Туи Т. Сазерленд

Мрачная тайна

Tui T. Sutherland

WINGS OF FIRE, Book 4: THE DARK SECRET

This edition is published by arrangement with Writers House LLC and Synopsis Literary Agency

All rights reserved. Published by Scholastic Press, an imprint of Scholastic Inc., Publishers since 1920. Scholastic, Scholastic Press, and associated logos are trademarks and/or registered trademarks of Scholastic Inc.

© А. Круглов, перевод на русский язык, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

***

Первому племени Джоны и Эллиота: Вилламине и Вайату, Эшвин и Сайрусу, Лео и Майе, Амели, Чарли, Адаму, Стелле, Рэйди и Лайле, Сильви и Пенелопе, Келвину, Эви и Джошуа, Ною и Грейс

***

Пророчество о драконятах

Двадцать лет, двадцать зим будет смертным на страх

Мир войною объят,

И земля, утопая в крови и слезах,

Призовёт драконят.

В сини бездонной яйцо – морские крыла.

Звёздные крылья подарит ночная мгла.

Яйцо, что больше других, с горных высот

Крыльев небесных жар тебе принесёт.

За земляными в болотную топь нырни,

В яйце цвета крови драконьей скрыты они.

И в месте укромном вдали от дворцовых смут

Песчаные крылья в яйце незримые ждут.

Три королевы пылают, жгут и палят,

Две из них сгинут, нет третьей пути назад —

Лишь покорившись чужой великой судьбе,

Мощь светлоогненных крыл ощутит в себе.

Пять пробуждений в трёхлунной ночи без звёзд.

Пятеро смелых взлетят из драконьих гнёзд —

Сгинут раздоры, тьма воссияет, и, светом объят,

Примет мир драконят.

Пролог

Ледяные драконы явились словно из ниоткуда.

Вечер не обещал неожиданностей. Совместный отряд земляных и небесных драконов, как всегда, нёс патрульную службу в горах на границе двух королевств. Жизнь текла мирно: ни одной битвы за шестнадцать дней после той, под утёсом у посёлка земляных, в которой погибла Цапля.

Каждый раз, думая о последнем бое, Камыш ощущал гнетущую пустоту в душе. Хотелось зажмуриться, упасть в эту пропасть и остаться там навсегда, но он не имел права, потому что отвечал за четверых младших братьев и сестёр. Он был их вождём, хранителем – хотя и знал, что занимает место старшего брата Глина, яйцо которого забрали ещё до их появления на свет.

– Ты слышал? – с тревогой шепнул крошка Охр.

Самый маленький из выводка земляных, он был и самым наблюдательным, и все знали: малыш ничего не скажет зря.

– Что? – тихо спросил Камыш, оборачиваясь и напрягая слух.

Поймав крыльями восходящий поток воздуха, он взмыл выше рядом с братом и стал вглядываться в тёмные скалистые уступы Облачных гор, но не уловил ничего – ни движения, ни шума крыльев. На всякий случай обернулся к остальным, подзывая их взмахом хвоста. Фазан, Стерх и Торф пристроились сзади тесным клином.

– Кто-то шипел, – объяснил Охр, – где-то совсем близко.

Камыш опасливо глянул на сумрачные кроны деревьев, обступивших склоны предгорий. Там могло прятаться что угодно. Однако слышал он лишь громкие команды командира песчаных, который орал так, словно патруль назывался секретным только в шутку.

– Вперёд, земляные! Почему отстаёте?

Шестеро свирепых песчаных драконов, преданных сторонников принцессы Огонь, летели следом за ним, угрюмо ворча:

– Скорее бы закончить и поспать, невмоготу уже!

Охр покрутил головой.

– Может, и показалось.

И вот тут-то девять ледяных драконов стрелой выскочили из леса и с ходу врезались в строй песчаных.

Нападение было таким внезапным и хорошо рассчитанным, что через мгновение двое песчаных из авангарда уже бессильно трепыхались в воздухе, падая по спирали с измочаленными крыльями и порванными глотками. Камыш едва успел осознать, что сражение уже началось.

Торф в ужасе ухватился за старшего брата, так что оба едва не перевернулись. Он ещё не совсем пришёл в себя после первого своего боя, когда сестра погибла у него на глазах. «Надо им заняться, – сказал себе Камыш, – потом».

– Спокойно! – крикнул он, выдёргивая крыло. – Вперёд, скорее! Летим на помощь!

Он видел неуверенность в глазах братьев и сестёр – и вдруг подумал, уже не в первый раз: а как поступил бы на его месте Глин? Может, с настоящим хранителем гнезда всем было бы спокойней и безопасней? А может, и остальные сейчас думают то же самое?

Они молчали, хотя думали совсем другое: какая польза от них, новобранцев, в смертельном бою? Снова терять родных – ради чего? Промолчали – и ринулись туда, где сцепились в жестокой схватке лучшие бойцы.

Драться с ледяными врагу не пожелаешь. Их зубчатые когти вдесятеро острее обычных, а удары длинного хвоста, тонкого как хлыст, оставляют на морде и крыльях кровавые рубцы. А самое страшное – ледяной выдох, способный в один миг заморозить насмерть.

Подлетая, Камыш плюнул огнём в огромную ледяную дракониху, которая схватилась с командиром песчаных. От жгучей боли та щёлкнула зубами и злобно зашипела, но от драки не отвлеклась, а Камышу едва удалось увернуться от другого ледяного, зашедшего сбоку. Они закрутились в воздухе, молотя крыльями и обмениваясь мощными ударами когтистых лап. Новая порция огня заставила противника отскочить, прикрывая морду, а Камыш бросился к Охру, на которого налетал ещё один ледяной, и оттолкнул в сторону, принимая грудью удар на себя.

Стерх! Зубчатые когти серебристо-белой драконихи почти сомкнулись у сестры на горле. Камыш взревел в бессильной ярости, однако Фазан уже пришла на выручку. Она отпихнула ледяную, но та изогнула шею и разинула пасть, в которой таился убийственный холод.

Камыш сжал зубы. Снова терять родных? Ни за что!

Он рванулся вперёд и со всей силой отчаяния полоснул дракониху когтями по горлу, сам рискуя попасть под смертельный заряд. Из глубокой раны с бульканьем плеснула кровь, глаза ледяной удивлённо вытаращились. Камыш с ужасом смотрел, как она рушится вниз на тёмные торчащие ветви деревьев, слабо трепеща крыльями, словно умирающий кузнечик.

– Все назад! – грянуло внезапно в ушах. Сердце подпрыгнуло от радости, но в следующий миг стало ясно, что бегут вовсе не ледяные. Голос принадлежал песчаному командиру. – Все назад!

Зачем? Победа была так близка! Нет, это к лучшему, подумал Камыш, слишком большой риск. Ещё одну потерю он не переживёт. Лучше отступить.

– Все назад! – повторил он команду, хватая Охра и вытаскивая из схватки. – Отступаем! Фазан! – Он вгляделся в сумерки, с трудом различая своих в сплетении драконьих тел. Слава трём лунам, вроде все живы. – Земляные, ко мне!

Рванув в последний раз клыками лапу противницы, сестра присоединилась к нему, а за ней – Торф, Стерх и Охр. Камыш проводил взглядом песчаных, удиравших к вершинам Облачных гор. Большая часть ледяных кинулась вдогонку, но двое направлялись сюда.

– За мной! – скомандовал Камыш своим, устремляясь вниз.

Придётся последовать примеру ледяных и спрятаться среди деревьев. Следовать за песчаными необязательно – скорее всего, они укроются в Небесном дворце. А вести ледяных за собой в родное селение совсем не хочется.

Сосновая хвоя больно хлестнула по носу. Дело привычное. Выводок земляных не раз практиковался в полётах сквозь лесную чащу, никто из своих не отстанет.

Сверху послышалось хлопанье крыльев, и Камыш оглянулся через плечо. Братья и сёстры все рядом, это преследователи запутались наверху в колючих ветвях. Он приземлился на сырую почву, усыпанную прелыми иголками, и мигом распластался на земле, подавая пример другим. В полумраке леса бурая чешуя земляных была неразличима.

Тишина. Драконята затаили дыхание. Где-то высоко трещали ветки, в кустах раздавался лёгкий топот испуганных ночных зверьков. По вытянутой лапе Камыша пробежала белка, но он не шевельнулся, застыл как мёртвый.

Время тянулось бесконечно. Потом наверху послышался свист, за ним – шум удаляющихся крыльев. Всё. На всякий случай Камыш полежал ещё, потом осторожно, когда уже стало невмоготу, вдохнул терпкий лесной аромат.

– Все целы? – спросил он тихонько.

– Ужас какой… – перевёл дух братец Торф. – Я думал, мы все умрём.

– У меня порядок, – сообщила Фазан. – Само всё заживёт.

– У меня тоже, – хрипло отозвалась Стерх.

– Охр, ты как? – не дождавшись ответа, окликнул Камыш младшего.

– Ненавижу эту войну! – горячо выпалил тот. – Если бы хоть понять, за что мы дерёмся! Какое нам дело, кто сядет на трон песчаных? Что за Огонь такая – я знать её не знаю. Зачем мне убивать ледяных – из-за её семейных свар?

– Потому что так хочется её величеству, – объяснила Фазан с иронией, которая показалась Камышу небезопасной даже здесь, где никто не мог подслушать.

– У королевы Ибис свои причины поддерживать Огонь и небесных, – сурово заметил он, – и не нам обсуждать её решения.

– И вообще, войне скоро конец, – вдруг добавила Стерх, сверкнув глазами в свете луны. Она редко подавала голос, а после гибели сестры Цапли совсем замкнулась в себе. – Глин её остановит.

От того, как она произнесла имя старшего брата, Камышу захотелось нырнуть в самую глубокую трясину и не вылезать целый месяц. Как она верит дракончику, которого едва знает! Конечно, братья и сёстры любили Камыша и доверяли ему, но… Наверняка тоже спрашивают себя, не осталась ли бы Цапля в живых, будь их хранителем с самого начала Глин.

– Да, – поднял голову Охр, – Глин и его друзья скоро спасут нас.

– Вот только как скоро? – вздохнул Торф. – В пророчестве сказано, что война продлится двадцать лет… Значит, осталось ещё целых два?

– Это смотря как считать, – оживилась Фазан. – Если с первой битвы, то да, прошло восемнадцать лет, но если со смерти королевы Оазис, когда начались все раздоры, то уже почти двадцать. – Поймав взгляд Камыша, она пожала крыльями. – Ну да, я много читала о пророчестве, после того как прилетал Глин.

Драконята замолчали, каждый размышлял о своём – об одном и том же.

– Раз всё так плохо… – задумчиво начал Камыш, – может, нам податься к Когтям мира?

– Вот ещё! – сердито зашипела Фазан. – Война войной, а бросать свой дом и племя не годится! Мы земляные драконы, а не кто-нибудь, и должны держаться вместе.

– А ты думаешь, стоит? – осторожно спросил Торф, прижимаясь к Камышу. – Я пойду за тобой куда угодно.

– И мы все – тоже, – поддержал его Охр.

Камыш знал, что пойдут, но сам не был уверен. Что хуже: предать своё племя или рисковать жизнью родных?

– Ты погоди решать, – успокоила его Фазан. – Пока, слава лунам, хоть уцелели. Вернёмся домой, выспимся, а утром уже подумаем.

Он кивнул. Драконята собрались в круг, отряхиваясь от сосновых игл и расправляя затёкшие крылья, насколько это позволяли тесно стоящие деревья.

– Интересно, что здесь понадобилось ледяным? – спросил Торф, топая лапами, чтобы согреться.

– Понятия не имею, – пожал крыльями Камыш. – Устроили засаду, но вряд ли на нас – кому нужен рядовой патруль? Ждали кого-то другого, мы просто случайно подвернулись.

– Может, им гнездо воришек понадобилось? – предположил Охр.

Камыш глянул с удивлением.

– Какое ещё гнездо?

– А ты принюхайся. Мы только что над ним пролетели. Воришки прячутся здесь в лесу.

– И как только ты успеваешь всё учуять? – покачала головой Фазан. – Даже в спешке.

Крошка Охр молча пожал крыльями.

Стерх с недоумением взглянула на Камыша, за ней и остальные.

– Воришки? Да кому они нужны? Тем более, ледяным.

– Не знаю, – растерянно ответил он, с горечью осознавая, что в последние дни отвечает так всё чаще.

– Ладно, какая разница. – Фазан с удовольствием потянулась. – Главное, мы все живы, спасибо Камышу.

Хорошо бы они и впрямь так считали, с сомнением подумал он.

Торф испустил тяжёлый вздох.

– Будем надеяться, что выживем и в следующий раз.

– А я надеюсь, что следующего не будет! – встопорщил гребень Охр. – Скоро Глин исполнит пророчество, остановит войну и спасёт мир! И никаких больше сражений! Здорово, правда? Ведь может так случиться, правда?

– Может, – согласилась Фазан, – запросто.

– Я тоже так думаю, – кивнул Камыш. Он задрал голову, высматривая звёзды в просветах древесных крон. Никаких больше жертв, никаких разрушений, и тяжкого выбора между верностью племени и безопасностью братьев и сестёр. И никого больше не придётся убивать. – Будем надеяться.

Часть первая

Секретный план

Глава 1

«Где она?» – пронеслась мысль.

Звездокрыл решил бы, что умер, если бы не боль. Тяжёлая тьма давила на глаза, а в носу и горле так щипало, словно там ворочался колючий крокодилий хвост.

«Что с ней?»

Он напрягся, пытаясь отделить кошмары от реальности.

Может быть, вообще ничего не случилось, и они с друзьями ещё в пещере под горой? Никто не убегал от воспитателей, и всё привиделось в ужасном сне после беседы со зловещим Провидцем?

Нет, он ясно помнил, как огромный чёрный дракон увёл его от всех и долго втолковывал, что ночной должен быть стойким, вести за собой других, внушать им почтение и страх, а иначе станет позором своего племени. И прочее, и прочее… Такого Звездокрыл уж точно не мог придумать сам. Значит, случилось на самом деле.

Он свернулся в клубок, ощущая чешуёй острые камни.

А Небесный дворец – был или привиделся? Едва успели распробовать солнце – и новый плен. Тюрьма на вершинах отвесных скал и палящий жар песчаной арены, пропахшей кровью и ужасом. Радость королевы Пурпур, заполучившей настоящего ночного и желающей наблюдать его смерть в бою… Нет, и это всё наяву – он помнил, как тот же Провидец прилетел и унёс его в небо. Друзья остались далеко внизу, превращаясь в синие, бурые и радужные точки. И чувство было почти такое же, как сейчас: будто стал свитком, который разорвали пополам, и никакие слова больше не имеют смысла.

«Увижу ли я её когда-нибудь снова? Надеюсь, она не здесь, а где-нибудь в безопасности».

– Хм… что-то с ним не так, сдаётся мне.

Чужой голос? Звездокрыл прислушался, но воспоминания снова овладели его мыслями. Разговор с Провидцем, ещё один, полный угроз. О том, как важно стать лидером и привести драконят к послушанию – потому что всё теперь зависит от него. Надо выбрать Ожог королевой песчаных…

– Может, они случайно убили его? Вот было бы здорово! Тогда бы я стала дракончиком судьбы вместо него.

– Всё не так просто, как ты думаешь, Зубаста…

А потом – Морское королевство. Где никто не хотел его слушать, не обращал внимания. Все знали: никакой пользы от слабака Звездокрыла. Какое там лидерство, его просто подняли на смех, едва он заикнулся о выборе Ожог!..

Ещё одна тюрьма, и ещё один побег. Дождевые леса, королевство радужных. Загадочные туннели – один в жаркую пустыню, другой в тайное убежище ночных. Уж это он хорошо запомнил. Тёмная дыра в стволе дерева, ведущая к родному дому, которого он ни разу не видел…

– Укусить его, чтобы очнулся? Точно поможет.

– А Провидец точно сбросит тебя прямо в жерло вулкана, если заметит на своём любимчике из пророчества хоть царапину.

– Пусть только попробует! Моя мамаша тогда уж точно обглодает его косточки.

Голоса. Незнакомые, совсем рядом.

Что же случилось там, в лесу? Ухватить, удержать ускользающую память! Вход в туннель… он его сторожил, потому что ночные могли пройти и напасть на радужных. А потом?..

– Хорошо бы он всё-таки очнулся, пока Провидец его не забрал. Хоть расскажет что-нибудь интересное.

– У меня идея!

Топот когтистых лап по камням, и снова тишина.

Глаза никак не открывались, будто на них выросла чешуя. Тяжёлая, усыпляющая тьма.

Да, верно, он сторожил выход из туннеля. Вместе с Глином. Лучи утреннего солнца на зелёной листве, синие цветы, похожие на осьминогов, разворачивают свои головки к свету. А Солнышко там, в деревне с Цунами, смотрит, как Ореола станет королевой радужных – чудеса, да и только… с вечера принесла им с Глином поесть – какие-то странные фиолетовые плоды. Задела за крыло своей золотой чешуёй, улыбнулась…

Нет, никогда он не решится сказать ей: «Я люблю тебя!»

«Пускай другие ночные творят зло, но ведь я не такой, как они! Пусть Ореола твердит сколько хочет, что у нас дома только огонь и вонючий дым, смерть и пытки, и жестокость, но разве я способен на такое?»

Солнышко. В её улыбке, в её глазах он видел себя настоящим Звездокрылом, добрым и честным. Её другом. Как хорошо… и в то же время плохо…

– Эй, осторожней! Прольёшь мимо, больше не побегу.

– А ты не раскладывай свои кривые крылья, дубина!

Снова те же голоса… Что же было потом? Что случилось перед тем, как навалилась эта душная тьма? Он сидел перед тем дуплом и думал. Какие они на самом деле, ночные? Неужели все такие страшные, как Провидец? Вот бы пойти к ним и поговорить – но станут ли его слушать? А если всё-таки удастся помирить их с радужными… убедить… заставить поверить… Вдруг они поймут, что ум важнее силы и храбрости? В конце концов, не так уж важно, есть ли у него особые способности ночных. Что тогда подумает Солнышко? Наверное, просто не признает – решит, что перед ней кто-то другой. Разве у знакомого ей Звездокрыла хватит духу сунуться в этот туннель?

А потом… Потом Глин вдруг завопил: «Видел? Видел? Там кабан! Погоди, я мигом!» Вскочил на лапы, обжора, и кинулся в чащу, только его и видели… Тут-то всё и началось – хлопанье чёрных крыльев, чёрные лапы зажимают пасть… Страшный голос прямо в ухе: «Молчи, или твой друг умрёт!», и тут же другой: «Нет, лучше поостеречься» – и оглушающий удар по голове, и теперь эта боль…

Плюх!!!

Звездокрыл подскочил с воплем и выпучил глаза, зябко передёргиваясь и отфыркивая солёную ледяную воду. Вязкая тяжесть в теле сразу исчезла.

– Ура, сработало! – обрадовался голос.

– Вот невезуха, – хмыкнул другой, – а я-то надеялась…

Тряхнув головой, Звездокрыл поморщился от боли и стал протирать глаза. Морская вода щипала немилосердно.

В окружающей тьме его обступили какие-то размытые тени, каменные стены за ними мерцали зловещим красным светом, словно тлеющие угли. Ледяная вода прочистила нос, но тем отвратительнее казался смрадный дымный воздух.

– Кто вы? – с трудом прохрипел Звездокрыл, откашлявшись.

– Смотрите-ка, даже не дерётся, – удивился кто-то.

– Да куда ему, – сплюнул другой. – Могли бы подобрать кого-нибудь поздоровее… и пострашнее.

– Ага, вроде меня, – подхватила та, что хотела ему смерти.

– Напрягите свои радужные мозги, – презрительно хмыкнул ещё один голос. Звездокрыл уже потерял им счёт. – Его же забрали ещё в яйце, откуда им было знать, какой он вырастет? Мог бы оказаться и драконихой…

– Как я!

– Привет, – робко пробормотал Звездокрыл.

Одна из теней приблизилась, и он различил во тьме угрюмую на вид ночную годом-двумя постарше. Она подняла ему пасть и заглянула в зубы, потом ткнула в грудь, так что он снова закашлялся, схватила за лапу и отпустила, фыркнув:

– Слабак! Я бы тоже отправила его назад.

– Ты так говоришь, потому что сама хотела бы на его место, – усмехнулся другой дракончик, выступая вперёд. Он добродушно похлопал Звездокрыла по крылу. – Пророчества – дело тонкое.

– Это мы ещё поглядим, – прошипела она.

– Её зовут Зубаста, – сказал дракончик. – Не обращай внимания, старшие сёстры всегда много о себе воображают. Моя сестра точно такая же. А я – Коготь.

– Старшая сестра? – Звездокрыл удивлённо моргнул.

– Угу, – скривилась Зубаста. – Какое трогательное воссоединение семьи! У нас с тобой одна мать, но разные отцы… Ну, как ты вообще? – Она прищурилась, окидывая его взглядом. – Болеешь? Совсем плох? При смерти?

– Да, темновата была ночь, когда ты вылупилась из яйца, – усмехнулась стоявшая позади Зубасты. – Плохо слушала на уроке? В пророчестве точно сказано, кто есть кто… – Она шагнула к Звездокрылу. – Привет, дракончик, я Чтица. Но ты не волнуйся, твои мысли останутся при тебе.

Драконята разразились хохотом, словно шутка получилась – веселей не придумаешь. Только трое самых младших закатили глаза, как будто слышали её уже сотню раз.

Звездокрыл смущённо потупился, отряхивая воду с чешуи.

Теперь, когда зрение прояснилось, он понял, что находится в длинной узкой пещере с неглубокими нишами вдоль стен, где устроены лежанки. Та, на которой он очнулся, была вблизи широкой арки, служившей единственным входом. Неподалёку – каменная бадья для умывания, откуда, по-видимому, и зачерпнули морскую воду.

Помещение скорее напоминало казарму, чем тюрьму. В углублениях стен и в самом деле мерцали тлеющие угли, а сквозь дыры в потолке сочился сероватый сумрачный свет. Лежанок дракончик насчитал не меньше полусотни, но использовались, судя по всему, не больше десятка. На грубых одеялах валялись морские раковины и какие-то камушки, а кое-где и свитки для чтения, от одного вида которых тут же зачесались лапы.

Столько свободного места, а драконят – по когтям сосчитать. Звездокрыл невольно вспомнил слова Провидца, случайно оброненные, когда тот спас его от небесных: ночные не могут позволить себе терять своих, даже если они со странностями. Видно, не всё тут у них ладится. Либо драконята всё-таки гибнут, либо их просто маловато.

В пещере сильно воняло серой и какой-то тухлятиной, но, когда Зубаста наклонилась, чтобы пихнуть гостя в живот, он понял, что второй запах исходит от самих драконят. От их дыхания становилось дурно и хотелось отшатнуться. Вообще-то, Провидец тоже не благоухал розами, но от этих его родичей вонь исходила чудовищная. Кроме того, они были страшно тощие, узкогрудые, с одышкой, налитыми кровью глазами и тусклой чешуёй. Даже выжившие не очень-то здоровы, подумал Звездокрыл.

Он осторожно покосился на выход. Никаких загородок, отсюда легко попасть в другие пещеры. Может, там стража – целая толпа стражи! Или что-нибудь совсем жуткое, вроде электрических угрей в тюрьме королевы Коралл. А то и река раскалённой лавы, как перед пещерами, где держат радужных узников.

По спине Звездокрыла пробежал холодок.

– Почему я здесь? – в страхе выпалил он.

Драконята переглянулись.

– Потому что не справился, – фыркнула Зубаста. – Я так думаю.

– Откуда нам знать? – вставил Коготь. – Тебя принесли двое стражников, полдня тут лежал, бредил, никак не мог очнуться.

– Всё твердил про какое-то солнышко, – захихикал кто-то.

От смущения Звездокрыл готов был сам броситься в жерло вулкана.

– Это… так зовут одну из наших, – сбивчиво пояснил он.

Только бы она осталась жива!

– Расскажи нам о большой земле! – потребовала Чтица. – Всё-всё расскажи! Правда, что там деревья выше драконьего роста, а небо голубое? Правда? А что ещё интересного? Что там едят? Расскажи!

Звездокрыл вытаращил глаза.

– Вы что, никогда там не бывали?

– Тем, кому не исполнилось десять лет, нельзя улетать с острова, – вздохнул Коготь. – Иначе они могут выдать наши секреты. Доверяют только взрослым.

Драконята хором зафыркали, с нетерпением ожидая рассказа.

– Ты – единственный счастливчик, – ядовито добавила Зубаста, глянув на Звездокрыла с презрением.

– Был ещё кто-то, – возразила Чтица, – моя мамаша говорила.

Звездокрыл равнодушно пожал крыльями.

– Никаких секретов ночных я не знаю, так что и выдать не мог.

– Ну, тогда понятно, – кивнул Коготь.

Из коридора донёсся скрежет лап о камни, и в дверях появилась малышка-трёхлетка.

– Идёт! – выпалила она, запыхавшись.

Толпа драконят мигом рассеялась, каждый кинулся к своей лежанке. Одни сразу нырнули под одеяло, притворяясь спящими, другие торопливо развернули свитки и нахмурились, будто читают, малышня деловито прибирала на место камушки и раковины. Одна Зубаста уселась в гордой позе, обернувшись крыльями, и надменно уставилась на арку входа.

В коридоре послышались тяжёлые шаги, от которых Звездокрылу хотелось снова потерять сознание. Он бросил взгляд на световые окна в потолке, но тут же понял, что бежать не решится, даже если и пролезет туда.

Громадная чёрная туша со скрежетом протиснулась в дверной проём. Провидец хмуро покосился на Зубасту, затем холодно прищурился, обернувшись к новенькому.

– Иди за мной, – скомандовал он. – Тебя хочет видеть королева ночных драконов.

Глава 2

Прошлый опыт общения с драконьими королевами не слишком вдохновлял Звездокрыла.

– М-меня? – дрожащим голосом выдавил он. – Что… прямо сейчас? То есть… вообще-то, я не совсем готов… и вид у меня… Может быть…

– Хватит болтать! – оборвал его рык Провидца. – Живо! – Чёрный дракон развернулся и исчез в коридоре.

Заметив оцепенение новичка, Коготь в тревоге замахал крыльями.

– Давай, давай! – тихонько прошипел он.

Звездокрыл сорвался с места и кинулся вдогонку за громадным ночным, задевая когтями за мелкие дырочки в каменном полу и спотыкаясь. Вулканическая порода, подумал он, разглядывая на ходу стены. Интересно, сколько лет прошло с последнего извержения? Судя по тёплому полу и глухому рокоту где-то внизу, в толще скалы, вулкан был далеко не потухший и даже не слишком крепко спящий.

Провидец шагал, не оглядываясь, по извивающимся туннелям, и дракончик едва поспевал следом.

– А мои друзья… – начал он робко. – Солнышко и остальные… они… – Чёрный дракон словно не замечал его. Звездокрыл умолк, потом набрал в грудь воздуха и решился заговорить снова. – Когда меня отпустят назад?

Ответом было лишь брезгливое фырканье. Дракончик опустил голову и нервно поджал крылья. Стены тесного сумрачного туннеля словно душили его. Никаких лавовых потоков, никаких стражников. Вообще ни один дракон навстречу не попадался. Однако постепенно впереди стало различаться какое-то шипение и бормотание, всё громче и громче, и в конце концов стало ясно, что это шум множества голосов – неразборчивых и горячо спорящих о чём-то.

Звездокрыл ощутил ужас каждой чешуйкой. Он готов был развернуться и кинуться назад, в глубину туннеля, не будь здесь Провидца, которого боялся ещё больше.

Наконец впереди показалась высокая арка, а за ней открылась обширная пещера, полная чёрных драконов. Они сидели на уступах стен и свешивались с потолка, словно гигантские летучие мыши. Стен было не видно за чёрными крыльями. Чёрные головы с горящими глазами одна за другой повернулись к вошедшим. Голоса умолкли.

– Нет, ударить прямо сейчас! Надо было ещё вче… – успел выкрикнуть последний говоривший и тоже оборвался.

Это было похоже на кошмарный сон: пещера, полная ночных, и все злобно таращатся на тебя. Оцепенев от страха, дракончик сделал ещё шаг…

– Осторожно! – рыкнул Провидец, и тут только Звездокрыл глянул вниз.

Узкая каменная дорожка обрывалась прямо под лапами в бурлящее озеро оранжевой лавы. Чешуйки на боках потрескивали от страшного жара.

Провожатый отступил назад в арку, и дракончик остался один на скалистом пятачке, окружённый дымящейся смертью. Сквозь клубы раскалённого дыма молча смотрели ночные драконы.

И все они читают мои мысли, подумал Звездокрыл, ощутив новый прилив ужаса. Все мысли до одной! Читают страх, и слабость, и неверие в себя, и в то, что Ожог станет королевой песчаных, и отвращение к этому острову, где живёт родное…

Стоп, хватит! Вон из головы!

Сделав над собой усилие, он стал рассматривать пещеру и её хозяев, стараясь не думать больше ни о чём.

Драконов оказалось вовсе не так уж и много, даже не сотня. Он принялся считать, так было безопаснее всего. Около сорока, пожалуй. По большей части, такие же огромные, как Провидец, а значит, старые. При этом тощие, почти как те драконята в казарме, с потёртой тусклой чешуёй, болячками на морде и крыльях. У многих вокруг ноздрей запеклась кровь. Полная противоположность здоровым, упитанным и красочным радужным.

На стене напротив виднелось пустое место, не занятое никем, – как будто вырезанный в камне круг шириной в размах крыльев, весь испещрённый мелкими дырочками. Драконы то и дело оборачивались туда, как если бы ожидали чего-то.

На уступе возле круга устроилась дракониха с длинным шрамом через всю грудь и тяжело обвисшими крыльями. На шее у неё сверкало алмазное ожерелье, а рога были обёрнуты нитями из мелких алмазов.

Это не королева, сразу понял дракончик. Никакого величия, совсем иначе держится, чем другие. У королев, которых ему приходилось видеть, величие исходило даже от кончиков крыльев. Он быстро сообразил, что за каменной ширмой кто-то прячется, а дырочки проделаны для того, чтобы смотреть. По чешуе пробежал холодок. Кто там – невидимый, но такой важный, что его присутствие ощущается всеми сильнее, чем жар от раскалённой лавы?

Королева ночных драконов, кто же ещё!

В свитках её всегда называли таинственной и скрытной, но кто мог предположить, что она прячется даже от своих?

Зачем?

Потому что слишком ужасна! Звездокрыл вздрогнул.

– Это он и есть? – рявкнул кто-то.

– Да, – прорычал Провидец. – Его взяли в лесу у радужных сегодня утром.

По пещере пронёсся взволнованный шорох крыльев.

– Что он рассказал? – спросил другой дракон. – Что знают радужные? Что собираются делать?

Поднялось рычание и рёв, вопросы посыпались со всех сторон.

– Когда они нападут?

– Как той радужной удалось сбежать? Говорили, с ней был какой-то земляной. Земляной, три луны! Как он сюда попал? Почему его не убили?

Они говорят об Ореоле с Глином, сообразил дракончик, дрожа от головы до хвоста.

– О той радужной я предупреждал, – буркнул Провидец. – Её яйцом Когти заменили небесное, которое разбилось. – Он сплюнул в кипящую лаву. – Я им давным-давно велел её прикончить!

– Да ещё и радужная… – протянула дракониха с алмазами. – Какая глупая ошибка.

– Она была здесь! – зашипел ночной с длинными изогнутыми рогами. – У нас в лапах! Как вышло, что она осталась в живых?

– Она же всё тут видела, – зарычал другой, – и теперь предупредит радужных о наших планах.

– Да откуда ей о них знать? – фыркнул Провидец.

– Она знает о туннеле! – возразил дракон, висевший на потолке. – Да ещё с ней вместе сбежала та мелкая, тоже многое успела увидеть. Достаточно, чтобы догадаться.

Голоса вновь зашумели, перебивая друг друга.

О чём догадаться? Звездокрыл смотрел на свои лапы, отчаянно пытаясь заставить их не дрожать. Стоит только оступиться… Из озера лавы живым не выбраться. Однако гораздо больше его волновало другое. Что за секретные планы у ночных?

Он покосился на каменную ширму, за которой скрывалась королева. Пока она не сказала ни слова, но он ощущал её пристальный взгляд каждой чешуйкой и готов был поклясться, что с тех пор как он вошёл, она не спускала с него глаз.

Внезапно дракониха со шрамом изогнула шею и приникла ухом к ширме. В пещере мгновенно воцарилась тишина. Драконы затаили дыхание, слышалось лишь бульканье пузырьков лавы. Звездокрыл изо всех сил напрягал слух, но не уловил ни слова.

Наконец дракониха покивала, будто соглашаясь, обернулась и торжественно произнесла:

– Королева Доминанта приказывает всем замолчать и выслушать его! – Звездокрыл с ужасом увидел направленный на себя кончик крыла. – Для того он и здесь. Пусть расскажет, что успели узнать о нас радужные и что затевают!

Все головы в пещере повернулись к Звездокрылу.

Падение в кипящую лаву уже казалось не самым худшим из выходов.

– Н-ну… – заикаясь, начал он. – Я… я… э-э…

– Отвечай, или я убью тебя прямо здесь! – раздался за спиной рык Провидца.

Дракончик сжал лапы, собираясь с духом.

– Её зовут Ореола… – пролепетал он. Сердитое шипение раздалось со всех сторон. Имя беглянки явно никого не интересовало. – Она… она сказала, что у вас в плену радужные… много…

Пусть они скажут, что это неправда, взмолился он про себя. Ну пожалуйста!

Молчание. Никто как будто и не думал возражать.

Что делать? Рассказать им о планах Ореолы? Что она станет королевой, соберёт войско и освободит узников? Чтобы ночные её опасались?

Но не предаст ли он тогда своих друзей? А если не рассказать, не будет ли это предательством родного племени?

Казалось, горячий дымный воздух пещеры ещё сильнее сгустился вокруг Звездокрыла.

Разве не он сам просил у Ореолы разрешения поговорить с ночными? Считал это шансом всё исправить, всех примирить. Спросить ночных, чего они хотят, и попробовать найти разумное решение, которое всех устроит, так что никому не придётся выбирать, на чьей он стороне.

И вот он здесь, под взглядами враждебных чёрных глаз, и ни одно из прекрасных умных слов, которые были так очевидны, не приходит на ум.

– Так собираются они напасть или нет? – рявкнул кто-то совсем рядом, будто прямо в ухо.

– Да! – словно само собой, вырвалось у Звездокрыла. – То есть… то есть, я так думаю.

Вокруг раздался такой оглушительный рёв, что дракончик припал к скале и закрыл голову крыльями. Ну вот, хуже не придумаешь. Он всё испортил, навредил друзьям как только мог. А хотел ведь сказать совсем по-другому – дипломат, называется!

Всё равно никто не стал бы слушать, успокаивал он себя, сам не зная, правда ли это, да и боясь узнать.

– Наплевать! – прохрипел кто-то за спиной. – Подумаешь, какие-то радужные!

В арку мимо Провидца протолкнулся большой дракон и встал над лежащим Звездокрылом, громко сопя и обводя собравшихся яростным взглядом. Морду незнакомца уродовал страшный поперечный шрам, который запечатывал одну ноздрю. Покоробленные чешуйки сплавились, обожжённая и плохо зажившая плоть вздувалась пузырями, нависая над челюстью.

Дракониха в алмазном ожерелье грозно встопорщила гребень.

– Тебя не приглашали сюда, Лют!

– Да, я заметил, – прошипел искалеченный дракон. – А меж тем о радужных и их способностях мне известно больше, чем кому-либо другому! – Он указал когтем на свою морду. – Но имейте в виду: это была всего-навсего случайность! Радужные слишком тупы и трусливы, а потому не опасны. Многие знают, что я это заработал, когда поймал их королеву… то есть, как теперь выяснилось, одну из королев – вот идиоты! – и она толком не понимала, что к чему, иначе я бы здесь сейчас не стоял. Даже плевала не в меня, они никогда этого не делают… – Он с усмешкой покачал головой и мучительно засопел, хватая пастью воздух. – Владеют самым страшным оружием в Пиррии, но не смеют его применить, убогие.

– Так было до того как появилась эта Ореола, – заметил другой дракон. – Если верить Провидцу, она серьёзнее остальных.

«Вы даже понятия не имеете, насколько», – подумал Звездокрыл.

Дракониха в алмазах снова нахмурилась.

– А кто виноват в том, что радужные всё узнали про нас? Ты! Кто притащил её сюда, хотя Потрошитель предупредил нас, что, пока драконята в лесу, от них лучше держаться подальше?

– Кто? Потрошитель? – хрипло захохотал Лют. – Ну конечно! Как поживает твой любимчик, Власта? Мне тут кое-что о нём порассказали. – Он обернулся и призывно махнул кончиком хвоста.

В драконе, которого втащили в пещеру четверо стражей, Звездокрыл узнал того самого ночного убийцу. На скале перед пещерным озером становилось тесновато. Лют схватил Потрошителя за ухо и повалил рядом с дракончиком, едва не столкнув того в лаву.

Убийца оказался немногим крупнее Звездокрыла – он казался старше, когда нападал на Пламень и угрожал Ореоле. И вообще, здесь, перед злобной драконьей толпой, выглядел совсем не страшным.

– А, и ты здесь! – дружелюбно кивнул он товарищу по несчастью. В глазах его мелькнул вопрос, но спрашивать было некогда.

– Этот дракон, – проревел Лют, тыкая когтем в Потрошителя, – этот любимчик принцессы Власты вступил в преступный сговор с врагом! Это он привёл сюда земляного и затем помог бежать им с радужной!

Значит, принцесса, кивнул своим мыслям Звездокрыл. Вот почему она говорит за королеву.

– Погоди! – воскликнул Потрошитель, перепрыгивая через дракончика, так что тот оказался между ним и Лютом. – Какой ещё сговор? У тебя есть доказательства? – завопил он, возмущённо подняв крылья.

– У меня есть свидетели! – прошипел изуродованный дракон. – Один из стражников, на которых напала радужная, видел тебя с ней! И охрана туннеля, которую ты нарочно отвлёк, они тоже всё расскажут!

В пещере повисла жуткая тишина. Наверное, ночные все вместе копались в мозгах обвиняемого, чтобы узнать правду. Звездокрыл поёжился, на всякий случай стараясь не думать вообще ни о чём.

– Потрошитель! – Принцесса Власта прищурилась, вертя в когтях кончик алмазного ожерелья. – За такое предательство… только смерть.

Разведя крыльями, убийца низко поклонился в сторону каменной ширмы.

– Торжественно клянусь, что действовал исключительно в интересах своего племени!

– Ах, вот как? – сипло откашлялся Лют. – Почему же тогда драконята до сих пор живы?

Потрошитель бросил на Звездокрыла быстрый взгляд из-под крыла. На этот раз было понятно, что он хочет спросить – в самом ли деле живы драконята, – и дракончик кивнул, как мог, незаметно. В глазах убийцы мелькнуло облегчение.

– Моё задание выполнено не до конца, признаю, – снова поклонился он. – Как только мне удастся вернуться в лес к радужным, я…

– Предашь нас ещё раз? – сипло проскрежетал Лют. – Нисколько не сомневаюсь.

Звездокрыл заметил, что принцесса снова припала ухом к отверстиям ширмы, но большинство драконов смотрели на Потрошителя и ничего не заметили.

– Я клянусь в своей верности племени! – воскликнул тот ещё громче. – Даже если считаю, что с драконятами можно было бы поступить иначе, всё равно…

– Вот видите? – торжествующе прохрипел большой дракон. – Он не…

– Лют! – грозно оборвала его Власта. Выпрямившись на уступе скалы, она выпятила грудь и широко расправила крылья, сверкающие россыпью серебристых чешуек, почти как алмазы на шее. Однако до настоящего величия и властности тут было далеко. Звездокрыл снова подумал, что правительницы из неё не выйдет.

– Королева Доминанта сказала своё слово! – объявила Власта в зловещей тишине. – Ты, Лют, нарушил приказ и подверг опасности всё племя! Ты притащил к нам гадюку под видом безобидного ужа!

– Погодите! – в страхе закашлялся изуродованный дракон. – Его преступление хуже! Я просто ловил радужных… как всегда. Откуда мне было знать? Она ничем не отличалась от других!

– Кроме того, – не слушая его, продолжала принцесса, – ты раздражаешь её величество. – Она слегка шевельнула кончиком хвоста, подавая знак страже.

– Нет!!! – отчаянно завопил Лют. Он взмахнул крыльями, собираясь взлететь, но четверо стражников навалились на него, подняли и, не успел Звездокрыл моргнуть глазом, швырнули прямо в кипящее озеро.

Глава 3

Огненные брызги разлетелись во все стороны. Потрошитель успел отскочить, но Звездокрыл, застыв от ужаса, двигался не так быстро, и светящаяся оранжевая капля попала ему на лапу. От страшной боли, пронизавшей всё тело, он едва не потерял сознание.

Между тем Лют был ещё жив. Сжигаемый заживо, он всплыл, барахтаясь и молотя крыльями в бурлящей лаве. Потрошитель вцепился в Звездокрыла когтями и поднялся с ним в воздух подальше от брызг, не то дракончику пришлось бы ещё хуже.

– Спасите! Не надо! – вопил несчастный, пытаясь выплыть на берег.

Равнодушные стражники, одетые в толстые металлические доспехи, выхватили из-за спины копья с трезубыми наконечниками вроде того, что Ореола принесла с собой из плена, и принялись деловито заталкивать казнённого обратно в огненную жижу. Наконец его барахтанье прекратилось, и мёртвая обугленная туша скрылась из глаз в глубинах страшного озера.

Звездокрыл осторожно перевёл дух и покосился на Потрошителя, парившего с ним бок о бок над светящейся золотисто-багровой поверхностью. Убийца был непривычно мрачен, словно увидел воочию, без всякой магии, и своё возможное будущее.

– Благодарю вас, ваше величество, – произнёс он наконец, кланяясь в сторону невидимой королевы.

– Не спеши, – сухо ответила принцесса. Откашлялась и отвела взгляд. – С тобой ещё не разобрались. – Она кивнула страже. – Пусть посидит в тюрьме, пока идёт следствие. Королева примет решение.

Потрошитель опустился на скалу, и стражники подтолкнули его к выходу. На пороге он обернулся к Звездокрылу, но на этот раз дракончик не сумел разгадать его взгляд.

«Рассчитывает на мою способность читать мысли? Извини, приятель, я неправильный ночной».

Принцесса Власта устало провела лапой по глазам.

– Пора сделать перерыв… Те, чья очередь на этой неделе, могут поесть. Соберёмся снова вечером. – Она приложила ухо к ширме. – Королева хочет услышать ваши предложения по оборонной стратегии. Провидец, постарайся к тому времени выцарапать у дракончика планы врага.

Чёрный великан послушно кивнул. Звездокрыл невольно глянул на его огромные когти, надеясь, что выцарапывать он будет в переносном смысле.

Ночные драконы стали покидать пещеру, большинство через дыры в потолке. Провидец повелительно дёрнул головой, и Звездокрыл неохотно поплёлся за ним обратно в туннель.

Упоминание о еде вновь разбудило муки голода, хотя пока это было не так важно. Кто он здесь – пленник, пойманный шпион или просто неудачник? После того, что сделали с Лютом за одну-единственную ошибку, неудачником оказываться совсем не хотелось.

Провидец спешил, помогая себе крыльями, которые вздымались клубящимися чёрными тучами. Звездокрыл понял, что направляются они вовсе не к драконятам: за поворотом вдали забрезжил тусклый серый свет. Последний отрезок туннеля вывел их на широкий скалистый уступ. Склон горы круто обрывался вниз, а дальше тянулась обширная равнина жутковатого вида, вся изрезанная трещинами, из которых исходило уже знакомое оранжевое свечение.

Лавовое поле, догадался дракончик. В годы учения, которые теперь казались далёким прошлым, ему попадал в лапы какой-то свиток о вулканах, но в континентальной части Пиррии огнедышащих гор не водилось, и память почти ничего не сохранила. Кому бы могло тогда прийти в голову, что ночные – а большинство свитков они и написали – знают о вулканах куда больше других, потому что сами живут на одном из них.

Никаких пещер над потоком горящей лавы, о которых рассказывала Ореола. Очевидно, это противоположный склон горы. Однако воздух точно такой, как она говорила, – тяжёлый, пропитанный серным дымом, разъедающим глотку.

Высоко в тёмно-сером небе оттенка золы описывала круг за кругом, словно стервятники, пара чёрных драконов. Наверное, оттуда видно большую землю, подумал дракончик. Интересно, далеко до неё отсюда? Можно ли туда добраться, кроме как через секретные туннели, проделанные дракомантами?

Вопросы, вопросы… Всю свою жизнь Звездокрыл бился над вопросами о своих соплеменниках и их тайном убежище, но теперь, похоже, ответы лежали прямо перед ним. Вот его дом, его родное племя, которое он мечтал увидеть с тех пор, как вылупился из яйца!

И всё равно что-то не складывалось. Здешний ужас не имел ничего общего с романтическими детскими мечтами о живописной, скрытой от глаз обители искусства и музыки, где все драконы погружены в чтение, великолепные дворцы вздымают шпили к небесам, солнечные лучи играют в струях сверкающих водопадов, а за каждым углом библиотека.

Да пускай что угодно, только не этот вонючий дым, злобные взгляды и тоскливый сумрак вокруг! И потом, даже миллион ответов на миллион вопросов, какие только можно придумать, не заменили бы Звездокрылу друзей… и Солнышка.

Провидец вгляделся вдаль и несколько раз глубоко вдохнул, раздувая ноздри и пробуя воздух кончиком языка. Это продолжалось долго, и дракончик даже подумал, что у его провожатого что-то с носом.

– Кхм… – робко напомнил он о своём существовании. Принюхиваясь всё так же усердно, громадный дракон сердито покосился на него. – Я… я просто хотел… э-э… предупредить, что больше ничего не знаю… то есть… ну, о радужных, как они собираются нападать.

Предательские мысли тут же зашевелились в мозгу. «Кроме того, что Ореола, может, уже стала королевой! А ещё – что прежде они ни на кого не нападали, и…»

Не думать! Ни о чём не думать! Звездокрыл стиснул зубы и уставился на оранжевые отблески лавы.

– Почему я не удивлён? – презрительно фыркнул Провидец. – Ты самый бесполезный из шпионов, какой только мне попадался. – Он ещё раз попробовал языком воздух и расправил крылья. – За мной!

Огромный хвост взлетающего дракона едва не сбил Звездокрыла с утёса.

