Александр Мычко

Теперь ты в армии

Трилогия

Часть первая

Рекрут

День первый

Призыв. Восточное побережье континента

Хорошо, когда тебе всего девятнадцать лет. Тело еще молодо, голова не загружена ни чем серьезным, и можно совершенно не заботиться о завтрашнем дне. Пока…

Пока тебе не стукнет двадцать, и правительство Федерации заявит на тебя свои законные права. И вот кто-то из пацанов послушно плетется посреди унылой толпы таких же бедолаг на ближайший призывной пункт. Парни проворнее тянут резину до последнего дня, тусят по клиникам в поисках несуществующих болезней, или в сотый раз пытаются сдать тест на астронавта. Но, в конце концов, и их загребают на призыв, и они бредут уже посреди жалкого ручейка таких же хитро деланных залетчиков

Но есть третья категория призывников. Которые положили большой болт на права и обязанности гражданина Федерации. Они внезапно срываются с насиженного места и кочуют по миру в поисках приключений и праздника. Доставляя своим несносным поведением изрядные хлопоты планетарной военной полиции. Между нею, местными шерифами и самыми наглыми призывниками идет непрекращающаяся подпольная игра. Апофеозом ее становится выявление «Последнего бегуна».

Последний пойманный призывник имеет по неписаным правилам этого захватывающего состязания право выбора места службы.

Алекс Карт очень медленно выбирался из царства Морфея. Голова чуть побаливала, сам же организм немного подташнивало и потряхивало от излишнего количества алкоголя в крови… Наконец он смог сфокусировать глаза на затейливо украшенном потолке. Тот был достаточно высоким, по нему медленно скользили тени от качающихся за окном деревьев.

«Значит я где-то за городом» — подумал он — «Хоть убей, не помню концовки вчерашней вечеринки». Алекс пошевелился, справа что-то теплое коснулось его бедра. Парень приподнял синюю простыню и увидел голое девичье тело. Девушка лежала спиной к нему, и только копна ярко-рыжих волос прикрывала ее спину. Чуть ниже спины соблазнительно округлялись крепкие ягодицы. Его тело почувствовало подобное прикосновение уже с другой стороны. Алекс ощутил знакомую упругость девичьих грудей, осторожно повернулся и увидел безмятежное лицо спящей блондинки. Ее бюст достаточно соблазнительно вылез из простыни и был довольно-таки впечатляющего размера. От такого возбуждающего зрелища у юноши появилось желание заняться с этими малышками чем-нибудь этаким веселым. Оставалось только выбрать с какой из девчонок начать.

Вот на этой расчудесной задаче Карта и застали дальнейшие пренеприятнейшие события. Пока молодой человек размышлял о позах утренней гимнастики, дверь в уютную спальню резко распахнулась и в нее залетела целая уйма народа. В комнате сразу стало очень шумно, заскочившие типы в форме громко кричали, а проснувшиеся от нежданного визита девчонки оглушительно визжали. Один только Алекс непонимающе таращился на пришельцев.

Чуть позже, когда все успокоилось, и девушек увели, Алекс смог натянуть штаны, к нему на кровать подсел среднего возраста мужчина, в форме полиции континента.

— Ну что парень, поздравляю!

— С чем это? — подозрительно посмотрел на него Алекс.

— Ты бегун года. На нашем североатлантическом континенте ты последний призывник этого сезона. Мы получим премию, а ты неофициальное право выбрать род войск.

— Хм, не знал о подобном бонусе. Это вы серьезно?

— Вполне, сынок. Плюс ко всему мы утерли нос военным копам — полисмен здесь употребил древнее словечко из американского языка — и контрразведке. Ты оказался уж очень шустрым малым… Так что удачи тебе. Через 10 лет можешь зайти в наше управление. Для таких засранцев всегда найдется настоящая мужская работенка.

— Спасибо на добром слове — Алекс не скрывал сарказма.

Дверь распахнулась, и в комнату стремительно вошли двое в форме военной полиции.

— Свободно рожденный в Земной Федерации Алекс Карт? — вперед выступил толстяк с погонами капитана.

— Ну и что дальше? — парень спокойно присел на край дивана в ожидании. Так официально к нему давно не обращались.

— Согласно пятой статьи конституции Земной Федерации вы призываетесь на действительную военную службу и обязаны проехать в ближайший призывной пункт. В случае вашего несогласия мы будем обязаны препроводить вас в Континентальный Трибунал — капитан неожиданно зло смотрел на «Последнего бегуна». Их служба опять проиграла эту игру, что руководству явно не понравится.

— Валяйте… — нехотя выговорил Карт и встал с кровати, не застегнутые штаны упали вниз, представив миру утреннюю юношескую эрекцию, которую не успели убрать старым проверенным способом. Сержанты местной полиции весело заржали, а военные покрылись пунцовой краской.

— Парень — континентальщик умирал со смеху — тебя форма, что ли, так возбуждает.

— Ага — машинально кивнул юноша и потянулся за штанами.

— Ну, теперь у тебя впереди 10 лет непрерывного возбуждения — вслед за полицейскими уже вовсю заржали военные. Капитан же был в ярости. Он раздосадовано замахал руками и что-то негромко прошипел. Алекс же флегматично произнес.

— Не надо тут вентилятором работать, у меня нет жара. Лучше грузите в машину, я что, до призывного пешком пойду?

Через полтора часа езды, или правильней сказать парения над спиральной континентальной дорогой на скорости 300 земных километров в час, они прибыли в 12-й федеральный призывной пункт. Это было огромное здание, стоящее поодаль от городских кварталов и обнесенное высоким пиробетонным забором. Карта доставили в приемное отделение и сдали под расписку дежурному. Тут же прошли стандартные процедуры опознания. Затем, ожидая в небольшой очереди, Алекс смог добыть бутылку воды. Еще час заняло стандартное медицинское сканирование. И вот, наконец, он предстал перед отборочной комиссией. Пять человек: три военных офицера, один представитель власти и один гражданский, выглядели они очень устало. Уже пару месяцев почти каждый день перед ними проходили тысячи юношей и девушек. И именно им предстояло решать судьбу этих молодых людей на ближайшие несколько лет.

Алекс прошел в комнату и без приглашения сел на стул. Пожилой человек, представляющий континентальный комитет власти, неодобрительно взглянул на него.

— У вас есть какие-то пожелания или просьбы, Алекс Карт?

— Есть одна…. Поспать пару часиков. Ну, неплохо было бы еще винца выпить.

— Однако вы и наглец — в разговор вступила симпатичная дама, одетая в гражданскую одежду — и как вы сможете служить нашему обществу, имея такие аморальные наклонности.

— Да уж как-нибудь так, лучше в лежачем положении, и с приятной телкой, типа вас — Алекс засмеялся, а моложавая дамочка впала в ступор.

— Граждане Федерации, не будем отдаляться от нашей непосредственной работы — выступил сухопарый седой полковник, глава комиссии — Алекс Карт, у вас будут предложения для комиссии, какие ваши качества в анкете стоит рассмотреть, чтобы принять правильное решение, и направить вас на тот участок деятельности, где ваши личные способности помогут лучше служить Федерации.

— Какие еще пожелания? — Алекс подозрительно уставился на главу комиссии — Разве я не могу сам выбрать род войск, меня что, обманули?

Лейтенант, сидевший сбоку от главы комиссии, вдруг спешно закопошился и передал полковнику информационный кристалл. Тот подключил его к планшету, несколько минут изучал вышедшую на экран информацию и взглянул на молодого человека с нескрываемым любопытством.

— Ах, вот оно что….. «Последний бегун».

Члены комиссии переглянулись и с удвоенным интересом уставились на невысокого, сухощавого молодого человека. Его густые русые волосы немного вились, над большим лбом кокетливо свисала косая челка, чуть ниже светились умом ярко-синие глаза. Для женского взгляда он выглядел очень даже симпатичным, эдакая душка. Особенно когда юноша улыбался, и на подбородке явственно проступала небольшая ямочка.

— И какие войска вы выбрали, молодой человек? — с усмешкой спросил полковник. Он еще не сталкивался с «бегунами» на практике и ожидал прошения попасть во вспомогательные или тыловые части.

— Я хочу служить в рейнджерах — твердо сказал Алекс

— В мобильной пехоте? — полковник выглядел удивленным, ведь это была очень опасная служба — Вы уверены?

— Так точно, я даже знаю, какой будет моя военная специальность.

Глава комиссии не стал переспрашивать, а просто заглянул в личное дело. Увиденное там, видимо удовлетворило его любопытство, и он посмотрел на призывника с толикой уважения.

— В таком случае удачи тебе, сынок. Я буду рекомендовать тебя в батальоны рейнджеров.

Алекс грустно рассматривал потолок жилого кубрика. Вокруг ходили, сидели, разговаривали уже немногочисленные в это время призывники. Месяц назад в этом призывном пункте находились тысячи молодых людей и девушек, и было совершенно не протолкнуться. Теперь же на все огромное помещение вряд ли наберется и сотня призывников. Девушек не наблюдалось совершенно, их служба была гражданской. Они наоборот спешили попасть на нее первыми, чтобы пораньше закончить обязательную трехгодовую службу и вернуться к своим занятиям. Ну, или к новым, ведь именно после службы они получают право на рождение ребенка. А парням же трубить десять лет. Восемь в действующей армии и два в запасе. Рискуя или получить пулю на богом забытой планете, или сгореть со всем экипажем звездолета в безвоздушном космическом пространстве. В лучшем случае удастся вернуться на Землю полуискалеченным мудаком. Хотя кому-то и везло, и он становился «почтенным гражданином» земного сообщества.

С такими грустными мыслями Алекс лежал на жесткой койке казенного учреждения. Вдруг он ощутил на себе чей-то пристальный взгляд и услышал скрежет соседней кушетки, сминаемой тяжелым туловищем.

— А я тебя знаю.

Карт повернул голову к обладателю могучего голоса, сдобренного жутким акцентом. В последние пятьдесят лет в моду вошло «возвращение к корням». Детям снова давали старинные имена, изучали давно забытые языки. Поэтому многие люди теперь знали по нескольку языков. На него же сейчас пристально смотрел могучий гигант с шапкой белесых волос, на загорелом лице ярко блестели большие голубые глаза. Гигант увидел отклик и дружелюбно протянул руку.

— Меня зовут Олд Ларсен. Я из той области, которая раньше называлась Норвегией.

— А…. Ты видел меня на «Диких гонках»?

— Точно. Люблю сумасшедших парней, сам такой. Не знаю, как ты проехал полностью Освальд Фиорд на такой скорости, но это было нереально круто. Говорят, за всю историю игр только у тебя одного получилось это сделать?

— Было дело. Наверное, на кураже прошел, временами меня так и прет.

— Согласен. Без азарта жить скучно.

— А ты часом не тот самый Олд «Громобоец», который в Филадельфии кубок континента утащил? Ты же живешь в Европе, как тебе удалось в этих играх поучаствовать?

— Ну, для такого дела я переехал жить в Канадские земли. У нас нет таких сильных бойцов, как на Континенте. А мне хотелось выиграть у самых сильных.

— Ну и силен ты друг. Я смотрел финал, это такая бойня была! Там же офигенно здоровая горилла на арену вышла, просто обосраться со страху можно. Он же выше тебя на голову и шире раза в два.

— У русских парней есть поговорка «Большая дура громче падает».

Алекс засмеялся — А ведь точно, когда он упал, такой грохот в зале стоял!

— Кроме мощи, нужны еще несколько качеств.

— А какие, если не секрет?

— Ну, самое главное: чувство ритма

— Да ты серьезно!? — Алекс от удивления аж подскочил с койки.

— Ну а разве у тебя не так, ты когда скутер ведешь, не чувствуешь все его заведенные струны? Не играешь с ними на виражах?

— Ах, вот ты о чем… — Карт задумался — А ты ведь прав, парень. Ритм нашей природы, он же во главе всего стоит. Без него нет ни куража, ни ярости. Это как танец со смертью и жизнью.

Вокруг них уже собралась группа призывников. Многим было любопытно посмотреть на двух настоящих чемпионов. Да и разговор у них получался интересным. Чуть позже в беседу включились и остальные. Личности здесь собрались, в большинстве своем, неординарные. Ведь целых два месяца бегать от призыва, и успешно бегать, это надо быть особенным человеком. Так что нашлось, о чем поговорить.

Алекс с удивлением узнал, что сидящий рядом курчавый худосочный паренек является тем самым программистом, который снабжал самых ушлых бегунов поддельными картами жизни. Так назывались устройства заменяющие удостоверения личности, кредитные документы и ключи. Носились они всеми жителями земли на запястье с пятилетнего возраста, и являлись также поисковыми маячками. Этого сетевого гения звали Ян Жижка. Его черный загар резко контрастировал с золотистыми волосами, последние полгода он провел на Карибских островах, живя и работая на арендованной яхте. На берег его «сошли» только пару дней назад.

Еще были два паренька, которые промышляли подделкой кредитной истории. Дело, в общем-то, подсудное, но призывников редко подвергали судебным преследованиям. Ведь они могли свои промашки загладить самым древним способом — проливая кровь за интересы Земли. А особо отпетых /результат генетического сбоя /, по слухам отправляли строить дальние космические станции подскока. Та еще смертельная работенка.

Еще один призывник по имени Роланд Пьютер поступил необычно нагло и тупо: записался на подготовительные тренировки работников планетарных изысканий. При зачислении учеников в списочный состав, номер личности удалялся из земного реестра, и, следовательно, из кадастра Призывного пункта. Но на его беду команду геологоразведчиков выдернули на спутники Сатурна раньше срока, и обман вскрылся. Начальник партии долго смеялся над находчивостью призывника и обещал взять Роланда на работу после службы.

Оказались здесь и полные чудаки. Полный, на грани толстоты парень по прозвищу Пончик /на имя он даже не отзывался/ просто тупо заболел. В наше время заболеть чем-нибудь серьезно — это было настоящим событием! Несколько веков жесткого природного отбора, генетической селекции и евгенического контроля сделали свое дело. Большинство землян вырастало физически крепкими, выносливыми и безмерно здоровыми людьми. С детства им прививали умение владеть своими физическими силами, закаливать тело и дух. Ведь слабакам и неврастеникам не было места в Земной Федерации. Общество заботилось о каждом жителе, но и требовало от них неукоснительного исполнения своего долга. Кому-то эта система могла показаться жестокой, но она была справедлива и проста, поэтому и просуществовала уже более трех сотен лет.

Изменения в Договор Человечества могли быть внесены только после всемирного голосования, не менее двумя третями голосов. Им предшествовали недели разъяснений от ученых, деятелей властных структур, знаменитых граждан. По всей Земле проходили очень оживленные дискуссии. Последнее такое событие состоялось около двадцати лет назад, когда решался вопрос о предоставлении автономии колониям Луны. В конце концов, колонисты сами отозвали свой запрос, хотя общественное мнение уже склонилось на их сторону. Просто такое живое соучастие сотен миллионов земных сограждан в их судьбе так поразило колонистов, что они сочли не вправе отказаться от земного гражданства. Хотя уровень автономии им все-таки повысили. Ведь и в самом деле, местным управленцам многие проблемы видны лучше, чем Земному Совету, а земляне по всей Галактике славились своей практичностью.

А Пончик же, в силу какой-то ошибки своего физического тела или природного обжорства, попал в центральную континентальную клинику с острым расстройством желудка. Даже операцию ему там сделали. Вот и приехал он на призывной пункт к самому концу сезона. Пришлепывая жирными губами и брызжа слюной, он горячо доказывал, что обязательно попадет в тыловые части. Так как два года толстяк изучал тонкости кулинарии и поставок продовольствия, обучился также вождению на всех видах погрузчиков и самоходных тележек. Олд иронически заметил, что во многие тележки его тушка явно не влезет. Пончик сконфуженно замолчал, а все присутствующие призывники просто попадали от смеха. А мрачноватый накаченный паренек заметил, что тыловые части им всем сейчас не светят. Он точно знает, что последних забирают только в боевые подразделения. После этих слов призывники загрустили и разошлись по койкам. Вечером их повели в местную столовую, где можно было пожрать от пуза. Пара самых шустрых пацанов даже добыла у кухонного персонала упаковку пива, поэтому вечер прошел уже более оживленно и на высокой волне.

Зато утро началось просто по-свински. Поднял их с коек какой-то свеженький сержант и сразу же погнал сначала в спортзал, потом в душ и затем строем повел в столовую. Парни приуныли, гражданская жизнь, похоже, для них окончательно кончилась. После завтрака их опять построили в большом зале, там они тупо и простояли где-то с полчаса. Сержант ходил вдоль строя и монотонным голосом зачитывал основы Устава войск ЗФ. Затем неожиданно в зал стали заходить военные в униформе различных родов войск и в различных званиях.

Больше всего было военных в зеленой форме гренадеров. Они отобрали по списку большую часть призывников, и ушли в правый угол помещения. Люди в черной с кожаными вставками форме легионов отобрали человек пять призывников и сразу же пошли на выход. Среди них плелся и понурый Пончик. «Эх, бедняга — подумал Алекс — сидеть тебе в тесном и жарком чреве какой-нибудь супер-вундер вафли и нажимать гашетки скорострельной пушки».

Потом его внимание привлекла пара человек в синей форме Космофлота. Они сразу подошли к Жижке, немного поговорили с ним и уже втроем направились к выходу.

— А нашего хакера разведка флота прикарманила — негромко сказал стоявший рядом Роланд.

— А ты откуда знаешь?

— У меня дядя там служит, я знаю их значки отличия.

— Дядя? — Алекс посмотрел на него с удивлением. Ведь в нынешнем обществе люди обычно знали только имя матери, остальное было под запретом. Воспитывались все граждане коллективно.

— Я из семьи старорежимников, когда мне стукнуло 17, уехал на Континент.

— Ааа… Но ведь ты мог и не идти в армию.

— Знаешь, мог, но я хочу получить гражданство. Я ведь имею право на выбор?

— Конечно, дело твое.

Алекс в своей жизни только второй раз встречался с «старорежимником». Эти небольшие общества жили обычно в сельской глуши небольшими коммунами. Они строго придерживались древних традиций и обычаев. С правительством у них было заключено соглашение о невмешательстве. Общество посчитало, что такую небольшую группу диссидентов оно может потерпеть. Сектантам была запрещена пропаганда своих взглядов, и они были исключены из списка граждан, и это означало, что их общины должны были сами заботиться о себе. Места на Земле теперь было полно. Человечество постаралось расселиться в удобных для жизни областях. Старые города в большинстве своем оказались заброшены или превратились в ландшафтные заповедники, а новые были совершенно на них не похожи. Большая часть людей нынче жили в небольших поселках окруженных лесами и садами. Совершенные коммуникации и скоростной транспорт позволяли таким обособленным поселениям ощущать себя полноценными ячейками общества. Существовали небольшие поселения и в местах неблагоприятных для жизни: в снегах Севера, в пустынях, горах, джунглях. Они обычно обслуживали автоматические комплексы добычи полезных ископаемых или заводы тяжелой индустрии. Находились в подобных суровых местах и небольшие научные станции. Но большинство людей тянулось все-таки к теплым морям и океанам, где и проживало в настоящее время более семидесяти процентов землян. Поэтому старорежимникам было из чего выбирать, и они не мозолили глаза остальным.

Между тем к Алексу подошел пехотный капитан и указал, чтобы он следовал за ним. Алекс отказался, возмущенный капитан пригрозил вызвать военную полицию, но к нему подошел местный сержант и что-то шепнул на ухо. Гренадерский офицер удивленно взглянул на Карта, что-то пробурчал под нос, но все-таки отошел в сторону. В это время в зал вошла пара крепких мужчин в серой форме рейнджеров, капитан и шеф-сержант. Они взяли списки у сержанта с призывного и направились к сильно поредевшей шеренге призывников. Алекс без разрешения двинулся прямо к ним.

— Что-то хотите спросить рекрут? — перегородил ему дорогу здоровенный шеф-сержант.

— Нет, просто иду к вам.

— Мы еще тебя не выбрали, парень.

— Зато я выбрал. Я «последний бегун».

— Вот как! А ты уверен, сынок, что сможешь нам пригодиться? — шеф обидно фыркнул.

— Посмотрите в моем личном деле сержант, пункт специализации. Алекс Карт.

К ним подошел капитан рейнджеров. Это был высокий жгучий брюнет с новомодными узкими усиками.

— В чем дело, сержант Гифт? Что надо этому парню?

— Сир. Он «последний» на этом континенте. И взгляните, пожалуйста, на эту страницу.

Капитан посмотрел личное дело и уже с неподдельным интересом уставился на Алекса.

— Хорошие пилоты нам всегда нужны. А ты не передумаешь, рекрут? Мобильная пехота ведь всегда в самой гуще событий, в тех же гренадерах служба спокойней будет.

— Никак нет, сир. Это осознанный выбор.

— Ну что ж. В таком случае Гифт, внеси его в список.

Через пять минут рядом с сержантом Гифтом стоял еще Ларсен, Пьютер и два самых здоровых рекрута из всей шеренги. Остальных призывников забрали сержанты в черной форме космофлота.

Затем их группу загрузили в кар и отвезли на ближайшую станцию межконтинентальной трассы. Уже в вагоне новобранцы смогли пообедать полученным у сопровождающего сухпайком, потом, не дожидаясь команды, все улеглись спать. Вечером они уже были на Южно-Атлантическом континенте. На станции их погрузили в военную авиетку и через полчаса они вдыхали свежий воздух южных степей, называемых древним словом Пампа. Вдали синели отрогами высокие горы, слева брызгало голубизной прозрачное озеро, окруженное зеленью леса. Опустив глаза, Алекс осматривал громаду военного лагеря, где они и должны были провести ближайшие полгода своей жизни. Огромная надпись на воротах гласила, что это была хорошо известная база «Патагония».

8 день

База Патагония

Алекс четко печатал шаг, рядом вышагали его товарищи по учебному взводу. Он так и не понял до конца смысла в этом древнем упражнении — шагистике. Командиры объясняли, что это помогает боевому слаживанию, учит чувствовать локоть товарища. Какой бред! Скорей всего просто обычные идиотские традиции из старинных, еще докатастрофных времен. В этом вопросе армия была впереди планеты всей!

Наконец раздался крик сержанта «Стой. Раз-два!» Колонна четко и слаженно остановилась, неделя непрестанных упражнений уже положительно сказалась на рекрутах. Дружно, по команде, они повернулись налево и встали по стойке «Смирно». Мастер — сержант Юрген А.Майер посмотрел на курсантов и одобрительно хмыкнул. Перед взводом стоял бывалый вояка, после 8 лет боевой службы он записался на тренировочную базу. Два положенных года в запасе и плюс уже шесть лет сверхсрочной. Подчиненные ему взводы всегда выходили в самые передовые, и набирать он к себе старался самых лучших и отпетых, и гонял всех рекрутов как зверь. Алекс с товарищами такой подход почувствовали уже на следующее утро по приезду. Первые полчаса они просто отрабатывали команду подъем-отбой. Потом, в таком же диком темпе прошла зарядка, а на завтрак времени уже и не осталось. Они только успели выпить энергетический напиток и бегом выбежали из столовой. В отличие от других учебных взводов, их передвигался только бегом, хотя иногда и ползком. Стиральные автоматы в их казарме работали практически без перерыва. Ведь земных солдат снабжали всем необходимым в запасе, если какая-то вещь портилась, то надо было просто подойти к интенданту, и получить новую, а старую бросить стираться.

Алекс вспомнил их потрясение, когда они вечером в первый день по приезду прошли положенные санитарные процедуры, и стояли голые в помещении гигиены, получая свою военную униформу. Коротко стриженные, голые и босые, новобранцы натягивали брюки, надевали майки и повседневные куртки грязно-серого цвета. Потом им выдали по два комплекта полевой формы, тактические шлемы и ботинки. Вся одежда оказалась уже подогнанной под каждого рекрута идеально. Ведь пока они получали предписания на место службы, специальные роботы-портные из готовых заготовок шили необходимое количество формы, в соответствии с высланными еще из пунктов призыва размерами. Федерация не скупилась на вооружение и амуницию для своих солдат. Они были лучшими в этой части Галактики!

На шестой день их взвод в первый раз выехал на тактические занятия в полевой форме. Эта одежда отлично вентилировалась, была ветрозащитной, хорошо переносила жару и холод. Она имела также встроенные кровоостанавливающие жгуты и капсулы антишока. На подвесной системе крепились разнообразные контейнеры с боеприпасами, связью, водой и продуктами. Удобный ранец вмещал кучу вещей, необходимых для ведения боевых действий вдали от фронта. Тактические шлемы выдерживали попадания оружия до 3 уровня угрозы, то есть таких, как тактические мазеры и простые игольчатые ружья. Прямо на сетчатку глаза передавались тактические данные и схемы диспозиции. Встроенная в шлем медиа-станция работала даже с суборбитальными спутниками и имела очень емкие батареи. Армейские ботинки также были превосходны, ноги в них меньше уставали и не потели.

Первую неделю их просто приучали к армейской дисциплине, знакомили с базой и давали базовые познания структуры армии, боевой техники и снаряжения. Большинство парней были уже знакомы с дисциплиной еще по Олимпийским испытаниям, которые проходили все юноши с шестнадцати лет. Каждый год молодые парни собирались на целый месяц в отдаленных уголках Земли. Там они учились вести себя в команде с товарищами, как одно целое. Здесь царил коллективный разум, все делалось сообща, слабые держались за сильных. Задания давались для всей группы, и выполнять должны были все ее члены, иначе группа оставалась и дальше в лагере. Они спали на земле, согревались солнцем и кострами, питались скудными энергопайками или добывали еду в окружающей природной среде, и это было довольно-таки жестким испытанием. Юноши, отличившиеся в олимпийских лагерях, становились потом очень популярными личностями. Их уважали сверстники и взрослые, их общества искали девушки. Их сперма в банке доноров имела больше шансов уйти по назначению. Да и самим парням подобные приключения приходились по нраву. Это же были здорово — оказаться на краю цивилизации и бороться с природой один на один! Вернее с товарищами сообща. С молодежью на Земле вообще не цацкались и задания им давали вполне взрослые. Олимпийские лагеря стояли в запрещенных землях, где кроме егерей и ученых никто из людей вообще не жил, и доступ туда обычному гражданину был строго запрещен. Красивейшие леса, горы, водопады, девственные реки и озера. После сотен лет разорения и истощения ресурсов природа только в последние два столетия смогла вздохнуть спокойно.

Карт бросил мимолетный взгляд на Ларсена. Коротко стриженый гигант сидел спокойно и сосредоточенно слушал лектора. Ведь занятия сегодня проводил сам заместитель начальника базы по боевой подготовке майор Пьер Ширак. Невысокий, жилистый и подвижный, он слыл знатным специалистом по рукопашному бою. И понятно, что Ларсену не терпелось с ним схватиться, ведь лучшим ученикам это позволялось.

— Итак, курсанты, сегодня мы изучаем общую структуру войск Земной Федерации. Отметьте на ваших планшетах важность этой информации. Ведь вам в боевых условиях придется контактировать со многими из видов вооруженных сил, и поэтому стоит лучше изучить особенности их устройства.

Войска ЗФ имеют сложную разветвленную структуру и включают в себя десятки миллионов человек. Это самая большая армия в составе Спирального Альянса. И она несет большую часть бремени ведения военных действий. Основным родом земных войск является федеральная тяжелая пехота. В просторечии за ними закрепилось древнее название — гренадеры. Состоит тяжелая пехота из отдельных батальонов, бригад и дивизий. Тяжелая пехота имеет на вооружении стрелковое оружие, тяжелые системы огневой поддержки, и бронетехнику доставки к полю боя. Гренадеры являются самым массовым видом войск. Они активно участвуют непосредственно в боевых действиях, осуществляют охрану военных объектов и коммуникаций. Имеют очень гибкую тактическую структуру.

Поясню на примере: при масштабных боевых действиях в тактический корпус могут входить и дивизии, и отдельные бригады гренадеров, действующими совместно с бронетехникой легионеров и батальонами рейнджеров. А для осуществления охраны космопорта достаточно бывает и отдельной роты с приданым усилением в виде батареи тяжелого ПВО.

Вторыми по массовости являются Бронированные войска поддержки — так как по очень старинной традиции состоят они из легионов и когорт, то в народе солдаты бронированных частей получили прозвище «Легионеры». Имеют на вооружение тяжелую ракетную артиллерию, десантную бронетехнику, летающие боевые платформы, а также средства ПВО. Являются ударными частями войск Земной Федерации. Легионеры действуют обычно в самых горячих точках конфликтов, чаще всего они используются при прорыве обороны или в активных контратаках. На поле боя легионеры действуют во взаимодействии с тяжелой пехотой Альянса.

Третий род войск: Мобильные пехотные войска — опять же, по старинной традиции бойцы этого рода войск получили прозвище «рейнджеры». Используют легкое вооружение и транспорт. Они предназначены для десантирования в тыл противника и в специальных операциях. Рейнджеры также действуют на флангах тяжелых частей и используются для защиты растянутых коммуникаций. Сами войска тактически состоят из батальонов. Часто действуют небольшими мобильными группами, в количестве нескольких взводов или даже отделений.

Еще одним важным родом войск является Космический флот. Он подразделяется: на флотилии наземной поддержки: а это околопланетные станции снабжения, атмосферные истребители и штурмовики, транспорты снабжения и десантирования.

Флотилии тяжелых кораблей: это крейсера — матки, имеющие на борту тактические истребители-рейдеры и фрегаты огневой поддержки.

Вспомогательные флотилии: транспортные, госпитальные, ремонтные корабли и базовые станции.

Отдельно в этом ряду стоят эскадрильи глубокой разведки и эскадроны космического десанта. По численности личного состава Флот является вторым после тяжелой пехоты.

В армии Федерации имеются и Вспомогательные части: Инженерные войска. Они строят укрепления, дороги, базы, поддерживают связь и коммуникации. Войска тылового обеспечения — транспортировка, снабжение, медицинская помощь. Они также являются важной составной частью войск Земной Федерации, так как наши войска раскиданы на многих планетах и базах, по всей нашей спирали этой Галактики. И поэтому проблемы снабжения армии являются очень важными.

Алекс уже имел некоторое представление о сложном составе армии. Но многим это было в новинку, поэтому к майору было приковано внимание всего взвода. А Карт все это время копался в настройках тактического планшета. Ширак неожиданно остановился напротив курсанта.

— Я вижу, молодой человек, вам это не так интересно, как вашим товарищам?

— Никак нет, сир — Карт подскочил с места и вытянулся во фрунт.

— Но, судя по вашим действиям, этого не скажешь — голос у майора буквально заледенел, он указал на включенный планшет.

— Дело в том, сир, что еще на втором семестре гимназии я факультативно прошел курс лекций генерала Бельграмо. И поэтому этот материал мне очень хорошо знаком.

— Вот как? — Ширак посмотрел на рекрута с интересом — Вы хотели стать офицером?

— Никак нет, сир. Просто было интересно.

— Любопытство у нас вообще-то поощряется, но и внимания терять ни на занятиях, ни на полевых выходах не стоит курсант, садитесь. Доложите вашему сержанту о наложении на вас взыскания. А мы перейдем к изучению воинских званий и их атрибутике на униформе.

15 день

База Патагония

Снова учебный класс. Мастер-сержант Майер проводит занятия по матчасти — сегодня идет изучение стрелкового вооружения мобильного пехотинца. Через пару недель им предстоит выезд на боевые стрельбы. А пока идет обучение в классах и занятия на тренажерах.

— Итак, бойцы, сегодня изучаем любимые игрушки солдата федерации.

Вот, основное оружие пехотинца легкой мобильной пехоты: штурмовой игольчатый карабин Удар 12 — Сержант достал из-за стола средних размеров винтовку. Она была черно-пепельного цвета и матово поблескивала в свете ламп — Стреляет карабин игольчатыми разрывными боеприпасами. В стандартном магазине 600 патронов-иголок, стандартный боекомплект 5 магазинов. Энергоемкость батареи 100 000 выстрелов. Общий вес карабина с пристегнутым магазином 3 стандартных килограмма. Сделано оружие на магниево-пилониековом каркасе, имеет полисиликовоновый функциональный обвес. Оружие имеет функцию мимикрии, то есть его цвет сливается с цветом окружающей местности. При желании эту функцию можно отключить. Более простая модификация этого карабина используется гренадерами. Для рейнджеров же увеличен список обвесов, на карабине имеется обычный оптический прицел, меняющий кратность до 10, но чаще всего используется универсальный, с функцией ночного и термобарического. Видимая в прицел картинка выводится тактическим шлемом прямо на сетчатку глаза и дублируется на тактические планшеты взвода. Приклад телескопический, складной. Элементы тактического обвеса регулируются под стрелка. Идем дальше.

Майер теперь достал из ящика здоровенную винтовку с длинным стволом.

— Это тяжелая штурмовая винтовка Удар-14. Её утяжеленный прокитовый патрон пробивает бронежилет даже экстра-класса защиты и уничтожает легкую бронетехнику. Является дополнительным вооружением, она незаменима при диверсионных атаках. Вес 12 стандартных килограмм.

Вот эта бандура — Майер показал на черно-пепельный увесистый агрегат с вытянутым носом — называется игольчатый мобильный пулемет Кортес 3: штатная коробка к нему наполняется двумя тысячами патронов. Имеется устройство автоматической наводки на цель, портативный локатор двигающихся объектов, на пулемет также вешаются все основные виды прицелов. Является стандартным вооружением стрелкового отделения. Снаряженный вес 10 стандартных килограммов.

— Огнестрельный карабин для церемоний и спецмероприятий — АК-240 — Сержант Майер с любовью смотрел на старинного вида оружие. Оно резко выделялось из всех винтовок наличием толстого вороного ствола и отделкой из настоящего дерева.

— А что за спецмероприятия, сир? — спросил кто-то с задних рядов.

— Это показательные карательные акции, иногда проводятся, чтобы вразумить непонятливых туземцев. Раны этим оружием наносятся страшные, кровь и мозги разлетаются далеко, и звук при стрельбе довольно таки оглушительный. Это же настоящее огнестрельное оружие, очень эффектно и наводит на врагов панический страх! Такая акция ждет всех вас после сдачи экзаменов. Проверка реальной кровью, только пройдя ее, вы сможете принести клятву рейнджера.

— Итак, продолжим. Следующий вид оружия: тяжелая импульсная винтовка «Пламя-12». Используется для поражения бронетехники и укрепленных огневых пунктов, специальный вариант этой винтовки применяется также в безвоздушном пространстве. Используется чаще всего в диверсионных мероприятиях. Стандартный заряд 50 выстрелов.

Очередной убийственный аппарат, извлеченный сержантом, был похож на небольшую трубу с набалдашником в конце.

— А это, курсанты, сейчас мы наблюдаем импульсный лучемет «Молния -6», стандартное оружие легкой пехоты для борьбы с бронетехникой противника. Этот агрегат пробивают все виды обычной брони. Снаряженный вес 12 кг, в обойме 5 зарядов. Входит в обязательный комплект вооружения каждого отделения.

— Следующим на очереди у нас идет уже тяжелое вооружение: вот импульсно-ракетный комплекс ПВО «Игла-115» — используется для отражения атак атмосферных флайеров противника. Его радиус поражения до 15 километров, имеет собственную систему распознавания целей и наводки. Может также поражать бронированные платформы, несколько таких штучек всегда имеется в отделении тяжелого вооружения каждого взвода рейнджеров. В некоторых случаях применяются подвижные скутеры с обвеской из этого комплекса. Приведу дл примера: подобное вооружение используется при высадке массированного десанта на насыщенной войсками территории противника. У меня был такой случай на планете Хукси. Мы высаживались вместе с легионерами. Пока они зачищали огромный рудниковый комплекс, мы охраняли фланги и атаковали небольшие подразделения хуксинцев. Больше нигде не приходилось мне встречаться с таким количеством атмосферных истребителей. Свои «Иглы» мы израсходовали за час, спасибо командованию, что на маленьких скутерах дополнительно установили автоматические комплексы «Игл». Водители как бешеные носились вперед и назад, но небо удержали. А иначе у нас были бы страшные потери.

Майер внимательно оглядел курсантов, оценивая их интерес к лекции. И с одобрением увидел неподдельное внимание всех курсантов, равнодушных глаз здесь не было. Ведь оружие это единственное, что зачастую, отделяет твою жизнь от смерти — Все перечисленные мною виды стрелкового оружия с завтрашнего дня вы будете изучать подробно, под присмотром инструкторов. Кто-то получит и более детальную специализацию, но я бы посоветовал вам лично изучить все виды оружия. В реальном бою никогда не знаешь, что может пригодиться. И каменьями начнешь кидаться, если припрет.

— Можно вопрос, мастер-сержант — поднял руку Ларсен.

— Валяй.

— А рукопашный бой часто применяется в реальных сражениях.

— Ну, как тебе сказать… — Майер почесал подбородок — Солдат по идее не должен доводить ситуацию до этого, но такое иногда случается. Особенно, когда бои ведутся в населенных пунктах, да и при некоторых диверсионных акциях. Могу с уверенностью сказать, что в этом виде боя у нас конкурентов нет. Большинство вояк противника просто падают от ужаса при лобовом столкновении нос к носу. Только некоторые расы идут на такой вид боевого контакта. Да и физическая подготовка у нас поставлена лучше, плюс имеются многовековые наработки и навыки этого вида боя. Правда я слышал, что появилась у центровых новая, очень опасная раса. Имеют могучее телосложение и врожденную агрессивность, но от реальных очевидцев ничего стоящего пока не дошло, мало информации. А особенности остальных, противостоящих нам, рас вы будете обязательно изучать. Наше командование заинтересовано в грамотных солдатах. Да и вам, чтобы выжить на войне, необходимы будут различные познания. Так что, дорогие курсанты, не ленитесь, не думайте, что нам, командирам, только и есть дело, что запихивать в вас не нужный словесный хлам. Каждое занятие, каждое упражнение, они нужны, прежде всего, вам, парни — сержант оглядел аудиторию обычным, человеческим взглядом. Это был уже не прагматичный солдафон, а старший товарищ по оружию, и взвод благодарно внимал каждому его слову — Никто не знает, в какую переделку вы можете попасть. Мы ведем бои на десятках миров, и еще с десятками у нас не самые лучшие отношения. А рейнджеры — они ведь всегда впереди, они всегда первые, и поэтому должны быть самыми лучшими, самыми обученными и крутыми бойцами земной армии. Только так вы сможете победить и вернуться домой живыми! Наш девиз!

— Сотрем звезды в пыль! — курсанты резво вскочили с мест и дружно проорали девиз рейнджеров.

Алекс внутренне усмехнулся, Майеру можно ставить очко за промывку мозгов. Видимо усмешка мелькнула все-таки в его глазах, так как сержант внимательно взглянул именно на него, и взгляд его не предвещал ничего хорошего.

Учебка

24 день. База Патагония

Алекс лежал на койке, но сон к нему все не шел. Тело же ныло и болело как никогда. Вчера они провели целый день на стрельбище и по результатам стрельбы проиграли соседнему взводу В. Поэтому сегодня у их взвода целый день были забеги, прыжки, приседания, а после обеда марш-бросок с полной боевой выкладкой. Мастер-сержант Майер придумывал все новые и новые виды издевательств над курсантами. Даже самые сильные парни их взвода еле волочили ноги от усталости, а пять человек увезли прямо в медицинскую роту, они упали в обморок во время марш-броска. Остальные рекруты также находились на грани, многих поддерживала только помощь самых сильных бойцов. Сегодня здорово досталось и Алексу. Майер с присущим ему садизмом цеплялся к каждой его промашке, даже Ларсена передергивало от мучений друга. Карту никогда еще не приходилось так тяжело, но к своему удивлению, он держался на уровне самых сильных бойцов, что еще больше злило сержанта.

К концу дня взвод валялся на газоне у спортгородка как стая побитых собак, слышны были только стоны и натужное кряхтение молодых людей. Несколько человек пошли в санчасть, видимо им стало просто невмоготу переносить боль. В строю едва ли осталось полвзвода. Но всему в этом мире рано или поздно приходит конец, вот и им была дана команда «Отбой».

К Алексу никак не шел сон, и он пытался проанализировать сегодняшний день. Что-то его напрягало, а что, он еще не мог понять. Никогда в своей жизни он не любил обычный бег. Лыжи, велосипед, катера и флайеры, это да! А обычный тупой, утомляющий бег он просто ненавидел. И никогда он не считал себя очень выносливым. А сегодня…, сегодня он вдруг неожиданно понял, что может перенести многое. Он уставал, но держался, было тяжело, но он не падал. К концу дня, когда самые крепкие парни делали силовые упражнения из последних сил, ему стало понятно, что он может перенести все пройденное еще раз.

И тут Карту вспомнилось происшествие в Олимпийском лагере, в том году, когда ему было 16 лет. Их тогда закинули на северо-запад территории, называвшейся некогда Монтаной. Лесистые горы, глубокие ущелья, бурные реки, там было великолепно! Они ловили рыбу, стреляли и потрошили оленей, бегали по горам и холмам, жизнь на лоне дикой природы казалась прекрасной!

Их команде досталось тогда непростое задание: перейти на ту сторону хребта и найти спрятанный между гор лагерь. Все необходимые припасы находились в том лагере, точка связи тоже. Их личные датчики на время пребывания в этой местности блокировались. С собой претендентам разрешалось взять только оружие, снаряжение и паек на один день. Посовещавшись, группа решила выдвинуться вперед на самодельных плотах, так они могли пройти две трети пути за очень короткое время.

Поначалу все складывалось просто чудесно, группа шла в опережении графика. Они ловили речную рыбу, подстрелили горного козла и прямо на плоту жарили его мясо, вымоченное в отваре из местных трав. Но на третий день начался проливной дождь, водный поток неожиданно резко поднялся и стал бурлить, а участники команды не заметили вовремя каменистые пороги. Плот разбило вдребезги, парней расшвыряло по всему горному потоку. Как потом узнал Алекс, два парня из их группы тогда утонули, еще один остался на всю жизнь инвалидом. Олимпийские испытания всегда жестоки и нацелены на выживание. Еще троих бедолаг вынесло на берег и их подобрали через два дня спасатели. А Карт успел вцепиться мертвой хваткой в бревно, и его утащило намного дальше. Так он и плыл по бурной горной реке, слившись с бревном, пока его не вынесло на отмель в двадцати километрах от крушения. Очнулся Алекс же на следующий день. Все также накрапывал дождь, вокруг возвышались высокие горы. Алексу было холодно, он насквозь промок и замерз. Юноша огляделся и увидел сухую площадку под нависающим скальным выступом. Плавника на берегу оказалось полно, а простое огниво всегда висело на крепком кожаном поясе. Поэтому в скором времени юноша сидел у полыхающего костра, и на деревянных палках сушилась его одежда. А он сидел и размышлял, что ему предпринять дальше.

Итак, что у него осталось в наличии: крепкие трековые ботинки, очень полезная вещь в горах, они не пострадали, горные штаны из очень прочной ткани с вставками на коленях, термобелье и парка. Еще был крепкий пояс-ремень из кожи, на нем в ножнах висел настоящий боевой нож, контейнер с огнивом и трутом. Еще осталась целой небольшая фляга и подсумок с инструментами. Алекс открыл его, мультиинструментальный набор остался в целости, есть несколько штырей и гвоздей, иголки и нитки. Он внимательно посмотрел на гвозди и в течение следующего часа занимался изготовлением рыболовных снастей для ловли форели. Она в изобилии водилась в этих заповедных местах. В качестве лески он использовал моток суперпрочного шнура, оставшегося в кармане куртки, ножом срезал несколько упругих веток, оделся и отправился на речку. Солнце уже клонилось к закату, стало ощутимо холоднее. Карт нашел подходящее место и начал рыбалку. Теперь это была не забава, а возможность выжить. Тихая охота увенчалась успехом, через пару часов, когда совсем стемнело, у него было три больших рыбины. Он снова разжег костер и поджарил рыбу на самодельном вертеле. Сытый и очень усталый юноша заснул сразу же. Ночью он несколько раз проспался, прислушиваясь к непонятным ночным звукам. В этих местах водились и медведи, и волки, поэтому его сон был чуток.

На следующее утро Алекс покончил с остатками ужина и решил пройтись по берегу, оглядеться. Река текла по узкой теснине между высокими горами. Только в этом месте она разлилась шире, протекая между разбросанными валунами, то бурно ревя мощными потоками, то, разливаясь мелкими лагунами. Его внимание привлек темно-зеленый предмет, зацепившийся за корягу, торчащую в воде. Ловко прыгая с камня на камень, он добрался до нее.

Предмет оказался небольшой поясной сумкой одного из его товарищей по несчастью. Радостный и возбужденный удачей, он вернулся обратно на берег и открыл сумку. К сожалению, внутри оказалось мало чего полезного. Кусок крепкого туристического шнура, метров на двадцать, стальная кружка и набор трав для чая, а на самом дне лежали крепкие альпинистские перчатки. Именно они натолкнули Алекса на авантюрную идею. Он еще раз огляделся, впереди русло руки резко сужалось, и она текла фактически в пропасти, вдоль берега пройти было невозможно.

Алекс по памяти попытался привязать себя к карте местности и его взгляд зафиксировался на далекой горе в виде конуса. Он узнал ее, именно в ту сторону его группе и следовало двигаться. Чуть северо-восточнее этого потухшего вулкана находились жилые зоны ученых-исследователей, и там можно было найти помощь. Оставалось только перевалить через эти горы. Он задумался: для такого безумного перехода он имел вполне подходящую одежду, даже имелся моток альпинисткой веревки, также в наличии была фляга для воды, огниво. Оставалось только запастись провизией, поэтому целый день он потратил на ловлю рыбы. Даже соорудил несколько ловушек из лозы прибрежного кустарника. Их изготовление сподвигнуло его на одно нестандартное решение. Пока пойманная рыба коптилась над дымящимся костром, Алекс изготовил из ивовых веток что-то наподобие ранца. В качестве ремешка он использовал пояс от найденной сумки.

Вечером, попивая травяной чай из кружки, юноша настраивался на дальний переход. Ему уже было понятно, что спасти себя он сможет только сам. Датчик слежения отключен, а спасатели наверняка прочесали близлежащие от места крушения окрестности. И его, похоже, течением унесло намного дальше. Как пить дать руководители спишут юношу на приемлемые потери. Ну что ж, значит, Олимпийские испытания будут для него более жесткими и суровыми, но это не повод унывать. С этими мыслями он и уснул, надо было отдохнуть перед дорогой.

Следующим утром Алекс Карт уже споро поднимался по пологому отрогу. К полудню он вышел на почти горизонтальную площадку у высокой скалы, за ней поднималась отвесная круча. Юноша внимательно осмотрел ее и нашел подходящий маршрут. В олимпийских лагерях молодежь еще с 12 лет учили навыкам скалолазания, и Алекс был далеко не самым последним учеником. Поэтому для него не составило труда подниматься вверх, пользуясь узкими щелями, выбоинами, торчащими уступами. Здесь очень пригодились найденные в сумке горные перчатки, без них бы он ободрал руки, куртка уже начал страдать от шероховатой поверхности скалы. Хорошо хоть штаны были из особо прочной ткани, да еще с защитными наколенниками.

Поднявшись вершину, Алекс огляделся, впереди, в километрах пяти виднелась седловина перевала. Идти предстояло по небольшому каменистому плоскогорью, перерезаемому изредка расщелинами. Он посмотрел на солнце, на часы и мысленно рассчитал маршрут. Перекусив наскоро водой из фляги и холодной рыбой, Алекс двинулся дальше. Это на равнине пять километров можно пройти быстрым солдатским шагов всего за час, в густом лесу за два часа. А в горах подобное расстояние занимает намного больше времени. Ступать приходится осторожно, внимательно посматривая себе под ноги, чтобы не стронуть шатающийся валун или не угодить стопой в щель. Иногда его маршрут напоминал дорогу домой пьяного матроса, настолько он был извилист. Пару раз юноше пришлось искать обход длинных и глубоких расщелин. Только к вечеру он вышел на перевал.

На высоте стало ощутимо холоднее, с севера подул ледяной ветерок, дышать стало сложнее, уже сказывалось высокогорье. Алекс начал искать место для ночлега, на глаза попался небольшой грот. Он натаскал валежника, еще по пути заприметил тонкую струю горного ручейка, с вкусной ледниковой водой. Юноша подогрел на костре копченую форель, заварил чаю, и жизнь сразу стала казаться менее жестокой и суровой. Огонь вообще магически действует на человека, видимо какие-то древние инстинкты срабатывают. По телу понемногу разлилось тепло, измученное горами тело растянулось на собранной охапке ветвей, и просило сна и отдыха. Все-таки без хоть какого-то подобия комфорта человеку жить сложно.

Проснулся он еще ночью, буквально трясясь от холода. Дрожащими руками юноша развел огонь, используя последние остатки трута, так и сидел до утра в полусне, время, от времени подбрасывая в огонь хворост. Но как ни странно, после скромного завтрака он почувствовал себя великолепно отдохнувшим. Тело просилось в дальнейший путь к спасению.

Через полчаса пути по ущелью поверхность пошла резко вниз. Алекс, высунув голову со скального выступа, внимательно огляделся, напрямую в долину дороги не было. Оставалось или спускаться резко вниз и снова штурмовать следующие горы, или двигаться извилистым путем по седловине хребта. Юноша внимательно изучил горы и наметил маршрут по верху. Следующий день он двигался вдоль островерхих хребтин, перелезал через огромные валуны, осторожно ступал на каменистые осыпи, пару раз чуть не упал в расщелины, спотыкался, набил множество шишек. К вечеру, смертельно уставший, Алекс заснул у маленького костра, в расщелине между огромными валунами. В качестве трута он использовал набранный по пути сухой мох.

Путь по горной гряде занял еще день. Алекс чувствовал себя очень уставшим, но бодрости духа не терял. Хуже было с едой, последнюю рыбу он доел на завтрак, стимулирующие травки для чая также закончились. А с гряды пришлось свернуть, он уходила резко вправо от необходимого маршрута. Как назло испортилась погода, пошел мелкий дождь, перешедший постепенно в снег, было холодно и очень хотелось есть. Юноша пересек широкий распадок и подошел к отвесной стене. Сегодня явно не тот день, чтобы ее штурмовать. Он начал искать место для ночлега, и чуть в стороне увидел несколько хвойных деревьев, сразу двинулся туда. Карт наломал мохнатых веток и устроил что-то типа шалаша, берлоги. Там он и провел ночь, время, от времени вскакивая и дрожащими руками сгребая на себя ветки, хоть как-то спасающие от пронизывающего ветра и холода.

Следующим утром Алексу с огромным трудом удалось разжечь огонь, руки сильно замерзли и не хотели слушаться. Желудок отчаянно требовал пищи, во рту пересохло. Временами на юношу накатывало отчаяние, но он снова и снова чиркал кресалом, пока на сухом мху не появился тонкий дымок, переросший в слабый огонек. Юноша подкидывал и подкидывал сухостой, пока не развел огромный костер. Стало жарко, он зачерпнул из лужицы воды и вскипятил ее, заварил в кружке набранных листьев и цветов. Получился неплохой душистый и живительный отвар, он выпил такого аж три чашки. Тепло понемногу разлилось по всему телу, сразу стало как-то приятно и легко, остро захотелось жить.

Алекс внимательно изучил скальную стенку и двинул в путь. Пару раз ему пригодился альпинистский шнур, привязав к концу камень, он выкидывал его вверх, дергал, и если камень вставал в распорку, осторожно двигался вперед. Такой прием скалолазания был очень рискованным, но эффективным. К обеду Карт находился уже на вершине. Здесь гулял сильный ветер, но погода опять поменялась, светило яркое солнце, хорошо согревая измученное подъемом тело. Обманутый отваром желудок яростно требовал свое, и вскоре Алексу неслыханно повезло. Он наткнулся на большое гнездо какой-то хищной птицы, здесь лежало несколько коричневых яиц. Юноша жадно накинулся на них, и только по воле случая заметил тень на скале. Это на нежданного гостя пикировала хозяйка гнезда. Яростно крича, птица летела прямо на его голову. Врожденная реакция спасла его и погубила птицу. Хищник яростно клевал руку Алекса, схватившего птицу за ноги, но крепкую ткань горной перчатки пробить не смог, и вскоре сам упал со свернутой головой.

Алекс положил птицу с яйцами в самодельный рюкзак и двинулся по горной гряде дальше, нашел подходящее место и начал спуск вниз. Здесь снова пригодился крепкий альпинистский шнур, и спуск прошел быстро. Уже смеркалось, когда юноша устроился под каменным навесом. В этих местах уже росли деревья, поэтому он закрылся ветками с двух сторон от ветра, получился своеобразный грот. Алекс быстро развел костер, ощипал птицу и начал неторопливо ее жарить. В другое время от такого жесткого мяса его бы воротило. А теперь казалось, что он не едал ничего вкуснее. С большим сожалением половину небольшой тушки он оставил на утро. И долго пил душистый отвар, хорошо, что не поленился изучить местные цветы и травы. Яйца между тем запекались под углями на завтрак.

После относительно сытного завтрака жизнь опять заиграла всеми красками бытия. Путь юного олимпийца пролегал уже по более пологим и поросшим лесом горам. Насколько он помнил общий маршрут, предстояло перевалить через две вершины, и он войдет в искомую долину. Под ногами стелился мягкий мох, вокруг росли высоченные сосны, чаще попадались ручьи. Время от времени Алекс подбирал сухой мох для растопки, а цветы для чая. Под ложечкой подсасывало, в голове начинало шуметь, первые признаки голодания были налицо. У него оставалось максимум два дня, потом организм начнет стремительно сдавать. И так странно, что он еще относительно бодро вышагивает по горному лесу, хотя должен ползти на карачках.

А это ведь не было легкой прогулкой по парку, ему приходилось постоянно поглядывать под ноги, подо мхом мог быть и склизкий камень, или яма, сейчас только не хватало еще вывернуть ногу. Временами лес становился совершенно непроходимым от поваленных буреломом деревьев, или его перерезала очередная поросшая кустарником расщелина. К вечеру Карт смог выйти на вершину следующей горы и немного спуститься вниз, до небольшого плоскогорья. Сил хватило только натаскать на закрытую от ветра площадку хвойного лапника, соорудить стенки и заснуть.

Утром он проснулся от неясных звуков, и, подавив в себе желание сразу резко вскочить, потихоньку раздвинул руками ветки импровизированного шалаша, и увидел в паре метров от себя глаза животного, с любопытством смотревшего на человека. Над головой зверя возвышались два замысловато завитых рога. До юноши не сразу дошло, что перед ним стоит настоящий горный козел. Осторожно Алекс начал выбираться из шалаша, еще раньше он заприметил остроносый камень у выхода с площадки. И теперь стараясь не делать резких движений, он взял его в руку. Козел, видимо, что-то уже заподозрил, чуть заметно напряг ноги и приготовился к прыжку. Алекс знал, что у него есть только один шанс, и он его использовал. Камень попал точно в висок зверю, и тот уже в прыжке тяжело рухнул на камни. Юноша с криком прыгнул к нему, выхватывая из ножен смертоносное оружие. Козел попытался вскочить на ноги и спасти свою жизнь, но не успел, еще быстрее острое лезвие перерезало его горло. Глаза бедного животного начали постепенно тускнеть, заволакиваясь паволокой небытия.

Алекс начал сноровисто потрошить и разделывать животное. Он уже умел делать это, правда, до этого случая ему приходилось освежевать только оленей. Юноша разжег костер и тонкими ломтями нарезал мясо. Завтрак получился сегодня необычайно сытным! Довольно откинувшись на постель из лапника, он задумался. Впереди оставалась одна вершина, высокая и поросшая лесом, это минимум день пути. Затем еще день, два надо будет двигаться по долине, пока его кто-нибудь не засечет. А время уже идет к обеду, он долго провозился с тушей козла. Так может, стоит остаться здесь до следующего утра, заготовить мяса впрок и уже завтра, отдохнувшим двигаться вперед?

Так он и решил поступить. Но сначала Алекс двинулся вдоль скалистого выступа к видневшемуся неподалеку небольшому водопаду. Вода со временем пробила небольшую ложбинку в каменистом дне. Алекс быстро разделся, и, дрожа от холода, взялся за постирушки. За эти дни термобелье изрядно испачкалось и провоняло потом. Отжав белье, он и сам с криком нырнул в воду, она была ледяной и буквально обжигала тело. Освежившийся, стучащий зубами юноша накинул куртку и штаны, и стремглав кинулся к шалашу. Раздул огонь посильнее, повесил сушиться одежду и поставил кипятить воду в стакане. Тело быстро согрелось, отвар в этот раз получился особенно душистым, видимо здесь росли какие-то особенные цветы. Затем, в течение нескольких часов юноша жарил мясо, заворачивал его в мох и аккуратно складывал в корзину. Пока не стемнело, он натаскал валежника и занялся починкой одежды, благо иголки и нитки имелись.

Удовлетворенный подобным отдыхом, он завалился спать, даже не удосужившись спрятать оставшуюся часть козлиной туши, за что ночью и поплатился. Его чуткий «скаутский» сон прервало рычание какого-то зверя. Карт моментально вскочил на ноги и стал вглядываться в окружающую его тьму. Чуть выше уровня земли на него смотрели две пары зеленоватых глаз, послышалось злобное утробное рычание. Алекс сильно испугался, но заученным движением выхватил нож и приготовился к схватке. Потом ему в голову пришли рассказы о древних людях, которые наедине боролись с природой. Он любил в детстве читать подобные истории. Парень моментом кинул в угли хворост и стал яростно раздувать его. Через минуту перед пещерой пылал огромный костер, а в руках Алекса находились два факела. Пришедшему к шалашу зверью явно не нравился огонь, они яростно рычали и прыгали, но близко не подходили. Затем послышалась громкая возня и визги, рычание стало более яростным, затем звуки стали затухать.

Остаток ночи Карт провел, уже почти не смыкая глаз. Рассвет в этих широтах начинался рано, и уже при свете юноша увидел, что от туши козла не осталось ничего. А вокруг лагеря виднелись множество следов, похожих на волчьи. Видимо они пришли на запах мяса, вперед будет наука. Но что поделать, на несколько дней у него все-таки была пища, а там видно будет. Пока не появилось солнце, юноша успел сварить в кружке сначала мясной бульон, затем отвар. Почувствовав себя вполне бодрым и уверенным, Алекс смело двинулся вперед.

Этот переход оказался один из самых трудных, гора казалось, делала все, чтобы путь стал сложнее. Поваленные деревья, ямы, опасные осыпи, склизкий мох под ногами. Путь казался похожим на специально построенную полосу препятствий. Только после обеда Алекс смог перевалить через саму вершину. Впереди лежала большая долина, он внимательно всмотрелся вперед, стоя на небольшой прогалине. Чуть правее, в пяти километрах от вершины блестела гладь небольшого озера. Кругом же наблюдался только густой лес. Последние сотни лет природа здесь царила безраздельно, даже бетонные дороги древних исчезли под ее натиском.

Спуститься в тот день в долину ему так и не удалось, с этой стороны находилось множество отвесных склонов, приходилось их обходить. Но Алекс не горевал, нашел для ночлега подходящий небольшой грот, поужинал. У него была еда и питье, чувствовал юноша себя уставшим, но вполне бодрым. И на следующее утро он решительным шагом подошел к скалистой площадке, вниз опускался практически вертикальный обрыв, здесь можно было здорово сэкономить путь, правда, пришлось пожертвовать шнуром. Зато через пару часов он уже входил в долину, взяв сразу правее. Юноша надеялся, что у озера сможет кого-нибудь найти.

В лесу царил полумрак, огромные хвойные деревья, казалось, поднимались к самому небу. Густой подлесок временами сильно мешал идти, а ноги буквально вязли в разросшемся мшанике. Наверху весело покрикивали и пели множество птиц, пару раз Алекс пересек звериные тропы, поэтому шел настороже. Не хватало еще нарваться на медведя, ведь дикие звери уже потеряли всяческий страх перед человеком.

Еще через пару часов он вышел к озеру. Здесь его ждало разочарование, присутствия человека нигде не наблюдалось. Но в небольшом заливе юноша нашел остатки домов древних, пара зданий давно потеряла крышу, стены завалились, дерево сгнило. Осмотрев заросшие мхом и лишайников развалины, Алекс двинулся к небольшому возвышению, поковырялся там палкой и разгреб останки, бывшие некогда хозяйственной пристройкой. Что-то звякнуло, он нагнулся, поднял кусок ржавого железа, и сразу понял, что это топор. Поковырявшись еще в каких-то железках и рухляди, он выудил совершенно почерневший точильный брусок. Да это же праздник какой-то!

После сытного обеда Алекс вырубил ножом топорище, очистил ото ржи железо и наточил лезвие. Теперь у него был настоящий топор! Но еще предстояло решить, куда двигаться дальше? Алекс разлегся на сухой траве около уреза воды. В долине было намного теплее, солнце уже хорошо припекало, начиналось лето. Правда и комарье начинало сильно досаждать, пришлось достать жгут запасенной заранее травки и натереть тело. Раздумья прервал какой-то неясный звук и через мгновение Карт понял, что это летит флайер. Он вскочил на ноги и стал внимательно смотреть на небо, там и увидел небольшой летательный аппарат, идущий к западной стороне долины. Вскоре флайер исчез, но сомнений у него не оставалось, надо было двигаться в сторону заходящего солнца. Конец этого дня и половину следующего, его путь снова пролегал через девственный лес. До тех пор, пока на большой поляне он не обнаружил двухэтажный дом из простых отесанных бревен, стоящий около него воздушный флайер местного патруля и двух патрульных, возившихся рядом.

Сказать, что два офицера патруля были удивлены, это ничего не сказать. Они были просто поражены, когда узнали обстоятельства попадания Алекса в этот заповедный лес. Юношу сразу же завели в дом, накормили и уложили отдыхать. Через час на поляне приземлился большой флайер службы Олимпийских испытаний. Все это время Алекс рассказывал двум дядькам из патруля о своих приключениях. Те только удивленно крякали. Старший задумчиво сказал, что на его веку никто о таких приключениях и не слыхивал. И, похоже, Алекс станет в этом году всепланетной знаменитостью. Патрульные похвалили юношу за смекалку и удивились его бодрому состоянию. Затем работники Олимпийской службы доставили его в базовый лагерь, где сначала проверили состояние здоровья, а вечером Алекса допрашивали два серьезных офицера в черном. Судя по всему, они были из континентальной полиции.

Алекс нежился на настоящих простынях и предвкушал лучи всеобщей славы. Кто не хотел быть знаменитым в его возрасте? Толпы поклонниц, поздравления от друзей, уважение взрослых, что еще можно желать в 16 лет! Но судьба распорядилась иначе, в его палату зашел высокий и серьезный человек в форме планетарной службы безопасности, и изложил официальную версию событий, которой и следовало придерживаться Алексу. Его ударило головой о прибрежную скалу, он потерял память. Спасательная команда отправила спасенного в госпиталь, где по ошибке его не идентифицировали. Юноша попытался возмущаться, но пожилой офицер остановил его движением руки.

— Пойми, сынок, тебя уже списали и остановили поиск. Это, конечно же, была недопустимая ошибка, и виновные понесут соответствующее наказание. Но и героя из тебя мы создать не можем. Тогда уже будет отвечать все руководство Олимпийских испытаний. Ты восстановишь против себя многих заслуженных людей. А оно тебе надо? — мужчина посмотрел прямо в глаза юноше — Мы оценили твой подвиг, ты храбрый и необычайно сильный юноша, но не надо поднимать бурю, потонут тогда и невинные. А награда для тебя лично уже есть, ты освобожден от прохождения всех остальных этапов испытаний. Олимпийская комиссия посчитала, что твои подвиги с лихвой заменяют дальнейшие экзамены. Можешь спокойно заниматься любым заинтересовавшим тебя делом. А мы тебе поможем.

Карт, не веря ушам свои, слушал откровения бывалого и облеченного властью человека. В тот момент в его мировоззрении наметилась первая трещина. Но он признал серьезными доводы безопасника, тем более что и ему полагалась своя доля «пряников». Юноша молча кивнул головой. Человек в форме удовлетворенно улыбнулся.

Алекс после этого происшествия переехал на восточное побережье континента и окунулся в мир гонок на скутерах. Именно тут и проявился его невиданный талант в вождении всевозможными плавающими и летающими средствами транспорта. В течение двух лет он выиграл все основные гонки, пока не столкнулся с вопиющими фактами мухлежа среди руководства федерации. Тогда Карт крепко разругался с ними в пух и прах и ушел в мир подпольных гонок. Дело дошло даже до его личного куратора, такие менторы были у каждого мальчика, начиная с пяти лет. Бывший полковник космофлота целый час распекал юного Карта за его конфликт с федерацией гонок, но неожиданно для себя получил резкий отпор. Через неделю Алекса вызвали на конфликтную комиссию, но молодому человеку и здесь удалось отвертеться от дисциплинарного наказания. У противной стороны конфликта не оказалось никаких официальных документов, компрометирующих Карта. Не зря же он посещал целый семестр юридического факультета Континентальной Академии, и в итоге в его личной деле все оказалось подчищено. А Куратору пришлось уступить строптивому юноше, хоть он и был очень недоволен поведением своего подопечного.

И с тех пор полтора года Алекс Карт вел жизнь полуподполья. Всплывая неожиданно, то в одной, то в другой части мира. Он посещал кафедры различных учебных заведений, объездил множество древних городов. Подпольные гонки, сопряженные, конечно же, с запрещенным тотализатором, приносили ему неплохой доход. Мало кто в таком возрасте имел столько наличных кредитов. Многие из его знакомых время от времени исчезали в недрах Планетарной службы безопасности, но его судьба хранила. Как и хранила во время опасных заездов в далеких фиордах и каньонах.

Алекс Карт лежал на своей койке в казарме и с грустью вспоминал те уже далекие дни. Сегодня он опять ощутил свою странную силу. Даже в самом конце этого бесконечного дня он чувствовал, что способен на большее. Сначала открывалось второе дыхание, потом третье. Странно ощущать себя самым выносливым во взводе. Кто он такой, откуда у него такая стремительная реакция и выносливость? Может он генетический мутант, или выродок? Странно все это. Уже засыпая, юноша как сквозь пелену увидел светловолосую женщину со странным вытянутым лицом и большими зелеными глазами.

Он знал ее только в глубоком детстве.

Учебка

36 день. База Патагония

— Сегодня мы рассматриваем структуру подразделений мобильной пехоты Земной Федерации — лекцию сегодня проводил майор Пьер Ширак. Курсанты сидели все в том же учебном классе и со всем вниманием слушали заместителя командира базы по боевой подготовке. Последние два дня новобранцы провели в оружейной и тире-стимуляторе, раз, за разом отрабатывая навыки боевой стрельбы. Следующие три дня они будут слушать лекции по боевой структуре подразделений мобильной пехоты, а затем им предстоят три тяжелых дня на Полигоне. Где будут и марш-броски, и преодоление полосы препятствий, и отработка тактических навыков.

— Итак, начнем с низового звена пехотного подразделения. Базовый элемент, минимальная ячейка всей легкой пехоты это отделение: состоит оно из 12 человек: то есть 4 боевых тройки. Первая из них это управление — командир, водитель, специалист тяжелого вооружения, и три стандартных стрелковых тройки — в каждой 1 пулеметчик и два стрелка.

Более крупным тактическим подразделением является взвод. Это основной тактический элемент, своего рода кирпичик мобильной пехоты — состав взвода рейнджеров может доходить до 85 человек.

Структура стрелкового взвода: командир, его заместитель, отделение тяжелого вооружения, включая элементы ПВО и ПТО, отделение связи и техподдержки: это связь, операторы радиоэлектронной борьбы, медик, специалисты по ремонту вооружения, техник-специалист по инженерных сооружениям, и 5 стрелковых отделений.

Основным тактическим формированием мобильной пехоты является стрелковый батальон — в нем может быть до 1000 человек личного состава.

Структура батальона:

Взвод управления

Взвод тяжелого вооружения

Взвод снабжения

10-12 стрелковых взводов

Батальон может быть усилен дополнительным тяжелым вооружением и транспортом. Он является самодостаточной боевой частью, и способен выполнять различные боевые задачи как в составе более крупных объединений, так и самостоятельно.

Мобильные силы в целом состоят из стрелковых батальонов и батальонов поддержки и снабжения. Тактические боевые группы могут состоять как из отдельных стрелковых взводов, так и одного батальона и приданных ему взводов тяжелого вооружения, специальных групп огневой и транспортной поддержки. Их структура зависит от конкретной боевой задачи. Где-то может действовать и одно отделение, а где-то мощная группа из нескольких батальонов и приданных им огневых маневренных групп. Батальоны тогда разворачиваются в оперативные бригады. Зачастую мобильная пехота действует совместно с гренадерами и легионерами, при поддержке Космического флота.

Сейчас рассмотрим различные тактические схемы конкретно на примерах — майор внимательным взглядом оглядел курсантов. В этот раз отсутствующих глаз не было — если необходима обычная разведка или диверсионная акция, то может хватить и одного отделения, или усиленного взвода. Это зависит от масштаба поставленных задач. Допустим, есть задание обезвредить патруль противника, тут и одной боевой тройки достаточно, а вот захват станции снабжения потребует уже нескольких стрелковых взводов, плюс поддержку транспортом и огнем. Важна в таких случаях и координация с другими родами войск, например с атмосферными эскадрильями, или гренадерами. Временами необходима поддержка и от боевых платформ легионеров. Даже при действии мобильных войск в глубоком тылу противника часто приходится использовать помощь других родов войск, или действовать с ними заодно.

Другое дело массированный десант на вражескую планету. Ведь тогда высаживаются десятки батальонов мобильной пехоты, тут же происходит высадка тяжелых легионов и дивизионов снабжения. В воздухе прикрывают наступление сотни атмосферных и суборбитальных аппаратов. Такие глобальные десанты нынче редкость, мне за всю службу пришлось принять участие только в двух из них. Но это было незабываемое событие, когда мощь земных войск просто поражает воображение.

— Можно вопрос, сир — раздался сзади глухой голос. Алекс обернулся и увидел Сифа Марокона, плотного парня с южного побережья.

— Что ты хотел спросить курсант?

— Сир, а в каких больших операциях вы лично участвовали?

— Хороший вопрос — майор улыбнулся — Первой была высадка на Кууни, это 21 сектор спирали. Это произошло еще в самом начале моей карьеры, я тогда был еще неопытным лейтенантом. Мы создавали там передовой плацдарм. Аборигены не оказывали сильного сопротивления, поэтому высадка прошла вполне успешно. Я высаживался в качестве командира взвода, в штурмовой группе было три батальона рейнджеров и когорта легионеров. А вот второй десант пришелся на Хромсбт.

По рядам курсантов прошелся шелест, это самое крупное поражение войск федерации произошло всего два года назад, и об этой неудачной высадке ходило много всяческих мрачных слухов. Ширак еще раз оглядел курсантов.

— Вы, похоже, уже в курсе, что мы там проиграли битву. Да и компанию в целом. Это война, здесь нельзя постоянно выигрывать, зарубите это на своем носу. И будьте всегда готовы к наихудшему варианту, тогда ваша задница останется целой. Я командовал в том злосчастном десанте батальоном «Черные орлы», это элитная часть штурмовиков. Наш авангард целиком попал в засаду и был жестоко разбит. Если бы не мой опыт и выучка моих бойцов, мы бы тогда вообще живыми не вылезли. Это я вам официально заявляю, мне не стыдно перед погибшими товарищами, мы свой долг выполнили до конца. Дали спастись остаткам Пятнадцатого легиона, вывезли целиком полевой госпиталь. А оставшиеся из живых «орлов» ушли с планеты на последних двух дисколетах. И я оставил там вот это — майор поднял правую руку и чуть задрал рукав куртки, стала явно заметна разница в цвете кожи на кисти и на остальной руке. Такое бывает, когда идет искусственное стимулирование роста, взамен потерянной конечности — и вот поэтому я здесь. Я хочу, чтобы вы все остались живы и вернулись домой, на Землю. А для этого необходимо стать самыми лучшими бойцами и не отлынивать на занятиях.

В аудитории стояла тишина, рекруты думали о будущем, а командир о прошлом.

— А сейчас, курсанты, открываем планшеты и начинаем изучать тактические схемы работы стрелковых троек. После обеда начнется работа на тренажерах.

Учебка

69 день. База Патагония

Алекс Карт выпустил пару коротких очередей из карабина Удар и громко выкрикнул — «Упражнение закончено!» Потом он дождался ответа, пришедшего на наушник боевого шлема. Сегодня стрелковые упражнения отрабатывались при полной походной выкладке. Было непривычно лежать на стрельбище во всей амуниции. Где-то чуть терло, где-то неприятно обжимало тело, не сразу удалось и лечь то правильно. Тяжелый шлем время от времени стукался о приклад карабина, поэтому Алекс был недоволен результатом стрельбы. 89 из 100, и это когда он обычно меньше 95 не выдавал.

Огорченный он отошел с боевой позиции и подошел к капралу Эту Левичу. Высокий и дородный Левич добродушно улыбался, его конопатое, с рыжими бровями лицо и так всегда выглядело добродушным. Может он и по жизни такой весельчак, а может, потому что через два месяца дембель.

— Ну что, курсант, в сбруе оно не так?

— Так точно, капрал.

Эт засмеялся — Да ладно, не унывай. Все через это прошли. А вот конкретно у тебя еще и полным полно глупых ошибок. Иди ка сюда, курсант.

Алекс подошел к наставнику и тот следующие пятнадцать минут посвятил на указания допущенных ошибок, как курсант не правильно ставил руки и двигал телом при стрельбе. На соседних позициях все это время раздавались сухие щелчки выстрелов. Полным ходом шла отработка стрельбы.

— Ты запомни, курсант. Эти самые элементарные движения тело должно усвоить как обычный рефлекс. Ты не должен думать, ты должен стрелять, а у тебя еще полно совершенно лишних телодвижений. В бою же думать некогда. Есть цель, есть один выстрел, или пристрелят уже тебя. Настройся, тебя этому учили.

— Я не могу совсем не думать — ответил возмущенно Алекс — И я неплохо стрелял, просто сегодня во всей этой сбруе…

— Ни хрена ты еще не стрелял, сынок — грубо оборвал курсанта Левич — 89 в удобной, санаторной позиции, это ничто. Смотри и учись.

После этих слов капрал схватил свой карабин и вышел на позицию. Не успел сработать сигнал на открытие огня, как Эт начал палить стоя, даже не развернув оружие, как полагается. Он стрелял от бедра, от пояса, потом сделал кувырок и упал на колено. Казалось, что оружие в его руках действует самостоятельно, изрыгая игольчатые пули в мишени. Последнюю очередь он выпустил, будучи в прыжке.

— Ну что, салага, какой результат? — капрал немного запыхался.

— 100! — зачарованно смотрел на табло Алекс — Нифига себе ты даешь, капрал. Это и я так буду стрелять?

— Ты? — розовощекий крепыш посмотрел на курсанта — Нет. Хорошо стрелять я тебя научу, никуда не денешься. А вот стрелком от бога ты не станешь, не твое это. Видать, ты в другом силен.

— Возможно — кивнул головой Карт — я вообще-то водителем хочу стать. Есть уже опыт.

— Что водил?

— Да всякое, в основном крат-скутера.

— Серьезно? — капрал с явным интересом уставился на своего курсанта — Я как-то ставил на тотале, один раз даже выиграл. Ты в каком уровне работал?

— Как в каком? — удивился Алекс — Там по серьезному только А-лига.

— Да ты что — Эт стукнул Алекса по плечу — Офигеть не встать, так ты «дикий гонщик»! Тебя в армию то, как взяли?

— Как, как — усмехнулся Карт — Я «последний бегун» на континенте оказался, вот прямиком и сюда.

Левич захохотал, даже чуть присел от избытка чувств, жизнерадостный был человек — Так ты ж через месяц на специализацию пойдешь. Ой, не завидую я здешним инструкторам. У нас здесь одни тюти! Ты это, главное запрягай сразу, как следует. А то из-за водительского корпуса наша база выиграть главный приз на Больших гонах не может. Все хороши, кроме водителей. Так что ты на это и нажимай, а сержантов с гаража посылай сразу, раз ездить не умеют. Только смотри, если облажаешься, съедят.

— Спасибо за совет, запомню.

— Ладно, посмеялись, и хватит. Дуй на позицию, еще раз отстреляй третье упражнение. После обеда в полной сбруе на тренажеры.

— А их то зачем, капрал?

— Эх, салага ты еще. Тебе надо с машиной пока поработать, в корсете. А вот когда рефлексы намертво закрепятся, тогда и сюда пора. До сих пор не понял сути процесса?

— Понял, капрал — курсант пристыжено опустил голову, не подумал об элементарном. В учебных отрядах использовался громаднейший опыт как земной, так и других армий Галактики. Поэтому процесс учебы проходил быстро, но очень эффективно.

Во-первых: Молодые люди приходили в учебки уже отчасти подготовленными. У многих из них были какие-то специальности, которые могли пригодиться на военном поприще. Опять же физическая закалка, умение работать в команде, привитые им еще Олимпийскими испытаниями. Подавляющее большинство молодежи занималась различными видами спорта, до армии перепробовав серьезно видов по десять, а то и больше.

Во-вторых: у инструкторов и преподавателей учебных баз за плечами стоял огромный опыт трех столетий различных битв и сражений, проходивших в различных частях спирали этой Галактики. Земная армия считалась самой боеспособной и сильной в Спиральном Союзе. Старые Спиральные державы сосредоточились на космическом флоте, поля планетарных сражений оставляя младшим союзникам.

И весь этот колоссальный опыт многих поколений солдат и полководцев был переработан в уникальные программы подготовки лучших бойцов Галактики.

Уходя на обед, Алекс столкнулся в проходе с Олд Ларсеном. Тот запихивал в личный сейф какую-то тяжеленную бандуру.

— Учебный пулемет — Олд перехватил удивленный взгляд друга.

— А как же стандартные упражнения?

— А мне сержант сказал, что я и так неплохо стреляю. Вот и подумали, что пора сразу специализацией заняться. Я же хочу попасть в отделение тяжелого вооружения.

— Вот как?

— А ты чего грустный такой? — норвежский рекрут иронически взглянул на Алекса.

— А я после обеда марширую на тренажеры, надену там корсет и буду тупо повторять одни и те же движения.

Ларсен засмеялся — Да ладно, не гоняй. Ты там будешь отнюдь не одинок. Каждому свое, прими это правило и спи спокойно.

Он хлопнул товарища по плечу, и они бодро зашагали в помещение столовой.

Учебка

100 день. База Патагония

Сегодня у Алекса Карта был первый день специализации. Он, конечно же, выбрал специальность водителя. В легкой пехоте это была одна из самых сложных профессий. Водитель-рейнджер должен уметь водить различные виды транспорта: и тактические скутера, и легкие дисколеты, и даже транспортные платформы.

Карт уже успел сдать экзамен на тренажерах, и был первым допущен к вылетам. Сейчас он стоял в огромном гараже, в отделении тактических скутеров. Эти боевые машины являлись основными в мобильной пехоте. Один такой скутер был предназначен для перевозки стрелкового отделения. И вот именно такой стоял сейчас перед курсантом.

«Основное транспортное средство передвижения мобильного отделения — боевой воздушный скутер гравитационного типа Дельфин М — имеет полуоткрытую конструкцию, водитель и командир отделения защищены сферическими колпаками. Стрелки на сиденьях имеют частичную защиту от погодных условий. Оружия на борту не имеется. Запас хода без дозаправки 300 км»

Вытянутая стройная машина, в виде перевернутой буквы V примостилась у посадочной платформы. Спереди небольшой прозрачный колпак, защищающий водителя и командира отделения, который сидел чуть сзади и левее пилота. Сейчас там находилось место инструктора с дубляжом управления.

В соседнем отсеке Алекс заметил бронированную тушу взводного транспорта Кузнечик.

«Атмосферный десантный транспорт тактического взвода Кузнечик рассчитан на 100 пассажиров. Управляется водителем и штурманом. Используется для десантирования с низкой орбиты на поверхность планеты с использованием специальных десантных доков. А также для перевозки личного состава в условиях активного сопротивления противника. Имеет активное бронированное покрытие. Вооружение — 2 импульсных орудия, 3 тяжелых игольчатых пулемета и 4 прокитовых ракеты воздух-воздух»

Десантные капсулы размещались только на полигоне. Обычные водители на них не ездили, это уже были элементы войск тяжелой поддержки. Алекс вспомнил по памяти их типы.

«Десантная капсула «Прыгун А» — предназначена для штурмового десанта с высокой орбиты. Является типом космического челнока близкого радиуса действия. Вмещает 10 тактических взводов с приданными тактическими скутерами и транспортными скутерами МТО, оснащена плазменной барьерной защитой. На вооружении 4 инерционными орудиями и два стандартных ракетных комплекса орбитального типа.

Тяжелая десантная капсула «Прыгун Б» — предназначена для десантирования бронетехники и другого тяжелого вооружения, оснащена аналогично типу А.»

— Курсант, вы какого рожна тут торчите? — Алекс обернулся и уперся взглядом в толстомордого сержанта 2 класса.

— Я, сир, прибыл на учебный полет. Курсант Алекс Карт — и курсант подал инструктору свой планшет.

— Да? — толстомясый и кривоногий сержант явно был не в настроении — Шустрый ты, смотрю, парень. Хочешь раньше начать. Что у нас здесь? Третий уровень? Хм, салага, а не слишком ли ты борзый?

— Никак нет, сержант! — Алекс вытянулся во фрунт.

— Я и говорю борзый — инструктор уже с хитрецой взглянул на Карта — ну тогда так договоримся. Едем третьим маршрутом. Но… набираешь пять штрафных баллов и идешь до конца месяца обратно на тренажеры. Парень, на третьем маршруте обычно такие, как ты, слишком резкие, срезаются. Так что зря лыбишься! Ну ладно, иди, проводи предполетную проверку.

Алекс сноровисто пробежался вдоль серебристого аппарата, уселся в кресло пилота и быстро провел контроль состояния. Толстомордый сержант одобрительно хмыкнул, глядя на манипуляции, и сел позади курсанта. Взлетел Карт резко, скутер еще в ангаре произвел стремительный разворот и вылетел за ворота, провожаемый удивленными взглядами техников и инструкторов.

Через полчаса он также быстро и резко произвел посадку. Из кабины шустро выскочил Алекс и встал в стойке смирно на платформе, чуть позже из-за защитного колпака показался инструктор-сержант. Лицо его было красным, а глаза мутными. Он еле выполз из скутера и только на самой посадочной платформе встал на обе ноги. Своим, так и не сфокусировавшимся до конца взглядом, он нашел курсанта и разразился потоком отборной брани.

— В чем проблема, сержант Клоуни? — рядом возникла фигура первого лейтенанта, дежурившего в этот день в ангаре. Из-за соседних машин заинтересованно выглядывал технический персонал. Ситуация, по всему видно, вырисовывалась интересная.

— Сир, этот… курсант. Он мало того, что в наглую потребовал сразу третий маршрут, так он и еще прошел его с явными нарушениями, на предельной скорости и опасными маневрами, Сир.

— Неправда ваша — Алекс был совершенно спокоен — Я не выходил за красную линию. Лейтенант, это можно легко проверить. Я же не виноват, что сержант оказался слаб здоровьем.

Клоуни, казалось, мог испепелить взглядом не только рекрута, но и весь ангар. Дежурный лейтенант подошел к машине и на своем планшете рассматривал полученные данные, потом озадаченно взглянул на Карта — Курсант, формально вы, конечно, ничего не нарушили, но практически вся поездка шла в оранжевой зоне.

— Сир, а разве это запрещено?

— Ну…. формально нет — молодой офицер был в замешательстве, ситуация явно вырисовывалась необычная.

— Сир, может тогда мне лучше поменять инструктора. Я хороший водитель, у меня большой опыт пилотирования.

За разговором с любопытством наблюдал высокий шеф-сержант, он служил главным механиком гаража, и сейчас выступил вперед. Его лицо было изборождено сеткой мелких морщин, такое бывает от долгого пребывания в космосе — Сир, лейтенант, можно мне обратиться к курсанту?

— Обращайтесь — вяло махнул рукой дежурный.

— Сынок — шеф-сержант серьезно смотрел на Карта — знаешь, у нас так не принято. В гараже обычно рулят инструкторы, а не салабоны. У тебя должно быть припасено что-то серьезное для такого рода заявления.

Алекс смело взглянул в лицо механика, он уже понял, кто тут главный — Сержант, сир, я участвовал в Больших рифовых гонках, два раза был призером, я умею водить, и чертовски хорошо умею водить. И еще, я слышал, что база Патагония давно не выигрывала в гонках. И я хочу исправить эту ситуацию, пора и нам стать чемпионами.

— Хм — сержант одобрительно кивнул, потом взглянул уничижающее на Клоуни — хорошее заявление, рекрут Карт. А ты точно уверен, что способен на это?

— Да, сир — Алекс не отвел взгляда, механик снова кивнул и посмотрел уже на лейтенанта — Сир, я видел, как этот парень выруливал из гаража. Он и в самом деле хороший водитель, дайте ему шанс. Но смотри, парень, если не выиграешь гонок, твой остаток учебы на нашей базе будет напоминать ад.

— Не подведу — коротко ответил молодой курсант. Он уже улыбался, теперь можно было взяться за настоящее дело.

Учебка

121 день. База Патагония

Учебный скутер лихо зашел на посадочную площадку. Машина зависла буквально в паре сантиметров от платформы, из нее неспешно вышел молодой курсант и лениво потянулся, чуть позже из заднего сиденья на крачках выполз толстый мастер-сержант, его вырвало прямо на платформу. Инструктор так и остался в коленно-локтевой позе, долго отфыркивался и сопел. Из соседнего ангара за сим действом с любопытством наблюдала группа механиков, они весело смеялись и показывали пальцем на сержанта с управленческого взвода. Еще сегодня утром он распекал молодых инструкторов, наводил шороху на механиков, а потом накинулся на молодого курсанта, пришедшего требовать себе нового инструктора. За эти недели от Карта отказались практически все мастера обучения. Слухи о лихом водителе быстро разошлись по всей базе, и большинство самоуверенных в себе инструкторов во время тренировок потерпели поражение от наглого курсанта.

Карт проходил самые сложные участки трассы всегда на грани фола, выписывал опаснейшие пируэты, выжимал из машины максимум возможного и невозможного. Он ведь знал где можно по-быстрому отсоединить пару предохранителей. Но новоиспеченный водитель никогда не заходил в пределы красной зоны, и поэтому формально его не могли наказать за показную лихость. Его необычные заезды даже собирали толпы зрителей, ставились пари, за сколько времени очередной инструктор спекется во время безумных виражей этого отмороженного водилы.

