглянуться на эту парочку. Это точно гормоны шалят, потому что пророческими способностями я никогда не обладала.

Наконец запоздавшие сопровождающие объявились, и мы, подхватив свой багаж (на восемьдесят процентов — мой), отправились в путь. Пока не на Арейлу, а всего лишь в космопорт. Еще предстояло лететь на ту самую станцию, откуда нас с девушками отправляли в первый раз.

Лететь предстояло несколько часов. И нас всех, включая даже меня, строго-настрого предупредили ни в коем случае не колдовать, не применять магических артефактов и вообще, по возможности, сидеть смирно и никуда не лезть. Предупреждению мы вняли, а попробуй тут не внять. Хотя фактически опасность представлял только Таналь, но за эту неделю он успел хорошо понять, что такое имперская техника и какое губительное воздействие оказывает на нее магия, а уж о том, что будет со всеми нами, если он во время полета нечаянно поломает космический корабль, эльф тем более имел отличное представление.

Впрочем, Таналю было совершенно не до того, чтобы устраивать диверсии, он ушел глубоко в себя и на окружающий мир реагировал крайне вяло.

Я решила его подбодрить и рассказала о своей задумке с порталом.

— И сколько это займет времени? — поинтересовался чуть оттаявший эльф.

— Зависит от многих факторов, в том числе и от финансирования, — честно призналась я. — Полтора-два года.

— Да? — Таналь выглядел все более заинтересованно, ну хорошо хоть не уныло.

— Ну, ты же понимаешь, что, если захочешь поучаствовать, твоему народу придется заключить союз с орками и некромантами, посторонних к такому выгодному проекту никто не подпустит. Придется тесно сотрудничать с орками, невзирая на общественное мнение.

— Это само собой, — согласился Таналь. — Но ради такого союза это малая плата. Ты, наверное, не понимаешь, но такой портал для Арейлы не только финансово выгодный проект, это нечто гораздо более важное. Имперцы подтолкнули наш мир к стремительному развитию, с тех пор как вы пришли на Арейлу, все государства, контактирующие с Империей, развиваются так, как этого не было за последние пятьсот лет.

— У нас происходит что-то похожее, во всяком случае, наука резко рванула вперед в попытках изобрести что-то, защищающее нашу технику от магических излучений.

Что-то мне подсказывает: до подобных открытий осталось недолго, учитывая мой амулет. Но вслух говорить я этого не стала. Не знаю, хорошо это будет в результате или плохо. С одной стороны, торговля наверняка еще расширится, а арейцы получат возможность не только пользоваться нашей техникой, но и бывать в Империи и обучаться в наших университетах. А с другой стороны, как бы кто-нибудь в верхах не решил, что выгодней завоевать теперь безопасную планету.

Впрочем, тот же Таналь наверняка понимает это не хуже меня, хотя думал он сейчас явно совсем о другом, потому что его вопрос на какой-то миг сбил меня с толку.

Вообще, как выяснилось, Таналь рассчитывал послать официальное приглашение для Анабель, но тут процесс тоже мог очень сильно затянуться, так что хорошо иметь запасной вариант.

— Думаешь, она дождется?

— Конечно! — ответила я раньше, чем успела осознать суть вопроса. Зато моя непредсказуемая интуиция успела вперед мозга. — Куда ей еще деваться? Как у эльфов, кстати, относятся к незаконнорожденным детям?

У Таналя сделалось такое интересное лицо.

Переход через портал прошел вполне штатно, если не считать неприятных ощущений от самого перехода, но это было вполне ожидаемо. А вот по ту сторону нас встретили нервные и какие-то загнанные взгляды персонала. Люди выглядели так, словно всерьез чего-то опасаются, и это тревожило. Мы ведь так и не узнали, что тут происходит, лорд Миринд, несмотря на все свои предупреждения, прояснить ситуацию не удосужился. И как это соотносится с его так называемой заботой?

К счастью, узнать новости можно было быстро, орки никуда не уехали, дожидаясь нас, и это хорошо, добираться вдвоем было слишком рискованно, а Таналь, который мог бы открыть портал, просто не знал координат. То есть он мог бы подбросить нас куда-нибудь поближе к границам степей, но, учитывая непонятную обстановку, как бы такой путь не вышел гораздо длинней и хлопотней.

Встретила нас княгиня объятиями, поцелуями и едва сдерживаемыми слезами. Представляю, как она волновалась, я сама чуть не прослезилась от избытка чувств.

Прошло много лет с тех пор, как у меня был кто-то, кто беспокоился и заботился обо мне. Со смерти мамы. Теперь у меня есть Раш и леди Найриль, и, черт возьми, я чувствую, что волновалась она не только за сына. Впрочем, ласкового приветствия удостоился даже Таналь, за компанию. И по тому, как он стушевался, было видно, что бедному эльфу тоже не часто достается столько искренней приязни от других разумных. Меньше всего он ожидал, что малознакомая орчанка начнет его тискать. Изящный эльф, от растерянности забывший сопротивляться, втиснутый в шикарный бюст княгини, выглядел уморительно, но вообще-то есть в этой ситуации что-то грустное.

Я понимаю, что его не очень любят из-за опасных глаз, хотя честно, это нелогично, любой маг — гораздо опасней, но все-таки должны же быть у Таналя близкие? Родители хотя бы или друзья. Ну, хоть кто-нибудь, кто незамысловато и бескорыстно бывает ему рад.

В любом случае друзья у него теперь есть.

Немного успокоившись и наобнимавшись, мы наконец приступили к выяснению, что же тут все-таки происходит. И новости не радовали совершенно.

Нет, никакой войны не случилось, но то, что происходило, как бы не хуже.

— Еще пока ничего не ясно, но новости со всех уголков планеты тревожные. Неизвестная болезнь поражает представителей разных рас, — рассказывала княгиня. — Болезнь скоротечная, три дня — и разумный буквально угасает. Очень редко кто выживает, ни маги, ни целители пока ничего не могут с этим поделать. Для поиска лекарства нужно время, но неизвестно, с какой скоростью и как распространяется эта болезнь. Учитывая обстоятельства, есть большая опасность эпидемии.

— Война Стихий уже давно не принимала таких форм, — заметил Таналь.

— Это порождает панику. И неизвестно, чем все может закончиться. Даже имперцы нервничают, хотя здесь пока еще не было ни одного случая заболевания.

— Вообще ни одного? — уточнила я. — Имею в виду не только у людей?

— Да, как ни странно, — подтвердила княгиня. — Из наших тоже никто не заболел, хотя из ближайшей деревни оборотней пришли не очень радостные вести, там за считаные дни не стало половины населения, и неизвестно, выживут ли остальные.

Я содрогнулась, представив масштаб проблемы. Если неизвестная болезнь вспыхивает во всех уголках планеты и с бешеной скоростью выкашивает население, а как ее лечить — непонятно, то это грозит не только эпидемией, а настоящей пандемией. Если так пойдет дальше, лорд Миринд прикажет отключить портал, а Арейлу объявят карантинной зоной, и будем мы разбираться с этим сами, пока или не вымрем, или не справимся с проблемой.

Не поспешила ли я вернуться? Может, Раш был прав и стоило остаться? Но вздорная интуиция почему-то была убеждена, что именно здесь — мое место. Бракованная она у меня какая-то, не иначе. Но еще одна странность — только вернувшись на Арейлу, я почувствовала, что мне внезапно словно стало легче дышать. Почти две недели, проведенные в Империи, на плечи давила незримая и почти неощутимая тяжесть, что-то словно тянуло из меня силы, а я этого даже и не замечала, пока не вернулась. Все это очень странно!

Таналь собрался домой, неожиданный отпуск для него слегка затянулся, и давно пора было возвращаться. Я от души обняла его на прощанье.

— Ты не пропадай, надеюсь, скоро увидимся. И знаешь что, может, и к лучшему, что Анабель пока осталась в Империи.

— Я тоже начинаю так думать, — криво ухмыльнулся Таналь, снял с шеи связку амулетов и протянул один мне. Пожал руку Рашу. — Присматривай за женой, а то она любит влипать в неприятности.

И ушел порталом.

Я вздохнула. Буду скучать и волноваться. Таналь стал хорошим другом, даже Раш это признал.

— Он справится, — успокоила меня княгиня, ободряюще погладив по плечу. — Этот эльф всегда был сильным, а сейчас стал еще сильней.

Да, это вынужденное путешествие в Империю явно пошло ему на пользу. Таналь теперь не вынужден постоянно прятать глаза и больше не выглядел этаким скромным и хрупким мальчиком-одуванчиком. В драных джинсах, темно-зеленой футболке с длинным рукавом и рисунком во всю грудь в стиле граффити с какими-то черепами и брызгами крови, а также в стильных зеркальных очках эльф выглядел как настоящий хулиган. Надо же, что с человеком… гм… разумным одежда делает. Новый образ по-прежнему ничуть не отображал его возраста, а значит, опыта, а также опасности как мага, но явно придавал некоей особой злости. А учитывая, какая Таналь первостатейная язва с многовековым опытом… не завидую я, в общем, его подданным.

Мы тоже не стали задерживаться, все товары доставили и погрузили еще до нашего прибытия, даже дополнительно заказанные мною полтонны перца и сейры (маниакальное увлечение острыми блюдами и не думало сходить на нет, и это слегка пугало), так что ждать было больше нечего. Орки легки на подъем, собрались да поехали.

Кстати, я узнала, что типа, который устроил нам это незабываемое путешествие, поймали. Это оказался наемник-некромант. Целью его были я и Раш, но в первую очередь — я. Те злополучные пирожные тоже он отравил. А вот причастен ли он к происшествию в степи, пока выяснить не удалось. В любом случае, поскольку он — подданный некромантского государства (запомнить, наконец, как называется!), что-то мне подсказывает, что Дерек из этого доморощенного киллера выжмет все, пусть и посмертно. Надо будет навестить по возвращении, узнать, что он выяснил. Заодно и Глорию проверю, да и документы ей на подпись отдам.

Итак, нас ждет длительное и, учитывая обстоятельства, весьма непростое путешествие обратно в орочьи степи. Пока, впрочем, все было в порядке. Нашлись даже некоторые забавные плюсы, например, моя острая диета внезапно была одобрена орками. На самом деле я просто на очередном привале попросила дежурного повара добавить в мою порцию немного специй, но он либо не понял, либо решил поэкспериментировать, но сыпанул в общий котел и того и другого. К счастью, хватило ума сообразить, что с незнакомыми специями надо быть аккуратней, так что получился не пожар во рту, а вышло вполне пикантно. Орки, как до этого Раш, одобрили единогласно, а для меня приятным плюсом стало, что арейские продукты с добавлением привычного вкуса стали более съедобными, а мясо — так и вовсе замечательным. А то меня здорово пугала перспектива опять сесть на вынужденную диету по возвращении, тем более что последние дни стало еще и подташнивать с утра, и что будет дальше, думать не хотелось.

Путешествие наше проходило спокойно и даже немного скучно, но, думаю, дело было в том, что мы сознательно шли по самым глухим местам, избегая любых населенных пунктов. Постоялые дворы тоже не посещали. Неизвестная болезнь стремительно распространялась по всему миру, и не ясно, каким образом происходило заражение. Никто не хотел заболеть, а тем более — привезти эту заразу домой. Хотя уверенности, что дома и без того уже не началось, совсем не было. У нас, впрочем, так никто и не заболел, что, несомненно, радовало.

А потом начались проблемы. Причем сперва они показались несущественными. На пятую ночь пути меня стали мучить странные продолжительные сны. Что снилось, я не помнила, какой-то невнятный сумбур, и можно было бы вовсе на это внимание не обратить, если бы не сильная усталость утром. На следующую ночь все повторилось, но я опять ничего не запомнила, кроме симпатичной светловолосой девочки, которая упорно пыталась мне что-то втолковать и сердито хмурилась, когда я не могла понять, чего она от меня хочет. Утром голова гудела еще сильней, чем вчера, а муж встревожился:

— Ты беспокойно спала и кричала. Кошмар приснился?

— Не помню, но это ужасно утомительно. У меня голова гудит, будто я не спала, а всю ночь учила большую энциклопедию. Вряд ли это можно списать на беременность. Может, с Ариль посоветоваться, как думаешь?

— Она боевой маг, а не целитель и не менталист. — Раш посадил меня к себе на колени и принялся осторожно массировать виски, стараясь не зацепить когтями кожу. Стало чуточку легче. — Но попробуй, обсуди с ней или с Керном, кое-что они в целительстве должны понимать, других-то магов у нас сейчас все равно нет.

Я расслабилась, чувствуя, как под пальцами Раша отступает ноющая боль в висках. Так бы и сидела весь день, но, к сожалению, это невозможно. Все уже проснулись, сейчас позавтракаем — и снова в путь.

За консультацией к своим телохранителям я все же обратилась, хотя и сомневалась немного, что нужно это делать. Скорее, уступила беспокоящемуся за меня мужу. Впрочем, учитывая ситуацию, сейчас все настороженно относились к своему здоровью и к здоровью окружающих.

Кое-что в целительстве мои телохранители все же понимали, при их работе по-другому просто нельзя. Но это в основном касалось травм, ядов и проклятий. На меня наложили несколько диагностирующих заклинаний, после чего Ариль недоуменно развела руками.

— Ты совершенно здорова, я бы даже сказала — удивительно здорова. Единственное, небольшая ментальная усталость, будто ты занималась умственным трудом. Немного отдыха — и все будет в порядке.

— В том-то и дело, что отдохнуть не получается, — пожаловалась я.

— Давай наложу на тебя заклинание глубокого сна, — предложила Ариль. — Проспишь до утра как убитая. Как правило, никаких снов, вечером отключаешься и только утром просыпаешься.

Я подумала и согласилась. Заклинание, по словам Ариль, совершенно безобидное, а выспаться хотелось. Знала бы, чем это кончится…

Несмотря на обещание магички, всю ночь мне снились натуральные кошмары. Пылающие города и разумные разных рас, словно безумные, убивающие друг друга, обезображенные трупы прямо на улицах городов, неба не видно за дымом погребальных костров и пожаров, кругом паника, разруха. К счастью, в своем сне я только наблюдала со стороны, не участвовала, но и просто смотреть было мучительно, даже учитывая, что я никаких эмоций не испытывала.

Пробуждение оказалось еще мучительней. Я с трудом открыла глаза, такое ощущение, что каждое веко весит по несколько килограммов.

— Родная, ты как? — Встревоженный Раш нависал надо мной, заглядывая в лицо. — Я не смог тебя разбудить.

— Ужасно, это была какая-то нескончаемая жуть, из которой никак не выбраться. У меня совсем нет сил. — Собственный голос показался мне тихим и жалобным.

— Встать сможешь?

— Кажется, нет. — Мне действительно было тяжело даже руками двигать. Никогда не думала, что обычные сны, пусть и кошмары, могут отнимать столько сил.

На миг мелькнула паническая мысль: а вдруг заболела?! Ведь никто не знает, как возникает эта болезнь!

Судя по испуганному взгляду Раша, он подумал о том же самом.

— Я сейчас позову Ариль, — и умчался.

Я закрыла глаза, делая несколько медленных вдохов и выдохов, успокаиваясь. Спокойно, только спокойно, рано паниковать, еще ничего не ясно.

Раш привел не только Ариль, но еще и Керна, и ученика шамана, по совместительству — моего третьего телохранителя. Эти трое устроили вокруг меня настоящий консилиум. Долго что-то колдовали, спорили. Я даже успела задремать, нервничать быстро перестала, интуиция помалкивала, а сильнейшее чувство усталости и монотонные голоса спорщиков действовали как снотворное. Хорошо хоть кошмаров всяких больше не было.

Наконец меня растолкали, чтобы сообщить вердикт.

— По всем показателям у тебя сильнейшее истощение, — сказала Ариль. — Магическое.

— Чудненько, — ворчу раздраженно, спать хотелось зверски, а меня разбудили, чтобы сообщить такую ерунду, которая вообще-то ничего не проясняет. — И откуда ж у меня магическое истощение?

— Видишь ли, мы полагаем, твоя беременность…

— Да это я сама догадалась, — перебиваю невежливо, спать хотелось все сильней, к тому же голова опять разболелась, так что долгие разговоры ни о чем совсем не радовали. — Я имею в виду, почему у меня магическое истощение?

— Организм матери и ребенка тесно связан, вы постоянно влияете друг на друга, мы считаем, что раз дети зачаты в такое время, то наверняка получили магические способности, исключений не бывает. Теоретически, пока твои дети не родятся, у вас одна магия на ваш общий организм.

— А сны-то тут при чем? — Хотя кое-какие смутные догадки у меня уже появились.

— Ну… — Ариль замялась. — Это, в общем, тоже теория… Скажи, у тебя в последнее время не было каких-нибудь предчувствий?

— Ну, были, — соглашаюсь неохотно.

— В общем… все оракулы родились в Войну Стихий.

Не было печали!

Поскольку я была в таком состоянии, что и шевелиться могла с большим трудом, меня перенесли в кибитку, и наш караван медленно двинулся дальше. Медленно, это чтобы не растрясти болящую меня, ну и на это время все женщины покинули наше средство передвижения, пересев на сансов. Вроде чтобы меня не беспокоить, но было у меня подозрение… Несмотря на то что причины моего недомогания более-менее прояснились, окружающие все еще опасались неведомой болезни.

Первую половину дня я благополучно проспала, без всяких, что характерно, снов. Впервые за эти трое суток нормально отдохнула. Сил прибавилось настолько, что можно было уже общаться с окружающими, не опасаясь отключиться посреди разговора. И я озаботилась выяснением подробностей происходящего со мной, потому что утром было откровенно не до того, но теперь я ясно чувствовала недостаток информации.

Ариль, к счастью, была твердо уверена, что это не неведомая болезнь, потому спокойно находилась рядом. Уверенность ее, как оказалось, имела веские основания, по ее словам, почти любая магичка во время беременности испытывает нечто подобное. В этом мире даже дети знают, что беременная магичка опасна, как взведенная мина. Поскольку ребенок значительно увеличивает силу, удваивая, а то и утраивая ее, колдовство происходит непредсказуемо, на эмоциях и без всяких заклинаний. Обидишь такую, а она в ответ как приложит внезапно чем-нибудь особо заковыристым и неснимаемым.

Но Ариль никогда не слышала, чтобы нечто подобное происходило с матерью без дара, да и дети в таких случаях практически никогда не бывают по-настоящему сильными магами, потому пришлось поломать голову, разбираясь, что же это такое странное со мной произошло. Ну, тут совпали два пусть и не уникальных, но редких фактора, Война Стихий и магически одаренные близнецы. Этого оказалось достаточно, чтобы наградить бесталанную меня магией на время беременности.

Да, по словам Ариль, колдовали вовсе не мои нерожденные еще детишки, а я сама, потому что на таком сроке единственное, что они могут, — это примитивно реагировать на раздражители в виде моих эмоций и желаний, выдавая магию как некие батарейки. Из этого следует вывод, что пугаться или злиться мне сейчас очень небезопасно, невозможно предсказать, чем это может обернуться. Если любая магичка способна хоть в какой-то степени контролировать подобные выбросы, то я, скорее всего, и не пойму ничего, пока не грянет.

Пока что все ограничивалось обострившейся интуицией да этими самыми снами, которые, судя по всему, были неумелой и бестолковой попыткой что-то напророчить. Ну а откуда у меня возьмется умелая и толковая, если я этого вообще не умею? В любом случае, если то, что я видела во сне, — это будущее, то оно мне категорически не нравится.

К счастью, все эти пророчества не являются непреложными, иначе и от Оракула не было бы никакой пользы. Тут, кстати, тоже все непросто. Есть Оракул, а есть оракулы, последние — это разумные с даром предвидения той или иной силы, от всяких других провидцев их отличает способность видеть причинно-следственные связи прошлого, настоящего и будущего. Это как раз и позволяет им узнать, как предотвратить нежелательное предсказание. Ну, во всяком случае, насколько им хватает сил, тут, по словам Ариль, все индивидуально. Бывает так, что от этого дара и пользы никакой. Вроде бы и знаешь какой-то эпизод из будущего, а что с ним делать — не очень понятно.

Оракул с большой буквы — это уже титул и признание силы дара. Оракул на всю планету один. И у меня была надежда, что мои дети или только один из них никогда с этим не столкнутся. Оно, конечно, огромный почет и уважение, но почему-то мне хочется, чтобы мои дети жили несколько проще.

В остальном наши с Ариль разговоры крутились вокруг того, как магички справляются с проблемами беременности, мимоходом выяснилось, что она может поделиться личным опытом и у них с Керном уже взрослый шестнадцатилетний сын, на данный момент учится в магической академии. Вот так и узнаешь о людях интересные подробности.

Еще много раз за день забегал Раш меня проведать, беспокоился, норовил то подушку поправить, то что-нибудь вкусненькое скормить, хотя с последним в походе и небогато. Мне было приятно.

— Заботливый он у тебя, — хихикала Ариль.

— Иногда даже слишком. Как бы опять не начал ходить за мной по пятам, не давая ничего делать самостоятельно. По глазам вижу: именно этого ему и хочется.

— Ничего, это пройдет, — обнадежила меня Ариль. — Сразу, как только почувствуешь себя лучше.

Не то чтобы я ей очень поверила. Раш упорный и последовательный, если уж вобьет себе что в голову, его не переубедишь. Мне действительно была приятна его забота, но я еще помню, насколько она может быть плотной. Впрочем, пока проблема не стояла остро. К вечеру я почувствовала себя хорошо, а следующие несколько ночей никакие сны меня не беспокоили.

Как только показалась на глаза своим спутникам бодрой и здоровой, орки заметно расслабились, Ариль и наш начинающий шаман, конечно, всем объяснили, что мое недомогание никакая не болезнь, а всего лишь следствие беременности, но наглядная демонстрация все-таки гораздо убедительней. И я, чувствуя возникшее напряжение, поспешила эту демонстрацию устроить, как только смогла. Пусть наш отряд в основном состоит из опытных бывалых воинов, а они к спонтанным паническим действиям не склонны, да и Раш меня в обиду не дал бы, но… все равно тревожно.

Я уроки в школе не прогуливала, а в истории Империи бывало всякое, в том числе закрытые на карантин дальние колонии. Паника заставляет творить страшные вещи. Заживо сожженные в собственных домах люди только по одному подозрению, что они больны и могут стать разносчиками заразы, — это еще не самое страшное, что там происходило. Не так давно, по меркам Империи, чуть больше полутора веков назад. И это — современное цивилизованное государство с развитой медициной. Что же может быть здесь? Хотя, возможно, на мои страхи повлияли еще и те самые сны. Пусть они были обрывочны, но происходящее там накрепко врезалось в память. Очень надеюсь, это не пророчество, потому что я понятия не имею, что делать с таким будущим. Я-то не Оракул, как исправлять такие масштабные события, не знаю.

Наконец сообразила связаться с Глорией, узнать, как у нее дела, обменяться новостями. Все-таки плохая из меня подруга, надо было это раньше сделать. Мне даже немного стыдно за собственную невнимательность, нужно срочно исправлять свою оплошность.

Глория откликнулась сразу же, стоило только взяться за связной амулет.

— Диана? Это ты? Мне говорили, ты провалилась в неисправный портал.

— Да, я. Все оказалось не так уж страшно, даже наоборот, дома побывала. А у тебя как дела?

— О, у нас тут такое творится! Но об этом лучше при личной встрече, Дерек запретил обсуждать такие вещи по связному амулету.

— Что, боится прослушки?

— Не знаю, я в этих магических тонкостях еще не слишком разобралась, но, судя по всему, это возможно. Будь осторожней, Диана.

Жаль, но действительно важными новостями обменяться не удалось, впрочем, мне все равно нужно повидать Глорию, думаю, узнать, что у них там происходит, удастся, хоть и значительно позже. У нас и без того нашлось что обсудить. Мимоходом поделилась с подругой новостью о своей беременности, она ответила тем же. Это неудивительно, наверняка Дереку тоже нужен официальный наследник в ближайшее время, к тому же в государстве некромантов вся элита — маги, зачатие и вынашивание ребенка в период Войны Стихий гарантирует, что он тоже будет магом, причем очень сильным, даже если его мать не обладает ни крупицей дара. Но когда Глория сообщила, что тоже ждет близнецов… тут я, мягко говоря, удивилась. У двоих сразу — это уже странно и крайне подозрительно.

— Не знаешь, у других тоже что-то подобное или только мы с тобой такие уникальные? — осторожно интересуюсь у Глории.

Но о других она ничего не знала, если не считать девушку, которую выбрал Гашувар, но там о детях речь не идет, потому что она погибла. Новость меня ошарашила, почему-то я была до конца уверена, что ни с одной из нас ничего не случится, такое очень нерациональное ощущение, учитывая, что я сама не раз за это время влипала в смертельно опасные неприятности. Но я-то — совсем другое дело, я всегда во что-то влипаю, без разницы, здесь или в Империи.

Особенно потрясла причина гибели, просто это было так глупо, даже обидно. Черт возьми, даже я, абсолютно не интересуясь этим вопросом, знаю: дракониды не признают официальных браков ни в каком виде, они сходятся со своими женщинами на короткий срок только для зачатия и воспитания детей в первые годы жизни. Да, Гашувар выполнил волю Оракула, но это же не значит, что он сам и весь его народ вдруг в одночасье изменили свое отношение к браку. А эта дурочка почему-то, не разбираясь в ситуации, взяла и решила, что не потерпит измен мужа. Итог: не становитесь на пути разъяренной драконицы, даже если она похожа на человека. И самое интересное, по законам драконидов, подруга Гашувара в своем праве, ведь, по их представлениям, это были не разборки с соперницей, а попытка помешать драконьей самке произвести на свет очередного детеныша, когда она к этому готова. Судя по всему, голову за такое отрывают на раз. Очень подозреваю, что даже мужчинам, вздумай они как-то возражать.

М-да.

Получается, мы с Глорией, одна погибшая. Еще могу почти наверняка сказать, что Таналь к своей официальной жене даже не прикоснулся, а у Анабель, если то, что мне привиделось, не собственная фантазия, а предсказание, близнецами не пахнет. Итого: остались еще четыре девушки, о которых мы ничего не знаем. А, пожалуй, стоило бы поинтересоваться, стоило бы иметь хоть какую-то информацию об остальных. Мы все углубились в собственные проблемы и не особенно стремимся поддерживать контакт друг с другом и делиться новостями.

В завершение разговора с Глорией я клятвенно пообещала: как только выдастся такая возможность, обязательно наведаюсь в гости или приглашу ее с мужем к нам. Но будет это не раньше чем мы вернемся обратно в орочий дворец, потому что ехать к некромантам своим ходом слишком долго, а Дерек не может открывать портал наобум.

О дальнейшем путешествии даже и рассказать нечего. Мы старательно избегали любых населенных пунктов и случайных встреч, и вокруг было настолько пусто, что возникало неприятное ощущение, будто все разумное население, кроме нас, вымерло, а мы и не заметили. То ли орки так хороши в искусстве незаметных перемещений, то ли всем было совершенно не до нас. Жутковатое чувство, если честно. В степи мы тоже не встретили ни одного кочевья, на нас даже никакие монстры нападать не пытались.

До дома добрались заметно быстрей, чем ехали в ту сторону. Только радоваться этому не получалось, в орочьем городе царила гнетущая атмосфера.

Дюжина умерших от неведомой болезни. По меркам густонаселенной Империи — капля в море. Много это или мало для не слишком многочисленного народа орков? Не знаю. Но болезнь пришла сюда, и все понимали, что эта дюжина — не последние ее жертвы.

В нашем отряде, слава всем здешним богам, по-прежнему не было ни одного заболевшего. Впрочем, никто не знал, как возникает эта загадочная болезнь. Мог слечь тот, кто ни разу не контактировал с больным, а с тем, кто контактировал плотно, наоборот, ничего не случалось. Это больше всего и пугало, нельзя было принять каких-то мер предосторожности, потому что они просто не срабатывали. А еще никто не помнил, чтобы раньше существовали болезни, одинаково опасные для всех рас планеты. Все разные, продолжительность жизни, иммунитет и даже физиология заметно отличаются. Никогда не было такого, чтобы то, чем болеют дракониды, было опасно для людей и эльфов, а то, что опасно для людей, далеко не всегда могло одолеть орка. Последние вообще практически никогда не болели ничем вирусным.

Несмотря на угнетающую атмосферу, во дворце нас встречали чуть ли не как героев, вернувшихся с войны. Князь возвышался этакой подавляющей монументальной статуей на крыльце, и, в отличие от всех остальных, на его лице не дрогнул ни один мускул. Кремень мужчина!

И только когда мы втроем оказались в его кабинете, он крепко обнял и поцеловал жену, потом стиснул в могучих объятиях сына, пару раз заехав ему по спине так, что аж эхо пошло, напоследок досталось и мне. Ощущения, признаюсь, были такими, словно на меня космический катер упал и не расплющил только чудом. Мало того что князь по габаритам значительно крупнее сына, так от него по-прежнему исходит то самое давящее ощущение огромной мощи. И если на некотором расстоянии я научилась переносить это вполне спокойно, то при близком контакте было полное ощущение неотвратимо надвигающегося на меня катка.

— Анур, осторожней, не навреди девочке, в ее положении это вредно! — предостерегла его княгиня.

Мужчина понимающе и одобрительно хмыкнул, отходя от меня подальше.

— Рассказывайте! — приказал коротко.

Ну, мы и рассказали. Все, в том числе и наши приключения в Империи.

Князь слушал внимательно, правда, вся реакция на любые новости ограничивалась заинтересованным хмыканьем, иногда — ироничной ухмылкой. Я теперь гораздо лучше понимаю, откуда у Раша эта привычка, он очень похож на отца. Интересно, с годами он станет таким же подавляющим и громадным? Вообще, до какого возраста орки растут?

До сих пор я очень мало общалась с князем, у меня на это банально не хватало времени, как, впрочем, и у него. Мы пересекались регулярно за совместными обедами, перебрасывались несколькими фразами во время случайных встреч и пару раз даже обсуждали дела. Но на самом деле отца своего мужа я практически не знаю. Вольно или невольно, кое-какие детали все же подмечала.

Он мудрый правитель для всех орков, как минимум — весьма незаурядный ум, жесткий, с чувством юмора, удивительно выдержанный для орка. При этом хладнокровным его назвать нельзя, темперамент так и кипит, в этом Раш не похож на отца, скорее, на мать.

Все это я успела заметить и раньше, не самые сложные выводы, нынешний разговор мало что дал в плане информации. Разве что подтвердил еще раз: князь искренне любит свою семью, и, кажется, я тоже незаметно вписалась в этот семейный круг. Вот уж чего не ожидала, честно говоря.

— Свой портал — это хорошо, — заметил князь по окончании нашего «доклада». — Не ожидал, что имперцы так быстро согласятся. Им выгодна монополия. Все-таки мой сын правильно жену выбрал, без тебя, девочка, никто бы с орками такое серьезное дело затевать и не подумал.

— Второй портал еще выгодней, в Империи очень востребованы товары с Арейлы, спрос настолько большой, что один портал просто не справляется с потоком, — ответила я, старательно не замечая последнюю фразу. — К тому же нельзя сказать, что Империя теряет монополию. Все обслуживание оборудования будут контролировать люди лорда Миринда.

Князь кивнул, вряд ли сказанное мной было для него такой уж новостью. Но свой портал, даже под контролем Империи, — это все равно огромное преимущество.

— Таналь тоже изъявил желание поучаствовать, — заметила я. — Думаю, союз с эльфами нам не помешает? Возможно, и торговлю удастся наладить. Не знаю, впрочем, насколько Таналь вправе принимать такие решения, но, думаю, ему не составит труда убедить своего отца.

— Этот убедит, еще вопрос, кто там на самом деле командует, — криво ухмыльнулся князь, демонстрируя длинные желтоватые клыки. — Союз с остроухими нам действительно не помешает, но вот с этим эльфом вы напрасно связались. Сын, уж ты-то знаешь!

Раш неопределенно передернул плечами, а я слегка возмутилась:

— Не понимаю, почему все так не любят Таналя? Не из-за глаз же его, в самом деле! Маги все так или иначе опасные, а шарахаются только от него.

— Характер у него мерзкий и злопамятный, — просветил меня князь. — С этим эльфом даже свои связываться давно не рискуют.

— Вот не заметила, — возражаю уперто.

Нет, серьезно, я не настолько наивна, чтобы утверждать, что Таналь — этакий мальчик-одуванчик, но ничего такого мерзкого в нем не заметила. Слишком острый язык — еще не повод. Да и в последние дни он общался с нами ровно и без завуалированных вежливостью подколок.

— Диана, Таналь действительно та еще сволочь, об этом знают все, кто имел неосторожность с ним столкнуться, — подтвердил Раш. — Всегда так было, не знаю уж, чем ты его зацепила, я-то сначала решил, что он на тебя виды имеет. Подумывал уже, как сподручней ему шею свернуть. Мало кто может похвастаться дружбой с этим эльфом.

— Великая сила — репутация, — ворчу в ответ, намеренно игнорируя замечание о несостоявшемся рукоприкладстве. — Мне показалось, с тобой он теперь тоже дружит. Да и влюбился, как все нормальные… гм… разумные.

— А ты уверена, что он на самом деле влюбился?

Я только плечами пожала. Не уверена, конечно, но разве это важно? Мне уже не раз намекали, какой Таналь опасный тип, я это в целом и сама понимала прекрасно, но оценивать его с чужих слов по-прежнему не собиралась. Для меня Таналь стал хорошим другом, и пока он не сделает чего-то, чтобы опровергнуть это, своего мнения я не изменю.

Несмотря на то что путешествие у нас выдалось долгое и утомительное, задерживаться дома надолго мы не собирались, только чтобы чуть отдохнуть и привести себя в порядок. Я рвалась побыстрее пообщаться с Глорией и узнать наконец новости. Меня уже порядком замучило любопытство, и Раш был со мной согласен.

Но просто взять и уйти в гости тоже не получилось. У Раша была куча разнообразных обязанностей, и за время нашего отсутствия дел поднакопилось изрядно. Да и мне нашлось чем заняться, надо ведь было разобраться с нашими покупками. Помимо всего прочего, я заказала изрядное количество семян, высаживать их, правда, уже слегка поздновато, можно было бы оставить и на следующий год, но у нас с княгиней возникла идея магической теплицы с поддержанием нужного климата круглый год. Керн как мастер-щитовик согласился наложить нужные заклинания. Но для начала требовалось эту самую теплицу построить. И найти того, кто захочет заниматься всем этим садоводством. Среди орков, между прочим, охотников и хищников. Земледелием у них если кто и занимается, то редкие энтузиасты-любители. Интересно, если нанять кого-нибудь со стороны, он поедет в опасные орочьи земли? И во сколько это обойдется?

Решать все эти вопросы мне приходилось лично, инициатива, как говорится, наказуема.

К счастью, все оказалось не так сложно, как я ожидала. Пришлось, конечно, побегать и поморочить голову, но в итоге один из ребят охраны, что ездили с нами, сказал, что его семья готова заняться этим за небольшую плату и часть урожая. Уже легче, но нужно еще организовать саму теплицу, а проект был ох какой масштабный. Ну, в перспективе. Я пожалела, что не догадалась заказать, помимо семян, легкие разборные теплицы или уж хотя бы только пленку, орки рукастые, рамы бы и на месте организовали. Теперь придется обходиться стеклом. На первое время было решено урезать аппетиты и довольствоваться маленьким, пробным проектом. Было пока что даже неизвестно, как имперские растения приживутся в здешней степи. Здешние инопланетные почвы могут вообще оказаться неподходящими для наших растений. Но это придется выяснять опытным путем.

Иногда в голову закрадывалась мысль: почему я вообще всем этим занимаюсь? Разве принцессам и герцогиням не положены какие-то… более благородные занятия? Впрочем, всерьез об этом думать у меня, как всегда, не было времени.

Я все еще была этаким стажером при команде княгини и, помимо моей возни с теплицами, хвостиком таскалась за ними, все больше на подхвате. Учебу пока отложили, кроме тренировок, но и те сбавили свою интенсивность, а времени все равно словно стало меньше, чем было до отъезда.

Однако я все-таки сумела выкроить время и помимо основных, так сказать, занятий разучить с дворцовым поваром несколько рецептов из антикварной поваренной книги, варварски утащенной мною из собственного поместья. Книга была натуральным раритетом, настоящая, бумажная, а не пластиковая реплика или электронный носитель.

И это хорошо, потому что лучше всего подходит под местные реалии. Там уж точно нет рецептов вроде: «Сложите все ингредиенты в пищевой комбайн в указанном для вашей модели порядке, выберите режим „суп“ и дождитесь сигнала завершения программы».

Я, между прочим, только так готовить и умею, как и подавляющее большинство имперцев. А многие не умеют и так, потому что киберповар сам все делает. Так что изучение этого раритета принесло нам обоим много разных открытий. А Нараг оказался тем еще энтузиастом-экспериментатором, пытался приспособить под наши рецепты местные продукты, получалось у него в целом неплохо, порой даже вкусно, но не каждый раз. А страдали от этого эксперимента вся княжеская семья и ближайшее окружение. Потому что я со своими неправильными вкусами никак не могла служить настоящим дегустатором. В результате смотрели на меня все очень недобро. Только князь почему-то выглядел откровенно веселым.

К Дереку и Глории мы выбрались только через неделю.

4

Ну наконец-то с самыми срочными делами мы разобрались, можно теперь и в гости отправляться. Я уж думала, от любопытства помру, даже множество дел, навалившихся на меня, не могло его приглушить окончательно.

Дерек открыл нам портал, мы шагнули в уютную гостиную, полумрак разгоняло только иллюзорное пламя большого камина. Иллюзорное, потому что от него совсем не ощущалось жара. Это все я отметила мельком, потому что как только увидела Глорию, тут же с визгом ринулась обниматься. В последние дни меня одолевают приступы повышенной эмоциональности, и в такие моменты я удивительным образом всех люблю. Да и по подруге я действительно очень сильно соскучилась. И она по мне — тоже, мы чуть не расплакались дружно.

Желание обнять еще и Дерека я мужественно сдержала, боюсь, меня могли бы неправильно понять. С последней нашей встречи он стал выглядеть гораздо лучше, поправился, посвежел, только седина на висках гуще. Ну что за жизнь у человека? Ведь и пятидесяти нет, по меркам магов, это еще молодость! Тяжела доля наследных принцев.

— Ты выглядишь значительно лучше, чем в нашу последнюю встречу, — все же заметила я.

— Вероятно, потому, что я теперь не собираюсь умирать, — иронично улыбнулся Дерек. — А вот у вас, я слышал, выдалось много приключений.

— О да! Приключений было более чем достаточно. Но и у вас, кажется, все не так просто. Обменяемся новостями?

— Непременно, — согласился Дерек.

Разговор плавно потек под легкий ужин (кажется, помимо перца я начинаю любить здешние морепродукты) все в той же уютной гостиной. Показываться на глаза кому-то из местных придворных нам с Рашем категорически не хотелось, чтобы не устраивать нудных приветственных церемоний, а так поужинали — и домой вернулись, нас здесь вроде как и не было. Что поделаешь, наследные принцы просто так поболтать друг к другу не ходят.

Как вежливые гости, мы начали рассказ о наших приключениях первыми. Точнее, рассказывал Раш, а я наворачивала вкуснятину, слушая краем уха. Несмотря на то что очень интересно, как муж воспринимает путешествие в Империю, все это я уже слышала, зато Дереку определенно было очень любопытно, особенно почему-то про музей техники. Впрочем, ему явно было интересно и все остальное, все-таки контакты Арейлы и Империи в некоторых случаях ограничены. Если арейцы у нас и бывают, то вряд ли им показывают обычную жизнь рядовых имперцев, водят по провинциальным музеям или на пляж. И уж точно их везде сопровождает охрана.

На упоминание Таналя и его внезапной любови Дерек отреагировал сдержанными усмешками, вот честное слово, если бы меня еще недавно не убеждали, какой на самом деле этот эльф злобный и нехороший, я бы даже внимания не обратила. Но тут уж вскинулась просто из чувства противоречия.

— Что, ты тоже считаешь, что Таналь — злобное зло и с ним не стоило связываться?

— Разве я что-то такое говорил? — возразил Дерек. — Но тебе не приходило в голову, что, если многие говорят одно и то же, в этом есть по крайней мере часть правды?

Я только досадливо фыркнула, жалея, что не промолчала, не нужно было вообще поднимать эту тему.

— Просто прими как данность, — продолжил Дерек. — Таналь только с друзьями, которых у него крайне мало, ведет себя корректно, все остальные отлично знают: за косой взгляд можно схлопотать весьма неприятное и неснимаемое проклятие. О причинах такого поведения можешь его сама спросить при случае, думаю, тебе Таналь ответит честно.

— Ладно, кажется, это самый разумный совет, который мне давали. А теперь ваша очередь рассказывать новости. Что все-таки удалось узнать у того незадачливого убийцы, что устроил нам отпуск в Империи?

Судя по поскучневшему лицу некроманта, новости были не из тех, которыми хочется делиться. Наверняка в любом другом случае он предпочел бы придержать информацию и разбираться во всем самостоятельно, но сейчас все это напрямую касалось и нас. И потом, я зря, что ли, жизнью рисковала, служа приманкой для потенциального убийцы?

— Это всего лишь наемник, — ответил Дерек. — Не самый умный и не самый удачливый, но неплохой маг. Ему заказали убить вас обоих или, по возможности, только Диану.

— А причина, — интересуюсь.

— Ну, ты же не думаешь, что наемному убийце будут сообщать такие вещи? Это не его дело.

— Ну мало ли, а вдруг… — пожимаю плечами. — А почему ты такой недовольный, не удалось установить заказчика?

Дерек молча поморщился.

— Он сам назвал заказчика, — оглянувшись на мужа, сообщила Глория.

— Все-таки Дэниел? — после короткой паузы догадался Раш.

Теперь понятно, почему у Дерека такое настроение, вряд ли его обрадовала новость, что сын замешан в этом деле. Возможно, до последнего надеялся, что парень ни при чем.

— А сам Дэниел что говорит по этому поводу? Может, он нас просто за что-то очень не любит, а к покушению на тебя никакого отношения не имеет?

— Ты в это веришь? — скептически хмыкнул Раш.

— Верю или нет, главное — доказательства. А доказательств по-прежнему нет, я ведь правильно понимаю?

— Дэниела тоже нет, — недовольно сообщил Дерек.

— То есть как нет?

— То есть он пропал.

— Кто-то предупредил?

— В том-то и дело, что предупредить его никто не мог. Я сам допрашивал наемника, лично отдавал приказ об аресте сына надежным людям, но, когда за ним пришли, Дэниела уже не было. И да, я их потом проверил.

— А если сам наемник предупредил, что попался, или те, кто его доставил или задержал?

— Диана, не считай меня глупее себя. Разумеется, эти версии проверялись в первую очередь. Задержали и доставили его твои телохранители, и в них я уверен, причем это абсолютно не вопрос верности, они под магической клятвой. Портал для них открывал я лично, в свой кабинет, так что видеть никто посторонний их не мог. Допрос тоже проводил лично, и это происходило быстро. Наемник никого предупредить не успел, напарника у него тоже не было. Каких-либо следящих или прослушивающих заклинаний тоже нет, как и остаточных следов.

Вариантов было немного: либо агент среди имперцев или, что уже совсем странно, орков. Еще остается прослушка переговорных амулетов.

— Разве это может делать кто-то, кроме создателя амулета? — нахмурился Раш.

Вот ничего себе! Какие, оказывается, узнаешь детали.

— А как вы вообще защищаете частную информацию в таком случае? Мало ли, попадется недобросовестный маг.

— Всякое бывает, — пожал плечами Раш. — Обычно известные производители таких амулетов дают магическую клятву. Это все знают, легко проверить.

— А те, кому сохранение конфиденциальной информации менее важно, чем цена, покупают менее надежные, но более дешевые, — подхватил Дерек. — Но свои амулеты я всегда делал сам. Проблема в том, что теоретически, если знать чужую магическую подпись, можно попробовать взломать защиту.

Ну да, а Дэниел мог знать магическую подпись отца и прослушивать его переговорные амулеты. И наши, кстати, тоже, ведь их наверняка делал Дерек, те, которые личные, по крайней мере. Но что-то меня в этой ситуации смущает.

— А вам не кажется странным, что после такого хитроумного покушения на Дерека, когда никаких прямых доказательств, Дэниел вдруг вот так напрямую, без всяких посредников, нанимает совершенно бестолкового убийцу, который не способен довести до конца несколько покушений? Он ведь действительно невезучий.

— И что ты этим хочешь сказать?

— А что, если Дэниел тебя не прослушивал? Что, если он вообще не по своей воле пропал?

— Если и так, остается вопрос, как неизвестный злоумышленник узнал о том, что Дэниелу пора так своевременно пропасть? — резонно спросила Глория.

Надо сказать, я вовсе не собиралась оправдывать парня, у меня на самом деле не было для этого никакого повода. Даже все эти нестыковки легко объяснялись тем, что Дэниел занервничал и наделал элементарных ошибок. Но было у меня какое-то подспудное ощущение, что все не так просто, наверное, опять моя интуиция. Только вот толку от этой самой интуиции? Ее, как говорится, к делу не пришьешь. Разве что как сомнительное утешение Дереку. В любом случае подозреваемый опять скрылся в неизвестном направлении. Что-то мне это все категорически не нравится.

У меня создалось стойкое ощущение, что Дерек чего-то недоговаривал и говорить явно не собирался. Опять же, мало ли, чего мне кажется. Подумала — и с сожалением решила не настаивать, возможно, нас это пока просто не касается, уж очень личные вопросы мы тут обсуждаем. Или я вообще выдаю желаемое за действительное. Так и не научилась толком разбираться, где — недавно прорезавшееся предвидение, а где — мои собственные желания и ощущения.

— В любом случае, — заметил Дерек, подводя итог, — пока не убедимся, что переговорные амулеты действительно не прослушиваются, пользуйтесь ими осторожно. И, возможно, разумнее будет купить запасные у проверенного мастера.

— Что, кстати, вовсе не гарантирует отсутствие взлома, даже если мастер действительно кристально честен, — добавила Глория.

— А что, какой-либо защиты от взлома не существует? — удивляюсь я.

— Вообще-то считалось, что взломать их невозможно, — хмыкнул Раш.

— Ну не совсем так, считалось, что индивидуальная магическая подпись является надежной защитой сама по себе. И это правда, магическая подпись — вещь индивидуальная, на то, чтобы расшифровать все нюансы, а потом их в точности сымитировать, могут понадобиться годы. И мало кто из магов, даже самых опытных, знает, что у близких родственников в некоторых случаях бывают очень схожие магические подписи. В таких условиях подделка займет куда меньше времени.

— И взломать можно не только переговорные амулеты, — добавил Раш.

— Да в принципе любое заклинание, — согласился Дерек недовольно.

— Если Дэниел действительно виноват, время на подготовку у него определенно было, — подытожил мой муж.

Больше мы к этому вопросу не возвращались, зато обсудили общую мировую ситуацию. Обменялись сведениями.

Надо сказать, обстановка складывалась тревожная. Болезнь уверенно шествовала по планете, захватывая все новые города и деревни. Непредсказуемо возникала в самых отдаленных и глухих уголках, куда даже теоретически некому было занести заразу. Целители и маги безуспешно бились над поиском лекарства или хотя бы возбудителя болезни. Результаты пока были крайне скромные, а жертв — все больше. Пока единственное, что удалось достоверно выяснить, — меньше всего подвержены риску маги. И еще было ясно, что безымянная болезнь имеет магическое происхождение.

Казалось бы, пусть и такая призрачная, но все же защита должна бы радовать. Но выходило совсем наоборот. Маги в любом государстве всегда были элитой, а теперь выяснялось, что у них, помимо прочего, еще и больше шансов выжить в надвигающейся эпидемии. И нетрудно догадаться, что к возникновению этой заразы приложил руку тоже какой-то маг. Как только эта информация станет общеизвестной, а она станет, когда заболевших будет больше, а магов среди них почти не окажется, может произойти настоящий взрыв. Страх смерти, зависть и кажущаяся несправедливость — это неслабые катализаторы народных бунтов.

Я порадовалась, что у орков с этим проблем пока нет, у них социальная разница между магами и не магами не слишком велика. Магические способности вообще редкость, да и шаманы обычно от народа не слишком оторваны.

А вот у некромантов в недалеком будущем неприятности могут быть немалые, в единственном на планете полностью человеческом государстве вообще вся элита и аристократия — исключительно маги. И в то же время у них проживает большой процент людей без каких-либо способностей. Ни у кого из других народов нет больше такого четкого разделения. У тех же эльфов и драконидов не маг вообще калека, этакое редкое врожденное уродство, все остальные имеют хоть капельку дара, что, кстати, вовсе не гарантирует им выживание. Потому что само наличие магических способностей ни от чего не спасает, просто чем больше личная сила, тем больше шансов, что она не допустит до организма никакую вредоносную гадость магического происхождения. И это не только обсуждаемой болезни касается, а вообще здоровья и долголетия. Такая вот инстинктивная защита.

— Во дворце уже умерло несколько человек, — вздохнула Глория, — и нельзя сказать, что все они были лишены дара. Я, честно говоря, боюсь. Беременность…

— Как раз благодаря беременности и ты и дети имеете какую-никакую защиту, — возражаю я. — Дети-то — будущие маги, и неслабые. У тебя еще не было проявления всяких… странностей?

Глория покачала головой:

— Дерек сказал, что такое бывает только у магичек.

— Магический потенциал матери и ребенка складывается, — подтвердил Дерек, — отсюда и неконтролируемые проявления силы. А если складывать нечего…

— Да не надейтесь, — обрадовала я обоих. — Это, может, у здешних женщин так и есть, а мы, имперки, — другое дело. Лично я уже на себе убедилась — магия детей очень даже проявляется.

— Вот как? — Дерек нахмурился и задумался.

— Кстати, подруга, давай посекретничаем о своем, о женском, а мужчины пусть пока тоже пообщаются?

Мы с Глорией отошли в сторонку. Устроившись на удобном диванчике, подруга посмотрела на меня с любопытством, явно гадая, что ж такого интересного я собираюсь сказать.

— Я тут заказала наших имперских специй большую партию, тебе небольшой гостинец на несколько килограммов привезла тоже. Видишь ли, у меня в последнее время появилось смутное подозрение, что они каким-то образом помогают защититься от этой странной болезни. Не знаю, может, иммунитет какой-нибудь вырабатывают. Во всяком случае я заметила, что из тех, кто их ел, до сих пор не заболел ни один. Но, сама понимаешь, времени прошло еще не так много, и это в основном был небольшой отряд, с которым мы ездили к порталу, и все, кто питается с княжеского стола. Но последние — это уже после нашего возвращения, так что тут вообще временной отрезок мизерный. Они и до того не болели.

— И что ты хочешь от меня? — уточнила Глория.

— Используй эти специи и понаблюдай. Если будет та же картина, надо теребить местных магов и целителей, пусть исследуют.

— Хорошо. И если это действительно поможет… скоро наша очередь отправлять караван к порталу. Что ты больше всего использовала?

— В основном красный перец и сейру.

— Сейра? Это не та пряность, что открыли на Саленшане? Что-то я о ней слышала… нет, не помню.

— Не думаю, что это сейчас важно, вспомнишь потом, — отмахнулась я. — Главное проверить, не показалось ли мне.

Не зря ж моя буйная интуиция так требовала есть эти приправы. Честно говоря, они мне уже слегка поднадоели, так что пришлось попросить повара класть их в блюда понемногу, к тому же опасалась с непривычки проблем с желудком. Но пока что все было в полном порядке. Во всех смыслах.

Свои женские темы мы с Глорией тоже обсудили. Все-таки беременность и роды в условиях здешних реалий — тема животрепещущая. Подруга постоянно находилась под присмотром дворцовых магов и целителей, так что в полной мере познала на себе все нюансы местной медицины. Я тоже по приезде добралась-таки до шаманов и целителей. Ну, что могу сказать, диагностика у них на высоте, не хуже имперской. Мне рассказали все-все о моем здоровье, сообщили пол детей, они действительно разнополые близнецы, что привело в восторг родителей Раша, и даже с точностью до дня назвали срок беременности. Со сроками, кстати, я здорово ошиблась, предполагалось, что противозачаточный имплантат проработает на Арейле какое-то время, защищенные живой плотью приборы выходят из строя не так быстро, к тому же я поначалу почти никогда не снимала антимагический амулет. Но, если судить по срокам, залетела я практически с первого раза, то есть можно предположить, что имплантат перестал функционировать чуть ли не до того, как я замуж вышла. Что интересно, у Глории практически та же история, она забеременела разве что на неделю позже меня, но это ни о чем не говорит, у нас просто наверняка разные циклы. Закралось у меня нехорошее подозрение, что на Арейлу мы уже прибыли с нерабочими имплантатами. Это, конечно, паранойя, но если вспомнить, как лорд Миринд уверенно распоряжался судьбой моей еще не рожденной дочери… Чего уж там, противозачаточные имплантаты не такой сложный прибор, они обычным медицинским оборудованием отключаются без изъятия из пациента, уж среди людей лорда Миринда наверняка имеется квалифицированный медик с подходящим дистанционным оборудованием.

Впрочем, ничего уже теперь не докажешь, да и не нужно. Хотелось бы, конечно, узнать, как обстоят дела у других девушек. Честно говоря, у меня таких возможностей почти нет, мы там, в степи, прямо как на краю света. Да никто особо с орками делиться сведениями не спешит. Так что надежда вся на Глорию и Дерека, может, еще Таналь что-нибудь полезное расскажет, но на последнее особо рассчитывать не стоит.

Если же вернуться к здешней медицине, имперской она, конечно, немного уступает, но если взять любого сильного целителя или хорошо обученного шамана, то каждый из них только на личной силе, да еще на зельях может то, что имперским врачам доступно лишь в самых передовых клиниках при наличии современного оборудования. Глория была убеждена, что с родами магически одаренных детей здешние специалисты точно справятся лучше, чем наши, и я, пожалуй, склонна была с ней согласиться. Если детишки уже на таких малых сроках выдают всякие сюрпризы, что будет потом? Да в любой имперской клинике тут же сдохнет все оборудование, и останется невезучая роженица в компании докторов, которые в большинстве своем уже давно забыли, как вообще надо работать без всей этой аппаратуры и имплантатов. Нет уж, обойдемся без таких экспериментов.

Кстати, рассказ о том, как я слегла в пути с магическим истощением и все приняли это за первые симптомы той самой болезни, Глорию здорово впечатлил. Я посоветовала чаще прислушиваться к себе на предмет всяких незнакомых магических странностей, а то ведь если ее дети — будущие сильные некроманты, как бы какое-нибудь кладбище случайно не поднялось, если она просто мимо пройдет.

Потом мы вернулись к мужчинам, поговорили еще немного на разные общие темы. Разговор коснулся и моих телохранителей, единодушно сошлись во мнении, что отказываться от их услуг еще определенно рано. Но до сих пор их нанимателем был Дерек, а Раш хотел заключить собственный контракт. Дерек, к счастью, не возражал, несмотря на то, что Ариль и Керн — ценные специалисты и его доверенные люди. Последнее, конечно, не очень хорошо, дружба дружбой, а политика — такое дело… Но Раш, очевидно, знает, что делает, в конце концов, такие вещи в этом мире неплохо регулируются с помощью магических клятв.

А я просто порадовалась, что вопрос удалось уладить так легко. Без охраны муж меня бы точно не оставил, а привыкать к кому-то еще не было совершенно никакого желания. Тем более орки в качестве телохранителей, честно говоря, не очень, это наглядно продемонстрировал тот ученик шамана, которого Раш приставил в качестве дополнения к двум магам. На фоне профессионалов парень просто затерялся. Да и находиться постоянно рядом с охраняемым объектом, при этом не мозоля глаза и не надоедая своим присутствием, он просто не умел. Тогда как Ариль практически с самого начала воспринималась как хорошая подруга, и ее присутствие рядом, скорее, развлекает, чем действует на нервы, а Керн и вовсе умеет становиться настолько незаметным, что его присутствия не чувствуешь, даже если стоит прямо у тебя за спиной.

Ну и, кроме всего прочего, два умелых мага в хозяйстве всегда пригодятся.

Вечер плавно перетекал в ночь, все, что хотели, мы обсудили, и Дерек открыл нам портал домой.

Несмотря на напряженную обстановку в мире, непойманных убийц и мою не самую простую из-за магии беременность, жизнь тем не менее легко вернулась в уже привычную, слегка даже рутинную колею. Я незаметно научилась воспринимать орочий дворец как дом, а орков приняла как своих, тех, о ком мне нужно думать и заботиться. Так и не начала чувствовать себя принцессой, но постоянная работа с княгиней и разговоры с Рашем по вечерам мягко исподволь перестроили мое мышление, появилось осознание, что и от моих решений может в какой-то степени зависеть жизнь и благополучие этого народа.

Ответственность пусть и не целиком на мне, пусть только малая ее часть. Но мне словно невзначай давали понять: уже сейчас как член правящей семьи ты что-то решаешь, влияя на жизнь простых орков, а рано или поздно неизбежно станешь княгиней. На самом деле, конечно, никаких судьбоносных решений я пока принимать не могла, все больше училась. Но тем не менее наглядно видела: некоторые мои идеи и предложения в долгосрочной перспективе действительно могут иметь большое значение для развития орков.

Завораживающее ощущение, невзирая даже на ненавистную для меня раньше ответственность за других. Чувствовать свою причастность к развитию целого народа… Есть в этом что-то такое… Разумеется, развитие началось задолго до меня, еще дед Раша затеял переход от кочевой жизни полудиких разрозненных племен к оседлости и цивилизованной торговле с соседями вместо бандитских набегов. Но процесс этот все еще активно идет, и я имею возможность в нем поучаствовать.

Наверное, такому быстрому принятию чужих, казалось бы, проблем и чужой культуры поспособствовало то, что орки тоже приняли меня легко. Орки расизмом и ксенофобией никогда не страдали, не раз и не два вливалась чужая кровь в их народ через привезенных из набегов женщин или когда погибало слишком много мужчин и орочьи женщины были вынуждены рожать детей от мужчин других рас. Порой сильно меняясь внешне, орки тем не менее продолжали жить. Так что никто ни разу не дал мне понять, что я здесь чужая, наоборот, все вокруг были непоколебимо уверены: я заняла место в княжеской семье по праву, а уж раз так Оракул велел, так тем более. Оркам подобное положение вещей было ясно с самого начала. И только мне самой нужно было это принять и разумом и сердцем.

Вот и приняла, незаметно для самой себя осознала: здесь теперь мой дом и моя семья. Это не стало каким-то озарением, просто задумавшись однажды, когда выдалось немного свободного времени, осознала — вот так все теперь и обстоит.

С Рашем у нас тоже было все в порядке, настолько, что порой это казалось мне чем-то нереальным. Как я уже не раз говорила, бурной страсти между нами не случилось, и вряд ли она уже когда-нибудь будет, вместо нее был какой-то удивительно теплый уют, когда, возвращаясь после тяжелого дня домой, устраиваешься у камина в объятиях мужа, слушаешь, как он низким голосом мурлычет что-то незамысловатое над ухом, привычно уткнувшись носом в волосы, и, кажется, вот оно, счастье, больше ничего не надо. И пошел весь мир с его проблемами к черту! Или когда в постели, остывая после горячих любовных ласк, лениво обводишь кончиками пальцев рельефы твердых, как валуны, мышц, а он довольно щурит желтые, как у кота, глаза, с урчащим смешком ловит мои пальцы, и вдруг с внезапной нежностью понимаешь, какой он на самом деле красивый, куда там всяким эльфам и популярным актерам! А бывает, что после очередного тяжелого дня уматываешься, сил нет даже двигаться, и тогда муж бережно берет на руки, относит в ванну, помогая смыть усталость, кормит чуть ли не с ложечки, а затем укладывает в постель, обнимает и начинает рассказывать что-то негромко. Так и засыпаешь под привычный рокот родного голоса где-то над головой.

Мы даже не ссорились больше с того первого раза на свадьбе. Во-первых, на это, как правило, не было сил и времени, а во-вторых, и повода особо не находилось. Спорили, конечно, куда ж без этого, мы слишком разные, и у каждого — свое мнение, порой не совпадающее с мнением другого. К тому же у меня начались перепады настроения и глупые обиды чуть ли не на пустом месте, но Раш все это переносил стоически. Морщился только иногда, пару раз даже хлопнул дверью, оставляя меня лелеять свои придуманные обиды. Потом, правда, всегда возвращался часа через два-три, уже совершенно спокойный. Я к тому времени тоже успевала пообижаться, осознать, какая это, в сущности, глупость, успокоиться и даже иногда пожалеть о своей горячности, так что для примирения нам обычно хватало поцелуя и пары ласковых слов.

Однажды я узнала, как Раш сбрасывает напряжение после очередного моего закидона, и прониклась уважением к его выдержке. Нервы муж лечил на тренировочной площадке, безжалостно гоняя других воинов, так что пух и перья летели. Парни скрипели зубами и терпели эти издевательства, наверняка про себя проклиная меня на чем свет стоит. Действовал Раш жестко, иногда даже жестоко, не обходилось иной раз без серьезных травм. Тем удивительней, что на мне ни разу не сорвался, даже не наорал.

Можно было бы решить, что это мне такой уникальный муж достался, но я сильно подозреваю, что с учетом здешних боевых женщин любой мужчина учится не устраивать семейных сцен.

Позже я узнала у леди Найриль, что по сравнению с беременными орчанками я отличаюсь здравомыслием и редкой отходчивостью. Это что ж они тогда вытворяют, если я — образец здравомыслия?

Княгиня только смеялась, вспоминая, как она сама, беременная Рашем, устроила мужу феерический скандал на весь дворец, когда решила вдруг, что он завел себе любовницу. Любовницы не было, но скандал этот потом еще долго все помнили.

К счастью, помимо излишнего авантюризма, я особой эмоциональностью не отличаюсь. Так что поводов для серьезных ссор у нас действительно не было.

— Да мне с тобой вообще сказочно повезло, — смеясь, заверял Раш.

— Конечно!

Но, разумеется, это затишье, учитывая ситуацию, просто не могло длиться долго. Напряжение нарастало, что-нибудь обязательно должно было случиться.

Оно и случилось. Совсем не то, чего ожидали. Логично было бы ждать массовой вспышки заболеваемости, чего до сих пор, как ни странно, не происходило. Разумные болели по всему миру, но это каждый раз были единичные случаи, не затрагивающие окружающих. Ждали также беспорядков и бунтов, собственно, кое-где уже вспыхивали народные волнения, но орков эти проблемы пока миновали.

И вот тебе новость — красные орки объявили войну зеленым! В первый момент это показалось нелепой шуткой. Какая война?! Даже я уже знаю, что в период Войны Стихий объявляется тотальное перемирие даже между непримиримыми врагами, а того, кто эту традицию нарушит, просто уничтожат, чтобы не усложнял и без того опасную обстановку.

Собственно, орки вообще практически не воюют. Два кочевых племени могут сцепиться друг с другом, иногда это выливается в массовую драку, в которой участвуют даже женщины и дети, благо оружием владеют практически все. Погибшие в таких случаях бывают, скорее, случайными, обычно цель — как следует отметелить неприятеля, ну и забрать какую-то часть имущества в качестве трофеев, а не убить. Бывало, одно племя полностью вырезало мужчин другого, забирая в плен женщин и детей младше десяти лет. Но даже в таких случаях это были конфликты мелких племен, а никак не война. Тем более что это далеко не всегда происходило между красными и зелеными, орки, при случае, и сородичей режут. Резали. По словам князя, уже лет тридцать ничего подобного не происходило, а на массовые драки никто никогда внимания не обращал. Орки подраться любят, а это было чем-то вроде командной дуэли и всегда проводилось по неким традициям.

И что нашло на князя красных? Он с ума сошел, затевая войну сейчас?

Так и спросила на семейном совете. Дело в том, что весть об объявлении войны красными доставил курьер, и мы тут же собрались это обсудить.

Отец Раша только плечами недовольно пожал.

— А повод-то хоть какой? — не отставала я.

Теперь уже плечами пожали все.

— Шагара вполне могло одолеть старческое слабоумие, — предположил Раш.

— Не настолько он еще стар, — возразил князь. — Да и не позволил бы никто слабоумному князю принимать такие решения. Бесполезно гадать. Вот что, сын, собирай ополчение.

— Хорошо. Но дальше что? Это у нас есть город, на который можно напасть, а красные все по степи разбрелись. Вылавливать мелкие кочевья по одному?

— Они, может, и не знают, что война началась, а если и знают, то не все горят желанием воевать, — заметила я. — Традиции-то все помнят. Мне вот интересно, что победит: самоубийственный, по сути, приказ князя или здравый смысл и устоявшиеся традиции?

— Хороший вопрос, — хмыкнул Раш. — Гоняться за мелкими племенами по степи — бесполезное занятие, только силы распылять.

— Поэтому ни за кем мы гоняться не будем, — прервал наши рассуждения князь. — Ты сам сказал, сын: у нас есть город, на который удобно напасть, вот и подождем.

Мы дружно, даже княгиня, удивленно уставились на князя.

— Э-э-э… интересный план, — говорю осторожно. — А ничего, что мы будем только обороняться?

— А мы не будем только обороняться, потому что Раш возьмет свой отряд и поедет вызывать Шагара на поединок. Князь красных — хороший воин, но он уже стар, так что я верю, сын: ты выиграешь поединок. Шагар не сможет отказаться, если он, конечно, в своем уме и еще способен держать оружие в руках.

— Это что получается? Если Раш победит, то станет князем красных? А Ашамель?

— Ашамель женщина, она в любом случае не может претендовать на престол. Мог бы ее ребенок, но княжна, насколько я знаю, еще не замужем, — объяснила княгиня.

— Так выйдет рано или поздно. Какие ее годы.

— Ну вот, когда выйдет, родит ребенка, при условии, что это будет мальчик, вырастит его, тогда он и будет иметь права бросить Рашу вызов и получить княжеский престол. Если выиграет.

В общем, план князя был принят единогласно. Раш занялся сбором ополчения и подготовкой к предстоящему поединку. Если честно, я ужасно нервничала, очень не хотелось отпускать мужа, все это выглядело настоящей авантюрой, а оказывается, когда в такие дела ввязывается кто-то близкий, это вовсе не то же самое, что участвовать самой. Я знала, что князь стар, да и Раш был полностью уверен в победе, я знала, что, если он объявит о поединке, ему не будут препятствовать и как-то задерживать… но все равно беспокоилась. А вдруг что-то случится по дороге? А вдруг князь красных плюнет на все традиции священных поединков и просто прикажет напасть на Раша еще в пути? Ведь как минимум одну традицию он уже нарушил, а где раз, там и следующий не за горами.

Я успела напридумывать множество разнообразных ужасов, но старалась держать себя в руках и не хватать мужа за руки с воплями: «Не пущу!» В день его отъезда едва не сорвалась, не знаю даже, каких усилий мне стоило не вцепиться в него мертвой хваткой, не давая сдвинуться с места.

— Будь осторожней, хорошо? — поцеловала и буквально силой заставила себя отцепиться от его руки.

— Все будет в порядке, не бойся, — пообещал Раш, легко меня приобнимая. — Я скоро вернусь.

Вскочил на санса, махнул своему отряду, и они, вытянувшись в длинную колонну, устремились прочь. Я еще долго стояла на крыльце, смотря в спину всадникам, удаляющимся по длинной прямой улице города.

Может, конечно, и неправильно поступила, но, понервничав пару дней после отъезда Раша, тайком от всех связалась с Дереком. Я, разумеется, не рассчитывала, что он тут же соберет армию и ринется воевать за нас, как минимум Дерек вряд ли имеет право решать такие вопросы единолично. Это если еще забыть о том, что любая война, по нынешним временам, может грозить такими последствиями, что ввязываться в нее даже ради самой крепкой дружбы станет только самый последний безумный самоубийца. Просить ни о чем таком я и не собиралась, мне нужны были совет и помощь в частном порядке.

Я в общем-то прекрасно понимала, почему князь даже не пытался обратиться к союзникам за поддержкой. Надеялся решить все быстро и по возможности тихо, пока это еще не вышло за пределы степи. Если весь остальной мир узнает, что дикие орки развязали войну, нарушив древнюю традицию всеобщего перемирия, давно возведенную чуть ли не в непреложный закон, вряд ли будут разбираться, кто прав, кто виноват и кто первый начал. Как бы нас всех хором не зачистили, чтобы не нагнетали ситуацию, когда мир и так фактически на грани взрыва. На Арейле давно привыкли решать такие вопросы радикально и без всяких сожалений.

Тем не менее, зная все это, я решила рискнуть. Для Дерека дружба не пустое слово, к тому же он — человек уравновешенный и несклонный к импульсивным поступкам и поспешным решениям. Можно рассчитывать, что он выслушает и сохранит все в секрете.

А муж мне слишком дорог, чтобы сидеть и ждать развязки в надежде: «авось обойдется».

Сообщать что-то важное по переговорному артефакту, который теоретически могут подслушать, — это все равно что завопить на весь мир: «А тут у нас война!» Пришлось напрашиваться в гости. Благо для Дерека открыть портал — пара пустяков.

Выслушал он меня внимательно.

— Надеюсь, ты больше никому не догадалась этого рассказать?

— Ну что ж я, совсем без мозгов? Кроме того, кому мне рассказывать? За помощью я могу обратиться только к тебе и Таналю. Но Таналь вместе со своими эльфами далеко, вряд ли он может помочь чем-то, кроме совета.

— Если действовать официально, я тоже мало что могу, — заметил Дерек. — Как ты, должно быть, понимаешь, только хуже получится.

— Да понятно, я как раз рассчитывала на помощь в частном порядке. Понимаешь, очень уж за мужа беспокоюсь, предчувствия у меня… и эти предчувствия подсказывают: даже если попытаюсь объяснить что-то князю и он поверит и предпримет меры, этого будет недостаточно. А время уйдет. Короче, делать надо что-то прямо сейчас, а я ничего толком и не могу!

Дерек кивнул, принимая мои объяснения, и надолго задумался.

— Я могу послать воинский отряд и несколько опытных некромантов. Проблема в данном случае только одна: куда?

— То есть?

— Диана, если послать отряд куда-нибудь в степь, они могут там бродить год, так и не найдя Раша. Я могу открыть портал только в княжеский дворец, потому что других координат у меня нет. Возможно, они успеют догнать твоего мужа. Если только князь позволит, а он не выпустит моих людей, пока во всем не разберется, или вовсе запретит вмешиваться во внутренние дела своего государства.

Я вынуждена была согласиться. Нет, в конечном итоге мне удалось бы объяснить родителям Раша про свои предчувствия. Но это все равно отняло бы время, и кто знает, не опоздаю ли я? К тому же Дерек таким бесцеремонным вмешательством, пусть и по моей просьбе, мог бы сильно испортить дипломатические отношения с орками. Мало ли, что они с Рашем друзья, политика — это совсем другое.

— Значит, портал надо открывать сразу к Рашу, — сделала я вывод. — Это вообще возможно?

Я прикинула, что если Дерек ответит отрицательно, то я немедленно отправлюсь разговаривать с князем. Он, конечно, рассердится и, вероятно, упрется, но чем дальше, тем больше крепла моя уверенность: пара магов-некромантов для Раша может оказаться жизненно необходимой.

— Людям такое умение недоступно, — ответил Дерек на мой вопрос.

— А кому доступно?

— Предвижу большое количество проблем после этого разговора, — вздохнул некромант, тем не менее информацию выдал: — Дракониды способны снять координаты места, где они никогда не были, с чужого разума. Но нам это, очевидно, не подходит. Эльфы могут открыть портал к разумному, к которому хоть раз прикоснулись, однако не всегда и не ко всем, поскольку это расовое умение и весьма оберегаемое, мало кто знает, как оно работает на самом деле.

— Эльфы? Все?

— Так и знал, что ты за это ухватишься, но стоит ли рисковать?

Я на это только фыркнула. Ни в чем я не была уверена. Но внутри будто часы тикали, подгоняя: «Быстрей-быстрей!» И я готова была рисковать, даже понимая, что своими действиями могу угробить всех орков. Так уж получается, что муж мне дороже. Главное теперь действительно всех не угробить, что-то мне подсказывает: Раш не примет спасение своей жизни такой ценой.

— Как скоро ты сможешь отправить людей, если я договорюсь с Таналем?

— Минимум четыре часа, — ответил Дерек. — И это, поверь, фантастически быстро. Людям надо подготовиться.

— Это действительно невероятно быстро. Спасибо.

Разговор с Таналем я откладывать не стала, тут же достав переговорный амулет, который он дал мне на прощанье. И ходить вокруг да около не стала. Насколько я успела понять этого эльфа, ему как раз во мне и нравилось то, что я не развожу вокруг него всяческих игр и интриг.