– Туда? – растерянно пискнул он, отчаянно хлопая крыльями, чтобы не отстать, и глядя на зловещие огненные трещины, где плавились чёрные камни. – Но там…

– Нет, конечно, – снова фыркнул чёрный великан. – Туда кое-кто уже пробовал садиться – корка сразу трескается, и проваливаешься. – Он кивнул на что-то белёсое среди камней, и Звездокрыл едва сдержал приступ тошноты, когда разглядел обгоревший драконий череп с разинутой, будто в вечном крике, пастью. Рядом виднелись ещё несколько.

Провидец криво усмехнулся.

– Ближе подлетать не будем, нам вон туда. – Он показал на дальний конец лавового поля, где корчились серые, обсыпанные золой деревца.

– А что… – Дракончик прочистил горло. – Почему она сказала про очередь поесть?

– Очередь и есть очередь, – хмыкнул Провидец. – Каждый ночной имеет право охотиться пять дней в месяц… кроме меня, конечно.

– Конечно? – с удивлением переспросил Звездокрыл и тут же смутился. Только пять дней? Понятно теперь, почему они все такие тощие… Должно быть, на острове очень мало дичи.

Провидец грозно нахмурился.

– Я слишком необходим племени, от меня зависит его будущее.

– А, понятно, – уважительно покивал дракончик, решив лишних вопросов больше не задавать.

Деревьев было больше, чем казалось издалека. Лес занимал почти четверть острова, простираясь от края лавового поля до морского берега. Звездокрыл с облегчением перевёл дух.

– Вот оно как, – кивнул он. – А я-то всё гадал, где вы охотитесь. – Не на склонах же вулкана, в самом деле.

Провидец недовольно сплюнул.

– Бывает, что приходится и здесь – когда нельзя у радужных в джунглях или у песчаных. – Чёрный раздвоенный язык снова мелькал у него в пасти, пробуя воздух на вкус.

Ага, теперь понятно, почему они так злятся на радужных: в дождевой лес теперь дороги нет! Звездокрыл сразу вспомнил полумёртвого ленивца, которого нашёл тогда у ручья с Ореолой и Глином, и как будто снова ощутил отвратительный запах разложения, исходивший от гниющей заживо плоти… а впрочем, нет – это не только память! Снизу из леса доносилась точно такая же вонь.

– Вначале весь остров был такой, – заметил Провидец.

– В смысле, покрытый лесом? А что случилось потом – извержение вулкана?

Глупый вопрос… что же ещё? Звездокрыл оглянулся на гору, с которой и текла огненная река, уничтожая всё на своём пути и постепенно превращая прежде зелёный остров в жуткую безжизненную пустыню.

Провидец молчал. Они сделали широкий круг над лесом, и дракончик заметил среди деревьев силуэты ещё нескольких ночных. Большой дракон раздражённо дёрнул хвостом.

– Скорее вниз! Не хватало ещё, чтобы они нашли мою добычу!

– Твою… – удивлённо начал Звездокрыл, но Провидец уже поджал крылья и стрелой спикировал к кучке деревьев недалеко от берега.

Он шумно опустился на все четыре лапы, взметая тучу серого пепла, и тут же опустил нос к самой земле. Глубоко вдыхая пыльный воздух и оглушительно фыркая, стал кружить по поляне и принюхиваться. Звездокрыл представлял себе охоту совсем иначе. В пещерах под горой калека Бархан учил драконят, как мог, в том числе и идти по следу, и ночной дракончик никогда не числился в отстающих – однако к дичи следовало подбираться как можно тише и только потом внезапно напасть. Провидец же поднимал такой шум, что все животные на острове должны были разбежаться и попрятаться.

Звездокрыл наблюдал за ним, невольно вспоминая уроки Бархана. Старик песчаный не отличался добротой, но и не был жесток, как Кречет. Часто отмечал старание ночного дракончика, а иногда даже давал специальные свитки, в которых мало что было понятно. А другой воспитатель, морской дракон Ласт, тоже всегда старался достать новые свитки, когда летал по делам. Оба они вели себя со Звездокрылом осторожнее, чем с остальными: видимо, опасались умения ночных читать мысли и предсказывать будущее.

Долго же им пришлось бы ждать, когда оно проявится, грустно подумал он.

Провидец довольно взревел и смахнул с дороги сухой куст с облетевшими листьями. Под ним лежала какая-то полудохлая дичь. Больше чем полудохлая – скорее, дохлая почти совсем. Растрёпанная куча посеревших белых перьев величиной с драконью голову. Когда чёрный дракон подцепил её когтем, раздался пронзительный жалобный крик.

– Что это? – поморщился Звездокрыл, перебирая в памяти свитки и пытаясь вспомнить название птицы. Любопытство заставило забыть о решении помалкивать. – Чайки обычно куда мельче.

– Королевский альбатрос, – причмокнул Провидец, переворачивая дичь. – Ещё живой, надо же, – пожал он крыльями, перерезая птице горло когтем.

Звездокрыл с отвращением зажал нос. Хотелось кинуться к берегу и нырнуть с головой в солёную воду, чтобы избавиться от жуткой вони. Между тем чёрный дракон продолжал вертеть дичь в лапах и тыкать в неё когтями. На шее альбатроса был заметен след укуса – такой же точно, как у того ленивца под водопадом в лесу у радужных, – почерневший и кишащий червями.

– Ты что, собираешься это есть? – с ужасом спросил Звездокрыл.

– А как же? – рыкнул Провидец. – Я его убил, а теперь съем!

– И тебя не затошнит?

Провидец взглянул на дракончика с мрачным подозрением.

– Ночных ни от чего не тошнит! Или у тебя ко всему в придачу ещё и слабый желудок?

– Н-нет, вовсе нет, – заторопился дракончик, очень надеясь, что его не вырвет в такой неподходящий момент, – но в этой ране… там, должно быть, полно микробов…

– Ещё бы, конечно! От драконьего укуса всегда так бывает. Погоди… – Он снова нахмурился. – Ты сам разве не так охотишься?

Звездокрыл покосился на мерзкую, вонючую дичь. Пожалуй, не стоит признаваться, что с тех пор, как они покинули пещеры, еду в основном приносил Глин.

Но разобраться всё-таки надо!

– Когда ты охотишься, – задумчиво проговорил он, – то кусаешь добычу… а потом находишь и ешь – когда она уже мёртвая и гнилая. – Он прищурился, глядя на пасть Провидца. – Должно быть, у тебя на зубах есть что-то такое, отчего она дохнет, даже если укус не смертельный. Яд какой-то?

Провидец покачал огромной головой.

– Кое-кто так думает, но наши учёные вскрывали трупы убитых и ничего не нашли. Плевать как радужные мы тоже пробовали – не действует. – Он глянул на альбатроса, оторвал одно крыло и кинул Звездокрылу. – На вот, подкрепись.

Дракончик брезгливо отшатнулся, и крыло упало на землю. Он прикрыл глаза, чтобы не видеть, как расползаются в стороны потревоженные черви.

– Спасибо… что-то не хочется.

Вонзив зубы в живот мёртвой птицы, Провидец вырвал кусок и принялся жевать, пристально глядя на Звездокрыла.

– А что же ты будешь есть? – хмыкнул он, прожевав. – Ты ночной вообще или нет?

– Поймаю что-нибудь ещё. – Дракончик осмотрелся по сторонам. – Черепаху, ящерицу, мало ли…

– Кажется, я начинаю понимать, почему от тебя никакого толку! – прошипел чёрный дракон. – Тебя никогда не учили как следует. Мы считали, что раз ты ночной, то с самого яйца всё умеешь, а ты неполноценный какой-то… Ладно, как хочешь. У нас нет времени ловить черепах – так что либо ешь это, либо оставайся голодным!

Одолеваемый любопытством, Звездокрыл даже не заметил, что его теперь обозвали ещё и неполноценным.

– Но почему-то тебя не тошнит, а меня… наверное, стошнит… – Жалко, нет свитка, чтобы записать. Наверняка ещё никто не писал об укусах ночных – он был бы первым! – я просто не привык есть заражённую дичь. Если подходить с научной точки зрения, то можно предположить, что эта способность развивается со временем, с самого детства. Видимо, у меня отсутствуют необходимые антитела, а без них подобная диета представляется рискованной…

Громадный дракон застыл, разинув пасть. Про еду он, похоже, забыл.

– Ну и ну… – протянул он после долгой паузы, – вот теперь мне всё понятно.

– Что именно? – забеспокоился Звездокрыл.

Провидец задумчиво поковырял когтем в зубах, затем щёлкнул хвостом.

– Теперь я знаю, кто твой отец!

Глава 4

Порыв морского ветра яростно встряхнул ветви деревьев.

Звездокрыл судорожно вцепился когтями в землю.

Не то чтобы он забыл поинтересоваться, кто его родители, – скорее, боялся услышать ответ. Такой отец, как Провидец или Лют? Мать вроде Власты или Зубасты? Лучше уж не знать, чем в один миг уничтожить свои самые заветные детские мечты.

Однако сама мысль о том, что где-то здесь на острове в самом деле есть дракон, который связан с ним родством и может о нём позаботиться, потрясла ночного дракончика до глубины души. Сколько раз они с Солнышком вместе представляли, как и где найдут своих родителей!

– Отец… – прошептал он. – Разве ты не знал до сих пор, кто он?

– Были предположения, – буркнул Провидец, – но такими, как ты, словами выражается только один.

«Мой отец! Он говорит, как я!»

Чёрный дракон оторвал от мёртвого альбатроса другое крыло и продолжал с набитой пастью:

– Зануда невыносимый… и да, все шесть лет твердил, что отец он.

– Мы с ним увидимся?

– Придётся… – Провидец сердито дёрнул хвостом. – Даже странно, что он сам не явился, как только тебя притащили. Видать, затеял очередной величайший эксперимент. Так зарылся в свои свитки, небось и не знает, что война вот-вот грянет.

«Отец хочет встретиться со мной! Он ищет меня!»

– А моя мать? – с волнением спросил дракончик. – С ней можно повидаться?

– Нет, – покачал головой Провидец, отплёвываясь от перьев. – Умерла. Несколько лет уже.

– О!

Звездокрыл и сам не понимал, почему это известие так потрясло его. Мать он никогда не знал, и потом… Она сама отдала своё яйцо ради пророчества, а значит, не слишком им дорожила. Чем она лучше королевы Коралл или матери Глина? И всё же…

– Как она умерла?

Он отвернулся, стараясь не смотреть, как Провидец мусолит полусгнившую птичью тушку. Бархан и Кречет приучали драконят к опрятности в еде – в тесных пещерах такое чавканье и неряшливость раздражали бы всех.

– Ввязалась в драку… Дёрнуло её помогать морскому, на которого напали двое небесных… Дура. Так что мозги свои ты унаследовал явно не от неё. – Большой дракон оскалился и погрозил обглоданной костью. – Всё, довольно вопросов! Теперь спрашивать буду я.

– Да я и не знаю ничего… – начал Звездокрыл.

– Насколько эти радужные опасны? – перебил Провидец. – Наши разведчики докладывали, что большинство думает только о себе и о своих удобствах. Это так?

Дракончик кивнул. Ему очень не хотелось предавать Ореолу, но как тут выкрутишься? Соврать невозможно, если собеседник читает твои мысли.

К его удивлению, чёрный дракон облегчённо вздохнул.

– Так я и думал. Скорее всего, они и не станут ничего затевать. Перевернутся на другой бок и будут дрыхнуть дальше.

Ну и хорошо. Спрашивал про большинство, так пускай думает, что и Ореола такая же, как все.

– Скорее всего, – кивнул он, как мог, небрежно, стараясь не думать об Ореоле.

На самом деле, она, конечно, сделает всё, чтобы выручить радужных узников, будет драться зубами и когтями. Даже странно было видеть её такой – как будто позаимствовала на время всю свирепость Цунами. В прежние годы драконята привыкли видеть Ореолу вялой и безразличной, но беда, постигшая соплеменников, очевидно, заставила её встряхнуться.

Вспомнив вдруг, что говорили ночные на совете у королевы, он не выдержал и спросил:

– А какие у нас секретные планы? Что не должны узнать о нас радужные?

Говоря «у нас», дракончик ощутил неловкость и даже чуть запнулся, но так было нужно: Провидец должен полностью ему доверять. Таким приёмом часто пользовалась Солнышко, чтобы утихомирить ссорящихся Цунами с Ореолой: «Ну, мы же не сердимся на Цунами?.. Что плохого Ореола нам сделала?» – и он частенько срабатывал.

Однако не на этот раз.

– Хватит вопросов! – рявкнул Провидец. – Меньше знаешь, крепче спишь.

Звездокрыл придерживался совсем другой философии. Когда тебя гложет любопытство, не очень-то и уснёшь.

Большой дракон кинул в пасть последний кусок дичи и выплюнул перья.

– Ну что ж, – буркнул он, подбирая с земли крыло, которое бросил дракончику. – Хочешь голодать, так голодай. – Скоро было покончено и с крылом. – Отлично, а теперь – к Гению! – Он зашвырнул объедки в кусты и взмыл в небо, добавив из-под крыла: – Потом отведу тебя к запасным.

– Куда? – переспросил дракончик, но Провидец уже устремился вперёд.

Звездокрыл изо всех сил работал крыльями, чтобы не отставать, и всё размышлял об удивительном и малоприятном способе охоты, принятом у ночных. Теперь стал понятен дурной запах у драконят из пасти. Впрочем, у Потрошителя он был не заметен. Наверное, убийца больше времени проводил вне острова и привык питаться живой дичью, как остальные драконьи племена.

Впереди на фоне серого неба темнела горная крепость ночных, возвышаясь многочисленными террасами на склонах гигантской вулканической горы. Несмотря на массивность каменных построек, невольно возникало опасение, что они могут легко соскользнуть в море, стоит лишь скальным уступам, служившим фундаментом, хоть чуточку сдвинуться.

Впрочем… Звездокрыл прищурился, вглядываясь в чёрные контуры сквозь серый, насыщенный дымом воздух. Так и есть: целый угол крепости, в котором могла бы уместиться вся арена королевы Пурпур, заполняли чёрные окаменевшие пузыри когда-то пролившейся сверху лавы. Казалось, чудовищная драконья лапа высунулась из чрева горы и цапнула когтями стену. Дракончик с тревогой глянул на шапку дыма над вершиной вулкана, подсвеченную снизу золотисто-оранжевыми отблесками. Если верить рассказу Ореолы, по другому склону, куда выходят пещеры узников, лавовая река течёт и сейчас.

Новое извержение может начаться в любой момент – и что тогда будет с убежищем ночных драконов? Возвращаться туда совсем не хотелось, но кто его станет спрашивать?

Следом за Провидцем он нырнул под арку на самом верхнем уровне крепости. Коридоры здесь освещались подвешенными пучками факелов, а в стенных нишах тлели угли, как в спальне у драконят. Каменный пол был гладким, будто полированным, – очевидно, его часто подметали, в отличие от нижних туннелей.

Звездокрыл помнил золотые отпечатки драконьих лап в Небесном дворце, украшенный изумрудами трон Морской королевы, многоцветные цветочные гирлянды в деревне радужных. Здесь ничего подобного – унылую монотонность камня ничего не нарушало. Ночные драконы явно не стремились выставлять напоказ своё богатство и могущество.

Наверное, потому, что здесь не бывает чужих, подумал он. Ночные хотят поразить воображение других драконов своей таинственностью! Что ж, разумно… и всё же приятнее было бы увидеть здесь хоть что-то помимо камней, дыма и огня.

Сворачивая за угол вслед за провожатым, он вдруг оглянулся и прислушался. Показалось? Да нет, стук когтей по камню донёсся сзади вполне явственно.

Звездокрыл вгляделся в сумрак коридора, ощущая внезапный проблеск надежды. Неужели Ореола? Перекрасилась в ночную и прилетела на выручку? Но как ей удалось пройти мимо стражей у выхода из секретного туннеля? Уж он сам бы на месте ночных непременно поставил там охрану, и даже внутри, чтобы никто не мог незаметно проскользнуть. Хотя, может, у них просто не хватило ума.

Ну вот, опять: «Цок… цок… цок». Точно когти, и кто-то очень старается ступать неслышно – только вот кто? Нет, подкрадываться у Ореолы всегда получалось лучше. Может, Глин?

Надежда вспыхнула в груди с новой силой. Только бы это оказался Глин! Вдруг сейчас бурая голова земляного дракончика высунется из-за угла… Только бы он сейчас пришёл на помощь! Никогда больше неуклюжий и добродушный друг не услышит ни слова насмешки от Звездокрыла!..

– Отстаёшь! – раздался впереди грозный рык.

Ночной дракончик выругал себя за глупость. Даже если по пятам крадутся свои, что пользы стоять и таращиться на них? Он стал поворачиваться, чтобы поспешить за Провидцем, но тут из-за угла в самом деле высунулась голова!

Никакой не Глин… не Ореола, не Цунами… и не Солнышко. Всего лишь кто-то из местных драконят.

Незнакомка испуганно уставилась на Звездокрыла. Он пожал крыльями и отвернулся, но она вдруг взвизгнула:

– О луны! Это же ты! – Кинулась к нему и схватила за лапы. – У меня было видение про тебя! – Она гордо изогнула шею, не обращая внимания на попытки дракончика освободиться. – А ты? У тебя было? Ты видел меня?

– Что, правда? – Звездокрыл растерянно моргнул.

Она выглядела его ровесницей. Выходит, особые способности есть и у драконят? Тогда и у него должны уже быть… Он горько вздохнул. Сколько раз ни старался прочесть чужие мысли или заглянуть в будущее – ничего. Словно смотришь в ночное небо, пустое и холодное. А если об этом узнает Провидец…

Тяжёлые шаги уже грохотали по каменному полу. Огромный дракон возвращался, кипя от гнева. Увидев ночную, он выпучил глаза.

– Вещунья! – От оглушительного рёва заложило уши. Казалось, извержение вулкана уже началось. – Кому было сказано сидеть в пещере с остальными, а?

– Да слышала я, – беспечно хмыкнула она. – Просто скучно стало, вот и решила прогуляться, посмотреть тут всё… а потом гляжу, вы летите – вот и пошла следом… Прямо не верится, что я уже в Ночной крепости, наконец-то! У меня было столько видений про неё, – загадочно кивнула она Звездокрылу, не отпуская его лап. – Правда, там всё было просторнее и светлее, и запах не такой гадкий… а ещё – сокровища кругом и драконы совсем не грубые… – Она на миг задумалась. – Хм… наверное, то были обыкновенные сны.

– Вещунья! – злобно зашипел Провидец. – Я же велел тебе не болтать о своих видениях!

– Ты сказал, что они тебя не интересуют, – парировала она, – но вдруг интересуют его? – Она взглянула на Звездокрыла. – Тебе ведь интересно, правда?

Решив, что в присутствии большого дракона признаваться неразумно – у того из ноздрей уже валил дым, – дракончик стал украдкой разглядывать новую знакомую. Её чёрная чешуя отливала густой синевой и пурпуром, а крылья, как и у него самого, были усыпаны с обратной стороны серебристыми чешуйками наподобие звёздного неба. Однако у Вещуньи серебряные звёздочки сверкали ещё и по уголкам глаз, вокруг одной лодыжки и кое-где на хвосте, будто отдельные родинки.

– Так или иначе, я точно знаю, что ты особенный! – кивнула она дракончику, выпуская его лапы из своих. – И у нас с тобой общая великая судьба!

«У нас?» – подумал Звездокрыл с надеждой. Неужели всё обойдётся, и он не такой уж бесполезный? А друзья, а Солнышко? Очень хотелось расспросить Вещунью обо всём, но мешало яростное сопение Провидца прямо над головой.

– Отправляйся назад, к остальным! – приказал Вещунье огромный дракон.

– Ой, а можно мне с вами? – умоляюще протянула она. – Предсказываю, что моё присутствие окажется крайне полезным во всех ваших делах! А ещё предсказываю, что мне с вами будет страшно интересно!

– Ну, это уже не предсказание, а догадка, – осторожно проронил Звездокрыл.

Провидец глухо зарычал, сжимая когти.

– Ладно, так и быть… Только держи пасть на замке и не лезь под ноги!

– Да я и не собиралась лезть, – пожала крыльями Вещунья, и ночной дракончик тут же споткнулся о её хвост.

Бормоча ругательства, чёрный дракон развернулся и устремился вперёд по коридору. Новая знакомая радостно улыбнулась Звездокрылу, чем-то напомнив крошку песчаную. Ах, Солнышко! Интересно, скучает ли она по нему? Болит ли у неё сердце при воспоминании о нём, как сейчас у него самого?

– Эй, ты что такой грустный? – Вещунья пихнула его на ходу в бок. – Выше нос! Тебя как зовут?

– А в видении как звали? – с любопытством наклонил голову ночной дракончик.

Его всегда интересовало, насколько подробны видения. Например, то старое пророчество Провидца было очень запутанным, даже загадочным – но, может, будущее он видел гораздо яснее, просто не всё рассказал?

– Ну… – Вещунья задумчиво покачала головой взад-вперёд. – Ах да, ну конечно – ты Топтун!

– Как? – Ночной дракончик обиженно глянул на свои лапы. – Ничего подобного, я Звездокрыл.

– Что, серьёзно?

– Ну да.

– Значит, забыла уже, – махнула она лапой. – А я Вещунья. Небось удивляешься, почему не видел меня прежде?

– Разве? – Дракончик сбился с шага и озадаченно почесал гребень. – Почему?

– Потому что я выросла не здесь! – гордо объяснила она. Спереди донёсся раздражённый рык Провидца, и драконята ускорили шаг. – Только вчера попала на остров. Тебе трудно будет поверить, но меня воспитывали Когти мира!

Звездокрыл врезался на ходу в железный обруч с факелами. Отшатнулся и встал как вкопанный. Голова шла кругом.

– Ох, бедный… – Вещунья погладила его по крылу. – Больно, да?.. Ну, в общем, оказалось, что в пророчестве о драконятах, которое у всех на слуху, говорится обо мне! Не веришь?

«Нет», – подумал дракончик.

– Я и есть те самые «звёздные крылья»! – гордо продолжала Вещунья. – Провидец говорит, что я должна остановить войну… только почему-то всё время сердится.

Все надежды Звездокрыла растаяли. До сих пор он ещё старался верить, что его просто хотят наставить на истинный путь, прочтут в очередной раз лекцию и отправят назад к друзьям.

Однако, похоже, Зубаста оказалась права. Он не справился.

Его решили заменить Вещуньей!

Глава 5

Что ж, разумно, жаловаться не на что. У Вещуньи есть особые способности, в отличие от него. И задания Провидца он уже не раз проваливал. Бесполезный ночной, бесполезный дракончик судьбы.

– Ну и видок у тебя! – хмыкнула Вещунья. – Можно подумать, кто-то съел твоего последнего моржа. Так сильно болит голова?

– Я… я просто подумал… – запинаясь, начал он.

Драконята завернули за угол и чуть не наступили Провидцу на хвост. Огромный ночной окинул их злобным взглядом, заставив Звездокрыла умолкнуть.

Вещунье, впрочем, всё было нипочём.

– «Лаборатория», – прочитала она надпись на двери. – Ух ты… а что это значит?

– Это значит «ни до чего не дотрагиваться»! – мрачно процедил Провидец. – Этому дракончику предстоит встреча с отцом, и если нам очень сильно не повезёт, у того будет время рассказать нам обо всех своих опытах по очереди… – Он сердито зашипел. – Ладно, рискнём.

За дверью открылся огромный зал, чище и гораздо светлее всех помещений крепости, которые до сих пор видел Звездокрыл. Они стояли на балконе, выше и ниже вдоль стен шли другие ярусы с балконами, а впереди пересекались во всех направлениях многочисленные трубы странного вида.

– Нет! Нет! – Тощий, как хлыст, дракон слетел из-под самого потолка и завис перед ними в воздухе, хлопая крыльями и размахивая лапами. Голову его закрывал непонятной формы шлем с дырочками, похожими на те, сквозь которые смотрела на своих подданных из-за ширмы королева. – Мне нельзя мешать! Мой эксперимент находится в критической стадии, и Власта сказала, что исследования могут в любой момент прекратить! Прошу всех посторонних удалиться из лаборатории!

– Похоже, ты был прав, Гений, – сухо произнёс Провидец, не обращая внимания на протесты тощего. – Дракончик из яйца Глазасты всё-таки твой сын, и вот он здесь, перед тобой.

Звездокрыл нервно поджал крылья. Сейчас родной отец фыркнет и прогонит сына прочь.

Тощий дракон обхватил лапами свой шлем и стащил его с головы. Воспалённые, налитые кровью глаза с любопытством уставились на Звездокрыла.

– Мой сын? – Радостное изумление в голосе отца заставило дракончика замереть от счастья. Гений опустился на балкон, поставил шлем на пол и взял сына за плечи. – Три луны! – произнёс он с восхищением. – Какой красавец, а? Вылитый я, ты только глянь: линия челюсти целиком в нашу породу! Да, и звёзды на крыльях – они рассыпаются наружу, как водяные брызги, а у тебя, Провидец, наоборот, сходятся по спирали, как раковина улитки. – Он расправил своё крыло и потянулся к Провидцу, но тот с рычанием оттолкнул лапу. – Это всё, конечно, на уровне теории, – подмигнул учёный дракон улыбающемуся Звездокрылу, – для точных выводов необходим больший объём экспериментальных данных, но всё же лучше, чем ничего! Чудесно, просто чудесно, особенно если сравнить с ситуацией в среднем по племени. Вот с тобой, например, Провидец… у тебя ведь ни одного дракончика пока, я прав? – Мрачный великан не удостоил его ответом. – А у меня вот есть! – Гений гордо выпятил тощую грудь. – Пускай теперь Крылан попробует хихикать – все увидят, какой у меня красавец сын! – Он снова похлопал дракончика по плечу. – Ты станешь моим помощником, которого я так долго искал! Ты чем больше всего интересуешься, сынок?

«Сынок!» У Звездокрыла чуть лапы не подкосились от счастья.

– Ну… всем понемногу, – пролепетал он. – Свитками… Да, я свитки люблю.

– Великолепно! – просиял Гений. – Свитков у меня сколько угодно… А об опреснении ты что-нибудь знаешь?

Дракончик оживился.

– Да, кое-что… это когда из морской воды убирают соль, чтобы сделать её пригодной для организма. Правильно?

– Орга… что? – Вещунья вытаращила глаза.

– Ну, чтобы можно было пить, – объяснил дракончик. – Эти трубы как раз для опреснения, да?

– Совершенно верно! – в восторге замахал крыльями изобретатель. – У нас на острове только один источник пресной воды, да и тот в последние годы сильно загрязнён вулканическим пеплом. Вот я и придумал это замечательное устройство, чтобы обеспечить всё племя…

Он принялся объяснять, как действует опреснитель, показывая на разные трубы. Звездокрыл слушал, затаив дыхание. Вот это ум! Не дракон, а живая библиотека!

– Полетели скорее! – Гений подобрал свой шлем, развернул крылья и нырнул с балкона. – Я покажу тебе все остальные свои изобретения.

Дракончик робко глянул на Провидца, но тот лишь закатил глаза и демонстративно зевнул, усевшись на каменный пол. Вещунья даже не стала спрашивать разрешения, и они вместе вспорхнули с балкона следом за учёным.

Тот уже спустился вниз и расхаживал между каменными столами, где дымилась в котлах лава, и дырами в полу, из которых валил дым.

– Здесь я провожу опыты по вулканологии, – объяснил он, – изобретаю материалы, способные противостоять извержениям, и разрабатываю защитные конструкции. Работы невпроворот – стоит ли удивляться, что мне необходим помощник?

– Здорово! – зачарованно вздохнула Вещунья.

– Ещё бы, – кивнул Звездокрыл, заглядывая в дымящуюся дыру.

У него разбегались глаза, хотелось рассмотреть и изучить в лаборатории всё до мелочей. Для чего, к примеру, то странное приспособление в углу – чтобы надевать на дракона? А потом заполнять – чем, водой? Непонятно. В голове роились тысячи вопросов… и даже несколько толковых идей – вот бы отец разрешил их испробовать!

Гений ткнул хвостом в угол лаборатории, где стояли миниатюрные модели горы с крошечными крепостями на склонах. Некоторые из них уже лежали в развалинах и дымились.

– Не все опыты проходят удачно, увы! – криво усмехнулся изобретатель. – Королева Доминанта не слишком довольна… у неё своё мнение о том, чем стоит заниматься в первую очередь. Так, теперь дальше!

Он взмахнул крыльями и взмыл к потолку. Звездокрыл вновь окинул взглядом вулканические опыты. Неужели есть что-то более важное, чем защита ночного племени от ужасных извержений? Интересно, не изучал ли отец тех микробов, что убивают укушенную дичь? Выпросить бы у него уголок лаборатории и заняться…

Стоп! Уголок? Заняться? Но это значит – остаться здесь! Дракончик покосился на Вещунью и быстро перевёл взгляд на котлы с лавой. А впрочем, кто его будет спрашивать? Только пусть сначала дадут увидеться с Солнышком, хоть разок – перед тем как застрять на этом острове на веки вечные. Хоть бы попрощаться…

– Полетели! – пихнула его в бок Вещунья.

Они поспешили за Гением на третий ярус, где был ещё один балкон, с которого вело несколько дверей, каждая со своим значком. Гений остановился у первой двери и с улыбкой потёр лапы.

– Около года назад мы обнаружили просто потрясающий природный феномен. Вы не поверите! Об этом не имеют понятия даже Когти мира – и вообще никто! Наше понимание этой биологической аномалии настолько ещё неполно, что результаты даже не появились в свитках, и даже в тех, что предназначены исключительно для ночных. Я как раз пишу трактат на эту тему, но сам не представляю, когда он будет готов к публикации… – Он наклонился к драконятам и продолжал заговорщическим тоном: – Дело в том, что одно из драконьих племён развило у себя необычный защитный механизм. Они научились плеваться ядом – чрезвычайно опасным, практически смертельным, который растворяет любые животные и растительные ткани, с которыми входит в контакт. Попробуйте угадать, что это за племя!.. – Гений так воодушевился, что не стал ждать ответа. – Радужные!

– Радужные? – с изумлением переспросила Вещунья.

У Звездокрыла упало сердце. Заходить в эту дверь ему резко расхотелось.

– Давайте посмотрим и начнём отсюда! – торжественно произнёс Гений.

Комната за дверью была длинная и узкая. Прямо возле входа к каменному полу крепились кандалы на коротких цепях, а пол и стены вдоль всей комнаты пестрели чёрными следами яда с неразборчивыми пометками мелом возле каждой.

Звездокрыл не мог отвести глаз от кандалов, едва сдерживая тошноту.

Учёный прошёлся по комнате, тщательно избегая чёрных пятен, хотя яд уже застыл и напоминал старую окаменевшую лаву.

– Первый наш вопрос, естественно, касался дальности плевка. Насколько дальнодействующим оружием владеют радужные? Можно ли приблизиться и обездвижить их, не подвергаясь опасности? – Он остановился у дальней стены и указал хвостом на последнюю метку. – Вот предел, до которого смог доплюнуть радужный, самый старший. Можно выдвинуть гипотезу, что дальность стрельбы усиливается с возрастом. – Гений задумчиво наморщил лоб, потирая рога. – Пожалуй, стоит испытать совсем стариков, если их удастся добыть.

«Добыть?» – с горечью повторил про себя Звездокрыл.

Вещунья тоже с беспокойством поглядывала на кандалы. Видно было, что она хочет спросить о них, но не решается.

– Следующий вопрос, – продолжал изобретатель, возвращаясь назад к двери, – касался материалов, на которые действует яд – или не действует. Что можно использовать для защиты от него?.. Пойдёмте! – Выскочив на балкон, он поспешил к другой двери. – Разумеется, в ходе исследований пришлось соблюдать особую осторожность. Радужные крайне редко пытались плюнуть в нас, но, если такое всё-таки случалось, последствия были ужасны.

Он открыл дверь следующей комнаты и показал на столы с предметами разнообразных форм и размеров из самых разных материалов. На одном стояли горшки с почерневшими засохшими растениями, на другом лежали камни, на третьем – Звездокрыл невольно отвёл взгляд – останки ленивцев, ящериц, рыб.

– Фу! – поморщилась Вещунья.

– Мы проверили всё, что могли, – гордо объявил Гений. – Оказалось, что яд совершенно не действует на металл. – Он постучал по шлему, издавшему гулкий звон. – Однако всё живое уничтожается полностью. Если попадёт в глаза или в кровь, смерть наступает почти мгновенно, если на чешую, то вы пожалеете, что не умерли. Последние жертвы пока ещё лечатся, но скоро мы сможем их исследовать, – подмигнул он Звездокрылу, потирая лапы. – Постараюсь договориться, чтобы и ты мог взглянуть. Такого ты больше нигде не увидишь.

– Да знаю я, – с отвращением выдавил дракончик. – Видел двоих, умерших от яда.

«А может, и троих, если королева Пурпур всё-таки не выжила».

Он вспомнил Фьорда, который дрался на арене с Глином. Яд Ореолы попал на раны на шее, вот почему, наверное, ледяной дракон умер так быстро. А ещё Каймана, земляная, которая предала Когтей мира и показала врагам дорогу к Летнему дворцу королевы Коралл. Ореола угодила ей ядом прямо в глаза.

Что же касается королевы Пурпур… Звездокрыл зябко поёжился. Той попало не в глаза, а на морду сбоку, так что могла и выжить. И тогда теперь такая же, каким был бедняга Лют. Драконятам стоит поостеречься.

Между тем отец не сводил с дракончика изумлённого взгляда.

– Двоих умерших? Ты точно уверен? Да, не повезло им! Наши радужные пока лучше себя контролировали.

– Дело не в контроле, – нахмурился Звездокрыл. Уж кто-кто, а Ореола всегда знает, что делает. – Их убили преднамеренно.

Вещунья ахнула. Гений возбуждённо замахал крыльями, в его взгляде смешивались тревога и восторг.

– О луны! Это же всё меняет! Такого поворота я и предположить не мог. Ты обязан изложить мне факты во всех деталях: что спровоцировало агрессию, как это выглядело, через какое время наступила смерть, была ли возможность уклониться…

– Хорошо, только чуть позже.

Дракончик слишком поздно сообразил, что лучше было ему промолчать. Если информация дойдёт до королевских советников, ночные сразу поймут, насколько опасна Ореола. Остаётся только надеяться, что отец снова уйдёт с головой в эксперименты и обо всём забудет.

– Вот дела! – Учёный направился к следующей двери. – Итак, проверка на разных материалах сделала возможным новый проект: создание защитных доспехов против яда радужных.

– А зачем? – удивилась Вещунья. – Радужные ведь ни на кого не нападают… – Она вдруг осеклась и глянула на Звездокрыла. – То есть, как правило.

– Даже радужным иногда приходится защищаться, – возразил ночной дракончик.

Гений задумчиво пожевал губами.

– Ну, не слишком часто, судя по моему опыту. Хотя… вы пока не входите, на всякий случай. – Отстранив драконят от двери, он нахлобучил на голову шлем и распахнул её.

В комнате был прибит к стене дракон.

Глава 6

Звездокрылу повезло, что он не успел поесть. Желудок рванулся к самому горлу, и дракончику пришлось зажмуриться и сделать несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя.

Радужная дракониха того же серебристо-серого цвета, что и цепи, – такие же сковывали самого Звездокрыла в тюрьме у Пурпур, когда его впервые разлучили с Солнышком, – обвисла на них с распростёртыми крыльями. Открыв глаза, дракончик рассмотрел, что крылья не прибиты к стене, а всего лишь прижаты зажимами, – впрочем, тоже ничего приятного.

– Что вы с ней хотите сделать? – негодующе воскликнула Вещунья, протискиваясь в комнату мимо Гения, и заботливо приподняла голову потерявшей сознание узницы.

– Сегодня больше ничего, – хмыкнул учёный дракон. – Мы хотели проверить, на сколько плевков у них хватает яда, но она упала в обморок, прежде чем удалось получить какие-то полезные данные.

– Ей нужно дать воды! – Вещунья осмотрелась, потом взглянула на Звездокрыла.

Он мялся в нерешительности, снова вспомнив печальную участь Фьорда и Кайманы. Если эта дракониха плюнет ядом, её трудно будет осудить, но принимать удар на себя как-то не хотелось.

– Звездокрыл! – укоризненно нахмурилась Вещунья, и её тон так напоминал Солнышкин, что дракончик со вздохом кивнул.

Подлетев к одной из труб опреснительной установки, где раньше заметил кран, он нашёл пустой котелок, из которого не пахло никакой гадостью, и набрал чистой воды.

Когда он вернулся, Вещунья уже успела отцепить от стены одно крыло драконихи. Гений молча стоял в дверях, наблюдая за драконятами через дырочки шлема. Трудно было сказать, доволен он или нет.

Звездокрыл поставил котелок на пол и снял зажим с другого крыла. Освобождённая от оков, радужная тяжело обрушилась на пол, и драконятам едва хватило сил, чтобы удержать её и уложить, вернув крылья в удобное положение. Вещунья напоила её из котелка, и дракониха немного ожила.

– Как тебя зовут? – спросил Звездокрыл.

Она хрипло откашлялась и глянула на него искоса.

– Ни один ночной меня об этом не спрашивал… Орхидея.

– О!

Ночной дракончик бросил опасливый взгляд на дверь. Гений высунулся в коридор и громко звал:

– Крылан! Крылан! Где ты там порхаешь, бестолковая твоя голова? Живо сюда!

– Мангр тебя ищет, – торопливо шепнул Звездокрыл узнице, – он не забыл тебя. Скоро прилетит на выручку.

Вещунья смотрела на него так, будто под чешуёй ночного дракончика вдруг оказался гиппопотам. Орхидея приподняла голову, в её глазах загорелся огонёк надежды, а грудь и крылья стали наливаться мерцающим розовым цветом.

– Не забыл… – еле слышно повторила она. – Тогда я дождусь его.

Звездокрыл вздохнул. Остаётся только надеяться, что в самом деле скоро. Если только Мангр доберётся сюда живым, и Ореола тоже. Тогда они спасут всех…

Во взгляде Вещуньи мешались противоречивые чувства. Она наклонила голову, будто прислушиваясь, и Звездокрыла охватила паника. Он совсем забыл, что нужно скрывать свои мысли, и уже успел надумать столько всего… Однако отец как будто ничего не заметил. Может, не все ночные владеют особыми способностями, хотя так принято считать и написано во всех свитках? Вот Ореола, к примеру, считает, что только некоторые. А отец просто умный, и этого ему вполне достаточно? В таком случае и себя не стоит записывать в совсем уж неполноценные…

– Три луны! – воскликнул Гений, снова заглядывая в дверь. – Как вам удалось сделать её такой розовой? В жизни подобного не видел!

«Потому что это цвет счастья, которого на вашем острове в жизни не бывало», – подумал дракончик.

– Наверное, благодарна за воду, – предположила Вещунья, незаметно подмигнув Звездокрылу. Разговор с ней ещё предстоит, сразу понял он, хоть и не умел читать мысли.

– Поразительно! – Учёный подскочил к узнице и ковырнул когтем её чешую. – В высшей степени поразительно!

В комнату с мрачным видом заглянул ночной дракон могучего сложения, из пасти которого свисала полупережёванная ящерица. Плечи и крылья его едва протиснулись в дверь.

– Что надо? – прочавкал он.

– Можешь её забрать, – деловито распорядился Гений. – Ах, да… Крылан, знаешь, кто это? Мой сын!

Звездокрыл снова вздохнул. Полчаса назад он бы порадовался отцовской гордости куда больше.

Верзила с сомнением оглядел дракончика.

– Ню-ню… – кивнул он, продолжая жевать, потом кивнул на шлем на голове у изобретателя. – Так когда я получу такой же?

– Такой пока один, – пожал крыльями Гений. – Главная проблема в том, – повернулся он к сыну, – чтобы защитить от яда глаза и в то же время не мешать видеть. Вот бы ты что-нибудь посоветовал, потому что я, признаюсь честно, зашёл в тупик. Ну разве это решение? – Он постучал когтем по шлему. – Боковое зрение никакое, и притом яд всё равно может попасть в отверстия. Нужно придумать что-то оригинальное.

– Ладно, подожду, – буркнул Крылан. – Где её намордник?

Гений кивнул в угол. Здоровяк стянул пасть узницы металлическим обручем и привычно запер замок наконечником трезубца. Затем, отодвинув драконят в сторону, надел цепь на шею радужной и потащил её к двери в коридор. Орхидея даже не пыталась сопротивляться.

– Зачем ты это делаешь? – не выдержал Звездокрыл, повернувшись к отцу. – Для чего изучать их яд?

Гений стащил с головы шлем и озадаченно пожевал губами.

– Ну, мы же учёные… Надо двигать вперёд драконью науку.

– И всё? – не поверил дракончик. – Это не может быть просто так. Для чего-то же нужны новые доспехи! Радужные ни за что не стали бы нападать сами, если бы вы их не трогали.

Отец пожал крыльями.

– У королевы свои цели, у меня – свои. Я в политику не лезу, для меня научной пользы вполне достаточно.

Звездокрыл поглядел на цепи, висящие на стене, и опустил глаза. Задавать вопросы больше не хотелось.

– Тут ещё есть что показать, – продолжал учёный, убирая шлем на полку, – но у меня вот-вот ежедневная беседа с королевой.

– Так ты её видишь? – заинтересовался дракончик.

– Нет, что ты! Королеву не видит никто, во всяком случае, последние лет десять. Она живёт очень замкнуто.

«Это ещё мягко сказано», – подумал Звездокрыл.

Гений вдруг просиял.

– Хотелось бы, конечно, порадовать её новыми результатами, но зато я расскажу о тебе! Приходи завтра, и мы ещё поболтаем, хорошо? – Он обнял сына крыльями. – Как всё-таки замечательно, что мы встретились! Я так горжусь, что ты у меня есть!

Они вышли в коридор, изобретатель запер дверь и полетел ко входу в туннель на другой стороне балконного яруса. Звездокрыл мрачно взглянул на длинный ряд дверей, воображая за каждой измученных радужных пленников.

– Надо же! – хмыкнула Вещунья. – Выходит, мы ещё и ужасные. Вот уж не думала!

Дракончик уныло покачал головой.

– А я так верил свиткам… Там везде, какие ночные благородные, выдающиеся и совершенные… а это… я просто не понимаю!

– Откуда же ты взялся такой? – удивилась она. – Совсем не такой, как они… а кто такой Мангр?

– Я тоже вырос у Когтей мира, – поспешил ответить Звездокрыл на первый вопрос, избегая касаться второго. – На самом деле я и есть ночной из пророчества… то есть, был. Теперь, наверное, меня заменят тобой.

– Что? – Вещунья отступила, изумлённо взмахнув крыльями. – Погоди, но… я жила у Когтей, но тебя там точно не видела!

– Нас растили тайно, – объяснил он, – в пещерах под горой. О нас никто не знал…

– Ах, вот вы где! – прогремел над головой голос Провидца. Огромный дракон с шумом опустился на балкон. – Если вы уже закончили болтать, у нас есть ещё кое-какие важные дела!

– А я ещё не закончила! – сердито повернулась к нему Вещунья. – Получается, что этот дракончик тоже особенный и избранный! Как мы можем оба быть в пророчестве?

– Может только один из вас, – ответил Провидец, – потому вы и здесь. Мы ещё решим, кто больше подходит.

«Значит, у меня есть ещё шанс!» – обрадовался Звездокрыл.

– Но ты и так должен знать! – Вещунья озадаченно сморщила нос. – Это же твоё собственное пророчество, из твоего видения!

– Пророчества – дело тонкое, – сухо отрезал большой дракон.

– Ах, вот как? – ядовито усмехнулась она. – Очень удобный ответ, надо записать, чтобы не забыть. Использую, когда опять заспорим с Эфой.

– Дело в том, – объяснил Провидец, – что не подходит ни один из вас, но других подходящего возраста у нас просто нет. Мы сделали большую ошибку, – прорычал он, – позволив растить вас не здесь, чтобы обезопасить от… в общем, на всякий случай. Всегда полагали, что превосходство над остальными племенами заложено в нас с самого яйца. – Он смерил драконят презрительным взглядом. – Похоже, мы оказались неправы.

– Но почему я не подхожу? – Звездокрылу самому были противны умоляющие нотки в своём голосе, но он так и не смог подавить их. – Что я такого сделал?

– У тебя нет лидерских качеств! – отрезал большой дракон. – Глядя на тебя, все подумают, что ночные драконы трусы и слабаки. А ещё тобой недовольна наша союзница!

– Ожог?

Звездокрыл с досадой вспомнил приключения в Морском королевстве, когда он должен был уговорить драконят поддержать её и посадить на трон песчаных. Он и в самом деле старался, но принцесса Ожог оказалась хитрой интриганкой и никому не понравилась. А как она смотрела на маленькую Солнышко! Как будто закусить ею хочет.

– Ты подверг риску весь наш план! – заключил Провидец.

– Да что за план такой? – обиженно завопил дракончик. – Как я могу что-то чему-то подвергнуть, если понятия не имею, что это вообще такое?

К его удивлению, чёрный дракон вдруг задумался.

– Нет, – ответил он, помолчав, – такие секреты драконятам не доверяют. Вот если станешь избранным, тогда ещё подумаем, а пока тебе достаточно исполнять приказы… Всё, полетели! – Махнув хвостом, он устремился в туннель.

Звездокрыл с Вещуньей многозначительно переглянулись.

– В твоих видениях ничего такого не было? – спросил он. – В смысле, про секретный план.

– Хм… дай подумать. – Она почесала лапой за ухом, сверкнув браслетом из серебряных чешуек. Прикрыла глаза, покачалась взад-вперёд. – Ах, ну да, точно! Это же про нас с тобой! Мы станем великими героями, и всё племя будет помогать нам остановить войну… а потом… а потом нас выберут королём и королевой!

Звездокрыл ошарашенно заморгал. Король с королевой? Но… он же… в конце концов, у него есть Солнышко, и больше он никого не любит!..

Его размышления прервал дикий рык из туннеля:

– Шевелитесь, во имя трёх лун, или я наплюю на все пророчества и прикончу вас обоих!

Перепуганные драконята, спотыкаясь, бросились догонять Провидца. Вещунья вырвалась вперёд, а Звездокрыл тащился следом, пытаясь привести в порядок перепутанные мысли.

Думать о том, как управлять племенем ночных, совершенно не хотелось, и дракончик сосредоточился на отцовских экспериментах. Зачем так мучить несчастных радужных? Какой в этом смысл? Думай, Звездокрыл, думай!