Была, правда, одна неизвестная многим хитрость — в один прекрасный вечер шеф-сержант ангара совместно с этим молодым курсантом немного поколдовали над двигателем учебного скутера, и теперь машина подчинялась только самым опытным рукам. Обычному водителю на нее лучше было не садиться.

К площадке подошел дежурный офицер, сегодня им был капитан Родригес. Он еле сдерживал улыбку, пряча ее в огромные черные усы. Вся база уже была наслышана о лихом курсанте и его поединках с инструкторами. А ведь их на базе недолюбливали, считали виновными за поражения в проходивших соревнованиях. Ведь по другим специализациям база шла всегда первой. Один молодой лейтенант захотел как-то также поставить Карта на место, но после пробного заезда механикам пришлось просто вынимать офицера из кабины. И видок у него был еще тот.

Наконец мастер-сержант принял вертикальное положение и подошел к дежурному офицеру — Офицер, сир, это просто… возмутительно, неслыханная дерзость. Я хочу подать рапорт…

— О чем? — грубо прервал сержанта Родригес — Вы плохо выглядите сержант.

— Так это… вот этот курсант, он водит не по правилам. Он просто издевается над моими инструкторами.

— Не вижу нарушений — капитан держал в руках планшет — ни одного захода в красную зону, машина в порядке, без повреждений, дистанция также не пострадала. В чем проблемы?

Сержант стоял молча, красный как рак, и пучил глаза.

— Вам нечего сказать, сержант? А может у ваших людей просто недостаточная квалификация?

— Никак нет — обиженно засопел мастер-сержант, ведь именно он отвечал на базе за инструкторов, Родригес же командовал бригадой механиков — Я подам жалобу начальнику базы. Никому не позволено…

— Ваше право, сержант — снова оборвал его капитан — вы свободны.

Карт еще полчасика поторчал в ангаре, пообщался с механиками. В большинстве своем здесь работали солдаты, дослуживающие последние два года действительной службы, обычно это делали в спокойном местечке. Многие из них побывали в настоящих сражениях, многие служили на дальних базах. Было, в общем, что послушать. Они уже были в курсе соглашения между Алексом и шеф-сержантом и видели уникальное мастерство молодого курсанта. Поэтому и относились старые служаки к нему более покровительственно и дружелюбно, чем было положено к молодому салаге на службе в армии.

— Вот помню, был у нас случай на планете Некроис — начал травить очередную байку капрал Жексон. Этот жизнерадостный механик за время своей службы умудрился побывать на самых затерянных в космосе планетах. О большинстве из них никто из служивших и слова никогда не слыхивал — Планета эта дыра дырой, просто там, на орбите большая база слежения «спиральщиков» расположена, поэтому и на поверхности база Земной Федерации. Планета пустынная, народу мало проживает. Туземцы давно вымерли, так, собрался всякий сброд с разных уголков Вселенной. Поэтому в городах преступность сильная, ночью одному лучше не выходить. База рядом с космодромом стояла, там рота гренадеров и наших два взвода. Техников раза в два больше, чем бойцов, скукота, в общем, полная. А я как всегда в гараже прописался, мы в нем совместно с сержантом из пехоты наладили производство бражки из местных кактусов, и гнали отличный самогон. Даже местные бармены меняли наше пойло на их пиво.

Ну, так вот, в один прекрасный денечек сидим мы с гренадером на наблюдательной площадке, теплый ветерок дует, мы пивко обмененное попиваем, мясо сушеное местное в закусь хорошо идет. И вдруг глянь, на посадочное поле с грохотом и ревом что-то падает. И главное, ни сигналов, ни рева сирен. Народ кто куда разбегается, сержанты кричат, кто-то в оружейку кинулся, атас короче полный. Мы тоже так чуток напряглись, мало ли что? Ну, приземляется, значит, большущая черная дура. Я таких никогда не видал, вся в пупырышках, обводах, блестит как намазанная. Но пилот там хороший рулил, сел ровно и точно на пятую площадку. А я знаю, как тяжело в атмосфере садиться, был случай, потом как-нибудь расскажу, а тут такую дуру…. Ну, мы глядим, суета поднялась, солдаты боевые позиции занимают, оцепление расставляют, кары забегали, в общем, полный шухер. А мы с гренадером забрались в будку и смотрим за всем этим в наблюдательный перископ, удобная штука. И вот, значит, открывается пандус и из этой черной дуры выкатывается плоская такая штука, видимо на антиграве, а в ней двое. Я глянул, мать честная, они ж зеленые.

— Как это? — недоверчиво спросил сержант Плюхер — Форма зеленая?

— Да иди ты, форма. Они все зеленые и как будто светятся изнутри. Ну, мы так и офигели, значит, к нам корабль синтанцев приземлился!

Все слушавшие капрала буквально ахнули. Синтанцы это древняя и загадочная раса, в ведущейся Спиральной войне они участия не принимают, и жестко поддерживают нейтралитет. Практически ни с кем не общаются, кто и что они, также почти ничего не известно.

— Да иди ты — снова вмешался Плюхер — Ты то откуда знаешь, что это Синтанцы?

— А вот и знаю, я ж все по окраинам служил, много чего наслушался и повидал. Думаешь одна Спираль и «центровые» крутые такие, знаешь, сколько до нас рас было, ну и где они? Одни развалины от них остались…Так о чем это я? Тьфу, сбил меня. Ну вот, значит, смотрим мы на этих зеленышей, а они к оцеплению спокойно так подъезжают, а там и начальство наше нарисовалось. О чем-то долго они разговаривали. И тут меня сержант гренадерский в бок толкает и показывает на левый бок корабля. Я глянул в трубу, ё мое! Там дырень такая в корпусе и дымок клубиться. Приголубил кто-то черный кораблик, и крепко так приголубил. Значит, у них аварийной посадка то была!

Ну и через полчаса меня к майору вызывают, был у нас такой майор Вершинин, временно командовал базой, из местных баров не вылезал. Залетаю к нему в кабинет, а там с ним уже командор из разведки флота, и сразу берут они меня в оборот. Мол, важное тебе поручение, как спецу по гравитационным стабилизаторам, надо помочь людям, то есть синтанцам зеленым. Я в отказ, вызывайте, мол, флотских. Так они меня сразу маленько прессанули. Командор то из ЭТИХ, ну и пришлось согласиться. Я и в самом деле лучше всех в гравистабах разбирался.

Подвезли меня к черному кораблю, вблизи он странное впечатление производит, вроде как блестит, а вроде и матовый, но рассматривать то особо некогда было. Подошел ко мне «зеленый» этот, и на ломаном Интере предлагает одеть какой-то шлем. Ну, я надел и как будто попал в черную комнату, не темнота, а тьма кромешная. Меня под белые рученьки и куда-то повели, потом на чем-то вроде лифта везли, и, наконец, сняли шлем. Оглянулся я, стою в небольшой камере, все ярко-синим светом залито, аж глазам больно, и кроме сопровожатого еще двое синтанцев стоит, и на меня смотрят. Одну переборку видимо недавно поменяли, следы ремонта видны, другая под приборы непонятные предназначена. Ну а слева блок гравистаба расположен, мне на него показывают, мол, давай, ремонтируй.

Ну, я фонарик свой включаю, а то в этом синем разобрать не могу ничего. «Зеленые» за глаза схватились, кричат, ругаются, значит. Переводчик меня за рукав схватил, шипит что-то. А я так, мол, и так, мне осмотреть приборы требуется, и пошли вы нафиг со своими нежными глазками. Скомандовал переводчик что-то, надели ихние техники нечто типа очков. А я осмотрел внимательно гравистаб, и вот какие странности увидел. Вы же знаете, что земляне так и не знают принцип работы всей этой антигравовской техники, мы их как получили триста лет назад в готовом виде, так в этом отношении понимания их работы и не продвинулись дальше. А производят все эти штуки только «спиральщики», в основном на Лигане. Много я этих хитрых приборов повидал, весь их ремонт заключается только в замене блоков и настройке. А гравистаб синтанцев меня просто поразил, это как будто не обычная деталь управления кораблем, а нечто, похожее на произведение искусства. Такое вот изумительное совершенство. Представляете?

Слушатели покивали головой, страсть Жексона к всевозможным сложным устройствам стала уже притчей в языцах. Некоторые его даже называли техноманьяком.

— После синтанского гравистаба самые наилучшие приборы «спиральщиков» кажутся как топором рубленые. Такое впечатление, что наши союзнички просто свистнули чью-то идею и создали некое жалкое подобие оригинала.

— Ну, так оно скорей всего и есть — неожиданно вступил в разговор капрал Дейнекин, взрослый мужик, уже второй раз, продливший сверхсрочный контракт.

Плюхер усмехнулся и сплюнул на пол — Ну блин вы даете, прямо, как ЭТИ заговорили, ходячие теории заговоров.

— А это ты зря, Плюхер — Дейнекин недоброжелательно посмотрел на сержанта — если бы ты с наше поболтался в Космосе, по-другому бы заговорил. Много разных слухов по Галактике ходит. Ладно, Жексон, что дальше то было?

— А что? Осмотрел я прибор и стал наводящие вопросы задавать. Оказывается, их команду механиков хорошенько приголубило при взрыве, накрыло в общем полным составом. Нашелся один грамотный парень из команды, поменял все сломанные детали, а машинка все равно по-нормальному не работает. Настроить требуется, а это ведь самое сложное. То-то они и приземлялись на планетарных двигателях, пусть пилоту бутылку выкатят, это был, парни, настоящий высший пилотаж. Ну, значит, достаю я свой планшет и начинаю контакты искать. А у меня для этого дела очень хитрая фича была, я ее у одного флотского разведчика на коробку настоящий земных сигар обменял. Была там одна интересна история — Жексон замолчал и мечтательно смотрел на потолок.

— Ты не тяни, давай, рассказывай — прервали его воспоминания слушатели.

— Ах да. Программа очень интересной оказалась, я с помощью ее и не такие штуки оживлял. Ну, вы знаете, люблю я собирать что-то такое эдакое. Начал я работать, протокол обмена данных наладил, математика она ведь по всей Вселенной одинаковая, только символы разные. Взломал я их код и начал сканирование, работа идет помаленьку. Чувствую у меня за спиной все эти «зеленые» человечки собрались и как завороженные на экран планшета смотрят, и между собой шушукаются. Мне даже показалось, что моя фича их здорово так удивила. Через полчаса я работу закончил, гравистаб запустили, и он заработал, как положено. Меня тем же макаром обратно доставили.

— И чего дальше, медаль дали? — едко спросил Плюхер.

— Ага, орден сутулого Плюхера. Полдня разведка мурыжила, фичу эту отобрали. А через два дня в отпуск отправили, три месяца на Рожинских пляжах загорал. Потом ЭТИ вызвали и посоветовали язык за зубами держать.

— Ну, то-то видно — Плюхер не унимался — как ты обет молчания соблюдаешь.

— Да давно это было, а я потом все в каких-то дырах служил. Видимо по этой причине. А с другой стороны, служба спокойно протекла, что там, на периферии, может случиться то? Я и стрелял за всю службу всерьез раза четыре только.

— Тоже неплохо — Дейнекин загасил тонкую сигару об каблук ботинка — но я бы посоветовал тебе, Жексон, язык все-таки за зубами держать. Больно история твоя какая-то странная. Как бы не уехать тебе на Юпитерские рудники специалистом по гравистабам.

Алекс непонимающе посмотрел на капрала, но окружающие не смеялись, похоже совет восприняли серьезно. Уже когда все разошлись по местам, Карт подошел к Дейнекину и спросил — Капрал, а кто такие ЭТИ? Я так и не понял.

Рослый капрал резко обернулся к молодому курсанту — А тебе на фига знать лишнее?

— А я по жизни любознательный.

— Жить хочешь коротко, но интересно? — уже с любопытством взрослый мужчина взглянул на юношу — Другого бы послал, но я видел, как ты водишь. Все равно долго на этой бойне не протянешь.

После таких жизнеутверждающих слов Алексу стало не по себе. Капрал же достал новую сигару и прикурил, потом, выпустив кольцо дыма, обратился к новобранцу серьезно.

— Есть у нас в армии некая группа людей, что-то вроде подполья. Все о них знают, но никто об этом вслух не скажет. И знаешь почему? Потому что и твой старый проверенный товарищ может оказаться из ЭТИХ. Они есть во всех структурах армии, начиная с самых верхов. Теперь представляешь, какая у них власть?

Курсант молча кивнул, о подобном он ни от кого еще, ни разу не слышал — А чем они занимаются то?

— Ну, как сказать… Большинство этой группы из космофлота, точнее с их «черной» разведки. У них там вечно какие-то свои замутки, сам понимаешь, куда они постоянно лезут. Мы же обычная пехота, пусть и привилегированная. Но иногда и нашего брата привлекают для тайных операций, поэтому рейнджеры всегда больше знают, чем те же гренадеры — Дейнекин помолчал немного и добавил — Не советую тебе лезть в это дерьмо парень. Мутные и опасные у них дела. Твое дело баранку крутить. Хотя опять же, где они тебе нынче нового инструктора найдут? — капрал засмеялся — Ты тут и так водишь лучше всех.

Карт задумался, потом вопросительно посмотрел на старшего товарища — А ведь те разведчики явно не наших официальных противников ищут, а капрал?

— Ты угадал, сынок — Дейнекин нагнулся к Алексу — у нас давно ходят слухи, что «спиральщики» не по правилам играют. Вот я и думаю, что ЭТИ против них и копают. Такие вот дела, салага.

Капрал быстро затушил сигару и уже молча пошел на выход, оставляя молодого курсанта в полном замешательстве. Еще бы! У него на глазах практически рухнула привычная с детства картина мира. И появилось ощущение, что его представление об окружающей вселенной поменяется полностью еще не раз.

128 день

База Патагония

Рядом тяжело бухнулся Ларсен — Твою же мать! — выругался он на каком-то древнем языке, показавшемся Алексу смутно знакомым. С другой стороны на дно воронки упал Чин Онга, темнолицый парень с невероятно большой грудной клеткой, и может быть, поэтому ужасно выносливый. Даже сейчас, пройдя половину дистанции, он совершенно не запыхался. Пока Карт переводил дыхание, Онг попытался высунуть голову за край воронки. Алекс еле успел дернуть его за ботинок

— Куда, идиота кусок!

И во время, над головами рекрутов мелькнула маленькая вспышка. Чин ошеломленно покачал головой в черно-матовом шлеме.

— Сейчас бы ты лежал внизу с головной болью, куда полез? — прокомментировал ситуацию норвежский гигант — Тут везде огневые точки напиханы. Чего-то их много сегодня, я еще только одну тройку заметил на правом фланге, остальные не дошли.

Алекс промолчал, они уже третий день занимались тактическими упражнениями на ближнем полигоне. Отрабатывались действия в тактической тройке. После соответствующего теста его назначили командиром пятой тройки, и два первых дня прошли вполне успешно. Он умело обходил ловушки, разрабатывал оптимальный маршрут движения, его тройка проходила всю дистанцию, и вчера даже была первой. Сегодня же все пошло наперекосяк, половину взвода выбило на первой сотне метров дистанции. А до середины и вовсе дошли только они и еще три курсанта. Плотность огневых точек возросла, на маршруте появились неожиданные труднопроходимые объекты: глубокие ямы с водой и глиной, ровные площадки с вязким песком, высокие стены. Каким-то наитием Алекс смог все-таки выбрать лучший маршрут, так теперь они попали под перекрестный огонь, только реакция Олда, снесшего замаскированный пулемет-робот одним удачным выстрелом, помогла добежать до этого укрытия. А сидеть здесь долго было нельзя, обнаружат их тройку и закидают гранатами. Карт уже понял, что это была за тактическая схема: бой в полуразрушенном населенном пункте. Рекруты его не отрабатывали даже в симуляторах, но, по-видимому, начальство решило проверить учеников на вшивость.

Алекс вынул из нагрудного кармана небольшой оптический щуп, настроил его интерфейс и аккуратно просунул между комьями грунта. Прямо на сетчатку глаза стала проецироваться, заснятая хитрым прибором картинка местность. «Есть!» — курсант, не торопясь, провел щупом что-то наподобие панорамы, потом отправил картинку на шлем бойцам своей тройки — справа на два часа на пригорке, робот с тяжелым лучеметом! Работает импульсами, значит, тратит время на прогрев. Действуем так: Чин ты отползай метра на три вправо и по команде начинай отвлекать робота огнем, сделай пару очередей, потом сигай в самый низ. Я сразу же начинаю бить по нему и тоже прячусь. А ты Олд в это время получаешь пару секунд на прицельный выстрел.

— Мне одной очереди хватит — коротко ответил Ларсен.

— Ну и отлично! Затем боевым порядком двигаем вперед до той кучи камней. Там залегаем в таком же положении. Все понятно?

— Так точно! — дружно ответили товарищи по несчастью.

Все дальнейшее произошло очень быстро. Чин и Алекс отработали прикрытие, отвлекли робота на две цели. Обычно на третью у подобных дронов времени уже не хватало, поэтому Олд одной прицельной очередью заставил огневую учебную точку замолчать. Там даже реально вспыхнуло что-то, имитация сегодня работала на все пять.

Курсанты дружно ломанулись вперед. Первым чуть слева шел Онг, за ним Карт. Отстав от товарищей на пять шагов, бежал Ларсен, водя стволом учебного пулемета из стороны в сторону. Его имитатор тяжелого лучевого орудия висел на поворотном поясе, а сам ствол управлялся сервомоторами, слушаясь команд, как оператора, так и встроенного локатора. Вот и сейчас локатор успел засечь огневую точку первым, видимо имитация защиты не сработала. Олд открыл огонь короткими очередями, быстро нащупав сдвоенный игольчатый пулемет-дрон. Тот ярко вспыхнул синеватым пламенем, даже не начав работать. Именно эта короткая схватка и отвлекла внимание командира тройки. Чин вдруг резко упал на землю и начал крутиться волчком, воздух разорвался от его пронзительного крика, видимо прилетело ему основательно, и было очень больно. И вот здесь Алекс совершил свою первую и самую большую ошибку, он, не подумав, метнулся к товарищу на помощь, даже успел схватить его за специальную лямку и начал тащить в укрытие, за небольшой скальный выступ. Но так и не добежал до него, ногу внезапно пронзила ужасная боль и сразу же онемели обе руки. Он упал на землю и постарался выползти из-под обстрела. Рядом отрывисто загрохотал пулемет Ларсена, их товарищ также бросился на выручку. А Карта снова пронзила ужасная боль, теперь уже в районе позвоночника, он рухнул плашмя, и его вырвало прямо в шлеме. Перед тем как полностью отключились руки, он успел его сдернуть, дышать сразу стало легче. Краем глаза Алекс заметил, как и Олд пошел крутиться волчком, схватившись обеими руками за голову. Все! Их тройка выбита полностью. Бегать им сегодня три круга по стадиону! Проигравших на базе «Патагония» не любят.

Через десять минут к ним подошел дежурный медик и вколол антишок, боль сразу же прошла, руки и ноги снова обрели чувствительность. Алекс наскоро вытер лицо и вытряхнул из шлема остатки завтрака. Придется сегодня его основательно почистить. Чуть позже они уже стояли перед взводным. Лейтенант Милич уничижительно смотрел на Алекса.

— Что это было, курсант? Вы же прекрасно руководили тройкой первые два дня. Я уже хотел вас назначить на эту должность на постоянной основе. И тут так позорно облажаться! Вы были уже на финишной прямой, там почти не оставалось учебных Дронов. Какого рожна ты отвлекся!? И зачем, скажи на милость, кинулся под огнем помогать раненому! Что совершенно ясно написано в уставе, курсант?

— Найти безопасное укрытие и внимательно изучить обстановку — еле выговорил подавленный случившимся Алекс. От него все еще несло блевотиной, одежда была помятой и сам он выглядел непрезентабельно.

— Вот видишь, курсант, устав ты знаешь, а вот применять на практике не хочешь. В итоге ваша тройка полностью выбита и не выполнила поставленной задачи. На реальном поле боя это значило бы, что вы подвели своих товарищей, и возможно были бы виновны в их дальнейшей гибели. Зачем опрометчиво кидаться на помощь, ведь скорей всего ты уже был на прицеле? Запомните, курсант Карт, сначала следует оказаться вне зоны поражения. Потом помочь товарищу уничтожить вражескую огневую точку и только затем прийти раненому на помощь. Если его сразу не убило, то за это время тактический шлем дал бы команду встроенному в обмундирование медицинскому блоку провести необходимые мероприятия. Какие, курсант?

— Проводится общий анализ повреждений, затем вкалываются антишоковые препараты, при поражении конечностей автоматически затягиваются жгуты, при поверхностной ране костюм выдавливает антисептическую жидкость и рана консервируется.

— Ну и какого черта вы кинулись к своему бойцу? Он и так скорей всего остался бы жить, а вы в итоге потеряли свою тройку. Курсант Карт, я снимаю вас с командования тактической тройки. Эта работа не про вас, доложите своему сержанту о наложенном взыскании!

— Есть, сир! — уныло ответил Алекс, повернулся на каблуках и пошел к своим товарищам.

Вечером, после штрафной пробежки и ужина, он присел рядом с Олдом.

— Чего грустим? Хрен с ним командованием, оно тебе надо?

— Да я так — Алекс уже остыл после позорного поражения, не в его характере было долго переживать, иначе ничего никогда не добьешься — Слушай, а ты на полигоне по-русски, что ли ругался? Откуда его знаешь?

— Ну, ты даешь, парень — удивленно поднял брови норвежец — ты что, историю великой эпидемии не изучал? Великая чума ж холода боялась, на северных территориях люди почти не заражались. А мои предки были северным народом, как и русские. Они сразу и сотрудничать начали. Много чего вместе сделали, и атаки южных отбили, и города новые выстроили, и платформы в Северном океане возводили. Тогда все скандинавы и русские сильно перемешались, мы и сейчас часто общаемся. Я вообще полгода в Сибири жил, в анклаве. Там такие безбрежные леса я тебе скажу. Дикая природа, зверье всякое, реки с вот такими здоровенными рыбинами! Климат, конечно, тот еще, но мне, как северянину, не привыкать.

— Странные эти русские, большинство людей у южных океанов живут, там круглый год тепло и комфортно. А они большой массой народа в своей холодрыге остались. Я понимаю еще у Черного моря, бывал там, а на севере зачем жить!

— Ну, на самом севере и в Сибири не так много народа живет, больше из старорежимников. Работы там много, земли большие и богатые, вот и построили анклавы — города с куполами, как в космических колониях. Живешь в комфорте, а вышел из города, вот тебе и природа. Многим это нравится.

— Интересно, но ведь на это необходимы огромные ресурсы.

— А что ресурсы? Забыл, что русские одни из основателей Федерации? Они с северными европейцами больше всех для спасения цивилизации сделали. Пока твои предки на Континенте упражнялись в метании бомб, а потом на север драпали.

Алекс на подколку друга не ответил. Его снова поразили мысли о том страшном времени. Еще в младшей школе им показывали исторические хроники времен Глобального крушения цивилизации, о Великой и самой страшной за все времена чуме, поразившей тогда человечество. О том, как от неведомой болезни умирали сотни миллионов людей, о вспыхнувших по всей планете беспорядках и войнах. Больше всего пострадали самые густонаселенные страны теплого пояса Земли. В считанные недели государства там рухнули, миллионы беженцев заполонили пространства и магистрали. Сотни тысяч умирающих людей лежали вдоль дорог и протягивали руки в последней мольбе. Еще живые дети лежали рядом с умершими родителями. Толпы голодных дрались за последние продовольственные склады, а поля с урожаем некому было убирать. Большие города, населенные после мора только призраками, или уничтоженные в огне. Эти жуткие кадры им уже показывали в старшей школе, психика детей не могла выдержать хроники самого ужасного десятилетия из последних двух тысяч лет истории человечества.

Казалось, что тогда мировой цивилизации пришел конец, многие уже опустили руки и покорно ждали смерти. Но ученые быстро вычислили, что бациллы болезни боятся холода, поэтому волевым решением Объединенного Комитета Штабов Европы и Евразийского Союза дороги, ведущие в северные районы Европы и Сибири, были перекрыты. Взрывались мосты, срочно возводились укрепления, армейские части срочно пополнялись и усиливались. Армия мобилизовывала миллионы мужчин и женщин, хотя было достаточно и добровольцев. На подступах к северным районам развернулись настоящие сражения. Европе сильно помогло то, что там успели вовремя взорвать мосты в Датских проливах, и привлечь для патрулирования морей флоты сразу многих государств. Ведь на корабле гораздо легче было бороться с эпидемией, и их боеспособность оказалась сохранена.

Россия же, ставшая хребтом Евразийского Союза, обладала тогда мощными ресурсами и самостоятельно смогла решить проблемы с распространением инфекции в северные районы. Очень жесткие законы, принятые в первые же недели Великой чумы, помогли сдержать рост эпидемии. Хотя для этого пришлось уничтожить огнем сразу несколько больших городов. Тогда же русские объявили всеобщую мобилизацию, начали эвакуировать десятки миллионов людей в северные районы Европы и Сибири. Человечеству вообще сильно повезло, что руководство взяли на себя тогда военные, которые к тому же активно привлекли к управлению спасшихся ученых. Получился эдакий очень эффективный симбиоз. Политиков и промышленников быстро оттеснили в сторону, некоторых просто уничтожили. Уж больно сильно они начали досаждать, не время было заниматься дешевым популизмом и считать утраченную прибыль. Разворачивающиеся стремительно страшные события грозили прямым уничтожением цивилизации и даже всего человечества. Поэтому и принимались иногда поистине бесчеловечные решения, например, ядерная бомбардировка некоторых городов восточного побережья Америки, тотально зараженных чумой. Что привело впоследствии к быстро разгоревшейся гражданской войне, унесшей в небытие остатки цивилизации на этом континенте. Только северные районы бывших объединенных штатов и Канада смогли выжить в том кровавом беспределе. Восток Континента был уничтожен войной, юг и запад эпидемией, а многие районы надолго заражены радиацией. Только через сто лет состоялось обратное заселение Континента, бывшей Америки.

Также в тех страшных событиях не выжили многие государства и народы Африки, Азии и Латинской Америки. Об их судьбе не знали многие годы. Северянам хватало и своих проблем: голод, холод, эпидемии обычных заболеваний доставляли много хлопот, былое сообщество людей просто рухнуло, а новое рождалось в кровавых муках. Очень сильно выросло тогда значение науки и практических технологий. Ведь пришлось решать огромное количество проблем, и решать очень быстро, практически на ходу. Это стимулировало невероятный рост некоторых прикладных видов науки, и помогло, в конце концов, выжить человечеству. Только через тридцать лет после победы над хаосом люди смогли начать возвращаться обратно в южные районы планеты, и попытаться строить новую цивилизацию. Но только в этот раз человечество было объединено в единую Федерацию и поэтому встретило нежданно тогда появившихся космических посланцев Галактики вполне достойно.

— Ты заснул, Карт? — его толкнула мощная рука друга. Алекс вздрогнул и оглянулся.

— Да нет, просто вспомнил уроки истории, какие были тяжелые, но замечательные времена. Я всегда интересовался той страшной эпохой.

— А, понятно. Я это не только в школе проходил, я еще и побывал с русскими друзьями в легендарных северных колониях.

— Неужели? — с интересом посмотрел на Олда Алекс — И как там?

— Ну, как, практически одни развалины остались. Это только в Арктикграде создали музейный комплекс, все-таки была столица Северного полушария. А про остальные города во время великого переселения забыли, а потом уж и поздно было восстанавливать, сам понимаешь, другие заботы у людей были. А потом завертелась эта кутерьма со Спиральным Союзом, в войну ввязались зачем-то.

— Как это зачем-то? — снова удивился другу Карт — На нас же напали.

Олд настороженно огляделся вокруг и ближе придвинулся к Алексу — Знаешь, я бы не стал так безоглядно доверять официальной истории.

— Ты серьезно?

— Очень даже, то, что я видел в заброшенных городах, не совсем стыкуется с тем, что нам о них говорили в школе. Но я тебя предупреждаю, держи язык за зубами.

— Ага, понял — Карт потрясенно замолчал. Новая тайна, и сколько всего неизвестного еще впереди?

140 день

База Патагония

— На этой схеме вы наглядно наблюдаете за действием полнокровного батальона мобильной пехоты при высадке на местность с космической орбиты — сегодня занятия по тактике опять вел майор Ширак. Курсанты привычно уставились в собственные планшеты, развернутые в широкоформатный режим. На их экранах отчетливо было видно, как на поверхность планеты садились тяжелые десантные дисколеты, из открытых люков быстром темпе выскакивали взвода рейнджеров, и сразу же разбегались по округе. Из более крупных люков десантного орбитального средства вылетали узкие тактические скутера и широкие транспортные лодки. В, казалось бы, хаотичном движении наблюдался определенный порядок, десантники действовали небольшими слаженными группами, одни оставались рядом с дисколетом, а кто-то быстро садился в скутеры и выдвигался дальше. Часть десантников уже устанавливали на поверхности планеты тяжелые средства ПВО и ПТО и разворачивали небольшой лагерь.

— Итак, на этом ролике мы наблюдаем стандартную процедуру высадки на планете с пониженным уровнем опасности, уровня «желтой» угрозы. Происходило это полтора года назад, 245 батальон «Рыцари Тевтобурга», планета Ширьоса — ИВ12456 по центральной спирали. За этой высадкой наблюдала комиссия Всемирного Конгресса, поэтому мы и получили такой профессионально снятый ролик, и теперь широко используем его в обучении.

На экране дрон с камерой поднялся над планетой, показав высадку десанта сверху. Камера с широкоугольным объективом захватила несколько квадратных километров поверхности, показав сильно пересеченный рельеф местности. По его складкам скользили десантные скутеры, время от времени на одной или другой такой группе, появлялись отметки. Эти пометки открывались простым кликом на планшете, в сносках подробно описывался состав групп, их вооружение и задачи. Затем, в отдельной сноске можно было крупным планом увидеть их дальнейшие действия. Два взвода батальона быстро оседлали самую высокую точки этой местности, и там уже разворачивался стационарный пост наблюдения. Один взвод разбился на отделения и ушел в разные стороны на глубокую разведку. Планета Ширьоса была постоянно окутана густыми облаками, из-за особенностей атмосферы работа различных сканеров также была затруднена. Поэтому визуальная разведка оставалась на этом театре боевых действий одной из главных, как в старые добрые времена. И обычно самую большую проблему для рейнджеров составляли вражеские разведдроны. Поэтому средства боевой маскировки и ПВО были в каждом отделении.

Доставивший этот батальон большой дисколет, уже полностью разгруженный, поднялся над поверхностью с помощью мощного гравипривода, почти не подняв даже пыли. Затем в трехстах метрах от земли включились планетарные двигатели, и летательный аппарат стремительно понесся вверх. Просто образцовый взлет! Подъем и посадка непосредственно на гравиприводе считался одной из самых сложных и опасных операций космолетчиков.

— Теперь щелкните на мигающей ссылке в районе высадки — майор продолжал лекцию — здесь вы уже наблюдаете построение боевой колонны. Ввиду ожидаемого слабого противодействия противника, командир батальона выслал вперед только разведпатрули, выставил на доминирующей высоте посты, и смог заняться подготовкой к дальнейшему выдвижению. Как видите, батальон усилен дополнительными взводами тяжелого вооружения и имеет небольшой обоз. В условиях боевого соприкосновения часть подразделений была бы уже брошена на охранения флангов. Задача этого батальона в данном случае: пройти без потерь по маршруту и атаковать местную энергетическую станцию. Обычное, в общем-то, задание для мобильной пехоты.

Вооруженные силы Ширьоса оказались довольно-таки слабы и почти не имели опыта столкновений с землянами. А контингент войск Галактического Союза на этой планете был небольшим. Поэтому землянам относительно легко удалось создать плацдармы на Ширьосе и даже захватить основные промышленные центры. Всю эту информацию Карт прочитал на открывшихся слева ссылках, когда над ухом раздался раздраженный голос майора — Курсант, вы опять отвлекаетесь на моих занятиях!

— Никак нет! — Алекс заученно подскочил вверх — Просто я получал дополнительную информацию, ведь моя вторая специализация это контактер с чужими цивилизациями.

— Да? Хм, курсант, это не значит, что вы можете заниматься этим именно на моих занятиях. Доложите своему сержанту о полученном взыскании.

— Есть, сир — уныло ответил Карт и рухнул обратно за стол. Опять вечером придется висеть на турнике или надраивать посадочную площадку.

— А теперь перейдем к другой десантной операции, намного более сложной и опасной. И, к сожалению, не такой удачной для наших войск — майор Ширак вернулся на возвышение и включил большой экран — Это известная операция на планете Ни в созвездии Копьеносцев. Это двадцатый контур спирали, планета находится на самой границе Союза и Спиральной конфедерации. Поэтому уже более двадцати лет на ней не утихают ожесточенные бои. Три года назад было принято решение атаковать остающийся в руках Союза материк и покончить с этой проблемной планетой раз и навсегда. К Ни были подтянуты дополнительные силы флота, поэтому на материк одновременно скидывалось более десятка десантов.

На экране появилось несколько расплывчатое изображение, видимо съемка шла с дронов — суборбитальных спутников. На поверхности планеты заметны были разрывы и огненные сполохи, шла активная бомбардировка укрепленных пунктов. В воздухе находились десятки атмосферных истребителей, временами некоторые из них исчезали в короткой огненной вспышке, ПВО противника также активно работало.

Затем к поверхности планеты устремились десятки дисколетов. Два из них ярко вспыхнули от прямых попаданий, курсанты вздрогнули, ведь в каждом спускаемом аппарате находилось до батальона рейнджеров или когорта легионеров. Ужасная смерть, сгореть еще в атмосфере, даже не приняв долгожданный бой. Схватка на планета была очень ожесточенной.

Затем камеры выхватили сам момент высадки батальонов и когорт, десант был масштабным, не менее десяти тысяч бойцов, целый десантный корпус. Высаживалось целое соединение мобильной пехоты при поддержке легиона тяжелой. Здесь уже тактика действий была совсем другой. Рейнджеры начали высадку из дисколетов еще в воздухе, до полной их посадки. Из множества открытых люков десантной капсулы стремительно вылетали скутера и катера. Они сразу направлялись к земле и прятались за складки местности. Затем выстраивались в небольшие колонны и двигались к оборонительным рубежам противника. Из тяжелых дисколетов вываливались большие машины легионеров, из двух огромных транспортников выехали здоровенные летающие крепости — боевые платформы. То тут, то там вставали разрывы, мелькали лучи энергетического оружия, сияли сполохи мазеров, поле боя быстро затягивалось черным дымом от чадящей подбитой техники и горевших укреплений. Еще один дисколет был сбит уже на взлете, во время подъема на гравиприводе. Тяжелая машина рухнула прямо на копошащихся внизу техников, устанавливающих станцию ПВО. Курсанты потрясенно наблюдали разворачивающуюся на их глазах драму.

— Как видите, наш десант ожидали, и наши войска встретил ожесточенный огонь усиленного ПВО. Наша разведка неправильно определила место высадки, и десантники на первом же этапе встретили ожесточенное сопротивление. Времени на развертывание практически не было, подразделения сразу шли в бой. В таком виде тактического боестолкновения нет ничего необычного, но, к сожалению, у данной группировки не оказалось хорошо знакомого с подобной тактикой командования. Поэтому в итоге были приняты неправильные решения — майор протянул руку со световой указкой — экран принял вид учебного планшета. На нем были обозначены позиции противника и штурмовые колонны десантников — переключите ваши планшеты, и начнем разбираться с конкретными действиями взводов рейнджеров. Могу сразу сказать, что этот десант получился неудачным, и все закончилось страшным поражением. Взять оборонительный комплекс ПВО наши силы так и не смогли, там они потеряли почти всю тяжелую технику. А к утру остатки десанта воздушные транспорты вывезли на прибрежные острова. Материк Альянс захватил только в прошлом году, учтя на этот раз все ошибки и промахи.

А учатся, как известно, на чужих ошибках, поэтому об этой неудачной операции создали учебный фильм, используя даже секретную технологию. Ведь никакие технические новинки не вернут обратно погибших солдат, а они для нас важнее.

Курсанты внимательно слушали старшего товарища, они очень пристально теперь смотрели на свои планшеты, впитывая как губки всю показанную им информацию, которую добыли их старшие братья, и которая была обильно полита их кровью.

145 день

База Патагония

На посадочную площадку аккуратно сел дежурный флайер. Из него быстро выходили пассажиры, в основном военные, служащие на самой базе, или командированный персонал. Обычная рабочая текучка. У сферической, напоминающей огромную улитку, башни КПП остановился худощавый подтянутый капитан, в серой форме инженерных войск. Он отметился на стойке у дежурных и задержался рядом с информационным терминалом, перекачивая на планшет файлы.

Со стороны входа в КПП за ним внимательно наблюдал шеф-сержант Брюмер, почетный ветеран рейнджеров, отслуживший уже два срока сверхсрочной службы.

— Командир — обратился он по-свойски к молодому лейтенанту, проходящему положенный курс пребывания на базе после первых настоящих боев. Так было заведено в мобильной пехоте: получи первое «огненное крещение» и потренируйся дальше, имея под рукой уже бойцов, а не дронов — можно глянуть Эй-ти этого капитана?

— Сейчас — молодой офицер удивленно оглянулся на сержанта, вообще это было против правил, даже можно сказать, что предложение шефа их явно нарушало. Но, уже побывав в настоящем боевой подразделении, молодой офицер научился уважать вот таких опытных ветеранов, первых и верных помощников командиров. Он прошелся по виртуальным клавишам, и в окошке показалось электронное удостоверение капитана.

— Ну-ка — сержант набрал очень хитрый код и попал через местный локальный архив в закрытую базу данных Генерального Штаба. Затем подмигнул хитро лейтенанту и вывел на экран новое изображение — Ничего себе!

Брюмер хлопнул себя по лбу, а у лейтенанта реально выпала челюсть.

— Военная разведка, полковник Чамп, так я и думал. Но аж целый полковник! Какого лешего он тут делает? — сержант живо взял в руки коммуникатор, затем обернулся к офицеру и добавил — Он сейчас у Вебера.

— Брюмер, а как ты догадался, что он не тот за кого себя выдает?

— Послужи с мое — сержант лихорадочно нажимал на клавиши, потом, чуть успокоившись, вытер со лба пот рукавом — Слышь, командир, ты ни сном, ни духом, понял?

— А что, что-то такое было? — молодой офицер уже знал правила игры.

— Абсолютно ничего — Брюмер подмигнул напарнику, подвинулся поближе и тихо прошептал — с этими парнями, знаешь, лучше не связываться, себе дороже выйдет. Пойду, предупрежу кой-кого.

Лейтенант кивнул с пониманием и обратил свое внимание на подъехавшую к КПП с полигона амфибию.

В кабинете начальника базы «Патагония» полковника Вебера раздался сигнал о прибытии посетителя. Чуть позже в дверь вошел офицер в форме инженерный войск.

— Добрый день, проходите. Мне уже доложили о вашем прибытии. Как мне вас называть?

— Капитан Чамп — вошедший сухопарый офицер присел в кресло и положил свой планшет на стол — меня прислал командор Линбрех. Вы отправили очень интересный запрос.

— Да, отправил. Хм, капитан — Вебер встал из кресла и подошел к окну — не часто у меня появляются гости из вашего ведомства.

— Запрос проходил по линии Ордена — напомнил начальнику базы капитан.

— Ой, не надо строить из себя, полковник Чамп — я отлично понимаю, что представляет из себя ваше ведомство. Если не ошибаюсь, отдел «Э» из космической разведки?

Капитан невозмутимо смотрел на полковника, потом включил свой планшет и пододвинул его на столе в сторону Вебера.

— Это личное послание Нахимова. Насколько я понимаю, вы старые друзья?

Начальник базы внимательно посмотрел секретное сообщение, нажал кнопку, стирающее его, затем сел в кресло и с большим интересом уставился на гостя.

— Не ожидал такого серьезного отношения со стороны командования к моему скромному запросу. Ну, раз адмирал просит, то не откажу.

— Где сейчас искомый объект?

— В ангаре, отлавливает свежую жертву — усмехнулся Вебер — от него отказались все наши инструктора. Теперь он полностью ваш. Вы мне сообщите итоги вашего расследования?

— Вы прекрасно понимаете, полковник, что нет. Даже больше, вы забудете, что я приезжал к вам.

— Даже так? — Вебер задумался — Он кто?

— И скажите вашей ищейке, шеф-сержанту — не обратил внимания на вопрос Чамп — чтобы тот не совал нос, куда не следует. Он еще на службе, и может в следующую ротацию попасть в очень неприятное местечко.

Карт лениво потянулся, похоже, сегодня полеты отменяются. Желающих с ним прокатиться, опять не нашлось. Неожиданно позади него раздался сухой голос.

— Курсант Карт?

Алекс повернулся и сразу наткнулся на холодный взгляд незнакомого капитана в форме инженерных войск.

— Так точно, сир! — привычно вытянулся он. Полгода муштры уже вбили это в рефлексы.

— Я ваш новый инструктор, капитан Чамп — представился незнакомец — где у вас можно надеть летный комбез?

— Там за углом, кубрик — показал жестом Алекс — мне готовить машину?

— Вы часто задаете глупые вопросы? — взгляд капитана казалось, прожег в курсанте большущую дыру. «Серьезный парень» — мелькнуло в голове Карта, а ноги уже несли его в ангар.

Через пятнадцать минут, все свободные от вахт механики вылезли посмотреть на очередное «Карт-шоу». Многие делали ставки, сможет ли новоиспеченный инструктор самостоятельно вылезти из скутера, он сразу блеванет, или чуть попозже. В армии тоже умели развлекаться!

Карт по привычке поднял машину с разворотом и на форсаже выдвинулся в сторону полигона.

— Маршрут номер три — раздался спокойный голос позади, с места инструктора.

Через полчаса скутер садился обратно на площадку. Из кабины вылез донельзя довольный и улыбающийся Карт. Они прошли пару маршрутов, инструктор вроде был толковый, тупых вопросов не задавал, спокойно реагировал на выкрутасы курсанта. Со стороны ангаров высовывались десятки ухмыляющихся лиц, все ждали продолжения банкета. Капитан вылез сам, на бетон не падал и выглядел вполне себе нормально. Бодрым шагом он подошел к Алексу и потребовал его планшет. С минуту рассматривал полетное задание.

— Курсант — Чамп оторвал взгляд планшета — Вы пять раз отошли от маршрута, это первая ошибка. Треть пути вы шли в оранжевом режиме, перегревая двигатель на вполне безопасной местности, рискуя получить срыв работы техники при экстремальной ситуации, это два. И… — капитан сделал паузу, и, глядя прямо в глаза Алексу, добавил — в реальном бою вас бы раз десять уже сбили. Так что с завтрашнего утра будем учиться летать по-настоящему. Вы поняли меня, курсант?

— Так точно, сир! — выкрикнул ошарашенный донельзя Алекс. Он много чего ожидал от новичка, но такого!

— Тогда шагом марш в казарму, отдыхайте. Завтра у вас будет тяжелый день.

Карт поставленными движениями пошел печатать шаг, а многочисленные механики и техники ангара озадаченно потирали лбы и затылки, для них эта сцена также была неожиданной. Капитан же, сменив летный комбинезон на повседневную форму, двинулся в сторону узла связи. Перед отсеком закрытой связи его остановил вежливый сержант — Чем-то могу помочь, сир?

Несмотря на то, что они находились на Земле и в учебке, на его поясе висел самый настоящий боевой лучемет в заряженном состоянии. Капитан Чамп молча положил левую руку под сканер, тот замигал рубиновым цветом. Дежурный охранник удивленно отдал честь и открыл дверь в отсек. На его памяти выше зеленого этот идентификационный сканер никогда не показывал. В отсеке приезжего встретил дежурный связист и вопросительно посмотрел на офицера.

— Мне требуется связь по девятому каналу. Набор произведу я сам. Всем покинуть отсек — Чамп отдав приказы, подтвержденные его статусом, подошел к аппарату закрытой федеральной связи, включил небольшой приемник-подавитель, и начал набор кода. Через минуту на экране появилось изображение пожилого подтянутого человека в форме адмирала Космических войск Федерации.

— Черт возьми, Чамп! У меня серьезное совещание! Надеюсь, на этот срочный сеанс связи у вас есть веская причина?

— Так точно, адмирал. Скоро у меня будут веские доказательства, чтобы активизировать план «Исхода»

— Вы это серьезно? — человек на экране был явно поражен — Чамп, вы представляете всю ответственность этого заявления?

— Так точно. Я начал тесты над объектом. Так — Чамп медленно выговаривал слова — человек водить скутер не может. Ну и моя интуиция явно видит здесь след Мпесена.

На той стороне экрана адмирал замолчал на целую минуту.

— Действуйте, Чамп. Я даю вам чрезвычайные полномочия. Закончите, сообщите о результатах.

— Будет исполнено, сир — капитан выключил экран и пошел к выходу.

158 день

База Патагония

— Прими вправо, оставляй немножко пространства для маневра — в ушах раздался голос капитана-инструктора — впереди скала неправильной формы. Очень удобное место для установки огневых точек.

И в самом деле, через секунду активировался значок атаки, Алекс крутым маневром вывел машины из зоны поражения. По спине пробежал холодок «Пронесло». Они уже вторую неделю почти каждый день выезжали на различные маршруты. Капитан получил в свое подчинение сержантов из Водительского Полигона, и те каждый раз выстраивали новый ландшафт и новые места для засад. А в последние два дня при попадании в скутер и сам Алекс испытывал приступы боли, жестоко, но действенно. При очень тяжелом попадании можно было и самому от болевого шока выйти из строя, управление тогда перехватит инструктор.

А началось все с серьезного разговора. На следующий день после прибытия, капитан вызвал Алекса в тренажерный ангар, и там, в течение часа разбирал снятые на камеры предыдущие полеты курсанта. Ох, сколько нелицеприятного пришлось выслушать от присланного инструктора бывшему чемпиону диких гонок! Капитан доходчиво объяснил курсанту, чем может грозить в реальном бою его неуемчивая бесшабашность, и указал на явные ошибки в пилотировании. А это обстоятельство очень неприятно ранило самолюбие Карта! Оказывается, боевые пилоты давно разработали свои хитрые способы обходить ловушки и засады противника. Водители осваивали их только на втором этапе обучения, но раз Алекс оказался таким шустрым, то пришлось ему сразу начать с курса боевого пилотирования, самого сложного в обучении.

Чамп оказался строгим и придирчивым инструктором, поначалу он обидчиво доставал Алекса по каждому мелкому поводу. Но уже через неделю молодой курсант понял, что все замечания капитана следуют по делу, занятия на тренажерах показали высокий уровень знаний офицера инженерных войск. Многие ситуации, отрабатываемые ими на тренажерах, не входили в никакие учебные пособия, это были личные наработки капитана. Он был малоразговорчив, о своей службе особо не распространялся, правда, иногда проскакивали воспоминания об конкретных боевых случаях из его практики. Чем дальше, тем больше Карт проникался уважением к капитану Чампу. Начав снова полеты на Полигоне, курсант сразу ощутил перемены в собственном ощущении боевой машины. К его природной ловкости и реакции добавились новые знания и умения, он быстро просекал создающуюся на маршруте ситуацию, и моментально мог поменять траекторию полета, выжимая из скутера все его ресурсы и возможности.

— Молодец — скупо похвалил капитан, после того как Алекс лихо увернулся от пущенной дроном учебной ракеты. Она мчалась быстрее скутера, но руководил ею робот, а нестандартное уклонение, и полуразворот скутера боковыми соплами он учесть не смог. Ведь обычно при таком маневре летающая машина проваливалась и резко теряла скорость, но не у чемпиона гонок. Когда Алекс совершил этот свой фирменный разворот в первый раз, то Чамп потребовал вернуться на базу, и долго придирчиво допытывал Алекса, как он это делает. Ведь интеллектуальная система управления скутером при таком маневре должна была выдать сигнал тревоги. Пришлось показать инструктору обходные схемы в электронной цепи скутера, и рассказать подробно об изменении угла наклона центральных маневровых сопел. Их редко используют в маневрах, больно большую отдачу дают при включении, запускают обычно при ускорении, чтобы быстрее выпрямить машину. Но опыт участия в «диких гонках» приучил Алекса использовать все возможности скутера, также как и филигранно управлять маленьким гравиприводом этих юрких машинок.

Карт на территории базы показал наставнику возможности машины при подобных маневрах, гоняя и разворачивая машину прямо над посадочной площадкой. В этот день весь свободный персонал ангаров собрался рядом, восторженно наблюдая над немыслимыми маневрами боевой машины. Чампу показался любопытным такой подход, он и сам использовал похожие возможности скутера, правда, до таких перегрузок машину не доводил, он был сторонником более правильной тактики. Но Карту такие выкрутасы разрешил официально, когда убедился, что он машиной владеет виртуозно, и скутер спокойно выдерживает такие бешеные перегрузки.

— Идем на базу — раздалось прямо в голове у курсанта. Вместо наушников они использовали передачу сигнала прямо на участок мозга, отвечающий за слух. Такое было возможно в новых тактических шлемах, которые привез капитан Чамп. Он же выдал курсанту и противоперегрузочный костюм, который выпускал болезненные импульсы во время попадания в скутер. Такие использовали штурмовики в процессе обучения, самые элитные подразделения мобильной пехоты.

Смертельно усталый, но довольный курсант выбрался из машины, с заднего кресла послышалось кряхтение инструктора. Значит, ему тоже досталось. Без тени улыбки Алекс обернулся к капитану и увидел, что у того на лице застыла гримаса боли.

— Какие-то проблемы, сир? Нужна помощь?

— Да пустяки, старая рана заныла, надеюсь, у тебя их будет немного.

Наконец капитан смог выбраться наружу и распрямиться.

— Значит так, курсант. Сегодня ты уже начал работать головой. Это похвально. Завтра снова засядем на тренажеры — видимо некоторое неудовольствие все-таки проявилось на лице Карта, и Чамп расхохотался — А ты думал, что так крут и сможешь избежать курса обучения тактики движения?

Нет, брат. Пока ты только учился владеть машиной. Это ты можешь, я несомненные достоинства у тебя не отнимаю, но теперь пора заняться твоими мозгами. Ведь ты должен не только отвечать и реагировать на угрозы, но и предвидеть их. Так что в последующую неделю мы будем изучать все виды засад и тактику работы ПВО войск противника. Тактику особенностей движения на различных видах планет. Затем две недели практики на дальнем Полигоне, который в самих Андах, ну и зачет. Понятно, курсант?

— Так точно, сир! — Алекс уже привычно вытянулся во фрунт. Служба постепенно впитывалась во все поры организма. Капитан кивнул на прощание, и чуть прихрамывая, двинулся к общежитию офицеров.

— Загонял тебя начальник? — вдруг раздался рядом голос могучего норвежца.

— Да нет, нормально, уже вошел в рабочий ритм. А ты чего здесь?

— Майор послал. Пошли к складу, получать припасы. Завтра общие маневры в горах, твоя учеба временно откладывается. Вся база туда выдвигается. Так что будет у нас сплошная романтика: ночевка под открытым небом, пешие прогулки по горным долинам и много, много вводных от сержантов.

— А ты что, не хочешь прогуляться? — весело откликнулся Алекс, ему уже прискучило летать постоянно на скутере, и он был не против разнообразить времяпровождение.

— Да нет — лениво потянулся Олд — только ведь за плечами будет еще ранец с четырьмя десятками килограмм и на шее висеть всяческое такое оружие.

— Ого! Полный выход! Его же должны были через месяц устроить?

— Что-то начальство там поменяло. Не нам решать, короче, ты идешь?

— Ага — Алекс закинул шлем и костюм в скутер, и двинулся за другом.

171 день

База Патагония

— Второй маршрут — голос капитана сегодня был жесток, все-таки это финальный зачет. Программу всего маршрута не знал и сам инструктор. Чамп составил несколько видов экзаменационных программ, а выбирал из этого списка окончательный вариант сам начальник базы. Сегодня горы были окутаны темными тучами. Облачность висела низко, временами узкие ущелья маршрута были полностью погружены в темноту или окутаны легким туманом.

Алекс чуть тронул рукоятки пальцами, машина приняло влево, он постепенно набирал скорость. Впереди наблюдался остроконечный скальный выступ, очень удобное место для установки орудий ПВО. Так и вышло, коротко пискнул сигнал об атаке, но скутер уже уходил из сектора обстрела. Карт сразу же дернул машину вправо и влево, скутер чуть провалился вниз. Так сбивалась наводка дрона, командующего орудием второго эшелона. И в самом деле, очереди прошли мимо, но сразу же сверкнул имитатор импульсного лучемета, обычно он добивал подбитую машину, но и здесь промахнулся. Траектория полета скутера явно выходила за рамки расчетного.

— Следи за стенами каньона — снова раздалось в голове.

Машина шла узким ущельем, облачное небо было сразу над головой, вопреки правилам Алекс держался почти на самом верху. Пошла отметка о пуске ракеты откуда-то справа, скутер сразу же провалился вниз и ушел юлой в узкую боковую расщелину, ракета не смогла так стремительно развернуться и развалилась от удара о скалу. «Механики ругаться будут» — машинально отметил Алекс.

Последующие два пуска ракет также не имели успеха. Выйдя из узкого ущелья, скутер стремительно вылетел на форсаже к большому скальному балкону и завис над ним, Алекс виртуозно остановился у маленькой площадки, имитируя высадку десанта. Затем машина стремительно провалилась вниз, уходя от очередного удара лучемета, над ними уже завис атмосферный истребитель ПВО. Медлительный на низких высотах, но мощно вооруженный, он был очень опасен для безоружных десантных машин. Но Алекс сразу сумел оторваться от вражеской машины, уйдя стремительным разворотом мимо каменистого склона, он нырнул в узкий проход между двумя скалами и вышел в извилистую долину. Машина чуть провалилась вниз, перелетая небольшой ручей. Гравипривод не очень дружил с водой, его эффективность сильно менялась над водными поверхностями. Неопытный пилот мог запросто свалить машину прямо в воду, искупав себя и десант.

Алекс чуть расслабился, пространство здесь хорошо просматривалось, а на тактическом шлеме в это время появилась новая боевая задача: Забрать поисковую группу на склоне в конце долины. Курсант принял вправо, уходя в тень. И сделал правильно, над головой прошли два разведрона. На скутере работал генератор помех, и увидеть машину можно было только визуально, поэтому пока дроны не смогли его засечь. Алекс стремительно увел скутер далеко вперед и через минуту завис в десяти сантиметрах над пологим склоном. К его удивлению там и в самом деле находилась группа людей. Три человека из персонала Полигона. Машина пошла чуть тяжелее, бойцы были в полном снаряжении. Карт моментом ввел в бортовой мозг дополнительные данные и изменил часть необходимых параметров, для этого он использовал серию коротких команд, работа буквально для двух пальцев. Капитан сзади только одобрительно кашлянул.

Поступила новая вводная: доставить группу на базу самым быстрым и прямым путем, «раненому» была необходима срочная госпитализация. А это задание оказалось достаточно опасным, скутер уже искали дроны, но приказ есть приказ. Алекс лихо, в движении, развернул машину и нырнул в боковую расселину. Он уже просчитал маршрут и вывел его на экран. Карта сейчас больше беспокоили два работающих поблизости разведрона, ведь они его заметили, и теперь точно жди беды. Поэтому он вел скутер на предельной скорости, очень лихо, резко входя в повороты, и совершая немыслимые для этой машины маневры. Позади него послышались сдержанные ругательства полигонщиков, они явно не ожидали таких выкрутасов и перегрузок от стандартной боевой машины. Карт только усмехнулся и повел машину прямо вверх, впереди возникла отвесная стена высокой гряды. Скутер буквально прилип к скале, машина шла буквально на расстоянии кисти руки от каменистой поверхности. Немыслимый маневр для такого рода машин, но в нем же и был один огромный плюс — для дронов скутер стал просто незаметным, его обшивка имела мимикрирующий цвет. Двигатели уже ревели на пределе возможного, но Алекс двигался вверх без форсажа, на грани перегрева, и, не переступая «красный» ограничитель, а так мог сделать только мастер. Рассчитать необходимый уровень мощности, чтобы машина двигалась вверх, но в то же время не было опасности сваливания, и при этом скутер повторял своими маневрами силуэты скалы. С задних кресел послышались приглушенные вопли сидящих там десантников, капитан же помалкивал.

Перевалив остроконечный скальный выступ, скутер пошел вдоль извилистого отрога, и здесь Алекса ожидала неприятная неожиданность: за небольшим скальным надолбом застыл разведывательный дрон. Водитель среагировал моментально и нестандартно, он добавил пару делений мощности на боковое сопло, и резко сдвинул скутер вправо. Легкую десантную лодку занесло бортом, и она резко ударила дрона металлическим выступом, предназначенным для штормовой швартовки, самое укрепленное место в машине. Дрон неожиданно пискнул, как детская игрушка, и отлетел к каменному выступу. Удар, по-видимому, получился сильным, разведбот крепко приложило о каменную поверхность, и он рухнул вниз, не подавая больше признаков жизнедеятельности. Капитан позади озадаченно хмыкнул, но никаких команд за этим не последовало. Алекс на автомате заметил сообщение, высветившееся на командном шлеме, дрон успел послать сигнал, и пилот также времени зря не терял. Он резко повернул машину влево, спустился чуть ниже, и заметно добавил скорости. Теперь скутер шел вдоль отрога, чуть пониже вершины, прячась в его тени. Алекс вжался в кресло, наступил его час! Он добавил еще скорости, и теперь машина неслась на пределе, повторяя при этом все складки скалистой поверхности. Скутер стремительно двигался не дальше величины человеческой головы от каменной извилистой стенки. Позади, в отсеке десанта, стоны уже перешли в однообразный вой, даже капитан издал какой-то невнятный звук.

С истребителем они разминулись в самом конце этой скалистой гряды, тяжелая машина пролетела ниже и левее. Пилот атмосферника оказался человеком опытным и вовремя заметил десантную машину. Он виртуозно развернул тяжеловесный истребитель «прыжком кобры», и рванул вслед за скутером. Но Алекс снова, уже на форсаже, перескочил за гряду, здесь скальная стенка шла отвесно, и он поставил сейчас машину почти вертикально, носом вниз. Скутер трясло и мотало из стороны в сторону, на этой стороне гряды царствовали сильные ветра, приходящие из пампы. Два контрольных индикатора резко рванули в оранжевую сторону шкалы, запищали синие датчики, голосовые предупреждения Карт отключил заранее, не любил их панические выкрики. Машина шла стремительно вниз, Алекс крутил головой, на радар надежды не было, из гряды торчали разнокалиберные каменюки. Истребитель в это время стремительно взмыл вверх, и сразу рванул вперед, но пока он разворачивался для атаки, скутер уже упал далеко вниз. Пилот истребителя самонадеянно позволил выйти на угол атаки кибермозгу машины, а она никак не учитывала сверхспособности пилота скутера. Приближались каменные отвалы пологого склона долины, ведущего к этой скальной гряде. С заднего сиденья раздался предупреждающий окрик капитана, но Алекс только зло выкрикнул в ответ «Не сейчас!», и не уменьшая делений мощности начал уводить машину во вращение. Скутер немыслимым образом вышел из пике, но не резким торможением, ни более пологим поворотом, это уже было невозможно, машина бы или не успела выйти из падения, или развалилась бы от перегрузок. Карт спокойно двигая ручками управления, ввел машину в немыслимую для десантных скутеров крутящуюся восьмерку, а потом, действуя бортовыми и хвостовыми двигателями, сильно скинул скорость движения. Затем, резким движением он направил машину в узкую расщелину слева, попутно заметив на тактическом шлеме два сообщения о произведенном истребителем обстреле. Как и следовало ожидать, кибермозг ошибся в своих расчетах, а тяжелый атмосферник из-за резких маневров пилота провалился далеко вниз. Но, уже входя в полутьму расщелины, Алекс заметил, что противник, сделав два поистине филигранных разворота, устремился за ним вслед. Значит, пилот взял управление в свои руки, и человек он опытный, очень опытный. Алекс снова вжался в кресло пилота, потихоньку входя в состояние «гонщика», когда рефлексы работают быстрее мысли. Думать и в самом деле было некогда, узкий проход не был отмечен в плане маршрута, и что ожидало его впереди, было непонятно.

Скутер шел с самой максимальной скорость, не совершая резких маневров. Карт каким-то непостижимым образом угадывал резкие повороты ущелья и плавно входил в них. Это позволяло ему не сбрасывать лишний раз скорость. Что не сказать было о преследователе, на прямых участках он догонял десантную машину, его атмосферник был мощнее, но на поворотах снова отставал. Похоже, пилот истребителя уже начинал нервничать, Алекс отметил десяток ушедших в пустоту учебных выстрелов. Но вот на экран вышел полученный кибермозгом машины сигнал от разведдрона, он предназначался истребителю, но шедший впереди скутер сумел перехватить его первым. Видимо этот дрон висел сверху, над скалами, и теперь у Алекса была в наличии трехмерная карта ущелья, по которому они мчались. До выхода из него оставалось всего два стандартных километра, половина этого расстояния приходилась на широкую котловину, а затем ущелье снова резко сжималось.

Казалось бы, все, экзаменационный вылет закончился неудачей. По прямой от более скоростной атмосферной машины было не уйти, но молодой водитель сделал невозможное. Войдя в котловину, он ушел резко вправо, машина не поворачивала, а просто шла боком, вводя в заблуждения пилота истребителя. Тот не смог сразу оценить маневр, ведь при повороте обычно скорость сбрасывается. Так уж устроены двигатели десантных машин, но не в этом случае. Карт увел машину и буквально прилип к боковой стене, включив попутно Гравипривод. Эти маневры привели к тому, что мало того, что атмосферник излишне ушел вперед, приблизившись к скутеру слишком близко, что не позволяло применить ракеты. К тому же пилоту истребителя пришлось резко тормозить, уводя машину в позицию для атаки импульсниками. Так еще и автоматический привод для импульсных орудий истребителя перестал работать, ему мешал работающий Гравипривод скутера. Поэтому пилоту истребителя пришлось наводить орудия вручную, а это время, которого у него не было. За эти пару секунд машина Карта успела нырнуть в резко сузившуюся расщелину, превратившуюся буквально в тоннель, и все усилия пилота истребителя пошли прахом. Пока он выравнивал машину, скутер уже ушел в расщелину, куда ходу для тяжелой машины не было. Но, по-видимому, пилот уже закусил удила, и ворвался все-таки в тоннель, за что сразу же пострадал. Алекс отчетливо видел на заднем экране, как тяжелый истребитель сначала задел левым пилоном остроконечный выступ, потом, резко потеряв маневренность, ударился верхним ребристым горбом о скалу, и, наконец, нехотя остановился. С задних сидений раздался победный вой, работники Полигона радостно приветствовали невероятную победу молодого пилота. Капитан коротко бросил «На базу», отменив вводную для доставки десанта. Через пять минут Алекс как всегда лихо совершил причаливание на площадку Горного Полигона.

Еще через минуту, мокрый как мышь, курсант вышел из машины. Десантники еще приходили в себя, потом они, громко крича и ругаясь, начали приветствовать молодого пилота. Капитан Чамп успел снять тактический шлем и расстегивал комбинезон. К площадке подбежал дежурный сержант — Капитан, сир, вам сообщение от пилота истребителя.

— Да? — обернулся к сержанту Чамп.

— Он спрашивает, давно ли на нашем полигоне совершают переподготовку водители штурмовиков, и передает большой привет офицеру, проходившему сейчас маршрут.

— Вот как? — капитан уже улыбался — Передай пилоту, что его сегодня сделал курсант, будущий чемпион Большой Гонки.

Сержант несколько изменился в лице и только после этого посмотрел на Карта, удивленно отметив на его форме синий треугольник курсанта — Понял, сир, я тогда запишу на файл выражение лица пилота?

— Давай — смеясь, отослал дежурного Чамп и подошел к Карту — Ну что, курсант, вот, пожалуй, и все.

Алекс напряженно взглянул на обветренное и узкое лицо инструктора. За эти недели они даже немного сдружились, и пусть инструктор был с ним временами очень строг, но он был хорошим человеком.

— Мне нечему тебя уже учить, Алекс, так что дальше сам. Самое главное, ты научился думать. Летаешь ты и так отлично.

— Спасибо, кэп — Алекс расчувствовался — я уже привык к вам, вы самый лучший инструктор, каких я только видел.

— Я отдал тебе все, Алекс, что знал и умел — Чамп внимательно посмотрел в глаза курсанта — Ты очень необычный пилот, запомни это, и действуй, поэтому всегда нестандартно. Не бойся никого и ничего, ты можешь с проблемами справиться. Поверь мне, старому офицеру, прошедшему через многое.

В словах Чампа было еще что-то, ускользающее от понимания, это несколько напрягло Алекса. И взгляд какой-то у него сейчас был странный, как будто удивленный.

— Я оставлю мастер-сержанту Ригеру программу для твоего дальнейшего обучения. Он уже в курсе и подберет тебе адекватных инструкторов. Тебе сейчас главное отшлифовать различные тактические приемы, сегодня еще видны некоторые шероховатости, я позже скину свои замечания тебе на планшет.

— Вы уезжаете? Почему так быстро?

Чамп скинул инструкторский комбинезон и достал из кармана маленькую коробочку с пилюлями, она была искусно инкрустирована синим и красным камнем. Капитан перехватил удивленный взгляд курсанта — Эта шкатулочка с планеты Их`вариш, купил в очень отдаленном уголке планеты, там еще остались древние ремесла. Советую тебе побывать на ней в отпуске, там очень интересная культура. А по поводу меня, я ведь не совсем инструктор, меня просто попросили поставить на место одного наглого курсанта — капитан усмехнулся — К счастью, курсант быстро сам пришел в чувство и занялся делом. Береги себя, Карт, ты нам нужен, дай бог, еще увидимся — Чамп неожиданно древним прощанием закончил разговор, хлопнул Алекса по плечу и пошел к транспортной лодке.

Карт повернулся и озадаченно смотрел вслед офицеру. Потом глубоко вздохнул и двинулся к скутеру, предстоял еще непростой разговор с механиком Полигона. Да и ко всему прочему добавилась новая непонятная пока для него загадка. Чамп так торопился к отлетающему рейсовому дисколету, что не заметил, что на его повседневном мундире остался след от характерного знака отличия.

«Значит, космическая разведка, да и звание явно повыше» — в голове у Алекса колыхался туман: экзамен, прошедший просто на грани возможного, плюс неожиданное открытие об истинном положении его странного инструктора. Что же тут на самом деле происходит?

На суборбитальной платформе царила обычная суматоха. Поэтому никто не обратил внимания на сухощавого полковника в форме Флотской разведки. Тот не торопясь, прошел в боковой служебный лифт, приложил руку к сканирующему устройству, охранное устройство мигнуло зеленым, и офицер проехал в закрытый от посторонних сектор. Там он повернул в обозначенный синими стрелками сектор, прошел охранный шлюз, полностью сканирующий тело и проводящий моментальный генетический анализ. Эта процедура безопасности была полностью разработана земными учеными. На той стороне шлюза его ожидали два рослых капрала в форме космического десанта, в полной боевой выкладке и вооруженных легкими импульсными карабинами. Другое оружие при использовании на орбитальных площадках привело бы к разгерметизации помещений станции. В сопровождении военных полковник прошел в большой овальный кабинет. Там уже находилось двое — один в форме адмирала, другой второго командора.

— Ну что, полковник, у вас имеется что-то серьезное, раз вы вызвали нас сюда? — спросил вошедшего старший офицер.

— Да, адмирал — Чамп внимательно посмотрел на него — это единственная площадка, где может быть соблюден необходимый уровень секретности?

— Внимательно слушаю — адмирал присел и сделал приглашающий жест остальным.

— Как вы знаете, начальник сектора командор Линбрехт — полковник кивнул в сторону флотского офицера — вызвал меня для проверки стандартного сигнала об ярко выраженной мутации. Случай был необычный, поэтому и вызвали меня, благо моя специализация подходила.

— Ну, не тяните — адмирал начал раздражаться.

— Адмирал, это не просто мутация… — Чамп сделал значительную паузу — Я со всей ответственностью заявляю, что мы имеем дело с прямым потомком.

Его слова произвели на присутствующих сильные впечатления, адмирал изменился в лице, затем откинулся в кресле и нажал пару клавиш на подлокотнике. Через секунду на стол опустился манипулятор и оставил на нем поднос с напитками.

— Вы уверены в этом, полковник? Но как? — Линбрехт выглядел сильно взволнованным — Почему мой отдел пропустил подобный экземпляр, это же просто невозможно!

— В том то и дело, что это не простой мутант или метис. Это прямой потомок Древних, поэтому и его тело может изменять себя, вплоть до полной генетической идентичности с земной расы. Отдел Н, как вы помните, допускал такую возможность.

— Да, я помню этот доклад — адмирал Нахимов был задумчив — Неожиданная удача, это ведь только второй случай за последние сто лет — Откуда он появился? Вы провели расследование, командор?

Тучный, пожилой командор развернул планшет серого цвета, такие носили только обладатели секретной информации — Вот тут и самое странное, адмирал, с происхождением то у него все в порядке. Мы проверили мать, она живет на Континенте, уважаемый работник комбината садового хозяйства. Отец, правда, не на Земле, руководит разработкой шахт на Титане. Но по всем базам он обычный человек, прошел службу в инженерных войсках. Спермоматериал был отобран в 19 лет, данные анализа вполне положительные. По его и материнской линии никаких отклонений не обнаружено. Зачатие было проведено в Квебекской клинике под контролем местного Евгенического общества, это была просьба бабушки матери.

— Тогда откуда появился этот…. - адмирал замешкался — потомок, ведь произошедший случай означает очень серьезный прокол нашей системы безопасности.

— У меня только одно предположение — снова вступил в разговор Чамп — это осознанное внедрение, они заменили материал при оплодотворении.

— Полковник, вы это серьезно? — командор встрепенулся — Они наконец-то пошли на контакт?

— Не знаю, но какой-то замысел в этом есть. Работа проведена серьезная, я летал с этим парнем несколько недель. Это не человек, человек на такое не способен. Я медленнее его раза в четыре, а он еще и до своего предела не дошел. Но внешне он полностью человек, да и ощущает себя вполне человеком. Он приятен в общении, легко заводит друзей и очень умен.

Адмирал поставил на стол стакан и задумался — Ну и что нам теперь со всем этим делать? Отдать его отделу Н? Или завербовать?

— Я думаю: оставим его в покое, пусть он живет своей собственной жизнью, иначе мы никогда не узнаем причину его появления на Земле. Да и он сам, скорей всего, этого пока не знает.

— Это рискованно, полковник, на войне убивают. Можем ли мы рисковать подобным материалом? Вы ведь отлично знаете, зачем нам позарез нужен контакт с Ними.

— Ну, во-первых, адмирал — полковник бросил взгляд прямо в лицо начальнику — зарубите на своем носу, это не материал, это человек, пусть и пришлый. Может и наоборот, поэтому Они и воплотили своего отпрыска в человеческом обличье именно для контакта. Отдав его научному отделу, мы ничего не приобретем, только потеряем их доверие. Во-вторых, никакой мелочной опеки, необходимо наблюдать за ним, можно даже ввести его во внутренний круг, но пусть он живет собственной жизнью.

— Вы как всегда нестандартны, Чамп — адмиралу явно не понравился тон разведчика — Но это не вам решать.

— Ну почему же? Я могу вынести вопрос на суд Высших.

— Вот как? Рискнете всем? — адмирал удивленно посмотрел на Чампа.

— Адмирал, полковник может быть прав — неожиданно поддержал разведчика Линбрехт — ситуация очень нестандартная. А полковник как раз и специалист по таким вот ситуациям. Я бы к его мнению внимательно прислушался. Вспомните события двухгодичной давности на лунной научной базе «Озирис», тогда именно Чамп предложил самое удачное решение и предотвратил большую катастрофу.

— Я помню — Нахимов посмотрел исподлобья на подчиненных — поэтому до сих пор он и сидит в кабинете. Решение может и правильное, но как мы рискуем…

— Я понимаю вас — Чамп выпрямился — но ничего поделать в данной ситуации мы не можем. Придется надеяться на его небывалое везение.

— Везение?

— Да, везение, фарт. Он буквально притягивает его, без везения объекта уже давно не было бы в живых. Я даже предполагаю, что он его сам и генерирует.

— Вы серьезно? — адмирал был удивлен.

— Даже очень.

Командор молча пододвинул планшет адмиралу и указал на группу файлов. Нахимов за несколько минут бегло просмотрел их все. Во флоте ходили легенды об его уникальных возможностях на лету схватывать огромное количество информации.

— И в самом деле, очень необычно. Хотя… — адмирал отодвинул планшет — скорей всего, это Их дар этому парню.

Адмирал задумался, потом встал и подошел к экрану, имитирующему иллюминатор, и пару минут смотрел на элементы огромной орбитальной станции, связанной с Землей пуповиной суборбитальных лифтов.

— Полковник — Нахимов, наконец, принял решение — я последую вашему совету. А вам командор — он повернулся к Линбрехту — я поручаю следить за этим молодым…человеком. Пусть он окончит учебу и проявит себя, потом введите его во внутренний круг. Докладывайте мне обо всем регулярно. Полковник Чамп, вы же будете обращать внимание на все необычное, что начнет происходить в его окружении. Будете, так сказать, на дальней дистанции. И смотрите, не ошибитесь, сами понимаете, что стоит на кону.

— Есть, сир — оба военных дисциплинированно встали. Порядок в армии для всех одинаков.

Через полтора часа, уже на другой станции околоземной орбиты, полковник Чамп встретился с другим адмиралом. Разговор прошел в обычной кафешке для военных.

— Все подтвердилось, адмирал.

— Что Нахимов?

— Действует по моему плану.

— Это хорошо — старший офицер был совершенно лыс, однажды в Далекой разведке он попал в большие неприятности, тогда земная медицина не смогла сохранить ему волосы. Зато он приобрел новые, неожиданные познания, изменившие его жизнь навсегда — Держите меня в курсе. И осторожнее с контрразведкой Круга.

— С вами у меня обычные рабочие отношения, сир. Мы постоянно сталкиваемся по службе, график останется тот же. Лучше ничего кардинально не менять.

— Ну, тут вам решать. Я в этих шпионских играх не силен. Завтра снова ухожу туда, буду на Земле через полгода.

— Вас понял, сир. Удачи!

188 день

База Патагония

Взвод курсантов в быстром темпе загружался на десантный катер «Парус-5». Эта вооруженная бронированная машина была предназначена для десантирования в тяжелых условиях. Она имела на вооружении средства ПВО, а также легкие лучевые орудия, предназначенные против тяжелой техники противника. Броня имелась как физическая, так и в виде мягкого защитного поля. В общем, серьезная машинка. Пока десантники занимали места в противоперегрузочных креслах, специалисты разбежались по боевым постам. Согласно боевому уставу, бойцы ПВО и ПТО при десантировании должны были помогать небольшому экипажу катера. Для этого на борту имелось шесть дополнительных боевых расчетов, что увеличивало втрое боевую мощь десантного катера. Олд Ларсен занял положенное ему место у импульсной пушки ПВО.

К его удивлению, Карта также вызвали в пилотную рубку. Он поднялся по узкому трапу наверх и оказался в тесной каморке пилотов. Сидящий в кресле главного пилота суровый на вид мастер-сержант, молча кивнул на кресло второго пилота. Курсант не заставил себя ждать.

— Шеф Роуден сказал мне, что ты хороший водила, готовишься выступать на Больших гонках? — повернулся к новичку пилот, потом представился — я мастер Липс, с Роуденом мы вместе много где побывали. И раз он так тебя отрекомендовал, значит, ты и в самом деле что-то умеешь. С этой колымагой знаком?

— Так точно, мастер. Полный учебный курс и Полигон до первого уровня.

— Хорошо, курсант — ответ Алекса Липсу понравился — через минуту стартуем.

Отрыв от площадки прошел ровно, но достаточно резво, по-боевому. Карт внимательно следил за действиями сержанта и показателями приборов. Для этого даже не приходилось поворачивать голову, все репетировалось на боевой шлем пилота. Машина стремительно рванула в сторону плоскогорья, там, на площадке для имитации боевых действий уже с раннего утра стоял дым коромыслом. Сегодня в учениях участвовали десять учебных взводов, скоро ведь выпуск. Через пять минут Алекс разгадал манеру вождения мастер-сержанта и понял особенности пилотирования именно этой машиной.

— Курсант, управление — коротко бросил Липс, и Карт тут же перехватил пилотирование на себя. Пилотом уже была обозначена точка десантирования, а также места нахождения огневых точек противника. На курсовом экране вырисовалась линия движения, созданная бортовым кибермозгом на основе полученной им информации. Но Карт успел отметить на ней две несуразности, ставящие под вопрос возможность десантирования. Поэтому вместо пути прямо, он слегка качнул машину и ушел вправо, нырнув в небольшую котловину. Мастер только хмыкнул, но ничего не сказал.

— Дрон на 8 часов — пришла информация с заднего левого поста ПВО, тут же послышался шелест импульсного орудия. И сразу же ушла ракета с правого пилона, это из-за отрога вынырнул небольшой атмосферник. Алекс тут же увел катер вниз, потом накренил машину и прилип к левой стенке котловины. Мощный движок катера позволял держать машину в крене достаточно долго. Липс тем временем включил дополнительную защиту, поэтому рой учебных ракет, выпущенных атмосферником, большей частью ушел мимо, только две ударили в защиту, а этого было совершенно недостаточно, чтобы пробить ее.

— Молоток, курсант — скупо похвалил за находчивость сержант — выводи своим маршрутом к точке, но посадка, извини, за мной.

— Есть — коротко кивнул Карт и направил катер резко вверх, тяжелая машина неохотно пошла выше, и через полминуты перевалила вершину невысокой скалистой гряды. За ней пошел пологий, поросший лесом склон. Алекс вел катер над самыми верхушками, изредка обходя особо высокие деревья. Липс же усилил постановку помех для ПВО противника, поэтому две огневые точки, расположенные на высоких останцах, они прошли спокойно. Затем курсант резко нырнул к озеру, он знал, что «Парус» лишен недостатка большинства машин, использующих Гравипривод, и может быстро идти над водой. Здесь главное удерживать грамотно высоту, вести машину без рывков по вертикали. Пролетев над озером катер, лихо подкатил боком к высокой горке, где была обозначена вражеская огневая точка. Локатор дрона не смог засечь отметку катера, так как он шел над водой и помехи многократно усилились. Поэтому три бортовых орудия спокойно разнесли робота в клочья, в учебном смысле, конечно. Прямой путь оказался свободен, и Алекс передал управление сержанту. Липс сразу же включил форсаж, и лихо маневрируя, повел катер к точке высадки. Машина чутко отзывалась на его скупые движения, создавая ощущения болтанки. Вкупе с постановкой помех подобное движение достаточно сильно мешало точному прицеливанию вражеских дронов. Алекс внимательно запоминал все особенности управления этим катером. Он уже понял, что Липс показывает ему свой фирменный трюк, а это дорогого стоит.

Десантирование проходило под защитой крутого склона с одной стороны, и полуразрушенного здания с другой. Только мастер смог бы так точно припарковать тяжелый катер, и это при большой скорости, да и затем посадить машину на землю без дополнительных толчков и тряски.

— Давай! — опять коротко скомандовал Липс, и Карт кубарем покатился вниз. Через несколько секунд он уже бежал среди своих товарищей. Рядом мерно пыхтел Ларсен, навьюченный тяжелым ракетным комплексом. Да и у остальных курсантов за плечами висели достаточно объемистые рюкзаки. Сегодня их взвод имел задачу прикрывать место высадки десанта.

Впереди что-то загрохотало и Алекс с водителем соседнего отделения Питом Найтом рванул в ту сторону. Их рюкзаки были заметно легче, чем у остальных. Сейчас они работали в качестве разведчиков-проводников. Добежав до края небольшого пригорка, они дружно рухнули на землю. Алекс выдвинул щуп визира, на экран тактического шлема тут же пришла картинка, впереди шел бой. Взвод десантников штурмовал укрепленный лагерь, в воздухе мелькали лучи и свистели игольчатые заряды, гремели ракеты. Судя по обилию лежащих в стороне тел, соседи несли существенные потери, а помощь вовремя не подоспела. Пит начал быстро передавать полученную информацию лейтенанту. Пришел короткий приказ найти безопасный проход к доминирующей здесь вершине, их взвод должен был развернуть там укрепленный лагерь.

Алекс карту местности помнил наизусть, поэтому сразу рванул по узкой ложбине в левую сторону. Добежав до конца, он проверил местность на наличие засады, затем отослал Пита направо, посмотреть что там. Осмотревшись вокруг, они потихоньку пересекли открытое пространство, и оказались в тени скального выступа. Уже отсюда разведчики вызвали расчет ПВО и тройку прикрытия. Дождавшись товарищей, они двинулись наверх, осторожно перепрыгивая с валуна на валун. Под ногами курсантов находилось русло высохшего ручья, сейчас стоял сухой сезон. Так, прикрываясь вырубленными водой стенками небольшого каньона, они прошли почти на саму вершину, на ней осторожно огляделись. «Чисто» — передал короткое сообщение взводному Найт. Через пять минут на вершине появились первые тройки бойцов.

Спустя полчаса на безымянной вершине уже кипела работа. Были установлены комплексы ПВО и смонтированы станции связи. У соседних первого и второго взводов дела шли откровенно плохо. Алекс в визир наблюдал за неудачными попытками товарищей уничтожить огневые точки противника, несколько троек попали в довольно-таки простые засады и были «уничтожены». Затем из-за скальной гряды вылетели два атмосферника и начали атаку в сторону десантников. Оба взвода незамедлительно могли быть уничтожены, если бы не пуск ракет с вершины, на которой обосновался третий взвод Карта. Один атмосферник успел увернуться и ушел обратно за гряду, второй же был подбит, выбросил облако черного дыма, и тяжело плюхнулся об камни. На вершине горы раздался радостный рев.

— Отставить — закричал лейтенант Эрнандо — десант на подходе!

Все живо разбежались по постам. Через несколько минут со стороны леса показались два «Паруса». Один из них совершил крутой пируэт, и, прикрываясь небольшой скалой, высадил взвод с тяжелым вооружением. Второй, выполнив замысловатую восьмерку, подлетел напрямую к каменной осыпи, и, идя с креном вдоль нее, смог вплотную подойти к группе двигающихся Дронов, имитирующих легкую бронетехнику противника. Затем катер выскочил чуть выше уровня осыпи и ударил из всех бортовых орудий, дополнительно выстрелив тремя ракетами по дальним огневым точкам. Бойцы взвода Карта в это время сумели засечь большинство укрепленных точек противника. Атмосферники в воздухе больше не появлялись, а прибывшие свежие два взвода десантников живо разобрались с оставшимися дронами. Затем штурмовые группы обошли защитные укрепления с флангов. Они ударили по противнику из переносных ракетных установок и имитаторов боевых лучеметов. С пункта управления Полигоном пришло сообщение, предназначенное курсантам — «Зачет».

Это было очень серьезное испытание, и они его удачно прошли! Курсанты радовались, как дети, они обнимали друг друга, кричали, стукали по плечам. Лейтенант Эрнандо и сержант Майер с довольными минами наблюдали за происходящим нарушением дисциплины. Это ведь был итоговый зачет начального курса обучения, и их взвод прошел его очень успешно. Именно благодаря ним остальные подразделения учебной базы смогли победить и успешно пройти зачетные испытания.

Теперь экзамен можно было и отпраздновать. Весь личный состав получил трое суток отпуска. В ближайших к базе городках в эти дни будет очень весело!

195 день

База Денвер. Большие Гонки

.

Алекс еще раз проверил гоночный шлем, он немного отличался от обычного тактического. Мандража совершенно не было. От этой пагубной для гонщика привычки он избавился во времена, когда еще только начинал своею гоночную карьеру. Только спокойствие и настрой на победу, выходить на рейс нужно умиротворенным.

Скутер они готовили с Роуденом целую неделю. С одной стороны, машина должна была быть в стандартной комплектации, а с другой… Каждый главный механик одной из участвующих в Большом Куше баз придумывает свои схемы перепрошивки кибермозга машины, или изменения некоторых ее схем. В это же время Карт с мастер-сержантом Липсом раз за разом проходили различные варианты маршрута Больших гонок. Сами же гонки являлись составной частью турнира Большого Куша — грандиозных соревнований между различными учебными базами двух Континентов. База «Патагония» всегда претендовала на главный приз Большого Куша. Здесь учились лучшие горные спринтеры и стрелки, но вот с водителями базе пока не везло. Лучшими всегда считались пилоты с баз «Денвер» и «Тобаско». И вот теперь у «Патагонии» появился шанс войти в историю.

Последние семь дней прошли для Карта очень насыщенно. Он кроме подготовки к самим гонкам следил и за остальными соревнованиями Большого Куша. На трибунах и у больших экранов толпилась разномастная толпа. Офицеры, сержанты, рядовые и курсанты. Здесь не соблюдалась субординация, а наоборот царила атмосфера настоящего боевого товарищества, наблюдалось всеобщее предвкушение большого праздника. Алекс вспомнил вечер в ангаре, на следующий день после зачетного испытания на Полигоне. Тогда его позвали в каморку главного механика. Кроме самого Роудена в ней присутствовал и мастер Липс. Пилот встретил Алекса по-дружески, хлопнул его по плечу и кивнул в сторону стула. Затем он протянул курсанту открытую банку пива.

— Угощайся, салага, заслужил.

Алекс взял спиртное в руку и вопросительно взглянул на Роудена, то одобрительно кивнул.

— Мы сегодня не механик и курсант, Алекс, мы боевые товарищи. Просто мы с Аликом пока более опытные, чем ты.

Карт совершенно не возражал против предложения и быстро опорожнил банку, ему кинули еще одну. На базе царила праздничная атмосфера, испытания прошли успешно, впереди соревнования Большого Куша и распределение курсантов на базы второго круга обучения.

— У меня вопрос к тебе, курсант — Липс сидел напротив Алекса — Где ты так научился водить? Я знаю о твоем участии в Диких гонках. Но гонки это одно, а боевые полеты совсем другое. Честно скажу, я бы тебя в свой эскадрон прямо сейчас взял.

Алекс вопросительно взглянул на мастера.

— Я возвращаюсь в действующую армию. Надоело тут шарахаться с новобранцами, хочу снова в серьезное дело.

— Ну да — засмеялся Роуден — ты же у нас крутой парень, яйца у тебя больше арбузов.

— Да пошел ты — беззлобно ругнулся Липс — И ты же меня знаешь, в гнилые дела я ни разу не влезал, поэтому еще жив.