— Привет, Таналь, — сказала я, как только он ответил на вызов. — Ты сейчас можешь говорить? Мне очень нужна твоя помощь.

— Сейчас приду, — просто ответил он. И прежде чем я успела возразить, в небольшой гостиной, где мы разговаривали с Дереком, что-то громко затрещало, а затем ослепительно сверкнуло.

Когда я проморгалась, обнаружила посреди комнаты Таналя, сердито приглаживающего стоящие дыбом волосы.

— Диана, — сказал он раздраженно, — могла бы и предупредить, что ты не дома. Мне пришлось продираться через здешнюю защиту.

— Когда бы я успела? И потом, я понятия не имела, что такая защита вообще существует.

— Разумеется, существует, — ответил мне Дерек, в первый момент выражение лица у него было ошарашенное, но сейчас он быстро взял себя в руки. — Иначе все, кто умеет создавать порталы, шлялись бы по чужим королевским дворцам и засылали своих шпионов. А не умеют этого только орки и гномы. Добрый вечер, ваше высочество, — это уже Таналю. — Несмотря на столь необычное появление, рад приветствовать. Присаживайтесь, я прикажу слугам подать вино. И отменю тревогу.

— Добрый вечер. Прошу прощения за невольное вторжение. Я полагал, что помощь необходима немедленно, — ответил эльф чуть прохладно. Извиняться он явно не любил, но тут действительно вышло некрасиво.

И кто-то еще будет мне доказывать, какой Таналь плохой и злой? Да если даже и так, одно я вижу ясно: друзей он в беде не бросает. А если с врагами и обидчиками жесток, так это их личные проблемы. Чего уж, сама не без греха, хорошо знаю, что такое — зло отомстить за обиду.

— Не то чтобы немедленно, — признаю. — Но, в общем, действительно нужна. И это, наверное, мне стоило бы извиниться. Простите, что создала столько проблем. Но вы двое — единственные на этой планете, кому я доверяю, чтобы обратиться за помощью.

Оба тут же заверили, что нисколько не сердятся и рады помочь. Ну и славно.

Таналя я ввела в курс дела быстро, и ему даже не пришлось объяснять про мои предчувствия и про то, что это всерьез, а не обострившаяся мнительность на фоне беременности. Он, на удивление, даже не пытался подвергать мои слова никаким сомнениям.

С Дереком эльф держался с этакой холодноватой вежливостью, и тот отвечал тем же. Но попыток рассориться не предпринимали, работать друг с другом не отказывались, а остальное меня, признаться, мало волновало. Ничего, переживут как-нибудь. И, может быть, даже избавятся от своих глупых предрассудков.

В любом случае Таналь помочь согласился и даже не отказался от предложенной Дереком магической поддержки, он силен, чтобы открыть портал для целого отряда в одиночку, но сейчас неплохо выложился. Ну неудивительно, если он ухитрился почти без последствий продраться через дворцовый охранный барьер, который, надо полагать, мощный. К тому же он предупредил, чтобы впредь я на подобную помощь не очень рассчитывала, не потому что Таналю трудно ее оказать, но он не хватается руками за всех своих знакомых, а если бы даже и так, то порталы все равно может открыть не ко всем, это не так работает.

Я пришла к выводу, что наверняка это какие-то неопределимые другими расами маячки, которые ставятся на объект при тактильном контакте. Это объясняло, почему он мог открывать портал не для всех, в конце концов, нерационально лепить маячки на каждого, с кем хоть раз в жизни за руку поздороваешься. Забавно, что на Раша он маячок все же поставил. Со мной-то вопросов нет, но на этом вполне мог бы и ограничиться. К счастью, Таналь оказался предусмотрительным.

Пока люди Дерека экстренно готовились к внезапному походу, мы ждали, неторопливо беседуя. Мне бы, конечно, следовало вернуться домой, пока не хватились, я ведь сбежала, никого не предупредив, даже телохранителей. Но я просто не могла сейчас уйти, не дождавшись хоть какой-то определенности. Изведусь же вся от неизвестности. Я бы и в портал вместе с людьми Дерека пошла, чтобы все лично Рашу объяснить, но тут уж мне категорично заявили, что никуда не отпустят. Причем заявили единодушно. Еще и обругали за авантюризм. Пришлось записку сочинять.

Еще я поначалу слегка опасалась оставлять этих двоих наедине, скоро, впрочем, поняла, что совершенно напрасно. Все-таки оба не кто-нибудь, а принцы, будущие правители… Вряд ли кто-то из них позволил бы себе ссору из-за пустяков. К тому же мне показалось, что Таналь своим внезапным и стремительным откликом на мою просьбу о помощи произвел на Дерека впечатление. Все-таки в этом мире честь, верность долгу и верность дружбе ценятся значительно больше, чем выгода. В Империи такие вещи даже большинство потомственных аристократов рассматривают по большей части с точки зрения репутационных бонусов.

Так или иначе, Дерек с Таналем общались вполне мирно, я служила между ними этаким буфером, сглаживая острые углы, и к концу этих немного напряженных четырех часов они уже увлеченно обсуждали какие-то свои магические штучки, настолько специфические, что я уже очень скоро напрочь выпала из беседы.

А потом наши посиделки слегка разбавила Глория, обнаружившая, что на ночь глядя муж шляется неизвестно где вместо того, чтобы пребывать в супружеской постели. Все-таки хорошо, что с нами был Таналь, потому что останься мы с Дереком наедине — и не знаю, как бы я объяснила подруге, почему заперлась с ее мужем в этой гостиной. Некрасиво могло бы выйти.

Глория и Таналь отреагировали друг на друга крайне сдержанно, что устроило всех присутствующих.

Наконец явился слуга, сообщив, что отряд закончил сборы и уже прибыли оба мага, которых Дерек к ним прикомандировал. Мы дружно отправились на плац, где маг раздал указания, вручил командиру мою записку, и Таналь открыл портал.

Дерек поймал меня буквально за шкирку, не позволяя сунуться следом, клятвенно пообещал контролировать все лично и что Раш со мной свяжется как только, так сразу, а потом буквально силком выставил домой. Где я и угодила прямехонько в руки очень сердитой Ариль. Но такие мелочи меня уже не волновали, вместе с внезапным чувством облегчения навалилась вдруг и небывалая усталость, так что под сердитое ворчание своей телохранительницы я уснула чуть ли не стоя.

5

На следующий день Ариль экспрессивно отругала меня за безответственный побег из-под надзора телохранителей. К счастью, никому больше она о моем внезапном исчезновении не сказала, но ситуацию это все равно не слишком улучшило. Не объяснять же ей, что для решения некоторых проблем приходится идти на риск, тем более сейчас он был минимален. У меня почему-то стойкое ощущение, что Ариль подобных аргументов не поймет.

В любом случае опека моих телохранителей стала несколько более навязчивой, чем обычно. Как правило, они делали это гораздо более деликатно, и я порой даже на время забывала, что рядом со мной почти неотлучно находятся посторонние люди. Особенно Керн великолепно умеет становиться невидимкой, у него в этом определенно талант. Но сейчас я просто кожей ощущала, что за мной постоянно наблюдают и кто-то из них двоих время от времени попадался на глаза, не слишком часто, но достаточно, чтобы служить постоянным напоминанием.

Я понимала, что это — своего рода наказание за то, что сбежала, никого не предупредив, однако поделать ничего не могла. Оставалось только ждать, когда мои телохранители немного успокоятся и все вернется на свои места.

К сожалению, это не так-то просто. Вестей от Раша по-прежнему нет, Дерек и Таналь тоже молчат, я нервничаю, а тут еще и подобные демонстрации. Слабо утешал тот факт, что теперь это никакие не предчувствия и предсказания, а самые обычные нервы, я переживала за мужа и мучилась неизвестностью, отчего все время была на взводе. Прошло уже два дня с тех пор, как мы отправили отряд Дерека, Рашу должны были передать безопасный переговорный амулет, но выходить на связь он не спешил. Я предполагала, что муж злится из-за моей самодеятельности и потому не хочет разговаривать со мной, чтобы не затеять ссору. Но лучше бы он на меня накричал, честное слово, зато знала бы, что живой и здоровый!

И вот наконец к вечеру третьего дня — долгожданный звонок. Я к тому времени уже готова была, плюнув на все, сама вызванивать мужа, да еще наорать на него за то, что так бессовестно треплет мне нервы. И только опасение влезть со своими претензиями в самый неподходящий момент еще служило единственным, но уже очень слабым сдерживающим фактором. Так что Раш вовремя объявился, это спасло его от большого скандала.

— Почему так долго?! — не удержавшись, выдала я вместо приветствия.

— Не до того было, — вздохнул Раш, — Диана…

— Ругать за самодеятельность потом будешь, когда вернешься целым и невредимым, — слегка сбавив обороты, но все еще на взводе оборвала я зарождающуюся нотацию.

— Договорились, мы еще поговорим о твоих авантюрах, — хмыкнул Раш. — Но вообще… спасибо.

— Пригодилось? — уточняю, обмирая от запоздалого страха. Даже думать не хочется, что было бы, промедли я еще день-другой или вовсе не рискни сделать по-своему.

— Еще как, особенно маги.

— Так что случилось все-таки, вы до цели добрались?

— Нет еще пока, примерное место, где обычно находится княжеское стойбище, известно, но придется поискать. К тому же мы непредвиденно задержались.

Судя по голосу и спокойному тону, ничего действительно страшного пока не случилось, но эти недомолвки начинали меня здорово бесить. Ужасно не люблю ситуации, когда приходится смирно сидеть дома и ждать новостей, не имея никакой возможности прямо повлиять на происходящее. У меня тут же возникает отвратительное чувство беспомощности и ненужности, которое в свою очередь толкает на необдуманные поступки. Ужасно, когда от тебя почти ничего не зависит. И если прежде, когда я была одна, всегда старалась брать решение проблемы в свои руки (в конце концов, кто позаботится обо мне любимой лучше?), то что делать, когда муж где-то там, а я тут и все, что могла, уже, кажется, сделала?..

— Раш, если ты сейчас же нормально не объяснишь, что там у тебя происходит, я начну нервничать. И… тебе же хуже.

— Не надо, тебе вредно. Я расскажу. Если коротко, ночью напала стая умертвий, отбились. Никто не погиб и даже тяжелораненых нет. Без магов все закончилось бы хуже, мы умеем отбиваться от всякого степного зверья, но не когда оно уже дохлое и на смертельные раны не реагирует.

— Откуда у красных умертвия?! — изумляюсь я. Нехорошо это пахнет, мертвому зверью про священный поединок не объяснишь, таких тонкостей они даже живыми не понимают.

— Вот и мне интересно откуда, — задумчиво сказал муж. — Среди нас никогда не было настолько сильных некромантов, шаманы все больше с духами…

— Может, полукровка?

— Может. Вопрос — кто его учил? Ладно, разберемся, лучше расскажи, как у тебя дела.

— Да какие тут дела? Все то же, что было, когда ты уезжал, учусь, работаю, — отчиталась я. — На город пока никто нападать не собирается, но ополчение уже почти собралось. Родители твои о моей самодеятельности пока не знают, князю сейчас не до того. Но даже представить боюсь, что будет, когда узнают.

— Я тебе скажу, что отец разозлится. Диана, ты хоть представляешь, чем мы все рискуем, если об этой войне станет известно раньше, чем получится все уладить?

— Все я понимаю. А делать было что?! Раш, я чувствовала реальную опасность для тебя. Ты хоть сам понимаешь, что красивого жеста с честным поединком уже не получится? Для этого надо до князя красных живым добраться.

Раш в ответ только вздохнул. Оба мы все прекрасно понимали, да и поздно теперь уже ругаться. Я рискнула и выиграла, предчувствия меня не обманули, и друзья у нас оказались настоящими друзьями, на которых можно положиться, невзирая на то, что оба еще и политики. А ошиблась бы — и вместо того, чтобы спасти мужа, угробила бы весь орочий народ. И никого бы не волновало, что пока мифическая война существует только на словах и, может быть, таковой и останется.

— Ладно, — сдался Раш, — но я тебя прошу: не встревай больше ни в какие авантюры.

— Если меня не вынудят к этому обстоятельства, не буду, — пообещала честно.

На это муж только снова устало вздохнул.

— Заканчивай лучше поскорей со всем этим и возвращайся, — меняю я тему. — Желательно — целым и невредимым. Я соскучилась.

— Я тоже.

На этом и попрощались.

Нельзя сказать, что этот разговор меня особенно успокоил, но определенно стало легче. Раш цел и невредим, у него есть необходимая магическая поддержка, но опасность еще не миновала. Тем не менее я сделала что могла.

Уверившись в моей исключительно покладистости, перестали давить на совесть и нервы телохранители. Приказывать я им не могла, а если нажаловаться Рашу, их нынешнему нанимателю, что сбежала из-под надзора на несколько часов, а теперь меня пасут, так что скрыться от назойливого внимания можно только в собственных покоях, то муж, чего доброго, такие методы еще и одобрит.

Но, честно, еще чуть-чуть — и я сбежала бы снова. Нельзя же так трепать нервы беременной женщине в конце концов! Хотя чего уж там, я и в обычном состоянии быстро вышла бы из себя, терпеть не могу, когда на меня давят. В любом случае я уже всерьез начала обдумывать, как бы уговорить Таналя украсть меня дней так на пару. Если уж в некромантский дворец он проник через защиту без особых проблем, тот тут и подавно справится. Дерека, который, кстати, имел гостевой доступ, я даже не рассматривала как помощника в этом деле. Он прежде всего друг Раша, сдаст из лучших побуждений. И на него даже злиться за это будет нельзя, потому как действительно для моего же блага.

К счастью, все эти планы остались только планами. Впрочем, уже на следующий день у меня образовались куда более серьезные проблемы, чем назойливое внимание телохранителей. Если мне Раш рассказал только самое основное, чтобы лишний раз не волновалась, то отцу он доложился по полной и о моей авантюре, конечно, промолчать никак не мог. Я ему это обязательно припомню! Ох, что было!

Я заранее понимала, что князь разозлится, но подготовиться к этому морально просто не получилось.

Нет, он не ругался и даже не особенно кричал, но гнев его ощущался прямо-таки физически, буквально пригибая к земле.

— Да ты понимаешь, глупая девчонка, что едва не погубила всех нас?! — грохотал князь так, что от этого звука все внутренности вздрагивали. — Кто тебе позволил лезть не в свое дело и чужаков впутывать?! Эльф этот твой… Стоило ему слово сказать где не надо, вся степь в крови утонет!

Где-то я это уже слышала. Нет, ну что они меня все за дуру-то держат? Сначала — Дерек и Раш, теперь вот еще и князь чуть ли не слово в слово.

И кто виноват, что пришлось к Таналю обращаться в конце-то концов? Если бы я была уверена, что быстро уговорю князя, то могла бы обойтись только помощью Дерека. Хотя мне, наверное, и за это прилетело бы. А почему, кстати, я была уверена, что быстро уговорить не получится, даже не попробовав?

Я намеренно ушла в свои мысли, отвлекаясь от гневных нотаций, оправдываться нет никакого желания, так зачем вообще слушать? Но вот незримое давление силы никуда не делось, так что через какое-то время я начала чувствовать себя не очень хорошо. И даже экранирующий амулет не очень-то помогал, он вообще-то только против магов правильно работает. Хорошо хоть разговор этот проходил в кабинете, а не в тронном зале. Здесь удобные стулья, можно откинуться на спинку и прикрыть глаза.

Я устало потерла виски, от гневного равномерного рокота князя начинала болеть голова. Когда это уже кончится?

— Так и будешь молчать?! — грохнул князь.

Я вздрогнула.

— Анур, прекрати давить на девочку, — вмешалась молчавшая до сих пор княгиня. — Ей уже нехорошо, ты можешь навредить детям.

— Ему собственного сына не жалко, куда уж нерожденных еще внуков, — выдала я, прежде чем успела подумать. Так, ходу отсюда. — Прошу прощения, мне и впрямь нехорошо, пойду в свою комнату.

И сбежала. А потом связалась с Таналем.

— Привет. Можно у тебя погостить пару дней?

— Вот так сразу? — насмешливо поинтересовался Таналь. — Что, князь узнал о твоих художествах, боишься санкций?

— Угу. Нужно переждать. Так что, спасешь меня?

— Подожди минуту. Сейчас портал открою.

Пока разговаривала, накидала в свой старый рюкзак несколько самых необходимых вещей, так что в открытый портал шагнула без промедлений. Не знаю, была ли во дворце защита от проникновения или нет, но эльф вскрыл ее без особого напряжения. И если после этого поднялась тревога, то понять, что случилось, и остановить меня никто не успел.

Нет, я не боялась князя, да и брошенные в запале слова не были правдой. Сына он по-настоящему любит, в этом нет никаких сомнений. И если бы заранее знал о грозящей Рашу опасности, наверное, скрепя сердце согласился бы обратиться за помощью к Дереку. Но… все дело в том, что орки не привыкли просить у кого-то помощи. После рождения Раша ситуация несколько изменилась, однако его отец взрослел и пришел к власти в тот период, когда никто ни при каких обстоятельствах не оказал бы помощи диким оркам с их дикими войнами. Да, по мнению большинства, пусть бы они там друг друга совсем перебили, еще каких-то полвека назад орки для всего остального мира были стихийным бедствием, накатывающим ордами на мирные поселения, разоряющим мирные деревни, уносящим с собой в степь добычу и уводящим невольников. Даже в частном порядке, исключительно по-дружески, как в моем случае, вряд ли кто-то стал бы откликаться на просьбу о помощи оркам. Потому что дружба дружбой, а свои бы сородичи точно не поняли. Зато какой замечательный повод уничтожить этот беспокойный народ.

И нельзя сказать, что в нынешние времена многие соседи изменили свое мнение по этому поводу, несмотря на то что по крайней мере зеленые в набеги уже не ходят. Но что такое — несколько десятилетий в мире, где даже люди, самая короткоживущая раса, живут до двух-трех веков?

Да, орки не привыкли просить помощи, потому что точно знали: это бесполезно и опасно. Весь опыт князя говорил о том, что вся моя авантюра просто обязана была закончиться катастрофой. Именно потому он так и вспылил.

Ну, пусть теперь переварит изменившуюся реальность. А я в это время побуду подальше, во избежание проблем. Какой-либо вред князь мне вряд ли причинил бы, даже если мои слова его всерьез разозлили, но вот запереть до возвращения Раша — это запросто. А я ведь с ума сойду, сидя взаперти.

Нет уж, самое время продемонстрировать характер, а то я в последнее время была, похоже, слишком покладистой. Орчанки, как я выяснила, порой и не такое откалывают — и ничего. Ну а на крайний случай беременность все спишет.

Поздоровалась с Таналем и с интересом осмотрелась. Как оказалось, портал привел меня в личные комнаты эльфа. Об этом говорило большое ложе из светлого дерева, на небрежно наброшенном вышитом покрывале живописно разбросаны бумаги, видимо, Таналь с ними работал, когда я ему позвонила, из-под свисающего почти до самого пола края скромно выглядывают голенища сапог. На одном из столбиков кровати болтается непонятная ременная сбруя с колчаном, из которого одиноко торчит оперение единственной стрелы. Стены и пол в комнате деревянные, очень светлые, с небольшими вкраплениями темно-шоколадных узоров, очень красиво, никогда ничего подобного не видела. Ко всему прочему, ощущение, что это все натуральное, да и вообще живое, словно рука человека, точнее, эльфа приложила минимум усилий к обработке. Справа — огромное окно чуть не во всю стену, вместо остекления затянуто силовым барьером. Под окном — изящные плетеные кресла и резной столик, похожий на удивительное произведение искусства. На столике — раскрытая книга, небрежно заложенная на сгибе тонким стилетом.

У другой стены — высокий стеллаж с книгами и разнообразными безделушками или уж, скорее, артефактами, учитывая местную специфику. Рядом — оружейная стойка с внушительным арсеналом.

— Нравится? — поинтересовался Таналь, наблюдая, как я с любопытством исследую взглядом его личную территорию.

— Очень уютно, — говорю честно. — Но я почему-то ожидала, что у тебя тут будет много зелени.

— Я предпочитаю хищные и ядовитые растения, им не место в жилом помещении, — объяснил эльф.

Сам он, кстати, был босой, в одних штанах и расстегнутой рубахе, из небрежно заплетенной нетугой косы во все стороны торчали выбившиеся пряди. И что-то не спешил приводить себя в порядок.

Невольно задумалась: это ему плевать на всяческие приличия или я настолько своя? Тот же Дерек, например, ни за что не показался бы мне в таком виде и уж точно не пустил в свою спальню.

Не то чтобы меня смущал полуголый эльф, но сама ситуация была, признаться, немного странной. Кажется, впервые мужчина, с которым у меня нет близких отношений, ведет себя со мной столь… свободно.

— Ну, рассказывай, — предложил Таналь, отодвигая для меня одно из кресел. — Что ты еще успела натворить?

— С чего это ты взял, что я успела натворить что-то еще?

Эльф понимающе ехидно усмехнулся, усаживаясь в соседнее кресло, и я, вздохнув, рассказала.

— На самом деле ничего страшного, — подвела я итог. — Но князь и так был на взводе, а тут еще и я гадость сказала. Боюсь, как бы он со злости не забыл, что орки стараются стать цивилизованным народом, и не вспомнил молодость.

— Еще каких-то пару десятков лет назад тебя за такое могли и выпороть, — ухмыльнулся Таналь. — Князь и впрямь мог бы и вспомнить об этом. Умеешь ты, Диана, разумных из себя выводить.

— Думаешь? Ну, значит, вовремя я сбежала. Леди Найриль мужа, конечно, попридержала бы, но лучше я до возвращения Раша у тебя погощу. Не возражаешь?

— Не возражаю, — равнодушно разрешил Таналь. Убрал со столика книгу и сделал замысловатый жест рукой. Тут же в комнату проскользнула симпатичная эльфийка лет этак четырнадцати на вид с подносом в руках. Любопытно стрельнула в меня глазами, ставя на столик кувшин и два бокала.

Пока она разливала ароматный, но незнакомо пахнущий лимонно-желтый напиток, я слегка удивлялась. Я, конечно, не ожидала, что Таналь возьмет и откажется меня приютить, но и такое легкое согласие заставило растеряться. Почему он всегда так запросто выполняет все мои просьбы, даже не задавая вопросов? Меня все старательно убеждают, какой Таналь плохой, даже князь сегодня бушевал больше всего именно из-за него, а сама я вижу ровно обратное, причем настолько, что это уже кажется странным. И где же правда?

— А жена твоя ко всему этому как отнесется? — осторожно уточняю, как только мы снова остаемся одни. — Я понимаю, что она тут, скорее всего, ничего не решает, но скандала бы не хотелось. Особенно если это милое создание, — я кивнула на дверь, за которой скрылась приносившая напиток девочка, — сейчас растреплет, что ты принимаешь в своей спальне гостью.

— Никак не отнесется, — равнодушно пожал плечами Таналь. — И мои слуги не сплетничают.

— Она у тебя настолько безропотная? — удивляюсь я, временно игнорируя вторую часть предложения. Имперка, конечно, прилюдных скандалов закатывать по такому поводу не станет, все аристократки привыкли, что любовница у мужа — это чуть ли не в порядке вещей, но уж наедине выскажется, так что мало не покажется.

— Она умерла, — все так же равнодушно сообщил он.

Судя по тону, это событие волновало его даже меньше, чем погода за окном. Вежливые, положенные в подобной ситуации соболезнования так и не были мною высказаны. Очень ясно почувствовала, что прозвучат они сейчас крайне фальшиво и лицемерно. Я понятия не имела, какая из девушек досталась Таналю в жены, я ее не знала и, честно говоря, мало интересовалась, что это за человек, а ему тем более было глубоко наплевать на чужую, навязанную обстоятельствами женщину.

— От чего умерла?

— Заболела, — лаконично сообщил Таналь.

О какой болезни идет речь, объяснять не требовалось. Это, получается, первая и пока, видимо, единственная заболевшая этой загадочной местной напастью имперка.

То ли подействовали проповеди всех окружающих о репутации Таналя, то ли проявилось осознание того, что у эльфов с разводами — совсем никак, а в Империи осталась почти наверняка беременная Анабель, но посетили меня смутные сомнения… Впрочем… Хочу ли я в этом разбираться?

Мы еще немного поговорили, а затем Таналь вызвал все ту же девочку и велел проводить в подготовленные для меня покои. Эльфийка постоянно стреляла в меня любопытными взглядами, на симпатичной мордашке был написан тысяча и один вопрос, но ни одного задать она так и не рискнула. Похоже, Таналь прав, тут лишний раз никто не болтает. Надо же, как он свою прислугу выдрессировал!

Комнату мне выделили явно не гостевую, потому что располагалась она слишком близко от покоев Таналя. Хорошо хоть не ту, что предназначена для супруги, а то я начинаю подозревать, с него сталось бы отколоть нечто в таком духе. Вообще у меня сложилось впечатление, что Таналь мгновенно просчитал, какую пользу может извлечь из моей просьбы погостить, и теперь намерен использовать ситуацию по полной. Ну и пускай, я даже подыграю, если он объяснит, чего хочет добиться. В конце концов, я тоже без зазрения совести пользуюсь его помощью и пока не то что отказа ни разу не получила, но даже лишних вопросов не услышала. Если ты с кем-то дружишь, то только брать, ничего не давая взамен, не просто некрасиво по отношению к друзьям, но и непрактично, лишь очень безропотный человек не захочет однажды послать такого «друга» лесом.

Мельком осмотрев комнату (ничего особенного, мебель в изящном эльфийском стиле, я уже привыкла) и сообщив своей провожатой, что меня все устраивает, я выглянула в широкое окно… и пропала!

Эта была какая-то совершенно изумительная смесь векового леса, парка и города. Гигантские деревья вздымались вверх словно небоскребы, раскинув в стороны широкие, как целая улица, ветви. Среди переплетения корней исполинских деревьев, в развилках ветвей и на самих ветвях, тех, что пошире, устроились дома и домики самых причудливых форм и размеров. Порой они были так искусно замаскированы под кору дерева, что не сразу и отличишь, или по самую крышу оплетены вьющимся растением, густо усыпанным большими лиловыми цветами. И все это хаотично соединено пандусами, переходами, террасами и лесенками с ажурными перилами.

Многоярусный город, тонущий в пушистой зелени гигантских деревьев и цветах. Да, цвело тут, казалось, все и везде, где только можно. Такое ощущение, что эльфы норовили пристроить горшок с цветами или даже заставить цвести собственные дома на каждом свободном пятачке пространства. Буйство красок получилось невероятное, но до чего же красивое!

Позже я узнала, что только несколько самых древних эльфийских городов выглядят так, остальные гораздо больше похожи на человеческие. Да и фермы и плантации полезных растений не могут располагаться в таком месте. Но сейчас я разглядывала этот сказочный лесной город и ужасно хотела оказаться снаружи, чтобы облазить и пощупать все, до чего смогу дотянуться.

Экскурсию мне, разумеется, устроили, стоило только попросить. Но я не ожидала, что это сделает Таналь лично. Нет, мне с ним гораздо комфортней, чем с любым незнакомым эльфом, но я прекрасно отдаю себе отчет, что у него и без обзорных экскурсий дел по горло. Таналь и сам наверняка понимал, что я вовсе не обижусь, если он выделит обычного провожатого, тем более что я здесь до сих пор инкогнито, и, кажется, все, кто был в курсе, а это лишь несколько слуг, считали меня кем-то вроде временной любовницы. А кем будут считать, когда поймут, что ничего такого между нами нет, я даже предположить не берусь. И ведь поймут, слуги такие вещи быстро замечают.

Так или иначе, не по статусу принцу лично выгуливать какую-то непонятную девицу. Вот если б я была официально представлена при дворе — другое дело.

Пришлось признать, что это опять какие-то непонятные манипуляции Таналя, и махнуть рукой. Он в конце концов должен понимать, что делает.

— Ты только предупреждай, если затеешь какие-то хитрые интриги с моим участием, — попросила полушутя. — А то я тебе все испорчу по незнанию.

— Обязательно, — серьезно пообещал Таналь.

Мы переглянулись, обменявшись понимающими улыбками, и забыли эту тему до лучших времен.

Экскурсия мне очень понравилась. С одной стороны, к небоскребам и многоярусным городам я была привычна, но с другой — очень древний, полностью деревянный город, да еще и в прямом смысле этого слова живой… Такого мне видеть не доводилось. Очень необычные ощущения. Экзотика. Ко всему этому добавлялся изысканный, гармонично сливающийся в единые ноты аромат многочисленных цветов, многоголосый птичий щебет и какое-то неторопливое течение местной жизни. Это днем. И не менее гармоничный, но неуловимо иной аромат, мягкая прохлада и множество волшебных огоньков, а также — неожиданно! — светящихся цветов, превращающих город в сказочное царство фей, ночью.

Таналь в качестве гида тоже был выше всяких похвал. Тут, конечно, немалую роль играло и мое хорошее к нему отношение, однако помимо этого он оказался отличным рассказчиком. Да и мне было интересно послушать об истории и традициях лесных эльфов. Таналь рассказывал подробно и образно, едва ли не с самого начала. Не с сотворения мира, разумеется, но, судя по временным отрезкам, где-то очень к этому близко. В незапамятные времена эльфы были единой расой, не разделяясь на три вида. Тогда еще не умели минимизировать потери от Войны Стихий, Оракула и вовсе не существовало. К любым провидцам вообще почему-то относились не очень хорошо, иной раз предпочитая убивать еще в детстве, чтобы они не набрались со временем опыта и силы. И вот очередная катастрофа ударила больше всего именно по эльфам, их осталось очень мало, а у выживших изрядно поменялась предрасположенность к различным магическим стихиям, что вынудило каждую из трех новообразовавшихся ветвей искать для себя пригодное местообитание. Так и образовался первый город в деревьях. Место, где лесные эльфы не только чувствуют себя наиболее комфортно, но и обретают полную силу. Остальные, напротив, заметно слабеют.

Впрочем, негативное воздействие со временем научились преодолевать с помощью амулетов, заодно решив проблему со смешанными браками.

А первый город в деревьях до сих пор является столицей. Древние деревья, поддерживаемые магией своих обитателей, жили значительно дольше отпущенного им природой срока и не переставали расти. Но чтобы вырастить такой город с нуля, нужен не один век.

Похоже, у всех на Арейле есть подобные истории о том, как Войны Стихий, помимо разрушений и катастроф, принесли с собой радикальные изменения в жизни и развитии целых рас. Движущая сила этого мира. Жуткая, безжалостная, но вынуждающая народы Арейлы прогрессировать ради того, чтобы выжить.

Конечно, Таналь мне не только исторические байки рассказывал (без чего было бы сложно обойтись в таком древнем городе), но и просто достопримечательности показывал. Достопримечательностей было, естественно, немало, от некоторых без преувеличения захватывало дух, но, честно говоря, все это быстро приелось. Потому что эти достопримечательности имели некую… ботаническую направленность.

Может быть, я недостаточно духовно возвышенная личность, но больше, чем все эти исторические ценности, мне в душу запало обычное открытое кафе. То есть обычное, если не обращать внимания на то, что это просто огороженная перилами площадка с несколькими столиками, расположенная едва ли не на конце огромной ветки. Ветка эта, несмотря на свои исполинские размеры, чуть покачивается на веру, шелестя листьями. И хотя эти самые листья неплохо закрывают обзор, осознание, что вокруг и внизу — пропасть, от которой тебя отделяют лишь декоративные резные перила, было как никогда острым. Эльфам-то ничего, ведут себя так, словно поголовно летать умеют, а я ощутила хороший такой прилив адреналина, несмотря на то что высоты вроде не боюсь.

Был еще один интересный момент в этих прогулках. Таналя всегда узнавали. Ну, это как раз понятно, наследный принц все-таки. Гораздо любопытней, что во взглядах и жестах почти всех встречных эльфов скользила боязливая почтительность. На меня же косились. Чаще — просто с любопытством, но иногда в чужих взглядах удавалось уловить совсем иные эмоции, в диапазоне от жалости до ненависти. И это озадачивало, в основном потому, что причин я пока не понимала. Впрочем, следует признать, что я в людях-то разбираюсь превосходно, а вот из эльфов близко знаю только Таналя, которого далеко не всегда понимаю.

Но, несмотря на все эти развлечения, я слегка нервничала, потому что со дня на день ждала вызова от Раша. Конечно, сразу ему о моем побеге не скажут, чтобы не отвлекать от важной миссии, а то еще перенервничает из-за меня в самый неподходящий момент и, не приведи все здешние боги, проиграет. Но рано или поздно муж со всеми своими делами закончит, и вот тогда… Понятное дело, без скандала в этот раз не обойдется, вопрос лишь в том, удастся ли свести его к минимуму. И вот тут-то и кроется настоящая проблема, пока что я не имела ни малейшего понятия, что сказать Рашу, чтобы этого добиться, а не обострить конфликт. Как раз тот редкий случай, когда в голову не приходило ни одной хоть сколько-нибудь стоящей идеи, и потому предстоящего разговора я здорово опасалась.

Но пока Раш на связь не выходил. Зато Таналь ошарашил новостью: у эльфов намечается какой-то всенародный праздник, и по этому поводу он приглашает меня на бал.

Праздник был сезонным и отмечался всем эльфийским народом. Таналь обещал феерическое действо и вечерний бал в королевском дворце. Интересно будет посмотреть, как празднуют эльфы.

Что касается бала, у меня тут же возникла первая проблема: что надеть? Побег мой был решением спонтанным, тем более задерживаться надолго я не собиралась, так что о бальных платьях и драгоценностях, поспешно наполняя походный рюкзак, даже и не думала. И понятно, что теперь на бал мне идти решительно не в чем.

Таналя такие мелочи не волновали совершенно, небрежно отмахнувшись от моих деликатных намеков, он просто прислал портного. И все бы ничего, но если под одеждой мой уже хорошо наметившийся животик еще не очень заметен, то во время примерок спрятать его было совершенно невозможно. И на лишний вес никак не спишешь, если у меня какие жировые запасы до попадания на Арейлу и были, так давно уже все кончились. Судя по округлившимся глазам помощниц портного, поняли они все правильно. Вот только что подумали?

Я уже убедилась, что прислуга тут действительно не болтлива, Таналь свое окружение выдрессировал, так что без его разрешения они даже дыхнуть боятся. Но всех не заткнешь, как ни запугивай. И потом, наследник престола, да еще и, судя по некоторым косвенным признакам, имеющий в своем государстве влияние чуть ли не большее, чем официальный правитель… Ну просто не поверю, что среди прислуги нет хотя бы одного шпиона. Ох, чувствую, очень скоро по эльфийскому высшему свету поползут осторожные шепотки про беременную любовницу наследника. И попробуй докажи, что я вовсе не любовница и беременна не от него! То есть доказать, возможно, и получится, но как бы от этого еще хуже не стало.

Ладно еще, если слухи только до Раша дойдут, хотя тоже не здорово, но, положим, этот вопрос мы как-нибудь между собой уладим, а вот если сплетни, что я изменяю мужу с эльфом, поползут дальше, не отмоюсь же. В моем положении я просто не имею никакого права на подмоченную репутацию, это ударит по всем оркам, а у них и так собственная репутация не блещет.

Надо бы серьезно поговорить с Таналем по этому поводу. И я действительно постаралась сделать это при первой возможности. К счастью, очередная (в этот раз — совсем недолгая) прогулка давала отличную возможность для приватных разговоров. Личная оранжерея Таналя, наполненная его любимыми хищными и ядовитыми растениями, особой популярностью не пользовалась. Я с интересом рассматривала всю эту опасную экзотику, что не мешало поднять интересующую меня тему.

— Послушай, я не знаю, зачем тебе все это надо, но готова подыграть. Только как потом ты Анабель, а я — мужу будем объяснять, что слухи врут? Ладно, они-то, может, и поверят, если повезет. А остальным, кто начнет болтать? У тебя, конечно, репутация такая, что лишний раз никто связываться не захочет, но террор не выход, ты и сам это должен понимать. Уж слухи этим явно не заткнуть.

— Тебе не стоит волноваться, все уже продумано.

— Точно?

— Точно. Никакого террора и никаких порочащих слухов, — уверенно пообещал Таналь. — Во всяком случае, есть способ их прекратить раз и навсегда. И мужу тебе ничего доказывать не придется.

— Звучит красиво…

— Это магический мир, Диана, — напомнил эльф, за локоток оттаскивая меня от подозрительно шевелящихся лиан.

Я послушно отошла, косясь на россыпь пурпурных цветов, источающих тонкий сладковатый аромат.

— Ну хорошо, а объяснения будут?

— Позже, — пообещал он. — Пока единственное, что от тебя требуется, — вести себя естественно и верить мне.

— Таналь, а ты не слишком многого требуешь?

— Диана… — Он резко остановился и за плечи развернул меня к себе лицом. Тяжелый взгляд ощущался даже сквозь очки. — Что бы обо мне ни говорили, какие бы поступки я ни совершал… не самые лучшие. Одного обо мне никто и никогда сказать не сможет: друзей я не предаю и не подставляю! Если они не делают это первыми.

— Что ж, — согласилась я, мягко накрывая его запястье ладонью. — В этом мы с тобой полностью совпадаем. Потому я тебе верю.

— Все-таки мы с тобой в чем-то очень похожи, — улыбнулся вдруг Таналь как ни в чем не бывало, отпуская мои плечи и продолжая прерванную прогулку.

— Пожалуй, — согласилась я вновь. — И не только в отношении дружбы, можешь мне поверить.

— Догадываюсь. Знаешь, Диана, если ты хотя бы вполовину такая же злопамятная и мстительная, как я, то предпочту с тобой никогда не ссориться.

— Нам безопасней дружить до конца времен, иначе этот мир не переживет нашей вендетты.

Мы посмеялись незамысловатой шутке, но про себя я подумала, что Таналь во многом прав. Я действительно никогда не стеснялась отомстить за нанесенную обиду, и случалось так, что месть была совсем непропорциональна обиде. Я тоже, как и он, не умею прощать подлость и предательство даже самым близким, они просто сразу перестают быть близкими, переходя в разряд врагов. Но для тех, кого я считаю своими, по-настоящему своими, вывернусь наизнанку, но буду помогать всем, что в моих силах.

Мы и впрямь удивительно похожи, во всяком случае в том, что касается некоторых жизненных принципов. И именно поэтому я верю Таналю.

Этот разговор навеял одну мысль. А ведь подобные жизненные принципы на пустом месте не возникают. Сама я никому не доверять и больно огрызаться начала под жестким давлением, когда по-другому отстоять себя было просто нереально. Тем удивительнее, кстати, что этот эльф завоевал мое доверие почти сразу. Конечно, жизнь наследного принца наверняка не сахар, там, где власть, рядом всегда интриги и предательство, но отчего-то мне кажется, что конкретно у Таналя все было гораздо сложней.

Возможно, он мне когда-нибудь расскажет об этом.

Тем временем продолжалась подготовка к празднику. Как оказалось, эльфийки по такому случаю всегда шьют особые национальные костюмы. Я, конечно, совсем не эльфийка, но мне было предложено то же самое. Посмотрев на образец такого костюма, я с удовольствием согласилась. В подобном и на бал к императору было бы не стыдно, платье состояло почти полностью из живых цветов, они особым образом крепились на шелковые шнуры и не вяли в течение нескольких дней, цельные куски ткани на таком платье были только в двух местах — в качестве крошечного топика и суперкороткой юбочки. Вообще мы неожиданно подружились с портным. Этот эльф был не ремесленником, а настоящим художником, причем, что уж совсем странно, адекватным художником. Видимо, на Арейле еще не дошли до такого, когда именитые кутюрье выставляют на подиум нечто настолько авангардное, что воспринимать это как одежду невозможно в принципе. Правда, относиться как к произведению искусства тоже получается… не всегда. Нет, Лессаль пусть и старался творить красоту, но она не была оторвана от реальности и потребностей клиента. Вероятно потому, что в ином случае он легко мог бы остаться без работы.

Ко всему прочему, Лессаль активно интересовался историей моды, причем не только эльфийской, но и других народов. А я для него стала источником сведений об Империи. Не то чтобы я, конечно, многое могла рассказать по этому вопросу, но что-то все-таки знала. И даже кое-как смогла нарисовать то, о чем рассказываю, хотя, честно признаться, художник из меня… ну, на уровне школьных уроков рисования. Но эльфийскому кутюрье хватило с лихвой. Он-то как раз рисовал отлично и идею подхватывал, с ходу сразу ее развивая.

Мне стало интересно, почему Лессаль не пытался расспросить жену Таналя, все-таки она прожила среди эльфов несколько месяцев, и ей наверняка шили одежду по местной моде. Было время пообщаться. Осторожно поинтересовалась. Осторожно, потому что у меня закрались нехорошие подозрения, что бедняжку держали взаперти и не давали общаться с внешним миром. С Таналя бы сталось, но углубляться в эти проблемы мне не хотелось абсолютно.

Оказалось, ничего подобного, девушка сама не желала общаться, то ли никак не могла привыкнуть к чуждому окружению, то ли была слишком высокомерна, чтобы болтать по душам с портным. У некоторых аристократок такое бывает. Впрочем, не важно уже, если подумать.

Мне стало немного стыдно. Я уже тоже начинаю думать плохо о Танале, переняв мнение о нем окружающих. Этак еще немного — и верить ему перестану.

За день до праздника со мной наконец связался Раш, и разговор у нас вышел нелегким, хоть и коротким.

Я понимала, что муж, скорее всего, на взводе, к тому же еще и наговорили ему наверняка всякого, так что на грозный рык вместо приветствия я не обиделась:

— Диана, что это за глупая выходка с побегом?!

— Никаких побегов, — отвечаю спокойно. — Я просто отправилась в гости. В конце концов, я устала от постоянной работы и учебы, имею право позволить себе небольшой отдых. Или ты решил, что можешь уехать на войну, а я буду, как примерная жена, сидеть дома и вздыхать у окошка? Ошибаешься, дорогой! Я женщина свободная, и даже ты, уж не говоря о твоих родителях, мне не указ. Захочу — в гости отправлюсь, захочу — и вовсе в Империю вернусь.

— А предупредить ты не могла? — слегка сбавил обороты пришибленный моей отповедью муж.

— Вот когда хоть кто-нибудь начнет считаться с моим мнением, так сразу и начну предупреждать. К тому же, знаешь ли, я была не уверена, что меня не попытаются задержать и не причинят вреда.

— Диана, что за чушь, никто тебе вред причинять не собирался! — Раш опять начал сердиться, это сразу можно было определить по пробивающемуся рычанию, но и я уступать не собиралась.

— Если твой отец давит на меня своей силой и мне от этого плохо, я прихожу к выводу, что вред мне уже причинили.

— Ладно, я с этим разберусь. Где ты?

— У Таналя, — сообщаю хладнокровно.

— Да что ж тебя тянет к этому проклятому эльфу! Немедленно возвращайся домой, — вот тут уж Раш точно сорвался, мне показалось, что от его яростного рыка мебель подпрыгнула. А мне стало обидно.

— Может, меня к нему тянет, потому что Таналь единственный в этом мире, кто не пытается давить на меня, поставить в безвыходное положение и заставить делать то, что я не хочу? Вернусь, когда посчитаю нужным. И не смей разговаривать со мной в таком тоне. — Сама не знаю, как мне удалось выдать всю эту тираду ровно и холодно, когда очень хотелось сорваться на безобразные вопли. Не дождется!

Прервав связь, я несколько раз прошлась по комнате, успокаиваясь. Да ну к черту! До конца праздника отвечать на вызовы не буду, вот просто из принципа. Было противно до слез и немного страшно. Так мы еще не ссорились. А если не получится помириться? А если наши отношения уже никогда не будут прежними? Но все равно нельзя было сдаваться, потому что уступи я сейчас, и тогда меня точно до конца жизни запрут в четырех стенах.

Очень хотелось с кем-нибудь поговорить, а точнее — поплакаться в жилетку. Но с кем? Глория далеко, да и хотела бы я обсуждать такие вещи через амулеты, что-то у меня к ним некоторое недоверие. Можно, конечно, и Таналя от его важных дел оторвать, я почему-то уверена, что он выслушает и даже посочувствует. Однако… он все-таки мужчина, наверняка посчитает, что я раздуваю из мухи слона, хотя, может, вслух этого и не скажет. Вздохнув, отогнала эти мысли, сама справлюсь. Всегда же справлялась. Мы с Рашем оба остынем и поговорим снова, и все будет хорошо. Ну просто обязано все наладиться, семейные ссоры — это же обычное дело. И не важно, что до сих пор их у нас не было.

Настроение, впрочем, несмотря на самоуспокоительные мысли, было не радужным, и Таналь это заметил.

— Ничего неожиданного, — коротко сообщила в ответ на его вопрос. — С Рашем поссорилась.

К тому моменту я уже успела слегка успокоиться и переборола неуместное желание поделиться своими проблемами с первым, кто проявит участие.

— Все будет хорошо, — уверенно пообещал Таналь. — Скоро помиритесь. Орки — народ горячий, но отходчивый. Остынет, первый извиняться будет.

Как ни странно, я опять поверила.

Но, видимо, мрачное настроение до конца так и не улетучилось, потому что меня впервые за эти дни заинтересовал вопрос, которым до сих пор я предпочитала не задаваться. А именно, как у эльфов обстоят дела с той самой загадочной болезнью? Ведь если жена Таналя от нее умерла (предположим, это правда), то и другие болеют?

Таналь подтвердил, что да, может быть, эльфы пока и болеют чуть меньше других из-за своей магической силы, но тем не менее погибшие уже есть. Однако праздник из-за этого никто отменять не собирается. Скорее уж наоборот — в этот раз его будут отмечать с особым размахом, потому что День осенних цветов имеет для эльфов еще и обрядовое значение, привлекая здоровье и удачу на весь следующий год.

И вот наконец наступил праздник.

Проснувшись, я выглянула в окно и сразу поняла, что это будет грандиозно. И без того цветущий город сейчас в цветах просто утопал, в прямом смысле. Сверху это напоминало гигантскую разноцветную шапку пены, укрывшую под собой все. Причем некоторые клумбы, я глазам своим не поверила, не только двигались, но и летали. Если приглядеться внимательней, можно было заметить, что кое-какие движущиеся клумбы — это на самом деле эльфы в своих праздничных нарядах. Летающие, правда, были самыми настоящими, даже знать не хочу, что там за магию использовали для поднятия их в воздух.

С ума сойти, никогда в жизни еще не видела такого неуемного цветочного буйства. Слишком много, чтобы можно было полностью осознать масштабы и даже чтобы понять, красиво это или нет. Не иначе эльфы весь год все это старательно выращивали, чтобы теперь отпраздновать с размахом.

После завтрака мне принесли два готовых платья, одно — для бала, с пышной юбкой и внушительным декольте, белое сверху и плавно переходящее в винно-розовый книзу. И второе — поскромней, на день, из нежно-фиалковых некрупных цветов. Поначалу в непривычном наряде было слегка неуютно, постоянно казалось, что от неосторожного движения нежные лепестки помнутся и завянут, а то и вовсе осыплются, демонстрируя все, что под ними спрятано, но ничего, не мялись и не вяли, оказавшись на удивление стойкими к любым воздействиям, так что я быстро привыкла. А еще от меня теперь приятно пахло чем-то смутно напоминающим фиалки. Чувствую, вольюсь сегодня в стройные ряды эльфийских клумб.

Таналь зашел за мной ближе к полудню и потянул на улицу, безапелляционно заявив, что в этот праздник никто не сидит дома, даже грудные младенцы. И впрямь, все улицы, переходы и пандусы многоярусного города были заполнены веселящимся народом. Обычно степенно-неторопливые эльфы сейчас напоминали бурлящее цветочное море. Я, между прочим, вписалась в это море вполне гармонично, а вот мой спутник опять не пожелал следовать традициям, нацепив свою «некромантскую» футболку и джинсы, купленные в Империи. Все-таки он бунтарь, я это давно заметила.

Впрочем, эльфийские мужчины, в отличие от своих прекрасных половинок, не так сильно напоминали клумбы, предпочитая более сдержанные наряды. Так что Таналь на их фоне выглядел разве что слегка эксцентрично.

Веселье бурлило вовсю, со всех сторон лились смех и музыка, эльфы сбивались в компании, поздравляя друг друга и желая почему-то теплого дождя, пели, танцевали, затевая иногда целые хороводы, и пили молодое вино. Нас с Таналем почти мгновенно затянуло в этот шумный водоворот и куда-то понесло.

Незаметно у меня в руках оказался бокал с вином, какой-то нахальный эльф водрузил мне на голову венок, попутно чмокнув в губы и ничуть не смущаясь присутствия моего спутника. Потом нас буквально затянуло в огромный хоровод, который плавно трансформировался в длинную цепочку и дружно, под хохот и музыку, потанцевал в неизвестном направлении. Кто и как выдернул меня из этого хоровода и затолкал на большие качели, усадив рядом с четырьмя эльфийками, я даже понять не успела. Мужчины раскачивали эту конструкцию и руками, и с помощью магии прямо над пропастью, а Таналь и еще двое магов обеспечивали магическую страховку, чтобы мы в эту пропасть не рухнули. Каждый раз, когда качели под визг и хохот соседок взмывали вверх, у меня екало сердце, а внутри что-то сжималось, норовя то ли взлететь как птица, то ли грохнуться в обморок.

Спустилась с качелей я на подгибающихся ногах и с совершенно пустой головой.

Дальше мы с Таналем совершили небольшой вояж по уличным кафе. Подавали там сегодня что-то совершенно невообразимое, феерия вкуса и аромата, к счастью, это были не цветы. Ну, почти всегда. Часа на два мной овладел кулинарный экстаз, пока все эти деликатесы не перестали помещаться в желудок. За это время нас помотало по всему городу на разных ярусах, в каких только забавах и аттракционах мы не поучаствовали в перерывах между праздником живота. Казалось, что веселье захлестнуло весь город, да и нас заодно с головой.

А вечером — бал в королевском дворце. Вернулись мы часа за два до начала, как раз впритык ко времени, чтобы привести себя в порядок и хотя бы несколько минут отдохнуть. Надо сказать, несмотря на весьма насыщенный день, усталости я пока не чувствовала. Но впереди еще несколько часов танцев, посмотрим, что будет ближе к полуночи.

Признаться, я слегка нервничала, одно дело — праздник в городе, в компании Таналя, который не очень-то старался вести себя как принц, и совсем другое — королевский бал. Мне ведь наверняка придется с его родителями познакомиться, да и остальным эльфийским высшим светом. Пока этого удавалось удивительным образом избежать. Точнее, это как раз неудивительно, оказалось, что у Таналя во дворце свое крыло, и соваться туда без предварительного доклада не рискует даже король, а уж придворные — и подавно. А на время, что я гостила у эльфов, Таналь и вовсе запретил кому-либо, кроме личных слуг и портного, показываться на его территории. До сих пор такая изоляция меня вполне устраивала, но вот теперь… я ведь все еще понятия не имею, что затеял Таналь и какие у него планы на меня. Просьба вести себя естественно — это как-то очень расплывчато. И нет, я ни на минуту не поверю, что он просто развлекается без всякого умысла. Только не Таналь.

Я встряхнулась и придирчиво оглядела себя в зеркало. Хватит нервничать в конце концов, впервые, что ли? Сколько раз прежде приходилось бывать на балах и приемах, где я была этаким скандальным предметом сплетен, и ничего, пережила. Здесь, по крайней мере, у меня есть грозный защитник. И вообще, развлечение было днем, а сейчас — работа. С напарником.

Зашедший за мной Таналь мимоходом посоветовал надеть антимагический амулет.

— С таким-то декольте? — усомнилась я. — Очень демонстративно получится, кто-нибудь может решить, что я опасаюсь покушения.

— Спрячь где-нибудь под платьем, — посоветовал Таналь. — Достаточно контакта с кожей, чтобы он работал.

Я подивилась такой настойчивости, но амулет надела. Точнее, аккуратно закрепила на одну из лент платья у бедра, там он был совсем незаметен. На самом деле этим амулетом в последнее время старалась не пользоваться, да, он великолепная защита от любой магии, однако возникало у меня неприятное ощущение, что детям от него плохо.

Одобрительно кивнув, Таналь вручил мне небольшую шкатулку, в которой оказался набор изумительных украшений из дерева. Работа была настолько изящной и тонкой, что веточки с листьями и ягоды казались живыми. Тем более что неизвестный мне мастер использовал разные породы дерева, потому ягоды выглядели розоватыми, а листики и веточки — молочно-белыми, с тонкими прожилками.

— Красота какая! — налюбовавшись и примерив, выдохнула я.

— Так и думал, что тебе понравится, — довольно заметил Таналь. — Сегодня не принято надевать украшения из металла и камня.

— Понравилось — это мягко сказано, — заверила я, крутясь перед зеркалом. — Изумительно. Передай мои восторги мастеру.

— Обязательно. Идем?

Ну, все. Работаем!

Я с интересом глазела на эльфийский высший свет, они глазели в ответ. Ну, не так явно, разумеется, большинство из нас делало вид, что разглядывает обстановку. А посмотреть, кстати, было на что, бальный зал напоминал перевернутую круглую корзинку. Лучи заходящего солнца проникали сквозь переплетение купола, дробясь и рассыпаясь бликами, отчего и без того прекрасные эльфы в праздничных нарядах выглядели и вовсе сказочными. Кое-где с потолка свисали длинные лианы, украшенные традиционными цветами с мягким ненавязчивым ароматом, тут и там неторопливо летали подносы с напитками и закусками. Музыка звенела то ручейком, то птичьими трелями, ненавязчиво и чарующе, так органично вплетаясь в эту обстановку, словно это и впрямь настоящие звуки природы.

Умеют все-таки эльфы праздновать красиво.

Сами же эльфы… ну, на первый взгляд, от нашей аристократии они мало чем отличались. Если не принимать во внимание поголовную смазливость и кажущуюся молодость. Посмотрим, что будет при более близком знакомстве.

Пока что в присутствии Таналя ко мне подходить никто не решался, но, чувствую, это ненадолго.

О, а вот наконец и король с королевой, входят неторопливо под руку. Все находящиеся в зале разворачиваются в их сторону и дружно кланяются. К счастью, реверансов для женщин тут не предусмотрено, я тоже обозначаю поклон и с интересом поглядываю на приближающуюся пару. Таналь определенно похож на отца, хотя я впервые вижу эльфа со столь заметными признаками возраста. Нет, никаких морщин или обрюзглости, но седина в волосах, выцветшие, как у стариков, бледно-голубые глаза… И движения… Нет той легкой грации, что присуща, казалось, всем эльфам без исключения.

А вот королева… по внешнему виду эльфов определять возраст — дело, конечно, неблагодарное, но что-то кажется мне, что этому юному созданию лет как бы не меньше, чем Таналю.

— Сын, — бесцветно поприветствовал король, когда королевская чета поравнялась с нами.

— Отец, — так же бесцветно ответил Таналь, — позволь представить тебе мою гостью, леди Диану.

Королеву он ненавязчиво проигнорировал. Я, конечно, не знаток эльфийского этикета, но, по-моему, это откровенное хамство. Ой, не простые у Таналя отношения с родителями.

Придворные, чуть ли не затаив дыхание, внимали этому обмену любезностями, жадно впитывая каждое слово.

— Рад с вами познакомиться, леди Диана, — тоном, абсолютно противоречащим сказанному, ответил король.

— Для меня тоже честь познакомиться с вами, ваше величество, ваше величество, — кланяюсь обоим, сладенько улыбаясь.

У меня возникло просто непреодолимое желание схватить Таналя за грудки и как следует тряхнуть, чтобы он наконец объяснил, что ж тут такое происходит. В подробностях объяснил, потому что в общих чертах — и так понятно, идет борьба за власть. Ушлый сынок постепенно эту самую власть у родителя отбирает, а тот, зараза престарелая, почему-то отдавать не желает. И меня тут только для полного комплекта не хватает, в роли беременной любовницы. Ладно бы это еще хоть как-то соответствовало правде, а то ведь обидно, я тут вообще ни при чем.

Ну почему, почему я вечно влипаю в неприятности, даже когда совершенно не собираюсь этого делать?!

6

Вот и свершилось. Таналь просто не мог все время проводить со мной неотлучно. И, разумеется, в его отсутствие нашелся храбрец, рискнувший пригласить меня на танец. Не то чтобы я этого боялась, но было немного тревожно. Не потому что я тут никого не знала, это как раз та мелочь, которая больше прибавляла уверенности, чем пугала, как ни странно. Понимание того, что после приглашения на танец последуют попытки аккуратных расспросов, — вот что нервировало.

Впрочем, первый из череды храбрецов оказался на удивление молчалив, отвесил пару дежурных комплиментов, хотя и изысканных, а мы чуть-чуть побеседовали о погоде. И был этот эльф как-то чересчур серьезен для праздника. Я до конца танца гадала, зачем он меня вообще пригласил, пока мужчина, поклонившись, не сообщил:

— Леди Диана, его высочество просил передать, чтобы вы ни о чем не беспокоились и обращались ко мне за помощью, если его нет рядом.

— Благодарю. А вы?..

— Прошу прощения, лорд Ниаль, глава Укрывающего листа.

— Что, простите?

Лорд чуть улыбнулся, хотя улыбка эта так и не дошла до выцветших, невнятного цвета глаз. Кажется, я наконец поняла, как определять возраст эльфов.

— Служба государственной безопасности, — объяснил он. — Так это называется у людей, если мне не изменяет память.

— Никогда бы не догадалась. Как интересно! — сделав большие глаза, включила я блондинку. — Благодарю, милорд, мне было весьма приятно с вами познакомиться.

Лорд заверил, что ему тоже очень приятно, после чего незаметно испарился, растворившись в толпе празднующих эльфов. Ему на смену пришел Таналь, и следующий танец мы танцевали с ним. Разговаривали о всякой ерунде, о погоде, природе и местных обычаях. О только что случившемся знакомстве я не сказала ни слова. Ну продемонстрировали мне, что глава столь серьезной службы фактически работает не на короля, а на его сына, и что с того? Я в местных интригах и политических раскладах ничего не понимаю, а то, что у Таналя в родном государстве власти как бы не больше чем у короля, и без того уже поняла. Мне на это еще Дерек давно намекал. А раньше него — и князь.

Ну а то, что Таналь втянул меня в какую-то свою интригу… так сама ж согласилась, могла и не соглашаться. Ладно, что уж теперь, будем плыть.

Эльфийский бал — это очень красиво. И нет, не из-за обилия цветов. Тут, наоборот, глаз очень быстро замыливается, сначала, пока не пропал эффект новизны, ощущение «ах, сколько всего!». Но проходит какое-то время, а «всего» так много, и каждое — настолько прекрасно само по себе, ахать над чем-то одним уже не получается. Наступает пресыщение. Красота эльфийского бала прежде всего в самих эльфах. Изумительная грация, я не увидела ни одного неуклюжего эльфа, это было еще днем заметно, во время простых городских гуляний, а для королевского бала они, видимо, особенно расстарались. Двигались эти остроухие типы словно порхали, аж зависть брала, черная-пречерная, я так даже после самых изнурительных тренировок не смогу, а они вот буквально летают в танце, словно это естественно, как дыхание, зрелище, без преувеличений, изумительное.

А еще — музыка. Точнее, песни, как раз именно музыка за счет уже упомянутого эффекта чарующей естественности очень быстро превращалась в этакий фон, который легко не замечать. Но все это компенсировали певцы, я думаю, они и без музыкального сопровождения пели бы так, что дух захватывало. То ли у эльфов и к этому врожденная склонность, то ли на королевский бал пригласили самых талантливых.

Я заслушалась. Даже в танце хотелось прикрыть глаза и просто вслушиваться в изумительные голоса, не особенно заморачиваясь тем, что делает тело. Благо танцевать, не задумываясь над своими действиями и отдавая всю инициативу партнеру, я давно умею.

Таналь старался не оставлять меня надолго одну, всячески развлекал, да и партнером в танце оказался изумительно искусным и понимающим. Но он просто не мог позволить себе находиться рядом неотлучно. Праздник праздником, но развлекались мы днем в городе, а здесь кипела еще и бурная политическая жизнь. Пример лорда Ниаля оказался вдохновляющим, он был первопроходцем, остальные же, осознав, что за приглашение меня на танец им не грозит немедленная мучительная смерть, решили тоже рискнуть.

Конечно же меня пытались осторожно расспрашивать. Еще бы они не пытались, я ведь сейчас неизвестная фигура, какая-то непонятно откуда взявшаяся человеческая девица, приведенная на бал самим принцем, то ли случайная любовница и способ позлить папеньку, с которым у него явный конфликт, то ли что-то посерьезней. А я ведь даже не знала, что можно, а чего нельзя говорить. Мой остроухий друг не озаботился необходимым инструктажем. Решила играть дурочку, на любые завуалированные вопросы о наших с Таналем взаимоотношениях глупо хлопала ресничками и заявляла: «Ах, он такой замечательный, такой добрый и отзывчивый!» Зато как весело было наблюдать за лицами высокопоставленных эльфов, пытающихся не продемонстрировать, что они на этот счет думают! Судя по всему, Таналю тоже было весело, а выражал он это не иначе как ушами.

А что? Ведь ни слова лжи. Действительно отзывчивый. Я дважды попросила о помощи и дважды ее получила без лишних вопросов. А что интриган изрядный, так кто у нас не без недостатков?

После очередного танца по просьбе Таналя сделала вид, что мне нехорошо, и он якобы незаметно увлек меня в одну из пустых комнат. Вряд ли это кого-то обмануло, впрочем. Могу поспорить, что со стороны мы выглядели как нетерпеливые любовники, нашедшие благовидный предлог уединиться. Прибью Таналя, когда это все закончится!

— Ты вообще соображаешь, что делаешь? — шиплю рассерженно. — Зачем так демонстративно?

— Так нужно. — На эльфа моя злость не производит ни малейшего впечатления. Кресло для меня подвигает машинально и, кажется, даже не очень замечает, что делает. У него очень сосредоточенный вид и на мелочи — никого внимания. — Все будет в порядке. Ты обещала мне верить, помнишь?

— Начинаю об этом жалеть, — ворчу уже не так сердито, с облегчением присаживаюсь, а ноги-то, оказывается, гудят. — Терпеть не могу, когда не понимаю, что вокруг происходит.

— Я обещал все объяснить и своих обещаний не забываю, — отмахивается он. — Сейчас не время.

— Ладно, опять поверю на слово, что-то слишком я доверчивая в последнее время, не к добру это. Хотя бы зачем тебе эти скандальные демонстрации, можешь сейчас объяснить?

— Чтобы нас не хватились какое-то время. Диана, мне нужна твоя, гм… профессиональная помощь.

Вот эта его заминка тут же пробудила во мне все только что утихшие нехорошие предчувствия. Кое-что о моем прошлом и «невинном хобби» Таналь узнал еще в Империи.

— Только не говори, что тебе внезапно понадобилось обчистить чей-то сейф.

— Королевский, — сообщил Таналь невозмутимо. Реальность оказалась даже хуже моих предположений.

— С ума сошел?! — шепотом завопила я. — Поверить не могу, что ты это всерьез! Таналь?!

На мои страдания эльф никак не ответил, не считать же эту кривую самодовольную ухмылку за ответ?

— Ладно, что ты украсть-то хотел? У своего отца, правильно понимаю?

— Тисовый жезл, — охотно объясняет Таналь. Он, зараза, даже не сомневается в моем согласии, досадно, но у него есть для этого основания. Меня потихоньку захватывает азарт, тесня здравый смысл.

— И что такое этот жезл? Надеюсь, не какой-нибудь убойной силы артефакт?

— Диана, ну что за глупости, зачем бы мне убойной силы артефакт? — ухмыляется Таналь, на мгновение выныривая из своей сосредоточенной задумчивости. — Тисовый жезл вообще не обладает никакой магией. Это символ власти, с его помощью происходит коронация нового правителя.

— О господи, зачем?!

— Ну, это же очевидно: я собираюсь свергнуть отца и занять трон.

Я зажмурилась и несколько раз вздохнула, пытаясь успокоиться. Придушу его сейчас, вот честное слово.

— Таналь, ты хоть соображаешь, что будет, если меня поймают за этим занятием?

— Тебя не поймают. На самом деле тебе не нужно делать ничего сложного, просто войти в кабинет отца и забрать из сейфа жезл. Как открыть кабинет и сейф, я тебе объясню. До кабинета тебя проводит лорд Ниаль, он же и будет ловить в случае чего, разумеется, безуспешно. Единственное условие — тебя никто не должен видеть.

— Если все так просто, то почему я?

— Потому что тех, кому я могу доверить такое дело и быть уверенным, что они не предадут, у меня всего двое, и в момент кражи они должны быть на виду.

— А лорд Ниаль?

— А он присягу давал и не может себе позволить подобного, даже если считает, что я буду лучшим королем, чем мой отец. Не забывай, что это магический мир, и любая клятва или присяга тут не просто слова. Единственное, что он может, — это прогуляться от бального зала до королевского кабинета и последовать моему совету не слишком рьяно ловить вора, если поднимется тревога.

— Ну а профессионального вора-то почему не нанять?! — использовала я последний аргумент.

— Помимо того что на поиск профессионального вора, который согласится выполнить такой заказ, не опасаясь, что его в итоге вместо гонорара тихо прибьют, требуется время, а у меня оно ограничено. Диана, ты хоть представляешь, как сложно протащить постороннего человека во дворец, даже будучи принцем? Мои эльфы и те, кто верен отцу, сейчас пристально следят за каждым чихом друг друга, любого нового человека в моем окружении проверят до самых потрохов мгновенно и досконально. Это только кажется, что ты тут инкогнито, на самом деле все, кому положено это знать, уже знают, кто ты, но никому и в голову не придет, что имперская аристократка вздумает обворовывать королевский сейф. А после моей покойной супруги, — Таналь презрительно фыркнул, — большинство моих сородичей вообще считает имперок беспомощными неженками.

— Хорошо, — согласилась я медленно, прислушиваясь к своей подозрительно молчащей интуиции. — Но после этого ты мне все-все расскажешь, а также позаботишься, чтобы о нас не было никаких слухов, мне все равно, как ты это сделаешь, но я хочу, чтобы у мужа не возникло даже тени сомнения. И еще поможешь мне с ним помириться.

— Договорились.

На первый взгляд, план Таналя выглядел предельно просто. Мне нужно пройти за безопасником, как бы случайно прогуливающимся по коридорам дворца, до королевского кабинета. Потом открыть специально выданным ключом дверь и сейф, забрать жезл и вернуться в эту комнату. Но было несколько нюансов, этот простой план здорово усложняющих. Во-первых, меня никто не должен видеть, даже «прогуливающийся» лорд Ниаль и стражи, дежурящие неподалеку (к счастью, не у самого кабинета). Во-вторых, мне надо открыть дверь и проскочить внутрь, когда мой проводник будет проходить мимо стражей. Если получится, он попытается их отвлечь. И в-третьих, никакой магии, защита в королевском кабинете очень чувствительна к любому магическому проявлению, только выданный Таналем ключ не поднимет тревогу.

И это была проблема. Казалось бы, всю жизнь без магии обходилась и сейчас справлюсь, привычный инструмент надежней. Но… все упиралось в невидимость. Мой биоимплантат обеспечивал идеальную мимикрию всей поверхности кожи и даже волос, однако для этого пришлось бы полностью раздеться, да и звук никуда не девается, не дышать и не издавать абсолютно никаких звуков я попросту неспособна. Есть еще «Хамелеон», который обеспечивает полную оптическую невидимость, глушит все звуки и запахи, позволяет передвигаться по вертикальным поверхностям не хуже мухи. Полностью технологическое устройство, безобразно уязвимое для здешней магии, способное сдохнуть в самый критический момент. На этом фоне факт, что заряда батареек хватает только на десять минут работы, а запасных я с собой взять не додумалась, как-то меркнет.

В любом случае других вариантов нет, только надеяться на то, что «Хамелеон» не подведет в самый неподходящий момент, я уложусь в десять минут, а хозяина кабинета не принесет внезапно проверить свой сейф.

Отказаться от этой авантюры мне даже в голову не пришло, наверное, я все-таки слишком соскучилась по знакомому делу. Уже ведь начинало казаться, что никогда больше не придется этим заниматься, и нельзя сказать, что подобные мысли меня радовали. А тут — такой шанс, Таналь знал, чем соблазнить.

Пока готовилась и переодевалась (ох, увидел бы Раш, как меня эльф из платья вытряхивает, убил бы обоих!), Таналь показывал подробные голограммы… тьфу, иллюзии места, где предстоит работать. На всякий случай — маршрут, подробно кабинет и замаскированный сейф. Ну, естественно, и сам жезл, чтобы не ошиблась. Одно удовольствие так работать.

Таналь, подумав немного, пришел к выводу, что мой антимагический амулет вполне имеет шанс защитить тонкую электронику «Хамелеона» от магического воздействия. Я принялась крепить амулет на талию, там как раз находятся все основные управляющие блоки. Не то чтобы в этом была какая-то особая необходимость, у амулета радиус действия значительно больше, это еще Керн выяснил, а Таналь подтвердил. Но мне так спокойней.

Ну все, пора.

Ненавижу передвигаться по стенам и потолку, хотя «Хамелеон» позволяет делать это с легкостью. Ну не люблю на четвереньках. Но просто и без затей пройти вслед за лордом Ниалем (он, кстати, никакой не лорд, но амулет использовал для перевода знакомое понятие) я не рискнула. Пусть основная часть гостей сконцентрировалась в бальном зале и ближайших окрестностях, однако и в коридорах дворца можно было кого-то встретить, не говоря уже об обслуживающем персонале. Невидимость невидимостью, но банально с кем-то случайно столкнуться было бы очень глупо.

И вот наконец нужный коридор. Лорд Ниаль остановился рядом со стражами, отвлекая и частично загораживая им обзор. А я, убедившись, что в мою сторону никто не смотрит, быстро добралась до нужной двери, приложила выданный Таналем перстень и скользнула в образовавшуюся щель. Дверь даже не скрипнула, хорошо смазывают петли в королевском дворце.

Виртуальный экран «Хамелеона» бесстрастно отсчитывал оставшееся время работы батареи. Пять минут сорок две секунды.

Первая фаза плана завершилась на удивление гладко.

Быстро осмотревшись и не обнаружив ничего тревожного, спустилась на пол. Благодаря «Хамелеону» темнота мне ничуть не мешала, впрочем, и так было не слишком темно, сквозь широкое окно проникало множество огней с улицы.

Тратить время на тщательный осмотр не стала, быстро охватив взглядом основное. Окно, рабочий стол, несколько картин на стенах и книжные полки. Вот последние-то мне и нужны.

Таналь очень подробно показал, какую книгу и на какой полке нужно сдвинуть, чтобы добраться до сейфа. Но стоило протянуть к нужной книге руку, как голографический экран мигнул и на миг погас. Я сердито зашипела, поспешно отдергивая руку. Второй раз действовала уже аккуратней, но ситуация не изменилась, экран мигнул, как, кстати, и моя рука, на миг утратившая невидимость.

Решительно отключаю «Хамелеон», одна радость, что в выключенном состоянии заряд не расходуется. Впрочем, сомнительное утешение. Если кто-то сюда сейчас войдет, представляю, что он увидит. Практически голую девицу, не считая трусиков, посреди королевского кабинета.

Будет смешно, но определенно не мне.

Решительно вынимаю нужную книгу, полка бесшумно сдвигается в сторону. Вот и сейф. Теперь только вложить перстень Таналя в специальную выемку. Я затаила дыхание и выдохнула, только когда дверца послушно открылась, почему-то была уверена: сейчас-то неприятности и начнутся. Но даже жезл я нашла без особых проблем, хотя и пришлось потратить на это несколько минут. Больше для того, чтобы забрать нужное аккуратно и не потревожить других предметов. Таналь особо предупреждал, чтобы я больше ни к чему не прикасалась, на любом предмете могла оказаться отдельная сигналка.

И только после того, как я приладила жезл рядом с амулетом (хорошо, что он не магический), закрыла сейф и вернула полку на место, начались неприятности. Ну не могло же все пройти идеально до самого конца, да?

Я в жизни так не прыгала, с места — прямо на ближайшую стену, как перепуганная кошка, и раньше, чем даже сообразила, что вообще происходит. «Хамелеон» включился в полете.

Дверь тихо отворилась, и в образовавшуюся щель опасливо проскользнула темная фигура. Явно женская. Мысленно ругнувшись, так же мысленно взмолилась, чтобы эта незваная гостья не обратила внимания на странные звуки. «Хамелеон» надежно глушит все звуки внутри костюма, даже чихать можно без опаски, но со стеной я соприкоснулась с отчетливым стуком.

Впрочем, эльфийка ничего не заметила и, быстро осмотревшись по сторонам, целенаправленно устремилась к тем самым книжным полкам.