Может быть, ночные рассчитывают воспользоваться ядом сами? Лют называл его самым страшным оружием в Пиррии. Если научиться самим делать его или собирать и использовать, то ночные с их собственными способностями станут непобедимыми!

Тогда их план – вооружиться и вступить в войну! На чьей стороне, уже ясно. Но почему именно Ожог, и почему вдруг именно сейчас, хотя война продолжается уже восемнадцать лет?

Должно быть, Ожог обещала ночным что-нибудь – как, например, Пламень, которая отдаёт ледяным за их помощь часть своих земель…

Земли! Вот оно!

Звездокрыл остановился как вкопанный посреди каменного туннеля. Голова шла кругом от неожиданной разгадки.

Вот чего хотят ночные больше всего на свете! Им срочно необходимы новые земли!

Вулкан становится всё опаснее. Видимо, он проснулся уже после того как племя обосновалось на острове. Жить на острове становится почти невозможно, дичь исчезает, пресной воды всё меньше, дышать нечем. Солнца за плотной пеленой туч и дыма не видно вообще никогда. Куда деваться ночным драконам? Только в лес к радужным, через потайной ход! В роскошный солнечный дождевой лес, полный фруктов и дичи.

Вот он, секретный план ночных! Дракончик ошарашенно почесал гребень. И как это он раньше не догадался? Никто не собирается использовать яд – все опыты Гения направлены лишь на защиту от него. Ночные хотят отнять у радужных лес и опасаются, что те станут драться за свою родину, даже самые мирные и ленивые.

Вот зачем нужны особенные доспехи против яда! А как только они будут готовы, наступит время для решительного удара.

Может быть, Ожог и пообещала ночным этот потайной ход? А по другому ходу из Песчаного королевства двинется её собственная армия, чтобы помочь ночным союзникам – конечно, если Ожог и впрямь станет королевой.

Радужным драконам грозит страшная опасность, и не одной кучке узников, а всему племени! Ореола права, а королева Роскошь ошибается: радужным надо готовиться к войне, иначе очень скоро они погибнут все до одного.

И знает об этом пока один только он, Звездокрыл, самый слабый и трусливый дракончик из пророчества! Как же спасти радужных, как не дать своему собственному племени уничтожить их?

Вещунья, запыхавшись, вернулась назад.

– Даже не думала, что он может так злиться! Давай, быстрее! Он говорит, если ты хочешь быть в пророчестве, то должен встретиться со всеми остальными. – Она помахала лапой у дракончика перед глазами. – Эй, соня, проснись же наконец!

– Да-да… иду, – едва выдавил Звездокрыл, стараясь встряхнуться.

Может, он просто нафантазировал, и всё не так? Нет, не похоже. Слишком хорошо складывается одно к одному. Секретный план ночных больше не загадка… но что же теперь делать?

Часть вторая

Тайна королевы

Глава 7

«Все остальные»?

Слова Вещуньи полностью дошли до сознания Звездокрыла только уже в пещере, после краткого полёта от крепости, когда на него уставились четверо драконят – красный, зелёный, бурый и золотисто-белый. Вид у незнакомцев был далеко не дружелюбный.

У них есть небесный, подумал Звездокрыл. А ещё – песчаная, причём настоящая. Ему редко доводилось их встречать, но злобный оскал незнакомки делал её полной противоположностью Солнышку.

– Это и есть запасные драконята судьбы, – пророкотал Провидец, окидывая их недовольным взглядом.

– А этот кто? – спросил, прищурившись, изумрудно-зелёный морской. – На неё смахивает. – Он с ухмылкой кивнул на Вещунью. – Такой же надоедливый, небось?

– Его зовут Звездокрыл! – торжественно представила нового друга Вещунья, пропустив мимо ушей выпад Кальмара. Небесный дракончик фыркнул, песчаная закатила глаза. – Это Жар, он небесный, как видишь; земляной пузан – Брюх; песчаная с кислой физиономией – Эфа; а вот эта креветка на самом деле Кальмар.

Кальмар, злобно насупившись, обернулся к большому дракону.

– Она натворила что-нибудь? А я ведь предупреждал… Надеюсь, ты её хорошенько вздул!

– Ты куда вообще подевался? – прошипела Эфа, тыкая в сторону Провидца ядовитым шипом. – Мы тут второй день одни, а вместо еды получили какие-то объедки, которые уже три месяца как протухли!

– И всё сожрал он. – Жар показал на Брюха. – А потом всё тут заблевал!

– Я отравился! – пожаловался толстяк. – Чудом жив остался.

– Ещё каким чудом, – кивнул небесный. – Я едва удержался, чтобы тебя не прикончить.

– Понятно теперь, почему здесь такая вонь, – поморщилась Вещунья. – Нельзя нас перевести в другую пещеру? А ещё лучше – в крепость! Да!

«Здесь их полный набор для пророчества, – горько подумал ночной дракончик, – и кому тогда нужны мы? – Мысли в голове путались. – Тогда зачем готовить нас, если уже были эти? А потом посылать убийцу?»

Картина постепенно складывалась. Ночные решили убить настоящих драконят, чтобы заменить их запасными. Для исполнения пророчества нужна только одна пятёрка… и по времени сходится! У дракончика пробежал по чешуе холодок. У настоящих драконят были шансы, пока они не поссорились с Ожог… пока он не рассердил её! Тогда ночные и решили – убить. И всё потому, что слабак Звездокрыл не сумел убедить друзей, что королевой песчаных должна стать Ожог!

Огромный ночной смотрел в упор, словно прислушиваясь к его мыслям. Дракончик вздрогнул.

– Значит, Потрошителя посылали за всеми нами? – спросил он, повесив голову.

– Прежде всего, за радужной, – буркнул Провидец, – потом за морской. Остальные пока под вопросом.

Звездокрыл упрямо тряхнул головой.

– Вы не убьёте Ореолу и Цунами! Я… я не стану ничего для вас делать, ничего!

Его лапы тряслись, как будто под полом пробудился вулкан. Сердце готово было выскочить из груди. Вот… вот сейчас огромный коготь разорвёт ему горло!

– Посмотрим, – неожиданно спокойно сказал Провидец.

Вещунья выступила вперёд.

– Мои друзья ни за что не позволят заменить меня! – гордо заявила она. – Мы росли все вместе и никогда не предадим друг друга. Только попробуй меня забрать!

– Заменить её? – оживилась Эфа. – А что, можно?

Небесный ухмыльнулся.

– Я не против, голосую «за».

– И я тоже! – фыркнул Брюх. – Этот другой хотя бы тихий, а она надоела.

– Можно, я сам спихну её с утёса? – мстительно пискнул крошка Кальмар.

Вещунья обиженно глянула на них.

– Очень смешно!

Ночной дракончик с сомнением покрутил носом. Не похоже что-то на шутку. А ведь бедняжка Вещунья и впрямь считает их друзьями.

– А у тебя тоже всегда видения? – подозрительно спросил его морской.

Звездокрыл смущённо поковырял лапой пол, придумывая ответ, но Провидец ответить не дал.

– Заменить можно вас всех! – рявкнул он. – Кроме тебя разве что. – И показал когтем на Жара.

Небесный дракончик важно выпятил грудь.

– Вот! Запомните это, вы все!

Злобно зашипев в его сторону, Эфа повернулась к Провидцу.

– Тогда зачем ты притащил нас сюда?

– И когда нас отправят обратно? – добавил Кальмар.

Провидец с раздражением покосился на него. Судя по всему, крошку морского ночной дракон особенно недолюбливал. Может, в конце концов, насчёт Цунами и передумает? Лучше уж она, чем этот нахал. Впрочем, Цунами иногда раздражала всех не меньше. Да уж, не повезло Провидцу, с удовлетворением подумал Звездокрыл. Двое неподходящих ночных, двое несносных морских, и в то же время – по паре идеальных земляных и песчаных. Хотя, конечно, Солнышко самая-самая идеальная. Ну и пусть у неё нет ядовитого шипа, зато она весёлая, умная и добрая! Она лучше всех на свете…

– Если вы хотите стать частью пророчества, – пророкотал Провидец, – то должны беспрекословно выполнять приказы, действовать сообща и делать то, что вам говорят старшие!

– Выполнять приказы и делать то, что говорят, – одно и то же, – вставила Вещунья.

Чёрный дракон глухо зарычал.

– Это очень важно, потому и не устаю повторять! – Он обвёл драконят свирепым взглядом. – Итак, первое испытание. Сначала ты! – Чёрный коготь ткнул в Звездокрыла. – Твоя единственная задача – остаться в живых!

– Что? – вытаращил глаза ночной дракончик.

– Остальным, – продолжал Провидец, – я приказываю убить его! – Он указал на Звездокрыла кончиком хвоста.

В пещере повисло неловкое молчание.

– А можно её? – Эфа кивнула на Вещунью.

– Это я с удовольствием, – ухмыльнулся Жар.

– Нет! – взревел Провидец. – Вы что, оглохли? Это приказ! Прикончить его!

Звездокрыл с ужасом осознал, что чёрный дракон не шутит, и в тот же миг длинный хвост Эфы взметнулся над её головой, как у скорпиона, нацелив вперёд отравленный шип. С другой стороны мелькнула когтистая лапа Брюха, лишь чуть-чуть не задев крыло ночного дракончика, а небесный зашипел, широко разевая пасть, и Звездокрыл, хорошо помнивший жестокие уроки Кречет, понял, что сейчас поджарится.

Он подозревал, что Провидец всего лишь хочет оценить его боевые навыки, но полагаться на них было бы глупо. Скорчиться в углу и замереть, как обычно, в надежде, что никто не заметит, здесь тоже едва ли вышло бы. Оставалось только одно.

Ночной дракончик поднырнул под крылом Брюха, толкнул Кальмара на Эфу, отшатнулся от Вещуньи и выскочил из пещеры.

Ветер свистел в крыльях, вверх рушилась чёрная стена утёса. Позади слышались свирепые крики драконят. Всё равно догонят, рано или поздно.

Надо срочно найти укрытие!

Глава 8

Спикировав почти к основанию утёса, Звездокрыл выправил полёт и замахал крыльями, лихорадочно ощупывая взглядом землю внизу. Впереди виднелось морское побережье.

Из разговоров новых драконят он понял, что они тоже попали сюда недавно и толком не знают, где тут что. Это хорошо. Вот только он и сам понятия не имеет, и это хуже.

Позади на полнеба возвышался гигантский вулкан. Судя по всему, лесная часть острова лежала по другую его сторону. Здесь деревьев не было, одни голые тёмные скалы и реки светящейся лавы. Не найдёшь даже временного укрытия, чтобы сбить погоню со следа.

Лавовая пустошь заканчивалась на берегу полоской чёрного песка, которая, похоже, опоясывала весь остров. По словам Ореолы, туннель в радужный лес открывался где-то в пещере как раз над песчаным берегом.

Звездокрыл не знал, в какой стороне искать пещеру, да и времени гадать особенно не оставалось. Если не остальные, то уж Жар с его огромными и сильными, как у всех небесных, крыльями, догонит его в два счёта.

Дракончик обернулся на лету: четыре яркие разноцветные точки в небе были гораздо ближе, чем ему хотелось бы.

Только четыре?

Так и есть, чёрной среди них не видно. Неужели Вещунья нарушила приказ грозного начальника? А может, летит как-нибудь в обход, чтобы подкараулить с другой стороны?

Некогда думать!

Звездокрыл нырнул к земле и полетел над самыми скалами, едва не задевая их. Как удачно, что он тоже чёрный…

Ш-ш-ш! Из трещины в камнях выстрелила мощная струя пара, и дракончик метнулся в сторону, едва не сварившись заживо. Здесь внизу лавовая пустошь ещё больше походила на драконью чешую, обгорелую и сплавившуюся.

Такой же станет его собственная, если Жар с Эфой доберутся до него. А они уже так близко, что видят, наверное, каждое его движение. Ну как тут спрячешься? Ни морская вода, ни облака не помогут укрыться, ведь среди преследователей небесный и морской.

Он ещё яростнее замахал крыльями, продолжая мучительно соображать. Думай, Звездокрыл, думай! Кроме мозгов, тебе рассчитывать не на что.

Пожалуй, единственное место, где есть шанс уйти, – крепость. Найти комнату, где можно запереться… а может, выручит отец. Звездокрыл сделал широкий вираж и полетел назад, надеясь, что драконята не успеют перехватить его по пути.

Ещё один выброс горячего пара больно ошпарил хвост. Ночной дракончик обернулся… и увидел Жара совсем рядом, в нескольких взмахах крыльев! Из ноздрей небесного курился зловещий дымок.

Звездокрыл отчаянно рванулся вперёд, не обращая внимания на боль в уставших мышцах. Нет, не успеть, подумал он в отчаянии, крепость слишком далеко. Поднял голову… и заметил впереди, над лавовой рекой у основания горы, цепочку тёмных пещер.

Ореола точно так и описывала это место. Здесь держат узников!

Из-под земли так выстрелило, что всё вокруг окуталось паром. Такой шанс упустить нельзя! Дракончик нырнул в серое обжигающее облако, делая вид, что продолжает лететь к крепости, а сам круто свернул и последним яростным рывком забросил себя в ближайшее отверстие в скале.

Едва не врезавшись в ночного стража, который развалился поперёк порога, он с шумом обрушился на каменный пол. Стражница очумело вскинулась, моргая спросонья. В глубине пещеры шевельнулась чешуя и блеснула пара испуганных глаз.

– Эй, тебе чего? – Стражница сердито хлестнула хвостом, внезапно сделавшись очень большой и страшной, несмотря на торчащие от худобы рёбра.

Звездокрыл поднялся на лапы, изо всех сил стараясь выглядеть беспечным.

– Я… мне надо посмотреть на радужного дракона, – промямлил он со скучающим видом.

– На заключённого? – Дракониха настороженно встопорщила гребень. – Зачем это?

– Ну… – Он лихорадочно перебирал в уме свиток за свитком. В «Ночных рассказах», одном из любимых, много говорилось о драконятах. Вряд ли подойдёт, но вдруг… – Ну, это… – почесал он в затылке, – нам в школе задали!

К его изумлению, стражница тут же успокоилась.

– Ах, вот оно что! Задание от Гения? Вечно он чудит: то практические работы, то дневник наблюдений… Дочка уже чуть не воет, столько задают. Ладно, смотри уж, только осторожно!

Дракончик почтительно кивнул и двинулся в глубь пещеры.

Радужный пленник был прикован к полу и стене, а пасть его охватывал такой же обруч, какой Крылан надел Орхидее. В глазах узника читалось горестное смирение. Тёмно-синяя чешуя почти совсем посерела.

Сколько же на нём цепей, подумал Звездокрыл. Наверное, добавили после побега Ореолы с Кинкажу. Насколько он помнил, Ореолу не приковывали вообще, надели один намордник. Очень хотелось подбодрить беднягу, хотя бы намекнуть, что и его скоро освободят, но рисковать не стоило. Кто знает, умеют ли радужные хранить тайну, а если ночные узнают, что он тут разгуливает с утешениями… едва ли они придут в восторг.

От входа в пещеру донеслось хлопанье крыльев, и дракончик поспешил дальше, к самому концу пещеры, где пол обрывался в чёрную бездонную пропасть. Ореола рассказывала что этим путём Кинкажу удавалось пробираться в любую камеру здешней тюрьмы.

Прыгать в бездну совершенно не хотелось. Нет, ни капельки. Однако встречаться один на один с Жаром и Эфой хотелось ещё меньше. По зрелом размышлении, уж лучше прыгнуть.

Он осторожно шагнул с обрыва и, замахав крыльями, завис в воздухе. Затем начал медленно спускаться в непроглядную тьму, всё время ожидая, что вот-вот наткнётся на что-нибудь твёрдое и острое. К счастью, вокруг была одна пустота. Казалось, она засасывала его.

Опустившись на несколько взмахов крыльев, Звездокрыл наконец нащупал на каменной поверхности небольшой уступ, зацепился за него когтями и тихонько сложил крылья. Даже если кто-нибудь заглянет вниз, чёрную чешую в такой темноте вряд ли различит.

Между тем наверху уже началась перебранка.

– Где он? – донёсся голос Жара.

– А вы кто такие? Ага, понятно! Небесный с земляным! Опять за радужными явились?!

Раздался такой громкий металлический звон, что завибрировала даже каменная стена, к которой прижимался Звездокрыл, – стражница явно колотила во что-то вроде медного гонга. Дракончик зажал уши крыльями, но сквозь звон продолжал слышать выкрики:

– Нет! Мы имеем право здесь быть!

– Мы друзья Провидца! – подхватил голос Брюха.

– Он приказал нам убить ночного дракончика! – не унимался Жар. – Где он? Ты видела его?

«А вот это он зря!» – с удовольствием подумал Звездокрыл.

– Что-о??? Убить нашего дракончика??? – бешено взвизгнула стражница.

Послышался оглушительный звенящий удар – похоже, теперь гонг обрушился на голову Жара, – по крайней мере, Звездокрыл очень на это надеялся, вспоминая самодовольную морду небесного. И этим оранжевым придурком они хотят заменить Ореолу!

Провидец хотел убить её с самого начала, едва увидев в первый раз, – потому что она могла выдать своему родному племени коварные планы ночных! Только теперь это стало понятно. Никто не считал её слабой и бесполезной – напротив, радужную опасались. И не зря!

Крики и удары продолжались ещё некоторое время, затем послышались хриплые голоса стражников, прибывших на подмогу. Жара и Брюха, судя по всему, скрутили и унесли. Скорее всего, Эфу с Кальмаром ожидала подобная же участь – кто же позволит враждебным чужакам разгуливать по крепости в поисках ночного дракончика? Так или иначе, Звездокрыл решил на всякий случай посидеть в темноте ещё.

На самом деле, теперь, когда никто его не ищет, можно подумать и о побеге. Пока никто не ищет, добраться до леса радужных и предупредить Ореолу. Только как? Найти ход в потайной туннель, может, и удастся, но его наверняка охраняет стража. Поймают, и тогда Провидец уж точно убьёт. Сам, лично.

Дракончик прикрыл глаза, представляя себе остров сверху. Перелететь через море? Угадать бы только, в какую сторону лететь, где ближайшая земля. Впрочем, что тут рассуждать, храбрости всё равно не хватит. Ни на одной карте этого островка нет, сколько их ни попадалось в лапы.

Поплотнее закутавшись в крылья, дракончик откинул голову на каменную стену и безнадёжно вздохнул.

– Эй, Звездокрыл! – послышался наверху шёпот. Дракончик вздрогнул и затаил дыхание, слившись в темноте с чёрной скалой. – Звездокрыл, это я, Вещунья! – Голос доносился из другой пещеры, скорее всего, из соседней. – Я знаю: ты где-то там! Ни у кого другого ни ума, ни храбрости не хватило бы там спрятаться.

Он усмехнулся про себя. Храбрость – это к Цунами. Вот она точно не стала бы убегать, а мигом размазала тех четверых по стенам. И уж точно не стала бы сидеть, скорчившись в тёмной дыре, и ждать, пока кто-нибудь не займётся её спасением. Вот это про него, да.

Вещунья замолчала, но он слышал её дыхание. Потом снова заговорила:

– Конечно, если тебя там нет, можно подумать, что я сошла с ума. Тут рядом со мной радужный, так он уже смотрит как-то странно… Ну и что? Подумаешь, разговариваю с ямой, и нечего так смотреть! Страдай себе дальше, а на меня не обращай внимания… О, у него уши пожелтели! – сообщила она, ещё помолчав. – Как думаешь, это значит, ему весело или наоборот?

Весело, подумал Звездокрыл. Уж это он за время приключений в дождевом лесу успел узнать.

– Я бы очень хотела тебя отпустить, бедняга, – продолжала Вещунья, – но тут нету тех острых палок, чтобы отпереть замки… Эй, Звездокрыл, ну выходи же! Обсудим, как помочь этим бедолажкам. Я была в пещерах по соседству и насчитала целый десяток таких же прикованных, представляешь?

«Четырнадцать, если верить Кинкажу», – подумал он.

– Да не собираюсь я тебя убивать! – рассердилась она. – Ты об этом беспокоишься? Пф-ф, какие глупости! В моих видениях мы с тобой совершаем великие подвиги, а как мы их совершим, если тебя убить? Не знаю, что воображает Провидец, но я бы ему сказала хоть сейчас, что мои пророчества уж точно не хуже, – а мои говорят, что ты никогда не умрёшь!

Звездокрыл усмехнулся в темноте. Такой разговор с Провидцем он бы не хотел пропустить.

– Ладно, выхожу, – буркнул он.

Когда они вместе влетели в пещеру, Эфа с Кальмаром сидели с насупленным видом в углу, а чёрный дракон вышагивал взад-вперёд, гневно пыхтя и хлеща хвостом.

– Потеряли кого-нибудь? – с фальшивым сочувствием осведомилась Вещунья, заработав уничтожающий взгляд Провидца.

– И ничего смешного! – прошипел Кальмар. – За мной гналась целая тысяча ночных солдат!

Эфа закатила глаза.

– Четверо будет точнее.

– Они чуть не подожгли мне хвост, а копьём чуть не выкололи глаза! А когда узнали, что я из пророчества, совсем взбесились. Я хочу домой! – Крошка Кальмар закутался в крылья и уныло повесил голову. – И сокровищ тут никаких нет, а обещали!

– Мы похваляемся своими сокровищами, как другие, – проворчал чёрный дракон, угрюмо потирая рога. – Да, надо было мне всех предупредить о вас.

– Вот именно! – прошипела Эфа.

– Совет знал, но остальным рассказать не успели. Теперь придётся вызволять Жара и Брюха из тюрьмы. – Провидец задумчиво побарабанил когтями по полу и взглянул искоса на Звездокрыла. – А ты молодец, неглупо сообразил… хотя, может, просто повезло. Я бы повёл себя иначе, но и это сошло.

– Может, всё-таки убьём ту другую вместо него? – прищурилась Эфа.

Вещунья поморщилась.

– Ну и злюка же ты.

– А ты почему его не убила? – Чёрный дракон сурово глянул на Вещунью.

– Так решила судьба, – объяснила она. – И вообще, зачем так беспокоиться, кто есть в пророчестве, а кого нет? Сам предрёк, теперь сиди и жди, когда исполнится, а судьба разберётся. Кому какое дело, я там или Звездокрыл?

– Ночным до всего есть дело! – отрезал Провидец. – Королева велела выбрать из вас одного, а другого убить.

Вещунья отвесила челюсть, хватая воздух.

– В самом деле? – выдавила она, чуть не плача.

Звездокрыл ощутил жалость к своей новой знакомой. Рассказы Ореолы после возвращения из плена помогли ему постепенно привыкнуть к мысли, что родное племя совсем не похоже на его детские мечты. На Вещунью эта новость обрушилась вся разом.

Чёрный дракон молча кивнул.

– Но это потом, – добавил он, – а пока я переведу вас в крепость, чтобы не выпускать из виду.

Так Звездокрыл снова оказался в той самой вонючей казарме, куда попал вначале. К его радости, Провидец отправился на вечернее заседание совета в одиночку.

– А мне туда точно нельзя? – жалобно глянула на него Вещунья.

Понятно: уж очень ей хотелось увидеть других ночных, получше, чем Гений и Провидец.

– Совершенно точно, – рыкнул чёрный дракон. – И вообще, держи пасть на замке.

Повесив крылья, она проводила его тоскливым взглядом.

– Я так мечтала увидеть королеву…

– Ты же слышала, что сказал Гений, – хмыкнул Звездокрыл. – Королеву не видит никто. Я сам заметил, что она всё передаёт через свою дочь принцессу Власту.

Странно, вообще-то. Похоже, с королевой не всё так просто. Это надо обмозговать.

А если рассказать Вещунье про секретный план ночных? Поможет она – вон как жалела бедных узников – или всё же не решится предать родное племя? Дракончику и самому было трудно представить, как он решится, но верность друзьям не позволяла поступить иначе.

Так или иначе, времени беседовать с Вещуньей не оставалось. Как только Провидец ушёл, новичков обступили ночные драконята.

– Всем привет! – улыбнулась Вещунья. – Приятно познакомиться, очень рада!

– Ага, ещё одна… – Зубаста подозрительно принюхалась. – Что-то не тянешь ты на пророчество, как и твой дружок.

– Нет, вы гляньте! – восхитилась Чтица, дёргая за крыло Кальмара. – Весь зелёный и блестит!

Лапы любопытных потянулись со всех сторон.

– Отстаньте! – заныл крошка морской. – Эфа, прогони их!

Не обращая на него внимания, песчаная махнула ядовитым хвостом, чтобы ночные расступились, и гордо удалилась в дальний конец казармы, где была свободная лежанка.

Посде дневных приключений Звездокрыл ощущал невероятную усталость. Оставив Вещунью знакомиться со всеми по очереди, он нашёл место, где очнулся в первый раз, и повалился на тёплый камень.

Он скучал по друзьям. Вкус кабана, добытого Глином, яростный спор с Цунами – как это было недавно… и как давно! Не терпелось рассказать Ореоле о своих открытиях, предупредить об опасности. Но больше всего он скучал по Солнышку – о её тёплой чешуе под боком, внимательным зелёным глазам. Как интересно ей было бы послушать о странных охотничьих обычаях ночных, таинственной королеве, запасных драконятах… и о том, как он нашёл своего отца… а ещё о…

Глаза ночного дракончика закрылись, и он провалился в забытьё.

Глава 9

Звездокрыл спал и видел сон… или просто вспоминал?

Он ждал Ласта. Наконец валун откатился в сторону, и морской дракон вошёл в пещеру. Маленький ночной дракончик радостно взмахнул крылышками, с любопытством разглядывая, что у воспитателя в лапах.

– Сегодня только один, – устало вздохнул морской, достал из сети, набитой рыбой, потёртый свиток и бросил дракончику.

Тот жадно схватил его и прижал к груди. Свиток промок на концах и пропах рыбьей чешуёй, но разве это главное?

Солнышко была в учебной пещере совсем одна – свернулась калачиком на полу в пятнышке света, который падал сквозь дыру в потолке. Подняла голову, улыбнулась. Зелёные глаза ласково взглянули на Звездокрыла, и сердце его забилось чаще.

– Новый? – спросила она. – О чём?

Ночной дракончик сел рядом и стал разворачивать свиток.

– О нас… – Он быстро пробежал глазами текст. – Хм… интересно. Похоже, написано совсем недавно… Здесь о том, кто такие драконята судьбы, где нас искать и вообще – о ком говорит пророчество и как его исполнить.

Она поднялась и заглянула в свиток через его плечо, прижавшись тёплым золотистым боком.

– Ого! Мне бы тоже хотелось узнать об этом.

Он продолжал читать.

– Оказывается, в трёхлунную ночь вылупилось целых семнадцать морских драконят, но только шесть – из синих яиц… но совсем не обязательно это кто-то из них, потому что могли быть ещё и другие, не из Морского королевства. Например, дракончики Когтей мира…

– Или из яйца, которое Когти украли.

– Вот-вот, только о нём здесь не написано. – Звездокрыл опять углубился в чтение.

– И про песчаных тоже ничего? – заволновалась Солнышко.

– Про них как-то непонятно… – Он развернул свиток дальше. – Вот… Если песчаный вылупился сам по себе где-нибудь в пустыне, то выжить он не мог. Значит, за яйцом кто-то приглядывал – может, и те же Когти. Потому в пророчестве и сказано: «В месте укромном вдали от дворцовых смут».

Солнышко печально вздохнула.

– Ну почему нам никогда не рассказывают, откуда взялись наши яйца!

– Лучше гляну в конец, там должно быть о том, как остановить войну…

– Давай, а мы выберем, – засмеялась она, – и за лучший совет назначим приз.

Взгляд Звездокрыла зацепился за упоминание небесных драконов.

– А тут пишут, что небесных, которые вылупились в трёхлунную ночь, не осталось совсем… почему? Странно. Неужели никого – во всём их королевстве? Может, автор просто не знает… – Он стал искать дальше, стараясь подольше удержать Солнышко у себя под боком.

– А зачем нам небесный? – хмыкнула она. – У нас есть Ореола… а вообще-то здорово: драконы о нас говорят по всей Пиррии! Солдаты на поле боя ждут, когда мы спасём их от бесконечных сражений, а дракончики – что их матери и отцы вернутся домой… и только мы можем этого добиться! Мы можем сделать счастливыми всех драконов, Звездокрыл! – Она смущённо пожала золотыми крыльями. – Ну, не знаю… просто очень приятно думать, что мы здесь не зря, а для чего-то очень важного.

Ночному дракончику тоже было приятно это слышать. Когда он сам вспоминал о пророчестве, то начинал тревожиться. Столько драконов ждут от него чуда – а вдруг не получится? А для Солнышка пророчество было не тяжкой обязанностью, а обещанием этого чуда, и от её слов сразу становилось легче.

– Вот оно, нашёл!.. «Как драконята могут исполнить пророчество». М-м-м… Вот первый вариант: все они королевские дочери, и, когда сами станут королевами племён, просто договорятся между собой.

– Из Глина получится прекрасная земляная принцесса! – захихикала Солнышко.

Звездокрыл тоже не смог удержаться от смеха.

– Так или иначе, без ледяного дракончика ничего не получится… а тебе тогда придётся стать новой Песчаной королевой.

– Вот уж нет, спасибо! – фыркнула она. – Королевой – это к Цунами, а я – ни за что!

Он вздрогнул, представив, как маленькая беззащитная Солнышко отбивается сразу от трёх злобных песчаных принцесс.

– Так, ладно… Смотрим второй… – начал он и осёкся: в коридоре грохотали торопливые шаги.

В пещеру ворвалась Кречет, позади неё топали Бархан с Ластом.

– Дай сюда! – рявкнула небесная дракониха, выхватывая свиток из когтей Звездокрыла. Он испуганно вскрикнул, услышав треск рвущегося пергамента.

Небесная глянула на название и резко повернулась к Ласту.

– Ты чем думал, идиот? Тащишь им всю дрянь, что валяется на берегу!

– Торговка рыбой дала, – смущённо пожал крыльями морской. – Она знает, что я ищу новые свитки. У самого времени не было прочитать, но… вроде ничего такого…

– «Где они, драконята судьбы?» – это, по-твоему, ничего такого? Зачем забивать им голову вопросами?

– У нас и так голова забита вопросами, – пискнула Солнышко.

– Мы сами расскажем вам всё, что нужно знать о пророчестве! – прорычала Кречет. – А всякие слухи и домыслы только вредят вашим незрелым мозгам!

– Мозги Звездокрыла вовсе не незрелые! – Золотистая малышка выжидательно глянула на друга, потом шепнула:

– Ты должен сказать: «И Солнышкины тоже!»

Ночной дракончик понимал, что она хочет его подбодрить, но от переживаний не мог выговорить ни слова.

Почему воспитатели так сердятся?

Что он сделал плохого?

– Такие свитки не для вас! – продолжала Кречет, потрясая рваным пергаментом, затем ткнула им в сторону Звездокрыла. – Ты! Боевая тренировка, прямо сейчас! – Развернулась и, злобно пыхтя, вышла из пещеры, Ласт и Бархан – следом.

Солнышко подбежала к двери, послушала и обернулась к Звездокрылу, смешно вытаращив глаза.

– И ты так это оставишь? Она отняла твой свиток – это нечестно!

Ночной дракончик тоже так думал, но спорить с Кречет…

– Ладно, наплевать, – вздохнул он, опуская взгляд на серый камень под лапами, – через неделю Ласт принесёт что-нибудь новенькое.

– Нет, я же вижу, как ты расстроился! – Солнышко подошла и снова села рядом, дотронувшись до его хвоста своим. – Послушай, ты же сам понимаешь, что нужных ответов там всё равно не могло быть, правда? Никто не знает, как исполнится пророчество, достаточно просто делать то, что мы считаем правильным, а судьба сама направит нас куда нужно.

– Может, и так, – согласился Звездокрыл, – но хорошо бы всё-таки знать туда дорогу. Путнику тяжело без карты.

– Карта не нужна, если рядом хорошие попутчики. Такие как Глин, Цунами и Ореола. Ну и я, конечно, – улыбнулась она.

– Пожалуй, – улыбнулся он в ответ, снова радуясь, как ему повезло.

В Пиррии не счесть пещер, а уж драконьих яиц и подавно, и всё же они двое встретились здесь – драконята, которым в обычной жизни едва ли пришлось бы узнать друг друга. Встретились и теперь никогда не расстанутся!..

– М-м-м… А! – Звездокрыл вздрогнул и проснулся. Чей-то коготь царапнул его по носу.

В казарме было душно и темно, лишь кое-где в стенных нишах тускло рдели угольки, словно полузакрытые глаза дремлющих драконов. В потолочных окнах чернело беззвёздное ночное небо.

Клочья сна быстро рассеивались, а вместе с ними уходили тепло и радость. Солнышко осталась далеко-далеко, и кто знает, удастся ли ещё увидеться.

– Не могу уснуть, – шепнула в темноте Вещунья. Раздался шорох крыльев – она придвинулась ближе и потрясла дракончика за плечо. – Что делать будем?

– М-м-м… Спать.

– Давай лучше побродим тут, разведаем, а? Мы же так мало знаем о нашем племени! Пока они спят, можно обойти всю крепость.

Он протёр глаза, поморгал.

– А если поймают?

– Ну и что? Никто же нам ничего не запрещал… в конце концов, мы ночные, не какие-нибудь. Это и наша крепость! Пока не запретили, можно делать что угодно.

Вообще звучало это разумно, хотя Звездокрыл и сомневался, что Провидец одобрил бы такой ход рассуждений. И всё же Вещунья была права. Они ночные, а почему бы ночным не побродить по своей собственной крепости?

Кроме того, Цунами давно бы уже так и сделала, уж это точно. А Звездокрылу всегда хотелось быть похожим на Цунами.

Он скатился с лежанки на пол и тихонько двинулся вслед за Вещуньей к выходу, стараясь не разбудить драконят.

Сворачивая то налево, то направо, они шли пустыми тёмными коридорами, слыша лишь скрип своих когтей и шелест хвостов по каменному полу.

Ну и что, вовсе даже не страшно, повторял себе дракончик снова и снова. Они не пленники и не делают ничего плохого, просто гуляют. Это родной дом, в котором им было предназначено вырасти, если бы судьба не распорядилась иначе. Никаких опасностей здесь, никаких врагов, кругом одни соплеменники, да и те спят.

Он взглянул на каменные стены, почти такие же, как в пещере под горой. Здесь его место… Нет, его место там, где Солнышко! Там, где друзья, вместе с которыми нужно остановить войну. Подумав это, Звездокрыл даже остановился на миг, потом глубоко вздохнул и двинулся дальше за Вещуньей.

Факелы на стенах не горели, и тьму рассеивали лишь угольки в нишах. За окнами – та же темень, ни одной луны, небо затянуто плотным слоем туч и вулканического дыма.

Что интересного можно найти в пустых коридорах? Разве что набраться храбрости и отворить какую-нибудь дверь… а если там проснутся? Звездокрыл представил, как наступает случайно на хвост спящему Провидцу, и в ужасе зажмурил глаза. После такого им с Вещуньей и минуты не прожить. И хорошо, что она идёт не в сторону лаборатории – с отцом встречаться тоже не хотелось, как и снова видеть то, что у него творится.

Кое-где за дверями вдоль коридора слышался негромкий храп. Нигде ни одного стражника. Не спали только они, двое драконят.

– Похоже, выставлять часовых тут не привыкли, – шепнул Звездокрыл. – Другие племена не знают об острове, опасаться нападения не приходится… – Он помолчал. – Даже теперь, когда знают радужные, достаточно держать стражу на выходе из потайного туннеля.

– Да, но почему все спят? – удивилась Вещунья. – Я всегда думала, что раз мы ночные, то спим больше днём. Как я сама, например. По утрам никак не могу проснуться, а к ночи, наоборот, оживаю. А у тебя как? Нет, ну не зря же нас называли ночными! Хотя друзья считают меня странной – может, они и правы… – Она с досадой пнула камушек, попавший под ноги.

– Может, здешние ночные просто не видят ночного неба? – предположил дракончик. – Вот всё и перепуталось… А на самом деле ты самая ночная из всех.

Вещунья с сомнением махнула крылом.

Звездокрыл продолжал:

– Я вот всю жизнь прожил в пещерах, где неба вообще никогда не видно. Мы вставали и ложились, когда решали воспитатели. Потом, правда, вырвались на свободу – совсем ненадолго, но за это время столько всего случилось… Но вообще-то, да, я тоже чувствую себя лучше, когда смотрю на звёзды. Может, всё дело в них?

– Почему бы и нет? – Она с улыбкой пожала крыльями. Остановилась на перекрёстке, подумала, потом решительно свернула направо.

– Мы куда вообще идём? – спросил он.

– Ты видел часть крепости, которую разрушило извержением? Хочу посмотреть, как там внутри.

– Погоди… – Дракончик встал как вкопанный. – Там же всё залито лавой! Это опасно!

Вещунья шутливо щёлкнула его по носу кончиком хвоста.

– Да не бойся ты! Коготь сказал, что извержение случилось одиннадцать лет назад. Там всё давно окаменело и стало даже красиво. Как раз там вроде бы и хранились сокровища, так что потом пришлось пробивать ходы, чтобы их достать. Ты только представь: туннели в застывшей лаве! Пошли!

Она устремилась вперёд, и Звездокрыл нехотя поплёлся следом, уже жалея, что не остался спать.

В тёмных лабиринтах крепости Вещунья ориентировалась куда лучше, чем в выборе друзей, и вскоре перед драконятами открылся коридор с почти снесённой крышей, весь заполненный окаменевшими чёрными пузырями. Сквозь проломы в стенах свистел ночной ветер, остужая вулканическое тепло, исходящее от пола.

– Вот, гляди! – шепнула Вещунья. Бросилась к тесному отверстию, пробитому между стеной и застывшим лавовым потоком, и вмиг исчезла в темноте.

«Что я тут делаю?» – вздохнул про себя дракончик. Больше всего ему хотелось спрятаться в каком-нибудь углу и подождать, пока Вещунья вернётся. Но как отпускать её одну, вдруг там опасно? Ни Цунами с Глином, ни Ореолы рядом нет, так что защитником придётся стать самому.

Сделав глубокий вдох, он тоже протиснулся в узкий проход, обдирая крылья об острые выступы камня и задевая рогами потолок.

Туннель шёл вниз под уклон, и драконятам приходилось цепляться когтями, чтобы не скатиться. Вещунья слегка дохнула огнём, но осветила лишь неровную поверхность камня вокруг.

Жарко, душно… Интересно, кто тут ходил прежде? И вернулся ли потом назад?

Внезапно пол ушёл из-под лап. Вскрикнув, Вещунья покатилась вниз. Звездокрыл тоже не удержался, но успел развернуть крылья и чуть задержаться в воздухе. К счастью, падать оказалось невысоко.

– Уф-ф, – выдохнула она, выбираясь из-под Звездокрыла.

Языки пламени одновременно из двух пастей осветили пустую комнатку, совершенно не затронутую разрушением: тяжёлый поток лавы раздавил только верхние этажи. Впереди виднелся небольшой коридор, а за ним – другие комнаты. Звездокрыл опасливо посмотрел вверх, думая о гигантском весе, нависшем над головой.

Вещунья уже устремилась дальше. Огонь погас, вокруг снова сгустился мрак.

– Коготь говорил, что старая сокровищница была в третьей комнате слева… – оживлённо тараторила она. – Пошли скорее, посмотрим!

– Там же ничего нет! – фыркнул дракончик, ощупывая путь вытянутыми лапами. – Что смотреть в пустой комнате?

– Это сейчас она пустая, а раньше была полна сокровищ! Ты только представь, полная комната драгоценностей! Я никогда столько не видела.

– Ну, ладно… у Когтей мира, небось, совсем ничего не было, разве что какой-нибудь дракон с собой захватил, когда к ним сбежал.

– Если и было, – хмыкнула Вещунья, – они никому не показывали. – Кончик её хвоста мазнул в темноте Звездокрыла по носу. – А у вас в пещерах под горой были сокровища?

– Нет, но у небесных и морских я повидал их много… Только никакие сокровища не добавляют ни доброты правителям, ни счастья подданным.

– А говорят, Коралл хорошая королева… и в свитках…

Звездокрыл усмехнулся.

– Ну, тут надо учитывать, что все свитки про неё написала она сама. Хотя конечно, она не самая плохая, во всяком случае, лучше, чем королева Пурпур, это уж точно… или принцесса Ожог… – Он передёрнулся, вспомнив отвращение, с которым та на него смотрела.

– Песчаным найти бы те сокровища, что украли воришки, вот было бы счастье! – Вещунья мечтательно зажмурилась.

– Может быть. Там было много знаменитых драгоценностей и даже, говорят, магических.

– Магических? – переспросила она.

Вещунья остановилась, и пламя из её пасти осветило высокую арку с двумя чёрными железными дверями, одна из которых была приоткрыта.

– Ну, то есть, заколдованных дракомантами, – перешёл дракончик на лекторский тон, столь ненавистный его друзьям. – В таких предметах сохраняются особые свойства. Например, ожерелье может сделать тебя невидимой, а драгоценный камень – помочь найти то, что ты хочешь. «А статуя – убивать всех наследниц Морской королевы, до которых дотянется», – добавил он про себя. – Об этом мало кто помнит, так как дракоманты считаются вымершими, однако я сам знаю одного среди морских, да и у ночных, скорее всего, был дракомант, и не так давно.

– В самом деле? – Вещунья нажала на железную дверь, и та стала со скрежетом поддаваться.

Интересно, много ли она знает про этот остров?

– Да, потому что тут есть магический потайной ход прямо в радужный лес, а оттуда – другой – в Песчаное королевство. Такие ходы мог проложить только дракомант. Трудно сказать, когда, но радужные ещё совсем недавно ничего не знали… Разве вас не через этот ход сюда привели?

Вещунья покачала головой.

– Мы летели через море. Ужасно долго и ужасно скучно. Я пару раз даже засыпала на лету и шлёпалась в воду.

Звездокрыл оживился, готовый забросать её вопросами по географии, но Вещунья уже протиснулась в щель, и он услышал испуганный возглас. Дракончик не раздумывая ворвался следом, разглядел в свете драконьего огня какие-то деревянные обломки на полу и быстро соорудил факел.

Первое, что он увидел на полу, были два иссохших трупа ночных драконов.

Глава 10

Вещунья собиралась снова вскрикнуть, но дракончик зажал ей пасть лапой.

– Не шуми, потолок обрушишь! – прошипел он, глядя на два угольно-чёрных чешуйчатых тела. – Чего тут бояться, они тут лежат уже много лет. Наверное, с того самого извержения.

– Отчего они умерли? – спросила шёпотом Вещунья, когда он отнял лапу.

Звездокрыл поднял факел и наклонился поближе, преодолевая отвращение. Рядом с одним из трупов лежало копьё, ещё старинное, с простым наконечником, а не причудливым трезубцем. Доспехов на мертвецах не было.

– Скорее всего, от удушья, – ответил он, – или от голода. Или, может, от жары, хотя драконы легко её переносят. Думаю, они охраняли сокровищницу и не успели уйти, когда началось извержение. А когда лава остыла и сюда прорубили ход, было уже поздно.

Вещунья содрогнулась от ужаса.

– Какая страшная смерть!

Звездокрыл осмотрелся. Пустые полки вдоль стен, от пола до потолка, высокие горшки в дальних углах, тоже пустые, а когда-то, наверное, доверху наполненные золотом и драгоценными камнями.

Вот бы заполучить такой!..

Да нет, зачем, это всё драконья жадность. Что бы он стал делать со своим богатством?

Разве оно помогло бы вернуться к друзьям или остановить войну?

Что-то щелкнуло вдруг в мозгу, мелькнула какая-то мысль, но дракончик не успел её ухватить.

– Пошли, что ли? – предложила Вещунья.

– Пожалуй, – кивнул он. – Тут маловато воздуха, чего доброго, не хватит. Не хотелось бы проверять на себе.

– Ой! – испугалась она. – Скорее тогда! – Развернулась и выскочила из комнаты ещё быстрее, чем вошла.

Звездокрыл двинулся было следом, но внезапно замер: в свете факела сверкнуло что-то яркое, зажатое в когтях у мёртвого стражника. Забытая драгоценность? Да и кому захочется обыскивать высохшие останки? Ему – тоже не очень.

Однако таинственный блеск так и звал к себе, как будто все одиннадцать лет прятался от всех в ожидании достойного хозяина.

Дракончик усмехнулся. Солнышко так бы и решила. Вот уж кто верит в судьбу, предназначение и всякое волшебство. Ну, разве что ради неё, она уж точно хотела бы, чтобы он это взял.

Преодолев брезгливость, он наклонился и стал разжимать мёртвую лапу. Скрипучий шорох высохшей чешуи заставил его содрогнуться, но он преодолел себя и отскочил, зажав находку в когтях. Лапа мертвеца словно тянулась к нему, требуя назад своё добро.

К горлу подступала тошнота, но, когда Звездокрыл поднёс то, что держал, поближе к тусклому пламени факела, он понял, что мучился не зря. Сапфировый кристалл в форме звезды с мерцающей искоркой внутри был хорошо знаком ему по свиткам.

Приснилл! Во всём мире существовало только три таких, созданных столетия назад песчаным дракомантом и давно потерянных.

Дракончик крепко сжал в лапе синюю звёздочку. Теперь он сможет увидеть своих друзей!

– Звездокрыл! – позвала Вещунья из-за двери.

– Иду, иду…

Как же спрятать сокровище понадёжнее? Ведь отберут, обязательно отберут! На всякий случай, даже Вещунья не должна ничего знать. Подумав, он засунул камень в пасть и крепко прижал языком к зубам, чтобы случайно не проглотить.

На обратном пути Вещунья всё удивлялась, почему он молчит, но дракончик только тряс головой и невнятно мычал про усталость. В конце концов она пожала плечами и в казарме сразу отправилась спать.

Звездокрыл развернул выданное ему одеяло и укрылся с головой. Грубая шерстяная ткань пропахла дымом и цеплялась за чешую, зато надёжно ограждала от посторонних глаз. Дракончик уставился на камень и стал вспоминать, что читал в свитках о том, как им пользоваться.

Может, надо просто думать о драконе, в чьи сны хочешь попасть?

Середина ночи, Солнышко наверняка спит. Если верить свиткам, можно увидеть её сон, а если спит крепко, то оказаться в нём самому и поговорить с ней. С неглубокими или тревожными снами так не получается – она его не увидит, только он её.