— А по поводу, кто научил — механик сделал паузу — приезжал тут один капитан, парню хорошенько мозги вправил. Из пижона-гонщика сделал боевого пилота.

— Классного боевого пилота — добавил Липс — некоторые твои маневры, парень, я бы и сам не повторил. У тебя офигенная реакция, а, учитывая, что машина была не твоя… Да и мои фишки ты быстро просек.

— Странный какой-то капитан — пробормотал Роуден — для такого возраста и квалификации, звание слишком маловато, а он ведь реальный боевой офицер, я таких за милю чую. И мне тут один дружок с комендачей шепнул — шеф-сержант придвинулся к собеседникам поближе — непрост оказался этот псевдокапитан. По закрытой базе данных он проходит по совершенно другому ведомству.

— Ну, ясен пень — замысловато выразился Липс, еще раз поразив Алекса своим нестандартным для военного мышлением — разведка, небось, где еще спецы такие есть. Только что им от парня надо?

— Черт знает — почесал подбородок Роуден, его глаза чуть осоловели, видимо они с пилотом уже давно присели за пиво — может он уникум какой, генетический сбой, вот они и решили проследить за ним.

— Хм, грубовато, грубовато для разведки. Нас совсем за лохов держат.

— А чего им боятся? Здесь же военная база, чужих не водится.

— Да, парень, попал ты — механик обратил, наконец, внимание на Алекса — как пить дать, захотят предложить тебе вступить в этот ихний Орден. И ведь не откажешься. На, возьми еще банку, сегодня твой день. А после увольнительных начнем к гонкам готовиться.

Больше ни о чем серьезном в этот вечер они не говорили. Сержанты травили байки о боевых победах, рассказывали о далеких загадочных планетах. И Алекс похоронил в памяти новость о неприятном открытии. Было приятно вот так запросто сидеть в компании ветеранов, ударившихся в увлекательные воспоминания. О таком ведь не расскажут на лекциях, не напишут в учебных пособиях.

Соревнования Большого Куша проходили удачно для базы «Патагония». Как всегда не подвели стрелки и горные спринтеры. Затем наступил черед единоборщиков. Здесь было много достойных бойцов, особенно всегда считались сильными бойцы базы «Кетцалькоатлья». Много чемпионов турнира вышло из стен именно этой базы. В финал этого Большого Куша вышли двое — один из них борец с «Кетцалькоатлья», двухметрового роста мулат, с необычайно толстыми мышцами ног и рук. Он высился на помосте как скала, мощно и уверенно. Публика неиствовала, военные плюнули на остатки дисциплины и вели себя буквально как стадо обезьян, выплескивали свои эмоции через край.

Алекс находился в первых рядах, сразу за выходом из раздевалки, рядом с ним находились его товарищи с базы «Патагония». И вот, наконец, на ринг выскочил Ларсен, скинул на пол халат и поднял руки. Ростом он не уступал сопернику, но в плечах и талии был заметно уже. Это компенсировалось гибкостью и легкостью движений бывалого спортсмена. Зал восторженно встретил нового бойца. Хотя крик в этот раз был заметно тише, норвежец не являлся фаворитом этого боя. Все видели, как мулат разделывался со своими прошлыми противниками, судьи тогда больше следили за тем, чтобы он никого не покалечил. Мощь этого бойца была поистине колоссальной.

Раздался сигнал гонга, это была очень древняя традиция, она не поменялась и в новой эре. Бойцы поклонились друг другу и двинулись в центр площадки. Все дальнейшее произошло очень быстро. Мулат стремительно бросился на Ларсена, то упал на пол левым боком и сразу двумя ногами вцепился в мощную конечность противника. Инерция помешала темнокожему бойцу поменять быстро траекторию движения, он запнулся и полетел на пол. Но в полете он все же сумел сгруппироваться, совершил пару кувырков, а затем моментально вскочил на ноги. Олд уже атаковал, и успел нанести противнику пару ударов по корпусу. Мулат вздрогнул, удары были очень мощными и чувствительными, но успел поставить блок и быстрым рывком ушел в сторону.

В зале же просто бесились, стоял один сплошной непрекращающийся ор. Схватка получалась удивительно интересной. Мулат пару раз переходил в атаку, не смотря на мощное туловище, он был необычайно быстр. Его руки стремительно летали, пытаясь нанести Ларсену убийственные удары, их мощь была необычайной. Но гибкий норвежец каким-то чудом уходил от них, кружа по площадке на сильных ногах, выписывая ими немыслимый танец вокруг темнокожего гиганта. Соперники уже не торопились с опасными выпадами, они почувствовали силу друг друга. Мулат смотрел на норвежца настороженно, но уверенность в победе не терял. Пару минут они обменивались ложными выпадами, кружа по рингу. Ларсен все также легко припрыгивал, казалось, что он танцует странный танец. Массивный мулат двигался с ленивой грацией пантеры, он нисколько не устал, только тело стало лосниться от пота. В зале творилось неописуемое выражение чувств болельщиков, все кричали, вскочив со своих мест! Комментаторы буквально захлебывались в восторге, такого боя эта арена не видела давно!

Первым пошел в атаку Ларсен, неожиданно с места он совершил совершенно невозможный прыжок, его соперник успел дернуться в сторону, но нога белокурого атлета все-таки задела его левое плечо. Мулат устоял, но видно было, что он кривится от боли. Что никак не помешало бойцу с «Кетцалькоатлья» все-таки ответить правой рукой. Ларсен от мощнейшего удара просто отлетел в сторону и упал на пол арены. Зал взорвался мощным рыком, мулат стремительно бросился на лежащего врага. Но Ларсен успел вскочить на четвереньки, и прыгнул вперед, схватив двумя руками правую ногу противника, несущего свое мощное тело в атаку. Мулат такого оборота событий явно не ожидал, он не успел увернуться, и полетел навзничь. А Ларсен уже снова летел в воздухе и до того, как темнокожий боец упал, успел нанести тому пару мощных ударов в голову. Такого приема борьбы еще никто не видел! Мулат упал на ринг и замер, к нему живо кинулся судья, быстро осмотрел бойца и поднял руку. Зал снова взорвался громовыми криками, кричащие от восторга комментаторы захлебнулись в эфире, стремясь выразить свои чувство. Полная победа!

Алекс кинулся на ринг и обнял разгоряченного схваткой друга, сюда же бежали остальные члены команды. Они радостно кричали, прыгали, скандировали, это была победа! Олд стоял посередине площадки, подняв победно руки, и также победно орал. А на ринг уже поднимались судьи и несли пояс Победителя Шлема. Они закрепили его на гибкой талии Ларсена, и Карт сразу заметил, что его друг болезненно морщится. Соперника уже увезли в госпиталь, посторонние также покинули площадку, поэтому победитель в гордом одиночестве прошел свои три круга почета. Но после них ноги атлета неожиданно подкосились, и он рухнул на арену, обильно сегодня политую потом борцов. Карт сразу же подскочил к другу и приподнял ему голову, глаза Олда закатились, он что-то тихо прошептал. Но тут Алекса грубо оттолкнули два медика, они вкололи какое-то лекарство в плечо атлета, на голову одели маску. На ринг выехал робот-каталка, он своими гибкими манипуляторами поднял тело борца на носилки с гравиприводом и они стремительно улетели.

— Да все нормально будет с твоим другом — крикнул в ухо кто-то. Алекс оглянулся, это был один из медиков, белобрысый мужчина с небольшой бородкой — просто парень получил сильный болевой шок. Обычный человек от такого упал бы стразу, но твой кореш человек необычайно сильный и ловкий. К вечеру подходи в госпиталь, он уже будет на ногах.

— Спасибо — благодарно улыбнулся Карт. Он огляделся: в зале все также было шумно. Команда «Патагонии» шумно праздновала победу. Парни поливали друг друга из огромных бутылок с пенным игристым вином, очень древний обычай, вдруг всплывший недавно и ставший необычайно популярным. Экраны снова и снова показывали моменты прошедшего боя, уже успевшего стать легендарным. Кто-то подбежал к Алексу и хлопнул его по плечу, потом появились еще люди и подхватили легкое тело водителя. Снова и снова его подбрасывали вверх, облили пенным вином, затем сунули в руки бутылку такого же напитка, только размером поменьше. Вкус вина был необычным, с небольшим фруктовым привкусом, сухое, но вместе с тем обладающее мягким привкусом, каждый глоток взрывался во рту множеством щипающих небо и язык пузырьков.

А завтра уже будет его день, его испытание на прочность.

Алекс чуть добавил скорости, первый этап гонок остался позади, приближались отроги Скалистых гор. А пока машины гонщиков двигались тесным порядком вдоль русла небольшой речушки. Водители следили, чтобы машина не оказалась над водной поверхностью, это грозило резкой потерей скорости. Скутеры пока шли почти вровень, только пара из участников отстала. Они не вписались в резкий поворот и вылетели на реку, а теперь тщетно пытались нагнать основную колонну. Рядом с Алексом летел выкрашенный в черный цвет, с ярким красным носом, скутер главного фаворита гонок, парня из «Денвера». Это был их Полигон, поэтому он то его особенности знал наизусть.

Но вот показались горы, на экране появился план дальнейшего этапа. «Опа, это ж совершенно неизвестный маршрут!» мелькнуло в голове у Алекса, организаторы в этом году предложили участникам что-то совсем новенькое. Но размышлять сейчас было некогда, Карт положил машину на бок и развернул ее к тесному ущелью. На этом крутом развороте отстали еще несколько машин. «Черный» и «синий» шли ровно. «Синий» скутер был еще одним фаворитом гонки, там сидел опытный водитель с базы «Тобаско». Они с «Денвером» были давними соперниками, и на Алекса внимания не обращали. Кстати, в водителе «синих» Карт узнал известного гонщика с Диких гонок. Он прокрутил в памяти моменты незаконных соревнований и припомнил манеру его вождения. «Черный» же пока оставался темной лошадкой, там летел неизвестный ни ему, ни инструкторам водитель.

Езда в ущелье запомнилась попытками то одного, то другого фаворита выйти вперед. Карт шел чуть позади и ниже их, и когда ущелье вышло в глубокую котловину, резко рванул вперед. Пока «черный» и «синий» уходили в пологой спуск, Карт отправив скутер в веретенообразную восьмерку, проскочил под фаворитами и ушел вперед. Соперники сразу добавили скорости, но впереди по маршруту возвышалась вертикальная, красноватого оттенка скала. Скутер Карта вошел в огибающую дугу совершенно спокойно, не теряя скорости. «Черный» сумел резко затормозить и также ушел в пологий подъем. А «синий» по своей старой привычке решил совершить резкий разворот и обойти соперников на скорости, но не учел, что после прохладного воздуха котловины, поросшей кустарником и травой, от красной скалы поднимается поток теплого воздуха. Она была хорошо прогрета полуденным солнцем. Машину с базы «Тобаско» закрутило волчком, и если бы не мастерство водителя, то она бы вообще рухнула вниз. Остальные участники гонок остались далеко позади.

А впереди по маршруту поднимались вершины высокой скалистой гряды. Алекс не увеличивая скорость, вел машину полого вверх, и без излишних финтов перевалил эту гряду и сразу же провалился вниз, обратная сторона скалистого склона была почти вертикальной. Большого труда стоило выровнять машину и, добавив резко мощности, рвануть вперед. «Черный» же прошел через гряду на форсаже, и вошел в провал грамотно, теперь он был на триста метров впереди.

Но тут на экране появился план следующего участка маршрута, теперь надо было разворачиваться резко направо, проскочить между склонами некогда потухших вулканов, затем выйти в узкий каньон. Алексу сделать это оказалось проще, поэтому, не совершая резких движений, он повернул машину и через полминуты уже шел в глубоком ущелье. Внизу его протекал бурный ручей. Скалы то сдвигались, то расходились, временами с боков торчали остроконечные выступы. Алекс отметил сразу, что в этом каньоне неровности скальных стен наблюдаются больше наверху, и увел скутер вниз. «Черный» же добавил скорости и вскоре шел вровень с машиной Алекса. На таких скоростях двигаться в каньоне было очень опасно. Шкала безопасности ушла на границу оранжевого и красного секторов, в ушах раздался предостерегающий голос судьи, летящего на атмосфернике, и наблюдающего полет сверху. Но, похоже, два водителя наплевали на предупреждение, и оба скутера неслись с все возрастающей скоростью дальше.

Алекс вел машину ближе к левой стенки каньона, держась над самой поверхностью дна каньона. Справа гремел пеной бурный водный поток, временами скалистые боковины приближались друг к другу, но были все же равнее, чем наверху. Сопернику же пришлось сложнее, он мог идти с большей скоростью, но был вынужден постоянно маневрировать, стенки ущелья наверху изобиловали выступами и неровностями. Но он всё равно не спускался, видимо был сторонником больших скоростей, и ждал окончания каньона. На экране уже наблюдался выход из него, когда «черный» решил резко прибавить скорости и первым вырвался на просторы солнечной долины. Но в этот момент он чуть не врезался в небольшой каменный выступ, водитель оказался очень большим мастером, скутер прошел буквально в нескольких сантиметрах от скалы, даже не чиркнув об нее, но скорость он сразу же потерял.

Карт же стремительно пересек долину и повел скутер резко вверх, опять завинчивая восьмерку. Так он преодолевал сопротивление воздуха, это теперь была его личная фишка. Двигатель не тратил лишней энергии и не перегревался, экономя свой ресурс. Водитель «черного» же просто добавил форсажа, его машина уже гудела от перегрузок, и, похоже, была соответствующим образом «подготовлена» к этим гонкам. Пока Карт с постепенно возрастающей скоростью переваливал через последнюю на маршруте гряду, соперник стремительно его нагонял. Скала оказалась довольно-таки высокой, машину уже начало потряхивать от перегрузок, но у Алекса оставалось еще достаточно мощности в запасе, и он потихоньку добавлял деление за делением.

Шкала все также оставалась на оранжевой отметке, но не сдвигалась дальше. А у водителя «черного» скутера, похоже, начались проблемы, машина вдруг начала клевать носом, затем резко потеряла скорость, и уже на самой вершине она захлебнулась и резко рухнула вниз. Алекс успел заметить, как скутер соперника свалился на плоскую вершину гряды и ударился о каменную поверхность, водителя же выбросило из машины. Спасательный кокон сработал штатно, поэтому жизни пилота ничего не угрожало.

Карт спокойно повел скутер вниз. Рядом никого из соперников не наблюдалось, «синий» только начинал подъем наверх. Это была поистине сокрушительная победа, по рации ему пришло сообщение от судьи о засчитывании результата, и был послан план маршрута обратно на базу.

На посадочной площадке победителя уже встречали. Встречали как героя дня! Его полет болельщики наблюдали во всех мелочах с огромных экранов стадиона. Съемки шли с атмосферников судей, летящих вдоль маршрута Дронов и с самих гоночных скутеров. Карта на руках вынесли из машины, на плечи накинули гирлянды цветов. Трибуны гоночного стадиона буквально ревели от восторга. Большие Гонки в этом году получились очень необычными и зрелищными. Алекс стоял на пьедестале и принимал поздравления от товарищей. Последним к нему подошел Ларсен, он чуть прихрамывал, но все также сиял улыбкой. Затем победителю в руки дали огромную бутылку игристого вина, он немного потряс ее, а потом весело поливал шипящим напитком окружающих. Победа! Это была его новая победа! Он не подвел своих новых друзей и товарищей. Он доказал, что может, и будет первым!

204 день

Лагерь Тромсе

Алекс и Олд остановились напротив большого панорамного окна. Впереди виднелась цепочка скалистых островков, а за ними плескались серые холодные волны океана. Погода стояла ветреная, такая здесь была делом обычным. Солнце то пряталось за бегущие по небу облака, то ярко окропляло пучками света коричнево-серые скалы. На голых каменистых берегах местами росли маленькие островки зелени: мелкая трава, мох и низкорослые кустарники. База штурмовой пехоты «Тромсе» находилась под самым Полярным кругом. После удачно проведенного зачета и победы в Большом Шлеме курсантам предложили на выбор учебные базы второго, специализированного круга обучения. Тут Олд и вспомнил об элитной базе, расположенной на его родине, а Алекс поехал с ним за компанию. Как позже выяснилось, обычно только командование базы Тромсе имело право присылать запрос на обучение курсантов. Но, получив их персональные карточки, ее командир сделал одобрительный отзыв. И вот они стояли в накопительном зале посадочной площадки и рассматривали местность, где они проведут следующие 150 дней своей жизни.

— Двинули что ли — подтолкнул друга Ларсен, потом глянул на свой планшет — нам по переходу в корпус 3 бис. Это рядом.

Здания базы выглядели несколько футуристично, как с картинок инопланетных столиц. Округлые башни, причудливо изогнутые закрытые переходы, много стекла и простора. В местной архитектуре не было места углам и плоскостям. Архитектор базы смог выстроить комплекс зданий сообразно своей фантазии и требованиям ветроустойчивости. Такое стало возможно благодаря использованию нового популярного стройматериала тактолита, секрет которого пришел из планет центра Спирального Союза. Как потом оказалось, прообраз этого удобного материала был изобретен на Земле много веков назад, но тогдашняя тяжелая ситуация не способствовала глобальной перестройке всей строительной индустрии. Да и сейчас его внедрение наталкивалось на консервативность многих землян. Впереди прогресса как всегда шла армия, многие базы и объекты с помощью новых технологий перестраивались на современный лад. Невероятно прочный и легкий материал обладал вдобавок ко всему прочему кучей других полезных свойств. Он был гибок, термостоек, и сырья для его производства оказалось на Земле с избытком.

Наконец курсанты дошли до своего блока, и, зарегистрировавшись у дежурного капрала, очутились на пороге своего кубрика. Именно так, по-флотски, здесь называли небольшие комнаты в общежитии. Жить они теперь будут в четырехместных кубриках, а не в больших казармах, как на «Патагонии». Отсек из десяти кубриков составлял отряд, так назывались здесь учебные подразделения. Комната им понравилась: по двум сторонам, вдоль стен, расположились большие кровати, в стене напротив входа находились встроенные шкафчики и небольшой столик. Туалеты и душевые были общие на весь отсек. В середине отсека разместилась большая гостиная с мягкими диванчиками, большим панорамным окном и стереовизором. Тут же находилась мини-кухня, где можно была сварить кофе, сделать чай или просто налить холодной воды из кулера. В шкафчиках стояли банки с сахаром, печеньями, шоколадом. Вполне можно было жить!

Только они успели закинуть в шкафчики личные вещи и вынуть рыльно-мыльные принадлежности, как в комнату завалились остальные два жильца кубрика. Оба высоких и широченных в плечах здоровяка, в комнате стало как-то сразу тесно.

— Здорово, парни — сказал по-русски один из них, круглолицый блондин с пунцовыми щеками.

— И тебе не хворать — также по-русски ответил Олд и перешел на Интер — Соседи?

— Ага — белобрысый закинул на кровать здоровенный баул — я Иван Дуб, а этот молчун Вася Петров. А ты как я понял норг?

— Да, мы и в самом деле соседи — заулыбался Ларсен — я Олд Ларсен, а этот парень Алекс Карт.

— Хай — приветствовал новых соседей словом из старинного языка Континента Алекс.

— Американец? — Иван шумно ухнул на кровать, та только жалобно пискнула под весом гиганта, скорей всего в нем было не менее полутора центнера веса. Карт же поморщился, в их среде это древнее слово было скорей ругательным, они предпочитали называть себя жителями Континента — Да ладно, не гоняй. Это у нас, русских, так принято называть континентальщиков, со старых времен еще осталось.

— Извини за вопрос в лоб, а ты кто по специальности? — неожиданно вступил в разговор Василий. Он выглядел еще массивней и так здорового Ивана. Такое впечатление, наверное, складывалось от вытянутой, с большим лбом, головы, посаженной на мощную шею. Брови у здоровяка были темными, но кустистыми, нависая над умными серыми глазами. В отличие от весельчака Ивана, Василий производил впечатление человека серьезного.

— Я водитель — ответил с достоинством Алекс.

— А…, тогда понятно — ответил гигант, потом, увидев непонимающий взгляд собеседника, пояснил — да просто мы тут все больше здоровенных парней видели, это же лагерь штурмовиков.

— А он далеко не слабенький — вступил в разговор Олд — когда зачетный марш-бросок совершали, то самые здоровяки и попадали, а Алексу хоть бы хны, живчиком выглядел. Я сам прифигел с такого расклада.

— Бывает — философски заметил Иван — худые обычно и самые выносливые. Кстати, не пора ли нам пожрать.

Дуб опять добавил русское словечко, похоже, уже знакомое Ларсену, так как тот одобрительно хмыкнул, добавив — А что ужин уже объявили?

— Здесь не объявляют. Это не база для салаг, здесь просто в расписании время стоит по блокам.

— Вот как? — озадаченно почесал затылок норвежец — Тогда чего сидим?

Столовая находилась в соседнем здании и обслуживала два блока. Один их — для новичков, а второй для тех, кто проходил тут переподготовку — закаленных ветеранов войск Земной Федерации. Попасть на переподготовку, да еще и на Землю, считалось большой удачей. Родной воздух, привычная еда, земные женщины. Чего еще желать от жизни? Сейчас же ужинали новобранцы. Алекс стал к стойке автоматического раздатчика. В отличие от базы Патагония здесь было много блюд из рыбы. Он посмотрел, что заказал его друг и взял себе то же самое.

— Палтус, запеченный с треской и сыром, как я мечтал об этом весь последний год — Ларсен аж жмурился от удовольствия — тут ловится самая вкусная треска на Земле, так что угощайся.

Алекс и угощался. Блюдо и в самом деле оказалось очень вкусным, мягкое и жирное мясо палтуса отлично сочеталось с более плотным, но сочным филе трески. Гарниром шел обычный поджаренный картофель. Не очень полезно, но изумительно вкусно. В качестве напитка шел очень насыщенный вкусом морс из местных ягод.

— А я тебя где-то видел — Василий смотрел исподлобья на Ларсена.

— Вполне возможно. Я жил полгода на Южном Урале и ездил соревноваться на Алтай.

— Точно! Это же ты завалил Сашку Кабана, прямо в первом раунде? Ну, ты и силен друг, как лось. Сашка же был непобедимым и упрямым, не зря ему кличку Кабан дали.

— А ты тоже борец? — с любопытством взглянул на Василия норвежец.

— Я нет. Это Иван у нас спец по сибирскому многоборью, а я штангой и гирями увлекаюсь.

— А что за такое многоборье у вас? — уставился с интересом на сибиряка Алекс.

— Пеший переход с весом, потом заплыв на каяке, это лодка такая, а плыть надо против бурного течения. Затем спарринг по жребию — русский кулачный бой.

— Круто!

— А мне и твое лицо знакомо — Василий с любопытством уставился уже на Карта — у меня память на физиономии хорошая. Ты на островах у Индонезии не бывал?

— Жил там полтора года назад. В Молуккских гонках участвовал.

— Серьезно? — оторвался от тарелки Иван — И как?

— Так выиграл. Все три заезда, потом скандал был, я еще с Федерацией поругался. Их жаба вдруг задавила, все призы отдавать.

— Точняк, братан! — Иван так ударил по столу кулаком, что аж тарелки подпрыгнули — Я тоже тебя вспомнил, только волосы у тебя были длинные, в узел завязаны. Ну и крут ты, парень, я думал, убьешься ни за грош. Такое на трассе вытворял, мама не горюй.

— Вы еще не видели, что он у нас на Полигоне выделывал — Ларсен сыто икнул и откинулся на спинку стула.

— Представляю — загоготал Иван — но я лучше порыгаю в кабине скутера, чем буду лежать жареным шашлычком на какой-нибудь занюханной планетке.

— А ты кто по разряду? — задал неожиданный вопрос Олд — Я спец по ПТО и радист.

— На ПВОшника учился, а Василий мой второй номер, заодно и пулеметчик.

— Значит у нас полный набор — засмеялся Ларсен.

— Ага — загоготал жизнерадостный Иван — Слышь, парни — они пригнулся ближе — как на счет пивка?

— Всегда положительно — ответил за всех Карт — только где его взять?

— Есть в закромах, только давай, двинули наружу.

Через час они расположились в распадке между двух скал с двумя упаковками настоящего сибирского темного пива. В этом месте не было ветра, а вид открывался прямо на море. Не спеша, глотая пенный напиток, они обменивались байками из прошлой жизни и рассуждали о будущем. Алекс через некоторое время глянул на часы и удивленно ахнул — Мы уже спать должны, а солнце мне прямо в глаз светит!

— Друг, тут Приполярье и сейчас самые белые ночи начинаются.

И в самом деле, солнце из желтого став краснопунцовым, чуть нырнуло к морю, но заходить в него отнюдь не спешило. Светило оно уже практически с севера. Чуть спрятавшись за легкие облака, земное светило не било прямо в глаза, мягко освещая приморский ландшафт. Оно своим причудливым оранжевым светом нарисовало на окружающей местности фантастически красивую картину. Скалы стали как будто более выпуклыми и обрели медный оттенок, трава и мох из зеленых превратились в желтые. Временами казалось, что ты попал в какую то странную сказку. Все замолчали, наслаждаясь этим состоянием расстилающейся вокруг природы. Ведь завтра уже начинаются занятия, и времени наблюдать местные красоты у них совершенно не останется.

— Здесь природа похожа на ту, которую мы видели в приполярном Урале, разве что моря там нет — проговорил Василий, потом добавил — у нас в тех местах Олимпийские испытания проходили. Хорошие места, дикие, безлюдные.

— Ага, проходили — вдруг хохотнул Иван — Вася на что у нас тихий чувак, но отчебучить может, дай боже. И знаете, что этот тихоня придумал? Заблокировал датчики и предложил слинять по реке за двести километров. И пока нас в старом районе поисковые дроны пытались найти, мы вышли на производственный блок. Там люди раз в полгода приезжают, но запасов то всегда полно. Вот мы две недели там дурака и валяли, рыбу ловили, по озеру на парусах гоняли. На скутерах гонки устраивали, короче весело провели время. Потом активировали датчики и по видеосвязи на начальников Олимпийского лагеря вышли. Надо было видеть эти унылые рожи! — белокурый здоровяк снова засмеялся.

— А как удалось датчики то вывести из строя? — удивленно спросил Алекс.

— Да я не выводил, а просто экранировал. В мастерской у знакомого сварганил по футляру из бинтов крилита, он все волны гасит, если знать, что в него вшить.

— Вот как?

— Так уже не сделать — добавил Иван — нам по шапке за это дело дали, но опять же, промах то выпускающей команды был. Теперь всех проверяют, и порядки ужесточили. Не так уже весело на Олимпиках стало.

Алекс погрузился в собственные воспоминания, а ведь и с ним случилось тогда что-то непонятное. Его датчик также перестал работать в том юношеском приключении в горах. Работники комитета ему сказали, что это произошло вследствие удара, во время аварии. Но ведь он сам ничего особого не почувствовал, а датчик такая штука, он как часть тела. Организм понял бы, если что-то бы случилось. Тогда, уже после всего произошедшего, он списал подобную реакцию организма на стресс, а теперь же задумался.

Солнце уже исчезло в океане, только его яркие багряные отблески мелькали на самых вершинах скал. Небо же было прозрачно и светло, раскинувшись где-то очень высоко, высоко. На горизонте не наблюдалось яркого черезполосья заката, так характерного для более южных широт. Напротив: мягкие пастельные тона очень осторожно окрасили переход дня в ночь. Сумерки начали мягко обволакивать сидящих на камнях товарищей, стало немного зябко. И откуда-то сразу появились полчища комаров, раньше их сносил сильный ветер. Пора было возвращаться на базу.

230 день

Тромсе

Алекс Карт стоял в общем строю. Их учебный отряд расположился крайней коробкой с правого фланга. Перед небольшой площадкой, на которой тесно расположились отряды курсантов, находился невысокий подиум. Сейчас на нем находился только один человек, начальник учебной базы Тромсе полковник Стивен Макгир, высокий сухощавый человек с узким лицом, изборожденным косыми рубцами. Однажды его голову собрали по осколкам, левая рука являлась с имплантатом, правая нога тоже. Он десять лет командовал батальоном штурмовиков «Огненный Орк», одним из самых прославленных подразделений мобильной пехоты. В него он собирал самых отчаянных головорезов, здесь всегда служили лучшие стрелки, водители, разведчики. Батальон практически не вылезал из боевых действия, раз в полгода полностью меняя свой состав. Но все, кому посчастливилось служить под началом Макгира, гордились этим обстоятельством, и считались во всех частях и подразделениях прославленными героями. А сам же полковник был живой легендой корпуса рейнджеров.

Сейчас он стоял, белея суровым обветренным лицом и весьма недовольным взглядом обегал общий строй. Чуть в стороне нахохлились двое курсантов, со снятыми с голов беретами рейнджеров.

— Бойцы базы Тромсе! — начал свою речь полковник — Сегодня у нас скорбный день. Впервые за много лет у нас появились трусы. Да, вы не ослышались — повторил уже громче Макгир — самые настоящие трусы! Вы знаете, что я отношусь ко всем вам без исключения, как к товарищам по оружию. Не зависимо от того, новобранец ты или опытный ветеран. Наша база лишена казарменной муштры, мы особенные бойцы. Мы элита армии!

Полковник замолчал и несколько минут буравил мрачным взглядом строй курсантов.

— Вы знаете, что я многое прощаю: мелочи субординации, какие-то промахи в дисциплине и распорядке. Если ЭТО не мешает учебному процессу и военной подготовке. Я ценю не букву устава, а дух нашего воинского товарищества! Но я никогда, повторяю никогда, не прощаю измены и трусости! Вот эти двое — он обернулся к двум понурым рядовым, стоящим чуть в стороне — на выпускных экзаменационных выходах проявили непростительную для солдата Земной Федерации слабость, они отказались от учебного задания и бросили своих товарищей в беде. Им, видите ли, стало страшно! Вы понимаете, им стало страшно! И это в учебном то бою!

Полковник выглядел сейчас реально взбешенным. Алекс же слышал от сержантов, что Макгир всегда славится именно выдержкой и невозмутимостью, поэтому и пользуется среди солдат непререкаемым авторитетом. Войска под его командованием всегда выходили из боя победителями, даже в общих поражениях. А сейчас, видимо, случилось что-то экстраординарное.

— Мне больно, мне стыдно — полковник продолжил — это первый случай за четыре года. Эти двое… они опозорили не только себя, но и все войска мобильной пехоты, все наши элитные подразделения. Они просто опозорились как солдаты и воины Земной Федерации. Вы все знаете, какую тяжкую ношу взяли на себя земляне. Волею судеб мы оказались самыми подготовленными и лучшими воинами Галактики. Нам доверили честь стать мечом Спирального Союза. Теперь Земля в кои веков живет спокойно и богато, нам никто не смеет угрожать. Земляне самые сильные в это части Спирали, но за этот статус мы и платим собственной кровью. И мы не должны никому показывать свой страх, потому что он нас же и убивает. Страх уничтожает в нас все человеческое, он превращает нас в тупых животных. Только человек может засунуть свой природный ужас в самые потаенные уголки души, спрятать его, заставить тихонько пищать где-то там, в темном чулане, и затем бросить все свои силы на поле боя, добыть победу самому и помочь своему товарищу. И если ты настолько жалок, что не можешь превозмочь обычный страх, то ты не годишься для службы в рядах мобильной пехоты, и тем более в штурмовых подразделениях. Ты будешь там слабым звеном и однажды подведешь своих товарищей и принесешь им смерть.

Весь строй зачарованно слушал своего командира, он говорил как раз то, о чем мало кто из командиров осмеливался в открытую объявить.

— Я мог бы очень жестоко наказать этих двух курсантов, но не сделаю это по одной простой причине. У этих балбесов хватило совести и духу заявить заранее о своей трусости. Хоть так они частично искупили свою вину. И поэтому я, опозорив их перед лицом своих товарищей, назначаю вместо дисциплинарной тюрьмы перевод в тыловые подразделения, в команду службы гигиены.

По рядам прошел шелест, открыто засмеяться никто себе не позволил, разве что улыбнуться уголками губ. Команды гигиены и санитарии занимались в армии проблемой отхожих мест. В местах постоянной дислокации они утилизировали продукты жизнедеятельности. В полевых же условиях строили легкие сортиры, а также следили за ними. Вдобавок эти службы устанавливали душевые кабины, мини парные и массажные. Служили в таких частях или ущербные члены общества, которые таким образом зарабатывали себе гражданство, или штрафники. Благо подобных в армии всегда хватало во все времена.

Расходились со строевой площадки с разным настроением. Ветераны спокойно, флегматично приняв неприятную новость. В жизни ведь и не такое случается. Новички же бурно обсуждали случившееся. Они впервые столкнулись с новой гранью их военной жизни, и многим было не много не по себе.

Алекс двигался в свой блок, когда со стороны гаража его окликнули.

— Эй, салага, подойди сюда.

Рекрут обернулся, на большой скамейке сидело трое. По ним было сразу видно, что из опытных бойцов, на переподготовке, идут в высший эшелон. У двоих по желтой звезде на воротничке, а это высокая награда для рядового бойца. Третий, здоровый светловолосый парень, имел кроме желтой, и красную звезду, а также лычки капрала.

— Да, чем могу быть полезен? — Карт постарался выглядеть со старшими вежливо, но дистанцию держал. Парни одобрительно кивнули головой. Слово же взял капрал — Мы слышали, что ты не плохой водила?

— Ну, да. А от кого?

— В армии слухи расходятся быстро, а о победителе Большого шлема тем более.

— И? — Алекс заинтересованно посмотрел на говорившего. Молодые глаза капрала резко контрастировали с жестким загаром задубевшего лица, скулу пересекал незаживший до конца рубец, свидетельство, что хозяин получил его где-то вдали от современного медицинского оборудования, и ранение лечили по старинке.

— Да дело есть, молодой. Если ты и в самом деле так хорош, как описывают.

— Слушаю.

— Мы — капрал кивнул на остальных — отдельная группа диверсантов. У нас есть учебное задание, достаточно сложное. Вести надо «Проныру», а наш водила как назло попал в аварию, выйдет из госпиталя только через месяц. Ты возьмешься?

Алекс задумался, в принципе он слышал, что такие финты на этой базе практиковались. Новички могли добровольно участвовать в играх взрослых. С «Пронырой» — небольшим вооруженным скутером, он был знаком, хотя много на нем летать пока не пришлось.

— А чего нет? Вводите в курс дела, с машиной справлюсь.

— Заметано. Я Берг Робинсон — крепыш протянул руку — а это Матеуш Фокс и Леша Иволгин.

На скамейке парни быстро растянули стандартный голографический планшет, и объяснили новому водителю задачу и маршрут. Дело оказалось одновременно простым и достаточно сложным. Маршрут подхода для Алекса показался относительно прост: отроги гор, большие перепады высот, узкие проходы. Скутер в такой мешанине провести было весьма сложно, но и перехватить его еще сложнее. Самая большая сложность оказалась в том, что противник на горном Полигоне был из людей, именно они стояли на постах и летали в патрулях. И бойцы это были опытные, из сверхсрочников, в Тромсе относились к учебе серьезно. И хотя у их группы был уже разработан собственный план и маршрут, Алексу пришлось его слегка подкорректировать. Робинсон спокойно выслушал резоны новичка и согласился с ними, все-таки водители в некоторых моментах соображают больше. Затем Иволгин взялся проводить новичка в ангар гаража, где находилась их боевая машина. Около нее возился невысокий крепыш с совершенно седыми волосами, постриженными по-модному плоско.

— Это наш «мазута» Карл Фишер — представил он механика.

— Кто, кто? — удивился Алекс.

— «Мазута», так русские механиков называют. Вот и у нас прозвище прижилось.

— А, я слышал, у них много докатастрофных обычаев сохранилось.

— Точно так, ты у нашего Лехи еще много чего нового узнаешь — засмеялся Фишер — А я ведь, парень, тебя признал. Ты в Диких гонках Малакки не участвовал часом?

— Было дело — скромно ответил Алекс.

— Значит ты. Мы эти выступления с Бергом на Лохки по записи смотрели, та еще дыра. Ну, ты дал там жару, бродяга. Тебя из лиги потом не выгнали?

— Сам ушел, в гонках ходил потом одиночкой. Я и не знал, что Дикие в космосе смотрят.

— Еще как смотрят, парень. Так что ты, чувак вполне популярный, на тебя многие ставили. Еще никого не подвел — одобрительно подтвердил механик.

— То-то я смотрю, Берг на тебя внимание обратил — хмыкнул Иволгин — Он, значит, просто вспомнил про Гонки. Ну что ж, приятно, что в нашем экипаже такое пополнение.

— Пошли катер смотреть — позвал новичка Фишер.

«Проныра» представлял собой широкий и пузатый скутер, в нем не было изящества десантных лодок, это была серьезная машина для небольших диверсионных групп. Экипаж четыре человека: водитель, штурман и два стрелка. Носовой импульсник и хвостовой ракетный агрегат могли создать противнику достаточно много проблем, особенно если они находились в опытных руках. Грузовое отделение брало пятьсот стандартных килограммов оружия и боеприпасов. Машина была легко бронирована, имела два дополнительных гравистаба и нижний ионник, что позволяло маневрировать в узком пространстве, и спокойно проходить над водной поверхностью. Идеальная машина для заброски диверсантов.

Алекс открыл сервисную панель и осмотрел цепи — На третьей линии порядки переставлены?

— Обижаешь — Фишер улыбнулся. Третья линия в центральной цепи отвечала за автоматическую безопасность и ее часто отключали, так как она мешала опасному маневрированию.

— А тут что такое?

— А мы поменяли весь блок, сейчас тут стоит от орбитального буксира. Он подачу функционала на ионники лучше вычисляет.

— Да? — Алекс почесал затылок — В первый раз слышу.

— Не дрейфь, салага. Мы с Бергом вместе уже шестой год воюем, службу знаем.

— Так, а какой у него качаюший ход?

— Шесть градусов, поэтому за боковыми стабами следи, можно задеть что-нибудь при раскачке.

— Угол сваливания?

— На горку тридцать, вниз пятьдесят. Пробную прокатишь?

— А можно?

— Завтра с утра договорюсь, подходи после завтрака, вместе полетим, объясню, что к чему, думаю, ты моментом освоишь. О! — Фишер обернулся — А вот и командир!

К ним и в самом деле подходил Робинсон и еще один незнакомый капрал, громила с квадратным лицом.

— Ну, как дела? — спросил капрал.

— Нормально, завтра машинку облетаем, парень дело знает.

— Хорошо.

— Слышь, командир, может по пивку? Обмоем, так сказать, пополнение.

— Ты мне личный состав не спаивай.

— Да ладно, «Шрам» — прогромыхал второй капрал — дай салаге оттянуться.

— Вот черти — Берг — криво улыбнулся — но смотрите, чтобы завтра как штык у меня.

234 день

Тромсе 3

Алекса слегка потряхивало, напротив него сидел Леша Иволгин и что-то бормотал по-русски. Певучий язык как-то завораживающе действовал на мозг, и так сильно одурманенный хорошей дозой алкоголя вкупе с весьма забористой марихуаной. Иволгин в отличие от других не курил, но крепкий напиток под названием «Русская водка» употребил в большом количестве. Алекс был наслышан, что русские почему-то благоговеют перед этим древним напитком, ни одни выходцы древних народов не сравнятся с ними в искусстве потребления крепких напитков. Дело, наверное, в генетической карте этого народа.

— Не, парень, ты молоток. Я бы тебя в нашу команду хоть счас взял — пьяно бормотал Иволгин. Фишер и Фокс уже лежали навзничь на узкой кушетке, как они туда вместе поместились, даже трудно было представить. Командир группы куда-то тихо слинял, приняв дежурную дозу и пару раз пыхнув жирный косячок. Парни сказали, что есть у него зачетная телка в медицинском блоке — Да, видишь, не судьба, салага. Нас через месяц перебрасывают в одно поганое местечко. Даже не знаем, выйдем оттуда целыми или там поляжем. И ведь сами, дураки, подписались на это дело. Да ладно, со Шрамом и не в таких переделках бывали. Он у нас везучий, а это много значит.

— Ты веришь в судьбу? — уже более осмысленно Алекс уставился на русского.

— Ну, не то чтобы в судьбу, но фарт по жизни, он, знаешь, важен. К везучим все тянутся и на себя эту везучесть хотят перетянуть. Ведь не всем она достается изначально.

Алекс еще раз взглянул на простоватое лицо русского бойца, а ведь он на поверку целый философ. Еще один урок жизни, не считай себя умнее другого.

— Вот ты, салага, везучий, и везучий офигительно. Вчера ты такое вытворял… Ладно, есть водилы и покруче тебя, но ты еще вдобавок везунчик. А такое сочетание в нашем деле многое значит — Иволгин вдруг уставился в одну точку и замер, похоже, и его накрыло.

Карт же развалился в разбитом кресле и пытался унять головокружение, в голову почему-то полезли воспоминания о прошедшей сумасшедшей ночи.

Маршрут они прошли чисто. Командир группы сидел за штурмана и всегда вовремя выводил подсказки на шлем Карта. Не было никакой суеты, шли чисто и спокойно. Позади, в катере сидели Фокс и Иволгин, держа на прицеле опасные участки. Иногда они перекидывались короткими фразами, которые Алекс не понимал. Видимо это был их боевой рабочий сленг. Различные подразделения рейнджеров вырабатывали для себя собственный язык управления. Это создавало огромную проблему для разведки противника. Такой сленг плохо поддавался расшифровке, ведь в нем часто использовались слова из древних земных языков, к настоящему времени основательно подзабытые. Для связки же использовали слова современные, что порождало немыслимую абракадабру. Штабисты также постоянно ругались из-за этой путаницы, но ничего поделать не могли. Земной боевой сленг показал свою эффективность, а это было главное в армии.

Два раза диверсанты разминулись с боевыми дронами. Их патрульные маршруты были также непредсказуемыми, и управлялись они вручную. Но Робинсон вовремя засекал сигналы, и диверсы мигом прятались между отрогов скалистых гор. Командир отлично изучил местность и вовремя давал правильные указания водителю. Алекс же виртуозно подводил «Проныру» к скальной стенке, чуть добавлял шумоподавление, и пузатый скутер со стороны выглядел таким же скальным наростом или выпуклостью. Рельеф был сложным, один раз им пришлось сильно изменить маршрут, побоялись перемахнуть высокий отрог без разведки. Иволгин ловким скачком оказался на каменном выступе и высунул на ту сторону жало разведсканера: и правильно, в двухстах метрах впереди, на круглой площадке, они обнаружили передвижной боевой пост. Шум поднимать не хотелось, и поэтому диверсанты сделали крюк в пару километров, выйдя практически на самый берег. Три раза Алекс с опаской двигался над самыми волнами, сегодня было ветрено, волны с ревой бились о скалистые берега, чуть покачивая пузатый скутер. Но мощный ионник позволял быстро проходить опасные места, виртуозно двигая широкую машину над бушующим морем.

К означенной точке они подошли несколько позже, и Берг уже начинал немного нервничать, нужный им разведывательный спутник в скором времени должен был выйти из зоны приема. Но, наконец «Проныра» четко завис под большим скальным выступом, из задней полусферы вышел щуп антенны, и командир получил пакет необходимой информации. С минуту Робинсон внимательно рассматривал на дисплее полученные разведданные, и сразу же после этого начал озадачивать экипаж. Карт очень скрупулезно изучил трехмерную карту искомой горы. Задача была непростая, впритирку со скальной стенкой на быстрой скорости подняться наверх и уже оттуда уничтожить батарею зенитных ПРО установок. Первый и второй круг обороны они уже обошли, оставался последний — ближний третий.

И вот, переключив пару тумблеров, он полностью заблокировал автоматику защиты двигателя. Карт перехватил невозмутимый взгляд командира, уж Робинсон точно знал, чем это может грозить экипажу. Но молодой водитель выдержал испытующий взгляд, и уверенно положил руки на джойстик управления. Командир коротко бросил фразу на русском «Поехали». Так, судя по старинной легенде, сказал человек, первым полетевший в космическое пространство, и он был именно русским. Именно эта нация проложила путь к звездам и была одним из главных основателей Земной Федерации.

Алекс резво вывел машину из-под каменного карниза, и наклонил широкий нос скутера вниз. Они ухнули на пару десятков метров, а потом стали стремительно подниматься, прижимаясь бронированным днищем к каменистой поверхности. Иногда машина чиркала по скале, но Алекс сейчас на это внимания не обращал: «Проныра» была крепкой машинкой. Перед большим выступом на скале, на котором находился пост охраны, водитель совершил невероятный спиральный вираж. Сработавшая достаточно быстро автоматика орудия промазала мимо, а сидевший поблизости экипаж поста ПВО просто ничего не успел сделать, Иволгин влепил заряд учебной ракеты точно в бок боевого орудия. Вспыхнуло яркое пламя, по окрестностям разнеслись громкие вопли автоматических систем, раздались чьи-то злые выкрики.

Но боевой скутер в это время уже совершил невероятный прыжок вверх, абсолютно против всех правил Алекс жег двигатели машины, краем глаза отмечая, как уровень безопасности стремительно идет в красную зону. Но именно этот сумасшедший маневр помог им выиграть. Автоматика защитных дронов ошиблась, показывая неправильные зоны поражения для малокалиберных игольчатых орудий. Только на одном из орудий, сидевший за управлением опытный артиллерист-ветеран, успел внести поправки и чуть чиркнул иглами по задней полусфере. Взвыл резкий звуковой сигнал, раздался шипящий звук автоматического пожаротушения, но машина и после такого чувствительного толчка не потеряла управление. После подъема Алекс вывел скутер четко на идеальную боевую позицию. Затем кормовые стрелки мощным ударом уничтожили энергетическую станцию, обезопасив себя от последующих залпов, и заодно выведя из строя батарею ПВО.

— Твою мать! — закричал по-русски Иволгин — Мы это сделали! Парни, это было круто!

— Круто — поддакнул Фишер — я чуть в штаны не наделал во время последнего броска, думал, что сейчас движок взорвется, к едрени фени. Карт, ты везунчик, сукин сын, но больше я с тобой не поеду.

— Так, успокоились! — вмешался в перепалку Робинсон — Дело сделано, можно получать лайки. Карт, выруливай вон к тому домику, нам надо там получить подарки от не очень добрых фей.

Командир хищно осклабился, а Алекс своим «фирменным» винтом свалился к стоящей рядом с домиком для персонала маленькой посадочной площадке, вызвав попутно поток ругательств экипажа. Робинсон оглянулся назад и оглушительно захохотал, у него было хорошее настроение. Обезображенное косым шрамом лицо вдруг на мгновение стало приятным и приветливым. Он первым вышел из скутера и двинулся по дорожке, навстречу им показались люди. Серая мгла приполярной «белой ночи» начала чуть проясняться под напором необычного белого света, над скалами вставало солнце.

— Берг! — крикнул шедший впереди седоусый сержант — Я смотрю, ты нашел классного водилу на этот чертов драндулет. Сколько ты отвалил тому ветерану, старый везучий пердун?

— Самвел, ты как всегда любезен, но не умен — Берг обернулся назад — а за рулем сегодня салага, восьмой месяц обучения.

На лице сержанта так ярко проявилось изумление, что все команда Робинсона неистово захохотала.

— Курсант Карт — вышел вперед и представился Алекс. В глазах Самвела кроме изумления он прочел и искреннее уважение.

— Берг — сержант залапал Робинсона — Ты всегда умел подбирать людей! Этот салага, небось, уже у тебя в экипаже? Я бы не упустил такую возможность, парень знает свое дело.

— Нет, Самвел. Мы скоро уходим, а паренек пусть еще поучится. У него свое будущее.

— Ну, тебе видней — сержант обернулся — Джейсон, тащи ящик. Проиграли, так проиграли, все было по-честному. А вам, парни, пожелаю и в дальнейшем такой удачи. Ведь прошли буквально в игольное ушко.

Через пару минут два капрала сверхсрочника принесли на площадку настоящий деревянный ящик, в нем что-то тихо позвякивало. Как позже выяснилось, это была запрещенная федеральным законом настоящая крепкая русская водка. Именно сорокаградусная, а не тот слабый напиток, продающийся в маркетах под этим древним названием.

Уже позже, в ангаре, компания села праздновать успех диверсии. Командованию с утра было доложено о блистательной победе над персоналом Полигона, и об их команде забыли до вечера. Алекс никогда не пил подобной водки, и эффект от принятия на грудь сего крепкого напитка произвел на него неизгладимое впечатление. А в напитках то он уж разбирался, друзья всегда считали Карта гурманом и сибаритом, и прожигателем жизни.

Перед самым отбоем Алекс попытался незаметно проскользнуть к себе в кубрик, но, судя по всему, сделал это очень неуклюже. После очередного поворота в тесном проулке, шедшем между хозяйственными постройками, он налетел на какого-то высокого офицера. Что это офицер, он понял сразу. Солдаты быстро учились нутром чувствовать присутствие командного состава.

— Так-так — раздался до ужаса знакомый голос — Боец, и откуда ты такой красивый взялся?

Карт попытался встать по стойке смирно, но у него это плохо сейчас получалось. А сердце сразу ухнуло в пятки, ведь случилось самое страшное, он нарвался на самого Макгира, и это был конец. Полковник между тем внимательно оглядел с ног до головы, стоявшего перед ним рекрута.

— Салага, а ты не о….л! — полковник не стеснялся крепких выражений — Вне расположения после отбоя. Да и еще в стельку пьяный! Ты знаешь, что я могу с тобой сделать?

— Так точно — к курсанту наконец-то вернулась возможность мыслить — виноват, не рассчитал.

— Это что значит, не рассчитал! — Макгир начал свирепеть — Ты, где так напился?

— Виноват, сир, отмечали в ангаре, увлекся. Меня же отпустили до вечера, здесь все законно.

— Так это ты с Робинсоном в играх на Полигоне участвовал? — опешил командир базы.

— Так точно — браво отрапортовал Карт — чистая победа!

Полковник неожиданно засмеялся — Ну ты, салага, даешь! Смелый, черт. Ладно, за такую победу я тебя по первости прощу, сам понимаю, что от товарищеской вечеринки отказаться нельзя. Но смотри у меня: еще раз увижу в таком виде….

— Понял, сир, больше не повторится!

— Ну, раз понял, в расположение шагом марш!

— Есть! — Карт козырнул и лихо развернулся, но видимо сил хватило только на это, сразу за поворотом он споткнулся и грохнулся на каменный тротуар. Следом появился Макгир и горестно вздохнув, вызвал дежурный патруль. Он уже узнал этого наглого курсанта, и вспомнил тот звонок по закрытой линии от своего старого знакомого. Тогда он не придал этому сообщению особого значения, но после этой неожиданной встречи решил более внимательно изучить личное дело курсанта Алекса Карта.

296 день

Орбитальная база. Околоземье

Алекс стряхнул дремоту и выглянул в обзорное окно межконтинентального экспресса. Видимо они недавно проехали мост через Гибралтар, и уже двигались по Африканскому континенту. Континенту, который во время Великой Чумы лишился почти всего населения. Бедные и малоразвитые страны этого «черного» материка не смогли противостоять той ужасной эпидемии. Государства тропической Африки вымирали одно за другим. Более богатые и удачливые страны Европы уже не могли им помочь. Они и сами не устояли в том глобальном катаклизме, даже у них получилось спасти только часть населения, и саму цивилизацию. А Африка, Африка вымерла целиком. Остались в живых только некоторые племена в отдаленных районах Сахары и тропических лесов. И потомки белых колонистов, живущих на Юге. Те, посмотрев на безумства «черных правительств», подняли вооруженный мятеж, и смогли выжить в крупных резервациях, обнесенных высокими бетонными стенами и ощетинившимися стволами орудий и пулеметов.

Повторное заселение континента проходило уже намного позже. За это время животный мир заново завоевал Африку, вернув себе древнюю Прародину. Бывшие города и поселки заросли лесами, были разрушены тропическими ливнями и ураганами, занесены песком. Люди заново пришли на жаркий континент и осваивали его уже с умом и расстановкой. В первую очередь они построили новые скоростные магистрали. Жилые поселения в Африке не были многочисленными, исключая только многолюдный Средиземноморский Анклав. Используя полученные от космических союзников технологии, люди начали понемногу изменять климат, превратив основную часть Сахары из пустыни в степи и лесополосы. Больше всего техники природоизменений трансформировали средиземноморское побережье, и работы еще продолжались: сажались леса, восстанавливались реки, создавались водохранилища. Со временем здесь будет самый густонаселенный анклав на Земле.

Сейчас же Алекс наблюдал за очередной лесополосой, только что мелькнувшей за большим окном Африканского экспресса, несущегося со скоростью древнего турбовинтового самолета. Их учебный взвод сел на него еще ночью. Отправная станция находилась на юге Сектора «Скандинавия». Проскочив за несколько часов датские проливы, Галльскую равнину и Пиренеи, они неслись все дальше и дальше на юг. Конечным пунктом их пути была наземная станция Экваториального Африканского лифта. Еще одного подарка межзвездных союзников. Эти огромные сооружения располагались узкой цепочкой по земному экваториальному поясу. Таково было условие их работы, находится на экваторе. Эти огромные подъемные механизмы для своей работы использовали колоссальной мощности гравитационные машины, вознося ежедневно на орбиту миллионы тонн груза.

А ведь как еще можно вести настоящую межзвездную торговлю и строительство космического флота? Десятки тысяч снующих туда-сюда челноков попросту уничтожат магнитные и прочие защитные поля планет, создадут огромные «озоновые» дыры, и попросту уничтожат атмосферу. Именно поэтому вокруг всех цивилизованных планет висел инженерный комплекс в виде пояса Орбитальных лифтов и перегрузочных станций, позволяющих перемещать с поверхности на орбиту и обратно миллионы людей, и соответственно огромное количество грузов. В противном случае вокруг планет находилось бы ограниченное количество станций, а строительство огромных звездолетов стало бы вообще очень проблематичным делом, и на межзвездной торговле и вовсе можно было поставить крест. Ведь переместить груз между звездами намного проще, чем опустить их на планету. Именно с такой проблемой, кстати, сталкивались вооруженные силы, снабжая свои войска на отсталых планетах. Им приходилось держать на орбитах тысячи грузовых челноков, и соответственно большое количество кораблей охранения. А это большая затрата ресурсов и возможные потери. Логистика войны диктовала свои условия.

Идеи создания подобных космических лифтов приходили в головы многих ученых еще до Спиральной эпохи человечества. Перед самой Великой Чумой инженеры уже проводили практические исследования, возможно прообраз такой махины человечество смогло бы создать и само. Но тут очень помогли первые межзвездные контакты. Одновременно с массовым освоением Луны на экваторе появились и первые Космические лифты. Один из них носил имя древнего ученого, обосновавшего их создание «Юрий Арцутанов».

Алекс пробудился от легкой электрической встряски, и стал массировать затекшие ноги. Подъем на орбитальном лифте происходил в специальных барокамерах и длился несколько часов. Поэтому на это время все пассажиры погружались в метасон и просыпались уже на верхней, геостационарной перегрузочной станции. Грузы же без людей поднимались несколько быстрее, с большими перегрузками.

— И это бойцы элитных войск? — сверху загромыхал знакомый голос сержанта Сопата — Карт, тебе может еще подать чашечку кофе?

— Не откажусь, сир, со сливками — попытался схохмить Алекс и сразу же словил хорошую затрещину.

— Пинка под зад получишь — прогрохотал сержант — быстро из камеры и строиться у выхода.

Через несколько минут взвод выстроился у люка капсулы. Там их уже нетерпеливо поджидали работники Орбитального лифта. У них было еще два приемных рейса до окончания смены, и поэтому они торопились избавиться от пассажиров и переставить капсулу на нижний канал.

Вскоре курсанты прошли станционный шлюз и очутились в ярко освещенном зале прибытия. Сила тяжести на станции присутствовала, но была заметно меньше, чем на Земле. Как и большинство землян, Карт уже бывал на орбите. Такие экскурсии входили в обязательный курс учебы старших классов. В огромном зале царило столпотворение, из шлюзов выходили очередные партии пассажиров, сразу же вливаясь в плотный поток людей, стоящих на движущихся эскалаторах. Мелькали яркие указатели, синие голографические информационные табло. Воздух был, как и везде во Внеземье, немножко спертый, хоть и сдобренный искусственным ароматом. Их отряд прошел немного вперед, и остановился у блестящей металлической колонны, уходящей в потолок огромного помещения. Сержант начал о чем-то оживленно разговаривать со служащим зала прибытия. Курсанты же с любопытством осматривались.

При всей кажущейся хаотичности, в броуновском движении зала прибытия наблюдался определенный порядок. Пассажиры четко делились на несколько категорий. Сразу выделялись работники Внеземья: это и обслуживающий персонал многочисленных околоземных станций, работающий там вахтами, и довольно таки многочисленный народ с Лунной республики, их можно было сразу выделить по тяжелой походке и врожденной бледности кожи. Попадались в зале и вахтовые бригады с дальних планет Солнечной системы, ведь не смотря на впечатляющую автоматизацию станций и горнодобывающих комбинатов, присутствие человека постоянно требовалось и там. Кстати, если ты изъявлял желание подписать контракт на такую работу, то служил в армии на два года меньше. Еще лет пять-шесть пахоты где-нибудь на Тритоне и можешь до конца своей жизни больше не работать. Правда, злые языки утверждали, что и сама жизнь в таком случае будет не очень долгой.

На фоне остальных пассажиров Станции достаточно резко выделялись небольшие группки в черной форме Космофлота. Перед ними все уважительно расступались, да и держались эти ребята с высоко поднятой головой. Но рейнджеры также не лыком были шиты, и Алекс успел перехватить весьма заинтересованный взгляд молодой красивой женщины с эмблемой Солнечной флотилии. На курсантов обращали внимания все проходящие мимо люди. Ведь они были одеты в полевую форму мобильной пехоты, с тактическим шлемами сверху, огромными баулами, и уже отточенной учебкой выправкой. Для полноты картины не хватало только боевого оружия.

Ну, а самыми шумными пассажирами, конечно же, являлись группы экскурсантов и учащихся. Те с любопытством крутили по сторонам свои головы, часто путались в коридорах, да и вообще создавали на ровном месте настоящую толкучку. Алекс заметил в шумной толпе даже несколько групп инопланетян, из союзников Федерации.

Наконец Сопат разобрался в указаниях местного начальства и быстро повел взвод вперед. Назад он даже не оглядывался, все-таки здесь находились уже не зеленые новички. Рейнджеры держались четко по группам, по вбитой привычке постоянно сканировали окружающее пространство, следили, чтобы никто из их отряда не отставал. Они уже были спаяны в единую команду и дружно шагнули на движущуюся ленту, а через пять минут двигались в длинном, хуже освещенном, сильно пошарпанном коридоре. Курсанты перешли в военную зону станции. Сержант кивнул в сторону пластиковых сидений и вошел в неприметную служебную дверь. Курсантов уговаривать долго не пришлось, бросив баулы на пол, они с гомоном и хохотом заняли сиденья. Алекс же подошел к округлому иллюминатору аварийного выхода. Отсюда открывался впечатляющий вид на блок-секции огромной Приемной станции. Земля находилась с другой стороны, а здесь виднелась только черная глубина открытого космоса, с многочисленными вкраплениями огоньков галактических созвездий. Некоторые из них скоро станут для него и его товарищей намного ближе.

Молодой человек с любопытством озирал освещенные ярким солнцем бочкообразные отсеки приемных боксов, ажурные сплетения переходов, круглые служебные отсеки, отростки многочисленных шлюзов, к которым то и дело подходили суборбитальные челноки. Чуть дальше ярким желтым пятном виднелась огромная штанга причала для больших кораблей. И сейчас там висело несколько межпланетников. Два безобразных с виду автомата-грузовика и один, похожий на замысловатое веретено, пассажирский лайнер. Алекс вытряхнул из баула тактический шлем, надел его, настроил, и через пару секунд рассматривал увеличенное изображение корабля. Шлюз красивого межпланетного лайнера украшала эмблема Юпиторианской горной компании «Крез».

— Не знал, что тебе нравятся космолеты — раздался рядом ироничный голос.

Алекс обернулся, над ним возвышался его закадычный друг норвежец, потом повернул голову обратно к иллюминатору.

— Может, ты не тот род войск выбрал — Ларсен все не унимался, иногда он был невыносимо ехиден. Нашумевшая в лагере пьянка с группой Робинсона еще долго была объектом для шуток неугомонного блондина.

— Ты, Олд, забываешь, что вскоре нам предстоит частенько болтаться в космосе вот на такого рода лоханках.

— Ну что есть, то есть — Ларсен помассировал квадратный подбородок — Странно, что сержант нас привел сюда. Лунный причал в другой стороне.

— Да? — Карт заинтересованно обернулся.

— Я здесь уже раз пять бывал — пояснил Ларсен — один с учебной экскурсией, два раза на практике, учился на техника по воздухоочистительной автоматике, и еще пару раз на Луну самостоятельно слетал.

— Туда-то зачем?

— Так, на турниры. Слышал о такой борьбе: лунное тэк-до?

— Краем уха. И как?

— Интересная штука. Тяжесть же на Луне меньше, приемы там совершенно другие. Я в первый раз приехал: такой важный, чемпион континента, крутой до невозможности, но провалился на втором же раунде — Олд засмеялся — на такой ерунде попался. Ты думаешь, зачем я в техники то записался? А чтобы при меньшей силе тяжести иметь возможность тренироваться. Тем более что здесь, на станции есть хорошие мастера тэк-до, они в местной полиции служат. Ну, сконтачился я с ними, многому здесь научился. Заодно и станцию подробно изучил. О, вот и сержант!

Сопат подошел к группе с каким-то маленьким человечком в черной форме космофлота. Тот торопливо махнул курсантам рукой и побежал по длинному, плохо освещенному коридору, время, от времени оглядываясь назад и крича, чтобы курсанты поторапливались. Метров через двести коридор повернул налево, и они оказались перед старым, уже хорошо поюзанным шлюзом.

Сержант встал сбоку и контролировал посадку на челнок. Курсанты проходили через сочленения шлюза и оказывались в небольшом по объему помещении суборбитального извозчика. Человечек в черном, отчаянно жестикулируя, указывал на какое именно место каждому садиться. Челнок являлся грузопассажирским судном, поэтому в открытую дверь заднего отсека виднелась груда больших герметичных тюков. Мест в челноке было много, но космолетчик руководствовался какими-то своими соображениями при выборе места для пассажиров. Он сокрушенно вздыхал, когда к нему из шлюза вываливались здоровенные лбы рейнджеры, комично хватался за голову и что-то жалобно причитал. Видимо у флотского были проблемы с перегрузкой челнока. При виде Дуба и Петрова он вообще чуть в обморок не упал, а вот небольшой по росту и весу Карт явно пришелся ему по душе, и он посадил курсанта сразу за кабиной пилота, рядом с небольшим иллюминатором, коих в челноке насчитывалось только четыре штуки. Ну не нужны окна в космосе, расстояния здесь огромные, реального смысла в визуальном наблюдении нет. А эти иллюминаторы были оставлены для аварийных ситуаций. Наконец посадка закончилась, человечек исчез в кабине, вскоре послышался мерный гул двигателя, заскрипел сочленениями отсоединяемый шлюз, где-то в суденышке громко зачавкало, затем загудело, шипел воздух.

Алекс с любопытством наблюдал в иллюминатор, как длинный шланг манипулятора мягко разворачивал небольшой челнок, а вот и он отсоединился, чуть слышно заработали маневровые движки. Громада станции начала удаляться, поначалу медленно и плавно, затем вступил в дело основной маршевый двигатель, и люди ощутили небольшую перегрузку, а приемная станция Африка-5 стремительно унеслась назад. «Вот это скорость»- подумалось Алексу. Он оглянулся, товарищи по учебе подстраивали под себя удобные кресла, собираясь, не мудрствуя лукаво, дать храпака. «Солдат спит, служба идет» — пришедшая из глубины веков древняя мудрость была актуальна и сейчас. Карт еще некоторое время смотрел на находящуюся чуть ниже плоскости полета земную поверхность, но они стремительно уходили на темную сторону планеты, и смотреть там было уже не на что. В этот момент дверца в кабину пилотов неожиданно приоткрылась и оттуда вышла, кто бы мог подумать! Это была та самая блондинка с Солнечной флотилии, которую он мельком видел в зале прилета. Она явно растерялась, увидев его, а Алекс сумел достаточно быстро оценить прелести ее фигуры в обтягивающем пилотном костюме, затем расцвел той самой улыбкой, на которую ему уже не раз приходилось ловить множество представительниц женской половины человечества.

— Добрый день, миледи. Не ожидал увидеть такую обворожительную космолетчицу на борту этого странного летающего корыта.

Блондинка отошла от растерянности и строго ответила — Вообще-то я командир этого…» корыта».

— О! Извиняюсь. Могу я предложить командиру свою помощь? — продолжал нагличать курсант.

— А, пожалуй, да — женщина посмотрела на Алекса с интересом — Мне нужно пройти в грузовой отсек, посмотреть все ли там в порядке. Мужская сила мне не помешает.

Алекс только хмыкнул на двусмысленное предложение и пошел вслед красавице. Сзади она смотрелась тоже хорошо, даже можно сказать, очень хорошо! Они прошли мимо спящих курсантов, зайдя в багажный отсек, и лавируя между большими тюками и ящиками. В задней части челнока, как, оказалось, находился еще один отсек, закрытый. Космолетчица нажала на кнопку наплечного коммутатора и дверь в грузовой отсек уехала в сторону. Зажегся неяркий свет, осветив стандартные контейнеры, расставленные вдоль стенок узкого помещения. Гул двигателя в этом месте стал заметно громче. Главный движок, похоже, находился сразу за переборкой. Пилот зашла внутрь и позвала жестом за собой курсанта. Алекс с любопытством осматривал внутренности отсека. Челнок был земного производства: угловатость, утилитарность, практичность, явно чувствуется земной стиль.

— Элен Мирош, капитан этой старой посудины — блондинка представилась, одновременно закрыв дверь в отсек. Затем она достала планшет и стала сверять номера контейнеров.

— Алекс Карт, курсант…

— Штурмовиков мобильной пехоты — Элен продолжила сама.

— Откуда ты…

— Милый юноша, если вы летите на эту базу, то, значит, явно не из обычного подразделения.

— Однако ты не похожа на обычного извозчика — Алекс с большим интересом взглянул на подтянутую космолетчицу. Она как раз в этот момент нагнулась к нижнему контейнеру, и облегающая форма четко обрисовала крепкие мускулистые ягодицы молодой женщины — А что ты делаешь?

— Я? Проверяю, не взяли ли мы лишнего веса. У нас маневровый левый барахлит, поэтому Энрико немного нервничает.

— Немного? — хмыкнул Алекс, подойдя к Элен поближе — Скомандовала бы ему, ать-два! Ты же командир.

— Чем тут командовать? — женщина усмехнулась, не отодвигаясь от подошедшего вплотную курсанта — Было время, я пилотировала лоханки и больше этой.

— Да? — Алекс встал вплотную к женщине и положил руки на талию.

— Много вопросов, курсант. Это допрос? — голос женщины стал немного хриплым.

— Да, с весьма изощренными пытками — юноша сжал правой рукой ягодицу, переместив левую на выпуклую грудь космолетчицы. Та потихоньку начала поддаваться умелым мужским ласкам, и больше они не разговаривали.

Через пятнадцать минут пара уже одевалась. Элен собирая заново в пучок гриву своих светлых коротких волос, ехидно посматривала на раскрасневшееся лицо Алекса. Верхняя часть комбинезона еще не была застегнута, открывая взору юноши красивую подтянутую грудь.

— А ты ведь был любимчиком у женщин?

— Ну, как-то не жаловался — Алекс с трудом натянул ботинки, присесть было некуда — А ты тоже красивая, даже очень красивая для космолетчицы. Зачем ты в космосе?

Элен странно посмотрела на молодого человека и тихо спросила — У тебя была любовь? Настоящая любовь, не обычная интрижка, а так, чтобы сердце улетало в небеса, и не возвращалось?

Курсант пришел в замешательство от вопроса в лоб и молчал.

— Значит, не было еще — утвердила вердикт Элен — а вот у меня она была, и у меня есть цель, чтобы ее снова вернуть.

— Он воюет? — догадался Алекс.

— Много вопросов, курсант, одевайся, выходим — женщина сузила глаза и подошла к двери отсека.

У входа в пассажирское отделение их уже ждал Сопат.

— Извините, сержант, мне понадобилась помощь вашего курсанта. Спасибо за понимание — Сопат что-то попытался ответить, но пилот его опередила — Вы так сладко спали, сержант, не хотелось вас беспокоить.

Заместитель командира отряда сразу же пошел пунцовыми пятнами, то ли от слов Элен, то ли от ее ослепительной улыбки, но отступил в сторону и дальше помалкивал. Алекс же добрался до своего кресла и провалился в приятный, освежающий сон, который прервали буквально через пару часов. В отсеке раздалась короткая сирена, и в сети появился мягкий голос Элен — Приготовиться к причаливанию, застегнуть ремни безопасности.

После стыковки курсантов припахали на разгрузку. Если из грузового отсека стандартные контейнеры выгружались автоматически, по специальному транспортеру, то с разнообразными тюками и ящиками багажного отделения возиться пришлось вручную. В один из моментов Карт почувствовал, как чья-то крепкая рука подтолкнула его в сторону рабочей каморки. Напротив своего лица он увидел светлые глаза Элен.

— Пожалуйста, запомни, это важно. Виктор Кранц, его зовут Виктор Кранц. Он похож на тебя как родной брат. Если ты где-нибудь встретишь его в глубинах этого проклятого Космоса, то скажи, что я его помню и люблю. Ты сделаешь это для меня?

Глаза молодой женщины стали влажными, а в голосе сквозила такая горечь и отчаяние, что Алекс только судорожно взглотнул, в горле образовал комок.

— Обещай мне — судорожно зашептала женщина.

— Обещаю — курсант смотрел на нее печально, обычная интрижка вдруг превратилась во что-то непонятное и серьезное. И лишние вопросы здесь были ни к чему.

— Он пилот дальней разведки, больше о нем тебе лучше не знать — поцеловав опешившего Алекса, она выскользнула в багажный отсек.

На выходе из шлюза Карта крепко хлопнул по плечу его друг Ларсен — Ну ты и бродяга, когда и успел такую кралю охмурить? И как она? — смешливый Олд, взглянув на лицо товарища, резко осекся — Что-то случилось, Алекс?

— Да. Но рассказать не смогу, все так сложно бывает иногда в этой жизни.

— Понятно — Ларсен еще раз взглянул на друга и чуть отстал. Бывают времена, когда человеку лучше побыть одному.

Станция, на которую они прибыли, производила странное впечатление. Редко горевшие лампы, длинные, покрытые пылью коридоры, старинные светящиеся указатели. Курсанты с интересом крутили головами, похоже, никто из них еще не бывал в подобных местах. А станция была явно военная и немного заброшенная.

Наконец человек в форме флотского старшины довел их до кубрика. Свет здесь горел уже яркий, и явно недавно был произведен ремонт. Разрухи и грязи не наблюдалось, но те же койки можно было смело отправить в какой-нибудь музей древностей. Курсанты стали сразу же занимать места и обустраиваться. Сопат куда-то исчез, но они уже не были зелеными новичками, могли обойтись и без лишних команд.

— Старшина — Ларсен обратился к флотскому — а что у вас воздух такой не свежий, и дерьмом попахивает?

— Ты не на Земле, салага. Космос, он всегда плохо пахнет — огрызнулся старшина, но потом примирительно добавил — Да есть тут проблемы, только вот чинить некому.

— Да? А я как раз до армии техником по воздухоочистке практиковался.

Флотский заинтересованно посмотрел на норвежца

— У нас порядки такие, ты предложил ты и..

— Да понял, я понял — хмыкнул Ларсен — у нас также. Давай, показывай, что у вас там.

Норвежец вернулся через полчаса, повозился немного с пультом управления, и в кубрике стало ощутимо свежей. Даже какой-то приятный привкус в атмосфере проявился.

— Ничего, парни — обернулся Олд — что я запах тайги поставил?

— Ништяк — русским словечком одобрил его действия Иван Дуб. Он с интересом изучал надписи какого-то встроенного шкафчика — Парни, а этой станции хренова туча лет. Тут русский шрифт, но какой то древний. Времен Великой Деформации, да и дубляж идет на общескандинавском. Ларсен, сможешь прочесть?

Олд подошел к русскому товарищу и внимательно всмотрелся в надпись — Нет, я норвежский то толком не знаю, а этот язык вообще использовать перестали лет двести назад. Это вы, русские, за традиции держитесь, а Европа сразу же на общий европейский перешла, а позже на Интер.

— Значит этой штуке лет под триста. То-то она такая запущенная, но все же крепко наши предки строили, летает еще.

Норвежец прилег на кушетку и вытянул свои длинные ноги — Я тут пока кассеты менял, с флотским перебросился парой слов. Это оказывается секретная база, сейчас тут что-то вроде учебки. Жилой только этот блок, и народу здесь, на станции, немного, и скоро нам пожрать дадут. Они сменами питаются, столовка маленькая.

— Пожрать это правильно — Петров многозначительно погладил рукой по животу. Все засмеялись, аппетит этого гиганта был известен всей базе Тромсе.

И в самом деле, вскоре их провели в маленькую комнату с небольшой раздаточной лентой и одним большим, на всю длину столовой столом. Выбор блюд был невелик, что-то рыбное, как бы мясное и три напитка. После нажатия на кнопку из отверстия вылезала одноразовая тарелка и на нее из крана плюхалась какая-то невзрачная на вид мешанина. Напиток выдавался в стакане-непроливайке. Алекс уныло посмотрел на серо-зеленую питательную массу, понюхал стакан и оглянулся. Остальным, похоже, также местная жрачка не глянулась.

— Ну что застыли, это вам не ресторан на Палм-бич! Тут Космос, еда на деревьях не растет, рацион питательный и организму полезный. На все про все у вас пятнадцать минут, очищенную посуду бросаем в тот зеленый контейнер — около раздачи возвышался здоровенный темнокожий капрал с нашивками сверхсрочника.

Делать нечего, все дружно взялись за ложки. В столовой стало тихо.

— Парни, вот эту штуку добавляйте, тогда вполне съедобно будет — раздался голос длинного и худого Эрика Бейкера. В руках он держал какую-то красную тубу. Такие разноцветные штучки стояли в специальных углублениях стола. Курсанты стали осторожно добавлять их содержимое в питательную массу, еда и в самом деле становилась вкуснее. Сидеть было не очень удобно, табуретки оказались привинчены к полу. Здесь, на базе, вообще ничего просто так не стояло и не валялось. Сказывалось флотское присутствие, ведь звездолеты могли попасть и в гравитационные вихри, а то и под обстрел противника. И летающие по отсекам предметы могли запросто причинить ущерб, как кораблю, так и экипажу.

После ужина курсантов встретил Сопат и провел в небольшой светлый зал. Перед построившимся отрядом появился усатый капитан в форме космического десанта. Он был невысокого роста, но его руки, торчавшие из коротких рукавов флотской рубашки, казалось, состояли из одних выпуклых узловатых мускулов.

— Доброго вечера, курсанты. Меня зовут Эрнесто Гевара, пятый экипаж первой флотилии космодесанта — представился черноволосый крепыш — Не буду ходить далеко и около. Вы находитесь на закрытой военной базе «Эшелон-5». Она была простроена 285 лет назад, как элемент защитного пояса планеты. В настоящее время станция используется в качестве учебной базы Космофлота. Не удивляйтесь, что попали сюда. Из всех родов войск, по своим боевым задачам, штурмовые подразделения рейнджеров наиболее близки к нашим космодесантникам. На поле боя мы часто сталкиваемся вместе, поэтому и элементы подготовки у нас зачастую общие. Ближайшие два месяца вы проведете на этой базе, и я буду руководить вашей подготовкой. Вы изучите методы и снаряжение, необходимые для военных действий в космическом пространстве, высадке на околопланетные объекты и малые планеты. Вы уже не зеленые салаги, таких здесь не бывает, и значит, учеба будет проходить плодотворно. Есть вопросы?

За всех спросил Карт — А Луна?

Капитан улыбнулся — Хороший вопрос, курсант. Луна тоже будет, но высадитесь вы там очень оригинальным способом, и это будет вашим экзаменом. Только сразу скажу, живым его заканчивают не все.

После этих неожиданных слов курсанты сразу прониклись серьезностью момента. В следующие полчаса капитан Гевара представил инструкторов и обрисовал расписание ближайших занятий.

В этот вечер, без солнца и заката, курсанты засыпали не сразу. Они обменивались впечатлениями и делились мыслями. Алекс же лежал молча, странные мысли бродили сейчас в его голове. Он все никак не мог забыть одну картинку. Ее показала на коммуникаторе перед прощальным поцелуем Элен. Это была фотография ее возлюбленного, разведчика, ради которого она болталась на околоземной орбите, ожидая, когда с нее снимут взыскание, и космолетчица сможет снова уйти в глубокий космос. Эту информацию для своего друга выведал Ларсен. Пока он ходил на склад и искал там нужные очистные кассеты, смог кое-что выведать у местного капрала. Оказывается эта женщина-пилот была очень популярна на этой затерянной базе.

Но самое важное и непонятное, что на этой мимоходом виденной картинке был изображен молодой парень в летной форме, как две капли воды похожий на Алекса. Такой же светловолосый молодой человек с высоким лбом и смешливыми глазами. Только лицо чуть вытянутее, и губы сомкнуты строго, а не растянуты в постоянной полуулыбке. И кто он такой, было теперь очень интересно узнать и Алексу Карту.

355 день

Околоземное пространство. Тромсе 5

В ушах будто заложило ватой, такая в них стояла гулкая тишина, слышалось только собственное дыхание и мерное шуршание приборов. Алексу вдруг вспомнились многочисленные кинобоевики, в которых космическое пространство плавало в какофонии звуков, звездолеты неслись с оглушительным грохотом, герои фильмов пели бравые песни в эфире, а орудийная канонада звездных фрегатов буквально закладывала уши. В реальности дело обстояло несколько по-другому. В маленькой десантной капсуле после выключения маневровых движков стало тихо как в склепе. Да и откуда звукам взяться в космическом пространстве? Даже на боевых космических кораблях в наше время относительно тихо. Современная техника ведь может работать практически беззвучно, да и военные люди не привыкли шуметь просто так. Другое дело гражданский пассажирский рейдер, там просто масса всевозможных звуков.

Последние два месяца прошли вообще очень напряженно для молодого рекрута. Занятия проводились с самого утра и до позднего вечера, если можно было так назвать течение суток по абсолютному времени. Но курсанты не жаловались, их тренированные организмы вполне справлялись с колоссальными нагрузками. Ведь сюда отбирали лучших из лучших, и парни старались оправдать доверие. Они уже поняли, что именно на эту базу попадают очень немногие. И знания, передаваемые здесь, очень им потом пригодятся в жизни. И они с удвоенным рвением осваивали специальную технику для работы в открытом пространстве, для высадок на астероидах или боевых кораблях противника. Молодые бойцы кропотливо изучали особенности тактики боевых действий в безвоздушном пространстве или тесных помещениях звездолетов. В качестве полигона использовались многочисленные заброшенные помещения самой станции «Эшелон»5. Во многих из них воздух отсутствовал, стояли самые настоящие боевые системы, сдублированные с учебными. После множества прошедших там тренировок техники станции с ворчанием и руганью ремонтировали искореженные дроны и автоматы защиты. Проводились учебные занятия и снаружи базы, например, десантирования на поверхность. Ведь методы десанта во многом схожие, что попасть на небольшой челнок, что на основательный астероид. Только вычисления траекторий разные.

Были у курсантов и первые жертвы. Один из парней, Нил Томпсон, случайно попал под струю огнемета, и теперь лежал в госпитале, на околоземной военной станции. Продолжить учебу он сможет не скоро. Еще у пары парней были незначительные травмы, и их отправили обратно на Тромсе, позже они получат обычный диплом рейнджера. А вот Сергею Юркину не повезло больше всех. При десантировании на станционный блок он перепутал задний движок с передним, и со всего размаху шмякнулся на искореженные прошлыми учениями конструкции. Крепкий костюм космодесантника не выдержал, давление начало стремительно падать. Если бы не спасательный бот, то пришла бы парню полная хана. Но и теперь, после госпиталя, он останется инвалидом, декомпрессия штука такая, паршивая. На лекции курсантам показали заснятый на камеры материал, где у Сереги глаза вылезали из орбит, и язык пузырился, такая пена обильная шла, чуть легкие не выплюнул. Ролик специально продемонстрировали в назидательном смысле, проняло тогда основательно всех курсантов, и готовиться к тренировкам стали еще упорнее.

А в настоящий момент у их отряда проходил достаточно жесткий экзамен: десантирование на большую планету в космодесантном индивидуальном модуле. И в качестве этой планеты выступала Луна, не обманул их тогда капитан. В назначенное время, на темной стороне Луны десантный шаттл Космофлота по очереди выплюнул вереницу капсул. На несколько секунд включились одновременно маневровые двигатели челнока и десантных модулей. Это чтобы потенциальный противник не засек вовремя излишней тепловой активности на орбите. Капсула получила толчок и начала полого приближаться к поверхности планеты. Основные же действия по торможению следовало сделать над самой поверхностью. Такой метод десантирования являлся очень опасным, ошибиться в расчетах было нельзя, не оставалось и лишнего времени на маневры. В этом и проявлялось отличие обычного десантирования от космодесантного. Переложить всю процедуру на автоматику также было невозможно, слишком много погрешностей, здесь быстрый мозг человека оказывался вне конкуренции.

Карт еще раз посмотрел на исходные данные, они постоянно менялись, капсула приближалась к терминатору, где кромешная тьма уступала место безумно яркому свечению лунной поверхности. Он заранее установил защитные фильтры на необходимые значения, и прикинул по скорости спуска, когда окажется на освещенной стороне Луны. Где-то там надо будет начинать маневрировать. Алекс вдруг взмок от нашедшего на него ужаса, в голове мелькнула картинка разбитой капсулы, высохшего в вакууме розового куска мяса, бывшего некогда человеком. «Нет, так нельзя, соберись, бродяга. Не из таких ситуаций выбирались. Мне-то проще, чем товарищам».

И в самом деле, он вспомнил о своих новоприобретенных друзьях, они точно меньше его соображали в полетах. Сразу стало стыдно, голова курсанта начала лихорадочно работать, а руки действовать. Вернее сказать кончики пальцев, руки же находились в специальном скелетонизированном корсете, как, впрочем, и остальные части тела. Ведь этот типа капсулы приземлялся достаточно жестко. А на кончики пальцев десантника прикреплялись сенсоры, поэтому автоматика капсулы достаточно четко реагировала на движения десантника.

«Так, Рубикон прошли. Вот и новые данные, температура на поверхности, температура окружающего пространства. Угол наклона, осевое вращение, величина местного гравитационного потока, воздействие ионных частиц, давление солнечного ветра» — все сложилось в единую мозаику, как детские цветные пазлы. Алекс дал четкое задание двигателям, послышалось еле заметное шипение. Датчик показателей уровня топлива резко пошел вниз — «Стоп! Цифра требуемой скорости сравнялась с реальной. Получилось! Ждем…»

Поверхность луны стремительно приближалась. Яркая до невозможности, с черными провалами кратеров, каких то рытвин или каналов, с множеством огромных валунов и камней на поверхности. В этом квадрате лунного ландшафта не наблюдалось больших цирков и каньонов, но создавалось впечатление, что тут находится огромная заброшенная стройплощадка, вся изрытая и искромсанная неведомыми инженерами Космоса. Последний штрих, и выжав топливо досуха, Карт, выровнял и стабилизировал капсулу, а через минуту со скрежетом грохнулся на планету.

«Ой, что это было?! Мне все — Конец!? Нет, воздух есть, система работает нормально. Где это я?» Большое табло показало место приземления, вернее прилунения. Чуть дальше от необходимой точки, около стандартного земного километра. «Вполне нормально. Надо выбираться. Где эта чертова кнопка?»

Кнопку необходимо было нажать носом, вот такие конструкторы-садисты попались космодесантникам. Покрутив головой, Алекс, наконец, увидел зеленую выпуклую кнопку и стукнул ее носом. Руки и ноги сразу же освободились от захватов защитного каркаса. С большим трудом он развернулся в капсюле и оказался перед открытым люком планетарного десантного костюма.

«Так, вперед ногами. Ныряем, выпрямляемся. О, черт, как тесно!»

Наконец Карту удалось разместиться в костюме, включить его управление и проверить работоспособность. «Все нормально, можно двигать». Раздалось невнятное шипение, задний люк капсулы отошел в сторону, Алекс же неуклюже выдвинулся вперед. Поначалу от малой силы тяжести на планете он запрыгал, как кенгуру, но быстро вспомнил прошедшие тренировки на базе, и подобрал необходимые усилия для ходьбы. Карт оглянулся на десантную капсулу, та лежала на поверхности чуть в наклоне, почти сливаясь с окружающей местностью. Ее поверхность являлась мимикрирующей, полезное свойство для высадок на различных планетах. Еще один кусок камня на безлюдной поверхности Луны.

Двигаться было легко, он задал нужный темп, и экзоскелет костюма понес его в нужном направлении. Дорога заняла полчаса, быстрее никак не получалось. Приходилось то и дело огибать нагромождения камней и окружающие небольшие холмы, каменистые осыпи. Прыгать же высоко вверх он не решался, можно было повредить костюм, и задание тогда было бы провалено. Нет уж, слишком близок он к цели.

Еще на подходе к станции космофлота, курсант заметил несколько скачущих по поверхности фигурок. Значит, не только для него высадка прошла удачно. Настроение сразу же поднялось, и он ускорил шаг, запрыгав гигантскими шагами. И чуть за это не поплатился, чудом не рухнув в огромную расселину, чернеющую внизу кромешным мраком, Алекс вовремя тормознул перед ней и заложил основательный крюк. Теперь надо налаживать связь с базой. Карт опознался и получил от дежурного команду прибыть к пятому шлюзу, на табло сразу же проявился абрис маршрута. Через несколько минут он догнал кого-то в десантном костюме и хлопнул товарища по плечу. Это оказался сам Ларсен, они неуклюже попытались обняться, а потом двинулись к неприметным воротам с большим номером 5.

Станция находилась внутри большого скального массива. На поверхности можно было заметить только ажурные конструкции древних антенн, да время от времени курсанты примечали по дороге встроенные охранные датчики. При их приближении ворота шлюза пошли в сторону, и они зашли внутрь. В следующем отсеке их облучили, сдули сжатым воздухом пыль с костюмов, и вот, наконец, курсанты смогли войти в жилые помещения, где их уже ждали техники космофлота. Это были взрослые мужики с нашивками сверхсрочной службы. Они очень доброжелательно отнеслись к молодым рекрутам, помогли снять костюмы, поменять совершенно мокрое от пота термобелье. Техники одобрительно похлопали курсантов по плечу, похоже, что десантирование в капсуле считалось жестким, но достаточно престижным для космолетчиков испытанием. Только друзья чуть перевели дух, как в камеру вошел взмыленный Ваня Дуб. Русский гигант тяжело дышал, лицо раскраснелось, на лбу проступили капли пота.