Что-то она подозрительно долго возится, книги хватает без разбора, словно не уверена, какая именно нужна. А время-то тикает. Я мысленно костерила криворукую девицу. Ну кто так на дело идет? Не умеешь — не берись!

В какой-то момент эльфийка удачно повернулась лицом ко мне, и я узнала королеву. Ну ничего себе! Ей-то жезл зачем? Или она у мужа из сейфа секретные документы таскает?

Пока ее незадачливое величество увлеченно пыталась вскрыть сейф, я медленно и очень осторожно смещалась к окну. Лучше, конечно, к двери, но слишком далеко, не успею или нашумлю, прыжок на стену был не самым лучшим решением, да только в тот момент я не думала, действовала на одних инстинктах. Ну почему, собираясь в гости к Таналю, я не взяла запасную батарею? Совсем расслабилась в этом магическом мире.

Добравшись наконец до окна со скоростью беременной улитки (актуально, да?), я замерла, раздумывая, как поступить дальше. До отключения «Хамелеона» у меня оставалось меньше двух минут. Есть ли смысл чего-то ждать или лучше тихонько выскользнуть в окно и добраться до комнаты, где меня ждет Таналь, по внешней стене? По стене ужасно не хотелось, я высоты не боюсь, но этот деревянный небоскреб и без страховки…

Пока раздумывала, все решилось и без меня. Раздался негромкий хлопок, сверкнула вспышка, и послышался вскрик королевы.

Что она ухитрилась натворить с этим сейфом?!

Думала я об этом, уже поспешно отключая силовое поле и выскальзывая наружу. И бегом-бегом подальше отсюда, пока «Хамелеон» еще работает! Чувствую себя бешеным тараканом.

Из королевского кабинета доносятся шум и голоса, кто-то особо глазастый заметил отключенное силовое поле и высунулся из окна, внимательно осматриваясь. Я успела уже отбежать далеко, но все равно поспешно прижалась к какому-то выступу, стараясь хоть частично скрыться за ним. На экране издевательски мигает: «Три секунды, две…»

Да исчезни же ты, бдительная зараза!

«Одна секунда», — мигает в последний раз таймер и гаснет. И в тот же миг ушастая эльфийская голова скрывается в оконном проеме.

Поспешно вцепляюсь когтями в стену, с помощью биоимплантата сливаюсь с ней цветом и только после этого позволяю себе судорожно выдохнуть сквозь зубы.

Фух, пронесло!

Адреналин плещет в крови, и хочется то ли рассмеяться, то ли найти Таналя и придушить его к черту за то, что втянул меня в это дело. Да ладно, кого я обманываю? Не хотела бы, не втягивалась. Это весело, давно я так не развлекалась!

Потом было рискованное передвижение по стене к нужному окну. Когти легко входили в дерево, но также легко из него и выходили, я порой опасалась сорваться. К тому же был риск, что, несмотря на маскировку, меня заметят. Ползущие по стене белые кружевные трусики, наверное, очень пикантно смотрятся. Периодически приходилось замирать, прижимаясь к шершавой поверхности и прячась за выступы. Один раз провисела минут пять, пережидая пьяного эльфа, по пояс высунувшегося из окна. Заодно выяснила для себя, что далеко не все остроухие красавчики так хороши в пении, как думалось раньше. Или этот уже совсем не в кондиции, да и такую пьяную рожу язык не повернется назвать красавчиком. Был большой соблазн влезть в это окно после того, как эльф уйдет, но не рискнула. Бегать нагишом по дворцу — это еще более безумная авантюра, чем обворовывать королевский сейф. Лучше уж по стеночке.

В конечном итоге добралась куда надо, даже почти не промахнулась и ни разу не сорвалась. И обнаружила, что Таналя в комнате нет, а как убрать силовое поле снаружи, я понятия не имею, для этого, наверное, нужно быть магом. Нет, ну что он себе думает? Уйти в такой момент! У меня уже руки болят и подрагивают, все-таки потеряла я слегка форму на этой Арейле!

К счастью, долго ждать не пришлось, скоро Таналь появился и помог забраться в комнату. Пальцы, которыми я цеплялась за стену, к тому моменту уже начало сводить судорогой.

— Тебя где носило?! — возмущаюсь, передавая ему жезл. — Еще чуть-чуть — и пришлось бы меня от корней этого вашего дерева отскребать!

— Поднялась тревога, — объяснил Таналь, пряча жезл под одежду и помогая мне заново упаковаться в платье. Забавно, но эльфа я совсем не стесняюсь. Да сейчас я бы сама одеться и не смогла. — Что-то пошло не так?

— Немного. — Я не удержала смешка. — Королева зачем-то тоже решила влезть в сейф. Но у нее не было такого полезного колечка (держи обратно, кстати), ну и вообще действовала она бестолково, хваталась за все подряд, словно не знала точно, где сейф, поднялась тревога. Я жезл к тому моменту уже забрала, но пришлось уходить через окно. Дверь мне набежавшая стража перекрыла.

— Ключ-перстень есть только у отца, я почти год потратил, чтобы сделать рабочую копию, — хмыкнул Таналь.

— Да у тебя прямо криминальный талант! Как думаешь, зачем твоей мачехе, я же правильно поняла, что она не мать, понадобился жезл?

— Думаю, чтобы не достался мне, — ответил Таналь, застегивая последний крючок на моем платье и отступая на шаг. — Я готовил операцию втайне и, если бы ты так удачно не заглянула в гости, вероятно, попытался все сделать сам, но догадаться, что я постараюсь заполучить жезл, не так сложно.

Ну, логично, если без жезла невозможно законно получить корону, нетрудно сообразить, что Таналь рано или поздно попытается прибрать его к рукам. А почему королева вмешалась таким странным образом? Ну, мало ли, возможно, у нее с мужем по этому поводу возникли какие-то разногласия, и она действовала на свой страх и риск. В любом случае это уже не мое дело.

— И что дальше? — спрашиваю, разглядывая себя в предусмотрительно наколдованном Таналем зеркале, чтобы поправить мелкие огрехи в одежде и прическе.

— Теперь вернемся на бал и будем праздновать дальше.

— А ты что, так и собираешься с украденным жезлом дальше праздновать? Не боишься обыска? Ты ведь первый подозреваемый.

— В том-то и прелесть, — криво улыбнулся Таналь. — Отец не рискнет отдать такой приказ.

— Уверен?

— Конечно. Я его слишком хорошо знаю. Отец не умеет принимать рискованные решения, его всегда к этому кто-то подталкивал. Но Леаналь он сегодня слушать не будет, она сама подставилась.

И мы вернулись на бал.

На нас смотрели во все глаза, кто с жгучим любопытством, а кто и с откровенной неприязнью. Среди эльфов чувствовалось некоторое напряжение, словно они знали, что-то произошло, но не понимали что. В одном Таналь оказался прав — обыскивать или даже предъявлять какие-то претензии никто не стал. Видимо, его отец действительно не решился. Даже если он понимает, что Таналь в этом замешан, доказательств никаких. Хотя если бы король действовал решительно и все-таки рискнул поймать сына на воровстве государственной реликвии, то разом лишил Таналя половины сторонников и сочувствующих. Или спровоцировал государственный переворот, не сходя с места.

Все, не буду об этом думать, останавливаю себя решительно, пусть они сами со своими интригами разбираются. Я свое дело сделала, получила порцию адреналина и с удовольствием тряхнула стариной напоследок. Заодно чувствую, что должок вернула. Прекрасно понимаю, что в ближайшую пару лет мне так больше не развлечься. Раш меня точно никуда больше не отпустит, так что буду развлекаться, пока могу.

Таналь, галантно склонившись, пригласил меня на очередной танец, и я с удовольствием согласилась.

А потом пошел дождь, и все эльфы в едином порыве устремились на улицу. Таналь схватил меня за руку, увлекая следом, и мы влились в этот поток. Все балконы, переходы и балюстрады заполнились живым морем, где-то внизу, на земле, можно было разглядеть такое же море. В свете множества огней и дождевых струй тысячи эльфов в цветочных нарядах выглядели нереально и сказочно. Было что-то заразительное в том, как многие со счастливым смехом танцевали под дождевыми струями, подставляли лица, умывались с блаженными улыбками и поднимали маленьких детей над головой.

Я бросила взгляд на Таналя, он просто стоял, подняв лицо вверх, и улыбался.

— Дождь в эту ночь — большая удача, — сказал он, повернувшись ко мне. — Считается, что он смывает все беды и болезни.

И я стояла рядом с ним под теплыми струями дождя, остро жалея, что рядом нет Раша. Как бы я хотела, чтобы он сейчас обнял меня и мы наблюдали за этим сказочным эльфийским праздником вместе. Чтобы мы помирились и больше не ссорились. Только сейчас поняла, как же я соскучилась по мужу!

Сразу, как вернусь в свою комнату, возьму переговорный амулет и свяжусь с Рашем. Обязательно извинюсь, что не отвечала на его звонки.

— Идем. — Таналь взял меня за руку и потянул за собой.

— Куда? — удивляюсь, все еще пребывая в своих мыслях.

— Я тебе кое-что обещал, пора начинать выполнять обещания.

— Знаешь, уж больно хитрая у тебя сейчас физиономия. Во что опять собираешься меня втянуть?

— Тебе понравится, — весело пообещал Таналь.

— Да? — скептически протянула я, но возразить больше ничего не успела, этот хитрый эльф открыл портал прямо посреди толпы сородичей и утянул меня в него.

Вышли мы в удивительно безлюдном месте, перед дверями изумительно красивого здания. Обычно эльфы оставляют естественный рельеф дерева, так что большинство домов выглядят так, словно они не построены, а выросли, причем совершенно естественным путем, при минимальном вмешательстве магии. Но здесь все стены покрывала изумительно искусная резьба. И чего там только не было — традиционные цветы, животные и эльфы. У меня начало закрадываться некоторое подозрение…

— Это?..

— Храм, — подтвердил Таналь.

— Э-э-э… а нам зачем?

— Увидишь, — ответил он таинственно.

Вот чую, он опять придумал что-то этакое. Все-таки с ним не соскучишься.

Внутри храма было так же красиво, как и снаружи. Резьба, росписи, я завертела головой, поспешно разглядывая это великолепие, а то, чувствую, всерьез насладиться этой красотой мне не дадут. Странно, но здесь не было ни одной живой души, только статуя в центре, изображающая идеально прекрасного, но при этом бесполого эльфа. Эти совершенные черты могли принадлежать как мужчине, так и женщине, а фигуру скрывал бесформенный балахон со множеством складок.

— Идем, — сказал Таналь, настойчиво подталкивая меня к статуе. — Главное, ничего не бойся.

Последнее уточнение заставило меня слегка занервничать, тем более когда Таналь, больше ни слова не говоря, вынул из ножен кинжал и вдруг, больно ухватив меня за предплечье, чтобы не вырвалась, резко полоснул по запястью. Я вскрикнула и рефлекторно попыталась вырваться. Куда там, руки у него с виду хоть и изящные, а пальцы как тиски. Впрочем, эльф уже и сам выпустил мою руку, а потом таким же резким и уверенным движением порезал и себя. Машинально отвожу глаза, смотреть на это неприятно.

Очень хотелось спросить, не сдурел ли он совсем, однако усилием воли заставила себя промолчать. Наверняка это какой-то ритуал, у них тут любят такое, чтобы с кровью и прочим символизмом. Вспомнить хотя бы нашу с Рашем свадьбу в затерянном лесном храме.

Таналь тем временем повернул мою руку порезанным запястьем вверх и накрыл своей, давая крови смешаться. Это действо вызвало у меня какие-то смутные ассоциации, но в данный момент меня больше занимали боль в руке и мысль о том, что будет, если смешать человеческую и эльфийскую кровь, так что копаться в памяти не возникло никакого желания.

— Повторяй за мной, — велел Таналь, поднимая наши сцепленные руки так, чтобы кровь падала на ноги статуи.

Алые капли без следа впитывались в дерево, мне даже на миг показалось, кто-то невидимый, а может, и сама статуя, жадно облизнулся. Что за боги у них тут, вампиры сплошные!

Таналь тем временем громко и четко заговорил:

— Я, Таналь, наследный принц из рода Лайасар, признаю эту женщину сестрой духа, клянусь перед божественным ликом любить и почитать ее как сестру. Да будет так!

— Я, Диана, герцогиня Саренвиль, — поспешно начинаю говорить, понукаемая подпихиваниями эльфа. Надо было, наверное, фамилией Раша назваться и с полным титулом, но от растерянности забыла, как это правильно звучит, хорошо хоть сообразила, что нужно говорить, — признаю этого мужчину братом духа, клянусь перед божественным ликом любить и почитать его как брата. Да будет так!

А потом на нас рухнуло небо или как минимум потолок. Устоять на ногах было очень тяжело, а в глазах стремительно темнело. Нечто невообразимо могущественное заглядывало в мой разум, ища там что-то и не находя. Перед глазами вдруг встала сцена на пляже, когда я впервые увидела Таналя почти без одежды и признала в нем наконец мужчину, а не подружку невнятного пола. Его жилистое, перевитое сухими канатами мышц тело и шрам на спине… Но эту картину почти сразу заслонил мощный торс мужа, опять заставив вспомнить, как же я соскучилась. И меня отпустило.

Осмотревшись вокруг, не обнаруживаю никаких разрушений, хотя всерьез казалось, что они должны быть, раз меня так тряхнуло. Рядом корчится Таналь, на ногах он стоит только потому, что одной рукой вцепился в постамент статуи, а второй сжимает мою ладонь до побелевших пальцев.

— Таналь, ты как? Эй, только не падай, пожалуйста. Может, тебе помочь чем-то?

— Уже нормально, — отозвался он хрипло. Хотя судя по тому, с каким усилием он пытается выпрямиться, все далеко не нормально. — Ох, не ожидал, что этот ритуал дастся настолько тяжело.

Поспешно поддерживаю, чтобы не упал, расшибется еще, и поднять, если что, вряд ли смогу. Он, конечно, по-эльфийски изящный, но весит все равно побольше моего. Так что никаких падений, а то тут и на помощь позвать некого.

— На ногах удержишься? — уточняю, на всякий случай подставляя плечо в качестве опоры.

— Не волнуйся, не упаду, — хмыкнул Таналь чуть бодрее. — Сейчас пару минут отдышусь и открою портал во дворец.

— Ну, раз у нас есть эта пара минут, может, объяснишь, зачем учудил все это?

— Я же тебе обещал отсутствие сплетен и возможность помириться с мужем без лишней ревности? Первое в полной мере, к сожалению, обеспечить не могу. — Он криво ухмыльнулся. — Но… посмотри на свою руку.

Только сейчас сообразила, что порезанное запястье больше не кровоточит. Да и не болит. Таналь наконец разжал свою железную хватку, наверняка синяков наставил, паразит, и сам повернул мое запястье, так что сразу стало видно: там не то что раны — даже самого маленького шрама не осталось. Я не сильно удивилась, начинаю, видимо, привыкать к здешним магическим чудесам. Зато внимание привлек некий рисунок как раз на месте несостоявшегося шрама. Родимое пятно в виде вписанной в круг замысловатой закорючки.

— Что это?

— Печать, оставшаяся после ритуала, у меня такая же, смотри. То, что способно самим своим существованием пресечь любые слухи о нас с тобой. Ну, есть еще несколько полезных бонусов.

— А подробней?

— Потом, — отмахнулся Таналь. — В любом случае покажешь печать мужу, и у него не будет повода подозревать тебя в чем-то недостойном. Ну и, думаю, тебя теперь будут в любой момент безо всяких проблем отпускать ко мне в гости.

Ну вот, опять этот эльф чего-то намудрил, логика подсказывает, что вряд ли простое братание могло бы дать такой эффект. Но дергать Таналя с вопросами прямо сейчас я не стала, все-таки выглядит он совсем замученным. Хорошо хоть хватило сил открыть портал во дворец, после чего мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.

Но прежде чем лечь спать, я вынула из специальной экранирующей шкатулки переговорный амулет и всерьез задумалась, не поговорить ли с мужем. Но потом решила, что делать это среди ночи не самая лучшая идея, спрятала амулет обратно и все-таки легла спать. Непростой сегодня вышел день, но очень интересный.

А проснувшись утром, долго не могла сообразить, откуда в моей постели взялся любимый муж, стиснувший меня всеми конечностями и, кажется, даже обвивший косой. Чтобы снова не убежала, наверное.

При попытке пошевелиться тут же была снова крепко стиснута.

— Раздавишь, — бормочу сонно. — Ты откуда здесь?

— Эльф твой привел, — ворчливо прогудел Раш над головой.

Что-то в груди привычно дрогнуло в ответ на этот низкий рокочущий голос. Довольно улыбаюсь. Как же я соскучилась!

— Когда он успел? — спрашиваю лениво.

— Ночью. — Раш перевернулся на спину, затаскивая меня к себе на грудь. Какой он все-таки большой, как диван. — Мы с ним поговорили…

— Надеюсь, обошлось без травм? — Представляю, как эти двое могли поговорить. Особенно злой и ревнующий Раш.

— Ну, почти, — отозвался он слегка недовольно. — Толку-то — на мага с кулаками.

Я честно пыталась не рассмеяться, меньше всего хотелось задеть и без того слегка потрепанное моим новообретенным братцем самолюбие мужа. Но удержаться было выше моих сил.

— Только не говори, что ты пытался набить Таналю физиономию.

— Ну, дал бы ему в зубы разок, что бы ему сделалось?

— С твоими-то кулаками? Без зубов остался бы. Вряд ли Таналь согласен с таким подходом, — не удержалась я от нового смешка. — Ну, раз ты здесь, вы, видимо, между собой все выяснили?

— Поговорили, — привычно немногословно ответил Раш. — Он показал мне печать.

Про печать хотелось расспросить подробней, но решила отложить, потому что еще больше мне хотелось как следует поприветствовать мужа, по которому жутко соскучилась. К тому же он, похоже, в хорошем настроении и тоже соскучился, нужно закрепить успех.

Потом я все-таки расспросила довольного и разомлевшего Раша. О чем они с Таналем говорили, он сообщать категорически отказался, но разговор этот на него подействовал на удивление благотворно, мне стало ужасно любопытно, какие же волшебные слова нашел Таналь, что муж перестал злиться на него и, еще важней, на меня? Или же они все-таки всерьез подрались, а только потом договорились? И ведь не расскажут же оба, хотя братца можно будет и порасспросить, судя по всему, в драке победил он, потому не будет так запираться.

Зато про печать и проведенный Таналем обряд Раш рассказал охотно. В незапамятные времена, когда очередная Война Стихий (ну куда ж без нее в этом мире, да?) спровоцировала век религиозных войн, обряд духовного родства был изобретен для паладинов и боевых жриц, дабы избежать нежелательных связей. Плоть слаба, а те, кто служит богам, обязаны соблюдать свои обеты и клятвы. Необязательно обет безбрачия, кстати, местные боги в этом смысле очень нетребовательны, хотя и не любят нарушения каких-либо клятв и обетов. Боевые отряды, в которых часто была одна женщина на несколько мужчин, если желали, проводили такой обряд.

Потом религиозные войны закончились, паладинов и боевых жриц почти не осталось, в них отпала необходимость. А обряд духовного братства стал доступен не только служителям богов. Какое-то время он был крайне популярен у аристократии многих государств. Он позволял заключать союзы между семьями не только посредством брака или приставить к наследнице товарища мужского пола в качестве компаньона и телохранителя и быть уверенным, что между ними не случится ничего неподобающего. Потому что даже для проведения обряда рекомендуется не испытывать к побратиму никаких сексуальных желаний хотя бы в течение суток-двух до него, иначе можно его и не пережить.

Я невольно восхитилась Таналем, рисковый он все-таки. Не знаю, интересовала ли я его как женщина в принципе, просто предпочитала об этом не задумываться, а то наша дружба легко бы могла превратиться в настоящую проблему. Но, после того как он собственноручно снимал с меня платье, а потом упаковывал обратно, отправиться проводить такой обряд, зная, чем такое может обернуться, — это на грани. Пусть все было исключительно по делу, и мы оба это понимали, но здоровый, полный сил мужчина… в общем, не зря его так корежило. Мне вон одну мимолетную и несерьезную мысль напомнили, хотя я об этом давно и думать забыла.

Ну и зачем ему это? Так радикально и так рискованно всего лишь ради опровержения слухов? Вот не верю!

Тем более о неких дополнительных возможностях, упомянутых Таналем, Раш ничего не знал. Этот ритуал на самом деле уже давно не пользуется популярностью, а у орков и вовсе есть свои обряды братания, куда менее замороченные.

Вопросы к Таналю все множатся, и, чувствую, если этот хитрый эльф не перестанет увиливать от ответов, я начну его пытать.

Но сейчас меня по-прежнему гораздо больше интересовал муж, который (я об этом слегка подзабыла за всеми праздниками, стыдно) вообще-то на войну ездил.

Мне действительно было очень совестно, любимый муж там жизнью рисковал, а я мало того что развлекалась, так еще и переговорный амулет спрятала и на вызовы не отвечала. Единственное, что меня оправдывает: устроив ему своевременную подмогу от некромантов, я тут же почувствовала, что ничего смертельного Рашу больше не грозит. В последнее время все больше и больше привыкаю верить предчувствиям. А предчувствия утверждали, что с мужем все в порядке и вернется он целый и невредимый.

Я ведь, если честно, и в авантюру Таналя ввязалась не задумываясь все из-за тех же предчувствий, точнее, из-за отсутствия чего-либо тревожного. В тот момент об этом как-то даже и не задумалась, а теперь понимаю. Я, конечно, тоже та еще безрассудная авантюристка, но прекрасно понимаю: участвовать в таких приключениях в моем положении не очень-то разумно. Вот только интуиция была на редкость безмятежна, не выдавая никаких тревожных предупреждений. А собственное ворчание — это не что иное, как предсмертные судороги здравого смысла. Поддалась соблазну, не удержалась.

Одно меня беспокоит. Хорошая штука интуиция, полезная, без сомнения, удобная и пока ни разу не ошибалась в своих прогнозах. Но что я буду делать после того, как дети родятся? Это ведь не мои способности, а я уже сейчас привыкла пользоваться ими едва ли не инстинктивно. Так ведь и влипнуть можно, понадеявшись на то, чего уже нет.

Видимо, после родов придется какое-то время сидеть тихо и взвешивать каждый свой поступок с точки зрения здравого смысла. Правда, со здравым смыслом у меня порой большие проблемы.

Ушедшие в сторону мысли вновь вернулись к мужу. Я встала перед серьезным выбором: выбраться из постели и расспросить Раша и Таналя (тот наверняка тоже в курсе) о том, что меня интересует, за завтраком. Или же остаться на месте? Ведь в таком случае к любимому мужу можно будет применить особые средства убеждения. Если вздумает запираться.

Впрочем, принять решение я не успела. Пришла горничная и деликатно из-за двери сообщила, что его высочество ожидает нас на поздний завтрак. Вот ведь вредный эльф! Можно подумать, он не понимает, как я соскучилась по Рашу!

Но ничего не поделаешь, пришлось вставать и приводить себя в порядок.

Завтрак уже привычно накрыли на террасе, все эти дни, когда не ходили в разнообразные кафе в городе, мы вдвоем ели здесь. Мне, признаться, понравилась эта привычка эльфов принимать пищу под открытым небом. Что-то в этом есть. Впрочем, при их мягком теплом климате можно себе это позволить. Началась осень, а в эльфийском городе этого еще совсем незаметно.

Таналь нас уже ждал, комфортно устроившись в плетеном кресле и читая какие-то документы. Очень привычная картина, он всегда утром пользуется возможностью поработать, я старалась не беспокоить его в такие моменты. Тем не менее он встал при моем приближении и вполне дружелюбно кивнул Рашу.

— Доброе утро, — здороваюсь бодро.

— Уже полдень, — с усмешкой сообщил Таналь.

— Да не важно, — отмахнулась я беспечно, — главное, не вечер. Мы только проснулись, значит, утро.

Эльф на это только слегка улыбнулся.

— Ну, рассказывайте! — потребовала я, как только слуги удалились и мы остались втроем.

Таналь привычно сделал короткий жест рукой, устанавливая защиту от прослушивания. Я за эти дни успела выучить самые часто используемые жесты и то, каким заклинаниям они соответствуют.

— И что ты хочешь услышать?

— Все, разумеется. И с подробностями. Но ты можешь выдохнуть, дорогой братец, тебя я пытать буду позже, сейчас меня больше интересует Раш. Так что там война?

— Закончилась, — по обыкновению лаконично ответил муж. — Считай, и не начавшись.

Я прямо умилилась такому постоянству привычек, но сам ответ меня категорически не устраивал.

— Понятно, что закончилась, раз ты здесь. А подробности?

Раш вздохнул, но начал рассказывать. Понял, что я не отстану.

А подробности оказались такие… интересные.

То, что у красных откуда-то взялся неслабый некромант, стало понятно еще тогда, когда на отряд Раша напала стая нежити, созданная из населяющего степь зверья, а оно и в живом виде не подарок. Если бы не люди Дерека, неизвестно, чем бы все это закончилось. Сражаться без магии с теми, кто и так мертв, — дело бесперспективное, боли они не чувствуют, умереть не могут и продолжают нападать, пока не изрубишь на мелкие куски. Единственный в отряде шаман оказался почти бесполезен, мог разве что замедлить отдельных тварей. А некромантам, чтобы справиться с этой задачей, нужно было лишь немного поднапрячься и упокоить нежить.

Но и после этого нападения все подумали, что у красных просто появился талантливый самоучка. Я еще предполагала, что они могли нанять какого-нибудь беглеца или преступника из некромантов, но делиться своими мыслями ни с кем не стала, та же ситуация, что с подмогой для Раша. Никто бы не поверил, потому что с орками никто не хочет иметь дело, они соответственно тоже не любят чужаков. И если зеленые свои привычки в общении с другими расами стремительно меняют, то красные — те еще консерваторы.

Но даже я не додумалась до реального положения вещей. А ведь можно было бы догадаться, потому что как минимум одного беглого некроманта-преступника я знаю лично.

Дэниел.

Не знаю уж, как он договорился с Ашамель. Видимо, сходство характеров позволило найти им общий язык. Дэниел спрятался у красных, и никому даже в голову не пришло искать его там, да кто бы вообще стал искать аристократа среди кочевья орков? А тот не просто договорился с Ашамель, но и пообещал ей жениться. Мало того, наплел, что рано или поздно станет королем, а она — королевой, но для этого им нужны ресурсы и умелые воины.

Собственно, умелых воинов вокруг было достаточно. Но на пути великих планов стоял князь, который по настоянию дочери человеческого мага не прогнал, но вот знал ли об их отношениях, теперь уже неизвестно.

Наверное, эти двое заговорщиков рано или поздно попытались бы устранить князя, но их проблему это никак не решало. Ашамель не могла взять власть в свои руки как женщина, а Дэниел, даже если бы женился на ней, оставался бы чужаком, красные его едва терпели и уж точно не признали бы новым князем. Впрочем, Ашамель отца все-таки любила и неизвестно, решилась бы на убийство.

Но тут им внезапно повезло. Князь заболел. Да, его одолела та самая загадочная болезнь.

Как ее лечить, до сих пор так никто и не придумал. Князь вскорости гарантированно умер бы, и заговорщики решились на авантюру. Князь болел, болел, а потом вдруг выздоровел. И начал отдавать странные приказы, объявив войну соседям.

Неладное заподозрил только верховный шаман, он был так же стар, как и князь, дружил с ним едва ли не с пеленок. И помогал во время болезни, пытаясь хоть как-то облегчить страдания, потому прекрасно знал, что она смертельна и лекарства нет. Однако князь пригласил старого друга в свой шатер поговорить по душам, и тот в процессе разговора неожиданно умер. Возраст, что тут поделаешь.

Одного заговорщики не рассчитали, большинство красных вовсе не горели желанием воевать с соседями всерьез. Многие кочевья просто затерялись в степи и сделали вид, что ничего не знают о странных инициативах князя. Но заговорщики не унывали, для начала в войне можно было бы использовать и нежить.

А потом Раш поехал вызывать князя на поединок, отказаться от него было нельзя, тогда князь, а вместе с ним и заговорщики мигом потеряли бы всю власть. Нельзя было послать орков его остановить, никто бы просто не стал выполнять этот приказ, плюс тот же результат, что и в первом случае. Зато можно было подстроить нападение зверья, обычное дело в степи, а то, что зверье уже мертвое… Кто бы об этом узнал, если бы отряд Раша перебили?

Поединок все-таки состоялся, видимо, Ашамель и Дэниел надеялись, что Раш проиграет. Потому что некромант постарался, создал весьма качественную нежить.

— Но ты же победил? — прервала я рассказ.

— Победил, — подтвердил Раш. — Повезло. Князю, пока был живой, мешал возраст, замедленная реакция, быстрая усталость. Мертвым это не мешает, он мог победить. Хорошим воином был, сильным и опытным.

— Так как же ты выиграл?

— Говорю же — повезло. Маги мертвяка сразу распознали, но поединок отменить уже нельзя, вызов принят. У одного из них был артефактный нож против нежити, одолжил.

— И ты сражался незнакомым оружием? — спросил Таналь, как мне показалось — с некоторым уважением.

Раш пожал могучими плечами:

— Зато с одного удара убил, мертвяк удачно подставился. Чувствую, за этой лаконичностью кроется напряженный и смертельно опасный поединок. Но сейчас выпытывать из мужа самые мелкие подробности я не стала. Потом, наедине.

— Я не некромант, но нож тебе такой подарю, — заявил внезапно Таналь.

— Спасибо.

Ну вот когда они успели так подружиться, а?

— Так, а что Дэниел и Ашамель?

— Сбежал. А Ашамель ревет и ругается. Но все рассказала.

— Дура. — Я вздохнула. — Погоди, так ты теперь князь красных, если победил? Или, раз он уже был мертвый, не считается?

— Считается.

С ума сойти!

7

Несколько минут ушло на то, чтобы осознать и переварить новость. Мой муж теперь действительно князь, а я соответственно княгиня. Почему-то когда Раш отправлялся на этот поединок, я совершенно не задумывалась, что будет, когда он победит. Меня гораздо больше волновало, чтобы он вернулся живой. А теперь… новости совсем не радовали. Ведь красными придется править, и на расстоянии это, пожалуй, будет делать сложно. Но представить себя кочующей по степи и живущей в шатре я тоже не могла. Перспектива видеть мужа пару раз в месяц, наездами, тоже не вдохновляла.

Закончив переваривать новость и осознавать возможные последствия, я обратила свой алчущий взгляд на Таналя. У меня множество вопросов, и я хотела наконец получить на них ответы. Но мужчины безжалостно сломали мои планы.

Раш вдруг поблагодарил за гостеприимство и заявил, что нам необходимо немедленно возвращаться домой. Таналь, что интересно, ничуть на такую поспешность не обиделся и тут же пообещал открыть портал. Даже заявил, что мои вещи соберет горничная и он отдельно мне их переправит.

Да они сговорились!

— Что значит домой? Таналь, ты мне, между прочим, кое-что обещал!

— Я помню, не волнуйся, — ухмыльнулся он, открывая портал. — Через пару дней закончу с делами, тогда приду к тебе в гости и все расскажу, как обещал. Если, конечно, твой ревнивый супруг не будет против, — ехидно добавил Таналь.

Раш сердито фыркнул и утащил меня в портал, невзирая на сопротивление.

Я разозлилась. Эти двое неизвестно когда ухитрились подраться, договориться непонятно о чем и, кажется, даже подружиться. И теперь они уже вдвоем начали решать, что мне делать и как. Будто мне одного мужа для этого мало!

Портал открылся прямо в гостиную наших покоев.

— Ну какого черта! — Я сердито пнула Раша, заставляя поставить меня на ноги. Все равно ему мой пинок как поглаживание, зато прекрасно выражает всю степень моего возмущения. — Что за срочность такая?!

— Диана, угомонись. — Раш поставил меня на ноги и применил самое действенное средство успокоения — поцеловал.

Какое-то время я сердито брыкалась, но когда широкая ладонь забралась под юбку, приподнимая меня под попу, не осталось не то что злости, но и каких-либо связных мыслей. Как мы оказались в спальне, я уже не запомнила, оторвались друг от друга мы уже к вечеру, на разворошенных простынях, с раскиданными по всей комнате подушками и одеждой. Раш лениво подобрал с пола штаны и отправился добывать мне ужин, а я, понежившись в постели еще немного, выбралась в гостиную, по пути подцепляя разбросанные по полу вещи и пиная подушки, чтобы не спотыкаться.

А в гостиной обнаружились сумки с моими вещами, включая оба цветочных платья, то самое деревянное украшение, подаренное Таналем, и множество безделушек, которые мы покупали, гуляя по городу. Также прилагалась записка, что платья специально зачарованы и цветы никогда не завянут, но, чтобы они сохранили хороший вид, цветы периодически необходимо мочить. Надо бы горничной сказать, а то жаль, если такая красота испортится.

Таналь очаровательно предусмотрителен, но я на него все равно злюсь за самоуправство. И на Раша, кстати, тоже.

— Ну?! — Вернувшегося с добычей мужа встретил мой требовательный взгляд. — Объяснения будут?

— Да чего тут объяснять, — вздохнул Раш. — Ты и так уже в чужие интриги влезла дальше некуда. Нечего тебе у эльфов делать, когда у них власть меняется. Вот успокоится у них там все, тогда и пообщаешься со своим новоприобретенным братцем. Я бы этому остроухому паразиту физиономию набил за то, что он тебя в такое втянул.

— Ты уже пытался, — фыркнула я насмешливо. — И он меня не втягивал, я сама втянулась. С большим удовольствием, между прочим.

Судя по упрямому выражению лица, Раш остался при своем мнении, но спорить я не стала. Порадовалась только, что сегодня мне не пришлось разговаривать еще и с князем. Есть нехорошее подозрение, что при любой попытке давления я ему опять нахамлю.

А утром мой организм во весь голос напомнил о своем непростом положении. Меня внезапно догнал страшный зверь токсикоз.

Это явно месть мироздания за пренебрежение нуждами собственного организма. До сих пор на беременность я не обращала особого внимания, никаких хлопот она не доставляла, из всех положенных симптомов — только медленно растущий живот, это все равно что просто потолстеть. Я уже почти уверилась, что в этом магическом мире и беременность проходит как-то волшебно в конце концов, и дети у меня тоже будут непростые, они могут влиять на мой организм, взять хотя бы ту же интуицию.

И вот, пожалуйста!

Раш, напуганный моим странным цветом лица и поспешным забегом в туалет ранним утром, сначала бестолково суетился. Пытался как-то помочь, потом уяснив, наконец, что происходит, приволок за шкирку сонного и зевающего шамана.

— Ну и чего суетишься, олух, в такую рань? — меланхолично зевая, проворчал полуседой костлявый старик.

Муж не мелочился, притащив ко мне сразу верховного шамана. Он обычно руководил целым штатом учеников и травниц, а сам всякими мелочами не занимался. Но переволновавшегося Раша такие нюансы сейчас не интересовали.

— Ученика тебе пришлю, с настоем, — сообщил шаман, лишь взглянув на меня. Развернулся и ушел.

Мы только глазами дружно похлопали ему вслед.

Таинственный настой мне действительно скоро принесли. Это была какая-то зеленая жидкость с очень резким запахом, и пришлось собрать в кулак все свое мужество, чтобы ее выпить, я всерьез опасалась, что от жуткой бурды меня будет тошнить как бы не сильней, чем раньше. Ничего, обошлось. Помогло, как ни удивительно, во всяком случае, я даже смогла позавтракать.

Раш попытался устроить мне постельный режим и постоянно прибегал, бросая все дела, проверить, не нарушаю ли я его указания. Раз на третий, не выдержав, я возмутилась:

— Ты меня теперь до конца срока собираешься в постели держать? Я не больна и не умираю.

— Я за тебя беспокоюсь, — очень серьезно сообщил Раш, обнимая и целуя в макушку. — А ты, стоит только отвернуться, норовишь влезть во что-нибудь опасное. До того, как на тебе женился, я за много лет не влипал в такое количество приключений, как за последние месяцы. Запер бы тебя, чтобы ты из дворца вообще не выходила, так ведь сбежишь.

— Сбегу. Я не смогу жить в клетке, ты же понимаешь. Согласна быть осторожней до тех пор, пока не рожу, раз уж ты так беспокоишься, но только не надо меня ограничивать, мне уже и так скучно.

— Диана, — муж вздохнул и привычно пересадил меня к себе на колени, зарываясь носом в волосы, — пойми, я действительно очень о тебе беспокоюсь. И дело вовсе не в детях, которых ты носишь…

Раш замолчал, а я замерла. Скажет или нет?

— Ты мне очень дорога, и я не хочу тебя потерять.

Не сказал. Ничего, я подожду. Я давно поняла, что Раш не из тех, кому легко дается признание вслух в своих чувствах.

Но суетиться все-таки Раш стал гораздо меньше. Позже моментами у него иной раз случались рецидивы, но в таких количествах это было даже приятно. Не тотальный контроль, а проявления заботы.

А в этот день меня все равно из комнаты не выпустили, к вечеру я готова была взвыть от скуки. Все-таки Раш слегка перестраховывается, особенно когда испугается за мое здоровье. С ситуацией примиряло только то, что я действительно чувствовала себя не очень хорошо, несмотря на шаманские снадобья, а также то, что еще на один день удалось оттянуть объяснение с князем. Я понимала, совсем без них обойтись не удастся, но чем позже, тем лучше.

Хотя тут я малость ошиблась. Князь сам пришел. И мы даже не поругались, я извинилась за свои резкие слова, он — за то, что на меня накричал, и за недоверие. Надо же, не ожидала, думала, затаит обиду, но, к счастью, отец Раша оказался нехарактерно отходчивым для правителя. Ну или дело в том, что все закончилось благополучно, в том числе и благодаря моей инициативе, все-таки князь сына любит. Вряд ли он обрадовался бы, убей мертвяк Раша.

Но все-таки этот вредный орк не удержался от подколки. Пообещал, что при случае будет отправлять меня в гости к соседям в качестве диверсанта, только попросил не устраивать перевороты дома, а то даже у красных власть сменилась не без моего участия.

Обидеться, что ли? С красными я вообще ни при чем, да и Таналь прекрасно без меня справился бы.

Но по оговоркам князя я поняла, что мой остроухий братец времени зря не теряет. Надеюсь, у него все получится.

На следующий день Раш, то ли убедившись, что ничего страшного с моим драгоценным здоровьем не происходит, то ли слегка вразумленный княгиней, уже не настаивал на постельном режиме и не пытался запереть меня в комнате. Чувствовала я себя уже гораздо лучше. Нельзя сказать, что шаманские снадобья являлись чудодейственным средством, однако они, по крайней мере, сильно облегчали мое состояние до того уровня, когда можно даже что-то съесть, не опасаясь последствий. Невероятное облегчение.

Но мой сверхзаботливый муж время от времени бросал все свои дела, которых теперь у него стало ровно в два раза больше, и являлся проверить, как у меня самочувствие. Это, безусловно, очень приятно, так обо мне только мама заботилась, и то с гораздо меньшим рвением, пожалуй, но в то же время слегка раздражает. Я никак не могла понять этой лишней суеты вокруг моей персоны. Даже у меня беременность не вызвала такого ажиотажа, а Раш никогда не выглядел мнительным паникером. Так в чем же дело?

И не скажешь, что это у него внезапно родительские инстинкты проснулись. По-моему, Раш воспринимает наше будущее потомство слегка абстрактно, как и я. Разумом мы оба понимаем — через несколько месяцев у нас появятся два младенчика, но родителями себя не чувствуем.

Далеко не сразу я поняла, что Раш попросту не знает, как нужно себя вести с беременной женой-человеком, вот и перегибает палку от растерянности. Его вводит в заблуждение моя кажущаяся хрупкость. Конечно, по сравнению с любой орчанкой я и ростом, и комплекцией как подросток, а уж для Раша, который запросто меня одной рукой поднять может словно ребенка и все норовит на себя затащить, чтобы не придавить ненароком, это, наверное, еще заметней. У него с самого начала что-то такое проскальзывало, а уж сейчас, когда я из-за проклятого токсикоза, невзирая на чудодейственные шаманские снадобья, выгляжу бледной и замученной, ему и вовсе кажется, что меня можно мизинцем случайно зашибить. Ох, надеюсь, мы это оба переживем.

Ну и еще есть надежда, что новые обязанности князя, в конце концов, займут его больше, чем присмотр за мной. Нет, все-таки до чего же противоречивые чувства меня одолевают, с одной стороны, мне очень нравится забота мужа и хочется почаще его видеть, а с другой — наоборот, хочется, чтобы работа отвлекла его от меня понадежней, пока мы не разругались вдрызг. А то ведь до абсурда иной раз доходит, туда не суйся, того не делай, это тебе вредно.

Меня и так почти ото всех обязанностей освободили. Кроме учебы. Тот самый старый орк, что просвещал меня по традициям и истории, продолжил этим заниматься, но в двойном объеме. Традиции зеленых и красных орков, пусть и в мелочах, но порой отличаются сильно. Хорошо хоть законы в целом общие, но для такого народа, как орки, традиции чаще значат гораздо больше, чем законы, так что приходилось зубрить, стараясь запомнить все нюансы.

А обстановка в мире тем временем все ухудшалась. В столице лесных эльфов было неспокойно, Таналь явно времени зря не терял, но что там происходит конкретно, узнать пока не получалось. Эльфы увлеченно занимались переделом власти и с окружающим миром не очень-то общались. К счастью, этот самый передел происходил более-менее мирно, за пределы эльфийского леса не выходил, а то ведь мировая общественность могла бы и насторожиться, а потом и вовсе попытаться утихомирить буянов.

Единичные вспышки заболеваний постепенно превращались в настоящую эпидемию. Ей даже придумали замысловатое название, но народ называл просто: тихий мор. У оборотней вымерла уже вторая деревня целиком, что спровоцировало беспорядки и панику. В чем-то оборотни — существа гораздо более буйные, чем орки. А от этой болезни им отчего-то доставалось намного больше, чем всем остальным народам.

У нас тоже не все было гладко.

Пастухи в степи наткнулись на небольшое опустевшее кочевье красных. Разоренные шатры, тела, сильно объеденные зверьем. Но все указывало на то, что несколько семей орков были уже мертвы, когда до них добрались хищники. В городе тоже произошло несколько смертей, а во дворце по-прежнему были здоровы все.

Надо обязательно связаться с Глорией и узнать, как дела обстоят у нее. Неужели я действительно нашла лекарство или это совпадение? Но если нашла, как обеспечить им хотя бы своих, не говоря уж обо всем мире? Имперцы закрыли портал, хорошо хоть не объявили карантин. Никакой больше торговли, пока не стабилизируется обстановка. А что будет, когда кто-то узнает, что лекарство существует, даже если это совсем не так? Нас же просто сметут, несколько килограммов специй не разделишь на всех.

Помучившись этим вопросом, я так ничего толком и не выяснила. Даже разговор с Глорией не слишком-то помог прояснить ситуацию. Да, сообщила она, что с тех пор как я передала ей мешочек со специями, никто из тех, кто их ел, не заболел. Но, во-первых, прошло слишком мало времени, и это могло быть совпадением. А во-вторых, в отличие от орков, у которых повар с помощниками предпочитал готовить на всех обитателей дворца, включая прислугу, примерно одинаково, как в столовой, ну, не считая того, что для княжеского стола добавлялись кое-какие деликатесы, в королевском дворце некромантов прислуга могла лишь доесть то, что осталось с королевского стола. Так что проконтролировать всех и собрать достоверную статистику сложно. Тем не менее Глория осторожно согласилась со мной, что мы нашли лекарство. Ну или как минимум профилактическое средство. Я поделилась с ней своими опасениями, и мы решили пока об этом никому не говорить. Наши предположения еще никак не подтвердились, а если об этом кто-то узнает…

Я ждала Таналя, надеясь на его помощь. Этот эльф уже доказал — на него можно рассчитывать в самых сложных и деликатных делах. К тому же он очень сильный маг с огромным опытом и знаниями. Самый лучший союзник сейчас.

Таналь не заставил себя долго ждать. Однажды вечером в гостиной открылся портал, и из него вышел эльф с бутылкой вина и корзинкой уже знакомых мне ягод ижики. Надо же, запомнил, что они мне нравятся. Пока я гостила у него, каждое утро начинала с ижики, подозреваю, ее к завтраку подавали именно для меня.

— Держи. Эльфийки всегда едят эти ягоды во время беременности, говорят, облегчает состояние. А вино — нам с твоим мужем.

— Спасибо, — принимаю корзинку с искренней благодарностью. — Не знаю, насколько они полезные, но вкусные — это уж точно.

Смертельно уставший Раш, буквально несколько минут назад вернувшийся домой после целого трудового дня (сегодня он даже не забегал ко мне, некогда было), только вяло кивнул на приветствие эльфа да рукой махнул неопределенно: располагайся, мол.

Нам принесли заказанный Рашем ужин, мужчины разлили вино, а я налегла на угощение, смакуя каждую ягодку. Все-таки сложно у орков с этим, у них разве что виноград прижился самых неприхотливых сортов. Но и тот я уже видеть не могу.

— Ну, рассказывай уже наконец, зачем ты все это устроил? — спросила я, на миг отрываясь от лакомства. — Все давно знают, что ты обладаешь едва ли не большей властью, чем король, стоило ли переворот затевать? Ты же все равно единственный наследник.

— Пока единственный, — уточнил Таналь, задумчиво покачивая в руках бокал с вином. — Собственно, если бы обстановка была более стабильной, я и не затеял бы все это. Ты права, у меня действительно хватает власти и влияния, чтобы продавить нужное решение или, при желании, саботировать приказы отца. Но это требует времени, которое не всегда есть, и усилий. Отец… мог бы стать хорошим правителем… исключительно в мирное и спокойное время. Я тебе уже говорил, Диана: он совершенно не умеет принимать решения в кризисных ситуациях, колеблется, сомневается, пока не становится слишком поздно. А если на него надавить, заставляя что-то решить сразу, не сходя с места, почти всегда ошибается. Хуже того, отец катастрофически подвержен чужому влиянию. Пока жива была мама, фактически в любой кризисной ситуации страной правила она, отец лишь озвучивал ее решения. И это всех устраивало, включая его самого. Было на кого переложить ответственность.

— У вас с ней были хорошие отношения? — спросила я.

— Да, мы с мамой удивительно понимали друг друга. — Таналь улыбнулся, впервые слышу в его голосе теплоту по отношению к кому-то, кроме Бель. — Может быть, потому что с отцом отношения никогда не складывались. Я не похож на него ни характером, ни внешне, намного сильней магически и никогда не мог уважать его по-настоящему.

Все пункты, кроме внешности, понятны, но мне почему-то казалось, что Таналь на отца чем-то похож. Хотя его мать я никогда не видела, а у всех эльфов есть несколько характерных черт, вроде ушей и разреза глаз, что делает их, на посторонний взгляд, схожими.

— Было время, когда отец даже сомневался, что я его сын, — продолжил Таналь. — При этом трусливо ничего не предпринимал, чтобы доказать или опровергнуть это. Других наследников у него все равно не было, но неприятные слухи поползли по двору. Пока мама была жива, мне это особенно не мешало, да и мало кто решался о таком болтать.

— Она была решительной женщиной?

— Весьма. И очень злопамятной, тут я в нее пошел, без сомнения. — Таналь кривовато улыбнулся. — Но вот после ее смерти… я был тогда еще молод, не имел нынешней репутации, зато обладал огромным магическим даром, который только учился контролировать, и не самой безопасной способностью. — Он машинально коснулся зеркальных очков, которые теперь почти не снимал. — Мне завидовали и боялись, тем более случайно пострадали несколько эльфов. Некоторые, как ты понимаешь, и не случайно, только доказать это было сложно. А тут еще такие слухи — и никакого опровержения.

— А что, у вас такие вещи не умеют определять с помощью магии? — удивилась я, остро сочувствуя другу. Теперь мне понятно, откуда взялся его характер, даже представить страшно, какая травля началась с попустительства короля. Чтобы пережить такое и не обозлиться на весь мир, надо быть святым.

— Ничего сложного, — небрежно пожал плечами Таналь, он не желал моего сочувствия. — Небольшой магический ритуал, но… сам я этого тогда не умел, попросить о такой деликатной услуге было некого, а отец… думаю, он боялся узнать, что я действительно не его сын.

— Но это не так? Не поверю, что ты не проверил.

— Проверил, разумеется. Как только научился, но с этого как раз и началось наше противостояние с отцом, не слишком яростное. Я постепенно отбирал у него власть и сторонников, пока отец семь лет назад не женился. Он опять попал под чужое влияние. Я даже не берусь сказать, кто из них худший правитель, — отец, боящийся принятия сложных решений и полагающийся на советы жены, или эта… королева, считающая, по малолетству, что власть и высокое положение нужны исключительно для удовлетворения ее амбиций.

— Что, такая дура?

— Да нет. — Таналь поморщился. — В том-то и дело, с мозгами у нее все в порядке. И умная, и хитрая, просто совсем еще молодая. Лет через двести из нее, возможно, и получилась бы неплохая королева, когда наиграется. Проблема в том, что я не готов наблюдать, что эти двое натворят с моей страной за два века. Мне и за семь-то лет пришлось приложить немало усилий, чтобы не дать им наделать совсем уж откровенных глупостей.

— А ты уверен, что знаешь, как лучше, да? — не удержалась я от небольшого ехидства.

Таналь на мое замечание только хмыкнул, не останавливая свой рассказ.

— Ко всему прочему, Леаналь меня люто ненавидит и сделает все, чтобы поскорее избавиться. Убить меня сложно, во всяком случае, несколько покушений успехом не увенчались, но дело в том, что у королевы есть и вполне законные методы.

— Это какие же?

— Другой наследник, — впервые с начала разговора подал голос Раш. А я уж думала, что он уснул.

— В целом верно, — согласился Таналь. — Видишь ли, пока я единственный наследник, мне многое прощается. Всем ясно, кто в будущем станет королем, к тому же заменить меня просто некем. Но если я, скажем, женюсь, и у меня родится сын, или, на худой конец, сын родится у Леаналь, мое положение становится гораздо менее устойчивым.

— Это почему? Насколько я понимаю, ты все равно имеешь первоочередное право как старший сын?

— Так и есть. Если только меня не поймают на чем-нибудь грязном. В таком случае с формулировкой: «Действия, порочащие титул наследного принца», — меня можно этого титула лишить, передав его моему сыну или младшему брату.

— А можно не дожидаться, когда ты совершишь что-нибудь этакое, а подставить, — проявила я понимание. — Интересно, если бы ты за жезлом сам полез и тебя на этом поймали, это было бы то самое?

— Еще как!

— Ну, я так и думала. Впрочем, я так подозреваю, что и в твоем прошлом при желании можно накопать что-нибудь такое.

— Да уж, пожалуй, я не всегда действовал по закону и еще реже — честно.

— Но ни детей, ни младших братьев у тебя пока нет, ведь так?

— Нет. Леаналь, к счастью, родила девочку, совершенно очаровательное создание, кстати. В ближайшие годы мачеха вряд ли смогла бы родить еще одного ребенка. А тут я так удачно овдовел. Леаналь уговаривала отца, чтобы он заставил меня снова жениться. У него вполне были возможности это сделать.

— А чем прежняя жена была плоха? Тем, что она человек?

— Тем, что я к ней не прикасался, вероятно. Мне не нужны были случайности, есть способы заставить забеременеть женщину с первого раза, невзирая на контрацептивные заклинания и зелья.

Ну что ж, он хорошо все объяснил. Таналь, конечно, тот еще интриган и временами — бессовестная сволочь, но его мотивы мне полностью понятны и не вызывают неприятия. Пожалуй, потому мы и сдружились так легко, его образ мыслей и решения мне понятны словно свои. Собственное благополучие и благополучие родного государства, за которое он в ответе, кто бы его за это осудил? Не я, точно.

— Пока не забыла, еще один вопрос давай проясним. Что там с обрядом братания?

— А что с ним не так? — ненатурально удивился этот ушлый эльф.

— Знаешь, Таналь, — сообщила я доверительно, — в последнее время у меня все чаще возникает непреодолимое желание навернуть тебя чем-нибудь тяжелым по голове. Не догадываешься почему?

— Нервы? Говорят, у беременных это случается.

— Р-р-р! Как я тебя вообще терплю с таким зловредным характером?!

— Ладно, ладно, — рассмеялся этот ехидный эльф, поднимая ладони в примиряющем жесте. — Мужа спать отправь, вон его как скрючило, беднягу, и я расскажу. Это недолго.

Раш и в самом деле задремал в очень неудобной позе, едва ли не сложившись в два раза и частично привалившись ко мне. В последнее время он ужасно устает, Рашу приходится постоянно быть в разъездах и решать множество вопросов. Орки, особенно красные, не самые простые подданные. К тому же было решено строить еще одни город, столицу для красных. Поиск и согласование подходящего места тоже оказались делом непростым.

Кое-как растолкала Раша, проводила в спальню и помогла раздеться. То, что он уснул в присутствии Таналя, а также оставил меня с ним наедине, лучше всего говорило, насколько же Раш на самом деле устал. Впрочем, это еще и говорило о том, что с эльфом они все-таки поладили. Потому что муж, конечно, знал — Таналь как мужчина для меня теперь совершенно безопасен, но ревность — нелогичное чувство. До недавних пор он ревновал меня к эльфу просто бешено.

— Ну что, я внимательно слушаю. — Вернувшись, я устроилась напротив Таналя, впившись в него внимательным взглядом и всем своим видом демонстрируя, что не сдвинусь с места, пока не получу ответы на все интересующие меня вопросы. — Ну расскажи, зачем ты так рисковал? Это без сомнения очень эффективный способ борьбы со слухами, но он мог бы тебе дорого обойтись. Я тебя уже хорошо знаю, Таналь, ты не стал бы ничего делать просто так.

— Тебя это беспокоит?

— Нет, я просто хочу получить полную информацию. Имею право, как думаешь?

— Согласен. На самом деле никаких сложных интриг, я слегка подстраховался на случай, если меня все-таки вынудят жениться. Даже при том, что затеянный мною переворот прошел удачно, коронация через два дня (вы приглашены, кстати), опасность нежелательного брака все еще высока. Король обязан иметь наследника, так что на меня опять могут начать давить.

— А какое отношение к этому имеет обряд братания?

— Иногда очень полезно вспоминать старые, почти забытые за ненадобностью законы, — иронично хмыкнул Таналь. — Когда-то, много веков назад, один из королей даровал духовным братьям и сестрам право выбирать друг для друга супругов, а также отвергать неподходящих.

— Так это не часть обряда?

— Нет, это именно закон, который забыли отменить, тем более это не так просто, и действителен он только для лесных эльфов. Так что женить меня без твоего согласия теперь весьма затруднительно. А ты уже замужем, так что можешь об этом не беспокоиться.

Я только головой покачала. Нет, сердиться на него за подобные манипуляции даже не собиралась. На что? Все свои обещания Таналь выполнил в полной мере, если что и делал без моего ведома, то впоследствии все объяснил. А то, что и собственную выгоду не забыл, так тут ничего странного. Тем более он еще и рисковал, давая мне в руки такой козырь. Впрочем, Таналь меня тоже уже хорошо изучил, наверняка догадывается, что в первую очередь я буду болеть за Анабель.

И все-таки он изрядный романтик. Ведь Таналю выгодней жениться на эльфийке, чтобы иметь чистокровного наследника, а Бель сделать официальной любовницей. Он же, наоборот, предпринял все, чтобы отбиться от нежеланной невесты, если таковая вдруг появится на горизонте.

Таналь засобирался домой, и я вспомнила, о чем еще хотела с ним поговорить. Вообще, поговорить я хотела не только с эльфом, это все, конечно, большая тайна и большой риск, но Таналь и Дерек уже доказали, что им можно доверять в очень щекотливых ситуациях. Когда я обратилась за помощью к этим двоим, они просто обязаны были доложить своим отцам о войне у орков, чтобы те, в свою очередь, собрали королевский совет и вынесли решение уничтожить посмевших нарушить древние законы во время Войны Стихий. Так было всегда, и то, что нарушители всегда гибли едва ли не всем народом, гарантировало — в другой раз любой, даже самый амбициозный или безумный правитель десять раз подумает, прежде чем нарушить закон. И, несмотря на весь риск, а они ведь тоже рисковали, оба наших друга промолчали и помогли без разговоров. Они ведь не могли знать заранее, что война эта закончится, еще толком не начавшись. Так что доверия они достойны, тем более все равно ведь кому-то доверять пришлось бы, у орков нет таких сильных магов, которые могли бы разобраться, действительно ли мы с Глорией нашли лекарство или это только кажется. У шаманов все-таки слегка не тот профиль. Ко всему прочему, мало разобраться, надо ведь еще каким-то чудом обеспечить всех желающих или хотя бы уж своих, а это тоже немало, этим самым лекарством. А где его брать? Можно, конечно, попытаться купить у Империи в кредит, туда переходы закрыты, но, пока не объявлен карантин, оттуда груз нам наверняка доставят. Очень задорого.

Но меня посетила другая мысль. Эльфы ведь, по крайней мере лесные, — асы в работе с растениями. Так, может, они в ускоренном темпе просто вырастят нужное количество специй? Семена-то я тоже купила. Собственно, мы уже даже и теплицы засеяли, несмотря на осень, благо там нужный климат можно поддерживать с помощью магии.

Таналь очень серьезно выслушал мои сбивчивые объяснения, попросил образец продукта и пообещал, что после коронации мы обязательно сразу же соберемся все вместе и подробно все обсудим. Забавно, у меня не было никаких доказательств, для этого как минимум необходимы серьезные исследования. Но Таналь, похоже, поверил сразу и без всяких сомнений. Или просто серьезно относится к моим просьбам, чтобы проверить, даже если звучит это глупо? Почему? Не знаю, но спасибо ему еще и за это.

Наверное, следовало бы подробнее описать коронацию, но почему-то именно в тот день мой организм особенно взбунтовался. Даже шаманские отвары не действовали как раньше. От необходимости провести несколько часов на ногах эти самые ноги затекли, и разболелась спина. Хорошо хоть живот еще не такой большой, чтобы его было тяжело носить, хотя это ненадолго, до сих пор почти незаметный, он начал стремительно увеличиваться. Правда, подозреваю, что дело тут не только в беременности, во всяком случае, не напрямую, потому что я заметно округлилась и в других местах. А все потому, что теперь, когда меня не тошнило, постоянно хотелось есть.

В общем, собственное состояние занимало меня гораздо больше какой-то коронации, даже если это важное событие для моего друга и брата. Но, надо признать, эльфы умеют все делать красиво, это трудно не заметить даже в самом сумрачном состоянии сознания. Мое сознание было не настолько сумрачным, так что заметить удалось многое.

Сначала было длинное пешее шествие по нескольким ярусам города, впереди — Таналь в густо расшитой золотой нитью мантии, рядом — свита из самых приближенных и почетных гостей (мы с Рашем), затем послы других государств, а за ними уже более простые эльфы. Храм было не узнать, украшенный цветными лентами и традиционными цветами, он выглядел гораздо нарядней, чем в ту праздничную ночь. У порога нашу делегацию встретили два жреца, тоже в расшитых шелковых мантиях, но другого цвета и фасона. И начался какой-то незнакомый мне торжественный и затянутый обряд. Таналю, как центру этого обряда, приходилось то давать какие-то клятвы на крови у ног статуи божества и с тем самым жезлом, кстати, то снимать мантию и позволять жрецам разрисовывать свой торс и лицо магическими письменами. После чего они затянули протяжную песню, постепенно подхваченную эльфами. Красиво поют, между прочим, но это я и раньше уже замечала. Напоследок Таналю пришлось выпить некую подозрительную жидкость из резной деревянной чаши, и на этом обряд был завершен.

Настал момент возложения королевского венца. И мой выход. Хорошо хоть Таналь догадался предупредить заранее, а не как обычно…

Оказалось, что, по традиции, королевский венец должен возложить кто-то из родственников, если, конечно, есть хоть один живой в наличии. Если же живых родственников нет, на эту роль назначается какое-нибудь доверенное лицо, которое после коронации приобретает особый статус. Что-то вроде дальнего родственника, троюродного дяди, скажем, или аналогичное. Но в данном случае ситуация получалась деликатная. Меньше всего Таналь хотел привлекать к этому делу своего отца, да тот и сам злорадно отказался, хоть мелкая, да пакость. Не самое лучшее начало правления, когда при живой родне некому короновать, да еще в такой непростой период, любая ошибка — и все кому не лень будут на нарушение традиций и плохие приметы пенять. И через сто лет припомнят: вот, мол, король не по заветам предков короновался, а у нас теперь все цветы в саду повяли.

Имелась пятилетняя сестра, но она еще слишком маленькая, чтобы участвовать в подобных церемониях без присутствия родителей. И смотрим пункт первый.

Так что внезапно я оказалась единственным приемлемым вариантом. Сестра как-никак. Правда, никто до этого момента о подобном и не догадывался, большинство эльфов до сих пор считали меня любовницей Таналя. И когда я появилась на коронации в компании мужа, косились недоуменно. Впрочем, я не была уверена, относится это к наличию у меня мужа или к тому, что на коронацию эльфийского принца пришел аж целый орочий князь, тогда как эльфы с орками традиционно друг друга не замечают и общих дел не имеют. А откуда бы им взяться? Границ общих нет, тут как бы не вполконтинента расстояние, и оборотни с гномами между ними. Общих интересов опять же никаких — где степь и где лес? А тут еще и шокирующие новости о нашем с Таналем братании. Это же получается, их король фактически с орками породнился, потому что я хоть и человек, но вообще-то тоже княгиня. И близнецы мои эльфу племянниками будут на полном серьезе.

Тем более что этот гнусный интриган, кроме меня, похоже, никого не предупредил, в церемонии возникла небольшая заминка и даже тихая паника, пока мы оба не продемонстрировали свои запястья. Зато после на многих ушастых физиономиях прямо-таки проявилось переосмысление новой картины мира.

Собственно говоря, что касается церемонии, от меня требовалась сущая мелочь. Взять с расшитой подушки золотой венец и надеть на голову Таналю. Поскольку мы почти одного роста, ему даже наклоняться не пришлось. Жрецы вновь затянули что-то торжественное, подножие статуи с небольшой вспышкой света очистилось от пролитой крови, и на этом церемония завершилась. Все, теперь Таналь король.

Восторженный рев толпы, окружившей все подступы к храму, на миг меня оглушил.

Потом была длинная торжественная речь перед подданными, которую я пропустила мимо ушей, меня тошнило от навязчивого цветочного аромата, и болела голова, так что было откровенно плевать, что там Таналь врет своим эльфам.

Следующим шел пир, и я уже прикидывала, как бы с него вежливо сбежать и не обидеть друга. Не без оснований предполагала, что этот пир может стать для меня настоящей пыткой, хотя в других обстоятельствах только ради него и осталась бы. В последнее время на меня временами нападала просто непреодолимая прожорливость.

В такие моменты я могла съесть что угодно, притом вкусовые пристрастия у меня как-то незаметно кардинально изменились, и теперь местная пища не казалась такой гадостью, как раньше. А уж эльфы и вовсе умеют удивить кулинарными изысками.

Я судорожно сглотнула набежавшую слюну. Интересно, как это вообще возможно — ощущать тошноту и голод одновременно?

К счастью, у эльфов не только кулинария на высоте, а Таналь временами и вовсе идеален. Он всего лишь словно случайно коснулся меня, проходя мимо, и мне сразу полегчало. Вот ведь! И откуда он знает заклинание для помощи беременным? Было, конечно, лестно думать, что специально для меня выучил, но как-то это не по-танальски.

На пир мы все-таки остались, хоть и не до конца. Правда, удовольствия я от этого все равно не получила никакого. Перекинуться даже парой слов с Таналем не было никакой возможности, пусть и сидели мы рядом как родственники и представители союзного государства. Но в присутствии бывшего короля с женой и их маленькой дочери говорить о чем-то важном хотелось меньше всего. Оставалось только молчать и жевать деликатесы.

Да, на пир они все-таки пришли, хотя мне показалось, их скорее привели. Под конвоем. И естественно, сидели они тоже рядом, прямо напротив нас с Рашем, и были у них такие злобные лица, что мне буквально кусок в горло не лез. Эти двое даже не пытались скрыть своих эмоций.

И только беловолосая голубоглазая малышка, живая и непосредственная, любопытно вертела головой, забавно шевеля длинными ушами.

Интересно, что Таналь сделает с родственниками? В живых оставлять опасно, но поднимется ли у него рука на родного отца? На сестру точно не поднимется. В любом случае малышку жалко. Либо эти воспитают ее в ненависти к старшему брату, либо останется сиротой.

Какое все-таки грязное дело политика.

И вот наконец мы собрались, можно сказать, всей нашей компанией. Или это правильней назвать союзом? Пятеро разумных, знающих не самые безопасные секреты друг друга и планирующих обсудить еще один такой же небезопасный секрет. Удивительно, но меня это даже не слишком беспокоит. Дело тут вовсе не в доверии, я просто осознала вдруг, насколько надежны эти трое мужчин, если они что-то берут на себя, то не предадут и не отступятся. В Империи те, кто так близко к власти, редко бывают настолько щепетильны. А на Арейле то ли в силу менталитета, то ли потому, что местные боги вполне материально способны наказать за клятвопреступление, очень многие серьезно относятся к своему слову и обязательствам. Думаю, Глория поняла все это не хуже меня, и, возможно, даже раньше.

Дерек с Таналем по-прежнему не питали друг к другу теплых чувств и доверия, но обоим было достаточно нашего с Рашем слова, чтобы отринуть личное и плодотворно работать вместе.

Обсуждение начали с нашего с Глорией рассказа, который вышел не слишком длинным, потому что изложить некоторые наши предположения — дело пары минут, а конкретных фактов, к сожалению, не было никаких. Тем не менее мужчины слушали очень внимательно.

Потом высказался Дерек.

— Я провел кое-какое исследование, к сожалению, времени было не слишком много, — заметил некромант с легкой укоризной. — Но сначала кое-что, о чем никто из вас, очевидно, не знает. Леди, в силу происхождения, скорее всего, об этом и не задумывались, но мы из истории помним, что практически любые катастрофы, спровоцированные Войной Стихий, имеют магический характер. Даже если кому-то на голову внезапно упал камень, тем самым приведя к цепочке трагических случайностей, окончившейся мировой войной, в итоге непременно выяснится: тот самый камень упал пусть и «случайно», но не без помощи магического воздействия.

Мужчины понятливо кивали, для них это были прописные истины, мы с Глорией гадали, зачем Дерек углубился в такие детали, явно же все это было сказано только для нас двоих. Но, вероятно, дальнейший разговор плотно затрагивает именно эту тему.

— Так вот, очевидно, что так называемый тихий мор тоже имеет магическую природу. Сам я его не исследовал, однако под моим патронажем работают замечательные специалисты, как целители, так и некроманты.

— И что же такое важное они нашли? — не выдержала я. Нет, все, что Дерек рассказывает, важно и без сомнения познавательно, но хотелось уже узнать, в чем дело.

— Исследования показали, что тихий мор — это искусственно модифицированный вирус изначально гораздо менее опасной болезни. Но, думаю, это уже определили и без нас.

Таналь согласно кивнул. А мне стало нехорошо, это же биологическое оружие массового поражения!

Дерек тем временем продолжил:

— Тем не менее мало кто, кроме команды опытных некромантов, сможет в ближайшее время определить, что в момент смерти заболевшего этот вирус выдает в одно мгновение мощный импульс некроэнергии.

— Разве она не выделается в момент смерти любого разумного? — уточнил Раш. Он дружит с Дереком не одно десятилетие, успел нахвататься по верхам знаний о некромантии. — Это ж прописные истины.

Таналь подался вперед, он сейчас напоминал кота, готового закогтить птичку.

— Ты прав, так и происходит обычно. Именно потому, принося в жертву разумных, некромант может значительно увеличить свою силу.

— Тем не менее по всему миру за жертвоприношения полагается смертная казнь, — уточнил Таналь явно для меня. Остальные-то об этом точно знали, даже Глория как жена некроманта.

Дерек кивнул, подтверждая его слова, и снова продолжил рассказывать:

— Именно этот посмертный импульс, аномально низкий, и заинтересовал одного из исследователей. Но поскольку вирус, убивающий жертву, находился в теле и почти идеально имитировал посмертный выброс энергии, разницу сначала никто не заметил. Никому не приходило в голову проверить, рассеивается энергия смерти в пространстве, как ей и положено, или куда-то уходит. Исследовали в первую очередь сам вирус и способы лечения или хотя бы профилактики.

— То есть она не рассеивается? — уточнил Таналь. — Как это обнаружили?

— Один из исследователей, забывшись, но привычке попытался впитать освободившуюся после смерти пациента некроэнергию и обнаружил, что импульс узконаправленный и уходит одним лучом в неизвестном направлении.

— Но потери при передаче энергии таким способом составляют до пятидесяти процентов, — заметил Таналь.

— Тысячи смертей по всему миру, — проворчал Раш. — Даже половина — это уже слишком много.

— Жертвы иссыхают, как будто что-то очень быстро вытягивает из них всю жизнь, — вдруг вспомнила я. — Это что же получается, какая-то сволочь создала болезнь и ворует чужие жизни, чтобы увеличить магическую силу?!

— Самая правдоподобная на данный момент гипотеза, но что-то мне подсказывает, что она вот-вот подтвердится. — Дерек вздохнул.

А я подумала, что он сейчас вспоминает о своем сыне. Но сомневаюсь, что этот бестолковый мальчишка способен на что-то подобное. Он просто амбициозный неудачник.

— Значит, необходимо искать не только лекарство, но и создателя болезни, — подвела итог откровениям Дерека Глория. — Или в первую очередь именно создателя?

— И помалкивать, что это — дело рук некроманта, — добавил Раш.

Все с этим молчаливо согласились, даже Таналь, хотя для него, по идее, в этом никакой особой выгоды нет. Мы все прекрасно понимали, что дойди такая информация до простого народа — и быть беде, мало кто станет разбираться, виноват в происходящем отдельный преступник или все некроманты скопом. По-моему, большинству уже скоро будет все равно, кого назначить виноватым, лишь бы было, на ком сорвать свой бессильный страх и злость.

— Рано или поздно кто-то докопается до правды, — все же заметил Таналь. — Все государства так или иначе занимаются исследованием этой болезни, а талантливые некроманты есть не только у людей.

— К сожалению, — хмуро согласился Дерек.

— Так может, стоит сосредоточить все усилия на поисках этого экспериментатора? — Я чувствовала какую-то иррациональную обиду, вроде как совершила эпохальное открытие, а оно, оказывается, не очень нужно. Разумом понимаю, насколько это глупо и по-детски, а эмоции бушуют. — Должен же этот маг контролировать свое детище, возможно, нужно просто его найти и заставить все прекратить?

— Его не только найти надо, но еще и как-то поймать. — Раш недовольно фыркнул. — А потом еще и заставить. Как бы не вышло, что на него армией надо идти.

— А тем временем разумные будут умирать все чаще. — Таналь задумчиво вертел в пальцах какой-то светящийся голубоватым оттенком шарик. Дерек нервно косился. Опасная магия, что ли? — И этот маг будет становиться все сильней.

— То есть лекарство нам все-таки нужно и как можно быстрей?

— В таком случае стоит вернуться к теме, ради которой мы все собрались, — предложила Глория.

И мы вернулись. Начали с того, кто и что успел выяснить. Первым опять высказался Дерек, но ему особо похвастаться было нечем, времени на исследования у него было немного, поскольку Глория о наших экспериментах предупредила мужа не так давно, а своим людям он это поручать пока не стал. Дерек успел только аккуратно исследовать тех, кто ел пищу с нашими пряностями, и констатировать, что они все здоровы. Но также здоровы были и многие из тех, кто пряности не ел. Никто из контактировавших с больными не заразился, но, учитывая, что болезнь распространяется нетипично, сперва бывают одиночные вспышки, а затем все развивается хаотично, это ни о чем не говорило. У нас с Рашем тоже было немного полезной информации, некоторые наблюдения и заключение верховного шамана орков. В княжеском дворце с момента нашего возвращения от имперского портала не было ни одного случая заболевания, как я уже упоминала, во дворце живет не такое большое количество народа, так что повар готовит примерно одинаково для всех обитателей. Все, кто ездил с нашим караваном, но не жил во дворце, тоже были абсолютно здоровы. Это уже куда меньше походило на совпадение, но у орков не было ученых, способных все это всерьез исследовать, хотя верховный шаман и заинтересовался. Возможно, он даже что-то найдет, но пока ждать внятных результатов не стоило.

А вот Таналь порадовал новостями. Несмотря на недостаток времени и коронацию, он все-таки ухитрился провести кое-какие исследования с выданными мною образцами и даже вырастить из полученных семян растение.