Он зажмурил глаза и представил себе золотистую малютку: её заразительный смех, вспышки настроения, аккуратные коготки и заботливую мордочку… и чешуйки как мерцающий солнечный свет, и ласковый взгляд, не похожий ни на чей в Пиррии! Вот кто сразу нашёлся бы, что сказать о его отце, и подсказал бы, как отговорить ночных причинять зло Ореоле и всем радужным.

Однако, как ни старался он сосредоточиться на Солнышке, всё равно оставался мыслями здесь, в душной казарме ночных. Может быть, она не спит? Сидит где-нибудь, смотрит на луны и гадает, где он и не смотрит ли тоже сейчас в ночное небо, думая о ней.

Он попробовал сосредоточиться на Ореоле, Глине, Цунами – никакого результата. Все были недосягаемы.

Дракончик скрипнул зубами, сжав в лапе синюю светящуюся звёздочку. Не может такого быть! Должно сработать, если только это настоящий приснилл, а не просто похожий на него сапфир.

Радужные, вот кто ему нужен! Они же вечно спят.

Первой пришла в голову малышка Кинкажу, которую Ореола спасла из заточения. Звездокрыл стал вспоминать её огромные тёмные глаза и переменчивый цвет чешуи. Ничего не получалось, и он в отчаянии прижал камень ко лбу.

И тут же оказался на ветке дерева в дождевом лесу!

Звездокрыл с облегчением перевёл дух… но ощутил вовсе не аромат цветов и листьев, как ожидал, а всё ту же дымную духоту казармы. К сожалению, сны можно было только видеть.

Радужная свернулась с закрытыми глазами на огромном листе. На одном из её крылышек была повязка из мягкой травы и мха, а рядом лежали кучками красные, жёлтые и фиолетовые плоды. В лунном свете чешуя Кинкажу имела призрачно-бледный голубоватый оттенок. Малышка дышала мелко и часто, словно боялась сильным движением причинить себе боль.

– Что с тобой? – спросил ночной дракончик, но она не пошевелилась.

Он обернулся и вздрогнул, увидев ещё одну радужную совсем рядом. В первый момент показалось, что она смотрит на него, но взгляд был обращён сквозь него на Кинкажу. Эта дракониха была совсем старая, гораздо старше, чем воспитатели или королевы, которых Звездокрылу приходилось видеть, но от неё исходило настоящее величие, которого так не хватало Власте.

Ночной дракончик вновь повернулся к малышке. Как же проникнуть в её сны? А может… Он протянул лапу с сапфиром и осторожно прикоснулся им ко лбу Кинкажу.

Лапа прошла насквозь, и Звездокрыл качнулся вперёд, едва не свалившись с ветки.

Ну конечно – его же на самом деле там нет, это всего лишь видение!

Дракончик попробовал снова, задержав на этот раз приснилл в нужном положении, и сразу ощутил, как пульсирует энергия, переходя от спящей и обратно. Окружающая тьма взорвалась яркими красками – он был внутри сна Кинкажу!

Она стояла на широкой круглой арене из зелёных ветвей, увитой цветами и залитой солнечными лучами. По краям расположились тысячи радужных драконов – столько их не набралось бы во всей Пиррии, – и все почему-то смотрели на малышку с презрением – такого за радужными Звездокрыл припомнить не мог. В самом центре площадки стояла Ореола, но другая – невероятно огромная и прекрасная, в короне из оранжевых цветов гибискуса со сверкающими рубинами и с золотой цепью на груди. Так её видит во сне Кинкажу, понял ночной дракончик. Новая Ореола и улыбалась охотнее, во всяком случае, малышке радужной.

Значит, Ореола всё-таки стала королевой – или просто мечты сбываются во сне?

Под взглядами драконов Кинкажу сделала шаг назад, потом ещё и ещё, пока не отступила на самый дальний край арены. Внезапно она повернулась и прыгнула, расправив крылышки. Однако вместо того чтобы взмыть над верхушками деревьев, камнем обрушилась вниз. Крылья беспомощно трепетали, расползаясь на глазах и превращаясь в лохмотья, будто их разъедало кислотой. Малышка жалобно вскрикнула, хватая коготками воздух, и исчезла в гуще листвы.

Как ни убеждал себя Звездокрыл, что это всего лишь сон, сердце колотилось в груди как бешеное, не желая верить. Сон, твердил он, просто сон. Ничего тут не поделаешь. Кинкажу не могла его увидеть в таком страшном сне, слишком переживала сама.

Наблюдая чужой кошмар, дракончик невольно сравнивал его со своими. Ему обычно снилась ночная королева, которая сурово говорила, что драконята без особых способностей ночному племени не нужны.

Яркая картинка замерцала перед глазами и стала таять, вновь сменяясь ночной тьмой.

Она просыпается, понял Звездокрыл. Он сжал когти, как будто мог крепче уцепиться за ветку дерева, которого уже не видел. Только бы лес не исчезал, только бы остаться здесь ещё немного, не возвращаться сразу в мрачную ночную крепость!

«Спи, Кинкажу, спи! Пожалуйста, заметь меня, поговори со мной! Я обязательно должен передать вести своим друзьям!»

В темноте вновь стали проступать слабые очертания деревьев, словно бы в первых лучах рассвета. Кинкажу, как и прежде, лежала клубочком на огромном листе, но теперь беспокойно ворочалась, морщась от боли. В таком неглубоком сне без сновидений она тем более не могла увидеть Звездокрыла, хотя и сознавала смутно, что происходит вокруг.

– Опять кошмары? – послышался шёпот за спиной.

Дракончик резко обернулся, и сердце подпрыгнуло у него в груди.

Солнышко!

Она складывала золотистые крылышки, устраиваясь на ветке рядом со старой радужной, похожей на королеву. Усевшись, обернула лапы хвостом, как всегда делала. Мгновением позже в листве мелькнула синяя чешуя. Цунами тоже здесь! Морская принцесса вытянула шею, рассматривая через плечо Солнышка спящую радужную малышку.

– Похоже, – кивнула старая радужная. – Мне даже хотелось её разбудить… А что королева?

– Злится, – вздохнула Солнышко. – Очень злится, просто вне себя. Как я ни доказывала, что Звездокрыл не мог сам уйти к ночным, она считает его предателем.

От обиды у дракончика задрожали крылья. Ему и в голову не приходило, что друзья могут такое подумать. «Королева» – значит, Ореола? Она считает его предателем!

Тут он вспомнил, как говорил на совете ночных, что радужные хотят напасть, и вспыхнул от стыда. Пускай не сам, его похитили, но он же когтем не шевельнул, чтобы помочь друзьям! Бежать не попытался и даже не решился ни разу поспорить с Провидцем, не говоря уже о том, чтобы остановить ночных.

Выходит, он и впрямь не годится для пророчества. Пускай будет Вещунья, она лучше!

– Звездокрыл? – презрительно фыркнула Цунами. – Вот уж кто последний предаст! Как ты себе это представляешь? Во-первых, ему пришлось бы принять решение, а в этом наш ночной не очень-то силён. Затем сделать хоть что-то, а не сидеть, как обычно, сложа лапы, пока делают другие. Ты только представь: прыгнуть в тёмную дыру, где ждут злобные драконы! Звездокрыл? Никогда! Пожалуйста, не смеши меня.

– Да ладно, брось, – отмахнулась Солнышко. – Ты и так весь день с Ореолой спорила, а уж меня-то нечего убеждать. Я и без того уверена, что он ни в чём не виноват.

Она порхнула к спящей Кинкажу, едва не пролетев сквозь Звездокрыла. Он вздрогнул и невольно потянулся к ней, почти ощущая тепло золотистой чешуи.

– Так вы не думаете, что он мог сам уйти в Ночное королевство? – спросила старая дракониха.

Солнышко подняла голову к верхушкам деревьев, сквозь которые пробивался свет двух лун, затем снова взглянула на спящую.

– Если вдруг и ушёл, то по какой-то важной причине, я уверена. Но если его увели, то он может быть в опасности… Тогда мы должны ему помочь, правда ведь, Цунами? Разве это не самое важное? Я считаю, что за ним надо отправиться прямо сейчас, пока не случилось чего-нибудь совсем плохого! – Она склонилась над Кинкажу и стала поправлять повязку на больном крыле.

«Да! – почти выкрикнул ночной дракончик. – Правильно! Пожалуйста, поспешите!»

– Если бы решала я, – прорычала Цунами, – мы бы не занимались не пойми чем, а уже все вчетвером были там и не оставили бы от этого их королевства камня на камне!

– Что, с боевой подготовкой совсем плохи дела? – покачала головой старая дракониха.

Цунами с досадой хлестнула хвостом, едва не свалившись с ветки.

– «Командир, можно я посплю?» «Хочу папайю!» «У меня лапы болят!» «Ой, смотрите, какая бабочка!» Солдаты, называется… Тьфу! Так и хочется надавать им всем по морде!

Солнышко хихикнула, продолжая ухаживать за больной.

– Когда королева собирается напасть? – Дракониха яростно оскалилась, будто сама готовилась идти в бой.

– Глядите! – перебила Солнышко, трогая лоб Кинкажу. – Она просыпается.

О нет! Звездокрыл в отчаянии смотрел, как моргают глаза радужной малышки. Он потянулся, чтобы снова дотронуться до неё сапфировой звёздочкой, но опоздал.

Болезненный рывок – и ветви деревьев, Кинкажу, Солнышко, Цунами – всё исчезло, сменившись холодным камнем, на котором лежал дракончик, и грубым шерстяным одеялом, сквозь которое тускло рдели горящие угли вдоль стен.

Солнышко… Она только что была рядом, так близко… и так же далеко, как сияющие луны над радужным лесом.

Звездокрыл взглянул на сапфир, мягко светящийся в когтях. Вот он и повидал друзей… только лучше бы этого не случилось. Они считают его предателем – а если и нет, то лишь потому, что предать не хватило храбрости!

Он зажмурил глаза, чувствуя себя более одиноким, чем когда-либо в жизни.

Глава 11

Чужие когти сорвали одеяло с такой силой, что дракончик, закутавшийся в него, свалился на пол. Голова шла кругом, но первой мыслью было: «Как хорошо, что я догадался спрятать приснилл!»

– Подъём! – рявкнул чёрный дракон.

Этим утром у него из пасти воняло как-то особенно. Во всяком случае, можно было предположить, что утро уже наступило, потому что небо за окошком в потолке мало чем отличалось от ночного.

Злобно оскалившись, из-за спины Провидца выглядывали Жар с Охром. Звездокрыл ухмыльнулся про себя: небось провели ночь в тюрьме. Подбежала вприпрыжку бодрая Вещунья, затем притащились Эфа с Кальмаром.

Местные драконята тоже проснулись и наблюдали, высунув головы из-под одеял. Зубаста с перекошенной от зависти мордой пускала дым из пасти и сердито дёргала хвостом.

Однако Провидец даже не поглядел на них.

– Вперёд! – Резко развернувшись и едва не опрокинув хвостом Звездокрыла, он зашагал к выходу.

– Куда сегодня? – игриво поинтересовалась ночная. Похоже, новость о том, что кого-то из них со Звездокрылом приказано убить, сегодня куда меньше её волновала.

– Хочу решить, стоит ли тратить на вас время, – ответил, не оборачиваясь, чёрный дракон. – Кое-кто говорит, что вас нужно запереть, пока мы не закончим дела с радужными, но я предпочитаю начать подготовку заранее. Поэтому сегодня – второй экзамен!

– Экзамен? – Звездокрыл удивлённо захлопал крыльями. – По какому предмету? А как же время на подготовку, учебные материалы?

Провидец оглянулся через плечо.

– Иногда так и хочется тебя укусить, – зашипел он.

А за что, собственно? Ладно, не стоит нарываться. Звездокрылу, как правило, везло на экзаменах. Может, это как раз шанс пробиться в дракончики судьбы… Хорошо бы экзамен был по истории! Все исторические свитки давно прочитаны вдоль и поперёк.

Небесный дракончик между тем всё так же скалился, злобно сверкая оранжевыми глазами. На всякий случай Звездокрыл осторожно переместился подальше, по другую сторону от Вещуньи, которая казалась ему безобидной.

Все шестеро поднялись следом за Провидцем на крышу крепости, откуда открывался вид на пустошь, дальний лес и побережье. Чёрный дракон расправил крылья и посмотрел на небо, сплошь затянутое тёмно-серой пеленой с просверками молний. Вдали, у самого горизонта, тучи точно обрушивались в море, сливаясь с ним.

Там буря, подумал Звездокрыл и зябко встопорщил гребень, вспоминая шторм в Морском королевстве, когда затопило пещеру, где держали драконят. Глин тогда лежал, прикованный цепью к стене, а Ореола с Солнышком ни за что не хотели его бросать. Если бы не подоспела Цунами, они бы там все и захлебнулись. За себя ночной дракончик был не так уверен, слишком он тогда испугался, глядя на медленно прибывающую воду.

– Держитесь ко мне поближе! – велел Провидец, затем ткнул Звездокрыла в бок. – А ты смотри мне, не вздумай хитрить! – И, не тратя слов на разъяснения, взмыл в небо.

Только теперь дракончик понял, что они улетают из Ночного королевства. Неужели на большую землю? С сердцем, полным надежды, он взмахнул крыльями и поспешил следом за чёрным драконом.

– Эй, погоди, а как же завтрак? – заныл крошка Кальмар, трепыхаясь в воздухе позади. – Как лететь на голодный желудок? Я так не могу! Я умру!

– Так быстро не умрёшь, – успокоил его Звездокрыл. – Драконы, как правило, способны обходиться без пищи почти месяц – так написано в «Исследовании вероятных причин невероятных способностей».

– Вы только послушайте, как чешет, – ядовито ухмыльнулся Жар. – Тоже мне, умник нашёлся.

Брюх вытаращил глаза.

– Что, месяц? Да никогда в жизни! Ни за что!

– Невероятные! – фыркнула Эфа. – Чем невероятнее, тем противнее. Особенно ваши с Вещуньей – про вас там, небось, целая Глава.

– Можно подумать, ты знаешь про мои способности, – парировал Звездокрыл. – Ну ладно, не хотите знать, не надо.

– А мне вот интересно! – заступилась за него Вещунья. – Если вдуматься, очень полезная способность, особенно когда кормят такой жуткой тухлятиной.

– Да, кстати! – оживился ночной дракончик и принялся рассказывать, как охотятся на острове ночные, о микробах и антителах, которых не хватает у тех, кто привык поедать свежую добычу.

– Ну и ну! – поразилась Вещунья. – Всё интереснее и интереснее.

– Это и есть экзамен? – ядовито поинтересовалась песчаная. – Кто дольше прослушает тебя и не умрёт от скуки?

Ночная свирепо глянула на неё.

– А тебя, Эфа, никто и не заставляет слушать! Грызись с Кальмаром, как привыкла, а Звездокрыла оставь в покое!

Лес и чёрный песок закончились, внизу бушевали пенистые волны. Очертания гигантской горы в красных отблесках лавы постепенно исчезали в сером тумане за спиной.

Впереди до самого горизонта расстилалось море, однообразное и без всяких ориентиров, а небо над головой всё так же закрывали тучи. Оставалось только гадать, куда направляется Провидец.

Тем не менее Звездокрыл старался запоминать дорогу на случай, если когда-нибудь удастся улизнуть. На самом деле, улизнуть стоило попытаться сразу, как только они окажутся на большой земле. Улететь, спрятаться. Добраться как-нибудь до леса радужных.

Только как решиться на это одному? Вот если бы вместе с Цунами, Глином, Ореолой, Солнышком… Лучше уж остаться с ночными и ждать, пока кто-нибудь придёт на помощь.

Начался дождь. Вернее, они сами достигли края грозы, но Провидец и не думал поворачивать.

– У меня крылья намокли! – пожаловался Кальмар.

Жар захихикал.

– Ах, бедненький, морской ты наш!

Звездокрыл молчал, но ему тоже приходилось нелегко. Крылья отяжелели от влаги, и мышцы уже болезненно ныли, да и детство в пещерах не дало возможности развить их достаточно.

Он сжал зубы. Если это и есть экзамен, нельзя показывать своей слабости. Лететь, пока хватит сил.

Надо думать о Солнышке, постараться быть тем драконом, каким она его считает.

Поверхность моря становилась всё ближе – он терял высоту. Дождь превратился в ливень и вовсю хлестал по чешуе, сквозь стену воды уже трудно было разглядеть Брюха, летевшего впереди, а чёрный дракон маячил в облаках смутной тенью. Только бы не потеряться! А если Провидец нарочно решит их бросить, сделать это сейчас ничего не стоит.

Тучи перечеркнул рваный зигзаг молнии, а оглушительный удар грома, казалось, расколол небо пополам, отдаваясь во всём теле от рогов до хвоста. Такой грозы ночной дракончик не помнил за всю свою жизнь.

Скорее бы прилететь! Скорее бы!

Он поморгал, стряхивая воду с глаз… и не увидел впереди никого.

Что такое? Где все? Так и есть, потерялся!

К счастью, паника быстро развеялась. Откуда-то сбоку появилась Вещунья, тронула его за крыло и показала вниз.

– Туда! – крикнула она, перекрывая шум ветра.

Крошечное пятнышко среди бушующих волн оказалось пустынным островком. Провидец с драконятами уже примостились кто где на голых скалах. Звездокрыл тяжело плюхнулся рядом с Кальмаром, который закутал голову крыльями и что-то гневно бормотал.

– Полпути позади! – улыбнулась Вещунья.

Всего полпути? Совсем упав духом, Звездокрыл уставился на свои лапы. Не осталось сил даже задавать вопросы. Как ночным удалось найти свой остров, если он так далеко от большой земли? Летают ли они туда регулярно или чаще пользуются потайным ходом? Уж больно утомительно и рискованно здесь летать.

Долгий отдых в планы Провидца явно не входил. Мрачно поглядывая на драконят, он то и дело оборачивался к горизонту, где осталось Ночное королевство. Наконец снова собрал всех и кратко скомандовал:

– Летим!

Снова дождь, снова мучительная боль в измученных крыльях. Вода заливала глаза, молнии так и норовили подпалить хвост.

Морской, летевший рядом, не переставал жаловаться, но за шумом грозы его никто не слышал, а услышал бы, не ответил, так все устали. Звездокрыл уже начал размышлять, не легче ли было бы утонуть, когда заметил, что чёрный дракон прижал крылья к бокам и устремился вниз.

Впереди виднелась береговая линия, прежде скрытая за облаками и ливнем. Волны разбивались о крутые утёсы, увенчанные зубцами отвесных скал, а вдали уходили в небо остроконечные пики с заснеженными вершинами.

Облачные горы!

У Звездокрыла упало сердце. Рухнула последняя надежда оказаться на южном побережье Пиррии в окрестностях Радужного королевства. Здесь, в северных горах, правят небесные драконы. Крылом подать до памятного дворца королевы Пурпур и её зловещей арены. Слишком далеко лететь отсюда к друзьям, рискуя нарваться на патрули небесных и земляных.

«Прости, Солнышко, ничего не получится. Я не найду дорогу к тебе».

Едва шевеля крыльями, неподъёмными, как глыбы льда, он приземлился следом за остальными на вершину голого скалистого утёса и бессильно свесил голову под проливным дождём.

Кальмар растянулся на спине, скуля от изнеможения, а Брюх, несмотря на усталость, тут же принялся вынюхивать среди камней какую-нибудь дичь. Один Жар, казалось, вовсе не утомился.

Подняв голову, Звездокрыл заметил, что Провидец снова обернулся назад и вглядывается в морскую даль. Странная мысль мелькнула у дракончика в голове.

– Там… кто-то летит за нами? – спросил он, тяжело дыша.

– Не твоё дело! – фыркнул чёрный дракон.

Он поднял крыло и показал на склон утёса дальше вдоль берега. Звездокрыл с трудом разглядел сквозь дождь тёмное отверстие пещеры, а в ней – пламя костра.

– Что там? – спросила Вещунья.

– Дальняя застава небесных – охраняют подходы с севера на случай, если войска королевы Глетчер двинутся на дворец с этой стороны. Больше здесь ни одного дракона на долгие часы полёта… Вот вам и экзамен.

Драконята смотрели на Провидца, ожидая разъяснений.

– А что надо сделать? – первым спросил Звездокрыл, сам себя не слыша сквозь ветер.

– Убить их, конечно! – зашипела Эфа, взметнув над головой ядовитый шип и сжимая когти. – Всех до одного, да?

– Не хочу! – плаксиво протянул крошка Кальмар. – А если меня укусят?

Жар оскалил зубы.

– Заткнись, или я сам тебя укушу!

Небесный дракончик явно нервничал. Должно быть, совсем не ожидал, что придётся убивать своих. Интересно, подумал Звездокрыл, знают ли запасные драконята своих родителей, мечтают ли о родном доме, как его друзья?

– Нет, ваша задача не убивать! – отрезал Провидец. – Вы драконята великой судьбы, забыли? Так вот… – Он снова показал крылом на пещеру. – Летите туда, расскажите солдатам, кто вы, и убедите их перейти на сторону королевы Ожог!

Драконята растерянно молчали, цепляясь когтями за трещины камня, лишь ураганный ветер завывал, стараясь сбросить их со скалы. Звездокрыл сжался в комок, мечтая стать невидимым.

– Убедить их? – яростно вскинулась Эфа, разбрызгивая дождевую воду. – Всего-навсего убедить чужих небесных солдат? То есть, не убить их, а попросить, чтобы они нас убили!

– Предсказываю, что кончится это очень-очень плохо! – выкрикнула Вещунья под раскаты грома.

– И я, и я предсказываю! – подхватил Брюх. – Для этого не надо особых способностей.

– Они убьют, убьют меня! – забился в истерике Кальмар. – Небесные морским враги, меня нельзя туда посылать!

Судя по ухмылке ночного дракона, его бы это не слишком расстроило.

– Если не сможешь выжить, – хмыкнул Провидец, – то и для пророчества не годишься. – Он кивнул Вещунье. – Ты останешься со мной. Посмотрим, как твой приятель справится на этот раз.

Звездокрыл старался слиться со скалой. Ему хотелось прыгнуть в море. А если попытаться рвануть в горы, далеко ли он улетит? С другой стороны, едва ли путешествие через всю Пиррию к радужному лесу будет опаснее, чем визит на небесную заставу в качестве одного из драконят, которые не так давно улизнули от королевы Пурпур.

– А если нас схватят? – робко выдавил он. – Заберут в Небесный дворец…

– Не схватят, – оскалился Провидец, – если ваши доводы окажутся убедительными… Всё, пошли! – Из его пасти вырвался клубок пламени, и крошка Кальмар чудом успел отпрянуть.

– Не хочу! Не хочу! – снова завопил он, но Эфа с Жаром уже подталкивали его вперёд.

Следом поднялся в небо Брюх, и Звездокрылу ничего не оставалось, как лететь следом. Он оглянулся на чёрную промокшую фигурку Вещуньи, которая закуталась в крылья на утёсе рядом с огромным Провидцем, и понадеялся, что друзья хорошо её примут.

Их старый друг ночной сегодня умрёт. Умрёт и так никогда и не скажет Солнышку, что любит её. Умрёт, не сумев остановить войну и спасти мир… и не совершив за всю свою жизнь ни одного храброго поступка.

Глава 12

Свет костра мерцал всё ближе, из дыры в скале валил дым и доносились громкие голоса. Ужас всё сильнее сковывал ночного дракончика.

– Они могли выставить часовых, – предупредил он чуть слышно.

Драконята затаились, прижавшись к каменной стене, но никаких признаков тревоги не заметили. Звездокрыл старательно обшаривал глазами тьму, стараясь не шевелиться.

Сверкнула молния, и сердце его замерло. На вершине утёса прямо над головой высветился силуэт дракона с огромными крыльями.

– Вот он! – шепнул Звездокрыл.

Часовой смотрел в сторону моря и должен был заметить прибытие незваных гостей, но почему-то молчал. Однако, присмотревшись к его позе, дракончик понял, что небесный дремлет. Видно, давно привык здесь на севере и к проливному дождю, и к оглушительным громовым раскатам.

– Порядок, – вздохнул Звездокрыл с облегчением.

Они осторожно подкрались к пещере поближе, укрываясь в тени утёса. Вход закрывала тяжёлая деревянная дверь.

– Нет, погоди! – Ночной дракончик остановил Жара, который уже занёс лапу, чтобы постучать. Небесный удивлённо оглянулся. – Зачем вот так сразу? Сначала послушаем, вдруг они скажут что-нибудь полезное.

– Пожалуй, – кивнул Брюх.

– Сколько можно ждать? – сердито прошипел Кальмар. – Я весь промок!

Жар с Эфой переглянулись и, к удивлению Звездокрыла, оба согласно кивнули. Похоже, страх перевесил строптивость. Они прижались к двери, приложив ухо, а ночной дракончик прокрался вдоль стены и, укрывшись крыльями от дождя, присел под окошком, из которого шёл дым.

В пещере яростно спорили. Точнее, споров шло одновременно несколько, но разобрать можно было только разговор у огня.

– Если королева Рубин разрешает нам вернуться во дворец, – заявил кто-то, – я даже раздумывать не стану.

– Рубин – самозванка! – прорычал другой. – Королева Пурпур жива, и она казнит нас, если мы покинем свой пост.

– А где она тогда, твоя Пурпур? – фыркнул третий. – Какая королева бросит своё королевство, когда оно на грани развала?

– Никакого развала, – возразил первый, – у нас есть королева Рубин, и она зовёт нас к себе.

– А королева Огонь не велит уходить!

– Она не наша королева! – зашумели остальные.

– А ну, хватит! – прогремел начальственный бас, и все споры стихли. – Сегодня уже никто никуда не уходит! Не в такую же грозу? Завтра всё обсудим.

После паузы приглушённое ворчание и ропот возобновились, но разобрать что-либо уже не получалось, и ночной дракончик вернулся к двери.

– И что толку? – прошипела Эфа.

– Да нет, толк есть какой-никакой, – покрутил носом Звездокрыл. – Слышали? Они недовольны. Говорят, Огонь им не королева. Мы можем на этом сыграть. Если она пытается им приказывать, как своим песчаным, то скоро небесные отвернутся от неё.

– Болтовня одна! – махнула хвостом Эфа. Она повернулась к двери, отпихнув крошку Кальмара, который скорчился у неё под крылом. – Вот и сыграй сам, а мы поглядим.

Не успел ночной дракончик придумать отговорку, как Жар уже барабанил в дверь.

Шум внутри мгновенно оборвался. Прозвучали тяжёлые шаги, и дверь распахнулась.

Звездокрыл оцепенел от ужаса. Перед ним была целая стая небесных драконов. Собравшись кучками, они ели и катали по столам обглоданные кости, играя на удачу. Свет костра отражался бликами на красной и оранжевой с золотом чешуе. Зловещего вида копья прислонены к стене, у очага – карта Пиррии с крестиком, обозначающим заставу, на северном берегу и стрелками вероятных направлений атаки ледяных.

– Какого… – Солдат отшатнулся, с удивлением разглядывая пришельцев. Все его товарищи – Звездокрыл успел насчитать семнадцать небесных – тоже повернулись к двери.

На самом деле, удивляться тут было чему: пятеро грязных, промокших драконят из пяти разных племён, которых обычно невозможно увидеть вместе.

– Это они! – прошипел кто-то в углу.

– Не может быть, – отозвался другой.

Эфа, Брюх и Жар выжидающе смотрели на Звездокрыла, но он словно лишился дара речи. Перед глазами стоял узкий горный пик, к вершине которого его приковали не так давно такие же небесные. Хотелось сжаться в комок и спрятаться за чью-нибудь спину, как только что Кальмар.

Презрительно плюнув на пол огнём, Жар важно выступил вперёд.

– Да, это мы! Из пророчества!

– Драконята судьбы! – благоговейно выдохнул солдат.

Эфа брезгливо поморщилась.

– Что за дурацкий пафос? Мы не в сказочном свитке. Нечего нас так называть!

– Это у вас жареная чайка? – облизнулся Брюх, проталкиваясь к столу. – Никто не будет доедать? – Он схватил полуобглоданную тушку и вонзил в неё зубы.

Кальмар за спиной Звездокрыла снова захныкал.

Небесные начали переглядываться, кто-то скептически хмыкнул. Ночной дракончик ощутил прилив паники. Надо было срочно что-то сказать, причём очень убедительное, но его челюсти будто склеились намертво.

– Откуда вы взялись? – снова заговорил солдат. – Вы же сбежали, так зачем вернулись? И почему вдруг сюда?

– Что вы сделали с морскими? – подхватил другой. – Про них ничего не слышно с тех пор как мы разрушили Летний дворец. Известно, что многие выжили, но почему никто не нападает в ответ?

– Где королева Пурпур, у вас? – спросил дракон, стоящий у огня. – Что с ней?

Небесный дракончик небрежно отмахнулся от лишних вопросов.

– Мы пришли сказать, что вы воюете не на той стороне! – заявил он, гордо изогнув шею. – Огонь не станет королевой песчаных! Она сгинет согласно пророчеству. Мы выбрали королевой Ожог!

Поднялся невообразимый рёв, драконы повскакивали, переворачивая столы. Кости и объедки разлетелись во все стороны.

– Как ты смеешь, сопляк?!

– Тоже мне, командир!

– Морские – наши враги!

– Предатель!

Солдат пихнул Жара в грудь, и тот едва не опрокинулся, зацепившись за лапу Звездокрыла.

– Ожог убила моего брата! Прежде чем она взберётся на трон, я своими когтями вырву ей сердце!

– Мы те самые драконята из пророчества! – выкрикнула Эфа, перекрывая возмущённый гвалт. – Вы должны нас слушаться!

– Нет, не те! – прогремел в ответ тот самый начальственный бас, что слышался из окна.

Вперёд шагнул оранжевый дракон с длинной, иссечённой шрамами шеей и стал внимательно вглядываться в драконят. Звездокрылу он показался знакомым – не стражник ли из дворца королевы Пурпур?

В наступившей тишине он внезапно ухватил за ухо Кальмара и выволок на середину пещеры. Вереща от боли и кутая голову в крылья, Крошка морской скорчился на полу.

– Вы сами видели, – продолжал командир с усмешкой, – как отделала наших та морская, которую схватили в прошлый раз. Да, именно морская, мне довелось её видеть. А ещё – она была синяя! Этот хныкающий зелёный сопляк никак не может быть дракончиком судьбы! – Он мрачно оглядел притихших солдат. – Убить его! А лучше – их всех.

– Нет! – выкрикнул Звездокрыл. – Послушайте, я тот самый ночной, из дворца! Был в плену у королевы, клянусь! Помните, как меня заставили драться с воришками? А потом прилетели ночные и меня забрали?

Он перевёл дух. Только бы поверили!

Небесный дракон глянул на него, пыхнув дымом, потом подозрительно прищурился на Брюха, который, забыв обо всём, глодал на полу огромную кость.

– Ну, земляной-то похож… – пробурчал он презрительно, – а песчаного с небесным мы так и не видели. – Он перевёл взгляд на Жара с Эфой. – Королева держала их где-то во дворце – наверное, хотела перетянуть на нашу сторону… Хотя у Когтей мира любой дракон, даже из лучшего племени, превратится в тряпку.

Грубо ткнув хвостом визжащего Кальмара, он снова глянул на Звездокрыла.

– Если ты тот самый ночной из пророчества, то должен знать, куда делась та тёмно-синяя морская.

– Она…

Дракончик чувствовал себя глупее некуда. Ну как Провидцу не пришло в голову, что такое может случиться? Ну хорошо, эта застава очень дальняя, и он, наверное, решил, что из дворца сюда никого не пошлют… но если заменить Цунами этим плаксой, то рано или поздно кто-нибудь всё равно догадается!

Что же делать? Настаивать, что Кальмар настоящий дракончик судьбы, в надежде выйти отсюда живым? Но это означало бы предать Цунами – а уж если кто-нибудь в Пиррии и достоин исполнить пророчество и спасти мир, то прежде всего она!

Звездокрыл собрался с духом и посмотрел оранжевому дракону в глаза.

– Она собирает войско. – Чистая правда, между прочим. Не уточнять же, что оно из радужных. – Мы остановим кровавую войну! – Он обвёл взглядом небесных солдат. – Скоро вы сможете вернуться домой к своим семьям. Скоро наступит мир и спокойная жизнь!

Глаза небесных заблестели. Даже свирепому и вспыльчивому ночному племени мир нравился больше, чем война.

– Это пророчество? – шёпотом спросил какой-то солдат у другого.

– Нет, – покачал головой Звездокрыл, – это обещание!

Эфа нетерпеливо фыркнула. Даже друзья Звездокрыла с трудом выносили его патетические разглагольствования, но он ничего не мог с собой поделать. О пророчествах и геройских подвигах ему хотелось говорить часами.

– А что Ожог, вы правда выбрали её? – спросил оранжевый дракон. – Королевой песчаных?

Солдаты снова злобно зашипели и забормотали, хлопая крыльями.

Драконята снова посмотрели на Звездокрыла, даже Брюх оторвался от своей кости. Наступил решающий момент, когда надо было сказать главное и убедить небесных, что Ожог избрана судьбой, а потому победит и ничего тут не поделаешь, но… Он слишком хорошо помнил затаённую злобу в глазах Ожог и то, как она умело использовала Морскую королеву, убила Кречет и пыталась убить Ласта – хоть и не было особых причин… Не было?

Он взглянул на драконят. Ожог собиралась тайком заменить одних на других, а значит, прежние воспитатели становились нежелательными свидетелями – они могли разоблачить обман! Ночной дракончик лихорадочно соображал, воспоминания теснились в его голове. Уже при первой встрече Ожог знала всё про Ореолу, а когда Цунами спросила у неё, от кого, призналась, что у неё есть друзья из ночных. Она состоит с ними в заговоре! А значит… значит, причастна и к планам убить Ореолу с Цунами!

Звездокрыл хлестнул хвостом. Нет, её никак нельзя делать королевой! Даже если его голос ничего не значит, она его не получит!

– Нет! – ответил он, злясь на себя за дрожащий голос. Пора бы уж научиться говорить как взрослый. – Мы ещё ничего не решили.

– Тогда выберите Огонь, – предложил один из небесных.

Остальные одобрительно загудели, но Звездокрыл покачал головой.

– Вы же сами знаете, какая она. Жестокая, кровожадная, одна война на уме. Даже если победит, драки и убийства не прекратятся. Получит своё королевство, тут же захочет и ваше.

На этот раз никто не возразил. В пещере повисла напряжённая тишина. В молчании небесных чувствовалось одобрение, хотя они, может, и не признались бы сами себе. Опасным союзником была Огонь, и выбирать её королевой означало большой риск.

– Да, пожалуй, – неохотно согласился Жар. – Ночной дело говорит.

– Это пророчество? – снова спросил тот же небесный.

– Ладно, – положил конец спорам оранжевый дракон. – Доставим их к Рубин, пусть решает сама. Если знают, где королева Пурпур, она из них это вытянет. – Он щёлкнул хвостом, кивая на драконят.

Нет, только не это! Звездокрыл попятился к двери. Снова Небесный дворец, тюрьма, кровавая арена? Остров ночных и то лучше. Дракончику до сих пор снились кошмары, в которых воришки с острыми палками карабкались к нему на шею, норовя выколоть глаза, а ледяные бойцы успевали к арене раньше, чем Провидец явился на выручку.

Теперь страшный сон грозил стать явью. Лапы небесных тянулись к драконятам. Ночной дракончик оцепенел, не в силах шевельнуться, не говоря уже о том, чтобы вспомнить какие-то боевые приёмы. Ещё немного, и…

Дверь распахнулась во всю ширину, впуская ночных драконов.

Глава 13

«Так вот кто за нами летел!» – подумал Звездокрыл.

Восемь огромных ночных солдат вломились в пещеру, выдыхая пламя во все стороны. Столы и карта на стене мигом вспыхнули, огонь охватил и оранжевого дракона.

Больше ночной дракончик увидеть не успел, потому что кто-то схватил его за хвост и выволок наружу под проливной дождь. Сверху на него посыпались остальные драконята, вереща и размахивая лапами.

Когда Звездокрыл сумел выбраться из кучи, дверь пещеры уже пылала, разбрасывая искры, а изнутри вырывались снопы огня. Небесные метались с криками, охваченные пламенем, а ночные не давали им выбраться и пинками заталкивали назад.

– Нет! – пронзительно завопил дракончик. – Я обещал им! Я обещал! – Он кинулся вперёд, расталкивая толпу, но здоровенный ночной грубо отшвырнул его. – Не убивайте их!

В плен к небесным ему совсем не хотелось, но в чём вина этих простых солдат? Они только выполняли приказы своей королевы, делали свою работу, а сами так же точно хотели мира, как и он. Они не заслужили такой страшной смерти!

– Провидец, останови их! – оглянувшись, крикнул Звездокрыл.

– Странный ты всё-таки, – хмыкнул чёрный дракон, выступая вдруг из тени совсем рядом, так что дракончик вздрогнул от неожиданности. – Подумаешь, горстка небесных! Тебе-то какое дело?

– Спаси их! Пусть они живут!

– Поздно.

Звездокрыл обернулся к горящей пещере и понял, что Провидец так всё и задумал с самого начала. Потому и выбрал дальнюю заставу, где мало солдат, и не волновался, что не признают Кальмара. Выдержат драконята экзамен или провалят, небесные всё равно были обречены. Никто не сможет донести, что драконята побывали здесь.

Он с отчаянием смотрел, как заживо горят драконы, зная, что будет слышать их крики в ночных кошмарах всю оставшуюся жизнь.

– Они чуть не убили меня, – громко пожаловался Кальмар. – Я же говорил, говорил! Ну всё, теперь я ухожу! Не желаю больше быть ни в каком пророчестве! Никаких сокровищ нет, всё это глупо и скучно, я есть хочу! Ненавижу ваш остров! Хочу домой!

– Вот и отлично, – холодно бросил Провидец. – Всё равно от тебя никакого толку. Давай, вали к своим Когтям, дорогу найдёшь сам… если тебя кто-нибудь не прикончит. – Он толкнул морского дракончика в грудь. – Пошёл! Пошёл!

Кальмар отшатнулся, спотыкаясь на скользких камнях.

– Как это, сам? – растерянно пискнул он. – Но… ты не можешь… Мой отец – предводитель Когтей… со мной так нельзя! Ты не имеешь права…

– Я на всё имею право! – зашипел Провидец. В небе сверкнула молния, осветив тёмные силуэты горных пиков. – Пошёл вон, или я прикончу тебя прямо здесь! Чтобы больше я тебя не видел!

«Во имя трёх лун! – подумал Звездокрыл. – Он и впрямь терпеть его не может!»

– Погоди! – крикнула Вещунья, протягивая Кальмару лапу. Она обернулась к ночному дракону. – Провидец, так нельзя! Он один из нас!

– У нас есть другая морская, – бросил дракон, – в лесу у радужных, осталось только забрать. С ней никто не мог сладить, так что возьмём, пожалуй. А этот сопляк – кому он нужен?

– Так нечестно! – захныкал Кальмар. – Я не виноват, что среди морских есть лучшие!

Он прав, подумал Звездокрыл, чувствуя неожиданный прилив жалости к несчастному зелёному драконёнку. В конце концов, никому не сравниться с Цунами.

– Нет, ты этого не сделаешь! – крикнула в отчаянии Вещунья. – Жар, Эфа, ну скажите ему!

Песчаная равнодушно пожала крыльями. Жар, угрюмо понурившись, не отрывал глаз от пещеры, где заживо горели его соплеменники.

Брюх покачал головой.

– Он же сам сказал, что не желает быть в пророчестве…

– Я просто так сказал, не всерьёз! – завопил морской.

Чёрный дракон развернул свой огромный хвост и огрел его по затылку.

– Сказано тебе, пошёл вон! Живо! И скажи спасибо, что живой остался.

Продолжая хныкать, Кальмар расправил крылья и стал медленно подниматься в тёмное грозовое небо. Звездокрыл тревожно наблюдал, как он тяжело летит в сторону Облачных гор. Одинокий морской во владениях небесных не протянет и дня. Ночного дракончика мутило, кровь тяжко пульсировала в висках. Если ли предел злодействам его грубых родственников?

Вещунья рыдала, так ожесточённо утирая слёзы вперемешку с дождевой водой, будто хотела выцарапать себе глаза. Звездокрыл обнял её крылом, и она, вся дрожа, положила шею ему на плечо.

– Может, ещё обойдётся, – шепнул он. – Драконы иногда могут удивлять.

– А ты не радуйся особо! – одёрнул его Провидец. – Пока я так и не увидел твоего умения исполнять приказы.

«А с какой стати я должен их исполнять? – подумал ночной дракончик, участливо обвив хвостом Вещунью. – Вот ещё, командир нашёлся! Дракончики судьбы делают то, что считают правильным, и все верят, что тогда пророчество сбудется, разве не так?»

Он смело взглянул в глаза большому дракону – пусть читает мысли, наплевать!

Провидец первым отвёл взгляд.

– Возвращаемся на остров! – буркнул он. Махнул хвостом солдатам: – Подчистите тут всё! – и взмыл в облака.

Вещунья всё смотрела в сторону заснеженных горных пиков, как будто не оставляла мысли догнать Кальмара. Как хотелось Звездокрылу быть похожим на неё! Смог бы он сам ослушаться Провидца и улететь за своим другом? За Солнышком – пожалуй. Разве можно было бы отпустить её одну на верную смерть?

Ради Солнышка стать храбрым, наверное, получилось бы… но сейчас… Остаётся только надеяться, что друзья сами не оставят его в беде. Придётся ждать… а может, это только отговорки, чтобы ничего не делать?

– Полетели, – сказал он Вещунье, – не то будет ещё хуже.

Она вытерла глаза и поднялась вслед за ним в пропитанное влагой небо.

Обратный полёт вымотал драконят ещё сильнее. Шторм бушевал вокруг всю дорогу, и Звездокрыл едва ощущал своё тело, когда наконец опустился на камни Ночной крепости. Плетясь по коридорам в казарму под надзором Провидца, никто не вымолвил ни слова.

– Завтра на рассвете – новая тренировка, – объявил чёрный дракон.

В казарме было пусто, ночные драконята куда-то все подевались. Окинув Звездокрыла с Вещуньей грозным взглядом, Провидец двинулся к двери.

– А… поесть нам не дадут? – уныло спросил Брюх вдогонку.

Звездокрыл не ел уже несколько дней, а они отняли немало сил. Тем не менее сейчас он был бы не в силах проглотить ни кусочка. Хотелось лишь зажмуриться и забыть тёмный силуэт несчастного Кальмара на фоне зловещих гор.

– Нет! – пророкотал чёрный дракон и исчез в коридоре.

Брюх испустил горестный вздох. Эфа зашипела и плюхнулась на свою лежанку, с головой завернувшись в одеяло.

Жар покачал хвостом, с неудовольствием осматривая казарму.

– В тюрьме ненамного хуже, – пробормотал он и стал выбирать себе место по соседству с Эфой.

Брюх устроился неподалёку и скоро уже храпел вовсю, но небесный дракончик всё сидел неподвижно, глядя на тлеющие угли.

Звездокрыл уже засыпал на ходу, но едва успел свернуться калачиком на лежанке, как Вещунья уселась рядом и дёрнула его за крыло.

– М-м-м?.. – сонно пробормотал он.

– Я знаю, что надо делать! – зашептала она. – Мы должны всё рассказать королеве!

– Мы?

– Да, мы с тобой, чтобы никакой Провидец нам не мешал. Может, она и не знает, какой он злой. Наверняка всё наврал про её приказ убить кого-то из нас – сам придумал!

Ночной дракончик неуверенно покрутил хвостом. В самом деле, насколько замешана королева Доминанта в интриге с драконятами и пророчеством? Кто распорядился о рейде на континент и разгроме пограничной заставы небесных?

– Вот увидишь, – взволнованно продолжала Вещунья, – Провидцу ещё и достанется за то, что он прогнал Кальмарчика!

– А может, она Провидцу доверяет… Может, позволила ему самому решать. Тогда достанется нам за то, что сплетничаем у него за спиной!

– А вдруг она понятия не имеет, что он затеял? Расскажем и останемся оба живы, а она освободит радужных, прекратит эксперименты и позволит пророчеству исполниться как положено, без крови и убийств!

Звездокрыл с сомнением прищурился.

– Не слишком ли много надежд на одно невероятное «вдруг»?

– Зато результат стоит риска!

Дракончик задумался, но мысли текли вяло и путались. Хотелось есть и спать, одолевала тоска по друзьям.

– Ну хорошо, давай завтра попросим аудиенции…

– Нет! Провидец ни за что нам не позволит. Мы должны найти её сами.

– Она не хочет ни с кем видеться. Может, прячется от кого-то, а может… – Звездокрыл не раз ломал голову, но так и не придумал толкового объяснения.

– Так вот, как раз и узнаем!

Звучало многообещающе. Такое знание сделало бы их сильнее. Если отыскать причину…

– Ладно, – вздохнул он. – Пойдём, поищем королеву.

Вещунья довольно улыбнулась.

– Вот сегодня и пойдём.

– Что? – Звездокрыл со стоном закрыл голову крыльями. – У меня всё болит, дай хоть ночку поспать! Пожалуйста!

– Ты же сам понимаешь, как это важно! Поспи, но потом я тебя разбужу. Договорились?

Он снова вздохнул.

– Договорились.

Она легко спрыгнула с лежанки и побежала назад к своему месту. Слушая удаляющиеся шаги, Звездокрыл снова и снова задавал себе вопрос: в чём же тайна королевы? Почему она не хочет никому показываться?

Он вспомнил, как королева Глетчер держит свою союзницу Пламень в уютной, специально построенной крепости, не разрешая выходить наружу во избежание всякого риска. А если и Доминанту кто-то так оберегает? Значит, кто-то имеет над ней власть, управляет ею? Тогда, если помочь королеве вернуть свободу, можно надеяться и на ответную помощь! Придётся поднапрячь мозги, иначе его ждёт судьба бедного Кальмарчика, а то и похуже.

А пока хватит думать, сначала надо отдохнуть и выспаться. Звездокрыл глянул на струйку дыма из пасти небесного дракончика, который тоже думал о чём-то своём.

Однако, несмотря на дикую усталость и ноющее тело, сон всё никак не приходил.

Глава 14

Вокруг лежали свитки – стопки, кучи, целые стены свитков высотой в десять драконов. Везде одни свитки, куда ни глянь.

Вот радость-то, читай не хочу! Здесь всё, что душа пожелает, ответы на все вопросы.

Однако к радости примешивалась тяжёлая, отупляющая тревога. Слишком много свитков – когда их все читать, как успеть до экзамена?