— Твою дивизию, что это было?! Е… мать кот… — витиевато выругался парень. Часть его ругательств Алекс понимал уже без перевода, он и сам мог ввернуть несколько крепких словечек из этого древнего языка. Чем несказанно удивлял механиков ангара.

— Что, сибирский медведь? — Ларсен тут же не упустил возможности подколоть товарища — Не по нутру на Луну сигать с голой задницей?

— Да не говори, я е… такие г. е высадки. Ну, его нафиг! — Иван вытер потное лицо маленькой салфеткой и присел рядом на скамью — А вы, парни, первые?

— Похоже на то — ответил Карт.

— Молодцы — Дуб вытянул ноги — фу, как было страшно, думал, обосрусь, хорошо в этом гребаном костюме хоть помочиться можно спокойно. Там, кстати, после меня еще двое в шлюз ввалились. Так что наши парни подтягиваются потихоньку.

— Хоть у всех прилунение штатно прошло? — Карт обеспокоено взглянул на двух товарищей.

— А? — непонимающе обернулся Иван.

— Пока нормально — Олд прислушался к шумам на базе: где-то рядом работали моторы вентиляторов, в старых ржавых трубах слышался какой-то шорох, иногда звучал гул голосов проходящих мимо людей. База была очень старой и, даже можно сказать, сильно поюзанной — Если бы что-то пошло не так, думаю, здесь можно было услышать больше шума. Аварийные команды спешили бы на выход, медики суетились, сирены ревели.

— Точно — Дуб кивнул головой — мужики на входе спокойны, как удавы. Даже так, с уважением глянули на меня, хотя на новичков они никак не похожи.

— Еще бы — норвежец усмехнулся — вы, что не в курсе, что мы сейчас совершили?

— Не.

— Такие десантирования давно официально запрещены. Мы с вами потенциальные самоубийцы, группа сумасшедших рейнджеров.

— Это как? — Дуб непонимающе посмотрел на Ларсена.

— Да я тут еще на Эшелоне этот вопрос провентилировал. Оказывается наш кэп с Тромсе имеет прямой выход на чуваков с Космофлота. Видать, они с Геварой какими-то делами крутыми мутят, поэтому командование на их всяческие финты глаза закрывает.

— Фига себе… — протянул по-русски Иван — Это что, мы как подопытные собачки что ли?

— Да нет, просто армии нужны спецы и по таким вот высадкам. Как я понял: те, кто прошел это испытание, могут потом проситься в любой батальон. Это как знак, что у нас яйца железные, и мозги быстрые.

Дуб покряхтел, удобно устраиваясь на пластиковой скамейке — Нет, я б… как будто не знал, что у меня яйца стальные. Козлы космофлотские, с них станет.

— А про яйца, это тебе что, подружки рассказали, ты ими синяки оставлял на их задницах? — Олд сделал большие глаза, а Иван зло засопел. Ларсен любил шутить на грани фола, но в этот взрывоопасный момент в камеру открылась дверь, и Дуб закричал, вставая — Васька!

Вошли Василий Петров и Дик Андерсон, следом уже протискивался Юрий Новицкий, техник их отделения, на его худом лице сияла яркая улыбка — Парни! Как я рад вас видеть! Мне эта высадка, чувствую, будет долго икаться. Моя капсула так сильно шмякнулась, что пришлось задний люк вырезать.

— Это чем это? — удивился Алекс.

— Так там, в капсуле, в левом рундучке ремнабор, и плазменный резак даже есть, и силовая фомка. А ты не знал что ли?

— Не — сконфуженно произнес Карт. Он слишком увлекся пилотажными способностями капсулы, и, похоже, не заметил такую вот важную деталь.

Через десять минут к ним присоединились еще трое курсантов, сразу стало заметно веселее. Все наперебой спешили рассказать свои приключения на этой планете. А затем в камеру просунулась рыжеволосая голова молодой женщины — Мальчики, а вы чего тут сидите? Там вас чай с пирогами дожидается.

«Мальчики» не заставили себя ждать и дружно ломанулись вслед за молодой и симпатичной сотрудницей пищевого блока базы. В небольшой и уютной столовой они и в самом деле сели за столы с нормальными, не привинченными стульями, и с большим удовольствием пили настоящий южный черный чай. На столе находились большие подносы со свежеиспеченными пирогами. Через разные интервалы времени к ним присоединялись все новые и новые курсанты, приходящие на базу с различных точек высадок.

Через полтора часа курсанты базы Тромсе построились в узком, ярко освещенном коридоре. На его стенах каким-то причудливым способом были нанесены картины, изображающие древние исторические сражения. Выглядело это все достаточно помпезно. Перед строем вышел сам капитан Гевара и невысокий флотский офицер в чине второго командора.

— Я командор Кэмерон, начальник этой учебной базы космофлота. И я рад приветствовать всех вас в расположении своей части. Вы прошли сейчас через великое испытание, и я искренне преклоняюсь перед вашим умением и мужеством. Только лучшие бойцы проходят этот древний, суровый и жестокий экзамен. И мне вдвойне приятно, что все бойцы вашей команды удачно прилунились, и без приключений самостоятельно добрались сюда. Поэтому вы можете в полной мере воспользоваться нашим флотским гостеприимством, и отдохнуть пару дней на нашей базе. Она хоть и старинная, но просторная и удобная. Капитан.

— Парни — Гевара сиял как начищенный чайник — для меня честь, что вы первая команда из моих учеников, кто без потерь и проблем произвела лунное десантирование. Поэтому в качестве поощрения я принимаю щедрое предложение командора, и у вас будет целых два дня отпуска.

Курсанты радостно зашумели, но капитан поднял руку, и все сразу смолкли. Что такое порядок и дисциплина, они уже четко знали. Гевара с довольным лицом посмотрел на отряд и продолжил — А сейчас командор, как командир базы космофлота, вручит вам почетный знак аварийного десантирования — серебряный парашют.

Курсанты еще больше прониклись вниманием, многие только краем уха слышали о «парашютах». Это был очень престижный значок, и получение такого еще в учебке дорогого стоило. Поэтому вручение почетных знаков прошло очень торжественно. Они по очереди выходили к командиру базы, и на лацкан летного комбеза вешался маленький круглый значок. Курсант выкрикивал «Служу Федерации!» и возвращался на место.

Их команде местный персонал выделил просторные кубрики, каждый по четыре койки. После тесноты и убожества «Эшелона» это был поистине райский уголок. Вода в душе отпускалась без меры, воздух был намного более чистый. Да и вообще эта база оказалась очень просторной и удобной. Как выяснилось позже, здесь в первое столетие Галактической эры находился командный пункт Солнечной флотилии. И вот теперь простые курсанты могли временно воспользоваться роскошью здешних апартаментов, предназначенных некогда командованию флота.

На следующей день они нежились в великолепной русской бане, купались и кувыркались в настоящем большом бассейне, воспользовались местной массажной комнатой, ели и пили от пуза. Оттягивались, одним словом. Единственно, что приходилось отдыхать совершенно без алкоголя. Тонкие подкаты к обслуживающему персоналу так ничего и не принесли, на базе был железный «сухой закон». Такой вот был пунктик у командора Кэмэрона. Самые шустрые из рейнджеров успели завести шашни с девушками из обслуживающего персонала. База была желтого уровня, и военных на ней служило достаточно немного, в основном работал гражданский персонал. Неплохой шанс для молодой девушки сделать карьеру в космофлоте, чем они и успешно пользовались. А группа новых, молодых, здоровых и веселых парней сильно оживила местную жизнь. Поэтому по вечерам в кубриках было очень весело, слышался девичий смех, шутки, веселые песни под гитару и гэтру, это такой струнный инструмент с планеты Интариан. Ночью к этим звукам добавлялись вздохи и тихие стоны, хорошо хоть койки под курсантами оказались достаточно крепкими.

Молодость она везде молодость, руководство базы это обстоятельство понимало и давало возможность курсантам «спустить пар».

388 день

Полуостров Индокитай. Тромсе 6

— Карт, черт возьми! Ты куда нас привел? Там внизу огромная яма, кишащая змеями и прочими уродами! — командир первого отделения Роберт Плант выглядел реально взбешенным, его тактический шлем съехал в сторону, покрасневшее лицо было мокрым от пота и постоянно моросящего в этой проклятой местности дождя.

— Сейчас проверю — пробурчал Алекс и полез в карман разгрузки за свернутым куском пластика. Тактический планшет давно сдох в этом сумасшедшем климате. По шлему тихонько стукали капли, падающие с ветвей огромного дерева. Было очень сыро, даже тактический костюм и специальное белье не спасали от этой вездесущей влажности.

Три дня назад их взвод вступил в первый этап Последних испытаний, итогового экзамена их учебы. Больше года назад они переступили порог призывных пунктов, а вот теперь уже почти готовые солдаты. В этих целеустремленных, подготовленных воинах было совершенно не узнать тех расхлябанных и эгоистичных юнцов, каковыми они были ранее. Земная Федерация за три столетия постоянных войн выработала самую эффективную систему подготовки звездных воинов, лучших в этой части Галактики. Теперь они все были крепкой командой, слаженной в единый механизм, где каждый знал свое место, и готов был всегда протянуть руку помощи своему товарищу. Где каждый знал, что в случае беды его не бросят, что за ним стоит огромная армия Федерации, боевое товарищество и технологическая мощь всего Спирального Союза.

Поэтому в один из тихих вечеров отряд В погрузился на орбитальный дисколет, и уже через пять часов пятиместные десантные капсулы совершили мягкую посадку на незнакомой местности. Здесь было темно и сыро, моросил мелкий дождик. Заученными движениями курсанты покинули капсулу, затем включили общую тактическую связь. В наушниках раздался голос сержанта Сопата «Все ко мне». Ориентируясь на отметку в тактическом планшете, отряд в течение нескольких минут собрался целиком в точке сбора.

— Слушайте вводную, парни — сержант начал говорить хриплым голосом — командование отряда погибло при высадке, поэтому командует командир первого отделения. Данные у него на планшете. Я в течение рейда буду простым наблюдателем. Все понятно?

Через пару минут командиры отделений и водители собрались в кружок для совещания. Остальные же бойцы действовали по обычному протоколу высадки. То есть специалисты ПВО и технической разведки развернули свою аппаратуру, спецы тяжелого вооружения также подготавливали технику к бою, заряжали картриджи, проверяли уровень зарядки батарей. Стрелки первого отделения занялись охраной периметра, второе отделение провело ближнюю разведку на триста метров в каждую сторону, третье находилось в резерве. Все бойцы знали свое место в отряде.

— Ну что, братцы кролики — Плант улыбнулся во все 33 зуба — вот какое хреновое заданьице нам нарисовало наше гребаное командование.

— Ты это, боец, не забывайся — вмешался в разговор, опешивший от наглости своего ученика, Сопат — Я то все еще тут.

— Короче — командир первого развернул большой тактический планшет, укрыв его от дождя накидкой — вот наша точка высадки. Спасибо пилотам той круглой лоханки, высадили нас предельно точно. А вот здесь типа передовая база пришельцев — Плант явно ерничал, блудливо улыбаясь глазами — напрямую туда не пройти. Тут и тут высокие горы, а здесь быстрая горная река. И везде, везде вот этот гребаный тропический лес. Кто-нибудь знает, где мы находимся?

— Похоже на юго-восточную Азию — ответил за всех Карт.

— Откуда такие домыслы? — криво ухмыльнулся в ответ Плант. Они оба недолюбливали друг друга. Плант считался лучшим бойцом отряда, буквально образцовый отличник боевой и моральной подготовки, поэтому его и выдвинули первым комотда. Карт всегда недолюбливал подобных выскочек. А Планту не нравился своевольный водитель второго отделения, получавший слишком много, на его взгляд, славы.

— На это указывает характер окружающих нас джунглей. Да и в этот период года здесь идут длительные дожди.

— Насколько длительные? — поинтересовался командир второго отделения Игорь Стрелков.

— Несколько недель. Смотря по сезону. Я жил некоторое время в этом регионе.

Бойцы выругались, им и так уже было достаточно сыро и неприятно, а если такая погода будет во время всего рейда, то радости в таком мало.

— Маловато у тебя данных — продолжил гнуть свою линию Плант.

— Карт прав, командир — вмешался в разговор водитель третьего отделения Кранц — Вот, передали ребята из второго. Они отметили непонятную активность на правом фланге, успели заснять.

И он вывел на командирский планшет увеличенное изображение какого-то животного. Длинные руки, мохнатое оранжевое тело, похожее на обезьянье.

— И что это за фигня?

— Это орангутанг, человекообразный примат. Живет, кстати, именно в Юго-Восточной Азии — подколол комотда Карт.

— Вот ведь б. во — неожиданно ругнулся Стрелков по-русски.

Все поежились. Во время Великой Чумы именно в этих местах находился один из очагов болезни, и здешнее население вымирало стремительно. Военные одной из местных стран произвели переворот и установили жестокую диктатуру, уничтожая заболевших десятками тысяч, и спровоцировав военный конфликт с соседними государствами. Итогом всего этого стала очень кровавая война, закончившаяся применением биологического оружия. Эти места просто вымерли на двести лет. Да и даже сейчас человеческие поселения здесь очень редки, и на месте Индокитайского полуострова получилось что-то вроде огромного заповедника. Таких закрытых мест сейчас много на Земле. Ходили слухи, что выпущенная из секретных лабораторий зараза породила в этом регионе множество мутантов.

— И откуда ты такой умный выискался? — Плант сплюнул — Тогда действуем по «красному» режиму. Второе отделение вперед, ты умник, пойдешь первым разведчиком. Первое отделение идет в середине, всех ПВОшников к нему. Третье в тыловом охранении. Расстояние между группами пятьдесят метров.

— Не многовато? — возразил Стрелков — Смотри какие здесь плотные джунгли, видимость плохая.

— Пожалуй ты прав — согласился первый комотда — сократим до тридцати, на открытой местности увеличиваем до пятидесяти.

Все согласно кивнули.

— Разведчики, пока разработайте маршрут движения. Командирам отделений проверить личный состав, разъяснить задачу и через пятнадцать минуть снова собираемся.

Водители отделений, а в пеших выходах они становятся разведчиками, уединились под большим разлапистым деревом, здесь меньше капал надоедливый дождь. Кранц, Фош и Карт внимательно рассматривали на планшетах имеющуюся у них карту местности, а также полученные спутниковые снимки. Понемногу у них возникали предложения по маршруту, и вскоре они смогли представить командирам его примерный план, нанесенный на планшеты. После совместного мозгового штурма его утвердили, и спустя двадцать минут отряд выдвинулся вперед.

В первый день они продвинулись только на 25 стандартных километров. Местность оказалась сильно пересеченная: холмы, густо поросшие джунглями, лощины с совершенно непроходимыми зарослями, ручьи с желтоватой грязной водой. Вокруг идущего к цели отряда буйствовала природа, кричали птицы, рычали в древесной гуще какие-то звери. Кто-то из них скакал по ветвям деревьев, что-то шебуршало в густом подлеске, боевое охранение только успевало крутить головой. С неба же не прекращало лить, иногда дождь почти стихал, небо на время даже прояснялось, но затем снова прорывалось ужасающим ливнем.

Курсанты двигались совершенно промокшие, непромокаемые костюмы не справлялись с вентиляцией, белье становилось мокрым от пота. В джунглях же вообще царила ужасающая влажность. Вода текла по шлемам, стекала на щеки, и, срываясь каплями, падала на мокрую землю. Под ногами то хлюпала вода в лужах, то появлялись скользкие звериные тропы с красной глиной, то ботинки уже топали по густой мокрой растительности. Временами приходилось перелезать через разросшиеся корни и вездесущие лианы. В низинах же лес становился еще выше, и густые кроны деревьев совершенно скрывали небо, у земли же царил полумрак. В авангарде не выключали «пехотные радары», и к вечеру один из них вышел из строя из-за сырости. Техник отделения Новицкий мрачно выругался, скомандовав всем убрать запасные батареи в герметичные боксы, и менять их в приборах время от времени. В гермобоксы бойцы щедро всыпали влагоулавливающий гель.

Рано стемнело, и Плант принял решение разбить лагерь, местность была незнакомой, не стоило бродить по ней в темноте. Как раз в этот момент пост ПВО засек одинокий дрон. Все дружно бросились к реперам, так называли рассчитанные на все случаи жизни точки маскировки. Собирались вчетвером или впятером, и набрасывали сверху мимикрирующий, теплоотражающий плащ, практически ничего не весящий, и в сложенном виде занимающий места не больше конверта для бумаг. Техники ПВО включали глушители, создавая электронную завесу над массой работающих в отряде приборов. Правда тогда и связь между бойцами на время пролета дрона пропадала, да и вести себя было лучше потише, замерев на месте как статуя.

Курсанты множество раз отрабатывали этот прием на базе, поэтому все и на этот раз прошло слаженно. Все бойцы застыли на местах, только операторы зенитных портативных комплексов/ ЗПК-7/ напряженно всматривались в небо. В случае неожиданной активности дрона они имели задачу сбить его. А техники ПВО готовились глушить все передачи в округе, в итоге на экранах противника дрон попросту бы исчез без всякой причины. Но в этот раз пронесло, и курсанты спокойно продолжили оборудование лагеря. Алекс спал в палатке вместе с Ларсеном и Петровым. Дуб находился в карауле, попав первую смену, потом его заменит Петров, последним идет Ларсен. Карт же не дежурил вообще, водители-разведчики и так загибались от усталости впереди, поэтому от караула их освобождали.

— Чертова сырость — Олд скинул куртку и попытался выжать майку — и как это высушить?

— Не высушишь — Иван в это время менял в ЗПК батарею — здесь такая влажность, без огня не высушишь. Черт, думаю, этих батарей надолго не хватит. Они все, в каком то налете.

— Иван — обернулся к нему Алекс — а вот эта туба тебе зачем? Смазывать батареи надо, ты бы инструкцию, что ли прочел.

— Да? — удивился русский богатырь — Точно! Вот я дурачина. А парни то знают об этом? Пойду ка, пройдусь.

Когда он вернулся, на импровизированном столе уже стоял скромный ужин. Вскипятили химическим огнем воду, залили сублимированное мясное рагу и вермишель. Даже осталось воды на чай. Заваркой настоящего черного чая разжился Ларсен, в пайке его не было, только паршивый на вкус витаминизированный напиток.

— Присаживайся — Ларсен чуть подвинулся — завтракать придется по-быстрому. Ал, а в этих лесах водится что съедобное?

— Наверняка — Карт уже закинулся рагу и дул на горячий чай.

— Ешкин матрешкин — завернул вдруг по-русски цветасто Дуб — это ж где такие мерзкие планеты есть, с похожим ужасным климатом?

— Так на Земле, как видишь, находимся — ответил Алекс и Олд чуть не поперхнулся чаем.

— Ал, вроде как злые шуточки это моя прерогатива. Ну, ты и выдал, бродяга.

— А если серьезно, то например, Новая Каринтия, или Шьючхка.

— И как ты такие названия то запоминаешь? — Иван закинул полную ложку вермишели в пасть и теперь попытался ее прожевать — а кмх… стр… Тьфу! А что мы-то там что делаем? Это ж даже жить невозможно, не то, что воевать.

— Да я думаю, скорей всего эти планеты просто точки влияния. Сам же знаешь, стратегия космических войн в Галактике очень запутанна. Ну, а Новая Каринтия почти как земная колония. Только очаги партизанских действий, местные племена иногда шалят, дикари ведь. Хотя сами земляне на этой планете живут только на северных островах, там прохладней. А вот на Шьючхке реальные военные действия. Там находились базы Нектирианцев, вот наши их и решили подмять.

— А, помню — Ларсен сыто рыгнул и откинулся назад — лет девять уже подминают. Еще одно гиблое место на карте боевых действий.

— Не приведи Господь туда попасть — Дуб даже плечами передернул.

— Да везде не сладко — норвежец растянулся на коврике — Ал, а ты у нас просто ходячая энциклопедия.

— Ну, вообще-то это моя специализация, да и просто интересно. Столько миров, столько цивилизаций, культур, новых индивидов.

— Ага, желающих тебя пристрелить или просто попортить шкурку.

— Да ну тебя!

— Ладно, парни, давайте спать — Дуб рухнул на коврик и почти сразу же захрапел, богатырский все-таки у него был организм.

А вечером следующего дня они потеряли бойца. Какая-то быстрая и свирепая тварь выскочила из леса и в мгновение ока схватила парня из третьего отделения. Бойцы охранения сразу начали палить в заросли уже после того, как тварь спрыгнула с тропы. Даже заснять толком не успели на камеру, что это было. Посланная Плантом поисковая команда ничего не обнаружила, тварь ушла далеко. Этот ужасный случай произвел на всех неизгладимое впечатление. Теперь бойцы охранения стали включать больше «пехотных радаров», не экономя совершенно батареи, да и всматривались в джунгли они намного внимательней.

А теперь их отряд заплутал.

— Сейчас разберемся — устало ответил Алекс и подозвал других разведчиков.

— Ты уж разберись, не хватало еще из-за придурка разведчика провалить задание! — Плант был реально взбешен. Они и так отставали от графика. Четвертый день в этих проклятых джунглях кого угодно сведут с ума.

— Так, что тут у нас — подвинулся поближе Кранц — меня вот беспокоят эти пометки. Не понятно, это возвышение или наоборот. Карта вся со старыми метками.

— На планшетах было понятней — проговорил третий разведчик Фош — сейчас попробую его включить. Я свой второй день в пакете держу.

Он полез в свою сумку, вынул прозрачный пакет, набитый гелем. Затем достал и развернул планшет.

— Парни, работает. Работает, зараза! Сейчас карту включу.

— Точно! — заорал Кранц — Это понижение. На пластике старинные метки, и вот этот ручей не обозначен.

— Черт, сколько же ему лет — пробормотал Алекс — ну-ка дай сюда. А тут у нас что! Ох ты, парни, я знаю, как мы нагоним график. Плант!

К сидящим под деревом разведчикам быстренько подошли Плант и Стрелков — Что там у вас?

— Мы разобрались, в чем дело. Просто пластик оказался очень старым, даже местность тут успела измениться, и метки там неправильные.

— И куда нам теперь? — хмуро спросил Плант, выглядел он очень устало, удлиненное лицо комотда еще больше усохло и вытянулось, глаза же лихорадочно блестели под низко надвинутой каской.

— А вот это интересный вопрос. Посмотрите на планшет, видите этот бледный цвет и синие метки? Это хребет, по идее нам надо его просто перемахнуть и идти дальше по джунглям.

— И? — теперь уже Стрелков вопросительно смотрел на разведчика.

— А зачем нам его перемахивать? Надо просто идти по нему. Все равно По-прямой пройти к точке не удастся, вот здесь большая река, а здесь скальники. Много по расстоянию не выиграем.

— А ты подробней объясни, что к чему.

— Цвет видите, какой на карте обозначен, а это означает что там редколесье, только кустарник и трава. Идя по вершине хребта, мы заметно увеличим скорость, это раз. И смотрите здесь, вот этот холм выдается далеко вперед, и там также редколесье. Пусть мы и зайдем дальше точки поворота, но зато по более удобной местности и намного быстрее. Потом делаем небольшой круг и спокойно заходим на базу противника, это два.

— И нас будет видно на вершине издалека, это три — проворчал Плант, хотя по его глазам было видно, что план ему нравится.

— Не гоняй, Роберт. Пойдем по этой стороне хребта, и поглядывать по сторонам чаще будем.

— Ну, что ж, согласен. Давайте выдвигаться!

Через пару часов отряд вытянулся в цепочку на вершине хребта. Идти и в самом деле стало намного легче. Больше бойцов не пугали чащобы зарослей, откуда исходила неведомая опасность. Видимость заметно увеличилась, поэтому можно было сэкономить заряды оставшихся в целости батарей. Только ПВОшники стали заметно напряженней. К вечеру курсанты уже нагнали график, и перед отбоем к палатке Карта подошел командир первого Плант.

— Хочешь? — протянул он флягу.

— Алко?

— Смеешься? Откуда. Нет, это тоник. Сам делал по старинному рецепту семьи, снимает усталость и придает сил.

Карт сделал хороший глоток напитка, язык приятно защипало. Вкус был необычным, пряным и приятным. Через пару минут в голове как-то сразу прояснилась, и в самом деле стало легче.

— Спасибо, клеевая штука.

— Извини, что до тебя докапывался — Плант смотрел в сторону, видно редко подобные признания выдавал — думал, что ты обычный пижон и везунчик. А ты с головой, парень, дружишь, и дело свое крепко знаешь. Так что сработаемся.

И временный командир отряда протянул разведчику руку. С удивлением, но вполне удовлетворенно, Карт пожал руку своему новому другу. Гордый потомок лордов оказался на поверку вполне нормальным парнем, вот так вот — век живи, век учись.

К исходу следующего дня их отряд подошел к объекту. Идти по перелеску оказалось намного легче, плюс погода стала понемногу налаживаться. Небо прояснилось, и надоевший до чертиков дождь перестал поливать беспрерывно с небес. Но на последнем отроге хребта отряд чуть не прокололся. ПВО прозевало очередной дрон противника, его заметили уже разведчики, идущие в авангарде. Их спасло только то, что основной отряд шел в этой время по лощине, только собираясь подняться наверх. Прятаться было уже некогда, поэтому двойка Ивана Дуба, лучшая во взводе, успела сделать сдвоенный залп ракетами. Дрон не смог уйти и тяжело рухнул в расщелину. Спецы РЭБ в это время глушили все вокруг, кроме частот управления ПВОшными ракетами, и поэтому последний крик разведробота никто не услышал. Но ситуация все равно получилась неприятная, поэтому взвод двигался по последней вершине практически бегом. Даже по густым зарослям они ломились как бешеные носороги, распугав напрочь всю местную живность, даже хищников. Метрах в трестах от тропы что-то большое и свирепое так дало деру от людей, что только деревья колыхались из стороны в сторону. Что же это за монстр такой был?

Плант, естественно, устроил на привале разборки, и оказалось, что у передового поста ПВО попросту отказала техника. Батарея работала, прибор передавал на тактические шлемы информацию, но сам радар тупо не функционировал. Стали разбирать аппарат и к огромному удивлению техников в корпусе мобильного комплекса обнаружили… муравьев. Эти твари как-то пролезли в герметичную упаковку и тупо сожрали начинку нужного блока. Техники начали срочно проверять другую технику, и к огорчению курсантов четверть боевого оружия и амуниции оказалась просто неработоспособна. Сколько в этот момент под сенью джунглей раздалось ругательств на разных, зачастую древних, языках! Но делать нечего, бойцы равномерно распределили оставшееся по отделениям, и переформировывали штурмовые группы.

Еще до захода солнца курсанты разбили лагерь, сам штурм был назначен на раннее утро. Чтобы лишний раз не мандражировать, все свободные от дежурств бойцы приняли специальные успокоительные пилюли. Побудка была мерзкой, снова начал лить дождь, и очень сильный дождь, со временем перешедший в тропический ливень. Для отдельного бойца такая погода посчиталась бы мерзопакостной, а для планируемого предприятия являлась просто шикарным подарком. Алекс быстро влил в себя кофе из термоса, залили туда еще вечером, закинулся тонизирующей таблеткой, и побежал в голову лагеря. Там должно было состояться последнее совещание.

Командиры отделений и разведчики уже собрались и оживленно обсуждали полученные от сержанта Сопата снимки. Сейчас он сыграл роль приемника от разведывательного спутника, и довольно осклабившись, стоял в сторонке, краем уха вслушиваясь в разговор своих учеников.

Алекс быстро пробежался глазами по снимкам, отметил дл себя пару интересных моментов, и теперь выслушивал предложения Планта по штурму. Предложения были вполне дельными, но он все-таки поднял руку. Комотд первого с неохотой дал разведчику слово.

— Роберт, я только хотел обратить внимание на одну пропущенную вами деталь.

— Да? — теперь уже все с интересом обратили внимания на разведчика второго отделения. Карт уже не раз показывал, что к его словам стоит прислушиваться.

— Видите вот эту темную щель, и через сто метров еще одну, и вот здесь то же самое.

— И что это? — уж с явным нетерпением спросил Плант.

— Это простой как веник коллектор, закопанный в землю. Сюда сливается дождевая вода, а тут она выходит за территорию. Вы ведь заметили, наверное — с ехидцей в голосе добавил Карт — что климат тут достаточно мерзкий, и сильные дожди дело привычное. Поэтому и коллекторы тут внушительные. Прикиньте их размеры, тут вдвоем можно вполне пролезть и сразу попасть на территорию.

— Это точно они? — задумчиво спросил Стрелков.

— Посмотри всю серию снимков, там отчетливо заметно, что это такое, надо просто совместить их, и дать трехмернику проработать.

— Точняк! — Плант умел работать быстро и четко — Эти идиоты поставили стандартную номенклатуру, у меня все размеры и чертеж коллектора сразу вышел на сноску. Но наверняка там стоит защита?

— Так для этого нас и учили, такую защиту снимать — вошел в разговор серьезный как всегда Фош — Да и сам подумай, что с приборами происходит после недели этих проклятых дождей.

— Ну… — Плант оглядел присутствующих — третья группа пойдет через эти коллекторы. Первая бьет из всего тяжелого вооружения по радиокомплексу и главной башне, вторая, как и планировали, снимает периметр с северной стороны. Соблюдаем радиотишину до начала штурма. А сейчас давайте по своим, через двадцать минут выступаем. Карт и Кранц идут вперед. Все понятно?

Через три часа все было кончено. Большая башня управления базой, некогда обвешанная антеннами и радарами, стояла теперь обугленная, как большая головешка. То там, то тут тлели остатки боевых Дронов. А северная сторона периметра выглядела так, как будто по ней прошло стадо мамонтов. Крепко, в общем, ребята поработали.

В центре территории базы, на посадочной площадке, о чем-то очень оживленно беседовали сержант Сопат, Плант и работающие здесь техники. Именно они и управляли всей этой машинерией, и сейчас явно были недовольны тотальным разгромом вверенного им объекта. Но рейнджеры только вяло отмахивались от местных служак, ведь операция прошла блестяще. Учебные потери не превысили десяти процентов личного состава, а это был достаточно блестящий показатель. Базу взяли без шума и пыли, как и положено спецназу мобильной пехоты.

Курсанты находились в приподнятом настроении, кто-то сидел на обломках техники, кто-то в возбуждении прогуливался по базе и живо обсуждал перипетии штурма с товарищами, совершенно не обращая внимания на мелкий моросящий дождь. Ведь они победили! Сдали первую часть тяжелого и жестокого экзамена на отлично. А это дорогого стоит!

А сколько их еще будет впереди, таких вот проверок? Ведь им предстоит почти семь лет действительной военной службы в самой воюющей армии этой части Галактики.

403 день

Антарктика. Тромсе 7

Сквозь термозанавес показалась чья-то голова, и через полминуты в снежный склеп целиком ввалился Ларсен. Слегка покряхтывая, он снял с головы тактический шлем, а затем термомаску, и, наконец, стал похож на человека. Некоторое время Олд растирал бледные щеки и нос, а потом весело глянул на Алекса.

— Чертов мороз! Сейчас уже глубоко за сорок, а что ночью то будет?

Карт оторвался от планшета с картой маршрута и спокойно произнес

— Да ладно, сейчас же начало лета. Зимой тут хуже.

— Куда уж хуже, я чуть щеки не обморозил.

— Ладно, не ворчи. Ты же норвежец, северянин.

— Ага, только всю жизнь прожил там, где теплее.

— Так вроде из ваших кто-то до Южного полюса дошел? Значит и ты смогешь — заржал лежащий в углу Петр Васильев.

— Ага, дойду, только сосулькой — засмеялся в ответ Олд — Этот чертов холод меня когда-нибудь убьет.

— Не убьет, человек штука крепкая. Мы с Петькой на Тимане работали практикантами, там еще похлеще получилось. Полярная ночь, буран, минус пятьдесят, буксир сломался, аварийный дрон замерз — Дуб пока рассказывал, колдовал у плазменной горелки, мешая что-то в котелке — Есть будешь, викинг?

— А как же? — откликнулся Ларсен — Ну и как вы вылезли из такой глубокой задницы?

— Как? Каком. Напялили на себя все что можно, даже обивку с сидений посдирали. Направление спутник показывал, ну и почесали к шахте. До нее чуть больше километра оставалось.

— А туда-то зачем? Там же все обычно роботизировано.

— Ну и что. На Северах в таких местах завсегда аварийный балок стоит. Обратно пехать почти десяток верст, не дошли бы просто. Скутеры в такую погоду не летают, а буксир вымерз бы напрочь, если остались ждать спасателей. Вот, значит, идем, не видно ни хрена, холод потихоньку обволакивает, сначала спина начинает мерзнуть, очень противно знаешь. Потом руки, ноги, задница, идешь и ступней уже не чувствуешь. Я думал все, нам кранты. Ну, и, значит, Иваныч…

— Что за Иваныч? — Алекс поднял глаза от планшета.

— Иваныч? А ты думаешь, мы сами, что ли додумались до всего? Если бы не Иваныч, замерзли бы на х… — ругнулся Дуб — Иваныч этим буксиром и рулил, мы на профилактику ехали, фильтры менять в машинах. А Иваныч в гренадерах служил, много чего повидал, ко всему готов был. Да и на Северах поработал, дай бог каждому. Ну, значит, дает он нам по пакету с пайком-самогрейкой, нажали пломбу, сунули внутрь одежды и малость согрелись. И через пять минут прожектор у шахты увидели. Ох, как мы рванули…! На адреналине вход открыли, на полную мощь обогрев включили. И все равно я только на следующее утро согрелся. Хотя какое утро, ночь же полярная была.

— Было дело — Петр уже сидел на спальнике — тебе тогда два пальца на ноге регенерировали. А Иваныча медики списали, все-таки возраст у человека.

Все замолчали. Иван тем временем доварил супчик и стал раскладывать по тарелкам. После тяжелого дня на морозе очень приятно лежать хоть в каком-то подобии тепла и жадно поедать наваристый и питательный супчик. Русские не доверяли стандартным пайкам, и предпочитали готовить по возможности сами. А то и так обедать приходилось под накидками, разогревая термопайки в специальных лотках, а затем моментально закидывая их в рот, иначе пришлось бы доедать пищу уже замерзшей, при такой низкой температуре все моментально остывало. После супчика парни долго гоняли чаи. На сухом антарктическом воздухе при дыхании терялось много жидкости, поэтому обильное питье было обязательным для бойцов отряда. На горелках снег топить приходилось бы долго, поэтому команда выходила из положения изобретательно. Постелив в углублении большой термозанавес, и накидав на него большие снежные глыбы, кто-нибудь из бойцов палил в эту кучу из бластера, используя самый малый разряд. Снег моментально растапливался, и бойцы быстренько черпали себе в котелки уже готовую воду и расходились по снежным избам.

С потолка тем временем начало немного капать, снег от тепла становился чуть мягче, превращаясь понемногу в ледяную корочку. Что делало изобретение снежных народов, снежную избу Иглу еще более холодостойкой. Под светом ночника все начали готовиться ко сну: растягивали термозанавеси, поверх кидали спальные мешки. Дежурило сегодня третье отделение, поэтому всю ночь можно было спокойно спать.

— Ты чего там копаешься, Алекс? — посмотрел на своего друга Ларсен — Маршрут потерял?

— Да нет. Просто подходим к опасному участку, могут быть трещины. Вот сравниваю снимки с разных спутников, смотрю разницу температур.

— Значит, завтра все в связке пойдем?

— Только передовой дозор. Будем оба тепловизора использовать одновременно, надеюсь, не соврут. На таком морозе техника стала отказывать.

— Есть такое, у ребят с ПВО опять датчики замерзают. Каждые полчаса их в термолоток суют, боятся, что батарей не хватит.

— Хватит, завтра уже будем почти у цели. Дальше скалы пойдут.

— Скалы? — Иван Дуб аж вылез от удивления из спальника — Какие тут к черту могут быть скалы? Один снег и лед кругом.

— Иван, ты бы чаще старших слушал. Мы же объясняли при высадке, какой маршрут выбрали. Более тяжелый, но сильно короче. Мы через плато идем, поэтому так холодно, и дышать тяжелей. В высоту залезли, а сейчас к морю спускаемся, там теплее, и открытые скальные выступы появляются. Авиадром противника именно там, в скалах. Поэтому ПВОшники и нервничают, тут место высокое и открытое, нас засечь дронам очень просто.

— Ну и хорошо — из угла послышался сиплый голос Васильева — значит, послезавтра все и закончится.

Все замолчали, и через пару минут послышалось дружное сопение и храп. Плох тот солдат, кто не умеет спать везде и всегда, как только предоставляется возможность.

Проснулись курсанты ранним утром, только забрезжил сине-красный рассвет, к объекту намечалось подойти заранее и успеть разведать подступы к нему. Завтракали в снежных хижинах, не хотелось тратить лишнюю энергию на обогрев. Алекс, проглотив наспех смесь каш и сублимированного мяса, вылез из снежной хижины и направился прямиком к Планту. Тот и в этом рейде руководил отрядом. Комотд стоял рядом с сержантом Сопатом, и они о чем-то вяло переругивались.

— Может, все-таки подеретесь? — не удержался от подколки Карт — Мне всегда было интересно: кто из вас надерет другому задницу.

— Ты, Карт, первый от нас по заднице получишь — ответил на насмешку Сопат, одетый в белый комбинезон и белые же дутики, на таком фоне его загорелое лицо резко выделялось своей чернотой — Командуй Плант, но смотри, я тебя предупредил.

— Да понял я, понял — командир первого отделения махнул рукой, подзывая Стрелкова и Рюгера. Когда те подошли, Роберт расчетливо и толково поставил задачу — Я получил новые карты со спутника. Там, где мы собирались пройти, видны множество расщелин, поэтому сделаем вот здесь небольшой крюк. Дальше пойдет выступ открытой скальной породы, там можно будет смело идти, не тратя время на разведку.

— Ты уверен, что это правильно? — Стрелков с сомнением глядел на планшет — Это ведь снова подниматься. Нас тут и засечь проще, да и там, повыше большие снежные горбы начнутся. Много времени потратим.

— Поэтому ты берешь свое отделение и налегке идешь первым. Там уже доложишь обстановку, если что, мы успеем уйти на старый маршрут.

— Идти без тяжелого вооружения? — Игорь задумался — Но с другой стороны мы сэкономим часов пять, и успеем закончить рейд до заката. Давай, рискнем!

Второе отделение быстренько собрало свои вещи и закинуло на маленькие санки, которые тащили вручную. Боксы с припасами и тяжелое вооружение привычно положили в большие самоходные буксиры с гравистабами. Только благодаря ним удавалось тащить столько необходимых вещей с собой. Используя только ручные сани, загруженные по-полной, скорость отряда была бы заметно меньше. Через пятнадцать минут отделение скорым шагом вышло вперед, их буксир потащат другие.

Идти налегке, не контролируя тяжелый буксир и большие сани, было относительно легко. Впереди группы двигались Карт и Ларсен. Алекс только по ему понятным меткам выбирал направление, как каждому хорошему водителю, ему специальными упражнениями прививалось чувство направления. Ларсен же страховал товарища, они были связаны легкой и прочной лентой, заправленной в лебедку. Заодно Олд контролировал пространство с помощью пехотного радара. Хотя кого они могли тут встретить? Заснеженная и скованная морозом Антарктида все также оставалась безмолвна и пустынна, жизнь теплилась только в близлежащих к континенту водах.

Пару раз им попались небольшие расщелины, осторожно обойдя их, они двигались дальше. Через пару часов отделение стала подниматься, впереди уже завиднелись черные отроги скал. Дорога шла по жесткому, почти ставшему ледяным снегу. Курсантам пришлось снимать короткие лыжи и одевать на ботинки противоскользители, специальные пластиковые накладки. В лицо дул мерзкий ледяной ветер, но шагать стало относительно легко. Ноги не проваливались в снег, а спокойно ступали на твердую поверхность. Видимость была отличной, солнце все выше поднималось вверх, заливая снежную пустыню своим до нестерпимости ярким светом.

Через полчаса подъема взору Алекса открылась огромная котловина, окруженная с трех сторон черными скалами, им, похоже, туда. Он спокойно прилег за снежным валуном и стал осторожно рассматривать окружающую его местность в оптический прибор. Потом отполз обратно и махнул рукой Стрелкову. Тот кивнул в ответ и начал аккуратно выдвигать круглую антенну. Теперь самое главное: четко послать шифрованный сигнал основным силам. Чтобы сигнал не запеленговали, его посылали очень узким лучом. Один из буксиров служил приемной антенной, и тут же живо откликнулся на короткий сигнал, длящийся жалкие доли секунды. После этого они получили подтверждение и послали шифровку «Дорога свободна» с прилагаемым к ней файлом маршрута.

Алекс осторожно двинулся между двух черных скал, там просматривался спуск вниз. Он старался потеряться в небольших складках местности, снег не лежал здесь ровно, ветер выдувал из него самые легкие фрагменты, оставляя на склоне причудливые ледяные узоры. Здесь вообще был странный снег, жесткий, колючий, спрессованный ужасающими зимними температурами и постоянным ветродуем. Падаешь на него, как на камень. Перевалив через один из снежных заносов, Алекс с ужасом увидел, как один, из казавшихся обычным, камней пришел в движение. «Дрон, черт, проморгали!».

Руки привычно метнулись за оружием. Вместо игольчатых ружей, бесполезных в таком климате, штурмовики были вооружены пехотными бластерами. Оружие, использующее слабые плазменные разряды. Главным его недостатком было маленький боезапас, да и точность оставляла желать лучшего. Припав к короткому стволу, Карт начал палить в быстром темпе в движущийся механизм.

— По антенне пали, по антенне. Он не может ничего еще передать, скалы мешают — послышался в наушниках крик Ларсена. Затем и сам норвежец плюхнулся позади и зачастил из своего оружия.

Наконец-то Карт смог взять себя в руки и третьим выстрелом снес с дрона антенну. Ларсен добил выехавшую из отверстия запасную и яростно выкрикнул — Эта тварь все равно движется! А у нас нет ни лучемета, ни ракет!

Они оба сидели на коленях, и с растерянностью смотрели на сверкающий от солнца разведывательный робот. Тот имел на вооружении небольшой гравистаб и спокойно плыл над землей. Неожиданно с противоположной стороны на аппарат налетел огромный боец в белом камуфляже. Он возвышался над роботом, как сказочный Голиаф. Сначала робот получил хорошего пендаля, и отлетел, отчаянно жужжа, к черной каменной стенке. Потом Иван Дуб, а это был именно он, поднял над головой здоровенный камень и со всей силы ударил им дрона. Тот в ответ что-то жалобно пискнул и завалился на бок. Дуб еще пару раз повторил удар, после такого напора робот превратился в сильно помятую жестянку. Мимикрирующий камуфляж на нем больше не работал, и стал виден ободранный, чуть проржавевший бок дрона, аппарат оказался довольно-таки стареньким.

— Ну, ты, Ваня, монстр — рядом устало присел Стрелков — не хотел бы я попасть под твою горячую руку.

— Фу — Дуб снял шлем и маску, с лица валил пар — вот тварь, крепкая какая оказалась, даже камень раскрошился от удара.

— Еще бы не крепкая — у дрона присел приданный им из первого отделения техник Жан Пуаро — вегановская техника, хоть ему и сто лет в обед, но серьезный механизм. Хорошо парни сразу дрона подловили и антенны сбили, и, похоже, от жара разрядов управление гравистабом заклинило. Иначе он сразу бы ушел, такие штуки очень прыткие. Так, давайте-ка посмотрим, что он тут делал.

Пуаро достал какой-то прибор и начал внимательно рассматривать маршрут разведробота. Алекс и Ларсен пошли за ним следом, осторожно озираясь по сторонам. Через двести метров пути они повернули к заснеженной скале. Техник подошел к ней и принялся внимательно изучать выщербленную поверхность, потом острым ножом зачистил небольшое углубление ото льда и снега. Глазам разведчиков предстал стандартный пульт управления.

— Это что? — Алекс заинтересованно смотрел на скалу.

— Технологический вход. Этого робота послали осмотреть его, наверное, неисправность из-за этого намерзшего льда. Командир — Пуаро обратился к Стрелкову — а мы ведь можем здесь внутрь пройти.

— Ты сможешь открыть?

— Да без проблем, тут все старое, главное тревогу не поднять.

— А мы там пройдем? — Дуб устало бросил разбитый дрон на обледенелую площадку.

— А чего нет? Это же выход для регламентных работ.

— Сейчас свяжусь с Плантом — командир посмотрел на своих разведчиков, остальные бойцы отделения к этому времени рассыпались вокруг, прикрывая их — А вы пока проверьте здесь все на предмет камер слежения и сканеров, определите главный вход в Авиадром. И смотрите у меня в оба, похоже, эта местность постоянно патрулируется дронами. Скоро охранники и этого хватятся.

Через два часа к паре разведчиков подошли Плант и Сопат. Солнце уже клонилось к горизонту, придав снегу красно-желтые оттенки. Да и вообще, почему снег все художники рисуют голубым? Он же белого, нейтрального цвета, и поэтому постоянно отражает чьи то рефлексы. Вот и здесь в тенях он был синеватым от темнеющего неба, а на свету желтым от солнца. Во время слежки Карт и его товарищи нашли главный вход и определили маршруты патрулирования небольших гусеничных Дронов. Им также удалось срисовать наличие десятка сканеров периметра защиты.

— Сканеры расставлены грамотно. Их не обойти — Плант рассматривал на командирском планшете трехмерную карту котлована — надо сначала сбивать их, а уже потом двигать к входу.

— Ага, и напороться на орудия противника — Стрелков спустил командира на землю — Мы там все поляжем. Тут два варианта: или обходить те скалы, найти лазейку с тыла, и потратить как минимум еще день на это. Или использовать найденный технологический вход.

— Но мы же не знаем, куда он идет — встрял в разговор Фош.

— Тут я думаю, сержант Сопат нам поможет, да? — Стрелков обернулся к мастер-сержанту — Вы ведь уже получили интересующий нас снимок?

— Да — кивнул головой мастер-сержант — но вы, парни, уверены, что вам именно туда? Там ведь можно и в засаду попасть, и раскрыть себя.

— Мы и так себя раскрыли — раздраженно сказал Новицкий — дрон же уничтожен.

— Думаю, что дроны тут время от времени просто ломаются, это нормально, климат уж тут такой. Его будут искать, но тревогу пока не поднимут, они же не в курсе, что вы успели антенны ему сбить.

— Тогда… — Плант повернулся к Стрелкову — бери своих парней и действуй — я с первым отделением разверну все тяжелое оружие на сканеры, а третье пойдет вправо, в обход скал, ударит с фланга.

— Ты не успеешь подойти к воротам.

— Почему? — высокий Роберт хохотнул — У нас ведь есть сани и буксиры. Вон с того пологого пригорка мы быстро спустимся. Сдернем ограничители у гравистабов, и с ветерком дойдем до входа. А на сани поставим ракеты, так что будет, чем ответить.

— Ну, ты еще тот авантюрист — Стрелков хлопнул товарища по спине, и они весело заржали.

— Блин, сумасшедшие — Сопат широко улыбался — Держите снимок со спутника, вот здесь видно, что технологический проход ведет на авиадром.

Выступили курсанты на закате солнца. В этих широтах оно не исчезает моментально с горизонта, а медленно в течение получаса сползает вниз за горизонт, окутанное красноватой дымкой, оставляя еще часик на сумерки. Пуаро заранее обработал управление входом, и дверь хоть со скрипом и жужжанием, но открылась. Техник сразу же определил поломку и устранил ее, попутно отключив систему предупреждения. Вперед выдвинулись все те же: Карт и Ларсен. У норвежца теперь висел на поясе мощный лучемет. Позади них шел Пуаро, внимательно оглядывая каменные стенки узкого тоннеля. Чуть дальше двигалась «тяжелая артиллерия» в виде Дуба и Петрова. Русские гиганты еле проходили сквозь узкий лабиринт.

Спутниковая карта не обманула, после спуска по металлической лестнице и поворота, они вышли в более широкий и освещенный зелеными «вечными» лампами тоннель. Тут их резко притормозил Пуаро. Он присел и стал аккуратно выдвигать вперед тонкий стебель разведсканера. Алекс в это время отслеживал на планшете его данные. Совместными усилиями они определили наличие двух датчиков и показали Ларсену кабель, который надо было сжечь. Норвежец понизил мощность оружия до минимума и одним метким выстрелом перерезал нужный кабель, оставив этот участок тоннеля без присмотра охраны. Переждав пару минут, они двинулись дальше.

Следующие пятьсот метров группа проскочила быстро. Алекс шел первым, внимательно оглядывая ровные стены тоннеля, состоявшие из оплавленного камня, на них висели пучки кабелей, выглядевшие в зеленоватом освещении причудливо. Кое-где крепление отломалось, и толстые мотки проводов свисали далеко вниз. Иногда сверху срывались капли воды, гулко стукая по боевым шлемам. Термомаски они уже давно сняли, под землей оказалось заметно теплее. Ноги ступали по какому-то мягкому пластиковому покрытию, ставшему темным за столько лет, и усеянному сетью микротрещин. База, похоже, была старинной, это чувствовалось во всем, в редких надписях на стенах, архаичных значках, устаревшей оплетке кабелей.

Карт осторожно остановился перед резко расширившимся проходом, впереди виднелся небольшой зал, все его стенки оказались заставлены металлическими шкафами. Сверху мерно гудели вентиляторы. Пуаро проверил зал на предмет датчиков и сканеров охраны, но нашел только один, и то не работающий. Ларсен смело двинулся вперед и вскоре уперся в большую герметичную дверь. Чуть позже к ним присоединились Стрелков с остальными бойцами. Они с интересом рассматривали окружающие их механизмы и аппаратуру.

— Интересно — Пуаро вдруг остановился у большого шкафа и стал осторожно его открывать — Матерь божья е… ьт его налево!

— Чего ругаешься? — повернулся к технику Алекс.

— Иди сюда. Как это тебе нравится?

Алекс подошел к открытой двери и заглянул внутрь. За ней виднелся темный зев узкого тоннеля, в нем лежали снопы толстенных кабелей. Этот тоннель через пяток метров резко шел вниз, луч фонаря даже не доставал дна шахты.

— Ты понял, что это?

— Силовые кабеля, и что?

— Это победа, детка — Пуаро довольно осклабился — чистая победа.

— А подробней? — рядом уже стоял Стрелков.

— Эту базу построили черт знает когда, и использовали термальную энергию. Там внизу энергостанция, и если мы взорвем эту шахту, то всей базе кирдык. Вряд ли у них есть запасная станция необходимой мощности, а без энергии через несколько часов здесь все замерзнет на хрен.

— Ты уверен?

— Да, посмотрите на эти схемы. Отсюда идет запитка во все помещения базы. В следующем зале стоят трансформаторы, умеет кто-нибудь читать на древнем Интере?

— Я умею — Алекс двинулся к герметичной двери и стал внимательно рассматривать надписи — Командир, Пуаро прав. Тут надписи, предупреждающие об опасности, туда входа нет. Где-то мы прошли обходной тоннель.

— А зачем нам обходить? — Стрелков уже достал коммуникатор — Вызываю Омега 1.

— Ты, почему в открытом эфире? — раздался по громкой связи раздраженный голос Планта.

— Мы тут набрели на систему энергозапитки базы, если бабахнем, то у них все там отключится, и можно спокойно пешочком дойти до входа в авиадром. Как ты на это смотришь?

В эфире раздался хохот комотда первого, а потом взволнованный крик Сопата — Эй, шутник недоделанный, попробуй только там что-то сломать! Вы и так дорогущий дрон укокошили, стервецы. Вылезайте оттуда быстро, так и быть, засчитываю вам полную победу!

Под древними сводами энергостанции раздался громкий воинственный крик, он был также древен, как и само человечество.

418 день

Тромсе 8. Сахара

Ноги еле передвигались по каменистой, с большими выщерблинами и трещинами поверхности. То и дело под ботинки попадались острые, неравномерно рассыпанные камни. Из-за этого походка становилась несколько дрыгающей и неровной. Солнце все выше всходило над землей, и воздух от его лучей становился все жгучее и жарче. Его легкие порывы совершенно не приносили облегчения, а наоборот, старались выдуть последние капли воды, оставшиеся в организме. Алекс оглянулся, позади понуро брел его друг Ларсен. Жару он переносил намного хуже мороза, все-таки северные гены сказывались. Чуть дальше растянулась жалкая цепочка бойцов их учебного отряда. Тяжело идти первым: надо думать и решать за остальных. А в таком пекле заниматься этим было вдвойне тяжелее, казалось, что мозги сейчас вскипят и вылетят наружу серым паром. Даже специальная одежда не сильно облегчала страдания. А ведь перед выходом их снарядили не в стандартную форму, старшины выдали специальные пустынные комплекты. Те же шлемы были со специальными забралами, в них присутствовали выдвижные очки с фильтрами, иначе днем без них невозможно смотреть по сторонам.

Алекс приподнял геокомплекс к глазам, только благодаря ему они хоть как-то могли ориентироваться в этой проклятой пустыне. Потом достал визир и поднес к глазам. Так и есть! Впереди в серой дымке замаячило черное плоскогорье. Наконец то они дошли! Он устало присел на камень. Надо принимать решение, необходимо собрать общее совещание.

— Ох, меня эта пустыня добьет быстрее, чем Азим Али — Ларсен упомянул чернокожего гиганта, нанесшего как-то раз тяжелое поражение молодому норвежцу — тем более что она такая же черная, как тот борец.

В этом Ларсен оказался прав. Кто-то думает, что пустыня это бесконечные желтые барханы пересыпчатого песка? Нет, это плоская черная равнина, усыпанная такими же черными каменными осколками, иногда она выглядит темно-коричневой или блекло бурой. Как будто из мира разом вдруг исчезли все краски, оставив только самые мрачные тона. Иногда попадаются такие же черные скалы, или небольшие холмы с плоскими вершинами. Днем все здесь раскалялось до невозможности, как на гигантской сковородке, а ночью погружалось в холод, и мрачную тишину пустыни наполняли жуткий треск и стук остывающих камней. Тогда зловещая темнота казалась наполненной неведомыми свирепыми зверями, приходившими сюда из своего далекого прошлого. Ведь всего несколько тысяч лет назад вся эта местность была вполне обитаема, зелена и плодородна. За последние двести лет люди отвоевали обратно изрядный кусок Сахары, и теперь она постепенно становилась житницей человечества. Десятки тысяч гектаров были отведены под сады, другие тысячи под поля. Но центр этой огромной пустыни люди оставили нетронутым, и в качестве заповедных мест, да и климатологи советовали не трогать пока эти самые жаркие области планеты. Слишком большие изменения могли произойти на Земле, если убрать этот гигантский аккумулятор тепла. У северного побережья Африки климат уже стал заметно мягче, и там регулярно выпадали осадки, появились полноводные реки и водохранилища. Через пару сотен лет там будет самый населенный человеческий анклав на планете.

А их учебный отряд сейчас упорно движется к намеченной на карте точке. Они потеряли за время продвижения уже четырех парней. Те не отказывались идти дальше, они просто упали и не смогли встать. Было больно смотреть на этих крепких и упорных в достижении цели курсантов, но им пришлось сойти с дистанции. Среди них оказался и водитель Камье Фош, поэтому Карту с Кранцем пришлось поделить дежурства. Стало еще тяжелее, но они не роптали — это был последний или как говорят ветераны «крайний» экзамен.

На третий день пути сломались два буксира из трех, они не выдержали такого жесткого испытания. Проблема была даже не в жаре, просто местная мелкая пыль быстро забивала все технологические отверстия, а без закрытого шлемового забрала никто из бойцов не смог бы пройти и сотни метров. Пришлось парням разобрать необходимый груз по ранцам, оставив в сломанной технике опреснители и шанцевый инструмент. Приборы обнаружения и прочая аппаратура опять большую часть времени находилась в гермобоксах. Радары курсанты заранее покрыли специальным силиконом, который то и дело приходилось чистить. И все равно один из комплексов ПВО оказался, в конце концов, загубленным.

А дроны в этой пустыне появлялись регулярно и часто. Вот и сейчас Дуб с Васильевым внимательно отслеживали показатели своих радаров, которые выводились сразу на щиток шлема, поэтому не было необходимости крутить головой. Местность здесь была открытой, а небо постоянно безоблачным, заметить их отряд можно издалека. Поэтому ушки держать приходилось на макушке.

— Что у тебя? — подошедший к нему Стрелков нажал кнопку, и забрало шлема разошлось на мелкие пластины, убравшись в технологические отверстия. Губы у командира отделения превратились в сухие и темные пластины, так они высохли и загрубели.

— Дошли, командир, впереди искомое плоскогорье.

— Точно оно? — Игорь имел в виду путавшие всех в последнее время миражи.

— Да, дальномер показывает 7 километров. Сейчас сразу пойдем, или вечером?

Днем отряд обычно устраивал бивак, и под найденными укрытиями или растянутыми тентами в самые жаркие часы отсиживался.

— Подождем Планта. По мне, так надо бы передохнуть. Ночью и утром мы много прошли, организмы дальше могут не выдержать.

— Да, ты прав — Алекс решился и достал из ранца флягу. Сделал пару глотков и закинул в рот солевую таблетку. Стрелков жадно смотрел на воду, но ничего не сказал. У них у всех потихоньку начала развиваться настоящая аквамания. Через час бойцы лежали под укрытием небольшого скалистого выступа, Плант поддержал командиров отделений, и они решили выступить ближе к вечеру.

Спустя пару часов вполне умеренной ходьбы, когда взбодренные близостью окончания задания и немного передохнувшие люди дошли до отвесных черных скал, их ждало глубокое разочарование. Ожидаемого легкого подъема на плоскогорье не предвиделось. Плант, посовещавшись с командирами и разведчиками, предложил разбить у подножия скал лагерь. А самым опытным скалолазам было приказано начать обустройство подъема.

Курсанты сметливо расположились в складках пересеченной местности, используя местные укрытия в качестве маскировки, и этим сильно облегчая жизнь изможденным ПВОшникам. Карт в визир внимательно осмотрел отвесные скалы, подыскивая удобные места для навесок подъемных устройств.

— Там! — он указал Ларсену небольшой каменный выступ, подсвечивая его зеленым лучом лазера. Норвежцу, как одному из лучших стрелков поручили выстрелить из складного арбалета. Современная техника позволяла обойтись без изнурительного скалолазания.

Ларсен и в этот раз не промахнулся — арбалет выплюнул болт со специальной присоской, на конце которого начала развертываться катушка с супертонкой леской. Болт крепко присосался к скале, затем с помощью лески туда подтянули страховочный фал с гравизахватом. Это специальное приспособление могло действовать и как стояночный якорь.

Через пару минут с помощью механического захвата наверх поднялся Ирм Тусон, самый опытный и ловкий скалолаз во взводе. Он с помощью пневматического пробойника закрепил на скальной полочке еще пару якорей, и сразу же помог подняться еще двум бойцам. Солнце тем временем близилось к закату, в его красных лучах скалы стали похожи на бронзовые сооружения некой неизвестной цивилизации, оставшиеся тут еще с незапамятных времен.

Сам заход солнца в этих широтах явление стремительное, поэтому группа скалолазов и их помощники старались действовать быстро. Но все равно, самые верхние якоря они ставили уже в полной темноте, работая в очках «ночного зрения». Пару раз пост ПВО командовал тревогу, все живо прятались в щелях и углублениях, дополнительно накрываясь тонкими маскирующими плащами, полностью гасящими все тепловые и радиоизлучения, гордости земной военной техники. Вообще в области маскировки Земная Федерация была далеко впереди большинства известных им цивилизаций. Сказывались прошлые тысячелетия удачной охоты и многочисленных войн.

Затем часть отряда легла отдыхать, а остальные бойцы помогали поднимать наверх грузы. Первым ушел оставшийся рабочим буксир. Его пришлось поднимать вручную, очень осторожно, останавливаясь в самых опасных точках. Затем к поднятому механизму подключили лебедки, и теперь оставалось только подвешивать на фалы груз и принимать его наверху. В итоге к рассвету весь взвод уже находился наверху.

Карт целеустремленно допивал утренний витаминный напиток, сегодня они плотно позавтракали, набив брюхо на целый день.

— Чего такой хмурый? — Иван лениво растянулся на холодном с ночи камне — До точки ведь немного осталось?

Алекс странно посмотрел на товарищей — А нет никакой точки, Ваня.

— Это как это? — русский гигант с грацией дикого медведя подскочил с места — А куда тогда мы все эти дни прем?

— Крайнее задание, поэтому и сложнее — стал терпеливо объяснять Алекс — нам самим необходимо найти объект, а известен только примерный район. Мы даже не знаем, что это за объект.

— Ну и дела… — только пробасил в ответ Дуб — А чего раньше не сказали?

— Ага, так тебе все и скажут — вмешался в разговор Ларсен — командование никогда всей правды не говорит, да и вообще, привыкай. В жизни чаще всего так и бывает: иди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Вполне даже обычное задание. Спутник что-то засек, где-то прошли слухи, а рейнджеры должны это дело раскопать и по возможности уничтожить. Такая уж наша работа.

— Да сейчас Плант и расскажет все, перед самым выходом. Мы в этом месте разделимся на поисковые партии. И еще — Карт оглядел друзей — где-то на этом плато есть вода. Это я знаю точно.

Все радостно переглянулись, глаза сразу загорелись, новость была приятной.

— Но сразу скажу, найти ее будет нелегко. Местность тут, сами видите, черт ногу сломит.

— Етишкин кафтан — затейливо ругнулся Пуаро, со временем он набрался от русских старинных ругательств — ну и заданьице. Мы, скорее все перемрем от обезвоживания, один буксир только остался, и сколько мы туда воды загрузим? Хорошо, что батареи с помощью солнца всегда можно подзарядить, а то техника из-за этого вездесущего песка мрет как подопытные мыши в медицинском колледже.

— Мы сами виноваты — неожиданно брякнул Петров.

— Это ты к чему, Васек? — с удивлением посмотрел на друга Дуб.

— Да я тут перед последним выходом с парнями из артиллерийского склада пиво пил. Есть там один мастер-сержант Йохансен, знаете такого? Он старый кореш нашего Сопата, где-то служили вместе. Так этот сержант, дунув так хорошенько травки, поплыл знатно, и кое-что разболтал. Мы первое и второе задание выполнили, сами помните, блестяще. Вот постарались идиоты, рекорд за рекордом били. Мы же крутые, нам благодарностей и наград от командования не хватает! Поэтому нам, как отличникам боевой подготовки и запилили на полную катушку.

Такой гадости на экзаменах еще никому не доставалось. Йохансен этот трепался, что экзамены по сложности на семь баллов делятся. Так вот — Петров внимательно оглядел посерьезневших сразу товарищей — если в Азии у нас была четверка, в снегах пятерка, то здесь тянет именно на семерку. Хотя обычно экзамены для новичков выше четверки не ставят. Эксперимент на нас проводят, суки, выдержим или нет. И еще, все парни, которые раньше сошли с дистанции, все равно дипломы штурмовиков получат.

— А мы что тогда? — озадаченно спросил Пуаро.

— Высший ранг классности, сраные бродяги космоса — раздался позади чей то голос. Все оглянулись, у маленькой расщелины стоял Стрелков и санитар-стрелок их отделения Брандт — Военную тайну выдаешь, Васька.? Ну ладно, парни, раз вы уже в курсе, то встаем и двигаем. Карт, подойди ко мне.

Бойцы с неохотой, затаенной обидой, но дисциплинированно, встали, навьючились амуницией и оружием, и рассредоточились, согласно боевому уставу.

— Ал — Игорь со вниманием посмотрел на своего разведчика — Кранцу очень плохо, он будет на базе с буксиром сидеть, координировать поиски. Так что вся надежда на тебя. Наше отделение должно углубиться вглубь этого плато, и поискать следы чьего-нибудь присутствия. А самое главное — главное найти воду! Еще один день и у нас закончатся запасы, и тогда мы сходим с дистанции.

Карт что-то сосредоточенно обдумывал, а потом взглянул на командира — Игорь, а может ну его нафиг? Мы и так дипломы получим. Какого хрена они семерку простым курсантам дают? Это задание для спецназа, и техники здесь надо поболее, и амуницию другую.

— Знаешь, друг, я понимаю тебя, но с другой стороны подумай. Мы что зря тут страдали, зря пыль глотали и глотки сушили? Ты как хочешь, а я отступать не намерен — Стрелков жестко глядел на своего бойца.

— Понял тебя, командир. Может, ты и прав.

— Тогда вперед, ты наметил маршрут?

— Да, сейчас тебе скину. Я как всегда впереди с Ларсеном.

К поверхности невозможно было прикоснуться, так она была горяча. На этом каменистом плато, сплошь прорезанном расщелинами и складками, бойцы чувствовали себя как на сковородке. Солнце уже заметно поднялось и палило просто неимоверно. Каждые полчаса приходилось выпивать порцию воды, и каждый час глотать по солевой таблетке. Хорошо, хоть песка и вездесущей мелкой пыли здесь оказалось заметно меньше. Алекс с трудом пробирался вперед, в голове шумело, горло совсем пересохло. Неожиданно Ларсен сбил его с ног и навалился сверху.

— Воздух! Ты что не слышишь?

Карт заученным движением выдернул из бокового кармана сверток, который моментально расправился, и накрылся с ног до головы этим маскировочным плащом. Затем он принял позу эмбриона и замер. Дыхание было учащенным, в висках шумело, глаза слезились. Он даже не понял, что воздушный разведчик прошел мимо, и его плащ кем-то сейчас сдернут, и его тормошат, и снимают с головы шлем.

— Брандт? Что с ним?

— Что, что? Тепловой удар. Сейчас вколю допинг, оклемается.

Чуть позже Стрелков присел рядом со своим разведчиком — Ал, ты в порядке, сможешь идти дальше? Нам необходимо найти место для привала, а то это проклятое солнце сегодня точно нас добьет.

— Сейчас, командир, передохну и встану. Что-то меня сегодня колбасит.

— Нас всех колбасит, Ал. А ты куда нас завел? Тут совершенно плоская местность, даже укрыться негде.

— Там впереди, еще километр и должен быть какой-то каньон, или полуцирк. Еще немного пройти.

— Да? В этом чертовом месте километр это очень много. Ты точно уверен, что нам стоит туда идти?

— Да, Игорь. У меня предчувствие.

— Ну, тогда по коням. Парни встаем!

К концу этого проклятого часа, что они двигались вперед, бойцы учебного отряда были уже не то что на пределе, а за пределом своих возможностей. Высохшие глотки, покрасневшие от яркого солнца глаза, ноги еле волочились по камням. Со стороны они были похожи не на солдат элитного подразделения, а на мифических существ-зомби. Плоская однообразная местность вдруг начала пересекаться более глубокими трещинами, и приходилось тратить последние силы на их преодоление. Алекс же неожиданно почувствовал в себе новые силы, в голове понемногу прояснилось, и он стал внимательней осматривать местность.

— Стойте здесь! — вдруг крикнул он — Олд, давай за мной.

Они вдвоем осторожно обошли скалистую выпуклость, обточенную ветром до блеска. Алекс обратил внимание на более светлый цвет этого выступа уже давно. Он осторожно ступал по зазубренному камню, поверхность плато вдруг резко пошла вниз. Пройдя по открывшейся расщелине вперед, они остановились у отвесной стены, впереди темнела чернотой глубокая впадина. Они дошли! Вот она благословенная тень!

Чуть позже все отделение лежало здесь вповалку, пользуясь долгожданной прохладой, изредка делая маленькие глотки, уничтожая последнюю воду из своих запасов.

— Подождите — вдруг привстал Карт — чувствуете, в воздухе что-то изменилось!

— Твою мать! — удивленно привстал с места Стрелков — Это же вода! Парни, здесь есть вода!

Его слова подействовали на людей магически, все разом вскочили и дружно загалдели. Затем курсанты быстренько организовались в боевую колонну и двинулись вниз. Оказывается дисциплина, вбитая в землян с детства, и в такой жесткой ситуации работала как проверенные временем часы. По счастью, спуститься удалось без навешивания фалов, якорей и прочего скалолазного оборудования. Карт быстро сориентировался в этой расщелине, и бойцы шли по узким полочкам и террасам, минуя крутые отвесы и осыпи.

Носы молодых парней осторожно втягивали воздух, он и, правда, пах немного сыростью. Наконец через полчаса осторожного движения между большими каменными валунами и колдобинами, группа вышла к подножию скального амфитеатра, и людям показалось, что они попали в настоящую волшебную сказку.

Скалы в этом месте имели оттенок кофе, с красными и розовыми узкими прожилками. Они полукругом охватывали небольшую долину, на поверхности которой лежала все та же красно-бордовая галька. На ней то тут, то там зеленели пучки травы, между темными валунами скромно выглядывали и маленькие кустики. Но не это было главным. Чуть выше обрывистой скальной стенки, из глубокой узкой расщелины вытекал поток воды. Настоящей воды! Затем он переливался через выступ и стекал вниз небольшим рассыпчатым водопадом, который ярко сверкал в лучах солнца. Вода узкими потоками быстро долетала до низа и билась о поверхность гладкого, выбитого ее же струями бассейна.

Люди не выдержали и безумной толпой бросились к воде. Вообще-то аквамания на поверку оказалась очень сильной заразой. Алекс и сам не понял, как оказался под холодными струями воды, подняв голову вверх, жадно ловя ртом этот божественный дар природы. Они стояли, лежали, сидели под водопадом, казалось, что люди хотят прямо кожей впитать как можно больше живительной влаги. Со стороны курсанты в этот момент выглядели точно безумные.

Наконец, после первого периода необузданного веселья люди стали приходить в себя. Командир отделения уже назначил первых караульных, отправляя по очереди по паре бойцов на полную помывку. Курсанты с наслаждением сбрасывали одежду и подставляли усталые юношеские тела под благодатный холодный дождь. Потом, уже стуча зубами, они выбирались на горячие камни, с наслаждением ловя лучи солнца, и обсыхали прямо на глазах. Через час группа села за поздний обед, теперь можно было не жалеть воды и соорудить из сухпайков что-то похожее на суп.

— Надо сообщить нашим — нарушил сосредоточенное молчание Стрелков. Все поняли его без лишних размышлений, значит, кто-то должен был выйти наверх, под палящее небо над плато, и с полчаса ловить узконаправленный луч зашифрованного канала связи.

— Я пойду — вызвался первым Карт.

— Я с тобой — поддержал друга Ларсен. Стрелков только согласно кивнул головой.

Через несколько часов командир второго и вызвавшиеся с ним добровольцы встречались на точке рандеву с бойцами первого отделения. Плант поступил умно: выгрузив все из последнего буксира, он разделил бойцов на две тройки. Одна двигалась рядом, а вторая ехала на горбу тихоходной машины. Так они сэкономили силы, и теперь с жадностью пожирали свежую воду, принесенные бойцами второго отделения. Оставив пару бойцов ПВО для прикрытия точки, Стрелков с остальными пошел назад. Требовалось загрузить машину водой и отправить ее обратно на автопилоте.

Только к темноте вся команда оказалась, наконец, в сборе. Напившиеся вдоволь и хорошо поужинавшие курсанты сразу воспрянули духом. Радости прибавила и новость от разведчиков третьего отделения, они обнаружили непонятную радиоактивность в местном эфире. А их боец ПВО даже засек снижающийся летательный аппарат. Значит, где-то рядом и находилась та искомая база условного противника. Поэтому никто из курсантов не ворчал, когда Плант назначил усиленный караул и отправил две поисковые партии прямо ночью. В одной из них оказался Карт и Ларсен. Они успел пару часов поспать, а после освежающих водных процедур и сытного ужина, чувствовали себя просто великолепно. За спиной висел бак на пять литров, теперь полностью полный, ноги сами собой налились силой и упорно толкали разведчиков вперед.

Ночь встретила обычным холодом и кромешной тьмой. Луны на небосводе сегодня не наблюдалось, поэтому пришлось пользоваться ночными очками. Еще засветло Алекс наметил возможный подъем из долины, и уже через пятнадцать минут они сторожко шагали по плоскогорью. Карт быстро сориентировался по местным звездам, он всегда старался пользоваться простыми приемами, не доверяя все сложной технике. Еще час они шли по выбранному маршруту, огибая точащие скальные выступы и расщелины. Неожиданно Ларсен могучим движением руки уронил друга на камни. Алекс без вопросов замер, он уже привык доверять инстинктам норвежца. Чуть левее послышался какой-то скрежет, затем явственно стал слышен гул мотора. Разведчики осторожно двинулись вперед, ползти по острым камням удовольствие было еще то. Вскоре они увидели скалистый обрыв, теряющийся дальше в кромешной тьме. В этом месте, похоже, плоскогорье и заканчивалось. Алекс начал внимательно осматривать в визир окружающее пространство, ночным режимом он не пользовался, боялся быть замеченным. Вот! Что-то мелькнуло перед глазами. Разведчик на мгновение включил ночной режим, это была транспортная машина! И в ней сидели люди! Алекс молча стукнул напарника по плечу, и они попятились обратно.

— Иди назад и лови луч связи — скомандовал Карт — Здесь под нами выход на поверхность, мы останемся для наблюдения. Следующий сеанс связи через час после восхода. Понял?

Ларсен молча кивнул и осторожно полез назад. За большим камнем он тщательно наблюдал за дисплеем планшета, ловя узконаправленный луч. Все-таки их маршрут был примерным, и поэтому автомат связистов давал небольшие горизонтальные колебания. Вот Олд увидел искомую вспышку и нажал на клавишу, через пару секунд на дисплее появилось команда, что канал сфокусировался, и удалось отправить зашифрованное сообщение командирам. Уходя, Ларсен оставил на этом месте только ему понятные пометки, чтобы утром сразу же попасть на связной канал. Только таким замысловатым образом удавалось проводить наземные переговоры незаметно для противника. Засечь подобную связь можно было только, если целенаправленно двигаться в заданном квадрате, тщательно его прочесывая, и стараясь попасть в зону действия узкого луча, или используя мощную орбитальную группировку спутников. А это, значит, задействовать огромные ресурсы против небольшой маневренной группы.

К обеду стало ясно, что они нашли. Под этим плоскогорьем находилась военная база. Чуть подальше разведчики обнаружили главный вход, который хорошо охранялся стандартным автоматическим периметром и даже механизированными патрулями. В той же стороне время от времени приземлялись или поднимались разведывательные дроны. Алекс, по всей видимости, обнаружил какой-то второстепенный технологический выход. На поверхности рядом с ним они нашли несколько сканеров и датчиков, но не рабочих, уже давно полузасыпанных песком. После каменистого плоскогорья начиналась самая настоящая песчаная пустыня с желтыми барханами, уходящими за горизонт. Поэтому наблюдать за перемещениями патрулей было двойне сложно, кроме палящего солнца врагом еще стал вездесущий песок. Он забивался даже под маску шлема, противно скрипел на зубах и норовил попасть в обувь.

После полудня разведчиков сменили парни из третьего отделения, и Алекс с Олдом отдыхали в тени каменного выступа. Тут же присели Плант и Стрелков, что-то живо между собой обсуждая. Комотду первого недавно сообщили еще какую-то важную информацию, и он реально писал кипятком. Таким возбужденным их командира Карт еще не видел.

— Что-то новенькое? — наконец не удержался он от вопроса.

— Да просто Роберту не терпится в бой — саркастично ответил Стрелков — Давай дождемся остальных.

— Зачем? — у Планта на загорелом лице ярко блестели васильковые глаза — А вдруг нас все-таки засекут? Нам и так повезло, что подобрались сюда так быстро. Видимо они с этой стороны никого не ожидают. Это же настоящее плато смерти! Если бы мы не нашли воду, то остались бы там и ждали сейчас спасателей, провалив задание.

— А Сопат?

— Да ну его к черту — Плант не выдержал и поднялся на ноги.

— Может, все-таки просветите простого бойца — Алексу стало по-настоящему интересно. Не каждый день увидишь потомственного аристократа в таком нервном возбуждении.

— Тогда иди сюда — Комотд бросил на камень свой планшет — Смотри!

На экране появилось видеоизображение главного входа, кому-то удалось высунуть наружу рабочий щуп сканера, и камера внимательно осмотрела все подробности участка в очень хорошем разрешении.

— Вот здесь — Роберт остановил движение на экране и увеличил этот кусок изображения — эти идиоты не залатали очень интересную дырочку. Видишь, тут контрольный щиток, видимо часть облицовки была съемной, и сейчас отвалилась. Если сюда точно ударить ракетой, то ворота станут неподъемными. А именно из них и патрули выходят, и выкатывают дроны. А после мы ударим вот по этим замаскированным узлам связи. Потом можем спокойно сматываться, нас слишком мало для штурма, да и основная задача была найти хоть что-то. В реальном бою мы потом могли вызвать атмосферники, и те сровняли бы к едрени фени все это хозяйство.

В их команде уже стало нормой применять в разговоре старинные русские ругательства, дурное дело — оно заразное. Хотя сам Плант в этом пока замечен не был.

— Кто стрелять будет? — с деловым видом спросил Стрелков.

— Ларсен — Плант кивнул в сторону норвежца — пусть он и не самый лучший стрелок, но более хладнокровный. А Дуб и Васильев пусть его прикрывают, их команда хорошо сработалась. Мои же ребята займутся башней связи. Согласен?

— Вполне.

В лучах заходящего солнца песчаные барханы выглядели как волны багряного моря, переливаясь оттенками красного и желтого. До чего же бывают красивы различные уголки природы Земли! Алекс лежал неподалеку от напарника, приглядывая за склоном, где находился технологический вход. Тот открывался сегодня вечером только пару раз, выпуская машины с техниками. Ларсен внимательно слушал команды ПВОшников. Дуб и Васильев примостились чуть сзади и повыше, прячась в складках небольшого каменного выступа. Наконец они дали команду на пуск, цель была надежно зафиксирована. Установка уже стояла на треноге, готовая к бою. Ларсен скинул маскировочную накидку и сразу же прильнул к окуляру прицела, нажав чуть позже на кнопку пуска. Маленькая ракета с грохотом ушла вперед, и буквально через секунду в наушниках прозвучало «Поражение». Карту с его позиции не был виден основной вход, но он ясно себе представил взметнувшийся над пыльным склоном огненный шар.

— «Приготовиться второй огневой» — глухо раздался в наушнике голос Планта и тут же в эфир ворвался гневный крик Сопата — «Какого черта вы там творите?! Кто разрешил открыть огонь?»

— Сержант, а какого черта вы на открытой волне? — раздраженно перебил его командир первого отделения.

— Курсант, отставить! Я повторяю немедленно отставить!

— У нас задание — не унимался зло Плант.

— Задача была найти, тем более… Короче, эта база рабочая, и вы, куски кошачьего помета, сейчас дербаните дорогостоящее оборудование. Черт бы вас побрал, парни! Всем спуститься к запасному входу и ожидать меня там. Все поняли? Задание окончено! Все понятно? Задание закончено!

— Так точно.

Они, все еще не веря в произошедшее, медленно поднимались с позиций, собирали оборудование и снаряжение, и не торопливыми шагами спускались вниз. Вскоре у технологического выхода собрались бойцы второго и часть первого отделения. Курсанты устало бросали снаряжение и садились прямо на песок, чувствуя безмерную усталость и одновременно радость оттого, что все испытания остались позади.

Вскоре загрохотали подъемные ворота, их явно давно не смазывали. Вперед выехала небольшая платформа, за ней шли несколько человек в военной форме. От них отошел плотный мужчина в форме мастер-сержанта

— Ну вы, парни, и выдали. Из-за вас у нас неделю выходных не будет! — и добродушно добавил — Как и смогли то? Я даже не поверил, что вы еще курсанты. Тут пару раз нас спецкоманды проверяли на вшивость, так ни одна сюда не дошла. Молодцы, нечего сказать. Ну, бывайте, удачи вам!

С платформы скинули контейнер со свежими бутербродами и банкам холодного лимонада, и техники не торопясь, направились к поврежденному основному входу.

Через полчаса послышался мерный гул подлетающего флайера. Подняв клубы песка и пыли, он приземлился на привходовую площадку. Из люка резво выскочил улыбающийся Сопат, и примерно отругав командиров, потом по очереди пожал руки всей команде. Он явно гордился, что в его отряде служат такие крутые парни. А курсанты, устало улыбаясь, понимали, что этот этап жизни у них уже закончился. И впереди их ждет короткий отпуск, «Кровавое испытание» и распределение в части Действующей армии Федерации.

Часть вторая

Первая кровь. Первые сражения

Водила генералов

Карт вздрогнул. Шеф-сержант опять громко заорал: «Всем на погрузочный пандус! Живее черти! Или вы не Вепри?!» В ответ ему раздался нестройный гул голосов, все-таки их шеф мог перекричать целую роту! Тело послушно следовало за товарищами по батальону «Вепри». Бойцы хоть и старались друг друга подбодрить, но чувствовалась всеобщая нервозность. Похоже, эта высадка будет непростой.

Еще вчера батальон выстроили на палубе и личному составу объявили, что их срочно перебрасывают на Калунию, пограничную планету в системе двух звезд. Достаточно редкий тип системы, где смогла развиться жизнь. После этого объявления весь начальствующий состав «Вепрей» заперся в кают-компании и получал инструктаж. Сержанты же проводили стандартные процедуры: еще раз проверяли боевые порядки, просматривали ящички с личным оружием, готовились к выдаче боеприпасов. А по взводам уже пошли неприятные слухи: говорили, что у войск Федерации на этой планете появились большие неприятности.

И вот сейчас часть их батальона грузилась в «Прыгун». Мимо уже прошли озабоченные пилоты десантной капсулы, у технологических люков суетились техники, подготавливая машину к вылету. Сам ангар корабля-матки буквально поражал своими циклопическими размерами. Карту никогда еще не приходилось бывать на таких гигантских космических кораблях. «Материк» мог единовременно выслать двадцать капсул с десантом. К этому можно было еще добавить две эскадрильи ближних охотников, размещенных на отдельных палубах. Всего на борту этого космического циклопа размещалось до десяти тысяч пехотинцев, плюс техника. Как местные специалисты только и разбирались во всем этом хитросплетении переходов, ангаров, складов? А ведь надо было еще обеспечить всех бойцов питанием, подать воду для умывания, следить за отхожими местами. Но надо признаться, уровень автоматизации и робототехники этого корабля также поражал воображение. Производили таких монстров на Лигане, самой промышленно развитой планете Спирального Альянса.

— Ал, не спи! — его подтолкнул сзади друг Ларсен. Им повезло оказаться вместе в одном батальоне и даже в одном взводе. Хотя скорей всего на это решение повлияли их победы в Больших играх. Карт бежал вслед за бойцами, идущими гуськом вдоль зеленой мигающей ленты. Это был цвет их команды. Все здесь было очень практично продумано: каждой команде при погрузке присваивался тот или иной цвет, а дальше просто надо было следовать за указателями. Погрузка шла быстро, и вскоре Карт заскочил внутрь десантной капсулы и сразу повернул налево. Тело работало на автомате: заскочить в отсек, найти свое место, занять его, накинуть противоперегрузочное приспособление, отжать кнопку готовности. Над его головой загорелся желтый огонек, как и у других бойцов. Значит, все было сделано правильно. Заместитель командира их пятого взвода сержант Принер прошелся по отсеку и удовлетворенно хмыкнул, затем доложил по переговорному устройству о готовности, и сам занял посадочное кресло. Огоньки переключились на зеленый свет. Капсула была готова к прыжку. Через некоторое время Алекс почувствовал, как капсула приподнялась над палубой ангара, и пошла по гравитационным рельсам куда-то в бок. Он час назад наблюдал похожий старт грузовой капсулы. И явственно представил себе как их «Прыгун» заходит по рельсам в большое отверстие шлюза, створки за ними быстро закрываются, моторы вентиляторов работают очень тихо. Затем в эфире раздался голос штурмана капсулы

— Готовность. Пять, четыре, три, два, один — пошли!

Все десантники почувствовали, как под ними уходит палуба. Это они распрощались с гравитационным полем корабля-матки. Ощущения полета не наблюдалось, просто появилась обычная невесомость. Пока они двигались в «гравитационном» лифте, предохраняющем капсулу от перегрузки и позволяющем экономить энергию. Карт покрутил головой — все парни сидели спокойно, многие закрыли глаза, или спят или расслабляются. Бойцы вообще переживают боевое десантирование по-разному. Хотя если быть до конца честными, то все равно всем им было страшно. Очень страшно. Ведь до поверхности планеты можно и не долететь. Обидно так просто сгореть в атмосфере, или выпасть из разбитого ракетой транспорта, такая вот бессмысленная собачья смерть. Лучше об этом даже и не думать, поэтому Алекс погрузился в воспоминания, десантироваться им еще минут двадцать.

После испытательных экзаменов им предоставили двухнедельный отпуск. Начался он на центральной базе рейнджеров в районе Денвера, на Континенте. Большинство курсантов разбрелось по увеселительным заведениям близлежащих городков. Но Алекс к этому повороту событий приготовился заранее. По вновь найденным каналам и напрягая некоторые старые, он смог получить дорожную карту от одного городка к другому. Только дорога эта почему-то проходила через Филадельфию. Ну, любил он тот старинный город! Один из немногих, что сохранились с «дочумных» времен. И все было сделано вполне законно, а то, что пересадочный пункт находился так далеко, ну бывает, ошиблись.

Отпуск вызвал двоякое впечатление. Хорошо, конечно, произвести фурор среди молодых девушек, появившись в обществе одетым в парадную форму рейнджера. Заслужив одобрительный кивок от старших, пройдясь твердым шагом по аллее. Но опять же, большинство старых друзей находились уже в армии: были раскиданы по множеству учебных баз, а то и служили в действующей армии. Другие из знакомых участвовали в соревнованиях на другом конце света. Поэтому после недели на побывке Алекс как-то загрустил и захотел уехать к друзьям новым, приобретенным в учебке. Был, правда, один веселый эпизод. На второй день требовалось зайти в федеральное управление прокачать дорожную карту. Здесь Карта и застукал патруль военной полиции. Ухмыляющийся штабс-сержант потребовал карту и личный чип на опознание. Алекс с иронией наблюдал, как изменилось выражение лица полицейского сержанта. Он побагровел и закричал

— Курсант, какого черта вы сюда заехали? У вас пункт назначения в пятидесяти милях от базы!

— Но документы же в порядке?