— Когда ты успел? — Я действительно удивилась, предполагала, что эльфы своей магией умеют работать с растениями в очень широких пределах, но все равно не ожидала, что он справится так быстро.

— Вырастить одно или два небольших растения можно и за пару часов, хватило бы магических сил, — пожал плечами Таналь. — Это не дерево.

В общем, он не вдавался в подробности, да и в любом случае эти подробности понял бы разве что Дерек. Вроде как Таналь, используя кровь зараженных и здоровых эльфов, выяснил, что привезенные из Империи пряности не являются лекарством от болезни, но они надежно защищают от заражения. Нужны, разумеется, еще длительные и подробные исследования, там много неясностей, в частности, совершенно непонятно, почему обычный перец (или сейра) действует таким странным образом. Однако уже полученные результаты нас несказанно воодушевили, пусть стопроцентно доказать эффективность специй как профилактического средства времени не хватило. А затем Таналь выдал не менее неожиданную новость.

Ускоренно выращенные растения нужного эффекта не оказывают. Я просто-таки услышала грохот рухнувших надежд.

— Но почему?! — Это был практически вопль отчаяния.

Таналь только руками развел:

— Возможно, дело как раз в магии.

— В каком смысле — в магии?

— В самом прямом. Я использовал магию, чтобы быстро вырастить растения. В Империи все происходит естественным путем — рост, вызревание. Возможно, вмешательство разрушило какие-то важные вещества. Либо, что не менее вероятно, дело в почве.

— И тогда непонятно: нельзя использовать магию для стимуляции роста или на Арейле с ее магическим фоном вообще бесполезно пытаться выращивать эти растения? — Вопрос Глории остался без ответа.

— Не стоит забывать, что сама болезнь имеет магическое происхождение, — напомнил Дерек. — Теперь это орудие Войны Стихий, а здесь — свои правила.

— Это какие же?

— Случайности, — вместо Дерека ответил Таналь. — В Войну Стихий всегда происходят самые странные совпадения, так она начинается и так заканчивается.

— И что ж делать?

— Проводить исследования, — хором заявили наши высокомудрые маги.

— Чудненько, а что делать, пока идут исследования?

— Очевидно, покупать в Империи, — тихонько закончила Глория.

— Да мы разоримся, но всех нуждающихся не обеспечим. А вы представляете, что будет, когда станет известно: лекарство есть, но на всех не хватает?

— Тем не менее вариантов у нас немного, — рассудительно заметил Дерек. — Главное — договориться о покупке. Портал закрыли, будут ли с нами вообще сотрудничать?

Ответа на этот вопрос не знал никто, даже нам с Глорией нечего было сказать. Оказаться на планете, которая вот-вот будет закрыта на карантин, — такого с нами еще не случалось. И как обеспечить всех практически найденным уже лекарством, даже если удастся купить специи, мы тоже не знали. Молчать и выдавать мелкие порции только избранным, постоянно опасаясь, что информация выйдет наружу и нас просто уничтожат? Обнародовать и надеяться, что не начнется тотальная война всех со всеми за ценный (и ограниченный) ресурс? Делать все тайно под видом введения в моду имперских пряностей? Так рано или поздно все равно кто-то догадается. И не стоит забывать о том, что если в Империи узнают, какая мелочь может спасти арейцев от эпидемии (а если брать в расчет весь мир, то и вовсе пандемии), то этот волшебный мир загонят в долговую кабалу. Не пройдет и полвека — и станет Арейла еще одной колонией, из которой безжалостно начнут выжимать ресурсы, как природные, так и магические. Мы с Глорией прекрасно знали, как это происходит, но почему-то, несмотря на свое происхождение, обе одинаково не хотели, чтобы с Арейлой случилось подобное. Давать в руки Империи такие козыри опасно, нам необходимо иметь собственное лекарство или хотя бы научиться выращивать нужные растения с нужными свойствами. И быстро.

Потому что где-то существует некромант, копящий силы с тысяч смертей, и как бы в результате он не оказался проблемой похлеще нынешних. Если в разоренном и ослабленном эпидемией мире появится маг с почти божественным могуществом и жаждой власти (не ради простого научного эксперимента он все это затеял?), кто будет с ним бороться? У кого хватит на это сил?

Ответов на эти вопросы у нас пока не было. Но все дружно согласились: за помощью к Империи стоит обращаться в крайнем случае, а все силы бросить на поиски злоумышленника и на исследования. Дерек и Таналь быстро договорились о совместных действиях в обоих направлениях. Я даже глазом моргнуть не успела, как они решили строить тайную лабораторию, и не где-нибудь, а в орочьих степях. Причем это была идея Раша, и ее почему-то единогласно поддержали, может, в этом и был свой резон. С помощью магии и команды сильных и выносливых орков нужное можно построить буквально в считаные дни, а подобный объект меньше всего будут искать у диких необразованных варваров. Но меня перспектива заполучить под боком лабораторию с опасными вирусами слегка нервировала. Пришлось смириться, в конце концов, должны же и орки внести в это свой вклад, хотя бы и так, а то как бы потом не оказаться за бортом. Эльфы и некроманты нашли лекарство, а при чем тут орки? Эти дикие кочевники и рядом не стояли. Нет уж, будем заботиться о положительном имидже своих подданных. Княгиня я теперь или как?

8

На этом серьезные разговоры мы завершили и теперь просто сидели, болтали о разных мелочах под эльфийское вино, Таналь, когда хочет, умеет отлично налаживать отношения. Ну, пили, понятно, мужчины, мы-то с Глорией так, пригубили по глотку, исключительно для пробы. Но что меня порадовало, Дерек и Таналь, кажется, наконец преодолели взаимное недоверие. Сейчас они уже общались гораздо более дружелюбно, чем прежде, и у меня появилась надежда, что эти двое со временем станут если не друзьями, то хотя бы надежными союзниками. Все-таки это очень неудобно, когда твои друзья смотрят друг на друга косо. Спасибо хоть воспитанные, не ссорятся, потому что муж явно встал бы на сторону Дерека, а я соответственно — Таналя, перегрызлись бы совсем.

Я эгоистично хочу мира в семье и между друзьями, это способствует моему душевному комфорту. Впрочем, как я уже говорила, если Таналю нужно, он прекрасно умеет налаживать отношения. Он даже в качестве жеста доброй воли научил Дерека тому самому заклинанию, которым избавил меня от недомогания во время своей коронации. Некроманту эльфийская магия давалась со скрипом, но ради любимой жены он очень старался. Мне даже показалось, что Раш бы тоже не прочь научиться, но его куцых магических способностей, не хватающих даже на малозатратное шаманство, на столь сложное заклинание и вовсе не хватило бы. В итоге в самом большом выигрыше осталась Глория, а хитрый эльф, не выдав никакой стратегически важной информации, разом завоевал расположение обоих супругов. Дерек все-таки признал, что с ним вполне можно иметь дело.

Вообще в который уже раз с удивлением замечаю, что такая незначительная деталь, как солнечные очки, значительно облегчает Таналю коммуникацию с окружающими. Казалось бы, глаз по-прежнему не видно, но теперь, когда он не отводит постоянно взгляда, создается иллюзия, что эльф, пусть и сквозь преграду очков, прямо смотрит в глаза собеседнику, что автоматически вызывает гораздо больше доверия. А уж как ловко и быстро сам Таналь научился пользоваться новыми возможностями, так, глядишь, со временем и репутацию свою подправит. Все-таки что простительно принцу, не всегда подобает королю.

В общем, душевно посидели, на редкость приятный вечер с друзьями, если забыть, конечно, о первоначальной теме нашей встречи. Меня даже посетило что-то вроде ностальгии, вялой, впрочем. Друзья в Империи у меня, конечно, были, но не слишком близкие, сейчас я по ним почему-то совершенно не скучала. Я о них, если уж совсем честно, и не вспомнила ни разу, оказавшись на Арейле.

Разошлись мы уже за полночь.

Надо сказать, все достигнутые договоренности начали воплощаться в жизнь с такой скоростью, что можно сказать — мгновенно. Прошло чуть больше суток после встречи, и к нам нагрянула внушительная делегация из людей и эльфов, сцапала вяло сопротивляющегося Раша и под неусыпной охраной орков отбыла куда-то в степь.

Мужа я не видела неделю, вернулся он пыльный по самые уши, включая всклокоченную и похожую на паклю косу, которую за эту неделю, похоже, не удосужился даже переплести, уставший до крайности, но жутко довольный.

Первым делом загнала это чучело в ванну, отмою, а заодно и расспрошу.

Оказалось, Раш не зря такой довольный, закончив в рекордные сроки постройку лаборатории, маги и строители, размахнувшись, помогли еще и с городом и чуть ли не наполовину возвели княжеский дворец. Я не стала уточнять, договорился ли муж об этом заранее или удачно запряг подвернувшихся специалистов. В любом случае не прогадал, так-то заманить магов и строителей в степь встало бы нереально дорого, так что даже если Раш и переплатил им за дополнительную работу, все равно, считай, сэкономил.

— Еще недели две — и дворец будет достроен, — довольно жмурясь под моими руками, сообщил Раш. — Город тоже строится. К весне будем переезжать.

Я очень удивилась таким скоростям. Ладно, в Империи есть технологии, позволяющие даже небоскребы собирать как конструктор, за считаные дни. А здесь они как ухитрились-то, пусть и с помощью магии, в голой степи, где даже строительного материала поблизости нет? Пожалела, что лично этого не видела.

Раш тем временем млел и чуть ли не мурчал как огромный кот, пока я промывала его большую пыльную косищу. Мой муж на самом деле просто обожает, когда я уделяю ему внимание, забочусь. А я что, мне ведь несложно и самой приятно.

Радует, что на следующий день Раш никуда не сбежал решать свои срочные дела, я тоже устроила себе выходной, отложив учебу. В последнее время нам так редко удается побыть вдвоем, не решая какие-то важные вопросы, что упускать целый день было бы просто обидно.

Мы провели время в праздном безделье, болтали о всякой ерунде, целовались. Внезапно увлеклись проектом нового города. Когда орки возводили свой первый город, у них не было ни опыта, ни подходящих специалистов. В результате строили, как получится, и, естественно, потом вылезло множество недоделок, которые пришлось устранять. Сейчас был и какой-никакой опыт, и подходящие специалисты, которых можно поэксплуатировать. Да и вообще, это оказалось на удивление увлекательно — решать, каким будет наш новый город, а ведь он и в самом деле будет именно наш, потому что мы как князь и княгиня имели право принимать окончательное решение. Это будет такой город, какой захотим мы, который нам понравится!

Короткий выходной, к сожалению, пролетел слишком быстро. Мы в последнее время так редко можем позволить себе проводить время вместе, что одного дня кажется ужасно мало. Так хотелось вцепиться в мужа всеми конечностями и не отпускать от себя никуда еще хотя бы сутки, а лучше — сразу двое! Я безумно соскучилась! Но время не стоит на месте, и мы сейчас просто не можем позволить себе его терять, пришлось неохотно отрываться друг от друга и вновь с головой нырять в дела.

Раш опять умчался куда-то в степь следить за стройкой и отлавливать разрозненные кочевья красных, чтобы уладить множество организационных вопросов и агитировать на добровольную помощь в строительстве. Красные орки оказались на удивление трудными и беспокойными подданными. Это только на первый взгляд кажется, что от зеленых они отличаются лишь цветом кожи и более крупным телосложением. Если присмотреться, имелись заметные различия в характере и мировоззрении, они гораздо более вспыльчивые и консервативные, чем зеленые. До сих пор живут по заветам предков, кочуют по степи поколение за поколением, нередко погибая от клыков населяющих ее тварей, и даже не пытаются изменить что-то в своей жизни к лучшему, например, построить безопасные города или как-то наладить контакт с другими народами. Многие считали глупостью даже торговлю, и, хотя это уже несколько десятилетий было запрещено, некоторые небольшие кочевья до сих пор совершали мелкие набеги на приграничные деревеньки. О возможности торговать с Империей красные, кажется, и вовсе не подозревали. Максимум, на что их хватало, — это обмен кое-какими товарами с зелеными.

Хорошо хоть Раша как князя приняли без сопротивления, такое уже бывало прежде и не противоречило традициям. Даже жена-человек в их представление о правильном укладе жизни более-менее вписывается. В конце концов, наложницы, взятые в набегах, нередко впоследствии становились и женами. А вот все остальное… Убедить красных в необходимости хоть каких-то перемен — задача нетривиальная, хорошо хоть обошлось без откровенного саботажа. Красные являются ярким примером того, как весь остальной мир воспринимает орков в целом, грубые необузданные дикари, не желающие признавать необходимость прогресса. Хотя, по-моему, главный их недостаток — это непроходимое упрямство, из которого и проистекают все остальные проблемы.

Насколько я понимаю, еще лет пятьдесят-семьдесят назад зеленые от своих собратьев отличались не слишком, однако им повезло с харизматичным князем-новатором, дедом Раша, оставалось лишь непонятно, почему красные, живя рядом со своими сородичами, оказались за бортом этих изменений. И теперь мой муж пытался привнести прогресс в жизнь своих новых подданных. Надеюсь, у него получится. Традиции традициями, но те, кто не движется вперед, в конце концов погибают, задавленные более успешными и прогрессивными конкурентами.

У меня тоже хватало дел, пусть они и были не столь активными. Во-первых, конечно, учеба, по тем или иным причинам ее постоянно приходилось прерывать, то поездки, то побег к Таналю. Так что выучить мне предстояло еще многое, ко всему прочему, мне необходимо было не просто зазубрить, а вжиться в чужую культуру и традиции. Вот с этим у меня было больше всего проблем, трудновато проникнуться тем, что порой кажется дикостью и варварством. Хотя, надо признать, уклад жизни и проистекающие из него традиции и законы у орков, по большей части, устроены рационально.

Помимо этого, леди Найриль взяла на себя мое обучение обязанностям княгини, хотя в целом ничего нового к ним не прибавилось. Я все так же в свободное от учебы время таскалась хвостиком за женской командой княгини и пыталась вникнуть в то, что необходимо оркам. Что они не могут произвести сами, с кем договариваться, чтобы это получить, на что выменять, где взять свободные рабочие руки, чтобы отправить добывать то, что послужит платой. И так — с масштабом на весь орочий народ, пусть и не слишком многочисленный. То ли министр финансов, то ли министр торговли. Я даже и понятия не имею, как это правильно называется. Господи, почему раньше я ничем подобным не интересовалась?! Ведь не понимаю же в этом ничего! Единственное, что поняла четко, — без хорошей команды мне со всем этим не справиться. Придется заводить себе такой же дамский батальон среди красных. Интересно, там есть такие же сообразительные и пробивные женщины? По идее, должны быть, ведь традиционно все это — как раз женские обязанности. Мужчины обеспечивают безопасность, приносят добычу, пасут стада в опасной степи, а обязанность женщины — хранить домашний очаг (шатер), обеспечивать комфорт и решать, где взять то, что для этого нужно, на что обменять или куда послать мужчину, чтобы он это добыл. Каждая орчанка умеет это так или иначе. А я вот, кажется, не очень. Я в Империи даже в магазин за продуктами и прочими бытовыми мелочами не ходила, ведь всегда есть кибердворецкий, который с легкостью отследит, чего не хватает, и закажет доставку.

Кроме того, я продолжала возиться с планом строящегося города, пытаясь втиснуть некстати разбушевавшуюся фантазию в рамки бюджета и возможностей. Это нужно было делать еще и быстро, стройка движется резво, бесконечно вносить изменения в проект попросту невозможно, но очень уж хотелось всего и побольше.

Тихая эта домашняя идиллия закончилась примерно через неделю. Мужчины что-то там думали, обсуждали и в конечном итоге пришли к выводу: необходимо попытаться договориться с Империей о большой закупке специй. Закупка эта, скорее всего, будет разовая, потому что второй раз такую авантюру провернуть будет затруднительно. Мало того, что все контакты, не только закупки, идут через ведомство лорда Миринда, странно будет выглядеть, если внезапно в такой тяжелой для всего мира ситуации несколько государств ринутся покупать специи в промышленных масштабах. Один раз это, скорее всего, пройдет без проблем, но задуматься наверняка заставит, я уверена, у лорда Миринда отличные аналитики, а вот что будет при попытке повторить, я даже не представляю. Можно, конечно, предположить, что, сообразив, зачем арейцам вдруг понадобились специи, имперские власти проникнутся сочувствием к терпящему бедствие миру и займутся благотворительностью. Но странное дело, я почему-то в подобное благородство сородичей ни капли не верю. И ладно бы только я не верила. Глория, вот странно, со мной полностью согласна. Может быть, конечно, это излишний пессимизм, но рисковать отчего-то не хотелось.

Конечно, если бы мне или Глории удалось попасть в Империю, все было бы значительно проще. Нанять людей, чтобы закупили мелкими партиями по разным планетам, кто бы стал отслеживать все эти покупки? Проверили бы выборочно груз перед самой отправкой, да и все на этом. Однако мы все прекрасно понимали, что шансов попасть в Империю сейчас ноль, никого с Арейлы туда не пустят, даже самих имперцев, сотрудников посольства и обслуживающего персонала портала.

Сидят они там сейчас наверняка, отгородившись от всего мира и сократив контакты с аборигенами до минимума, что значит — вообще никого не подпускают на пару километров, но и в Империю вернуться пока не могут.

Есть у меня некоторая надежда, что удастся передать сообщение моему управляющему, но, честно говоря, слабая. Хорошо, если получится вообще договориться о торговле и успеть до объявления карантина. Были у меня неприятные подозрения, что этого уже не миновать. Эпидемия набирала пугающие обороты.

Самое забавное, что общим совещанием было решено отправить на переговоры нас с Глорией и Таналя. Последнего — в качестве транспорта и охраны. Разумеется, помимо эльфа будет и другая охрана, кто бы нас одних отпустил. Но вести переговоры будем именно мы с подругой.

— Две беременные бабы и эльф, — проворчал на это князь неодобрительно. — Куда это годится?

И, несмотря на то что в своем неодобрении он был не одинок, никто больше против высказываться не спешил. Потому что в этом был свой резон — именно что две беременные бабы. Озверевшие от местной экзотической пищи, особо капризные из-за своего положения, к тому же еще и перепуганные творящимися вокруг ужасами. У нас действительно есть неплохой шанс договориться, кто-то да посочувствует двум несчастным соотечественницам. Ну и такой странный заказ можно будет хоть как-то мотивировать. Не то чтобы кто-то всерьез верил, что это сработает, конечно.

Ну что ж, значит, собираемся — и снова в путь. В этот раз, к счастью, порталом, так что все должно быть быстро.

Раш, кстати, отпускать меня куда-то желанием совсем не горел, и его даже присмотр Таналя совсем не успокаивал, несмотря на то что муж вполне признавал надежность эльфа. Мы даже слегка поругались, муж категорически отказывался воспринимать доводы разума и отпускать меня в эту поездку одну. Но отправиться с нами Раш никак не мог, хоть и рвался. Его прогрессивные идеи все еще не находили понимания у красных, что создавало множество проблем, которые только Раш как князь и мог решить. Он даже ночевать возвращался не каждый день, зачастую приходя домой до крайности уставшим, пыльным по самые уши, а порой — еще и здорово раздраженным. В последнее время Раш даже начал жаловаться мне на непробиваемую упертость красных, которые не воспринимают никаких разумных аргументов.

Проблема с подданными не в том, что они отказываются выполнять приказы нового князя, а в том, что они тщательно и ловко избегают ситуации, когда эти приказы можно получить. Красные расползлись по всей степи мелкими кочевьями, и Рашу приходится отлавливать чуть ли не каждого лично, чтобы добиться хоть чего-то. Ужасно непродуктивно и утомительно. У него, конечно, были еще и гонцы, которые тоже ездили по степи и передавали попавшимся на пути племенам приказ явиться к князю. Те подчинялись, но очень уж неторопливо: мол, мы, конечно, сделаем, как велено, воля князя — закон, только… на обратном пути. Так что лично, как ни парадоксально, выходило и быстрей, и эффективней.

Я чувствовала себя слегка виноватой. Сижу дома вместо того, чтобы помогать мужу, а теперь, выходит, еще и бросаю со всем этим одного. Объективно говоря, не одного, конечно, родители Раша всегда поддержат. Да и ненадолго, порталом туда и обратно, это не путешествие с караваном. Но где тут логика? Но сейчас я то и дело расстраивалась чуть ли не до слез из-за какой-то несущественной чуши. Так или иначе, делом нужно было заниматься, невзирая на бессмысленные эмоции.

Сборы и всяческие согласования заняли еще несколько дней. В основном мужчины решали, какую охрану с нами отправить. Таналь пусть и очень сильный маг, но открывать портал для слишком большого отряда тяжело даже для него. Поэтому Дерек намеревался отправить с женой магов, которые тоже умеют открывать порталы. Это, оказывается, далеко не всем доступно, общение с Таналем и Дереком меня некоторым образом избаловало, я, конечно, предполагала, что они заметно выделяются на фоне большинства обывателей, но было больше теоретическое понимание, я по-прежнему очень слабо разбиралась в здешней магии, можно сказать, что и вовсе не разбиралась. Потому для меня оказалось сюрпризом, что найти нужного специалиста несколько сложней, чем просто ткнуть пальцем в первого попавшегося. Нужен тот, кто не только умеет открывать порталы, но и знает нужные координаты и способен провести хотя бы небольшой отряд. Большинство магов, в отличие от уже привычных мне принцев и королей неведомой мощи, способны открыть портал для троих, максимум — пятерых пассажиров средней комплекции. Десяток для большинства магов — это уже высший пилотаж, такие считаются сильными. Таналь, на голой личной силе, без артефактов-накопителей (я внезапно узнала, что и такие, оказывается, существуют, редкие и дорогущие), способен открыть портал человек на двадцать-двадцать пять и после этого даже не свалиться от магического истощения. И это без преувеличения выдающийся, можно сказать, почти фантастический результат. А если учесть, что разумные такого ранга без накопителей даже в туалет не ходят, то он способен к этим двадцати еще и лошадей протащить, после чего останется на своих ногах, но пустым как минимум на полсуток. Однако здравый смысл подсказывал: неразумно так выжимать нашу самую мощную боевую единицу. К тому же именно Таналь будет сопровождать нас с Глорией на переговоры. Просто мы предполагали, что всю толпу вместе с охраной вряд ли подпустят близко, а троих — возможно.

Конечно, в любом уважающем себя королевском дворце или замке существует стационарный накопитель, чем древней, тем мощней. Такой Таналь с Дереком, оказывается, использовали, когда отправляли подмогу Рашу. В этот раз для путешествия мы будем использовать эльфийский, чтобы все наши маги по прибытии были в полной боевой готовности. Даже в княжеском дворце есть накопитель, хотя его никто не использует, у шаманов немного иной тип магии, малозатратный при сравнительно большой мощности, но ме-э-эдленный. Впрочем, накопитель этот все равно еще сравнительно новый и почти пустой. Но положено, традиция такая, к тому же во время Войны Стихий такие накопители заряжаются настолько, что эти запасы потом чуть ли не поколениями используют. Плюс на них всегда запитывают кое-какую дворцовую защиту и коммуникации, вроде водопровода и освещения.

В конце концов, определились и с магами, и с количеством охраны, и с прочими нюансами. Собрались в последний раз все вместе, снова обсудили каждую мелочь. Все, пора было отправляться.

Перед самым отправлением Раш выглядел так, словно прикидывал, как бы меня связать и спрятать где-нибудь в труднодоступном месте. У нас выдался спокойный вечер, и, пользуясь возможностью, мы проводили его вместе, на мягкой шкуре у зажженного камина (варварская роскошь, по меркам Империи, настоящая шкура от живого когда-то зверя и деревянные дрова, сгорающие в огне). По вечерам уже было прохладно, живой огонь и объятия мужа создавали какой-то особый уют. Нам в последнее время очень редко выдается возможность вот так побыть вдвоем.

— Все будет нормально, — пытаюсь успокоить нервничающего мужа, самый лучший способ — это возня с его волосами, расчесать, косу переплести, но сейчас и это не очень помогает. — Мы ведь пойдем порталом туда и обратно. Да еще и охрана.

— Ты всегда влипаешь в неприятности. — Мои доводы Раша совсем не убедили. — Страшно тебя без присмотра отпускать.

— Думаешь, под твоим присмотром я никуда не влипну?

— Сомневаюсь. — Раш криво ухмыльнулся, разворачиваясь и мягко поглаживая меня по округлившемуся животу. Недоплетенная коса волной рассыпается по широким плечам. — Просто мне спокойней, если влипать ты будешь в моей компании.

— Так, может, с нами все-таки отправишься?

— Не могу, — уныло вздохнул Раш. — Я и сегодняшний вечер с трудом выкроил…

— Ну не знаю, чем тебя еще успокоить. Торжественно обещаю, что буду вести себя осмотрительно и ни во что специально не влипать! — между прочим, совершенно серьезно пообещала, меньше всего мне сейчас хотелось каких-то приключений. Боюсь, выпутываться из них с моим животом будет уже гораздо сложнее, чем раньше, я теперь уже не такая резвая.

Раша я, понятно, ничуть не убедила, но больше к этой теме мы не возвращались. Просто наслаждались обществом друг друга и уютным вечером. Были у меня ощущения, что в ближайшее время повторить что-то подобное не получится. То ли общая ситуация навевала, то ли это проявления моей непредсказуемой интуиции.

Утром все, кто должен был отправиться в путь, собрались во дворе княжеского дворца. Ждали портал к эльфам, чтобы уже оттуда совершить переход всей компанией. Было очень рано, зябко, со стороны степи дул холодный ветерок, принося с собой запах пожухлых осенних трав и почему-то земли. Город только-только просыпался.

Сейчас мне отчаянно не хватало привычной осени с желтыми листьями, облетающими с деревьев в ухоженных парках, и прозрачными лужами на чисто вымытых тротуарах. Вздохнув, тряхнула головой, избавляясь от неуместной сентиментальности, и плотней прижалась к мужу, он одним своим присутствием глушит любую ностальгию на корню.

Раш тоже тут, хмурый и упрямо не отпускающий меня из своих крепких объятий. Я довольно жмурилась в кольце рук и зевала, то и дело норовя уснуть стоя, тем более муж служил надежной и теплой опорой.

Очередной приступ сверхзаботливости меня сейчас совсем не беспокоил и не раздражал. Раш привык и перестал действовать так неуклюже, как раньше, и теперь вызывал скорее умиление, чем раздражение. Главное, он не пытался меня контролировать, а остальное — мелочи, местами даже милые.

Я в очередной раз зевнула и из-под полуприкрытых век оглядела свою охрану. Десяток крайне брутальных орков, щедро увешанных оружием. И Ариль с Керном. В последнее время отношения у нас были слегка натянутыми, чего я, впрочем, не слишком замечала, потому что оба телохранителя профессионально делали вид, что их рядом нет. Настолько, что я все чаще об их присутствии просто забывала. Тем не менее некоторое напряжение при общении ощущалось. Нет, я со своими телохранителями не ссорилась, они со мной — тоже. Однако после побега к Таналю по возвращении я жестко высказалась, что даже от друзей не буду терпеть давления на свою совесть. Оба вняли, но с тех пор вели себя весьма формально. Вряд ли обиделись, они слишком профессионалы, чтобы обижаться на любые выходки клиентов, но в том-то и дело, что я теперь в первую очередь клиент, охраняемое лицо, и только во вторую — друг. Если от дружбы вообще что-то осталось. Не знаю, хорошо это или плохо, по прежним легким отношениям я немного скучала, Ариль — единственная женщина-человек в моем окружении во всем этом орочьем царстве. Но охранять меня тем не менее они будут на совесть, я уверена.

Хотя стоит ли мне вообще привязываться к своим телохранителям? Рано или поздно их контракт закончится, и мы расстанемся. Насовсем или, может быть, на годы. Ответить сама себе на эти вопросы так и не смогла и решила просто не заморачиваться. Как случится, так и случится.

Наконец во дворе открылся большой портал, первыми в него шагнули орки, ведя на поводу своих сансов. Я выпуталась из объятий Раша, крепко поцеловав его на прощанье, и шагнула следом в компании обоих телохранителей.

У эльфов мы задержались недолго, там уже ждала группа, выделенная Дереком для охраны Глории, и сама подруга, конечно. Таналь тоже не обошелся без небольшой свиты, ну понятно, по-другому ему теперь не положено, король как-никак. Впрочем, зная его, я уверена: все эти эльфы наверняка профессионалы, а не какие-нибудь придворные лизоблюды. Сам Таналь удивил наличием оружия. Впервые вижу его вооруженным, хотя я помню в его комнате всяческие железки. Мужские игрушки, Раш такие постоянно раскидывает в наших покоях, большую часть из них он не использует, только чистит, смазывает и перекладывает с места на место. Таналь, в отличие от моего мужа или хотя бы того же Дерека, видимое глазу оружие при мне раньше никогда не носил, вероятно, полагаясь больше на свою магию, потому сейчас я обратила на это особое внимание. И невольно задумалась: не ожидает ли он больших неприятностей от нашей нынешней поездки?

Наконец все собрались в компактную кучку, Таналь о чем-то договорился со своими эльфами и человеческими магами, после чего они начали, видимо, используя тот самый накопитель, сосредоточенно открывать большой общий портал. Ого, а о таком мне еще не рассказывали, я почему-то думала, что каждый маг будет открывать свой отдельный. Подозреваю: то, что они сейчас делают, требует недюжинного умения и сосредоточенности. С нами определенно отправили лучших.

Мы ровным строем, по трое, двинулись в переход.

По ту сторону оказалась смутно знакомая местность, если не ошибаюсь, то имперский поселок. Маги предусмотрительно не стали высаживать нас прямо рядом с поселком, наоборот, для обустройства временного лагеря было решено отойти еще на полкилометра, чтобы лишний раз не нервировать забаррикадировавшихся на своей территории людей. Может, с двумя беременными женщинами и одним щуплым смазливым эльфом в качестве сопровождающего они разговаривать и будут, а вот обнаружив в непосредственной близости такой пестрый и вооруженный до зубов отряд, как бы стрелять не начали. Превентивно.

Подозреваю, там сейчас все в панике и слегка нервные. Сидят на планете, на которой вовсю бушует эпидемия, в осадном положении, и гадают, когда начальство объявит карантин и не оставит ли их здесь в таком случае? Не знаю, на самом деле такое практикуется или нет, разумеется, простым гражданам о таких решениях не докладывают. Но лет двадцать назад была нашумевшая история. Исследовательский корпус обнаружил уникальную планету, на первый взгляд она была относительно безопасна, обычные хищники, некоторое количество ядовитых растений… Климат, как на лучших имперских курортах, уникальными там были некие симбиотические организмы, что ли. Что-то интересное только ученым, я подозреваю, которые на эту планету и отправились с исследовательскими целями. Какое-то время все шло хорошо, ученые даже сделали важные открытия, а потом часть из них скосила неизвестная болезнь. Сначала никто не понял, как все серьезно, но, когда заболели не только ученые, но и врачи, и вирусологи, прибывшие на помощь, забили тревогу. Инопланетный вирус оказался настолько опасным, что проникал даже в герметичные скафандры и стерильные боксы сквозь воздушные фильтры. Замкнутые системы какое-то время спасали, но жить так безвылазно — нереально, а дезинфекция, как оказалось, тоже не давала надежных результатов. Вирус каким-то невероятным чудом выживал даже в космическом вакууме и при высоких температурах. Когда стало ясно, что обеспечить заразившимся карантин на родине без риска распространения болезни невозможно, их оставили умирать на той планете. Причем большинство из них приняли это решение самостоятельно, там были ученые и вирусологи, они лучше кого бы то ни было понимали, какой катастрофой может обернуться излишний гуманизм.

Какое-то время им передавали разнообразные материалы и лекарства одноразовыми ботами из беспилотного корабля на орбите. На самом корабле был установлен односторонний стационарный портал. Те из ученых, кто еще был в состоянии, пытались вести исследования, искать лекарство. Пакеты информации до последнего живого шли через ретрансляторы корабля в Империю. А после того, как он замолчал, планету полностью закрыли, объявив вечный карантин. Хотя кто знает, возможно, осторожные дистанционные попытки исследований тайно и проводились.

С тех пор в Империи существует ежегодный День памяти погибших героев-исследователей. А все, кто работает в чужих мирах, знают: если вдруг очень припрет, то им, возможно, тоже придется стать героями, хотят они того или нет.

Потому с перепуганными людьми стоит вести себя очень осторожно. Думаю, чтобы не стать героями, они предпочтут пристрелить потенциальную угрозу на расстоянии. Так что для начала нам предстоит убедить очень недоверчивых и очень нервных имперцев в своей полной безопасности и незаразности. Впрочем, кое-какие заготовки на этот счет имеются.

Наши предводители наконец выбрали место для стоянки, и я осмотрелась с интересом. Небо над головой серое, затянутое тяжелыми свинцовыми тучами. Рядом — небольшая рощица, мокрые деревья блестят полуголыми ветками, промозглый ветер гоняет пожухлую листву. Земля неприятно сырая, каждый шаг сансов сопровождается звучным чавкающим звуком. Что-то меня не слишком радует перспектива жить здесь в шатре. Хорошо, что все это ненадолго.

Поеживаясь, я подошла к Глории, зябко кутающейся в меховую накидку. Пока мужчины занимаются обустройством, самое время поговорить с подругой, что-то она сама не своя.

— Что это ты загрустила, подруга, замерзла или плохо себя чувствуешь? Позвать Таналя, пусть поколдует?

— Нет. — Глория отстранение наблюдала за царящей вокруг суетой. — За Дерека беспокоюсь.

— А что, есть основания? Ну, кроме всего происходящего. До сих пор ты вполне бодро держалась.

Глория вздохнула и ответила на первый взгляд невпопад.

— Тебе повезло, у орков сейчас спокойней всего. У остальных… ты даже не представляешь. Оборотни к нам и вам ближе всего, к ним сейчас никто соваться не рискует, там такое творится, что страшно делается, стая бешеного зверья.

— Раш говорил, на границах появлялись какие-то безумные банды оборотней, — припомнила я. — Но в степи такие твари — никаким оборотням с ними не тягаться. Вас тоже беспокоят?

— Беспокоят, — кривовато усмехнулась Глория. — Границы, в отличие от ваших, заселены. Мало этой проклятой болезни, так еще и оборотни вырезали целую деревню, даже скотину и собак не пропустили. В столице неспокойно, позавчера пришлось жестко подавлять едва не начавшийся бунт, кто-то пустил слух, что во всем виноваты маги. И, будто этого мало, отец Дерека в последнее время слег.

— Заразился?! — ужаснулась я. Его величество Адриан Третий — личность, конечно, не слишком приятная, насколько я успела понять за пару коротких встреч, но Дереку он все-таки родной отец.

— Нет, просто возраст и переутомление, сейчас работать приходится на износ. Он ведь уже не молодой, хотя и выглядит моложе своих лет. Некроманты не болеют, особенно такие сильные, но бороться со старостью и чрезмерными нагрузками не научились. Во всяком случае, это получается только до определенного предела.

— Но ведь он не настолько стар, чтобы умереть? Значит, все обойдется.

— Да если бы и настолько, стал бы личем после смерти, что ему, некроманту, сделается? — грустно улыбнулась Глория. — Но немощный король не может править страной в такое время. А лич, по закону, вообще не имеет права на корону.

Так вот что ее на самом деле беспокоит! Вовсе не здоровье его величества, я так подозреваю, что Глории он тоже не очень-то нравится, а то, что мужу, вероятно, придется в ближайшее время примерить корону. И что-то интуиция мне упорно подсказывает: если Адриан Третий не пожелает вдруг уступить место сыну, очень быстро станет личем. И вовсе не потому, что Дерек так уж рвется к власти, просто снова вмешается Война Стихий.

В этом есть что-то немного странное. Сначала — Раш и Таналь почти одновременно, причем если Таналь переворот планировал, то Раш князем стал благодаря стечению обстоятельств. А теперь вот и Дерек, очевидно, в скором времени станет королем. Такое ощущение, словно этот мир намеренно подталкивает их к власти. И я этому, кстати, совсем не удивлюсь со здешней непонятной магией. А может быть, это нынешняя ситуация диктует определенные правила? В критический момент наверху должны быть молодые и энергичные, те, кто не боится рисковать и действовать?

Не знаю. Глории о своих странных размышлениях я говорить ничего не стала.

С обустройством лагеря было покончено, мы в последний раз обсудили все нюансы и отправились-таки на переговоры. Хорошо, а то я уж было решила, что придется откладывать до завтра. Переправлялись порталом мы сюда ранним утром, а сейчас уже далеко за полдень.

Впереди ехали мы втроем, охрана — позади на некотором расстоянии, чтобы успеть прийти на помощь, если что, и в то же время не мозолить глаза нервным людям. Лучше бы, конечно, ехать вдвоем, без Таналя, но совсем уж без присмотра нас никто отправить не рискнул. Бедный братец, у него ведь дел не меньше, чем у Раша и Дерека, а ехать пришлось самому, послать-то вместо себя было некого. То есть он бы мог отправить кого-то из подданных, хотя бы того же лорда Ниаля, но никто из нас не смог бы доверять ему так же, как самому Таналю, уж нашу безопасность мужья незнакомому эльфу бы точно не доверили. А остаться в стороне он себе позволить не мог.

Добравшись до поселка на расстояние прямой видимости, мы потрясенно остановились. Я, конечно, ожидала, что они тут забаррикадируются со всем тщанием, чтобы даже случайно не контактировать с внешним миром, но что это будет буквально… оказалось сюрпризом. Силовое поле окружало поселок сплошной стеной.

— Это что, «Бастион»? — потрясенно пробормотала Глория.

Я промолчала, потому как на глаз армейские оборонительные системы не отличаю. Вообще впервые такую штуку вживую вижу, выглядит пугающе. Что они тут, против всей планеты обороняться вздумали?

Таналь проводил задумчивым взглядом хищно рыскающую из стороны в сторону турель с укрепленной на ней лазерной пушкой. Порадовалась, что в свое время догадалась затащить его и Раша в музей развития техники, зал с современным оружием там тоже имелся, теперь не пришлось объяснять, что это за штука и насколько она может быть опасна.

— Они не догадываются, что достаточно одного магического удара, чтобы все это перестало работать?

— Армейские системы должны быть более устойчивы к внешним воздействиям, чем обычное оборудование, — не слишком уверенно возразила я.

— Настолько, что выдержат магическое излучение? — уточнил Таналь скептически. Он уже успел понять, что любая имперская техника барахлит, стоит просто поколдовать рядом с ней, а от направленного воздействия практически всегда ломается.

— Это наверняка особенная модификация, под условия планеты. — Слова Глории тоже звучали не слишком уверенно.

Мы не ожидали увидеть здесь такое, я даже понятия не имела: нормально ли это для мирной дипломатической и торговой экспедиции. Может, этот «Бастион» вообще контрабандой протащили или передали в спешном порядке, узнав об эпидемии.

Впрочем, думать сейчас следовало не об этом. Делать-то что? Так просто соваться в эту ощетинившуюся оружием крепость как-то не хотелось. Даже близко лучше не подходить.

— Ну не будут же они в беременных женщин стрелять? — предположила Глория без энтузиазма.

— А если у них автоматика?

Проверять это на себе как-то не тянуло. А вдруг в самом деле?

Таналь прицельно смотрел на неожиданное препятствие. В принципе он, вероятно, сможет взломать барьер с помощью магии, тем более сквозь «Бастион» магия наверняка пройдет без каких-либо препятствий, ну не для того эта система предназначена. Только не примут ли наши действия за агрессию? Как бы хуже не получилось.

— Хорошо бы послать им сообщение, — первой предложила что-то дельное Глория.

Дельное-то дельное, но как? Доступна нам только магия Таналя. А это, опять же, могло повредить барьер и быть воспринято как атака. Но ничего толкового больше в голову не приходило. Мы дружно уставились на эльфа.

— Надо подумать, — сообщил он рассеянно.

— Только давайте, пока ты будешь думать, отъедем подальше, — предложила я, поеживаясь. — Очень неуютно чувствую себя под прицелом.

Спорить никто не стал. Не только мне хотелось убраться подальше от хищно рыскающих турелей. Хотя бы за деревья спрятаться, пусть это больше самоуспокоение, чем реальная защита, но даже дышится как-то легче, когда нет ощущения, что тебе в спину смотрит готовое к выстрелу оружие.

Как только добрались до ожидающей нас охраны, Таналь спрыгнул с коня, подобрал с земли первые попавшиеся веточки и листочки и принялся что-то увлеченно мастерить. Мы с Глорией наблюдали за этим озадаченно.

— Вестника сделаю, — объяснил эльф, видимо не выдержав наших недоуменных взглядов. — Когда-то в детстве такое мастерил, обычная игрушка. Может выполнять простые задачи. Письмо донесет… я надеюсь.

— А что, каких-то более традиционных методов доставки сообщений не существует? — поинтересовалась я.

— Более традиционные — это переговорные амулеты. А если что-то из древнего, до изобретения амулетов, то я таких не знаю. Необходимости никогда не возникало.

— Как же у вас обычную почту доставляют?

— Курьерами или микропорталами, но последнее нам все равно не подходит, проще в таком случае взломать эту их защиту направленным магическим выбросом. Эффект будет примерно одинаковым.

Ну, тут ему лучше знать.

Мы с интересом наблюдали, как из палочек и листьев рождается странная, немного корявая птица, напоминающая неуклюжую детскую поделку. Таналь дело рук своих обозрел весьма скептически, но в конце концов с сомнением вынес вердикт: «Долетит».

— «Бастион» не пропускает материальные предметы, — напомнила Глория очевидную для нас обеих истину.

— Я об этом уже подумал, наложу заклинание нематериальности на несколько секунд, только чтобы преодолеть силовое поле, думаю, магический фон будет минимальным, никакие приборы не пострадают, максимум будет короткий сбой.

Итак, проблему с доставкой сообщения мы, получается, решили. Теперь нужно само сообщение. И тут мы со всего маху наткнулись на еще одно неожиданное препятствие. Писать оказалось не на чем! Ни я, ни Глория не догадались взять с собой что-то для письма, все-таки сказывалась наша принадлежность к технически развитому миру. Все сообщения и письма мы с детства привыкли писать с помощью коммуникаторов, нам и в голову не пришло захватить с собой на переговоры обычную бумагу и перья, хотя обе уже продолжительное время вынуждены пользоваться только ими.

Пришлось трясти охрану. Орков сразу можно было исключить, никто и не подумал взять с собой что-то подобное. Забавно, что эльфы и люди — тоже. Все они считали, что воинам в походе такие странные вещи совершенно ни к чему, грузоподъемность из-за порталов у нас сильно ограниченная, а от теплых носков или портянок в поклаже гораздо больше пользы, чем от бумаги и перьев с чернилами. Ну не досталось нам тайных непризнанных поэтов в охране, даже среди эльфов, все какие-то очень приземленные личности. В том числе и маги. Даже Таналь! Нет, ну надо же!

В итоге после долгих мучений выяснилось, что несколько листов бумаги и огрызок карандаша завалялись у Ариль. Только вот не положено телохранителям таскать за охраняемым лицом собственный багаж, даже этого самого лица багаж таскать не положено. Так что сумки свои Ариль, естественно, оставила в лагере.

Пришлось отправить гонца.

Надеюсь, хотя бы написать письмо и доставить его мы сможем без дальнейших приключений. Вот уж не ожидала, что все внезапно с самого начала окажется так сложно.

Такой ляп с письменными принадлежностями можно было объяснить только тем, что мы с Глорией были искренне уверены: при переговорах с нашими соотечественниками это последнее, что может понадобиться. Честно говоря, далеко не каждый имперец способен дойти до мысли записывать что-то от руки, а делать это вообще умеют единицы. Такому древнему и устаревшему навыку уделяют внимание лишь в начальных классах школы, да и то не слишком долго. Во взрослую жизнь большинство наших соотечественников вступают с твердой уверенностью, что для написания любого текста достаточно сенсорной клавиатуры или программ распознавания речи. Редкие оригиналы используют световые перья, эти, пожалуй, и от руки писать умеют. Здесь, насколько я знала, для желающих аборигенов распечатывают необходимые документы. Но и сами арейцы нередко предпочитают обычным, ничего не значащим бумажкам устные договоры в форме магической клятвы. Кто ж знал, что нам придется банально посылать записочки.

Теперь следовало тщательно продумать послание, чтобы кто-нибудь после его прочтения все же решился выйти из-под защиты и поговорить с нами. И оно должно быть очень убедительным. Вообще-то изначально предполагалось, что наше присутствие само по себе будет убедительным. Как это выглядит с их точки зрения? Если уж две беременные имперки ради дурацкого каприза отправились за покупками, невзирая на все опасности, то все не так плохо, как кажется (или мы обе — непроходимые дуры). Но теперь ситуация слегка усложнилась. Ну, никто не говорил, что будет легко.

Мы, слегка помучившись и поспорив, все-таки сочинили что-то, на наш взгляд, убедительное. Таналь тем временем доделал своего вестника.

Не знаю, как эта штука из листьев и палочек может летать, но магия же, она тут любую странность объясняет. Так что птица взяла письмо в свои корявые лапки-веточки и несколько неуклюже полетела в сторону поселка, заметно заваливаясь на левое крыло. Сами мы остались на месте, Таналь свое творение и отсюда способен контролировать, а соваться под прицел лазеров лишний раз никому не хотелось.

— Все, — сообщил Таналь спустя какое-то время, — почта доставлена.

Теперь оставалось только ждать.

И мы принялись ждать. Однако время шло, а никто к нам не приходил и ответное послание тоже не присылал. Дело уже шло к вечеру, а мы так никого и не дождались. То ли с нами сегодня никто разговаривать не собирался, то ли не только сегодня, а вообще.

— Или нашу записку никто не прочитал, — заметила Глория.

Таналь на это лишь руками развел:

— Не могу гарантировать, что эту записку кто-то прочел, я лишь постарался, чтобы ее заметили.

— Ладно, не ждать же здесь ночью, давайте вернемся в лагерь, а завтра снова попробуем, — предложила я. — Может, им там время нужно подумать.

— Полагаешь, так медленно соображают? — поддел меня слегка Таналь.

— Полагаю, никак не могут ни на что решиться.

И все же, невзирая на показное спокойствие, я сомневалась и размышляла. Может быть, мы что-то недодумали, когда писали эту записку. Или с самого начала недооценили страх наших соотечественников перед неведомой магической заразой? И я и Глория воспринимали все происходящее на Арейле иначе. Изнутри. И это удивительным образом добавляло спокойствия, не зря же говорят, что неизвестная опасность всегда пугает больше. Являясь фактически одними из самых осведомленных разумных в мире, мы в то же время вынуждены постоянно решать текущие задачи или как минимум помогать в этом своим мужьям, спасая в первую очередь своих близких и во вторую — подданных. В любом случае паниковать просто некогда, да и совершенно бессмысленно, когда разумней работать над собственным спасением, особенно если знаешь, что для этого хотя бы примерно нужно делать.

А как все это выглядит с точки зрения горстки людей, запертых в небольшом торговом поселке посреди объятого эпидемией дикого мира и с нехорошей перспективой остаться тут навсегда, возможно, на верную смерть? Да, неудивительно, что они не желают ни с кем контактировать.

И как их переубедить?

Впрочем, мой пессимизм оказался несколько преждевременным. Утром около нашего лагеря обнаружился небольшой ботик, то ли ремонтный, то ли какой-то еще бытовой. С запиской. С ума сойти, бумажной! Распечатанной, правда, хотя я подозреваю, что какая-то часть местного персонала умеет писать от руки, и даже, наверное, не очень коряво. Но никому, видимо, в голову не пришло.

Несчастный ботик едва не пал смертью храбрых под копытами лошадей и сансов, он был размером с кошку, а с ночи поднялся такой сильный ветер, бросая в лицо пыль, сорванную листву и ветки, что смотреть по сторонам толком не получалось. К счастью, кто-то глазастый все же заметил блеск металла среди пожухлой травы и зажатую в манипуляторах записку.

Итак, нас наконец-то приглашают к диалогу. Ну слава всем местным богам!

Собрались и поехали тем же составом. На том самом месте, где мы вчера остановились, чтобы рассмотреть укрытый за силовым полем поселок, нас ожидал некто. Пол и возраст определить было затруднительно, в скафандре-то биологической защиты.

Ну, по крайней мере, на разговор мы их вызвали. Надеюсь, справимся и с остальным.

9

Надо сказать, что на разговор с нами вышли вовсе не ради торговли. Какая уж тут торговля, когда вокруг такое творится? Начальство, может, и полагает, что такое возможно, но начальство далеко, в Империи, и главное — в безопасности, вряд ли оно в полной мере представляет, что тут у нас происходит. Так что напуганные неизвестностью люди в первую очередь хотели информации, хоть какой-нибудь, лучше, разумеется, успокоительной. И мы со своей безрассудной авантюрой казались надежным источником этой информации, вроде бы как свои (подозреваю, кому-то местному на слово вряд ли поверили бы), к тому же, раз рискнули отправиться в такое путешествие беременными, точно что-то знаем. Или, как я уже говорила, безмозглые дуры, не понимающие всей опасности, но в такое верить захочет только махровый пессимист, иначе все совсем безнадежно. В общем, изначальный расчет пусть не совсем правильно, но сработал.

Меня, впрочем, в данный момент занимало совсем не это, а возникший вопрос, откуда это я вдруг так точно и четко понимаю мотивы не только вот этого конкретного несчастного, упакованного в скафандр биологической защиты, а фактически всех имперцев, находящихся в поселке? Нет, ну в самом деле, я, конечно, немного умею разбираться в людях, но это выглядело так, словно я влезла к ним в мысли. Или почувствовала себя одной из них. Вряд ли у меня внезапно прорезались аналитические способности вкупе со знаниями психологии. Брр, опять мои детишки с магией шалят? Но это что-то новенькое, даже не предвидение, а некая иная способность. Правда, полезная в данный момент.

Пока я витала в своих мыслях, разглядывая нашего визави с исследовательским интересом, что явно заставляло его нервничать, пропустила начало разговора. Ну, не беда, Глория с Таналем и без меня прекрасно справляются.

Вынырнув из самокопаний, я прислушалась к разговору, невольно поеживаясь и прижимаясь к теплому шерстяному боку санса, защищающему меня от пронзительного осеннего ветра. Ох и холодина! Самая противная погода, ветер пронизывающий, да еще и сыро. Лучше уж сухой морозец!

Таналь тем временем красноречиво и многословно убеждал своего собеседника непонятно в чем. Я постаралась вникнуть, чтобы впредь не выпадать из беседы. Эльф убедительно доказывал, что лучшее средство профилактики — это ограничить употребление местных продуктов в пищу, особенно растительного происхождения. Это ж надо так вывернуть! Вообще-то как происходит заражение, до сих пор не доказано, это оказалось, на удивление, самым сложным, искусственно измененный вирус невероятно сложен, местные ученые маги разобрались еще далеко не во всех его особенностях. С большой вероятностью можно утверждать, что заражение происходит не от контакта с больными, во всяком случае, так было в тот период, когда болезнь носила еще единичный характер, многие из тех, кто не единожды контактировал с больными, оставались в живых. Сейчас, когда заболеваемость начала приобретать массовый характер, статистику собрать уже гораздо сложней. Мертвые тела и вовсе безопасны, их даже сжигать перестали. Отправляя посмертный импульс собранной энергии, вирус погибает через мгновение после своей жертвы. Наверное, создатель этой болезни таким образом собирался контролировать ее распространение, чтобы не выкосить весь мир начисто.

В любом случае, хоть способ заражения пока неизвестен, но то, что сочинил Таналь, определенным образом можно считать правдой. Если имперцы ограничатся только мясом из местной пищи, то просто вынуждены будут использовать и специи. Местное мясо без них для моих бывших соотечественников имеет странный и немного неприятный привкус, а тот же перец и сейра — одни из самых распространенных и дешевых специй.

Конечно, можно было с самого начала не городить такие интриги, а честно сказать: употребляйте в пищу то-то и то-то, это самое лучшее средство профилактики. Эти люди наверняка будут нам за подсказку благодарны, но вот их начальство, сидящее в безопасной Империи и принимающее решения… Не загонят ли они нас в долговую яму? Или можно промолчать, чтобы спасти своих близких и сотни, а может, тысячи разумных. Своих подданных.

Я допускаю, что мы с Глорией гораздо худшего мнения об имперских властях, чем они того заслуживают, но проверять это такой ценой почему-то не хотелось совсем. Пусть уж нам потом будет очень стыдно, если выяснится, что мы ошиблись. Однако еще до отъезда и я и Глория дружно и молчаливо сделали выбор не в пользу Империи. А сотрудникам посольства и обслуживающему персоналу портала Таналь только что дал вполне реальный шанс выжить.

В конечном итоге мы договорились, это было даже не слишком сложно, к моему удивлению. Я-то до последнего ожидала каких-то проблем, но так и не дождалась. После преодоления мелких препятствий с общением все оказалось просто, разве что немного муторно. Я все больше ощущала неловкость на этих переговорах. Не из-за чувства вины и утаивания важной информации, как могло бы показаться. Однако атмосфера страха сильно нервировала. Невольно постоянно задавалась вопросом: это мы такие храбрые или они в своем небольшом коллективе друг друга так накручивают? Чужой страх, оказывается, раздражает и вызывает странное для меня желание то ли напугать еще сильней, то ли сцапать за шкирку и встряхнуть как следует эту трусливую добычу.

Я даже, вернувшись вечером в наш лагерь, аккуратно расспросила Глорию, не испытывает ли она чего-то подобного. Но нет, единственное, что она чувствовала, — это желание поскорей закончить со всеми делами и вернуться домой к мужу, за которого искренне переживает.

Интересно получается, это у меня эксклюзивное психическое заболевание или нормально периодически чувствовать себя, как кошка перед клеткой с хомячком? И съесть хочется, и нельзя, не добраться. А может, я постепенно мутирую в орка? Для них как раз что-то подобное очень типично.

К счастью, долго с этим мучиться мне не пришлось, со всеми формальностями мы справились за два дня, невзирая на то, что контакты с нами старались максимально ограничить. На переговоры выходили лишь два человека в скафандрах биологической защиты, а по мелочам посылали уже знакомый ботик. Мы к нему даже привыкли как-то. В первый раз участвовала при заключении договора по местным обычаям, в форме клятвы под свидетельством мага, забавно, ощущение театральной постановки, пусть я и знаю, что нарушить такой договор без проблем для жизни и здоровья почти невозможно. Таналь утверждал, что магическая клятва прекрасно работает даже в другом мире. Впрочем, от подписания электронных документов это не избавило. Клятвы клятвами, а у имперцев — свои правила. Тем более заказ будет оплачиваться с наших с Глорией счетов, а тут без официальных документов не обойдешься.

Теперь оставалось только дождаться, когда прибудет груз, но нам здесь уже нечего было делать. Его переправлять порталом бессмысленно, тут даже Таналь надорвется. Потому заранее было оговорено, что часть охраны останется и довезет все своим ходом. А мы с телохранителями отправляемся обратно сразу.

Таналь открыл портал, первыми шагнули в него мои и Глории телохранители, за ними — мы втроем. В самый последний момент моя интуиция завопила как резаная, но ничего сделать, даже просто отшатнуться назад, я уже не успевала. Мгновенный переход — и уже в следующий миг портал слишком резко выплюнул нас на волю. Бестолково машу руками в попытке удержать равновесие. Таналь, выпавший из перехода на полшага впереди, вдруг побледнел и начал заваливаться на бок. В первый миг мне показалось, что он просто не удержал равновесия, но обмякшее тело выглядело совсем иначе, чем человек, пытающийся устоять на ногах. Мы с Глорией дружно ринулись ловить падающего эльфа, вот уж когда порадуешься от души его изящному телосложению, но все равно Таналь оказался не самым легким. Вдвоем пришлось приложить некоторые усилия, чтобы перевернуть безвольное тело на спину.

Наконец я сообразила осмотреться, удивленная тем, что это вовсе не эльфийский город-лес, несмотря на бушующую вокруг зелень, а нас никто не встречает. Мы ведь должны были попасть из портала в эльфийский королевский дворец, но такого у эльфов точно нет. Натуральные тропические джунгли во всем своем первозданном великолепии, жара, влажность и оглушительный ор примолкших было при нашем появлении птиц. Ни следа цивилизации, отсутствие наших телохранителей, местные буйные заросли ничуть не примяты, ни одного разумного двуногого до нас тут явно не было. Я запрокинула голову, пытаясь разглядеть сквозь сплошную зелень крон и свисающие плети лиан хоть клочок неба. Безнадежно.

Боги, ну почему хоть в этот раз не обошлось без приключений?! Я их, конечно, люблю, но не сейчас же, с пузом и такой же беременной Глорией прицепом! Куда нас занесло?!

Пока я осматривалась, Глория бросила верхнюю одежду на землю рядом с Таналем, села на нее и принялась нащупывать у него пульс.

— Догадываешься, что с ним?

— Я в этом не очень понимаю, но похоже на сильное магическое истощение. — Судя по тону, в собственном диагнозе она здорово сомневалась, но с мужем-магом подруга в этом все равно разбирается гораздо лучше меня.

— Таналь — сильный маг. Отчего у него могло приключиться истощение?

— Я понятия не имею, каков предел его сил, — развела руками Глория. — Потом ведь еще есть и накопители, успел он их использовать или нет? Но могу предположить, что дело в расстоянии.

— В смысле?

— Диана, я тебе поражаюсь! — Глория укоризненно покачала головой. — Ты столько месяцев живешь в этом мире, не пора ли поинтересоваться его географией?

Упрек теперь уже был не слишком справедлив, меня в последнее время учат на совесть, не только законам и традициям орков, но и кое-чему другому, так что с местной географией разобраться успела. Узнала наконец названия государств, но мне по-прежнему удобней называть их по расовым признакам. Между прочим, в этом неправильном мире всего два гигантских континента и несчетное количество островов. Но объяснять Глории что-то мне было откровенно лень.

— Не занудствуй, подруга. С моим графиком мне даже вздохнуть некогда.

— Ну и какая из тебя после этого княгиня? Это же элементарные вещи, наш континент называется Тонран, и там почти везде умеренный климат. А такие тропики могут быть либо на Южных островах, либо на Сагмаре.

— Да никакая из меня княгиня, — отмахиваюсь от очередного упрека. — Ладно, я поняла. Подведем итоги. Таналь каким-то образом ухитрился открыть портал на другой край мира, где-то по пути потерять наших телохранителей и надорваться, так?

Глория неуверенно кивнула.

Нет, все-таки еще чуть-чуть — и я поверю, что этот мир специально подкидывает мне разнообразные приключения. Что-то мне везет на неисправные порталы и леса.

— Глория, у меня бластер есть. Ты стрелять умеешь?

— Умею, но особой меткостью похвастаться не могу. Полагаешь, понадобится?

— Да если бы я знала! Но мы в джунглях, тут наверняка водятся какие-то хищники. Лишь бы только не змеи, в змею я не попаду, скорее всего.

— Змеи обычно первыми не нападают, — возразила подруга.

— Только это и утешает.

Кобура с бластером лежала у меня в сумочке вместе с закрепленным внутри антимагическим амулетом. Там же была и экранирующая шкатулка с убранными перед переходом остальными амулетами, в том числе переговорным.

Устроившись так же, как подруга, рядом с Таналем на верхней одежде, я достала бластер и с сомнением повертела в руках переговорный амулет. Честно говоря, мне меньше всего хотелось сообщать мужу о том, что я опять вляпалась в неприятности, как он и опасался. Сделать Раш все равно ничего не сможет, а вот понервничает от души. Правда, он не знает, когда мы должны вернуться, так что время пока есть. Стоит, наверное, подождать, пока очнется Таналь и скажет, каковы наши шансы вернуться домой в ближайшее время. Главное, чтобы телохранители не подняли панику. Если они, конечно, попали куда нужно.

Подруга посмотрела на меня понимающе, но свои амулеты надела молча.

Таналю для того, чтобы прийти в себя, понадобилось несколько часов. Мы с Глорией коротали время за разговорами, не решаясь отходить от него дальше чем на пару шагов. Одна радость во всем этом — у нас наконец появилось время обсудить все, что только возможно, без присутствия мужчин. Я по такому, оказывается, здорово соскучилась, даже удивительно, учитывая, что раньше единственная подруга у меня была только в школе. Потом наши пути разошлись, и больше я к себе так близко никого не подпускала. С Глорией мы совершенно разные что по характеру, что по темпераменту, оставайся мы в Империи, наверное, никогда бы не подружились, даже общаться вряд ли стали бы, а тут все совершенно иначе. Чужой и опасный мир мигом изменил приоритеты, у нас нашлось слишком много общего.

Мы даже не сразу заметили, что Таналь пришел в себя. Он лежал и молча моргал, то ли задумавшись, то ли не до конца еще осознавая окружающую реальность. Если бы Глория не сняла с него очки, мы и вовсе не сразу заметили бы, что эльф уже в сознании.

— Таналь, ты как? — взволнованно спросила я, но он не ответил, продолжая бессмысленно смотреть вверх, иногда только морщась и моргая. — Ты меня слышишь? Таналь, эй, ответь что-нибудь!

Отсутствие какой-либо реакции уже начало не на шутку беспокоить.

— Сбой портала? — спустя минуту последовал вялый вопрос.

— Ну, вроде того. Тебе лучше знать. Встать сам сможешь? — Я протянула ему очки.

— Не сейчас, — заторможенно отозвался Таналь, водружая на нос очки подрагивающей рукой. — Чувствую себя так, словно меня отравили.

— Большой опыт? — Я невольно улыбнулась, хотя ничего веселого в этом конечно же не было. — Сможешь определить, где мы находимся?

Спрашивать, сможет ли он вернуть нас домой, я сочла преждевременным. Нервы поберегу.

— Я сейчас даже светляк не наколдую. Пуст до донышка.

— А накопители? — напомнила Глория. Вот что значит жена мага, я о них и не подумала даже.

— Для работы с накопителем тоже магия нужна, хоть какая-то кроха, а я абсолютно пуст, — вздохнул Таналь, неуклюже пытаясь сесть.

Мы не сговариваясь поддержали его с двух сторон, пытаясь помочь. А я попутно задумалась, что же теперь делать. Не знаю уж, как Глории, но мне казалось, что стоит только моему названому братцу прийти в себя, и все само собой решится. Пусть не сразу, но быстро. Теперь мне, конечно, стало гораздо спокойней, в Таналя я верю, даже в такого беспомощного, но текущих проблем это не решает.

— Скоро стемнеет, — заметила я. — Не уверена, что ни один ночной хищник не пожелает нами перекусить, а мы одним бластером не отобьемся.

Мы дружно задумались, что делать. Глория предложила забраться на дерево, но эту идею пришлось быстро оставить. Огромные стволы были скользкими от покрывающего их мха и почти без нижних веток в пределах досягаемости. Большое количество свисающих вниз лиан ситуацию не спасало. Если мы самостоятельно забраться туда не в состоянии, то эльфа, пусть и такого щуплого, тем более не затащим, а он сейчас даже двигается с трудом. Я потопталась рядом с ближайшим деревом, подергала за лиану, едва успев увернуться от обрушившихся на голову сухих листьев, и с сожалением отступила. Безнадежно.

А ведь еще несколько месяцев назад это не стало бы для меня проблемой. Все-таки беременность и приключения — вещи несовместимые. Домой хочу, к своему зеленому клыкастому мужу.

Таналь в нашем разговоре не участвовал, с трудом сел и о чем-то задумался. А потом предложил не лезть на дерево и не сидеть бессмысленно, а найти подходящее место для ночлега. Правда, объяснить внятно, что он понимает под подходящим местом, не смог, либо я не поняла загадочной эльфийской терминологии, что более вероятно. Однако Таналю видней, в конце концов, он должен лучше знать, как правильно вести себя среди всей этой растительности.

И мы пошли, поддерживая с двух сторон шатающегося эльфа. Таналь потихоньку приходил в себя и шагал все тверже, так что наше передвижение стало самую малость быстрей. Ну, относительно, поблизости не было даже звериных троп, не уверена, что они в таких джунглях бывают, а буйная растительность, полусгнившие коряги и прочие препятствия здорово мешали, цепляясь за ноги, неожиданно обращаясь в затопленные грязной жижей ямы и заставляя искать обходные пути. Да уж, это вам не ухоженный парк.

Но к наступлению темноты мы выбрались на берег широкой реки. Взмыленные, как скаковые кони, и изрядно замученные.

Воде я искренне обрадовалась. Несмотря на влажность, пить уже хотелось так, что язык к нёбу прилипал. Но сразу утолить жажду Таналь нам благоразумно не позволил.

— К воде не подходите, пока я не проверю.

Жажда, конечно, одолевала, но мы не спорили, мало ли что тут водится, начиная от микробов и заканчивая крокодилами. И если с микробами, по идее, справятся амулеты, которых на каждой из нас по грозди, то становиться чьей-то закуской не хотелось.

— А потянешь проверку? — Обижать Таналя недоверием я не хотела, но выглядел он по-прежнему не очень хорошо, разве что уже не такой белый с зеленцой, а всего лишь слегка бледный.

— Вот сейчас и узнаем, — вздохнул он, ничуть не обидевшись.

Мы терпеливо ждали, хотя чуть замедленные движения и возвращающаяся зеленость начали беспокоить. Даже мне, мало что понимающей в магии, было заметно, как тяжело ему это дается. Как бы опять сознание не потерял.

Пока он колдовал, я думала. Все-таки странно, что межконтинентальный портал так вымотал Таналя. Мне казалось, он очень сильный маг, плюс еще и накопители. Таналь способен открыть портал для большого количества людей, а нас всего лишь трое. Однако неизвестно, какое расстояние мы преодолели, а от этого расход энергии, вероятно, увеличивается. К тому же непонятно, что с телохранителями, это еще четыре человека помимо нас, в портал-то они вошли, а вот где вышли? Много вопросов, ответов на которые я не знаю, зато, возможно, знает Таналь. Надо его порасспросить при случае.

Наконец эльф закончил колдовать и устало вздохнул.

— С детства не чувствовал себя таким беспомощным. Пить можно, но к берегу лучше подходить осторожно. Там чуть дальше в воде крупные рептилии.

— Крокодилы?

— Не знаю. — Таналь пожал плечами. — Скорее, что-то похожее на змей. В любом случае по сторонам смотрите внимательней. И оружие лучше держать наготове.

К реке мы подходили с некоторой опаской, но никакие страшные монстры нападать не спешили, загадочных рептилий мы тоже не увидели. И все равно я бдительно держала наше единственное дальнобойное оружие наготове. На Таналя сейчас надежды никакой, на Глорию — тем более. Что-то меня совсем не радует чувствовать себя нашим единственным защитником. Отдала бы бластер Таналю, у меня на самый крайний случай еще и когти есть, но вряд ли он стреляет лучше Глории. Скажем прямо, он вряд ли когда-нибудь держал подобное оружие в руках.

Утолив жажду, мы отошли от реки чуть в сторону и принялись устраиваться на ночлег в развилке корней огромного дерева, найденного Таналем. Устраивались компактно, буквально в обнимку, просто места в образованной корнями пещерке было немного. Глория сначала немного мялась, но другого выбора не существовало, так что она вынуждена была смириться с тем, что ночевать придется в обнимку с посторонним мужчиной. Я же Таналя и раньше ничуть не стеснялась, а сейчас — и подавно. Не до глупостей, когда от этого зависит безопасность. Таналь все-таки эльф, он даже почти без магии способен договориться с деревом, чтобы оно нас охраняло ночью. Понятия не имею, как это будет реализовано, не ветками же дерево станет от нас хищников отгонять, но я, как и раньше, просто поверила Таналю.

Спать пока не хотелось, потому я решила, что самое время задать все мучающие меня вопросы. И еще немного сверху. Весь день, считай, копилось, пора бы и озвучить.

— Я сам уже об этом думал, — признался Таналь. — В нормальных условиях такого жесткого магического истощения быть просто не должно. Я никогда не открывал межконтинентальных порталов, но есть стандартные расчеты для этого. Если объяснить проще… в стандартном случае у меня, предположим, сто условных единиц магии, обычный, не межконтинентальный портал берет в зависимости от расстояния от восьми до двенадцати единиц, плюс примерно по три единицы за каждого проведенного через портал человека и пять — за лошадь или санса. Себя я не считаю, затраты идут в счет открытия самого портала. Понятно?

— Да чего уж непонятного, простая математика, если не учитывать верховых животных и накопители, то на твой максимум из двадцати пяти человек тратишь ты около восьмидесяти пяти условных единиц.

— До девяноста на самом деле, цифры там далеко не круглые. Оставшегося хватает еще примерно на десяток-другой мелких заклинаний или на одно-два мощных. И все, я пуст. Если, опять же, не брать во внимание накопители.

— Позволь уточнить кое-что, — подала голос до сих пор молча слушавшая Глория. — Для сравнения, сколько условных единиц, скажем, у моего мужа и Раша, а также сколько весит то самое лечебное заклинание для беременных, которому ты обучил Дерека?

— Гм… ну, если брать за сто процентов именно мой резерв… имейте в виду, это очень примерные цифры… У Дерека — от семидесяти пяти до восьмидесяти, он очень сильный маг, особенно для человека. У Раша… трудно оценить, но… три-пять. Однако у него отвратительный контроль и никакая регенерация, так что при попытке колдовать — непропорциональный расход. А на заклинание, навскидку, нужно полпроцента или даже чуть меньше.

Полпроцента. Если учитывать, что такая мелочь быстро восполняется естественным путем, — всего ничего. Все-таки порталы, выходит, — затратное заклинание, особенно если перемещать не только себя, но и пассажиров. Хорошо, и сколько же весят межконтинентальные порталы?

— За счет необходимости преодолевать большие водные просторы расход увеличивается в три-четыре раза. Опять же, учитывая расстояния.

— Ладно, берем по максимуму, сорок единиц — на открытие портала, а еще на шестерых человек, считая телохранителей… ну, пусть будет двадцать. Итого шестьдесят. И куда же делись еще сорок?

— Хотел бы я это знать!

Пробуждение было фееричным, ознаменовавшимся нашим с Глорией хоровым визгом. Почти сразу мне стало стыдно, с детства со мной такого не случалось, но в тот момент… Попробуй не завизжи, когда первое, что видишь, открыв глаза, — это гигантская пасть размером с кузов грузового кара, усеянная частоколом зубов, как у акулы, самый маленький из которых — с мою ладонь.

Зубастая морда чуть отодвинулась и заглянула в нашу уютную пещерку круглым, с тарелку, желтым глазом. Узкий вертикальный зрачок чуть расширился, принимая форму веретена.

Мы дружно перестали визжать, а Таналь, оглушенный нашим слаженным звуковым ударом, ошарашенно тряс головой, деликатно пытаясь выпутаться из наших крепких объятий.

— Это что? — шепотом спросила Глория, категорически не желая разжимать стиснутые на предплечье эльфа пальцы. По-моему, она просто не могла.

— Дракон, — так же шепотом ответил Таналь.

Драконья морда отодвинулась, оставляя нам ровно столько места, чтобы выбраться из нашего маленького убежища. Похоже на приглашение. Наивный ящер. Да ни за что! Да я тут лучше корни пущу на веки вечные, чем высунусь наружу!

— Похоже, нас приглашают к выходу, — озвучил Таналь мою догадку. — Идем, дамы.

— К этому гигантскому крокодилу? Нет уж!

Дракон странно заухал, по-собачьи плюхаясь назад и распластав паруса крыльев по земле.

— Драконы вообще-то разумные существа, — предупредил Таналь.

— Думаешь, на этом основании он не будет нас есть? — усомнилась я.

Дракон заухал еще громче, мотая башкой и лупя хвостом с такой силой, что тряслась земля и ломалась окружающая растительность, превращаясь в зеленую кашу и щепки. Нашу пещерку тоже изрядно растрясло, на голову посыпался мелкий мусор и какие-то жучки. Нервно передернув плечами, я представила, как буду выпутывать из волос весь этот ужас, и решение ни за что не вылезать из убежища тут же показалось не таким уж и мудрым.

— По-моему, ему смешно, — заметила Глория.

Да уж, дракону и впрямь, похоже, было очень весело. Но это означало, что он не только разумный, но и понимает, что мы говорим. Не очень обидчивый и обладает чувством юмора. И все равно знакомиться поближе с этим гигантским ящером мне не хотелось совершенно. А ведь придется! Вон у него когтищи какие, если пожелает, выковыряет нас из этого ненадежного убежища с легкостью. В конце концов, с разумным всегда есть шанс договориться. Ну, я, во всяком случае, буду очень надеяться.