Про что же экзамен? М-м-м… что-то про огненные крылья… Здесь должен быть свиток про огненные крылья!

– Ой! – раздалось совсем рядом. Куча свитков осыпалась, и в образовавшийся проём просунулась добродушная морда земляного дракончика. – Привет, вот ты где!

– Глин, осторожнее! – воскликнул Звездокрыл, торопливо собирая свитки и укладывая их в прежнем порядке. – Это всё нужно!

– Зачем? – сморщил нос земляной. – Разве в пророчестве сказано, что свитки примут бой и станут судьбой? Что-то не припомню.

Бросив на друга укоризненный взгляд, Звездокрыл поднял ближайший свиток и прочитал вслух: «Как освободить радужных пленников».

– Видишь? – покачал он головой. – Здесь все ответы, которые нам нужны!

Дракончик нетерпеливо развернул пергамент, но поверхность его оказалась совершенно чистой. Ни единой буквы, пусто и гладко – полное разочарование!

– Пошли отсюда, – махнул хвостом Глин. – Нам нужна твоя помощь.

– Не могу, я должен прочитать всё! – Звездокрыл в волнении раскинул крылья, обвалив ещё одну стопку пергаментов, и растерянно огляделся. Казалось, горы свитков росли на глазах. Он подобрал ещё один, развернул… «Тайны ночных драконов». Вот оно! Нет, тоже пусто. – Я никак не смогу помочь, пока не прочитаю! – объяснил он терпеливо ожидавшему Глину. – Мне придётся остаться здесь. Это не так уж долго, скоро я буду знать гораздо больше чем теперь, но пока… – Он вытащил из кучи изящный свиток, мерцающий золотом. Что же там такое особенное?..

«Как признаться Солнышку в любви». Ночной дракончик тяжело вздохнул. Он уже знал, что внутри – пустота.

– Послушай, Звездокрыл! – снова заговорил земляной. – Пойдём, а? Скорее! Он куда-то уходит! Эй, Звездокрыл!..

Голос был уже не Глина, и кто-то тряс за плечо… Ночной дракончик подскочил и устало заморгал, просыпаясь.

– Пошли! Пошли! – продолжала шептать Вещунья. – Жар куда-то улизнул только что. Надо проследить за ним!

– Зачем? – пробормотал Звездокрыл, зевая и протирая глаза. – Откуда ему знать, где королева?

Однако Вещунья уже бежала на цыпочках к двери, и он нехотя потащился за ней, чувствуя себя ни капельки не выспавшимся.

Тёмно-красный хвост небесного уже исчезал за углом коридора, и ночные драконята поспешили следом, стараясь не топать и не скрести когтями по каменному полу. Вещунья молчала, не подавал голоса и Звездокрыл. Он всё пытался удержать в памяти свой сон – казалось, там было что-то важное… кого-то надо было предупредить…

Жар уже спускался по длинной винтовой лестнице – этаж за этажом, которым не видно было конца, и каждый всё темнее и темнее, несмотря на угли, тлеющие в стенах. Несколько раз небесный застывал на месте и прислушивался, и Звездокрыл с Вещуньей тоже замирали, сливаясь чёрной чешуёй с каменными стенами.

Когда спуск закончился, Жар двинулся по одному из коридоров, который вёл, похоже, в самые недра огненной горы. Каменный пол под лапами становился всё горячее. Звездокрыл то и дело трогал стены – казалось, они содрогаются от глубинных подземных толчков.

Впереди показалась решётка из серебристого металла.

За ней было пусто, но по кандалам и цепям внутри Звездокрыл догадался, что здесь тюрьма ночных, где провели предыдущую ночь Жар с Брюхом. Пустыми оказались ещё две камеры, но в четвёртой крепко спала тускло-серая радужная, худая как скелет. Драконята задержались у решётки, разглядывая узницу. Интересно, почему её держали здесь, в подземелье, а не в наружных пещерах, как других пленных?

– Что вы тут делаете? – Из тёмного угла вдруг подозрительно высунулся Жар, заставив ночного дракончика подпрыгнуть от неожиданности.

– Следим за тобой! – насмешливо парировала Вещунья. – А тебе что тут понадобилось, во имя трёх лун?

– Не ваше дело! – рявкнул небесный. – Убирайтесь!

– А если тебя стражники поймают? – хитро прищурился Звездокрыл. – В компании с двумя ночными легче будет отвертеться.

Красный дракончик подумал немного, выпуская дым из ноздрей.

– Ладно уж, делайте что хотите.

Он развернулся и двинулся дальше. Ночные драконята переглянулись и поспешили за ним.

В последней камере виднелась чёрная чешуя. Жар остановился и постучал когтем по прутьям решётки.

Потрошитель – а это был он – поднял голову. Дышал он тяжело, приподнимая крылья, и едва умещался в тесной клетушке.

– Здорово, небесный! Ты уже по ту сторону? Вот и славненько.

– Как стать убийцей? – выпалил Жар, не размениваясь на любезности. – Я хочу знать самый лучший и быстрый способ прикончить дракона.

Ночной поднялся и шагнул к прутьям решётки.

– То есть, прикончить и потом не жалеть? – уточнил он. Жар лишь зашипел и хлестнул хвостом по полу. – Прежде всего, нужна веская причина, и ты должен быть полностью уверен. А ещё – избегать всяких разговоров с жертвой, чтобы она вдруг не показалась тебе прекрасной, ироничной и совершенно очаровательной… ну, это например.

– С тобой так и случилось? – фыркнул небесный дракончик. – Потому ты и попал сюда?

Потрошитель пожал крыльями, сверкнув серебряными чешуйками в тусклом факельном свете.

– Возможно… но вообще-то, на мой взгляд, сомневаться в правильности приказов – не такое уж преступление.

Жар нервно затоптался на месте и снова хлестнул хвостом.

– Что за приказы? – недоумённо глянула на него Вещунья. – Кто это такой?

– Ты же ясновидящая, – усмехнулся он, – вот и догадайся сама.

– Его зовут Потрошитель, – ответил за небесного Звездокрыл. – Ему приказали убить меня и моих друзей, но он отпустил нас, а потом выручил Ореолу из плена.

– Во имя трёх лун, тише! – Чёрный дракон нервно оглянулся по сторонам. – Хотя я тут один, если не считать королевы Блеск, но кто его знает…

– Так значит, там королева Блеск? – удивился Звездокрыл, кивая назад.

Потрошитель кивнул.

– Первая радужная, которую похитили. Это она случайно плюнула в беднягу Люта. Сначала думали, если у нас их королева, можно будет диктовать любые условия, но потом узнали, что королев у них без счёта, пропажи никто и не заметил.

– Ничего себе, – хмыкнула Вещунья.

Небесный дракончик презрительно скривился.

– Почему я не удивлён?

– Скоро всё изменится, – проронил Звездокрыл. «Ореола наведёт порядок!»

– Благодаря Ореоле? – спросил Потрошитель. Звездокрыл вздрогнул. Неужели прочитал мысли?

Они молчали, глядя друг другу в глаза, потом дракончик кивнул.

– Да.

Ночной убийца смотрел серьёзно и печально. Звездокрылу вдруг пришло в голову, что и сам он выглядит так же, когда думает о Солнышке.

– Кто такая Ореола? – спросила Вещунья.

– Ну… долго рассказывать, – вздохнул он.

Жар издал глухое рычание, выпустив из пасти клуб дыма.

– Ладно, – махнул он лапой, поворачивая назад. – Что толку от разговоров, пойду спать.

– Погоди, – остановил его Потрошитель. – Запомни накрепко: ты сам себе хозяин и не должен никого слушаться. По крайней мере, имеешь право задавать вопросы.

– Чтобы кончить как ты? – фыркнул небесный. – Сначала за решёткой, а потом в горящей лаве? Отличный совет!

– Бывает хуже. – Ночной с улыбкой пожал крыльями.

Звездокрыл кивнул.

– Убей ты кого-нибудь из моих друзей, точно было бы хуже.

Жар снова фыркнул и зашагал прочь. Вспышки пламени из его пасти отражались бликами на серебристых прутьях решёток, потом скрылись на лестнице.

– Значит, Ореола нормально добралась? – спросил Потрошитель.

Звездокрыл кивнул.

– Только очень злится из-за похищенных радужных… – Он неловко замолчал, не зная, насколько можно верить этому ночному, несмотря на его помощь.

– Ну, ещё бы… Если что, лично я с самого начала был против.

Ниши для горящих углей были вырублены грубо, не то что в верхних коридорах, и тени на каменных стенах топорщились хищными когтями. У Звездокрыла разболелась голова: жара в подземелье стояла ещё хуже, чем в пустыне под палящим солнцем.

– Ты вообще не похож… ну, на… – замялась Вещунья.

– На убийцу? – усмехнулся чёрный дракон. – А между тем, готовили меня основательно. Просто попал на континент и… Когда поживёшь какое-то время сам по себе, поневоле обзаведёшься собственными мыслями вместо чужих. Боюсь, теперь я не очень-то подхожу для службы королеве.

Вещунья схватилась за решётку.

– Королеве? Ты её видел?

Он покачал головой.

– Ну, не с глазу на глаз, конечно. Она смотрит на всех через ширму, а приказы передаёт через принцессу Власту. Так было, сколько я себя помню.

У Звездокрыла побежали мурашки по чешуе. А если такие экраны расставлены по всей крепости, и королева может тайно следить за каждым? Он невольно окинул взглядом стены, нет ли там похожих дырочек.

– Нам надо встретиться с ней, – сказала Вещунья. – Как её найти? Я тут каждый забытый лунами камушек обшарила и понятия не имею, где она может скрываться!

– Что, серьёзно обшарила? – удивился Звездокрыл.

– Ну да, пока ты спал… Надо же было с чего-то начать! Говорю же, я по ночам не сплю.

– Вот и я такой же, – кивнул Потрошитель. – Только осторожнее с поисками, королеве это не понравится.

– Да не собираемся мы посягать на её королевскую неприкосновенность! Должен же здесь быть хоть какой-то тронный зал. Мы согласны поговорить и через стенку, как угодно.

Ночной убийца помолчал.

– Всё равно мысль не очень удачная. Сомневаюсь, что королева вам поможет.

– А я не сомневаюсь! – гордо заявила Вещунья и многозначительно приложила лапы ко лбу. – У меня было видение!

Потрошитель странно взглянул на неё.

– Неужели?

– Мои видения никогда не обманывают! Хотя, честно говоря, могли бы предупреждать и о чём-то более полезном. – Вещунья на миг потупилась, и Звездокрыл понял, что она думает о пропавшем Кальмаре.

– Ну что ж, – задумчиво произнёс убийца, – если вам так уж нужен тронный зал, то он на дальней стороне крепости, вторая дверь после библиотеки, если идёшь от зала совета. Но даже если королева сидит там за ширмой среди ночи, что вряд ли, она не станет с вами говорить напрямую, без Власты.

– Ей не обязательно говорить, пусть хотя бы выслушает!

Потрошитель переглянулся со Звездокрылом и пожал крыльями.

– Ладно, удачи. Однако поторопитесь, скоро рассветёт.

– А откуда ты знаешь, – заинтересовался Звездокрыл, снова невольно озираясь. В подземелье ни одного окошка, одни чёрные щербатые стены.

– Просто чувствую… Попробуй ночевать полгода под открытым небом, сам научишься.

– Чем же ты занимался там столько времени в одиночку?

– Работал по списку, – снова пожал крыльями ночной убийца, – а сюда появлялся за новыми приказами. Ты разве не заметил, что как только одна из сторон начинала одерживать верх в войне, их лучшие командиры таинственно исчезали? Хотя со мной это никак связать нельзя.

Звездокрыл вытаращил глаза.

– А ведь и правда, заметил! Когда читал последние сводки о битвах. Но… если это твоя работа, почему такое случалось со всеми сторонами? Я думал, просто совпадение.

Потрошитель развёл крыльями.

– Решаю не я… – Он хмуро почесал гребень. – А союзники у нас появились только совсем недавно.

– Тебе тоже не нравится Ожог, – понял ночной дракончик.

– Звездокрыл, нам пора! – дёрнула его за хвост Вещунья. – Пока не рассвело, надо поговорить с королевой! Иначе Провидец устроит нам такое… Пошли, пошли!

Он с неохотой отошёл от решётки. Столько вопросов, и перед ним как раз тот, кто наконец может на них ответить.

– Я вернусь, обязательно вернусь! – пообещал он. – Скоро! Я… я постараюсь тебе помочь.

– Смотри, сам не попади в беду, – серьёзно ответил ночной убийца, – а я уж как-нибудь и сам справлюсь. Удачи! – Он помахал крылом Вещунье.

Звездокрылу в самом деле вдруг очень захотелось помочь – вроде того как Потрошитель спас Ореолу от смерти и вызволил из плена. Вот бы тоже совершить что-нибудь смелое, героическое! Только он не знал даже, как начать. А пока оставалось лишь брести следом за Вещуньей по подземелью, винтовой лестнице и лабиринту коридоров в поисках тронного зала, где может и не оказаться королевы, которая может и не выслушать, и уж наверняка откажется помочь.

Глава 15

– Вторая дверь после библиотеки, – бормотала на ходу Вещунья, – и что там про зал совета? – Она остановилась на развилке, потирая лапы и заглядывая в оба коридора.

– Я вроде бы помню, где зал совета, – сказал Звездокрыл. Каждый раз, покидая казарму, он старался запечатлеть в голове схему крепости. – Вот туда, кажется.

– Тогда лучше сюда, как раз пройдём мимо библиотеки.

– Мимо библиотеки… – задумчиво повторил ночной дракончик, и его вдруг осенило. – Библиотека! Ты там была? Много там у них свитков?

– Наверное, миллион.

– Ого! – Звездокрыл чуть не упал в обморок, представив такое богатство. И ведь всё наверняка нечитанное! Просто какой-то сон!

– Ну, может, и поменьше, – усмехнулась Вещунья, – но очень много. Не сосчитать.

– Всё равно здорово.

Он чувствовал себя немного глупо. Подумаешь, свитки… Хотя, вообще-то, в пещерах под горой их вечно не хватало, и приходилось перечитывать старые снова и снова. А новые – в них могут быть такие нужные ответы… Вот бы туда заглянуть!

– Вот она, – махнула крылом Вещунья, задержавшись у высокой открытой арки.

С бьющимся сердцем ночной дракончик оглядел зал, размерами превосходивший даже зал совета. Вместо стенных ниш угли тлели в специальных металлических чашах подальше от свитков, а сами пергаменты лежали в квадратных ячейках, выдолбленных в стенах рядами от пола до самого потолка. В каждой ячейке несколько штук, аккуратно свёрнутых и снабжённых ярлычками. На большом столе развёрнутый список – каталог. У Звездокрыла зачесались лапы, он готов был забыть обо всём, остаться здесь и погрузиться в чтение.

– Ты так смотришь, – хихикнула Вещунья, – будто попал в пещеру с сокровищами всех драконов Пиррии.

По правде говоря, точно так он себя и чувствовал. Не выдержав, шагнул через порог, но Вещунья крепко ухватила его за хвост.

– Нет-нет, даже не думай! Королева – прежде всего. Завтра успеешь начитаться.

– Если только Провидец разрешит, – мрачно вздохнул он.

За второй дверью после библиотеки открылся круглый зал с голыми каменными стенами, совершенно пустой, без окон и мебели, и с одной только нишей для углей. Стена напротив входа была вся испещрена крошечными отверстиями ромбической формы, напоминая каменную решётку.

– Здесь я уже была, – припомнила Вещунья, – но мне и в голову не пришло, что это тронный зал. Где трон, где украшения? Даже присесть не на что.

– Может, трон за ширмой? – предположил дракончик.

– Ну, разве что… но всё-таки на тронный зал не тянет. – Она подошла к стене и поглядела в дырочку одним глазом.

– Стой! Что ты делаешь? – в ужасе воскликнул Звездокрыл. – На королеву нельзя смотреть!

– Да ладно, там темно совсем. – Вещунья наклонилась и заглянула в другое отверстие. – Что-то вроде тлеет, но, похоже, просто угли. Нету там королевы… или, думаешь, есть? – Она постучала когтями по стене. – Эй! Ваше величество!

Ответом была тишина.

– Королева Доминанта! – позвала она снова. – Нам нужно срочно с вами поговорить. Мы драконята из пророчества!

– Угу, двое лишних ночных, – буркнул в сторону Звездокрыл.

– Эй! Вы там есть?

Молчание. Вещунья постучала ещё и даже ударила лапой, но ответа так и не получила.

– Ну что за безобразие! – в сердцах зарычала она. – Ваше величество! Ну нельзя же так!

– Сейчас глухая ночь, – напомнил Звездокрыл. – Спит небось где-нибудь её величество.

Вещунья повесила крылья, удручённо переводя дух.

– Ладно, завтра улизнём как-нибудь от Провидца и попробуем ещё раз.

Звездокрылу такой план не слишком нравился, но он уже знал: спорить с Вещуньей, когда она увлеклась, бесполезно.

Драконята повернулись к выходу… но вдруг за стеной послышался звук. Какой-то непонятный скрежет. Они переглянулись, потом снова приникли к каменной ширме.

– Ваше величество? – неуверенно позвала Вещунья.

Ответа по-прежнему не было.

Ночной дракончик пожал плечами.

– Если она и там, то говорить с нами определённо не хочет.

– Ничего, заставим… Ей придётся нас принять! – Вещунья сердито взмахнула крыльями и принялась расхаживать по залу, осматривая стены. – Где-то должна быть дверь… Как-то же королева заходит туда к себе!

– А может, она всегда у себя, – хмыкнул Звездокрыл, снова представляя себе план крепости. – Мне кажется… да, пожалуй… Думаю, та комната за ширмой должна сообщаться и с залом совета. Наверное, королева в ней и живёт.

– Всё равно вход должен быть, и мы его найдём! – Вещунья решительно устремилась в коридор.

– А стоит ли? – робко усомнился Звездокрыл, спотыкаясь следом на трещинах пола. – Вот увидишь, она будет недовольна…

– Её проблемы! – зашипела Вещунья. – Мы тоже подданные Ночного королевства и имеем право поговорить!

О королевских дворах Пиррии она явно знала не слишком много. Похоже, в тайном лагере Когтей мира простые драконы имели побольше прав, а может, Вещунья и где угодно не стала бы церемониться.

Она вдруг застыла на месте, напряглась и стала покачивать головой из стороны в сторону.

– Как нам туда попасть? Как? – Прикрыла глаза, глубоко вдохнула…

– Что, видение? – с надеждой спросил Звездокрыл.

– Пытаюсь вызвать, – буркнула она, – но вижу только какие-то стены… Р-р-р…

– Тогда попробуем сюда. – Он махнул крылом.

Драконята спешили по коридорам, окружавшим, судя по всему, зал совета, но никаких дверей, которые могли бы вести в тайную комнату, по пути не попадалось. Зато одна комната, открытая, очень Звездокрыла заинтересовала.

Странная комната, с огромной картой Пиррии во всю стену – и не простой картой! На ней с невероятной тщательностью был нарисован каждый заливчик, гора и островок. Даже дождевой лес пестрел многочисленными деталями: деревня радужных, реки и ручейки, пересекающие джунгли, и те два туннеля, которые вели в Песчаное королевство и на остров ночных, – и везде аккуратные надписи.

Звездокрыл обратил внимание, что Летний дворец морских драконов обозначен свежими красками, совсем недавно. Наверное, ночные узнали о нём, только когда он сгорел. Глубокого дворца не было вообще – морские сумели сохранить его секрет.

Но самыми странными оказались мелкие квадратики с подписью «Гнездо воришек». Гнёзд было семь, в разных местах от островов Морского королевства до песчаных пустынь и заснеженных пустошей ледяных. В каждом квадратике стоял аккуратный крестик зелёными чернилами.

«Зачем? – думал дракончик, разглядывая карту. – Кому нужны эти воришки? И что означают крестики?»

– Что такое гнездо воришек? – заинтересовалась Вещунья.

– А самих воришек ты когда-нибудь видела? – спросил Звездокрыл. Она молча покачала головой. – Это такие крошечные животные, почти без шерсти. Бегают на двух лапках и очень любят красть сокровища – ну, вроде сорок или енотов, только крупнее. Иногда носят острые палки и даже нападают с ними на драконов, так что ума у них не так чтобы много.

– Да, я читала, – кивнула Вещунья. – Они так убили королеву Оазис, отчего и началась война.

– Вот-вот.

Он с дрожью вспомнил тех воришек на арене у королевы Пурпур, что пытались убить и его. В ночных кошмарах они таращились огромными, почти драконьими глазами, и, несмотря на свой страх, он каждый раз невольно думал, что они в том же безвыходном положении и тоже стараются выжить.

– Значит, в этих гнёздах они и живут? – Вещунья ткнула когтем в один из квадратиков.

– Видимо, да, – кивнул Звездокрыл. – Я там никогда не был. Должно быть, у них там всё изрыто норами, как у сурикатов. В свитках пишут, что живут они большими стаями, но вынуждены всё время прятаться от крупных хищников.

– Например, от нас, – хихикнула Вещунья.

– Не понимаю только, почему ночные ими так интересуются, – почесал в затылке дракончик.

У него только-только начала созревать в голове очередная теория, как Вещунья вдруг провела лапой по карте и торжествующе вскрикнула:

– Там что-то есть! – Она подскочила к краю карты и приподняла его. – Вот! – И правда, под картой открывался вход в узкий туннель. – Пошли! – и тут же нырнула внутрь.

У Звездокрыла от волнения перехватило горло. Идти было жутко, но что поделаешь? Если это то самое, что они ищут, нельзя оставлять легкомысленную Вещунью один на один со зловещей королевой Доминантой.

Эх, была бы рядом Цунами или хотя бы Глин! Они в случае чего могли бы и отпор дать, не то что он, жалкий трус!

Трясущейся лапой дракончик приподнял карту и, вздыхая, полез в тёмную дыру.

– У меня было видение! – раздался громкий шёпот прямо над ухом. От неожиданности Звездокрыл едва не выпрыгнул из собственной чешуи. – Я видела, как мы стоим перед королевой! Значит, всё получится!

– Ты меня до смерти напугала, – пожаловался он, держась за сердце.

– Ну, извини… – Её ухмылка ощущалась даже в полной темноте.

– Выходит, – хмыкнул дракончик, пробираясь следом, – королева есть на самом деле, живая?

– Конечно, – удивилась Вещунья, – а что?

– Да ничего, – помялся он, – просто… я тут подумал… Никто её не видит и даже не слышит, кроме дочери… а вдруг старая королева просто умерла? Тогда очень хитро придумано: Власта отдаёт приказы как бы от её имени, и никто не бросит вызов, чтобы захватить трон.

– Ну, это было бы совсем нечестно! – фыркнула Вещунья. – Я бы так ни за что не поступила!

– Ладно, ерунда, – смутился он. – Просто подумалось…

Его нос вдруг уткнулся в твёрдый камень. Встав на задние лапы, он ощупал низкий потолок, затем дохнул огнём. Туннель заканчивался огромным валуном.

– Не может быть! – зашипела Вещунья. – Мы на верном пути, я знаю!

Звездокрыл опасливо ощупал валун со всех сторон и понял, что она права.

– Пройти можно, – кивнул он.

Дыра, скрытая валуном, едва позволяла протиснуться, но новый ход вёл примерно в том же направлении.

– О-о-о, – пропела Вещунья, принюхиваясь в темноте, – предсказываю, что там будет ну о-очень страшно! – Она хихикнула. – Короче, иди первый.

Сердце у Звездокрыла готово было выскочить из груди.

«Ладно, в конце концов, если поймают, убьют только одного…» – что, впрочем, утешало не сильно.

Крылья царапались о стены, острые камни врезались в лапы. В темноте Вещунья несколько раз наступала ему на хвост, но это даже как-то успокаивало.

Туннель поднимался вверх и загибался по спирали – очевидно, он возник не сам собой, а был проделан специально. Когда он оборвался и драконята оказались в пещере, это стало для обоих неожиданностью. Звездокрыл застыл на месте, Вещунья врезалась в него.

Нашли!

На стене слева – круг, испещрённый дырочками, – тот самый, у которого в зале совета сидела принцесса. Стена справа, тоже дырчатая, явно служит ширмой меду пещерой и тронным залом. Видны отверстия и на третьей стене, напротив входа, но их всего несколько и помельче – очевидно, чтобы незаметно следить ещё за кем-то или чем-то.

Только… где же сама королева?

Пусто, ни одного дракона. Неужели Доминанта и впрямь умерла?

В середине пещеры драконята увидели огромный котёл, такой огромный, что в нём могли уместиться сразу двое Провидцев. Похоже, он был целиком выдолблен из чёрного вулканического камня. Кипящая лава наполняла его, шипя и брызгая через край. Несколько капель упали ближе к драконятам, и Звездокрыл с опаской отступил назад, вспомнив тот недавний ожог.

В пещере стоял удушливый жар, обжигавший глотку. Сторонясь горящей лавы, драконята осторожно двинулись вдоль стен, пробираясь к дырочкам напротив. Страх заставил притихнуть даже Вещунью.

Комната за стеной была совершенно незнакома. Звездокрыл разглядел широкий низкий стол и кости от дичи на полу.

– Должно быть, там обедают члены совета, – шепнул он Вещунье. – Самое удобное место, чтобы за ними следить, когда никто ничего не подозревает и говорит что думает. – Обернулся на другие стены и покачал головой. – Только кто следит, вот в чём вопрос. – Он снова приник к отверстию, разглядывая обеденный зал.

– Может, ты и прав насчёт… – начала Вещунья и вдруг с визгом уцепилась за его плечо, едва не прорвав чешую когтями.

– Ой, ты что… – Звездокрыл обернулся и остолбенел.

Из бурлящей лавы поднималась драконья голова!

Глава 16

Звездокрыл умирал от страха множество раз с тех пор, как покинул пещеры, в которых вырос. Сначала ему казалось, что большего ужаса, чем появление королевы Пурпур, убийство старика Бархана и плен у небесных, испытать уже не придётся, но затем была арена и ожидание неминуемой смерти, тюрьма в морском королевстве с жуткими электрическими угрями, нападение небесных на Летний дворец, из которого чудом удалось бежать, и, наконец, самое ужасное – исчезновение Солнышка прямо на глазах в лесу у радужных. Не говоря уже о страхах, которых дракончик натерпелся на острове ночных после похищения. Если на то пошло, все последние недели он прожил в почти непрерывном ужасе.

Однако то, что он ощущал сейчас, не укладывалось вообще ни в какие рамки. Разве наука такое допускает? Как мог дракон пробыть столько в котле с огненной лавой? Нет, совершенно невозможно… и тем не менее это так! А значит, на сей раз смерть уж точно неминуема, ибо как можно защититься от дракона, который в лаве просто-напросто живёт?!

Вслед за головой, взметнув фонтан огненных брызг, из булькающей расплавленной массы вынырнули крылья, затем за края котла ухватились страшные когти. Огромная дракониха отряхнулась, вновь разбрызгивая во все стороны жидкий огонь. Лава медленно стекала с её морды, исполосованной боевыми шрамами, и мощной шеи, чешуя блестела, как полированное чёрное дерево, отражая смертоносное жёлто-оранжевое сияние.

– Звездокрыл… Звездокрыл… – в панике шептала Вещунья, продолжая цепляться за него трясущимися лапами. – Сделай что-нибудь, Звездокрыл!

– Что… что я сделаю? – заикаясь, шепнул он в ответ.

Спасительный туннель остался по ту сторону котла, и даже если попробовать бежать, что хотелось сделать больше всего, брызги раскалённой лавы их достанут.

– Ш-ш-шш!

От пронзительного шипения заложило уши. Дракониха изогнула шею, пристально разглядывая сжавшихся у стены драконят. От её чешуи поднимался белый пар, в страшной пасти зловеще играл раздвоенный язык, а в глазах мелькала странная ледяная голубизна. Что ещё более странно, даже зубы у неё были какого-то синеватого оттенка, словно ледяные сосульки.

– Кто-о? – проскрежетала дракониха. Странный голос – хриплый, сдавленный и какой-то надтреснуто-звенящий, будто когти скребут по льду.

– М-мы? – пролепетал Звездокрыл. – Н-никто, так…

– Пожалуйста, не убивай нас! – пискнула Вещунья.

– Пос-ссмотрим… – Дракониха снова зашипела, сжимая когти на краях котла и приподнимаясь. – Ка-ак?

– Как… как мы попали сюда? – переспросил дракончик. – Мы… искали королеву… королеву Доминанту.

– Я-я… – Она подозрительно прищурилась. – Вы-ы?

Вещунья шагнула вперёд.

– Мы драконята судьбы… то есть, из пророчества! Я Вещунья, а он – Звездокрыл.

– А-а… – Королева снова опустилась в лаву. – Хм-м… только и всего…

– Как это у вас получается? – не выдержал ночной дракончик. – Почему вы не сгораете? При такой температуре… точка кипения… взаимодействие лавы с чешуёй… я видел, что случилось с Лютом, так почему же… Вы просто не можете там находиться! Как? Даже драконы из яиц цвета крови, такие, как Глин, могут выдерживать огонь лишь недолго, а у ночных таких яиц вообще не бывает, а значит… Нет, с научной точки зрения это никак невозможно!

Дракониха насмешливо фыркнула, пуская пузыри по светящейся огненной поверхности.

– Сын Гения… – прохрипела она. Вгляделась в него молча, потом вдруг подалась вперёд, вытягивая шею и разевая пасть во всю ширь.

Звездокрыл уже ждал, что сейчас им обоим откусят головы, но затем понял, что королева просто даёт возможность заглянуть к себе в пасть, и страх уступил место любопытству. Он робко шагнул вперёд.

– Звездокрыл! – в панике шепнула Вещунья, дёргая его за крыло. – В моём видении такого не было. Может, не стоит?

– Три луны! – воскликнул он, вытаращив глаза. – Ты только глянь! Там же всё… синее!

И в самом деле, вся глотка у королевы была покрыта перистым голубоватым налётом, который искрился причудливыми узорами, словно иней.

– Что это? Почему? – растерянно спросил он, подняв взгляд.

– Лёд… – мучительно проскрипела огромная дракониха, захлопывая пасть. Передёрнувшись всем телом от головы до кончиков крыльев, нырнула в лаву с головой и вновь показалась наружу.

– Лёд? – Мысли так и мелькали у него в голове. Что за удивительная загадка? Может, это связано с теми микробами у ночных на зубах? Или она просто наелась льда, чтобы не сгореть… да нет, зачем ей вообще туда лезть? Да и где на жарком вулканическом острове достанешь лёд?

Королева пристально наблюдала за ним, будто на экзамене. Наверное, не хотела тратить дыхание на слова и ждала, пока он сам догадается.

Ага! Дыхание!

– Ледяной выдох! – выпалил Звездокрыл. – Главное оружие ледяных!

Чёрная дракониха кивнула, приподняв себя мощными лапами над поверхностью лавы, и снова опустилась назад. Чёрный язык на мгновение показался из пасти, и дракончик успел заметить, что он тоже покрыт слоем инея.

Звездокрыл печально покачал головой.

– Значит, на тебя напал ледяной… Там, за морем, на берегу, так? Вы дрались, но он успел дохнуть, и не просто так, а попал прямо в раскрытую пасть. Ты должна была умереть почти сразу.

Она величественно распростёрла крылья, роняя оранжевые раскалённые капли.

– Не так про-осто…

– …убить тебя, – понятливо закончил Звездокрыл. – Ты добралась сюда, а лава… она не даёт заледенеть совсем, так?

– Та-ак… – прохрипела королева. – Равнове-есие-е…

– Но как… – начала Вещунья. – То есть, откуда ты знала, что лава не убьёт тебя?

Звездокрыл уже знал ответ. То, что произошло, стояло у него перед глазами, словно видение. Очередной рейд ночных на континент в поисках нового дома, схватка с ледяными… Смертельно раненная, Доминанта чудом дотягивает до острова, всё больше замерзая с каждым тяжким взмахом крыльев. Внутренний огонь, которого так много у ночных и небесных, какое-то время сопротивляется холоду, но ледяная чума продолжает расползаться по телу, вымораживая внутренности.

Наверное, под конец ей стало так плохо, что даже смерть в огненной лаве показалась спасением по сравнению с той непереносимой болью. Вместо этого лава спасла ей жизнь, но теперь сидеть в котле приходится постоянно, иначе смерть достанет её.

Остальное был несущественно, хотя и любопытно. Кто знает страшную тайну, кроме Власты? Кто придумал хитрость с каменными ширмами и котлом с лавой? Может ли королева есть или находится на грани голодной смерти?

Она продолжала молча следить за ним – читала мысли? Очевидно, лёд всё время нарастал в пасти, и говорить было слишком трудно.

– Простите нас, ваше величество, – поклонился он. – С вами случилось поистине ужасное, и я выражаю вам своё искреннее сочувствие.

Дракониха глянула с удивлением, опустив гребень.

– Не надо жалости, – мучительно проскрежетала она. – Месть… Скоро!

Ледяным её слова ничего хорошего не сулили, но беспокоиться о чужом племени было некогда. Звездокрыл взял Вещунью за лапу и поклонился королеве.

– Мы пришли поговорить о пророчестве, – робко начал он. – Нам кажется, что Провидец слишком жесток и слишком часто вмешивается в…

Его прервал лающий смех, который тут же перешёл в хрипящий кашель. Королева согнулась от боли, схватившись за горло, потом свирепо глянула на драконят.

– С-слушайте его… – прошипела она. – Пророчество – главное.

– Но… сегодня он прогнал Кальмара – отправил на верную смерть! – взмолилась Вещунья. – А ещё сказал, что убьёт меня или Звездокрыла… Держит в плену радужных, они так страдают… Пожалуйста, ну скажите ему!

Чёрная дракониха стала снова опускаться в горящую лаву.

– Племя должно жить… всё для племени… – раздалось булькающее шипение уже из котла. – Всё-ё…

– Нет, погодите! – в отчаянии выкрикнула Вещунья.

Бурлящая раскалённая лава сомкнулась над головой королевы.

Всё кончено. Они потерпели неудачу.

Глава 17

Понурые и измотанные, драконята поплелись обратно в казарму. Звездокрыл утешал себя надеждой, что рассветёт ещё не так скоро, как уверял Потрошитель, но подозревал, что пышущая зловонным жаром пасть Провидца не подарит ему даже кратких мгновений блаженного отдыха.

– Бедный Кальмарчик, – вздохнула Вещунья у порога. – Что ж, попробуем дружить с этой вашей морской. – Она кивнула и направилась к своей лежанке.

Звездокрыл вздрогнул. Чешуя на спине зябко встопорщилась, словно клубящиеся облака за окном от порыва ледяного ветра. Цунами – вот кого надо предостеречь! «У нас есть другая морская, – сказал Провидец, – осталось только забрать». А вдруг за ней уже кого-то отправили? Что с ней?

Предупредить! Пока не поздно.

Дракончик поспешил к своему месту и стал ощупывать стену под лежанкой в поисках щели, куда запрятал волшебный кристалл. На этот раз должен найтись кто-нибудь, кто его выслушает. Должен!

Накрывшись одеялом с головой, он прижал ко лбу сапфировую звёздочку.

Цунами! Где ты? Цунами!

Однако, как всегда, мысль о Солнышке оказалась первой, опередив и Цунами, и Глина, и Ореолу…

Он стремительно падал в ослепительном безоблачном синем небе. Спохватившись, развернул крылья, поймал восходящий воздушный поток и огляделся. Высоко над ним блестели в рассветных лучах пять знакомых фигурок. Золотую чешую Солнышка трудно было с кем-нибудь спутать. Выписывая сложные пируэты, она играла в догонялки с Глином, чьи огромные сильные крылья ничего не стоили против её проворства и увёртливости. Оба весело хохотали, а Цунами с Ореолой кружили рядом, подбадривая их криками. Крылья новой королевы радужных были ярко-малинового цвета, а на голове гордо сверкала корона, сплетённая из переливающихся рубиновых соцветий.

А вот и он сам, Звездокрыл, порхает с улыбкой неподалёку и смеётся так беззаботно, будто ничего и не случилось. Такой же, но другой – крупнее, спокойнее, с тёплым добродушным взглядом. Да и все тут немного не такие, как наяву. Цунами с Ореолой, вообще-то, улыбались редко, а Глин всегда был немного неуклюж и к таким играм не приспособлен.

Чей это сон? Впрочем, угадать нетрудно.

Она обернулась, пригляделась – и спикировала с высоты подобно сверкающей золотистой стрекозе.

– Вот это да! Второй ты в одном и том же сне! – Погладила по крылу и снова пустилась вдогонку за земляным дракончиком.

Охваченный нежностью, Звездокрыл мучительно искал слова. Любовь всей жизни нахлынула снова вместе с ощущением невозможности его мечты, не говоря уже о том, что они принадлежали к разным племенам.

Надо заставить себя заговорить, рассказать об опасности, грозящей Цунами, – Солнышко обязательно выслушает…

Яркое синее небо внезапно потемнело. Он снова падал, но медленно и плавно. Снизу поднимались струйки пузырьков, над головой мерцал холодный зеленоватый свет.

Подводный мир! Это, конечно, сон Цунами.

Звездокрыл развернулся в воде и стал грести крыльями. Вот она, впереди, обнимает за шею какого-то большого зелёного дракона, тощего как скелет.

Жабр, вспомнил дракончик. Морской, которого Цунами убила на арене, ещё не зная, что это её родной отец.

Похоже, сон кошмарный. Да, она рыдает, она в отчаянии… Не стоит даже пытаться обратить на себя внимание.

А вот и Анемона, её маленькая сестричка. Заметив её, Цунами вдруг отпустила дракона, и тот стал опускаться на дно, умоляюще открывая и закрывая пасть. Цунами повернулась к Анемоне и развела лапами, словно оправдывалась, но малышка вдруг злобно оскалилась, оттолкнула старшую хвостом и нырнула следом за Жабром. Её когти глубоко вонзились в шею старика, вода вокруг забурлила и помутнела, краснея на глазах.

Цунами старалась оттащить сестру от отца, но было уже поздно.

Звездокрыл в ужасе зажмурился. Он понимал этот сон. Цунами беспокоилась, что дракомантские способности Анемоны сделают её злой, и с этим ничего не удастся поделать.

Вот ещё почему надо остановить войну! Тогда никому не понадобится заставлять Анемону применять свои способности, и ничего плохого с ней не случится.

Хруп. Хруп. Хруп.

Ночной дракончик открыл глаза.

Он сидел в огромной сухой пещере. На стенах мерцает пламя факелов, на полу кучами лежит и ещё шевелится разнообразная дичь: кабан, куры, корова, утки, олени и даже бегемот. Некоторые даже поднимаются и бродят по пещере, утыкаясь в стены и не замечая обоих драконят.

Хозяином пещеры, разумеется, оказался Глин. Уютно обернувшись хвостом, он сидел и смачно пережёвывал кусок чего-то, обжаренного на костре.

– Привет, Звездокрыл! – бросил он небрежно, как будто друзья то и дело вторгались в его сны.

– Глин! – обрадовался ночной дракончик. – Ты меня видишь?

Земляной озадаченно поморгал.

– А… разве не должен? Конечно, вижу.

– Это не просто сон, – поспешил Звездокрыл внести ясность. – Я на самом деле здесь… ну, то есть, на самом деле с тобой разговариваю.

– Ну да, разговариваешь, – легко согласился Глин. – Голодный небось? Тут где-то был отличнейший фазан! – Он огляделся, задумчиво почёсывая в затылке. – А, так я его уже съел… извини.

Ночной дракончик был очень голодный, но хорошо понимал, что во сне насытиться всё равно не удастся.

– Глин, выслушай меня, пожалуйста! – начал он, волнуясь. – Я нашёл приснилл и говорю с тобой из Ночного королевства.

– Неплохо, – добродушно хмыкнул друг. – А как насчёт свиньи?.. Ой, погоди, её я тоже съел…

– Нет, я серьёзно! – Звездокрыл с досадой щёлкнул хвостом. – Разве ты не помнишь наших уроков? Присниллы – это такие древние сапфировые кристаллы, их заколдовали дракоманты, очень давно, много поколений назад. Я нашёл один такой и теперь могу приходить в чужие сны… Так вот, мне надо сообщить всем нашим кое-что очень-очень важное!

Земляной дракончик наморщил лоб.

– Ну да, ну да. Я знаю. Ты же то и дело приходишь в мои сны и читаешь лекции о всяких мудрёных вещах. Вот и сейчас…

– Что, правда? – опешил Звездокрыл.

Глин усмехнулся, выпрямился и забубнил с глубокомысленным видом:

– «Глин, слушай внимательно, не отвлекайся!» «Глин, ты разве не читал свитки?» «Глин, это же всем известно!» «Это случилось много поколений назад, ещё до Потопа…»

– До Пожара, – невольно поправил ночной дракончик. Он нахмурился. – Неужели у меня такой голос?

– Как раз такой, – снова усмехнулся земляной. – Ну что, тогда примемся за бегемота?

Звездокрыл в отчаянии топнул лапой.

– Хорошо, потом… Глин, послушай, Цунами в опасности! Провидец со своими ночными собирается её похитить! Ей надо передать…

– О, гляди! – Земляной дракончик вскочил и кинулся к выходу из пещеры, где появились ещё несколько его сородичей. Самый маленький дракончик бросился ему на шею и стал обнимать, а самый большой кивнул с добродушной улыбкой.

Звездокрыл не видел братьев и сестёр Глина, но слышал его рассказ о встрече с ними в селении земляных. Там все, даже драконята, служили в войсках королевы Ибис на стороне принцессы Огонь, и одна из сестёр уже успела погибнуть в битве.

«Вот и ещё драконы, которых мы можем спасти… а скольких уже не спасём? – подумал он, холодея от беспокойства и страха. – Нет, на Глина надежды мало, надо продолжать…»

Он снова зажмурился. Ореола!

Шорох пергамента. Значит, куда-то попал.

Ночной дракончик открыл глаза.

Она сидела за низким столом в плетёной хижине на ветвях дерева. Сидела и читала свиток. В своём собственном сне короны на ней не было. Усталый вид, тёмно-зелёная чешуя со светлыми пятнышками в тон окружающей листве. Серый мохнатый ленивец крепко спал, обернувшись вокруг шеи.

– Ореола! – голос дракончика сорвался.

Станет ли королева радужных его слушать? Он помнил слова Солнышка в том последнем сне. Если Ореола считает его предателем… Кто вообще верит предателям, что бы они ни говорили?

Радужная медленно подняла голову. Долго молчала, не отводя от Звездокрыла своих зелёных глаз.

– Ага, – заговорила она наконец. – Ты нашёл приснилл.

Ночной дракончик с облегчением перевёл дух, по его чешуе прокатилась тёплая волна. Ну конечно, она помнит уроки! Он всегда мечтал иметь такую же память, чтобы не зубрить, а схватывать с первого раза.

– Ты не думай, ничего я не сбежал, – зачастил он с бьющимся сердцем, – ночные сами меня схватили. Ореола, клянусь, я ни за что бы вас не бросил! Это всё Провидец… он хочет проверить, гожусь ли я для пророчества… у него есть другие драконята, чтобы нас заменить, но больше нет морского… Ему нужна Цунами, она в опасности! Я хотел предупредить…

– Стоп, стоп… – Она свернула свиток и облокотилась на стол. – Давай сначала, и по порядку.

Звездокрыл принялся рассказывать о том, что произошло с того момента, как его забрали из леса, до жуткой встречи с Ночной королевой. Сначала было не по себе – выходит, он всё-таки предатель – предаёт своё родное племя? Однако, вспомнив об Орхидее, прикованной к стене, сожжённых заживо небесных солдатах, крошке Кальмаре, медленно улетающем к неминуемой смерти, решительно подавил всякие сомнения. Теперь он точно знал, кто на самом деле заслуживает верности.

– Ну вот, – закончил он, – потому я и беспокоюсь за Цунами. Пожалуйста, заставь её вести себя осторожнее!

Ореола рассмеялась.

– А ты можешь заставить Глина меньше думать о еде?

Ночной дракончик невольно рассмеялся следом за ней.

– Оказывается, он и сны видит о еде… Там дичи столько – нам всем за год не съесть.

– Милый наш Глин… а я вот вижу свитки, хотя у нас в лесу их и нет совсем – соскучилась, наверное. – Радужная кивнула на стол со свитками, потом нахмурилась. – С Цунами я поговорю и приставлю к ней охрану, но меня больше беспокоишь ты сам. Спасательная экспедиция пока не готова, но если тебе грозит опасность… – Она в сердцах царапнула когтями крышку стола, глянула за окно. – Конечно, я понимаю, что Провидец может убить тебя в любой момент, но… Моё племя ещё не готово. Если повести их на ночных прямо сейчас, будет бойня.

– Я тоже понимаю, – серьёзно кивнул Звездокрыл.

Ореола теперь королева, и думать ей приходится не только о друзьях, но и о своём племени. Каждая его чешуйка готова была умолять: «Забудь о радужных, спаси меня! Скорее, меня же убьют!» – но он слишком хорошо представлял себе всю сложность предстоящих задач. Надо взвесить десятки «за» и «против», определиться с боевой стратегией и тактикой, оценить уровень вероятных потерь и побочные последствия – всё то, что они проходили на уроках по свиткам, но никогда ещё не применяли к себе.

Поэтому он сказал:

– Обо мне не беспокойтесь, я сам сделаю всё, чтобы дотянуть до встречи.

Ореола взглянула искоса, крылья её порозовели, наливаясь по краям ярко-алым.

– А ты, оказывается, очень храбрый, Звездокрыл.

Он смущённо потупился.

– Ну… вообще-то… Приходите скорее, я буду ждать.

Она снова рассмеялась, и ночной дракончик вдруг почувствовал острую тоску по друзьям, по прежней жизни, в которой хоть и не всё гладко, но знаешь, как ты важен для них – как верный товарищ, а не просто кто-то из пророчества.

Прогнав улыбку, радужная потеребила в когтях свиток.

– Значит, говоришь, Потрошителю досталось за меня?

– Думаю, он понимал, чем рискует, – пожал крыльями дракончик.

– Хм… а я думаю, надеялся, как всегда, выкрутиться за счёт личного обаяния. Идиот!

– Ну, может, ещё и выкрутится… Принцессе Власте нет никакого резона избавляться от него.

– Ну ладно. – Ореола решительно тряхнула головой. – Что ещё ты можешь рассказать о ночных? Нам может пригодиться каждая мелочь. Могут они, к примеру, поставить чтецов мыслей у входа в туннель? Я бы, например, так и сделала и знала бы планы противника с самого начала. Хотела послать разведку, но засомневалась – а вдруг…

– Не знаю… – покачал головой Звездокрыл. – К сожалению, об их планах пока больше ничего нет.