— Не знаю, щенок, как ты это сделал, но…

— Во-первых, не щенок, а рядовой мобильной пехоты — прервал тираду полицейского Алекс — во-вторых, у вас на терминале горит зеленый свет. Вы что-то имеете против федеральной службы отправлений?

Сержант стал красным как вареный рак и хотел проорать что-то обидное, но молодой рейнджер его опередил — Сержант, перед тем как оскорблять будущего штурмовика, подумайте, как бы это вам самому не вышло боком?

Угроза была вполне реальной, ведь Карт мог потребовать личный номер сержанта. А уж найти каверзный способ, чтобы отомстить военным копам, в таких делах рейнджерам не было равных. Ну не любили они наглых тыловиков. Командир патруля так и застыл на месте, а сопровождающие его двое рядовых застыли в ужасе. Видимо с подобным наглым отпором они еще на практике не сталкивались. Обстановку разрядил пехотный капитан, вышедший из боковой двери. Алекс сразу же принял строевую стойку и отдал честь, он успел заметить, что вместо правой руки у гренадера роботизированный протез, значит офицер боевой, а в тыловую службу ушел скорей всего по ранению. Обычно протезы ставили тем солдатам, кому не смогла успеть квалифицированная медицинская помощь, а это случалось только в отдаленных гарнизонах.

— В чем проблема, сержант? — обратился пехотинец к полицейскому.

— Да этот салага мало того, что находится здесь незаконно, так еще и угрожает мне.

Полицейский совершил грубую ошибку, своей жалобой он показал, что не владеет ситуацией. Да и не принято в армии доносить друг против друга при обычных дисциплинарных нарушениях. Капитан заметно скривился и протянул руку за документами. Увидев на терминале данные, он усмехнулся и с интересом посмотрел на Алекса.

— А ты ушлый парень, курсант Карт.

— Рядовой Карт, сир — поправил офицера молодой человек — мы уже прошли экзамены и приняты в армию Федерации.

— Вот как? На какой базе заканчивали обучение?

— Тромсе, сир!

— Вот даже как? Наслышан. Значит, будешь штурмовиком — капитан задумчиво посмотрел на Карта — А в Денвере почему?

— Привилегия.

— ?

— Я победитель Больших гонок, сир.

Офицер с еще большим интересом уставился на молодого рейнджера, рядовые полицейские также неподдельно заинтересовались этим странным парнем. Не каждый день встречаешься с чемпионом легендарных соревнований. Сержант же стоял в стороне как оплеванный, сегодня был явно не его день.

— Интересный ты молодой человек — офицер протянул Карту документы — не знаю, с кем ты там провернул это дельце, но постарайся больше не попадаться нам на глаза. И вернись на базу вовремя. Все понятно?

— Так точно, сир! — гаркнул Алекс, потом лихо развернулся и пошел к выходу.

После всеобщей расслабухи новобранцев собрали в ординарные команды и повезли на «Крещение кровью» — старинный и очень жестокий обычай. В последний раз они взглянули на Землю в иллюминаторы грузовика, уходящего на другую звездную систему. Все, началась настоящая армейская служба.

В последующие две недели пути они под руководством сержантов и капралов осваивали премудрости армейского быта. Дальние космические транспорты не располагали к комфорту. Узкие кубрики на отделение с двумя рядами коек и встроенными в стены шкафчиками. Туалеты приходилось посещать по очереди, в душе на помывку были установлены жесткие лимиты воды. Поэтому и пахли эти транспорты внутри не очень приятно. Питание было однообразным, в основном овощное пюре и сублимированные продукты. В общем, добро пожаловать в Действующую армию!

В конце пути им выдали боевое оружие и посадили в обычные суборбитальные капсулы. Их отряд попал на жаркую планету Хлют, давно уже завоеванную Спиральным Альянсом, но еще не покоренную окончательно. Здесь в больших городах стояли гарнизоны войск спиральщиков. Землян тут было мало. Пока молодые бойцы таращились на патруль Вискончиан, гуманоидную расу, одну из немногих воевавших за Альянс, их командиры договаривались с транспортом. Во время пути новобранцы вертели головами, благо сферическая крышка авилета была прозрачной. Планета Хлют оказалась почти вся заросшей тропическими лесами. Под крылом магистрального авилета сине-зеленые джунгли шли нескончаемым потоком, прерываясь только зелеными лентами рек.

На вышедших из открытого люка новобранцев сразу же навалилась немыслимая жара и духота. Но бойцы хоть и были новичками, но уже не желторотиками, все-таки серьезные испытания за плечами. Поэтому без проблем отряд выстроился в колонну и двинулся по грунтовой дороге. Вскоре лес раздвинулся в стороны, и взвод оказался у большого озера, на берегу которого и стояла местная деревня. Вернее остатки, то тут, то там виднелись последствия жаркого боя. Дымились две подбитые бронированные машины, у дороги в рядок были уложены погибшие бойцы вискончианского патруля. Многие дома сгорели, на месте некоторых оставались только разбитые в клочья ошметки. На площади валялся какой-то мусор, множество щепок от разбитой мебели, обрывки бумаг.

— Первое отделение направо, второе налево, третье прямо — заголосил приданный отряду лейтенант.

Солдаты привычно слушали приказы и выдвигались вперед. Около грузового трека их отделение остановилось, им начали выдавать новое оружие. Это были АК-240, старинные огнестрельные карабины. Сильно поюзанные, но в хорошем состояние. Карт сразу похолодел: значит, это не россказни! Им не дали опомниться, и отправили на край поселка. Здесь бойцы увидели пару бронемашин висконзианской пехоты и толпу местных жителей, стоявших под прицелом орудий. Маленькие, с темной, красного оттенка кожей, они выглядели вполне безобидно, только затравлено озираясь вокруг. К толпе местных то и дело подбегали патрульные и выдергивали оттуда жителей. Набрав, таким образом, небольшую группу туземцев, они отвели их в сторону и выставили в ряд.

— Первое отделение вперед! Построится! — заорал громко лейтенант. Солдаты привычно выполнили команду. Думать было некогда — Оружие зарядить! Прицелиться! Огонь!

Молодые рейнджеры произвели залп, выбранные на заклание туземцы упали как подкошенные. Патруль же выбирал из толпы новые жертвы. Карт только успел заметить, что там есть как мужчины, так и женщины.

— Второе отделение на позицию! — снова раздался громовой голос лейтенанта.

Карт сдвинулся с места вместе со своими товарищами. Голова закружилась, а руки вдруг стали липкими от пота. А ведь это и в самом деле страшное и жестокое испытание — убийство живого существа! И не в горячке боя, а осознанное уничтожение в устрашающих целях. Что за идиотский обычай! Но пока голова думала, руки делали. Он привычно передернул жесткий затвор, снял оружие с предохранителя и по команде офицера прицелился. Ему уже приходилось стрелять из этого карабина, поэтому он покрепче прижал его приклад к плечу. Отдача у него неслабая. Неожиданно в прицеле он увидел молодого краснокожего парня. Тот со страхом смотрел прямо на Алекса, по его лицу текли струйки пота. Руки солдата непроизвольно дрогнули.

— Огонь!

Палец привычно выжал скобу, карабин сильно дернулся. А Алекс с ужасом наблюдал, как у стоящего напротив его туземца разлетелась голова. Убойные были выстрелы! Но думать сейчас некогда. Они снова бегут к машине, сдают оружие и возвращаются к авилету. Все парни из их отряда выглядят хреново, многих стошнило прямо на красно-бурую почву. Одного рядового привели с позором, он уронил оружие и заплакал, вместо того, чтобы стрелять. Теперь он пойдет служить в штрафные подразделения. Никто не разговаривал друг с другом, да и не было повода веселиться. Новобранцы каким-то внутренним чувством осознали, что сегодня они сильно прибавили зла во вселенскую копилку темной стороны бытия. Но именно теперь они стали полноправными солдатами!

Через месяц после «крещения» Алекс с Ларсеном прибыли на огромную базу «Титания», оборудованную в глубине большого астероида в системе Квахс. Это был один из основных пунктов дислокации частей Мобильной пехоты. Вряд ли на этой базе был хоть один человек, который обошел все помещения и коридоры этой огромной воинской системы базирования. Обычные же бойцы находились неотлучно в своем секторе, где было все необходимо для жизнеобеспечения подразделения: жилые кубрики, санитарно-гигиенический блок, кухня и столовая. В каждом таком секторе присутствовала обычно и учебно-тренировочная часть, то есть спортзалы и тренажеры.

Двое новобранцев были определены в батальон «Вепри». Этот древний обычай называть свои подразделения звериными именами пришел из Континентальной армии. Но не все батальоны получали собственные имена, а только те, кто это заслужил. Аналогом этой старинной традиции у гренадеров было звание гвардейцев. Парни попали в «Вепрь» только потому, что обучались на штурмовиков, прошли жесткие испытания и сразу попали в высшую касту. Что опять же не спасло их от всех злоключений, присущих новобранцам.

Штабной офицер проводил друзей до кубрика пятого «коричневого» взвода, там уже они попали в крепкие лапы мастер-сержанта Лорейна. Тот быстро ввел новичков в курс дела и показал им их место, а было оно в самом темном углу кубрика. Подошедшие с занятий бойцы взвода познакомились с новичками и популярно объяснили особенности общежития рейнджеров. С незапамятных времен в армии осталась куча совершенно идиотских обычаев и традиций. Но что поделаешь, пришлось их исполнять. Хотя надо отдать должное, никто зазря новобранцев не гонял и не обижал. Да и кто такой Ларсен, объяснять не надо было, о его победе в Большом турнире все бойцы батальона уже слышали. У норвежца сразу же появилось множество спарринг-партнеров. Карт также приобрел уважение среди товарищей, когда показательно загонял учебный тренажер до отключения, и сделал это дважды. Лорейн хлопнул новичка по плечу и сказал, что после боевого крещения назначит его на головную машину.

Иногда в батальоне появлялся его командир — майор Одевский, опытный офицер, недавно пришедший в батальон из «Свирепых рысей». Высокий и плечистый он возвышался над своими штабными офицерами на целую голову, любил порядок и дисциплину, поэтому в расхристанном виде перед ним лучше было не показываться. И характер Одевский имел крепкий, по слухам в последний выход его старый батальон лишился командира, и ему пришлось взять командование на себя. «Свирепые рыси» успешно отразили атаки противника, и вышли из боя с минимальными потерями. Поэтому командование присвоило ему звание майора и назначило командовать элитным батальоном. Местные старослужащие пока только присматривались к новому командиру, а для Карта и Ларсена он и вовсе был первым.

Все изменилось четыре дня назад. После обеда, когда у солдат по распорядку был двухчасовой отдых, вдруг раздался противный звук сирены. Учебные тревоги объявлялись достаточно часто, Алекс уже привык к ним. Поэтому встал с койки и стал спокойно собираться, пока не получил чувствительный пинок в зад.

— Боец, не копайся! — Карт обиженно обернулся, рядом с ним стоял капрал Ухов — Ты, что не понял, это не учебная тревога!

И в самом деле, весь взвод суетился, как ошпаренный. Из открытых шкафчиков бойцы выметали весь свой нехитрый скарб и упаковывали все это в штурмовые рюкзаки. На пороге появился сержант Принер.

— Ну что застыли, сосунки? Пошевеливайтесь, сбор через двадцать минут на второй палубе. Живей!

Карт упаковался, он с детства умел быстро собираться, и вышел в просторный коридор. Здесь уже стоял ПВОшник их взвода увалень Кристо.

— А чего все так засуетились? — спросил новобранец почти дембеля, тот лениво оглянулся и нехотя ответил.

— Привыкай. Так и выглядит обычно настоящая тревога. Хотя обычно о боевом выходе сообщают заранее. А если тревога неожиданная, значит, где-то случилась беда, и нас отправляют в самое пекло. Так что поглядывай в оба, салабон.

— Понятно.

Бойцы уже начали дисциплинированно выстраиваться в колонну. Ведь в таких случаях движение поодиночке было запрещено, чтобы не создавать ненужную сутолоку в коридорах. А на второй палубе выстраивался повзводно весь батальон. Вскоре перед коробкой их пятого взвода остановился взмыленный Принер

— Так, парни! В одном нехорошем месте у наших появились некоторые проблемы, и наше любимое командование не нашло другого выхода, как прикрыться нашими задницами.

Бойцы загоготали, но сержант сменил улыбку на хмурое выражение лица, и взвод снова затих.

— Поэтому сейчас выдвигаемся на склад батальона, получаем оружие и амуницию четвертого уровня. Затем к площадке челноков, пятый выход.

Пока рейнджеры ждали посадки на челнок, к взводу подошел его командир штатс-лейтенант Трошев. Он внимательно осмотрел всех бойцов, время от времени, поглядывая на планшет. Дошла очередь и до Карта с Ларсеном.

— Вы у нас в первый выход? — спросил Трошев — Тогда так: Карт, после высадки мы поедем на Кузнечике, сядешь туда штурманом. Опытный водитель у нас уже есть. Ларсен, ты пойдешь вторым пулеметчиком своего отделения. Сержант Принер обеспечьте рядового оружием. И вот что, парни, — лейтенант посмотрел на новобранцев — На рожон не лезть, старших слушаться! Все понятно?

— Так точно, сир!

Челнок перевез их на корабль-матку, где они два дня болтались в подпространстве, пока не вынырнули около планеты Калуния, месте их назначения. Еще день рейнджеры болтались на орбите. Здесь уже выстроилась очередь из грузовиков. Первыми выгружались гренадеры и легионы механизированной пехоты. Похоже на этой планете началась знатная заварушка. Принер попытался собрать через знакомых техников-связистов информацию и с каждым часом становился все мрачнее и мрачнее.

— Значит так, парни, внизу сейчас настоящая бойня — приземистый сержант кивнул в сторону палубы — уже спустили три дивизии пехоты, и пять легионов. На орбите одних маток для атмосферников штук двадцать болтается.

— Вот дела — почесал в голове Ухов — етить колотить, мне до дембеля три месяца осталось и тут такая лажа.

— Попали, братцы — вздохнул невысокий и щуплый техник взвода Померанцев — наступление, что ли какое грандиозное идет?

— Фиг знает — ответил ему Принер — флотские только сказали, что столько фрегатов поддержки давно не видели. Боятся ударов с той стороны орбиты. Вот это будет реальная жопа. Без поддержки сверху у наших внизу начнутся настоящие проблемы.

— А что, флот кораблей больше прислать не может? — спросил Карт.

— Нет, салага. В этом секторе почти все их силы у Салана. Там третий месяц бойня. Все верфи в близлежащих системах завалены ремонтными подрядами.

— Хреново — Ухов совершенно сник.

Стало ощутимо потряхивать, где-то в глуби десантного корабля гулко завыл двигатель. «Ага. Из лифта вышли. Скоро приземление». Вдруг корабль резко швырнуло куда-то в сторону, началась болтанка. Снова рывок, двигатели буквально взвыли от напряжения. Кто-то рядом дико закричал — «Нас обстреливают!» «Хоть бы долететь!» — мелькнула у Алекса шальная мысль, стало страшно, руки в боевых перчатках взмокли от пота.

Остальные бойцы мрачно помалкивали. Что они могли поделать, сидя в противоперегрузочных креслах? Но пилот капсулы, похоже, был воякой бывалым. Он не снижая скорости, вел дисколет к поверхности планеты, на самой границе воздушных слоев он накренил корабль и спланировал вниз, включив на полную мощь торможение. Поэтому сама посадка получилась достаточно мягкой. Раздался вой сирены, десантники начали быстро отстегиваться и выбегать в коридоры. Столпотворения вопреки ожиданию не возникло, сказывались многие часы тренировок. Каждый знал свое место и действовал слаженно. За Карта работало его тело, руки закинули ранец за плечи, схватили карабин, а ноги уже несли его на погрузочный пандус. В лицо полетел песок и грязь, на поверхности был сильный ветер. Алекс держался за Уховым и сразу побежал за ним направо. Их взвод выгружался последним, и только они отбежали от «Прыгуна» на двести метров, как тот стартовал.

— Карт! — послышался крик Принера — Держись Арбаса! Сейчас подойдет Кузнечик.

— Есть — ответил рядовой и побежал к их штатному водителю. По пути он успел надеть защитные очки, бывшие в комплекте амуниции. Их взвод расположился в каком-то овраге с песчаными стенками. Наверху бокового гребня была заметна растущая сквозь песок трава голубоватого оттенка. Карт глянул вверх, небо оказалось покрыто молочной мглой. Только изредка можно было увидеть пролетавшие мимо атмосферники.

— Черт! Его сбили! — кто-то громко заорал, и все повернулись в обратную сторону. И в самом деле, из облачности вывалился дымящийся «Прыгун». Он стал быстро рассыпаться в воздухе, задняя часть капсулы полыхнула ярким огнем, машина стремительно падала.

— Бедные парни — один из рядовых буквально застонал. Все отчетливо видели мелькающие среди обломков фигурки десантников.

— Это не из нашего батальона? — мрачно поинтересовался Ухов.

— Нет — Принер оглянулся — наши рядом приземлились. Так, бойцы, не спать! ПВОшники разворачивайте свои пушки, третье отделение на фланги! Не видите, здесь жарко!

Через пару минут техники подогнали загруженный припасами Кузнечик. Карт стремительно влетел вперед и уселся на место штурмана. Он сразу же начал подготовку к взлету, попутно рассматривая план полет. Рядом тяжело плюхнулся Арбас. Он молча кивнул Алексу, одобрительно взглянул на горевшие табло. Напарник водителя хоть и новобранец, но, похоже, дело свое крепко знает.

— Смотри за маршрутом, парень, и поглядывай наверх. Тут полно атмосферников. Сзади, как там посадка?

У кабины пилотов появилась голова лейтенанта Трошева, в уже надетом на голову тактическом шлеме — Все, бойцы, погнали! И повторяю, это боевой вылет!

Арбас резво стартанул, машина быстро легла на маршрут. Карт резво передавал данные на дисплей водителя, одновременно следя за верхними и боковыми экранами. Он сразу же вошел в рабочий режим. Арбас помалкивал, видно его полностью устраивала работа новичка, хотя Алекс был наслышан о скверном характере лучшего пилота батальона. Он время от времени подмечал «фирменные» трюки старшего товарища, а тот на полпути к точке даже стал объяснять новичку показатели работы системы, необходимые в полете Кузнечика. Алекс благодарно впитывал полезную информацию.

Кузнечик был более тяжелой машиной, чем те, к которым он привык. Пару раз и Карт дал пару полезных советов, а Арбас их не проигнорировал, повторил в точности. Тем и отличается настоящий водитель от выпендрежника, он никогда не погнушается использовать умный совет. Пилотирование это искусство, здесь невозможно достигнуть полного совершенства, нужно постоянно работать над собой. Через пятнадцать минут полета они вошли в «красное» поле. Так назывались на жаргоне рейнджеров зоны непосредственных боевых действий. В наушниках послышался голос стрелка задней секции «Наблюдаю бандита 5.10»

Арбас резко ушел вправо, прижимаясь к стенке скалистого каньона. А Карт с ужасом увидел пару разлапистых атмосферников, это были явно не наши машины! Он панически заорал «Ракеты!». Водитель был спокойней и увел Кузнечик ниже. Ракету сбили стрелки из левой задней башни, Арбас подставил ее как раз против их сферы воздействия. Алекс мысленно выругал себя за панику и опять погрузился в процесс управления машины. Он увидел на карте возможность безопасного сокращения маршрута. Водитель согласно кивнул и подвернул машину. В кабину просунулась голова лейтенанта — Капрал, какого черта мы нарушаем правила прохождения.

Арбас, не поворачивая головы, хрипло ответил — Так безопасней, сир.

Голова командира тут же исчезла. У рейнджеров была принята жесткая ответственность специалистов за свои действия, поэтому им и доверяли. Поэтому и Карту, не смотря на все его регалии, не дали совершить сразу первый боевой выезд. Хотя он чувствовал, что вел бы Кузнечик намного лучше и быстрее штатного водилы. Но с ним уже приключилась паника во время атаки атмосферника, значит, будут и другие косяки. Сперва бойцу требуется боевая обкатка, а уж потом можно мериться письками. Армия за эти три столетия выработала блестящую систему воспитания настоящих воинов.

Кузнечик теперь несся над ровной песчаной местностью, овраги и неровности остались позади. Впереди завиднелась цепь невысоких холмов, за ними можно было увидеть клубы черного дыма, время от времени там что-то ярко вспыхивало. Похоже, они приближались к линии обороны. Над грядой мелькнули вражеские атмосферники, но из низких облаков вынырнули наши истребители и тут же завалили один из вражеский авилетов, другой резко ушел обратно. На маршруте стали попадаться грузовые скутера гренадеров. В нескольких местах рейнджеры заметили полевые укрепления пехотинцев. Вокруг сновали бойцы федеральной пехоты, мелкие кары, попадались посты ПВО. В двух местах десантники увидели даже батареи тяжелых ионных гаубиц. Земля местами была изрыта следами от попаданий вражеских огневых средств. Карт получил новые данные о маршруте и занимался его изучением, и поэтому не сразу понял смысл фразы, оброненной Арбасом — Эх, вашу мать, во, попали!

Алекс повернул голову к боковому стеклу: на поверхности планеты лежали пехотинцы, в странных позах и положениях, он не сразу понял, что это убитые бойцы. От некоторых мало что осталось, просто лежали какие-то обрубки на черном пластике. А большой транспортный кар стоял на краю этого поля мертвых, рядом работала похоронная команда. Кузнечик повернул налево, не дав Карту времени порефлексировать. Впереди явственно загрохотало, несколько рукотворных смерчей взметнулись на вершинах близлежащих холмов — противник наступал. Через пять минут их катер остановился под прикрытием конусовидного холма, и начали разгрузку.

— Карт, Ларсен, Ухов — раздался голос Принера — остаетесь у машины! Берегите ее, как свои яйца! Мы наверх.

Озадаченные бойцы кивнули и начали обустраиваться. Ухов живо установил треногу для своего лучемета и направил его в сторону соседнего холма. Ларсен подключил крепление своего «Кортеса» в дежурное положение. Пулемет сейчас висел на серво-поясе и жил своей жизнью. Управлять им можно было в трех режимах: полностью автоматический был предпочтителен в ближнем бою, или плохих погодных условиях. Радарная система выбирала приоритет целей и направляла ствол пулемет туда. Пулеметчику оставалось только контролировать расход патронов и настраивать оружие на другую дистанцию. Режим контроля был полуавтоматическим, на шлем пулеметчика радар подавал метки целей, а уже тот выбирал их приоритет. Или сам боец мог показать эти метки глазной координацией целеуказания. Правильная настройка указующего глаза была самым главным в умении владеть этим убойным оружием. Самые опытные пулеметчики обычно сочетали третий тип контроля — ручной режим с полуавтоматическим. Ларсен был поклонником именно этого подхода, поэтому сейчас занимался настройкой целеуказания. Ствол оружия ходил то туда, то сюда, повинуясь глазу бойца. Мерно гудели сервомоторы пояса, черный ствол плавно ходил восьмерками. Ухов с интересом наблюдал за телодвижениями новобранца.

— У тебя интересный метод, где научился?

— В Тромсе, один сержант показал.

— А сержанта часом не Ильей Гладковым звали?

— Да, точно — Олд с интересом взглянул на капрала — встречались?

— Служили как-то вместе почти целый год. Повезло тогда, наш батальон ошивался на отдаленной базе. Ходили только на мелкие диверсии. Обычно так долго вместе послужить не удается.

Вдруг наверху раздался противный визг и в воздух взметнулись кубометры грунта. Бойцы присели, песок и мелкие камешки застучали по шлему и облаченным в броню спине и плечам.

— Твою мать! — выдал русское ругательство Алекс — Что это было?

— Из дальних баллистических стреляют. Не боись, мы под защитой холма — ответил капрал и внимательно стал разглядывать показания радара.

Так прошло полчаса. Иногда наверху раздавались взрывы, неспешный вражеский обстрел продолжался. В стороне от них время от времени вспыхивали перестрелки, общий гул сражения не утихал ни на минуту. Неожиданно из-за поворота показалось несколько самоходных прицепов и редкая цепочка людей. Бойцы напряглись, но рассматривающий неизвестных в визир Ухов, произнес — Это гренадеры, следите за флангами.

Вскоре к рейнджерам подбежал пехотный капитан

— Капрал, нам срочно нужен этот транспорт!

— Кому это нам, сир? — Ухов возвышался над капитаном на целую голову.

— Я начальник медицинской роты пятого гренадерского полка тридцатого армейского корпуса. У меня почти сотня раненых, их надо срочно вывезти. У нас есть свои водители.

— Сейчас — капрал связался с лейтенантом, потом передал коммуникатор капитану.

«Кузнечик» они отдали, между частями Федеральной Армии всегда было четкое взаимодействие на поле боя. Иначе из-за попыток «тянуть одело» на себя у войск были бы большие потери, а это совершенно неприемлемо на поле боя. Пехотинцы тут же стали грузить раненых в небольшой транспорт. Алекс подошел к двум сержантам-водителям, они оказались парнями опытными, такие машины водили часто.

— А что происходит то? — спросил Карт у желтолицего узкоглазого мастер-сержанта.

— Что, что — воюем — сержант посмотрел на погрузку и полез в кабину. Второй пехотинец оказался более словоохотливым

— Большая задница происходит, парень. Наши хотели расширить плацдарм, но центровые сумели накопить здесь значительные резервы. Наша разведка опять все проспала, черти. Так что тут очень горячо. От нашего полка одни ошметки остались. Даже вас, вон, как простую пехоту используют. Может, легионеры помогут? Тут рядом целый легион недавно разгрузился. Сейчас в атаку пойдут.

— Вот дела — озадаченно протянул Алекс.

— А ты что, в первый раз что ли?

— Ага.

— Вот тебе свезло — сержант беззлобно засмеялся — Ну тогда удачи, парень! — Он стукнул рейнджера по плечу, кинул ему небольшую флягу и закрыл люк транспорта.

Ухов новостям не обрадовался, все-таки это должен быть его последний боевой выход. С интересом он открыл фляжку и глотнул

— Ого! Молодца пехотинец, это же настоящее пиво! И где только взяли, пехотные черви.

Принер отозвал бойцов на левый фланг, здесь стояли полевые укрепления, оставшиеся от пехоты. А впереди лежала занимательная местность. После этой холмистой гряды почти километр шла совершенно плоская местность, а затем возвышалась гряда более высоких холмов. Справа от них что-то громко грохотало, в воздухе мелькали атмосферники. Вдруг артобстрел резко усилился, все легли на дно окопов и склонили головы. На левом холме взметнулась череда разрывов. Обстрел продолжался минут двадцать. Алекс осторожно выглянул, соседний холм оказался здорово раскурочен. Засевшие там бойцы третьего взвода, похоже, получили, по самое не балуй. Видны были маленькие фигурки, выносящие за холм убитых и раненых.

— Смотрите — Ларсен показал на гребень — а это что за черт?

— Хм, похоже, раньше это было зданием — Алекс внимательно огляделся в визир — Видите, остатки какой-то постройки. Да мы же в древнем городе, эти холмы были когда-то зданиями! То-то они так симметрично расположены, а вот это место, похоже, городская площадь.

— Ты как никогда прав, салага — Ухов поднес к глазам визир — это всего-навсего древний город, которого давно занесло песком и всяческой дрянью. А это что за фигня?

Из-за дальних холмов стремительно выезжали какие-то светло-коричневые платформы. Они построились ромбом и стали быстро приближаться к позициям рейнджеров.

— К бою! — заорал Ухов, да и Алекс сам услышал в наушнике эту команду, переданную лейтенантом. Но схватиться с боевыми платформами врага рейнджерам не довелось. Из-за низких облаков вынырнули несколько атмосферников и колонна бронетехники противника исчезла в рое небольших разрывов. Затем откуда-то справа вынырнули черные скутеры механизированной когорты, после них показалась туша боевой тактической платформы. В течение нескольких минут они расправились с оставшейся техникой противника и двинули дальше.

— Всем собраться у подножия — прозвучал приказ, переданный на тактические шлемы. Рейнджеры сноровисто собрали оружие и гуськом потянулись вниз. Там их встретил сержант Принер.

— Так, парни, сейчас подойдут платформы от легионеров, нас перебрасывают вперед, за те холмы.

— А что пехота? — кто-то явно не спешил вступить в бой.

— Какая пехота, Рикс? Их тут на мелкие ошметки покромсали. Оставшиеся там, впереди, в окружении. Вот нас туда и посылают.

— Понятно, мы опять как палочка-выручалочка.

— Рикс, твою мать! Что ты вечно стонешь? Не нравится, после рейда уходи в тыловики. Рейнджеры для того и существуют, чтобы чужие задницы из огня вынимать. Так что заткнись. Вот и наш транспорт!

К холму подкатила песчаного цвета грузовая платформа. Взвод живо погрузился на нее. Платформа была совершенно открытая, и предназначалась для перевозки различного груза, поэтому ни сидений, ни скамеек на ней не было. Так что все уселись на свои ранцы и в дороге придерживались за поручни. Летели с ветерком и минут через пять проехали мимо второй гряды холмов. Алекс живо выхватил камеру фиксаций и заснял близлежащий курган.

— Ты чего? — покосился на него Ухов.

— Смотри, какое красивое здание мы проехали. Сколько тут барельефов! И какая причудливая архитектура!

И в самом деле, бомбардировка сорвала песчаный покров и стало хорошо видно, что когда-то тут находились величественные здания, возможно правительственные учреждения или религиозные храмы.

— Он у нас просто спец по УФО — объяснил такое внимание друга к древностям Ларсен, Ухов понимающе кивнул.

Они пролетели еще один стандартный километр и оказались уже в самых настоящих развалинах. То тут, то там виднелись следы недавних боев. Стояла подбитая и сгоревшая техника. Как земная, так и центровых. Кое-где лежали неубранные трупы. Рейнджеры мрачно смотрели на поломанные фигурки в песчаном камуфляже гренадеров. Негоже так лежать убитому солдату! Если нельзя вывезти труп на базу, то стоит его сжечь лучеметом и пепел привезти на Землю. Именно так старались поступать солдаты Земли в сложных ситуациях. Никому не хотелось лежать в грязи на чужой планете!

В самой гуще развалин платформа остановилась, и бойцы быстро ссыпались вниз. На тактические шлемы была сброшена информация, на какие именно точки местности следует ориентироваться. Карт так и остался с Уховым и Ларсеном. Видимо взводный имел на них свои виды. Капрал начал тут же устанавливать свою «базуку», Ларсен занял позицию правее, а Алекс, немного подумав, затаился в развалинах, чуть позади. Ухов промолчал, но в его глазах прочиталось одобрение выбранной позиции.

Так прошло полчаса. Принер время от времени проводил перекличку в эфире, даже разрешил перекусить. Рейнджеры ели по очереди, тактическими тройками. Чтобы большинство бойцов были всегда готовы, питаться в полевых условиях разрешалось сразу не более десяти процентам личного состава. Ларсен и Карт живо достали сухпайки, подогрели их, и быстренько умял. Ухов же пожевал какую-то припасенную им сыровяленую колбасу и угостил всех гренадерским пивом. После обеда лежать на теплом песке стало приятней, хотя сразу же заклонило в сон. Алекс достал «таблетку внимания» и запил ее глотком воды.

Так прошло еще три часа. Иногда в небе можно было разглядеть федеральные атмосферники, где-то спереди и правее много грохотало. А здесь пока царило полное затишье. Только раз мимо прошла колонна отступающих пехотинцев. Помятые, усталые лица, потрепанная техника. «Видимо, это те ребята из окружения» — подумалось Алексу.

Атака центровых началась неожиданно. На позиции легионеров, стоящих справа, налетели какие-то большие атмосферники. Там сразу же все заполыхало. В бой тут же вступило земное ПВО. Появился и десяток земных атмосферников, но на них откуда-то из низких облаков выскочил целый рой небольших голубоватых аппаратов. Потеряв четыре машины, земляне ушли. А у легионеров, стоящих справа разгорелся жаркий бой. Карт глянул в ту сторону и увидел огромную боевую платформу, огрызающуюся огнем во все стороны. Вылетали ракеты, работали плазменные пушки и ближние мазеры. Броня боевого мастодонта то и дело вспыхивало от попаданий, кое-где защита уже была пробита, и оттуда валил дым. Но платформа штука живучая, она неумолимо двигалась вперед, сминая противника под собой. Рядом с ней суетились черные боевые скутера поддержки. Но один за другим небольшие машины выбывали из строя. Бой шел жестокий!

Вдруг на поле раздался оглушительный грохот, Карт повернул в ту сторону голову, и у него чуть челюсть не отпала. Боевая платформа Федерации озарилась багряным светом, потом стала желтой и начала стремительно разлетаться на куски. Вслед за оглушительным звуком до рейнджеров долетела и воздушная волна. Постройки начало трясти, полетели камни, куски обшивки зданий. Все бойцы живо попрятались по норам.

— Ни хрена себе! — прокричал вставший на ноги Ларсен. По его голове ударило какой-то балкой, и, похоже, он соображал сейчас туго.

— Ложись, придурок! — подскочил к нему Ухов и вовремя. Как только он опустил норвежца на землю, вокруг все снова загрохотало. Они попали под очередной обстрел. Хоть бойцов и готовили к этому, Алекс жутко испугался. Ведь по всем этим раздавленным постройкам неведомого города сейчас бродила Его Величество Смерть! И собирала она сегодня весьма обильную жатву. Уже послышались первые крики боли, в шлемофоне зазвучали призывы о помощи.

— Санитара сюда! — воскликнул кто-то, сидевший совсем рядом. «Всем залечь» — тут же послышался в шлеме крик сержанта Принера.

Мимо пробежало двое бойцов, один был из медиков, второй его прикрывал.

— Десант противника! — раздался чей-то яростный крик и сразу же в тактическом шлеме появился спокойный голос их сержанта «Внимание всем! Командир взвода ранен, я принимаю командование. На краю развалин только что высажен вражеский десант. Парни, спокойно отбиваем атаку, и сидим тихо. Вы знаете, что делать»

Алекс почувствовал, что его руки заходили ходуном, в горле пересохло. В это момент в его яму кто-то спрыгнул, это был Рико, их медик.

— Ты как, салага? — он весело посмотрел на Алекса, его белесые брови смешно выгнулись — Все в первом бою дрейфили, так что это нормуль. Сам то цел? Ну, бывай, у меня еще пять раненых.

Почему-то после разговора со старшим товарищем, Карту стало как-то сразу спокойнее. Он еще раз осмотрел сектор обстрела, доложился по цепочке сержанту Принеру. В шлеме в ответ раздался щелчок — «Идут».

И тут же с оглушительным ревом сработал лучемет Ухова, воздух зашипел, запахло озоном. Находящийся впереди остов дома вдруг вспыхнул и сложился внутрь. Рядом тихо заработали игольчатые карабины и пулеметы. Грохота от их работы не было, слышались только сухие щелчки этого бесподобного земного оружия.

«Ну, где же?» — Алекс внимательно оглядывал сектор обстрела — «Вот!»

Из-за угла показалась чья-то башка в шлеме и тут же получила разрывную иглу. Голова разлетелась, как арбуз, следом вывалилось дрожавшее в агонии тело. Алекс автоматически перенес ствол вправо, там тоже кто-то показался. Рядом засвистели пули, рейнджер, как и учили на занятиях, сразу спрятался, а потом одним прыжком перебрался на запасную позицию. И вовремя: в развалины прилетела ракета, по спине и шлему застучали камни и осколки строительных материалов. «Алекс, живой?» — раздался рядом голос Ухова.

— Да вроде да.

— Вылезай и давай ко мне — когда Карт перебрался к капралу, собирающему лучемет, тот объявил — Связь с Принером пропала. Похоже, мы атаку отбили, но правому флангу серьезно досталось. Ложись!

Карт заученным движением упал между развалин. Что-то грохнуло прямо у него над головой. Голова закружилась от удара взрывной волны, потом что-то тяжелое упало ему на спину, и он отключился.

— Ал, ты как? — кто-то тряс его голову. Карт открыл глаза и увидел склонившегося над ним Олда.

— А что случилось то? — боец уже пришел в себя и присел, его тут же вырвало — Тьфу! Похоже у меня сотрясение мозга. А что это было вообще?

— Атмосферники налетели, те самые, синие. Хорошо тут все распахали. Что за на хрен? Где наши войска?

— Ухов где? — вдруг вспомнил Карт и оглянулся, стенки из камней рядом не было. Он пополз туда и увидел знакомый шлем — Олд, помоги.

Они начали откапывать товарища, не забывая поглядывать по сторонам. Все-таки их многому научили в учебке! А с капралом дело было плохо, голова вся в кровоподтеках, и, видать, легким тоже досталось.

Ухов приоткрыл глаза, попытался что-то сказать, но изо рта пошла кровавая пена.

— Санитара сюда! — заорал Алекс, оглядываясь, и осекся, в десятке метрах от них он увидел тело Рико, вернее его половину. Где осталась его нижняя часть, уже никто никогда не узнает.

— Парни — заклокотал Ухов — валите отсюда. Мне уже не поможешь. Я видел такие раны, а госпиталя рядом нет. Обидно, млять, почти службу закончил, но что поделаешь….

Взгляд у бойца стал мутным, и голова откинулась назад.

— Капрал, не спи! — затормошил его Ларсен. Ухов очнулся и снова засипел.

— Дайте мне блок от Молнии, и валите на хрен. Где-то слева еще были наши.

Парни поняли, что имел в виду их старший товарищ. Если знать, где нажать, то батарея от лучемета сработает как взрывное устройство. Они молча достали батарею и вложили в руки умирающего бойца, затем коротко попрощались и побежали к спасению. Бежать было тяжело, в воздухе стояла взвесь от пыли и дыма. Пахло гарью и жженым мясом. Несколько раз им по пути попадались убитые товарищи. Живых и раненых они пока не видели. Впереди что-то затрещало, а Олд судорожно заорал — У меня цели на локаторе, слева два наших, справа пять бандитов.

Алекс очутился сбоку и взглянул расположение целей, затем кивнул другу. Они подбежали к чудом уцелевшей стене двухэтажного дома. Карт выскочил из-за угла, пару раз перекувырнулся, приземлился на колени и открыл огонь. Упав навзничь, из-за самого угла стены поливал иглами Ларсен. Они успели свалить четверых врагов, когда один из них, не задетый иглами, здоровенный под два роста громила бросился на Карта. Умелым движением инопланетянин выбил из рук рейнджера Удар, и крепко влепил ему в грудь. Алекс попытался ударить врага снизу, но, получив левый хук в подбородок, отлетел метра два. Не было бы на голове шлема, тут бы ему и конец пришел. Ох, и силен же оказался этот вражеский боец!

Но в этот момент в поединок вмешался Ларсен. Он с боку подпрыгнул к громиле и попытался зацепить того ногами. Противник же оказался бойцом опытным и стремительно ушел от удара. Ларсену было некогда вести спортивный спарринг, он швырнул во врага горсть песка и прыгнул на стенку, оттолкнувшись от нее ногой, упал сверху на врага. Грохот от падения двух мощных туловищ получился неимоверный. Громила попытался привстать и обхватил руками предплечья землянина, но тот действовал жестко. Несколько раз Ларсен шмякнул врага головой об землю, затем выхватил из набедренных ножен здоровенный нож и ударил в незащищенное место под шлемом, послышался хрип, ноги инопланетянина задергались и вскоре обмякли. Алекс в это время очнулся и тут же кинулся за карабином. Из-за развалин в этот момент кто-то выглянул и крикнул — Свои!

Подбежавший боец оказался связистом, Нейлом Оргалом. Он осторожно подошел к поверженному громиле и снял с него шлем.

— А это что за хрень? Никогда такого не видел! А здоровый то, как бык. Это ты его завалил? — связист посмотрел на Ларсена

— Да — глухо ответил Олд. Он снова настраивал автоматику пулемета.

Карт подошел к убитому, и в самом деле: такие инопланетяне ему в учебных пособиях не попадались. Черные густые волосы переходили в густую бороду, кожи почти не было видно. Но лицо вполне гуманоидное, толстый нос, кустистые брови, черные глаза навыкате мертво застыли в бешеной злобе.

— Остальные похожи на этого, только поменьше ростом. Хотя все равно для центровых высокие.

— Видимо новая раса союзников и очень агрессивная. Никто так с нашими драться врукопашную не может — ответил связисту Карт — Ты один?

— Нет, там парень из третьего взвода раненый, ногу повредил. А вы куда сейчас?

— Нам сказали, что на левом фланге есть кто-то — Ларсен хмуро посмотрел на связиста. Во время схватки он ничем им не помог и отсиживался в своих развалинах.

— Тот парень вроде что-то знает — кивнул в сторону Оргал.

Бойца из третьего звали Ик Сонг, его привалило взрывом, и, похоже, вывихнуло ногу. Перед самим боем он слышал переговоры их взводного с гренадерами, находившимися рядом. Там был расположен дивизион тяжелых импульсников и батарея ПВО, поэтому они еще держались. Туда же выходили все бойцы из разгромленных частей.

— Тогда надо двигать — произнес Карт — Ик, идти сможешь?

— Если кто-то будет помогать, то вполне. Обезболивающих я уже наглотался.

— Отлично. Тогда ты, Оргал, помогаешь Сонгу, мы прикрываем. Я впереди, Ларсен позади.

Бойцы кивнули, Алекс глотнул воды из фляги и подумал, что неожиданно стал командиром их маленькой группы. Да это и было понятно, с его навыками штурмана и проводника, кто еще мог вести их к месту сбора.

Дорога заняла около часа. Вражеских бойцов поблизости не наблюдалось, только один раз им по пути попался разбитый атмосферник. От машины осталось мало, только обтекатель сохранился хорошо, потому что отлетел в сторону и не сгорел.

— Похоже, это гренадерские ПВОшники его пригрели — кивнул в сторону вражеской машины Сонг.

— Ага — Алекс присел передохнуть — нам вот за тот пригорок. И вроде как там кто-то дежурит.

— К нам запрос — Оргал что-то слушал в наушниках и перебирал висящую коробку на своей амуниции — Спрашивают кто мы.

— Так ответь! — удивленно посмотрел на связиста Ларсен. Этот недотепа уже порядком раздразнил гиганта.

— Чарли семь, здесь сборная команда из батальона рейнджеров три, семь, двенадцать. Ответьте — услышав ответ, Оргал удовлетворенно кивнул, и нажал кнопку на коробке — Карт, тебе посылка.

И в самом деле, на глаз бойца стала рисоваться картинка их дальнейшего маршрута, с привязкой к местности. Алекс довольно встал — Молодцы, пехота, нам рядом.

Минут через двадцать они уже проходили через расположение батареи ПВО. Гренадерам также досталось, то и дело попадались воронки и искореженная техника. Но здесь уже наблюдался настоящий армейский порядок: бойцы несли вахты в бункерах, техники готовили орудия к новому бою, боевое охранение также не спало.

Рейнджеров остановили и проверили. Пехотный ефрейтор отправил их в расположение близлежащего штаба корпуса, там находился сборный пункт всех отставших от своих частей. Не смотря на общее поражение и некоторый хаос, командиры федеральных войск смогли организовать какое-то подобие порядка. На месте рейнджеры долго искали кого-нибудь из начальства, пока их не заметил старший сержант с внушительным количеством наградных нашивок.

— А вы кто такие? Кто старший? — сержант внимательно посмотрел на рейнджеров. Те уже успели отряхнуться, почиститься и выглядели вполне боевито.

— Наверное, я — оглянулся Карт и вышел вперед — рядовой-водитель батальона «Вепри». Вышли из квадрата три-четыре по правую руку. На нас напали какие-то новые чертовы гуманоиды, еле ушли! И с нами раненый!

— Вот как? — сержант щипал усы, такие сейчас редко носили, вышли из моды лет пять назад — Тогда раненого в лазарет. Сейчас скину маршрут.

Сержант достал планшет и еще раз посмотрел на Карта — Рядовой, а этих уродов, кто на вас напал, вы описать сможете?

— И не только описать, я их снял ни информблок.

— Отлично! — сержант одобрительно посмотрел на рейнджеров, похоже он любил сметливых бойцов — Дело обстоит так, парни. Ваших разбили в пух и прах, от бронированного легиона вообще ничего не осталось. На них самый удар пришелся. Вышедших бойцов с вашего батальона мы уже отправили на точку сбора. Скоро и здесь начнется эвакуация, так что идите к лазарету и ждите. А я к вам пришлю офицера разведки. Все понятно?

— Так точно, сир — четко ответил Карт и снова увидел довольный взгляд сержанта. Тот еще служака!

У лазарета оказалась очередь, но, наконец, вышел медик-сержант и обратился к рейнджерам — Что у вас?

Сонга увели сразу в перевязочную, но неожиданно и Оргал выступил вперед, и начал жаловаться на свое самочувствие, подозревая контузию. Ларсен зло взглянул на связиста и сплюнул на песок.

— Ну и падаль, так трусливо смылся! — сказал он, когда рейнджеры отошли подальше от входа в лазарет.

— Да ладно, он просто боится. Бывает и такое — Карт пытался хоть что-то найти в своей фляге.

— Он же рейнджер! Ал, мы то не струсили!

— А что мы? — Алекс обернулся к другу — Мы то особенные. Ты что, этого до сих пор не понял?

Опешивший от слов друга Олд ответить не успел, к ним подошел моложавый пехотный капитан и резко спросил — Это вы видели нового гуманоида?

— А с кем я имею честь беседовать? — Карт по своему обычаю наглел не по званию. Капитан хотел, было вспылить в ответ, но взял в себя в руки.

— Капитан Дрозд, разведка Сто Двенадцатой пехотной бригады. Здесь — офицер зыркнул вокруг — за начальника разведки.

Рейнджеры внимательно осмотрели капитана. Одет он был по полной полевой форме, и защита, и вся амуниция, хоть сейчас в бой. Ростом не выше того же Карта, но, не смотря на тяжелую сбрую, двигался легко. Из-под защитного панциря торчали жилистые руки, лицо обветрено и загорело. Да и молод для капитана, значит, дали внеочередное звание за настоящие боевые заслуги.

— Хорошо рассмотрели? — капитан иронично глядел на рядовых — Может, тогда к делу приступим?

— А поесть тут дают? — это уже борзел Ларсен.

— Пошли — кивнул Дрозд и нырнул под полог маскировочной сети. В метрах двухстах они нашли полевую кухню, где без очереди получили горячее варево и кусок вяленого разогретого мяса. Рейнджеры тут же накинулись на еду и питье, а потом подробно рассказали разведчику о произошедшем с ними.

— Интересно — Дрозд выключил запись на своем информкорд — а описать этого гуманоида сможете?

— А чего описывать — Алекс посмотрел на капитана непонимающе — Мы его вам покажем — и он достал уже собственный информкорд.

Капитан удивленно взглянул на рейнджеров, потом улыбнулся — Ну, уели, бродяги. Так у вас все, наверное, и снято?

— Есть малехо.

Чуть позже, Дрозд внимательно отсмотрел на планшете полученные от бойцов материалы.

— Сир, а кто это все-таки? И ведь такой здоровенный, лось! Еле уложил!

— Как это уложил? — озадаченно спросил капитан.

— Обычно, на лопатки, потом ножиком — Ларсен достал из-за спины свой тесак.

— Ну-ка — разведчик отобрал нож у бойца — неуставной ножичек у тебя, боец. Да ладно. То есть ты хочешь сказать, что своими руками угробил настоящего чинтосина?

— Вообще то, сир, Ларсен у нас победитель Большого Тура. И чемпион многих соревнований по борьбе. А я победил в туре на Больших гонках в этом сезоне.

— Вот как? — разведчик с большим интересом рассматривал рейнджеров — Так, постойте. Это же у вас первый выход?

— Да — дружно ответили бойцы.

— Офигеть! — Дрозд хохотнул — Ну вы даете, парни! Завалить чинто, получить ценные материалы, да еще и просто выжить в этом бедламе. Ей богу, я бы вас к себе взял.

— Извините, сир, но мы уже заняты. А что это за чинто?

— Да — махнул рукой капитан и нагнулся к бойцам — вообще то вам знать не положено, но вы и так уже в курсе. Новая раса союзников Центровых: обладают гигантской физической силой, очень агрессивны. Довольно-таки опасный для нас противник. Слухи о них появились с полгода назад, тогда же мы и стали сталкиваться с ними в боях. Ну а тут, похоже, центровые впервые массово бросили в бой именно чинтосинов — офицер о чем-то задумался — Так, Ларсен, ты кто по учетной специальности?

— Тяжелое вооружение, сир.

— А ты, Карт, как я понял неплохой водитель?

— Так и есть, сир.

— Отлично! Слушайте сюда, бойцы. Отдыхайте пока вон в том месте, под тентом. Отсюда ни шагу. Я пока в штаб, сообщу новости. Все понятно?

— Так точно, сир! — рейнджеры уже поднялись на ноги и ответили слаженно. Ведь надо держать марку, они не какие-то там простые пехотинцы!

Новобранцы успели даже немного вздремнуть, когда появились признаки, что ситуация вокруг меняется к худшему. Чаще забегали бойцы, громче стали кричать сержанты, появились озабоченные чем-то офицеры. Пару раз рейнджеров спросили, что они тут делают. Те сослались на Дрозда, этого оказалось достаточно. С северо-западной стороны приближалась канонада, где-то рядом заработали батареи пехотного дивизиона. Мимо рейнджеров на погрузку пробежала сотня бойцов, и вскоре был виден только столб пыли, волочащейся за грузовой платформой. Неожиданно из-за облаков вынырнули три больших черных атмосферника и попытались атаковать позиции батареи, но откуда-то справа с ужасающим ревом блесканул багровый луч и слизнул один из вражеских аппаратов, еще один начал стремительно падать, загораясь, как спичка, третий же стремительно ушел обратно в облака.

— Суборбитальные атакуют, что-то наши космофлотские совсем нюх потеряли — раздался рядом знакомый голос. Карт обернулся и наткнулся на взгляд того самого старшего сержанта — Бойцы, а вы все еще здесь?

— Да, разведка к нам проявила внимание. А что за нафиг сейчас вообще происходит?

— Да ничего хорошего — старший сержант присел рядом и достал солевую таблетку, было жарко — По всей видимости, замысел расширить плацдарм не удался, поэтому опять покатимся к морю. Я здесь уже третий раз, невезучее место. Зря наши командиры тут суетятся.

— А потом что?

— Потом? Опять будем сидеть на островах. У местных нет флота, и десант кинуть им слабо. А нашим слабо их орбитальную оборону сломить, короче ничья. Ну да ладно, у меня свои дела. Удачи, парни!

Ларсен посмотрел вслед пехотинцу и смачно сплюнул.

— Твою мать! — выругался он по-русски — У штабных шахматы, а у нас смерть и кровь.

Карт хотел, было что-то возразить, но рядом раздался зычный окрик капитана Дрозда — Вот вы где! Живо ко мне, рейнджеры!

Бойцы резво вскочили и побежали вслед за капитаном, через три поворота они оказались перед закрытыми воротами в бункер. Здесь стояли два поста пехотинцев с тяжелым вооружением, торчала и ПВОшная трубка. Дрозд представил обоих бойцов артиллерийскому майору, крупному в теле и не выспавшемуся на лицо. Тот бросил взгляд на рейнджеров и спросил разведчика.

— А они точно подойдут?

— А у нас есть выбор, майор? Этот парень неплохой водитель, я уже навел кое-какие справки. Был чемпионом Диких гонок. Да и стрелок лишним не будет, они практику в лагере штурмовиков проходили.

Майор немного помялся и пригласил бойцов для разговора в сторону, там было оборудовано место для отдыха караульных.

— Значит так, бойцы — артиллерист бросил пронизывающий взгляд своих черных глаз, как будто рентгеном просветил. Карт успел заметить пару серебряных звезд на кителе, брони на офицере не было, штабист то был ох как не прост — Я майор Ришта, начальник штаба дивизиона, ну а сейчас точнее сказать сборной бригады. У нас сложилась достаточно непростая ситуация. Противник крупными силами идет прямо сюда, максимум через час тут начнется бой, и бой жестокий. А потом мы взорвем к чертям собачьим наши орудия и уйдем в запасной район. Но сейчас нужно выполнить, обязательно выполнить, одно очень важное задание. Так получилось, что в расположении дивизиона оказалась комиссия Штаба нашего оперативного сектора. Там практически одни генералы, сразу эвакуировать их не удалось, а потом они помогали нам составить план отступления. Специалисты там очень высокого ранга, и поэтому нужные для наших Федеральных войск, особенно генерал Франхейм. Слышали о таком?

— Да, автор теории позиционных ударов? — Карт своим вопросом изрядно удивил офицеров.

— Точно, именно он. Теперь, рейнджеры, представляете, насколько эти люди важны для нашей армии? Их надо срочно вывезти в штаб экспедиционных сил и эвакуировать на орбиту. Все уже готово, и скутер, и офицеры, только такая вот загвоздка, нет у нас опытных водителей. А маршрут достаточной опасный и сложный.

— Где скутер? — спросил без обиняков Карт.

— А ты шустрый паренек — майор иронично посмотрел на бойца — сразу решил, что справишься с таким заданием?

— А у меня есть выбор, майор? — Алекс смело взглянул прямо в глаза майору и не отвел их в сторону, выдержав ответный испытывающий взгляд опытного вояки.

— Тогда вперед — Ришта принял решение — Капитан, принимай командование. И удачи вам, парни, пока вам сильно фартило.

Дрозд махнул рукой, и они снова побежали куда-то по глубокой траншее. Вскоре бойцы входили в небольшой ангар, где стоял скутер.

— Сможешь такой вести? — кивнул в сторону машины Дрозд.

— Комета 4 — с видом знатока оглядел скутер Карт — А чего нет? Хорошая машинка. Где тут механики?

Рейнджер подошел к одному из бойцов в песчаном комбинезоне и стал что-то выпрашивать у него. Тот сначала хмурился, но потом улыбнулся и согласно кивнул головой.

— Все нормально? — капитан вопросительно посмотрел на Алекса. Механик уже копался во вскрытых рабочих панелях машины.

— Да. Надо немного изменить контуры. Мне также нужен план маршрута и кто пойдет за штурмана?

— Придется мне — пожал плечами Дрозд и наткнулся на недовольный взгляд водителя — не бойся, я же разведчик, не один выход в тыл совершил, в навигации разбираюсь.

— Ну, смотри — с вызовом ответил офицеру Алекс и полез в кабину.

Дрозд несколько минут смотрел на уверенные манипуляции Карта, потом довольно кивнул и передал кристалл с файлами маршрута. Затем капитан повернулся и пошел проверить, как там устроился бортовой стрелок. Ларсен деловито обживался на новом месте. Он уже подогнал под себя кресло бортового стрелка задней полусферы, и сейчас занимался юстировкой вооружения. Разведчик удовлетворенно хмыкнул, дал пару полезных советов и вернулся в кабину. Карт занимался прокруткой маршрута, оставляя на нем позиционные точки и метки. Рядом суетился механик, крутя различные тумблеры и копаясь в проводах.

— Вы тут скутер не испортите? — недовольно спросил Дрозд. Он почувствовал себя неуютно, каким то левым пассажиром, а совсем не командиром.

— Не боись, капитан — запросто ответил механик — парень знает толк в машинах. Мы просто заблочили аварийный модуль, да перешили управление двигателем.

— А это не опасно?

— Конечно же, опасно, если не знать, что куда пихать — чумазый механик заржал, как конь, а потом кивнул в сторону Карта — интересно, у них все рейнджеры такие обезбашенные?

— Наверное, да — хмыкнул Дрозд и повернулся к водителю — Можно грузить пассажиров?

— Да — Карт оторвал глаза от экрана — и это, закрепите всех покрепче, поездка будет жесткой.

— Принял — ворчливо ответил капитан, поймав себя на мысли, что чуть не ответил «Есть». «Вот чертовы рейнджеры — не армия, а банда какая то».

Через пятнадцать минут он вернулся в кабину и доложил — Все на местах, сейчас генерал Франхейм подойдет и можно трогать. Прикрытие уже готово, враг очень близко.

Сразу после его слов в кабину заглянула чья-то седая голова. Карт думал, что в таком возрасте уже не служат. «Откуда этот пенсионер взялся?» — Он сразу накинулся на непрошеного гостя

— Почем не в кресле? Сейчас будет старт! На место живо!

— Понял — голова незамедлительно исчезла

— Все готовы? — Алекс повернулся к Дрозду. Тот ошеломленно посмотрел в салон и отрапортовал

— Все! Ты хоть понимаешь, кого сейчас послал? Это же был генерал Франхейм!

— И что с того? По уставу пассажиры должны быть в кресле и слушать указания командира боевого корабля. Или ты хочешь сейчас в мое кресло?

Дрозд промолчал, он был настоящим боевым офицером, повидал всякого, но его немного нервировала сейчас энергия, прущая от этого странного рейнджера.

— Три, два, один, пошли! — Карт стартанул резко, скутер стремительно несся к закрытым воротам, только в десяти метрах от стартовавшей машины они моментально отошли в сторону и Комета вырвалась на поверхность. Дрозд чертыхнулся, механик ангара, значит, тоже был изрядным весельчаком. Карт вел скутер среди нагромождения ангаров и зданий четко и спокойно. Неожиданно позади них послышались разрывы импульсников.

— Промахнулись — улыбнулся пилот.

— Откуда ты знал? — капитан нервничал с самого старта, он привык к такой скорости на разведке, но в пределах расположения своих войск обычно так все-таки не летали.

— А что тут знать то — Карт ухмыльнулся — база под прицелом. Где ангар они знают, маршруты тоже, но на нашу скорость не рассчитывали. Ты, капитан, лучше за небом следи. Прилетят вот эти голубые штучки, а они здорово маневренные, и нам перышки пощиплют. А оно нам надо?

— Принял — Дрозд уже спокойней взглянул на экраны, похоже, этот рейнджер свое дело знает.

«Комета» стремительно вылетела с территории базы и прибавила скорости, повторяя своим маршрутом складки местности. Карт не боялся лететь, склонившись на бок, или почти прижавшись к поверхности. Дрозд с удивлением наблюдал за таблицей безопасности, она давно ушла в оранжевую зону, но система молчала и в красный режим не переходила. Пилот выжимал из машины все ее возможности и ресурсы, но не доводил ситуацию до крайностей. И двигатель, и энергоблок работали стабильно, без сбоев

— Ты куда? — всполошился капитан, когда увидел, что они отклонились от маршрута.

— Там ровная местность, опасно. Пройдем среди развалин.

— С ума сошел? Там наверняка войска центровых. Собьют!

— Пусть попробуют! — Карт повернул голову и ухмыльнулся. Капитан хотел, было крепко выругаться, но остановился. Вид у рейнджера сейчас был совершенно шальной. Губы улыбались, а глаза горели каким-то желтым светом, движения очень скупы, но точны. Машина идеально точно выполняла все маневры водителя. Дрозду еще никогда не приходилось видеть такое виртуозное управление скутером, а он достаточно повидал опытных пилотов. Но здесь сидел настоящий мастер!

«Комета» стремительно ворвалась в район развалин. Здесь и в самом деле оказались подразделения Центровых. Но скутер пронесся так стремительно, что противник не успевал дать залп и огонь их системы ПВО прошелся мимо машины. Только на окраине бывшего поселения четко сработала автоматизированная батарея ПТО, пославшая вслед скутеру пару веретенообразных ракет.

— Две «пульки» сзади! — заорал в переговорное устройство Ларсен.

— Принял — Карт нахмурился. Эти веретенообразные штуки были очень опасны. Их еще упоминал во время учебы сам капитан Чамп. Машину немного встряхнуло, это задний стрелок выпалил две противоракеты. Одна удачно нашла свою цель, но вторая «пулька» медленно, но догоняла скутер. Местность из ровной потихоньку становилась пересеченной, чем и воспользовался Карт. Он резко нырнул в небольшую расселину и прилип к стенке.

Дрозд с изумлением наблюдал дальнейшие пируэты машины, скутер лихо перескакивал с одной стенки на другую, нырял в ямы, стремительно обходил выступы. Похоже, электронный мозг «Пульки» все-таки не выдержал, и ракета в один из моментов ушла в сторону, и поразила расчет вражеских ПТР, окапывающийся в одной из расщелин.

— Бинго! — заорал позади Ларсен — Она своих подпалила!

— Ну, ты и выдал — капитан смог, наконец, вытереть пот со лба.

— Не расслабляемся! Мы на подходе! Капитан за небом следить! — Карт не терял боевого настроя и внимания. Что-то не давало ему покоя! И в самом деле, вскоре послышался спокойный голос Дрозда

— У нас две птички! Сфера четыре, ноль, пять!

Эт слова можно было перевести как «Верхняя полусфера, чуть выше сорока градусов по плоскости на условный северо-запад, и пятьдесят градусов по высоте». Алекс мельком взглянул наверх, на них стремительно сваливались два голубых вертлявых атмосферника. Он их уже видел в деле, очень маневренные и опасные аппараты.

— Ларсен, постарайся положить хоть один, иначе не уйдем!

— Принял.

Карт стремительно увел машину влево, там виднелась невысокая гряда холмов. Голубые не отставали, также стремительно повернулись и разошлись в стороны.

— В клещи берут, гады — пробормотал сквозь зубы Дрозд — Ракеты пошли!

Капитан выстрелил две маленькие ракеты ПВО, одна была быстро сбита одним из атмосферников, а вторая заставила противника немного покувыркаться, чуть задержав его.

— Отлично, кэп — похвалил штурмана Карт и переключился на общую связь — Всем держаться!

Комета резко нырнула вниз, Алекс углядел на карте что-то похожее на каньон. Второму атмосфернику пришлось резко затормозить, он прозевал уход скутера с маршрута. И тут его подловил из лучемета Ларсен. Голубой аппарат сразу осел, потом выправился и ушел в сторону. Дрозд внимательно всмотрелся в увеличенное изображение вражеской машины, он был поражен.

— Офигеть! Это парень из лучемета снес ему половину маневренных движков. Да он просто бог в стрельбе!

— Где второй? — требовательно спросил Алекс, не забывая маневрировать в каноне — Нам долго так не выдержать! Движки уже перегреваются.

— Так, сзади, верхняя 11, ноль, два, девять!

В названном секторе экрана изображение увеличилось. Автоматика скутера теперь постоянно держала вражеский атмосферник в поле зрения, не отвлекая лишний раз пилота на поиск искомого объекта.

— Ну, теперь посмотрим — Карт был полностью уверен в себе, он уже погружался в знакомое «гоночное» состояние — Всем держаться крепче!

Дальнейший полет капитан Дрозд запомнил на всю жизнь, это было круче, чем в видеофильмах о невероятных приключениях земных героев. «Комета» стремительно неслась вперед, постоянно меняя свой маршрут, то, ныряя в ямы и расщелины, то резко, на всей скорости обходя скальные выступы и углы. Скутер временами буквально прижимался к самой поверхности. Не давая заглохнуть гравиприводу, то один маневровый движок, то другой получал положенное время для отдыха, вся система небольшого пассажирского скутера работала размеренно, водитель старался лишний раз ее не перенапрягать. «Но как можно вести машину на предел в течение такого длительного периода? Разве человек способен на такое?» — мелькнуло вдруг в голове у разведчика. Но размышлять дальше было совершенно некогда — пилот вражеского атмосферника одну за другой выпустил пять ракет, и ни одна из них не достигла цели. Они не были рассчитаны на такую маневренную и стремительную мишень. И, похоже, ракеты у противника теперь кончились, он попытался несколько раз ударить из импульсников, но попал только в окружающие маршрут скалы. Затем голубой атмосферник начал вести себя как-то неправильно. Машина то и дело вихляла в стороны, или резко теряла скорость, начиная двигаться рывками. Наверное, у нее наступал перегрев системы.

— Всем внимание! — закричал Карт — Впереди скалы!

«Комета» между тем стремительно вошла в расщелину между двух скалистых холмов, встав практически на ребро. Надо было проскочить вперед между вершинами, а дальше начиналась зона ответственности ПВО войск Земной Федерации. Об этом только что сообщил капитан Дрозд. Это было очень опасный маневр, и водитель голубого атмосферника видимо тоже что-то почувствовал, и резко прибавил скорости. На экране было заметно, что его аппарат временами потряхивает, но пилот там сидел опытный, и он смог удержать тяжелую машину, и также вошел «бочком» в узкую расщелину.

— Ну, ладно — усмехнулся Карт и выдвинул джойстик вперед, его то скутер был в нормальном состоянии, можно было добавить еще скорости. С боков расщелины полетели камни, скутер встряхнуло.

— Бандит стреляет из импульсных — передал Ларсен и сам пару раз выжал последние крохи энергии из лучемета, причинить вреда он вражеской машине уже не мог, но ее пилота несколько напугал. Голубой немного отстал, а Комета, получив дополнительный заряд мощи, резко рванула вперед.

— Стрелки, это залетная птичка, сейчас выходим, за нами бандит — Дрозд уже работал в армейском эфире.

— Принял, встретим — скупо ответил оператор батареи ПВО.

Наконец впереди показалась светлая горловина узкого выхода, скутер стремительно достиг его и тут же упал вниз. Разведчик не успел даже испугаться, как Карт выровнял машину в самом низу, пролетев всю эту высоту за пару секунд, нарушая все мыслимые правила и уставы. Чуть позже из расщелины вынырнула туша вражеского атмосферника и тут же скрылась в огне, мазер ПВОшников поразил его сразу же, не давая выполнить ни один маневр.

— Отлично, парни! — заорал радостно в эфир капитан и дождался ответа оператора.

— Удачи вам! Далее следуйте линии привода. И передайте водителю большой респект. Это было что-то!

— Есть привод — Карт поставил систему на автоматическое сопровождение. На экране появились метки рекомендуемого маршрута. Теперь можно было немного расслабиться, но они еще в зоне боевых действий, поэтому водитель передал по громкоговорящей — Следить за воздухом, отдохнем дома.

Скорости он не снижал, только с тревогой следил за показателями запаса энергии, такая бешеная гонка сожрала много топлива. Вокруг начали мелькать войсковые укрепления, двигалась техника, стояли батареи, впереди садились десантные дисколеты. В эфире появился голос оператора посадочной площадки.

— Залетная птичка, площадка номер двенадцать, сбавьте скорость.

— Принял — ответил Карт, но скорости не сбавил. На экране появилась желтая метка, и она стремительно приближалась. Алекс лихо обходил неторопливые транспорты и платформы, принуждая техников приседать, и ругаться вслед бешено несущейся машине. Через пару минут они подлетели к двенадцатой платформе, заставив местного диспетчера панически замахать руками. Карт умело затормозил, одновременно повернув машину параллельно указателям, и виртуозно ее припарковал. К кабине водителя тут же подбежал диспетчер и начал что-то яростно кричать. Капитан показал ему один древний жест, и на этом перепалка закончилась.

— Что там в отсеке? — Карт уже отстегнулся и заглянул назад. Дрозд уже был там и весело ответил

— Облевались все, как и положено.

— Ларсен, ты как?

— Твою мать, Ал! Ты так и не научился возить людей.

Алекс засмеялся, тело сразу расслабилось, только теперь он осознал, что у него дрожат руки, да и ноги что-то не хотят слушаться хозяина. В кабину сунулся Дрозд

— Ты как, боец?

— Да как-то так — криво улыбнулся Алекс, после выброса адреналина его несколько потряхивало.

— Понял. Все нормально, парень, а то я уже подумал, что ты железный. Возьми ка эту пилюлю и запей чем-нибудь, станет легче. Я пока займусь пассажирами, похоже, они не привыкли к подобным аттракционам.

Минут через пять Алекс смог самостоятельно выйти наружу, к нему сразу же подошел местный техник, здоровенный шеф-сержант — Водитель, какого лешего вы не снизили скорость! Я подам на вас рапорт, вы создали аварийную ситуацию.

Карт безразлично взглянул на озлобленного сержанта, а сзади подошел, сжимая кулаки Ларсен, вид у него был достаточно серьезный. Сержант как-то сразу стух и оглянулся в поисках помощи, обстановку разрядил капитан-разведчик — Сержант, этот парень вывез из окружения группу штабных офицеров, так что заглохни и займись лучше машиной — затем Дрозд повернулся к рейнджерам — Не знаю, откуда вы, парни, но это было классно! Рад знакомству с вами. Сейчас вас отведут на посадочную полосу, там сейчас грузятся ваши. Еще увидимся!

Внизу бойцов перехватил какой-то офицер и подвел к генералу Франхейму. Тот был бледен, но выглядел бодрее, чем остальные штабные, которых сейчас срочно приводили в порядок.

— Это вы, водитель? — обратился седовласый генерал к рейнджерам — Это был великолепный полет! Черт возьми, я никогда не думал, что наши машины способны на такое! Сразу видно бывалого пилота. Что такое?

— Это был наш первый рейд, сир — замялся Карт — так уж получилось.

— Вот оно что — генерал тяжело присел на бордюрный камень. Потом внимательно посмотрел на рейнджеров, в его глаза читалось неподдельное уважение — Все равно этот полет вышел замечательным, парни. И я вас не забуду, поверьте старому генералу. Храни вас боги Вселенной!

Карта и Ларсена посадили на платформу и вскоре они уже стояли посреди колонны рейнджеров. Здесь оказались бойцы из различных подразделений. Часть из них сумела отойти организованно, многие пробивались из окружения небольшими группами. Солдаты обменивались впечатлениями, делились слухами. Большинство бойцов выглядели сумрачно и недовольно, ведь сегодня их здорово поимели. Многие давали клятву, что еще вернутся сюда и отомстят за погибших товарищей. Сколько земной крови в эти дни пролились в эти проклятые пески!

Прерванный отдых

Карт лениво перевернулся на бок. Солнце перевалило свой максимум, все-таки на Хэше очень уж длинный день, почти 30 земных часов. Он немного приподнялся и снова оглядел местность. Ничего не поменялось: все те же поросшие синеватого оттенка лесом низкие горы, покрытая синей же травой долина, горное озеро с хрустальной водой. Красиво!

— Олд, поймал еще чего?

— Да все, видно местная рыба жары не любит — Ларсен положил на каменистую почву хитрое приспособление для ловли рыбы и прилег рядом — Пойти, что ли искупнуться?

— Я вот не пойму тебя. Ты же вроде говорил, что хоть и северянин, но холода не любишь. А тут ныряешь себе в ледяную воду. Я даже ноги туда боюсь засунуть.

— Нормальная водичка. Знаешь, как после нее хорошо?

— Хм, какой ты противоречивый.

— Да неужели? Вот и Хвеста то же самое говорила — Алекс внимательно всмотрелся в лицо друга, оно стало немного печальным и задумчивым.

— Это твоя девушка, Хвеста?

— Да, была… — норвежец помолчал немного и добавил — только, когда расстались, и понял, как она мне дорога.

— Смотри ка — удивленно хмыкнул Алекс. У него самого было в жизни много женщин, от совсем юных, до зрелых и опытных, но серьезных отношений так и не сложилось. Да и к чему это? В Земной Федерации давно уже не было такого общественного института, как семья. Еще с тех, Катастрофных времен. Люди могли некоторое время жить вместе при взаимной симпатии, но они ничем не были друг другу обязаны. Юноши еще до армии сдавали спермоматериал в генетические банки, затем им оплодотворяли здоровых и подходящих для рождения детей женщин. Малышей с трех лет забирали в ясли, с семи лет они уже жили в детских коммунах. Человек с самого раннего возраста привыкал жить в обществе, ему прививались чувства товарищества и взаимовыручки. Поэтому на Земле невозможно было жить одиноким. Ты в трудной ситуации просто выходил на улицу и просил помощи. Если первый встречный не мог сам помочь, то обязательно находил для этого подходящего человека. Большинство из живущих на земле людей устраивала такая структура общества. Для отщепенцев и любителей старины создавались специальные резервации, и никто друг другу не мешал, одеяло на себя не тянул. Ренегатов в Федерации давно повывели.

Чуть позже друзья с наслаждением ели свежую, запеченную на углях рыбу, и попивали местное вино, красное и тягучее.

— Даже не верю, что у нас еще две недели отдыха — Ларсен потянулся, под кожей заиграли могучие мускулы. По утрам он тратил не менее двух часов на зарядку и упражнения. Алекс же обходился прогулкой по горам, он был с детства любопытен.

Прошло уже почти два месяца, как они эвакуировались с Калунии, где войска Федерации потерпели жестокое поражение. Им же повезло тогда выжить. После того, как Алекс привел скутер на базу, их посадили в эвакуационный дисколет и через час они уже сидели в уходящем от проклятой планеты транспорте. На огромной базе Космофлота уцелевших рейнджеров встретила целая делегация. Офицеры разведки подробно расспросили о произошедшем на Калунии.

Пара из них даже усомнилась в правдивости информации об их приключений, но у Алекса все произошедшее оказалось записано на информационный кристалл. Со времен Диких гонок у него осталась полезная привычка все фиксировать. Спасательная поездка на скутере произвела на разведчиков флота большое впечатление, и они стали более уважительно относиться к рейнджерам. На следующий день их навестил полковник Кристабель, начальник оперативного штаба базы. Он сердечно поблагодарил новобранцев за службу и вручил каждому по престижной награде — ордену Серебряная звезда. Также им было сообщено, что по достижении полугодового срока службы в Действующей Армии, молодые бойцы получат звание капрал. Чем несказанно удивил рейнджеров, ведь обычно такое звание можно было получить только после двух лет безупречной службы.

После опроса их выпихнули на уходящий дежурный транспорт, на котором они прибыли в огромный орбитальный госпиталь. Планета, на орбите которой вращалась эта бубликообразная махина, была необитаемой, но ее поверхность земляне использовали для получения энергии и ресурсов, подаваемых в госпиталь по орбитальному лифту.

Почти месяц их мурыжили всевозможные специалисты, выискивая какие-нибудь болячки. С ними плотно работали и психологи, но сами парни считали, что они в полном порядке. Хотя от спецов по мозгам получался неплохой бонус: посещение комнат релаксации, где был настоящий земной воздух, и прокручивались запахи и звуки родной планеты. Все эти помещения вдобавок были заставлены земными растениями.

В госпитале им повстречались несколько знакомых людей. Один из парней с «Патагонии» потерял на Калунии ногу, хорошо хоть жив остался. Теперь он лежал в регенерационном боксе, отращивая потихоньку новую конечность. Второму парню, с которым они как-то пересекались в Тромсе, повезло больше. На некоторых участках его лица еще находились гелевые тампоны, но раны заживлялись быстро.

— Посекло камнями, снял, дурак, щиток не во время — пациент госпиталя был в хорошем настроении. Из его взвода вообще мало кто уцелел. Как оказалось, его батальон сражался рядом с Вепрями — По слухам, наших на Калунии неслабо так приложили. Лет пять таких страшных потерь в мобильной пехоте не было. Несколько батальонов сейчас вообще расформировано, на других участках бойцов остро не хватает.

— Да уж, что там думало наше командование? Послали парней прямо на убой! — Ларсен был мрачен, кое-кого из погибших он знал лично. Они сидели в небольшом кафе-терассе, и пили настоящий земной шоколад. Сидящий напротив рейнджеров штабс-сержант с космофлота пошевелил розовыми, новенькими пальчиками и с пониманием взглянул на бойцов.

— Всякое бывает. Центровые нашли нового союзника и показали нам, как там по-русски «Кузькина мать»?

— Да — оторопело кивнул Ларсен — слушай, я это слово с детства не слышал.

— А был у нас один матросик — махнул рукой космофлотчик — любил старинные выражения выискивать, самые изощренные ругательства у него в лексиконе находились. Жаль, попал под декомпрессию. Когда вражеский фрегат по нам шарахнул, тот в кормовом отсеке находился, выбраться не успел, бедолага. Пока дыру залатали, пока добрались. А мне вот свезло, только пальцы отрезало.

Алекс посмотрел на сержанта, тот был старше их всех, служил уже сверхсрочную, но к молодым рейнджерам относился вполне уважительно. Он уже был в курсе их похождений, как и многие в госпитале. «Водитель генералов» — вот такая вот неожиданная кличка образовалась у Карта. Поначалу она его жутко бесила, но опять же, обозвали его так не ради подкола, поэтому пришлось смириться.

— Тут дело в следующем — штабс-сержант заказал еще шоколада — Война это как качели, где-то мы врежем, где-то по нам. Сейчас же на всех позициях пока полный дисбаланс наблюдается.

— Но зачем же нас учили — вмешался хмурый Ларсен — земляне наступают, идут только вперед.

— Ага, было такое, еще три года назад. А сейчас вот стоим на месте. Вы поймите, парни: когда Земная Федерация только появилась на театре военных действий, вот это был фурор! Пусть и неопытные, пусть ценой большой крови, мы просто расшвыряли всех по углам. В нас природной агрессии на сто инопланетных рас! Мы не боимся крови: ни своей, ни чужой. Потом мы создали вот эту эффективную машину: нашу армию и флот. Стали жать дальше. Две трети успехов последних двух веков, это полностью наша, землян, заслуга. А потом… а потом противник к нам приноровился, привлек к военным действиям новые расы, создал препараты, помогающие менее агрессивным расам вести себя в бою храбро и напористо. Да и тактику боевых действий они здорово поменяли. Поэтому мы и топчемся второй десяток лет на месте. Хотя, конечно, некоторые подвижки конечно имеются.

— Что-то ты много знаешь для обычного космофлотчика — подозрительно посмотрел на штатс-сержант Ларсен.

— А он и есть не простой механик. Ты просто не наблюдателен, Олд — съехидничал Алекс — Этот жук из космодесанта, у него значок висит на оборотней стороне ворота, чтобы пролезать на этом летающем бублике в любое нужное место.

Рейнджеры с любопытством уставились на сержанта. Военные в госпитале носили одинаковые костюмы, только цвета разные для рядовых и офицеров. Поэтому разобраться, кто есть кто, было поначалу сложно. Десантник криво улыбнулся и поднял руки — Все, все, раскусили черти! Вас я знаю, а меня зовут Роберт Сид. Командир отдельной группы «Винт» пятой эскадрильи.

— Так ты нас вербуешь что ли? — все так же недоверчиво смотрел на космофлотчика Ларсен. Между легкой мобильной пехотой, вернее элитными подразделениями штурмовиков, и эскадрильями космического десанта всегда велось соревнование — Кто из них круче.

— А почему нет? — Сид спокойно продолжал пить шоколад — У нас много общего. Тем более, вы оба штурмовики, да и не простые. Вышли в первый рейд, по серебряной звезде отхватили. Ты — Сид кивнул в сторону Алекса — вообще уже ходячая легенда. В моей группе такие парни не помешают.

— Ага, спасибо — Ларсен ухмыльнулся — плавали, знаем. Мне того приземления в этом гребаном скафандре на Луну хватило. Нафиг мне ваш космос не сдался.

— В скафандре?! — сержант чуть не поперхнулся напитком.

— Ага — в разговор вступил Карт — в десантном модуле.

— Так это давно запрещено! — изумился Сид — Где это так вас угораздило?

— Да есть тут один крендель, Гевара. Нас на какую-то странную базу на Луне скинули.

— А, Гевара. Бывал я на его «Эшелоне». И в самом деле, тот еще чувачок, с него станется, все правила и уставы нарушать. Зато инструктор от бога.

— Это да, многому там научились.

После некоторой паузы космодесантник продолжил

— Принуждать вас, парни, никто не будет, но считайте, что официальное предложение сделано. Надумаете, свяжитесь на любом терминале с управлением десантных сил Флота.

— Спасибо, мы подумаем — Ларсен был все так же хмур.

Вечером он подсел на койку к Алексу и выдал

— Насели на нас флотские, теперь не слезут. Вот как переть то вперед безбашено, сразу запрягают.

— И что предлагаешь? — Карту также не улыбалось прыгать неизвестно куда.

— Да есть тут один офицер из штаба рейнджеров, тоже на Калунии пострадал. Может подкатить к нему, ситуацию объяснить. Пусть нас в отпуск пока ушлют подальше отсюда, а там шумиха и забудется.

— Ну, и где он? — Алекс уже встал с койки.

Вот таким вот образом они и оказались на планете Рубиса, старом союзнике Альянса. Здесь вполне официально находилась база войск Федерации, а у штаба этой базы был свой курорт, где они сейчас и отдыхали. Друзья выбрали отдых на природе, видимо кто-то в штабе замолвил за них словечко, и их обслужили по полной программе. Вот уже третью неделю они бродили по местным горам, купались в озерах и ловили рыбу. Жителей здесь почти не было. Эта часть северного материка считалась заповедной. Карту запомнилась только одна встреча с местными.

На третий день по прибытии они все-таки решили наведаться в центральный офис курорта, надо было уладить несколько формальностей. Перед входом на территорию «земной зоны» они наблюдали непонятную картину. С транспортного флайера выгружали местных рубичан. Все они были одеты в одинаковую зеленую одежду, чуть позже земляне заметили силовые наручники на каждом из одетых в зеленое. Неожиданно к рейнджерам подошел офицер местной армии. Армия здесь была и за полицию, и за лесничих, и за спасателей. Рубичане трезво рассудили, что незачем тратиться на лишние структуры. Сами жители планеты во многом походили на землян, только были выше и тоньше. Подошедший к ним офицер выделялся вытянутым лицом с очень оживленной мимикой, такие уж подвижные у местных были лицевые мышцы. Белесые брови густо нависали над глазницами

— Чем обязан вашему любопытству? — офицер говорил почти без акцента.

— Да мы просто офис шли — стушевался Ларсен.

— Офицер, а что здесь делают эти люди? — Карта обуяло неуместная сейчас жажда знаний, норвежец дернул его за рукав, но Алекс продолжал вопросительно смотреть на рубичанина.

— Это преступники, а можно ваши документы? — Офицер быстро сканировал их информномера и удивленно посмотрел на молодых людей — Я думал, что вы офицеры. Ведь здесь место отдыха очень высокого уровня.

— Вы весьма осведомлены для простого охранника — вежливо намекнул Карт.

— Я директор местного департамента — коротко ответил рубичанин. В этих местах это означало, что он самый главный в округе — и я прослужил два года в Действующей армии, так что знаком с вашими порядками.

— Понятно. Рад был знакомству с боевым офицером. А можете рассказать об этих преступниках?

Рубичанин усмехнулся, землянин был довольно-таки беспардонен, в разговор же вмешался Ларсен.

— Офицер, простите этого обалдуя, просто второй его специальностью является УФО.

— Это контакт с инопланетными формами жизни? — живо поинтересовался офицер.

— Так точно. Хочется узнать больше из реальной жизни. В справочниках Рубиса ничего нет о ваших заключенных и преступлениях. Вы же являетесь высокоразвитой планетой достаточно давно.

— Ну что ж, пожалуй, я немного удовлетворю ваше любопытство. Ведь это теневая сторона нашей жизни, но на земле есть место свету, и есть место тени. Так говорят наши древние мудрецы.

— Очень мудро — похвалил Карт, рубичанин слегка усмехнулся.

— К сожалению, есть еще индивиды, которые ставят личное выше общего. У нас довольно таки жесткое общество, вы ведь знаете, что в свое время наша цивилизация чуть не погибла от экологической катастрофы. Мы слишком рьяно проводили индустриализацию и природа взбунтовалась. Потом мы еле смогли выжить и снова подняться. Вот в те времена и возникла наша кастовая система и отлично за пять веков себя зарекомендовала. А эти граждане — офицер кивнул в сторону «зеленых» — пытались выдавать себя за других. На суде они раскаялись и им присудили по несколько лет работ в Диких землях. А это очень тяжелая работа. Все вот это великолепие — рубичанин обозрел окрестности — плод сотен лет работы. Когда-то тут была радиоактивная пустыня, следы последней войны.

— Это вполне справедливо, а наказание достаточно мягкое — согласился с доводами офицера Карт.

— Я рад, что у нас совпадает мнения — улыбка рубичанина была похожа на клоунскую, из комедийного шоу. Такие вот были выверты у мимики местных — А в том крайнем флайере находятся еще несколько преступников, они одеты в черное, нераскаявшиеся и не прощенные. Их отвезут на север, там еще сохранились остатки пустыни. Они будут работать на опасном участке и там же умрут.

— Сурово тут у вас — Ларсен поежился, а офицер снисходительно посмотрел на молодых землян

— Кто бы говорил, ваши наказания суровее наших во много раз.

— Может быть — Алекс задумался — Но вы в нашем содружестве считаетесь за расу ученых и великолепных техников. Я не ожидал проявлений такой жесткости.

— Это крайние случаи и это печально для нас — тихо проговорил рубичанин — Ну мне пора, был рад знакомству с вежливыми инопланетянами, которым интересен наш мир.

Впоследствии они почти не сталкивались с местными. Работы по рекультивации велись дальше к северу, а здесь была дикая природа. Величественная и очень красивая. Последние дни друзья решили провести у большого озера, раскинувшегося в объемной котловине. Здесь находилось несколько домиков и пирсы с лодками. В первый же день Ларсен сел на весла и мощными гребками вывел длинную лодку почти на середину озера. На следующий день у него болели мышцы рук, все-таки нагрузку на них нужно давать с умом. У Карта же в отличие от другого транспорта отношения с лодками как-то не сложились. Он или слишком много забирал одним веслом, или мало другим. Олд ругался и смеялся, в конце концов, отобрал у друга весла и включил небольшой электромотор. Пару дней они обходили берега водоема, ловили синюю рыбу. А по вечерам жарили стейки и горланили песни. Пивом они затарились заранее, на базе была собственная пивоварня. Местные такого напитка не знали, предпочитая фруктовые коктейли.

Но на третий день их отдых прервал шум небольшого авилета. Машина аккуратно приземлилась перед крыльцом и к удивлению землян оттуда выбрался тот самый офицер рубичанин.

— Приветствую вас, мои земные друзья.

— Рады вас видеть, офицер. Мы тут завтракаем, не присоединитесь?

Местный начальник подумал немного и махнул рукой — А давайте!

Взяв в руку шампур с рыбой, в другую он прихватил кружку с пивом

— Не удивляйтесь, я пиво попробовал на одной из ваших баз. Стояли мы как-то на одной интересной планете с двумя спутниками. Все не мог привыкнуть, что там не бывает полной темноты. Так ярко светят их луны.

— Ваше здоровье — Алекс поднял кружку. Офицер пригубил пиво и взял жареную рыбешку.

— А я ведь по вашу душу, рядовые — мне приказали срочно доставить вас в столичный космопорт, к центральному лифту.

— Вот как? — Карт был неприятно удивлен — У нас ведь еще дней десять отдыха.

— Как у вас говорят, приказы не обсуждаются. Посмотрите ваши кристаллы.

И в самом деле, там уже были сообщения о срочном прибытии на орбитальный комплекс, их ждал пассажирский лайнер.

— Ну, вот и все — Ларсен также был огорчен — Интересно, что там такого срочного?