Пришлось придержать свою паранойю и выбираться. Впрочем, это оказалось не так просто. Своими попытками вылезти из пещеры мы, похоже, здорово повеселили крылатого динозавра, за ночь в неудобной позе тело затекло, а лично у меня и без того спину ломило, так что Таналю пришлось потрудиться, чтобы вытащить нас наружу. Дракон нагло ржал, зараза, что лучше любых слов доказывало его разумность, потому что только разумный может так искренне веселиться над чужими проблемами. Надеюсь, братец знает, как с ним общаться, он все-таки местный, потому что у меня на этот счет идей — ноль. Я вообще с трудом могу осознать, что эта громадина на самом деле разумная. А все, что удалось вспомнить о драконах, — это то, что они вроде бы создали драконидов, а потом то ли покинули Арейлу совсем, то ли отселились… на другой континент, ага.

— Приветствую, уважаемый, — впервые вижу, чтобы Таналь склонил перед кем-то голову. Впрочем, получилось у него это с большим достоинством. — Приношу свои извинения, если мы вторглись на вашу территорию.

Дракон опустил к эльфу свою морду, по-птичьи наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. Мы храбро прятались за спину Таналя, хотя сейчас защита казалась пугающе хлипкой.

— Эльф. — Рокочущий голос шел откуда-то из глотки, губы дракона не шевелились. — И человеческие самки. Страшно?

— Конечно. Вон у вас пасть какая, даже жевать не надо, мы туда целиком поместимся. — Нет, это была вовсе не отчаянная храбрость, я не настолько сумасшедшая, чтобы хамить тому, кто с легкостью способен перекусить меня пополам. Но его мои высказывания уже изрядно повеселили, так что стоит продолжать в том же духе.

Дракон довольно заухал, едва не сбив нас с ног порывом ветра от взмахнувших крыльев. Ну вот, так и знала, весело ему! Дракон-юморист. Остается надеяться, что ему не покажется смешным прихлопнуть нас одной лапой или вытворить еще что-нибудь подобное.

Впрочем, этот крылатый динозавр кажется дружелюбным, а что чувство юмора дурацкое… спасибо, что оно вообще есть. По крайней мере, он совершенно необидчивый. Здорово повеселился, когда мы, познакомившись, пытались выговорить его имя, это, между прочим, было почти нереально, так что после долгих и безуспешных коверканий дракон согласился быть Ггарром.

Таналь с нашим новым знакомым быстро нашел общий язык и интересные для обоих темы. Дракон интересовался обстановкой в мире, но как-то… мне показалось, что он и сам все знает, просто уточняет детали или выведывает личные впечатления. Расспрашивал он всех троих, притом с лету определил нас с Глорией как чужих в этом мире, но его такие мелочи ничуть не удивили.

Если не обращать внимания на его размеры и устрашающую зубастую пасть, Ггарр оказался парнем веселым и общительным. Не обращать внимания, впрочем, было непросто, когда рядом шагает этакая махина, с элегантностью бульдозера торя путь сквозь джунгли. Мы, кстати, сами не заметили, как пошли вслед за драконом непонятно куда и даже ничего не спросили. Ну, то есть я и Глория невольно потянулись за Таналем, а тот как раз пошел за драконом, с которым беседовал, он-то, может, и спросил, но мне было слегка не до того, чтобы в это вникать. Все эти приключения и неудобная ночевка не прошли для меня даром, спина ныла все сильней, идти было тяжело, несмотря даже на протоптанную драконом дорогу, да и, ко всему прочему, ужасно хотелось есть. Глории, наверное, не лучше, но она не жаловалась, а я не спрашивала. По молчаливому согласию мы старались дать Таналю возможность договориться с драконом. Раз он такой веселый и добродушный тип, возможно, поможет нам вернуться домой. Или хотя бы покажет безопасное место, где можно переждать, пока наш маг окончательно не восстановится. Хотя, надо признать, в компании дракона тут наверняка везде безопасно, не верю, что в джунглях найдется хищник хотя бы близких размеров. В этом мире не водятся динозавры.

Таналь, впрочем, все же не забыл, что с ним две беременные женщины, время от времени напоминал дракону, что пора сделать небольшой привал, и помогал нам магией, благо на небольшие целебные заклинания магии нужно было совсем мало. Мы такие мелочи очень ценили, понимая, что даже и такие крохи, потраченные на заклинания, замедляют его собственное восстановление. Если бы Таналь сказал, что не будет колдовать до тех пор, пока не накопит необходимое количество магии, его бы никто не осудил, но он не стал этого делать. Наконец мы вышли из джунглей на более-менее открытое пространство и устроили большой привал у подножия одиноко стоящей скалы.

Ггарр окинул нашу компанию непонятным взглядом, расправил крылья, тяжело оттолкнулся от земли и взлетел. Я завороженно проводила его полет глазами. Представить не могу, как такая туша вообще способна летать, даже при том, что у него впечатляющий размах крыльев. Наверняка опять магия.

— Куда это он?

Таналь только плечами пожал:

— Он не сказал, но просил дождаться своего возвращения.

— Долго?

Таналь опять пожал плечами:

— Подождем. Вам в любом случае необходимо отдохнуть, а я пока поищу что-нибудь съедобное.

— А если дракон не вернется? — уточнила Глория.

— Если не вернется, вечером попробую открыть портал домой. К тому времени магия должна восстановиться. Но я бы все же предпочел подождать. Есть у меня предположение, что так просто вернуться не получится и дракон об этом что-то знает.

Надо было все-таки повнимательней прислушиваться, о чем они говорили, потому что теперь я даже понятия не имела, почему вдруг Таналь сделал такие выводы.

Зато еды он нам действительно добыл, причем быстро. Оказалось, еще по пути заметил какие-то фрукты, а сейчас лишь отлучился проверить, съедобны ли они. Фрукты были съедобны, и росло их тут очень много, но, если бы не Таналь, мне бы и в голову не пришло, что эту штуку вообще можно есть. Взгляд не раз невольно натыкался по пути, но я думала, что это какое-то плотоядное растение вроде мухоловки, а круглые оранжевые шарики внутри — возможно, добыча. От этих штук мы невольно старались держаться подальше, человеку они, конечно, вреда причинить не могли бы, но их зубастые створки, каждая — с мужскую ладонь размером, выглядели устрашающе. А оно, оказывается, фрукты, точнее, по уверениям Таналя — ягоды. Вполне съедобные и даже нормальные на вкус. Есть эту штуку было боязно, но желудок просил пищи еще с утра, да и братцу я верю. Раз говорит, что съедобно, значит, так оно и есть, пришлось зажмуриться и пробовать. Очищенная от «зубастых» створок мякоть выглядела вполне симпатично, пахла приятно, да и на вкус была тоже ничего, сочная, кисло-сладкая, только уж очень пряная. Полезно вместе с эльфом попадать в леса и джунгли, с голоду никогда не пропадешь.

Пока ели, Таналь кратко рассказал, о чем же они говорили с Ггарром. Оказалось, в основном о драконах. Разумные уже давно стараются лишний раз не посещать этот континент, кроме драконидов разве что, да и те бывали здесь крайне редко и информацией об этом делиться отказывались категорически. Многие государства, разумеется, очень хотели бы заполучить себе столь обширные и незаселенные земли, особенно когда пошли слухи, что драконы покинули мир. Однако экспедиции и даже целые армии то бесследно исчезали все до одного, то погибали жуткой смертью тоже все. А то и вовсе возвращались, рассказывая небылицы о том, какие драконы замечательные и гостеприимные и что не нужно их беспокоить. Самое интересное, что одиночные экспедиции ученых и путешественников, которые не имели желания занять чужую территорию, на Сагмаре время от времени тоже бывали и даже благополучно возвращались.

В конце концов, драконов и их земли оставили в покое, тем более существовало еще множество различных островов, половина которых до сих пор не освоена. Материк Тонран раза в четыре больше Сагмара, а из-за регулярно посещающих этот мир Войн Стихий о перенаселении тут вряд ли когда-нибудь будут беспокоиться, как бы жутко это ни звучало.

Ггарр рассказал Таналю, что драконы действительно давно ушли с Арейлы, они, оказывается, умеют открывать межмировые порталы. И в общем-то Сагмар им большую часть времени не очень-то нужен. Но каждый раз в Войну Стихий зачем-то возвращаются. Всю дорогу Таналь деликатно пытался выудить, зачем же они это делают, однако наш новый чешуйчатый знакомец очень ловко увиливал от ответов. Кстати, на вопросы, как он нас нашел и куда ведет, тоже толком не ответил. Да и улетел внезапно, без каких-либо объяснений, только попросив подождать.

Ну, насчет того, как нас нашел дракон, собственно, ни у кого вопросов сомнений не было, наверняка тут существует сигнализация. А вот что будет дальше, не очень понятно. Мы, конечно, нарушители, но на территорию драконов не претендуем, а они, кажется, таких гостей не обижают.

Ну ладно, ждем до вечера, если дракон не успеет прилететь к нам до того, как Таналь восстановит свою магию и откроет портал… ну, значит, так тому и быть. Я бы предпочла вернуться домой, а с драконами потом как-нибудь пообщаться. В последнее время мой авантюризм резко поубавился.

Мы ждали до последнего, Таналь явно тянул, не желая уходить, но, когда небо окрасилось алыми всполохами заката, со вздохом признал, что уже вполне восстановился, и приготовился колдовать. Провести здесь еще одну ночь не хотелось никому. Однако Ггарр вернулся раньше, чем мы ушли, появился практически в последний момент. И не один.

Наблюдая за приближением двух драконов на фоне полыхающего закатом неба, я думала: возможно, для нас было бы лучше, успей Таналь открыть портал. Он, наверное, даже успевал, для этого и нужно-то всего несколько секунд, но не собирался этого делать. А я… промолчала почему-то, только вот сейчас мне очень хотелось оказаться подальше отсюда.

С тоской потеребила переговорный амулет, висящий на шее. Сегодня, когда стало понятно, что быстро вернуться домой не получится, а идти вот прямо сейчас никуда не надо, я решила: самое время связаться с Рашем и сообщить, что жива и здорова. И ничего не вышло! Вообще-то предполагалось, что эти амулеты должны работать в любой точке мира, но то ли их возможности сильно преувеличены, то ли драконы каким-то образом экранируют связь. Раш там, наверное, уже с ума сходит, бедный.

Драконы тем временем приземлились. Спутник Ггарра заметно от него отличался, более крупный и с иным оттенком чешуи. Если наш знакомец изумрудный, со светлым, почти салатовым подбрюшьем, то второй дракон издали казался черным, и только темно-малахитовое подбрюшье выдавало его истинный цвет. Этот дракон был… более внушительным, что ли.

В целом я не ошиблась, второй дракон явно старше и гораздо серьезней Ггарра. А еще он определенно не очень любит лишние разговоры. Только приблизившись, он с ходу начал знакомство, представился и предложил звать его Уpay. Этот черный почему-то живо напомнил мне бравых ребят лорда Миринда.

А потом нас внезапно, но очень настойчиво пригласили в гости к драконам. То есть непосредственно туда, где они… гнездятся?.. живут?.. когда возвращаются на Арейлу. Если судить по тому, что еще недавно рассказывал Таналь, обычно драконы свою территорию оберегают столь ревностно, что пробраться туда невозможно даже тогда, когда драконов нет в этом мире. Вряд ли многие разумные могут похвастаться тем, что бывали в гостях у драконов. Странно. Отказаться, очевидно, не было никакой возможности. Попробуй тут откажись, когда над тобой нависают две здоровые клыкастые туши. Так и знала, что домой мы сегодня не попадем.

Интуиция по-прежнему глухо молчала, не спеша предупреждать о серьезных опасностях. То ли сломалась, то ли никакой опасности в этом приглашении нет.

— Мы вряд ли сможем уйти пешком далеко, — заметила я.

Если уж выбора нет, так можно и повредничать немного.

— Мы вас отвезем, — весело сообщил Ггарр, — гордитесь. Уже больше тысячелетия никто не может похвастаться, что катался на драконе. Внукам своим рассказывать будете.

— Будем, — ворчу для вида, — если ты нас не уронишь, крокодилище.

Ггарр хохочет, юморист. Я настороженно кошусь на второго дракона, морда у него постная, но вмешаться не пытается. Кстати, мимика у драконов присутствует. Пасть, нос и надбровные дуги — очень подвижные и выразительные.

Я начинаю подозревать нехорошее. Зачем мы так понадобились драконам, что они спокойно терпят откровенное хамство и готовы даже служить транспортом? Не они ли виноваты в том, что у такого опытного мага, как Таналь, случился сбой портала? Переглянувшись с братцем, я прямо нутром почувствовала, что в голове у него бродят примерно те же мысли. А моя интуиция по-прежнему молчит.

Полет на драконе, вопреки моим ожиданиям, оказался более-менее комфортным. Ветром, во всяком случае, не сдувало, его, на удивление, вообще почти не было. Наверное, магия какая-то. Сидеть только было не очень удобно, дракон все же не лошадь, даже в самом узком месте, на шее, он гораздо шире любой лошади. Ощущение такое, словно диван оседлала, еще немного — и получился бы шпагат. Прежде у меня была совсем неплохая растяжка, и шпагат не стал бы проблемой, но на постоянно двигающейся подо мной драконьей шее, да с таким животом… неполезно это, вот точно.

К счастью, полет был до изумления коротким, вот тут уж точно без магии никак не обошлось. Потому что с того места, откуда мы улетали, никаких гор видно не было даже далеко на горизонте, и, по моим ощущениям, драконы не летают с такой скоростью, чтобы добраться до этих самых гор за считаные минуты. Огромная гряда тянулась до самого горизонта, самые высокие пики терялись в лиловых облаках. А над всем этим, словно чайки над утесом, кружили драконы.

Горы… меня на миг кольнуло сожаление. Ну почему в жизни все так несправедливо? У меня ощущение, что в последний раз в горах я была несколько лет назад, хотя на самом деле прошло… не больше пяти месяцев. С ума сойти, я в этом мире меньше полугода, а прежняя жизнь все больше кажется чем-то далеким и потускневшим. И сейчас мне уж точно не до альпинизма. Позволила себе чуть-чуть пострадать о несбыточном и усилием воли переключилась на другое.

Драконы начали снижаться. Мы сели на широком плато. Мне пришлось подождать, пока Таналь и Глория спустятся с Урау и эльф поможет спуститься мне. Глория неожиданно испугалась лететь в одиночку, а поскольку вдвоем можно было разместиться только на более крупном Урау, который нервировал меня гораздо больше высоты, я предпочла Ггарра. Не то чтобы я всерьез опасалась какого-то вреда от черного дракона, просто настораживает он меня.

Пока ждала, бегло осмотрелась. Гора при ближайшем рассмотрении здорово напоминала сыр или тот же утес с гнездами ласточек. Драконы щедро наковыряли дырок, наверное, не одно поколение трудилось. Как только все это не обрушилось, ума не приложу, оставалось только опять кивать на магию.

Я рассчитывала на разговор сразу по прилету, ну не так же просто нас в гости пригласили, однако драконы решили проявить гостеприимство по полной программе. Нам выделили небольшую пещерку для ночлега, там даже обнаружился ворох явно новеньких шкур. Пока осматривались, Ггарр притащил еще и ногу какого-то копытного, прямо с копытом, причем какого-то фантастического размера. Я смутно заподозрила, что это нам паек на неделю, или же драконы просто не очень хорошо разбираются в потребностях людей и эльфов. В любом случае мясо было очень кстати, Таналь днем не рискнул отлучаться ради охоты, чтобы не оставлять нас без присмотра. А одними фруктами голод утолялся что-то не очень.

Меня все больше и больше разбирало любопытство, просто извертелась вся, пока мы возились с приготовлением ужина. Очень надеюсь, что драконы не оставят нас томиться до утра в неведенье. Я же не усну, пока не узнаю, что им нужно, вот не верю ни капли, что это у них такой приступ гостеприимства. Все, что известно о драконах, это то, что они очень неохотно терпят чужаков даже на своем континенте, а о том, что кто-то бывал в их логове, Таналь ни одной истории припомнить не смог. А он, между прочим, много знает. Нет, дракониды, может быть, к своим создателям в гости и наведываются, да только они всегда среди остальных рас стояли особняком и информацией делиться не спешили.

К счастью, томить нас до утра не стали, большое им спасибо. Мы как раз успели завершить наш незамысловатый ужин, когда за нами явился Ггарр и пригласил на разговор. Недалеко от нашей пещерки, в которую, кстати, и Ггарр с трудом втискивался, нас ожидали три дракона — уже знакомый Уpay, еще один такой же темный и еще более крупный и третий, светло-лазурный.

Познакомились, взаимно представились. Драконы явно адаптировали свои непроизносимые имена под наши возможности, потому что в оригинале это звучало как замысловатое рычание. Мне, кстати, было интересно, на каком языке мы разговариваем с ними, мой амулет-серьга ведь исправно переводит. И как разговаривают сами драконы, учитывая, что для этого они даже пасть не открывают?

Светло-лазурный ящер по имени Эграр оказался драконьим вождем. Или вожаком? Не важно. Первое, что он сказал сразу после знакомства, заставило меня возмутиться. Хорошо, что не вслух.

— Прежде всего, я должен извиниться за то, что по нашей вине вы оказались здесь.

Ну, я так и знала!

Сцепила зубы и молчала, чтобы не начать ругаться. Переговоры взял на себя Таналь, у него выдержки побольше, он вообще в любой ситуации держит себя в руках, вот и сейчас даже глазом не моргнул. Впрочем, драконы тоже не стали кочевряжиться, объяснили все как есть. Видимо, решили, что честность — лучшая политика, у нас и так был немалый повод сердиться за это фактически похищение, а драконам явно необходимо сотрудничество с нами, иначе бы разговор велся по-другому. Я искренне надеялась, что обойдется честным договором, а то ведь с позиции силы человека можно заставить сделать почти все что угодно.

Но драконы пока не давали повода беспокоиться. Более того, они прямолинейно высказали, чего хотят. А нужно им было то же самое, что и всем разумным сейчас в этом мире. Лекарство. Ума не приложу, как драконы могут болеть теми же болезнями, что и гуманоиды, но конкретно над этой поработал некромант, а некромантия действует на все живое независимо от вида. У драконов погибло несколько беззащитных кладок. Взрослые слишком могущественны, чтобы их могла одолеть какая-то человеческая зараза, а вот еще не рожденные драконята…

Впрочем, наверное, следует начать сначала. Драконы пусть и ушли с Арейлы, выбрав для расселения несколько необитаемых миров, но, как оказалось, окончательно покинуть родину не могли. На Арейле уже давно всем известно, что именно в Войну Стихий рождаются самые сильные маги. Как оказалось, драконы в этом не исключение, у них только масштабы другие. Эти крылатые ящеры — и без того могущественные маги, но открывать порталы между мирами способны лишь те, кто вылупился из яиц, отложенных на Арейле в период Войны Стихий. Так что все драконицы, желающие завести малыша, старались подгадать к нужному моменту. Драконы живут долго, потомство заводят не слишком часто, и подождать несколько веков для них — сущие пустяки, мелочь. Хотя подозреваю, без случайностей разного рода и безалаберных родителей, не заботящихся о будущей магической силе детей, тоже не обходится. Так или иначе, в Войну Стихий большая часть беременных дракониц и какая-то часть драконов в качестве охраны, а также и просто особо заботливые мужья возвращаются на историческую родину. И вдали от остальных разумных спокойно переживают непростой период, так уж получается, что большинство катастроф как раз на этих самых разумных и завязано, так или иначе. Такова их природа. Драконы каким-то странным образом из этой системы выпали, у них, собственно, больше проблем от тех, кто регулярно пытается прибрать к рукам «бесхозный» континент, забывая печальный опыт предков. А тут внезапно некромантская гадость начала убивать не рожденных еще детей. Откуда она вообще взялась на другом континенте, где не бывает людей? Драконы обнаружили, что понятия не имеют, как бороться с подобной напастью, но зато у них тоже есть свои оракулы. Те и нагадали что-то вроде: «Лекарство придумают женщины из другого мира, принявшие Арейлу как свой дом».

Драконы мыслят несколько иначе, чем остальные разумные, некоторые вещи понимают буквально. О пророчестве здешнего оракула они знали, дракониды своим создателям охотно передают все новости, для того их и создали, соответственно об имперках ящеры тоже знали. А дом для драконов там, где кладка, миров может быть много, и жить тоже можно где угодно, они за свою долгую жизнь успевают обжить не один мир. Но дом для драконов — всегда Арейла. Исходя из этой логики и пророчества драконьего оракула, были выбраны беременные имперки.

Дальше просто (ну, по словам драконов, у Таналя, невзирая на всю его выдержку, лицо вытянулось): отследить нужных особ, аккуратно перехватить и распараллелить портал. В результате чего наши телохранители попали куда надо, а вот мы втроем махом переместились на другой край мира. Драконы, правда, слегка не рассчитали, что после их манипуляций эльф, без преувеличений считающийся одним из сильнейших магов мира, свалится от магического истощения. Подумаешь, двойной портал, да еще и межконтинентальный, это ж тьфу! Судя по лицу Таналя, это «тьфу» больно ударило по его мужскому самолюбию. Как будто он всерьез собирался соревноваться с этими древними ящерами, которые запросто создают разумные расы и шляются между мирами, когда им захочется? Даже мне понятно, что весовые категории тут совершенно разные. Но Таналь привык быть крутым и опасным типом, а тут такое. Бедняга.

Пока эльф переваривал сведения, Эграр витиевато уговаривал нас помочь несчастным драконьим деткам, обещая всяческие блага, прочие награды и драконью поддержку во всем, чего бы мы ни потребовали. И я даже уже знала, как их использовать к обоюдной выгоде, тем более оно же само напрашивалось. Способность ходить между мирами — это для нас в нынешних обстоятельствах просто спасение, тем более не своими же запасами с этими гигантами делиться, самим мало.

Беспокоил только один момент: как скормить маленьким, находящимся внутри скорлупы дракончикам перец и при этом не угробить их?

10

Драконы так обрадовались нашему согласию помочь, что мы ощутили это буквально физически. Такой мощный удар по мозгам, я чуть не села, где стояла. Не сказать что это приятно, когда ты вдруг ощущаешь целый коктейль чужих чувств, словно это все твое, но во много раз преувеличенное. В первый миг это настоящее потрясение, потом становится легче и можно слегка отстраниться от этой эмоциональной какофонии, но она никуда не девается и ее трудно игнорировать. Как это они так своими эмоциями по мозгам бьют, да еще и хором? Такое можно как оружие использовать. Видимо, драконы совсем уж отчаялись, раз так радуются.

Как хорошо, что дальнейшие обсуждения отложили на завтра, поздно уже, спать пора. А заодно и ушибленные драконьими чувствами мозги хоть немного отдохнут. Впрочем, мы втроем в своей пещерке устроили перед сном небольшое совещание. Единогласно сошлись на том, что способность драконов открывать порталы между мирами нужно использовать к обоюдной выгоде. Вообще было бы странно, если бы каждого из нас так или иначе не посетила эта мысль: когда постоянно думаешь над решением какой-то проблемы, разум сам цепляется за любую возможность, а тут и вовсе само напрашивалось.

У Таналя сделался очень задумчивый вид. Я готова была поклясться, что думает он сейчас об Анабель. Иногда я начинала сомневаться в его влюбленности, то ли не было ее, то ли просто прошла вдали от объекта страсти и под гнетом сиюминутных проблем. К тому же он теперь не просто принц, а нужна ли эльфийскому королю человеческая женщина? И возможный ребенок-полукровка?

Это его жизнь, поэтому я помалкивала и не лезла в душу. Но сейчас не удержалась. Не засну же, если свое любопытство не утолю.

— О чем думаешь?

— О том, что мы фактически получили неконтролируемый спецслужбами путь в Империю. Во всяком случае, пока драконы остаются на Арейле. И если я придумаю, как передать драконам нужные координаты…

— И все? — Я даже разочаровалась, все-таки беременность сделала меня сентиментальной, у меня тут грезы о великой любви, а мужчины — существа более прагматичные.

— И еще о том, что согласно договору, по которому Империя предоставила нам своих аристократок в качестве невест, браки, заключенные на Арейле, считаются действительными в Империи, и наоборот соответственно тоже.

— А… к чему ты это?

— К тому, что если твои предчувствия не обманули, мой ребенок будет наследником, только если родится в законном браке.

Вот такая прагматичность.

— А вам не приходило в голову, — Глория в очередной раз выступила голосом разума, — что таким образом мы можем занести в Империю опасный магический вирус? То, что мы не больны, еще не значит, что мы не заразны. Возможно, у нас уже выработался иммунитет и мы носим в себе этот вирус, не замечая того.

— От некромантии не бывает иммунитета, — возразил Таналь.

— А если он все-таки есть, то, вероятно, выработался в том числе за счет употребления тех самых специй, которые в Империи есть едва ли не в каждом доме, — заметила я. — Но все равно надо с этим как-то разбираться. И не нам, а специалистам, лично я в вирусологии ничего не понимаю и не готова взять на себя ответственность за миллиарды жизней.

— Возможно, драконы готовы.

— Вот завтра и посмотрим. Давайте уже спать, что ли?

Следующий день у нас проходил… сложно, хотя это слово очень слабо отображало всю ситуацию. На первый взгляд могло показаться, что мы вчера договорились, на самом деле драконы озвучили просьбу, а мы дали согласие помочь. Как будто можно было не согласиться? Но сегодня началось обсуждение деталей, и вот тут прийти к согласию оказалось непросто. Никто ведь не обещал, что будет просто, не правда ли?

Сообщение, что пусть и не лекарство, а надежное средство профилактики существует, но достать в нужных количествах его можно только в другом мире, драконов ожидаемо не смутило. Правда, тут обнаружилась первая загвоздка: координаты. Драконы открывали порталы или наобум, куда вынесет, или в те миры, где уже хотя бы раз бывали. После долгих обсуждений и дружного мозгового штурма Эграр сообщил, что любой из драконов может, наверное, отследить координаты с помощью имперского портала, хотя это и не простая задача, ведь в нем нет ни капли магии. Во всяком случае, срабатывание портала, а точнее — некий пробой в ткани реальности они прекрасно чуют даже на таком расстоянии, собственно, для них этих расстояний словно бы и не существовало. Эграр даже сообщил, что вчера ткань реальности несколько раз разрывали, наверное, наш заказ доставили. Проблема в том, что отслеживать нужно было как раз в момент срабатывания, однако вчера этим заниматься никому даже в голову не пришло, а сегодня все было глухо.

И как теперь поступить? У каждого имелись идеи на этот счет, вопрос, насколько они осуществимы. Спор разгорелся сам собой в попытке выработать лучшую стратегию. Ждать, не сработает ли портал в ближайшее время снова? Тут даже мы с Глорией ничего сказать не могли. Если наш заказ доставили вчера одной партией, то ждать смысла нет, скорее всего, в ближайшее время имперцы опять постараются исключить все контакты между мирами. До сих пор оставалась опасность полного карантина. Однако достоверно неизвестно, будут ли еще поставки груза или уже нет? И введут ли карантин, а если да, то будет ли эвакуация персонала, которая потребует хотя бы разового открытия портала?

Сидеть и ждать неизвестно чего драконы не желали категорически, а учитывая, что подавляющее большинство из них — это нервные драконихи, боящиеся за свое потомство, все могло плохо кончиться.

Высказывались предложения как-нибудь спровоцировать имперцев, чтобы они сами открыли портал. Но почему-то все они звучали примерно как: «Напугать, и пусть бегут в свой мир», — за приемлемый план никто это не посчитал.

И наконец вариант третий: Таналь, который был в Империи и теоретически имеет координаты. Только вот загвоздка: правил построения межмировых порталов он не знает, к чему привязывать эти координаты и как их интерпретировать понятно для драконов — тоже. А драконы всю эту пространственную магию воспринимают как-то уж очень сложно и заковыристо. Урау и Таналь, дружно взявшиеся решать эту проблему соответствия форматов, оба уже через полчаса выглядели пришибленными и как не от мира сего. Еще через какое-то время они выпали из реальности окончательно, погрузившись в совершенно зубодробительные формулы и расчеты. И ведь по большому счету это была лишь первая из вставших перед нами проблем. Дальше не легче.

Я порадовалась собственной предусмотрительности. Мы еще вчера договорились не рассказывать драконам о заказанном нами грузе специй. Вообще не говорили, зачем мы ездили к имперцам, а поинтересоваться никто из них, пытаясь решить собственные проблемы, не догадался. Конечно, со временем кто-нибудь умный, тот же Уpay, например, все поймет. Если соблаговолит, конечно, вынырнуть обратно в реальность. Но я надеялась, что к тому моменту хотя бы проблему с координатами мы решим. А то ведь найдется желающий не заморачиваться и просто прибрать нашу покупку к лапам. Драконьих детишек, конечно, жалко, но своих как-то жальче. Там ведь по всему миру тоже дети сейчас умирают, люди, орчата, эльфята и все прочие. Их кто спасать будет?

Но это ладно, я уверена, что с координатами мы рано или поздно разберемся. Либо Таналь с Урау добьют эту задачку, либо все же используем вариант номер два, с провокацией. Только слегка переработанный, потому что пугать и без того здорово перепуганных имперцев — не выход, люди в таком состоянии совершенно непредсказуемы, может, и побегут, а может, и отстреливаться начнут, пойди пойми. Однако есть у меня кое-какая интересная идея, имеется даже вероятность, что она сработает. За счет неожиданности.

Следующий вопрос, который мы решили обсудить, у драконов внезапно совершенно никакого понимания не вызвал. Я неприятно удивилась — до сих пор драконы проявляли дружелюбие и удивительную покладистость, с ними получалось договориться почти обо всем. А тут — категорическое нет. Речь, собственно, шла о том, что, прежде чем отправляться в Империю, стоит проверить, не занесем ли мы туда смертельный вирус. И проверять, разумеется, должны специалисты. Зря, что ли, у нас в степи целую лабораторию выстроили, в которой работают не покладая рук лучшие ученые трех государств?

И не то чтобы драконы были категорически против подобных проверок, нас просто не собирались никуда отпускать, пока не решим их проблему. А учитывая, что сами ящеры в вирусах мало что понимают (у них взрослые таким заболеваниям и не подвержены вовсе), сами они ничего диагностировать не могут. То есть с магией они обращаются легко и непринужденно, подстраивая ее под свои нужды без всяких заученных заклинаний, но проверка — это совсем другое дело. Хотя… Как-то же они проверяют свои яйца, определяя, кто заболел, а кто здоров. Сквозь скорлупу этого не видно. И все равно полноценной информации у них нет, а мы ее дать не можем. Я и Глория вообще знаем только то, что нам на пальцах объяснили как неспециалистам. Таналь, может, знает и чуть больше, он хотя бы в магии разбирается отлично, но он тоже не целитель и не некромант. И уж точно не вирусолог.

А я, между прочим, еще и за мужа беспокоюсь. И он за меня, могу поспорить, а тут даже связи никакой нет, не говоря уж о том, чтобы показаться лично и продемонстрировать: жива и здорова. Это если забыть, что Глория ровно в том же положении, а у Таналя там целое государство без короля осталось. И отец с мачехой, которых он буквально только что с трона спихнул самым нахальным образом. Братцу тоже не резон пропадать вот так без вести. А то, пока его нет, как бы родитель обратно на трон не уселся.

Я, конечно, понимала мотивы драконов, они боялись, что, получив возможность вернуться домой, мы тут же займемся своими проблемами, отложив помощь ящерам на неопределенное время, или вовсе откажемся помогать. И никак не получалось объяснить, что объединить усилия одинаково выгодно как для нас, так и для них. И если Эграр и Уpay, в принципе, доводам разума как-то поддавались, хотя и с трудом, наверное, потому что мужчины, то беременные драконицы (или как правильно назвать тех, кто еще не отложил яйца?) вообще никаких доводов слушать не желали. Им нужно было защитить свое потомство вот прямо сейчас, и любые объяснения эти нервные ящерицы-переростки просто отметали. Желание помогать драконам резко падало. Я уже начала всерьез задумываться, как бы от них сбежать. Если бы не подозрение, что Таналю просто не позволят открыть портал, я бы уже давно подбила его бросить все и уйти. Да его и уговаривать бы не пришлось, эльф тоже не очень-то хотел сотрудничать на таких условиях, он даже оторвался от своего высокоинтеллектуального общения с Уpay, чтобы вступить в полемику.

Договорились бы потом, разумеется, и драконам деваться некуда, и нам они нужны. А главное, ничего не помешало бы им еще раз перехватить портал или и вовсе наведаться к нам в гости при необходимости. Ну и что с того, что драконы этого уже пару тысяч лет не делали? Они и людей не похищали. Но трудно отстаивать свои интересы, когда на их стороне сила, а мы тут фактически заложники, даже если внешне все очень благожелательно.

Поняв, что спор ни к чему не приведет, мы решили: пора устроить перерыв на обед. Надо было все-таки что-то с этим делать, и самое время обсудить наши проблемы без драконов. Вопрос уже не только в этой треклятой проверке, вопрос в том, удастся ли нам отстоять свое право на сотрудничество.

Полдня на бессмысленные споры — и это только начало. Впрочем, Таналь утверждал, что полдня не так уж много для решения подобных вопросов. Ну, эльфу видней, конечно, он в этой дипломатии имеет намного больше опыта, но я успела за это время сильно утомиться, в первую очередь — от полной бестолковости споров. Сейчас небольшой перерыв на обед, и придется возвращаться и продолжать. А что делать? Договариваться все равно как-то надо. И в то же время понятно, что, если так и дальше будет продолжаться, мы не договоримся. Потому что толпа психующих и боящихся за свое потомство дракониц прислушиваться к голосу разума просто не в состоянии, Эграр, вождь он там или не вождь, вынужден считаться с их мнением. А у нас просто нет веских аргументов, чтобы настоять на своем. Ума не приложу, что со всем этим делать.

Ясно одно: удастся договориться лишь в том случае, если получится исключить из этих переговоров истеричных дракониц. Причину их нервозности я прекрасно понимаю, сама бы на их месте истерила. Да что там, я и на своем едва удерживаюсь. У меня тоже нервы и тоже дети и муж, с которым невозможно связаться на другом материке, могу я, черт возьми, позволить себе слабость?!

А вот не могу!

Ну что за жизнь, а?

— Что будем делать? — спрашиваю, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Соглашаться на все их требования нельзя, — вздохнула Глория, явно вторя моим мыслям. — Иначе в конечном итоге нас будут просто использовать.

— Я поговорил с Урау. — Таналь задумчиво смотрел на языки пламени, над которыми левитировал поджаривающийся кусок мяса. По пещере расползался вкусный аромат. — Была возможность тихо обсудить кое-что, пока мы разбирались с координатами. Драконы хотят договориться мирно. Пока еще не разобрался почему, но для тех, кто способен мыслить не под гнетом эмоций, имеет значение наша добровольная помощь.

— Не под гнетом эмоций у нас как минимум Эграр и Урау, — понимающе кивнула я. — Во всяком случае, они показались мне самыми здравомыслящими во всем этом дурдоме.

— На самом деле не только они, а все драконы мужского пола, не собирающиеся обзаводиться потомством в этом цикле. Плохо то, что они здесь в абсолютном меньшинстве. Не более десятка драконов на две сотни невменяемых дракониц и почти сотню их… хм… партнеров, которые под давлением подруг и родительских инстинктов тоже не слишком здраво соображают.

— Знаете что, я думаю, нужно договариваться конкретно с Эграром. Наедине.

— Если бы здесь была возможность поговорить наедине, — возразила Глория. — Буквально везде чьи-то уши, такое ощущение, что драконы вообще понятия не имеют об уединении. Кажется, их нет только в этой пещере, и то лишь потому, что здесь тесно и одному дракону.

— Значит, надо убраться отсюда подальше. Вместе с Эграром или, на худой конец, Урау. — Я задумчиво покусала губу. — Таналь, как там дела с координатами?

— Работаем. — Эльф проверил готовность мяса кинжалом, явно остался удовлетворен результатом и потушил огонь. — У нас с драконами совершенно разные подходы к магии. А принципы построения межмировых порталов по-драконьи — это и вовсе нечто запредельное для меня.

— Настолько сложно?

— И сложно, разумеется, но больше непривычно. Они иначе мыслят и иначе воспринимают магию. Полдня — это слишком мало, чтобы разобраться. Чтобы конвертировать известные координаты в нужный для драконов формат, требуется не только время, необходимо хотя бы на базовом уровне разобраться в их принципе построения порталов.

— То есть это долго?

— Даже если я не буду участвовать в переговорах? — Таналь, убедившись, что мясо остыло и можно взять его в руки, перестал поддерживать его магией в воздухе. Никакой посуды у нас нет, потому пришлось выкручиваться. — Три-четыре дня, и это еще очень оптимистичные прогнозы, — вернулся он к разговору. — К чему ты? Хочешь потянуть время?

— Пожалуй. У меня родилась одна смутная идея, когда обсуждали, как спровоцировать имперцев снова открыть портал, чтобы засечь координаты. Что, если предложить драконам купить специи с нашим посредничеством?

— Хм, неплохая мысль. Если подать это в нужном ключе, то драконицы просто вынудят Эграра согласиться, чтобы получить лекарство как можно скорей. Хорошо, я постараюсь затянуть работу, чтобы этот вариант показался привлекательней. Тем более и затягивать, в общем, не придется.

— Полагаете, удастся снова раскрутить наших соотечественников на торговлю? — засомневалась Глория. — Мне показалось, они в прошлый раз были слишком напуганы, чтобы согласиться на повторный контакт.

— Они, может быть, и не согласились бы. Но я рассчитываю на начальство, оставшееся в Империи. Представьте себе контакт с драконами, новый разумный негуманоидный вид. Ради такого, пожалуй, могут рискнуть даже здоровьем и жизнями подчиненных. Главное, чтобы Империя все же не объявила карантин, пока мы здесь демагогию разводим. Драконам скажем правду, что без нас они с людьми не договорятся. Это действительно так, драконы слишком отличаются от нас, чтобы имперцы с ходу догадались об их разумности. А там уж можно будет вести переговоры с Эграром без висящих у него над душой и перепуганных за свое потомство дракониц. Да и на своей территории гораздо проще диктовать условия.

— Ты только один момент не учла. — Глория, как всегда, — глас разума в нашей компании. — Нас всех могут и не отпустить, оставив кого-то одного в заложниках.

— Нас с тобой отпустить придется, без нас не будет никаких переговоров. Вот как аргументированно утянуть с собой Таналя, я не знаю.

— Придумаем что-нибудь, — заверил эльф. — А если нет, придется остаться здесь, поучусь у драконов открывать порталы.

— А у тебя там за это время обратно переворот не устроят?

— У меня крепкая команда, мы много лет работали при жестком противодействии отца и верных ему эльфов. Если сейчас без моего присмотра они ухитрятся все развалить за несколько дней, позор нам всем.

— Ну, тебе видней.

На удивление, моя идея прошла на «ура». Наверное, потому, что за переговоры взялся Таналь, все же он отлично умеет правильно подавать информацию. Принцев этому, видимо, специально учат, или же тут большой опыт сказывается. В любом случае для драконов это выглядело так, словно Таналь, пообщавшись с Урау, пришел к выводу, что попытка передать координаты сильно затянется, и придумал другой, более быстрый способ получить нужное. В итоге на фоне драконов мы выглядели даже благородно: несмотря на их не слишком хорошее поведение, мы все еще стараемся помочь. Помогали мы, конечно, больше себе, но в полной мере понимали это, пожалуй, только Эграр и Урау. Может быть, еще и весельчак Ггарр, но с ним вообще ничего не понятно, он, казалось, с самого начала больше на нашей стороне. Или ему просто весело, невзирая на ситуацию.

Тем не менее на Эграра тут же начали давить, чтобы он немедленно принял наше предложение. Плато, на котором шли переговоры, было заполнено драконами, так что не протолкнуться. Да и на ближайших скалах они сидели плотно, едва ли не на головах друг друга. В порыве спора многие взмахивали крыльями и рычали на своем языке. Мелкие камни под лапами драконов крошились и сыпались вниз, от взмахов множества крыльев поднялась пыль, то и дело взметаясь в воздух. Драконам-то что, дылдам таким, а нам в такой компании было неуютно, ощущение, что тебя сейчас нечаянно раздавят или снесут в пропасть взмахом крыла, не самое приятное. Не говоря уже о том, что мелкая каменная крошка, которую ветер бросал прямо в лицо, больно царапала кожу. Мы невольно жались поближе к Эграру и так же невольно ощущали все обрушившееся на него давление. Собираясь толпой, драконы каким-то образом начинали проецировать свои эмоции, еще и настраивались друг на друга, похоже, потому что получалось очень уж слаженно и мощно. И самое неприятное — мой амулет от этого не защищал совершенно. А Эграру можно было только посочувствовать. Наверняка ведь бедняге не раз били по голове общими чувствами сотни дракониц, осознавших, что они теряют своих детей. Я теперь точно могу сказать, что беременные женщины, даже если они огромные ящерицы с крыльями, на такую угрозу реагируют примерно одинаково.

Вот потому у них тут демократия, попробуй прими какое-нибудь решение вразрез с общественным мнением, да еще и заставь ему подчиниться. Это же надо недюжинную силу воли иметь. Эграра мне было даже немного жаль, но не очень сильно. Знал же, чем это все обернется, не мог не знать. Отчего бы не договориться с нами приватно, прежде чем тащить в гости?

Одно хорошо, вопрос мы решили и даже не стали затягивать с выполнением. Большое спасибо порталам. Отправиться с нами должен был Урау. Ну, тоже неплохо, несмотря на то, что он мне не слишком нравится, этот дракон отличается сдержанностью и здравомыслием.

А вот Таналя едва не пришлось оставить. Несмотря на весь творившийся у драконов бардак, кто-то умный все же догадался, что, если отпустить всех троих, мы, чего доброго, и сбежать попытаемся. Но тут уж мы с Глорией дружно уперлись, отказываясь вообще что-то делать без эльфа. В конце концов, мы обе — слабые беременные женщины, почему мы должны оставаться без единственного доступного защитника. А может, драконы нам зла желают? Не знаю, это ли или внезапная поддержка Урау, обещавшего за всеми нами присматривать, но Таналя мы в конечном итоге отстояли. Ну, слава всем местным богам.

Пока Таналь с Урау согласовывали нюансы (эльф не потянул бы переместить порталом дракона, а тот в свою очередь не знал координаты), мы вернулись в свою пещеру за немногочисленными пожитками. Нас почему-то вызвался отвезти лично Эграр, не иначе все же наедине поговорить захотел. Вообще-то тут можно было и пешком дойти, нас наверняка специально так поселили. Но если уж предлагают, не отказываться же, не велика радость — скакать по этим камням. Не в нашем положении.

— Я должен снова извиниться. И объяснить, — с трудом втиснувшись до половины в пещеру, гулко сказал дракон. Все-таки мне интересно, как они разговаривают по-человечески? Вряд ли драконья пасть и голосовые связки подходят для подобной речи, звук вообще идет откуда-то изнутри, а пасть не двигается и даже не открывается. — То, что здесь происходит… у нас не всегда так.

— В самом деле? — не очень поверила я.

— Дело в том, что в период беременности и еще год после появления детеныша драконицы обладают мощной проецирующей эмпатией. Таким образом они общаются с малышами.

— И прессуют мозги своим мужчинам.

Эграр согласно моргнул:

— Это древний защитный механизм. Видите ли, у драконов очень слабо развит родительский инстинкт, поэтому нашим подругам приходится стараться за двоих, чтобы обеспечить маленькому дракончику безопасность и привязанность отца.

— Мы вам сочувствуем, — дипломатично заметила Глория. Спасибо ей, у меня бы так искренне не получилось бы. — Трудно, наверное, постоянно находиться под таким прессом.

— Благодарю. И примите мои извинения. Что бы ни происходило, мой народ благодарен вам за помощь.

Эта речь, наверное, должна была выглядеть благородно и даже немного пафосно, но трудно ее так воспринимать, когда дракон морщит нос, судорожно подергивает прижатыми к телу крыльями и аккуратно пятится, очень стараясь не показать, что он почти застрял.

Я посмотрела на эту картину, фыркнула и мстительно решила: пусть драконы сами придумывают, как применить специи к не вылупившимся еще яйцам. В конце концов, эту задачу решать нас не просили.

Выйдя из портала, в первый миг ощутила себя так, словно вырвалась из темницы, ровно до того момента, как повеяло ледяным ветром и лицо обдало дождевыми брызгами. Брр, ну и холодина! Успела уже забыть, что здесь осень, такой резкий переход из жарких пестрых тропиков в промозглый и серый от затянувших небо туч холод ощущался особенно мерзко. Но даже это не могло окончательно испортить мне настроение. Получилось! Радовалась я, впрочем, поспешно облачаясь в теплые вещи и судорожно нащупывая переговорный амулет. Больше всего на свете мне сейчас хотелось немедленно связаться с Рашем, и было глубоко наплевать на то, удастся ли нам снова договориться с имперцами. Меня в данный момент и проблемы драконов не волновали совершенно. Я просто безумно хотела увидеть мужа или хотя бы голос его услышать, а еще опасалась, что Уpay может каким-то образом помешать мне с ним связаться.

Не помешал, то ли не успел, то ли и вовсе не собирался. Мы с Глорией вышли на связь практически одновременно, да и Таналь от нас отстал всего-то на пару мгновений. Ну да, его-то, может, любящая жена дома и не ждет, но это не значит, что нет необходимости с кем-то срочно поговорить.

И не успели мы сказать по паре слов, как открылся портал, и оттуда буквально вывалились взъерошенные Раш и Дерек, да еще с охраной и магами.

Караулили они, что ли?

— Искали! — выдохнул Раш, стискивая меня, так что только пискнуть успела. Мир резко сузился до нас двоих, словно ничего больше вокруг и не существовало.

— Раздавишь, — ворчу жалобно, счастливо утыкаясь носом в светлый мех небрежно застегнутой куртки. Боже, как же я безумно соскучилась! Всего-то несколько дней, а чувство такое, словно месяц не виделись!

Раш ничего не ответил, только прижимал к себе так, словно надеялся никогда больше не отпускать, и громко сопел в макушку.

В глазах подозрительно защипало, а в носу захлюпало.

— Диана, ты что, плачешь? — Раш чуть отстранил меня, озабоченно всматриваясь в лицо.

— Нет, — позорно шмыгаю носом и только теперь понимаю, что глаза у меня и впрямь на мокром месте. — Нет, не плачу… это так. Откуда вы так быстро?

— Мы рядом были, вас искали. Это единственное, что тебя сейчас интересует?

— Меня много чего интересует. — Опять утыкаюсь носом в его куртку и чувствую, как когтистые пальцы привычно запутываются в волосах. — Только у нас на все это времени, наверное, нет.

Времени на пространные разговоры действительно не было, потому что у нас тут дракон и толпа вооруженных мужчин, которые понятия не имеют, что с этим драконом делать, но на всякий случай готовы нападать. Я, кстати, вовсе не уверена, кто бы победил в итоге, наших ребят, несомненно, больше, но и дракон сам по себе — тот еще воздушный крейсер, а в магии он на голову превосходит Таналя, официально едва ли не самого сильного мага мира.

Тут еще мерзкий дождь на голову льется, и под ногами хлюпает, что никому добродушия не добавляет.

Пришлось все-таки обращать на окружающий мир внимание (впрочем, выбраться из теплых объятий моральных сил не было, да и Раш не отпускал, вцепившись намертво) и объяснять, что дракон свой и пытаться убить его не надо. Ну и самому дракону — что все в порядке и никто на него нападать не будет.

Конечно, никого такое лаконичное объяснение не удовлетворило, пришлось объяснять более развернуто. Откуда мы вообще взяли дракона, куда пропали и все остальное, в подробностях. А дождь, между прочим, только усиливался. Спасибо Урау, догадавшемуся расправить над нами крыло в качестве зонтика, и большому теплому мужу. Но чем дольше мужчины слушали наш рассказ, тем больше мрачнели. Ну а что тут скажешь? Ведь фактически драконы нас похитили и вынудили себе помогать, пусть и действовали мягко. А мы ведь, как ни посмотри, не просто какие-нибудь неизвестные никому девицы, а супруги правителей, причем супруги беременные, что вообще-то заметно меняло отношение к ситуации в целом. Таналь так и вовсе король. Драконы вряд ли задумывались о таких нюансах, но здесь и сейчас это здорово все усложняло.

Однако если отбросить в сторону эмоции, ящерам помогать все-таки стоило. Просто потому, что это слишком выгодно, чтобы носиться с глупыми обидами. Так что пришлось нам с Глорией поднапрячься и буквально за руки ловить мужей, готовых кинуться на Урау и нашинковать его на много маленьких дракончиков.

Таналь наблюдал за этим действом меланхолично, попутно общаясь с кем-то через переговорный амулет. Он-то уже успел смириться с тем, что бросаться на драконов врукопашную — занятие совершенно бесперспективное.

Забравшись руками под куртку напрягшемуся как пружина Рашу, успокаивающе погладила его по спине:

— Спокойно, ничего страшного не случилось, не надо рычать на дракона. — Еще и прижалась поплотней, чтобы не дергался лишний раз. — Дракон все равно рычит громче, и зубы у него длинней.

Муж вздрогнул, словно мои пальцы обжигали сквозь тонкую рубашку. Я буквально ощутила, как расслабляется это большое сильное тело. Мышцы под моими пальцами чуть заметно дрогнули.

— Никуда тебя больше одну не отпущу, — глухо буркнул Раш куда-то в макушку.

— Не отпускай, — соглашаюсь охотно. Честно признаюсь, мне стоило неимоверных душевных усилий не растечься прямо сейчас карамельной лужицей и не забыть опять обо всем окружающем мире.

Так бы и стояла в обнимку вечность, но надо было все-таки что-то решать. Не торчать же тут, посреди чистого поля, темно, холодно и мокро, но и для каких-то активных действий сейчас не время. Это на другом конце мира было далеко за полдень, а тут еще рассвет не наступил, то ли раннее утро, то ли очень поздняя ночь. Затевать переговоры в такое время бесперспективно совершенно, спать ложиться — для кого еще рано, а для кого — уже и поздно, получается. Да и неизвестно пока еще, где мы будем устраиваться. Разбегаться по домам никто пока не спешил. Брать на себя ответственность и решать за других — тоже.

Кое-как организовались, расшевелили слегка неадекватных мужей и отправились в лагерь, который тут, оказывается, разбили неподалеку. Практически в том же месте, где мы устраивались в прошлый раз.

Урау одним движением крыла высушил изрядный участок раскисшей от дождя земли, заодно и подогрев слегка, охрана натащила нам набранных по шатрам ковров и шкур, после чего мы как утята вокруг утки устроились рядом с драконом. Выглядело это, признаюсь, слегка сюрреалистично. Пожалуй, только Раш во всей варварской красе был здесь как никогда уместен. Всегда сдержанный и строгий Дерек в своих неизменно безупречных костюмах и сказочно красивый, утонченный и лощеный (правда, после наших приключений лоск слегка пообсыпался) Таналь на расшитых орочьих коврах и шкурах под дождем и ветром, сидящие вокруг дракона, — это даже для меня выглядело… странно. Дождь и ветер до нас, кстати, не долетали, когда вокруг столько сильных магов, вопрос комфорта не встает. И хорошо, что они об этом наконец вспомнили, да.

Обсуждали мы наши дальнейшие действия и сложившуюся ситуацию в целом. От нас опять потребовали все рассказать вплоть до мельчайших подробностей, но в этот раз больше отдувался Таналь. Потом и дракону устроили настоящий допрос. Урау, впрочем, держался достойно, но все равно выяснилось несколько нюансов, в которые нас не посвятили ранее.

И слава всем здешним богам, что на Арейле так трепетно относятся к предсказаниям всяческих провидцев и оракулов. Впрочем, все же не ко всем предсказаниям, а только к исходящим от тех, кто делом не единожды доказал свой дар. Такие талантливые личности есть даже не при каждом королевском дворе, но их обычно тщательно отслеживают, желательно — еще в детском возрасте, и потом долго обучают, ибо польза велика. Верховный Оракул и вовсе в этом мире личность культовая, его даже драконы уважают. И у них, разумеется, есть свой оракул, который не только подсказал, как можно получить помощь в решении их проблемы, но и предупредил, что при излишнем давлении от нас можно вместо столь желанной помощи получить еще больше неприятностей. Так что с нами лучше договариваться мирно и не принуждать ни к чему лишний раз. Ну, они и пытались мирно общаться, но мере возможности.

А вот кто бы на такие рекомендации в Империи внимание обратил и пытался им следовать, а? Никто бы не обратил, потому что ересь сплошная. Хотя у нас и культуры обращения с провидцами тоже нет. Не уверена даже, что сами провидцы, те, которые не шарлатаны, имеются.

Так что да, спасибо и местным богам, и тому драконьему оракулу, которым оказался, с ума сойти, весельчак Ггарр, что все для нас обошлось относительно безопасно. Нервы слегка потрепали, да и только.

Ума не приложу, какие такие неприятности мы могли доставить драконам, если бы они все же решили принудить к сотрудничеству силой. А они существа прямолинейные и не особенно уважающие интригу и манипуляции, очевидно потому, что со своей силой и размерами редко встречают по-настоящему опасных противников. Это люди и прочие гуманоиды вынуждены конкурировать с почти равными по возможностям видами за место под солнцем. А тут одной силой никак не обойтись.

— Что ж, давайте резюмируем. — Дерек, даже сидя на чьей-то полосатой шкуре, выглядел истинным правителем. Хороший, наверное, король выйдет. — Вы похитили наших супруг, заметьте, не простых селянок, и правителя союзного нам государства и вынудили их помогать драконам?

В устах Дерека это прозвучало как-то совсем некрасиво. Хотя, по сути, он обрисовал ситуацию совершенно правильно. Урау заметно смутился, это было видно даже на драконьей морде. Надо же, а я считала, что он этого просто не умеет.

— Господин Урау, вы так печетесь о безопасности своего потомства. Разве у вас было основание полагать, что мы будем реагировать иначе? Разве вы не думали, что мы тоже пожелаем устранить опасность, грозящую нашим женщинам и нерожденным детям?

— Им ничего не грозило. — Дракон быстро взял себя в руки… в лапы, и теперь его голос звучал так же по-деловому и холодно, как и у Дерека. — Что бы вы ни думали о моем народе, ваше высочество, но мы никогда не причиняем бессмысленный вред разумным и тем более не станем вредить беременным женщинам.

— Не знаю, как у дракониц, — голос Дерека похолодел еще на пару градусов, — но у человеческих женщин чрезмерное волнение может пагубно сказаться на ребенке.

Чего он добивается, интересно? Урау, конечно, хорошо держится, но, кажется, наш некромант его уже морально запинал. Ах, ну вот оно…

— Только потому, что мы сообща боремся с той же бедой (и драконам было бы достаточно прилететь и попросить о помощи, чтобы ее получить), а также потому, что мы понимаем, в какой непростой ситуации оказался ваш народ, помощь все же будет оказана, насколько это в наших силах. Но не думайте, что мы будем делать это бесплатно.

Рассвет уже давно отгорел, а мужчины все продолжали что-то обсуждать с драконом, перемежая вежливую ругань с торговлей. Постепенно я перестала вникать в это, задремав под боком у мужа. Раш порывался отнести меня в шатер, но я отбрыкалась, почти не просыпаясь, даже во сне не хотелось отходить от него ни на шаг, а ведь Раш это импровизированное совещание тоже оставить не может. В итоге сошлись на чьей-то пушистой шкуре в качестве одеяла и мужниных коленях вместо подушки. Деревянное полено мягче будет, но мне было все равно.

Ближе к полудню пришлось просыпаться, переговоры наконец завершились, желудок напомнил, что я уже часов восемь ничего не ела, да к тому же магический полог, укрывающий от дождя и ветра, перестал работать. Сразу вспомнилось, что спать под открытым небом осенью неуютно. Спасибо хоть дождь к утру прекратился.

— Выспалась? — отреагировал Раш на мою сонную возню. Он сидел все в той же позе и, кажется, за все это время ни разу не пошевелился.

Поежившись, прислушиваюсь к себе.

— Знаешь, удивительное дело, но отлично выспалась. Хотя на тебе спать, между прочим, жестко.

Раш фыркнул, подхватывая меня на руки как завернутый в шкуру кулечек, однако подняться на ноги так ловко, как он, наверное, рассчитывал, не вышло. Раш едва заметно поморщился, но все же медленно, не торопясь, встал со мною на руках. С удовольствием зажмурилась, было почему-то очень приятно от того, что он поступил именно так, хотя проще и рациональней было сначала подняться на ноги самому и размяться, а потом уж поднимать меня. Мелочь вроде бы, а сразу чувствуешь себя нужной и любимой.

— Куда мы?

— Завтракать, а потом заниматься делами. Таналь уже послал своего вестника, ждем теперь, когда имперцы выйдут на переговоры.

— На это нужно некоторое время. Про драконов им сообщили?

— Конечно, — насмешливо оскалился Раш.

Ну конечно, будто я умная самая, без меня бы не догадались!

— Значит, будем ждать, когда они решат уточнить детали.

Что детали будут непременно уточняться, я даже и не сомневалась. Не доложить наверх работники посольства просто не смогут, а начальство, невзирая ни на какие эпидемии, погонит их устанавливать контакт с новой негуманоидной расой, да еще и владеющей магией. Это они еще про межмировые порталы не в курсе пока. Надеюсь, и вовсе не узнают. Очень уж выгодно нам единолично наложить лапу на драконов, пока они еще на Арейле. Впрочем, полагаю, мужчины это понимают даже лучше меня, все уже продумали и обо всем договорились.

Пока размышляла, Раш донес меня до своего шатра, уютно устроил у порога и куда-то ушел, впрочем, ненадолго. Вернулся с миской горячего бульона и приличным куском мяса на лепешке. Я, кажется, впервые осознала, что местная еда — это, оказывается, все-таки вкусно. Особенно если она соленая. А уж когда еще и со специями, так и вовсе шедевр кулинарного искусства. И равномерно прожаренное мясо, и не горелое! Ничего не хочу сказать против Таналя, без него мы бы вообще пропали, но кто не пробовал есть поджаренное с помощью левитации над костром мясо без ничего, меня не поймет.

Пока я наслаждалась своим незамысловатым завтраком (или это уже можно назвать ранним обедом?), приковылял, шурша опавшими листьями и залипая в грязных лужах, знакомый ботик с запиской. Как и ожидалось, от нас хотели подробностей. Кстати, пока я так сладко спала, высокомудрые мужи в тандеме с драконом придумали для наших с Глорией соотечественников целую легенду, местами даже правдивую.

Вот эту легенду им сейчас и предстояло скормить имперцам. Суть состояла в том, что наш странный интерес к подобным покупкам крупными партиями собирались изначально списать на драконов. Мол, обитает в соседнем мире такая разумная раса, миролюбивая, но не очень общительная. И бывают они время от времени на Арейле, исключительно с туристическими целями. Как-то во время очередного визита залетел один из драконов в гости к давним друзьям. В друзья почему-то единогласно записали всех орков и нас с Рашем в частности, аргументировали тем, что только в орочьих степях никто не бывает и не знает, что там на самом деле творится, можно и дракона спрятать. Так вот, прилетел, значит, дракон и попробовал мяса с приправами. И очень оно ему понравилось, потому что, во-первых, вкусно, а во-вторых, действует на драконов, как на людей кофе или даже чуть сильней. Насчет вкусовых качеств на самом деле не знаю, но вот заметный бодрящий эффект присутствует, Урау дали попробовать. Ну и, по легенде, дракон, естественно, захотел такого лакомства побольше, мы с Глорией выступили посредниками. Только дракон первой купленной партией лакомства поделился с друзьями, они все сразу и съели, большие же, им много надо. Теперь хотят еще столько же. Так что пришлось нам с подругой возвращаться и опять работать посредниками. Драконы — товарищи настойчивые, не отказывать же им.

Насчет посредничества, кстати, тоже чистая правда. Поскольку заказ мы с Глорией будем оплачивать с собственных имперских счетов, а драконы нам потом компенсируют… не знаю пока чем, но, полагаю, мужчины не зря так торговались, пока я спала, наверняка своего не упустили. Помимо этого, в качестве оплаты услуги Урау продолжит учить Таналя драконьим методам открытия порталов. А также, когда будут получены нужные координаты, ящеры переправят закупленные специи непосредственно из Империи не только для себя, но и для нас. Собственно, закупаться собирались пятьдесят на пятьдесят. Ну а что, нам ведь тоже нужно.

Разумеется, с ходу всю эту историю сообщать в записке никто не собирался. Обошлись максимально короткой версией в стиле: «Драконы желают торговать с Империей». Остальное будем скармливать потихоньку в процессе переговоров, тем более придуманная легенда общими усилиями обросла множеством деталей и подробностей. К этому даже Урау лапу приложил, для большей достоверности. Мы заодно узнали еще немного о драконах.

Я, признаться, слегка сомневалась в необходимости всех этих сложностей. Уверена, на контакт с драконами имперцы пойдут, даже если мы не предоставим развернутых и правдоподобных объяснений. А нам в целом-то и нужно, чтобы они всего лишь раз активировали портал.

Естественно, было бы лучше без лишних проблем договориться и купить нужное, но даже если не получится, никакой беды не будет. Для доклада начальству им все равно придется это делать, связь с Империей по-другому не работает. Впрочем, мое мнение по этому поводу почему-то никого не интересовало. Мужчины так увлеклись этими шпионскими играми, что простые решения игнорировали. Ну, нет так нет, все равно будем действовать по намеченному плану.

В общем-то от нас с Глорией в этот раз много и не требовалось, всего лишь обозначить свое присутствие на переговорах да как бы невзначай бросить пару реплик, с остальным мужчины обещали справиться самостоятельно. Я на это только вздохнула облегченно, даже понимание, что искусству переговоров все равно придется учиться, не умаляло радости от того, что в этот раз от них удастся увильнуть. Уж слишком много нервов и душевных сил они требуют, нет уж, пусть в этот раз отдуваются профессионалы. А я понаблюдаю, как раз полезного опыта и наберусь.

Профессионалами у нас вполне закономерно числились Дерек и Таналь, Раш, конечно, тоже умел вести переговоры и торговаться, хотя у орков это традиционно делала княгиня, его мать. Но мой муж действовал в традиционной орочьей напористой манере, так что его решили в этот раз не допускать. И вообще, большинство людей он своей клыкастой физиономией нервировал, даже когда просто стоял рядом и молчал.

Наконец уже привычный всем ботик перестал сновать туда-сюда с записками, все, что можно было обговорить не лично, было обговорено. И мы отправились… спать. Ну а что поделаешь, весь этот обмен записками оказался делом небыстрым, занял как раз половину дня. А темнеет теперь гораздо раньше, чем летом. Так что личную встречу договаривающиеся стороны отложили до следующего утра.

Спать мне, конечно, не хотелось совершенно, но зато появилась отличная возможность побыть наедине с мужем. Хотя бы ночью нас точно никто не будет дергать. Можно лежать, тесно прижавшись друг к другу под теплыми шкурами, и разговаривать о всякой незначительной ерунде или уютно молчать, слушая дыхание.

— Не думала, что скажу это когда-нибудь, но как же я устала от всех этих приключений!

Раш насмешливо фыркнул и молча погладил меня по заметно округлившемуся животу. Ну что ж, он прав, тут и слов никаких не надо, приключения я всегда любила, но не тогда, когда каждую минуту думаешь, как бы не навредить своим не рожденным еще детям. Не тогда, когда почти все время чувствуешь себя неуклюжей развалиной, у которой то спина ноет, то ноги гудят, а то и вовсе изжога какая-нибудь. В такой ситуации больше всего хочется не приключений, а покоя, домашнего уюта и любимого мужа рядом.

— Все будет хорошо, — пообещал муж.

Никогда не верила в подобные бессмысленные утешения, но сейчас меня это действительно волшебным образом успокоило.

Наступившее утро порадовало нас морозом, застывшими лужами, красивой изморозью на ветках деревьев и пронзительно-синим небом с празднично сверкающим на нем солнышком. Хорошо.

Урау зябко ежился, поджимая мерзнущие кончики крыльев к телу, и постоянно колдовал на себя что-то утепляющее. Я куталась в предусмотрительно прихваченную мужем из дома (не иначе леди Нариль позаботилась) белую шубку и ехидно щурилась на непривычного к холоду дракона. Настроение с утра у меня было на удивление радужным, его даже не слишком портила необходимость отправляться на переговоры и изображать там непонятно что. Привычная уже интуиция благостно сообщала, что все будет хорошо, прямо как Раш вчера и сказал.

И все сложилось удачно. Ради дракона навстречу к нам вышел не один переговорщик, как в прошлый раз, а целых три, среди которых был даже сам посол. Ну, похоже, начальство им всерьез хвост накрутило. Что ж, я чего-то подобного и ожидала, невзирая на опасность эпидемии (точной картины происходящего в этом мире имперцы не знают, да и мы их своим «беспечным» поведением слегка дезориентировали), они просто не могли отказаться от подобного подарка судьбы. Тут, наверное, следует пояснить подобный ажиотаж. Уже примерно полвека политика Империи направлена на поиск и контакт с другими разумными расами. Это, как ни странно, дало огромный толчок к развитию, что стало особенно заметно после некоторой стагнации. Мало того что молодежь теперь гораздо активней, зачарованная романтикой дальних странствий и открытий, так еще и наука внезапно обрела второе дыхание. Взять хотя бы те же биотехнологии, перенимаемые у «улиток», выращенные космические корабли, те же биоимплантаты или регенераторы, поднявшие медицину на новый уровень. Или поиски способов защитить нашу технику от вредоносного влияния магии — помимо прямой задачи, было сделано множество изобретений в процессе. Я краем уха пару лет назад слышала, что некие энтузиасты и вовсе пытаются повторить магию с помощью сплава биотехнологий и привычной техники. И ведь не факт, что им не удастся рано или поздно. Пусть даже не магия, а что-нибудь свое, оригинальное, но и тогда это будет очередной прорыв.

Но, к большому сожалению, разумных рас в доступном для Империи пространстве пока удручающе мало. Потому драконов, невзирая ни на какую опасность, упустить они просто не могли.

И я почему-то думаю, что одной торговой операцией, как это предполагалось в самом начале, знакомство не закончится. Тем более драконы, узнав необходимые координаты, наверняка не удержатся и начнут со временем заглядывать в гости. Потом, когда проблема с безопасностью потомства не будет стоять так остро.

11

Договорились действительно удачно, в этот раз партия была даже больше, чем прошлая, раза этак в два. И дешевле, кстати. Обидеться, что ли? Впрочем, это все было ожидаемо. Как заинтересовать драконов и склонить к сотрудничеству? На данном этапе ничего, кроме некоторых скидок, им предложить нет никакой возможности.

Мне удалось переговорить с послом, собственно, наши желания пообщаться полностью совпали, потому проблем в этом не возникло никаких. Я должна была скормить ему придуманную сказку о драконах-лакомках, а он искренне желал эту сказку послушать. В результате все остались довольны. Впрочем, посол не удержался от вполне ожидаемого вопроса:

— Не сочтите за укор, леди Диана, но в такой непростой период почему вы тратите столько сил и времени на капризы драконов? Рискуете здоровьем, в вашем положении…

Однако немного странно, что он задал подобный вопрос немного непрофессионально, я бы сказала. Этому человеку положено всячески налаживать контакт с драконами вместо того, чтобы интересоваться, на кой оно нам надо, пусть даже и так деликатно. Впрочем, интересовался он больше тем, почему мы, пренебрегая своими интересами и безопасностью, так рьяно взялись помогать драконам. Если только не предположить, что нам это почему-то очень выгодно. Посол — человек умный, он наверняка именно это в первую очередь и подумал. Трудно было бы поверить в дружный альтруизм глав аж нескольких государств, политики ничем подобным даже в спокойное время не страдают, а уж нам сами боги велели в первую очередь о своем благополучии заботиться вместо того, чтобы драконьи капризы выполнять. Это не говоря уже о том, что просто так беременных женщин на переговоры не посылают. Еще и два раза с малым интервалом.

С точки зрения имперцев, вся эта ситуация выглядела крайне подозрительно, подобный вопрос предвидеть было несложно. И, разумеется, мы заранее обдумали, что отвечать. Хотя меня, честно говоря, чем дальше, тем сильней начинало раздражать все это нагромождение лжи. И нет, не в том дело, что мне приходится лгать своим соотечественникам, чтобы добиться преимущества для арейцев. Стыдно признаться, но патриотизма во мне оказалось неожиданно мало, я, если уж задуматься, больше о своей новой родине переживаю, чем о старой. Более того, вполне четко осознаю: именно Арейла теперь мой дом, и это навсегда. Тем не менее ситуация мне категорически не нравится.

Идею, что именно отвечать на предсказуемый вопрос посла, приняли именно мою. Нет, предлагали-то все, но за рабочую признали именно мою придумку, о чем я моментально пожалела. Судя по одухотворенным лицам мужчин, их, что называется, осенило. Как бы не попытались воплотить в жизнь то, что я так неосмотрительно брякнула, не подумав.

— Видите ли, господин посол, драконы не подвержены этой искусственно созданной болезни (ага, взрослые не подвержены), они благородно предложили, в случае, если ситуация станет критической, укрыть у себя беременных женщин. Конечно, пока все еще не так плохо, к тому же ученые разных государств постепенно разбираются в структуре вируса, и есть кое-какие положительные результаты, но, согласитесь, на случай неблагоприятного исхода подобный путь отступления иметь совсем не лишне. Ведь в Империю, в случае чего, нас не пустят?

Посол на это лишь виновато развел руками:

— Простите, подобные решения принимаю не я.

Мы оба прекрасно понимали: даже если бы решения принимал лично посол, это вовсе не означает, что они были бы положительными. Но, разумеется, вслух об этом говорить никто не стал.

— После столь благородного предложения разве мы могли отказать драконам в небольшой помощи?

— Разумеется.

Такая постановка вопроса была этому человеку полностью понятна. Нам предложили нечто важное, мы это отрабатываем, чего ж тут непонятного? Впрочем, я вовсе не уверена, что он поверил. Но это, пожалуй, сейчас уже не имеет значения. Поставленную задачу на данный момент мы выполнили, а в дальнейшем правда так или иначе выйдет наружу.

На этом наш небольшой разговор с послом завершился, в конце концов, его основной целью был Урау, а не я. Дракон вообще притягивал взгляд словно магнитом, мы-то уже слегка попривыкли, а для имперцев огромный зубастый ящер, притом еще и разумный — настоящее потрясение! Разумные улитки и то выглядят куда как менее впечатляюще, во-первых, они как бы не раза в три поменьше, а во-вторых… хм… безобидней на первый взгляд.

Больше от меня, к счастью, ничего не требовалось, если посол пожелает уточнить какие-то детали, то в следующий раз наверняка с этим обратится к Глории, чтобы иметь как можно более объективную информацию. Так что я подобралась под бочок к мужу и за дальнейшим общением просто наблюдала. Благо, пока готовили наш заказ, а это в самом быстром темпе — около суток, времени пообщаться было предостаточно.

А Урау молодец, не ударил в грязь лицом, представляя свой вид. Если бы я не познакомилась с драконами раньше, то сейчас безоговорочно поверила бы, что это могущественная, мудрая и миролюбивая раса. Впрочем, я и сейчас верю: если их не прижмет, то драконы наверняка именно такие.

Надо отдать должное драконьей грузоподъемности. Я имею в виду не то, сколько один дракон может унести в своих лапах, тут-то, пожалуй, грузоподъемность и не очень велика. Речь о том, какой портал он может открыть в одиночку. Предположить-то несложно, если сравнить, например, с Таналем, который без особых проблем может создать портал для двадцати разумных сходной с ним комплекции. Это сколько? Тонны полторы? Если считать только орков, то и все две, орки крупные. А вот Урау, на глаз, тонн на пять-семь потянет, наверное, и протащить может столько же. Разумеется, высчитывать магическую мощь, исходя из веса мага, — идея совершенно бредовая, но самое забавное, что я ведь и не сильно ошиблась в своих расчетах. Груз на другой континент Урау переправил без особого напряжения и также легко отправился с нами в орочью степь. Да, его все же удалось убедить не возвращаться обратно сразу, а уделить один день нашим делам. На него сейчас не давила воля сотен паникующих дракониц, так что Урау вполне мог позволить себе и нам такую мелочь. Тем более он прекрасно осознавал: ссориться сейчас не слишком разумно. Координаты для портала получить, конечно, удалось, но наша помощь, чтобы попасть в Империю и купить все нужное, драконам по-прежнему нужна. Того, что удалось приобрести, мало и нам и ящерам.

Все-таки с одним драконом, адекватным и здравомыслящим, иметь дело намного более приятно, чем с толпой. По крайней мере, он способен прислушиваться к доводам разума больше, чем к эмоциям.

Наша пестрая компания распадалась ровно на полдня, каждый рвался домой срочно решать накопившиеся из-за очередного аврала проблемы. Хотя бы самые необходимые, пока выдалось чуть-чуть свободного времени. Завтра вечером договорились собраться вновь и предметно обсудить дальнейшие планы. С чем и разбежались по открывшимся порталам.