– Ну, постарайся хоть что-нибудь ещё припомнить. Как устроена их крепость? Что где находится на острове? Можно ли туда добраться через море, не по тайному ходу?

Он тяжело вздохнул.

– Даже если я сумею объяснить путь через море, сначала вам придётся лететь мимо земляных и небесных, через всю Пиррию.

Недели и недели тяжкого, выматывающего полёта, и вражеские патрули кругом… Выдержит ли он сам такое?

– Да, вариант не слишком удачный, – подумав, согласилась радужная.

Звездокрыл зябко поёжился. Откуда вдруг холод? В чужих снах такого не бывает, можно только видеть и слышать.

– Кажется, мне пора, – торопливо шепнул он. – Уже почти рассвет.

– Ну ладно… – Ореола поднялась из-за стола. – Только завтра постарайся опять прийти, обсудим наши дела. Думаю, всё будет хорошо.

Она перешагнула через стол и обняла дракончика крыльями. Конечно, он ничего не почувствовал, но это было приятно.

– До скорого, – кивнул он. – Не забудь про Цунами!

Радужная в раздражении закатила глаза.

– Половина солдат, наверное, уже мечтает, чтобы её кто-нибудь украл. Командиров с таким нравом в Пиррии ещё поискать.

Звездокрыл улыбнулся и поднёс камень ко лбу.

Радужные джунгли растаяли.

Вокруг снова была затхлая сумрачная казарма.

Что это – скрежет когтей на каменном полу? Он обвёл комнату подозрительным взглядом и только теперь осознал, что больше не укрыт одеялом с головой. Само сползло, или…

Его лапы с зажатым в них кристаллом лежали на виду. Дракончик судорожно прижал к груди заветную сапфировую звёздочку, потом нагнулся и засунул её поглубже в щель под лежанкой.

Отовсюду доносилось приглушённое бормотание – драконята просыпались. Он снова огляделся. Нет, вроде бы никто ещё не вставал. А если всё-таки видели? Кто-то шпионит, или просто показалось?

Тем не менее Звездокрыла не оставляло тревожное ощущение, что его секрет в опасности.

Глава 18

Он лежал, свернувшись калачиком поверх одеяла, и успокаивал себя: «Я сделал то, что должен был: предупредил Ореолу. Теперь остаётся только ждать, когда меня спасут, ждать… и постараться выжить. Всё будет хорошо, всё получится…»

– Подъём! – рявкнул чёрный дракон, вырастая в дверях.

Обитатели казармы посыпались с лежанок, топорща спинные гребни, зевая и потягиваясь. Однако Провидец обращал внимание лишь на драконят судьбы, которые один за другим вставали перед ним в шеренгу. Звездокрыл заметил, что Жар опустил голову и смотрит в пол.

– Вчера вы ничем не смогли меня порадовать, – прорычал огромный ночной. Зубаста настороженно выглянула у него из-за спины. – Я хочу быть уверен, что в следующий раз вам удастся выбраться из такой переделки без посторонней помощи. Поэтому сегодня – боевая тренировка!

Звездокрыл разочарованно свесил крылья. Как назло – самый его нелюбимый предмет!

– В следующий раз? – прошипела Эфа. – Я не дура, чтобы участвовать в таком дважды!

Провидец зашипел ещё громче.

– Если хочешь, отправляйся назад к Когтям мира, никто тебя не держит! – Он махнул крылом в сторону двери.

Эфа мрачно насупилась и промолчала.

– У меня горло болит! – буркнул Жар, по-прежнему отводя взгляд.

– Вода в корыте вон там, – чёрный дракон кивнул в дальний конец казармы. – Догонишь нас.

Остальные двинулись за ним под арку. Вскоре подбежал и небесный, кашляя и держась за горло. На этот раз Провидец полетел в сторону тюремных пещер, под которыми текли реки горящей лавы. Течение их было таким стремительным, словно извержение произошло вчера. Самый широкий поток протекал под выходами камер, где сидели радужные пленники. Чёрный дракон опустился на скалы неподалёку. Звездокрыл окинул взглядом пещеры и заметил в каждой стражей в доспехах, с трезубцами и сигнальными гонгами.

Не забыть сказать Ореоле, подумал он. Охрана усилена – не меньше двоих на каждого узника.

Встретив взгляд Провидца, дракончик поспешил прогнать из головы лишние мысли.

– Не слишком ли мы близко? – спросил он, опасливо кивая на золотисто-оранжевую сияющую реку жидкого огня, которая стекала с вершины вулкана.

– Здесь везде близко, – буркнул чёрный дракон и повернулся к остальным. – Так, начнём с вас двоих. – Он ткнул кончиком хвоста в Жара и Брюха. Звездокрыл с облегчением перевёл дух: пока пронесло. – Постарайтесь убить друг друга, а я вмешаюсь, когда надо будет.

– Убить друг друга? – хмыкнул Брюх, мрачно покосившись на небесного. – Даже без завтрака?

Жар хищно сжал когти.

– Я не против… Какие правила?

– На поле боя правил не бывает! – рыкнул Провидец.

Не успел он договорить, как небесный дракончик прыгнул на земляного, полоснул когтями по носу, оставив кровоточащую рану, и сильно пнул в грудь. Тот злобно зарычал и бросился вперёд, размахивая лапами. Обхватив друг друга, они покатились по чёрной каменистой земле. Красная и бурая чешуя, перепачканная пылью и кровью, перемешалась в орущем и брыкающемся клубке. На небольшой площадке среди скал места оставалось немного, и огненный плевок небесного едва не задел Звездокрыла, а Брюх с размаху плюхнулся на лапу Эфе, которая ответила злобным шипением.

– Сюда! – Вещунья потянула Звездокрыла за собой на высокий валун чуть в стороне.

Он крепко вцепился когтями в трещины камня, с опаской поглядывая на огненный поток внизу. Даже здесь, наверху, раскалённое дыхание лавы обжигало чешую. Голова кружилась от голода, а от жары клонило ко сну ещё сильнее, несмотря на страх. Дракончик протёр глаза, с ужасом представляя, как задремлет и свалится в лаву или проснётся в лапах разгневанного Провидца, болтаясь над жерлом вулкана. Он старался запомнить приёмы боя, но не имея таких навыков, как у Глина и Цунами, просто не успевал следить за дерущимися, так стремительно они двигались.

Внезапно Брюх взмыл в воздух и завопил, делая круги над Жаром:

– Стоп! Останови его! Я больше не хочу!

Провидец усмехнулся.

– Как ни проси, враг на поле битвы не остановится.

– Он же весь в крови! – воскликнула Вещунья. – Вон, и на крыле порез!

– Хм… – покрутил носом дракон. – Ладно, отдохни, земляной… а ты – на его место! – Он схватил Вещунью за плечо и швырнул прямо на Жара.

Недолго думая, тот рванулся навстречу и впился зубами ей в шею.

– Ай! – завопила она, молотя его крыльями по голове. Оттолкнула двумя лапами и метнулась в сторону.

– Я тоже хочу! – зашипела Эфа, обернувшись к Провидцу. – Пусти меня, увидишь, что я с ней сделаю!

– Ну, попробуй, – благосклонно кивнул чёрный дракон.

Подняв над головой хвост с ядовитым шипом, песчаная кинулась на Вещунью, словно атакующий скорпион. Та в страхе спряталась за валун, но Эфа не отставала.

– Так нечестно! – не выдержал Звездокрыл. – Двое на одного!

– Настоящий бой никогда не бывает честным, – усмехнулся Провидец. – Если не выживет, у нас останешься ты.

Ночной дракончик в отчаянии сжал когти, наблюдая за кошмаром, творящимся внизу. Эфа с Жаром, такие же голодные и измученные, как и он, явно собирались выместить все свои беды на ни в чём не повинной Вещунье.

Небесный дракончик выпустил в неё сноп огня, но она успела откатиться в сторону, едва увернувшись от шипа Эфы, который вонзился в землю.

– Если даже только поцарапает, это верная смерть, – простонал Звездокрыл, умоляюще глядя на Провидца. – Может, и не сразу, но яд…

Он уже насмотрелся на мучения Ласта, раненного шипом принцессы Ожог. Несчастному день ото дня становилось всё хуже, и помог только сок кактуса из Песчаного королевства – а где здесь на острове его найдёшь?

– Если так волнуешься, помоги ей сам, – спокойно предложил большой дракон, внимательно следя за дракой. – Эй, небесный, тебя разве не учили задерживать огонь, чтобы стал погорячее? Вот так… – Он дохнул пламенем прямо над головами драконят. – Во имя трёх лун, Вещунья, хватит кататься по земле, вспомни про свои когти!

– Звездокрыл, помоги! – пискнула она, теряя силы.

У ночного дракончика не было выбора. Пускай ядовитый шип, пускай когти Жара, но бросить Вещунью на верную смерть он не мог никак. Точно так же на его месте поступили бы и друзья. Он подобрался, зажмурился и обрушился со скалы прямо на спину небесному.

Издав свирепый рык, Жар отшвырнул его, и Звездокрыл покатился по земле, обдирая чешую и крылья об острые камни. Шатаясь, весь окровавленный от мелких порезов, поднялся на лапы и увидел, как Эфа нависла над ночной, изготовив к удару смертоносный шип. Чёрный дракон продолжал бесстрастно наблюдать, задумчиво барабаня когтями по камню.

– Стой! – заорал Звездокрыл, бросаясь к Эфе. – Оставь её в покое!

– Ты сама виновата, – прошипела песчаная. – Я могла бы сейчас быть дома с родителями, если бы не твоё дурное племя!

Ядовитый шип уже был готов вонзиться в беззащитную шею Вещуньи, когда ночной дракончик с разбегу врезался в Эфу. В нос ударил резкий запах яда. Отлетев в сторону, песчаная взмахнула хвостом, чтобы удержать равновесие, и шип оставил длинную царапину поперёк морды Жара.

Небесный дракончик взвыл от жестокой боли, судорожно хватаясь за нос, и в ответ изо всей силы врезал песчаной хвостом в бок. Она снова отлетела в сторону, на этот раз в другую, покачнулась и с душераздирающим визгом свалилась прямо в огненную лаву.

– Нет! – заревел Провидец, бросаясь вперёд… но не за Эфой. Схватил Жара за морду, рассматривая рану. – Не двигайся! Видеть можешь?

Небесный дракончик лишь пронзительно выл, дёргаясь в его лапах.

– Эфа! – вскрикнула Вещунья, спихнув с себя Звездокрыла. – Эфа, держись!

Он бросился следом к берегу лавовой реки, но на оранжевой дымящейся поверхности не было ничего, кроме бурлящих пузырей.

Ночной дракончик лихорадочно соображал. Повернувшись к земляному, он крикнул:

– Брюх, прыгай за ней! Ты можешь её вытащить! Скорее!

Земляной дракончик недоумённо заморгал.

– Во имя трёх лун, что ты мелешь?

– Твоя чешуя! – задыхаясь, объяснил Звездокрыл. Он схватил Брюха за лапу и потянул к берегу, но легче было сдвинуть с места скалу. – Брюх, пожалуйста! У тебя ведь огнеупорная чешуя, ты можешь нырнуть за Эфой! Вытащи её, попробуй!

– Огнеупорная? – с удивлением переспросила Вещунья.

– Он вылупился из красного яйца, так сказано в пророчестве! Это и значит как раз… Брюх! Ну чего ты ждёшь? Давай!

– Да оставь ты меня в покое, наконец! – зарычал земляной, упираясь в землю всеми четырьмя лапами. – Понятия не имею, что там было за яйцо и какая у меня чешуя, но здесь проверять я не собираюсь, даже не думай!

– Но ведь если… – Звездокрыл в отчаянии взмахнул крыльями. – Если ты тоже годишься для пророчества, то должен быть таким же, как Глин! А значит… – Он обернулся к реке, понимая, что всё равно уже поздно. Эфа даже не вынырнула ни разу, после того как упала.

– Пророчество-шморочество… – передразнил Брюх. – Если хочешь знать, я вообще вылупился не в трёхлунную ночь, и не стану рисковать из-за какого-то дурацкого свитка с буквами!

Звездокрыл медленно повернулся к нему.

– Вот, значит, как? Не в трёхлунную ночь?

– И он тоже, – пожал крыльями земляной, кивая на Жара, который держался за морду и скулил, скорчившись среди камней. Провидец с опущенными крыльями стоял над ним, хлеща себя по бокам хвостом. – Мы вылупились в один день на пару недель раньше.

– Но как… – Звездокрыл осёкся. Он понял… и в то же время совсем запутался.

Запасные драконята оказались фальшивыми! Они просто не могли быть из пророчества. Огромный ночной дракон не пытался повлиять на судьбу – он хотел её полностью переписать!

Глава 19

Вещунья рыдала, сжавшись в комок на берегу лавовой реки и закрыв голову крыльями.

Эфа с Кальмаром вели себя с ней отвратительно, подумал ночной дракончик, Эфа вообще только что пыталась убить, а она так переживает из-за них – потому что не бесчувственное чудовище, как некоторые.

– Вставай! – рыкнул Провидец, глядя на небесного. – Ты нам ещё пригодишься!

Раненый лишь глухо застонал в ответ.

Звездокрыл опустил глаза, размышляя. Цунами бы сейчас устроила грандиозный скандал, а Солнышко… наверное, Солнышко попыталась бы договориться. А Ореола, а Глин? Как бы поступили они?

Крылья у него тряслись от страха, но он всё-таки шагнул вперёд и поднял взгляд на Провидца. Ничего, ничего, надо только представить себя кем-то другим…

– Что ты затеял? – спросил он.

Чёрный дракон угрожающе оскалился.

– Сейчас совсем не время меня раздражать.

– Эти драконята просто не могут быть в пророчестве, – упрямо продолжал Звездокрыл. – Они даже вылупились не в ту ночь, не говоря уже обо всём остальном. Разве яйцо Эфы нашли в пустыне? А яйцо Жара – разве оно было самым большим в Небесном дворце? Зачем ты притворяешься, что они могут стать драконятами судьбы, когда это совершенно исключено?

– Не пори чушь, – буркнул Провидец, – ты ничего не понимаешь.

– Может быть, – покладисто кивнул ночной дракончик, – но хочу понять. Все свитки, что я читал – написанные ночными, кстати – предупреждают: не спорь с судьбой! Всё случится как предсказано, и никто не в силах ничего изменить. Пророчество – это не сундук с сокровищами, которые ты можешь брать, добавлять или обменивать на те, что больше нравятся. Я уверен: драконята умирают потому, что ты насильно втискиваешь их в судьбу, для них не предназначенную! Оставь нас всех в покое! Судьба сама решит, что лучше. – Он перевёл дух, сам удивляясь и ужасаясь своей внезапной дерзости. – Ну… то есть, я так думаю.

– Ты невежественный сопляк! – фыркнул чёрный дракон. – Вдобавок ещё и без способностей! Кто тебя станет слушать?

Звездокрыл сжался от унижения, не в силах найти слов. В сердце будто вонзился ядовитый шип.

Провидец злобно ухмыльнулся, глядя на него.

– Думал, я не замечу? Да ты никуда не годишься, сразу видно, и никогда не станешь настоящим ночным. Какое уж тут пророчество!

Даже если бы он не читал мыслей и не заглядывал в его душу, то не смог бы найти в ней места, куда можно ударить больнее. Даже в кошмарах самым страшным для Звездокрыла было оказаться не настоящим ночным, опозориться перед сородичами.

Весь дрожа, он попятился и вдруг ощутил рядом тёплое крыло Вещуньи.

– Оставь его в покое! – бросила она Провидцу. – Он всего лишь сказал правду. Я тоже вылупилась не в трёхлунную ночь, и ты это знаешь.

– Я знаю о пророчествах в сто раз больше, чем вы! – рявкнул чёрный дракон. Отвернувшись от стоящих драконят, он нагнулся и дёрнул небесного за лапу, поднимая. – Не вздумай умирать, тобой займутся лекари! А вы лучше не попадайтесь мне на глаза, а то закончите, как песчаная. – Он снова вгляделся в кровоточащую рану, которую Жар зажимал лапами, и задумчиво пробормотал себе под нос: – Теперь и ваша недоделанная малявка нужна, придётся…

Звездокрыл не расслышал остального. Провидец развернул свои громадные крылья и устремился в небо, таща за собой Жара. Однако и услышанного более чем хватало. Солнышко тоже в опасности! Надо как можно скорее предупредить Ореолу!

Он повернулся к реке. Вещунья снова сидела на берегу, печально опустив крылышки. Серебристые чешуйки на них сияли кровавыми рубинами в огненно-золотых отсветах пылающей лавы.

– Раз уж до меня никому нет дела, – подал голос Брюх, – слетаю, поищу какую-нибудь дичь – если только она водится на этом дурацком острове! – Он потоптался на месте в ожидании ответа и, не дождавшись, взмыл в вышину.

Ночной дракончик подсел к Вещунье и обвил её хвостом.

– Полетели в казарму, надо отдохнуть, – шепнул он. – Ты, наверное, так и не спала?

– Да как можно… – начала она запальчиво и осеклась. – На самом деле, что ещё остаётся? Кошмарные сны – ерунда по сравнению с этим.

Звездокрыл понятливо кивнул. Подал ей лапу, и они полетели к крепости.

Казарма оказалась пустой. Очевидно, местные драконята сидели на уроках, изучая что-нибудь более полезное, чем способы сталкивания друзей в горящую лаву, и уж точно не задумываясь о бесполезности своей жизни.

Вещунья в изнеможении опустилась на лежанку и прикрыла глаза. Ночной дракончик уже собирался лечь сам, но услышал её голос:

– Тебе повезло…

– Что? – удивился он.

– Я хотела сказать – повезло, если он сказал правду. – Она печально взглянула на него, закутавшись в крылья и обернувшись хвостом. – Ну, про то, что у тебя нет способностей… я сама всегда так собой гордилась, но что толку, если не можешь предсказать, что случится с твоими друзьями, а видения все только про моржей, вечеринки и счастливое возвращение домой. Кому интересна такая ерунда?

– А ты… – помялся Звездокрыл. – Ты знаешь своих родителей? В смысле, вы все.

– Отец Кальмара – в самом деле предводитель Когтей мира. Вообще, у них у всех родители оттуда, потому Провидец нас и выбрал – мы удобные. – Вещунья поморщилась. – Наверное, ты единственный ночной, который вылупился в трёхлунную ночь… а я – только через пару месяцев… здесь. Помню смутно огонь и здешний запах… то есть, вспомнила, когда попала сюда… Провидец забрал меня почти сразу и отдал Когтям.

– Понятно, – кивнул дракончик, – это был их запасной план. Ещё одни драконята, которые всегда наготове на случай, если мы вырастем какими-нибудь не такими. – Он зябко повёл крыльями.

– Мне нравится, каким ты вырос, – тихо проговорила Вещунья.

Он благодарно пожал ей лапы.

– Ты мне тоже нравишься – больше, чем другие, кто вырос здесь. Думаю, нам с тобой обоим повезло.

Вещунья кивнула, но печаль в её глазах осталась.

«Мне повезло куда больше, – подумал Звездокрыл, – потому что я вырос среди настоящих друзей».

И правда, жестокость воспитателей с лихвой перевешивалась заботливой добротой Глина, свирепой верностью Цунами, мудростью и остроумием Ореолы… не говоря уже о Солнышке. Ах, Солнышко!..

Чувствуя себя почему-то виноватым, дракончик неловко отпустил лапы Вещуньи.

– Я вижу, ты очень скучаешь по своим друзьям, – вздохнула она.

Он кивнул, удивляясь её проницательности. Или по нему так хорошо видно?

– Иногда мне кажется, что таких замечательных друзей нет во всей Пиррии!

Вещунья снова вздохнула.

– Наверное, так и есть.

«Разве что ты», – подумал Звездокрыл.

– Постарайся заснуть, – сказал он вслух, погладив её по крылу.

Он послушно закрыла глаза, и дракончик пошёл к своей лежанке. Прислушался к ровному дыханию Вещуньи – кажется, спит. Тогда он осторожно протянул лапу к щели, где прятал волшебный камень.

– Звездокрыл?

Дракончик чуть не подпрыгнул до потолка. Обернулся – на пороге стоял Гений и с любопытством глядел по сторонам.

– Давно тут не был, – хмыкнул он. – Провидец подсказал, где тебя найти… у меня небольшая проблема, надо бы посоветоваться.

Звездокрыл попятился в сторону, стараясь не смотреть туда, где лежал приснилл. Как же не вовремя явился его чудаковатый папаша! Надо срочно связаться с Ореолой, чтобы приставила к Солнышку охрану!

Однако Гений нетерпеливо протянул крыло, и стало ясно, что отвертеться без убедительных объяснений не удастся.

– Пошли, пошли! – торопил отец. – Ты уже видел нашу чудесную библиотеку?

Бросив тоскливый взгляд на лежанку, дракончик неохотно потащился следом за ним.

«Солнышко, я тебя спасу! Обещаю!»

Глава 20

Гений с наслаждением вдохнул воздух библиотеки.

– Запах свитков всегда меня успокаивает, – пояснил он, обводя крылом стены.

– Меня тоже, – признался Звездокрыл неохотно. Теперь, когда он знал, как обращается отец с несчастными узниками, быть похожим на него совершенно не хотелось.

Страшно даже вообразить, каким мог стать он сам, если бы не попал к Когтям мира. Вырос бы под крылом у отца и помогал бы мучить радужных, не чувствуя ни вины, ни сострадания. Изобретал бы новые и новые жуткие эксперименты, даже не думая о том, что подопытные – такие же драконы, как он сам… Жрал бы тухлятину вместе со здешними драконятами, летал с ними на уроки, спорил с Зубастой и верил, что принадлежит к самому высшему и цивилизованному из племён Пиррии.

Хотя… если у него нет особых способностей, то и здесь он в конце концов стал бы изгоем. Кто из ночных станет водиться с таким? Нет, не то чтобы ему очень хотелось… но и бесполезным быть неприятно.

– Так, поглядим… – бормотал Гений, сев за стол и просматривая каталожный свиток, намотанный с двух концов на стержни с рукояткой. Дойдя до буквы «М», он остановился на «Медицине». Промычал что-то, задумчиво оглянулся на стену с нишами. – Помоги мне сообразить, сынок… Королева очень недовольна сегодняшним несчастным случаем с небесным дракончиком. Боюсь, к следующему утру он умрёт – если срочно не отыщется противоядие. Ну и, само собой, всё взвалили на меня – как будто я и так не загружен по самые рога с изготовлением противорадужных шлемов – для всего племени и всего за два дня! Да-да, на основе того самого несовершенного прототипа, поскольку улучшать его уже некогда. – Он встал и прошёлся вдоль стены, доставая свитки один за другим.

– За два дня, говоришь? – хмыкнул Звездокрыл с деланной небрежностью.

– Ну, на случай, если совет решит нанести удар, – скривился Гений. – Я пытался объяснить, что исследование не закончено, а потому нет никакой гарантии успеха, но…

«А я могу гарантировать, что успеха не будет», – подумал Звездокрыл, вспоминая взгляд Ореолы.

Ночной дракон нетерпеливо щёлкнул хвостом.

– Так что если у тебя, сынок, есть какие-то идеи, высказывай их, не стесняйся!.. Проблема в том, что я никогда не изучал пристально яд песчаных. Сам понимаешь, раздражать союзника нельзя – строжайшее указание сверху… Однако если он хоть сколько-нибудь похож на яд радужных, то противостоять ему не может ничто.

Звездокрыл удивлённо моргнул. Значит, отец не в курсе, что яд радужных можно нейтрализовать ядом кровного родича? Надо же, никто из пленников не выдал секрета, вот молодцы! Похоже, их племя крепче и умнее, чем принято считать.

А ещё поразительно то, что при всех своих знаниях и библиотеке, набитой свитками, ночные драконы не имеют понятия о таких важных вещах, как действие кактусового сока. Между тем Солнышко вытянула секрет у Пламени, сестры Ожог, почти сразу.

Вот она, цена изоляции! Ночные драконы ни с кем не общаются, чтобы казаться таинственными и могущественными, и тем самым ослабляют себя, не подозревая о многом, что известно другим племенам. Не надо считать себя выше окружающих и презирать их, тогда и узнаешь больше.

Тем временем Гений мрачно бормотал, водя носом по очередному свитку:

– Нет, это вряд ли… Такое уже пробовали на радужных, не вышло… и это сомнительно…

Если бы ночные, продолжал размышлять Звездокрыл, меньше мучили драконов и лелеяли свои секреты, а изучали, к примеру, свойства растений в дождевом лесу, насколько образованнее они могли бы стать!

Он обратил внимание, что раздел библиотеки, где они стояли, был обозначен «Только для ночных». Дракончик вытащил из ниши наугад один из свитков и с любопытством развернул. Там оказался трактат двух авторов о завоевании племени радужных. Один планировал всех их убить, в то время как другой доказывал, что обращение в рабство будет полезнее в долгосрочной перспективе.

Передёрнувшись, Звездокрыл сунул свиток на место так поспешно, что помял его и чуть не порвал.

Отец взглянул на него, отвлёкшись от пергамента.

– Ну как, сынок, придумал что-нибудь? – И, не ожидая ответа, продолжал: – Возможно, придётся просить совета у Ожог, хоть я и опасаюсь, что она потребует взамен какие-то другие ценные сведения, например, о местоположении нашего острова… – Он поморщился и почесал гребень. – Не уверен, что было бы разумно увеличивать её влияние на нас.

– Определённо, нет, – твёрдо сказал Звездокрыл. – Я ей не доверяю.

Гений понятливо кивнул.

– Ну да, ну да… Боюсь только, союзнические отношения не всегда основаны на доверии. – Он достал новый свиток и стал разворачивать.

Ночной дракончик нервно сжал когти. Он знал средство от яда песчаных. Что делать – рассказать о нём Гению? С одной стороны, увеличивать знания ночных опасно, они запросто могут использовать их во зло – например, чтобы завоевать песчаных, не опасаясь больше их яда, или, допустим, забрать себе все кактусы из пустыни, чтобы никто, кроме самих ночных, не мог от него излечиться. Да мало ли что… судя по тому, что здесь творится, они способны придумать такое, что трудно заранее представить.

С другой стороны… без противоядия дракончик Жар завтра умрёт. Никакой другой надежды для него нет. Если рассказать Гению прямо сейчас, можно, наверное, успеть как-нибудь добыть драгоценный кактус и спасти Жара.

Разве это не важнее? Разве друзья не поступили бы так же? Солнышко, Глин – точно. А вот Ореола… трудно сказать. Может быть, новая королева радужных предпочла бы думать об интересах племени?

Зато совершенно ясно, что сказала бы сейчас Цунами: «Звездокрыл верен себе – только рассуждает, вместо того чтобы делать».

Что ж, в таком случае лучше не рассуждать, а поступить так, как поступила бы Солнышко!

Он уже хотел заговорить, как в библиотеку ворвались трое стражников в доспехах.

– Гений, тебя немедленно требуют в зал совета!

Учёный дракон вскочил и принялся ловко рассовывать свитки по нишам, сверяясь с ярлычками.

– Что случилось? – спросил он, оглядываясь.

– Рейд сорвался, – буркнул другой стражник. – Её хотели взять во время дежурства у выхода из туннеля, но там прятались ещё десятка четыре драконов, вроде как охрана. Ты бы видел, что сделали с тремя нашими, что прошли на ту сторону!

– Не сделали, а сделала, – поправил ещё один. – Сама морская, почти в одиночку.

Звездокрыл с трудом скрывал радость, бьющую ключом. Только бы стражники не заглянули в его мысли! Ну конечно же, они говорят о Цунами! Она отбилась, она в безопасности, ура! Его предупреждение оказалось кстати.

Первый стражник мрачно покачал головой.

– Очень надеюсь, что её величество не пошлёт теперь туда меня. Я лучше сам выковыряю себе глаза, чем стану связываться с этой…

– Говорят, она Мудрости ухо почти откусила, – добавил его товарищ.

– Лекари уже прибыли, но королева зовёт и тебя, поторапливайся!

Гений убрал в нишу последний свиток и поспешил за стражниками. Ночного дракончика никто не прогонял, и он рискнул пойти следом в надежде разузнать что-нибудь новое.

Зал совета содрогался от гневного драконьего рёва. У входа лежали трое солдат, по виду которых можно было легко понять, что с Цунами связываться и впрямь опасно. Распоротые крылья, укушенные хвосты, окровавленные морды… Двое драконов с бинтами и мазями хлопотали над ранеными.

– Чем дольше мы ждём, тем сильнее они становятся! – выкрикнул кто-то из советников. – Они могут напасть в любой момент!

– Заложить выход из туннеля, чтобы никто не смог пройти! – потребовал другой. – Только так мы обезопасим себя!

– Разве что на несколько дней, – возразила принцесса Власта, выслушав ответ королевы. – И как тогда быть с нашим планом? Что станет с племенем? Туннель нам необходим!

– Тогда ударим прямо сейчас! – проревел какой-то старик с потолка.

– Одни, без песчаных? – раздался громовой бас Провидца.

Звездокрыл разглядел чёрного великана среди других советников неподалёку от ширмы, где сидела принцесса. Провидец смотрел в другую сторону, и дракончик поспешно спрятался за спину отца.

– Наш план осуществляется успешно, – продолжал Провидец. – Мы нашли союзников, и у нас есть драконята судьбы… почти все. Требуется лишь время, чтобы подготовить их и сосредоточить войска. По первоначальному плану оставалось ещё два года…

– Ты посмотри на этих солдат! – перебил его другой ночной, указывая на раненых у входа. – Какие два года, у нас нет и двух дней! Твои драконята от лап отбились, делают что хотят! Сумели настроить против нас даже радужных, план срывается! Надо напасть немедленно и перебить врагов! А драконят запереть, пока ещё чего-нибудь не натворили.

– Мы не готовы, – пророкотал старый дракон с выбитым клыком. – Гений говорит, надо узнать о радужных побольше.

– Мы знаем, как их убивать! Что ещё надо?

– А где специальные доспехи? Где шлемы против яда? Куда смотрят наши изобретатели?

– Чтобы сделать четыреста шлемов, нужно больше трёх дней! – встопорщил гребень Гений.

Сверкнув алмазами, принцесса Власта встала во весь рост и широко распростёрла крылья. Драконы мгновенно умолкли и повернулись к ширме. Принцесса наклонила голову, прислушиваясь. Звездокрылу на миг показалось, что он слышит морозный скрежет королевского голоса.

Наконец принцесса выпрямилась и окинула зал, полный драконов, пронзительным взглядом.

– Королева Доминанта сказала своё слово! – объявила она. – Откладывать наступление больше нельзя. – Она помедлила, сверкая чёрными глазами, но возражать на этот раз никто не решился. – Мы нанесём удар под покровом темноты, убьём всех радужных и захватим их лес… – в зале повисла зловещая тишина. Драконы затаили дыхание. – Сегодня в полночь!

Часть третья

Правда

Глава 21

Звездокрыл мчался по пустым коридорам. Все драконы в крепости столпились у зала совета, прислушиваясь к перепалке внутри. Протолкавшись сквозь толпу, дальше дракончик не встретил никого до самой казармы.

Срочно предупредить! Это будет первая настоящая помощь общему делу. Скорее, скорее…

Вещунья по-прежнему спала, укутавшись крыльями; её бока мерно вздымались. Кроме неё, в казарме никого. Очевидно, все драконята тоже там, среди толпы.

Он подбежал к своей лежанке и просунул лапу в заветную щель.

Даже сейчас, среди дня, кто-то наверняка спит. Может быть, опять Кинкажу, а если не она, так другие радужные. Даже Ореола могла прикорнуть на часок. Неважно кто, главное – передать сообщение. Иначе после полуночи все они умрут!

Сомкнувшиеся когти ощутили пустоту.

Сердце дракончика замерло, он скорчился и стал лихорадочно шарить под лежанкой, проверяя все щели и дыры.

Потом отбросил одеяло, поискал в углах вдоль стены. Проверил лежанки по соседству… Кровь бешено стучала в висках.

Приснилл исчез.

– Нет! Нет! – шипел он, снова и снова запуская когти в щель.

Как это могло случиться?

Не могла же сапфировая звёздочка исчезнуть сама по себе?

Значит, кто-то подсмотрел – ну конечно, тот самый, кто стянул с него одеяло прошлой ночью. Всё понял и забрал, когда все ушли и спальня опустела.

Неужели Провидец? Заметь он магический приснилл в когтях у дракончика, тому бы не поздоровилось. Тогда почему промолчал? Может, просто было некогда, и наказание ещё впереди?

Ладно, это всё ерунда. Главное, что делать теперь?

– Звездокрыл?

Дракончик испуганно обернулся. Он и не заметил, как Вещунья проснулась и неслышно подкралась сзади.

Она села на соседнюю лежанку и заглянула ему в глаза.

– Звездокрыл, ты что мечешься, как воришка с откушенной головой?

– Да так, потерял кое-что… То есть, оставил здесь, а теперь не найду. Так некстати… Ты никого здесь не видела, пока меня не было?

Вещунья покачала головой.

– А что за вещь?

– Ну… – Дракончик замялся, не зная, что ей можно сказать. Пожалуй, на острове нет больше никого, достойного доверия, а помощь потребуется… но решится ли ночная предать родное племя?.. – Ты хочешь помочь радужным? – спросил он наконец.

– Тем бедолажкам? – Она жалостливо вздохнула. – Конечно, хочу!

– Не только им, – покачал головой Звездокрыл. – Гибель грозит всему их племени. Ночные собираются напасть на них через потайной ход, о котором я тебе говорил. Они перебьют всех радужных… сегодня ночью.

Она испуганно ахнула.

– За что? Зачем?

– Чтобы забрать себе дождевой лес. Да, именно так. Я хочу им помешать, поможешь мне? Но тогда ночные навсегда застрянут на своём острове – их тоже жалко, здесь плохо, – и всё-таки я не могу позволить так поступить с радужными.

– Я тоже не могу! – воскликнула она. – Говори, что делать.

– Ну… пока не знаю.

Вещунья сердито огрела его крылом.

– Сначала меня накручиваешь, а потом сам не знаешь, что делать! Надо предупредить радужных, так?

Звездокрыл мрачно кивнул на свою лежанку.

– Вот я и хотел, но волшебный камень пропал, и теперь… – Он снова обернулся к Вещунье – и едва успел схватить её за хвост на полпути к выходу. – Эй, ты куда?

– К радужным, конечно! – недоумённо фыркнула она. – Мы же решили их предупредить!

– Куда, прямо в лес? – У дракончика заколотилось сердце, коленки дрогнули, но в голове упрямо билось: «Да! Да! Прямо туда, и срочно!» Он принялся нервно расхаживать туда-сюда, ощущая ледяные мурашки страха. – Поверху не долетим, слишком далеко! Только через потайной ход – но как? Там миллион стражников наверняка, а я не Глин и не Цунами, не справлюсь даже с одним из драконят, не говоря уже о толпе взрослых драконов!

Вещунья упрямо встопорщила гребень.

– Всё равно надо попробовать! Что ещё остаётся? – Она прижала лапы ко лбу и с улыбкой объявила: – У меня предвидение, что всё получится! Начнём, а там видно будет.

– Не хочу спорить с твоими видениями, – поморщился Звездокрыл, но могу точно сказать, где мы закончим: в камере рядом с Потрошителем, если повезёт, а если нет, то в жерле вулкана.

Она задумалась, уныло опустив крылья, потом вдруг снова оживилась.

– А если так: я отвлекаю стражников, а ты незаметно проскакиваешь? Моё видение говорит – сработает!

Звездокрыл с сомнением покачал головой.

– Потрошитель уже отвлекал их, когда помог добраться сюда Глину, – не думаю, что они поведутся во второй раз. Надо придумать что-нибудь похитрее, как-то их обмануть… Кого бы они могли пропустить в туннель? – Он задумчиво побарабанил когтями по полу. – Туда проходили солдаты, которых посылали за Цунами. Может, скажем, что нас послали за Солнышком?

Вещунья окинула себя и его критическим взглядом.

Ночной дракончик вздохнул.

– Да уж, двоих драконят вряд ли пошлют. Лично я бы ни за что не поверил. – Размышляя, он рассеянно поднял какой-то свиток с лежанки Чтицы и стал вертеть в когтях. – Хм… кто бы ещё мог пройти, и зачем?

И вдруг застыл на месте, будто поражённый молнией.

– Ага! – встрепенулась Вещунья. – У тебя есть идея?

– Кажется, да. Во всяком случае, стоит попробовать… только понадобится ещё кое-кто.

Во время своих ночных блужданий Вещунья успела побывать и в палате лекарей, так что дорогу они нашли без приключений.

Звездокрыл заглянул внутрь с опаской, однако, как он и надеялся, все лекари были в зале совета с ранеными солдатами, которых посылали за Цунами. В просторном помещении на узких каменных койках метались в беспокойном сне пациенты – большинство, судя по виду, с ожогами от лавы, и ещё двое со свежими следами яда радужных. Последние, очевидно, пострадали во время побега Ореолы. От коек исходил слабый аромат мака и аниса, и Звездокрыл догадался, что больным дали снотворное.

На койке у стены рядом с простым очагом, где пылал огонь, крепко спал дракончик Жар. Неплотная повязка на голове позволяла увидеть, каких бед натворил ядовитый шип Эфы. Страшная рана, из которой сочилась кровь вперемешку с чем-то тёмным, тянулась от уголка пасти поперёк всей морды, проходя прямо через глаз.

– Бедняга Жар! – Голос Вещуньи дрогнул.

– Ну, не всё так плохо, как я боялся, – шепнул в ответ Звездокрыл, стараясь сам себе верить. – Только один глаз задело… если повезёт, сможет видеть другим.

– Это если выживет, – вздохнула она.

– Ну да, ну да, – покивал он.

– Даже жалко его будить…

– Куда деваться… – Звездокрыл осторожно дотронулся крылом до плеча раненого. – Жар! Жар, проснись, это очень важно.

Небесный дракончик чуть разлепил уцелевший глаз. Увидел драконят и со стоном зажмурился.

– Ты должен пойти с нами, – прошептала Вещунья.

– Мы знаем, как спасти тебя, – подхватил ночной дракончик, – но лететь нужно прямо сейчас, откладывать нельзя.

– Зачем вам спасать… меня? – чуть слышно пролепетал небесный.

Вещунья горько вздохнула.

– Ты мой друг, и вообще так надо!

Ответом было лишь невразумительное мычание.

Звездокрыл слегка ткнул его в бок.

– Затем, что твоя трагическая физиономия поможет нам убраться с этого острова!

Помолчав, Жар приподнял голову и прищурился.

– М-м… Это другой… разговор. – Голос его стал твёрже, хотя ещё дрожал.

Опершись на плечо Звездокрыла, небесный сполз с койки и сделал несколько нетвёрдых шагов к двери. Вещунья выглянула в коридор, затем обернулась и кивнула – пусто. Драконята медленно двинулись к ближайшему балкону, который выходил на склон горы над пещерами узников.

Ночной дракончик остановился на краю, глядя вдаль. Там виднелся чёрный песок на берегу, и где-то в стороне был вход в туннель, ведущий в дождевой лес к друзьям. А перед входом – неизвестно сколько страшных ночных солдат, которые могли, не раздумывая, засадить всех троих драконят за решётку в жарком подземелье до конца жизни – то есть, до очередного извержения вулкана.

Звездокрыл встряхнулся. Не время бояться, сказал он себе. Если больше ничего делать не остаётся, значит, надо делать!

Поддерживая Жара с двух сторон, они поднялись в воздух и полетели к берегу.

Глава 22

Отыскать потайной туннель оказалось нетрудно. Едва долетев до чёрных прибрежных дюн, драконята увидели у одной из пещер на склоне утёса отряд вооружённых ночных.

– Держись уверенней, – шепнул ночной дракончик Вещунье, вспоминая, как Цунами осадила морских солдат, – как будто просто делаешь своё дело.

– Ну да, – кивнула она, – так оно и есть.

Чего-чего, а уверенности в себе у Вещуньи всегда хватало. Самому Звездокрылу было куда труднее следовать собственному совету. Только бы вести из зала совета не успели дойти сюда, и солдаты не знали о предстоящей ночной атаке!

Драконята приземлились перед самым входом в пещеру, шатаясь под тяжестью обвисшего Жара. Небесный осел на песок, устало повесив голову. По-видимому, полёт отнял у него последние силы.

– Мы всё сделаем, ты только держись, – шепнул Звездокрыл, сжимая его лапу.

– Вы кто такие? – рыкнул здоровенный стражник, грозно нависая над драконятами. На небесного он глянул с особенным подозрением.

Вот он, главный момент! Звездокрыл подобрался, стараясь успокоиться. Должно получиться – не зря же они в пещерах столько играли в ролевые игры!

– Вы разве не получили приказ? Ну вот, так и знал… – фыркнул он, подражая Цунами, но голос получился совсем не её, какой-то писклявый и даже с жалобной ноткой.

Ну что ж, и на этом можно сыграть. Не получилась разгневанная Цунами, пусть будет начитанный нервный Звездокрыл!

Он ткнул хвостом в небесного и продолжал:

– Это один из драконят судьбы – тот, которого утром ранила шипом песчаная. – Нагнулся и чуть приподнял повязку, показывая рану, сочащуюся ядовитым гноем. Стражники с ужасом отшатнулись. – Звездокрыл выпрямился, сложив крылья на груди с видом лектора. – Яд песчаных действует быстро и крайне опасен, поэтому её величество приказала нам срочно доставить раненого в дождевой лес, а оттуда – в Песчаное королевство, где его могут вылечить.

– Вам приказала? – скептически усмехнулся главный стражник.

Ночной дракончик тяжело вздохнул.

– Да я и сам боюсь ужасно… – Теперь его дрожащие лапы не вызовут таких подозрений. – Но… но королева сказала, что радужные только меня пропустят и не прогонят… Меня знают те драконята судьбы, которые у них. Они думают, что я на их стороне. – Он усмехнулся. – Представляете? Ночной – друг морских с земляными, и даже радужных!

Солдаты закивали, переглядываясь, но командир продолжал смотреть с подозрением.

– Мне нужно подтверждение приказа, – буркнул он, взмахом крыла подзывая к себе вестового.

– Ну конечно… – простонал Звездокрыл, уныло свесив крылья. – Так и знал, так и знал… Теперь она совсем взбесится, а виноватым окажусь я! – Переглянувшись с Вещуньей, он снова обратился к стражнику: – А я ведь говорил, что вам придётся послать кого-то в крепость за подтверждением, и пока он будет летать туда-сюда, больной умрёт! Только разве кто-то станет меня слушать? Говорят, не волнуйся, мол, солдаты как увидят рану, тут же пропустят! Как же, как же… – Он трагически заломил лапы. – Да, я волнуюсь, но никогда не волнуюсь зря!

– Хм… – Командир стражников насупился, переминаясь с лапы на лапу. Похоже, он уже нервничал сам. – Что, ему и впрямь так плохо?

– Да ладно, – махнул лапой ночной дракончик, – всё нормально, я и сам бы так же поступил. Пускай, если хочет, казнит нас всех, но мы исполняем свой долг! – Он кивнул вестовому. – Давай, лети! Только скажи, что это уже неважно, всё равно он умрёт, пока ты вернёшься.

Он незаметно пихнул хвостом небесного, и тот послушно застонал, изображая предсмертные мучения.

– Нет! – внезапно выскочила вперёд Вещунья. – Он не должен умереть! – Она сердито повернулась к Звездокрылу, как будто продолжая неоконченный спор. – У нас больше нет небесных, без него пророчество не исполнится! Провалится весь план, и племя не сможет переселиться в дождевой лес!

Солдаты за спиной у командира глухо забормотали, вытягивая шеи, чтобы взглянуть на Жара.

– А что ты предлагаешь? – запальчиво спросил ночной дракончик. – Он не может просто так пропустить в потайной ход каких-то двоих драконят, да ещё и с небесным в придачу! А вдруг мы там… ну, мало ли… – Он вопросительно обернулся к командиру.

– Ну, не знаю, – помялся тот, перекладывая копьё из лапы в лапу. – Устав требует…

– Поняла? – Звездокрыл назидательно кивнул Вещунье. – Устав!

Жар снова застонал и стал хватать воздух пастью.

– Командир! – подала голос одна из стражниц. – Может, пропустим их? Королева права: этот ночной только один и может пройти через лес, а оттуда – к песчаным. Мы ведь его из леса и притащили. Пускай достанет лекарство для этого небесного, раз уж он так нужен.

Звездокрыл ответил ей благодарным взглядом.

Большой дракон в нерешительности сжимал и разжимал когти.

– Только смотрите у меня, без глупостей! Туда и назад!

– К ночи вернёмся, будьте спокойны, – пообещала Вещунья. – Может, даже успеем что-нибудь разузнать об их планах. Ему уж точно расскажут. – Она кивнула на Звездокрыла. – Он их мигом обведёт вокруг когтя.

Солдаты снова закивали.

– И то верно!

– Пропустим их!

Командир неуверенно глянул в сторону крепости, потом махнул лапой и отступил, освобождая вход.

Звездокрыл подхватил Жара под крыло и вместе с Вещуньей потащил по коридору к внутренней пещере, где от тёмной дыры в стене исходил тот самый хорошо знакомый по лесу жутковатый холодок.

Часовые разглядывали драконят так пристально, что Звездокрыл уже ждал, что вот-вот кто-то, прочитав его мысли, выкрикнет: «Обман! Хватайте их!» Постаравшись вытеснить из головы всё лишнее, он стал монотонно твердить про себя: «Жару нужно лекарство от яда песчаных. Мы ведём его, чтобы спасти».

Никто их не остановил. Видимо, правда послужила хорошей маскировкой. Когда они подошли к самой дыре, одна из стражниц вдруг шагнула навстречу, и он едва не отшатнулся в страхе, но оказалось, что она просто хотела помочь подсадить раненого. Облегчённо вздохнув, дракончик кивнул и пролез следом сам.

Удалось! Но что ждёт впереди?

Туннель был тесноват, но всё же позволял взмахнуть крыльями. Вещунья летела первой, за ней едва держался в воздухе Жар, невыносимо медленно поднимаясь по извилистому ходу. Становилось тепло и влажно, впереди отдавались эхом стрекот цикад и пронзительные крики обезьян. Вещунья радостно оглянулась на Звездокрыла, но он не мог выдавить даже подобие ответной улыбки, пока не ощутит под своими лапами мягкую лесную подстилку.