— А мне интересно, кто вы такие — офицер выглядел озадаченным — Вы не офицеры, а находитесь в элитной зоне. И вызов на вас персональный. Не поясните?

— Извините, офицер, это не в вашей зоне компетенции.

— Вечно вы, земляне, устраиваете какие-то тайны.

— Поэтому мы и лучшие воины.

— Это так — рубичанин рассмеялся — Видел я вас в деле, и очень рад, что ваша раса у нас в союзниках, а не наоборот. Может, начнем собираться?

На орбите они сели в рейсовый пассажирский лайнер, что было также удивительно. Обычные рядовые на них редко путешествуют. Дорога по этой причине получилась вполне комфортабельной, парни даже успели завести несколько романов с женской частью персонала корабля. Кровь в молодых людях бурлила, еще больше ее горячило предчувствие опасностей.

Неожиданно друзья оказались на огромной орбитальной военной базе. Обычно пассажиры сюда не причаливают, но именно в этом рейсе летело многих военных. Судя по подслушанным разговорам, их также неожиданно вызвали из отпусков. Похоже, назревали какие-то важные события.

Сверившись по сообщениям, пришедшим на информационные кристаллы, рейнджеры переправились в отдельную пятую секцию. Судя по тому, что дорога на монорельсе заняла полчаса, станция была огромной. Везде чувствовалась присутствие военного духа: спертый воздух, излишняя практичность в деталях и убранстве помещений. Коридоры станции оказались заполнены военными в различного вида обмундировании. В пятой секции уже чаще всего встречались люди в форме мобильной пехоты. Повернув на движущуюся дорожку, друзья вскоре оказались у нужного блока. На входе их встречала пара здоровенных рейнджеров. Шеф-сержант потребовал кристаллы и сверился со списком в планшете, потом уже более благосклонно взглянул на бойцов.

— Добро пожаловать, парни! Вы прибыли в знаменитый батальон «Бурые медведи», один из лучших среди рейнджеров. Раз вас вызвали на пополнение, значит вы этого достойны. Несмотря на то, что достаточно молоды. Идите по стрелкам, вы зачислены в пятый взвод. До вечера по местному времени у вас есть время на обустройство. После ужина будет общее построение. Все понятно?

— Так точно, сир — гаркнули новобранцы и вошли внутрь. В самом блоке суеты было гораздо меньше. Только иногда проходили вечно озабоченные сержанты, мелькали деловитого вида офицеры. Рядовые попадались реже, видимо были заняты. В кубрике пятого народу оказалось немного, еще не все прибыли. Ни взводного, ни его заместителя пока никто не видел. Бойцы здесь были больше из людей опытных, много ветеранов. Один из таких, командир тройки ПВО подошел к новобранцам первым. Звали его Петр Шалыгин, ростом чуть поменьше Ларсена, он был толще его в два раза. Эдакий шкафчик на ножках.

— Привет, парни! Располагайтесь пока на этих койках. Душ и туалеты через ту дверь, столовая рядом. Для орбитальной базы еще ничего такая обстановочка.

Друзья скинули походные куртки и остались в парадно-выходной форме.

— Ого! А серебро за что? — на соседней койке показался улыбчивый веснушчатый парень.

— Да вот, на Калунии попали в переделку. Первый рейс и… — Карт виновато улыбнулся. Бойцы тут были более опытные, не чета им желторотикам — Наш батальон сейчас расформирован.

— В каком служили? — Петр остановился напротив новоприбывших.

— В «Вепрях».

— Слышал, знатная мясорубка там вышла. Так что ваш рейд за пять обычных сойдет. Не дрейфь, салага, сюда вообще только достойных собирают. Тут все равны. А орден конкретно за что дали?

— Да всякое — Карт замялся, а потом решил все же рассказать. Ведь с этими парнями в бой идти — Вот Ларсен врукопашную чинтосина завалил. Ну и оказалось, что мы первые с ними столкнулись лицом к лицу, засняли морды чинтов, потом в разведку передали.

— Да ты скажи — Петр с уважением посмотрел на Ларсена — Ты получается борец?

— Есть немного — Олд снял обувь и начал доставать повседневную форму.

— Он в боях без правил участвовал, чемпион — похвалил друга Алекс.

— А я по классике больше — Шалыгин поиграл мощными мышцами — Надо будет нам на ринг выйти как-нибудь, ты не против?

— А чего нет — Ларсен принял вызов — Не боишься, что помну?

Петр захохотал и хлопнул норвежца по плечу, другой солдат улетел бы от такого удара в противоположный угол комнаты, а Олд даже не шелохнулся.

Потихоньку вокруг них собрались другие бойцы и начали расспрашивать подробности прошедшей битвы. Все тяжело переживали потери в батальонах мобильной пехоты. У многих там пропали или погибли знакомые и друзья. Ларсен в красках рассказал об их эвакуации на «Комете» и тут пришла очередь удивляться бойцам. Улыбчивый рыжеволосый парень, Дрик Ониксен, воскликнул

— Так это ты, получается, «Водитель генералов»?

Алекс не знал куда деваться, сомнительная слава достигла его и здесь. Пришлось немного рассказать больше, чем хотелось. Бойцы развеселились, они были рады, что у них во взводе оказался такой легендарный водитель. И это неожиданно порадовало уже самого Карта.

— Вот это да! — не унимался Ониксен — А я думал, что это байки. По войскам слухи ходят, что у рейнджеров появились пилоты, которые против законов физики летают! Вот хохма.

— Кому и хохма — рассудительно проговорил худощавый капрал-связист — но если это так, как парни рассказывают, то я постараюсь лететь в скутере, который Алекс будет вести.

— И я тоже — добавил угрюмый громила с мощными руками — хороший водитель — половина успеха.

— Точно. Вот был у нас один классный водила…

Разговоры продолжились до ужина. Пока еще не сформирована структура части, не назначены все командиры, солдаты могут позволить себе повалять немного дурака. Солдат спит, служба идет — очень древняя армейская поговорка.

После завтрака сержанты объявили общее построение. Оно проходило в зале-трансформере, обычное явление на орбитальных базах. Он мог быть и залом для спортивных упражнений, и плацем, или тренажерным полигоном, да много чем.

Карт огляделся: за вечер и ночь народу в батальоне заметно прибавилось. Их, пятый взвод был уже почти весь укомплектован, появился и заместитель командира взвода мастер-сержант Дюллер. Толковый командир, имеет за плечами восемь лет службы, оказался знаком с некоторыми приехавшими сюда ветеранами. В симпатиях к излишней уставщине также не замечен. Хотя во взводе и так образцовый порядок, не новички ведь служат. Утром прибыл и командир их первого отделения сержант Каховский, как оказалось, служивший когда-то в этом же батальоне.

Наконец перед строем вышли несколько старших офицеров, бойцы сразу же замерли и вытянулись, даже команды не потребовалось. Вперед выдвинулся крепкий и подтянутый офицер с нашивками полковника.

— Приветствую бойцов батальона «Бурые медведи»!

— Здравия желаем, сир! — ответил стройный гул голосов. Сержанты тем временем подравняли строй.

— Рад вас видеть в этом славном подразделении Сил Мобильной Пехоты армии Земной Федерации! Сначала хочу представиться сам и представить моих заместителей. Меня зовут полковник Орлов. Я имел честь служить в этом батальоне еще командиром взвода, до его расформирования после бойни на Хромсбт.

По рядам прошел шелест, многие слышали о том легендарном поражении земных войск. Полковник поднял правую руку, снова стало тихо.

— «Бурые медведи» и «Черные Орлы» покрыли себя в том сражении неувядаемой славой! К сожалению после тяжелых потерь эти батальоны были временно расформированы. Но теперь, после жесточайших ударов, нанесенных нам коварным врагом, командование решило снова возродить эти элитные подразделения и изменить тактику боевых действий. Поясню: вы все уже наслышаны о нашем поражении на Калунии. Я знаю, что здесь присутствуют бойцы, прошедшие там весь кровавый путь солдата без остатка. И добавлю то, о чем почти никто не знает на этой базе. Сегодня ночью большая флотилия Галактического союза совершила глубокий рейд и почти полностью уничтожила базу Космофлота в секторе А. Мы понесли огромные потери.

По рядам снова прошел гул и ропот, новости были поистине страшными.

— В связи с последними событиями командование Мобильных Сил вновь формирует штурмовые батальоны для активной диверсионной войны. Мы слишком увлеклись грандиозными проектами и забыли, что рейнджеры изначально предназначались именно для этой боевой работы. И у нас есть огромное количество опытных бойцов, которые покажут знаменитую «Кузькину мать» нашим врагам!

Бойцы неистово заревели и начали дружно скандировать «Бурые медведи!», «Бурые медведи!»

Полковник снова поднял руку и продолжил свою речь — А теперь познакомьтесь с моими офицерами:

майор Нанс — командир взвода управления, мой начальник штаба — вперед вышел сухощавый человек в очень зрелом возрасте.

майор Косак — командир взвода снабжения. Заместитель по тылу — майор оказался невысокого роста и повышенной полноты, характерной для тыловиков.

капитан Миннеярви — командир взвода тяжелого вооружения. Этот офицер наоборот выглядел очень спортивно, с широкими покатыми плечами борца.

А теперь приказываю разойтись по кубрикам и ознакомиться с учебными планами, нас впереди ждут суровые испытания и поэтому необходимо хорошенько к ним подготовиться.

Последующие три недели оказались плотно заполнены учебными занятиями. Бойцы серьезно готовились к всевозможным диверсионным акциям. Изучали новейшее оружие и амуницию, только что поступившие в войска. Батальон оказался уменьшенного, свойственного именно штурмовикам, состава — всего 8 стрелковых взводов. Командиром их, пятого взвода, стал первый лейтенант Сухоруков. Офицер опытный, хоть и молодой. Ларсен заметил как-то в кубрике, что в «Бурых медведях» много потомков русских и других восточных наций.

— Так это традиция такая. «Орлы» имеют континентальное происхождение, а «Медведи» евро-азиатское — ответил ему Каховский — ты же сам на Тромсе учебу проходил. Там много людей из Европы и Азии.

— Ну да — кивнул головой норвежец — просто думал, что это из-за расположения базы. В действующей армии же всех обычно перемешивают?

— В основном да. Но у штурмовиков свои древние традиции, а уж где, где, а в армии их чтут с небывалой силой — сержант усмехнулся.

— Сержант, а не ответишь мне еще на один вопрос: в батальоне в основном опытные, бывалые бойцы собрались — пододвинулся ближе и Карт — а мы, в общем-то, новички. Зачем нас сюда прислали?

— Ну, во-первых, вы уже отличились, да еще как — Каховский снова усмехнулся, он был в курсе приключений друзей на Калунии — во-вторых, это нормальная практика штурмовиков. Самые опытные должны передавать новичкам свои знания, это закон для бойцов штурмовых батальонов. Если хочешь выжить, стань лучшим. Ну а отбор сюда чрезвычайно жесткий. И опять же, у вас в послужном списке полно очков: учились вы на Тромсе, а Макгир старый кореш Орлова. Победители Большого Тура, опять же не хухры-мухры. И по ордену успели оба хапнуть, оказавшись сами в полном дерьме. Я думаю, Сухоруков тщательно проверил твой «генеральский» полет, Карт. Ему реальный пилот нужен в первом отделении.

Алекс кивнул головой, его тоже удивило назначение в первое отделение. Ведь водитель первого обычно ведет и большой, взводный транспорт.

— Ну а раз ты в первом, значит, отличился по-настоящему. Да и Ларсен того «черного» гамадрила руками ухлопал, тоже очко. Другие новички также в чем-нибудь интересном отличились.

Карт снова кивнул головой. Ему нравилась обстановка в подразделении. Никто новобранцами не помыкал, перед ними не зазнавался, а скорей наоборот: ветераны давали кучу ценных, испытанных на практике советов. На тактических тренажерах именно новичкам в первую очередь показывали принятые в войсках методы военных действий. Инструкторы-техники проводили для молодых бойцов дополнительные занятия. А ветераны схожих профессий брали себе в стажеры более молодых бойцов. Так и в самом деле было принято у штурмовиков.

Только Карт оказался в несколько странном положении — в батальоне не оказалось водителей, умеющих пилотировать лучше его. Да и уроки Чампа не прошли даром, он много знал из реального боевого опыта. Но все же Алекс не отказывался от любых советов, ведь ветераны многое знали об особенностях конкретных театров военных действий. Как в том или ином климате ведет себя та или иная машина. Где и что надо изменить в системе, а где идти строго по приборам. Много хитростей таит в себе военная наука. И молодой пилот от дельных предложений не отказывался, солдатскую науку впитывал как губка.

Первый их боевой выход был совершен на ничейную планету Орин-5. Центровые там тайно, против всяких правил, оборудовали несколько баз слежения. Командование сил Федерации решило жестоко проучить врага. На этой планете имелась некоторая проблема с кислородом, поэтому действовать приходилось, используя респираторы. Пользуясь магнитно-ионной бурей, с орбиты спустился небольшой дисколет, несущий только взводный скутер Кузнечик-В. Это специальный вариант для штурмовых подразделений, более мощный и лучше вооруженный. Он идеально подходил для данной планеты.

Вел машину Карт. Рядом в качестве штурмана сидел водитель-ветеран капрал Петухов. Чуть позади в кабине находился сам взводный. «Кузнечик» вынырнул из дисколета на ходу и начал падение к поверхности планеты, но на этом скутере стояли более мощные гравиприводы, поэтому машина быстро выровнялась и нырнула в узкую расщелину. Местность здесь была сильно пересеченной, что облегчало задачу штурмовикам. А солдатам центровых опять же помогала в маскировке. Вообще задание было странным: откуда разведке удалось узнать о точном расположении объектов противника? Но рейнджеры лишних вопросов не задавали, а приняли все данные к сведению. В нападении участвовало три взвода «Бурых медведей» — у каждого по одному объекту.

Карт уверенно вел машину вперед своим излюбленным методом — почти касаясь поверхности и используя любую трещину, расщелину, овраг для маскировки. Растительность на Орине-5 была довольно-таки чахлой. Отчасти благодаря отдаленности планеты от звезды, а также постоянной облачности здесь было всегда сумрачно. Скутер в такой обстановке приходилось вести по приборам. Петухов менял показания в системе и следил за маршрутом, время от времени приходили новые вводные от лейтенанта, башенные стрелки следили за окружающей обстановкой, короче, обычная боевая рутина.

— Карт, ты зачем маршрут меняешь? — вдруг раздался в шлемофоне голос Сухорукова. Карт после некоторого молчания ответил — Не нравится мне в той стороне местность.

Петухов удивленно глянул на основного водителя, но промолчал.

— Не нравится? — лейтенант удивлен не был, он достаточно изучил своего новичка и доверял ему — Тогда двигай по-новому.

Через двадцать минут он снова вышел на связь.

— Слушай, Карт. Там и впрямь какая-то странная активность в эфире. Надо будет потом нашим сообщить.

Алекс уронил машину вниз, перед скалистым отрогом лежала долина с серо-зеленым пятном какого-то водоема. Он провел машину точно по береговой линии, стараясь не тратить излишне ресурсы гравипривода. Затем поставил «Кузнечик» боком и повел ее вдоль гряды. В наушниках раздался голос взводного

— Всем! Первая готовность! Карт начинай отсчет после красной точки.

Алекс вывел машину в пологое пике, в самой его нижней точке он начал отсчет — Пять, четыре, три, два, один, пошел!

Кузнечик рывком запрыгнул на небольшое плато и резко остановился у самого его края, с выдвинутого сбоку пандуса уже прыгали отделения штурмовиков. После отмашки Карт сразу же увел машину вниз. В эфире зазвучали команды Сухорукова и командиров отделений. Получив подтверждение, Алекс посадил Кузнечика у входа на вражескую станцию слежения. Строения и аппаратура были здесь выкрашены в такой же серо-голубой цвет, что и окружающая обстановка, и опознать все это можно было, только подлетев к станции вплотную. Штурмовики уже зачистили периметр, и теперь взрывали проходы в подземный бункер. Все антенны были уничтожены еще башенными стрелками машины. При начале отсчета они запустили ракеты, и те точно попали в цель.

Карт выскочил из скутера и отбежал в сторону. Заученными движениями он контролировал окружающую местность. Серая скалистая поверхность, почти без почвы, только изредка на камнях виднелись полоски голубоватого мха. По ту сторону машины застыл капрал Петухов, позади скутера расположился пулеметчик Ганс, и вскоре раздался его голос — Движение!

Маркер на щитке шлема сразу показал нужное направление, Карт автоматически развернулся, прицелился и выстрелил двумя очередями по неясным движущимся целям. Рядом глухо щелкал пулемет Ганса.

— Чисто! — снова раздался его голос — Карт, пойдем, проверим. Петухов раз-два.

Они потихоньку выдвинулись вперед, постоянно контролируя местность. Видимость была маленькой, здесь царили сумерки и голубоватая дымка. Плюс еще шлем с респиратором, все это сильно мешало бойцам. Ганс сразу откинул ногой оружие от упавших на землю трех тел. Два тонких торса лежали, неестественно вывернувшись, живые так не выглядят. Их прошило одной пулеметной очередью, Карт разглядел, что одежда была разорвана в клочья игольчатыми пулями, что уж там внутри творится? Третий еще шевелился, его перевернули на спину. Из-под респираторной маски на землян с ужасом глядели большие, на выкате глаза.

— Инторианцы — пробормотал Ганс — вот заразы! Карт, ты ему трубку от заплечного кислородного контейнера перебил, он уже задыхается. Прикончи его, чтобы не мучился.

Карт не стал задавать лишних вопросов, им недавно показали кадры с разбитой противником космической базы. Искореженные корабли и конструкции базовых отсеков, летающие повсюду тела космолетчиков, их искаженные в предсмертной муке лица. Он просто поднял карабин и выстрелил, инопланетянин сразу обмяк. Вдруг сбоку от них показались неясные тени. Это оказался сержант Каховский с тремя бойцами.

— Что тут у вас? — он подошел ближе — Понятно, беглецы. Мы что-то заметили, но их упустили. Молодцы, парни! Карт, тебя взводный зовет, у нас там пленные образовались. Ты же спец по УФО? Ему нужны эксперты, тебя Лодынин проводит.

У разрушенной взрывом круглой антенны на земле сидели четверо взятых в плен инторианцев. Штурм прошел показательно, как в учебных пособиях. Противник совершенно не ожидал здесь нападения и не организовал нормальной караульной службы. Думая скорее о нападении с орбиты, они навтыкали тут мощные батареи ПВО, а земляне пролезли, как тараканы в щели их обороны. Моментально снесли слабый периметр, и взорвали все внутренние жилые помещения. Эти пленные сами вышли из бункера, когда там начался пожар.

— Карт — обернулся Сухоруков — не припомнишь слабые места инторианцев.

Алекс немного подумал и жестко ответил — Конечности, там много болевых точек. А так, они очень живучи.

— Дюллер, ты слышал!

Дальнейшие сцены пыток и допроса были зрелищем неприятным, хотя у земных бойцов к врагу жалости не существовало. Война есть война. А земляне и так слыли самыми свирепыми солдатами Галактики, их боялись все. Поэтому и эти пленные долго не сопротивлялись, и уже через двадцать минут Кузнечик лег на обратный курс.

Нападение на Орин-5 прошло вполне удачно. Два других штурмовых взвода действовали также успешно, потеряв только трое бойцов ранеными. Противник у шестого взвода успел немного очухаться, правда, это ему не сильно помогло. Уничтожив важнейшие станции слежения, земляне получили существенное преимущество и нанесли мощный удар орбитальными истребителями. Большинство баз центровых на планете оказалось уничтожено. Пригодилась и информация их взвода об аномальном участке с непонятной активностью. Кстати, совершенно не отмеченным разведкой. Туда также был нанесен удар, и именно там при странных обстоятельствах были потеряны два истребителя. Это происшествие сразу засекретили, но Сухорукову и Карту вынесли отдельную благодарность. По слухам, центровые испытывали там новое оружие, которым орбитальщиков и сбили.

После Орина-5 взвод Карта участвовал еще в трех операциях. Прошли они удачно, правда, в третьей их спасла только реакция водителя. За их Кузнечиком погнались несколько мелких скутеров, вооруженных импульсниками. Но Карт всегда внимательно изучал голографические изображения местности, где предстояло побывать, и разрабатывал лично различные пути отхода. Вот и здесь он увел машину в сторону от трассы эвакуации, заставив аппараты противника действовать не на равнине, а в русле извилистой реки. Здесь водителю Кузнечика здорово помогло умение виртуозно маневрировать. Один вражеский скутер врезался в камни на берегу, второй был подстрелен башенным стрелком. А оставшихся Карт вывел прямо на засаду, спешно организованную вторым взводом, стоящим в резерве. В итоге кроме разгромленной энергетической базы, штурмовиками были уничтожены все патрульные силы центровых в этом районе. И командование сразу перебросило сюда целый батальон рейнджеров обычного, «строевого» порядка. Вот они там порезвились! Карт за этот выезд получил личную благодарность от Орлова и непререкаемый авторитет среди товарищей. Теперь уже никто даже из ветеранов не сомневался в способностях водителя первого отделения. К прикрепившейся к нему кличке «водитель генералов» добавилась еще одна — «загонщик».

Но особо сложным оказался пятый выход. В нем участвовала сборная команда из бойцов взвода. Выход был пешим, их закинули на планету Хлюмс, земной вариант местного названия Хлюием`ососсанака. Район высадки оказался на самом экваторе, на большом холмистом острове, сплошь поросшем джунглями. Именно здесь находились автоматизированные шахты центровых, добывающих какой-то редкий минерал. Планета не имела разумных существ, но здесь была кислородная атмосфера, и она буквально кишела дикой жизнью. Поэтому штурмовикам ухо приходилось держать востро. Руководил группой замок мастер-сержант Дюллер и включала она в себя 18 бойцов. Карт и Комотд третьего отделения капрал Рыков работали в этом рейде проводниками… И буквально через день они заблудились. Как назло полил дождь, воздух и так жаркий и влажный, оказался буквально пропитан водой насквозь.

Алексу сразу вспомнились их приключения в Индокитае. Они с Рыковым накрылись маскировочными накидками и начали внимательно разбираться с картами. В этом районе часто летали вражеские дроны, поэтому ПВОшники постоянно держались на стреме.

— Ну что у вас там? — к ним под накидку залез Дюллер.

— Да не понятно — Рыков был зол, как черт.

— Знаете — вспомнил события годовой давности Карт — у нас на экзаменах была такая же ситуация. Мы потеряли ориентиры, оказалось, что нам сунули старые карты, а новые мы чуть не потеряли из-за грохнувшего планшета.

— Хм, может и так — заворчал Рыков — только вот карты самые новые, разведка ведь зуб за них давала, а они в последнее время нам всегда точные данные сливали.

— Все всегда бывает в первый раз — парировал товарища Алекс.

— Так — вступил в спор Дюллер — Вы что предлагаете?

— Надо отыскать новый отсчет координат, в самих джунглях мы хрен чего найдем — капрал снова крутил планшет — только вот где его взять?

— А я знаю — вдруг заявил Карт, посмотрев на удивленных собеседников, пояснил — надо сбить вражеский дрон и с него скачать их координаты.

— С ума сошел! — вскипел Рыков — Да сюда после этого все дроны с округи соберутся. И рано, или поздно нас засекут. Придется вообще срочно отсюда сматываться.

— Подожди, капрал — сержант поднял руку — у водителя резонное предложение. Только сбивать надо по-хитрому. Сидите здесь, я сейчас.

Чуть позже в импровизированную палатку насунулись уже две туши — Дюллер и стрелок Харис. Его вторым оружием был Удар-15, штурмовой вариант тяжелой винтовки. В таких рейдах она использовалась для уничтожения следящих приборов и легкой бронетехники.

— Карт, поясни свою идею — командир группы выразительно посмотрел на новобранца, тот кивнул головой и не заставил себя ждать.

— У нас была подобная ситуация на экзаменах, в джунглях Индокитая. Там мы смогли получить координаты другим способом, и при проникновении на объект воспользовались особенностями местного климата. От постоянной влажности аппаратура и приборы становятся менее надежными, и наша группа проникла на объект по простому водосбросу, вся охранная сигнализация оказалась попросту испорченной. Думаю, и здесь такое же случается, и дроны просто падают на землю от порчи.

— Резонно — согласился Дюллер — это получается, если сильно не шуметь, а потом затаится, то может и прокатит. За каждым упавшим дроном они экспедицию высылать не будут. Проверят местность, усилят на время патрулирование и успокоятся.

— А как без шума? — не успокаивался Рыков — Ракета шороху порядочно наведет, они наземных дронов потом обязательно вышлют.

— Харис? — сержант посмотрел на стрелка.

— А что? Вполне смогу. Надо только отвлечь бродягу, затем завалю первым выстрелом. Я с их устройством знаком, надо бить в заднюю нижнюю часть, там инерционное оборудование. Потом просто ловите на земле и глушите сразу.

К вечеру все было готово: одна весьма шумная местная зверюшка находилась в самодельной клетке и недовольно вопила. Точно по графику ПВОшники засекли патрульный дрон, а стрелки выпустили зверюшку. Дрон сразу же пошел по пологой траектории к земле, но видимо, заметив местную живность и идентифицировав ее, успокоился и понемногу пошел вверх. И тут, при секундной заминке разведывательного аппарата, Харис и подловил робота. Шарик дрона сразу же свалился вниз, где его подхватили заботливые руки техника Лиса и Карта. Они сразу же замотали дрона в маскировочный плащ, заглушив его аварийные вопли. ПВОшники подтвердили, что машинка не успела послать тревожного сигнала. Лис и Харис быстро разобрала вражеского робота-разведчика, и подключили планшет Рыкова. Тот через пару минут подозвал Алекса и Дюллера к себе.

— Смотрите, вот новая сетка координат. А вот мы.

— Ничего себе! — присвистнул было Карт, но, получив короткий сигнал от ПВОшников, заткнулся и прилег. Это прилетели поисковые команды противника. Пока полчаса продолжался облет местности новыми дронами, Карт молча изучал новую карту и смог сразу же высказать свое мнение после отбоя тревоги — Нам не успеть добраться до шахты! Мы сильно отклонились в сторону. А идти придется через хребет, там, на высоте наверняка облачность и видимость вообще никакая. А значит идти будем медленно, да и разведку придется вести осторожней, и только визуально.

— Это почему это, рядовой? — теперь Дюллеру пришлось играть плохого сержанта.

— Похоже, нашей разведке всучили в этот раз фуфло, полную дезу. Наши маркеры с реальными вообще не совпадают и ведут нас на край гибели. Вы разве не заметили этого?

— Заметили — Рыков одобрительно посмотрел на водителя — а у тебя котелок варит, молодой.

— Значит, нам необходимо задержаться, или уходить сейчас же.

— Хрен мы уйдем — принял решение командир — переждем ночь, поймаем спутник, и отправим сообщение, что задержимся суток на пять.

Так и вышло. Боевая группа выдвинулась в нужном направлении спустя сутки, когда активность дронов вернулась в обычную. За два дня они потихоньку подобрались к шахтам, еще два дня изучали систему охраны. Она и в самом деле оказалась с дырами. Поэтому Харис смог выйти на удобную дистанцию и десятью выстрелами уничтожил систему охранного периметра. Когда гуманоидная охрана поняла, что что-то идет не так, было поздно. Бойцы проникли внутрь и завалили ангар с бронетехникой бетонными глыбами, взорвав их к чертовой матери! Техники штурмовиков быстро сняли с местных автоматов-охранников боеприпасы и изготовили мощную бомбу. Скоростной флайер забрал их группу с соседней горки, и уже в полете, бойцы отряда смогли наблюдать фантастически красивый взрыв вражеского объекта. Все участники рейда получили две недели отдыха на ближайшей перевалочной станции.

Но не всем так свезло. Уже дома, на постоянной базе, Карт узнал о ранении Ларсена. Их группа попала в засаду, и Олд прикрывал отход товарищей. Словил он тогда заряд в ногу, ушел практически на адреналине. Но само ранение оказалось тяжелым, поэтому ногу отрезали, и теперь он долго будет находиться в госпиталях. Реанимация целой ноги требует достаточно времени. Еще больше не повезло четвертому взводу. Похоже, им также досталась от разведчиков дезинформация, и они угодили в коварную ловушку. Если бы не вмешательство флотских, то взвод лег бы весь. Но и так убитыми они потеряли более двадцати бойцов. С учетом раненых полвзвода как корова языком слизнула. Полковник Орлов тогда рвал и метал, говорят, что он серьезно поссорился с флотскими из разведки, а кому-то просто набил морду. И только вмешательство высшего командования спасло его от трибунала. Флотские обиды сносить не привыкли, так что теперь можно было ожидать от них пакостей. Но авторитет у командира «Бурых медведей» среди штурмовиков только поднялся.

Батальон через несколько месяцев вывели с боевой базы на запасную. Их диверсии и удары по тыловым коммуникациям серьезно осложнили жизнь центровым, поэтому штурмовики заслужили отдых.

Новые друзья

Перед огромным экраном стоял адмирал Нахимов. Он держал в руках незажженную сигару, нервно перекладывая ее из рук в руки. Против обыкновения связь устанавливалась в этот раз неимоверно долго. Офицер высшего ранга то и дело дергал связистов, требуя установления контакта. Наконец экран замерцал, пошли волны помех, и появилось мутноватое изображение.

— Черт знает что! Связь, вы дадите звук?

— Сейчас, сир! — пришел ответ из технической рубки — Очень сложное соединение!

Через минуту на изображении появился фокус, помехи исчезли, и прорезался звук.

— Добрый день, адмирал, сир — раздалось в эфире.

— Он совсем не добрый, полковник — мрачно ответил Нахимов. Его собеседником был оперативный офицер разведки Ордена Чамп. Сейчас он был одет в черный комбинезон космического десанта, — Какого лешего вы не отвечаете на вызов?

— У меня было срочное задание, адмирал.

— Какое? — у адмирала удивленно поднялись брови.

— Не могу ответить, сир. Оно пришло из Внутреннего круга.

— Да? — Нахимов немного успокоился и присел в кресло. Затем он потянулся к зажигалке и прикурил сигару — Вы что-то часто стали работать с ними, полковник. Не забывайте, что это я ваш непосредственный начальник.

— Не забываю, сир — Чамп наклонил голову — просто в этом секторе ближе всех к объекту оказался я.

— Ладно — адмирал примирительно понял руку — Я связался с вами по другому поводу. На меня неожиданно свалилась куча новостей о вашем протеже.

— Это…

— Да, тот самый лихой гонщик.

— Посланец золотых? — уточнил Чамп, а адмирал буквально поперхнулся дымом.

— Полковник, черт возьми! Не используйте при мне этот дурацкий термин!

— Извините, сир — Чамп нагло улыбнулся.

— Опять ваша дурацкая улыбочка — у Нахимова сразу пропало настроение, и он отшвырнул сигару в сторону — Вот вы чем похожи на вашего протеже, вы оба наглые до невозможности. Вы вообще в курсе похождений этого сумасшедшего водителя? Что он успел натворить и чем прославиться?

— Так точно, сир.

— И как это понимать? Вместо того чтобы вести себя тише и следить за объектом, подводя его потихоньку к нашему кругу, вы устраиваете ему вселенскую славу. Теперь он легенда наших Мобильных Сил. Кто не слышал о «водителе генералов»? Сам Орлов назвал его лучшим водителем штурмовиков! Его популярность начала зашкаливать! Вы понимаете, полковник, во что вы нас втягиваете? И он же постоянно на передовой, а это смертельный риск.

— Спокойно, адмирал. Ему везде сопутствует удача, поэтому он и стал такой известной личностью за короткий срок. Это как раз подтверждает мои догадки.

— Ваши догадки в один прекрасный момент могут оказаться трупом — Нахимов рукой показал древний земной жест — и мы потеряем очередную надежду.

— Я бы не драматизировал так ситуацию, адмирал. Наш гонщик, как я и показал, генерирует свою удачу. Это подарок Золотых.

— Но он становится слишком популярным, Чамп. А это может повредить нашему делу, надо прекращать.

— Но…

— Все, полковник. Вы хороший тактик и оперативник, но стратегией здесь занимаюсь я! Вам понятно?

— Так точно, сир!

— Подводите его быстрее к Внешнему кругу. Займитесь этим вплотную, лично. Приказ вам понятен?

— Так точно, адмирал — Чамп вытянулся во фрунт. Нахимов кивнул и разорвал связь. Еще некоторое время он сидел в кресле задумавшись, затем вызвал техника связи.

— Соедините меня с командованием Мобильных Сил.

Отдых, если можно так назвать времяпровождение на старой станции подскока, протекал неторопливо. Солдаты много спали, ходили в спортзал, иногда появлялись на занятиях. Но командование сильно бойцов на отдыхе не напрягало, поэтому прогульщиков не было. Полковник Орлов куда-то улетел с начальником штаба. Взводные отдыхали по своей программе, у офицеров было больше возможностей. Сержанты лишний раз глотки также не напрягали. В общем, жизнь в эти дни текла не напряжно, некоторые умудрялись в любой обстановке получить свою порцию удовольствий.

Под вечер к кубрику Карта заглянул Рыков.

— Давай, боец, собирайся.

— Куда?

— На Кудыкину гору — Рыков также, как все русские, любил древние присказки — нас в гости пригласили.

— Момент.

Карт уже знал, что у капрала на этой станции нашлось несколько старых корешей, а скучать одному в маленьком кубрике удовольствие тоже не самое большое.

Они прошли в стандартный для станций этого типа переход. 45-я станция формой, также как большинство других земных космических баз, напоминала бублик, поэтому переходы в виде спиц имели меньшую силу тяжести. Движущаяся лента за двадцать минут домчала их до противоположного сектора, самое хитрое здесь было — вовремя соскочить и не ушибиться. Тут то и становилось заметно кто здесь новичок, а кто бывает в таких местах часто. Рыков шел уверенно вперед, повернул сразу в правый коридор и прошел его до конца. Местечко оказалось сильно запущенным, похоже, автоматические уборщики давно забыли сюда дорогу. Да и не все лампы на потолке горели.

Капрал подошел к неприметной двери и пальцами выстучал первые ноты гимна штурмовиков. Через пару секунд дверь со скрипом открылась, и они вошли внутрь. Карт огляделся, просторная комната была разделена на несколько отсеков. В одном была сложена какая-то диагностирующая аппаратура, в другом стояли в два ряда стандартные кровати, а в третьем на удобных диванчиках расположились пятеро человек в форме техников.

— Привет! — Рыков поздоровался со всеми и приглашающим жестом подозвал Алекса к себе — Принимайте новичка. Это тот самый «водила генералов»!

— Неужели!? — с любопытством спросил краснощекий здоровяк — Привет, братан, наслышаны. Да ты проходи, садись, в ногах правды нет.

По еще одной произнесенной русской присказке, Карт, понял, что здоровяк скорей всего тоже русский. Алекс прошел вперед и присел на крутящееся кресло. Ему в руки тут же сунули бокал с чем-то крепким, а в другую руку дали вилку с настоящим соленым огурцом! Где они его только взяли?

— Ну, давайте за новичка, нашего полку прибыло! — воскликнул громила с черными бровями, и компания стукнула емкостями. Алекс глотнул напитка, и чуть не закашлялся. Он давно не пил такой крепкий алкоголь, поэтому сразу же закусил огурцом, стало немного легче.

— О! — взглянул на него одобрительно громила — Наш человек! Рыков, а он, в самом деле, так хорош за рулем?

— Ага — капрал уже чего-то жевал — виртуоз в своем деле. Пару раз вывез наши задницы из полного дерьма.

— Даже лучше, чем Унион? — вступил в разговор длинный и худощавый блондин.

— А чего Унион? Он перед Картом, как студент перед профессором. Я тебе так скажу, я видел много хороших и очень хороших водителей, но этот парень Бог в вождении.

— Вот даже как? — блондин с удивлением кинул взгляд на Карта.

— Ладно, парни, раз Рыков так человека рекомендует, значит, он наш — закончил разговор громила и подошел к Алексу — привет, я Грэм Робенсон. Этот худой и настырный Дитер Модель. Наш красавчик — Грэм показал на крепкого симпатичного брюнета — Джузеппе Валентиано, а этот бутуз с вечно красно физиономией Миша Карпов.

Карт поздоровался вежливо со всеми и его пригласили сесть к столу поближе. На нем в центре восседала пятилитровая емкость с крепким напитком, а также была раскидана по тарелкам немудреная закуска. Выпили еще по пятьдесят грамм, закусили, пошли неспешные разговоры.

— Парни, а огурцы то у вас откуда? — спросил опешивший от редких разносолов Алекс.

— А, это? — повернулся к нему Миша — У Джузеппе есть связи в теплице на пятом уровне, там берем, я солю. А мы им взамен наш фирменный напиток.

Все засмеялись. Карту уже похорошело, тепло разлилось по всему телу. Глаза немного осоловели.

— Э, парень, что-то ты поплыл — Миша засуетился — давно видно не налегал на крепкие напитки, счас я тебе кофейку организую.

Чуть позже, прихлебывая настоящий земной напиток, Карт беседовал с русским парнем об особенностях службы на таких базах.

— Эту горилку, мы так этот напиток называем, гоним из отходов, которые нам различные столовки поставляют. Мы же техники обогревательных систем, у нас теплых и неприметных местечек хватает. Ну, а мы с ребятами потом, естественно, делимся. Со снабженцами также делимся, оттуда и всякие вкусности. Флотским тоже подгоняем за доставку земных продуктов. Короче, все в доле. Принцип службы на любой большой станции такой: службу тащи, умей делиться и не выпендривайся. Жадных нигде не любят!

— А как же командование?

— А что командование? Мы службу тащим исправно, оргии не устраиваем, все по уставу — Карпов засмеялся — Да и офицерам иногда охота гульнуть, а по тому же уставу далеко не все доступно. Мотай на ус, молодой.

— А чего вы все меня молодой, да молодой — Алекса немного повело на разговоры.

— Так радуйся — снова заговорил Робинсон — ты из категории салаг резко перескочил в молодые. Считай, у тебя сегодня крещение, а у Рыкова награждение.

Тут уже все присутствующие с непониманием посмотрели на громилу, тому пришлось сразу выложить запасенную новость — Димон, с тебя причитается. Мне тут штабные шепнули, что тебе сержанта на днях присваивают.

Все дружно загоготали и захлопали. По спине капрала прошелся град дружеских ударов и похлопываний, после некоторых из них можно было и в госпитале очутиться. Ну и, конечно же, выпили за новое звание.

Рыкову пришлось опрокинуть целый стакан, такой здесь был обычай.

— А вы как все познакомились? — Алекс с помощью крепкого кофе пришел немного в себя и с любопытством слушал их разговоры. Все еще сидящий рядом с ним Миша охотно пояснил.

— Так мы все штурмовики, многие служили вместе, я с Димой в «Орлах» пересекался, а Грэм с ним с «Акулах» долго служил, даже в одном отделении.

— А тогда тут то вы чего делаете?

— Как чего? Служим. Многие наши батальоны расформированы, вот сидим пока на технических должностях, дослуживаем до дембеля. Да ты не удивляйся, служба у нас ведь опасная, поэтому командование время от времени отсылает опытных бойцов в тыл. А там уж кто чего может, то и делает. Мы техники по образованию, есть инженеры, повара. Ты вот кто?

— Он у нас спец по УФО — донесся довольный голос Рыкова. Уже клюющий носом Модель встрепенулся и пробурчал

— Тогда тебе надо записаться на дополнительную учебу, как только «окно» в боях появится, сразу пошлют. Полгода дурака проваляешь.

— Что-то я не пойму — Карт был несколько обескуражен — а почему не посылают тогда штурмовиков в простые части? Вы ведь все ветераны и хорошие спецы, такие всегда нужны.

— А смысла то? Сейчас не те времена, обычные мобильные батальоны, как легкая пехота везде используется. Редко где они по делу работают. Вот командование и придумало, как самых опытных бойцов тихарить. Сидим здесь, служба идет, когда понадобятся серьезные люди, о нас и вспоминает. Вон того же Рыкова также в «Бурые медведи» дернули. Ты до звания дослужишь и сразу увидишь изменения, пошлют куда-нибудь в отдаленную дыру, пока не понадобишься в лихом рейде.

— Так и в дыре можно по рогам получить — загоготал Робинсон — вон Джузеппе попал как-то.

Алекс с любопытством посмотрел на черноволосого красавчика. Удлиненное лицо, прямой нос, густые брови, светлые глаза, непокорная шапка волос — такие типы нравятся женщинам.

— Да ладно тебе — брюнет махнул рукой — ничего особенного. Послали меня в том году с тремя парнями на дальний космодром. Дыра дырой, кругом песок и камни, изредка корабли садятся, охрана из гренадеров. Ну и тут как-то местные решили в партизан поиграть, в наш законный выходной на космодром напасть. Вот и получили соответственно по рогам два с четвертью.

— Наш красавчик как всегда скромен — пояснил Робинсон — нападающих было человек пятьсот, да еще и техника. Гренадеров бы сразу снесли, но Джузеппе успел организовать оборону, благо там еще из пехотинцев ветераны были. Запряг он, значит, инженеров, те ПВО переформатировали на прямую наводку работать. А всем техникам дали оружие и загнали за бараки, огнем поливать и внимание отвлекать. Эти партизаны на техников и сунулись, тут ПВОшники вдарили, а с тылу Джузеппе со своей группой. Короче тем партизанам полный облом вышел, никто не ушел. Пленных быстро допросили и в течение недели все базы местных вояк покрошили. Вот для таких случаев нас и держат. А сейчас так, отдых для души и тела. Давай, молодой, еще бахнем. Чтобы количество уходов в рейды совпадало с количеством возвращений.

За такой тост пожелали выпить все присутствующие.

— Ну что там? — Петрич оглянулся на Рыкова.

— Да не понятно — их сержант взглянул на небо и сел рядом — сказали ждать пока.

— Ладно, ждем — техник взвода лег прямо на траву и смотрел на летящие по небу облака. Белые облака на голубом небосводе — Блин, тут так все на Землю похоже. Даже небо.

— Так раньше здесь земная колония была, перспективная — Карту также нравилось лежать вот так на сочной травке и смотреть на яркое небо.

— Да ты что? Хотя климат вполне подходящий. А чего я тут никаких городов и поселков не видел?

— Да разбомбили все — Рыков взял стебель травы и пожевал — это еще в самом начале нашего вступления в Альянс было. Только эта бесконечная бойня начиналась.

— Спасся кто? — Петрич помрачнел.

— Не знаю, у нас тогда еще не было таких мощных сил.

Все замолчали. Рейнджеры появились тут позавчера, вооруженных сил на Трипли с обеих сторон имелось немного, поэтому и интенсивных боев не наблюдалось. Планета была не населена и пока не представляла особого интереса. Закинули на базу Федерации из батальона только один пятый взвод. Да и то в урезанном составе. Командиром первого отделения сейчас был Рыков, Каховский ушел на повышение. А Дюллера в прошлый рейд приложило осколком, поэтому Комотд первого оказался заодно и замком. Такое в боях случается часто. Последние месяцы прошли для штурмовиков больше в ожидании, чем в работе. Противник, понеся чувствительные потери на коммуникациях и в тылу, затаился. На фронтах стояло временное затишье.

Неожиданно в их поле зрения появился офицер легионеров. Он был одет в полевую форму, серебристый комбинезон и той же расцветки шлем. Такая амуниция позволяет выжить в условиях пожара на борту боевой машины, она же регулирует термостатику организма.

— Сержант, к нам «мазута» пожаловал — прокомментировал приход офицера Харис.

Рыков подошел к капитану бронированных войск. Они о чем-то оживленно минут пять переговаривались. Вскоре появился их взводный Сухоруков. После переговоров он подошел к своим бойцам.

— В рейд идет первое отделение, командует Рыков. Возьмете еще шесть человек из второго: пулеметчиков, ПТО. Задача такая: против нас тут воюют сейчас картейцы, та еще сволота. У них есть группа наших пленных инженеров, а меняться они категорически отказались, поэтому их надо проучить. Сейчас на базу, где они содержатся, направляется бронированный дисколет легионеров. Они доставят вас до самой базы и прикроют. Ваша задача найти бункер с пленными и освободить их. Все ясно?

— У нас же тоже есть пленные — Карт стоял в полной амуниции и еще раз проверял снаряжение — может подождать и поменять? Куда их девать то потом?

— Хэ, так дела не делаются. Оборзели картейцы, вот их и проучат по-нашему — усмехнулся Харис — когда мы своих освободим, то ихних самых ценных грохнем и вывалим поближе к их позициям. Чтобы знали, что с нами шутить не стоит.

— Хрена себе, однако, жестко. А если они оставшихся наших в плену поубивают.

— Как-то пробовали. Так наша разведка, в конце концов, узнала обо всех, кто приказ отдавал, и кто исполнял. Время и сил потратили, конечно, но всех уродов нашли и уничтожили. Особенно не любят у нас тех, кто с излишней жестокостью относится к пленным. К таким жалости нет.

— Лихо! — Карт задумался, война казалась теперь далеко не таким простым делом, как виделось в учебке

Через полчаса они уже находились в чреве бронированной махины. Десантный отсек был ужасающе мал, поэтому штурмовики сидели, плотно прижавшись друг к другу. Легионеры находились на рабочих постах. Внутри дисколета вообще было очень тесно, а в мобильной пехоте служили все больше люди рослые и здоровые. Поэтому и выскакивать наружу будут первыми легионеры. Как объяснил Рыков использование тяжелой техники необходимо, потому что база, на которой находятся пленные, стоит в плотном кольце батарей ПВО. Легкие скутеры штурмовиков туда попросту не прорвутся. А эти дисколеты имеют очень высокий класс защиты.

Спустя час в шлемофонах послышался голос капитана бронебойщиков — Через пять минут на месте. Держитесь!

Вдруг дисколет начал выплясывать странный танец. Карт понял, что пилоты производят противоракетный маневр. И в самом деле, что-то сильно хлопнуло в левый борт, потом и спереди два раза серьезно так пнули боевую машину.

— Импульсниками приложили — прокомментировал эти удары Петрич — крепкая дерюга.

Звук двигателей стал громче, много энергии тратилась на защитные щиты, потом раздался какой-то скрежет и послышался голос Рыкова — На выход!

Штурмовики моментом отстегнулись от кресел и побежали по узкому коридору к пандусу. Тот уже был полностью раскрыт, чуть дальше на корточках сидели две пары легионеров, в руках они держали какое-то мощное оружие. Еще две пары бойцов находились по бокам дисколета. А позади выскочивших из дисколета штурмовиков несколько легионеров выводили три гусеничные платформы с мощными лазерами.

— Карт — послышался голос Рыкова — нам куда?

Алекс быстро сориентировался: они сели на краю поля, позади на горизонте появился первый проблеск приближающегося рассвета, чуть левее их высилась ажурная антенна.

— Два квартала вперед, затем направо! — выкрикнул он, и штурмовики в боевом порядке побежали вперед.

Идти было тяжело, сегодня на них была полная защитная амуниция, как на рыцарях древности. Впереди колонны двигалась штурмовая тройка — пулеметчик, ПТР и стрелок. За ним бежали Карт и Рыков, потом остальные. Они продвинулись вдоль больших прямоугольных зданий и повернули направо. Здесь на улицу выходили двери офисов или магазинов. Штурмовики быстро неслись вперед. Вдруг позади них что-то загрохотало.

— Легионеры огрызаются — пробормотал Рыков — далеко нам?

— Вот до того здания и налево, там узкая улочка, вдоль нее еще одна.

— Понял, парни, вперед, вперед!

На повороте они разделились, в крайний узкий проход ушли две тройки разведчиков. Остальные выдвинулись вперед по ближайшему проспекту. Через пару секунд в наушниках послышалось «Два бандита. Три — пять», чуть позже «На черном здании пост — три бандита, лазер. Один-два-семь». Обозначив координаты относительно севера, разведчики затихли.

— Работаем, схема один — приказал сержант, и почти сразу же послышалась сухие щелчки выстрелов из Ударов и Кортесов.

— Чисто — раздалось в эфире.

Карт вынырнул на небольшую площадь перед черным внушительным зданием — Здесь!

Он показал на левую дверь. Штурмовики разбились на тройки и быстро организовали оборону. Два техника подбежали к входу и начали устанавливать бомбы. Карт занял место на левом фланге, его слух чутко отреагировал на непонятный звук. И вовремя! В соседнем здании раскрылась большая дверь и оттуда выскочила маленькая колесная машина. Тело отреагировало мгновенно, он прицелился и выстрелил в кабину. Машина сразу же вильнула в сторону и ударилась в противоположное здание. Тут же рядом заухала импульсная винтовка, это подоспел Харис. Вражеская машина сначала окуталась дымом, потом запылала.

Дверь в здание за это время взорвали и бросили в открывшийся проход гранаты с газом. Это усыпляющее средство действовало только на картейцев. Уже через минуту из здания выводили наших пленных, всего девять человек. Они были оборваны, худы и передвигались медленно. Двоим технарям пришлось даже помочь идти. У дисколета между тем слышались звуки стрельбы, что-то в той стороне взорвалось, подняв волну дыма. Карт задумчиво посмотрел в ту сторону и подбежал к Рыкову

— Сержант, нужно идти другой дорогой!

— С ума сошел! У нас пленные еле ползут!

— А так мы и вовсе не дойдем. Картейцы быстро очухались, сейчас перекроют нам дорогу на том перекрестке. Сам подумай.

— Тьфу ты! И что предлагаешь?

— Есть дорога за этими складами, глухая, к ней не подберешься, выйдем прямо к летному полю.

Рыков уже смотрел на планшет, вылезший из рукава — Карт, это же писец как долго! У нас нет времени столько топать!

— А кто сказал, что мы будем топать? Харис, Лойд, помогите.

Он подбежал к горящей машине и выволок оттуда закоптелого водителя, потом ловким движением отрубил ему руку и отдал очумелому Лойду. Затем под прикрытием Хариса он забежал в помещение, откуда и выехала вражеская машина. Так и есть — это был гараж! Он пробежал вдоль стоящих там разномастных машин и нашел то, что искал.

— Лойд, сюда!

Подхватив у подбежавшего товарища отрубленную руку, он приложил ее к зеленой панели. Машина сразу же ожила, замерцали приборы, и корпус заметно задрожал. Он сел на рулевое место и потратил минуту на изучение управления.

— Парни! Приглашения ждете? А ну, в машину!

Чуть позже он уже догонял колонну, представив перед удивленным взором Рыкова небольшую грузовую платформу. Их команда как раз вся туда и уместились.

— Поехали! — Карт сдвинул рукоятку, регулирующую скорость, вперед, в крайнее положение, и платформа лихо понеслась вперед. В заднем отсеке послышались ругательства бойцов, а рядом раздался голос сержанта

— Ты как ее завел?

— Рыков, я же спец по УФО, это элементарно.

— Ну, ты даешь, бродяга! С меня проставление!

Карт только ухмыльнулся, для него это был достаточно простой трюк. Он виртуозно провел платформу по окружному пути. Пару раз они заметили бойцов противника, сидящих в засаде, но смотрели те в другую сторону, за что и поплатились. Земляне стреляли как всегда метко. Вскоре под непрерывным обстрелом противника они загрузились в дисколет и отбыли назад.

По прибытию обратно на перевалочную 45-ю станцию, Карту пришлось отметить со своими новыми друзьями присвоение ему звания капрал. Еще один год долгой службы остался позади!

Первая кровь

— Капрал! — майор стал еще лиловей, его тонкая кожа буквально просвечивала — Вы опять отвлекаете моих людей! И опять одеты не по форме!

— Почему? — Карт удивленно хлопал ресницами. Ему нравилось доводить этого гренадерского тылового офицера до бешенства.

— Вы не на передовой линии, а почему в латах и тактическом шлеме?

— Мой взвод постоянно на боевом посту, сир. Это наша повседневная форма, пора бы уж знать такое в вашем возрасте.

Майор и, правда был не молод, его лицо еще более побагровело, и он стал похож на помидор. Они оба уже не в первый раз схлестнулись характерами. Вокруг спорящих находились подтянувшиеся бойцы гренадерского полка, стоявшего в резерве. Они с интересом и скрытыми ухмылками наблюдали пикировку капрала-штурмовика с серебряной звездой на груди и тылового майора с тусклыми нашивками за выслугу лет.

— Это не дает вам права… Это возмутительно! Я буду требовать отправить вас на самую горячую точку фронта!

— Майор, сир, меня и так посылают постоянно именно в такие точки — Карт продолжал издеваться над гренадерским офицером, а тот замолчал, поняв, что сказал глупость — пугать штурмовика передовой.

— Я этого так не оставлю, капрал! Идите в расположение своего подразделения!

— Есть!

Майор двинулся дальше, от него даром, что пар не шел, такой он был злой и красный. Ну а Карт сразу остановился и вернулся к пехотинцам.

— Зря ты это — обратился к нему высокий сержант, судя по нашивкам, уже сверхсрочник — этот майор очень вредный тип, и нагадить может.

— Да ну! — отмахнулся Алекс — Нас завтра пошлют на Кудыкину гору, чего мне от него светит?

— Напишет кляузу в разведку.

— И чего?

Бойцы только посмеивались, им импонировал этот наглый рейнджер. Карт был здесь вообще личностью популярной. По подразделениям пехоты быстро разнеслась весть, что среди штурмовиков находится тот самый «водила генералов». Своей известностью успешно пользовался и сам Карт, и его товарищи. Многие из здешних гренадеров побывали в бойне на Калунии, поэтому к подвигу капрала относились с уважением.

Три взвода из батальона «Бурые медведи» прибыли сюда в качестве подмоги, скоро намечалось грандиозное наступление. Карт каждый день видел прибывающие в их расположение новые части и подразделения. Шел постоянный поток транспортов, в воздухе не исчезали флайеры и авилеты. На соседнюю площадку часто с гулом и скрежетом садились орбитальные грузовые челноки. Алекс еще никогда не видел такое скопление войск и техники. Все перемешалось: двигались колонны гренадеров, тяжелые машины бронированных сил, в тылу возводилось множество инженерных подразделений. Каждая свободная площадка была утыкана батареями ПВО. На посадочной площадке, чуть в стороне, стояла эскадрилья атмосферников. Иногда с неимоверным грохотом они взлетали и проводили тренировочные полеты. Один раз он и Рыков столкнулся с рейнджерами из 45-го батальона. Их только что высадили с орбитального дисколета и сейчас грузили на большие грузовые платформы. Штурмовики успели перекинуться с парнями только парой фраз. Как всегда бойцы мобильной пехоты были лучше осведомлены об обстановке, и рассказали, что на орбите целая очередь на разгрузку, идут постоянные стычки между истребителями обеих сторон. На той стороне планеты находилась огромная группировка Галактического Союза.

— Что там новенького? — спросил спустившегося в бункер Карта их техник.

— Да все также — Алекс подошел к бочонку с водой и налил себе стакан, наверху было жарко. В этой части планеты царило лето.

— Третью неделю здесь торчим — Петрич привстал с койки — аж надоело.

— В бой рвешься? — ПТОшник Коршунов смешливо глянул на маленького техника.

— Да ну на фиг — отмахнулся Петрич — сидим на попе ровно и ладно. Просто надоело в бункере валяться, место бы, какое получше найти.

— Ты накаркал перемены, парень — Харис показал в сторону входа. Там появился Сухоруков и помотал над головой одной рукой.

— У нас брифинг! — тут же заорал Рыков — Все в зал!

В небольшом зале, используемом и как столовая, и как место для занятий, набилось человек пятьдесят. Весь несколько уменьшившийся состав взвода: ведь с начала активных боевых действий батальон почти не получал подкреплений, часть людей оказались ранены, кого-то отозвали в другие подразделения, кто-то написал просьбу о переводе. Командир взвода включил командирский планшет, и перед собравшимися бойцами возникла голографическая карта.

— Значит так, бойцы. Что назревает большое наступление, вы уже, думаю, догадались. Ну и мы, конечно же, будем на самом его острие. Вот здесь — лейтенант уменьшил масштабирование — находится полуостров, на наших картах обозначен П-08. В этой точке, на мысу, у противника большая база слежения за нашим флотом. В этом месте северный континент вдается далеко на юг, и этот мыс самая южная точка этого континента. Задача наших войск захватить эту базу. И именно наш взвод должен служить маркером. Нас высадят в ста километрах от базы, в горах. Космодром, который находится на соседнем мысу, в это время будет подвергнут бомбардировке с орбиты, вот здесь мы под шумок и проскочим. Атмосферники при высадке нас прикроют дополнительно. Выдвигаться будем на легких скутерах, надо будет снять с них все лишнее. Главное для нас в этой операции — это скорость. Мы должны в назначенное время захватить центральную вышку и быстро отмаркировать самые важные цели в системе обороны противника.

— А кто наступать то будет? — удивленно уставился на взводного Комотд Два сержант Первухин — Как я понял, с воздуха только мы пойдем, а не только мобильщики?

— Правильно понял. Наступать будут «мазуты». Мыс то где расположен?

— У океана.

— Вот оттуда и пойдут.

— На кораблях что ли? — Первухин был озадачен — Их же перебьют суборбитальщики задолго до цели. Там все, как на ладони.

— Вот тут кроется самое интересное — Сухоруков улыбнулся — они из-под воды выйдут. Там какие-то новые хитрые аппараты будут использоваться. Что-то вроде кораблей-маток, но подводных. Спутники в этом бардаке ничего путного показать не смогут, и наши, и ихние будут все сбивать. Поэтому легионеры у самого берега вынырнут, а потом уже на своих бронированных чушках вперед поскачут. Мощи там достаточно. Наша задача им сразу правильные цели поставить.

— А нас сразу оттуда не вышибут? — спросил Рыков.

— Уже некогда будет. Мы на подходе сигнализируем, сразу атака и начнется. Вот здесь примерный маршрут и точка входа. Карт, ты идешь первым.

— Откуда дровишки? — кивнул на обозначенные огневые точки противника Алекс.

— Разведка поработала — Сухоруков усмехнулся, увидев, кислую физиономию своего лучшего пилота — да не флотские тут трудились. Гренадеры постарались, а они ребята толковые. Им еще этот полуостров с северо-запада очищать.

— Ну, тогда ладно — согласился Карт.

— И еще, с тобой их разведчик пойдет, в качестве штурмана.

Дисколет швыряло и мотало, его пилот очень лихо лавировал. Штурмовики угрюмо молчали, сидя в неудобных креслах Дельфина. Вот так ракета прилетит, или пучок мощного мазера, и даже не заметишь, как покинешь этот мир. Карт еще раз проверил показания приборов. Топлива у них было в обрез, отсутствовало также некоторое количество аппаратуры, отвечающей за безопасность. Но пилоты во взводе собрались опытные, они сами отрегулировали систему. Карт добавил пару спрямленных схем и объяснил принцип работы с ними. Парни быстро врубились в тему, два раза объяснять им не пришлось.

— Отсчет — послышался голос с правой стороны. Алекс немного довернул голову. Там сидел их проводник, боец разведывательной роты сержант Ниро. Он оказался неплохим парнем, толково обсудил с водителями особенности местности и совместно с Картом составил несколько вариантов маршрута. Особенно позабавило новых знакомцев обстоятельство, что Ниро какое-то время служил под началом капитана Дрозда.

— Вот ведь какая Галактика маленькая — смеялся Алекс и рассказал подробности знакомства с разведчиком. Теперь пришла пора удивляться сержанту. Он, честно говоря, думал, что всем известное спасение генералов на Калунии является мифом. А тут вот оно как обернулось!

— Принял — Карт включил систему, выпрыгивать они будут прямо в воздух, придется планировать. На табло боевого шлема вспыхнул зеленый огонек, водитель нажал Пуск, и они провалились в мгновенно открывшийся люк. Сразу же вокруг них засвистел воздух, а на бойцов обрушилась какофония звуков воздушного боя. Атмосферники землян продолжали атаковать космодром. Карт полого вел Дельфин к земле. За ним шли остальные четыре машины. Метров за пятьдесят до поверхности он увеличил скорость и на полном ходу вошел в узкое ущелье, здесь они были защищены от обнаружения. Их небольшая кавалькада понеслась резво вперед. Алекс то и дело маневрировал, используя по возможности все складки местности.

— Маршрут? — выкрикнул он.

— Третий — живо ответил Ниро. Он уже проанализировал поступившую от штурманов эскадрильи атмосферников информацию и сделал выводы.

— Принял — Карт повернул машину направо, пронесся мимо конусовидной горы и нырнул вниз, теперь они шли вдоль обрывистого берега небольшой горной речушки. То и дело приходилось перепрыгивать через большие камни и валуны, иногда облетать короткие скальные выступы — Птичка три, не отстаем!

— До точки 10 кило — снова послышался голос штурмана. Алекс заметил, что они идут быстрее срока, и уменьшил скорость, горючее исчезало с ужасающей скоростью.

— Вспышка — право 3–1 — послышался голос с Птички 2.

— Рассредоточиться! — это уже скомандовал Сухоруков. Легкие скутеры разошлись в стороны и двигались, почти сливаясь с камнями обрыва. Ракета, пущенная с поста противника, потеряла ориентиры и ударилась об какую-то скалу, в этот рейс каждый скутер был дополнительно снабжен новейшим дефлектором помех.

— Выходим — снова заговорил Ниро. Сухоруков тут же отослал сигнал легионерам, то есть дал команду на штурм мыса. Карт виртуозно проскочил между двух почти соприкасающихся друг с другом скал, затем резко нырнул вниз.

— Чисто — прокричал он, за ним маневр более медленно повторили остальные водители. Легкие открытые машины стали приземляться на небольшую площадку, залитую восходящим солнцем.

Только машина соприкоснулась с поверхностью, как Карт отстегнулся, вырубил питание машины и выскочил наружу. Штурмовики уже начали действовать. Пятое и четвертое отделение встали в периметр, второе и третье под руководством Сухорукова и Ниро побежали к высившейся впереди белой платформе, которая была увенчана ажурной башней.

— Противник — прозвучало в наушнике и Карт сразу же услышал противный стук падающих гранат. Он нырнул за какую-то конструкцию и переждал разрывы, затем послышался шелест работы игольчатого пулемета, потом рвануло пару раз от пуска «Иглы», заработал чей-то лучемет. Алекса ударили сзади, он обернулся и увидел улыбающуюся физиономию Хариса.

— Давай вперед! Надо Рыкова найти.

Карт кивнул согласно головой, и двойка бесшумно двинулась к платформе. Там напропалую шла стрельба, слышались разрывы гранат.

— Санитара на 11,3 — послышалось в шлеме. Алекс обернулся, в той стороне что-то ярко горело, пуская в воздух клубы чадящего дыма.

— Ни хрена себе легкая выгрузка — ругнулся пулеметчик и сразу же резко заорал — Влево!

Карт, не оборачиваясь, уже падал за какую-то плиту, потом встал на колено и начал стрелять короткими очередями в группу одетых в белые доспехи бойцов противника. Рядом громко шелестел Кортес. Фигурки в белом стали падать, часть из них повернула назад.

— Первое отделение, занять оборону на левом фланге. Ориентир красные кусты — наконец пришла команда от Рыкова. Карт глянул в сторону платформы и с облегчением увидел фигурки штурмовиков в защитных доспехах «Хамелеон» которые автоматически повторяли цвет окружающей местности. Они с Харисом вскочили на ноги и пробежали пятьдесят метров до кустов. Там они обнаружили и Рыкова, и несколько человек из их отделения. Но в первую очередь водитель обратил внимание на растерзанное тело штурмовика, лежащее у чернеющей воронки.

— Кто? — кивнул он в сторону погибшего.

— Лойд — мрачно ответил Рыков — не повезло парню. Сразу наповал. Так, ты с Харисом и Чибом занимайте оборону у той лестницы. Боюсь, эта сволочь снова сюда полезет. Взводный сообщил, что «мазута» уже начала, слышите какой грохот пошел? Наши пока зачищают башню.

И в самом деле, в воздухе уже гремела масштабная какофония, присущая масштабному бою. Со стороны южного побережья слышны были ухания тяжелых оружия и шелест мощных лазеров. Из-за горы появились точки приближающихся атмосферников. Но наблюдать за десантированием федеральных войск было некогда. Их тройка спешно оборудовала позиции для обороны и вовремя. Их обстреляли из чего-то мощного, в воздух поднимались куски скальной породы, дыбилась почва. Вокруг бойцов полетели осколки стройматериалов и конструкций. Затем в клубящейся пыли Алекс увидел знакомые белые фигурки и начал вести по ним прицельный огонь. Рядом упал Харис, громко ругаясь и крича. Но отвлекаться было некогда, Карт закончил стрелять только тогда, когда Чиб стукнул его по плечу.

— Карт, посмотри, что с Харисом! Мы их отбили!

И в самом деле, белые фигурки исчезли, а с левой стороны площадки замелькали знакомые «хамелеоны» из четвертого отделения. Карт сразу же подскочил к пулеметчику и увидел расколотые доспехи и кровь, хлещущую из растерзанного плеча.

— Разрывной патрон! Харис, ты как? — товарищ просто мычал от боли, поэтому пришлось действовать самому. Алекс нажал на кнопки аптечки, и Харис облегченно замолчал, заработали обезболивающие. Затем Карт снял с товарища нагрудные доспехи и разорвал одежду, рана выглядела неважно. Поэтому он вылил из пузырька приличную дозу обеззараживающего и залил все медицинским клеем, кровь идти перестала. Потом капрал чуть приподнял Хариса и затянул его плечо в раскладной каркас, включив в его механизме режим фиксирования. Все, больше он ничего сделать не мог. Дальше нужна работа медиков. Вскоре подбежали санитары и унесли товарища к скутерам.

На самой горе бой уже закончился и Карт выдвинулся к белой платформе. По пути ему еще дважды попались тела убитых товарищей, бой здесь прошел жаркий. Фигур в белых доспехах валялось больше, все-таки они застигли врага врасплох. Бойцов противника оказалось больше, чем докладывала разведка. У самой платформы он обнаружил Ниро, бережно державшего левую руку на временной перевязи, с ним возился санитар, устанавливая фиксирующий каркас.

— Представляешь — виновато сказал гренадер — уворачивался от очереди и свалился с платформы, вот, руку сломал.

— Да ничего, легко отделался — Карт устало сел рядом. Бой был таким быстротечным, что его еще колотило от приличной дозы адреналина — Как там легионеры?

— Мы им все точки входа скинули, сейчас ваш лейтенант новые данные передает. С этой башни вся оборона центровых как на ладони.

— Пойду, гляну.

Карт подошел к лестнице и забрался наверх. Там, у подножия башни, сидел Сухоруков со связистом в обнимку. Техник третьего отделения что-то наблюдал на большом планшете, от которого наверх шел тонкий кабель. Рядом с ним сидели несколько бойцов, тревожно посматривая вперед. Алекс нагнулся и прошел к краю платформы, в этом месте она нависала над полуостровом, будучи установленной на самом краю скалы.

Внизу же раскинулась даже не база, а целый городок. Отчетливо были видны улицы, высокие и низкие дома, какие-то общественные здания, а также сооружения явно военного характера. Во дворах было много зелени, виднелись небольшие скверы и аллеи, правда, листва была не зеленого окраса, а чаще красная или лиловая. Только сейчас на улицах этого некогда уютного городка виднелись вспышки импульсных разрядов, наблюдались многочисленные пожары и разрушения.

Взгляд Алекса переместился правее, там синело море. Чуть подальше от берега в воде что-то постоянно мерцало, а вот из какого-то темного чудища, вылезшего из воды, появилась вереница желтых шаров. Карт не сразу понял, что это шаровидные энергозаряды. Они начали разрываться прямо в гуще домов в центре городка. Он навел визир на полную мощность и увидел на улицах городка людей, вернее гуманоидов. Не все из них были в белой амуниции военных, значит, здесь проживал и гражданский персонал, а возможно и семьи военных. Галактические настолько были уверены в своей безопасности?

На дорожке аллеи он вдруг увидел группу маленьких человечков, и только чуть позже понял, что это дети. Детеныши гуманоидной расы, противостоящей им на этой планете. В следующую секунду среди этой группы разоврался заряд, разметав тела далеко вокруг. Карт опустил визир. Он знал, что тут идет война, но всему есть свои пределы. Видеть ЭТО он не хотел и переместил взгляд к берегу. На него один за другим выходили бронированные машины легионеров, там уже находились развернутые батареи, ведущие огонь по пригороду. Дивизион ПВО только что отбил атаку вражеских атмосферников, сейчас его бойцы перезаряжали комплексы.

В самом городе также шли бои: легионеры сильно нажимали на остатки войск противника. Тем нечего было противопоставить против тяжелой техники. Их батареи оказались сразу же разбиты, а легкие машины легко уничтожались небольшими платформами легионеров. Видимо это и была та самая новая техника, Алекс никак не мог припомнить подобные данные из справочников. Хотя кое-где на улицах можно было заметить горящей и земную технику. На одном из перекрестков он заметил в визир копошение легионеров в своей серебристой амуниции, они вытаскивали из подбитой машины тела своих товарищей. Подающих признаки жизни тащили к какой-то небольшой машине. Его всего передернуло, вот так сгореть в похожей на консервную банку машине. Брр! Ужасная смерть! Хотя с другой стороны, где она легкая? Смерть пехотинца всегда ужасна!

На улицы вливались новые колонны бронированной техники, на пригороды падали все новые и новые пригоршни желтых шаров. Похоже, судьба этого городка была сегодня предрешена. Карт вспомнил слова разведчика гренадера. Вся оборона полуострова была заточена на эту базу, лишившись ее, центровые теряли и весь полуостров, открывая путь вглубь континента. Прошлые попытки совершить сюда десант терпели крушение. Батареи хорошо прикрывали береговую линию. Близкий космодром обеспечивал отличную воздушную защиту, а местные мощные средства наведения просто не оставляли нападавшим ни единого шанса. Сложно работать простым пилотам против целого роботизированного комплекса.

А, взяв вражеский бастион обороны, штурмовики использовали данные комплекса в свою пользу. Противник же по существу ослеп. Но сколько погибло хороших парней-разведчиков, пока им удалось обнаружить все «слепые» зоны во вражеской обороне! Карт помнил и это. Но тут что-то отвлекло его внимание, две тени мелькнули справа и ниже. Чужие атмосферники! Они вышли с той стороны, откуда прилетели и штурмовики. Планируя над землей, оба вражеских истребителя нанесли удар импульсными пушками по разгружающейся на берегу платформе. Ее буквально вспучило мощным взрывом, по берегу полетели куски и части техники. В море же заплескались поднявшиеся волны, захлестывая береговую черту. Один из атмосферников был сбит тут же. Второй увернулся от выпушенного ПВОшниками заряда и пошел резко вверх, свечкой. Но после отчаянного разворота и его достали две юркие ракеты, вражескую машину здорово встряхнуло. И тут Карт с ужасом понял, что чужой воздушный аппарат летит прямо на него. Он вскочил на ноги и неистово закричал — Воздух!

Затем он побежал как можно быстрее к краю платформы, чтобы спрятаться за ней. Но на середине пути его что-то тяжело стукнуло в спину, он почувствовал жар, потом Алекса кинуло на какую-то ажурную конструкцию, и весь мир для него погрузился во тьму.

Планета Их`вариш

На той стороне огромной кровати раздался скрип, затем послышались легкие шаги. Алекс Карт перевернулся на спину и чуть приоткрыл веки.

— Можешь открыть глаза — раздался приятный женский голос — я же нравлюсь тебе сзади.

Молодой мужчина с готовностью разлепил веки и с удовольствием взглянул на красивое женское тело. Чуть красноватая по цвету кожа, под ней достаточно заметны гуляющие мышцы. Крепкие плечи и торс переходят в тонкую талию, а дальше в широкие бедра. Ноги с толстыми ляжками и крепкими икрами. А задница, задница просто великолепна! Упругие полушария кончаются уютными складками, сразу видно, что попа крепка, упруга и мускулиста.

— Налюбовался? А как спереди? — женщина повернулась.

Алекс только испустил вздох, здесь тоже все было неплохо. Сочные, выступающие вперед полушария грудей, кончающиеся коричневыми сосками. Чуть округлый живот, заканчивающийся лобком с темными курчавыми волосками. Только если взглянуть в лицо, то можно понять, что перед тобой все-таки инопланетная женщина. Варишки телосложением были очень похожи на земных женщин, и физиологией тоже. Одни из немногих гуманоидов с кем у землян был возможен полноценный секс. Ирва-ваш кокетливо бросила взгляд на Алекса и чуть потянула с него простыню.

— А ты уже готов к продолжению, мой герой. Жаль, что мне пора на работу.

Карт облегченно вздохнул, его силы были на исходе. Ирва с удовольствием использовала мужские достоинства земного организма, и кровать мерно поскрипывала где-то с полночи. В первый день отпуска, когда они с Ларсеном только заехали в этот дом, этот шероховатый скрип удивил Алекса, но оказывается это один из местных обычаев. Варишанские женщины гордились своими сексуальными занятиями, а скрип просторных кроватей как раз подчеркивал их статус. Мужчин на этой планете не хватало, нравы царили довольно-таки простые, поэтому отдыхающие здесь земные солдаты без проблем находили партнерш и подруг на время отпуска. Вот такие были странные традиции в этом мире. Но сам Алекс не имел ничего против подобного неожиданного поворота событий. Последние два года молодым человеком были проведены в достаточно суровых условиях, поэтому законный месячный отдых после лечения в госпитале он хотел использовать по полной программе.

Хотя если подумать, то посетить именно эту планету его подтолкнули советы капитана Чампа, хорошо отзывающегося о древней культуре варишанцев. Но Алекс никак не ожидал, что встретит здесь самый настоящий вариант матриархата. Еще одним плюсом оказалось, что в этот отпуск он прибыл с лучшим своим другом Олдом Ларсеном. Карт использовал связи парней с 45-й станции, а именно Грэма Робинсона. Помог ему и сержант Рыков, также угодивший в госпиталь с легким ранением.

Самого Карта в том бою у станции крепко приложило куском конструкции ажурного антенного комплекса. Если бы не броня, то поломало бы его попросту надвое. Хотя все равно компрессионный перелом позвоночника, разбитые ребра и другие кости пришлось лечить пару месяцев. За это время Робинсон смог найти в базе месторасположение Олда Ларсена, и друзья смогли списаться по общему каналу. У обоих подходило время законного отпуска, это был первый такой основательный отдых после ухода в армию. И вот они прибыли на планету Их`Вариш, как оказалось одно из излюбленных мест отдыха солдат Федерации.

В космопорту их сразу же заприметили две местные девушки и предложили остановиться у них в доме. В двухэтажном просторном здании, расположенном около реки и утопающем в зелени. Оказывается, среди женской половины населения была даже очередь на такого рода опеку над отпускниками. Друзья, конечно же, не отказались и еще в первый вечер попробовали изыски местной кухни, а также особенности национального секса.

В целом эротические утехи местного населения не сильно отличались от земных, физиология была схожа. Хотя варишки больше любили доминирование и их тела несколько отличались от земных девичьих. Груди были мускулистей, ноги заметно сильнее. А тонкая талия и широкие бедра были следствием меньшего количества ребер в грудной клетке и более массивных костей таза. Из-за этого и мускулы бедер, и ягодиц также оказались более развиты, и это также способствовало доминированию в некоторых сексуальных позах.

Все эти особенности местной физиологии друзья изучали каждую ночь, днем же девушки работали на станции речного транспорта. Они были региональными диспетчерами, неплохая должность для молодых женщин. В выходные варишки вывезли землян к морю, расположенному в нескольких часах пути от их поселка. Зеленые волны, белый песок, буйная зелень прибрежного леса. Это был просто рай! Климат на этой планете довольно-таки мягок. Варишская цивилизация вообще древней, старше человеческой. Их ученые ушли далеко вперед в климатологии и ландшафтном изменении среды. Уже несколько тысяч лет они преобразовывали и улучшали свою планету. И поэтому взор землян радовали безумно красивые ландшафты, бесконечные сады и парки. Варишане уже давно контролировали свою численность и соблюдали баланс в природе. У землян же такой образцовый порядок наблюдался только в старых агломерациях. Они больше любили дикие, первозданные уголки природы. Сказывался более дикий характер земных гуманоидов.

Но варишки оказались совсем не против природной агрессии молодых землян, и активно использовали ее по ночам. Выйдя на второй день прогуляться по раскиданному вширь поселению, друзья увидели, наконец, и варишан-мужчин. Впечатления они не произвели: в большей части физически мелкие и худые, они и на настоящих мужчин то не походили. Многие из них блистали залысинами, да спортивной формой также не отличались. На Земле же наоборот царил культ природной силы и здоровья.

Как оказалось в местном обществе превалировали именно женщины. Они занимали все командные посты, большинство мест в управленческих структурах. Мужчинам оставалась только грязная и плохо оплачиваемая работа. Структура семей также была оригинальна. Обычно в Большой семье состояло несколько женщин разных возрастов и вдвое меньше мужчин. Мужчины были в семье общие, так как их вообще на планете оставалось мало. Как ни странно в такое генетическое отклонение местные власти не вмешивались. Их, похоже, устраивало подобное положение дел в обществе. Мужчины похоже также на судьбу не жаловались. Во всяком случае, Карту не попадались на глаза мрачные или недовольные лица. Как оказалось, мужскую половину населения неплохо обеспечивали работающие женщины, и у «супругов» оставалось много времени на чисто мужские удовольствия. Просто рай для альфонсов!

Многие из мужчин занимались садоводством, поэтому практически все зеленые насаждения на планете были посажены ими. Часто можно было увидеть на улице, как один или несколько представителей мужского пола планеты с увлечением возятся с цветами или окапывают деревья. Ларсен и Карт поначалу сильно удивлялись несвойственному для сильной половины общества поведению, а потом махнули рукой. Кругом было достаточно симпатичных варишек, чтобы обращать внимание на что-то другое. Карт, с присущей ему любознательностью, выпытывал у хозяек особенности местного общежития, чем несказанно удивил уже их. Обычно молодые солдаты увлекались совсем другим занятиями. Ларсен популярно объяснил, что это у Алекса такая военная специализация, вот он по привычке и интересуется. Девушки засмеялись, и чтобы развлечь этих красивых и сильных парней, пригласили на вечеринку молодых подруг.

Наутро Алекс чувствовал себя так же, как, наверное, досуха выдоенная корова. А Ларсен впервые за многие месяцы пожаловался на боль в мышцах.

— Привет, Ал! — в комнату заглянула полуодетая подруга Ирвы Васа. Из-под короткой юбки девушки выглядывали крепкие ноги, а подтянутые груди оставались обнаженными, чуть подрагивая от движений девушки. Один из минусов местной гуманоидной расы, относительная схожесть типов населения. Временами казалось, что среди женщин слишком много сестер или близняшек. Формы тела вообще мало варьировались, те же тонкие талии, шикарные бедра и крепкие ноги. А величина груди чаще зависела от возраста, они понемногу росли всю жизнь. Лица же варишек были в большинстве своем скуласты, носы маленькие, глаза большие, чаще всего карие. Чуть выпуклые губы и большие ресницы. Вот и классический портрет варишки. На Земле же разнообразие женских типов лица и форм тела было просто поразительным.

— Чем сегодня займетесь? — Васа присела на кровать рядом с Алексом и игриво тряхнула бюстом. Затем она начала натягивать голубую блузку, что такое бюстгальтер варишки не знали.

— Наверное, проедем в художественную галерею — ответил землянин и натянул простынь повыше. Пряный запах кожи молодой варишки возбуждал уже с утра. Эта чертовка опять использовала специальный крем!

— Фи! — кареглазая варишка оглянулась — там место только для этих тупых самцов. Старые статуи, никому не нужные безделушки и картинки. Лучше махните на море. Скоро там начнется сезон больших волн и можно будет кататься на досках.

— Вот когда начнется, тогда и поедем — отрезал Алекс. Васа еще раз обиженно фыркнула и вышла из комнаты. Варишанские женщины плохо переносили брутальную грубость землян, но все-таки их терпели.

Ларсен вышел на террасу чуть позже, потирая шею, плюхнулся на плетеное кресло и взял в руки чашку с кофе. Как ни странно, но эта земная культура здесь прижилась и пришлась по вкусу варишанцам.

— Опять чего потянул? — подколол друга Алекс.

— Да нет, просто уже утомился от постоянных бурных ночевок. Интересно, они долго так могут?

— Вряд ли. Насколько я понял из их традиций, у женщин на секс в их семьях очередь. Вот и отрываются, когда могут. А наши подруги еще не в семье, у них вообще с этим беда. Мы уедем и им снова ждать.

— Ага, не очень долго — норвежец усмехнулся — новая солдатня подтянется. Тут же курортный центр.

Белокурый гигант потянулся к корзине с пирожками. Их по утрам доставлял старый варишанин, с удивлением поглядывавший на высокого и мощного телом Олда. На гиганта норвежца вообще на улицах часто оглядывались. Алекс же удивил хозяек своей манерой езды на транспорте. На третий день по приезду он попросил арендовать местный вариант скутера, поменял в нем некоторые схемы и отвез компанию к подножию гор. Вместо обычных трех часов путь у него занял меньше часа. Девушки поначалу визжали, вцепившись в кресла, а по приезду к горным вершинам полчаса просто лежали на траве, приходя в себя. Ирва впоследствии прокомментировала, что была наслышана какие земляне сумасшедшие гуманоиды, и теперь получила этому явное подтверждение. Но сам полет произвел все-таки на девушек неизгладимое впечатление, и вечер закончился достаточно горячо. Прямо под открытым небом приветливой планеты. Ну и, конечно же, с утра девушки проспали на работу. Пришлось Карту снова показывать чудеса пилотирования, припарковав свой скутер прямо напротив окна Диспетчерской, чем вызвал немалую шумиху среди местной дорожной полиции.

После этого скандального происшествия арендованный скутер у них отобрали с дальнейшим запретом на прокат. Приходилось теперь летать на автоматизированных такси. Вот и сейчас друзья неспешно плыли над постриженным газоном, подразумевающим трассу для такси. Хотя и в таком неспешном движении был свой плюс, можно было спокойно наблюдать жизнь местного населения. Через полчаса полета показались башни и пирамиды Старого города, своего рода музея под открытым небом. Никто не знал, сколько этому городу лет. Здания в нем совершенно не походили на нынешние. Внутри же города можно было передвигаться только пешком, чем друзья с удовольствием и воспользовались. Хотелось все-таки иногда напрячь и другие группы мышц.

Центральные улицы и площади были заняты так называемой Художественной Галереей. Место, где продавались и покупались образцы местного искусства. Как ни странно, здесь находились только одни мужчины, наверное, среди женщин занятие искусством не котировались. По сторонам широкой улицы расположились небольшие лавки или галереи, где предлагалось множество местных поделок, висели полотна, стояли скульптуры.

Среди толпящегося народа встречалось множество инопланетян, планета была популярным курортным местом. Больше всего, конечно же, было землян, вернее солдат Федерации. Молодые и подтянутые, они резко выделялись на фоне остальных гуманоидов. Перед ними уважительно расступались, их отчаянно зазывали. Земляне были лучшими покупателями, бесхитростными и богатыми.

Тут же, на улице, предлагалось и перекусить. Ларсен не смог устоять от завернутого в лепешку ароматного мяса, и только причмокивал от удовольствия. Их хозяйки оказались вегетарианками, и только иногда угощали землян местными морепродуктами. Карт же присмотрел себе хорошо прожаренный прямо на углях стейк. Оказывается на Их`варише умели готовить мясо! Продавец с улыбкой смотрел, как землянин накинулся на мясо, и передал Алексу тонкую лепешку и какой-то соус. Ал сразу же завернул в нее мясо и пучок зелени, осторожно брызнул красным соусом. Во рту соус буквально взорвался огненным смерчем, а потом, как ни странно, пламя специй загасила сочная синяя трава, положенная в лепешку. И получилось этакое небывалое сочетание продуктов! Карт только закивал головой и дал продавцу щедрые чаевые.

Затем друзей зазвали в какую то большую лавку. Здесь их посадили в удобные кресла, сунули в руки чашки с кофе, сваренным по местному рецепту. Высокого роста по местным меркам хозяин начал предлагать гостям поделки из местного камня. Ларсен даже что-то купил. Но Алекса Галереи в целом разочаровали. Настоящего искусства здесь находилось мало, в большей мере оказались выставлены дешевые поделки для туристов. Как он понял, важнее была сама атмосфера, похожая одновременно на праздник, и на деловое собрание. Люди шумели, кричали, торговались на различных языках. Где-то играла музыка, на площадках танцевали варишане в странных костюмах. Но определенно это место было больше торговым пристанищем, чем Меккой для художников.

Самого Алекса заинтересовали орнаменты на темных старинных зданиях. Местами они были выскоблены или уничтожены временем. Карт уговорил Ларсена забраться на огромную пирамиду, идти наверх пришлось пешком, никаких лифтов и эскалаторов рядом не наблюдалось. Потратив полчаса на подъем и страдая от полуденного, жаркого солнце, друзья не оказались разочарованы. Почему-то именно с вершины этого древнего сооружения открывался самый впечатляющий вид. Оказывается этот город имел сверху форму шестиконечной звезды, и у острия каждого луча начиналась дорога. С востока к городу примыкало сияющее синевой озеро, с запада виднелся синеватый же лес. А с севера высились местные горы, поросшие красно-бурым на вид лесом. С южной же стороны древнее поселение варишан сейчас ярко заливалось местным светилом. Сверху также отчетливо наблюдался красивый порядок в расположении зданий и площадей. Город строили великолепные архитекторы и строители!

Насладившись видом сверху, друзья спустились вниз. Здесь их уже ждали несколько старых варишанцев. Они предложили землянам насладиться вкусом настоящей старой варишанской кухни. Грех был отказаться!

В небольшой харчевне оказалось сумрачно и прохладно. Мебель и убранство также поражали, здесь все было сделано вручную, и носило отпечаток древности. Поначалу друзьям подали какой-то белый напиток, объяснив, что это сок от плода местной разновидности пальмы. Сок отлично утолил жажду и на вкус был просто великолепен. Затем землянам подали горшочки с мясом, тушенным в каких-то пряных травах. К мясу же подавался салат из красных овощей и зеленых стеблей. Сочетание получилось, в общем-то, неплохое. Ну и в конце обеда прямо на столе повар приготовил кофе. Металлические чашки стояли на каких-то мелких камешках, насыпанных в поддоны. Искусный повар подавал снизу горячий воздух, подождав, когда кофе сварилось, он капнул в каждую чашку по капле из синей бутылочки. Это был просто божественный напиток! Сыто откинувшись на кресло, Алекс обратил внимание на медную чеканку, висящую на кирпичных стенах. Она изображала сцены древней охоты и была, судя по всему, выполнена рукой настоящего мастера.

— Нашего земного друга заинтересовали старинные произведения? — рядом раздался голос одного из хозяев заведения.