Дом! Как же я соскучилась! Действительно соскучилась по княжескому дворцу, ставшему за последние месяцы настоящим домом, невзирая даже на постоянные скитания где попало. По нашим с мужем обжитым уютным комнатам, по горячей ванне, мягкой постели и вкусным обедам от местного шеф-повара. Последние три пункта в данный момент волновали меня больше всего, можно сказать, манили своей доступной близостью. Так что, не обращая на поднявшуюся из-за внезапного появления дракона суету, я целеустремленно рванула к своей цели. Ну, как рванула, скорее уж бодро поковыляла на слегка отекших ногах. Ох, срок еще вроде не такой большой, а уже тяжеловато бодро бегать и влипать в неприятности. Что ж дальше будет?

Он только со вздохом проводил жену взглядом, усилием воли подавляя желание все бросить и пойти следом. Нельзя, он обязан устроить крылатого гостя хотя бы с относительным комфортом, а потом еще и сообщить отцу все новости. И все равно свербело что-то внутри навязчиво: пойти посмотреть, как там Диана. Раш поймал себя на том, что постоянно беспокоится: она и тут, в безопасности, найдет неприятности без его присмотра. Отмахивался от этих мыслей досадливо, а они все возвращались.

Глупость полнейшая, он злился на себя за эти бессмысленные страхи, но справиться с ними не получалось.

Когда Диана пропала… он чуть с ума не сошел. Только сообщила по переговорному амулету, что все завершилось удачно, возвращаются, и пропала. Телохранители вышли из портала, как положено, а больше — никого. Две беременные женщины и эльф исчезли как не было!

Правда, выяснилось это не сразу. Телохранители клялись, что в портал вошли все, да только глаз у них на затылке нет, мало ли почему могли задержаться? Но уж когда узнали, что на той стороне пропажи тоже нет, а многочисленные свидетели видели, что женщины и эльф в портал тоже вошли… Дерек от таких новостей разом осунулся и поседел еще сильней. Но Рашу было не до переживаний друга, он злился, ругал проклятого эльфа, утащившего неизвестно куда его жену. И себя. За то, что отпустил одну. Ну ведь как чувствовал! Зачем, ну вот зачем отпустил, дурак, одну?! Нужно было бросить все и не отходить ни на шаг. Уж как-нибудь подождали бы все дела несколько дней.

Эти бессмысленные поиски на месте они организовали, скорее уж, от безысходности, да была смутная надежда, что Дерек или кто-то из его магов сможет отследить портал.

Очень слабая надежда. Уж насколько Раш был далек от практической магии, но и он знал, что такие вещи по свежим следам делаются буквально сразу. А чтобы отследить несколько часов как закрытый портал, нужно иметь особый дар. Дерек никогда подобным похвастаться не мог, и людей таких у него не было. Но не могли же они сидеть сложа руки?! Надо было делать хоть что-то!

Как ни старались, вся их суета результатов не приносила. Оба злились от собственного бессилия. Хуже нет — понимать, что ты даже не знаешь, что делать. Раш уже с трудом давил в себе что-то первобытно-злобное, внезапно полезшее наружу откуда-то из глубины сознания. Постоянно хотелось зарычать и вцепиться клыками и когтями в неведомого врага, как делали это дикие предки, чтобы рвать его, рвать на кровавые куски! Он даже не замечал того, как собственные бойцы начали шарахаться от злющего князя.

Пусть остальные, более цивилизованные народы, считали орков дикарями, но за последнее время кое-какой налет цивилизованности те все-таки приобрели. А вот их предки были под стать среде, в которой обитали, — опасные хищники среди других опасных хищников, борющихся за выживание, свое и потомства. И сейчас из него как раз и лез такой дикий предок, пробуждая какие-то совсем уж древние, почти звериные инстинкты.

Порой ему казалось, что еще чуть-чуть — и он опустится на четыре лапы и ринется куда-нибудь в леса диким зверем. Если бы Раш мог видеть себя со стороны, то понял бы, что это ему совсем даже не кажется.

Хорошо, что Диана всего этого не знала. Она, конечно, женщина не слабонервная, но… не хотел он показываться ей в таком виде. Хотя это он сейчас понимал, когда жена нашлась, рядом, цела и невредима, а в тот момент ему было плевать, лишь бы вернулась быстрей.

К счастью, Диана нашлась быстро, эти дни показались ему вечностью, но… их не хватило, чтобы он превратился непонятно во что. Стоило только увидеть свою женщину, живую и здоровую, почувствовать тепло ее тела в своих руках, вдохнуть уже ставший родным запах, и Раш моментально успокоился. Только где-то в глубине сознания, казалось, порой все еще порыкивало удовлетворенно что-то первобытно-хищное.

К шаману бы сходить, посоветоваться. Он смутно понимал, что все с ним происходящее — не совсем беспокойство за пропавшую жену. Ну, то есть беспокойство-то было, куда ж без того. А еще — бессильная злость, которая провоцировала еще большую злость. И все это вместе разбудило… что-то. Шаман, может, и объяснил бы, шаманы многое знают, но Раш только отмахивался от этих мыслей, предпочитая не замечать небольшие изменения в себе. Жить не мешает — и ладно, не до того сейчас, чтобы в себе разбираться. Главное, Диана вернулась, и от него не шарахается, изменений никаких не заметила, а остальное — потом, как-нибудь потом.

Наконец с делами было покончено, дракон устроен с комфортом, с отцом все обговорено, даже гонец в новоотстроенную лабораторию за парой специалистов отправлен, чтобы вызвать на завтра. Диана, помнится, зачем-то хотела. И все это Раш умудрился проделать, глубоко уйдя в собственные мысли. Зато теперь можно тайком облегченно вздохнуть и отправиться наконец в собственные покои, посмотреть, как там жена, и успокоить паранойю. На месте ли? За последние часы он уже несколько раз порывался это сделать, но усилием воли себя одергивал. Только здравый смысл и не позволял дать волю глупым инстинктам. Так бегать туда-сюда — дело только затянется, а спокойней не станет. Да и глупо выглядеть не хотелось. Что это за князь, от женской юбки оторваться не может?

Может, сегодня, после всего, никто над этим смеяться и не стал бы. Может, и потом не стали бы, парни ведь наверняка растреплют о его невменяемом состоянии. Сколько ни запрещай, а кто-нибудь все равно, шепотом да по секрету… и не со зла даже. За всеми не уследишь, всем рот не заткнешь, с этим Раш уже давно смирился.

Диана, конечно, никуда не делась, сладко спала, раскинувшись поперек кровати. Он вздохнул, аккуратно, стараясь не разбудить, передвинул, устроился рядом, привычно обнимая, и накрыл одеялом. Знакомый, родной запах действовал умиротворяюще (что-то в глубине сознания удовлетворенно урчало: «Моя». Он привычно уже отмахнулся), хотелось закрыть глаза и тоже уснуть. Но сон не шел. В голову опять лезли всякие мысли.

Злясь на себя, Раш упрямо уткнулся носом в золотистую макушку, не обращая внимания на щекочущие нос пряди, предсказуемо зацепился клыком за локон и сердито фыркнул.

— Не фырчи в ухо, спать мешаешь, — сонно пробормотала Диана. — Спи.

Странное дело, но он вскоре действительно заснул.

Утро началось странно. Нет, муж у меня любитель утренних ласк, так что просыпаться от них я привыкла уже, да и приятно, чего уж там, если сама раньше просыпаюсь, тоже не забываю ему удовольствие доставить. Но вот тщательное обнюхивание — это что-то новенькое в его арсенале. Как бы так деликатней объяснить, что я предпочитаю что-нибудь более традиционное и лучше не сегодня?

Раша обижать не хотелось, он и так бедный изнервничался, даже чересчур. Шанай, моя верная горничная и неисчерпаемый источник информации, уже успела все-все разузнать и мне, не сходя с места, выложить. И все это — за то время, пока муж героически решал принесенные мною на хвосте проблемы.

Не дождавшись от Раша какого-либо продолжения, кроме удовлетворенного пыхтения, я решила: все-таки пора открыть глаза и выяснить, что это на него сегодня нашло. Раш тем временем навис надо мной, уткнулся в грудь и продолжал увлеченно сопеть. Нет, ну это уже совсем никуда не годится! Хватаю растрепанную косу и тяну, вынуждая поднять голову. Мой зеленый мужчина недовольно отрывается от своего увлекательного занятия…

Нет, я не испугалась. Я в этом мире, наверное, скоро вообще пугаться разучусь. Подумаешь, у моего мужа глаза сделались не просто по-кошачьи желтыми, как раньше, но этак незаметно округлились, радужка словно бы вытеснила большую часть белка, изрядно увеличившись, а зрачок превратился в вертикальное веретенце. Было бы в спальне чуть более светло, наверное, и вовсе остались бы только две тонкие вертикальные щелочки.

— Слушай, радость моя, — для порядка пару раз подергала за косу, — тебя, пока меня не было, оборотни покусали?

— Какие еще оборотни? — хрипло удивился любимый мужчина.

— Тебе лучше знать, какие у вас тут оборотни заразные. И не надо таращиться на меня своими красивыми глазками, пойди лучше зеркало поищи и полюбуйся на себя.

Муж явно по тону понял, что я серьезно, душераздирающе вздохнул, но все-таки сполз с постели и побрел к зеркалу. Благо искать его долго не было необходимости. Дурацкое эльфийское трюмо плавно перекочевало из моей бывшей комнаты в эту, хотя у меня неоднократно чесались руки прибрать его куда-нибудь подальше. Да все никак времени не находилось на эти глупости. На самом деле трюмо не такое уж и дурацкое, очень даже изящное, но в здешних интерьерах оно смотрелось как балерина среди закованных в латы рыцарей.

Тем временем со стороны мужа донеслось одно короткое, но очень нецензурное слово на орочьем.

— Емко, — фыркнула я. Почему-то вдруг стало очень весело, надо же, для разнообразия в этот раз в неприятности вляпалась не я. Или учитывая, что это все-таки мой муж?.. Нет, ну оно когда-нибудь кончится? — Ладно, а по существу?

— Я не знаю, что это такое. И никакие оборотни меня не кусали. Они вообще не заразные.

— А может, у тебя где-то в предках оборотень затесался? Ты же сам говорил, что орки часто заводили общее потомство с другими расами. Да и девушек у соседей воровали. А оборотни у вас тут под боком.

— Да кто его знает! — досадливо буркнул Раш, отрываясь от зеркала и возвращаясь ко мне. — В ближайших предках оборотней точно не было. А что там дальше… и девушек воровали, и вообще… — Он только рукой махнул. — Надо к шаману идти, может, он что знает.

— Ну и пойдем, что ты так переживаешь?

— Да не ко времени все это! Я тебя очень напугал?

— Совсем не напугал. Я в вашем сумасшедшем мире скоро совсем бояться разучусь, времени на это не хватает, постоянно первым делом приходится решать, что с очередным сюрпризом делать. Странно, что еще удивляться успеваю. А тебя и вовсе бояться нечего, подумаешь, глазки кошачьи.

— Вот превращусь в какое-нибудь чудище вроде грака, — шутливо пригрозил Раш.

— Будешь первым зеленым граком. Ничего, я тебя любым люблю.

— Я тебя тоже люблю, — брякнул муж, судя по обалделому лицу, даже для себя неожиданно.

Это умилительное признание настолько не вязалось с его брутальной внешностью и ошарашенной физиономией, что уже спустя мгновение мы заливисто хохотали в обнимку.

Впрочем, отсмеявшись, мы быстренько собрались и отправились на поиски верховного шамана. Свои личные проблемы нужно было решать в темпе, потому что вот-вот должны были нагрянуть коллективные, которые отнимут все наше время и внимание.

В покоях верховного шамана я еще ни разу не была, невольно ожидала чего-то антуражного, но оказалось — комнаты как комнаты. Ни пучков трав, ни чучел летучих мышей по всем углам… Ну, имеется нечто такое непонятное на стенах кое-где, но попробуй пойми, шаманский это инвентарь или просто украшение такое. Я ведь этот инвентарь никогда в жизни и не видела. Что-то такое слышала про бубен, но и его еще ни разу ни у кого не замечала.

Шаман, надо сказать, сумбурному рассказу Раша не удивился, да и изменившимся глазам — тоже. Только головой покачал неопределенно, то ли укоризненно, то ли задумчиво.

— Да, давненько такого уже не было, даже молодежь забывать стала.

И замолчал загадочно.

— Так что, в княжеской родословной оборотни все-таки отметились? — не выдержала я.

— И в кого я все-таки превращаюсь? — Мужа интересовали более насущные проблемы.

— Олух беспамятный! — грохнул вдруг шаман таким басом, что мы аж вздрогнули дружно. — Своих клыков да когтей мало, думаешь, заемные лучше будут? Ни в кого ты не превращаешься, и не надейся! Тем, что есть, распоряжаться научись сначала!

Шаман еще какое-то время разорялся на тему неучей, своих корней не помнящих, но потом успокоился и объяснил нормально, что же происходит. Самая главная радостная новость: Раш действительно ни в кого превращаться не будет. Нельзя сказать, что меня это бы сильно напугало, но пусть уж лучше мой муж остается таким, как есть. Я к нему только-только в нынешнем виде привыкла.

Если верить шаману, то, что случилось с Рашем, в былые времена для орков редкостью не являлось. Только, судя по всему, времена эти были очень уж далекие, потому что все давно позабыли, кроме этого старика, а ему даже страшно представить, сколько лет, точнее — веков.

У того, что происходило с Рашем, имелось даже некое поэтическое название, которое тем не менее отражало суть. Единение с духом зверя. Существовал в древние времена такой обычай, когда молодой воин выходил один на один с хищником врукопашную (невольно вспомнился тот самый грак, которого Раш убил, защищая меня), побеждал и неким мистическим образом принимал в себя дух побежденного зверя, получая его скорость, силу и чутье. При этом он ни в кого не превращался, максимум могли глаза измениться, вот как у Раша.

Древние орки со своими страшными звериными физиономиями, клыками и когтями могли любому самому жуткому монстру фору дать, заемное им ни к чему было, тут шаман прав. Со временем обряд этот по какой-то причине утратил популярность и подзабылся. Нельзя сказать, что с тех пор никто не выходил со зверем врукопашную, всякое случается в жизни, да и убивать его не обязательно именно голыми руками, там, скорее, сама борьба значение имеет. Но… чтобы получилось, как с Рашем, должно совпасть еще несколько дополнительных условий. Говорить каких, шаман категорически отказался. Не положено, мол, условия должны выполняться как бы сами собой, а не ради выгоды и по подсказке. Так что знать нам лишнее не надо и другим рассказывать — тоже не надо.

Ну не надо так не надо. Мы, в общем, и не настаивали, нам главное было, что ничего страшного с Рашем не происходит и ни в кого он не превращается. А что глаза изменились да некоторые звериные замашки появились, так это мелочи. Главное, он себя вполне контролирует.

Облегченно вздохнув, что хоть в этот раз все проблемы разрешились так легко и быстро, мы отправились заниматься делами. А то ведь гости вот-вот прибудут, дракон там, опять же, без присмотра.

Неприсмотренный дракон, как оказалось, совершенно не скучал и, очевидно, даже не думал огорчаться тем, что ему пришлось задержаться в гостях у орков. Он выглядел вполне довольным, нашел компанию и активно общался. Врали, что ли, драконы о своей необщительности? Или как раз Урау — исключение из правил.

Гости тоже не спешили нагрянуть прямо с утра, и меня это только радовало. Начинаю потихоньку ценить каждую лишнюю минуту дома, в покое и безопасности. В который уже раз поражаюсь, насколько радикально меняются жизненные приоритеты. Еще совсем недавно, до замужества, спокойную и размеренную жизнь я долго не выдерживала.

Впрочем, покой этот продлился недолго. Не прошло и часа, как вся наша компания собралась вновь. Что ж, вот теперь пора опять браться за решение мировых проблем. Ну, мировых не мировых, а государственных как минимум. На повестке дня у нас стояло незаконное проникновение в Империю и контрабанда специй. Звучит-то как, а?

Ну как бы ни звучало, а именно это мы и обсуждали. Вообще-то, но моему мнению, обсуждать там было особо нечего. Драконы открывают портал, мы с Глорией переходим в Империю, связываемся со своими поверенными, отдаем распоряжение и тихонько где-то ждем результатов, стараясь не светиться. Скорее всего, берем с собой Таналя, потому что он, конечно, напросится из-за Анабель, ну и привычно уже с ним влипать в авантюры.

Но тут мужчины ожидаемо уперлись. Раш вообще категорически отказался отпускать меня куда-либо одну. И аргумент, что он со своей клыкастой зеленой физиономией слишком заметный и может привлечь к нам ведомство лорда Миринда, не казался ему сколько-нибудь убедительным. Да ему вообще никакие аргументы не казались убедительными, невзирая на их разумность. Дерек тоже не горел желанием куда-то отпускать Глорию. Но он хотя бы более сдержан, и его можно было убедить логикой. Хотя тут-то логика была, скорее, на его стороне, в отличие от моего мужа, Дерек в Империи выделяться не будет.

Ну и получилось, что большую часть времени мы потратили на споры и попытки друг друга переубедить в том, кто в конечном итоге отправится в Империю. Я еще в процессе начала подозревать, что так всей компанией и отправимся, хорошо хоть без телохранителей. Нет, против телохранителей я ничего не имею, с последними приключениями даже согласна, что они нужны, невзирая на то, что очень не люблю, когда кто-то, фигурально выражаясь, дышит в затылок. Однако я как представлю, что нам с Глорией пришлось бы приглядывать за всей этой оравой, чтобы они случайно и по незнанию чего-нибудь не натворили… волосы дыбом буквально. В прошлый раз я с Рашем и Таналем намучилась. Так и норовили чего-нибудь отколоть, стоит только отвернуться. И это еще учитывая, что в нашей веселой компании магией владел только Таналь, а если их будет как минимум четверо?.. ой, мама! Нет уж, никаких посторонних! Дерек — человек крайне разумный, а еще у него такая же жена есть. А я уж как-нибудь с Рашем и Таналем справлюсь. Опыт имеется.

— Ну ладно, отправимся мы все, — констатировала я очевидное, чем прервала бессмысленные дебаты. — А Раша мы как маскировать будем?

Раш насупился, но возразить, по существу, ему было нечего. Даже Таналя можно замаскировать под человека, если ушами не светить.

— Маги мы в конце концов или нет? — спокойно возразил Дерек. — Сделаем амулет с иллюзией.

— И будет вокруг него ломаться все, что только может сломаться, — недовольно проворчала я, уже понимая, что слушать меня никто не станет, они уже все решили. Мужская солидарность, не иначе.

— Значит, нужно постараться, чтобы не ломалось, — не поддержал моего пессимизма Таналь. — И потом, насколько я успел заметить, излучения от амулетов недостаточно, чтобы вредить вашей технике. Для этого нужен живой маг и осознанное воздействие.

Предатель.

Следующей на повестке дня была беседа с учеными. Сомневаюсь, что они за прошедшие несколько дней успели сделать эпохальное открытие, но мало ли. Вообще, лично меня и, полагаю, Глорию больше интересовало, не занесем ли мы заразу в Империю. Мужчин этот вопрос интересовал куда как меньше, и я этот подход даже понимала. Как ни посмотри, а свой мир им гораздо ближе, они, конечно, вовсе не хотят угробить случайно огромное количество имперцев просто по неосторожности, но если выбор встанет между своим благополучием и Империей…

Тем не менее оказалось, кое-что интересное и, несомненно, важное наши высокомудрые ученые выяснили. Правда, чтобы это узнать, пришлось выслушать длинный, изобилующий множеством специальных терминов доклад. Очень неприятно чувствовать себя бестолочью необразованной, но на Арейле это, похоже, мое обычное состояние, в магической терминологии я, пожалуй, понимаю гораздо меньше, чем в вирусологии. Меньше, чем ничего, есть такие цифры? Одно слегка утешало, судя по постному лицу мужа, он во всей этой тарабарщине тоже понимал мало.

— Ладно, а теперь доступно и для дилетантов, — попросила я. — Э-э-э, а лучше вообще как для маленьких детей.

Для дилетантов объяснял Дерек, который, как маг и некромант, понимал в этой магической терминологии больше всех. Разумеется, он все предельно упростил, но я же об этом и просила.

Нельзя сказать, что наши разумники сделали эпохальное открытие, но кое-что неплохо прояснили. Они тщательно исследовали специи, пытаясь выяснить свойства, которые позволяют им так успешно бороться с болезнью. Опытным путем обнаружилось, что именно смесь сейры и красного перца создавала уникальную комбинацию веществ, которые некоторым образом ослабляли вирус, позволяя организму с ним бороться. Вообще-то я только сейчас вспомнила: открытая на одной из колонизированных планет сейра в свое время стала так популярна в Империи не только потому, что она прекрасная приправа, но и из-за своей способности замечательно повышать иммунитет. Из нее, кажется, делают какое-то лекарство для исследователей и колонистов. Но в нашем случае и этого было бы слишком мало для эффективной нейтрализации вируса, потому как против магии никакой иммунитет не спасет.

И вот тут начинается сплошная метафизика и прочее безумие с точки зрения человека, далекого от магической науки. А уж если речь идет о Войне Стихий, там и вовсе в силу вступают законы, на первый взгляд противоречащие самой природе. Хотя кое-какой логике при ближайшем рассмотрении они все-таки подчиняются.

Итак, чтобы было понятней, начнем сначала. Первое правило, которому неизменно следуют Войны Стихий, — если существует некая всемирная катастрофа, всегда существует и эффективный способ противодействия ей. Правило второе: любой разумный, любой предмет или любое действие могут стать орудием высших сил и соответственно началом катастрофы. Вне зависимости от своего желания и даже понимания происходящего. И наоборот, любой разумный, любой предмет или любое действие могут превратиться в метод противодействия. Суть в том, что с точки зрения обычной логики это совершенно непредсказуемые случайности, невероятные стечения обстоятельств, почти невозможные в реальной жизни. И только самые сильные оракулы каким-то неведомым образом могут разглядеть несколько звеньев из большой цепочки случайностей.

Речь, впрочем, немного не о том. Если какой-либо объект попадает в сферу воздействия высших сил, он начинает подчиняться их правилам.

— То есть каким-то образом меняет свои свойства? — пытаюсь уложить в голове все, что мне выдали сейчас и говорили раньше.

— Нет. — Дерек нахмурился, силясь сформулировать то, что в этом мире знает едва ли не каждый образованный разумный. — Объект не меняет своих свойств, но те, что заложены в него изначально, начинают самым неожиданным образом взаимодействовать с окружающим миром. И порой то, что в других обстоятельствах показалось бы незначительной мелочью, начинает работать невероятно эффективно.

— Ладно, я, кажется, что-то поняла. Давай теперь применительно конкретно к этим самым специям. Получается, они стали тем самым орудием благодаря цепочке случайностей? Скажем, если бы я была менее привередлива и не обнаружила в себе пристрастий к острой пище, а Глория, наоборот, внезапно захотела бы… ну, скажем, хурмы. Именно хурма и стала бы этим объектом?

— Или ее косточки, что могло бы обнаружиться при совершенно нереальном стечении обстоятельств, — кивнул Дерек. — Или любая другая из имперских невест могла бы совершенно случайно пожелать что-то с родины, не обязательно съедобное, и это оказалось бы лекарством. Но, скорее всего, все произошло бы несколько проще, не ты, а любая другая из девушек обнаружила бы в себе внезапное пристрастие к острым блюдам. Потому что следует помнить: Война Стихий сама по себе не катастрофа, это нестабильный период, искажение вероятностей. То есть любое самое маловероятное в других обстоятельствах событие в этот период имеет все шансы произойти. Но то, чего в принципе произойти не могло, не случится. Так, упомянутая тобою хурма, если не обладала никогда целительными свойствами, приобрести их не смогла бы в любом случае, зато мы знаем теперь, что ими обладает определенная смесь специй, значит, так или иначе, это было бы открыто.

— А в случае, если бы никто из нас ничего не изобрел или все погибли бы, Таналь нашел бы способ пробраться в Империю к Анабель, и она бы нечаянно подсказала ему лекарство? Ну не знаю, в ресторан бы его пригласила, и Таналь внезапно стал бы гурманом?

Эльф неопределенно дернул ухом, бросив на меня взгляд сквозь очки.

— Ты уловила суть.

— Ага, а ничего, что Бель в Империи, на Арейле никогда не была и на нее ваши безумные магические законы распространяться не должны?

— На меня распространяются, — лаконично ответил Таналь. И, подумав, добавил: — Даже за пределами Арейлы.

— Тем не менее все случилось так, как случилось, — вернулся к прежней теме Дерек, — потому сейчас мы знаем то, что у нас есть.

— Да что ж там такое обнаружили все-таки, объясни.

Оказалось, что специи, привезенные из Империи, имеют свойства, схожие с моим антимагическим амулетом, то есть разрушают магию, оказавшись внутри живого организма, однако очень слабо и, можно сказать, точечно. Нанести вред таким образом они не могут, но вот магическую составляющую вируса разрушают на раз. В сочетании с остальными свойствами получается на удивление надежное профилактическое средство. Я заодно получила исчерпывающий ответ на беспокоящий меня вопрос, не занесем ли мы вирус в Империю. Раз уж магическая составляющая, самая опасная, уничтожается безвозвратно, с остальным справится универсальная прививка. Наши миры контактируют уже не один год. Конечно, были приняты меры, чтобы не таскать разнообразные болезни туда-сюда. Методы стандартные, отработанные едва ли не веками, постоянно совершенствуются и в стандартных же ситуациях работают безотказно. Вот что касается магии, они наверняка дали бы осечку.

— Слушайте, а по какой причине обычные специи приобрели такие странные свойства? Учитывая, что внезапно те появиться не могли, а должны быть изначально.

— Пока теория такова: все дело в том, что изначально растения были выращены в безмагическом мире, во всяком случае, растения, выращенные с помощью магии, таких свойств не имеют. А для того, чтобы проверить теорию и вырастить их в полностью немагическом пространстве, нужно гораздо больше времени.

— Ну хорошо, самое-то главное мы для себя узнали? Можно отправляться.

Разумеется, никуда мы вот так, с ходу, не отправились. Сначала Дерек с Таналем долго мудрили над амулетом для Раша. Обоих внезапно одолел жесточайший приступ перфекционизма, и они стремились сделать маскировку настолько идеальной, насколько это вообще позволяла магическая наука, а то и еще лучше. И это все — в условиях дефицита времени и того, что оба не являлись мастерами именно иллюзий. Чуть не разругались, мы уж с Рашем готовились их разнимать, хотя лезть под руку к бушующим магам — не самая лучшая идея. Впрочем, обошлось, аристократическое воспитание, наверное, сработало. Никто не подрался, даже не наговорили друг другу ничего оскорбительного, так, пошипели сердито — и все, мне даже показалось, что совместное творчество их слегка сблизило. Дерек начал больше опираться на собственные впечатления, чем на репутацию Таналя. А недоверчивый и холодный к чужим эльф начал по мелочи язвить, отчего рядом с некромантом выглядел этаким ершистым подростком. Кажется, даже сам Дерек начал временами забывать, что вообще-то этому ушастому паразиту лет этак раз в десять больше, чем ему самому. Если и вовсе не в двадцать.

Потом к этим двоим присоединился заскучавший Урау, и дело пошло быстрей. Дракон-то как раз в иллюзиях, оказалось, разбирается неплохо, к тому же у него была совершенно иная магическая школа, что позволяло находить интересные решения. Да и, как потом признался Таналь, два сильных мага и один запредельно сильный дракон могут решить почти любую задачу, даже если изначально плохо в ней разбираются. Вопрос только, что они там навертят и сколько сил вбухают. В данном случае все трое в какой-то степени все же разбирались в теме, да и с силой, можно считать, никаких ограничений. Так что вышло что-то ужасно сложное и эксклюзивное. Иллюзия получилась не только динамичная, подстраивающаяся под множество параметров вроде мимики, жестов, освещения и температуры воздуха, но и практически материальная.

Увидеть мужа, превратившегося в обычного человека, было странно. Ну то есть даже так обычным его назвать было сложно, потому что и под иллюзией пропорции тела остались теми же, как и черная косища, так что среди обычных имперцев он все равно будет заметно выделяться. Только вот оливковая кожа стала обычной смуглой, пропали когти, клыки, чуть изменились пропорции лица, все-таки строение челюстей у орков значительно отличается от человеческих. Да и желтые кошачьи глаза, к которым я еще не успела толком привыкнуть, стали обычными светло-карими. Если смотреть непредвзято, с человеческой точки зрения, Раш выглядел даже привлекательней себя настоящего, крупный, пропорционально сложенный мужчина с утонченными чертами лица, от которых теперь не отвлекает массивная челюсть и торчащие клыки… но мне не понравилось.

Странно, да? Но я привыкла уже, что муж мой не человек, а теперь смотрю на него и понимаю, что человека мне и не надо. Впрочем, постаралась свое отношение никак не показать. А то Раш, чего доброго, откажется маскироваться, и опять мы завязнем в бесконечном споре ни о чем. Пусть уж… потерплю для дела.

После наши маги, видимо, на волне успеха, мудрили что-то с координатами. Изначально снятые Урау координаты вели прямиком на космическую станцию, где, собственно, и находится принимающая арка портала, но дракон утверждал, что сдвинуть координаты до ближайшей пригодной для жизни планеты совершенно не сложно. И мы все на этом успокоились, и тут Глория резонно заметила, что пригодная для жизни — не обязательно обитаемая, скорее уж наоборот. Вряд ли секретная космическая станция находится рядом с действительно освоенной имперской планетой, там в ближайших системах даже просто пригодная для жизни, но незаселенная планета вряд ли найдется. Потому что такая планета — слишком большая ценность, чтобы не начать ее осваивать, а это значит постоянные полеты космических кораблей поблизости. Какая уж тут секретность? База, вероятно, находится подальше от проторенных путей, где-нибудь вдали от ценных для заселения планет или просто полезных ископаемых.

Хорошо хоть Глория об этом вовремя вспомнила, а я вот почему-то и не додумалась. Урау, конечно, утверждал, что и в таком случае портал можно перенаправить, только ему понадобится помощь нескольких сородичей. В конце концов, специальные методики поиска подходящих для перемещения миров, которые используют драконы для своих походов, примерно так и работают. Но вот только что-то особой уверенности ни у кого из нас, включая дракона, не было. Потому что между мирами-то они ходят, но как-то сразу, из одного в другой, и с космосом вообще никакого дела не имеют.

Мы уж дружно подумали, что Таналь с Урау опять долго и мучительно будут пытаться соединить две разные системы координат, а вся наша авантюра с закупками была зря, но то ли все же как раз она помогла что-то понять, то ли дело оказалось проще. А может, еще и Дерек подкинул какую-то ценную мысль, однако в итоге что-то более-менее нужное они смогли сообразить всего за полдня.

— Проверять, насколько оно рабочее, придется на практике, — заметил Таналь.

— А мы в результате этой проверки в открытый космос не выйдем? — с сомнением спросила я.

— Если с ходу в портал не соваться, то не выйдем. — Эльф был настроен оптимистично. — Не волнуйся, это неопасно. В самом худшем случае у нас просто ничего не получится, и придется все-таки потратить время на более полное обучение драконьему способу построения порталов.

Я только вздохнула и решила в это не лезть. Не верить Таналю повода не было.

Нельзя сказать, что образовавшееся свободное время я потратила с умом. Сперва почему-то сильно озадачилась тем, что нам нужно взять с собой в путешествие. Толковых мыслей в голову не пришло, зато в нее упорно лезли бестолковые, причем в таких количествах, что я в них едва не потерялась. В прошлый раз мы вовсе обошлись без каких-либо вещей, но эта поистине разумная мысль пришла ко мне, когда я успела здорово разнервничаться от собственного внезапного оглупения. Меня, впрочем, эта умная мысль совершенно не порадовала, потому что как раз она парадоксальным образом подтверждала, что я резко глупею. А тут еще пришла Глория, которая из-за погрузившегося в магические изыскания мужа оказалась не у дел. И поделилась собственной печалью. Ей, оказывается, совершенно не хотелось возвращаться в Империю, даже совсем ненадолго и ради дела. Причину она внятно объяснить не могла, но очень по этому поводу огорчалась. Этак незаметно мы дружно расплакались, до чего ж это душевно получается вдвоем. Раш даже слегка испугался, обнаружив нас вдохновенно рыдающими на пару. Мы к тому моменту уже и забыть успели, по какому поводу такой слезоразлив, увлекшись самим процессом. Но поскольку за мной раньше ничего подобного не водилось, муж решил было, что приключилось что-то серьезное.

В результате пришлось еще и Раша успокаивать, что все на самом деле в порядке. Это мы так, не всерьез. И вообще, все это гормоны, а что он хочет от беременных женщин?

И вот наконец все проблемы решили, все распоряжения отдали. Таналю тут пришлось особенно постараться, ему-то, в отличие от остальных, надо свои прямые обязанности выполнять, а не получается. Только-только короновался, а вместо того, чтобы в своем государстве порядок наводить, вынужден где-то мотаться. Но и остаться дома он тоже не мог себе позволить, резонно полагая, что так очень быстро окажется за бортом событий.

И все же мы отправились. Сначала — к драконам, в Империю должны были отбыть уже от них, поскольку Урау предполагал, что портал безопасней открывать не в одиночку.

А у драконов царила подозрительная суета. Впрочем, нам быстро объяснили, в чем дело. Закупленные нами специи за прошедшие двое суток начали подходить к концу. И теперь среди дракониц шла яростная дележка оставшегося. С разборками и драками. А драконьи драки — это, я вам скажу, не кот начхал, целая стая таких громадин, войдя в раж, может и горы разровнять. А уж случайно зашибить мелких людей — и подавно. Ощущение во время очередной такой потасовки было, словно мы попали под бомбардировку, грохот, вопли и камни во все стороны разлетаются. Начинаю понимать, почему драконы предпочитают держаться подальше от людей. Да ради их же собственной безопасности!

Хорошо хоть задерживаться не стали, а то стоило только появиться, и нас начали тут же теребить на предмет новых поставок. Нет, все-таки с драконами лучше иметь дело исключительно поодиночке. И исключительно с самцами.

Пора убираться отсюда, да побыстрей, побыстрей!

Драконий портал выглядел непривычно. Матовая, серебристо-синяя пленка, было ощущение, что это вполне материальный объект, плотный, сквозь который невозможно пройти. И действительно, сначала она ощутимо пружинила, но в какой-то момент словно бы истончилась, и дальше все прошло вполне привычно. А по ту сторону — знакомый уже, можно сказать, почти родной заповедник.

12

Я осмотрелась, пытаясь определиться, куда нам двигаться, не определилась, разумеется, деревья со всех сторон одинаковые, никаких видимых ориентиров. Даже драконий портал закрылся. Впрочем, в моих потугах не было никакой необходимости, для навигации в лесу у нас Таналь есть, вот уж кто никогда не заблудится, пусть даже это лес инопланетный.

Надеюсь, никто не обратит внимания на толпу, выходящую из заповедника, да еще и настолько разномастную. Мы действительно несколько странно смотрелись вместе. На Арейле подобная пестрая компания никого бы не удивила, там давно привыкли к разнообразию рас и внешности, на такие мелочи никто внимания не обратит. Даже я уже настолько привыкла, что ничего странного не замечала, но вот сейчас постаралась посмотреть на нас взглядом рядового имперца и едва не рассмеялась. Таналь со своей вечно юной эльфийской внешностью, то ли актер инкогнито, то ли тинейджер-хулиган. Дерек с Глорией, аристократы до кончиков ногтей, это даже по выражению лица заметно. Слегка даже старомодные, особенно Дерек. Ну и здоровенный бугай Раш и рыжая (решила использовать тот же образ, что и в прошлый раз), конопатая я. Тоже колоритная парочка.

По-моему, мне подобные мысли и в прошлый раз в голову приходили. Только наша троица тогда не так в глаза бросалась, хотя там один только Раш чего стоил.

Из леса мы выбрались заметно быстрей, чем тогда. И это хорошо. Представила себе, как мы всем табором ночуем в заповеднике, прямо на голой земле, потому что никаких лишних вещей с собой решено было не брать, и едва удержалась от истерического смешка. А уж если егеря нас все-таки найдут… Да, тогда было бы уже совсем не смешно. Подозреваю, что портал можно было бы открыть и где-нибудь посреди города, во всяком случае, там, где Таналь был и мог снять координаты. Но для нашей высадки, было благоразумно выбрано самое безлюдное место. Кстати, как еще одно предполагаемое место и для высадки и для того, чтобы спокойно подождать все наши заказы, не попадаясь на глаза посторонним людям, рассматривалось мое поместье. Но его отмели по нескольким причинам. Во-первых, это существенно ограничило бы наш маневр, без документов через межпланетные телепорты ходить не получится, с документами у нас только Глория, а остальным пришлось бы сидеть в поместье до упора. Если все пойдет по плану, это, в общем, не проблема, а если нет? Глорию в одиночку куда бы то ни было никто не отпустит. Ну и, во-вторых, я опасалась, что лорд Миринд продолжает наблюдать за моим поместьем. На всякий случай. Он, конечно, не мог знать, что я найду обходные пути в Империю. Но на месте милорда и с учетом моей феноменальной способности влипать в неприятности… В общем, я бы подстраховалась. Не думаю, что лорд Миринд глупей меня.

Здесь, конечно, тоже могут быть наблюдатели от Тайной канцелярии, но выбор у нас ограничивается координатами, доступными Таналю. А среди множества людей затеряться все же проще.

Пешком до города идти не пришлось. Купленный в прошлый раз коммуникатор благополучно пережил путешествие в магический мир. Я очень старалась не подвергать его лишним магическим воздействиям и сохранить в рабочем состоянии, хотя на тот момент попасть в Империю в ближайшие годы и не рассчитывала. Зато не зря старалась, теперь можно было просто вызвать такси. Грузовое.

Таналь покинул нашу теплую компанию еще на подлете к городу. Просто взял и телепортировался прямо из салона кара. Хорошо, что вместо живого водителя — автопилот, а то ведь так можно было бы и влепиться во что-нибудь от неожиданности, и без того изрядно тряхнуло. К Анабель сорвался, понятно. Контакт, который она оставила нам в прошлый раз, не отвечал. Причин для этого могло быть много, но братец ничего слушать не желал. Да я, в общем, его понимаю. Не получив ответа, и сама слегка забеспокоилась, а вдруг с ней что-то случилось? Мы ведь до сих пор не знаем, правда мои якобы предвидения или нет. Ее родители могут быть очень не рады тому, что дочка забеременела от неизвестного пришельца, растворившегося в неизвестности. Анабель — из мелкого дворянства, а у них нравы строгие, куда как построже, чем у простолюдинов или у высшего дворянства, приближенного ко двору. Хотя и для последних скандал с внебрачными детьми — неслабый удар по репутации. Не зря же мой папенька до последнего мое существование скрывал, появись у него законный наследник, и не видать мне герцогского титула никогда. А уж для девушки подобное гораздо хуже. Понятия не имею, как ее родители могли отреагировать. Нет, в монастырь не отправят, как в древние времена, но запереть где-нибудь, чтобы животом не светила на людях, или срочно замуж выдать, это запросто. Так что для Анабель же лучше, если я все-таки ошиблась со своими предвидениями.

И понятия не имею, как Таналь ее искать будет. Если Бель ему какие-то адреса и давала, мне об этом неизвестно. В любом случае координат для портала у него точно нет.

Сами мы отправились на окраину огромного мегаполиса. Там можно было при желании найти частный мотель, в котором не слишком серьезно относятся к проверке удостоверений личности. В крайнем случае можно договориться, чтобы номера для всех снимала Глория. Она у нас с документами и ни в каком розыске не числится. И как честная гражданка Империи имеет полное право в любой момент вернуться на родину, даже если считается, что она никак этого сделать не может.

Кар летел нарочито медленно, мы выбрали экскурсионный режим, и мужчины с интересом смотрели на проплывающие мимо небоскребы и другие кары. Раш уже видел этот город, и даже сверху, но это зрелище ему неизменно нравилось. А вот Дерек смотрел почти с напряженным вниманием, словно бы собирался до мелочей запомнить все, что попалось на глаза.

Я размышляла. Если мы тут задержимся, стоит ли попытаться раздобыть поддельные идентификационные чипы? На серьезную проверку их, конечно, не хватит, но на то, чтобы номер в гостинице снять и другие подобные мелочи, они вполне сгодятся. Нам больше пока и не надо.

Контакты кое-какие у меня были, при моей прежней деятельности такие вещи иной раз очень нужны. Я только не была уверена, что после той нашумевшей истории мои контакты все еще безопасны, так что обращаться к ним собиралась лишь в самом крайнем случае, если другого выхода у нас не будет. К сожалению, в современном мире без идентификационного чипа никуда.

Пока что предполагалось, что я и Глория свяжемся со своими поверенными, те, в свою очередь, наймут нужных людей, и они начнут закупки мелкооптовыми партиями на нескольких биржах разных планет. А мы тем временем всей компанией тихо сидим в мотеле, по возможности, лишний раз не высовываясь, и затем в условленное время возвращаемся в заповедник, где драконы открывают портал. Если все дела завершены, возвращаемся на Арейлу, а если нет, то оговариваем время нового открытия портала. Да, мы несколько уязвимы и теряем мобильность, но по-другому не получается. Не тащить же дракона в Империю? Такую тушу даже в заповеднике не спрячешь. Странно, что еще нашу компанию, беспрепятственно шатающуюся по охраняемой территории, не засекли.

Впрочем, все планы с самого начала начали разваливаться, ведь куда умчался Таналь — неизвестно, как будет нас искать — тоже. Надеюсь, он никуда не влипнет, а есть у меня подозрение, что этот ушастый эльф, ну прямо как я, ухитряется ловить неприятности на свою голову там, где другой пройдет и не заметит.

В остальном, у нас все прошло по плану. Нашли небольшой более-менее приличный мотель в одном из окраинных районов с частной застройкой. Район не самый благополучный, но и не какой-нибудь бандитский притон. Дерек с Глорией здесь, конечно, заметно выделялись своей явной аристократичностью, но никто никаких вопросов задавать не стал. Хозяин мотеля, немолодой тип унылого вида, оказался личностью профессионально нелюбопытной. Зато мы с Рашем вписались как родные.

Мой беспокойный муж даже на драку ухитрился нарваться чуть ли не через час после заселения. Пока мы с Глорией дружно сидели в номере, связывались со своими людьми и дистанционно подтверждали свою личность (а это занятие муторное, долгое и требующее, ко всему прочему, недюжинной памяти), Раш вздумал прогуляться по округе. Основываясь на прошлом посещении Империи, он самоуверенно решил, что теперь тут все знает и точно не пропадет. Не то чтобы совсем уж необоснованно решил, но, не будь я так занята, точно бы никуда не пустила. Одного.

Район, конечно, не криминальный, но наткнуться на компанию парней, которые считают себя самыми крутыми в округе, не сложно. Не знаю уж, что Раш с ними не поделил, он потом ничего внятно объяснить не смог. Я, правда, подозреваю, что особого повода и не было. Просто у орков такой вид специфический, что все здравомыслящие разумные, если они только не могущественные маги, предпочитают с ними не связываться. Правда, эти самые разумные об орках обычно все знают и предпочитают не связываться вполне обоснованно. А кроме того, Раш явно забыл, что выглядит он сейчас как человек, пусть и очень крупный. Зато поведение и выражение лица ничуть не изменилось. Провокация ходячая.

Рашу, надо сказать, очень повезло, что эти ребята не были какой-нибудь бандой и не имели при себе серьезного оружия. Даже парализатор нашелся только у одного. Впрочем, в драке его не применяли, обошлись честно, только кулаками. А в рукопашной Раш их, естественно, уделал. Сам, правда, тоже светил внушительным фингалом. И неприлично довольной физиономией.

Так и явился в номер, самодовольная зараза.

— Ну и зачем? — Я скептически обозрела живописный фингал. Все-таки иллюзия вышла гениальная, даже такие детали отображает. — Только внимание напрасно привлекаешь.

— Не думаю, — хладнокровно возразил Дерек. — Мы будем привлекать гораздо больше внимания, закрывшись в номере и не общаясь с окружающими. Моментально у всех заинтересованных лиц возникнет подозрение, что мы прячемся.

— Но драки-то устраивать зачем? — спросила я без особого энтузиазма. В чем-то Раш был, без сомнения, прав, но это же не значит, что мне нравится, когда мой муж с местной шпаной силушкой молодецкой меряется. Ну как мальчишка, ей-богу! — И фингал, кстати, откуда?

— Да попался там один… шустрый парень.

— И что?

— Да ничего, — пожал плечами Раш. — Полезный парнишка. Всех тут знает, говорит, может достать что угодно.

Ну понятно, сначала подрались, а потом познакомились. От Раша чуть заметно пахло алкоголем, они, видимо, еще и выпить успели за знакомство. Ладно, может быть, это даже пойдет на пользу. Особенно меня заинтересовал тот самый шустрый тип, что поставил Рашу фингал. Насчет достать что угодно — еще проверять надо, да осторожно, чтобы не нарваться на неприятности. Но если он сообразительный, то можно использовать для того, чтобы посылать куда-то, куда самостоятельно соваться нежелательно. К тому же у него как минимум с документами должно быть все в порядке.

В остальном у нас все шло по плану. Особенно у Глории, ей по большому счету свою личность подтверждать не надо было, достаточно послать своему управляющему данные идентификационного чипа и электронную подпись да назвать пароль. Да и то без своего старого, пришедшего в негодность коммуникатора, где хранилась электронная подпись, ей пришлось повозиться. А у меня и чипа с электронной подписью не было. К счастью, резервный вариант был предусмотрен еще до моего попадания на Арейлу. Мало ли, на всякий случай. Так что процедура была отработана еще в прошлый раз, когда мы втроем так неожиданно оказались в Империи, просто времени она занимала несколько больше. Тем не менее все распоряжения мы отдали, теперь оставалось только ждать отчетов о выполнении и чем-то себя занять.

Конечно, можно было использовать зашифрованный электронный чек, как когда мы закупали грузы на Арейле. Но он позволяет оперировать только фиксированными суммами, и в данном случае это совсем не подходило.

Единственное, что меня беспокоило, так это Таналь. Его нет уже несколько часов, и неизвестно, куда он делся и нашел ли Анабель.

Делать нам в ближайшее время было совершенно нечего, я задумалась, чем бы себя занять, поскольку, по моему глубокому убеждению, сидеть взаперти и без дела вредно, особенно Рашу и мне, дуреем мы без дела. Впрочем, муж себе какое-никакое занятие нашел, налаживал с местными общение. В окрестных барах. Я в первый вечер напросилась с ним, но долго там не выдержала, сбежала обратно. Наблюдать, как толпа мужиков, возомнивших, что они самые брутальные и крутые во всей округе (хотя на фоне орка они все равно не смотрелись), хлещут алкоголь и соревнуются в армрестлинге, было выше моих сил. На прочий дартс и бильярд и вовсе уже смотреть не стоило. Радовало во всем этом только одно — феноменальная, по сравнению с людьми, устойчивость орков к алкоголю, Дерек просветил меня, что соревноваться в этом с ними могут только оборотни и гномы. Рашу, чтобы набраться до хорошо заметного опьянения, нужна такая доза, от которой люди просто замертво падают. К счастью, до такого не доходило, к тому же Раш, выпив, вел себя адекватно, кроме сивушного запаха и слегка нетвердой речи — больше никаких признаков. Иначе не знаю, что бы я с ним сделала, скандал бы закатила точно, даже понимая, что муж таким образом не развлекается, а старается для общего дела. И по моей инициативе в том числе. Сама ведь посоветовала наладить контакт с местными.

Зато я, Глория и Дерек маялись бездельем, лишь получая короткие отчеты по мере выполнения плана закупок. Именно Глория первая предложила сходить в кинотеатр посмотреть пару голофильмов. Отличная идея, между прочим, я уже успела соскучиться по таким простым радостям, даже невзирая на то, что у меня обычно на это и времени нет. Ну и Дереку, вероятно, будет интересно приобщиться к современному имперскому искусству. Нельзя же считать таковыми ток-шоу и сериалы по головизору? Впрочем, с нами даже Раш пошел, решив на время оставить своих новых приятелей. Не иначе меня задабривал, алкоголик зеленый. Кинотеатр поблизости имелся, маленький и неновый, не чета столичному пафосу с лепниной, позолотой и спрятанными под всем этим суперсовременными наноботами. Но было какое-то особое очарование в небольшом уютном зале, в потертых, с минимумом функционала креслах и, неожиданно, ретрофильмах на дневных сеансах. Я даже ощутила что-то вроде ностальгии по далекому безоблачному детству. Там, где мы с мамой жили, был точно такой же старенький кинотеатр, там в холле, помню, стоял древний обшарпанный автомат с моими любимыми шоколадными батончиками. Каждый раз, когда я в очередной раз приходила посмотреть какой-нибудь фильм после школы, не могла утерпеть, чтобы не купить несколько. Денег, выдаваемых на карманные расходы, обычно хватало на билет на дневной сеанс и ровно три батончика. Это был своего рода ритуал — покупать конфеты не просто так, а именно ради просмотра очередного голофильма. Счастливое было время.

Интересно, сейчас подобные конфеты еще выпускают? Ведь такие кинотеатры вместе со всем оборудованием, включая торговые автоматы, могут не меняться и не переоборудоваться по полтора века. Удивительно, в холле — почти такой же автомат и точно такие же шоколадные батончики, по-прежнему популярные у детей. Невозможно было удержаться от соблазна. Глория, правда, смотрела на меня с большим недоумением. Ну не объяснять же ей, урожденной аристократке, про ностальгию и вкус детства? Тем более на поверку дешевенькие конфеты из автомата оказались не такими уж вкусными, как мне запомнились. То ли избаловалась я за последние годы элитными сортами шоколада, то ли правду говорят, что с возрастом все ощущается не так ярко, как в детстве.

Впрочем, внезапный приступ сентиментальности быстро иссяк. Я вообще этим редко страдаю.

Зато на фильм мы попали удачно. Это оказалась неплохая комедия. Небольшую изюминку просмотру добавляло то, что Дерек не всегда понимал имперский юмор, и какие-то элементарные вещи ему приходилось объяснять.

А в целом мы здорово проводили время. Если бы не беспокойство за Таналя, который уже второй день не давал о себе знать, было бы и вовсе замечательно. Все-таки я всерьез успела привязаться к этому эльфу. И ведь понимаю, что он со своим многовековым опытом и огромной магической силой не пропадет, а все равно волнуюсь. Империя — это все-таки не Арейла, он тут многого не знает. Мало ли что.

На третий день он все-таки объявился. Не лично, всего лишь связавшись по переговорному амулету. К счастью, большинство амулетов так пагубно, как чистая магия, на технику не влияют, так что каждый из нас носил на себе их целые грозди.

— Ну, ты там как, живой, ни во что не влип? — первое, что я спросила.

— И даже не поцарапанный, — без энтузиазма поддержал шутку Таналь. И тут же перешел на серьезный тон: — Я нашел Анабель.

— Судя по твоему голосу, все плохо?

— Не знаю, — теперь он говорил задумчиво. — Я не смог до нее добраться. И она действительно беременна.

— Так, значит, ее все-таки где-то заперли? Или замуж выдали?

— Почти. Заперли в родовом поместье, не на этой планете, и собираются выдать замуж.

— А ты об этом как узнал? — удивил, честно. Я бы с большим пониманием отнеслась, если бы он Бель уже выкрал. В конце концов, магия способна уничтожить любые самые совершенные охранные системы. Более того, чем они совершенней, тем перед магией беззащитней, так что у Таналя тут неоспоримое преимущество. А вот добывать информацию в почти незнакомом мире… это уметь надо.

— Любой маг, даже чистый боевик, знает хотя бы пару-тройку примитивных шпионских заклинаний и контрзаклинаний, а у вас их совершенно не умеют отслеживать, — заметил Таналь укоризненно. — Пришлось кое-что подслушать… Диана…

— Да поняла уже. Будем вытаскивать, — не стала я заставлять его просить.

Но сначала Таналю нужно было присоединиться к нам. Хотя это оказалось даже проще, чем я думала, совсем забыла, что он способен ставить метки на тех, к кому прикасался, и открывать по ним портал. А здесь даже и портал не понадобился, общественным транспортом обошелся в целях экономии сил. Быстро он освоился в здешних реалиях, впрочем, сомневаться в уме эльфа, разменявшего не один век, и в его способности адаптироваться было бы глупо.

И вот собрались мы все вместе на военный совет, привычно начав составлять план. Забавно, но действительно привычно, в последнее время именно таким составом мы и устраиваем мозговой штурм для решения любых проблем. И ведь решаем, так или иначе.

Первой на повестке дня стояла задача: определить, чего мы, собственно, хотим в итоге? Понятно, что освободим Бель из заточения, а потом? Забрать ее с собой на Арейлу, где бушует мировая эпидемия и вспыхивают массовые волнения? В эльфийский лес, где сам Таналь в последнее время бывает только наездами, зато разнообразных недоброжелателей полно? Непонятно вообще, как он в такой ситуации свою свежеотвоеванную корону не потерял.

Совсем не радостный вариант, Таналя категорически не устроил.

Но времени у нас не так уж много. Вот выкрадем мы Анабель, помилуются они с Таналем день-два, и мы уйдем. А дальше что? Положение ее ничуть не улучшится, стоит ли вообще тогда все затевать?

— Ну, в первую очередь, вам следует пожениться, ты ведь так и собирался сделать? — напомнила я. — Тогда часть проблемы отпадает автоматически. Замуж за другого ее не выдадут, да и запирать, вероятно, уже не станут. Наверняка родителей Бель в первую очередь не устраивает возможный скандал с ребенком вне брака.

Таналь согласно кивнул.

Ну вот, чего желаем добиться — решили, теперь осталось придумать, как все это осуществить.

— Нам нужны документы, — первое и самое главное озвучила Глория. — Хотя бы тем, кто отправится освобождать эту девушку.

— Ты предлагаешь разделиться?

— А зачем мы там всей толпой? — разумно возразила подруга. — Особенно от нас с тобой с такими животами много пользы. Будем только мужчин от дела отвлекать.

— Резонно.

Она, без сомнения, права, но привычка во всем активно участвовать гнала меня на подвиги. Зато у Глории таких дурных привычек нет, потому у нее нет ни малейшего желания в это лезть.

— Вот именно. Я считаю, что нам нужно остаться здесь и дать мужчинам спокойно заниматься делом.

— Так тоже не годится, — не согласился Раш. — Мы не можем оставить вас двоих без присмотра.

— Здесь-то с нами что может случиться? — возмутилась я.

Все-таки у моего мужа уже паранойя, как я его, бедного, напугала прошлым исчезновением.

— С тобой — что угодно! — веско припечатал муж.

Я даже обиделась слегка. Он теперь мне каждый раз это говорить будет?

Помимо того, во мне насмерть боролись здравый смысл и уверенность, что без меня они никак не справятся. Ведь это у меня есть опыт взлома охранных систем и проникновения в чужие дома. Хотя понятно, что любому из наших магов хватит одного магического импульса, чтобы любую охранную систему вырубить напрочь. В общем, в любом случае мужчинам лучше знать, как похищать девушек из застенков. И я с пузом там точно не нужна. Но ведь хотелось же поучаствовать, пусть еще и совсем недавно стенала о спокойной жизни без приключений! Мы, женщины, такие противоречивые.

Пока я боролась с соблазнами, мужчины как-то сами договорились и в результате решили, что нас с Глорией останется охранять Дерек, а спасать Бель пойдут Раш и Таналь. Маг и силовая поддержка — самое то, а два мага для такой задачи — явное излишество. Для меня в этом плане, как ни странно, тоже предусматривалась своя роль, пусть и заключалась она в том, чтобы прочесть короткую лекцию на тему стандартных охранных систем для домов и методов их взлома. Чтобы Таналь своей магией не бил направо и налево, тем самым поднимая тревогу, а действовал более тонко. Впрочем, я вовсе не уверена, что эта короткая лекция ему хоть чем-то поможет.

Наконец, план был полностью разработан, и от его воплощения нас отделяла только главная проблема — как достать документы и при этом не влипнуть. Потому как попасть на другую планету можно было только через стационарные телепортационные вокзалы.

Ох не хотелось мне связываться со своими прошлыми знакомцами, но, видимо, без этого не обойтись.

— Ребята, — вдруг осенило меня, — а чем мы, собственно, тут занимаемся, что за разбой и криминал? Почему Таналю просто не явиться к родителям Анабель и не попросить ее руки? Ведь не бродяжка какой бездомный, а целый король. Неужели откажут?

Господи, я таких обалделых лиц еще в жизни не видела. И ведь никто, никто из нас не подумал о таком простом варианте, даже здравомыслящая Глория. Сразу и без раздумий — воровать девицу. Варвары и дикари!

К сватовству мы готовились как к боевой операции, наверное, даже тщательней, чем к несостоявшемуся похищению. Впрочем, это все еще был план «Б». Теоретически родители Анабель могли Таналю и отказать просто из вредности. Мол, попортил девицу и сбежал, не нужен нам такой жених. Хотя, раз ее еще замуж не выдали (а ведь срок уже, живот прятать скоро поздно будет), значит, подходящих кандидатов не нашлось пока. Ну, тут понятно, не каждый аристократ захочет назвать чужого ребенка своим, а уж тем более — эльфийского полукровку. Однако всегда могут найтись желающие получить богатое приданое, тем более, насколько я понимаю, родители Бель — люди не бедные. Но если дочь они все-таки любят, то такой зять может не устроить уже их самих. Осталось сделать так, чтобы Таналя они признали самым подходящим кандидатом. Вообще-то я считаю, у него есть все шансы, особенно если родители невесты окажутся людьми здравомыслящими. Главное, чтобы еще и не слишком обидчивыми.

Глория с неожиданным энтузиазмом взялась за просвещение Таналя (а заодно и остальных мужчин) относительно принятых среди имперской аристократии традиций сватовства. Впрочем, неожиданным ее энтузиазм выглядит только с первого взгляда, а если вспомнить, что ее против воли выдали замуж аж два раза и только во второй повезло, то многое становится понятным. Мне-то с первого раза удивительно повезло. А вот Глория сочувствовала Бель, как может сочувствовать только человек, переживший что-то плохое и понимающий, что с другими это тоже может случиться. Потому старалась помочь как могла, хотя бы и простой лекцией, тем более кроме нее оказалось-то и некому. Я теорию, конечно, знаю, просто зазубрила в свое время, но некоторые нюансы можно узнать только на практических примерах, а мне-то их взять было неоткуда.

Таналь внимал серьезно и сосредоточенно. Все-таки для него это важно. А у меня, признаться, до сих пор порой сомнения возникают. Несмотря на то что мы в последнее время много общаемся и с друзьями он куда более откровенен, я все равно часто не могу определить, что думает и что чувствует этот эльф. Да что там, я вообще сомневаюсь, что этот политик с многовековым стажем мог вот так влюбиться за несколько дней, а если и влюбился, то так запросто решил жениться на неизвестной имперской девчонке из не самого высокого рода. Все-таки Таналь слишком закрытый, Дерек с его сдержанностью и то мне намного понятней. Тем не менее мне все равно хочется, чтобы у нашего эльфа все получилось. Нет, за Анабель я тоже немного беспокоюсь, все-таки у бедняжки вся жизнь рушится, во всяком случае, ей определенно именно так сейчас и кажется. Но эльф мне все ближе, и болею я в первую очередь за него, невзирая на мотивы. А с чувствами эти двое между собой уж как-нибудь сами разберутся, это точно не мое дело.

Ко всему прочему, мы дружно озадачились подарком. Никак не удавалось придумать что-нибудь толковое. Забавно, но вот принято так — при первом знакомстве жениха с родителями невесты дарить им ценный подарок, и от этого, между прочим, может зависеть их к жениху отношение. Что попало, пусть даже очень дорогое, дарить не принято, это считается плохим тоном и демонстрирует несколько пренебрежительное отношение жениха. Подарок должен быть не просто ценным в плане стоимости, но и интересен для получателей. В то же время что-то дешевое, но интересное родителям тоже не годится, тут уж получается демонстрация либо бедности, либо скупости жениха. Простолюдин может себе такое позволить или какой-нибудь мелкий разорившийся барончик. Да и то это будет уже на грани, сродни наглому заявлению в лицо родителям, что ему не дочь их нужна, а ее богатое приданое.

Но поскольку о родителях Бель мы ровным счетом ничего не знали, то приходилось ломать голову, как им угодить. После долгих дебатов дружно пришли к выводу, что дарить надо что-то с Арейлы. Магические товары в Империи и дороги, и экзотичны, за счет чего могут и понравиться. И все бы хорошо, да только мы с собой брали минимум вещей как раз для того, чтобы лишней магией в Империи не сверкать. Ну кто же знал, что может понадобиться? Вот теперь и приходилось устраивать мозговой штурм. Ну не дарить же собственные амулеты в самом деле? Таналь-то не пожалел бы что-нибудь с себя снять, да только зачем родителям Бель невзрачная висюлька с каким-нибудь шитом против огненных атак? Выход в итоге был найден, Таналь с Дереком, видимо вспомнив свой творческий порыв по созданию иллюзорного амулета для Раша, решили делать подарок своими руками. И тут же были потеряны для общества, с головой уйдя в обсуждение необходимых для этого материалов.

Пришлось даже напомнить им, что время у нас вообще-то ограничено, а помимо создания амулета этого самого времени нам должно еще хватить на сватовство и свадьбу, и, если уж все пойдет по самому худшему сценарию, то на похищение и свадьбу.

Надеюсь, они успеют, а то как бы нам не пришлось тут задержаться.

Кажется, перед ответственным мероприятием серьезно мандражировали все, кроме самого Таналя. Эльф выглядел настолько спокойным и собранным, что это даже немного пугало. Подозреваю, под этим нарочитым спокойствием полыхает не меньший накал эмоций, но мне почему-то было слегка тревожно смотреть на его невозмутимое лицо.

Ну что ж, недолго осталось, скоро мы с этим так или иначе разберемся. Вон уже заказанный кар подошел, пора загружаться и лететь на встречу с родителями Бель.

Лететь долго, хотя теперь мы спокойно могли бы воспользоваться любым ближайшим вокзалом с телепортами. Но на такие встречи не принято являться пешком, что поделаешь.

Да, пока Дерек с Таналем шаманили над подарком, Раш неожиданно ухитрился частично решить нашу проблему с документами. Вот не зря, получается, с местными хулиганами пил, тот самый шустрик, что недавно поставил моему мужу красочный фингал, после пары осторожных намеков предложил решение, о котором мы даже и не подумали. Все оказалось гениально просто — туристические визы. Это действительно стало для нас неожиданным решением, все-таки мы с Глорией в чем-то типичные имперцы, и полгода на Арейле это не изменили. Имплантаты — это обычное дело, так поступают все, потому что другие решения неудобны и несовременны. Элементарно, не правда ли? Мы вроде бы даже знаем, что кроме Империи существует еще множество других государств, и некоторые из них весьма не одобряют политику всеобщей имплантации. Знаем, но этак пренебрежительно забываем. Что с них, дикарей, взять? А ведь имеется даже одно карликовое государство из трех планет в двух солнечных системах, которое с фанатичной воинственностью порицает осквернение человеческого тела любыми посторонними предметами. Остальные не столь категоричны, но без особой настороженности к тотальной имплантации относятся только сравнимые с Империей по размерам и богатству государства, каковых всего два. А остальные… возможно, все дело в том, что у более мелких государств не всегда хватает ресурсов и финансов для дорогостоящих исследований, создания надежных и безопасных для организма имплантатов. А покупать у Империи или других преуспевших в этом соседей пусть и дешевле получается, чем разрабатывать самим, но не стоит забывать, что это все еще требует постоянного медицинского и технического обслуживания. Ко всему прочему, не стоит забывать и о здоровой паранойе. Более мелкие и менее прогрессивные соседи полагают, что наши специалисты способны взломать имплантаты собственного производства и следить с их помощью за носителями. И пусть производители в один голос твердят о надежности и суперсовременной защите, я бы тоже не была до конца уверена, что это действительно невозможно. Так что остается только смириться и пользоваться чужими имплантатами с осторожностью либо убеждать своих граждан, что оно нам не надо не потому, что нет, а потому, что вредная гадость.

Ну и просто не стоит забывать, что традиции и отношение к собственному телу везде разные.

Тем не менее туризм и деловые поездки это никак не отменяет, а удостоверяющие личность документы далеко не все приезжие носят в своем теле. Так что таким туристам проще выдать нечто вроде международного паспорта — временной визы — универсального платежного средства. Такой документ признается практически всеми государствами и, что примечательно, может быть потерян либо украден, поскольку не является частью тела носителя, пусть и содержит его биометрические данные. Ну и всегда найдутся умельцы, способные их взломать и переписать данные на нужные клиенту. Так что мы теперь гораздо менее ограничены в своих возможностях. И мне не пришлось связываться со своими старыми знакомыми, рискуя нарваться на ловушку.

Ничего, кстати, удивительного, что мы с Глорией даже не вспомнили об этих самых визах. Большинство жителей Империи, как это ни странно, никогда не бывали в других государствах и о таких документах если и знают, то вспоминают крайне редко. И не потому, что кто-то не пускает или что такие путешествия дороги, хотя, конечно, добираться от центральных миров куда-нибудь на окраину портальными вокзалами — действительно дело затратное. А просто… ну незачем получается.

Нам с Глорией пришлось потрудиться, объясняя мужчинам столь странную концепцию, учитывая, что обе, кроме все той же Арейлы, за пределы Империи тоже ни разу не выбирались. Им, родившимся и выросшим в мире, где до границы соседнего государства при желании можно доехать и верхом, а для сильного мага границ и вовсе не существует, трудно понять масштабы огромного космического государства, не первый век постоянно расширяющего свои границы. Процентов шестьдесят простых имперцев ограничиваются тремя, максимум — пятью ближайшими планетами, некоторые при этом даже ухитряются не выйти за пределы одной солнечной системы. И им этого на всю жизнь хватает для удовлетворения практически всех потребностей.

Особенно непоседливые и обеспеченные могут похвастаться десятком-двумя посещенных планет. Часть этих планет славится чем-нибудь уникальным, другие являются редкими заповедниками-курортами, а третьи недавно открыты и потому еще считаются дикими и опасными.

Но вот, наконец, кар приземлился на площадку перед небольшим аккуратным особняком нежного песочного цвета, со стенами, обильно увитыми плющом. Местами плющ пробрался под самую крышу, покрытую празднично-алой черепицей. Особняк явно не новый, наверное, он уже видел не одно поколение своих хозяев, но поддерживается в идеальном состоянии и напоминает некий сказочный домик. Очень симпатичное место, хотя полностью его уютную красоту мне сейчас оценить не удавалось.

Бросаю нервный взгляд на Глорию, именно она договаривалась с бароном и баронессой о визите. Подруга ободряюще кивнула. Ну вот почему я так нервничаю, словно это меня повторно замуж выдают? Хотя как раз когда меня выдавали, я, скорее, злилась. Зато Таналь по-прежнему сохраняет на лице совершенно бесстрастное выражение.

Мы вышли из аэрокара и двинулись к дому по выложенной брусчаткой дорожке, разрезающей напополам идеально стриженный газон.

Хозяева, выказывая уважение, вышли встречать нас на высокое крыльцо с колоннами. Неплохой знак.

Теперь понятно, на кого похожа Бель, с поправкой на возраст и чуть более зрелую женскую фигуру. Впрочем, выглядела баронесса не многим старше меня и Глории, а значит, ей примерно от сорока до сорока пяти. У моего ушастого братца появилась реальная возможность увидеть, как его будущая жена будет выглядеть лет через двадцать. Не думаю, что ему это зрелище не понравилось.

А вот барон производил неоднозначное впечатление. Немного полноватый мужчина с добродушным лицом и мимическими морщинками вокруг глаз, как у людей, которые много смеются. Вот только щурится, как человек с небольшой близорукостью (это с имперской-то медициной?), но увидеть выражение его глаз из-за этого просто невозможно, а уж поймать прямой взгляд — и вовсе. А движения у него какие-то скупые и слишком легкие для того, кто имеет лишний вес.

Самое интересное, я не настолько внимательна, чтобы все это заметить в первые же мгновения. Однако моя непредсказуемая интуиция, проснувшись, словно бы подсказывала, куда смотреть и что подмечать. Почему именно сейчас? Да кто ж его знает! То ли с бароном договориться будет сложнее всего, то ли я просто слишком нервничаю.

Приняли нас радушно, но это абсолютно ни о чем не говорило, кроме разве того, что барон и баронесса — люди благоразумные и несклонные к опрометчивым поступкам. Никто бы их не осудил, прогони они соблазнителя дочери с порога (даже в том случае, если дочь вообще-то и сама виновата), забеременевшая вне брака девица — это, конечно, удар по репутации, но никак не повод для войны или ссоры с высшей аристократией. В некотором смысле для Таналя удачно, что мы с Глорией приняли участие в этом деле, возможно, с одним только эльфом разговаривать просто бы не стали. Король там или не король, это еще доказать надо. В первую очередь — варвар с какой-то провинциальной планетки, да еще и не человек. Все имперцы в этом вопросе — слегка высокомерные снобы. Впрочем, насколько родители Бель этому подвержены, я не знаю, при нас они, понятно, ничего подобного демонстрировать не стали.

Нас пригласили в дом, очень, кстати, уютная обстановка, стилизованная под старину, предложили напитки, и мы наконец друг другу представились. Полными титулами, разумеется, причем и имперскими, и арейскими, благо все, кроме Таналя, имели оба комплекта. Получилось внушительно, только на Раша хозяева поглядывали с некоторым сомнением, и я могу их понять — муж мой больше на разбойника с большой дороги похож, чем на князя и герцога. С человеческой физиономией — даже больше, чем с орочьей, потому что как ни прячь под иллюзию клыки и когти, а большинство окружающих подспудно чувствуют исходящую от мужа диковатую мощь разумного хищника. А ведь при необходимости Раш ведет себя просто-таки образцово, цивилизованно. Надо будет попросить его снять иллюзию, все-таки орки на неподготовленного человека производят неизгладимое впечатление, пусть любезные хозяева порадуются, что к их дочке всего лишь эльф сватается и что внук у них родится в худшем случае остроухий, а не зеленый и клыкастый.

Ах да, я узнала наконец, как родителей Бель зовут, Вероника и Эдвард Корн.

— Итак, дамы и господа, — взяла слово баронесса после того, как было покончено со знакомством, предложенными напитками и обязательным, ничего не значащим обменом мнением о погоде, — что же столь неотложное привело вас к нам?

Глория, когда договаривалась о нашем визите, прямо не раскрывала его цели, но прозрачно намекнула. Барон с баронессой, должно быть, решили, что подруга пытается пристроить своего протеже (или любовника), и тот за хорошее приданое и на беременную невесту согласен. А тут лично коварный соблазнитель явился, всем все понятно, но формальности, формальности!

Впрочем, Таналь тянуть больше не стал. Эльф поднялся с места, словно бы одновременно став выше ростом и… внушительней.

— Барон, баронесса, я прошу руки вашей дочери!

Влияние ли это магии, или же Таналь показал еще одну грань своей личности, все же он король и могущественный маг… Так умеет отец Раша, и без всякой магии. Точно знаю, что подобное умеет наш император, хотя, как выяснилось, до эльфа ему далеко. Ощущение буквально пригибающей к земле власти и в то же время причастности к чему-то поистине важному. Словно бы Таналь не руки любимой девушки у родителей просит, а высшую награду за спасение Вселенной жалует. Без шуток, именно так все мы себя и почувствовали. Как говаривал один мой знакомый, «пробирает до печенок».

Признаться, даже не ожидала. Для меня этот эльф всегда был хорошим и надежным другом, собратом-авантюристом, с которым мы понимаем друг друга с полуслова. Могущественным магом с пытливым умом и язвительной заразой, благо в последнем случае доставалось всегда не мне. Для тех, кто его совсем не знал, Таналь мог выглядеть изящным изнеженным красавчиком или дерзким тинейджером, тем более у эльфов вообще безнадежно определять возраст, они веками выглядят юными. Для тех, кто знал его чуть лучше, он превращался в настоящий кошмар, ядовитой змеей способный ужалить за один неверный жест. Но вот таким, настоящим правителем, перед которым действительно хочется склониться, даже умом понимая, что это по-прежнему мой друг и названый брат, Таналя я никогда не видела.

Пока родители невесты не успели прийти в себя после такого внезапного деморализующего удара, им был оперативно нанесен новый. Вручение подарка. Я с любопытством посмотрела, что ж там наши маги такого грандиозного наколдовали. Раньше мне полюбопытствовать не позволили.