В глаза ударил зеленоватый солнечный свет. Вещунья нетерпеливо порхнула вперёд, оставив небесного дракончика далеко позади. Послышался её визг, который тут же прервался.

Звездокрыл с силой вытолкнул Жара наружу и рванулся на выручку. Здесь стоял чудесный солнечный день. С деревьев свешивались лианы с пышными пурпурно-лиловыми соцветиями, из изумрудной листвы высовывали мордочки серебристо-серые ленивцы, с любопытством разглядывая нежданных гостей. Большая птица прошествовала мимо, волоча за собой длинный ярко-синий хвост и подозрительно кося блестящими бусинками глаз.

– Стоять! – послышался резкий окрик. – Морду в землю! Крылья на голову и сопротивление бесполезно! Лапы вперёд, чтобы я их видела!

Звездокрыл не очень понял, с чего начинать, но думать было некогда – он искал Вещунью. Описав над поляной круг, он наконец заметил её на земле возле ручья. Оранжево-золотистый радужный, навалившись сверху, сноровисто обматывал ей пасть пучком лиан. Внезапно в воздухе перед ночным дракончиком материализовалась ещё одна радужная.

– Сдавайся, ты мой пленник! – крикнула она. – Спасайся кто может!

– Манго, не говори что попало! – одёрнул её знакомый голос. Из ветвей над головой вынырнула Цунами: – Ты хоть головой подумай сначала немного, прежде чем… Ой, Звездокрыл! – радостно вскрикнула она.

С другой стороны из кустов взлетело что-то огромное и с ходу врезалось в дракончика, едва не подбросив к верхушкам деревьев. Широкие бурые крылья обхватили его. Глин!

– Гляди-ка, сам сбежал! – Цунами отпихнула земляного и на смену бурым крыльям пришли тёмно-синие. – Чудеса да и только! Но как… как?

– Всё расскажу, но сначала мне надо к Ореоле! – Звездокрыл оглянулся, надеясь увидеть где-нибудь в кустах и Солнышко, но золотистой малютки нигде не было. Он торопливо кивнул на Жара. – Этому небесному срочно нужен тот кактус из пустыни, его песчаная задела шипом!

– Ох ты, вот бедняга, – протянул Глин, наклонившись над распростёртым на земле ярко-красным телом.

Он приподнял раненому морду, заглянул под повязку, затем поднялся и махнул крылом. С деревьев слетели ещё шестеро радужных. Мигом добыв плетёную сеть из лиан, они перенесли в неё Жара и поднялись в воздух.

– К целителям его, скорее! – распорядился земляной.

– Про сон Ореолы мы знаем, – говорила тем временем Цунами, ласково обвивая Звездокрыла хвостом. – Просто не верится, что такое бывает!.. Забыла только предупредить об охранниках, которых ко мне приставила. Весело получилось… Ты только представь: едва на меня кто-нибудь нападает, из ничего вдруг появляются семеро малиновых драконов и бьются в истерике!

– Ну, мне бы в своё время это не повредило, – хмыкнул дракончик, чувствуя, как солнечные лучи просачиваются сквозь чешую и прогоняют из души тёмный ужас последних дней. – А ты ночных до лунного обморока напугала, – усмехнулся он. – Это было что-то.

Сияющая Цунами гордо задрала нос.

Глин кивнул на связанную ночную.

– А это кто?

– Вещунья, из тех других драконят, о которых я говорил Ореоле, – сказал Звездокрыл, – ей можно доверять.

Цунами подала знак радужным, и вскоре Вещунья присоединилась к компании, на ходу срывая с пасти лианы.

– Привет! Чудесное здесь у вас местечко, неудивительно, что ночные положили на него глаз. У меня даже в видениях такой красоты не бывало! – Она горячо пожала лапы Глину. – А что тут можно есть? Вы не поверите, у меня целую неделю маковой росинки в пасти не было!

Она продолжала трещать без умолку, и Звездокрыл сам почувствовал отчаянный голод, но пока было не до того.

В мирный радужный лес ломилась кровавая война, как бы кто ни старался её предотвратить.

Останется ли он таким же чудесным после сегодняшней ночи?

В памяти вставали страшные картины пережитого: арена небесных, трупы земляных в болоте, горящие живыми факелами морские под бомбами в Летнем дворце.

Среди цветов и зелени под тёплым солнцем трудно представить себе такое, но огонь и страх легко могут добраться и до этих безобидных изнеженных драконов – Звездокрыл видел жестокость своих сородичей и знал, как отчаянно они стремятся обрести новый дом. Они не остановятся ни перед чем, лишь бы спастись со своей огнедышащей горы.

Вещунья жадно поедала фрукты, которые притащил Глин, но ночной дракончик не мог даже смотреть на еду, пока его друзья не окажутся в безопасности.

«А наступит ли когда-нибудь такое время?» – грустно подумал он.

– Мне надо к Ореоле! – нахмурившись, сказал он. – Ночные нападут сегодня.

Цунами ахнула, и громкое аханье эхом отозвалось со всех сторон. Она грозно нахмурилась, окидывая взглядом пустые с виду ветви.

– Сказала же: летите все в деревню! Мне не нужна охрана, я сама о себе позабочусь! – Не получив ответа, она безнадёжно махнула лапой. – Теперь не прогнать. Ты не поверишь, как они все вмиг привязались к Ореоле. Любое её слово – закон.

– Здорово, – улыбнулся Звездокрыл. Хотя бы одна из драконят нашла себе место в родном племени.

– Для военных дел, конечно, – согласилась Цунами, – а вот для головы… Не закружилась бы. – Она махнула крылом, подзывая радужного, который вязал Вещунью. Та глянула на него с опаской, но оранжевый дракон ухмылялся вполне безобидно. – Отведи этих ночных к королеве!.. Мы с Глином пока тут подежурим, – объяснила она Звездокрылу, – в такой ясный день все радужные завалятся спать.

– Понятно, – кивнул он.

– Но если будете обсуждать оборону, меня позовите, – добавила она строго.

– Само собой.

Дракончик расправил крылья, размышляя. Сколько времени осталось до темноты? Да и станут ли ночные ждать ночи, узнав, что драконята сбежали? Провидец сразу смекнёт, что радужных они предупредят. Возьмут, да и ударят прямо сейчас… может, уже летят.

Он тревожно покосился на дыру в стволе.

– Будь осторожнее.

– Я всегда готова, не волнуйся. – Цунами зловеще сжала когти.

Наверху солнца и ярких красок было ещё больше. Стайка крошечных пурпурных птиц выпорхнула из путаницы лиан, и Вещунья в страхе отпрянула. Она то и дело провожала взглядом полёт мерцающих голубых бабочек, а один раз нечаянно вспугнула большого пятнистого кота, который чуть не свалился с ветки, где спал.

– Даже не верится, что на свете бывает такая красота! – твердила она, вертя головой.

– В деревне радужных тоже неплохо, – откликнулся Звездокрыл.

– Как же жалко бедных ночных! – Она блаженно подставила морду солнцу. – Разве они виноваты, что их остров такой мрачный? Вот интересно, если бы они росли в каком-нибудь таком месте, то не могли бы тоже стать весёлыми и добрыми?

– Может, и так, хотя… Мне кажется, главное – это выбор, который ты делаешь, и неважно, кто ты и где вырос. Ночные его сделали – стали похищать и мучить радужных, поэтому мне трудно их жалеть.

– Тоже верно, – вздохнула Вещунья и надолго замолчала, что было на неё совсем не похоже.

Оранжевый дракон привёл их к хижине в кроне дерева, той самой, где ночной дракончик уже побывал во сне. Солнечный свет и свежие лесные ароматы лились сквозь широкие окна, а Ореола стояла у деревянного столика, на котором, правда, в реальности не было свитков. Трое радужных дракончиков разных оттенков зелени выстроились перед ней, судя по всему, для доклада.

Заметив летящих гостей, королева радостно вскинула крылья.

– Звездокрыл! – Затем царапнула себя когтями по плечу. – Нет, не сплю, ты и впрямь здесь!

Ночной дракончик опустился на плетёный пол хижины.

– Да, удалось выбраться – вот, с Вещуньей, познакомься – уж больно срочная новость… – Он обвёл взглядом кроны деревьев. – А где Солнышко?

– Учит драконят читать, а может, помогает целителям ухаживать за Ластом, – неопределённо махнула крылом Ореола. – Так что за новость?

– Ночные решили напасть сегодня в полночь… а может, и раньше, если сообразят, зачем я сбежал.

Ореола встопорщила гребень.

– Сегодня? – Она тяжело уселась за стол, потёрла лапами голову, потом глянула на придворных. – Мангра ко мне, срочно… а ты найди Грацию! – Двое зелёных дракончиков кивнули и разом взмыли в воздух.

– У меня есть пара предложений… – начал Звездокрыл.

– Надеюсь, хотя бы одно из них – напасть первыми, – вставила Ореола, – потому что это мой собственный план. – Она глянула на солнце. – Через час войско будет готово к бою. Организовать радужных не так уж сложно – всё равно что заставить сотню бабочек лететь строем.

– Звездокрыл?

Он заметил уголком глаза блеск золотой чешуи и стремительно развернулся всем телом, наполняясь радостью и счастьем. Солнышко!

Глава 23

Золотистая крошка обняла его своими тёплыми крылышками, и Звездокрыл тоже обнял её, чувствуя себя на вершине блаженства. Такие мгновения были лучшими в его жизни.

– Как я рада, что у тебя всё обошлось! – Она отступила на шаг, осматривая его, не ранен ли. – Я как раз навещала Ласта, и тут приносят небесного! Стала показывать целителям, как накладывать повязку с кактусом, и вдруг слышу, что привели его двое ночных. Я сразу поняла, что это ты! Между прочим, сразу хотела сама искать тебя, но королева не пустила.

Солнышко обиженно сморщила нос, покосившись на Ореолу.

– И правильно не пустила, – кивнул Звездокрыл, – там очень опасно.

– Да ладно, где наша не пропадала… Тем более, надо было тебя спасать, хотя, конечно, всё должно было закончиться хорошо, ведь пророчество не может не исполниться, так ведь? А ты вон какой – сам выбрался, молодец!

Ночной дракончик подозревал, что его польщённая улыбка выглядит со стороны глуповато, но сдержаться не мог.

Вещунья кашлянула, придвигаясь к Звездокрылу и почти касаясь его крылом.

– А ты кто? – поинтересовалась она.

– Меня зовут Солнышко, – представилась крошка песчаная, искоса разглядывая ночную. – Какие красивые у тебя серебряные чешуйки… А здесь на лапе прямо браслет – как будто ты родилась со своим собственным сокровищем!

Крылья Вещуньи немного расслабились. Она вытянула лапу, любуясь серебристым рисунком.

– Мне и в голову не приходило такое, – призналась она. – А у тебя цвет просто удивительный – красота! Все, кого я встречала из песчаных, какие-то бледные, будто пыльные.

– Да, я не такая, как все, – согласилась Солнышко. – А ты из тех запасных драконят, да? Ореола говорит, Звездокрыл о тебе много хорошего рассказывал… – Вещунья просто расцвела от её слов, и ночному дракончику отчего-то стало не по себе. – Интересно, наверное, было расти в тайном лагере Когтей мира!

– Ну, не так чтобы очень, – призналась Вещунья. – То и дело перелетали с места на место, прятались. Странные они: всё время твердят о борьбе за мир, а сами только бегают от солдат и ждут, пока пророчество исполнится.

– Зато как здорово жить вместе с драконами из самых разных племён! – Глаза Солнышка засияли. – Сразу видишь, чем они отличаются и в чём одинаковые…

– Да, я сама об этом много думала! Ночных, кроме меня, там не было, вот я и старалась понять, на каких других больше похожа. И получалось, что…

– Что похожа на всех сразу, да? – догадалась Солнышко.

– Вот именно!..

– Ну, хватит! – перебила радужная. – Вы обе исключительные и очаровательные, но либо обсуждайте родство душ где-нибудь в другом месте, либо займёмся военными делами.

– Делами, конечно! – хором ответили они, мигом прогнав улыбки.

Ореола бросила на Звездокрыла странно насмешливый взгляд, от которого он неловко заёрзал. Было приятно, что Вещунья и Солнышко подружились, но что-то всё же беспокоило.

Впрочем, отвлекаться было некогда. В хижину влетел Мангр в сопровождении драконихи благородного вида, которая была во сне у Кинкажу.

– Совет состоится у входа в туннель! – объявила королева, вставая из-за стола. – Мне потребуется мнение Цунами и Глина. – Она развернула крылья и взмыла к верхушкам деревьев.

Вещунья и Солнышко поднялись в воздух следом, оживлённо болтая на лету. Звездокрыл держался позади. Он старался думать о предстоящем бое. Всего несколько глотков солнца и свежего воздуха – и уже трудно поверить в страшный остров ночных и армию злобных драконов, готовых ещё до следующего рассвета превратить в пепел окружающую красоту.

Собрав свой штаб недалеко от дерева с волшебным дуплом, но на достаточном расстоянии, чтобы никто оттуда не мог подслушать, королева велела ночному дракончику рассказать во всех подробностях об услышанном в зале совета.

– Значит, кое-кто из них нас всё-таки боится, – заметила она, когда Звездокрыл закончил.

– Я бы даже сказал, большинство, – кивнул он. – То есть, я думаю, что все похищения радужных и опыты над ними вызваны как раз страхом. Потому никто и не напал до сих пор, все в ужасе от вашего яда.

– Ну, ещё бы! – с шипением оскалилась Ореола.

– От твоего – возможно, – возразила Цунами, – но я не могу ручаться, что хоть кто-нибудь из остальных решится плюнуть в другого дракона даже под страхом смерти. Им с яйца твердили, что применять яд как оружие ни в коем случае нельзя. Я делаю что могу, но изменить жизненные принципы целого племени невозможно за три дня.

– Это понятно, – буркнула Ореола, нервно расхаживая туда-сюда.

– Да и стоит ли менять? – вставила Солнышко. – Лично мне их принципы по душе.

– Я могу, – подала голос Грация, – в смысле, плюнуть в другого дракона ядом – ради всего племени… но за остальных и впрямь ручаться трудно. – Она бросила взгляд на Мангра.

– И я бы смог, – нахмурился он, – чтобы спасти Орхидею. Она точно ещё жива? – обернулся он к Звездокрылу.

– Жива и ждёт тебя, – кивнула Вещунья. – Мы сказали Орхидее, что ты прилетишь на выручку, и она ответила, что дождётся.

По чешуе Мангра пробежали розовые полосы счастья.

Земляной дракончик озабоченно нахмурился.

– А стоит ли нападать первыми? С того конца нам придётся вылетать одному за другим, а те ведь тоже не дураки… Так одного за другим и перебьют. Может, лучше проделать то же самое с ними, здесь?

– Не хочу видеть их в своём лесу! – фыркнула Ореола. – Даже в случае поражения они тут из злобы всё пожгут. И не забывай – необходимо ещё спасти узников! Отразим атаку, и всё равно придётся лезть туда, а мы уже будем ослаблены. Нет, ударим первыми, только придумать бы, как справиться с охранниками у выхода.

– У меня идея! – подняла лапу Солнышко.

– Можно использовать невидимость, – перебила её Цунами. – Радужные это могут, они ворвутся первыми, а потом уже мы.

Ночной дракончик с сомнением покачал головой.

– После нашего бегства солдаты будут настороже, Провидец наверняка уже нас хватился.

– Нет, правда! – не унималась Солнышко. – Послушайте мою идею…

– Для первого броска отберём самых храбрых, – сказала Ореола. – Цунами, составь мне список, ты всех видела во время учений.

– Храбрых? – Морская принцесса громко фыркнула. – Могу выбрать разве что тех, кто спит меньше других.

– Знаешь ли, не подобает в присутствии королевы оскорблять её подданных! – произнесла Ореола с деланной надменностью и продолжила обычным своим тоном: – И вообще, думаю, радужные тебя ещё удивят. Я беседовала с каждым по очереди – они далеко не так просты, как кажутся на первый взгляд.

– Нет, ну почему никто не хочет меня слушать? – Солнышко уже начала обижаться.

– Я хочу! – дёрнулся было Звездокрыл, но все продолжали слушать королеву, которая давала указания Мангру:

– Во всех отрядах поставим в пары родственников на случай неприятностей с ядом. У Солнышка всё про всех записано, она подскажет…

Звездокрыл ощутил укол ревности, увидев, как золотистая малышка приникла к Глину и шепчет ему что-то на ухо. Почему они всегда вместе? Наверное, она доверяет земляному больше всех. Почему Глину, а не ему? Хотя какое тут может быть сравнение – он и сам бы, если что, предпочёл доверить свою жизнь могучему и храброму земляному.

– Совершенно не представляю, – жаловалась тем временем Цунами, – как подготовить их к огненному выдоху ночных. Большинство в жизни не видывали огня! Только в восторг придут, какой он яркий и блестящий, да ещё и захотят потрогать.

Нервно свивая хвост кольцами, Ореола смотрела на клочки неба среди древесных крон. По её выражению Звездокрыл догадался, что думает она о том, сколько радужных сегодня погибнет. А что тут поделаешь? Тяжело стать вот так вдруг королевой целого племени, но вести драконов в битву, тем более таких необученных… Трудно даже представить себя на её месте, да и не хочется.

Драконята судьбы должны остановить войну, а не сами ввязываться в неё! Есть ли шансы у мирных радужных против закованных в металл свирепых ночных, которым вдобавок нечего терять? Неужели этой ночью все умрут – и друзья тоже? И вообще, их ли дело – вести других на смерть? Так или иначе, выбора нет. Судьба решила сама.

– Я тут набросала карту острова, насколько могла вспомнить, – сказала наконец Ореола. – Пускай Звездокрыл дополнит и поправит, если что не так. Направим несколько отрядов к тюремным пещерам, чтобы освободить наших пленных.

– В крепости есть ещё и подземные камеры, – напомнил ночной дракончик. – Там держат бывшую королеву Блеск и Потрошителя тоже.

– Ах да, – задумалась она, переливаясь сразу несколькими красками, – значит, ещё один отряд туда… Цунами может его возглавить…

– Усыпляющие стрелы! – выпалил вдруг Глин так громко, что все подпрыгнули.

– Что? – Ореола с недоумением глянула на него.

– Те самые, от которых мы все уснули, когда попали сюда, помнишь? – Земляной дракончик выпихнул Солнышко вперёд. – Вот она говорит, что у целителей этого добра навалом! Радужные даже гоняются с ними друг за другом, кто кого подстрелит.

– Так и есть! – просиял Мангр, щёлкнув хвостом. – А ещё патрулируем по очереди границы леса, отстреливаем чужаков… вот как вас, – весело ухмыльнулся он.

– А духовая трубка есть у каждого радужного, – добавила Солнышко. – Надо раздать всем побольше стрелок, и вообще не надо драться!

– Точно! – Ореола восторженно взмахнула крыльями, наливаясь тёмным пурпуром с золотыми проблесками. – Так мы и станем воевать!

– Это всё Солнышко придумала! – гордо напомнил земляной дракончик.

– Тогда, может быть, и без жертв обойдётся, – улыбнулась с облегчением Ореола. – Глин и Солнышко, добудьте все стрелы, какие сможете. Мангр и Грация, пора собирать племя! Все, кто готов сражаться, должен прибыть сюда через час. Мы ударим перед закатом. – Проводив взглядом улетающих драконов, она повернулась к Звездокрылу. – А пока займёмся картой. Давай, показывай, что запомнил.

Цунами развернула перед дракончиком огромный зелёный лист с контурами острова ночных, прорисованными тёмным ягодным соком.

Битва вот-вот начнётся, бояться уже некогда, напомнил себе ночной дракончик, склоняясь над картой. Трусам здесь не место. Настало время вспомнить любимые исторические свитки об известных битвах – не зря же он их столько перечитал! – и использовать эти знания.

Пора доказать делом, что годишься для пророчества!

Глава 24

Два часа спустя войско королевы Ореолы стояло готовое к бою.

Солнце ещё не успело скрыться за деревьями, но сумерки уже близились.

Ночной дракончик сжимал когтями влажную землю у ручья, стараясь подавить страх. На поляне кипела суматоха, его то и дело задевали и толкали, что нервировало ещё больше, потому что большинство собравшихся оставались невидимыми, тщательно маскируясь под окружающий фон, и толчки он получал неожиданно и словно бы ниоткуда.

Цунами пыталась заставить радужных выстроиться, чтобы обратиться к ним с вдохновляющей речью, и очевидная невозможность добиться этого сулила мало хорошего в предстоящем сражении. Дракончик тяжело вздохнул.

– Звездокрыл! – Ореола возникла рядом, тёмно-зелёная с мерцающей синевой беспокойства. – С тобой всё в порядке?

– Ну… более-менее. – Он неловко переступил с лапы на лапу. – Волнуюсь немного.

– Хочешь, останься, – шепнула она. – Я нисколько не стану тебя осуждать.

– Нет! Не хочу… и не могу. – Он глянул на Солнышко, которая деловито рассовывала по нашейным мешочкам усыпляющие стрелки. У золотистой крошки – ни яда, ни маскировки, ни огнеупорной чешуи, как у Глина, ни даже отравленного шипа, положенного всем песчаным… как же можно её отпустить? И вообще, остаться здесь, когда друзья рискуют жизнью… Такого никто не полюбит. – Обещаю, что не буду бояться, – добавил он.

– Бояться – нормально, – хмыкнула радужная. – Я сама боюсь. Чтобы ничего не бояться, надо быть психом… или быть Цунами, что почти то же самое. Просто иногда приходится забыть про страх и делать своё дело. Я совсем другое имела в виду: может быть, тебе слишком тяжело драться со своими? Если так, я пойму.

– Они не мои, – буркнул дракончик. – Мои – это ты, Солнышко, Цунами и Глин.

– Да ладно тебе, позёр, – улыбнулась Ореола, но Звездокрыл знал, что для себя она давно уже решила точно так же, хоть и молчала. – Ну, хорошо. – Она дружески пихнула его в плечо, что случалось с ней редко. – Полетели улучшать мир!

Перелетев к входу в туннель, королева щелчком хвоста призвала к себе авангард радужных, и драконы сгрудились вокруг, ожидая приказа.

Ночной дракончик снова оглянулся на золотистую крошку. Может статься, сегодня он живёт последний день. Умрёт и не успеет ничего сказать. Она так и не узнает…

Он взглянул на заходящее солнце. Сумел уболтать целый отряд стражников, сбежать с острова ночных… и не может сказать три слова одному-единственному дракону!

Когда он снова опустил глаза, Солнышко стояла перед ним. Сердце его словно кто-то сжал когтями.

– Всё будет хорошо! – улыбнулась она, качая крылышками. – Вспомни пророчество – мы должны выжить, иначе кто же его исполнит? Так что будь спокоен.

– Мне бы твой оптимизм…

– У меня не оптимизм, а вера! Мы здесь оказались не случайно, и сегодня делаем то, для чего предназначены, но впереди ещё много-много дел. – От её улыбки у Звездокрыла под чешуёй словно проскакивали молнии.

– Солнышко… – неуверенно начал он. – Я тут хотел… то есть… мне надо тебе кое-то сказать… я давно хотел.

– Слушаю тебя. – Она внимательно наклонила голову.

На другом конце поляны Ореола взмахнула крыльями, призывая к тишине. Наступал решающий час – сегодня или никогда.

– Я люблю тебя! – выпалил Звездокрыл.

Солнышко удивлённо заморгала.

– Я… я тоже тебя люблю… очень.

– Нет, – покачал он головой, – я в смысле, что думаю только о тебе и хочу быть с тобой, и когда тебя нет, мне плохо… и когда что-нибудь делаю, всегда думаю: а как бы поступила Солнышко? Ты единственная, кто меня по-настоящему понимает…

Он вдруг вспомнил Вещунью и почувствовал себя неловко – та стояла на другой стороне поляны и с горящими глазами слушала Ореолу, – но чувства к ней были совсем другие. Так сильно, как золотистую крошку, он не мог любить никого.

– Я хочу, чтобы ты знала, – сбивчиво продолжал он, – мало ли что с нами случится… хотя, если вдруг случится с тобой, я просто не смогу дышать… и думать… и ничего делать – никогда!

– О луны, Звездокрыл! – перебила она. – Не надо… сейчас… Ну как я могу что-то ответить, когда мы… вот это всё… – Она беспомощно обвела крылом поляну с собравшейся толпой.

– Да нет, всё хорошо… – Ему и в самом деле было хорошо. – Я и не требую, не надо ничего отвечать… я всего лишь хотел, чтобы ты знала… на всякий случай.

Солнышко наморщила лоб, словно что-то было не так, но Звездокрыл ласково обвил её хвостом и продолжал, глядя на их лапы, стоящие рядом во влажной прибрежной тине:

– Просто обещай мне, что не станешь рисковать.

– Мне почти ничего и не придётся делать! – с обидой фыркнула Солнышко. – Это ты обещай, что не полезешь в самое пекло. – Дракончик растерянно молчал. Очень хотелось обещать, но это было бы нечестно. – Вот то-то же, – вздохнула она. – Так что хватит речей из свитков, просто обещай, что мы скоро увидимся.

– Обязательно увидимся! – с улыбкой кивнул он, заражённый её уверенностью.

– Удачи! Пни за меня какого-нибудь ночного.

Она быстро притянула его к себе и обняла, и мгновение спустя Звездокрыл уже шёл к Ореоле и солдатам, пытаясь разобраться в путанице мыслей.

Он всё-таки сказал ей! Сказал! И земля не разверзлась, не поглотила его.

Ореола снова распростёрла крылья, и поляна наконец затихла.

– Вы знаете, как я не люблю торжественных речей, – начала королева, – так что скажу просто. Мы собираемся вызволить из беды наших соплеменников и отвести смертельную опасность от родного леса, как и подобает настоящим радужным. Сегодня вы все герои… а главное, во имя трёх лун, постарайтесь не болтать, не чихать и не засыпать на ходу в туннеле! Договорились?

Она подала знак дракону, стоящему рядом. Звездокрыл не сразу узнал её легкомысленного братца Джамбу – теперь он был не ярко-земляничного цвета, как всегда, а густо-чёрного в тон каменным стенам. Один из лучших стрелков, он вызвался идти в туннель первым – то ли из храбрости, то ли плохо представляя, чем рискует, – трудно сказать.

Джамбу прыгнул и исчез в дыре, Ореола следом, затем Мангр, Лиана, Грация и ещё трое с духовыми трубками. Согласно плану, теперь наступала очередь Звездокрыла с Вещуньей – после усыпления стражи ночные драконята должны были вести радужных к тюремным пещерам и в крепость.

Дракончик сделал глубокий вдох, оглянулся… Солнышко смотрела на него, сияя золотом в последних закатных лучах. Теперь он точно справится!

Он прыгнул в дыру, за ним поспешила Вещунья, едва не отдавив ему хвост, но никто ничего не сказал. Приятно чувствовать, что друг прикрывает тебе спину.

В туннеле было душно, и стояла жутковатая тишина. Оказывается, радужные умели двигаться без малейшего шума. Звездокрыл не знал, далеко ли они успели уйти: даже его превосходное ночное зрение не могло помочь в такой непроглядной тьме. Тесно прижав к бокам сложенные крылья, чтобы скрыть яркие серебряные чешуйки, ночной дракончик скользил вниз так быстро, как позволяла осторожность.

Спереди донеслось тихое жужжание, потом снова и снова. Усыпляющие стрелы из духовых трубок летели в стражников. Только бы кто-нибудь не успел поднять тревогу!

Немного погодя послышался глухой стук – радужные драконы один за другим выпрыгивали из дыры. Затем показались мерцающие отсветы костра, а вскоре Звездокрыл сам выбрался из туннеля, и его лапы ощутили тёплый каменный пол.

Девять ночных в доспехах лежали неподвижно в разных концах пещеры, застигнутые внезапным сном. Бока драконов мерно вздымались, оружие валялось рядом.

Ореола обернулась к Мангру и сделала непонятный жест. Звездокрыл не сразу сообразил, чего она хочет, но радужный дракон хорошо знал своё дело. Он принялся быстро собирать с пола копья и передавать назад в туннель, откуда продолжали выскакивать радужные. Передавая из лап в лапы, они быстро перенесли всё оружие в лес подальше от ночных. Конечно, когти, зубы и огненное дыхание у ночных так просто не отнимешь, но всё же на душе спокойнее.

Джамбу с Грацией уже устремились вперёд. Снова жужжание стрел, на сей раз у выхода из пещеры.

Интересно, надолго ли хватит действия снотворного? Сколько ночных удастся обездвижить, прежде чем кто-то заметит? И как скоро после этого радужных начнут убивать? Звездокрыл зябко поёжился.

– Всё чисто, – донёсся шёпот Грации, словно шелест сухих листьев.

Чешуя Ореолы уже окрасилась серым, чёрным и красноватым под цвет пещеры. Дракончик не видел королевы, но почувствовал лёгкое прикосновение её крыла. Настал его черёд вести солдат.

Он оглянулся на дыру. На первом этапе операции Цунами, Глин и Солнышко должны были оставаться на той стороне: если кто-то здесь заметит синюю, бурую или золотую чешую, всё ночное войско обрушится на пришельцев. Трое оставшихся драконят появятся, когда завяжется настоящий кровавый бой.

Хорошо, что пока не надо волноваться за Солнышко, однако с Глином и Цунами во главе было бы не так страшно. Тем не менее спланировано разумно, а значит, правильно.

Бок о бок с Вещуньей он осторожно двинулся по коридору, переступая через спящих ночных солдат. Снаружи доносился грохот – это волны обрушивались на чёрный прибрежный песок.

Небо над островом стало ещё темнее. В зловещих багровых тучах, подсвеченных отблесками раскалённой лавы, проскакивали зигзаги молний, а дымным горячим воздухом стало совсем трудно дышать. У выхода из пещеры Звездокрыл остановился на скалистом уступе, ощущая лапами дрожь земли.

«Не к добру это», – с тревогой подумал он.

– Какой кошмар! – шепнула за спиной Грация.

– Ещё хуже, чем я ожидал, – хмыкнул Джамбу, старательно сливаясь цветом с грозовым небом. – Неужели здесь кто-то живёт?

– Держи, – Ореола протянула ночному дракончику одно из копий с трезубым наконечником, подобранных в пещере. – Может понадобиться, а у тебя в когтях не вызовет подозрений. Иначе получится, что оно летит само по себе.

Звездокрыл с опаской взвесил в лапе непривычную тяжесть. Таким можно и глаз себе случайно выколоть, а уж драться… Стараясь держать трезубец подальше от себя, он поднялся в воздух.

– Сперва к пещерам, – подсказал невидимый голос Ореолы. – Мангр с остальными займутся узниками, а мы с тобой полетим в крепость.

– С тобой? – переспросил дракончик. Как странно обращаться к пустоте. – В крепости опаснее всего, королеве нельзя рисковать собой. Освободить Блеск может и кто-нибудь другой…

Он взмахнул крыльями, поворачивая к лавовой реке и ощущая воздушные толчки от летящих рядом радужных. Как много их, понять было невозможно, оставалось только надеяться, что ночные не услышат шума крыльев. Впрочем, помимо охранников в пещерах на склоне, виднелось лишь несколько солдат на террасах крепости. Должно быть, все остальные собрались где-то и готовятся к ночному походу.

Ореола фыркнула.

– Что я за королева, если посылаю рисковать других, а сама прячусь? И потом, с королевой Доминантой всё равно придётся беседовать лично.

– С королевой ночных? – удивлённо ахнул Звездокрыл. – А ты хорошо подумала?

– Ты же сам настаивал на переговорах, – усмехнулась она.

«Пока не узнал ночных получше», – хмыкнул про себя дракончик.

– Конечно, в первую очередь мы должны освободить узников, – продолжала Ореола, – но если как следует пригрозить Доминанте – например, что я выдам её тайну, – то она, возможно, оставит в покое наш лес.

– Сомневаюсь, – покачала головой Вещуньи. – Без леса им никак.

– Ну, тем хуже для них, – рыкнула радужная.

– Тс-с… – зашипел Звездокрыл.

Впереди показалась первая из тюремных пещер. Не успев ещё снизиться, ночной дракончик ощутил порыв ветра – мимо него к входу рванулся кто-то из радужных. Мгновением спустя оба стража у порога озадаченно схватились за шеи и безвольно осели на каменный пол.

– Нам повезло, что пещеры расположены вдоль реки, – заметил Звездокрыл, паря в воздухе. – Из одной не разглядеть, что делается в другой.

За первыми стражниками свалилась пара в следующей пещере, потом ещё двое, и ещё. Выполняя приказ Ореолы, полученный ещё в лесу, радужные разлетелись по всем пещерам разом. Мерцая чешуёй, они меняли цвет на серовато-чёрный и исчезали внутри.

– Ты говорила, что Орхидея здесь, – обратилась королева к Вещунье. – Не помнишь точно, где?

Ночная послушно нырнула к основанию вулкана и направилась к одной из дальних пещер почти у самой крепости. Оба часовых настороженно подняли головы, заметив приближающихся драконят. Казалось бы, что тут такого, но лапа стражника немедленно потянулась к колотушке медного гонга.

Сейчас сюда слетится вся ночная армия!

З-з-з… З-з-з… в воздухе над ухом Звездокрыла что-то зажужжало, стражники закачались и повалились друг на друга.

– Уф-ф, пронесло…

Ночной дракончик вдруг понял, что на самом деле обращается к пустоте. Спящих уже оттаскивали внутрь. Спустившись к порогу, он услышал шаги, спешащие в глубь пещеры.

– Скорее, посмотрим! – шепнула Вещунья, кидаясь следом.

Поспевая за ней, Звездокрыл увидел, как из тёмного сумрака, словно розовый букет с пятнами тревожной зелени, возникает Мангр.

Испустив радостный возглас, приглушённый медным намордником, Орхидея рванулась к нему из цепей. Он подскочил и нежно обнял её крыльями, обвивая хвостом.

– Вот я и пришёл… я никогда бы тебя не бросил!

Она не могла ответить, но вспыхнувшая розовым чешуя говорила сама за себя.

Королева вздохнула.

– Так, убираемся отсюда поскорее! Эти цепи прибавят нам работы. Звездокрыл, копьё!

Трезубец мигом выхватили у него из когтей, и серая тень с очертаниями Ореолы принялась аккуратно вставлять острия в замок на шее узницы.

– Лиана, Грация, вам хорошо видно?

– Так точно! – прозвучало хором из темноты.

Ночной дракончик подпрыгнул на месте. Он и не подозревал, что здесь ещё кто-то есть.

– Вот так открываются все замки, – продолжала Ореола.

Она повернула древко копья, и медный обруч, стягивавший пасть узницы, со звяканьем упал на пол. Удовлетворённо хмыкнув, Королева принялась за цепи, идущие от стены.

– Я так боялась, что никто не придёт… что вам всё равно… – откашливаясь, произнесла Орхидея. – Думала, ты просто найдёшь кого-нибудь другого…

Глаза Мангра яростно сверкнули.

– Никогда!

– Земля дрожит, чувствуешь? – с тревогой спросила она.

– Это мы с тобой дрожим… от счастья, – ответил он, протягивая к ней лапы.

Звездокрыл склонялся к другому мнению. Содрогания каменного пола ощущал и он. Ничего хорошего подземные толчки не сулили.

– Готово! – воскликнула Ореола.

Трезубец поплыл по воздуху и завис в лапе невидимого радужного. Орхидея стряхнула с себя цепи и расправила крылья, сияя как нежно-розовый рассвет.

– Это Ореола, наша новая королева, – сказал ей Мангр. – Только благодаря ей мы нашли тебя и смогли сюда добраться.

– Он сам всё начал, – возразила Ореола, – не мог забыть тебя и не хотел молчать. Не прилети мы сюда все вместе, он бы и сам, думаю, справился.

– Благодарю вас, ваше величество! – поклонилась Орхидея.

– Вот это чудеса! – шепнул Звездокрыл Вещунье. – Среди моих друзей – величество!

– Идти в бой во главе армии – тоже чудо из чудес, – улыбнулась ночная.

Королева радужных продолжала отдавать приказы:

– Грация, Лиана, возьмите копья и летите в другие пещеры. Научите всех обращаться с замками! Надо срочно освободить пленных, потом с ними назад к берегу и через туннель – в лес… Мангр, Орхидея, успокаивайтесь, таким красивым тут летать нельзя – и тоже оба домой!

– Я бы остался, – заявил Мангр, – в крепости понадобится помощь.

– У меня она и так будет, – покачала головой королева. Звездокрыл отчаянно надеялся, что она имеет в виду не его одного. – Мы не для того старались вас снова соединить, чтобы тут же разлучать. Пока наслаждайтесь счастьем, а там поглядим.

Орхидея с Мангром снова поклонились.

Снова вздрогнув от прикосновения невидимого крыла, ночной понял, что Ореола направляется к выходу из пещеры.

– Летим, Звездокрыл! – позвал голос из темноты. – Пора поболтать с Ночной королевой.

Глава 25

Вблизи крепость казалась вымершей. Дым стоял в воздухе всё гуще, от едкой копоти щипало в носу и глотке. Ореола и Вещунья позади Звездокрыла то и дело заходились в кашле.

Протирая слезящиеся глаза, дракончик разглядывал каменные террасы и гадал, где же собралась армия ночных. Королева Доминанта не может устроить смотр, как и вести солдат в бой, потому что должна всё время сидеть в горячей лаве. Принимать королевские решения сегодня придётся принцессе Власте.

Интересно, заметил ли кто-нибудь уже бегство драконят? Хотя бы небесного Провидец должен был навестить… Хорошо бы он подумал, что Жар полетел домой через море, и кинулся вдогонку. Ладно, главное, не встретить чёрное чудовище здесь, в крепости.

– Очень надеюсь, что за нашей спиной невидимая армия, – буркнул он.

– Я и есть твоя армия, – усмехнулась Ореола.

– Нет, серьёзно! – забеспокоился он. – Как можно… туда – и всего втроём?

– Ты лучше вот что скажи: те подземные камеры – в них замки тоже открываются наконечником копья или нужны ключи?

Звездокрыл прикрыл глаза, вызывая в памяти решётки в мрачном подземелье.

– Думаю, ключи понадобятся.

– Тогда начнём с королевы, – решила Ореола. – Заставим её сказать, где они.

Ночной дракончик с трудом представлял себе, как можно заставлять грозную Доминанту. Разве что Ореола сумеет – она всегда умела убеждать, а теперь ещё и сама стала королевой… Он нырнул к террасе и опустился у входа, ближайшего к залу совета.

Драконята тихонько крались по опустевшим коридорам. Из нескольких комнат доносились голоса. Очень хотелось послушать, но времени оставалось в обрез. Звездокрыл успел уловить обрывки спора из-за каких-то общих доспехов, что-то о прошлой битве и о том, насколько проще убивать радужных, чем земляных.

Он и думать забыл о тех земляных драконах, которых кто-то зарезал на опушке дождевого леса. Выходит, их убили ночные? Но зачем? Ответ пришёл тут же: земляные должны были верить, что в лесу живут смертельно опасные чудища, чтобы не пришло в голову самим захватить сказочный уголок, который ночные приберегали для себя. Тогда и с обезьянами-ревунами всё понятно. Джамбу рассказывал, что они сперва кричали нормально, а потом год назад начали вопить как резаные. Небось Гений с ними что-нибудь такое и сделал.

Всё ради секретного плана – чтобы заполучить новый дом! Звездокрыл вздохнул, разглядывая карту, за которой скрывался тайный ход в логово королевы Доминанты. Ну что бы ночным не поискать себе место где-нибудь ещё? Да нет, похоже, они и так обшарили всю Пиррию, уничтожая зачем-то по пути гнёзда воришек, и если бы подходящее место существовало, давно бы нашли.

– Кто-то идёт! – тихо предупредила Ореола.

В коридоре послышался стук когтей о камни, и в воздухе повеяло тухлятиной от дыхания ночных. Не успела Вещунья поднять угол карты, чтобы нырнуть в дыру, как в дверях зашелестела чешуя и перед драконятами застыла в недоумении принцесса Власта.

Пол под лапами дрогнул, из подземных глубин снова донёсся глухой рокот.

Чёрная дракониха выглядела усталой, глаза её покраснели и слезились от дыма. Сверкающее алмазное ожерелье сбилось набок, словно она спала и забыла его снять.

– Что вам тут понадобилось? – грозно нахмурилась она. – Почему вы не с остальными?

– Мы… мы заблудились, – пролепетал Звездокрыл.

Власта подозрительно прищурилась.

– А, так вы те самые драконята из пророчества! Провидец тут рвал и метал, не мог вас найти, но я ему сказала, что пророчество пророчеством, а сегодняшнюю битву выиграть куда важнее. Драться будет всё племя, никаких исключений! Все уже собрались в главном зале – по коридору вниз, четвёртый поворот налево, дальше вам покажут.

– А ты сама почему не там? – спросила Вещунья.

– Мне надо поговорить с её величеством, – ответила Власта, невольно покосившись на карту.

– Нам всем надо поговорить с её величеством, – раздался из пустоты голос Ореолы, и на горле окаменевшей от страха чёрной драконихи на миг блеснули невидимые когти. – Не советую звать на помощь, я не простая радужная, и в глаза тебе плюнуть не побоюсь.

– Та самая… опасная… – в ужасе прошептала принцесса.

– Вот именно… А теперь мы все вместе пройдём в тайную комнату к королеве. Ты первая… только имей в виду, мои ядовитые клыки всегда наготове.

Вытаращив глаза, Власта угодливо закивала и поспешила в туннель. Следом зашелестели крылья невидимой радужной, а ночные драконята замыкали процессию.

Каменный пол под лапами стал ещё горячее. В глубине слышался гул, гору трясло всё чаще.

Звездокрыла вдруг пронизала страшная мысль.

– А что, если извержение начнётся прямо сейчас?

Чёрная дракониха обернулась в темноте.

– Не должно… Наши учёные дают ещё минимум года два.

– Но как они могут быть уверены? – удивилась Вещунья. – У кого-то было видение?

Принцесса промолчала и двинулась вверх по винтовому ходу.

Ощутив новый подземный толчок, Звездокрыл судорожно вцепился когтями в грубо отёсанный камень.

– Не нравится мне это, – шепнул он Вещунье. – Я не очень разбираюсь в вулканах, но уверен: ни с того ни с сего они такое не вытворяют.

– Бедные ночные, – вздохнула она.

– Хм… скорее уж, бедные мы, если не выберемся отсюда поскорее.

Новый поворот, и они оказались в королевской пещере. Высунувшись из каменного котла, Доминанта свирепо рассматривала незваных гостей. Огненное сияние бурлящей лавы отражалось в её зрачках.

К своему изумлению, Звездокрыл заметил в дальнем углу ещё одного дракона – своего отца. Гений возился с какими-то металлическими деталями, разложенными на полу. Дракончик припомнил, что уже видел их в лаборатории. Вместе они выглядели как странные громоздкие доспехи, оставлявшие пустой промежуток между металлом и чешуёй – для чего, интересно, он предназначался?

Ну конечно, для жидкой лавы! Вот как, оказывается, королева надеется попасть в лес радужных. Гений готовит для неё костюм-котёл! Мысли так и закипели в голове у дракончика. Как удержать лаву в металле, он же расплавится! И потом, вдали от вулкана лава сразу остынет… Выходит, отец врал, что не видит королеву, он сам один из немногих, кто знал её тайну и помогал сохранить.

Учёный дракон поднял голову, но мелькнувшее в его взгляде удивление тут же растаяло. Работа с доспехами была слишком важна, и он снова согнулся над своими железками, не сказав сыну ни слова.

– А вот и наша дурочка! – прорычала Доминанта, глядя на дочь.

Принцесса Власта сжалась, отводя глаза. Сейчас она уже совсем не походила на будущую правительницу.

Ночная королева издала надтреснутое шипение.

– Как моя армия?

– Все собираются, – пролепетала принцесса, – но мамочка, я не сумею сама… вести их. Может, отложим немного? Гений сказал, что твои доспехи ещё не совсем готовы…

– Будут готовы! – снова зашипела огромная дракониха. – Сегодня!

– Я… э-э… не совсем уверен, – произнёс изобретатель за её спиной. Он с грохотом выронил кованый нахвостник и поморщился. – Ваше величество, я вообще не понимаю, зачем так спешить! Мне требуется больше времени, чтобы убедиться в достаточной надёжности всех…

– Так убеждайся живее! – рыкнула королева, оборачиваясь. – Не могу же я доверить этой… руководить вторжением! – Она бросила презрительный взгляд на Власту.

– Я и не собираюсь… – Власта нервно потеребила алмазное ожерелье на шее. – Откуда мне знать, как ты собираешься… Как раз шла к тебе, чтобы спросить, что мне делать, и…

– И случайно встретилась со мной, – закончил фразу новый голос.

Гений вскрикнул, наблюдая, как из пустоты возникает мерцающая чешуя, меняя сумрачную пещерную окраску с бликами огня на королевскую кобальтово-синюю с золотыми прожилками. В дымной закопчённой пещере Ореола смотрелась так величественно, что от неё трудно было оторвать глаз.

– Точнее, попала ко мне в лапы, – продолжала она, зловеще сжав когти и прищурившись в упор на Ночную королеву.

– Ты кто-о? – злобно прохрипела Доминанта.

– Ореола, королева радужных! Я здесь, чтобы дать тебе последний шанс закончить войну и спасти племя ночных.

Огромная чёрная дракониха презрительно фыркнула и тут же схватилась за горло. Согнулась, надсадно кашляя, потом нырнула в горящую лаву и появилась снова.

– Смешно-о… – выговорила она наконец.

– Не очень, – возразила Ореола. – Ты уже отведала ледяного выдоха, теперь хочешь сравнить его с ядом радужных? Не думаю, что купание в лаве от него спасёт.

Доминанта молча разглядывала её, с шипением выпуская дым из ноздрей.

– Три луны! – в отчаянии воскликнула Власта, заламывая лапы. – Что ты от нас хочешь?

– Мы забираем своих пленных, – ответила Ореола, – а вы больше не суётесь в наш лес – отменяете сегодняшний поход и оставляете нас в покое навсегда! Потайной ход между нашими королевствами будет разрушен, и мы не потерпим ни одного ночного вблизи наших деревень в течение следующих двенадцати поколений!

Звездокрыл многозначительно кашлянул, встречаясь с ней взглядом.

– А ещё, – продолжала она, – вы прекращаете жульничество с драконятами судьбы, и с настоящими, и с подставными! Пусть останавливают войну и спасают мир так, как решат сами.

– Никогда! – прошипела Доминанта. – Никогда!

– Никогда что? – усмехнулась Ореола. – Не вижу у тебя особого выбора.