— Да. Я искал здесь нечто подобное — живо обернулся к варишанину Карт — но ничего похожего не увидел.

— В этом торжище давно уже нет ничего настоящего — грустно вздохнул пожилой торговец — Это место давно стало туристической ярмаркой. Но если ты…

— Да, мне интересно — землянин внимательно смотрел в глаза немолодого мужчины.

— Тогда мой внук проводит тебя к старому собирателю древностей — варишанин махнул рукой. Алекс щедро отдарился чаевыми и попрощался с гостеприимным хозяином. Ларсен также вышел из этого заведения вполне удовлетворенным. Он вообще был любителем хорошо покушать. Хозяйки же их дома чаще предлагали блюда намного более простые, не хотели варишанки тратить много времени на готовку. Да и все-таки мужчины самые лучшие приготовители пищи во всех цивилизациях.

Карта быстро провели на небольшую торговую площадку под навесом. На столах, уже занесенных песком и пылью лежали старинные артефакты. То, что это древность, понял даже Ларсен. А Карт перебегал от стола к столу, которые были завалены небольшими статуэтками и геммами. Фигурки неизвестных животных, выполненных в черном камне, просто завораживали. Норвежец тут же купил пять таких изящных статуэток. А Алекс же надолго застыл у небольшой фигурки из странного минерала. Поначалу он принял изображенного на ней человека за землянина, но потом, вглядевшись в удивительно подробно выписанное лицо, понял, что это варишанин. Только он не был похож на нынешних квелых и субтильных мужчин. На подставке стоял настоящий воин, готовый схватиться с любым врагом. В руках он держал какое-то оружие, изгибы его тела подчеркивали силу и отвагу воина. Он как будто напрягся, ожидая нападения врага, глядя куда-то вдаль. Алекс долго держал статуэтку в руках, любуясь дивной скульптурой древнего автора.

— Понравилась? — рядом остановился Ларсен. Он взял у друга статуэтку и внимательно ее осмотрел — Странно. Очень похож на землянина, сильный и отважный воин. Неужели местные когда-то были такими?

— Да, мой молодой друг — вдруг прошелестел рядом чей-то голос, в котором явно чувствовался странный акцент. Земляне оглянулись, к ним подошел очень старый варишанин, он был весь согбенный, с седыми волосами и очень морщинистой кожей, они подобных жителей здесь еще не встречали.

— Добрый вечер — вежливо поздоровался Алекс — мы просто искали что-то настоящее на этой ярмарке для туристов.

— Тогда вы пришли по адресу — тихо ответил старик и сделал приглашающий жест рукой. Они отошли в сторону, в углу стояло несколько плетеных кресел. Чуть позже на маленьком столике появился кофейник и корзинка с печеньями.

— Ваш, земной кофе это просто дар Вселенной — прошелестел старик — Он пришелся нашей цивилизации по вкусу.

— Спасибо — вежливо кивнул Алекс. Ларсен благоразумно оставил переговоры своему более опытному в таких делах другу.

— Среди ваших людей немногие доходят до моей лавки — старик утвердительно кивнул головой — да, немногие. Вы очень молоды и спешите жить, вам некогда остановится и осмотреться вокруг. Так поступают все молодые цивилизации. Ничего нового под старой Луной Их`вариш.

— Я хотел бы разузнать больше об этой статуэтке — Карт кивнул на фигуру молодого варишанского воина, стоящего на кофейном столике — Кто это и откуда?

— Ты хочешь его купить? — варишанин внимательно посмотрел на Алекса.

— Хотел бы, но не могу — молодой землянин развел руками — Мне еще семь с половиной лет воевать на просторах Галактики. Куда я ее возьму? Но она меня поразила, до глубины души.

— Чем?

— Слишком это изображение не соотносится с тем, что я видел на вашей планете. Извините, но ваши мужчины не похожи на мужчин. У вас сильнее женщины. А здесь — Алекс кивнул на фигурку — ведь это самый настоящий воин. Он приготовился к битве, он бесстрашен и могуч! Это поистине настоящее произведение искусства, ему место в большом музее!

— Ты прав, мой земной друг — старик налил себе еще кофе — этому осталось только место в музее.

Затем старый варишанин встал и отошел к прилавку, оттуда он принес небольшую брошюру и протянул Алексу. Молодой землянин вопросительно взглянул на старика.

— Это старый туристический путеводитель. Ему пара сотен лет. Сейчас туристов в эти места уже не возят. Но ты любознательный молодой человек, тебе будет интересно посетить некоторые и этих мест. А что до этого — он показал рукой на статуэтку — то когда-то и мы тоже были молодой расой. Наши мужчины казались могучими и отважными воинами, в чем-то похожими на вас, землян. Только менее кровожадными. Но это было давно, очень давно.

— Но как так получилось? — вмешался в разговор Ларсен — Я видел сегодня старинную чеканку. Там изображены смелые и отважные люди. Они выглядели, как настоящие бойцы! Куда они сейчас подевались?

Старик замолчал и только шевелил губами. Потом взглянул задумчиво на молодых землян и невнятно пробормотал — Прошу вас покинуть меня. Я старый человек и не могу уже ничего изменить.

Друзья потрясенно замолчали, потом встали и направились к выходу. Уже у входа их догнали слова старика — Посетите закрытые от туристов древние города, возможно, там вы найдете ответы.

Алекс обернулся и кивнул головой, ему показалось, что в глазах старика стоят слезы. Молодой парнишка за небольшую плату проводил землян до стоянки такси. Уже в машине Ларсен перевел дух.

— Интересный получился сегодня отдых. Столько загадок за один день. И старик этот странный, так и не ответил на твой вопрос.

— А что он может ответить? Мне кажется, что он нам и так сболтнул лишнего. Да и — Алекс достал из кармана брошюру — он дал нам наводку. А дальше мы и сами все найдем. Ведь мы рейнджеры!

— Точно! — Олд улыбнулся — Нас уже девчонки заждались.

В дом хозяек их ждал сюрприз. В гостиной сидели две новые девушки, приехавшие в столичный округ для повышения квалификации, они также были диспетчерами транспортных коммуникаций. Выглядели дамы немного по другому, чем очаровательные хозяйки, были чуть выше ростом, и волосы у них были не темно-медного цвета, а ярко рыжие. Одна из них, Рата, тут же присела на колени к Алексу и начала расспрашивать у него кто он и откуда. В ходе вечеринки Карт попытался узнать у девушек что-нибудь об этом странном старике и его лавке. Хозяйкам очень понравились фигурки зверей, купленных Ларсеном, но об остальном они разговаривать наотрез отказались. «Там место только бестолковым мужчинам» отмахнулась от вопросов Ирва и потащила Алекса и Рату в спальню. А там уже было как-то и не до разговоров.

На следующий день у девушек был выходной, и вся компания рванула к морю. Там начинался сезон Больших волн. По этому случаю Васа взяла в аренду большой скутер. Карту даже доверили немного порулить, но после двадцати земных минут бесшабашного полета, отобрали управление обратно. Девушки с Севера были впечатлены мастерством молодого водителя, и по приезду сразу вдвоем оказали ему знаки внимания особого рода. Поэтому залезть на доску для катания на волнах Алекс смог только утром.

Необычный вид спорта ему очень понравился. Все казалось просто чудесным: ярко-бирюзовое море, солнце, сочная береговая зелень, улыбки рыжеволосой девушки на соседней доске. Жизнь опять показалась молодому землянину чудесной штукой.

Вечером, в перерывах между занятиями по изучению местных вариантов любовных утех, Алекс рассматривал подаренный стариком атлас. Рата заглянула на него через плечо юноши и поинтересовалось, откуда у парня эта древность. Узнав подробности, она посоветовала спрятать брошюру подальше.

— Почему? — удивился Алекс.

— Ал. Нашим властям не нравится очень многое из того периода истории — девушка лежала на спине и землянин поневоле залюбовался формами ее тела. Ее груди были не такими мускулистыми, как у других варишек, и чуть растеклись по телу, а на животе, под кожей, наоборот игриво заиграли мышцы. Северянки во многом отличались от девушек столичной округи.

— Вы боитесь своей истории? У нас тоже много чего в ней случилось, но мы честно обо всем рассказываем.

— Как хочешь, Ал. Но тебе лучше с кем попало об этом не разговаривать. А вообще — она взяла в руки атлас и ткнула пальцем — вот здесь находится очень древний город, посвященный богам. Там еще чтут старинные традиции. Хочешь узнать больше, поезжай туда.

— Спасибо — юноша притянул к себе теплое и крепкое тело, и поцеловал варишку в шею. Девушка прогнулась, как пантера и обхватила мужской торс крепкими мускулистыми ногами. Они у нее были более стройными, чем у женщин южан.

Но закончить отдых на такой приятной волне молодым землянам не удалось. К большому удивлению рейнджеров, на третий день отдыха на Приморье, прямо к ним на веранду поднялся офицер местной полицейской службы. Массивная дама с очень темной кожей. Она представилась, как офицер И`Вара и протянула земным солдатам предписание явиться в сборный пункт Федерации в столичном космопорту.

— Но как же так? — возмутился Ларсен — У нас еще две недели отдыха!

Он обиженно осмотрел всех и рухнул обратно в кресло.

— Не могу ответить, сир — вежливо ответила дама-полицейский — мне приказано найти всех отдыхающих здесь землян и передать приказ.

— Понятно — резюмировал Карт — отдых закончен — взглянув на удивленных и разочарованных девушек, он добавил — Скорей всего намечается что-то грандиозное.

— Вы опять поедете на войну? — в глазах Раты блеснули слезы.

— Да, милая — Алекс наклонился к девушке и поцеловал ее в губы — такая уж у нас судьба.

— На улице вас ждет флайер — поторопила солдат офицер И`Вара.

Прощание вышло скомканным. Васа и Ирва вернулись, запыхавшись с прогулки по местным лавкам. Северянки помогли ребятам собрать вещи. Больше всего Олда и Алекса удивили слезы, хлынувшие у местных девушек буквально водопадом. Они уже как-то привыкли за это время к смеху и улыбкам, и такое искреннее проявление чувств землян сильно напрягло.

Парни сидели в флайере молча и выглядели подавленными. И`Вара поняв их состояние, негромко пояснила — Не все из вас возвращаются сюда, солдаты. Далеко не все.

На сборном пункте они нашли шеф-сержанта, ответственного за рейнджеров. Судя по нашивкам — сверхсрочника. На возмущенные вопли обоих бойцов он невозмутимо молчал. Потом, бросив взгляд на серебряные звезды и парашюты, сержант нехотя пробормотал — Сержант, эти вопросы не ко мне. У меня свои задачи.

— Кто сержант? — выпучил глаза Карт.

— Вы. Поздравляю с присвоением внеочередного звания. Вот приказ, можете ознакомиться — шеф повернул плоский планшет к Алексу.

— Ни фига себе! — новоявленный сержант оказался несказанно удивлен — Только недавно капрала дали. За какие такие заслуги?

— Значит, есть за что — сверхсрочник внимательно посмотрел на молодых рейнджеров — вот что скажу вам, парни. Недавно мы крепко врезали Союзу и ожидаем ответных ходов. Поэтому сейчас и собирают всех самых опытных. И вы знали на что шли, записываясь в штурмовики.

— Вы правы, сержант — протянул Ларсен — просто уже второй раз нас с отпуска сдергивают.

— Да не проблема. Сходите в пару рейдов и сможете затребовать отпуск снова. Читайте правила службы в действующей армии. А пока, советую зайти вон в тот бар и расслабиться напоследок.

— Спасибо, сержант — бойцы взяли баулы в руки и потянулись в указанном направлении. В просторном и прохладном помещении оказалась неплохая кухня и вкусные коктейли. Зал был почти полон отпускников, ожидающих очередной челнок.

Столица Их`вариш была оборудована самым совершенным космодромом. Как и самые развитые цивилизации Альянса, варишане пользовались только грузовыми лифтами. А для пассажиров были сооружены высокотехнологичные гравитационные порталы. Обычный орбитальный челнок, попадая в такую шахту, мог совершать подъем и спуск намного быстрее, чем капсула лифта. А пассажиры обходились в портале без сильных перегрузок. На орбите же челнок вел себя как обычный космический аппарат, и сразу стартовал к приемной станции.

«Носороги»

Через три дня, к своему большому удивлению, друзья оказались опять на 45-й базе. Алекс уже успел повесить новые шевроны и решил наведать старых приятелей. Они вдвоем с Ларсеном добрались до нужного отсека и скромно постучались. Дверь открыл сам Грэм Робенсон, он только поднялся после ночной смены. Больше никого в отсеке не оказалось.

— Проходи — Грэм радушно распахнул двери, приглашая гостей внутрь — сейчас кофейку соображу. Прислали недавно по случаю.

— Да спасибо, мы только варишского напились. Держи пачку — Алекс протянул упаковку инопланетного кофе — А где все?

— О! Спасибо! Там тоже знают толк в кофе. А все — Робинсон помрачнел — да нет никого, Ал. У нас тут тоже мобилизация. Сейчас вот только Мишку Карпова выцепим и отметим встречу. А это твой друг?

— Да, познакомься, Олд Ларсен. Я тебе рассказывал о нем.

— Рад знакомству — громила широко улыбнулся — Вы, парни, присаживайтесь. Я сейчас.

Минут через десять в отсеке появился как всегда краснолицый Карпов, и к огромному удивлению Карта сержант Рыков, хотя вернее сказать, уже мастер-сержант.

— Какие люди! — Дмитрий улыбался — Ого! А ты быстро поднимаешься в званиях, скоро всех нас обгонишь.

В дверях уже замаячила мощная фигура Грэма, он довольно потряс бутылкой какого-то крепкого пойла и все начали дружно устраивать стол. Под хорошие напитки потекли неспешные разговоры.

— Сейчас вообще идет какая-то странная игра на военном поле — мрачно разглагольствовал Робинсон — с базы многих повымели за последнее время. Миша с Димой вон тоже скоро улетают.

— Вы куда, все еще в «Медведях»? — спросил Карт.

— Да — коротко ответил Рыков.

— Нас возьмешь?

— Не могу. Меня за конкретными людьми прислали. Может, потом постараюсь к себе перетянуть. Но тут кругом такая чехарда…

— У парней уже другая команда — вмешался в разговор новый член команды техников Артур Кориньен — завтра за вами транспорт придет.

— Вот как? — Алекс задумался.

— Да брат, вот такие дела. Помнишь Джузеппе? — Карт кивнул в ответ на вопрос Робинсона — Попал бедолага по самое не балуй! Только выдернули с тихого местечка, как в первом же рейде его знатно приложило. Их капсула у самой поверхности под обстрел попала. Из-под обломков меньше четверти живых достали. В тыловом госпитале он, и, похоже, надолго. Потом комиссуют, но жизнь будет не сахар.

Все подавленно замолчали. Никто не знает свою судьбу наперед. Они могли встретиться через месяц все вместе, весело погулять и посмеяться, а могли больше и никогда не свидеться.

— Ладно. Что загрустили? — вмешался Карпов — Давайте накатим за нас. Будем жить!

В маленьком отсеке послышался такой родной звук звонкого стекла бокалов.

— Сержант Карт и капрал Ларсен? — перед бойцами возвышалась мощная фигура чернокожего мастер-сержанта — Добро пожаловать в батальон «Носороги», один из старейших подразделений рейнджеров. Сержант — мастер Нильс с сомнением посмотрел на Алекса — не рановато вам такое звание дали?

— Раз дали, значит, заслужил — коротко схамил в ответ Карт.

— Вот завтра и посмотрим, насколько ты хорош. В девять утра по станционному времени прибудете в тренажерный зал. Вас, капрал, это также касается. До встречи, бойцы.

Рейнджеры скупо отсалютовали и двинулись в свой кубрик. Назначены они оказались в первый взвод. Батальон был еще на стадии переформирования, поэтому штатные должности не назначались.

— Ну и зануда у вас мастер — пожаловался в кубрике Ларсен.

— Да не гоняй — худощавый капрал-техник Игрек копался в своем шкафчике — просто он новичкам не доверяет, пока не проверит.

— Понятно. А что вообще сейчас тут происходит?

— Да непонятки какие-то — техник, наконец, присел на койку — толком никто ничего не знает. Люди прилетают, команды формируются и куда-то вылетают.

— А чего непонятного — из угла послышался чей-то бас — наши за последний год крепко наваляли Союзу, вот теперь и менжуются, вдруг ответка от тех прилетит. А сейчас наносят превентивные удары маленькими группами. Поэтому и батальон вечно не в полном составе. Так сейчас у всех штурмовиков: потери то были за последнее время высокими, народ вон даже с отпусков дергают, да с госпиталей, все учебные базы голяком. Людей не хватает, а опытных тем более. Сейчас наш взвод соберут и куда-нибудь тоже бросят. Так что, парни, отдыхайте пока.

— А что, в спирали опять серьезная войнушка? — осторожно спросил Карт, в последние два месяца он совершенно не следил за событиями.

— Да ничего особенного — ответил обладатель мощного голоса — на Карсии легионеры прут танком, на Спирсе все та же мочиловка. Шесть лет служу, а там бои ни на месяц не утихают. Мясорубка, млин, хренова

За ужином они познакомились с этим, введшим в курс дела, парнем. Им оказался мастер-сержант Иевлев, заместитель взводного. К мощному голосу можно было добавить и мощное телосложение. Карт мог сравнить его только со своими русскими друзьями по учебке, настолько от замка веяло богатырской силой. Ларсен оценивающе посмотрел на пудовые кулаки гиганта, но пыжиться не стал. Даже ему на ринге Иевлева побить было бы трудно.

На следующий день, после часового зачета на тренажерах, мастер Нильс удовлетворительно хмыкнул — Похоже ты, сержант, и в самом деле хорош, как и твой дружок. Ну, а раз ты уже сержант, то будешь старшим водителем, и соответственно водилой первого отделения. Все понятно?

Карт удивленно кивнул. Получалось так, что он теперь самый квалифицированный водитель батальона, и должен натаскивать остальных, не смотря на разницу в выслуге лет. Более высокое звание означало и более высокую ответственность. А ведь еще совсем недавно он был зеленым салагой! Как быстро бежит время!

Через два дня в межотсечном переходе друзья столкнулись с темнолицым майором. Они дружно приветствовали его по-уставному, но офицер взмахом руки задержал их.

— Сержант Карт, если не ошибаюсь? — майор имел невероятно мощное телосложение при достаточно среднем росте, поэтому напоминал большую тумбу.

— Так точно, сир! — только сейчас Алекс догадался, что это их командир батальона Саади Али, поэтому вытянулся во фрунт.

— На меня тут вышел полковник Орлов. Знаете такого?

— Так точно, имел честь служить с ним.

— Хочет вас у меня забрать. Я тут глянул на ваше досье. Знаете, впечатляет. Поэтому как говорят русские «Такая корова нужна самому». Да и ваш дружок мне пригодится. Ларсен, вы свободны.

Когда норвежец отошел подальше, Саади Али приблизился к Карту поближе.

— Сержант, у меня к тебе такой вот вопрос. Что у тебя за проблемы с космической разведкой?

— Да нет у меня с ними проблем, сир — Алекс выглядел заметно удивленным. Майор загадочно хмыкнул и добавил — Мой совет тебе, сынок, держись от них подальше. Понял? Свободен.

Алекс козырнул и двинулся дальше по коридору со смятенными чувствами. Разведку при нем не упоминали еще с учебного лагеря.

К концу недели взвод был укомплектован и представлен своему новому командиру капитану Урунчи. Невысокий крепыш со слегка раскосыми глазами внимательно осмотрел строй и представился.

— Я капитан Урунчи, командир вашего взвода. В действующей армии уже 15 лет, поэтому у меня обычно служат самые опытные и лучшие бойцы. Я мастер «тихих операций». После известных событий в штурмовых батальонах острая нехватка бойцов, и поэтому вы здесь. Я хотел бы, чтобы наш взвод опять стал лучшим и легендарным. Поэтому, бойцы, за работу. Командиры отделений ко мне!

С этого дня у бойцов первого взвода появился свой, особый план занятий. Они много занимались на беговых тренажерах. В стрелковой зоне отрабатывали действия в лесной местности. Всем сразу стало ясно, что готовится специальный рейд. Комотды помалкивали, но бойцов натаскивали по строго определенной программе. Ларсен не вылезал из стрелковки, изучая методы стрельбы из специальных дальнобойных винтовок. Карта же загнали в симулятор «Проводника». Снова и снова проверяли его навыки ориентации в пространстве, использую для этого особые методы погружения в подсознание. Прошедшие такое обучение бойцы на любой местности могли ориентироваться без приборов, всегда сохраняя ощущение «месторасположения».

И вот наступил день, когда штурмовикам объявили о выходе в рейд. В оружейной бойцы получили оружие и боеприпасы. Старшина батальона выдал специальный «лесной» комплект обмундирования и запасы еды со всем необходимым в автономном рейде. Урунчи еще раз осмотрел всех бойцов и даже отстранил пару человек от задания, счел их неготовыми. Капитан отдельно подошел к Карту и вручил ему лично карту маршрута. Сержант был назначен главным проводником. Зная дотошный характер командира взвода, это было принято, как знак особого доверия.

Высадили их взвод со специального «диверсионного» дисколета. Такая техника обладала собственным генератором подавителя поля, и на радарах противника была практически незаметна. Пилот мастерски завис над небольшим, свободным от деревьев пятачком, и штурмовики за несколько минут выгрузились на поверхность планеты. Командиры отделений сразу же начали отдавать необходимые распоряжения. Карт подошел к группе управления. Там уже развертывали спутниковую антенну, получая последние данные с орбиты.

— Карт, определи точно наше месторасположение и выходи вперед со своим отделением. Проведите на один стандартный клик разведку местности.

— Есть — ответил главный проводник и сразу же подошел к связисту.

Планета Джелевин была открыта сравнительно недавно. Поэтому еще не стала ареной кровавого противостояния между Альянсом и Галактическим Союзом. На орбите отсутствовала полноценная орбитальная группировка, и можно было не бояться разведронов и спутников-шпионов. Еще перед выходом в рейд бойцам отряда объяснили боевую задачу. Их высадили на дисколете-невидимке в двадцати стандартных кликах от цели — строящейся военной базы Союза. Задачей первого взвода «Носорогов» было уничтожение энергетической термальной станции, с большим трудом возведенной Союзом на этой планете. Потом отряд должен был уйти самостоятельно на точку ухода. Проблема была в том, что около этой базы тусовался целый тысячный гарнизон, а в их рейдовом отряде было всего 68 бойцов.

Джелевин не поражал красотой природы, жизнь на этой планете еще только расцветала. Отряд цепочкой вытянулся вдоль невысокого хребта, поросшего хвойным лесом. Снизу вытянулся невысокий подлесок, еще больше подчеркивая мощные стволы деревьев. Хвойные гиганты уходили далеко вверх, поражая землян своей высотой. Птиц и прочей живности на этой планете еще не существовало. Только понизу бегали какие-то насекомые, и в воздухе беспрерывно гудели надоедливые гигантские мухи. Эти твари оказались кусачими, поэтому пришлось испробовать выданные репелленты.

Алекс крутил головой, ориентироваться в этом лесу было сложно. Деревья заслоняли своей густой кроной солнце, только изредка появлялись прорехи, сквозь которые можно было увидеть ярко-голубое небо. Здесь оно было особенно красивым. Поэтому проводнику приходилось полагаться больше на «внутренний компас» и редкие ориентиры. Горы в этом месте были сглаженными и лесистыми, зато плохо просматривались с воздуха. У противника хоть и не наблюдалось регулярного патрулирования с помощью дронов, но ПВОшники пару раз засекали пролетающие флайеры. Орбитальная группировка Федерации была на Джелевине относительно слабой, сигнал со спутника часто пропадал. Поэтому проводникам приходилось больше вертеть головой. Пару раз Карт останавливал отряд, и, не смотря на ворчание капитана, посылал вправо и влево патрули. Оба раза они помогли установить точное месторасположение. Урунчи, увидев, что проводник ведет отряд точно по маршруту, успокоился и больше лишними расспросами не донимал.

В течение двух коротких джелевинских дней диверсионный отряд подошел к базе противника достаточно близко, но Карт неожиданно остановил движение.

— В чем проблема на этот раз, сержант? — Урунчи пробился в передовой дозор — У нас время на исходе.

— Не нравится мне диспозиция для штурма, капитан — Карт уселся на упавшее дерево и достал флягу. К обеду стало достаточно жарко.

— Сержант, ее прорабатывали лучшие штабисты. Вы считаете себя умнее их? — ехидно спросил взводный.

— Капитан, не знаю, насколько умны ваши штабные, но шкурой то нам рисковать. А мне не нравится наша диспозиция и все тут.

— Хватит тут умничать, ведите нас дальше.

— Сир — рядом неслышно возник Ларсен — я бы доверял чутью Карта. Он уже не раз выручал мою шкурку, да и остальных парней из беды вытаскивал.

В разгорающийся спор неожиданно вмешался и мастер-сержант Нильс. Он подошел к начинающему багроветь Урунчи и размеренно проговорил.

— Капитан, сир. Так уже не раз бывало на нашей памяти. Или разведка ошибалась, или штабные. Может все-таки провести дополнительную рекогносцировку?

— И как ее провести, умник? — взводный начал успокаиваться. Его командир группы управления был прав. В рейдах все члены отряда имели право на свою точку зрения. Коллективный ум оказывается часто эффективен на практике — Здесь все заросло этим проклятым лесом. Из-за этих деревьев ничего не видно, не залезать же нам на них. А подойдем к базе поближе, рискуем наткнуться на датчики или патрули. Наш спутник вчера накрылся, новых изображений мы долго не получим. Наше преимущество: точный и быстрый удар и моментальный отход.

— А что? — Карт резко поднял голову — Про деревья это хорошо — он встал и задумчиво осмотрелся — Там дальше, чуть западней, высокий отрог. Оттуда можно рассмотреть базу подробно.

— И как? Там те же проклятые деревья — капитан смотрел на своего проводника уже с явным интересом.

— У нас же есть камеры с дистанционным управлением?

— Есть — вперед выступил Игрек.

— И есть надувные плоты — Карт уже смотрел на техника — они состоят из секций, их можно разделить. Теперь осталось наполнить их чем-нибудь более легким, чем местный воздух.

— Найдется — капрал-техник кивнул головой — у меня есть необходимые составные части, шаров на пять смеси хватит.

— Тогда ищите крепкий фал и готовьте шары — Карт повернулся к командиру взвода — разрешите действовать, сир.

— Разрешаю — Урунчи одобряюще взглянул на своего проводника — а вы, Нильс, возглавите группу разведки. Остальным командирам отделений создать охранный периметр и разбить лагерь.

Идея Карта сработала на все сто. Шары с камерами поднялись чуть выше деревьев, а это было достаточно высоко. На шары были накинуты мимикрирующие и экранирующие накидки, оставлено отверстие только для объектива камеры. С помощью пяти разведзондов штурмовики получили достаточно точное представление о базе противника. И Карт оказался прав: на рубеже атаки, намеченной штабистами батальона, они заметили подозрительную активность бойцов противника, те явно создавали там новые укрепления. Видимо и их командование увидело здесь слабое место. Весь вечер командиры отделений и ветераны продумывали новый план атаки.

А перед рассветом штурмовики начали действовать.

Карт лежал рядом с Ларсеном, его задачей было наведение. Норвежец же находился под накидкой, держа на упоре штурмовую винтовку Пламя-15. Новое, недавно принятое на вооружение оружие. Теперь они ожидали сигнала от штурмовых групп. Любым видом связи пользоваться было запрещено, на такой ближней дистанции легко можно было попасть в сети сканеров. Поэтому сигнал о начале атаки пришел древним дедовским методом. Видимый только в приборах ночного зрения фильтр на фонарик и пара миганий — вот и вся команда на штурм.

— Первая цель — пробормотал Алекс.

— Есть — так же тихо ответил Ларсен, отмечая попадание в основание ажурной антенны. Техники Галактического Союза любили почему-то именно такую архитектуру.

Следующие пять выстрелов из тяжелой импульсной винтовки также пришлись по конструкциям связистов. Справа и слева от их, на подготовленных заранее позициях, работали расчеты еще четырех винтовок.

— Уходим — Карт отметил в оптический прибор перебитые провода, связь базы с внешним миром была прервана. Он успел мельком заметить штурмовые тройки, ворвавшиеся на территорию базы. Потом скомкал накидку, помог товарищу собрать тяжелое орудие, и побежал по тропе в сторону южного входа на базу.

В трех километрах от снайперской позиции они остановились. Около условленной заранее точки сбора уже сидели две пары. Подождав остальных, Карт скомандовал переход на другую позицию. Они должны были прикрывать отход штурмовиков. К этому времени уже отчетливо слышались звуки боя, разгорающегося на территории базы. На полпути к возвышенности они услышали два громких взрыва.

— Молодцы парни — радостно воскликнул Хаари Йохансен, снайпер из третьего отделения — ломанули таки энергоблок.

И в самом деле, в наушнике прозвучала зашифрованная команда об общем отходе. Снайперские пары прибавили шагу и вскоре уже занимали позиции наверху холма. Лес здесь рос пожиже, поэтому видимость была относительно хорошей. Пока Ларсен раскладывал Пламя и ставил винтовку на специальные амортизирующие сошки, Карт внимательно просканировал лежащую впереди местность. Ему не нравились появившиеся в общей какофонии стрельбы и взрывов звуки работы боевой техники. Что-то противник рано проснулся. Вскоре замигали фонарики штурмовых троек. Они слаженно отходили по заранее проложенным маршрутам. Алекс заметил пару двоек, несущих раненых бойцов по старинке, на носилках. Мини-платформ с гравиприводами в их рейд не брали. Затем его внимание привлек какой-то достаточно быстро идущий объект.

— Олд, лови координаты — Алекс сфокусировал взгляд на боевой платформе противника, передавая, таким образом, месторасположение противника напарнику. Снайперу информация также пришла прямо на сетчатку глаза. Ларсен моментально прицелился и выстрелил. Наводчик же искал новые цели. Рядом глухо захлопали импульсные винтовки других снайперских пар. Они все были оснащены самыми совершенными энергогасителями, и засечь их со стороны было непросто.

— Карт — послышался сквозь помехи голос Нильса — капитан ранен, я командую отходом. Вам еще пять минут и уходите. Как понял?

— Принято. Пять минут. Точка три.

— Отбой.

Через двадцать минут они как лоси неслись по редкому подлеску. Первый натиск преследователей удалось отбить. Дежурная боевая техника была выведена из строя снайперами. В этот рейд не взяли бойцов ПТО, пришлось работать импульсниками. Штурмовые тройки уже были на подходе к точке эвакуации. Вскоре бойцы услышали шум дисколета и радостно прибавили шагу. Впереди завиднелась прогалина, вдоль которой шла дорога для тяжелой техники. Именно ее и выбрали для посадки дисколета. Неожиданно позади отряда послышался характерный шелестящий шум, и все попадали на землю. Работу плазменной пушки ни с чем не спутаешь. Разведка в очередной раз облажалась и просмотрела хорошо скрытую позицию ПВО. Впереди раздался оглушительный грохот и в воздух взметнулось море пыли. В этой части планеты стоял сухой сезон.

— Твою мать! — ругнулся по-русски Ларсен — Мы что, транспорта лишились?

— Помалкивай — неожиданно для себя одернул друга Карт — Вперед, вперед!

На дороге они заметили растянутое оцепление. Карт увидел командира второго отделения Рейгольда, тот молча махнул назад. Группа снайперов рванула в сторону поворота. Тут им и открылась картина крушения. Как ни странно, дисколет серого цвета, ощетинившийся пластинами брони, выглядел относительно целым. Только посадка получилась достаточно жесткой. Тяжелая летающая машина пробороздила на поверхности не менее пятидесяти метров, вырыв глубокую яму в жирной, коричневой земле. Рядом с открытым люком Карт заметил Нильса, около него на носилках лежал Урунчи, что-то кричащий связисту.

— Что тут? Накрылась техника?

Нильс нервно обернулся к проводнику и мрачно ответил — Техника то цела, а пилоты не очень.

— Что произошло то?

— Тебе, Карт, что делать нечего? Бери своих снайперов и в оцепление. Мы вызываем второй транспорт, нам надо продержаться.

Алекс зло толкнул в плечо заместителя взводного

— Охренел, мастер? Какое продержаться? Нас сейчас сомнут на хрен! Или уходим, или что-то придумываем.

На его удивление Нильс не стал ругаться, а только опустошенно махнул рукой.

— Куда уходить? У нас раненые.

Вдруг Карт заметил в открытом люке какое-то шевеление и сунул голову в дисколет.

— Эй, кто там? Отзовись.

В коридоре показалась маленькая фигурка в комбинезоне техника.

— Ты кто?

— Капрал Караджич, техник дисколета, сир.

— Что с машиной, техник? Что вообще произошло?

— Нас обстреляли с плазмы, сержант. Командир успел бросить машину вниз, броню только опалило. Но посадка получилась жесткой. Мы буквально рухнули. Я сейчас осмотрел двигатель и системы равновесия.

— И как? — Алекс внимательно смотрел на испачканное лицо техника. Парень держался вполне хорошо.

— Все работает. Правда на орбиту выскочить не сможем, мощности не хватит.

— Что с командой?

— Командира хорошо приложило, он без сознания. Сейчас с ним ваш медик работает. Штурману повезло меньше, там все разбито в кашу. Удар был тяжелым. У второго пилота поэтому вырвало с крепления кресло, голова всмятку. Хорошо, эта машинка вообще крепкая, обычный дисколет бы просто сплющило.

— Так — Алекс задумался — машина сможет прыгнуть кликов на триста?

— Вполне.

— Поможешь вести шарманку?

Караджич выпучил глаза, но кивнул головой.

— Но я ноль в пилотировании.

— Не ссы, капрал, не в памперсах. Слышал о «Водиле генералов»?

— Кто же такую байку не слыхал? — техник улыбнулся.

— Не лыбься, это я и есть. Не веришь, все в этой команде подтвердят.

Выражение лица техника заставило усмехнуться теперь уже Карта, все-таки неплохо иногда побыть легендой.

— Тогда дуй на мостик, заводи аппарат. Я сейчас организую посадку.

Карт моментально выскочил наружу и тут же озвучил свое предложение Нильсу. У мастер-сержанта поначалу отвисла челюсть, но человек он был бывалый, поэтому тут же занялся организацией посадки.

— Ал, а ты сможешь? — рядом послышался озабоченный голос Ларсена.

— Нам надо только прыгнуть, Олд. Это-то я смогу. Правда, мягкой посадки не обещаю.

— Тогда давай, друг. Вытащи нас из этого дерьма. Я пока организую периметр.

Бойцы уже услышали звук разгоняющегося движка и закрутили головами. Мрачные лица штурмовиков потихоньку светлели и даже озарялись напряженными улыбками, умирать здесь никому не хотелось. Рейнджеры действовали как всегда слаженно. Сначала занесли внутрь раненых, потом выбросили наружу изувеченное оборудование и лишние сиденья, чтобы не мешались в десантных отсеках. Карт озадачил связиста поиском площадки для посадки. Скоро над ними должен был пролететь аварийный спутник-ретранслятор. Командование также поспешило на помощь диверсионному отряду, попавшему в беду.

Наконец Карт скинул с себя штурмовую сбрую, закрепил карабин в боковую стойку, и тяжело рухнул в кресло пилота. Впереди, чуть справа, виднелась разрушенная штурманская кабина. Капрал-техник пересел в кресло, стоящее позади и левее, и теперь диктовал параметры системы. Алекс еще раз осмотрел приборы, с ними он уже был знаком. В нарушение регламента, договорившись с инструкторами, он уже сделал несколько учебных рейсов на тренажере, имитирующем подобный дисколет. Учиться, оно никогда не вредно! Да и пару раз ему удалось побывать в рейдах на месте техника, поэтому основные параметры управления были знакомы.

— Все в норме. Можем взлетать! — доложил громко Караджич, теперь стало заметно, что парень нервничает.

— Ларсен. Пулей в машину.

— На месте — чуть позже раздался голос норвежца — вся группа на борту. Давай быстрее, сюда что-то едет.

И в самом деле, на правом радаре появилась красная точка.

— Капрал, у нас есть чем долбануть в ту сторону?

— Сейчас — техник что-то нажал, и корпус дисколета вздрогнул.

— Бойцы! — гаркнул по общей связи Карт — Взлетаем! Всем держаться!

Потом он резко потянул ручку мощности и дисколет сорвался с поверхности с огромным ускорением. Карт боялся очередного удара вражеского ПВО, поэтому уходил по пологой траектории на предельной скорости, и оказался прав. Система отметила два удара плазменных установок и три вышедшие с базы ракеты, которые, впрочем, быстро отстали.

— Двигатель перегревается! — запаниковал сидящий рядом техник.

— Не ссы — повторился Карт — пломбу оторви, и смотри, чтобы за оранжевый уровень не вышли. Отключи к черту системы оружия и стабилизации. Мы не в космос летим. Это даст экономию процентов на двадцать.

— Принял — уже намного спокойней ответил Караджич.

— Карт, что у вас? — раздался голос Нильса — Почему нас болтает?

— Все нормально, мастер. Немного болтанки нам не помешает, будете сговорчивей!

— А ты еще тот оказывается шутник, ё! Сейчас тебе скинут точку высадки, почти на нашей траектории. Туда уже идут флайеры.

И в самом деле, на маршутизаторе появилась ярко-голубая точка. Место было вполне удачным, на берегу излучины реки. Карта показывала открытую местность, песок и гальку. Карт чуть подправил траекторию и начал постепенно гасить скорость. Намного больше проблем доставляла болтанка. Автоматическая система стабилизации была отключена, а управлять балансировкой вручную у молодого водителя получалось не очень, явно не хватало пилотажного опыта. Дисколет летел низко, в плотных слоях атмосферы и понемногу нагревался. Система кондиционирования также была отключена, поэтому в летательном аппарате стало довольно жарко.

Карт вытер рукавом со лба пот, все его внимание было привлечено показаниями «горизонта», слишком большая скорость мешала выровнять дисколет. А это было очень плохо, у земли машина могла запросто сорваться в штопор. Карт отлично справлялся с такими проблемами на более легких машинах, а этот бронированный дисколет был явно перетяжелен. Требовалось рассчитать усилие для тормозных двигателей.

Неожиданно его сознание прояснилось, и в голове появились искомые числа. Карт моментально вбил их в вычислительный центр, а результат передал технику на экран. «Ай. Какой я молодец!»

— По моему сигналу, капрал, вручную жми на переднее левое и правое сопло одновременно. Параметры у тебя пред глазами.

— Может, все-таки автоматике доверимся? — жалобно протянул техник.

— Жми, давай! — повысил голос Карт — Автоматика нас как «блинчик» по воде запустит. Слишком по касательной идем. Всем внимание! Жесткая посадка!

Карт взял джойстик на себя, еле успевая работать ножными педалями, костюма пилота на нем не было, управлять приходилось по старинке, физической силой. На экране теперь отчетливо виднелась изогнутая голубая дуга неширокой реки. Дисколет двигался прямо в сторону песчаной отмели. «Молодцы диспетчеры!» — успел отметить Алекс. Песок должен был достаточно сильно снизить силу удара. Отмель стремительно приближалась, когда сопла передних двигателей отчаянно заработали, нос дисколета приподнялся, на позвоночник навалилась дикая перегрузка. Карт держал рукоятку джойстика двумя руками, машину яростно трепало из стороны в сторону. Тут заработали и боковые сопла. Техник, похоже, пришел в себя и помог двигателями выровнять машину. Перед падением Алекс успел заметить голубую стрекозу флайера, идущую в их сторону. Потом машина тяжело упала на отмель, что-то сильно заскрежетало, послышался треск переборок, откуда-то потянуло горелым.

— Движок выключай, на хрен! — свирепо заорал Алекс, все еще не веривший, что они живы и не расплющились о поверхность чужой планеты — В отсеках, как у вас? Доложите!

— Левый тормозной горит — раздался рядом голос Караджича — включил систему пожаротушения. Все выходные люки открыты, включена аварийная подсветка.

Сквозь помехи раздался голос командира второго отделения, Рейгольд скупо доложил — у меня два раненых, что-то упало на них. Двигаемся в сторону аварийного выхода.

— Быстрее парни, быстрее — это уже был голос Нильса — Карт, вытаскивай свою задницу, у вас что-то там дымится.

— Это Ларсен, мы тут потушили возгорание в каком-то ящике. Задняя секция полна дыма, сложно ориентироваться.

— Под сиденьями респираторы! — закричал капрал-техник — Сейчас включу вентиляторы на полную, экономить питание нет смысла.

— Что у нас по машинке? — Карт уже встал и накидывал сбрую. Ему явно не хотелось сигать с взрывающегося дисколета.

— Все в норме, кэп! Пожар потушен, задымление скоро придет в норму, все люки открыты.

— Отлично, парень. Тогда валим отсюда!

Они оба нырнули по очереди в диафрагму и побежали по короткому коридору в сторону светлеющего люка. Как приятно все-таки оказаться на свежем воздухе! Где ты жадно ловишь губами чистый воздух, а лицо радуется хлынувшему на него потоку яркого солнечного света. Тебя крепко стукают по плечу твои добрые товарищи, они что-то радостно орут прямо в ухо, а потом поднимают на руки и кидают в воздух. Древний обычай чествовать победителя!

Нечаянные встречи

Операция на Джелевине сильно подняла репутацию старшего водителя «Носорогов». Теперь за «водилой генералов» закрепилась слава парня, способного вырваться из лап самого черта. Капитан Урунчи надолго выбыл из строя, ранение он получил, прикрывая последнюю, выходящую с базы тройку. В первый взвод прислали молодого лейтенанта Рахди, офицера без стоящего боевого опыта. Поэтому делами взвода в настоящий момент рулил мастер Нильс. Они с Картом в последнее время вообще сильно сдружились. Опытному сержанту пришлась по вкусу смекалка молодого водителя, хотя иногда они сталкивались лбами на почве дисциплины. Карту ее хронически не хватало.

Батальон «Носороги» между тем перебросили на тактическую базу «Меркурий». Современная станция, служащая сборным пунктом для многих родов войск. На ее борту одновременно находилось до пятидесяти тысяч бойцов, это не считая полутора тысяч самого персонала базы. На отдельной платформе у причала отшвартовался корабль-матка, рядом с ним два современных фрегата. «Меркурий» охраняла целая эскадрилья. Флоту Союза несколько раз удалось удачно атаковать станции Альянса, поэтому меры безопасности были усилены.

Судя по активности на станции, Федерация готовила серьезные удары по врагу. Удачно проведенные диверсионные и десантные операции достаточно серьезно повредили коммуникации противника. Но и батальоны рейнджеров понесли некоторые потери, поэтому сейчас «Носорогов» использовали для единичных акций. Опытных штурмовиков остро не хватало, и их старались посылать только в серьезные рейды. Пару раз и Карт со своим взводом выходил в подобные вылазки.

Один раз они наводили на цель орбитальные атмосферники, неделю пробираясь вперед по жарким джунглям. Другой раз совместно с когортой легионеров снесли на пустынной планете космопорт, на котором обосновались сами Нектирианцы. Обладатели мощного костяка и желтой кожи оказались на поверку неважными воинами. Они не смогли противостоять тяжеловооруженным флайерам легионеров и неожиданному нападению с тыла взвода штурмовиков. Земляне в короткой и ожесточенной схватке сбили заслоны врага, заставив большинство из бойцов противника сдаться в плен. Нектирианцы свою жизнь ценили высоко и обменивали своих пленных один к десяти. Нильс срочно затребовал дополнительные дисколеты и получил их. Командование федерации также ценило жизни своих солдат. За этот рейд все штурмовики получили две недели отпуска. Ларсен, Карт и еще несколько парней из первого отделения смогли получить направление на курорты планеты вечной весны Ферис. Удачно подвернулся и транспорт.

Ферис была планетой необыкновенной, давно колонизирована цивилизациями Альянса и сто лет назад передана земной Федерации. Ее слава была обусловлена необычной орбитой и наклоном планеты. Так получилось, что одна ее половина была постоянно повернута к своему жаркому светилу и соответственно полностью выжжена. Друга же половина пребывала в вечном царстве Ночи, и представляла собой ледяную пустыню. Жить можно было только в районе терминатора, границы света и тени. Граница эта также подвергалась небольшим сезонным колебаниям, но в нескольких районах планеты круглый год царила постоянная температура.

Понятно, что жизнь в таких суровых условиях носила зачаточный характер. Первые колонисты привели атмосферу Фериса под гуманоидные стандарты, и обустроили для жизни несколько областей планеты. Земляне же переделали под себя ландшафты. В итоге в котловинах между горами, защищающих и от ледяной стужи, и от горячего дыхания пустынь, расцвели многочисленные сады и леса. С холодной части планеты текли чистые воды множества рек и ручьев, на терминаторе лед плавился. С жаркой стороны подходили смягченные волны тепла, уже не обжигая на смерть.

В вечерние сумерки отдохновенно веяло прохладой, а днем солнце благодатно дарило свои лучи всему живому. Воздух в этих чудесных местах был постоянно свеж, круглый год цвели те или иные цветы. Деревья же в течение года несколько раз меняли листву. Земляне высадили достаточно и вечнозеленых растений, привезли множество инопланетных цветов и цветущих кустарников. Ферис постепенно превратился в планету-курорт. Здесь находилось множество госпиталей для выздоравливающих, элитные курорты для офицеров и командования, несколько лагерей для повышения квалификации, а также многочисленные центры гравитационной реабилитации Космического флота. Длительная служба в космосе плохо влияла на психику пилотов, поэтому космолетчики регулярно проходили оздоровительные курсы на курортных планетах. Ферис продолжал развиваться, геоклиматические заводы совершенствовали изменения погоды и ландшафта. Эта планета была и одним из немногих мест за пределами Земли, где работало множество гражданских женщин. Еще один из стимулов попасть на местные элитные курорты.

— Вот это да! — Ларсен с восторгом озирался вокруг. Они только что прилетели со станции космического лифта, расположенного на темной стороне планеты. После мрака вечной полярной ночи открывшаяся перед друзьями картина напоминала древние изображения рая. Вдалеке блистали своими снежными вершинами горы, чуть ближе виднелись поросшие густым хвойным лесом изумрудные холмы. Направо сверкало водной гладью широкое озеро, наполненное горной чистой водой. Вдоль него виднелись яркие домики коттеджей. На самом водоеме можно было заметить лодки с архаичными веслами, или ножными педалями. Налево расположился шикарный сад с множеством цветущих деревьев. Здесь вообще цветы были повсюду, вдоль пешеходных дорожек из розового камня, около зданий, выстроенных из легкого материала. Каждый свободный метр поверхности оказался засажен цветущими кустарниками или заставлен цветочными горшками. Поэтому в воздухе благоухал настоящий божественный аромат. Вокруг неспешно прогуливались люди, молодые и не очень мужчины с военной выправкой. На планете форма была не в ходу, ее носили только патрульные или офицеры местного штаба. И главное: на бесчисленных пешеходных дорожках и тротуарах можно было увидеть множество женщин. Некоторые носили форму космических войск, официально Ферис считалась военно-космической базой, другие шли в синей одежде медиков, а многие просто в легких летних платьях.

Алекс шагнул вперед, кинул на дорожку тяжелый баул, подставил лицо мягкому теплу местного солнца, вдохнул полной грудью прохладный воздух, сильно разбавленный ароматом всевозможных цветов, и произнес

— Парни, я в раю!

Товарищи присоединились к нему, побросав сумки, они восторженно осматривались. После множества чужих планет, чаще всего недружелюбных к землянам, оказаться в такой чудесном уголочке живым и невредимым, это было большой удачей!

— Молодые люди, я могу вам чем-нибудь помочь? — раздался рядом мелодичный женский голос. Рейнджеры живо обернулись на него: около их группы остановилась женщина лет тридцати в форме космофлота, на шевроне виднелись две звезды штатс-лейтенанта. Бойцы тут же подтянулись, но продолжали рассматривать стройную женщину с определенным интересом. Та мило улыбнулась и произнесла — Можете не соблюдать субординацию, вы не мои подчиненные. Я младший инспектор этой секции Оливия Орейро, слежу за порядком в размещении. Просто меня не известили о прибытии группы таких сильных и молодых людей.

Женщина-офицер достаточно кокетливо рассматривала отпускников рейнджеров.

— Мы, лейтенант — Алекс решил все-таки общаться согласно уставу — из состава батальона «Носороги», прибыли сюда на кратковременный отдых.

— Вот как? — улыбка Орейро была просто ослепительной — Значит, вы не выздоравливающие?

— Нет, сир. Просто догуливаем отпуск.

— Вы же штурмовики? — женщина с интересом остановила свой взгляд на Ларсене, тот живо выпятил вперед грудь и приосанился — Нечасто к нам в секцию попадают парни из ваших подразделений. Обычно они прибывают в зоны госпиталей.

— Нет, лейтенант. Мы полностью здоровы и готовы для полноценного отдыха.

Орейро лукаво улыбнулась — Ну тогда, мальчики, живо направляйтесь в секцию 5А, я сейчас отправлю туда сообщение. И можете сразу снять форму, одежду вам подберут. И желаю вам счастливого отдыха! Если у вас возникнут вопросы, то я в центре координации — женщина показала на круглую стеклянную башню, возвышавшуюся над группой пальм.

— Непременно вас посетим — Ларсен галантно поклонился.

Рейнджеров разместили в небольших домиках, идущих вдоль большой тенистой аллеи. У каждого был свой номер с широкой кроватью, наводящей на некоторые мысли, с душевой и уборной. Они быстро приняли душ и переоделись в легкую одежду, выданную пухленькой блондинкой, делающей глазки Андрею Иевлеву. Молчаливый гигант, похоже, недвусмысленные взгляды принял с благосклонностью. Выйдя на улицу, отдыхающие разделились.

Томпсон и Конелли двинулись сразу в сторону холмов, там располагалась станция канатной дороги, им не терпелось попасть в горы. Они оба были страстными лыжниками. Замок двинулся в центр координации, он хотел найти здесь старого друга, лежащего в госпитале. А Алекс и Олд не спеша, потопали в сторону озера. Там они и провели оставшуюся половину дня, взяли напрокат лодки и катались на них до одури.

Солнце светило жарко и можно было спокойно загорать, чем пользовались многочисленные девушки, лежащие на шезлонгах, которые в изобилии стояли на набережной. Дышалось здесь достаточно легко, не смотря на палящее светило. Воистину это был райский уголок! Карт даже не заметил, как после изнуряющей гребли задремал прямо в лодке.

Солнце склонилось к южному отрогу гор. На терминаторе оно полностью не заходило, только чуть пряталось за вершины. Алекс приподнялся и огляделся, затем увидел машущего ему Ларсена. Тот сидел за барной стойкой и что-то уже употреблял. Алекс в несколько взмахов веслами подогнал лодку к причалу, привязал ее к столбику, и зашагал к ресторану.

— Давно ты здесь? — Карт оглянулся. Открытая веранда со столиками, длинная барная стойка, автоматическое обслуживание, неплохо, в общем.

— Второй коктейль — улыбнулся Олд — закажи вот этот красненький. Скоро будем ужинать.

— Кого-то ждем? — по тону друга, Алекс понял, что ужинать они будут не одни.

— Орейро обещала привезти подружку. Или ты хочешь провести вечер один?

— Гм. Быстро ты…

— Так не все тебе шустрить по женскому полу — Ларсен улыбнулся — Мы тоже парни не промах. Наши лыжники еще подвалят позже и тоже не одни. А Иевлев улетел в другой сектор, будем через пару дней. Нашел он своего земляка. А вообще классное место, я бы сюда еще заехал!

— Ага, держи карман шире — Карт попробовал поставленный на стойку механической рукой коктейль. Отдавало какими-то сладко-кислыми фруктами, напиток был очень ароматным — Тут все больше флотские ошиваются, да офицеры. Такие как мы сюда редко попадают.

— Я уже заметил. Сплошь темные лица, да и возраст у большинства старше нашего. Мы тут как белые вороны, зато будем пользоваться вниманием девчонок. А вот и они!

На веранде появилась Орейро с какой-то новой девушкой. Они весело помахали рейнджерам. Одета женщина сейчас была в обтягивающее платье, с большим вырезом, сквозь который можно наблюдать длинные стройные ноги. Подругу она представила как Ирину Вальцову, русоволосая грудастая дама под тридцать с интересом взглянула на Карта и мило ему улыбнулась.

— Мальчики, поднимайтесь — Оливия тут же взяла вопросы времяпровождения вечера в свои руки — тут неподалеку есть обалденное местечко, вам понравится.

И она потащила светловолосого гиганта куда-то в сторону гор. Карт же подхватил Ирину под руку и двинулся следом. Закат они встретили в шумном ресторане. Здесь играла настоящая живая музыка, подавали вкусную еду и напитки, а также можно было потанцевать. Ирина недвусмысленно прижималась своим разгоряченным телом к молодому солдату, поэтому, когда они добрались до номера, он был уже достаточно подогрет и с нетерпением набросился на женщину. А та вовсе и не собиралась сопротивляться. Большая кровать в номере оказалась очень кстати.

Отдых протекал прекрасно. Томпсон с Конелли сманили-таки Ларсена и Карта в горы. Здесь парочка друзей в первый раз опробовали снежные доски. Алексу спуск на такой странной штуке даже весьма понравился. Это была его стихия: скорость, драйв, адреналин. Для начинающего лыжника, у него неплохо получалось. По вечерам они катались на лодках и даже смотались как-то на большое горное озеро, где можно было взять в прокат водяные мотоциклы с гравиприводами. Дорогие машинки, но здесь и курорт высшего уровня, а уровень обслуживания просто поражал воображение. Вкусная еда, изысканные вина, масса развлечений и множество женщин разных возрастов. Через несколько дней Алекс снова вошел во вкус жизни, и теперь каждый вечер у него оказывалась новая подружка.

— Ну, как ты? — Ларсен присел рядом. Они отдыхали на веранде у озера. С утра от озера тянуло свежестью, что весьма радовало изнуренный ночными похождениями организм.

— Вполне — Алекс пил свежевыжатый сок, редкость за пределами Земли, но здесь было достаточно садов, которые плодоносили круглый год — Ирма научила меня даже чему-то новенькому.

— Да ну? — Олд осоловело посмотрел на друга. Он с Конелли ночью «зажигал» в ночном заведении и его до сих пор потряхивало.

— Представляешь, да.

— Какие планы?

— Я в горы. А ты сегодня, похоже, не в форме.

— Это точно. Пойду, займу гамак в апельсиновом саду, отлежусь. Вечером с Еленой собираемся на водные горки. Ты как?

— Это которая рыженькая?

— Нет, рыженькая была Мэгги. А это, которая с пятым номером бюста.

— Ну, ты совсем пошел вразнос, бродяга.

— Кто бы говорил — Ларсен кинул в проезжающего мимо робота-разносчика смятый одноразовый стакан и удовлетворенно хмыкнул — а рука то еще тверда, попал.

Карт закончил завтрак и двинулся в сторону станции монорельса. Дождавшись вагончика, он ловко запрыгнул в него и, усевшись на скамейку, стал вглядываться в горные вершины. Они всегда завораживали его. На Ферисе все было так близко. Территория, где могла существовать жизнь, не превышала в поперечнике и пятидесяти километров. Дальше шла или пустыня, или ледяные пространства вечной тьмы. Анклавы людей существовали чаще всего там, где находились горные ландшафты, задерживающие ледяное дыхание темной зоны и дающие достаточно воды с горных ледников.

Кабина подошла к лыжной базе, и молодой человек легко спрыгнул на деревянный мостик. Потянуло холодом, он застегнул безрукавку и двинулся к лыжному павильону. По пути ему чаще попадались мужчины, скорей всего офицеры. Некоторые с подозрением смотрели на молодого рейнджера. Карт и так всегда выглядел моложаво, а тут и вовсе смотрелся юным на фоне тридцати и сорокалетних мужчин. Женщины же наоборот ярко улыбались молодому солдату, некоторые даже делали попытки заговорить, особенно старались сотрудницы проката. Но Карт хотел сегодня только кататься. Он взял снежную доску и двинул к подъемнику.

Во время третьего спуска его нагло подрезал какой-то резвый лыжник на такой же доске, в белом комбинезоне. Недовольный случившимся обстоятельством Карт решил проучить наглеца, и, срезав путь по небольшим ухабам, пронесся рядом с «белым» любителем доски. Но что-то молодец удалой не рассчитал, и они оба покатились по снежной горе. К удивлению рейнджера рядом раздался звонкий девичий голос

— Какого черта ты сбил меня с маршрута! Ездить не умеешь?!

Алекс снял очки и с любопытством уставился на хозяйку приятного голоса. Она уже откинула капюшон комбинезона и перед бравым рейнджером предстала молодая блондинка с правильным округлым лицом и синими глазами. Ее нордическую красоту портил только не очень правильный, чуть вздернутый носик. И девушка была очень молода, скорей всего ей даже двадцати лет не было. Карт тут же выдал свою самую лучшую «фирменную» улыбку. Но чем больше он всматривался в бездонные глаза блондинки, тем больше и глупее становилась его улыбка.

— Ты что, немой? — девушка тоже улыбнулась.

— Ага — по-дурацки кивнул юноша, все так же продолжая блаженно улыбаться. Он ничего не мог с собой поделать, это его самого очень удивило.

— Понятно. Сам то цел?

— Вроде да — юноша ощупал себя и уронил доску, та поехала вниз. Он кинулся за ней следом, за что-то зацепился и упал, но доску все-таки догнал. В таком виде, весь в снегу и довольный, с глупой улыбкой на лице, он опять предстал перед девушкой, которая собиралась продолжить спуск.

— Можно я за тобой? — скромно спросил он.

— Ну, если успеешь!

Блондинка вскочила на доску и уверенно заскользила вниз, Карт тут же последовал за ней. Девушка оказалось очень опытной лыжницей и юноше пришлось попотеть, чтобы сильно от нее не отстать. На нижней площадке он лихо подкатил к ней, подпрыгнув на небольшом трамплине. Почему-то у него сразу получалось прыгать на доске и не падать. Еще Конелли отметил, что из новичка может получиться толк.

— Ты отлично катаешься — Алекс тут же отвесил комплимент девушке, которая снова сняла капюшон и расстегнула комбинезон, в отличие от большинства женщин, состоящих на службе, она носила длинные волосы, сейчас заделанные в косу и свернутые в круг.

— Спасибо — красавица улыбнулась — ну ты тоже почти не отстал.

— Я недавно езжу, не совсем моя стихия — извиняюще улыбнулся Карт.

— Сколько?

— Да почти неделю.

— Серьезно? — в глазах девушки мелькнуло удивление — А я подумала ты из местного персонала. Я сама тут в первый раз, а научилась ездить дома, на Урале.

— Ну, то, что ты русская я догадался по твоему ругательству — засмеялся Карт. Почему-то с этой девушкой ему было очень приятно разговаривать. Просто разговаривать, а не кадрить для вечера — Мне приходилось часто служить вместе с русскими парнями, они ценят старинные бранные традиции.

— О, это да! — девушка широко улыбнулась — А ты где служишь?

— Я рейнджер, сейчас в штурмовом батальоне.

— Серьезно? — глаза у девушки стали буквально круглыми — А как ты сюда попал? На выздоравливающего ты не сильно похож. Их сюда на горы не пускают.

— Я в отпуске с друзьями, догуливаем прошлые дни.

— Сюда редко кто из простых солдат попадает в отпуск — задумчиво проговорила девушка.

— А я и не простой, я герой — засмеялся Карт, а вместе с ним и девушка.

— Ты не страдаешь скромностью, солдат. Странно, почему ты еще меня не спросил, что я делаю вечером. Такому красавчику здешние девушки вряд ли отказывают.

У Карта же перехватило дыхание, ему нравилось просто смотреть на эту странную девушку, ее округлое милое личико, чудесную улыбку. Хотелось подойти поближе и вплотную окунутся в ее глубокие синие глаза. И, похоже, он свое желание незаметно для себя проговорил вслух. Девушка прыснула, забавно приподняв голову, а потом заметила с насмешкой

— Какой ты странный. Знаешь, я тут не знакомлюсь с мужчинами, хотя предложений хватает. Но ты… с тобой я готова провести вечер.

У Алекса перехватило дыхание, наконец, он совладал с собой и, протянув руку, представился — Алекс Карт, я с Континента, водитель штурмовой пехоты.

— Ольга Савина. Волжская агломерация, работаю здесь в восстановительном госпитале.

— Ты медик?

— Да. Я проходила службу на орбитальном комплексе, затем попросилась сюда. Я еще в школе начала изучать восстановительную регенерацию, а здесь можно получить огромный опыт. Затем я хочу заняться научными изысканиями, коплю практический материал.

— Какая ты молодец! — искренне восхитился Алекс — Мне редко попадались такие серьезные и одновременно красивые женщины.

Они уже шли в сторону станции монорельса. Юноша сбегал и сдал доски в прокат, по пути прихватив две чашки кофе. В пути они о чем-то болтали, много смеялись.

— Я остановился у Синего озера, у нас там с друзьями домик.

— Хорошее место — кивнула девушка — у меня жилище несколько проще. За садами у Зеленых холмов, в общежитии местного персонала. Я взяла несколько выходных дней, люблю покататься здесь на лыжах. А вообще работаю в часе полета отсюда. Там не так весело как тут.

— Тогда может, встретимся в кафе на берегу, там неплохие коктейли и можно покататься на лодке.

— В восемь вечера?

Карт примерял то одну, то другую рубашку. Ни одна ему не нравилась, и он психовал. В таком виде его и застал Ларсен. Норвежец уже пришел в себя и насмешливо следил за сборами своего друга

— Новая краля? Чего ты так суетишься?

— Она не краля!

— О как! — Олд скинул ноги с подушки — Хорошая девушка?

— Да, очень хорошая. Она такая… — Алекс застыл мечтательно у зеркала.

— Понятно. Похоже, ты, парень, пропал для общества. Такие взгляды я уже видел. Алекс, а оно тебе надо? — Карт увидел в глазах друга неожиданную печаль — Поверь, брат, все не будет так чудесно.

— Может ты и прав, брат, но мне сейчас плевать — Алекс снова занялся подбором рубашки.

— Ясненько — норвежец встал и подвинул другу желтую рубашку с короткими рукавами — надевай и не парься. Она будет смотреть на тебя, а не на рубашку.

В кафе Карт заявился заранее, заказал два коктейля и, чтобы успокоиться начал сразу один употреблять. Уже начинало смеркаться, когда он увидел у входа Ольгу и чуть не уронил стакан на стол. Девушка легко вышагивала по деревянной набережной. Одета она была в легкое платье, с широким ремнем на поясе, что еще больше подчеркивало ее стройную и гибкую фигурку. Платье достаточно показывало длинные и стройные ноги. Небольшие груди не портили общее впечатление легкости. А волосы… волосы шикарной волной лежали на спине, настоящая густая копна светлых и густых волос!

— Привет! — Ольга присела рядом и взяла в руки коктейль — Опять потерял дар речи?

— Нет — Алекс немного охрип. Ноги вдруг стали противно ватными.

— А я уж подумала, почему в рейнджеры берут таких тормозных бойцов.

— Я не тормозной — обидчиво ответил юноша — завтра поедем на большое озеро и я там тебе докажу, что такое водители штурмовых батальонов.

— Хм. А это уже интересно — девушка кокетливо улыбнулась.

Затем они пили коктейли, катались на лодке и о чем-то говорили. Алекс скромно проводил девушку к общежитию, и по пути обратно в домик, наткнулся на компанию Ларсена и Конелли, те шли с девушками из клуба, с намерением продолжить дальше вечер. Они угостили Алекса вином. Девушки предложили ему найти тут же подходящую подружку, но юноша только молчал, о чем-то улыбаясь. Ларсен что-то шепнул Конелли, и друзья оставили молодого влюбленного в покое.

Утром Алекс и Ольга позавтракали вместе и направились на станцию монорельса. До самого большого озера пришлось добираться больше часа. Дорога шла между горных вершин, небольшой состав часто останавливался, здесь было множество, как жилых поселков, так и горнолыжных центров и прочих развлекательных заведений.

— Эх, был бы небольшой флайер, мы бы моментом долетели — пожаловался Алекс.

— Ты умеешь водить флайеры? — девушка широко раскрыла глаза.

— И дисколеты приводилось — скромно ответил бравый рейнджер.

На прокатной станции он прошел мимо ряда скутеров и лодок, уверенно остановился рядом с неказистым, но крепкоскроенным гоночным болидом.

— То, что доктор прописал! — по-русски проговорил юноша, и, взяв у местного техника инструмент, начал что-то править в технике. Подошедший, было поругаться с ним, лодочный инженер незаметно для себя втянулся в полный технических терминов разговор, затем даже стал помогать опытному гонщику готовить аппарат к заезду.

Ольга же в это время возлежала на шезлонге. Одета она была сегодня в обтягивающую грудь майку и шорты. Алекс то и дело бросал плотоядные взгляды на ее длинные ноги, чем немало смешил девушку. Наконец машина была готова, Алекс сделал пробный круг и пришвартовался рядом с шезлонгом девушки. Юноша усадил ее в правое кресло и проследил, чтобы она правильно пристегнулась на все ремни и запоры, затем закрыл колпак и резко взял старт. Горное озеро было нешироким, не более двухсот метров, но длинным. Оно вытянулось на пять километров крутыми изгибами между горных вершин.

Поначалу Карт вел машину в пределах нормальной, крейсерской скорости. По пути то и дело попадались отдыхающие. Некоторые даже пробовали устраивать гонки между собой. Алекс только усмехнулся, глядя на потуги любителей. Изучив маршрут лучше, он развернулся назад и, опробовав переделанные системы управления, резко рванул вперед. Теперь он мчался стремительно, совершая то и дело крутые повороты на изгибах озера. Внимание отдыхающих оказалось приковано к этому стремительному скутеру, как ракета мчащемуся по глади озера. Даже не верилось, что такие аппараты могут развивать подобную скорость. Несколько человек на легких и более мощных гидроциклах попытались угнаться за ним, но безнадежно отстали.

Один загорелый здоровяк выпрыгнул даже наперерез Карту, что-то яростно крича и махая кулаком. Затем он на черном гидроцикле вырвался несколько вперед, стараясь прижать молодого гонщика к скале. Но Карт легко вывернулся и аналогично прошелся рядом с носом аппарата нахала. Здоровяк на гидроцикле не удержался и свалился плашмя в воду. Алекс прибавил еще газу, бортовой сигнализатор пытался запищать, когда зона безопасности рванула из оранжевой в красную сторону, но ловким движением молодой гонщик заставил ее замолчать. Ольга поначалу пытавшаяся кричать и голосить, теперь молча сидела рядом и вцепилась руками в ручки безопасности. Стремительный спуск с горы на снежной доске не шел ни в какое сравнение с захватывающим душу спуртом на воде.

Неожиданно с берега пришло распоряжение вернуться на берег, Алекс сразу же повернул к причалу, с Законом ему спорить не хотелось. У пристани уже толпился народ. Карт лихо припарковал скутер у линии для скутеров, не ударив машину об надувные боны. Тяжелая машина только аккуратно стукнула их безопасным бортом. На берегу засвистели и зааплодировали. Оказывается, у местных баров находились огромные экраны, показывающие виды с озера, видимо здесь иногда проводили соревнования. И скоростную поездку Карта смогли наблюдать многие отдыхающие.

На причале к Карту сразу подошел распорядитель и начал кричать о грубых нарушениях правил. На что молодой гонщик попросил представить эти сами правила. Распорядитель был в техническом комбинезоне, без знаков различия, но по поведению был видно, что он явно офицер, не ниже майора.

— Ты что себе позволяешь, щенок! — тучный начальник вдруг разразился ругательствами — Я тебя отправлю в штрафники.

— Сначала докажите — нагло ухмыльнулся Карт, он знал эту породу начальников, берут на голос — и можно проверить на графике, я не выходил из оранжевой зоны. Просто грамотно использовал ресурс техники.

— Ты еще меня учить будешь? — офицер побагровел лицом — Ты столкнул в воду уважаемого человека, полковника инженерных войск.

— Ездить не умеют, а суется — Карт стоял спокойно, сложив руки, чем явно выводил из себя распорядителя. К рейнджеру прижалась испуганная Ольга, с недоумением взирая на перепалку. Народ также подтянулся поближе и его симпатии были явно на стороне молодого солдата. Все-таки он показал очень высокий класс езды на скутере, такое не часто увидишь здесь.

— Что тут происходит? — толпа расступилась, и на дощатый причал вышел седоволосый подтянутый старик. Карт сразу же узнал его и вытянулся во фрунт.

— Здравия желаю генерал, сир!

— А я тебя узнаю, рядовой, все та же наглая ухмылка — генерал Франхейм улыбнулся глазами.

— Никак нет, сир.

— Что, ты уже не служишь? — Франхейм удивился.

— Я уже сержант, сир.

— Вот как? Молодец, я знал, что ты далеко пойдешь! Та поездка на Калунии будет мне еще долго помниться — генерал усмехнулся, потом повернулся к распорядителю — Какие у вас претензии к герою штурмовику?

— Я..да… вот — багроволицый мужчина не знал, что сказать. Между тем к причалу подкатила моторная лодка, и из нее вылез тот самый, упавший в воду полковник. Прямо в мокрой одежде он побежал к стоявшим на причале. И бежал он явно с нехорошими намерениями, но, увидев Франхейма, сразу стал сдуваться.

— Какие-то проблемы, полковник? — генерал исходил желчью.

— Этот не… он неправильно себя вел — незадачливый гонщик все-таки пошел в словесную атаку.

— Вас мало искупали, полковник? Я отлично видел, как вы незаконно подрезали его. Такие поступки против всех спортивных правил. Или вам тут закон не писан? Вы, наверное, слишком давно засиделись в этом месте, полковник — пожилой генерал сурово смотрел на жирдястого офицера, а у того на лице начала резко отливать кровь. Не смотря на различие в возрасте, Франхейм смотрелся в этом поединке намного моложе, чем соперник. Подтянутый, с прямой спиной и властным лицом боевой офицер против рыхлого, с двойным подбородком и выпирающим животиком тыловика. В толпе одобрительно загудели. Распорядитель незаметно пододвинулся к генералу и уже вместе с ним осуждающе смотрел на полковника. В проигравших быть никому не охота.

— Виноват, сир, больше не повторится — только смог промямлить тыловой офицер и постарался незаметно исчезнуть. В след ему раздались крики и свист. Генерал повернулся к Карту и пожал ему руку.

— Молодец, проучил наглеца. Рад был тебя увидеть живым и здоровым.

— Я также, сир. Вы здесь отдыхаете?

— Какой отдых, сынок — я веду факультативы в местном филиале академии. И кстати, ты не хотел бы стать офицером, данные то у тебя имеются?

— Никак нет, сир. Мне больше нравятся гонки.

— Хорошо, каждый выбирает свое. Гляжу, у тебя очень красивая подруга — Генерал по старинному обычаю поцеловал руку Ольге, та смущенно зарделась — Береги ее, она смелая девушка, летать с тобой дано не каждому. Удачи тебе, сержант. На таких, как ты и держится наша Федерация.

Франхейм попрощался и пошел к выходу. Карта и Ольгу оставили, наконец то, наедине. После беседы с генералом, которого, похоже, здесь хорошо знали, никто не посмел что-то сказать молодому гонщику.

— А ты оказывается у нас легендарная личность — проговорила Ольга, внимательно рассматривая Алекса.

— Ты о чем?

— Это ведь ты тот самый «водитель генералов»? Франхейм сказал именно об этом.

— Да, это я. Угораздило вот — Карт саркастически усмехнулся.

— С ума сойти, я гуляю с галактической легендой! — девушка засмеялась.

— Да ладно тебе, какая я легенда. Мне уже такая слава вот где — он сделал выразительный жест.

— Легенда, легенда! Уже на Земле в школах тебя упоминают, в обязательной программе.

— Нифига себе! — Карт потрясенно сел на тумбу.

— Ты не знаешь? — девушка явно растерялась.

— Откуда, мы из боев не вылезаем, или отдыхаем на космических базах. Планеты для нас это обычно не место для передышки, а боевая площадка.

— Бедненький — совершенно искренне погладила по голове юноше Ольга — Я все забываю кто ты.

Неожиданно рядом раздался чей-то хрипловатый голос — Эй, парень! Ты отлично проехал! И я вроде как тебя узнаю, ты же был чемпионом Диких гонок.

Алекс повернулся к подошедшему молодому технику и улыбнулся — Да, было такое дело. Пять раз гонки выигрывал в высшей лиге.

— Отлично! Может, что-нибудь замутим и здесь?

— А чего нет? Счас кину тебе мой Эй-ти Я тут еще неделю, будете готовы, дайте знать.

— Заметано! — техник отошел от них в хорошем настроении. А Алекс повернулся к девушке и наткнулся на ее очень удивленный взгляд.

— Ты что?

— А ты оказывается просто человек-загадка. Мало того, что ты герой штурмовик, ты еще и дикий гонщик. Да и не из последних. Ал, что еще ты скрываешь от меня?

— Да ничего особенного — юноша улыбнулся своей лучшей улыбкой — Я весь твой, без остатка.

— Да неужели? — девушка подошла к нему вплотную и приблизила голову. Незаметно их губы коснулись, и Алекса как током пронзило. Оторвались они друг от друга только после чьего-то молодецкого свиста.

— Пойдем — Ольга взяла рейнджера за руку и потянула за собой — я знаю одно местечко.

Сначала она подошла к буфетной стойке и о чем-то пошепталась с девушкой, там работающей. Через пять минут Ольга подала Алексу увесистый пакет, повернулась на каблуках и пошла по аллее. Так они шли по садам и постепенно вошли в достаточно густой лес и оказались на чудесной полянке. На деревьях висели гамаки, под ногами шелестела мягкая трава. Небольшое открытое пространство было сейчас пустынно и огорожено от нескромных глаз густыми кустами, на которых цвели изумительные цветы.

Над небольшой полянкой царил изумительный аромат цветущих растений. Ольга постелила покрывало, сняла обувь и начала раскладывать из пакета нехитрую снедь. Потом они пили чудесное вино, ели бутерброды и целовались. Лес вокруг постепенно погрузился в сумрак, раздавались трели и цокот каких-то насекомых, птиц здесь не заводили. Потихоньку поцелуи становились все жарче и их тела сплетались все ближе и ближе. Одежда как-то сама собой оказалась на траве. Взору юноши предстали небольшие девичьи груди с бугорками розовых сосков, он поднял голову и утонул в бездонных глазах девушки.

Утро застало их на все той же поляне. У Ольги с собой оказалось термоодеяло, и они удобно устроились на широком гамаке. Правда подъем несколько затянулся, и одеться их заставили только чьи то голоса. Они шли на станцию, держась за руки. У Алекса кружилась голова от счастья, Ольга также была тиха и задумчива, только слабая улыбка блуждала на ее лице. Но в их взгляде было что-то такое, что заставляло встречных людей поворачивать головы и с завистью смотреть им вслед. Все, также болтая и смеясь, парочка вернулась на свою остановку и рассталась на садовой аллее. Алекс к домику не шел, а летел. Казалось, сзади у него выросли неведомые крылья, такого никогда с ним не случалось. Создавалось впечатление, что он впервые сегодня был с женщиной. Хотя может так и есть? Именно с женщиной, а не с самкой. С блаженной улыбкой на устах он подошел к дому и столкнулся на веранде с Ларсеном.

— О! Наш Ромео вернулся! И как дела? Хотя вижу, вижу. Эх, парень, потерял ты голову совершенно. Она хоть того стоит?

— А? — Алекс непонимающе посмотрел на друга.

— Понятненько, иди, давай, приходи в себя.

За обедом, когда вся команда рейнджеров наконец-то собралась вместе, Карт немного рассказал о своей новой девушке.

— Так приводи к себе. У тебя же целый номер — удивился Иевлев — а то по лесу шаришься, как молодой.

— Не хочу — упрямо повторил Алекс — хочу, чтобы только мы.

— Ну, дела — Конелли хлебнул из бокала пиво — Парни, это серьезно. Хотя о чем это я, жизнь то у нас одна, и может быть короткая, так что давай, Ал, дерзай. Я тебе даже завидую.

Друзья замолчали. Кто-то вспоминал былые горячие деньки, кто-то думал о бренности жизни. У них оставалось только шесть дней отпуска.

— Да, знаете, есть одно предложение — прогнулся в удобном кресле Ларсен — тут апартаменты рядом есть генеральские, правда, денег стоят…

— Деньги то, как раз не проблема — уверенно сказал Карт — здесь действуют земные карточки. А у меня там заначка небольшая имеется.

— Сколько? — поинтересовался скромно Иевлев, влюбленный показал ему сумму на ручном информере, и у сержанта глаза полезли на лоб — Да ты у нас просто богатенький Буратино.

— Кто такой Буратино? — подозрительно спросил Алекс.

— Не гоняй, был такой персонаж в древней сказке. Олд, действуй! Все должно быть на высшем уровне. Будет, что парням рассказать.

— Сейчас, сбегаю к Оливии. Придется, правда, вечером отработать, но она мне и так нравится, хоть есть о чем поговорить.

Через полчаса Ларсен вручил своему лучшему другу ключи, заодно передав небольшой пакет.

— Держи. Настоящее Шампанское с Земли. Оливия презентовала, она была просто очарована моим рассказом о пылком влюбленном. И, кстати, мне тут сообщили, что какой-то крутой рейнджер чуть не потопил тыловую крысу в виде целого полковника, и забил стрелки на местный аналог диких гонок. Не знаешь такого?

Алекс смущенно хмыкнул, штурмовики весело заржали. Иевлев же громко заорал

— Рейнджеры вперед! Мы надерем задницу Галактике!

Компания дружно проорала гимн мобильной пехоты, оставив в недоумении, соседние кабинки ресторана.

Алекс встретил девушку вечером на станции. Ольге пришлось съездить к себе в госпиталь, выбить еще выходных. Она была одета в чудесное голубое платье, с юбкой-колокольчиком и засмеялась, когда юноша очарованно засмотрелся на нее, даже не подав руки и не взяв ее поклажу.

— Бери сумку, а то она руки мне оторвет.

— Ого! У тебя там кирпичи?

— Только самое необходимое. Так, и куда мы сейчас?

— Я заказал нам уютное гнездышко.

Они прошлись наверх по дорожке, и подошли к ультрасовременному зданию с множеством изгибов в виде архитектурно выгнутых корпусов, плавных линий веранд и круглыми башнями высотных этажей.

— Мы сюда? — ошеломленно спросила Ольга.

— Да. Давай скорей.

Они зашли в холл, где их встретила строгая женщина в черной юбке и белой рубашке. Она подозрительно взглянула на Карта, но, увидев его имя в списке, снисходительно кивнула, потом назвала сумму оплаты, услышав которую уже Ольга выпучила глаза. Юноша спокойно протянул информер, женщина считала с него данные и удовлетворенно кивнула — Сир, ваш номер пятьдесят один, приятного отдыха.

В лифте девушка возмущенно смотрела на возлюбленного — Ал, ты не устаешь меня удивлять. Но как?

— Ничего сверхъестественного, дорогая. Друзья помогли, ну, еще и некоторые старые связи.

Они быстро прошли по коридору и оказались в просторном номере. Девушка сразу прижалась к Алексу и жарко поцеловала его — Ты скучал?

— Дико! Такое впечатление, что год прошел.

— Только полдня, но это было очень длинные полдня. Представляешь, мне не хотели давать выходные, и я разревелась как дура. И знаешь, помогло. Вышел сам начальник, услышал мой рассказ и махнул рукой.

— Я так счастлив, что встретил тебя.

— Я тоже.

Они смотрели друг на друга и им не нужны были слова. В их сердцах играла музыка, знакомая во все времена всем влюбленных людям.

Только следующим утром влюбленная парочка смогла толком осмотреть апартаменты. А они были поистине роскошными! Большая отдельная спальня с бесконечно широкой кроватью. Гостиная с широкой панелью визора, музыкальной системой, удобная лоджия и огромная ванна с гидромассажем. Ванну они сразу же и опробовали, чуть задержавшись там, и налив полные полы воды. Пришлось даже вызвать автоматического уборщика. Здесь же имелась очень удобная функция заказа в номер еды и напитков. И вскоре сидящей за журнальным столиком девушке был подан утренний кофе и горячие булочки.

— Я так проголодалась — Ольга тут же накинулась на булочки.

— Не удивительно — ухмыльнулся кавалер.

— Какие планы на сегодня?

— Может, просто погуляем у озера? Что-то я устал.

— Да неужели? — девушка сделал круглые глаза — Наш доблестный рейнджер поставил сегодня рекорд. Я уж подумала, что ты киборг, откуда столько и энергии берется.

— Ну, ты тоже от меня что-то не сильно отставала — ухмыльнулся Алекс.

— Со мной никогда такого не было — девушка смотрела ему прямо в глаза — Как хорошо, что ты есть.

В холле они столкнулись с важным дядечкой, удивленно уставившимся на молодых людей. Они со смешком проскользнули мимо и оказались на улице. Здесь все также светило горячее солнце, воздух был свеж и полон аромата цветов. Это была самая настоящая планета Весна, планета вечной любви! Влюбленные долго гуляли у озера, катались на лодке, потом просто сидели рядом, и им было хорошо.

— Эй, Ромео! — вдруг раздалось рядом. Карт оглянулся, в ближайшем кафе им махали руками.

— Это твои друзья? — спросила девушка — Познакомь меня с ними. Ведь они тоже все герои.

Рейнджеры тепло приняли девушку. Тут же заказали самое лучшее вино, и только что выловленную рыбу. Вино было чудесным, жареная форель бесподобна. За столом шел неспешный разговор. Ларсен с удовольствием наблюдал, как девушка мило расположила голову на плече его друга. Остальные рейнджеры также были очарованы ею. Потихоньку за стол присаживались подружки парней, они уже не менялись каждый вечер. Потом всей компанией они пошли в другое заведение, где танцевали и веселились до утра. Ведь где молодость, там всегда радость и веселье! Так было, так есть и так будет. Пока существует человечество и его дети.

— Ты всем понравилась. Ларсен мне сказал, что ты очень необыкновенная девушка, и мы просто созданы друг для друга.

— Мне моя мама тоже говорила, что я когда-нибудь найду себе суженого. Использовала именно это старинное русское слово.

— Ты знала свою маму? — Алекс удивленно приподнялся на постели.

— Да, правда, не так много как хотелось. Я родилась в рамках какого-то эксперимента и до семи лет жила в обществе мамы. Да и позже мы часто встречались. Она у меня ученая-биолог. Это ее пример подвигнул меня двигаться также в науку. Человеческий организм ведь до сих пор для нас загадка.

— Какая ты у меня умненькая — юноша чмокнул девушку в щеку. Та легонько потянулась, тонкая простыня соскользнула с тела, открыв тонкую талию и стройные ноги девушки. Алекс невольно скосился на часть тела, что шла пониже спины, но решил немного повременить с продолжением любовных утех. Даже его немалым сексуальным потенциям пришел предел.

— Сейчас — Ольга потянулась к своей сумке — у меня есть фотографии мамы.

Она достала допотопный металлический планшет и включила его.

— Нашла эту штуку у нас в лаборатории. Ей уже, наверное, более ста лет. Наш инженер сказал, что даже не знает, на какой планете его сделали, но вещь вечная, вот и подарил ее мне. Я тут храню свою личную информацию.

Она нажала на чуть выступающие кнопки и пробежалась пальцами по гладкой поверхности прибора, затем подала Алексу.

— Вот она.

На планшете появилась фотография моложавой женщины, тоже блондинки, только ее лицо было более удлиненное, чем у дочери.

— Красивая — Алекс с удовольствием ощущал тяжесть планшета в руке, чувствовалась особенность его изготовления. На глаза попался смутно знакомый иероглиф, стоявший в углу прибора.

— Вот она еще молодая, их лаборатория только начала работать.

Алекс стал прокручивать фотографии дальше. Здесь мама Ольги и в самом деле была молодой, пышащей здоровьем, с крепким спортивным телом, в окружении коллег обоего пола. Внезапно на одной из фотографий юноша буквально застыл: на ней была изображена Ольгина мама рядом с такой же молодой женщиной, тоже блондинкой с тонкими ногами и осиной талией.

— Ты что, Ал? Знаешь эту женщину?

— Нет, милая, показалось. Хорошо, что ты помнишь свою маму до сих пор. Иди ка сюда.

— Зачем? — девушка кокетливо повела плечиком, а затем томно протянула — Ты еще можешь?

— Сейчас посмотрим.

Уже светало, хотя полной ночи на терминаторе никогда и не было, так, серые сумерки. Алекс лежал на спине, рядом, согнувшись совершенно по-детски калачиком, спала Ольга. Он повернулся, прислушался к ее дыханию, а к нему сон таки и не шел. Непонятные события происходят в последнее время вокруг него. У юноши иногда возникали очень странные ощущения: как будто он идет вслепую по узким доскам, натянутым над пропастью. Ему пока везет, благодаря своей безумной энергии и везению он еще не свалился в бездну. Но надолго ли его хватит? Как увидеть истинное лицо этого мира? И сколько еще тайн хранит его прошлое и будущее?

Он узнал ту женщину. Не мог не узнать. Это была его мать! Ее образ четко впечатался в его память. Да и разве он мог ее забыть! Самое дорогое существо в этом мире. И оказывается она работала с мамой Ольги, девушки, которую он безумно любит. Может и он сам порождение какого-то генетического эксперимента? Оттуда его неожиданные таланты и умения? Все может быть. И еще… Он узнал иероглиф на планшете. Такой ему показывал капрал Жексон, еще в Патагонии. Он нарисовал тогда несколько таких, и принадлежали они синтанцам, древней и могучей расе. Откуда этот планшет на Земле и почему оказался у Ольги? Слишком много вопросов.

Алекс не заметил, как заснул, как проснулась девушка и, посмотрев на своего суженого-ряженого, не стала его будить, а пошла пить кофе в гостиную, распахнув окно на балкон. Она вышла на него в легком прозрачном халатике, чем произвела неизгладимое впечатления на какого-то мужчину, шедшего по дорожке внизу. Проходивший мимо офицер так засмотрелся на почти обнаженную девушку, что оступился и упал под работающий поливочный агрегат. Ольга фыркнула и вернулась с гостиную. Здесь она начала приводить себя в порядок, доставая содержимое из своей сумочки, и из нее выпал планшет. Она немного подумала и прокрутила фотографии, сделанные в лаборатории матери, затем остановила свой взор на снимке, на который обратил внимание Алекс. И чем больше она вглядывалась в него, тем шире становились ее зрачки. Этого не могло быть, но многие черты этой молодой женщины кого-то ей явно напоминали!