Это оказалось… деревце в горшке. Цветущее. Гм. Симпатичное такое деревце, коренастый шершавый стволик, удлиненные острые листья забавно топорщатся во все стороны. Цветы, похожие на миниатюрные лиловые пионы, издают ненавязчивый, но очень приятный аромат.

С интересом жду продолжения, не мог же Таналь подарить просто дерево? Пусть оно и миленькое, но иного я от эльфа и не ждала. И все-таки это было бы слишком банально и слишком предсказуемо.

Таналь решительно отказался быть предсказуемым. Тандем из лесного эльфа и некроманта вновь получился изумительно плодотворным. Они сотворили уникальный, да еще и многофункциональный живой артефакт!

Во-первых, чудное деревце должно было давать плоды. Да какие!

Таналь продемонстрировал, коснувшись кончиками пальцев одного цветка и ускоряя для него природный цикл. Поверхность стола, на котором стояло растение, при этом чуть заметно пошла рябью из-за близкого воздействия магии, но ничего не сломалось, потому, кажется, никто этого не заметил, было зрелище и поинтересней. Цветок на наших глазах пожух, потом образовалась завязь, которая через несколько секунд превратилась в небольшую зеленую коробочку. Таналь отломил плод от ветки, демонстрируя, что внутри.

Жемчужина. Самая настоящая, нежно-лиловая и крупная.

— Эти жемчужины можно использовать для ювелирных украшений, но если растолочь и добавить в любое косметическое средство, то оно приобретет омолаживающие и оздоравливающие свойства. Примерно как эликсир Эрей. — Таналь с легким поклоном вручил жемчужину баронессе.

Ничего себе! Этот самый эликсир — один из самых дорогих и самых востребованных товаров, поставляемых с Арейлы! Не просто косметика, а самый настоящий эликсир молодости, пусть и с не очень долгосрочным эффектом. Но кто ж откажется прибавить себе лишние три-пять лет жизни и стать немного моложе, когда имперская медицина уже бессильна?

Я уже хочу себе такое же дерево!

Но это еще не все. Запах цветов обладает успокаивающим эффектом, навевает прекрасные сны. А листья способны предупреждать хозяев о недоброжелательных или враждебных мыслях. Они темнеют, если рядом находится недоброжелательно настроенный человек. Листик с дерева можно оторвать и взять с собой, он будет действовать до тех пор, пока не завянет.

Двойной удар был хорош, но, надо отдать барону с баронессой должное, невзирая на удивление, которое им не удалось скрыть, они очень быстро взяли себя в руки. Если Таналь рассчитывал, что удастся с ходу их ошеломить и получить согласие на брак, пока дезориентированные родители не успели прийти в себя, то он просчитался. Хотя нельзя не признать, что некоторого эффекта он все же достиг. Барон с баронессой теперь посматривали на эльфа с заметным уважением, но дочку ему отдавать все равно не спешили.

— Вы уж, ваше величество, простите, но скажу по-простому, — начал барон, — вы хоть и король, да только у меня плантации льна побольше вашего королевства будут. Мы дочке своей лишь добра желаем, у нас вон уже и жених на примете имеется, пусть и не самого знатного рода, зато богат и сможет обеспечить ей достойную жизнь.

Глория на барона посмотрела так, что, будь она магом, тот сгорел бы на месте. Вот уж не ожидала от всегда сдержанной подруги! Кстати, чашки на столе подозрительно подрагивают, что-то противно запищало, и стены гостиной вдруг стали однотонно-серыми, что означало полное отключение голографических обоев. Похоже, электроника и вместе с ней все наноботы приказали долго жить, Глория-то, может, и не маг, а не рожденные еще дети чутко реагируют на мамино настроение… Дерек поспешно взял жену за руку и принялся мягко поглаживать, успокаивая.

— А внуку вы своему добра не желаете? — спрашиваю по внезапному наитию. — Ребеночек-то магом родится. Вы представляете себе все сложности жизни необученного мага в Империи? Даже обученному и очень опытному приходится каждое мгновение себя контролировать. — Я кивнула на посеревшие стены и покрывшуюся неприятными яркими пятнами столешницу. — А что будет с маленьким ребенком, если он испугается или расстроится? Даже в самом безопасном месте может сломаться что-то, делающее его опасным, системы пожаротушения, например, или охранные. А если лететь в каре или, скажем, космическом корабле? Перемещаться куда-то порталом? В любой момент что-то из перечисленного может сломаться и убить вашего внука и всех, кто окажется рядом.

Барон хотел было что-то сказать, но я ему не позволила, продолжая говорить на волне вдохновения:

— Понимаю, что нерожденный еще ребенок может для вас ничего не значить, но как же Анабель? Вы готовы ради своих амбиций подвергнуть ее такой опасности? И простит ли она вас? Я бы на ее месте возненавидела. За сломанную жизнь и за то, что не позволили быть с любимым, хотя все возможности для этого имелись. И за подвергаемого постоянной опасности ребенка, которого к тому же лишили того, что он заслуживает. Ведь согласитесь — быть сильным и уважаемым магом, наследным принцем и будущим королем, расти с любящими и счастливыми родителями гораздо лучше, чем стать изгоем в Империи.

Барону с баронессой то, что я говорила, явно не понравилось, только пока непонятно, не понравилась нарисованная картина будущего (я с ужасом поняла, что вполне вероятная, если бы Таналь по какой-то причине решил не жениться на Бель) или то, что я озвучила такие неприятные вещи.

Таналь же сидел рядом с самым невозмутимым лицом, словно все, что тут происходит, — обычная рутина и вопрос уже практически решен. Но во время моей вдохновенной речи от него шло такое напряжение, что было понятно: не договоримся сейчас, и он сделает все, чтобы выкрасть Анабель. И, невзирая на опасность, заберет с собой на Арейлу, только бы родители больше никогда не смогли повлиять на ее судьбу.

— А с чего это вы решили, юноша, — вдруг вкрадчиво спросил барон, — что это именно ваш ребенок?

Вот это был удар, после такого никто даже не обратил внимания на «юношу» по отношению к эльфу. А действительно, с чего? Только на основании моих слов и смутного видения, больше похожего на мимолетную фантазию? Да даже я сама в этом сомневалась до последнего, а вот Таналь был уверен. Нет, я не думаю, что влюбленная девчонка сразу после расставания с любимым побежит гулять направо и налево, но ведь никто и не проверял. Как она ухитрилась забеременеть — это как раз не вопрос, вон мы с Глорией обе тоже едва ли не с первой брачной ночи… А ведь у обоих стояли противозачаточные чипы, и Раш у меня не то что на мага — даже на слабенького шамана не тянет. Видимо, какие-то имплантаты гораздо сильнее подвержены магическому разрушению.

Затянувшуюся драматическую паузу разорвал Таналь одной веской фразой:

— Это легко проверить.

И никто почему-то даже не подумал ему возразить.

От проверки никто не отказался, хотя барон и баронесса не очень понимали ее суть. Таналь явно предлагал что-то магическое и в объяснения вдаваться не собирался совершенно. Впрочем, наши мужчины его слова приняли как должное, так что на Арейле это наверняка известная и распространенная процедура.

Тем не менее сделать эту загадочную проверку прямо сейчас не получилось. Родители невесты вежливо, но очень твердо попросили прийти завтра. Аргументы, что Бель сейчас на другой планете и ей нужно время, чтобы собраться, и на дорогу, мягко говоря, были совершенно неубедительны. А если не мягко, то чушь полная. Если Анабель только не где-нибудь на окраине Империи, то ей понадобится максимум час на дорогу, ну, предположим, еще столько же на сборы. Нет, я знаю, что практически любая женщина может затянуть сборы чемоданов в дорогу чуть ли не до бесконечности, но это явно не тот случай.

Но спорить мы не стали, послушно отправившись обратно в свой мотель и веско пообещав вернуться завтра. Прозвучало это, надо сказать, почти как угроза. Даже без почти, если уж совсем честно. Ну а что поделаешь, Таналь хоть по-прежнему изображает невозмутимую статую, но явно на взводе. Глория тоже слишком близко к сердцу приняла эту ситуацию, а Дерек, естественно, жену успокаивает. От обоих чем-то таким жутким веет, и идеально подстриженный газон на нашем пути на глазах чахнет. Не иначе сильные некроманты родятся.

И только мы с Рашем — островок спокойствия в этом хаосе. Впрочем, это если не присматриваться, глаза муж щурит очень характерно, значит, сердится, но не настолько, чтобы взорваться и натворить глупостей. Ну неудивительно, с Таналем он все-таки сдружился и сработался, трудно было бы этого не сделать, если мы постоянно одной командой такие глобальные проблемы решаем. Раш очень не любит, когда у его друзей проблемы.

Сама я кажусь себе спокойной, но где-то внутри ворочается глухое раздражение, толкая на неясные пока еще авантюры. Как бы в таком настроении мы не вернулись к первоначальным планам по похищению невесты. Это, вероятно, был бы более действенный метод, не факт, правда, что лучший.

Никаких дел у нас на сегодня больше не было, однако расходиться никто не спешил, чувствовалось, что у всех присутствует желание обсудить ситуацию.

— Не пойму, чего они добиваются, — проворчал Раш, сгребая меня в охапку и пристраивая у себя под боком на низком диванчике.

— Да тут как раз понятно. — Я рассеянно следила за широкими ладонями мужа, поглаживающими мой живот. — Пытаются прощупать Таналя, хотят понять, что он за тип и стоит ли отдавать за него дочь. Обычный имперец был бы им понятен, либо влюбленный романтик, либо охотник за приданым, а тут — слишком много странных для них факторов. Во-первых, представитель закрытой, но популярной сейчас в Империи планеты, во-вторых, король пусть и маленького, по нашим меркам, но королевства, а в-третьих, и вовсе не человек, извини, Таналь. — Эльф только равнодушно плечами пожал, а я продолжила свою мысль: — Даже не уверена, что тот пресловутый другой кандидат реально существует, или если и существует, то так хорош, как пытаются нас убедить. Иначе бы Анабель уже выдали замуж, как она ни сопротивляйся. Еще мы с Глорией — непростой аргумент, если уж девушек из высшей имперской аристократии выдали за арейцев (а про вашу договоренность и ситуацию с Войной Стихий вряд ли кто знает), это ясно указывает на политику сближения Империи с Арейлой, так что ссориться с Таналем они поостерегутся, особенно если дать понять, что не рожденный еще ребенок для тебя важен и ты очень неодобрительно отнесешься к тому, что его могут подвергнуть какой-либо опасности. Барон с баронессой пока не знают, что мы тут нелегально, а значит, жаловаться императору не можем, надо этим пользоваться.

— Выходит, переговоры? — словно бы у самого себя спросил Таналь, по его губам скользнула мимолетная хищная улыбка, тут же бесследно пропавшая.

— Переговоры. Полагаю, родители Бель до последнего станут уклоняться от прямого ответа и стараться тебя прощупать. И не важно, будут они принимать окончательное решение, руководствуясь благом любимой дочери или оценкой выгоды этого союза.

— Как у людей все… глупо, — фыркнул Раш мне в ухо. — Женщина должна сама решать, с кем быть, иначе что это за жизнь — постоянно ждать от обиженной жены кинжал в спину?

— Или яд в вино. Не все такие решительные и резкие, как орчанки. И потом, вот я, например, много ли решала, когда мы женились?

— Ты решала, — насмешливо возразил муж. — Единственная из всех, кто не согласился с навязанными условиями.

— Это своим побегом, что ли?

— Да, а потом я тебя переубедил.

— Помню, как ты переубедил. Заключил с сонной и ничего не знающей о ваших обычаях девушкой нерасторжимый брак, обманщик.

Мое неубедительное ворчание его только повеселило, зато и обстановку заметно разрядили. Я даже рассказала остальным, как Раш затащил меня, не до конца проснувшуюся, в храм, и пока я глупо хлопала глазами, пялясь на платье жрицы, подло женился. История всех повеселила.

На следующий день, отправляясь на новый раунд переговоров, мы пребывали в боевом настроении и полной уверенности их успешного завершения.

13

Впрочем, наше боевое настроение слегка поутихло, когда пришлось привычно вспомнить о вежливости. Право слово, я порой ненавижу этот унылый аристократический этикет, хоть и вынужденно признаю — от него нередко бывает и польза. Но сейчас, когда меня снедало нетерпение, а приходилось пить чай и говорить о погоде, потому что невежливо прямо с порога говорить о делах, пользы от этикета я никакой не заметила. К счастью, тягомотина закончилась, и мы наконец увидели Анабель. Надо сказать, зрелище это вызывало искреннюю жалость даже у меня, человека, по правде, не слишком сострадательного. С прошлой нашей встречи она словно бы потускнела и осунулась. Даже похудела заметно. Но хуже всего — глаза, пустой и обреченный взгляд заставлял содрогнуться, особенно если вспомнить, какой энергичной и непоседливой болтушкой была эта девочка еще совсем недавно.

Похоже на то, что она решила, будто жизнь кончена и ничего хорошего ее не ждет. Очень надеюсь, это не родительская забота довела Бель до такого состояния. Конечно, нередко родители ради блага своих детей, как они его понимают, безжалостно ломают им жизнь. Но мне почему-то иррационально казалось, что барон с баронессой — люди все-таки здравомыслящие, чтобы не совершать таких ошибок.

Впрочем, все это было лишь первым впечатлением и длилось всего минуту, когда Анабель вошла в комнату, не поднимая глаз и явно не желая общаться с гостями, но стоило ей только неохотно поднять взгляд и увидеть Таналя… Дальше все произошло так быстро, что мы даже удивились позже. Бель оглушительно взвизгнула и буквально прыгнула своему возлюбленному на шею, едва не сметая с пути всех остальных. Надо отдать эльфу должное, невзирая на свою кажущуюся хрупкость, он не только успел встать на ноги, но и устоять на них и даже принять на руки рухнувшее в его объятия тело. А потом этим двоим временно стало слегка не до зрителей.

Мы дружно и в изрядном ошеломлении созерцали увлеченно целующуюся парочку, а те словно напрочь забыли о существовании зрителей. Даже родители Бель не смогли удержать на лицах привычное доброжелательно-невозмутимое выражение, такого неподобающего поведения от вроде бы апатичной и равнодушной ко всему дочери они явно не ожидали. Да что уж там, вообще никто не ожидал.

— Кхм-кхм. — Леди Вероника деликатно прочистила горло, вынуждая влюбленную парочку все-таки оторваться друг от друга. — Дочь, ты ведешь себя крайне неприлично, не позорь нас перед гостями.

Судя по счастливой улыбке Бель, ей на все это в данный момент было глубоко плевать. Какие там приличия, какое подобающее поведение? Она больше не напоминала тень самой себя, наоборот, словно бы светилась изнутри от огромного счастья. Надеюсь, барон с баронессой все же любят свою дочь, чтобы принять это во внимание.

— Милорд, — напомнил барон, острый его взгляд, прошедшийся словно лезвие по счастливой парочке, был заметен даже сквозь привычный прищур, — вы собирались провести некую проверку…

— Что за проверка? — Анабель, не отлипающая от эльфа (тот, впрочем, и сам не спешил ее отпускать), тем не менее связи с реальностью не потеряла.

— Твои родители всего лишь пожелали убедиться, что ребенок действительно от меня, — невозмутимо ответил Таналь. Яростный прищур глаз Анабель, враз ставшей очень похожей на собственного отца, его ничуть не напугал. — Не волнуйся, я в этом и так ничуть не сомневаюсь, но если твоим родителям так важно в этом удостовериться, мы ведь не будем возражать, не так ли? Это простая магия.

И удивительное дело, она сразу же успокоилась, даже не успев разозлиться по-настоящему. Еще бы, Таналь и так-то умел быть потрясающе убедительным, а в данный момент он был убедителен почти гипнотически, к тому же невероятно самоуверен и невозмутим настолько, что не поверить ему или что-то возразить казалось просто невозможным. С магией это не связано, у нас всех имеются амулеты от воздействия на разум, это его личная харизма, которую Таналь так редко демонстрирует, однако подействовало не только на Анабель. На всех присутствующих.

Поэтому никто не возразил и не спорил, когда эльф сделал короткий пасс рукой и заключил:

— Да это мой ребенок, — и добавил почему-то на орочьем: — И он родится сильным магом, удивительно, но даже сильнее меня.

Орочий не знали только Бель и барон с баронессой, остальным даже амулеты-переводчики не нужны были. Действительно странно, ведь на этого ребенка Война Стихий, а значит, и повысившийся на Арейле магический фон влиять не должны были.

Я посмотрела названому брату в глаза и почему-то подумала: а если родители его возлюбленной все-таки не дадут разрешение на брак, смогут ли Таналь и Бель настоять на своем? У меня возникло стойкое ощущение, что в таком случае похищение невесты состоится прямо на глазах у родителей. Никакая сила сейчас не разлучит этих двоих.

С Анабель все было понятно, ей руководили эмоции — только что жизнь буквально рушилась на глазах, и вдруг появляется чудесная надежда вместе с любимым мужчиной, которого она уже и не надеялась увидеть. Что же касается Таналя… не отменяя чувств, была тут и прямая выгода. Неочевидная для любого имперца, не жившего на Арейле долго, наверняка родители Бель и вовсе этого не поймут.

Арейцы очень много внимания уделяют личной силе. Маг, любой, даже слабый, никогда не останется без работы и пропитания. А уж сильный маг, даже родись он крестьянином или бродягой, никогда не останется внизу социальной лестницы. Это просто невозможно — сила так или иначе требует выхода, и всегда найдется, как ее применить с выгодой для себя. А уж если ты аристократ или вовсе принц, большая магическая сила и подавно дает много дополнительных бонусов при старте.

Именно поэтому во время Войны Стихий на Арейле традиционно случается настоящий демографический бум. Несмотря на все риски. Несмотря на то, что далеко не все дети способны выжить в катастрофах планетарного масштаба. И многие не выживают. Несмотря на то, что вместе с большой магической силой, а то и вместо нее, ребенок может получить какую-нибудь очень неприятную мутацию. Волшебные глазки Таналя на этом фоне, честно говоря, — сущая мелочь. Бывают, к сожалению, вещи и страшней, намного страшней. И тем не менее возможность родить выдающейся силы мага перекрывает все риски.

А теперь посмотрим с этой точки зрения на ситуацию Таналя. Еще недавно он не мог себе позволить ребенка, не ухудшив собственного положения. Вряд ли он этого ребенка, конечно, и хотел, но, как и большинство его соотечественников, начиная от последнего нищего и заканчивая королем, знал, что потомством лучше обзаводиться именно в Войну Стихий, хочешь ты там детей или не хочешь — дело уже десятое. И потом, это принцу позволено тянуть с такими вещами, а для короля наследник — это уже дело не личное, а государственное.

Девушка, которую он любит и на которой готов жениться, беременна, и этого уже не изменить, но ребенок мог родиться не просто полукровкой, но, возможно, очень слабым магом или вообще не магом. Надо думать, Таналь это прекрасно понимал с самого начала, однако вопреки здравому смыслу готов был жениться, тем самым признав этого еще не рожденного ребенка наследником. Конечно, ничего этот ребенок не унаследовал бы в таком случае, потому что полукровка, да еще и без магии в любом случае прожил бы куда как меньше чистокровного эльфа. Разумеется, власть можно получить тем же способом, что и сам Таналь, да только эльфы за слабым полукровкой не пойдут, в некоторых вещах они потрясающе консервативны. То есть если подумать, Таналь при любом раскладе ничем не рисковал.

И тут внезапно — такая потрясающая новость. Будущий наследник предположительно может родиться даже более сильным магом, чем его отец. И это — с учетом того, что и сам Таналь, по меркам Арейлы, — уникум, подобные ему не в каждую Войну Стихий рождаются. А чтобы при такой силе — еще и без каких-нибудь очень заметных дефектов, так и вовсе не бывает. То есть его не рожденный еще сын (почему я, кстати, так уверена, что сын?) уникален.

Мне уже даже не хочется задавать вопрос, почему все так случилось. Почему Таналь, который столько времени ухитрялся избегать подобных ситуаций, хоть его активно подталкивали обзавестись потомством, смог проколоться буквально с первой встречной имперкой? Все это слишком странно, чтобы быть обычным совпадением, и чем дальше, тем больше я подозреваю, что пресловутая Война Стихий — всеобъемлющая сила, которая каким-то образом влияет на окружающий мир даже вне Арейлы, если там есть хоть кто-то, родившийся под ее покровительством. Может быть, Таналь, сам того не подозревая, является чем-то вроде проводника?

И такими же родятся мои близнецы и дети Глории. Кто-то из них, вероятно, станет часто бывать в Империи или и вовсе поселится здесь, вспомнить хотя бы намеки лорда Миринда на судьбу моей дочери. И не стоит еще забывать о драконах, которые стараются выводить потомство исключительно в Войну Стихий, а потом свободно болтаются по другим мирам. Они, кстати, теперь тоже знают дорогу в Империю. Господи, как подумаю обо всем, волосы дыбом встают, так и мерещится некая зловещая сила, постепенно захватывающая Вселенную.

Брр, хватит! Еще немного, и я так додумаюсь до совершенно нереальных ужасов.

Зря от разговора отвлеклась, между прочим. Пока я строила безумные теории, разгорелся нешуточный спор.

Анабель, видимо ощутив поддержку в лице своего возлюбленного, в категорической форме заявила, что теперь с ним ни за что не расстанется. Никакие увещевания родителей и попытки образумить на нее не действовали (Таналь лишь помалкивал, не вставая ни на чью сторону), а уж заверения, что это все — для ее же блага, и вовсе были лишними. Тут Бель, как говорится, закусила удила.

— Да плевать мне на это благо, что б вы в нем понимали! Нашли тоже счастье — выходить замуж за какого-то урода, которому нужно только мое приданое! А о моих чувствах вы подумали?! Я все равно останусь с Таналем!

Причину такого взрыва понять было несложно, вообще-то девушка она совершеннолетняя, так что влияние родителей должно быть ограниченно, но это, как говорится, в идеале. А на практике любые попытки бунта легко пресекаются угрозой отлучить от семьи и лишить содержания. Куда бы она делась без средств к существованию, жилья и наверняка без какой-либо профессии? Да еще и беременная. Конечно, и при таких условиях девицы сбегают из отчего дома, но это когда положение совсем уж критическое. Бель, видимо, до последнего надеялась, что ситуация разрешится каким-нибудь менее радикальным способом. Ну и о воспитании не стоит забывать, все же не так просто отказаться от того, что было частью твоей жизни с самого рождения. А тут — Таналь. Но Анабель все-таки отчаянная, это мы знаем, что братец готов был выкрасть невесту вопреки воле родителей и любым санкциям с их стороны и уже не отступится от своих намерений. Она-то в этом быть уверена не может.

Леди Вероника, очевидно, думала так же, потому что ее вопрос прозвучал ехидно:

— И в качестве кого же ты намерена с ним остаться, позволь спросить?

— Да хотя бы в качестве любовницы! Таналь, ты ведь возьмешь меня без титула и приданого? — И глазки такие умильные, ресничками на него хлоп-хлоп, у его эльфийского величества тут же инстинкты взыграли, обнять покрепче и к себе прижать.

Таналь-то, понятно, возьмет, и даже не в любовницы, это, по-моему, даже барон с баронессой уже осознали, тем более он и руки Анабель у них просил. Но что-то Бель разошлась не на шутку. Притормозить ее, что ли, немного? А то ведь рассорится сейчас с родителями, а ведь мы их уже почти уговорили. Ну, мне, во всяком случае, так кажется.

— Давайте успокоимся все, — решаю все-таки встрять в зарождающуюся семейную ссору. Пока я размышляла, делать это или нет, спорщики перешли уже к совсем бессвязным, но очень эмоциональным аргументам вроде «вы меня совсем не любите, вы мне жизнь ломаете», «да ты сама себе уже все сломала». — Бель, не спеши ссориться с родителями, это всегда успеется, дай сначала Таналю шанс с ними договориться.

— Да что тут договариваться, — махнула рукой Анабель, как-то разом сникнув и тесней прижавшись к эльфу. — Они уже все решили. Выдать замуж — и никаких вариантов, а что женихи один другого отвратительней, так это я привередничаю.

— Ну, вот за Таналя и выйдешь. Он-то тебя полностью устраивает, так?

— А разве… ты ведь женат? — слегка растерялась Бель.

Да, а ведь в прошлый раз Таналь действительно был еще женат, и Анабель совершенно серьезно соглашалась на роль любовницы. Собственно, если бы не внезапная беременность, то даже ее родители против такого положения вещей не очень возражали бы. Среди аристократов, где договорной брак — в порядке вещей, а браки по любви — почти нонсенс, наличие официальной любовницы или любовника не считается чем-то зазорным или марающим честь честной женщины. Если этим не кичиться, конечно. Несколько лицемерно, конечно, осуждать за одно и поощрять другое, но что поделаешь, многовековые традиции, мало кто вообще задумывается о таких противоречиях. Тем более в этом есть своя логика, высокое общество никогда не любило бастардов, от них порой слишком много проблем. За это и меня никогда не любили, пусть даже титул признал сам император.

Но возвращаясь к вопросу Анабель. Никто не успел ей сообщить, что с последней их встречи семейное положение Таналя слегка изменилось.

— Сейчас я вдовец, — ответил эльф на невнятный вопрос. — И пришел сюда специально, чтобы просить твоей руки.

Бель просияла неподдельным счастьем, а вот у старшего поколения семьи Корн на миг одновременно вытянулись лица. Очень скоро они вернули себе добродушные маски, но я примерно догадывалась, о чем в этот момент подумали родители Бель. Когда Таналь сказал мне о смерти своей супруги, я тоже засомневалась, не сам ли он?.. А потом решила для собственного спокойствия не думать об этом и даже не вникать. Есть вещи, которые о друзьях лучше не знать. Точка.

Надеюсь, Бель ни о чем таком никогда не задумается. Она, конечно, девушка благоразумная, однако сомнения порой очень вредят отношениям.

А когда все успокоились, переговоры пошли по новому кругу. Анабель, заручившись поддержкой Таналя, убедительно и аргументированно доказывала, что лучше всего ей будет замужем за любимым мужчиной. Какие только аргументы не шли в ход, начиная с того, что Бель грозилась в любом случае остаться с Таналем даже в качестве отлученной от семьи бесприданницы, и заканчивая ребенком-полукровкой и будущим сильным магом, которому не место в Империи. Напирали также на отсутствие других достойных кандидатов, равных по положению. «Вы же не хотите отдать дочь за какого-нибудь проходимца или охотника за богатым приданым?» — в сотый раз спрашивала Бель. Как-то плавно и незаметно речь зашла о выгодах от вложений в совместный бизнес, тут уж я и вовсе потеряла нить разговора, слегка удивляясь, как Таналь ловко ухитрился сменить тему и увлечь ею не только барона, но и всех мужчин. Притом так, что я даже и не заметила этого.

Одно было ясно — барон с баронессой все-таки поддавались уговорам, и оставалось только получить их официальное согласие. Я начала робко надеяться, что сегодня мы с этим справимся, но это было бы слишком просто для нас, не так ли?

Сперва ничего, как говорится, не предвещало. Переговоры шли вполне успешно, барон, в отличие от все еще сомневающейся жены, был уже на все согласен. Таналь даже ухитрился убедить того вместо приданого Бель вложиться в наши закупки, заявив, что при меньших затратах так будет даже более выгодно. Между прочим, прав полностью, специи в Империи стоят сущую мелочь, можно закупать тоннами, а излишек (теперь полностью его доля, ведь до сих пор все покупалось только на наши с Глорией средства) Таналь может продать. Да хотя бы тем же темным и светлым эльфам. Учитывая, насколько сейчас востребованы на Арейле любые средства защиты и профилактики эпидемии, на этом можно просто озолотиться.

Кроме того, вложившись в общее дело, Таналь получал несколько более равное с нами партнерство, а то до сих пор выходило, что он отправился с нами в Империю больше за компанию и чтобы решить свои личные дела. Не то чтобы кто-то из нас собирался его в этом упрекнуть или еще что-то, но, думаю, ему самому была не слишком приятна такая ситуация.

И пусть баронесса еще колебалась, ее муж уже был готов дать согласие на брак прямо сейчас. Только услышать этого мы, к сожалению, не успели. Электронный дворецкий сообщил о появлении гостя.

— Мы никого не ждем, — слегка удивился барон.

— О, это, должно быть, Эдвин. — Леди Вероника, напротив, ничуть удивлена не была. — Он узнал, что Бель сегодня приедет, и попросил разрешения навестить, я не сочла нужным отказывать.

Вопрос, каким образом этот самый Эдвин узнал о появлении Анабель, если еще вчера об этом знали только ее родители, баронесса изящно оставила за кадром.

— Мама, зачем?

— Но это же твой друг, дорогая! — «не поняла» возмущения дочери леди Вероника.

Бель радости от предстоящей встречи не проявила, видимо, с «другом» там не все так просто. Очередной кандидат в женихи? Впрочем, сейчас и узнаем.

Вошедший в гостиную парнишка выглядел намного моложе Бель, хоть и был, судя по всему, ее ровесником. Есть такие люди, которые долго выглядят очень юно не потому, что с внешностью повезло, а благодаря внутреннему мироощущению и характеру. Конкретно этот парнишка, сверкающий блондинистой шевелюрой и чистыми голубыми глазами, с пухлыми, явно улыбчивыми губами, вызывал стойкие ассоциации то ли с ребенком, то ли с этаким проказливым херувимом.

Гость вежливо и витиевато поздоровался с хозяевами, было заметно, что они хорошо знакомы и он часто бывает в этом доме, сверкнул ослепительной улыбкой в сторону Анабель и уже куда более настороженно поздоровался с остальными. А вот узрев Таналя, столь естественно обнимающего Бель за талию, что даже ее родители незаметно перестали обращать на это вопиющее безобразие внимание, потемнел взглядом и вдруг выдал длинный прочувствованный спич.

Суть сей эмоциональной и слегка высокопарной речи сводилась к тому, что Таналь — бесчестный подлый тип, соблазнивший (и откуда узнал, что именно Таналь, а?) невинную девушку и бросивший ее в тяжелом положении. А этот чистый и по-прежнему невинный (гм?) цветок достоин лучшего, чем инопланетный подлец.

Глядя на пылающего гневом юнца, я вдруг в свои тридцать с небольшим ощутила себя старой, опытной и местами немного циничной тетенькой. Даже плечами повела зябко, сбрасывая странное наваждение. А леди Вероника — изрядная стерва, ее уши торчат из всей этой ситуации настолько явно, что это даже скрывать бессмысленно. Если Бель со временем станет такой же, как ее маменька, можно считать — Таналю повезло с королевой. На этой должности нежные фиалки не выживают.

Завершился длинный спич юнца… вызовом на дуэль.

И почему я не удивлена?

— Эдвин, ты что творишь? — первой высказалась после наступившей паузы Бель. Прозвучало, скорее, обреченно, чем сердито, словно такой выходке она совсем не удивилась.

— Я должен вступиться за твою честь!

У меня задергался глаз. В голове не укладывалось, что это не какая-нибудь игра, а кто-то всерьез, искренне веря в свою правоту, может нести подобную чушь. Господи, мальчик явно рыцарских романов перечитал. Неужели в нашем мире еще не перевелись такие наивные идиоты?

Бель только лицо ладонью закрыла, невнятно что-то пробормотав. Таналь ухмыльнулся. Барон с баронессой поглядывали на парня со снисходительным терпением, им явно подобные концерты не в новинку.

— Эдвин, ты идиот! Чего ты этим добиваешься? — попыталась воззвать к голосу разума Бель.

— Я просил у леди Вероники твоей руки.

— Господи, за что?! — экспрессивно вопросила Анабель в пространство.

Раш закашлялся, безуспешно пытаясь скрыть прорывающийся хохот, мы с Глорией старательно отворачивались, и только у стойкого невозмутимого Дерека один уголок губ так и норовил сползти в кривую ухмылку, с чем он с переменным успехом боролся.

Все это, конечно, очень весело, впервые в жизни встречаю такую искреннюю, ничем не замутненную наивность, разбавленную изрядной долей пафоса. Как это чудное создание до совершеннолетия дожило с подобным мировоззрением? Но вообще-то он, сам того не зная, создал нам крупные проблемы. С одной стороны, дуэли в Империи не запрещены, с другой — не слишком популярны, считается, что проблемы таким образом решают лишь восторженные и излишне романтичные юнцы. В молодости, впрочем, почти любой аристократ успевает поучаствовать в одной-двух дуэлях, а в зрелости этого принято слегка стесняться, примерно как неприличного поведения во время пьянки. И считается весьма некрасивым вызывать на дуэль представителей старшего поколения, за отказ в таком случае никто не осудит. Скорее, будут осуждать наглого юнца за неуважение к старшим и вопиющую невоспитанность. Это я к тому, что Таналь мог бы с легкостью отказаться без какого-либо ущерба для чести и репутации, но он ведь не откажется. Потому что на Арейле дуэль — самый обычный способ решения любого спора, а уж не принять вызов на поединок за честь любимой женщины — и вовсе позор. В этом-то и проблема, потому что дуэль положено регистрировать!

Ну почему этого балбеса не принесло хотя бы на полчаса позже? Мы бы к тому времени, уверена, уже обо всем договорились.

Регистрация, возможно, пройдет и на фальшивые документы (ой, я не стала бы рисковать все равно!), она чисто формальная, без особых проверок, насколько я знаю. Зато наблюдатель, следящий за соблюдением правил и законов, будет самый что ни есть настоящий. И это бы ладно. Только вот очень я сомневаюсь, что лорд Миринд оставил подружку Таналя совсем уж без присмотра, это было бы с его стороны крайне непрофессионально. А в профессионализм лорда Миринда я верю твердо и даже постоянно подозреваю, что нас, кучку дилетантов, уже давно вычислили. В любом случае, если и нет за Бель постоянного наблюдения, то уж такая новость, как дуэль из-за нее, мимо лорда точно не пройдет.

Я лихорадочно соображала, как исправить ситуацию. Таналя уговаривать не принимать вызов бесполезно, это ясно. То есть если бы нашлось время ему все как следует объяснить, возможно, и удалось бы уговорить, что отказ от этой дуэли его чести не ущемит. Таналь практичный и здравомыслящий, но времени и возможности поговорить без свидетелей у нас как раз и нет.

Значит, нужно заставить отказаться от дуэли этого пылкого юношу.

Какая-то идея в голове крутилась, но ухватить ее никак не получалось. Этому особенно мешало взбешенное шипение Бель на «друга», которому вдруг взбрело заявить, что он готов жениться на ней хоть не сходя с места и признать ребенка своим. Я заметила, как на это громкое заявление поморщилась баронесса, словно уксуса хлебнула. Интересно, не ее идея? Вообще-то если бы это было сказано до того, как Таналь магически проверил свое отцовство (и если бы он в нем сомневался), случился бы конфликт. Может быть, в этом и была задумка, да исполнитель подкачал? Не поймешь теперь.

Бель же, забыв об аристократическом воспитании, едва не растерзала нахала на месте. Если бы не эльф, удержавший обозленную возлюбленную, быть бы самозваному жениху битым или как минимум с расцарапанным лицом.

Но нашу проблему все это никак не решало, тем более Таналь уже ответил согласием на вызов, причем в язвительной манере. Хотя «жених» мог бы и понять, что ему тут не рады, ведь Анабель, для которой он чуть ли не подвиги готов совершать, на него буквально нарычала. Взрослый и разумный человек наверняка догадался бы, что это все глупо выглядит, смог бы обернуть всю эту нелепую ситуацию в шутку и отказаться от дуэли. Этого же юнца ущемленная гордость наверняка подталкивает настаивать на своем, невзирая ни на что. Значит, нужно, чтобы дуэль эта была для его гордости чем-то худшим уже произошедшего. А претензии пусть потом баронессе предъявляет, если это действительно ее рук дело.

К счастью, в некоторых случаях Глория соображает гораздо лучше меня, особенно если дело касается аристократических традиций. Знать и даже выучить наизусть вовсе не означает уметь пользоваться легко и непринужденно.

— Молодой человек, — вдруг сказала подруга, до того о чем-то шептавшаяся с мужем. — А вы не боитесь опозориться с этой нелепой дуэлью на всю Империю? После нее, пожалуй, за вас не только леди Анабель не выдадут, но и последняя простолюдинка браком с вами побрезгует.

— С чего бы?

Бель вдруг расширенными глазами посмотрела на Таналя и прикрыла рот ладошкой, судорожно пытаясь сдержать прорывающееся хихиканье. Баронесса весьма неодобрительно зыркнула на совсем позабывшую о манерах дочь, но кого бы это сейчас волновало?

Одна я пока ничего не понимала, ну и Раш с Таналем, наверное, тоже.

— Ну как же, — со снисходительной насмешкой поддержал жену Дерек, — вызывать на дуэль кого-то настолько старше себя… Выиграете вы (в чем я, признаться, сильно сомневаюсь) или нет, но сомнительную славу виконта Кармера, вызвавшего на дуэль своего дедушку, вы переплюнете надолго.

Вот о чем они шептались. Дерек этой старой истории знать никак не мог.

— Настолько старше? — возмутился Эдвин. — Да он максимум лет на десять старше, традиции позволяют…

— В самом деле, — поддержала баронесса не слишком уверенно (она-то понимала, что срок жизни у представителя другой расы может быть иной). — Милорд выглядит молодо…

— Не на десять, а раз в десять! — перебила Анабель. — Это даже больше кармеровского дедушки, а о той дуэли уже почти полвека помнят!

— Боюсь, малыш, ты несколько ошиблась с цифрой, — мягко возразил Таналь.

— Что, меньше? — слегка разочаровалась Анабель. — Ну все равно, это против правил, пусть и так эпично.

— Больше, — веско обронил Таналь. — Я старше этого юноши раз примерно в тридцать… с хвостиком. Эльфы живут долго.

О, то есть ему примерно… Эдвину, видимо, двадцать, как и Бель, Таналь должен был родиться в Войну Стихий, позапрошлую… шестьсот шестьдесят? Забавно, но я до сих пор не поинтересовалась его точным возрастом, да и с Бель Таналь, похоже, раньше об этом не говорил, ограничившись туманными фразами про эльфийское долгожительство.

У Эдвина же сделалось такое лицо… Тоже, видимо, в уме хорошо умножает. По лицу «жениха» прямо-таки можно было прочесть все мысли, сейчас забредшие в эту поистине блондинистую голову. С одной стороны, попранная гордость требовала отмщения. Да и как же подвиг во имя прекрасной дамы? Недостойно отказываться. А с другой — стать посмешищем для всей Империи и войти в историю наравне с незабвенным виконтом Кармером (пусть на самом деле в этой нашумевшей истории дело было не только в возрасте вызванного, а еще и в том, что старший Кармер страдал повышенным весом, и дуэльную шпагу в руках держал лишь в юности) ему хотелось меньше всего. Даже этот наивный идеалист должен понимать, что жизнь такая слава ему испортит капитально, и уж брака с Анабель, ради которого все это и затевалось, ему точно не видать.

Интересно, что победит, гордость или здравый смысл?

Невооруженным глазом было видно, что борьба в сознании Эдвина идет просто нешуточная, и здравый смысл таки медленно проигрывает. Потому что, помимо гордости, там явно был еще и до сих пор не выветрившийся юношеский максимализм, а также глупые идеи о том, что отказ от дуэли есть нечто позорное и недостойное. Я прямо чувствовала: еще немного — и он примет неправильное решение, сулящее нам множество неприятностей. Срочно нужны были еще какие-нибудь убедительные аргументы, и они у меня даже имеются. Непонятно только, сработает ли или парень окончательно закусит удила вопреки любым разумным доводам. Хорошо бы, конечно, все это озвучила Бель, эффект наверняка был бы значительно лучше, чем услышать подобные вещи от меня, незнакомой тетки, чье мнение его по большому счету не интересует. Но придется, к сожалению, обходиться тем, что есть, мысли свои транслировать я еще не научилась.

— Молодой человек, — ох как его перекосило от этого обращения, ну ничего, пусть терпит, — прежде, чем вы примете поспешное решение, которое впоследствии невозможно будет исправить, позвольте обратить ваше внимание на некоторые нюансы. В случае вашего отказа от дуэли об этом будут знать лишь присутствующие, причем мы все можем дать слово, что никто эту информацию дальше распространять не будет. Уж не говоря о том, что, кроме барона и баронессы, присутствующих вы, скорее всего, видите в первый и последний раз в жизни. Но если эта дуэль все же состоится и вы проиграете, а вы проиграете, поскольку его величество Таналь, как вызванная сторона, имеет право на выбор оружия, и клинком он, поверьте, владеет виртуозно. — Вообще-то я понятия не имею, насколько Таналь в этом хорош, но аристократ, не знающий, с какой стороны браться за меч, на Арейле нонсенс, даже если он при этом один из сильнейших магов мира. А уж при эльфийском долгожительстве и опыте… — Так вот, если дуэль все же состоится, я лично позабочусь, чтобы эта нелепая история прогремела на всю Империю и дошла до самого императора. В самом неприглядном для вашей репутации варианте, благо тут даже придумывать ничего особо не нужно.

Самое забавное, что в данном случае я даже не блефовала. Если мы из-за этого остолопа так засветимся, то не будет уже никакого смысла таиться, и я просто из вредности сделаю так, чтобы он всю оставшуюся жизнь жалел, что не отказался от этой глупой дуэли. Благо возможностей для этого, особенно если больше не придется прятаться от имперских спецслужб, у меня предостаточно.

Наверное, я была на редкость убедительна, и ничего удивительного, этот долгий разговор меня уже давно утомил. Ко всему прочему, внезапно разболелись спина и голова. А детишки в моем животе, очевидно, решили, что сейчас самый подходящий момент начать активно двигаться, и резво пинали маму куда попало. Единственное, чего мне сейчас хотелось, — закончить все это поскорее и прилечь где-нибудь в тишине, желательно — с мужем под боком. Собственно, если бы не Раш с его молчаливой поддержкой, я бы уже, наверное, не выдержала. Но и так настроение постепенно все ухудшалось, а в таком состоянии я весьма злопамятна и мстительна, потому угрозы получились уж очень прочувствованными. Наверное, все присутствующие ощутили, как мне на самом деле хочется их осуществить, дайте только повод.

Эдвин, несмотря ни на что, ситуацию все-таки оценил правильно, пусть и после дополнительного пинка, краснел, бледнел, но от дуэли все-таки отказался. Затем торопливо попрощался и сбежал. А практически сразу вслед за этим поспешным отступлением барон бросил на недовольную жену предупреждающий взгляд и торжественно дал свое родительское позволение на брак. Анабель сияла от счастья, Таналь просто выглядел довольным. Ну слава богу, хоть с этим разобрались! Я уж и не чаяла.

И мы наконец отправились обратно в свой мотель, оставив Таналя улаживать разнообразные нюансы. Проблем у нас оставалось еще много, та же свадьба могла оказаться задачкой как бы не похуже дуэли. Но пусть со всем этим сегодня разбирается кто-нибудь другой.

И что самое интересное — ведь разобрались! Не нужны им были больше наши с Глорией постоянные консультации и подсказки. Следующие два дня мужчины попеременно исчезали куда-то по своим загадочным делам. Кто-то один постоянно оставался с нами в качестве охранника, но они регулярно менялись, иногда — по несколько раз в день. Большую часть времени мы или сидели у себя в номере, или просто гуляли, ходили в кино, совершали набеги на магазины с детскими товарами, запасаясь тем, чего на Арейле не достать. Временами к нам присоединялась выпущенная из-под домашнего ареста Анабель. И она, кстати, тоже не имела не малейшего понятия, чем таким занимается ее жених, но деятельность мужчины развили бурную.

Я немного подумала и решила махнуть рукой на выяснение подробностей, по итогам все и так узнаю, а сейчас меня вполне устраивал спокойный отдых. Впервые собственное любопытство вместе с неизменным шилом взяли отпуск, и лишний раз суетиться было откровенно лень. Тем более мужчины уже вполне вникли в имперские реалии, и можно было перестать приглядывать за ними, чтобы поправлять на каждом шагу. Раш в местную полукриминальную среду и вовсе вписался как родной, обзаведясь приятелями и полезными связями не только среди местных районных гопников, но и среди личностей куда посерьезней. У него за несколько дней появился даже некий авторитет среди этих ребят. Впрочем, орк есть орк, сколько ни прячь под иллюзией, а хищная первобытная сила все равно прорывается наружу и ощущается на уровне инстинктов.

А вообще, что касается конспирации и попыток затесаться среди рядовых имперцев… Может, это паранойя, но я по-прежнему сомневаюсь, что люди лорда Миринда нас до сих пор не вычислили. Все-таки никто из нас не обладает навыками профессионального шпиона, и даже мой невеликий опыт тут мало что дает. Я знаю, как водить за нос правоохранительные органы, но и то в конечном итоге почти попалась, а такие серьезные спецслужбы, как Тайная канцелярия, — это уже совершенно другой уровень. И не очень-то мы умело скрывались, если уж на то пошло. Если не видим собственных промахов, это не значит, что их не было совсем. Даже я, если спокойно сесть и обдумать все наши действия, пожалуй, найду несколько. Так что не поручусь, что прямо сейчас за нами уже не ведется скрытое наблюдение. А раз так, то суетиться уже поздно.

Почему только слежка в таком случае, а не, скажем, арест? Ну, это тоже вполне можно объяснить. Наверняка лорду Миринду хотелось бы знать, каким образом мы проникли в Империю, минуя единственный существующий портал, и с какой целью. Изолировать же нас, чтобы избежать распространения иномирной заразы, уже поздно, да уже наверняка и выяснили, что не заразные мы. Впрочем, это все лишь разминка для ума, я, честно признаться, слабо себе представляю, как именно действуют и принимают решения подобные серьезные спецслужбы.

Наверное, если наблюдение все же существует, мы весьма озадачили аналитиков Тайной канцелярии, закупка не самых дорогих специй в промышленных масштабах и сватовство — это явно не то, ради чего стоило бы разводить такие сложности с нелегальным проникновением в Империю. Особенно — для фактически первых лиц союзных государств, наверняка с точки зрения того же лорда Миринда любой вопрос можно было решить с помощью дипломатии. А мы почему-то дружно отвергли этот вариант, даже не обдумывая. Банда авантюристов.

Своими странными идеями, больше похожими на приступ паранойи, я ни с кем делиться не стала, потому действовать мы продолжали исходя из того, что еще не обнаружены.

После двух дней загадочной деятельности мужчин Таналь в одиночку (было решено, что не стоит гулять там целой толпой, только внимание привлекать) отправился договариваться с драконами о новом месте и новом сроке открытия портача, чтобы забрать груз. Для этого хорошо подходило дальнее поместье родителей Анабель, где еще недавно держали под домашним арестом ее саму. Там же планировалась и свадьба в скором времени.

Между прочим, поместье это находится на другой планете, а значит, хитрый эльф для взятия координат должен был там побывать. Прошел портал с фальшивыми и не слишком надежными документами и не попался?

Забавно, но сейчас мне совершенно не хотелось отловить братца и начать немедленно вытрясать из него подробности. В конечном итоге я их и так узнаю, а вот это блаженное состояние отдыха мне очень нравилось. Последние полгода выдались настолько насыщенными разнообразными событиями, что в них, казалось, уместилась целая жизнь. Прежние мои эскапады со всеми этими криминальными глупостями и даже так любимый альпинизм по сравнению с нынешней жизнью казались всего лишь обычными развлечениями скучающей аристократки. А ведь до попадания на Арейлу я искренне считала, что отличаюсь от всех этих аристократических снобов. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что все выглядит совсем иначе. И несколько по-настоящему спокойных дней воспринимаются как подарок судьбы, а не короткий скучный отдых перед очередным приключением. Взрослею, что ли?

Глория, впрочем, передышку тоже восприняла с энтузиазмом. Так что мы во всем происходящем принимали минимальное участие, отдали лишь распоряжение, куда доставить весь закупленный груз, и с чистой совестью предоставили мужчинам и дальше самостоятельно со всем разбираться.

После переговоров с драконами Таналь, прихватив Раша, смылся в неизвестном направлении. Как позже выяснилось, муж мой времени даром не терял и всего-то за несколько дней нашего пребывания в Империи через своих новых приятелей вышел на местных мелких контрабандистов. А Таналь быстро придумал, как использовать это знакомство к обоюдной выгоде. Дело в том, что он уже почти освоил драконью магию порталов и был уверен, что вскорости разберется в этом окончательно, тем более и сами драконы должны были помочь в качестве платы за оказанную услугу. Пусть по большей части для эльфа это навсегда останется только теорией, собственных сил для построения межмировых порталов ему не хватит, однако он был уверен, что с древним эльфийским накопителем портал в Империю открыть все же получится, хоть через него ничего габаритного и не протащишь, но те же амулеты или зелья весят немного, а стоят в Империи бешеных денег. К тому же почти все товары с Арейлы оседают у высшей аристократии, простые граждане иномирной экзотики и не видят. Империя огромна, и такой маленький мир, как Арейла, просто физически не способен обеспечить всех желающих, даже если бы пропускная способность единственного портала позволяла. Тем больше прибыль даже от совсем мелкой контрабанды.

Раш, не будь дураком, потребовал свой процент за посредничество. Небольшая, а прибыль оркам пригодится. Да и Таналь не жадничал. Впрочем, пока это всего лишь проект, но очень уж перспективный.

Как бы то ни было, добираться до поместья Корнов нам пришлось втроем, думаю, Таналь, будь такая возможность, и Дерека себе в помощь утащил бы, слишком скорая свадьба требовала очень большой подготовки, но оставить нас совсем без присмотра мужчины не решились.

Ко всему прочему, выяснилось, что наши маги почти с того момента, как оказались в Империи, потихоньку экспериментировали со своей магией, анализировали и снова экспериментировали. Я заметила, что этот творческий тандем на изумление эффективен и способен выдавать практически гениальные решения в короткие сроки. Подозреваю, Дерек с Таналем и сами это поняли и теперь вовсю пользуются. Вынужденные постоянно контролировать свою магию, чтобы не ломать все вокруг просто своим присутствием, они волей-неволей стали разбираться, какое магическое воздействие сожжет всю электронику в пределах магического поля, какое сломает конкретный прибор точечно, а какое вызовет лишь небольшой сбой в работе. Да, магия не всегда одинаково действует на технику, иначе имперцы с арейцами не могли бы взаимодействовать нормально, все подряд ломалось бы просто от одного присутствия мага рядом, ведь те какое-то количество энергии постоянно излучают.

Суть в том, что в процессе экспериментов наши маги случайно открыли — если особым, очень заковыристым способом структурировать свою магию, создается некое поле помех, способное дурить практически любые приборы так, что они перестают воспринимать мага как физический объект, и не только визуально, но и по другим параметрам, таким, как масса тела или излучаемое тепло. Хотя, полагаю, разницы нет никакой, если все это измеряют приборы, в которых магией устраиваются мелкие сбои. Человека таким образом, естественно, не обманешь.

Углубленно разбираться, на каких принципах все это работает, у наших гениев пока не было времени и возможности, для более детальных исследований им нужен был кто-то, хорошо разбирающийся в работе имперской техники, в частности — наноботов. Но пользоваться своим случайным открытием это им нисколько не мешало, хотя и требовало просто-таки чудовищного контроля магии, всей, до самой капельки. Ну, я подозревала, что далеко не все можно так обмануть, да и остается вероятность отследить эти микросбои по косвенным признакам, но и это требовало экспериментальной проверки.

Словом, Дерек и Таналь теперь могли без всяких документов гулять хоть по всей Империи. Теоретически могли: чтобы пройти в телепорт, необходим кто-то с документами, совершенно легально идущий по нужному адресу и не обращающий внимания на странного попутчика. Но это уже совершенно незначительная проблема, особенно учитывая, что после некоторой тренировки эти два умника наловчились протаскивать с собой еще одного человека, на большее сил и контроля магии не хватало даже у этих двух гениев. И почему мне упорно кажется, что в качестве подопытных кроликов в экспериментах с удовольствием участвовали те самые контрабандисты?

Глория у нас, к счастью, с совершенно легальными документами и ни от кого не прячется, а мы с Дереком — за ней прицепом. Благо на таких вокзалах все автоматизировано, никаких живых сотрудников и никаких ограничений по массе и габаритам. Проплачиваешь, как дополнительный ручной багаж, и хоть контейнер с собой тащи, если денег, конечно, не жалко.

Дерек после, правда, выглядел так, словно сутки мешки разгружал, а я на несколько минут почувствовала себя замотанной в тонкую, но очень прочную пленку. Показалось даже, что она и воздух не пропускает, а может, и не показалось вовсе, но ощущение, признаться, слегка пугающее. Сложно представить, каких усилий это все стоило Дереку, все-таки прикрыть так кого-то другого своей магией наверняка на порядок сложней, чем самого себя. Пусть я в подобных вещах практически не разбираюсь, но даже я понимаю, что это на грани фантастики.

В поместье царила предпраздничная суета, на скромную свадьбу родители Бель были категорически не согласны, потому ожидалось много гостей и пышное празднество. И потенциально много проблем для нас, хотя Таналь заявил, что у него есть план. План был прост до невозможности и столь же дерзок. Жениться он, разумеется, должен был под своим именем, иначе это не имело никакого смысла, но Таналь подгадал сроки так, чтобы драконы открыли портал в самый разгар торжества, когда все официальные церемонии уже закончены и брак считается заключенным, но гости уже слегка пьяные, а праздник — на самом пике. Тогда очень легко тихонько исчезнуть. Правда, с последним пунктом была категорически не согласна Анабель, потому что по этому плану ее предполагалось оставить в Империи. Во-первых, она вообще не хотела расставаться, а во-вторых, выходило очень уж некрасиво, если новоиспеченный муж исчезает прямо со свадьбы, оставляя беременную жену на неопределенный срок.

По этому поводу у них вышел небольшой скандал, не знаю, до чего договорились, но очень уж довольное лицо у Бель. Есть у меня подозрение: исчезать мы будем всей компанией.

Забавно, но все вышло по плану. Свадьба была… ну, как обычная свадьба. Много гостей, много веселья. Таналь в светлом костюме и неизменных темных очках почему-то еще больше, чем обычно, выглядел отпетым хулиганом, наверное, этому способствовала порой мелькающая на его губах предвкушающая ухмылка. Анабель в изумительном белом платье сияла всепоглощающим счастьем и юной свежестью. Предъявление настоящей бумажной грамоты с титулом и прочими завитушками вместо привычного чипа при регистрации брака вызвало настоящую оторопь и еще прибавило градус сумасшедшинки всему происходящему. А потом был феерический побег прямо в разгар торжества. Таналь, не иначе на волне какого-то куража, сорвал очки, полоснув по гостям своими колдовскими глазками. Пока те отходили от короткого оцепенения, мужчины подхватили нас на руки, запрыгнули в припаркованный в стороне электрокар, и мы под веселые визги и хохот понеслись полями куда-то через всю территорию поместья.

А там, в самом дальнем уголке, подальше от любопытных глаз гостей, пристроились ровные ряды контейнеров, которые нужно было разогнать и направить в открывшийся портал, а потом нырнуть следом на разогнавшемся электрокаре и едва не влипнуть в беспорядочную кучу контейнеров, у которых после прохождения магического портала напрочь повырубало все двигатели. И какое счастье, что электрокар физически не способен развивать большие скорости, а у Таналя, сидевшего за рулем, реакция — как у профессионального гонщика. Страшно не было, были лишь пьянящий кураж и веселье.

Дома наконец-то!

14

Я ожидала, что по возвращении домой на нас традиционно навалится очередная порция проблем. Ну что поделаешь, Арейла вообще специфическая планета, а уж в нынешний-то неспокойный период…

Ошиблась. Никаких проблем, как выяснилось, то есть никаких новых и неразрешимых, а старые, оказывается, начали потихоньку рассасываться.

С самого начала все пошло спокойно и рутинно. Привезенные специи (так и тянет сказать: «добычу») мы честно поделили, как договаривались. Получили от драконов оговоренную плату — фантастических, даже для этого нелогичного магического мира, размеров сапфиры. Такие, пожалуй, и не в каратах меряют, а сразу в килограммах. Я, признаться, и не подозревала, что в природе могут существовать драгоценные камни величиной со средний арбуз, и не в одном экземпляре, как уникальная редкость, а сразу в трех. Впрочем, может, они и не природные вовсе, драконы с этими камнями расстались легко, хотя потом и выяснилось, что изрядно переплатили, во всяком случае, по меркам любого разумного в этом мире. Кроме самих драконов. Потому что ценность этих камней была вовсе не в размерах, или, точнее, размеры были не главным. Особенность состояла в том, что именно эти сапфиры способны впитывать в себя магию, что присуще далеко не всем драгоценным камням и даже не всем сапфирам. Вследствие чего эти экземпляры становятся ценнейшим ресурсом для создания стационарных магических накопителей. Нет, можно и для множества мелких, если распилить. Но кто ж такую вещь пилить додумается? Ведь чем больше камень, тем больше емкость накопителя. И да, в природе драгоценные камни такого размера все-таки существуют (на Арейле, по крайней мере), однако найти подобный — большая удача, а уж чтобы он при этом оказался без изъянов и с нужными уникальными свойствами не просто удача, а чудо. Такое за всю историю Арейлы, может, раза два всего и встречалось. А драконы то ли нашли мир, где подобное вовсе не редкость, то ли сами их как-то создают (выращивают?), неизвестно. Открывать свои секреты они, понятное дело, не стали. Так или иначе, но для накопителей эти сапфиры подходили идеально, а искусственные или натуральные — уже мало кого волновало. В Империи могут вырастить искусственные камни любого размера, они пользуются большой популярностью у арейских магов, но все же более чем на порядок хуже драконьих.

Дерек с Таналем на свои камни чуть ли слюной не капали. Раш с блаженной улыбкой на вновь вернувшейся клыкастой физиономии от них не сильно отличался. И я его в общем-то понимала. Даже если эта штука нам не понадобится (но я не стала бы зарекаться, строятся новый город и княжеский дворец, накопитель там нужен, хотя бы для охранных систем), то все равно стоит она столько, что представить страшно.

Ох, чувствую, контрабанде из Империи и обратно теперь точно быть.

Драконы после расчета любезно отправили нас вместе с грузом по домам. А дальше началась рутина. Распределить специи среди населения, небольшую часть продать соседям. Скрыть, что сразу у трех государств появилось средство профилактики против мора, не получилось бы все равно, а не пожелай мы делиться — просто сметут, но и бесплатно отдавать — тоже не поймут такой подозрительной благотворительности от орков. Цены задирать, впрочем, мы не стали, в конце концов, по-хорошему, это предприятие уже десятикратно окупилось только за счет накопителя. Продавать, правда, пришлось совсем небольшое количество, а затем разводить руками и врать, что больше нет, самим мало. Это, конечно, было совсем не так, кое-какой неприкосновенный запас оставили, мало ли. Но этого бы все равно на весь мир не хватило. Нельзя сказать, что нам безоговорочно поверили, но узнать, что я, Глория и Таналь ездили к имперскому порталу, не так сложно, как и сопоставить его пропускную способность и поделить на три. Так что приставать к счастливчикам, требуя в ультимативной форме выложить все запасы, никто не стал. Нет, желающие, несомненно, нашлись, но предполагаемая выгода могла оказаться гораздо меньше, чем проблемы в связи с запретом разжигать крупные конфликты в период Войны Стихий… В общем, все и так прекрасно поняли, к кому на самом деле надо обращаться за покупкой необходимого ресурса.

Не знаю уж, кто там и как будет договариваться. Впрочем, договорятся. Если до свадьбы Тайная канцелярия нашу сомнительную деятельность каким-то чудом и не засекла, то уж после — наверняка, один только феерический побег должен был здорово нашуметь. Проанализировать и сопоставить факты сможет даже ребенок. Будет Империя торговать с Арейлой, и карантин не объявят, не удержатся от соблазна получить огромные прибыли. Ведь средство защиты от болезни найдено, и это, по большому счету, уже не тайна. А еще на Арейле драконы.

Обдерут, конечно, всех желающих как липку. Да даже если никто специально цены для арейцев завышать не станет, когда возникает спрос на какой-то товар в таких объемах, они повышаются сами. Но главное, что для нас это уже не актуально.

Понимаю: когда во всем мире гибнут тысячи, если не миллионы разумных, прятать в закромах лекарство, способное их спасти, не слишком красиво… мягко говоря. Но если точно известно, что на всех все равно не хватит, надо позаботиться, чтобы хватило прежде всего своим. Такова жизнь, как бы банально это ни звучало.

В остальном все тоже шло рутинно. Новый город строился ударными темпами, его даже начали потихоньку заселять там, где уже были готовые дома. Несмотря на то что большинство красных все еще предпочитало кочевой образ жизни, нашлись и те, кто оценил комфорт и безопасность. Думаю, со временем таких станет больше. И никто, похоже, даже не задумывался, что это в некотором смысле исторический момент. Первый орочий город многое изменил, подтолкнув дикарей-кочевников к цивилизованному развитию. Что изменит второй город?

Еще интересный момент — несколько зеленых перебрались на постоянное место жительства в новый город. Муж уговорил некоторые семьи из тех, кто научился возделывать огороды или ухаживать за капризными имперскими коровами. Смешно, но, по меркам орков, это чуть ли не уникальные специалисты. Однако теперь предполагается, что красные и зеленые будут длительное время жить рядом друг с другом и постоянно взаимодействовать. Пока там, правда, количество населения минимальное.

Тем не менее скоро мы с Рашем, очевидно, переберемся в новенький княжеский дворец.

В лабораториях тоже все шло своим чередом. Ученые выдавали оптимистичные прогнозы и сообщали о подвижках в исследованиях. Правда, на мой взгляд, все это было невнятно. Но, учитывая мой нулевой уровень знаний в вирусологии и магии, это не показатель. Специалисту, очевидно, было бы куда понятней, а я предпочла дождаться, когда мне объяснят на пальцах, все равно сил и времени заострять на это внимание не было. Я теперь княгиня, и хотя только учусь, но обязанностей от этого только прибавилось.

Ко всему прочему, продолжались поиски некроманта, начавшего все эти безобразия, пока — совершенно безрезультатно. Кто-то даже высказал мысль, что, возможно, создатель опасного вируса пал его первой жертвой, но выглядело это слишком фантастично, чтобы быть правдой. Куда-то же уходила собранная из всех жертв эпидемии энергия смерти, а не рассеивалась в воздухе. Это наводило на грустные мысли. Куда можно использовать такие чудовищные объемы магии смерти? И как их сохранять и накапливать? Живое тело просто не способно вместить в себя все это, у каждого мага, как мне доступно объяснили, есть естественные ограничения собственного резерва. Плюс такая разрушительная энергия, да еще и в подобных объемах, вообще для здоровья неполезна даже очень опытному некроманту.

Так что теория о том, что некромант уже мертв, вполне может оказаться правдой. Проблема только в одном — это вовсе не означает, что он теперь недееспособен.

Однако выяснить это удастся только после того, как некроманта найдут.

Сапфир, полученный от драконов, мы после долгих и мучительных размышлений все же продали. Точнее, обменяли на другой, гораздо меньший плюс поставки нужных товаров в течение двух лет и заверенный магией союзный договор сроком на сто лет, а также на длинный список взаимных преференций. Просто купить подобную ценность ни одному государству, даже самому богатому, не по карману. Но, впрочем, никто не остался внакладе.

Было, конечно, жалко расставаться с такой уникальной и полезной вещью, но ведь накопитель подобной мощности оркам совершенно не нужен. Шаманы ими вообще не пользуются, у них иной тип магии, а для защитных систем нового княжеского дворца и накопитель гораздо меньшей емкости избыточен. Правда, могло оказаться, что когда-нибудь в далеком будущем такой мощный камень все-таки может понадобиться (хотя бы нашим детям, судя по некоторым признакам, они могут оказаться вполне классическими магами), а у нас его не будет. Однако стоит трезво оценивать ситуацию. Что там, в будущем, никто не знает, а сейчас стремительно развивающемуся орочьему государству нужно очень многое, чтобы до него дожить.

Таналь зато был просто счастлив, заполучив сразу два таких камня вместо одного, даже на все условия согласился не торгуясь. Мы, впрочем, ничего запредельного не запрашивали, а он в любом случае оставался в выигрыше. Эльфам, пожалуй, еще никогда так не везло, даже если рассматривать всех скопом, а не только лесных. Да, камень в первую очередь мы предложили Таналю, имея в виду еще и некоторый доход от контрабанды с Империей. Очень хотелось хотя бы чуть-чуть в этом деле поучаствовать.

Ну и не стоит забывать, что союз с эльфами — вещь тоже очень полезная. На самом деле, он открывает для орков новые горизонты. Для мировой общественности они (или пора уже говорить однозначное «мы»?) перестанут выглядеть агрессивными и непредсказуемыми дикарями, с которыми никто не желает иметь дел. Раз уж даже эльфы с этими самыми дикарями торгуют, заключают союзы и чуть ли не семьями дружат, стоит и другим присмотреться. Рано или поздно Война Стихий закончится, разумные залижут раны и вернутся к обычной жизни, тогда-то оно нам и пригодится.

Кстати, о дружбе семьями. Таналь этак аккуратно сплавил к нам Бель погостить на неопределенный срок. Нас с Рашем лично попросил присмотреть и никуда не отпускать, если что. Последнее уточнение было к месту, Анабель уже очень скоро начала рваться обратно, а выкроившему время навестить ее мужу устроила грандиозный скандал. Но я мотивы Таналя вполне понимаю. Поспешный переворот, а потом почти сразу — мотания по чужим континентам и мирам… Ему сейчас срочно необходимо наводить порядок в собственных владениях. Он, конечно, говорил, что команда у него сильная, но, я так думаю, не все проблемы эта команда могла решить без его личного участия. И неизвестно откуда взявшаяся беременная жена тут не подспорье, а шикарная мишень. Именно поэтому он не хотел забирать Бель из Империи сразу после свадьбы, но раз уж вышло по-другому… Разумеется, у нас ей будет гораздо безопасней просто потому, что орки живут обособленно, и любой чужак, пытающийся подобраться поближе к Анабель, моментально вызовет подозрение. Конечно, при желании, для грязного дела можно нанять и орка, не стану утверждать, что среди них не окажется того, кто за хорошую плату согласится на что угодно. Но ведь это еще надо постараться найти такого подонка, который согласится причинить вред беременной женщине, а не свернет нанимателю шею за подобное бесчестное предложение. Надо хорошо знать культуру орков, которые не считают зазорным сражаться с женщиной на поединке и не думают, что женщина — это трепетная слабая фиалка, но в то же время никогда не ударят в спину и уж тем более не тронут беременную. Если очень надо — подождут, пока родит и перестанет кормить грудью, а уж тогда — вызов, и все конфликты решаются только так.

Так что Бель у нас действительно почти в безопасности.

Что же касается меня… организм и два еще не рожденных спиногрыза, видимо, подумали, что сложный период в жизни закончился, мама больше не бегает как угорелая, решая проблемы, и можно расслабиться. Раньше беременность проходила на удивление легко, если и доставляя какие-то проблемы, то так, фоном, а теперь на меня обрушилось все и сразу. К тому же беспокойные детишки вели себя так, словно у меня в животе постоянно проходит то ли чемпионат мира по футболу, то ли турнир боевых искусств. Кстати, и сам живот рос столь стремительно, что у меня начинали возникать бредовые мысли, будто там их не двое, а как раз вся футбольная команда в полном составе, включая тренера. Чем больше проходило времени, чем озабоченней становились лица наблюдающих мою беременность шаманов и целителей, тем сильнее закрадывалось подозрение, что эту гиперактивную парочку до срока я не доношу. Уж очень они рвались на волю.

Время летело незаметно, прошел месяц, потом второй, а за ними и другие пролетели. Озабоченная собственным состоянием, я этого практически не замечала и все меньше интересовалась, что происходит в окружающем мире, совершенно не до этого было. Весь мой мир сейчас сузился до одной задачи — родить здоровых малышей в положенный срок, ни о чем другом думать просто не получалось. Опасения мои, к счастью, не подтвердились, хотя наши лекари-шаманы и устраивали вокруг меня регулярные пляски с озабоченными лицами, что-то колдовали и выдавали всяческие эликсиры и настои. До чего же некоторые из этих напитков были мерзкими на вид и на вкус, кто бы знал! Тем не менее последние три недели мне пришлось провести в постели.

Раш старался каждый день выкроить немного времени, чтобы побыть со мной, если бы не его поддержка, я бы, наверное, с ума сошла. Поражаюсь его терпению, вела я себя в этот период совершенно неадекватно, то начинала рыдать без причины, то паниковать. Вообще чем ближе подходил срок, тем больше всяких ужасов в голову лезло, если бы не пришлось лежать без дела, наверное, было бы легче, а за неимением какого-нибудь отвлекающего занятия я бесконечно прокручивала в голове всякие глупости, все больше пугаясь. Пару раз в голову забредали безумные мысли сбежать к драконам, пусть они меня в Империю отправят. Там опытные врачи, а не эти непонятные маги-шаманы, они мне помогут.

К счастью, у меня хватило остатков здравого смысла не пытаться осуществить этот бредовый план. Все равно он был обречен на провал, а вот проблем бы мне точно прибавил. Обратиться за межконтинентальным порталом я могла бы только к Таналю, а уж он не стал бы потакать моим безумным капризам, скорее, посоветовал бы Рашу лучше приглядывать за женой. Но это я поняла только потом, а на тот момент подобные глупости казались верхом разумности.

В общем, чем меньше времени оставалось, тем более нервной я становилась, и только поддержка терпеливо сносящего все мои взбрыкивания мужа удерживала меня от полноценной истерики. Раш, к счастью для нас обоих, общался со мной не больше пары часов в день, в ином случае тоже бы обязательно психанул. А так мы оба без особых потерь все-таки пережили этот сложный период.

Закончилось все на удивление просто. Воды отошли за час до рассвета, разбуженный Раш мухой метнулся за целителями, потом мне дали что-то выпить, непонятно поколдовали, и все стало вдруг так легко и правильно. Я была спокойна как удав, боль пусть и не ушла совсем, но ощущалась, как некие слабые отголоски. И я понимала, что надо лишь четко следовать указаниям целителей, и все будет хорошо. Сказали тужиться — послушно тужусь, сказали дышать — дышу.

Совсем хорошо, конечно, не было, дети оказались слишком крупными, роды длились почти восемь часов, и я потеряла некоторое количество крови. Но сейчас разум, не замутненный лишней паникой, четко осознавал, что в итоге все будет хорошо. Поэтому в конце, вымотанная, я с умилением приложила к груди двух сморщенных зеленых инопланетянчиков с почти белым пушком на голове и уснула, уже не чувствуя, как меня штопают целители, а няньки забирают насытившихся младенцев.

Проспала я часов двенадцать, полагаю, не без вмешательства целителей. Потом еще сутки пришлось полежать, но чувствовала я себя уже неплохо, магическая медицина практически не уступает имперской, а в некоторых случаях даже слегка превосходит, все зависит от личной силы и квалификации мага.

Рассмотрела детей получше. Сейчас они выглядели чуть менее сморщенными, но светло-оливковый цвет кожи слегка сбивал с толку. К зеленому мужу я уже давно привыкла, а вот собственные дети… от меня им достался только необычный для орков цвет волос и, возможно, глаз. Пока глаза их были красивого голубовато-зеленого, аквамаринового цвета, однако у человеческих младенцев глаза со временем меняются, а как у орков, я выяснить заранее не догадалась. Ну что ж, теперь узнаю на практике. В любом случае зеленые или нет, дети вызывали у меня непривычные приступы умиления и неконтролируемой нежности. А порой еще и изумления. Надо же, мои.

Детей я назвала Эриком и Шейлой, немного не по местной традиции, но Раш не возражал. Он вообще, кажется, был мало способен на осмысленную деятельность. Смотрел на младенцев слегка опасливо и даже дышать на них боялся. Ничего, привыкнет.

Позже я узнала, что Глория отстала от меня всего-то на три дня. У нее два мальчика. Обменялись поздравлениями по переговорным амулетам, хотелось бы, конечно, и лично, ну и похвастаться своими отпрысками, но нам это еще долго не грозит. Не принято здесь так, и я имею в виду не только орков, а вообще весь этот мир. Первые полгода мать и младенцев не показывают никому, кроме близких родственников, а также сто раз проверенных целителей и нянек. Последние еще и нередко дают серьезные магические клятвы не вредить словом, делом или бездействием. Считается, что именно в этот полугодовой период новорожденные и мать наиболее уязвимы для разнообразных сглазов и проклятий. Учитывая здешнюю магию, это вряд ли можно считать суеверием, и в ближайшие месяцы все мое живое общение ограничится мужем, его родителями и няньками-кормилицами.

Кстати, няньки действительно являлись еще и кормилицами. Предполагалось, что я могу не захотеть посвящать все свое время детям или буду занята, однако под рукой всегда есть те, кто о них позаботится. Не то чтобы это было мне сейчас особенно нужно, но возможность сбросить часть забот на чьи-то плечи, несомненно, радовала. Хорошо быть княгиней.