– Выбор один – ты умрёшь!

Радужная королева оскалилась, выставив вперёд ядовитые клыки, но Власта умоляющим жестом остановила её.

– Послушай… ну пожалуйста! Ты обрекаешь нас на гибель! Огнедышащая гора – это угроза не только в будущем. Она высасывает нашу жизненную силу, лишает нормального сна и пищи. Посмотри – у нас почти не осталось ни яиц, ни драконят! Племя ночных вымирает… Нам срочно необходим новый дом!

– Только наш вы не получите, наглые заносчивые черви! – вспыхнула Ореола, покрываясь ярко-красными и оранжевыми пятнами. – Подлые убийцы!

– Но почему? – с искренним недоумением воскликнул учёный дракон в своём углу.

– Потому что там занято! В лесу уже живут – целое племя! – объяснила она, с трудом подавляя цвета гнева. – Попробуйте только тронуть радужных, пожалеете!

– Погоди, – остановил её ночной дракончик. Его мозг словно взорвался неожиданными идеями, разворачивая перед глазами новую прекрасную картину. – Погоди… может быть… мне кажется, мы найдём разумный компромисс! Ореола, успокойся, подумай… в лесу много свободного места, так говорят все радужные. Что, если разрешить ночным построить там свою деревню – но только при условии, что они признают тебя своей новой королевой!

В пещере повисло изумлённое молчание.

– Что-о??? – бешено заревела Доминанта, заходясь в хриплом мучительном кашле.

Ореола искоса взглянула на Звездокрыла – с подозрением, но заинтересованно.

– Нет, правда, подумай! – не унимался он. – Новый безопасный дом для мирных ночных, которые отбросят свою жестокость и воинственность и примут твою власть. А Ночная королева из тебя получится не хуже Радужной, нисколько не сомневаюсь!

– Хм… – произнесла она задумчиво. – Править племенем, которое всегда считало меня ленивой и бесполезной, – в этом есть некоторая доля справедливости.

– Никогда!!! – проскрежетала Доминанта, снова хватаясь за горло.

Каменный пол на мгновение ушёл из-под лап Звездокрыла. Гулкий рокот в недрах горы становился всё громче.

– Мы ни за что не покоримся радужным! – откашлявшись наконец, выговорила Ночная королева.

– Мамочка… подумай, – с мольбой глянула на неё Власта. – На мой взгляд, предложение не такое уж плохое…

Громадная дракониха с шипением выплюнула в горящую лаву большой осколок льда, который тут же взорвался облаком пара.

– Ты никогда не хотела править племенем, – горько скривилась она. – Жалкая у меня наследница…

– Я знаю, – вздохнула принцесса. – Быть королевой – не по мне.

Обжигая дочь взглядом, полным презрения, Доминанта зашипела ещё пронзительнее, но не смогла заглушить уже совсем близкие раскаты подземного грома.

– А как же наша королева? – растерянно спросил Гений.

Звездокрыл прищурился, заглядывая в ледяные глубины королевских зрачков.

– Она сама понимает, что никогда не доберётся до леса радужных. Ты ничем не сможешь поддержать её жизнь вдали от источника лавы. Королева Доминанта погибнет вместе с островом, когда взорвётся вулкан… но если ей дорога судьба родного племени, то свою власть она передаст королеве Ореоле!

Чёрная дракониха хлестнула хвостом, выплёскивая лаву через края каменного котла.

– Королева – я! Я! – заревела она.

– Звездокрыл, не спеши, – одёрнула ночного дракончика Ореола, – я пока ещё не согласилась. Как мы сможем доверять ночным, если пустим их к себе в лес? Тех самых ночных, что похищали и пытали наших соплеменников! Ты что, предлагаешь вот так взять и простить? Не хочу вообще их видеть! – Она тряхнула головой. – Нет, не годится твой план.

На словах «похищали и пытали» Гений в углу поспешно уткнулся в разложенный на полу доспех, избегая взгляда сына.

– Пожалуйста! – Принцесса вновь с мольбой взглянула на Ореолу. – Дай нам шанс! Я обещаю, мы исправимся!

– Три луны, какой позор! – хрипло простонала Доминанта.

– Не тебе решать, – покачал головой ночной дракончик, с удивлением осознавая, что голос его больше не дрожит. Какой может быть страх, когда ты чувствуешь, что прав! – Ты застряла здесь навсегда, и переговоры будет вести Власта… – Он повернулся к ночной принцессе. – Давайте перейдём куда-нибудь, где…

– Нет!!! – отчаянно заревела Доминанта. – Не смей! Я не позволю!

Её огромные блестящие когти вцепились в края котла, и вся огромная туша, к ужасу Звездокрыла, поднялась из лавы. Усевшись на краю, королева ночных отряхнула крылья, светящиеся раскалённые капли брызнули во все стороны. Огромная, не меньше Провидца, она устремила свирепый взгляд на незваных гостей, покачивая массивной головой на толстой шее. Оранжевые ручейки лавы извивались и ветвились в чёрной, как ночь, чешуе.

– Мама, стой! Не надо! – крикнула Власта.

– Ваше величество! – подхватил Гений. – Нет, вам нельзя! Подождите… моя работа ещё… – Он принялся лихорадочно перебирать детали, разбросанные на полу.

– Я сама приведу своё племя к процветанию! – не слушая, шипела Доминанта.

Она с грохотом спрыгнула с котла, и каменный пол пещеры содрогнулся, но дрожал он явно слишком долго. Когда следом отвалился кусок стены, Звездокрыл понял: причина не в королеве.

– Срочно выбираемся отсюда! – шепнул он Ореоле.

Тем временем чёрная дракониха шагнула вперёд… и встала как вкопанная, обхватив лапами шею. Выдавила мучительное шипение, сделала ещё шаг и покачнулась, вывесив посиневший язык из разинутой пасти. Всё огромное тело затряслось в ознобе, глаза остекленели, быстро покрываясь голубоватым морозным инеем.

– Мамочка! – в панике завопила Власта. – Прыгай назад, скорее!

Она кинулась к матери и стала тянуть за крыло. Гений подскочил с другой стороны, торопливо прилаживая к чешуе королевы металлические детали доспеха. Звездокрыл покачал головой – даже если изобретение отца и сможет удержать горячую лаву, всё равно уже слишком поздно.

С душераздирающим воем Доминанта отшвырнула дочь и Гения, выставила длинные когти и рванулась к Ореоле. Радужная королева отскочила, готовая к бою, но огромная дракониха споткнулась и с размаху обрушилась на пол. Крылья и лапы её судорожно дёргались, хвост хлестал по бокам. Бело-голубая короста инея быстро распространялась от шеи по всему громадному телу, ручейки лавы между чешуйками застывали и осыпались каменным крошевом. Лёд окончательно выигрывал долгую битву с огнём.

Ночная принцесса, всхлипывая, прижалась к стене подальше от умирающей матери. Звездокрылу хотелось отвернуться от страшного зрелища, но почему-то он никак не мог оторвать взгляд. Вещунья прижалась к нему, прячась под крылом.

Первой заледенела шея королевы, затем грудь, крылья, лапы… Скоро вся она, от рогов до кончика хвоста, превратилась в гигантскую глыбу льда, покрытую морозными узорами. Выпученные глаза, налитые ледяной яростью, блестели голубыми сапфирами, а широко разинутая пасть застыла в последнем свирепом рёве, который никто больше не мог услышать.

Власта с Гением стояли оцепеневшие от ужаса и отчаяния, осознавая непоправимое.

И тут весь остров тряхнуло так, будто дракон ростом с гору пнул его изо всех сил.

Звездокрыл едва устоял на лапах, сердце сжалось от страха.

Извержение началось.

Глава 26

– Скорее! – крикнул ночной дракончик, дёргая Ореолу за крыло и толкая в туннель. Следом запихнул Вещунью, потом нырнул сам.

– Стойте! – донёсся сзади крик Власты, но Звездокрыл не дал Вещунье даже оглянуться, подгонял и подгонял.

Время на дипломатию вышло.

За спиной раздавался топот. Поговорить, конечно, придётся, но не сейчас и не здесь, в недрах вулкана, который вот-вот взорвётся.

Когда дракончик выскакивал из дыры, карта Пиррии зацепилась за его рожки и оторвалась от стены. Он тряхнул головой, смял пергамент и на бегу сунул под крыло, сам не зная зачем.

– Где подземные камеры? – крикнула Ореола, оборачиваясь.

– Не успеем! – бросил он.

Неужели она не чувствует, что происходит?

Толчок следовал за толчком, по стенам ползли зигзаги трещин, похожие на молнии, воздух стал густым от вулканического пепла.

– Мы не можем бросить Потрошителя! – Она успела цапнуть Вещунью за крыло. – Покажи дорогу, я найду его сама! А вы со Звездокрылом собирайте всех наших и летите отсюда! Домой!

Потрошителя? Ну и ну! Радужная королева собирается спасать ночного убийцу – и притом с таким риском для собственной жизни!

Вещунья ткнула когтем в нужный коридор, и Ореола молча бросилась туда.

Ну как отпускать её одну? Сердце у Звездокрыла готово было выскочить из груди. Он вспомнил скелеты ночных в заброшенной сокровищнице и окаменевший лавовый поток с застывшими в нём драконьими черепами.

Стены коридора пылали жаром, будто едва сдерживали напор подземных сил. Хотелось лишь одного: поскорее добраться до потайного хода и оказаться наконец в прохладной тиши радужного леса.

Но как же Ореола? Она толком не знает, куда идёт и что делать там, внизу! Дракончик резко обернулся. Перед ним, заламывая лапы, стояла вконец отчаявшаяся ночная принцесса.

– Где ключи от подземных камер? – крикнул он.

– А… что? Ключи… одна связка спрятана в угольной нише на лестнице, – зачастила она. – Что это, извержение? Прямо сейчас? Тогда мы все погибли! Все!

«Скорее всего», – подумал Звездокрыл, затем произнёс внятно и рассудительно, стараясь справиться с собственной паникой:

– Вовсе не обязательно… Бегите с Вещуньей в главный зал и расскажите всем о нашем предложении. Тех, кто признает Ореолу своей королевой и поклянётся в верности, она примет к себе в лес. Согласных сразу отправляйте к потайному ходу, а остальные пускай летят через море на континент, пока вулкан не взорвался и их не накрыло лавой и пеплом – может, и успеют.

– Ореола ещё не согласилась, – напомнила Вещунья.

– Ничего, уговорим, – буркнул он. – Вперёд, живо!

Наскоро обняв Вещунью, дракончик пустился догонять радужную и обнаружил её на следующем перекрёстке. Она яростно топталась на месте, не зная, куда свернуть.

– Сюда! – крикнул он на бегу, направляясь к лестнице, ведущей в подземелья.

Разговаривать было некогда и ни к чему, да и рокот подземных толчков заглушал всякую речь. По мере спуска он становился всё громче, жара нарастала, а стены тряслись всё сильнее.

«Здесь мы и погибнем», – подумал Звездокрыл, уже ни на что не надеясь.

Он останавливался у каждой ниши на лестничных площадках и старательно шарил позади тлеющих углей, обжигая когти. Наконец, в последней, на крюке, вбитом в стену, обнаружилась тяжёлая связка ключей.

Бывшая королева Блеск на этот раз не спала. Закутав голову крыльями, она тряслась как лист на ветру, пронзительно зелёная от страха.

– Всё в порядке! – крикнул дракончик сквозь решётку, торопливо пробуя в замке один ключ за другим. – Мы спасём тебя, скоро будешь дома!

Радужная дракониха уставилась на него, растерянно моргая.

Звездокрыл оглянулся, но Ореола уже убежала вперёд. Она стояла у камеры Потрошителя, держась за металлические прутья. Он взял её лапы в свои, и во взгляде его читалась благодарность и что-то ещё непонятное, но разбираться было некогда.

Наконец замок поддался, и решётка распахнулась. Радужная узница, шатаясь, выбралась наружу.

– Жди здесь! – велел ночной дракончик и кинулся к Потрошителю.

– Чего ждать? – крикнула она вслед с недоумением.

Ореола выхватила у Звездокрыла ключи и стала возиться с замком. Лапы у неё тряслись – то ли от волнения, то ли из-за подземных толчков, которые теперь следовали без перерыва.

– Ты не обязана этого делать, – сказал Потрошитель, не сводя с неё глаз.

– Что, правда? – язвительно парировала она, перебирая ключи. – Ну, спасибо, что сказал! Тогда оставайся и удачи тебе… с вулканом.

Невольно глянув на зловещие трещины, ползущие по потолку, Звездокрыл вдруг заметил наверху решётки табличку с каким-то значком – такой же точно был на одном из ключей!

– Вот этот, – показал он, выхватывая всю связку.

Сунул ключ в замочную скважину, повернул и распахнул решётку. Потрошитель рванулся наружу, но цепь держала крепко. Сзади подбежала трясущаяся радужная дракониха, теперь ещё больше похожая на зелёный лист.

– Стены лопаются! – крикнула она. – Скорее, мы все погибнем!

Звездокрыл оглянулся – сквозь ползущие зигзаги трещин просачивался оранжевый свет раскалённой лавы.

– Так и есть, – шепнул он Ореоле.

– Бегите, – так же тихо ответила она, лихорадочно подбирая ключ к замку на цепи, – мы вас догоним.

– Скорее! Бежим! – вопила бывшая королева.

– Сейчас, погоди, – нервно бросил Звездокрыл, не отрывая глаз от ключей в когтях Ореолы.

– Нельзя ждать! Сейчас нас раздавит, сожжёт, взорвёт!

Словно в подтверждение её слов, пол дрогнул так сильно, что все повалились наземь. Ореола вскочила первая и сунула в замок последний ключ из связки.

– Есть! – радостно воскликнула она. Цепи покатились по трясущемуся полу, звякая и подпрыгивая как живые. – Бежим!

Она схватила Потрошителя за лапу и потянула за собой по коридору. Звездокрыл с бывшей королевой мчались следом, оступаясь и натыкаясь на стены, которые ходили ходуном.

Лестница уже была вся усыпана горящими углями из покорёженных ниш.

– Лапы берегите! – крикнул чёрный дракон, оглядываясь на бегу.

Ореола попыталась смахнуть угли хвостом и зашипела от боли. Тут же, наступив на уголёк, зашипел Звездокрыл. Головы приходилось прикрывать крыльями от падающих с потолка камней. Казалось, бег вверх по лестнице никогда не кончится, но в конце концов впереди показался спасительный коридор.

– Сюда! – махнул крылом Потрошитель и первым кинулся в проход, который Звездокрыл даже не мог припомнить.

Со стороны зала совета донёсся оглушительный грохот и чей-то крик. Звездокрыл оглянулся и подтолкнул вперёд зелёную радужную. Впрочем, зелёной от страха была уже и Ореола – кто способен в таком состоянии управлять своей окраской? Они неслись сломя голову за Потрошителем, едва успевая сворачивать в ответвления незнакомого лабиринта. Наконец впереди показалось небо – вернее, плотная туча дыма и пепла, окутавшая вулкан.

– Постарайтесь задержать дыхание, – сказала Ореола, – до туннеля недалеко.

Звездокрыл прыгнул с края террасы, яростно молотя крыльями сгустившийся вязкий воздух. Лавовый поток внизу бурлил и клокотал, став намного быстрее и шире, чем прежде. Впереди на прибрежном песке виднелась толпа чёрных драконов, в которой кое-где уже вспыхивали стычки.

– Надо забрать их в лес, – обернулся дракончик к Ореоле и продолжал, задыхаясь от кашля: – Иначе от ночного племени не останется никого.

– Ну и поделом, – мстительно фыркнула она, но было понятно, что ей тоже жаль чёрных драконов.

Из жерла вулкана уже летели раскалённые камни и врезались в землю, поднимая фонтаны обломков и пепла. Один пролетел совсем рядом со Звездокрылом, обдав чешую невыносимым жаром.

Ореола вытянула на лету шею, вглядываясь в тёмные отверстия пещер, и вздохнула.

– Надеюсь, все наши добрались без приключений…

Ночной дракончик внезапно принял решение, которому ужаснулся сам, но слова вырвались будто сами собой:

– Лети в лес, проверь, всё ли в порядке, и подготовь их к приёму гостей… а я соберу и приведу ночных.

Радужная королева глянула с удивлением, но возражать не стала.

– Будем держать копья, клыки и стрелы наготове… Вы двое, за мной! – Она повелительно щёлкнула хвостом и устремилась к пещере на берегу.

Звездокрыл смотрел, как двое радужных солдат с наполовину слезшей маскировкой встречают их у входа. Теперь он разглядел и других, ощетинившихся копьями в сторону толпы. Очевидно, Вещунья и Власта с задачей не справились – ну конечно, ведь радужные почти не знают одну и совсем не встречались с другой, с чего бы солдаты стали им доверять?

Значит, всё ложится на него. Надо убедить ночных признать Ореолу своей королевой и привести их в лес мирно. Если не получится… Да вообще, что угодно может случиться! К примеру, радужные запаникуют и не пустят ночных, будь с ними хоть сама Ореола… или же ночные обманут и неожиданно нападут. А может вмешаться и вулкан, и тогда никто не успеет даже дойти до пещеры…

Над ухом снова просвистели раскалённые обломки камня. Один царапнул чешую на боку, и дракончик охнул от боли.

Беспокоиться некогда, сказал он себе, поджимая крылья и ныряя с высоты к чёрному прибрежному песку и чёрной толпе. Либо все спасёмся, либо погибнем… тоже все.

Глава 27

Казалось, на берегу собралось всё ночное племя. Звездокрыл описал широкий круг, разглядывая собравшихся, и наконец заметил на огромном валуне Власту с Вещуньей, которые размахивали крыльями, чтобы привлечь внимание.

– Они и не собирались нас к себе пускать! – выкрикнул дракон с длинными продольными ссадинами на боку. – Пробьёмся силой!

– Да где нам! – возразил другой. – Мы даже не заметили, как они сняли часовых, разлетелись по всему острову и освободили пленных. Только сунемся в туннель, всех перережут.

Из огненного жерла вулкана выстрелил очередной залп камней, и вся толпа с криками ужаса повалилась на песок, заслоняясь крыльями.

– Слушайте, все! – прокричал Звездокрыл, паря над головой Власты. – Вы можете пройти на ту сторону без всякого риска! Я обещаю, что её величество Ореола дарует свою высочайшую милость каждому, кто признает её своей королевой!

– Радужная не может править ночными! – Он узнал голос сестры. Зубаста возмущённо воздела лапы со сжатыми когтями.

– А Доминанта не может править уже никем! – парировал он. – Королева умерла.

Племя застыло в трагическом молчании, но многие смотрели с недоверием. Он заметил в гуще толпы отца, который взволнованно топтался по песку, сжимая в лапах целую охапку свитков… а позади всех мрачно скалился огромный Провидец! Звездокрыл встретился с ним взглядом, и страх пронизал дракончика от рогов до кончика хвоста.

– А как же Власта? – спросил кто-то, но не слишком настойчиво.

– Я уже согласилась на предложение королевы Ореолы! – подала голос ночная принцесса. – Иначе нашему племени не выжить.

– Ореола позаботится о вас! – снова заговорил Звездокрыл. – Она правит честно и справедливо, и в дождевом лесу вам будет хорошо.

Дым вокруг так сгустился, что он почти уже не различал драконов в первых рядах. Серый пепел сплошь покрывал их чешую и лежал грудами на песке.

Со стороны вулкана снова донеслись зловещие громовые раскаты.

– Я согласен! – выкрикнул Коготь. – По крайней мере, там лучше, чем здесь.

– Откуда нам знать, что вы нас не убьёте? – перебил его голос из толпы.

– Королеве Ореоле можно верить! – ответила Власта.

– Зато я знаю, что вас убьёт наверняка! – добавила Вещунья, показывая на вулкан. – Так что давайте скорее выбираться отсюда! Служу королеве Ореоле! – крикнула она, поднимаясь в воздух и направляясь к пещере.

– Служу Ореоле! – подхватил Коготь, устремляясь за Вещуньей.

– Королева Ореола! Ореола! – подхватило сразу множество голосов.

Звездокрыл с облегчением перевёл дух. Слышала бы это сама Радужная королева! Надменное племя ночных, которое вечно кичилось своим превосходством, дружно склонилось перед «самой бесполезной» из драконят!

Поспешив обогнать всех, он устремился к пещере. Строй радужных с копьями уже исчез, а на их месте стояли Глин, Цунами и Солнышко. При виде их даже дышать стало немного легче.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – хмыкнула Цунами, когда он, взмахнув крыльями, опустился на пороге. – План хуже некуда. Как вообще можно верить ночным?

– А мне очень нравится! – горячо возразила Солнышко. – Звездокрыл, ты гений! Лучше никто бы не придумал.

Как ни странно, ночной дракончик даже не гадал на этот раз, как отнесётся к его идее крошка песчаная. Он смущённо улыбнулся в ответ, страшно гордясь, что сумел её порадовать.

– Так, давайте в темпе! – буркнул Глин, всматриваясь в вершину горы, из которой бил слепящий фонтан оранжевых искр. – Живо в пещеру! – скомандовал он подлетающим ночным.

Первым у порога приземлился Коготь.

– Королева Ореола! – крикнул он поспешно, кидаясь мимо драконят в пещеру.

Звездокрыл немного проводил его по коридору, успел увидеть, как тощий дракончик исчезает в дыре потайного хода, и едва успел разминуться с бегущей следом Властой.

– Как я рада, что никогда не стану королевой! – шепнула она на ходу, оглянувшись в ужасе на окутанную огнём гору.

Да уж, подумал Звездокрыл, спасаться первой, наплевав на всё племя… Ночные небось тоже рады без памяти, что избавились от такой правительницы.

Он отшатнулся и прижался к стене – следом за принцессой валила целая толпа, выкрикивая вразнобой:

– Служу Ореоле! Слава новой королеве! Да здравствует Ореола!

И лишь кто-то один недовольно пробурчал на бегу:

– Не нравится мне это…

– Ты подумай, сколько там еды! – тут же перебили его.

– А воздух, а запахи! Чистая вода, солнце – просто сказка!

– Наконец-то узнаем, что такое кокос!

– Большие деревья, настоящие! А ещё манго…

Звездокрыл протолкнулся навстречу бегущим к выходу, где всё ещё стояли друзья. Серый пепел валил хлопьями из чёрных клубящихся туч. Огненные реки лавы змеились теперь по всему склону вулкана, а волны подземных толчков накатывали одна за другой. Казалось, это гремят шаги гигантского дракона, который прокладывает себе путь к побережью.

– Эй, ты! – Цунами схватила за хвост пробегавшего ночного. – Почему молчишь? А ну…

– Королева Ореола! – нехотя буркнул дракон, и Звездокрыл узнал Крылана, помощника в лаборатории отца.

– Не годится! – рыкнула морская. – Ещё раз, и поискренней! Иначе останешься беседовать с вулканом.

Огненная гора охотно громыхнула в подтверждение её слов.

– Королева Ореола! – в ужасе завопил верзила.

– Вот так-то! – наставительно кивнула Цунами, разжимая когти.

Среди бегущих Звездокрыл с удивлением заметил бурую чешую и на миг даже подумал, что это Глин, но тот спокойно стоял рядом… Брюх, ну конечно, Брюх! Он совсем забыл про одного из подставных драконят Провидца, который улетел охотиться сегодня утром, – а кажется, будто неделю назад. Забыл и чуть не бросил здесь, виновато подумал ночной дракончик.

– Привет! – кивнул Брюх, опускаясь на скалу. – Что-то я не понял – все сюда летят. Правда, что здесь дают бананы?

– Давай живо в туннель со всеми, там объяснят!

Земляной не стал возражать и кинулся в коридор.

– Звездокрыл, тут с тобой хотят поговорить, – потянул его за крыло Глин.

– О! – Ночной дракончик смутился, встретившись взглядом с изобретателем. – Глин, познакомься, это Гений… мой отец.

Прижимая к груди охапку свитков, тощий ночной попытался взять Звездокрыла за лапу, выронил несколько штук и стал суетливо их подбирать.

– Конечно, сейчас не слишком подходящее время для разговоров… – начал он, отводя глаза, – но мне вдруг пришло в голову, что наши гостеприимные хозяева могут отнестись ко мне… э-э… не очень доброжелательно. Как думаешь, сынок, нужно мне беспокоиться? Вдруг меня не пустят после… ну… Боюсь, у них остались какие-то обиды…

Ночной дракончик понимал, что отцу хочется услышать утешительную ложь, но не мог себе этого позволить.

– Думаю, они тебя не любят, – кивнул он, – и заслуженно, не так ли?

– Но… – Гений неловко потоптался, вертя в когтях свиток. – Научный интерес… и потом, я получил приказ…

– Не надо оправданий, – покачал головой Звездокрыл. – Просто скажи королеве, что жалеешь обо всём, и прими то наказание, которое она тебе назначит. Ничего другого я посоветовать не могу.

– Ну, или попробуй через море, – кивнула Цунами на взбивающие пепел огромные волны.

Гений нервно хлестнул хвостом, глядя на бегущих мимо ночных. Громыхание вулкана становилось всё оглушительней, подземные толчки – всё сильнее.

– Я… я извинюсь перед королевой… – пробормотал он, потом с опаской взглянул на Цунами. – Перед нашей новой королевой!

– Ладно, проходи! – Она отступила в сторону.

– Вот, захвати, – добавил Звездокрыл, вспомнив о карте, которую так и не бросил.

Он сунул смятый комок в кучу свитков, и Гений, едва удерживая её в лапах, поспешил к туннелю.

– Прямо как ты со своим мешком, когда мы уходили из пещер, – хихикнула Солнышко, пихая Звездокрыла в бок. – Все свитки хотел с собой унести.

– Ну, в остальном у нас мало общего, – буркнул ночной дракончик, сердито щёлкнув хвостом.

– Ничего, он исправится, – улыбнулась она. Наверное, никто другой не смог бы так легко простить то, что натворил Гений.

– Эй, ребята, – тихонько шепнула Цунами. – Вы только гляньте, кто летит последним!

Звездокрыл обернулся, заранее зная ответ.

Последние несколько ночных нырнули в коридор, торопливо бормоча: «Новая королева! Слава Ореоле!» Не обращая на них внимания, четверо драконят молча смотрели, как перед ними на уступ скалы опускается чёрный дракон, такой же чудовищно огромный, свирепый и грозный, как в тот первый раз, когда явился к воспитателям в пещеру – всего несколько недель назад.

«Ночные драконы превосходят любое другое племя…» «Ты должен стать лидером, заставить себя слушаться…» «Нельзя показывать слабость… нельзя иметь слабости». Звездокрыл поёжился от воспоминаний.

Всю свою жизнь дракончик считал, что состоит из одних слабостей и недостатков… но после сегодняшних приключений что-то поменялось. Может, он не такой уж и бесполезный, в конце концов? Особые способности – это ещё не всё…

– У вас ничего не выйдет! – прорычал Провидец, нависая над четвёркой друзей. – Ночные драконы никогда не покорятся чужому племени, тем более радужным! Когда мы окажемся в безопасности, вам всем придётся плохо!

– Тогда оставайся здесь! – зашипела Цунами, кивая на безжизненный обугленный остров. – Или умри, мне наплевать.

– Да кто вы такие? – заревел он. – Это мы создали вас, и так же легко уничтожим, если захотим!

– Неправда! – воскликнула Солнышко. – Мы появились, чтобы исполнить пророчество, и никто не может помешать ему сбыться!

Чёрный дракон расхохотался.

– Помешать? Я почти двадцать лет стараюсь его исполнить!

– Пророчества сбываются сами! – возразила она. – Ты не можешь вертеть ими, как хочешь. То, что должно случиться, обязательно случится, потому что решает судьба, а не ты!

Вулкан выбросил в небо фонтан раскалённой лавы, и остров тряхнуло так сильно, что драконятам пришлось вжаться в скалу.

– Наоборот, – вкрадчиво прошипел чёрный великан, – моё пророчество сбудется так, как хочу я… потому что я сам его сочинил!

Глава 28

Земля тряслась уже без остановки, так что у Звездокрыла стучали зубы и он ждал, что уступ скалы вот-вот обрушится. Вулкан снова загрохотал, выплюнув огненный фонтан, и по тёмному склону поползла вниз новая светящаяся река.

Жёсткая, словно вырубленная из камня, пасть Провидца злобно ухмылялась, зрачки горели оранжевыми отсветами пылающей лавы.

– Ты… что? – растерянно переспросила Цунами.

Пророчество не настоящее! Слова чёрного дракона не укладывались у Звездокрыла в голове. Не укладывались в его картину мира, того мира, что окружал его с тех пор, как он вылупился из яйца.

Пророчество о драконятах просто придумано, оно фальшивое!

– Неправда! – выкрикнула Солнышко. – Ты просто хочешь нас напугать!

Вулкан разразился грохочущим рёвом, будто сотни боевых драконов завопили от боли.

– Чистая правда! – пророкотал чёрный великан. – Мы с королевой Доминантой сочинили и записали его, когда прошлое извержение разрушило часть крепости. Ночным драконам был нужен новый дом, и пророчество стало частью нашего плана!

– Каким же образом? – нахмурился Звездокрыл, повторяя в уме памятные строки. – Что общего у пророчества с переселением одного из племён?

– Мы собирались управлять драконятами, – объяснил Провидец, – с помощью одного из них, ночного, который, само собой, стал бы их лидером… Твой катастрофический провал в этом качестве стал нашей первой проблемой! – Он ожёг Звездокрыла уничтожающим взглядом. – Потом мы хотели найти союзницу, вступить в войну на её стороне и таким образом склонить чашу весов на её сторону…

– И тогда эта союзница помогла бы захватить радужный лес, – понятливо кивнул Звездокрыл. – Получается, что пророчество говорило о вас, но так туманно, что никто не понял. «Тьма воссияет» – это о ночных, ну конечно!

– Да, именно так. Самое важное нельзя слишком разъяснять. – Чёрного дракона почти уже не было видно за багровой тьмой, стремительно окутывавшей весь остров. – Всё остальное – для отвода глаз, дымовая завеса.

– Нет! – так пронзительно выкрикнула Солнышко, что все вздрогнули. – Пророчество настоящее! Это мы взлетели из гнёзд, чтобы сгинули раздоры! Мы остановим войну, и мир наполнится светом! Мы спасём всех драконов!

– Боюсь, что нет, – ухмыльнулся Провидец. – Вы такие же обыкновенные, как все остальные драконята.

– Ну и ну… – Глин почесал за ухом. – Неудивительно, что я всегда считал себя обыкновенным.

– Неправда, никакой ты не обыкновенный! – возмущённо всхлипнула Солнышко. Ночной дракончик в жизни не видел малышку такой расстроенной. Он шагнул, чтобы обнять её крыльями, но песчаная раздражённо оттолкнула его и продолжала: – А как же тогда яйцо цвета крови? А моё яйцо, которое нашли в пустыне?

– Свойства красных яиц открыли наши учёные, и мы используем их в пророчествах, чтобы произвести впечатление на низшие невежественные племена… А яйцо песчаных хотели подсунуть, но оказалось, что одно такое уже спрятано в пустыне, и оставалось только его отыскать – простое совпадение.

– Нет… никакое не совпадение… – Солнышко уже рыдала. – Это была судьба!

Цунами криво усмехнулась, глядя на Провидца.

– Ты, конечно, большой мерзавец, – хмыкнула она, – однако, с другой стороны… Солнышко, ты только подумай, что это значит! Теперь мы вольны жить своей собственной жизнью и не забивать себе голову дурацкими предназначениями, велением звёзд и прочей белибердой. Мы свободны!

– Но я на самом деле хочу остановить войну! В пророчество верят все драконы, верят в нас! Если мы подведём, кто спасёт их?

– Никто! – свирепо бросил чёрный великан. – Какой теперь смысл? Ночные уже в дождевом лесу, нам больше ни к чему лезть в междоусобицы других племён. А значит, война никогда не закончится, и драконы будут гибнуть каждый день, поколение за поколением! – Он снова ухмыльнулся. – Гибнуть и недоумевать, куда подевались те чудесные драконята судьбы, которые так хотели всех спасти, но позорно проиграли!

Золотистая крошка яростно всхлипнула, растолкала друзей и ринулась к дыре, ведущей в радужный лес.

Провидец шагнул вперёд, намереваясь последовать за ней, но Звездокрыл загородил ему путь.

– Ты не пойдёшь с нами, – выдавил он. Голос его дрожал почти так же сильно, как земля под лапами.

Глин и Цунами встали с ним бок о бок.

– Не пройдёшь, – подтвердила морская принцесса. – Теперь тебе никто не поверит, даже если ты и признаешь Ореолу на словах. Таким, как ты, нельзя доверять ни в чём.

– Убирайся! – прорычал Глин. – Лети через море, если успеешь, пока не взорвался вулкан.

– А если не успеешь, нам наплевать, – добавила Цунами.

Чёрный великан недоверчиво покосился на них.

– Это кто же собирается мне помешать? Уж не вы ли трое?

– Мы, – кивнул ночной дракончик.

– И я, – послышался у него из-за спины голос Вещуньи. Звездокрыл почувствовал прикосновение её хвоста.

– Ну что ж, – насмешливо фыркнул Провидец, – удобный случай покончить со всеми разом.

Его огромная пасть разверзлась, полная дымящегося драконьего огня.

В этот миг и взорвался вулкан.

Такого зрелища Звездокрыл даже представить себе не мог.

Земля будто вывернулась наизнанку, поглотив верхушку огненной горы, и в небо гигантским грибом взметнулось клубящееся чёрно-багровое облако. Поднявшись на высоту сотен драконов, оно стало оседать, обрушиваясь на остров смертельным градом раскалённых камней и пепла. Пылающий смерч с оглушительным рёвом катился вниз по склонам вулкана, сметая всё на своём пути с такой скоростью, что ни один дракон не смог бы улететь.

– Бежим! – завопил ночной дракончик, толкая Вещунью в пещеру впереди себя.

Они со всех ног понеслись по каменному коридору, за ними – Цунами с Глином. Позади раздавалось тяжёлое топанье Провидца, но пока было не до него.

Вещунья нырнула в дыру первая. Звездокрыл обернулся, схватил Цунами за плечо и толкнул в проём. Глянул назад – и увидел огромный шар драконьего огня, распухающий в коридоре от стены до стены. По ту сторону мелькнул тёмный силуэт Провидца – и пропал в клубящемся вихре вулканического пепла.

В следующий миг всё тело охватил испепеляющий жар, будто от горящей лавы, и глаза пронзила острая боль. Дракончик с воплем зажмурился, готовый изжариться заживо, но тут широкие крылья окутали его, и он понял, что Глин с его жаропрочной чешуёй оказался на месте.

Земляной дракончик подхватил его и успел прыгнуть в туннель.

«А как же огонь? – думал Звездокрыл, уже теряя сознание. – Туннель магический… интересно, дойдёт огонь до середины или до самого конца?..»

Чешую с тихим шорохом омывал дождь, кто-то держал за лапы, а на глазах лежало что-то прохладное и влажное – судя по запаху, листья. Откуда-то доносился гул драконьих голосов, смешанный со звуками ночного леса – бормотанием ленивцев, стрекотом цикад и лягушачьими руладами. Среди лап, трогавших его, он различил Солнышкины и даже ощутил тепло её чешуи, которое не спутал бы ни с чем даже с закрытыми глазами – удастся ли их когда-нибудь открыть? Она прижалась к нему теснее и прошептала… но почему-то голосом Вещуньи:

– Ты самый храбрый, Звездокрыл!

Тепло вдруг исчезло, будто лишь почудилось, а потом вдруг тело охватила жгучая боль. Он хотел вскрикнуть, но задохнулся от боли, такой сильной она была.

Что-то кольнуло в шею, и он едва успел подумать: «Усыпляющая стрелка… правильно», а затем всё поплыло и стало исчезать – боль, тревога, Солнышко и Вещунья, горькая правда о пророчестве, ужас вулкана… и вокруг сомкнулась тьма чернее чешуи ночного дракона.

Эпилог

Снег валил большими хлопьями, и морозный ветер кружил их по застывшей земле. Золотисто-белая песчаная зябко ёжилась у стены своей крепости, закутавшись в верблюжье одеяло, и пыталась дохнуть огнём, чтобы согреть воздух вокруг себя.

– М-может быть, мы всё-таки войдём? – стуча зубами, спросила она огромную белоснежную дракониху.

– Нет, – отрезала королева Глетчер. – Пока не примем решение, никто ничего не должен знать.

Её глаза морозной голубизны подозрительно обвели ледяных стражников, расставленных подальше, чтобы не могли подслушать. Драконы пристально вглядывались в небо, не летят ли враги. На крыльях и рогах искрился иней, шипы на кончиках хвостов торчали острыми сосульками.

Принцесса Пламень вздохнула.

– Иначе говоря, пока решение не примешь ты?

– Нет, почему же, твои соображения всегда приветствуются, – спокойно ответила Ледяная королева. Она хорошо знала, что от песчаной трудно ожидать полезных советов, а тем более возражений.

– Шея болит! – Пламень с досадой пнула снежный сугроб и осторожно пощупала повязку. – Ой!.. Как думаешь, будет видно? Я с ума сойду, если останется шрам.

– Ты точно это слышала? – спросила Глетчер. – Ночные в союзе с Ожог и заставляют драконят выбрать её на трон?

– Ну, вроде того, – кивнула песчаная, – но самое главное – тот ночной покушался на мою жизнь! Ты ведь убьёшь его, правда?

– Если надо, всех убьём, ночных мне не жалко. А вот что делать с драконятами из пророчества…

Пламень похлопала замёрзшими лапами.

– Вообще-то, они симпатичные, хоть и смешные немного. Только никак не могу понять – зачем с ними та радужная? И потом, уж больно она хороша собой. Красоты должно быть в меру, я считаю. Правда ведь? Иначе она раздражает.

– Да, конечно, – рассеянно согласилась ледяная, погружённая в свои мысли. – Никак нельзя позволить им выбрать Ожог – это подорвёт наш боевой дух.

– Да как они её выберут, если уже видели меня? – возмутилась принцесса. – Теперь им ясно, что лучшей королевы для песчаных не придумаешь! Меня и выберут, как можно сомневаться!

– Ну, наверное… – уклончиво протянула Глетчер.

На самом деле, она не настолько верила в неотразимость своей союзницы и её умение убеждать и поддержала не столько за королевские качества, сколько купившись на обещания новых земель для ледяных.

– Но всё же, – продолжала ледяная, – на случай, если их кто-то сбил с толку, хорошо бы найти этих драконят… я бы не отказалась потолковать с ними.

– Ну да, ну да… – закивала Пламень, дрожа с головы до лап. – Я припомню поподробнее, как они выглядели и что говорили, только… Может, всё-таки войдём, а?

Глетчер задумчиво кивнула, и принцесса опрометью кинулась к двери.

Ледяная королева отлично умела находить концы. Драконята отыщутся, это не вопрос. А потом она на самом деле побеседует с ними – то есть, начнёт с беседы, чтобы выяснить, какие у них намерения… Однако, если их планы ей не понравятся… что ж, на войне как на войне. Несколькими драконятами больше или меньше – какая разница?

Шипя по-змеиному, дракониха нервно расхаживала во тьме по уступу скалы.

В укромной долине далеко внизу в россыпи окошек тускло мерцали огоньки.

Ожог скривилась, разглядывая гнездо воришек. Зачем Провидцу понадобились эти жалкие двулапые крысята, бледнокожие и писклявые? Мяса их совсем не хочется, и даже жечь убогое скопище лачуг не стоит трудов.

Песчаная принцесса кипела от злости.

Свист ветра в чужих крыльях заставил её резко обернуться и поднять над головой хвост с ядовитым шипом.

Нет, это не враг, и не Провидец, а тот бесхребетный вожак Когтей мира, из морских. Не один, с ним кто-то ещё… Дракониха прищурилась, всматриваясь в темноту.

– Извините за опоздание, ваше величество, – поклонился Наутилус.

– Где Провидец? – бросила она.

– Я не знаю… думал, он уже здесь… Мы не виделись с тех пор, как он увёл драконят из нашего лагеря, но сегодня должны встретиться здесь. У меня есть что ему сказать. – Морской дракон выпятил грудь, явно чтобы придать себе храбрости.

– Между тем, его здесь нет! – зашипела Ожог. – А это кто с тобой?

Наутилус прижал дракончика к себе, обнимая крылом. Ещё один морской – совсем мелкий, зелёный, дрожащий.

– Мой сын Кальмар. – Вожак Когтей погладил малыша по голове. – Провидец бросил его одного в горах, и если бы наши разведчики каким-то чудом не подоспели… – Глаза морского дракона яростно сверкнули в холодном свете двух полных лун.

– Ненавижу ночных! – выпалил Кальмар.

– Пожалуй, я тоже, – оскалилась Ожог.

Тайные встречи с Провидцем немало её раздражали. Он всегда сам назначал время и место, и связаться с ним по-другому было никак нельзя. Ради союза с ночными и власти над драконятами приходилось терпеть… однако ничего из обещанного песчаная принцесса до сих пор так и не получила.

Что ещё хуже, она теряла других союзников. Конечно, небольшое войско из верных песчаных, укрытое вблизи бухты Тысячи чешуек, никогда не предаст – Ожог знала каждый шаг и каждую мысль своих солдат. Они все следили друг за другом, каждый искренне считал себя особо приближённым королевы и тайно доносил на товарищей. Даже намёк на непослушание или слабость немедленно карался смертью.

Однако военный союз с морскими драконами, заключённый ещё в самом начале войны много лет назад, растаял, словно кусок льда в когтях. После разрушения Летнего дворца королева Коралл увела своё племя в тайное подводное убежище, и с тех пор никто морских не видел. Ожог почти каждый день летала туда, но так и не встретила гонцов с вестями или свитками от союзницы.

Что же делать, если теперь ещё исчезнет и Провидец? Где находится остров ночных драконов, принцесса понятия не имела, и куда отправлять послания, не знала. О каком союзе тут можно говорить?

Она снова зашипела, глядя на гнездо воришек. Может, всё-таки сжечь?

Наутилус угрюмо сидел на уступе скалы, укутав крыльями сына. Светящаяся морская чешуя тускло мигала во тьме, словно сообщая что-то очень важное.

– Если Провидец так и не явится, – заговорила Ожог, – я знаю, кого подозревать.

Морской дракон с дракончиком с любопытством подняли головы.

– Драконята! – зарычала песчаная. – Нет, не твой слабак… Те, настоящие! С тех пор как сбежали от своих хозяев, только и гадят всем!

Наутилус поморщился.

– У нас принято говорить «от воспитателей»… Хотя верно – где бы ни появились, одни неприятности от них.

– На этот раз не на ту напали! – прошипела она. Снова бросила взгляд на мирную долину внизу и мстительно сжала когти. – От меня не скроются, и плевать я хотела на пророчество. Найду и уничтожу – всех до единого!

Солнце жгло, раскаляя бескрайние пески вокруг крепости, когда во внутреннем дворе приземлился отряд песчаных. Сладковатый запах отрубленных драконьих голов на стенах тяжело висел в воздухе, и Огонь глубоко вдохнула его. Она обожала этот густой аромат разложения, но ещё больше – перепуганные взгляды солдат, наблюдавших сейчас за ней.

На ступенях дворца появился дракон и бросился навстречу, топая по горячим камням площади. Чёрный ромбовидный узор на его крыльях, как всегда, напомнил принцессе о сестре-сопернице, и хозяйка крепости не смогла сдержать раздражённой гримасы. Однако Искр давно привык к этому.

– Я ждал тебя только завтра… – заметил он, поигрывая раздвоенным языком. Бледно-жёлтая дракониха молчала, выжидательно прищурив обсидианово-чёрные глаза. – Ваше величество, – добавил он, спохватившись. – Ждал только завтра, ваше величество!

Нотка иронии в его голосе не ускользнула от внимания принцессы, но устраивать брату разнос перед строем подчинённых не годилось. Чуть позже, наедине, её когти заставят наглеца покаяться от всей души.

– Как наша гостья? – спросила она, щелчком хвоста распуская солдат.

– Всё ещё крайне недовольна… Пожалуй, стоило бы перевести её в помещение немного… э-э… попроще. Добралась до коллекции… попортила кое-что.

– Неблагодарная корова! – прошипела Огонь.

– Что слышно о драконятах? – спросил брат, провожая её в главный зал.

– Снова исчезли… но по Небесному королевству недавно прошёл слух, что они спалили дотла сторожевую заставу на северном побережье и вырезали там всех – видимо, в отместку за своё заточение у Пурпур.

Искр озабоченно поджал крылья.

– Думаешь, они на это способны?

– Я ничего толком о них не знаю. На арене смотреть было не на что, какие уж там массовые убийства, однако Пурпур они отделали на славу, так что всё может быть, внешность обманчива. – Огонь подошла к длинному столу, заставленному едой. – Знаю одно: они мне не нравятся! Жаль, не добралась в своё время до всех пяти яиц!

Она схватила со стола убитого ястреба и откусила голову с таким хищным удовольствием, будто держала в когтях нахальную морскую или коварную радужную.

– С Рубин не получается? – покачал головой Искр.

– Эта самозваная королева небесных – тоскливая зануда! – свирепо зарычала дракониха. – Хочет, видите ли, сначала навести порядок, укрепить свой трон, а потом уже воевать за меня. Ещё хуже, чем её вредная мамаша! Слушаться совершенно не желает, ни одной приличной битвы за последние недели. Пора, наверное, от неё избавляться.

– Досадно, – согласился принц, кидая в пасть горсть фиников.

– Ещё бы! Так и тянет кого-нибудь прикончить. Давненько я не вырывала драконьих глоток.

Брат опасливо отодвинулся, стараясь сделать это незаметно, но без успеха.

– Ну… у тебя есть пленница…

– Нет-нет, – нахмурилась Огонь. – Королева Пурпур наша гостья… пока. Может, и передумаю, но сначала надо прикинуть, сколько от неё пользы. – Она оглянулась на двор, где палящее солнце отражалось бликами на гладких каменных плитах. – Нет, у меня другие на уме. Пятеро.

– Ах, ну да… – Искр поёжился. – Только их надо ещё найти.

– За этим дело не станет, – хмыкнула принцесса. – Когда головы «чудесных драконят судьбы» будут торчать на кольях, все болтуны прикусят языки. – Дракониха оскалилась, пуская дым из ноздрей. – Даже не сомневайся, братец: скоро мы положим конец этим пророческим бредням – раз и навсегда!

Content

Туи Т. Сазерленд
Мрачная тайна

Пролог

Часть первая Секретный план

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Часть вторая Тайна королевы

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Часть третья Правда

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Эпилог