Вынужденная изолированность на ближайшие полгода меня слегка нервировала, но что поделать. К тому же немногочисленные обитатели княжеского дворца тоже считались условно своими, к детям их не подпускали, но я через некоторое время уже могла бы с кем-нибудь пообщаться, если пожелаю. Пока особого желания не было, я только слегка скучала по своей бессменной горничной и неиссякаемому источнику информации обо всем, что происходит в городе. Я так привыкла к ее ненавязчивой заботе и бесконечной болтовне, что принимала это как само собой разумеющееся, а сейчас мне ее внезапно стало не хватать. Хорошо, что это ненадолго.

Те немногие, кого к детям все же подпустили, — в первую очередь родители Раша, стремились посмотреть на такую экзотику. Признаться, если бы не светлые волосы и другой цвет глаз, близнецы были бы копией Раша. Каким же образом наши дети родились такими? Полагаю, это та самая метка, которая так или иначе остается на детях, рожденных в период Войны Стихий. Спасибо хоть не опасные глазки, как у Таналя, и не какое-нибудь уродство, мешающее жить, что тоже случается нередко. В конце концов, экзотическая внешность на этом фоне — сущая мелочь, думаю, она даже сделает их популярными среди орков. Только окончательно убедившись, что с детьми все в порядке, я поняла, как подсознательно боялась еще и этого — какого-нибудь невероятного и не слишком приятного сюрприза от Войны Стихий. Хорошо, что все обошлось.

Раш, кстати, быстро адаптировался к пополнению в семействе. Только в первый день он смотрел на детей диковато и испуганно, потом во взгляде появилось любопытство пополам с удивлением, похожим на мое собственное. Взять близнецов на руки он по-прежнему не решался, лишь очень осторожно прикасался тыльной стороной ладони к маленькой щечке или подставлял палец под непроизвольные хватательные движения крохотных ладошек, при этом старательно не давая задеть когти. Не думаю на самом деле, что Раш мог бы как-то навредить детям. Да, когти у него внушительные, и силища просто чудовищная, но при этом он идеально владеет своим телом. За все время нашей совместной жизни муж ни разу меня не оцарапал и не сжал так, чтобы было больно, даже в порыве страсти. Так что уверена, и с детьми бы справился прекрасно, но я не торопила. Даже с моей точки зрения, они еще очень хрупкие, а уж каково Рашу, который мог бы удержать каждого из близнецов на ладони, я даже не представляю.

Впрочем, жизнь очень скоро расставила все на свои места. Детишки у нас оказались невероятно голосистыми. И, как это часто бывает у близнецов, стоило заплакать кому-то одному, как второй тут же подхватывал. Няньки успокоить их были просто не в состоянии, получалось только у меня, но долго удержать на руках без малого восемь килограммов веса, да еще при этом и укачивая, было тяжело. Так что пришлось привлекать Раша. Что интересно, Шейла успокаивалась на руках у папы моментально, даже когда он стоял столбом, опасаясь лишний раз шевельнуться. Я старалась не хихикать, наблюдая, как Раш, поначалу беря на руки ребенка, старается даже дышать реже. Ничего, и к этому очень быстро привык, с первого раза, можно сказать. А что делать, если нам и половине обитателей княжеского дворца удавалось нормально поспать только таким образом?

Забавно, что Эрик, по примеру сестры, целиком захватившей все папино внимание, тоже моментально замолкал, оказавшись у меня на руках в одиночестве. Похоже, нас уже поделили.

Но время не стоит на месте, постепенно я привыкла, забота о детях уже не отнимала все мое внимание круглые сутки, и я начала интересоваться тем, что происходит во внешнем мире.

То, что мне нельзя никуда выходить и общаться с посторонними лично, вовсе не означало полную изоляцию. Никто не мешал задавать вопросы и общаться по переговорным амулетам. Анабель, Глория и Таналь — прекрасные источники информации, даже, пожалуй, лучше, чем вечно занятый и не очень разговорчивый Раш. Подруга, впрочем, была примерно в том же положении, что и я, так что делиться могла лишь тем, что сообщал ей муж. Дерек, к счастью, как и Раш, — мужчина здравомыслящий и не пытался оградить супругу от всего на свете, наверное, оба понимали, что уже поздновато это делать после того, как мы лично поучаствовали во всех самых судьбоносных авантюрах. Потому с новостями, которыми можно обменяться, у нас обеих никаких проблем не было. Таналь и Бель, впрочем, тоже не стеснялись рассказать мне что-нибудь интересное о своей жизни.

У эльфов вообще сейчас была занимательная ситуация. Таналь обрел невиданную доселе популярность среди своих подданных, не обошлось без грамотного пиара, разумеется, но в большинстве своем причины вполне объективные. Взять хотя бы тот же накопитель, наверное, самый мощный в этом мире, возможно, что-то подобное есть у драконидов, те со своими создателями часто общаются, но они — самая закрытая раса и стоят особняком. Остальные ничем таким похвастаться не могут, даже некроманты, которые благодаря камню Дерека стоят на втором месте.

Надо заметить, только эльфы (все три ветви) да гномы уделяют столько внимания накопителям. Они, конечно, всем нужны так или иначе, но лишь эти две расы ухитрились завязать на накопители очень многое в своей повседневной жизни. У тех же лесных эльфов половина растений, обеспечивающих город необходимыми ресурсами, без постоянной магической подпитки просто завянет мгновенно. Теперь эльфы имели возможность безболезненно расширить свой лес-столицу. Так что им было за что уважать своего нового короля, даже если для большинства горожан ничего принципиально не изменится.

А тут еще, ко всему прочему, — надежное средство защиты от эпидемии, выгодные союзные и торговые договоры. На этом фоне еще одна жена-имперка вписалась в картину. Мол, пророчество Оракула же, просто имперцы в прошлый раз не ту подсунули, подлецы. Но его величество мудрый, сам все исправил и принес процветание своему народу.

Все-таки поразительно, как быстро и резко меняется мнение разумных, что люди, что эльфы ничем в этом не отличаются. Еще недавно Таналя боялись и не любили почти все, кроме небольшой кучки соратников, сейчас же чуть ли не боготворят. Но стоит снова чему-нибудь случиться, наверняка опять окажется самым виноватым. Но Таналь умный и сильный, он справится. Тем более он не один.

За время совместных приключений мы все здорово сдружились, но дружба правителей, к сожалению, далеко не всегда означает дружбу государств. Зато ее гарантируют заверенные магией союзные договоры. Хорошо, когда есть и то и другое.

Дерек в ближайшее время готовился принять корону, что нервировало Глорию. Его величество Адриан Третий нездоров, и ему все трудней править. Зато его сын практически повторил подвиг Таналя, обретя почти такую же популярность среди подданных. Во всяком случае, простой народ его поддерживал, а аристократия уважала за силу и удачливость. Так что король готовился уступить трон сыну, а сам — занять должность советника.

Хорошо, что у них это все так мирно и спокойно, мало кто вот так согласится добровольно расстаться с властью. То ли отец Дерека — настолько мудрый человек, то ли болен до такой степени, что жить ему осталось недолго и здешняя волшебная медицина помочь не способна. Для некроманта это, разумеется, далеко не конец, но личу на троне делать нечего, а если кто не согласен, так его быстро упокоят.

Впрочем, каковы бы ни были причины, они там сами разберутся, по-семейному.

В степи тоже многое поменялось. Я уже не в первый раз думаю, что Война Стихий — своеобразный пинок для этого мира, сначала случается всемирная катастрофа, а потом к власти приходят самые талантливые, предприимчивые и удачливые. А главное — местное население верит, что именно таким и нужно подчиняться, можно сказать, сами боги велели. Неожиданно то, что раньше чуть ли не силой заставляли делать подданных, теперь происходило словно бы само. Рашу больше не приходилось глупо мотаться по степи чуть ли не за каждым мелким кочевьем, чтобы отдать хоть какой-то приказ. Красные сами стекались к строящемуся городу хотя бы для того, чтобы получить лекарство. И часть из них оставалась, впрягалась в стройку и работала честно, от рассвета до заката. Эти орки старались для себя и своих семей. Кое-кто, не желая менять привычный образ жизни, но в то же время оставаясь в пределах безопасного города, ставил шатры на тех участках, где должны были вырасти каменные дома. Но им постепенно приходилось волей-неволей вливаться в городскую жизнь. Появились даже те, кто изъявил желание заняться сельским хозяйством, что для орков совсем уж нетипично. И уж вовсе не удивительно, что были те, кто захотел разводить изнеженных и капризных имперских коровок, совершенно неприспособленных к кочевой жизни, но зато дающих просто фантастическое, по местным меркам, количество молока и нежное мясо. Чувствую, еще немного — и орки освоят производство сыров.

Открылись огромные торговые ряды, и вчерашние дикари вдруг обнаружили, что все блага цивилизации, которые они получали лишь набегами на соседей, можно с легкостью купить или выменять. Нельзя сказать, что все этим довольны, но ничего уже невозможно повернуть вспять. Степь стремительно менялась, орки больше не казались всему остальному миру опасными дикарями, с которыми лучше не иметь никаких дел. В степь потянулись первые торговые караваны от соседей, самые предприимчивые и авантюрные купцы решили рискнуть. Такие обычно сливки первыми и снимают. Срочно пришлось выделять им проводников и охрану, чтобы не заело по дороге зверье, а то так и зачахнет, не начавшись, торговля с соседями. И это уже превращалось в новую профессию — орки собирали небольшие отряды, которые специализировались исключительно на сопровождении торговых караванов. Один из таких даже наняли для работы за пределами степи, первая ласточка, однако.

Полностью восстановились контакты с Империей, что неудивительно. Надежное средство профилактики против эпидемии найдено, а что оно несколько странное… Зато Империя получила большую выгоду. Более того, и лаборатория была построена не зря, умники таки нащупали верный подход, и сейчас уже полным ходом шли испытания лекарства против некромантской заразы. Из Империи прибыл какой-то рисковый (или просто на службе) вирусолог, поучаствовать в испытаниях. В магии он не разбирается совсем, но можно не сомневаться — со временем не только у арейцев будет лекарство от магической заразы.

Тут еще и драконы, новая магическая цивилизация, загадочная и могущественная. Приманка как бы не более сильная, чем деньги. Так что карантина мы избежали, как теперь стало известно, буквально чудом.

Наша дерзкая авантюра, завершившаяся эпичным побегом со свадьбы, по странному совпадению, пришлась как раз на момент обсуждения, следует ли вводить карантин или же просто временно ограничить все контакты и подождать. С одной стороны, огромные потери прибыли, Арейла — источник уникальных товаров, и даже короткий простой уже нанес убытки. А еще можно было упустить драконов, которые не собирались сидеть на Арейле вечно.

С другой — вполне реальная опасность впустить в Империю магическую болезнь, против которой нет никакой защиты. Какие могут быть последствия, все заинтересованные лица вполне представляли. Стоили любые прибыли таких рисков?

Вообще-то один приказ императора мог легко прекратить все дебаты, но в этот раз он почему-то решил не вмешиваться.

И тут в самый неподходящий момент случился наш громкий демарш. А он действительно получился громким, даже до императора дошло. Лорд Миринд получил за это безобразие по шапке. Как я и предполагала, мы все-таки успели засветиться, однако агенты Тайной канцелярии явно не ожидали такого финта, как уход порталом на другую планету, во всяком случае, они, видимо, предполагали, что если мы и попытаемся это сделать, то с помощью поддельных туристических виз, которые аккуратно отслеживали, поэтому, пока спохватились и нашли пропажу, мы успели набезобразничать и сбежать. А кто-то из гостей снимал свадьбу на коммуникаторы, а потом выложил в Сеть. За это милорд и получил начальственное порицание, а мне прислал пространное письмо, смысл которого сводился к тому, что меня давно надо было сплавить подальше от Империи и не пускать обратно ни под каким предлогом, ибо я ходячая катастрофа и личная кара самого лорда, пытающаяся испортить его карьеру.

На тот момент было уже не до карантина, раз уж арейцы все равно просочились в Империю в очередной раз, минуя единственный существующий портал. А вдруг все-таки принесли с собой смертельную заразу? Да и вообще, зачем все это было сделано? Не ради же свадьбы и нескольких тонн специй?

Радовало, что возобновилась работа по постройке второго портала, сейчас как раз шли последние согласования по месту установки. Потом начнется возведение необходимых зданий и коммуникаций, а затем — и самого портала. Очень нужное дело. Сейчас у нас есть нелегальный выход в Империю благодаря драконам, но они на Арейле останутся ненадолго, а потом уйдут, и не факт, что хоть кто-то вернется до следующего катаклизма. Так что портал — вещь нужная.

Между прочим, на переговоры с имперцами драконы все-таки согласились, несмотря на то, что обычно не слишком-то любят общаться с двуногими. И даже лично, а не через посредничество драконидов, как делали обычно. Впрочем, те тоже на переговорах должны были присутствовать. Я только одного понять не могу, почему для этих самых переговоров они выбрали степь? И понятно, что такие важные вещи не проходят посреди чистого поля и даже не в шатре, так что первый, но уже не совсем единственный орочий город, а также княжеский дворец внезапно стали очень людными и очень шумными.

А я и дети здорово заскучали по Рашу, вынужденному делить свое внимание между работой и нами. Большая часть времени, которое можно было потратить куда полезней, хотя бы на нормальный отдых, у него уходила на дорогу. По-хорошему, ему бы остаться в стремительно достраивающемся городе, а не метаться туда-сюда, тем более княжеский дворец уже давно не только достроен, но уже и вполне обустроен. Но тогда мы бы не виделись несколько месяцев. Казалось бы, что уж такого страшного, можно и потерпеть ради дела, но разлука нам всем давалась удивительно тяжело. Даже неделя друг без друга превращалась в какую-то пытку. Раш не мог нормально работать, срывался на подчиненных и чуть ли не избивал на тренировках собственных телохранителей, которые всей командой в пять здоровых рыл не могли его утихомирить. Дети орали сиренами, требуя папу, и мы втроем с няньками уматывались за день, пытаясь их успокоить, так что просто падали с ног. А я сама почему-то в отсутствие Раша испытывала постоянную и необъяснимую тревогу. И катастрофически не высыпалась, когда он не ночевал дома, я просыпалась чуть не каждый час не только от очередного вопля близнецов, но и потому, что ощущала непривычную пустоту в постели.

Пора было с этим что-то делать.

Очнулась под чье-то хлюпанье носом поблизости, глаза открывать или шевелиться не спешила, сначала неплохо бы сообразить, что вообще происходит. Помню переезд в новый княжеский дворец, мы долго с этим тянули, но ситуация все-таки назрела, помню закрытый возок (меня по-прежнему не должен был видеть никто посторонний), а потом — странный шум и темнота. Не знаю пока, где нахожусь сейчас, но это явно не возок, и что-то мне подсказывает, что не княжеский дворец. Это что… меня похитили?

Непонятно пока, но случилось явно что-то странное.

Порадовалась, что детей все-таки отправила отдельно. А ведь как этому противилась до последнего. Умом понимала, что с двумя опытными няньками и под усиленной охраной с ними ничего страшного не случится, во всяком случае, ничего такого, с чем могла бы справиться я одна, но не справятся они. Но сердце все равно было не на месте. Отпустить от себя детей? Все внутри бунтовало против этого! Даже свой антимагический амулет положила в колыбельку, когда все-таки согласилась с необходимостью отправить близнецов отдельно. И только когда Раш сообщил, что закончит с делами раньше и перехватит караван по пути, вздохнула чуть свободней. Теперь я, по крайней мере, знаю, что дети спокойно доехали до места вместе с мужем.

Проклятое посольство! И почему только имперцы и драконы дружно решили назначить именно меня посредником в их переговорах? Чем их те же дракониды не устраивали? Они, видите ли, людей плохо понимают. Зато со своими создателями хорошо общаются! Не иначе лорд Миринд гадость устроил, отомстив за потрепанные нервы и выговор лично от императора. Пришлось даже прервать вынужденный послеродовой карантин, это, пожалуй, был единственный относительный плюс во всей ситуации, все-таки мне уже изрядно надоело сидеть взаперти и общаться с ограниченным кругом разумных, я понимала, что так надо, и смирилась, но эта изоляция была мучительной. Теперь она закончилась, но зато сильно страдала безопасность. Меня долго не хотели пускать на эти переговоры, но когда драконы пообещали, что в их присутствии меня не коснется никакая вредоносная магия, отказываться стало сложно. Не соврали, ящеры крылатые. Их защита была надежней космического скафандра. Хотя помимо драконов меня еще и наши шаманы обвешали всякими защитными амулетами так, что звенело.

Отговорок для отказа больше не осталось, зато это посредничество сулило много выгод нашему молодому развивающемуся государству.

А детей тогда же было решено отправить в наш с Рашем новенький дворец. Переезд назревал давно, но сейчас, когда вокруг внезапно оказалось слишком много чужих (помимо имперцев, драконами заинтересовались и многие арейцы, так что город и даже княжеский дворец внезапно наполнила целая толпа самых разных разумных), это уже стало вопросом безопасности. И если я никуда в ближайшее время уехать не могла из-за переговоров, то детей подвергать лишнему риску не хотелось.

Новые всхлипы отвлекли от воспоминаний, и я решила, что пора бы осмотреться. Кто бы рядом ни рыдал, это явно не похитители, вообще, судя по звукам — женщина.

Осторожно открываю глаза, стараясь по-прежнему не делать лишних движений, пока не пойму происходящее, лучше не выдавать, что я уже пришла в себя. Безрезультатно, впрочем. В том смысле, что в помещении царила кромешная тьма, словно в подвале без окон, и все мои старания были совершенно бессмысленны. Если только где-то в темноте не прячется маг с ночным зрением или не установлены датчики движения.

Ладно, будем пользоваться другими органами чувств. И мозгами. Как уже говорилось, тьма кромешная. Значит, или ставни, или отсутствие окон, потому что даже в безлунную ночь в окно будет пробиваться слабый свет звезд. Ладно, дальше. По ощущениям, я лежу на чем-то вроде тонкого матраца, под ним чувствуется ровная твердая поверхность. Ширина как раз на одного человека, топчан или лавка. Стоит у стены, каменной, но гладкой и хорошо обработанной. Я украдкой пощупала пальцем. Старательно принюхиваюсь. Пахнет немного затхлостью и пылью, как бывает в помещении, которым давно не пользовались или где продолжительное время хранили старые вещи. Но не сыро, как во многих подвалах. Непонятно. И ничего мне это не дает, по-прежнему не ясно, где я оказалась, как и почему.

Чужие всхлипы тоже затихли, но, судя по едва заметному шуршанию, соседка моя никуда не делась, да и находилась совсем близко.

Ну ладно, а дальше-то что? Лежать смирно, делать вид, что еще не очнулась, и ждать, когда похититель придет пообщаться? А если не придет или не сегодня? Я же не знаю, зачем меня похитили. И похищали ли вообще.

Попытаться на ощупь поискать дверь, чтобы ее открыть и сбежать? Что-то подобный план у меня вызывает большие сомнение. Не факт, что дверь удастся просто так открыть, особенно если она заперта магией, тут вообще без вариантов. А невидимая соседка вполне может поднять шум.

Может, стоит попробовать наладить с ней контакт? Хоть спрошу, что тут творится.

Несмотря на свою полную приключений жизнь, никогда прежде не оказывалась в подобных ситуациях. Понятия не имею, как себя правильно вести при похищении. Есть для этого какие-нибудь правила выживания? Если и есть, я о них все равно ничего не знаю, сериалы по головизору не в счет, там ничего жизненного никогда не показывают. Остается надеяться на здравый смысл и верить, что он у меня действительно здравый. И этот самый здравый смысл подсказывал, что лежать и ждать неизвестно чего можно долго, вероятно, я на одном месте столько и не вылежу.

Значит, будем общаться.

— Эй, есть здесь кто-нибудь? — спросила на орочьем и только сейчас заметила, что с меня сняли абсолютно все амулеты, включая серьгу-переводчик.

Вместо ответа послышалось невнятное шебаршение, сухой звук ударов чего-то обо что-то, похожий на щелчки, а потом по глазам ударила яркая точка света. Только проморгавшись, сообразила, что это всего лишь фитиль, не такой он и яркий, просто это было неожиданно, и в кромешной тьме одинокий огонек показался ослепительным. Примитивная масляная лампа, состоящая из плошки и фитилька, стоящая на кособоком столе, освещала небольшой пятачок вокруг и склонившуюся над ней фигуру.

Я не сразу поверила своим глазам. Потом тоже не очень поверила. Все равно темно вообще-то, а я ее чуть ли не год назад в первый и единственный раз видела. Но все же… быть того не может!

— Ашамель?

Орчанка после моего вопроса вздрогнула, и я поняла, что не ошиблась. Но в голове все равно не укладывалось. Что она тут делает? И почему плачет? Нет, почему плачет, как раз понятно, но я как-то представить не могла, чтобы эта не слишком умная, но напористая и боевитая девица проливала слезы, даже влипнув в серьезные неприятности. А потом она распрямилась, и я поняла, почему ее силуэт в этом полумраке показался мне неправильным. Захотелось грязно выругаться. Да что ж за напасть такая, и эта с пузом!

Нет, я понимаю, все, кому хватает храбрости рискнуть (или не хватает информации и ума этого не делать), сейчас стремятся обзавестись ребенком, чтобы обеспечить свое будущее. Кто-то выигрывает в лотерею, а кто-то вынужден воспитывать ребенка-инвалида с огромным и не всегда контролируемым магическим потенциалом. Каждый решает сам, рисковать или нет. Кроме тех, кто залетел по глупости или неосторожности, не будем тыкать пальцем в зеркало.

Но от Ашамель я почему-то не ожидала. Впрочем, что я о ней знаю, кроме стервозного характера и непомерных амбиций? Но перспектива быть запертой с беременной орчанкой в одном помещении меня совершенно не радовала. Она и так-то непредсказуемая, а тут и вовсе не знаешь, чего ждать.

Но общаться все равно, похоже, придется.

— Ты что здесь делаешь? — спрашиваю.

— То же, что и ты! — мгновенно ощетинилась она. — Непонятно, что ли?

Решила не поддаваться на провокации и оставаться спокойной. Еще скандала нам тут сейчас не хватало для полного счастья.

— Ладно, спрошу по-другому. Где мы находимся и почему? И почему вместе? — Никаких добрых чувств к этой молодой дуре я не испытывала, впрочем, как и недобрых. В другой ситуации предпочла бы просто с ней не общаться, но сейчас у нас, похоже, одна общая проблема, и надо разобраться, что происходит.

Впрочем, не исключаю, что Ашамель мне специально подсунули, чтобы меня разговорить. Правда, с ходу и не предположу, для чего, никакими особо секретными сведениями я, кажется, не владею.

Правда, ведет она себя странно, хоть и логично. Огрызается и общаться категорически не желает. И уж тем более не желает сообщать мне что-то полезное, не считать же полезным лаконичный ответ, что мы в подвале и что кормят тут раз в день, а единственный свет — это отчаянно коптящая масляная лампа, в которой почти кончилось масло. Так что вскоре мы снова оказались в кромешной темноте в напряженном молчании, и это, между прочим, здорово действовало на нервы.

Но я ведь упрямая, особенно когда мне что-то действительно очень надо, а сидеть и молчать — дело совершенно бесперспективное. Да лучше мы просто разругаемся вдрызг, чем так. Потому Ашамель я все-таки додавила. Где — настойчивыми вопросами, а где — и злыми подколками на тему ее бестолковости в попытках пробиться к власти и в выборе мужчин. Особенно обидными они были, потому что в чем-то правдивы, что сама Ашамель, что Дэниел — оба редкие неудачники, если понаблюдать за их действиями со стороны.

Многое ли надо и без того нервной и перепуганной девице, да еще и запертой в темноте, что тоже не способствует душевному комфорту? Разумеется, это вылилось в безобразную истерику, хорошо хоть без рукоприкладства.

— Это ты, ты во всем виновата, дрянь иномирная! — внезапно взвизгнула Ашамель. — Если бы не ты, ничего бы этого не было!

— В чем именно? — Чем больше она распалялась, тем большее спокойствие проявляла я. Чего-чего, а истерик мне сейчас не надо, да и повода пока нет, вот выясню, насколько все плохо, тогда и посмотрим.

— Раш должен быть моим, это я должна была выйти за него замуж, не ты! И ничего этого тогда бы не было. И мне не пришлось бы связываться с этим неудачником! Ненавижу!

Я согласна, конечно, парню и впрямь потрясающе не везет со злодейскими планами. Но ему, похоже, и с подружкой не повезло, да.

Только вот сейчас мне нужно Ашамель разговорить, пока она не скатилась в совсем уж бессвязные вопли.

— Почему сразу неудачник?

— Потому что этот идиот ничего сам не может, только свою мамочку слушать, но даже ее планы он умудряется провалить!

Стоп, какую мамочку? Она же умерла много лет назад? Я вообще о матери Дэниела знала очень мало, только то, что она была не ровней Дереку по происхождению и он не мог на ней жениться, хоть и любил. Король подобный мезальянс никогда бы не одобрил, а Дерек даже в молодости, очевидно, не был настолько бунтарем, чтобы бросить все ради любви. Ах да, еще эта женщина была то ли слабым магом, то ли вовсе не магом, но Дерек ее все-таки очень любил. А потом она умерла (понятия не имею, от чего), оставив на попечении любовника несовершеннолетнего сына. Официально Дерек признать Дэниела не мог, а неофициально и так все знали, чей он. Тем более Дерек, насколько я знаю, к родительским обязанностям относился серьезно и заботился о сыне как мог. Дэниел даже титул получил.

Что-то тут явно не так.

Пока я думала, Ашамель еще покричала нечто бессвязное, порыдала снова и успокоилась. Надеюсь, у нее какой-нибудь выкидыш не случится от нервов, а то ведь даже не ясно, что делать в таком случае. Хочется верить, что орчанки в этом более крепкие, чем люди. Зато с ней теперь можно было относительно нормально разговаривать, во всяком случае, на вопросы Ашамель отвечала, пусть даже вяло и односложно. Я ее в темноте не видела, но, насколько понимаю, после истерики, может быть, уже и не первой, у нее наступила апатия.

Честно говоря, знала Ашамель не так уж много, да и не слишком охотно говорила. Но кое-какую информацию из нее выжать все же получилось. Я хотя бы начала понимать, что тут происходит. Не то чтобы это понимание хоть сколько-нибудь радовало.

Почему давнюю любовь Дерека все считали умершей, Ашамель не знала, ей не рассказывали, а сама она не спрашивала. Но смерть свою она явно как-то фальсифицировала, потому что однажды осознала, что Дерек ради нее против отца никогда не пойдет и быть ей всю жизнь любовницей. Обиделась за это на него и на весь мир заодно. Когда эта дамочка начала строить планы мести и захвата власти, орчанка опять же не знала, но, надо думать, с самого начала, иначе зачем бы ей было «умирать»? Но изначально все было ради того, чтобы доказать Дереку — она могущественный маг, и он крупно ошибся, не женившись на ней. Видимо, обида была сильной, потому что это стало своего рода идеей фикс.

Долго готовилась, а затем приступила к осуществлению своих планов. Связалась с сыном и каким-то образом настроила его против отца. А может, просто власть пообещала, в любом случае повод для обиды у Дэниела имелся. Отца отравил именно он, но не повезло мстителям, там не вовремя оказалась я со своей неуемной инициативой и привычкой везде совать нос. Не ожидали они, что у ничего не понимающей в местных реалиях чужачки найдется нужное лекарство, позволившее Дереку дожить до создания противоядия. А уж амулет, полностью защищающий от магии, даже на Арейле — вещь уникальная, такого и вовсе предусмотреть невозможно.

— А разве она его не любила? — уточняю у примолкнувшей Ашамель. — Зачем убивать, что мертвому докажешь?

— Кого? — вяло переспросила орчанка.

— Магичка эта, Дерека.

— Может, когда-то и любила, а сейчас никого она не любит, вобла сушеная, даже собственного сына, — уныло огрызнулась Ашамель. — Она хотела, чтобы бывший ее стал личем, тогда бы он лишился права на трон, из-за которого когда-то от нее и отказался. Дэн бы единственным наследником оказался, пусть бастард, но королевская кровь. Если бы выбора не осталось, король вынужден был бы его признать. Он ведь сам уже старый, детей иметь не может.

Про капитана дворцовой стражи она ничего не знала, но тут я уж сама додумала. Либо запасной вариант, либо прикрытие. Причем, как мне показалось, сам капитан о своей роли ничего не знал, наверняка был под какой-то магией, как бомба с таймером.

Сама Ашамель с Дэниелом познакомилась позже, когда он после неудачного покушения сбежал в степь, справедливо полагая, что его там могут искать очень долго, даже с учетом дружбы Дерека и Раша. Во всяком случае, среди красных. Тем более о конфликте на нашей свадьбе он тоже кое-что знал и потому предположил: если что, обиженные красные орки его зеленым не выдадут. Из вредности просто. Во взаимоотношениях орков он, конечно, разбирается так себе, но тут ему повезло, никому не было дела до человеческого мальчишки, прибился — и ладно. А уж что там у некромантов случилось, никто и знать не знал. Он им не нравился, конечно, но выгонять в степь на верную смерть тоже не стали.

Еще Дэниел признался Ашамель, что окончательно убивать отца он вовсе не хотел, искренне полагая — стать личем это ничего страшного на самом деле. Некоторые маги так чуть не тысячелетиями существуют и не жалуются. Да он и сам в будущем совершенно добровольно собирался сделать то же самое. Так многие некроманты поступают, когда тело начинает дряхлеть. Но одно дело — добровольно, когда старость подходит, а другое — фактически убить собственного отца и считать, что ничего страшного… то ли врал убедительно, то ли совсем дурак, прямо и не знаю.

В общем-то парень, невзирая ни на что, выглядел сильным и уверенным, потому они с Ашамель и сошлись на почве схожих амбиций. А еще она просто не очень разбиралась в человеческих традициях, в отличие от Раша, получившего хорошее образование за пределами степи. Для нее было очевидно, что сын принца — тоже принц, как дочь князя — княжна. У орков не существует такого понятия, как бастард. Отец тот, кто признал себя таковым, не обязательно даже вслух, а по факту выполнения родительских обязанностей. В общем, в сказки про то, что Дэниел может претендовать на трон, Ашамель не то чтобы поверила, это ведь еще как минимум двух претендентов подвинуть надо, но вполне допускала в будущем. Ну и очень хотелось, видимо, замуж за принца, раз уж единственный княжич-сородич больше недоступен.

План по захвату власти в степи был их попыткой удовлетворить амбиции и получить независимость. Дэниела — от маменькиных планов, а Ашамель — от отца, тот подумывал выдать своевольную доченьку за нужного орка, чтобы передать тому впоследствии княжеский титул. Та могла бы и отказаться, орочьи женщины таковы, что принуждать их к чему-то — занятие для самоубийц. Большинство конфликтов, конечно, решается посредством поединков, но, если довести до крайности, ножичек под ребра можно получить и в супружеской постели.

В общем, выбор у Ашамель был, но категорически не нравились предлагаемые варианты. Она хотела власти, красивых вещей и комфортной жизни, а не замуж за одного из соратников отца, такого же ретрограда, считающего, что орки должны, как и предки, кочевать по степи, а не жить в безопасных городах, как тонкокожие слабые людишки.

План придумал Дэниел, это была чистой воды авантюра, но Ашамель схватилась за нее, как за последнюю возможность. Князь все равно умирал, они только прервали его мучения. Шаман же просто мешал, он мог распознать нежить и сорвать все их планы.

Я слушала внезапно разоткровенничавшуюся орчанку (с чего это она вдруг, выговориться захотелось?) и только головой качала. И ведь у них, наверное, даже могло что-то получиться. Весь внешний мир мог бы не заметить маленькую войнушку у орков, не до того всем, особенно если бы все закончилось быстро. Армия орков плюс армия нежити — грозная сила. А потом «князь» в награду за какой-нибудь подвиг во время военных действий отдал бы дочь замуж за пришлого некроманта. Орки ценят доблесть, а Дэниел, невзирая на личные качества, — хорошо обученный сильный маг, да и с какой стороны держаться за меч, знает, предполагаемый подвиг даже подстраивать не пришлось бы. А затем Ашамель быстренько забеременела бы от мужа, обеспечивая преемственность власти, а князь после этого тихо умирает от старости, просто слишком долго зомби держать было опасно. Достаточно какому-нибудь шаману присмотреться внимательней, чтобы определить, что князь давно мертв. Да, в общем, и обычные орки могли бы догадаться со временем, хоть Дэниел и сделал качественного зомби, и можно было прятать «князя» от посторонних, отговариваясь возрастом и нездоровьем. Они только одного не учли — полного нежелания красных орков воевать с соседями. В результате заговорщики оказались примерно в том же положении, что и Раш поначалу. Тихий саботаж. Орки не отказывались выполнять приказ князя, но для того, чтобы отдать этот приказ, подданных нужно еще отловить. И все вдруг забыли о переговорных амулетах и привычных маршрутах кочевий. В результате время было упущено, стремительного рывка не получилось.

Вообще, в этом их плане было немало сомнительных моментов. Слишком многое завязано на допущении, эффекте неожиданности и беспредельной наглости. Так что получиться, конечно, могло, при очень большом везении. Но вполне закономерно не получилось.

Дэниел сбежал, Ашамель поймали. Все бы ничего, но у орков не существует тюрем, я в тот раз не поинтересовалась, что с ней будет, просто не до того было, а Раш что-то наплел туманное, видимо, чтобы не расстраивать. Я почему-то всерьез думала, что он выполнил свою угрозу и таки сплавил ее замуж за какого-нибудь пастуха. А оказывается, в таких случаях просто изгоняют преступника в степь. С минимумом припасов и одним ножом, такая отсроченная казнь. Потому что в одиночку даже сильный тренированный мужчина протянет в степи максимум несколько дней. Правда, того, кто все же сумеет выбраться за пределы степи, преследовать не будут. Раш, невзирая на все ее выкрутасы, думаю, предпочел бы Ашамель не убивать, я его знаю, муж у меня с женщинами слишком добрый, даже если они совершили серьезное преступление. Но тут его бы собственные подданные не поняли. Тем не менее, по признанию Ашамель, он все-таки дал ей шанс выжить. Приказал отвезти поближе к границе и тайком передал арбалет. Вот я с ним еще поговорю на этот счет! Кто так с врагами поступает?

В любом случае доброта Раша орчанку не спасла бы, съели бы ее задолго до границы, которая, кстати, тоже не была абсолютным спасением, и никакой арбалет тут не поможет. Тем более от стаи им все равно не отбить. Если бы не Дэниел.

— Погоди, он что, за тобой вернулся? — удивила она меня.

— Зомби прислал, они довели, — буркнула Ашамель недовольно. — Дальше рассказывать?

— Да уж, будь добра.

А дальше… Парень, понятно, сбежал обратно к маменьке в ее тайное убежище. А что ему еще оставалось? Демарш с обретением самостоятельности не удался, пришлось поджать хвост и возвращаться, чтобы участвовать в ее грандиозных планах. В это самое убежище в конечном итоге привели и Ашамель, только в грандиозные планы ее никто посвящать не собирался, тем более маменька была не слишком довольна присутствием подружки сына. Еще больше — тем, что подружка внезапно стала законной женой. Беременность Ашамель была частью плана, они с самого начала стали не только подельниками, но и любовниками. А Дэниел, узнав про беременность после того, как орчанку из степи вывел, возьми да и женись.

Чего-то в этом мире я не понимаю. В свое время думала, это Таналю любовь на мозги давит, хотя оно и противоречит его характеру и опыту, но мало ли, чувства — такое дело, может, он в первый раз влюбился. Но вот Дэниел, преступник и убийца, да и вообще, судя по короткому общению, личность не слишком приятная и на весь мир обиженная за то, что его недооценили… И вдруг такое. Если тот же Таналь в конечном итоге еще и в выгоде остался, то этот некромант недоделанный ничего, кроме маменькиного недовольства такой невесткой, не получил. То ли я чего-то не вижу, то ли в этом мире все мужики какие-то странные. Ну, еще как вариант: магов тут очень по-особенному воспитывают. В том числе и касаемо потомства.

— Ладно, а здесь ты как оказалась-то? — Не муж же ее в этом подвале закрыл, в самом-то деле? Зачем из степи выводил и женился тогда?

Оказалось, не муж, а маменька его. Просто чем больше рос живот, тем чаще Ашамель стала задумываться, что ей бы не в грандиозных планах по захвату мира участвовать, а найти тихое спокойное местечко, где можно родить и безопасно растить ребенка. Материнские инстинкты, видимо, проснулись, меня, помнится, одно время тоже нечто такое одолевало, какие там приключения, дайте покоя и безопасности. Начала она об этом потихоньку мужу намекать, и, судя по всему, он от этих намеков не отмахивался, раз уж она сейчас так нарвалась.

— Ну что сказать, подруга, дура ты! — Даже особо злиться на нее не хотелось после всего рассказанного. Ведь дура и есть.

— Да, что б ты понимала, — без особого запала огрызнулась Ашамель. — Я жизни нормальной хотела. Безопасности. Ты хоть представляешь, каково это — всю жизнь жить в шатре и кочевать по степи? Меня в детстве чуть стая эршей не сожрала, в последний момент отбить успели. Знаешь, сколько детей гибнет в степи каждый год, несмотря на то, что их охраняют круглые сутки всем кочевьем? Да зеленых сейчас в степи в два раза больше, чем красных, только за счет того, что часть из них, даже не половина, живет в безопасном городе! А отец ничего слышать не хотел! Традиции, так предки жили, и мы будем, — передразнила она. — А нас весь мир дикарями считает. Почему другие могут жить в комфорте и безопасности, а у меня ничего этого нет?

Да уж, и не поспоришь. Я даже могу понять ее желание жить лучше. Но методы избалованная, не знающая ни в чем отказа девица выбрала откровенно негодные. Теперь, может, и жалеет, да обратно ничего не вернешь.

На этом разговор заглох сам собой. Мы сидели в темноте, размышляя каждая о своем.

Мне было о чем подумать. После рассказа Ашамель я уже практически не сомневалась, что бывшая любовь Дерека и есть тот самый разыскиваемый чуть ли ни всем миром некромант. Сама нашлась. Непонятно только, зачем ей я? У орчанки спрашивать бесполезно, она тут уже несколько дней сидит, и вряд ли ее о планах информируют. Но не думаю, что некромантка меня просто так, в гости пригласила.

Представить страшно, сколько разрушительной магической силы накопила эта мстительница и на что она ее пустит. Сколько усилий придется приложить, чтобы ее остановить!

Впрочем, сейчас мне оставалось только ждать и надеяться — помощь рано или поздно придет. Ведь меня наверняка ищут.

Не знаю, сколько времени прошло, в этой темноте было сложно определить, казалось, оно тянется бесконечно. Один раз принесли еду. Безучастный, подозреваю — слегка мертвый слуга поставил на стол простой деревянный поднос с кувшином воды, хлебом и холодным мясом. Еще двое с арбалетами держали нас на прицеле, но этих разглядеть не удалось, они стояли у самой двери, откуда по отвыкшим глазам больно бил свет. Потом, при свете масляного светильника, мы с Ашамель наскоро утолили голод, а в небольшом закутке — и другие потребности. И снова наша темница погрузилась во тьму. Масла в светильнике оставалось совсем на донышке, и предоставлять нам еще никто не собирался. Приходилось экономить.

Разговаривать ни о чем не хотелось обеим, думать не хотелось тем более, потому что получалось только бессмысленно перебирать одни и те же факты, так что вскорости я уснула.

Разбудил меня едва заметный скрип открываемой двери. Проснуться я проснулась, но шевелиться и открывать глаза не спешила. Посмотрим, кто это к нам пришел и почему пытается действовать тихо. Вряд ли хозяйка этих апартаментов, уж ей-то беречь сон пленниц ни к чему.

Сквозь полуприкрытые веки я наблюдала за смутно видимой фигурой, освещающей себе дорогу маленьким магическим огоньком. Тусклый мерцающий голубоватый свет не позволял толком рассмотреть гостя, но почему-то мне показалось, что это мужчина. И интересовала его вовсе не я. Таинственный незнакомец направился прямиком к Ашамель. Впрочем, у меня уже были некоторые подозрения насчет его личности.

Орчанка едва слышно вскрикнула от прикосновения, но тут же успокоилась, о чем-то шепотом переругиваясь с незнакомцем. Я же тем временем раздумывала, как быть. Более светлый дверной проем отчетливо выделялся на фоне полной темноты. Можно было бы тихонько выскользнуть из комнаты… знать бы только, куда дальше и не подниму ли я таким образом тревогу.

— Вставайте, леди, — незнакомец тем временем повернулся ко мне и сделал пару шагов навстречу, — я знаю, что вы уже не спите. Пойдете с нами.

Мерцающий колдовской огонек осветил его лицо, и я убедилась в верности своих подозрений. Дэниел.

— С чего вдруг такая щедрость? — спрашиваю, плавно соскальзывая со своей лежанки. Мимолетно порадовалась, что еще не окончательно потеряла форму после родов и месяцев безделья. Во всяком случае, бесшумно двигаться еще не разучилась.

— Считайте это вложением в будущее. — Он криво ухмыльнулся. — Я многое успел натворить, думаю, за ваше спасение кое-какие прегрешения можно простить. Не мне, так Шем.

— Жалеешь? — не удержала ехидного вопроса.

— Жалею, что во все это ввязался, — не стал отрицать он. — Чужая месть — это не то, чего я от жизни хотел. Да и жизни после этого никакой уже не будет, или будет, но без меня. Вы ведь догадались о том, что это мать виновата в эпидемии? Я уже не верю, что даже с собранной силой у нее получится что-то. Скорее, весь мир объединится, чтобы уничтожить ее и всех, кто окажется рядом, а умирать я не собираюсь.

Разумные мысли, ничего не скажешь. Отчего же они ему раньше в голову не пришли, до того, как успел натворить столько всего? Подумала, что, если выберемся из этой передряги живыми, надо будет этих двоих как-нибудь лорду Миринду сплавить, в благодарность за спасение, а то почему-то жалко безмозглых детишек. На Арейле им все равно не жить, Дэниелу — так уж точно, за все, что он натворил, ему грозит казнь. А в Империи от парочки магов точно не откажутся. Тем более Тайная канцелярия неплохо умеет заставлять пойманных преступников работать на благо государства.

Впрочем, для этого надо сначала выбраться, а мне почему-то не верится, что все будет так просто.

— Поспешим, защиту отключить удалось ненадолго, — хмуро поторопил нас Дэниел, подсвечивая дорогу своим зловещим голубым огоньком. — Тревога поднимется в любой момент, надо успеть убраться отсюда как можно дальше.

Наши стражи, те, что с арбалетами, стояли у стеночки недалеко от двери двумя безучастными статуями. Дэниел прошел мимо них так, словно это и впрямь статуи, но мы с Ашамель все равно крались мимо и вздрагивали от каждого шороха, ожидая, что в любой миг кто-нибудь из них попытается нас схватить или просто поднимет тревогу.

Но нет, никакой тревоги. Мы едва ли не галопом промчались по всему дому, выскочили на улицу, там почти у самого крыльца ждали два санса, Дэниел подсадил Ашамель, запрыгнул в седло сам, я со вторым справилась самостоятельно. И мы на предельной скорости рванули прочь. Сансы хрипели и рычали, скаля клыки, но мчались так, словно за ними гналась сама смерть. Напоследок успела оглянуться. На фоне полной луны четко выделялся старый обветшалый особняк, прямо как в старинных фильмах ужасов. Но спине прошел неприятный холодок.

Почему-то все происходящее до сих пор воспринималось как приключение, которое обязательно должно закончиться хорошо. И только сейчас я осознала, что в доме, который мы оставили за спиной, находится злющая на весь мир и обладающая огромной разрушительной силой некромантка, от которой предпочел сбежать даже собственный сын, тоже, кстати, человек не слишком добрый и законопослушный. И похищала она меня явно не просто ради развлечений.

Поздновато, конечно, бояться, но сейчас мне было очень даже не по себе.

Еще минут десять длилась наша бешеная гонка, выжимающая из бедных зверей все, на что они способны. Потом пришлось перейти на спокойный шаг, иначе бы окончательно загнанные сансы пали прямо под седлом.

Дэниел замер, словно прислушиваясь к чему-то далекому.

— Ну как?

— Пока спокойно, — хмурый тон ответа не соответствовал словам. — Не знаю, когда нас хватятся. Повезло, что мать заперлась в лаборатории и в ближайшее время не будет реагировать ни на что, происходящее в доме. Аккуратно обойти охранную систему я не сумел, пришлось просто вырубить все.

— Как тебе это вообще удалось? — Не поверю, что на доме была какая-то простая защита. Как раз наоборот, должно быть что-то параноидальное, иначе эту мстительницу давно бы уже поймали. Столько умных и умелых магов не один месяц пытаются отследить, куда уходит украденная вирусом жизнь и энергия разумных, но пока у них ничего не выходит.

— У меня ключ был. — Нехорошая ухмылка искривила губы Дэниела. — Мать дала, на всякий случай. Неделю подходящего момента ждал, и все равно пришлось почти полностью выложиться.

Да уж, и сказать на это нечего. А раз нечего, спрошу о другом, пока время есть.

— Удовлетвори мое любопытство, зачем понадобилось меня похищать?

— Все та же месть. — Он безразлично пожал плечами.

— Но почему именно я, а не, скажем, Глория? — Не то чтобы я желала подруге чего-то подобного.

— Потому что на тот момент до вас было проще добраться. И до остальных бы очередь дошла, но позже. Вы удовлетворили свое любопытство, леди?

На этот ехидный вопрос я ответить не успела, потому что мы опять сорвались в галоп, пусть и не такой бешеный, как раньше. Все-таки транспорт у нас живой, он длительной скачки на износ не выдержит.

В какой-то момент напряжение начало постепенно спадать, казалось, вырвались. Нет никакой погони. Конечно, все прошло подозрительно легко, но могло же нам в конце концов повезти?

Не могло, не стоило и рассчитывать.

Местность мне была совершенно незнакома, даже несмотря на то, что полная луна и привыкшие к темноте глаза позволяли прекрасно все рассмотреть, да и смотреть-то особенно было не на что. Ровное как стол поле, где-то слева темнеет то ли полоса леса, то ли облака. Не понять, где находимся и в какую сторону надо двигаться. Однако Дэниел вел нас уверенно, так что можно было положиться на него.

— Тревога поднялась, — внезапно сообщил он, разбивая все надежды на то, что нам все-таки удалось сбежать, не привлекая внимания.

— Погоня будет?

Дэниел только зло плечами передернул, прошипев что-то сквозь зубы.

Зачем я спрашиваю? Понятно же, что погоня будет!

Больше мы сансов не жалели, гнали на пределе их сил, Дэниел что-то сделал, и наши скакуны словно бы совсем не чувствовали усталости, что вряд ли пойдет им на пользу. Но беречь животных уже не было смысла, хотя мне и не очень понятно, куда мы можем таким образом сбежать от мага огромной силы, наверняка способного открывать порталы.

Нам пришлось немного снизить скорость возле глубокого оврага, на всей скорости нестись через узкий мост было бы слишком рискованно.

Честно признаться, я бы через этот мост и пешком предпочла не идти. Интуиция, после рождения детей наглухо молчавшая, вдруг завопила как резаная. Просто-таки оглушительное: «Не ходи туда!»

— Может, обойдем? — спросила я с робкой надеждой.

— Слишком далеко, у нас нет на это времени, — ответил Дэниел, помогая Ашамель спешиться. Он тоже благоразумно не собирался переходить мост верхом.

— А куда мы, собственно, так спешим? — Я с тревогой оглядывалась по сторонам, непонятно, откуда ждать погони, но ощущение такое, что откуда угодно.

— Я подготовил убежище на такой случай, там накопитель. Рассчитывал спрятать там Ашамель и уйти порталом куда-нибудь подальше. Успеем добраться — считайте, выбрались. Но вы, леди, можете попытаться уйти другим путем, если боитесь высоты.

Выбора не было. Как бы мне ни хотелось не соваться на этот мост, но придется. Нечего и думать, что я смогу добраться куда-то одна. Вздохнув поглубже, неохотно плетусь следом за уже вошедшими на мост попутчиками. Высоты я никогда не боялась, но сейчас с каждым шагом все внутри сжималось от напряжения.

— Я разочарована в тебе, сын. — Женщина вышла из портала по ту сторону моста, когда мы дошли больше чем до середины, и теперь словно бы преграждала нам путь. Ее высокий голос громко звенел в тишине ночи. — Ты меня предал.

Красивая, это было заметно даже в темноте, роковая брюнетка, только кожа неестественно бледная, а тусклые мертвые глаза едва заметно отсвечивают зеленью. Пугающее зрелище на самом деле.

— Ты меня раньше разочаровала, — хрипло ответил Дэниел, задвигая себе за спину Ашамель. Сансы, как будто очнувшись ото сна, захрапели и заволновались. Я отпустила повод, позволяя зверю испуганно пятиться, чутье подсказывает, что он мне больше не понадобится, а вот помешать испуганный санс на узком мосту может.

Никаких пафосных речей или глупостей вроде: «Вернись, я все прощу». Они ударили почти одновременно, Дэниел успел буквально на пару мгновений раньше, но это ничего не изменило. Две видимые, практически осязаемые волны магии рванулись навстречу друг другу и столкнулись посередине с зубодробительным гулом, расплескиваясь в стороны.

События понеслись вскачь, как это всегда бывает в критических ситуациях.

Мост тряхнуло как от взрыва, я едва успела схватиться за перила, буквально проваливаясь между ограждением. Закричала Ашамель, едва не затоптанная перепуганными сансами, звери, не разбирая дороги, рванулись вперед, в этот жуткий магический вихрь, и буквально на глазах теряли куски плоти, словно нечто невидимое заживо их обдирало, пока не превратились в голые скелеты. До нас долетали брызги крови и тошнотворные ошметки. Побелевшими пальцами держась за перила, чтобы не съехать в пропасть по медленно кренящемуся настилу, я молилась всем богам, чтобы выдержал сам мост.

Магичка подняла руку, готовясь выпустить в нашу сторону что-то не менее смертоносное. Вот на кончиках ее пальцев формируется нечто жуткое, я почему-то вижу это даже с такого расстояния. Еще миг, еще один удар сердца — и сформировавшееся окончательно заклинание полетит в нашу сторону, тогда нас уже ничто не спасет, я точно знаю.

Какой, оказывается, безумно длинный этот последний миг перед смертью. Я успеваю подумать, что надо зажмуриться, когда это полетит в нашу сторону, Дэниел пытается устоять на ногах, что-то колдует в отчаянной попытке защититься и так же отчаянно не успевает… А в следующий миг некромантка с яростным вскриком падает вперед от мощного удара в спину, но я уже не могу посмотреть, чей это был удар, потому что практически сформированное заклинание проламывает настил моста, улетая куда-то в темную глубину оврага, а сам мост с оглушительным треском начинает стремительно осыпаться прахом.

Я только успеваю осознать весь ужас ситуации, как магичка в облаке праха тоже падает вниз, а затем последние крепления моста перестают существовать, а весь мой мир сужается до отчаянно стиснутых на веревочных перилах пальцах и единственном стремлении — не сорваться.

Удар выходит сокрушительным, выбивает воздух из груди, уши почему-то заложены. Что-то сыплется на голову, к счастью, не слишком крупное. Но я не обращаю на это внимания, отчаянно карабкаясь вверх, где — цепляясь за остатки моста, а где и впиваясь инстинктивно выпущенными когтями в стену, потому что часть моста подо мной стремительно укорачивается, продолжая обращаться в прах. А еще буквально на пятки наступают чудом уцелевшие Дэниел и Ашамель, и мне нужно быть быстрее их: если я не успеваю, они хватают за ноги, пытаясь подтянуться, а такой груз выдержать мне просто не по силам.

Выбралась! Вот он, край обрыва. Комья земли сыплются прямо в лицо, но я только головой трясу, подтягиваясь на руках из последних сил (проклятая спокойная жизнь!), цепляюсь за осыпающуюся землю исцарапанными грязными пальцами, откатываюсь в сторону и замираю почти у самого края обрыва, пытаясь унять сбившееся дыхание и подкатывающие к горлу слезы. Слезы униматься не желали, стекая горячими дорожками по грязным щекам.

В ушах наконец перестало гудеть, и я услышала множество голосов с другого края оврага. С трудом перевернувшись, посмотрела. Там суетилось множество людей, горели огни, кто-то подбегал к обрыву с факелами, пытаясь разглядеть что-то на дне. Кто-то просто суетился и кричал. А вон там… Это же Раш и Таналь! И Дерек неподалеку. Лиц отсюда не разглядеть, но ошибиться я не могла.

Таналь тянет Раша за предплечье (это вызывает у меня невольную улыбку, потому что на фоне моего мужа эльф выглядит мелким), что-то ему говорит и делает характерный жест открытия портала. Я все с той же улыбкой отворачиваюсь, ожидая, когда они появятся рядом. Успеваю увидеть, как облегчение на лице появившегося из портала мужа почти мгновенно сменяется ужасом. «Отойди от края!» — кричит Таналь, вскидывая руки со сверкающим на кончиках пальцев заклинанием, но я не успеваю отреагировать. Сильная и ледяная рука вздергивает меня на ноги, и холодные пальцы стискивают горло.

— Думали, от меня так легко избавиться? — шипит над ухом знакомый голос.

«Господи, до чего же она холодная, — забредает в отупевшее от всего произошедшего сознание бессмысленная мысль, — как покойник».

— Чего ты хочешь, Майлин? — Дерек, вышедший из портала, собран и невозмутим, он всегда собран и невозмутим, и это хорошо. В отличие от Раша, который едва не рычит от ярости.

А мне даже не страшно, я просто устала и с пронзительной ясностью понимаю: они не договорятся. Эта дамочка давно уже не человек, она восставший покойник, могущественный лич, имеющий лишь единственную цель — месть. И не важно, что это она сделала с собой сама. Она будет идти к своей цели, невзирая ни на что.

— Чего я хочу?! — тем временем зло шипела у меня над ухом магичка. — Хочу, чтобы ты понял, от чего отказался, и пожалел об этом. Это ведь ты во всем виноват, во всем, что случилось! Но я получила силу, видишь? — Вокруг нас начала трескаться и расходиться земля, из нее выбирались почерневшие от времени, полуразвалившиеся скелеты животных. Даже в глубине оврага что-то шуршало и скрипело. Все это некромантское воинство пока ни на кого не нападало, оно и двигалось с трудом, но выглядело так, что у меня волосы бы встали дыбом… если бы еще оставались силы пугаться. — Мне хватило ума и таланта стать сильней тебя, я больше не слабая и не бесполезная. И теперь ты заплатишь…

Я перестала слушать, что она говорит, какая, в конце концов, разница обычные излияния обиженной и брошенной женщины. Мы в такой ситуации способны ради мести весь мир уничтожить. Постаралась отрешиться от всего — от высокого голоса, изливающего свои обиды на их виновника, от ледяных пальцев, больно впивающихся в горло… Сейчас нужно думать, как спастись, потому что не отпустит она меня, даже если Дерек предложит обменять свою жизнь на мою. Я бы на ее месте точно не отпустила. И делать надо что-то быстро, пока эта Майлин тратит время на то, чтобы выговориться, и почти не обращает на меня внимание. Мозг работал на удивление четко и быстро. Что у меня есть? Электрошокер и когти с ядом. Электрошок и яд против мертвых бесполезны. Интересно, парализующий сработает или нет? Но у меня будет только одна попытка, чтобы это проверить. Значит, только когти, очень прочные и острые, способные выдержать мой вес и резать даже камень, не то что человеческую плоть.

Не знаю, как у меня это получилось, наверное, на пороге смерти в организме открываются какие-то дополнительные резервы. Надо было очень медленно и незаметно поднять обе руки, а потом буквально в долю мгновения выпустить когти и нанести два одновременных удара, один — по удерживающей меня кисти, а второй, из неудобного положения — точно в висок. Еще недавно я сказала бы, что это совершенно невозможно… Когти с отвратительным хрустом пробили кости черепа, а с рукой вышло не так просто, чтобы перерубить кисть, мне не хватило силы и замаха. Это и подвело, поняла я, заваливаясь назад вместе с телом магички, которую сама же и толкнула. В последний миг она сжала руку так, что вдохнуть было невозможно, а я полоснула по кисти еще раз, отрезая ее напрочь, впрочем, это уже не важно. Мы ведь до сих пор так и стояли на краю обрыва.

Что-то горячее с гулом проносится мимо, догоняя улетевшее быстрее меня тело и едва не опаляя волосы.

Зажмуриваюсь, но вместо короткого полета ощущаю болезненный рывок, едва не вырвавший мне плечо из сустава. Распахиваю глаза и вижу над собой напряженное лицо Дэниела, удерживающего меня за руку над пропастью. Мокрую от пота после всего пережитого напряжения руку, которая теперь миллиметр за миллиметром выскальзывает из его крепкой хватки. А я второй рукой отчаянно отдираю так и вцепившуюся в горло кисть, чтобы сделать глоток воздуха. Сколько раз за сегодня я уже успела проститься с жизнью? Два, три? В последний момент рядом с некромантом падает тяжелое тело Раша, заставляя землю содрогнуться, он хватает меня за предплечье и резко дергает вверх. Вот теперь плечо действительно вывихнуто, но это не важно. Потому что я ощущаю землю, твердую землю под бессильно подкашивающимися ногами, теплые надежные объятия мужа и совершенно бесконтрольно бегущие по щекам горячие слезы.

— Все? Теперь-то все? — спрашиваю безнадежно.

— Вот теперь точно все, — убежденно обещает Таналь, и, словно воспринимая это как команду, вяло копошащиеся костяки вокруг нас с тихим шорохом опадают на землю. Некромантка так и не успела отдать им команду нападать.

А я отчаянно, до рыданий смеюсь, вцепившись в мужа. Господи, наконец-то все закончилось!

ЭПИЛОГ

Нельзя сказать, что после победы все сразу резко стало хорошо. Так только в сказке бывает, а у нас какая-никакая, но реальность, пусть и с магией.

Главной и срочной проблемой оказалось оставшееся от окончательно почившей некромантки «наследство». Нам, если подумать, фантастически повезло, что это столкновение произошло на некотором расстоянии от некромантского убежища и что она не посчитала беглецов серьезными противниками. На самом деле только Дэниел мог что-то противопоставить матери, но уж предел его возможностей она знала отлично и не сочла необходимым использовать всю накопленную с чужих смертей силу против него. Сначала не сочла, потом просто не успела. А сила эта оказалась просто чудовищной.

Будь некромантка чуть более осторожной и чуть менее самоуверенной — и все для нас закончилось бы плохо. Однако вся накопленная с тысяч смертей некроэнергия никуда не делась, мстительница не успела ею воспользоваться. Майлин, без сомнения, была настоящим гением, лучше бы она свои мозги использовала для чего-то более конструктивного, чем бессмысленная месть. Многого бы добилась, могла бы стать великим ученым.

У нее не было доступа к нужным драгоценным камням, да подходящей емкостью обладают, пожалуй, только драконьи камни. И она изобрела что-то свое, причем настолько необычное и оригинальное, что в этом не смогли разобраться даже специалисты. Неизвестной конструкции накопитель, полный чудовищного количества токсичной некроэнергии. Его нашли в том самом особняке, вместе с лабораторией и кое-какими записями почившей владелицы. Было в той лаборатории много чего интересного, но на первом месте стоял накопитель.

Что с ним делать? Разрушить и выпустить накопленную энергию? Это все равно что древнюю атомную бомбу взорвать. Нормально использовать эту жуть, да и то с оговорками, могли только некроманты. Но отдать такое некромантам? А с другой стороны, и не отдать тоже не получается, ничего другого сделать с этим накопителем невозможно. Даже неизвестно, можно ли его переносить или сразу все рванет? Оставить все как есть и запечатать особняк, чтобы никто не смог подобраться, — тоже не вариант.

В общем, это была очень и очень непростая задача. Отдать кому-либо такое смертельное оружие в единоличное пользование казалось немыслимым.

К счастью, у нас уже сложилась крепкая коалиция, проверенная дружбой и совместными приключениями, а главное — заверенная союзными договорами, подтвержденными магией. Так что обошлось без ссор и интриг, просто магических договоров и клятв немного прибавилось, а потом люди Дерека под присмотром эльфов и орков занялись осторожным изучением оставшегося от некромантки наследства.

Остальные проблемы, требующие решения, были уже не такими опасными или глобальными.

Дэниела я все-таки сплавила лорду Миринду на перевоспитание, пусть теперь он с ним мучается. Никто не стал возражать, все-таки парень пытался меня спасти, даже дважды, но в то же время он преступник и, оставшись на Арейле, не смог бы избежать наказания. Дереку меньше всего хотелось казнить собственного сына, даже после того, как тот пытался его убить. А так… пусть отрабатывает свои преступления под плотной опекой Тайной канцелярии. Там есть специалисты по работе с подобным контингентом. Ничего лучше для него сделать было невозможно, не отпускать же его на все четыре стороны после того, что он успел натворить. И без того наказание получилось слишком мягким.

Ашамель попросилась с мужем, хотя ее никто и не заставлял покидать Арейлу. В степь, как изгнанница, она вернуться не могла, но остальной мир был для нее открыт, а Дерек обещал позаботиться о невестке и будущем внуке. Но Ашамель не захотела остаться. Что ж, может быть, для нее так будет даже лучше. Во всяком случае, свою мечту о безопасной и комфортной жизни она все-таки осуществила.

Но прежде, чем отправиться в Империю, Дэниел ответил на многие вопросы, он знал гораздо больше о делах матери, чем Ашамель. Врать и запираться ему теперь невыгодно, да он и не смог бы, у магов имеется множество способов заставить разумного правдиво отвечать на вопросы.

В этом деле было еще много нюансов, в общем-то уже на ситуацию никак не влияющих, но пока неясных. Вот, например, с капитаном Виритом. Так и не удалось до сих пор выяснить, был он жертвой или пособником. По словам Дэниела, все-таки жертвой, один из первых экспериментов Майлин с полным подчинением сознания и созданием ходячей бомбы из разумного. Капитан мог бы еще очень долго ждать своего часа, даже не подозревая о наложенном заклятии. Но в данном случае ему было приказано свалить всю вину на нас с Глорией и самоуничтожиться в случае опасности разоблачения.

Так же прояснился момент с покушениями, когда я изображала из себя приманку. Тут, по признанию Дэниела, он тоже приложил руку, пусть и не очень охотно. Но мать посчитала меня и Раша угрозой и потребовала, чтобы он решил эту проблему. Сам некромант в это ввязываться не хотел, потому заплатил наемнику. А тот, видимо, был не очень удачливым, что и неудивительно, действительно хороший профессионал стоит дорого, и нужно время и связи, чтобы его найти. В общем, пришлось работать с тем, что есть, на «отвяжись». Дэниел к тому времени понимал, что его вот-вот вычислят, и обдумывал план побега, а месть предпочитал отложить на потом, впрочем, он бы не огорчился, если бы у наемника все получилось.

Переговорные амулеты, кстати, тоже Дэниел взламывал, как Дерек и подозревал, чтобы успеть сбежать, когда его соберутся арестовывать. И матери об этом не говорил, кстати. Мозги у них, похоже, тоже семейное.

Дэниел же прояснил и еще один неясный момент — каким образом меня похитили. Откуда-то Майлин знала, когда я должна переезжать, по какому маршруту и с какой охраной. Только вот об этом даже в княжеском дворце далеко не все были осведомлены. Получается, в княжеском дворце есть шпион?

Тут Дэниел мог сообщить лишь, что сдала меня Ашен. Буквально. Она работает в княжеском дворце, и, когда к ней обратилась незнакомая женщина, та выложила ей все, что обо мне знала. Причем делала это даже не один раз.

Пришлось приложить некоторое усилие, чтобы вспомнить, где я слышала это имя. Бывшая подружка Раша, та самая, с которой он разговаривал на следующий день после нашей свадьбы.

Ее потом тоже тщательно расспросили, прежде чем изгнать, как Ашамель до этого. Причем сейчас никто предательнице помогать не стал, даже Раш. Когда Ашен поняла, что запираться бесполезно, сразу во всем призналась. Оказывается, ее задело даже не то, что Раш легко и без сожалений променял бывшую подружку на меня. Ашен понимала, что княгиней ей все равно не быть, не я, так Ашамель, а сама она останется в лучшем случае любовницей. Это было такое своего рода проявление орочьего расизма, Ашен готова была смириться с любой другой женой-орчанкой для княжича, но только не с чужой человечкой.

Вообще-то я подозреваю, что личная обида тут тоже присутствовала, но Ашен сама себя убедила, что это не мелочная ревность, а настоящий патриотизм. Она хотела избавиться от меня любыми методами, но повода для вызова на поединок я не давала, да и Ашен после того проигрыша Ашамель на свадьбе была не уверена, что одержит победу в поединке. Оттого она так охотно и легко согласилась на сотрудничество с некроманткой.

Жизнь потихоньку налаживалась. Эпидемия постепенно сошла на нет. Были в первое время опасения, что распространение болезни после смерти ее создательницы станет совсем бесконтрольным. Однако кое-какие записи Майлин помогли ученым быстро закончить работу над лекарством. К тому же теперь имелось надежное средство профилактики, так что катастрофы удалось избежать. В очередной раз.

Но вообще кризис миновал еще раньше, а сейчас все просто зализывали раны. Все-таки за период эпидемии в этом мире погибло очень много разумных.

У нас тоже постепенно все наладилось. Какое-то время после похищения я приходила в себя, стараясь как можно больше времени проводить с детьми. А потом решила, что пора перестать чахнуть и стоит занять себя каким-нибудь полезным делом. Традиционный послеродовый карантин все равно уже был неоднократно нарушен и больше не имел никакого смысла.

У княгини много забот и обязанностей, а у меня под боком больше не было леди Найриль с ее боевой командой фрейлин, способных, кажется, решить любую проблему. Были, конечно, редкие поездки в гости и переговорные амулеты, во дворце мы установили при первой возможности стационарный, с иллюзией присутствия, но это все равно не то же самое, что личное общение. Ничего, со временем я всему научилась и сама и даже собрала для себя команду не хуже. Среди красных нашлись не менее умные женщины, и они стали для меня настоящей опорой и хорошими подругами. Но случилось это далеко не сразу, поначалу времени едва-едва хватало на мужа и детей. А уж на то, чтобы рефлексировать и переживать, его не оставалось совсем.

Стоит сказать пару слов и о других бывших имперских невестах. Больше, к счастью, никто не погиб, все так или иначе прижились в этом непростом мире. Почти все обзавелись детьми в период Войны Стихий, принцы предпочли времени зря не терять и позаботиться о магически сильных наследниках, раз уж они и так родились полукровками. Не знаю, как насчет семейного счастья, такими подробностями со мной никто не делился, но ни одна из них несчастной не выглядела. А Мелинда, так и не изменившая своему эксцентричному стилю, и вовсе при редких встречах лучилась довольством жизнью, ее не смущали такие мелочи, как слишком юный возраст мужа и то, что макушкой наследный принц гномов доставал ей как раз до подбородка.

Все девушки нашли свое место на Арейле и занятие по душе. Впрочем, был ли у них выбор?

За заботами время летело стремительно. Достроили наконец второй межмировой портал. Поток товаров между Империей и Арейлой удвоился, и это приносило немалую прибыль. На Арейлу стали потихоньку пускать туристов, это было дорогое удовольствие, и приоритет имели родственники живущих тут женщин, но желающие появились быстро. Бель при первой возможности навестили родители.

А Таналь через год после рождения сына внезапно вместе с семьей сорвался в Империю и вернулся оттуда с биоимплантатом. Теперь ему больше не нужны были очки, их заменяли специальные встроенные в глазницу линзы. Выглядело жутковато, словно темная пустота в глазницах, линзы были зеркальными, слегка затемненными и закрывали всю склеру целиком. Еще страшней это выглядело у годовалого ребенка, он полностью унаследовал колдовские папенькины глаза. Но его родителей это мало беспокоило, у этого ребенка есть любящая семья и нет проблем с контролем своих необычных способностей, у него не будет такого трудного детства, как у отца.

Таналь был полностью доволен, он избавился от надоевших очков, а новый образ внезапно придал ему больше солидности.

Дети тем временем стремительно росли. Научились ходить и разговаривать, а потом и бегать. Вот тут-то все и содрогнулись, а мы с Рашем осознали, что орочий взрывной темперамент и мой неуемный авантюризм смешались в наших детях в весьма взрывоопасный коктейль. Чего они только не вытворяли! Детские проказы изводили всех обитателей дворца, а уж когда у них начала проявляться спонтанная магия, взвыли даже самые терпеливые. То тесто на дворцовой кухне вылезало из маленькой кадушки, так что приходилось начинать раскопки, чтобы в эту самую кухню проникнуть. То внезапно на ком-то кучкой пепла истлевала вся одежда прямо на ходу. Пару раз во дворце оживала мебель и порывалась сбежать в степь.

Впрочем, не одни мы так страдали. После Войны Стихий таких детишек с огромной силой народилось много. Но среди орков только наши близнецы оказались классическими магами, да еще и стихийниками. Огонь и воздух — взрывоопасная смесь. На этом фоне маленькие шаманы, не способные к масштабным разрушениям, смотрелись бледно.

К семи годам детей пришлось отправлять на обучение. Обитатели княжеского дворца вздохнули спокойней. Зато Дерек и Глория получили удар по нервам в двойном размере. У них ведь самих росли такие же шалопаи. А что поделаешь, у орков классической магии не обучают совсем, некому, да и соответствующее мировым стандартам образование для наследников престола заметно хромает. Мы над этим, конечно, работаем, но пока что наши дети, как и Раш в свое время, вынуждены были отправляться на обучение к соседям. К счастью, существует такая полезная вещь, как порталы, близнецов можно было забирать домой на выходные. К облегчению их наставников и нянек.

В одиннадцать лет близнецов, обе пары, потянуло на приключения. Они сбежали из дома к драконам. Несколько этих крылатых ящеров все же остались на Арейле ради контактов с Империей, но по большей части сидели на своем континенте, время от времени пуская к себе пару-тройку парламентеров.

Как потом выяснилось, на эту авантюру подбил детишек отпрыск Таналя, сдружившийся со всеми близнецами. Мы так и продолжали дружить семьями, потому дети общались регулярно. Маленький паразит где-то раздобыл координаты и даже смог пробраться вместе с друзьями к папиному дворцовому накопителю, чтобы открыть портал. Своих-то силенок ему на такой подвиг пока не хватало.

Как эти охламоны не разобрались на атомы, не вывалились где-нибудь на полпути в океане и не улетели в неизвестные дали, а благополучно добрались до места порталом, открытым толком не обученным ребенком, до сих пор никто объяснить не может. Подозреваю, наши обормоты просто знали, что с ними ничего не случится, все же дар предвидения у них силен. Но когда мы во всем разобрались… у Раша в его черной косе появились первые седые волосы, Глория едва не слегла с сердцем, а я грозилась выпороть хулиганов и запереть на неделю, как только вернутся домой. Спасибо драконам, безобразников нам вернули в рекордные сроки. Все пятеро получили неслабую взбучку, а следующие несколько лет их ждала такая муштра, что стало совсем не до шалостей.

Когда детям исполнилось четырнадцать, мы всей семьей отправились в Империю по личному приглашению императора. Близнецы были представлены при дворе. Пусть я сейчас и арейская княгиня, но по-прежнему остаюсь и герцогиней Саренвиль, а мои дети — наследники.

На императорском балу Шейла познакомилась с принцем Эриком, тем самым, которого когда-то лорд Миринд прочил в женихи моей еще не рожденной дочери. Судя по всему, принц дочкой был очарован едва ли не с первого взгляда, Шейла уже в свои четырнадцать приобрела заметные женственные формы, и мужчины начали поглядывать на нее с интересом. Еще пару лет — и дочка станет ослепительной красавицей. Его высочество не напугали даже грозные взгляды Эрика, бдительно приглядывающего за сестрой. А это, между прочим, о многом говорит, сын уже сейчас не уступал в росте Рашу и вообще поразительно походил на него как внешностью, так и комплекцией, отличия были разве что в длинной платиновой косище. Даже глаза пожелтели совершенно по-орочьи. Это только Шейла по-прежнему сверкала своим ярким аквамарином.

Позже тезки вполне подружились, и за все то время, что мы находились в Империи, принц прочно влился в дружную компанию близнецов. На осторожные вопросы, что дочь думает о принце Эрике (я идеи лорда Миринда воспринимала крайне серьезно), она лишь загадочно улыбалась и обещала, что все будет хорошо.

В итоге все действительно было хорошо.

Content

Елена Картур
МЕСТЬ НЕКРОМАНТА

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

ЭПИЛОГ