Этот чудесный день они провели в садах. Так приятно было бродить между цветущих или плодоносящих фруктовых деревьев. Алекс срывал для своей возлюбленной яблоки и груши, в некоторых садах это разрешалось. Можно было набрать фруктов и ягод и в небольших павильончиках получить из них свежевыжатый сок, или взбить коктейль. Было очень вкусно и весело. Оля пролила на себя немного грушевого коктейля и юноша решил, чтобы напиток не попал, слизать его прямо с кожи девушки. Их остановило только покряхтывание стоявших неподалеку групп отдыхающих. Молодые люди прыснули от смеха и побежали дальше, в уединенные уголки садов. Где им никто не будет мешать целоваться и ласкать друг друга.

Перед ужином они вернулись в дом отдыха, где в холле на первом этаже им попался на встречу один важный чиновник в форме Федерации. Карт увидел возмущенный взгляд этого человека и решил немного задержаться. У поворота к лестнице он смог наблюдать, как чиновник подошел к распорядительнице и что-то возмущенно ей высказывал. Девушка спокойно выслушала его и коротко что-то ответила. Похоже, это не удовлетворило странного мужчину, и он пошел к выходу, что-то громко бурча вслух.

— Ой, допрыгаемся мы! — засопела над ухом Ольга.

— Не гони, мы тут законно. Если не нравится, пусть сам валит отсюда. Пойдем, хочу в ванну. Ведь мы вдвоем ее будем принимать?

— Ой, не знаю — ну почему все девушки такие кокетки!

На следующее утро, когда молодые влюбленные встали пораньше, они хотели попасть на лыжную базу, внизу в холле им вслед донеся властный голос

— Сержант Карт?

— Да? — юноша повернулся и столкнулся с высоким представительным мужчиной, явно офицером.

— Я полковник Дэвис.

— Сир?

— Вы, сержант, меня, наверное, не помните. Я помощник генерала Франхейма, вы вывозили меня с той проклятой планеты. Это был поистине незабываемый полет! Хотел выразить вам свою благодарность.

— Да не за что, сир — у Алекса отлегло от сердца, ввязываться в неприятности ему сейчас не хотелось.

— И еще, что я хотел сказать: больше ни одна тыловая крыса вас здесь не побеспокоит. Можете спокойно проживать в этих апартаментах — полковник улыбнулся.

— Спасибо — это уже вмешалась Ольга. Полковник подарил улыбку и ей, и когда Алекс уже повернулся к выходу, обратился снова к юноше.

— Сержант, послезавтра гонки. Я поставил на вас, генерал тоже. Тут вообще многие ставят на вас. Не подведите! — Дэвис шутливо козырнул и пошел к выходу.

— Послезавтра? — Карт был немного ошарашен.

— Конечно, ты что не помнишь? Иевлев же вчера тебе сказал.

— Да я тобой был больше занят — юноша улыбнулся.

— Ой, хитрюга — девушка также улыбнулась — пошли скорей, нам ехать далеко.

Похоже, интерес к этим гонкам был очень большим, все кабины монорельса оказались забиты под завязку. Алекс и Ольга еле нашли свободное место в задней части кабины. У большого горного озера толпился народ, все места на трибунах были уже заняты. Не часто здесь проводились подобные гонки, командование вообще не одобряло азартные игры, но в это раз в дело вмешались крупные фигуры.

Алекс сразу двинул к причалу. В этот раз все было по-серьезному. Всем гонщикам организаторы предоставляли одинаковые стандартные легкие скутера. Их даже разыгрывали непосредственно перед самим стартом, кому уж какой выпадет. Поэтому что-то настроить заранее было невозможно. Около машин с утра дежурили порученцы от самовыбранной судейской коллегии. По пути сюда Карту шепнули, что среди судей замечен генерал Франхейм. Все трибуны, да и просто окружающие причалы холмы оказались забиты под завязку. В многочисленных кафе люди занимали места у экранов.

У высокой скалы установили огромный экран, неподалеку Карт заметил несколько летающих дронов. Они и будут снимать соревнования. Он подошел к техникам и получил инструкции, затем ушел под небольшой навес, где уже командовал Ларсен. Норвежец заранее приехал на водный стадион и все уже приготовил. Алекс стал, не торопясь, натягивать гоночный костюм, и подгонять под себя шлем с камерами наблюдения и контролирующей аппаратурой. Его охватил знакомый предгоночный мандраж. Как же давно это было! Южное солнце, шумящая толпа, поклонницы у раздевалки, игроки, которые надеются на тебя и твой выигрыш. Беззаботный уютный мирок! Теперь же все по иному: еще несколько дней и ему опять нестись навстречу смерти, и только твоя отвага и твои товарищи будут стоять между ней и тобой. Карт вообще не стал бы участвовать в этих гонках, но пообещал Ольге. Ради нее он готов порвать всех!

— Ты как? — Олд внимательно посмотрел на друга.

— Хорошо — Алекс вдруг понял, что совершенно спокоен и настроен на победу.

— Вот сейчас вижу, что ты в норме. А Ольга где?

— На трибунах с нашими. Сильно переживает, а мне этого не надо.

— Ну, тогда, давай, вперед, брат. Подан сигнал. И без победы можешь не возвращаться! Выбросим из батальона!

Они хлопнули друг друга по рукам, и вышли на солнце. Гонщики уже собирались на причале. На трибунах же стоял непрерывный рев. На этой курортной планете редко случались интересные события. Слухи о том, что в заезде примет участие легендарный «Водила генералов» и он же победитель Диких гонок только подогрели зрителей. По дорожкам и между трибун даже прохаживали патрули военной полиции, которых обычно вообще не было здесь видно.

Алекс подошел к судьям и протянул свой информер. Человек в белом кивнул, зарегистрировал юношу и показал в сторону скутеров. Алекс мельком взглянул на участников гонок, ни одного знакомого лица. Значит, любители. Он показательно не проявил к ним больше никакого внимания, заставив соперников немного нервничать. Наконец провели жеребьевку, Алексу достался номер пять, последний. Он прошел к машине, проверил ее, погонял движок на различных оборотах. Тот самый техник кивнул ему головой и представил отчет о тестировании. Все было в норме, и Ларсен дал сигнал судьям, что гонщик готов. Вот они выехали к стартовой линии, включили все системы и по сигналу рванули вперед. Позади гонщиков остался рев трибун и тысяч людей на холмах. Начались гонки!

Карт решил использовать старую проверенную схему, которую профессиональные гонщики использовали на незнакомых заездах. То есть не выпендриваться, идти в основном стаде и смотреть по сторонам. Так он и прошел путь до отдаленной части озера. Трасса шла, извиваясь между красными буйками. На повороте в обратную сторону гонщики потеряли одного из участников, третий номер слишком резко развернул машину и улетел в сторону скалистого выступа. Машина получила повреждения и заглохла. На обратном пути выявился явный фаворит, суровый на вид мужичок на втором скутере. Он явно хотел вырвать победу и сразу же ушел в отрыв.

Карт же не спешил и решил поиграть, входя в повороты на более высокой скорости, чем положено для безопасности. Оставшиеся два соперника также поднажали и решили не отставать от опытного гонщика, но как раз опыта то им и не хватило. Первым выбыл из игры игрок под номером один. Его скутер слишком близко подошел к волне, оставшейся от машины Карта, и как раз на резком повороте, незадачливый гонщик просто перевернулся. Затем он так и не смог отыграть проигрыш во времени.

Четвертый же гонщик, здоровый парень лет тридцати никак не хотел отставать, будто прилип к Карту. Но тут озеро само делало резкий поворот. Алекс решил срезать маршрут, в этом месте это разрешалось, и пошел ближе к берегу. Четвертый поначалу растерялся и чуть отстал, но на следующем повороте резко добавил газу и попытался проскочить между двух камней, торчащих из воды. Скутер Алекса только что проскользнул здесь и вырвался вперед, обогнав и гонщика под номером два. А четверка не учла, что в этом месте нужно виртуозно работать гравиприводом, на этих скутерах такие стояли, но маломощные, не для прыжков. Карт же добавил усилия гравипривода к прыжку за счет основного движка и попросту перелетел через торчащие грани камней. А четвертый там и остался, основательно разбив спортивную машину. Карт представил, как хохотали сейчас на трибунах зрители.

Слева послышался зычный рев мотора номера два, он пытался за счет увеличения мощности вырваться все-таки вперед. Понемногу он обогнал Карта, здесь оставался до финиша только прямой маршрут, причал уже появился в пределах видимости. Но опытный гонщик не стал дергаться, он держал машину на пределах возможностей, стараясь не перегревать основной двигатель. И теперь скутер номер пять следовал немного позади второго. Такая тактика понемногу начала приносить свои плоды. Суровый гонщик номер два задергался и добавил форсажа, но буквально через минуту его двигатель начал захлебываться, появился синий дымок и скутер стал тормозить. Алекс же спокойно пронесся мимо торопыги, помахал ему рукой и победно рванул к причалу. Пришвартовался он как всегда лихо, но аккуратно. Трибуны буквально неиствовали, вокруг слышался только рев тысяч взбудораженных гонками зрителей.

Карта тут же у края причала подняли на руки и понесли на временный постамент, где вручались призы победителям. Еще минут десять пришлось подождать, пока до причала доберется участник под номером один. Так вдвоем они и поднялись на пьедестал почета, еще один пример древних традиций. Люди кругом оглушительно кричали и радовались, видимо зрелище гонок им очень понравилось, как и способ, которым Карт добился победа. Спокойно и уверенно, без лишних понтов, но в очередной раз он показал свой высокий класс. Рядом же стояли его друзья и любимая девушка. Он снова победитель! На душе у молодого человека было хорошо и спокойно, давно так хорошо не было.

Карт сидел в кресле челнока с мрачным видом. Только что они вышли на орбиту и следовали теперь на пересадочную платформу. Всего час назад он расстался с Ольгой. Как быстро пролетели дни отдыха! И как горек оказался час разлуки. Влюбленная пара в последний раз провела ночь вместе, а утром они уже стояли на посадочной станции. На девушку было страшно смотреть, из нее горючим потоком лился водопад слез. Карт стоял уже в полевой форме рейнджера. Какая до боли в сердце привычная для Земли картина — женщина провожает на войну своего любимого мужчину. Сколько раз в прошлой, да и в этой истории происходило похожее. Миллионы и миллионы пар тревожно прощались, предчувствуя, что расстаются навечно. Алекс впился глазами в ставшее таким родным девичье лицо и не мог проглотить комок в горле. Друзья расположились чуть подальше, с тревогой наблюдая за парочкой.

— Я тебя никогда не увижу — с горечью провыла Ольга — Милый, ну почему в этом мире все так жестоко!

Она упала ему на грудь и снова зарыдала. Теперь и юноша не выдержал, из его глаз градом полились скупые слезы, а ведь он не плакал с детства. И что он мог ей ответить: что его ждут еще пять лет сражений и битв, и что вырваться из этого смертельного круга просто невозможно, а шанс вернуться живым и здоровым ничтожен. Да и каким он вернется на Землю? Это будет другой Карт, суровый и повзрослевший, да и она станет к тому времени совершенно взрослой женщиной. Как тогда сложится их жизнь? Ведь они пропустят самые милые и беззаботные молодые года своего бытия.

Поэтому они прощались навечно, и они это знали. Проходившие мимо пассажиры понимающе бросали взгляды на влюбленную парочку, мужчины сочувственно кивали головой, а женщины откровенно завидовали. Каждой из них мечталось вот о такой высокой любви, хотя сами себе они никогда в этом не признаются.

— Ты как? — Ларсен присел рядом.

— Ты и сам знаешь — махнул рукой Алекс — я оставил там часть своего сердца.

— Я тебя предупреждал. Ничто не дается нам даром, таков уж закон жизни.

Карт с удивлением взглянул на друга, философствование никогда за ним прежде не замечалось.

— Я помню. Но скажи мне, Олд, откровенно. Ты бы отказался от этого, знай даже заранее, что тебя ждет?

— Нет — норвежец смотрел прямо перед собой, что-то вспоминая — никогда бы не отказался. Кто откажется от крыльев, несущих тебя вверх, туда, где поют и гуляют ангелы. Где ты становишься самим собой, где твоя душа поет гимны и ликует. И как потом горестно падать обратно в ад.

— Ты прав, брат — Карт закрыл глаза — мне вот только интересно узнать, кто нам этот ад устроил.

Его слова прозвучали достаточно угрожающе, Ларсен узнал этот тон и очень удивился. Он с мрачным предчувствием взглянул на своего друга и вдобавок к этому очень необычного человека.

Неповиновение

— Сержант, что с вами случилось? — командир батальона «Носороги» выглядел недовольным — Что за идиотские нарушения дисциплины и субординации? Вы первый день в армии?

Карт стоял перед майором навытяжку. Его опять прорабатывали, а он выглядел совершенно спокойным и никак не выражал свои эмоции.

— Черт побери, Карт! Я хотел поставить тебя замком во второй взвод, а ты меня подвел.

В батальоне остро не хватало кадров. Боевые выходы осуществлялись регулярно, подкреплений практически не было. Сам же батальон усох до пяти взводов.

— Что с вами случилось, сержант? — Саади Али махнул рукой — Садитесь, в ногах правды нет, есть у русских такая поговорка. Ты как вернулся из отпуска, сам не свой стал. И что вы, сержант, выкинули в прошлый выход? Послать командира бригады в сторону мужского полового органа, знаете ли, это против наших правил. И что с того, что он дурак? Здесь у нас армия, а не детский лагерь. И совершенно не обязательно было колошматить выделенный им транспорт.

Карт молчал, а темнокожий офицер с интересом присматривался к нему — Ал. Это не дело, так вести себя. Да дело даже не к конкретно тебе. Если бы ты был один, да распоряжайся своей судьбой, как хочешь. С таким отношением к жизни тебя все равно скоро убьют. Но ты подводишь остальных. Пойми — Али нагнулся через стол — Ты необычный солдат, тебе очень многое дано. И ты, только ты можешь помочь многим нашим парням вернуться домой целыми и невредимыми. Я за службу всякого насмотрелся, поверь мне. Помоги им, ты ведь можешь?

Алекс поднял голову, майор был совершенно искренен. Да и за прошедшие месяцы он научился уважать этого немногословного офицера. В отличие от многих Али и в самом деле берег своих бойцов. Он мог ради них поругаться даже с вышестоящим начальством. Поэтому, наверное, до сих пор и был майором. «Носорогам» же зачастую поручали самые непростые задания.

— Я подумаю, сир.

— Думай, сержант. Доложи мне через три дня, возьмешь ли второй взвод? Там командиром желторотый лейтенант Мак Ивор. Парень неплохой, но еще зеленый. Ты знаешь, у нас нехватка офицеров. Как с Калунии началось, так и не вылезаем из боев. На моем веку такая чехарда только во второй раз происходит.

— Я доложу, сир. Разрешите идти?

Али махнул рукой, у него было полно забот и без этого сержанта.

На площадке Карта ждала группа людей. Это были водители первых годов службы, сержанту Карту как главному водителю батальона приходилось заниматься их учебой. И делал он это с удовольствием.

— Все тут?

— Почти, сир — выступил вперед капрал Липс — Хатгинса вызвали в рейд.

— Ну, ладно. Давайте на тренажер.

В большом зале, где стояло множество симуляторов Карт внимательно наблюдал за действиями своих подопечных. За прошедший месяц интенсивной учебы по его личной методике в группе наблюдался ощутимый прогресс. Да и водители занимались с большим удовольствием, все знали уровень мастерства их наставника.

— Очень неплохо, а ты прирожденный инструктор — рядом находился капитан Ким, он руководил секцией симуляторов на станции.

— Еще бы на реальной технике прокатиться. Все-таки симуляторы это не то — недовольно пробурчал сержант. Ким скосил глаза, и не спеша, проговорил

— Это можно исправить. Тут вечером транспорт на Шалшу идет. Через два дня обратно. А там у меня знакомый на полигоне переподготовки имеется.

— Шалша — это такая пустынная планета?

— Да. Там относительно спокойно. Местные немного партизанят, но в меру. Стоят небольшие гарнизоны.

— Ну, тогда я к начальнику штаба?

Капитан молча улыбнулся.

Песок был везде, скрипел на зубах, забивался в складки одежды, старался пробиться в закрытый боевой шлем. Такая вот была эта планета! Карт со вниманием наблюдал тренировочные заезды. Они второй день в хвост и гриву использовали машины гренадерского полигона. Хотя планета стояла вдали от основных боевых операций, этот полигон оказался весьма неплохо оборудован, да и техника тут была самая современная. Местность здесь оказалась в меру пересеченная, имелась даже небольшая речка, несущая свои желтые воды среди песчаных холмов. Да и сам Алекс воспользовался оказией и перепробовал некоторые новинки. Особенно его заинтересовала Комета — 5бис, местные инструктора поначалу не давали ее на обкатку, но, увидев его виртуозное владение техникой, согласились. А затем и сами высыпали из бункера: они совершенно не представляли, что может вытворять эта новая машина.

— Отличный аппарат! — сказал Карт, выходя из Кометы, следом за ним выполз бледный штурман. Хотя к его чести можно добавить, что он ни разу не проблевался.

После этого заезда Карту разрешили все. Часто на наблюдательной вышке собирались местные инструктора, опытные сержанты, в большинстве своем сверхсрочники. Они внимательно отсматривали маневры рейнджеров, многое было им в новинку. Совершенно не рефлексируя, они живо интересовались тем или иным маневром, им было совершенно не зазорно поучиться мастерству у этого молодого сержанта. Они видели, что он их выше на голову по умению водить технику. Самые опытные из инструкторов уже пытались повторить его «фирменные» финты, но ни у кого пока не получилось. А Карт же щедро делился знаниями. Он вдруг воочию ощутил всю мощь солдатского братства землян. Это было новое, незнакомое ему чувство.

Да, есть высокие штабы, генералы, стратеги, снобы из разведки. Но войну делает обычный солдат и его ближайший друг сержант. Именно они выигрывают сражения, ставят точку в боевых действиях, несут все тяготы войны и кладут свои жизни на ее алтарь.

— Вечером идешь к гренадерам? — рядом нарисовался Ларсен. Его и Конелли удалось взять с собой «прицепом». Надо ведь кому-то стоять на стреме, пока водители занимаются. А тут всякое случалось — местные партизаны иногда отчебучивали что-нибудь эдакое. По словам Олда службу здесь тащили грамотно, в такие дыры чаще всего отсылали ветеранов, отсидеться перед увольнением.

— Буду — кивнул головой Алекс — только с парнями на дисколете слетаю, увидев вытянувшееся лицо друге, он рассмеялся — да не на орбиту, тут рядом, жрачку пехоте на точку подкинем.

— Я бы не удивился, если бы и на орбиту. Ну, ты это, сильно не задерживайся. Будем настоящее мясо жарить и выпивка местная.

— Договорились. Десятый, какого черта с маршрута сходим! Что? Гравипривод пережег? Оболтус, ты какого лешего на реку вышел? — Карт уже переключился на своих подопечных.

Полет получился захватывающим. Командир из инженерного корпуса посадил Карт на место второго пилота. Он доходчиво объяснял особенности пилотирования этой тяжелой, но юркой машины. На спуске они попали в песчаную бурю и сержант-штурмовик опробовал управление дисколетом в таких тяжелых атмосферных условиях. Машину немного потряхивало, основной пилот страховал новичка, но, похоже, был доволен его действиями. Ни резких рывков, ни провалов, десантная машина шла ровно. Карт точно вывел дисколет к точке, ну а посадку уже проводил тыловик.

Пока разгружался транспорт, Алекс зашел в бункер местной роты охраны, в этом месте располагалась батарея противоорбитального ПВО. Его усадили за стол и подали местный чай, чем-то похожий на земной зеленый. Они поболтали о том, о сем, поделились новостями. Служба здесь была в целом необременительна. Если бы еще и не набеги кочевников, регулярно собирающие жертвенную дань, то вообще лафа. Вдруг Карта заинтересовала маленькая темная статуэтка, стоящая на полке. Он подошел поближе и замер от удивления. Один в один, она была похожа на ту, которую они увидели в лавке на Их`вариш. Он в изумлении взял ее в руки и осмотрел, вещь была старинной, такую не подделать.

— Откуда она у вас, парни?

— Что, интересно? — к нему подошел темнолицый шеф — Осталась тут от одного лейтенанта, мир его праху. Не повезло бедняге, больно горяч был, погиб в схватке с кочевниками. Он и фигурку эту у них добыл.

— У местных? — снова изумился рейнджер.

— А у кого еще? Тут никого больше нет, только эти краснолицые уроды. Не сидится им спокойно, мы же их не трогаем, и на переговоры гады не идут.

— Понятно.

— Понравилась? Бери на мен.

— Да у меня и нет ничего с собой — Карт замялся — хотя могу передать ваши сообщения куда угодно. Завтра улетаю на нашу базу, а там у меня есть связи с флотскими.

— Точно? — улыбнулся шеф-сержант — Тогда договорились.

Вечером все желающие собрались на полузакрытой бетонированной площадке. Здесь было относительно безопасно. На гриле жарилось мясо какой-то местной живности, очень неплохое на вкус. На подносах лежали местные овощи, вязкие и ароматные. Ларсен поприветствовал друга и налил небольшой бокал чего-то зеленого.

— Попробуй, это местные гонят из каких-то колючек. Похоже на земную текилу.

— Вполне — Алекс опрокинул стопку, напиток был крепким и своеобразным на вкус. Он навалил на тарелку мяса, овощей и присел на пластиковый стул. День получился хлопотным. Солнце уже клонилось к закату, освещая и так желто-красноватого оттенка песчаные холмы ярким багряным светом.

— Олд, открой этот сверток.

Норвежец подошел к столу и распаковал статуэтку, потом с минуту переводил взгляд с нее на друга и обратно.

— Это посылку тебе послали?

— Ага, жди. Это я тут надыбал. Лейтенант ПВОшников у местных головорезов отобрал.

— Ни хрена себе! Это как она сюда попала? Привез кто?

— Не знаю, Олд. Вот только одно точно, что старинная она. Мне тут инженеры анализ сделали: ей не меньше тысячи лет, а на этой планете она лет двести точно.

— Офигеть! — Ларсен присел рядом — загадка за загадкой. Мне и так та ярмарка икается.

— Это как это? — подозрительно посмотрел на друга Алекс.

— А тебя разве разведка к себе не вызывала?

— Нет.

— Да, много тут непоняток вырисовывается. Ну ладно, давай к парням, надо отпраздновать отъезд, как это у русских говорится «проставиться».

На базе батальона Карт в первую очередь заглянул в кабинет командира и заявил о готовности стать заместителем командира второго взвода.

— Молодец — коротко похвалил его майор Али — по глазам вижу, что одумался. У тебя, парень, еще вся жизнь впереди, много будет в ней испытаний и свершения. Поверь мне, даже в сорок лет жизнь только начинается. А сейчас дуй к начштаба, послезавтра вы выходите. Привыкай к командирской должности.

— Сир, я могу взять с собой Ларсена? Хороший стрелок мне в помощь не помешает.

— Бери, конечно — майор улыбнулся — куда ты без него.

Командование штурмовиков не видело ничего предосудительного в перемещениях между подразделения спаянных небольших команд. Хорошо знакомые друг с другом бойцы дерутся лучше и несут меньшие потери.

У майора Ротенберга уже находился командир второго взвода лейтенант Мак Ивор, долговязый рыжий парень. Выглядел он моложе своих лет и совершенно не был похож на офицера, то ли из-за своего моложавого вида, то ли от веснушчатой физиономии. Назначение Карта он принял с удовлетворением, и теперь с любопытством рассматривал своего нового замка.

— Вы ведь, сержант, тот самый…

— Ой, только не это! — взмолился Алекс — Лейтенант, моя популярность мне иногда поперек горла.

Ротенберг засмеялся — Лейтенант, у Карта есть и новое прозвище — «Последний шанс»

— Да? — теперь удивились уже двое.

— Совершенно так — начальник штаба «Носорогов» был человеком веселым, совершенно не похожим на штабного сухаря — если все пропало, то появляется этот дикий водила и помогает уносить ноги.

Присутствующие засмеялись. Карт, улыбаясь, добавил — Бывает и такое в нашей службе.

— Ну, а теперь к делу, солдаты — майор показал на экран — Я уже начал Мак Ивору рассказывать о вашем задании. Все очень просто и несколько непросто. Задача вашей взводной группы, а идут в рейд только три отделения, попасть на приемный пункт планеты ХТ -123 и помочь в проводке конвоя снабжения.

— Извините, сир — вступил в разговор лейтенант — я так и не понял, если планета ничейная, и там не идут боевые действия, то мы-то там зачем?

— Хороший вопрос. И в самом деле, боевых действий там не наблюдается, но местная живность напоминает Землю эпохи динозавров. Тамошние зверьки очень большие размером и очень агрессивные. Даже по меркам Земли. Поэтому все грузы сопровождает военная охрана на тяжелых машинах. Местные аналоги динозавров представляют реальную угрозу для транспортных машин. И груз, который вам поручено доставить, имеет очень большую ценность. Подробностей я не знаю. Моя задача послать хорошую боевую группу. Вы, Карт, лучший наш пилот. Надеюсь с «бегемотами» знакомы?

— А как же? Только это тяжелые машины предназначены для планет с неблагоприятными жизненными условиями.

— Самое то для ХТ -123 — продолжил начальник штаба — три Б-7 сейчас грузятся в десантный транспортник, они уже внутри «Прыгуна». Транспорт доставит вас на орбиту и выкинет вниз.

— Что-то больно сложно — удивился Карт — а прямо на точку почему нас не доставить? Да и по воздуху проще, раз там зверюшки такие.

— Не проще, сержант. Я твоему командиру уже объяснил. Там два солнца и мощные потоки всевозможных частиц и полей. Техника просто сходит с ума, невозможно ни лечь в дрейф на орбите, ни перемещаться в воздушном пространстве. Возможен лишь нырок вниз, прямо по лучу, а дальше наземным транспортом. Только нам удалось закрепиться на этой планете, другие расы оттуда ушли. Союз также пробовал, но быстро смылись, не выдержали трудностей. Маршрут и прочие подробности уже у вас на планшетах. Удачи, парни!

Карт был со многими знаком, поэтому подозвал командиров отделений и устроил совещание. Совместно они отобрали группу для рейда, и он со спокойным сердцем двинулся в сторону шлюза. Надо было проследить, чтобы все необходимое для выхода загрузили в «бегемоты». «Вот и началась командирская служба» — подумал Алекс, сверяя список в планшете с местами в багажном отсеке. Вдруг они заметил прошедшую мимо женщину в летном костюме, ее фигура показалось ему смутно знакомой.

— Сир, разрешите обратиться? — он успел заметить на ней погоны капитана.

— Что вам нужно, сержант? — холодно обратилась к нему космолетчица.

— Элен? — выдохнул Карт — Ты как здесь очутилась.

— Откуда вы меня знаете, сержант? И что за фамильярный тон!

— Элен, неужели ты меня не помнишь? Челнок на земной орбите, багажное отделение?

— Вы с кем-то меня путаете — женщина уже повернулась, когда Карт не захотел так просто закончить разговор и зловеще прошептал

— Может ты еще и моего клона не помнишь, Кранца?

Элен живо обернулась, и в ее глазах показался страх. Она внимательно посмотрела на обветренное и загорелое лицо Карта и прошептала — Боже мой, это ты! — неожиданно космолетчица резко схватила сержанта за руку и потащила за собой. В небольшом закутке она освободила его от захвата и, приблизившись вплотную, прошептала

— Ты что-то узнал о Викторе? Кто ты?

— Я сержант штурмовиков, лечу на этом транспорте в рейд. А вот кто ты? — Карт недобро сузил глаза.

— Я штурман на этом корыте. Меня опять взяли в Космофлот. Извини, ты так на него похож, я просто теряю голову. Ты родственник Кранца?

— Нет — покачал головой Алекс — никогда о нем не слышал. И по моим каналам его имя нигде не всплывало, хотя и искать, честно говоря, некогда. Да и кто он, ты мне не сказала.

— Он моя любовь — Элен смело смотрела в глаза молодому сержанту — и я сделаю все, чтобы найти его. Он служил в Дальней разведке, вот уже как три года от него нет вестей, командование сначала отмалчивалось, а потом эти типы в черном запретили мне искать его. И даже вышвырнули из флота.

— Понятно — Алекс с сочувствием глядел на женщину — Сталкивался я с ними, нечисто играют.

— У тебя взгляд какой-то стал другой, сержант — улыбнулась только глазами Элен — Что-то произошло?

— Да, я нашел свою любовь, и, наверное, ее потерял навсегда — с горечью ответил Алекс — все непросто в этом мире, и столько загадок вокруг появляется, что и у меня голова идет кругом.

— Сожалею — женщина говорила искренне — жаль, ничем не могу помочь тебе. Странные игры придумывает для нас жизнь.

— Это точно — Карт еще раз бросил оценивающий взгляд на женщину и решился. Он подобрал кусок оберточной бумаги и написал на ней код — Вот, держи. Запомни и уничтожь. Это контакт на 45-й базе, можешь оставлять там для меня сообщения. Я буду свои туда же присылать. Может вместе, что разузнаем.

— Спасибо — Элен горячо поцеловала юношу — Ты так на него похож!

Алекс смотрел вслед космолетчице угрюмым взглядом. Очередной пазл никак не хотел складываться. И это ему совершенно не нравилось.

— Фу, ну и жара — Мак Ивор поднял щиток на боевом шлеме — Карт, что там с техникой?

— Сейчас подгонят. Все уже погружено. Мне рассаживать людей?

— Давай — махнул рукой лейтенант, а Карт двинулся к «бегемотам» Всего в их отряде было 34 рейнджера, командир и три отделения. Они живо загрузились в пузатые и неуклюжие на вид машины, поэтому и получившие такое неблагозвучное прозвище. Сам же Карт залез в кресло водителя на первом скутере. Все системы были проверены еще на транспортнике, машинки были новыми, все здесь блестело и сияло.

— Ларсен? Как там у тебя? — его друг сидел в кормовой башенке импульсного излучателя, главного калибра Б-7.

— Готов, Сир!

— Всем внимание! — Карт взял на себя командование конвоем, лейтенант шел с транспортами — Идем за мной по порядку. Парни, следите в оба, тут водятся страшные зверушки. Поехали!

И тут же в наушнике прозвучало — Сержант, какого черта общаемся не по-установному.

— Извините, сир!

В эфире послышались смешки. Команда тут подобралась отпетая.

Ехать было недалеко, всего двести стандартных километра. Машины шли ровно, без поломок, водители грузовых платформ были людьми опытными. Карт мельком успел с ними пообщаться, большинство из них контрактеры после армии, встречались и бывшие рейнджеры, так что за эту часть конвоя он был спокоен. Карта больше занимала часто меняющаяся местность, из лесостепной полосы они въезжали в густой лес, лежащий на пересеченной местности. Дорога сначала часто петлять, пришлось сократить дистанцию между машинами.

— О, черт! — только реакция спасла Алекса от неминуемого удара. Из густого кустарника выскочила тварь, похожая на толстую змею с множеством ножек. Она попыталась броситься на машину, но промахнулась и теперь угрожающе махала огромным хвостом. Передний стрелок тоже быстро среагировал, полоснул из тяжелого игольчатого пулемета, и быстро нашпиговал тварь толстыми разрывными иглами. Та быстро свалилась плашмя у края дороги.

— Всем внимание! Начинается активность местной фауны!

— Сержант! У нас нападение на конец колонны! — раздался голос капрала Туска, он командовал замыкающим скутером.

— Что у вас? — вмешался в эфир голос лейтенанта — Карт, продолжаем движение, у меня плохие показатели на приборах, скоро начнется магнитная буря.

— Мы свалили какого-то лося, рога во! Продолжаем движение — Туск был, как всегда, красочен в разговоре.

— Всем, входим в пересеченную местность.

Алекс внимательно наблюдал за просекой, скорость он немного прибавил, увеличил и дистанцию. Дорога пошла по пологим холмам, деревья раздвинулись меж собой, но стали заметно шире и выше. Этот район они прошли без проблем. Проблемы начались на ровной местности, густо поросшей кустарником и невысокими деревьями с синеватой листвой. Сначала колонну атаковали какие-то невысокие, но крепкие зверьки. Они охотились стаей, бросаясь по очереди на идущие вперед машины. Пришлось опять поработать пулеметчикам. Карт развернул скутер и прошелся вдоль конвоя. Сидящие по бокам стрелки выбили мелкое зверье, парни работали споро и метко. Грузовики тем временем движение не останавливали. А уже на подъезде к излучине большой реки на колонну напали настоящие гиганты. Карт успел увидеть, как какая-то тень мелькнула между деревьев, и резко прибавил скорости. Что-то тяжелое и огромное, с большими клыками и злыми глазками, выскочило на дорогу и обескуражено повернулось к ушедшей добыче.

— Ларсен, жги! — заорал Карт, когда увидел, что тварь собирается снова напасть. Норвежец мух не ловил и врезал из главного калибра вовремя, скутер немного содрогнулся, резко запахло озоном. Но и тварь с дороги исчезла, ее просто отшвырнуло в сторону мощным кинетическим ударом, ломая кости и мышцы. И тут к своему ужасу Карт заметил, как среди конвоя резвятся несколько таких же огромных хищников. К счастью и в других скутерах бойцы не спали, две твари уже лежали у обочины, издыхая. Но одна животина оказалась весьма пронырливой гадиной и успела помять один из грузовиков.

— Ларсен готовься — Карт резко рванул назад к колонне, описывая пологую дугу, он добавил мощности на нижние движки и теперь парил над кустарником. Гравипривод на этой планете применялся редко, были проблемы с местной нестабильной гравитацией. Норвежец не подвел и свалил местного хищника первым же выстрелом.

— Парни не спим! — скомандовал Карт — Все наверх, выстроили периметр.

А сам он подкатил к помятому грузовику. Рядом с ним уже копошились техники, и стоял Мак Ивор. Он посмотрел наверх и передал приказ — Сержант, тут все в порядке, выдвигайтесь вперед. Сейчас тронемся.

В дальнейшем особых происшествий на маршруте не произошло, рейнджеры внимательно осматривали окрестности, готовые в любую минуту дать отпор представителям местной фауны. Только «Бегемот» Карта попытались атаковать какие-то летающие твари, но бортовые стрелки быстро помножили их на ноль.

Дорога вышла на открытое место, берег широкой реки был песчаным и без растительности. Наконец впереди показалась научная база, сооруженная на высоком обрывистом берегу. В этом месте река делала поворот и база оказалась на своеобразном полуострове. Ну что ж, неплохое место, учитывая агрессивную живность вокруг. Ближайший язык леса находился в трех километрах от человеческого поселения.

База оказалась обнесена мощным охранным периметром, не на всяком военном лагере такой встретишь. На башнях Карт успел заметить людей, значит, технике здесь полностью не доверяли. За воротами находился охранник в стандартной форме и указал им место парковки. Вообще увиденный пока персонал научной станции напоминал больше военных, коими они недавно и являлись. Все те же уверенные, скупые движения, слаженность между командами и образцовый порядок.

Рейнджеров пригласили зайти внутрь отдохнуть. Лейтенант убежал общаться с командованием станции, машины были под присмотром местных. И Карт с легким сердцем дал команду спешиться. В небольшой кают-компании их угостили жареной рыбой из местной фауны. К ней шли какие-то странные овощи, смесь земных огурцов и кабачков.

— Как рыбка? — подсел к Карту здоровый охранник с нашивкой «Ленский».

— Вполне — кивнул головой сержант — а то эти смеси на базе порядком надоели.

— Знакомая картина. Сам восемь лет в гренадерах оттрубил. Только видел бы ты зубки у этой рыбки, да и от их взгляда мурашки по коже идут.

— А как вы их ловите? — подсел поближе капрал Даркель, техник первого отделения.

— А мы не ловим. Глушим, потом дроны собирают. Там в реке полно всяческих тварей водится. Иной раз так искупнуться охота, а глянешь на эти глазки в воде, и сразу все желание испаряется.

Охранники, сидящие в помещении, дружно захохотали.

— Тут регулярно даже дронов глотают. Что этим зверюгам сделается! Здесь главное — самому не зевать, а то схавают и не подавятся. Чай берите, он тут вкусный.

— Ого! — любитель почаевничать Ларсен был удивлен — Вам что, с Земли присылают?

— Ага, держи карман шире — засмеялся Ленский — это наши ученые выращивают. Кофе не пошел, а чай хороший. Сами отсылаем на обмен. Тут, ближе к реке оранжереи имеются, там и овощи всякие.

— Хорошо, однако, вы тут устроились — Карт осмотрел помещение. Оно здесь было чем-то вроде клуба. Большой экран на стене, в углу столы для игр, над стойкой, так и не вышедший из моды старинный Дартс.

— Да неплохо. Контора платит щедро, контракт закончу, уеду на тропические острова жить. Денег хватит.

В помещение вошел высокий охранник с нашивкой «Гизи» — Кто тут сержант Карт? Тебя начальство вызывает.

Ленский встрепенулся — Никак графине до тебя дело есть?

— А это еще кто? — Алекс не спеша, поднялся с места.

— Наш местный босс — она начальник станции и местный бог.

— Понятненько.

Карт поднялся на третий этаж и вошел в просторный кабинет. Широкие сферические окна выходили на оранжереи и корпуса лабораторий. Было заметно, что стекло стоит не простое, а защищенное.

— Вы и есть тот самый «водила генералов»? — к сержанту вышла высокая худощавая женщина примерно пятидесяти лет. На моложавом лице еще сохранились следы былой красоты, безупречная осанка, гордая посадка головы, и в самом деле графиня!

— Так точно! — коротко ответил Карт.

— Я Мария Шабанина, директор этой научной станции. Проходите, садитесь — женщина указала на свободное кресло у стола в виде буквы Т. Почему-то земное руководство везде предпочитало именно такую форму столов. Напротив Карта оказался его взводный Мак Ивор. Он сидел с чашкой чая и смотрел куда-то в окно. В кабинет въехал механический слуга и подал сержанту поднос с маленьким чайником, чашкой и тарелкой печенья.

— Угощайтесь — хозяйка присела за свое кресло и с любопытством уставилась на Карта — а вы еще оказывается достаточно молоды. Я рассчитывала на взрослого мужчину, какие служат у меня на станции, а тут у нас еще совсем мальчик.

Карт не спеша, налил в чашку ароматный чай и с удовольствием отпил. Он не был фанатом чая как Ларсен или русские друзья, но именно этот напиток был божественен.

— Очень вкусно. В последний раз я такой пил в Малакке. Но мы тут ведь собрались не чай пить и обсуждать мой возраст, сир? — Карт специально употребил официальный термин. Губы Шабаниной сузились, и она более холодно произнесла

— У нас сложилась непростая ситуация, сержант. В нашем распоряжении оказались опытные штурмовики с защищенным транспортом. И у нас есть для них важное дело.

— Лейтенант — Карт невежливо обратился прямо к своему взводному — нашим взводом уже управляет какая то женщина? Или мы все еще бойцы элитного батальона? Насколько я помню, нашей задачей было сопроводить сюда конвой, и мы это сделали.

— Сержант — голос графини стал ледяным — вы нарушаете субординацию.

— Да? — Алекс снова повернулся к лейтенанту, тот обреченно выдохнул.

— Карт, у нее есть полномочия. Тут проблемы в секретности, а у вас нет допуска.

— Но мы нужны? — закончил за него замок. И тут он вспомнил странные знаки, которые подал Мак Ивор одному из охранников станции, а тот ответил аналогичным образом. Что-то тут не чисто!

— Сержант — Шабанина внимательно смотрела на Алекса — как правильно заметил ваш лейтенант, у меня есть полномочия на привлечение вас к важному заданию. Официально эта станция принадлежит разведке флота, и я являюсь его штатной сотрудницей.

«Вот оно что!» — мелькнуло в голове у Алекса — «Опять это проклятые «черные» со своими заморочками». Но вслух он произнес другое — Сир, я понимаю. Но у нас боевая группа батальона «Носороги» мобильных войск Федерации. Мы официально не подчиняемся непосредственно флоту, и тем более полугражданской организации. Поэтому я и настаиваю на приказе непосредственно от своего командования.

— Черт побери! — воскликнула по-русски женщина — Какой вы упрямый парень!

— Карт — снова вмешался Мак Ивор — я отдаю вам непосредственный приказ, и отвечать за него буду тоже я. Так вас устраивает?

Алекса, конечно же, такой поворот событий никак не устраивал, но что он мог поделать? И сержант молча кивнул головой.

— Тогда перейдем к делу — графиня повернула экран к присутствующим — вот здесь, на острове в тридцати милях от устья реки пару лет назад находилась наша опытная станция. Недавно связь с ней пропала, разведдроны людей там не обнаружили. Понятно только, что периметр разрушен и часть зданий тоже. Характер разрушений указывает на физическое воздействие местной фауны. Нам необходимо забрать из бункера этой станции очень важный для нас материал. Не спрашивайте что там, вам знать не положено.

— Но почему…

— Почему мы сами туда не добрались? — Мария откинулась в кресле и поправила русую челку — Не было возможностей. Моего персонала хватает только для охраны периметра и коротких вылазок поблизости. Видели, как тут конвои с оборудованием проходят? Да и люди тут больше по другим специальностям. Вы же штурмовики — лучшие солдаты Федерации, да и транспорт у вас подходящий, у нас такого нет.

— Пойдут несколько человек — вмешался лейтенант — я, ты за водителя, будет пара ребят из местных, капрал Туск и рядовой Деладье.

«О как!» — Алекс внутренне усмехнулся — «Он назвал людей из своих» — Я без Ларсена не поеду.

— Приказы не обсуждаются, сержант — но, увидев кивок графини, взводный поправился — Ладно и он тоже. Маршрут обсудим с местными проводниками. Свободны.

— Есть, сир — Карт приподнялся и тут его взгляд оказался прикован к экрану. На нем в режиме слайд-шоу крутились картинки и фотографии. И вот сейчас там был виден снимок какой-то очевидно научной лаборатории с ее персоналом. В середине группы людей сидела Шабанина, только несколько моложе. А рядом с ней стояла мама Ольги Савиной! Он не мог ошибиться, это удлиненное лицо, светлая коса, такие же, как у дочери пухлые губы.

— Вы увидели кого-то из знакомых? — удивленно спросила Шабанина.

— Никак нет. Просто интересно. И вы тут такая красивая.

— Спасибо — женщина улыбнулась — это были мои золотые годы!

Когда все ушли, директор станции села у экрана и начала внимательно просматривать фотографии, сделанной в той лаборатории. Наконец глаза женщины расширились от растерянности и удивления. Она громко крикнула — Черт побери! Этого не может быть! — и схватилась за пульт связи.

— Клейнор! — скомандовала директор — Как только будет канал связи, срочно свяжи меня с отделом «И». Запрос подай на пять звездочек.

— На пять? — у дежурного связиста аж отпала челюсть.

— Ты меня плохо слышишь, Клейнор?

— Никак нет, все понял, пять звездочек.

— Отбой.

Женщина взволнованно заходила по помещению, и все повторяла — Не может быть! Как мы это пропустили?

Сержант Карт стоял у ангара и разговаривал с их проводником — охранником Мазуром. Тот, по-видимому, раньше служил в офицерах, поэтому пришлось осадить его прыть, и перевести беседу в деловой тон.

— Так, смотри: идем вдоль реки, по берегу. Здесь и здесь пологий бережок, песочек и галька. Тут крутой поворот, можно срезать этот перешеек напрямик, растет низкая трава. И в этой местности только травоядные пасутся. Мы пытались поставить здесь как-то буй, но эти твари своими задницами его постоянно сносили. Вот здесь уходим от берега вглубь, начинается болотина. Река впадает в залив, множество островков, заросли. Перепрыгиваешь песчаные дюны и уже на берегу моря. К самому острову лучше идти с северного берега, тогда чисто по воде пять миль будет. Морской берег также пологий, галька.

— На море волны большие?

— А тебе на таком драндулете не пофиг? Был бы такой у меня в разведроте…

— Я без гравипривода могу и нижние движки сжечь.

— Почему без гравипривода? — удивился Мазур.

— Так у вас тут какая-то беда с гравитацией.

— Так она не постоянно, я думал, тебе сказали. Сегодня и завтра можно смело включать. Думаешь, мы, почему за вас схватились? Тут пути меньше часа, если ты и в самом деле хорош, как говорят.

— А и я говорить не буду — нагло заявил Карт — сам увидишь.

— Ну, как знаешь — почесал красный лоб охранник — садимся на крыше этого корпуса. Парни вниз полезут, все необходимое тут находится. Наше дело прикрывать. Состояние крыши не знаю, поэтому зависни. Да ты сам знаешь порядок, штурмовик. Я пошел за своими.

Полет и в самом деле протекал спокойно. Они быстро проскочили вдоль реки. Алекс смог кое-где срезать дорогу, выписывая немыслимые виражи. Мазур, сидящий за штурмана, только покрякивал, но молчал. Лейтенант также помалкивал, выслушивая весьма говорливого местного типа, явно гражданской наружности. «Бегемот» резво выскочил к морю, тут подул свежий ветерок, пришлось увеличить мощность гравипривода. Но машина вела себя безупречно, и Алекс повернул ее в сторону открытого моря перед невысокой скалой. Впереди уже виднелся остров, заросший лесом. Берега у него оказались с этой стороны пологими, и Карт вывел машину ближе к человеческой станции, которая за эти годы густо заросла густой травой и кустарником. Они вспугнули каких-то небольших животных, пронеслись мимо разбитых ангаров и сломанного напрочь периметра. Мазур только выругался, взирая на здешний разгром, а гражданский снимал все на корд.

Алекс завис в десяти сантиметрах от крыши. Туда сразу же спрыгнули Мак Ивор, Мазур и Туск. Чуть позже они исчезли в проеме двери. «У нас тихо» — раздался в шлеме голос лейтенанта — «Действуйте по плану»

Карт отодвинул машину чуть в сторону, подняв ее над небольшой башенкой узла связи. Он мрачно взглянул на разорванные и изогнутые антенны и скомандовал — Всем внимание!

Ларсен засел в центральной башне, где стоял импульсник и спаренный с ним игольчатый пулемет. Деладье находился в кормовой башенке с пулеметом. А ученый тип запустил в небо небольшого дрона и наблюдал сейчас на экране а окружающей местностью. Так прошло с полчаса. Лейтенант и Мазур выходили каждые пять минут на связь. Они уже пробились в подвал, и попали в серверную, сейчас Туск занимался выемкой кристаллических дисков с информацией.

— Что у вас, док? — обратился к ученому Карт.

— Очень интересно, как быстро местная жизнь уничтожает следы нашего пребывания.

— А тут есть опасные зверушки?

— Хороший вопрос, сержант — гражданский поднял глаза на Карта — Здесь кругом одни опасные животные. На этом острове водились рогачи, это такие здоровые твари, наверняка вы их уже встречали.

— Было дело, на лбу у них типа оленьих рогов.

— Точно! Но они туповаты, если атака не удалась, то обычно отступают. И хорошо, что тут нет летающих тварей, они обычно больше досаждают. На этом острове берега пологие, им негде гнездовья устраивать, они больше любят обрывы или высокие деревья.

Рядом что-то вдруг громко запыхтело и заревело.

— О! Рогач, взрослый самец.

— Ларсен, над деревьями! — Алекс также заметил над лесом большую рогатую голову и развернул машину. Норвежец был чертовские меток, голова страшилища отлетела от шеи, быстрее, чем прошел удар сердца.

— У вас хороший стрелок — заметил ученый, поглядывая на экран — вот и падальщики пожаловали. Теперь можно не опасаться нападения. Эти твари получили хороший урок.

Карт краем глаза заметил внизу какое-то движение и убрал машину ближе к зданию. И во время, странные твари хотели запрыгнуть на нее прямо с деревьев. Они очень быстро залезали на стволы и далеко прыгали.

— Это что за черт? — крикнул Карт, зависая над крышей — Лейтенант, у нас гости. Вы долго еще?

— Заканчиваем — раздалось глухо в шлеме — Что у вас там?

— Да появились какие то резвые твари!

— Ожидайте нас на крыше, контрольное время десять минут.

— Принял. Док, что это за твари? — водителю пришлось увезти машину от края крыши. Двуногие прыгуны уже пытались запрыгнуть на нее прямо с земли. Они были чертовски ловкими! И очень злыми.

— Не знаю — растерянно ответил гражданский — они похожи на каплеголовых, но выросли и сильно изменились. И, похоже, стали намного умнее. Они пытаются сбить мой дрон палками.

— Док, вы серьезно? — спросил ошарашенный Карт и тут же увидел летящий в кабину большой камень. Для бронированной машины он не представлял угрозы, но вдруг попадет в технологическое отверстие? Поэтому Алекс отвел скутер к разрушенным ангарам, зависнув над пустой площадкой. Но буквально через пару минут сюда ворвалась орда этих каплеголовых тварей и машину засыпали летящими палками.

— Черт! — ругнулся уже ученый — Они сбили мой дрон. Откуда на этой планете появился подобный высокий уровень разума? Ничего не понимаю.

— А чего понимать — Карт увел машину обратно на крышу, спрятавшись за надстройкой с входом внутрь здания — ваши коллеги пошалили.

— Думаете? — гражданский задумался, высунул голову в люк — Я точно не знаю всех аспектов работы этой базы. Вы просто поймите, что на этой планете мы впервые столкнулись с очень похожим на земной процессом эволюции. План очень близок к нашему.

— Какой еще план?

— Молодой человек, неужели вы думаете, что природа развивается без плана? О! Я нашел дрон, попробую аварийно запустить. Аааа!

Здание под ними содрогнулось, Алекс завертел головой, нагрузил больше гравипривод и чуть приподнял аппарат повыше. То, что они увидели, потрясло их. Стая этих самых каплеголовых гнала перед собой двух рогатых гигантов. Звери ревели и огрызались, но шли вперед, один из них уже бодал головой здание. Оно ведь было легким, практически обшитый панелями каркас, и когда к первому гиганту присоединился второй рогач, то сооружению не поздоровилось. Крыша и стены оказались смяты, часть обшивки отлетела или сломалась. Дверь покорежилась, и выход изнутри оказался закрыт.

— Ларсен — стреляй из пулемета! Деладье — держи тыл!

Вскоре послышался треск игольчатых пулеметов. Олд не мог использовать импульсник, так как можно было попасть по зданию, тогда оно вообще бы сложилось.

— Карт, что у вас там происходит? — раздался в эфире панический крик лейтенанта.

— Нас атакуют, сир! Ведем огонь! Выход на крышу закрыт. Вам лучше пролезать из технического лаза на башне связи.

— Принял. Три минуты! — их взводный оказался не из паникеров.

Карт крутанул скутер и чуть не провалил машину прямо на смятую крышу. «Что такое?» — он прибавил мощности на нижние движки, пальцы сами бегали по панели — «Гравипривод начал барахлить, этого еще не хватало!» Он подогнал машину самой башне, встав прямо под люком. Наконец оттуда показалась чья-то голова. Первым на машину прыгнул Туск, его страховал Деладье, а Ларсен ужом вертелся в башенке. Пулемет работал, не переставая, стоящие рядом со зданием станции деревья уже были полностью оседланы каплеголовыми. Вот прыгнул лейтенант, за ним приготовился Мазур. И неожиданно в воздухе что-то мелькнуло, у башни показалась голова рогача, с нее прыгнули три зеленых твари, Алекс четко видел их оскаленные пасти и маленькие ловкие ручки. Двое каплеголовых схватили охранника и упали на промятую крышу. А один зацепился за открытый люк скутера и попытался пролезть внутрь. Положение спас доктор, он совершенно спокойно достал игольчатый пистолет и выстрелил прямо в башку твари, та разорвалась буквально на кусочки, обрызгав внутренности машины своей кровью и мозгами. Карт сразу же увел машину в сторону и осмотрел крышу, вместо упавшего человека видны были только кровавые куски. Мазуру помочь они не могли и поэтому рванули сразу к морю.

Обратная дорога достаточно прибавила седых волос водителю, гравипривод начал опять шалить. Приходилось постоянно менять мощность и следить, чтобы двигатели не перегрелись. Хорошо дорога была близкой, и они быстро проскочили участок водной поверхности.

— А вы меня удивили — сказал Карт доктору, когда машина шла уже вдоль реки — не каждый так хладнокровно будет действовать в подобной ситуации. Страшные ведь твари оказались.

— В этом мире выживает сильнейший — усмехнулся ученый — а вообще я в разведке служил, всякое бывало. Жалко Мазура, хоть и вредный был мужик, но все же человек.

Алекс искоса посмотрел на попутчика и спросил — А что вы там про какой-то план рассказывали, что-то я недопонял. Нас учили, что типа природа сама устроила эволюцию, это заложено в ней изначально, еще что-то там про борьбу видов и генетические мутации.

— Вас кормят всяческими древними теориями, молодой человек. Ну, чтобы головы лишним не забивали, может и правильно. А в серьезной науке нужны доказательства и теория эволюции их совершенно не дает. Мы достаточно получили за эти столетия материала, как на Земле, так и на других планетах.

— И что? — Алекс не спеша, вел машину вдоль берега реки, экономя энергию и стараясь не перегревать основной двигатель.

— А то: единственный, получившийся в результате наших исследований вывод, что развитие жизни запрограммировано изначально, как только появились первые гены. Вся эта бурная жизнедеятельность — доктор кивнул на копошащихся у берега мелких тварей — имеет свои законы и последствия. Жизнь только подстраивается под окружающие условия, согласно выданной некогда программе.

— А кто ее выдал? — непонимающе посмотрел водитель.

— Хм, хороший вопрос. Если бы мы знали, то можно было бы с наукой заканчивать. Жизнь существует миллиарды лет, где уж тут концы найдешь?

— Вы про…

— Бога? Нет, кончено же. Я же ученый, а не фанатик. Но какая-то третья сила во Вселенной определенно присутствует. И знаете, что самое интересное — в культурах различных рас и цивилизаций Галактики признают существование этой стороны. Это что…

Скутер спасла только реакция Карта. Неожиданно из воды поднялась махина звериной плоти с очень острыми зубами. Видимо эта зубастая тварь ждала именно их и место для засады выбрала самое лучшее. Но Алекс успел кинуть машину в сторону и невероятным разворотом послать ее в сторону реки. Скутер резко просел, задевая днищем водную поверхность, гравипривод вообще не желал работать, но Карт сумел выжать из двигателей всю мощность и быстрым рывком уклонился от повторной атаки хищника, а затем ушел вперед прямо против течения реки, не поднимая машину высоко над водой и не тратя излишки энергии. Они в пару секунд выскочили на берег и спешно рванули вперед, к станции. Над самой водой их пытались укусить более мелкие твари, но скутер был им не по зубам.

— Охренеть! Что это было? — Алекс понемногу приходил в себя, позади него слышались ругательства бойцов, скутер хорошо пошвыряло.

— Пизаврус, морской хищник, сюда они заплывают редко. Очень умные твари — ученый ошеломленно озирался — Однако у вас реакция, молодой человек, никогда ничего подобного не видел. Вы отличный водитель, сержант!

— Наверное, да — Карт осклабился.

Они уже подлетали к научной станции и ворота гостеприимно распахнулись перед скутером.

Колонна конвоя была выстроена для обратного пути, пришел срочный запрос с базы, шла магнитная буря и следовало быстро возвращаться. Поэтому Шабаниной не удалось переговорить с Картом. Она молча стояла у панорамного окна и смотрела на отъезжающих военных.

— Что у вас, Иволгин? — спросила она у приехавшего с острова ученого.

— Очень интересные данные, графиня — доктор с важным видом прошелся по кабинету и расселся в кресле — Я сканировал его. Он человек, в мельчайших подробностях — он, несомненно, человек. Но реакция… даже для генетического мутанта слишком явное преимущество над обычной человеческой.

— Вот как? — директор станции повернулась к собеседнику — Сделайте подробный анализ и завтра доставьте его мне. Что-то еще?

— У нас проблемы на острове. Похоже, Кащинский тогда переусердствовал. Необходима тотальная зачистка.

— Я его предупреждала, Василий. Столько людей погубил, идиот. Ладно, иди, работай. Будем решать новые проблемы по мере их поступления.

Ученый молча вышел за дверь. Посторонние даже не догадывались, что под вывеской научной станции скрывалась база разведки отдела «И».

На базе рейнджеров отношения между взводным и Картом сильно охладели. Они еще два раза участвовали в рейдах, один был простым прикрытием высадки отряда легионеров, второй — помощь в эвакуации разведгруппы гренадеров. Новый замок выполнял свои обязанности, но не хотел сходиться ближе со своим новым командиром.

— Сержант, вы меня удивляете — Карт снова стоял перед майором Али — только вроде все наладилось, и проситесь в другой взвод. Что случилось?

— Сир, разве я могу служить с тем, кому не доверяю?

— Вы про происшествие на ХТ -123?

— Я вообще про этих тайных, то ли членов ордена, то ли стукачей разведки.

— Полегче, сержант! — майор поднял палец — Вы ничего не знаете об этой структуре и уже осуждаете ее. Садитесь и успокойтесь.

— Вы то же из этих? — непонимающе посмотрел на командира Алекс.

— Нет — спокойно ответил тот — хотя я больше тебя знаю об этих ребятах. К сожалению, ты сам понимаешь, я не могу рассказать тебе, что и как. Но поверь мне, эти парни работают во благо Земли и только Земли. С этим все в порядке. А секретность, мы ж на войне, тут она везде. Так что можешь не опасаться их, просто у них свои задачи.

— Может быть, вы и правы — кивнул Карт — может я чего и не понимаю, но все равно, остаюсь при своем мнении. Неправильно это. Мы должны быть в одной лодке и доверять друг другу, а не устраивать кругом шпионские игры.

— Блин, какой ты упертый, Карт! Иди в кубрик, я подумаю о твоем рапорте.

Но перевестись Алексу так и не удалось, следующее происшествие изменило его жизнь навсегда.

Их дернули в очередной рейд резко, прямо ночью. Спросонья бойцы подумали, что случилась какая-то тревога галактического масштаба. Но все оказалось гораздо прозаичней — просто подвернулся прямой транспорт. Карт, как заправский сержант, громко отдавал команды, даже пытался некоторых самых наглых бойцов /Ларсена/ выгнать из кубрика пинком. Одевшись в соответствующую форму, и получив оружие, взвод построился на палубе. Алекс проверил их готовность и доложил взводному. Мак Ивор, по-видимому, не выспался и легонько позевывал, затем принял рапорт и скомандовал грузиться на борт. В это раз им попался скоростной межстанционный челнок. Такие обычно использовались для доставки командования и срочных грузов. Поэтому бойцам не пришлось залезать в камеры для сна или в каюты, они спокойно уселись в просторном салоне на удобные кресла и начали тихонько кемарить.

Буквально через двадцать минут был совершен прыжок. Алекс подавил в себе позывы к рвоте и заученно проглотил пилюлю. Обычно такие прыжки они совершали во время сна в глок-камерах. Сам полет в межпространстве занял три часа. Однако быстрая машинка! Вскоре они шлюзовались на огромной станции-матке. Такие ставились обычно только на самых важных планетах, где велись масштабные боевые действия. Так и оказалось: выйдя наружу и прочитав название станции, Алекс матюгнулся.

— Чего ругаешься? — рядом оказался заспанный Ларсен.

— Знаешь, куда мы попали? Это чертова Ндриона — колония Нектирианцев.

— И что? — Олд был в непонятках.

— А то, капрал — вмешался стоявший рядом Туск, недавно ставший командиром первого отделения — что тут идет самая настоящая бойня. Наши как залезли сюда семьдесят лет назад, так и топчутся на месте. Вот мы попали!

— Не гунди — ответил подчиненному Карт — ты просто не в курсе последних событий. Наши тут последние полгода сильно жмут нектов, поэтому и станцию-матку подогнали. Хотя мы-то им зачем? В тылу работать?

Через полчаса всю команду посадили в кабину межотсечного транспорта и перебросили к посадочной площадке гравитационного лифта. Здесь один за другим на планету спускались грузовые дисколеты. Выглядели они сильно поюзанными, видимо работы им хватало. Уставшие диспетчеры указали на вход и, живо подгоняя, загрузили штурмовиков в очередной дисколет. Карт попытался узнать что-то у взводного, но тот и сам был не в курсах — куда их сейчас отправляют. Радовало только одно, садят их на рабочий космодром, а не сразу в тыл противника.

Спуск проходил в штатном режиме, этот район хорошо прикрывался. Хотя на краю космодрома Алекс заприметил пару разбитых конструкций, бывших некогда дисколетами. Сбили или авария? Их взвод тут же отправили наземным транспортом на другой край космического порта. Вообще движуха здесь на летном поле наблюдалась изрядная. Один за другим садились или дисколеты, или транспортные беспилотные баржи. Огромные буксиры на гравиприводе двигали челноки в стороны от посадочных полос, тут же подкатывали транспорты и начиналась разгрузка. Карт еще не участвовал в подобных масштабных сражениях, поэтому наблюдал за всем с любопытством. Вот из огромного транспорта выкатывалась большая боевая платформа легионеров, рядом на площадке стояло уже десять штук таких же и множество маленьких боевых аппаратов. Похоже, тут выгрузился сразу целый легион. И точно, за зданием виднелись группы солдат в серой форме и блестящих комбинезонах.

С другой стороны поля показалась колонна транспортов с гренадерами, на последних платформах находились приземистые боевые машины земных пехотинцев.

— Ого! Целый полк сразу высадили — проговорил сидевший рядом боец ПТО с первого отделения капрал Дария, опытный боец, полгода оставалось до дембеля — Давно, сержант, я такого количества войск на одном космодроме не наблюдал. Тут за день целый корпус высаживается. Представляю, что на орбите сейчас творится. Наши что, решили всю планету хапнуть?

Карт только покачал головой. Где много войск, там много крови. И на фига им тут понадобились мастера диверсий?

Их взвод расположился в двадцати километрах к югу, на базе гренадерского полка. Пехота вышла недавно из боев и проводила переформирование. Рейнджеров поселили в отдельном ангаре. Алекс раздал необходимые приказы и вышел на свежий воздух, в этом регионе планеты наступила весна, и еще было не так жарко. Под маскировочным пологом он обнаружил пехотного старшину и сержанта, явно сверхсрочника.

— Привет «махра»! — поприветствовал соседей древним словечком рейнджер.

— И тебе не хромать «Крутой Уокер» — ответил усатый старшина. Откуда взялось это словосочетание никто не знал, но употребляли его в отношении рейнджеров часто.

— Не расскажете, что тут творится вообще? А то нас кинули как всегда чохом.

— Садись парень — сержант подвинулся на скамейке, потом мельком пробежался по нашивкам и удивленно хмыкнул — а ты хоть и молодой по нашим меркам, но явно бывалый.

— Да много где пришлось побывать — скромно ответил Карт.

— Ага, у вашего брата все так. Кинут, дело сделали и обратно. Это мы любители торчать долго на одном месте. На этой гребаной Ндрионе уж целый год сидим, как началась движуха. Уже третье переформирование части.

— Вот оно как? Горячо тут у вас?

— Ну, как везде. Сначала в обороне стояли, потом наши какую-то фишку с десантом из-под воды учудили и в тыл нектам ударили.

— Мы видели такой же десант в рейде на Кактусе. Вышку связи тогда захватили, там меня и ранило.

— А меня на Калунии хорошенько приложило — вытянул ноги старшина.

— На Калунии? — удивился Алекс — Я тоже там поучаствовал. Мы с товарищем чинтосина в схватке приложили, разведка была потом очень благодарна.

— Их и здесь полно — недовольно хмыкнул сержант — опасные твари.

— А сейчас тут как?

— Здесь спокойно. Наш флот наверху давит, атмосферники тоже везде. Легионеры и наш брат вперед идет, континент практически взяли, сейчас зачищаем. У Нектирианцев только главный остров остался. Давно такой мощной победы у Альянса не было.

— Круто. А мы все по мелочам больше в последнее время работали.

— Флоту надо спасибо сказать. Парни в черном какую-то важную базу Союза на мелкие кусочки разнесли, а потом сюда навалились. Говорят «мусорные» буксира заколебались орбиту чистить, столько там разбитого хлама летает.

— А вот и по вашу душу, сержант — проговорил гренадер, указывая глазами на пару офицеров в черной форме разведки флота, с ними же шел лейтенант Мак Ивор и незнакомый гренадерский капитан.

— Вот черт! — выругался Карт — Принесла нелегкая этих уродов.

— Что — пехотинец поднял веселые глаза — и у вас разведку не жалуют?

— А кто ее жалует — старшина сплюнул — одни только неприятности с ними. А ты, парень, сталкивался с Этими?

Алекс сразу понял, куда клонит пехотинец и мрачно кивнул.

— Ну, тогда смотри, осторожней. Удачи!

Через два часа на планшет Карту пришел список с выбранными для операции бойцами, и распоряжение явится к двенадцатому ангару. Алекс быстро выстроил людей, и они резво побежали к месту назначения. Там они встретили самого взводного и пехотного капитана. Тот оказался из армейской разведки и, указав на обычный Дельфин, спросил — Говорят, что ты классный водитель. С таким аппаратом справишься?

— Смеешься? — не по-уставному ответил Карт.

У капитана при виде подобного хамства кровь отлила от лица, но он сдержался — Это переделанный для разведки вариант, сходи, сначала взгляни.

Алекс молча подошел к машине и внимательно ее оглядел, потом протестировал систему и озадаченно хмыкнул

— Это ж кто ее так отрихтовал?

— А вот этот деятель — капитан кивнул в сторону рабочего стенда. Там стоял, улыбаясь, здоровенный детина в кепке и замызганном комбинезоне.

— Да ешки-матрешки! — Алекс вставил редкое русское слово — Ты то, как здесь оказался, старый ворчун?

— Здорова, крейзи! — здоровяк обнял и даже приподнял невысокого сержанта — Хрена ты поднялся, чувак. Штурмовик да еще сержант!

— А ты думал! — Карт стукнул механика по плечу — Ты что, здесь прописался?

— Да я везде. Ты меня знаешь!

— Это мой механик на гонках, лучший спец из каких я знаю, Мартин Лидегор — представил своим бойцам друга Карт.

— Это он переделывал машину — капитан все также был спокоен, а Карт извиняюще улыбнулся. Стоявший поодаль офицер в черном вышел вперед.

— Ну, раз все пришли к согласию, то перейдем к делу — разведчик развернул штабной планшет и сразу вспыхнула голограмма местности — Вот здесь, в устье реки находится важный порт Нектирианцев. Вчера наши войска его взяли, сейчас идет зачистка города. Там еще полно бойцов противника, а также находится здание, которое очень нас интересует. Скажу сразу всем — в этом здании секретный узел связи, и там много чего интересного внутри находится. Но мы знаем только примерный район его нахождения, и у нас есть некоторые ориентиры.

— Нормально — хмыкнул Ларсен — опять разведка на нашей шее выезжает.

— Капрал — офицер повернулся к норвежцу — еще одно такое замечание, и поедешь в очень горячее место. Мне по барабану ваше, так называемое боевое братство, у меня свои задачи и свои полномочия.

Судя по мрачному сопению и взглядам, большинству из присутствующих это заявление сильно не понравилось, но разведчик не обратил на это никакого внимания и продолжал доводить свои планы до бойцов и командиров.

— Ну, как тебе наш работодатель? — Ларсен подвинулся ближе к другу.

— Да такой же козел, как и остальные из их конторы — огрызнулся Алекс. Они сидели в тесном отсеке транспорта, рядом с Дельфином. Расставание с офицером разведки прошло явно не по уставу. Никто из штурмовиков не отдал ему чести и не попрощался. Даже Мак Ивор только сухо ответил на вопросы и ушел со своими.

К их группе также присоединился гренадерский капитан-разведчик, он должен был обеспечивать взаимодействие с пехотными частями, орудующими в городе. А штурмовики сообща, как и привыкли в боевой обстановке, обсудили задачу и погрузились в транспортер. Дело то для рейнджеров обычное — Иди туда, не знаю куда. Принеси то, не знаю что. Для этого и существует мобильная пехота!

Они доехали до окраины морского порта. Рядом находился дивизион ПВО и передовая база снабжения. Их отряд быстро разгрузили и увели в большое здание. Похоже, здесь раньше был зал для занятий гимнастикой. В дальнем углу, прямо на полу они и расположились. Лейтенант пошел узнавать новости, а Карт с Ларсеном отправились проверять свой Дельфин. К их удивлению через пять минут к ним подбежали все бойцы их маленького отряда.

— Команда на погрузку пришла, сержант — объяснил Туск. И в самом деле, к ним на маленьком гравицикле подкатили Мак Ивор и капитан Курт Эйнхейм. Они тут же подсели к Карту и показали на планшете искомый район. Местная разведка помогла резко сузить место их поиска.

— Идем осторожно — добавил Эйнхейм — в этом районе еще полно отрядов противника. Но и наших парней достаточно. Такой вот слоеный пирог получился. Очень сложная пока обстановка. Понятно?

— Так точно — спокойно ответил Алекс. Капитан выглядел человеком опытным и боевым — Идете у меня за штурмана.

Мак Ивор криво покосился на своего замка, но промолчал. Здесь водитель был в своем праве. Лейтенант встал и заорал, как ошпаренный — К машине!

Давно Карт не попадал в сущее пекло. Чем ближе к городу, тем больше следов от прошедших недавно боев. Разбитые здания, искореженная и сгоревшая техника. Кое-где еще лежали не убранные трупы вражеских солдат, все больше нектирианцев. Эти представители одной из главных рас Галактического Союза на поле боя появлялись достаточно редко. А тут они составляли большинство из сражавшихся войск. То-то удар будет по старейшей империи центровых!

Алекс повернул машину налево, впереди сплошняком шли вереницы развалин и виднелись остатки батареи ПВО противника. Похоже, удар здесь нанесли суборбиталы. Он нырнул в узкую улицу между высокими производственными зданиями. Это было достаточно опасно, но скорость, с которой шел водитель, была предельной. Сзади катера заругались, не очень приятно нестись с такой бешеной скоростью между узкими и высокими громадами зданий. Дельфин легко перепрыгнул забор, спасибо Лидегору, удачно апгрейдил машинку. Скутер метеором понесся по производственной зоне, мимо мелькали какие-то башни, трубы, колонны.

— Сержант, не хочешь сбросить скорость? — прошелестел рядом гренадерский капитан.

— Это еще не скорость, кэп — весело ответил Алекс. Он снова был в своей стихии.

— Через два кэма искомый квадрат.

— Принял.

Карт заложил пологую дугу. Он хорошо изучил местность, дальше шли цеха разгрузки и скорей всего пути были забиты транспортом. Поэтому Дельфин совершил очередной прыжок и оказался на широкой магистрали, с разделенными растительностью полосами движения. Водитель прижал машину к подстриженным кустарникам и вовремя. Их сразу же обстреляли, но промахнулись.

— Кэп, давай отсчет до поворота.

— Триста, двести, сто, шестьдесят, десять, зеро.

Пехотинец оказался человеком опытным, счет был рассчитан на такт поворота и Карт достаточно плавно вошел в него. Они перескочили через невысокие развилины и оказались в административном квартале. Здесь обычные утилитарные здания соседствовали с помпезными общественными, дороги были достаточно широкими, время от времени они проскакивали площади и небольшие скверы. В одном месте вообще фонтаны работали! Эта картина могла бы выглядеть вполне идиллически, если бы пару раз их не обстреляли. При втором обстреле кто-то позади них вскрикнул.

— Кого-то задело? — раздался в шлемофоне голос лейтенанта.

— Никак нет, рядом прошло. Машину только вскрыло, что-то искрится.

— Черт! — это уже ругался Карт, он почувствовал, как что-то со звоном забухало по скутеру — Это чем по нас стреляют?

— Снял — доложил Ларсен. Он был как всегда меток и краток — не знаю, из чего он шмалял, но дырки крупные.

— У меня мощность падает! — закричал Карт. Он заметил сбоку по движению какие-то тени и резко метнул скутер влево, и во время, позади машины посыпался кусками разбитый угол здания. Прилетело туда знатно. Какая-то машина на больших колесах выехала из-за правого угла и помчалась за ними. Но, не смотря на то, что мощность двигателя упала на двадцать процентов, Алекс смог добавить скорости и ушел от преследователя, лихо маневрируя между узкими и высокими колоннами, подпирающими какое-то здание. Черта безопасности резко придвинулась к красной линии, запахло горелым.

— Кэп, далеко еще? Сейчас машина сгорит!

— Еще полклика на северо-запад, тормозни на той площадке!

Карт пронесся прямо через площадь, лихо развернулся и остановился на парковочном пандусе. С одной стороны их защищало невысокое здание какого-то склада, а с двух других высокий каменный парапет. Бойцы живо слетели с машины и заняли боевые места по расписанию. Карт бегло осмотрел машину и крепко выругался.

— Что у тебя? — Мак Ивор был встревожен.

— Все, отлетали. На обратную дорогу нужна другая машинка.

— Не беспокойтесь, у нас есть, кому вывезти — заявил Эйнхейм и тут же взялся за трубу спутниковой связи, им было приказано вести ограниченный радиообмен.

Алекс оглянулся, здесь было относительно тихо. Откуда-то слышались звуки стрельбы, а где-то далеко деловито бухали импульсные орудия. Этот район почти не пострадал от боевых действий. И то ладно!

— Сержант — опять появился капитан — пойдем, осмотримся. Надо найти искомое здание. Ориентиры помнишь?

— Конечно. Ларсен, давай с нами.

Они осторожно выглянули за парапет и перепрыгнули через него. Карт неожиданно подумал, что если бы три года назад ему сказали, что он в полной амуниции будет спокойно перелетать через полутораметровый забор, то он бы сильно удивился. Тело уже оказалось натренировано до предела. Он вообще заметил, что сильно возмужал за последнее время, да и силенок заметно прибавилось. А уж забурел… год в сержантах конкретно на стиле общения сказывается. Неожиданно рядом с ними что-то затарахтело.

— Ложись! — Ларсен по своей привычке рухнул на Алекса.

— Чего там?

— Да та таратайка сюда прикатила — гренадер смотрел в вытянутый наверх проводок визира — что делать будем?

— Сейчас — Ларсен вытянул из-за спины Удар-14, быстро его включил и загнал патрон в ствол — капитан дай картинку.

Немедленно прямо на глаз капралу упало изображение вражеской бронемашины. Он пару раз выдохнул и как чертик из табакерки выскочил наверх. Руки привычно направили оружие прямо в цель, палец натренированно сработал и тяжелая пуля ударила прямо в место водителя-механика, разворотив всю переднюю часть машины. Сразу после его выстрела откуда-то сбоку раздались сухие щелчки игольчатых карабинов. Бронемашина задымила и больше признаков жизни не подавала.

— Бинго! — Олд закинул тяжелую винтовку обратно за спину — Ну, и куда теперь?

— А никуда — неожиданно ответил Алекс — Вон то здание!

— Ты уверен? — Карт в первый раз увидел, чтобы пехотный офицер так заволновался.

— Вот серое здание, вот дворец с широкой лестницей, а та груда металла была некогда башней связи. Сейчас осталось только подходы осмотреть и маршруты разработать. Открытое тут место, придется подумать.

Капитан развернул полевой планшет, быстро занес туда сделанный Картом панорамный снимок и получил общее трехмерное изображение местности, потом согласно кивнул — Да, это наше место. Сержант, ищи подходы, я за остальными. Радиосвязь, в крайнем случае. Все понятно?

— Так точно.

Алекс с товарищем потихоньку двинулись вперед, стараясь держаться в тени. Они нашли канализационный люк, проверили его на возможность минирования и нырнули вниз. Такие водосточные сооружения были почти одинаковыми у многих рас галактики, поэтому они быстро разобрались куда двигаться дальше. На другой стороне широкого проспекта Алекс ужом вынырнул из люка и забежал за угол странного здания, здесь за уступом он почти столкнулся с какой-то расплывчатой фигурой. Оба солдата одновременно наставили друг на друга карабины.

— Черт возьми! Это ты Карт? — неожиданно раздался знакомый голос. Мгла чуть рассеялась, и Алекс увидел улыбающееся лицо сержанта Первухина из «Бурых медведей».

— Привет, бродяга! — только и смог вытолкнуть из себя Алекс, испугался он жутко — Что за хрень на тебе надета, и что ты, черт побери, тут делаешь?

— А, это — мгла около сержанта колыхнулась — да какая-то новая маскировочная накидка, щиплет жутко.

— И выглядит тоже жутко, чуть в штаны не наделал.

— А это кто ползет? Гы, Ларсен, привет! Вы опять вместе, как шерочка с машерочкой.

— Вечно ты Первухин словечки находишь непонятные — норвежец рухнул рядом. Ползти по узкому лазу ему было намного сложнее, чем его стройному другу — А ты чего здесь, вообще, потерял?

— А, похоже, нашу группу вас прикрывать и отправили. Мы тут несколько высоток заняли, на крышах пусковые установки и снайперы расставлены. В этом месте что-то подозрительно грохнуло, вот и полез посмотреть.

— Да машинку одну завалили, увязалась за нами. Сейчас остальные парни подойдут, мы им дорогу подсветили.

— Понятно, подождем вашего главного.

— Давно тут?

— Здесь то? С утра. А вообще на планете уж третий месяц. Поначалу пришлось поработать. Помогали пехоте центры связи и ПВО захватывать. Один раз на этих волосатиков попали, полвзвода как не бывало.

— Что, чинтосины тут есть?

— Есть, куда без них. Не так много, но попадаются. Злобные гады, дерутся крепко, но мы их тактикой бьем. Тут они пока против нас никто. Да и бьются они по детски, наших много выбили, но в основном по ранениям. А сейчас вот помогаем в подобных операциях. Весь батальон на мелкие группы раздерган. Орлов злой как черт, потери большие. Но что делать? Начальство свою линию гнет. В кои веки мы целую планету захватываем.

— Пожалуй, да. Таких масштабов давно не наблюдалось. Явно не дураки наверху сидят. Не зря мы второй год как подорванные бегаем.

— Может, после всего этого опять передышка будет?

— Может, а вот и наши идут.

Ларсен помог бойцам вылезать из узкого люка, а Первухин, переговорив с лейтенантом и капитаном, стал вызывать узким лучом своих. Как он сказал, все эти кварталы прослушивались противником, поэтому общаться можно было или пакетной связью со спутником, или вот таким дедовским способом. Он что-то выслушал в ответ на запрос и подошел к командирам. Алекс также приблизился к взводному. Тот странно глянул на своего заместителя, но вслух сказал только — Сейчас ждем еще двух штурмовиков из «Бурых медведей», они же и двери вскроют. А ты пока с капитаном изучишь местность.

— Есть — также коротко ответил Карт и ушел вперед. Когда он с Эйнхеймом после доразведки вернулся обратно, то с лейтенантом уже сидели два здоровенных парня из соседей. Один из них сделал характерный знак руками, капитан ответил. Все это Алексу сильно не понравилось, еще больше не понравилось то, что внутрь он и почти все их люди не идут.

— Какого черта лейтенант? Мы слаженная команда. Ларсен и Прист хорошие пулеметчики, а как работает капитан и эти парни, я не знаю.

— Сержант, с каких это пор вы вздумали указывать своему начальству — теперь уже Эйнхейм смотрел на Карта очень недобрыми глазами.

— С тех пор, капитан — насел на офицера Алекс — как вы тут начали за нашими спинами что-то мутить.

— Ты не охренел, боец? — Эйнхейм подошел вплотную, но Алекс его зло оттолкнул. Тот поначалу опешил, а потом потянулся за оружием.

— Э! Спокойней, парни! — встал между драчунами Ларсен — Нам еще в бой идти. Ал, какого лешего тебе это надо? Хотят идти, пусть идут.

Все немного успокоились и разошлись по группам. Рядом с углом остановились Мак Ивор, Эйнхейм, Туск, Дария и двое парней из «медведей». ПВОшники сидели позади всех, а за небольшой будкой примостилась тройка Карта, еще три бойца с Пристом прикрывали проход.

— Карт, ну ты даешь! — Первухин говорил шепотом — Совсем обурел! Что, когда замком стал, много силы за собой почуял?

— Да, Ал. Что на тебя такое нашло? — Ларсен уже достал Удар-14 и осматривал окрестности через электронный визир — Думай башкой, так и до трибунала не далеко. От этих уродов станется.

— Предчувствие нехорошее, парни. Да и достали эти из Ордена. Корчат тут из себя не пойму чего. А на взводного наплевать, меня после этого рейда в другой взвод переводят. Хочу честной игры.

— Эх, наивный ты чувак — покачал головой Первухин — огребешь еще по-полной. Так… пригнулись парни.

На экране планшета Карт отчетливо наблюдал, как мелькнувший в воздухе веретенообразный предмет подлетел к зданию из темного камня и едва заметная дверь взорвалась изнутри. В воздух полетели камни, осколки, взметнулось вверх море пыли. Сразу же вперед побежали штурмовики, они побросали внутрь какие-то темные предметы и у всех сразу заныли затылки. Затем бойцы исчезли в пыли.

— Круто там теперь — поморщился Первухин — Они резонаторы кинули. Эти желтокожие очень к ним чувствительны, сами не раз эти штуки использовали.

Они напряженно посматривали по сторонам, ожидая подвоха. Время от времени Первухин прислушивался. Видимо ему что-то докладывали по закрытому каналу связи. Затем послышались какие-то глухие звуки изнутри здания.

— Что там? — Первухин поднял голову.

— Что-что, стреляют. Давай за мной!

Не смотря на ошалелые глаза бойца «медведей», он вынырнул из-за укрытия и побежал вперед. За ним бежал Ларсен, а затем, коротко выругавшись, рванул и Первухин. У входа Алекс остановился и включил фонарик, установленный снизу карабина.

— Эй, есть там кто? — закричал он, услышав какое-то невнятное шебуршание. В коридоре до сих пор висела пыль, и плавали клубы белесого дыма. Наконец какая-то фигура отделилась от стены и направилась к ним. Это был Дария. Он тащил за собой большой куль — Принимайте гостя — прохрипел он, мучительно кашляя — Ну и гадость они тут распылили, даже маска не помогает.

Только теперь Карт заметил, что это не мешок, а связанный гуманоид с большой головой и желтой кожей. Видимо это и есть нектирианец. Он также мучительно кашлял и мотал головой. Резонатор еще работал. Ларсен быстро подхватил пленного и вынес его наружу. Заработала связь и Дария убежал обратно. Первухин также включил общий канал — Парни, наши вырубили пеленгатор, можно смело говорить.

Карт тут же вызвал сюда ПВОшников и они вместе приняли второго пленного, принесенного Дария. Наконец появился шатающийся Мак Ивор, его поддерживал один из «медведей».

— Где остальные? — требовательно спросил его Карт.

Штурмовик молча показал две капсулы с пеплом, значит, их сожгли специальным патроном, чтобы не выносить тела. «Последнее одолжение» — так делали в исключительных случаях, чтобы пепел убитого воина потом развеять над Землей. Боец отдал раненого лейтенанта, присел на ступеньки и хрипло сказал — Тимона убило и вашего, кажется Туском зовут. Лейтенант много крови потерял, его в госпиталь надо. Ваш и гренадер сейчас подойдут.

— Вот дьявол, так и знал — Карт был взбешен — Первухин, нам транспорт нужен, наш разбит. Есть что?

— Спокойно, будет машинка — боец отошел в сторону.

В пыли и дыму показались две фигуры, сгибающиеся под тяжестью каких- то ящиков. Карт тут же подошел к капитану

— Все сделали? Надо убираться отсюда, сейчас будет транспорт! А по поводу убитых мы еще с тобой поговорим, капитан.

Эйнхейм мрачно взглянул на взбесившегося сержанта, но ничего не ответил. Лицо его было грязным и потным, на доспехах были заметны два ожога от небольших мазеров.

На улице послышался рев двигателя, Карт выскочил наружу и увидел приземляющуюся боевую платформу легионеров «Капуя-7», бронированную машину для перевозки личного состава. К ней уже несли пленных и раненого. Карт приказал своим быстро загружаться, их прикрывали «медведи». Внутри уже сидело семь бойцов из их батальона, машина была рассчитана человек на сорок, или на двадцать бойцов и одну машину огневой поддержки. Сидеть на маленьких креслах было неудобно. Пилот на «Капуе» оказался парнем опытным, взлетели они быстро.

Еще три раза боевая машина зависала над крышами зданий, забирая всех оставшихся «медведей». Некоторые узнавали Карта и усаживались рядом. Один раз что-то прилетело в борт машины, но броня выдержала удар. Несколько раз установленные на платформе импульсники начинали свою работу. Похоже, пехоте еще долго чистить этот город, Союз оборонял его до последнего. Карта подозвали вперед, там лежали пленный и лейтенант.

Дария мрачно кивнул в сторону взводного — Все, ушла еще одна душа. Мало пожил парень, рана оказалась опасной, не успели довезти. А ты прав оказался, сержант. Были бы у нас два пулеметчика, прошли бы без потерь. Капитан не очень опытный в таких делах оказался, все вперед спешил. А лейтенант у него на поводу пошел, вот и пропал.

Карт помрачнел еще больше и сидел угрюмо до самой базы. Они приземлились рядом со штабом ПВОшного дивизиона. Бойцы резво высыпали наружу. Капитан Эйнхейм стал тут же распоряжаться, чтобы в первую очередь выгрузили пленных и ящики, захваченные в секретном центре связи. Карт же, оттолкнув бойцов, вынес первым мертвого взводного, потом подошел к гренадеру

— Ты ничего не хочешь сказать мне, капитан?

— Сержант, ты свою задачу выполнил, теперь свободен.

— А как же мертвые?

— Это война, сержант, здесь убивают.

— Война, говоришь, сука — Карт схватил офицера за плечо.

— Ты охренел, рейнджер? За такие дела знаешь, что бывает?

Эйнхейм скинул руку и попытался оттолкнуть Карта, но тот не зря столько времени тренировался у Ларсена. Обманным движение он ушел от выпада и сам ударил офицера в голову. На кисти рейнджера были надеты боевые перчатки, поэтому у капитана сразу пошла кровь из носа.

— Щенок! Ты сам напросился! — Эйнхейм совершенно рассвирепел и набросился на сержанта. Но Карт и сам находился в полном боевом бешенстве, его реакция просто поразила всех, моментально он оказался под рукой капитана и резко толкнул того через себя. Тело гренадера взлетело на воздух и опустилось уже в трех метрах отсюда, прямо на металлические ящики с боеприпасами. Раздался крик и хруст, Эйнхейм больше не двигался.

— Медика! — закричал кто-то.

— Алекс, ты что творишь? Это же штрафные теперь тебе светят! — рядом очутился взбудораженный Ларсен.

— Из-за этого козла погибли наши люди, Олд, я не собираюсь этого прощать — Карт так свирепо взглянул на друга, что тот даже попятился назад.

На площадке появилась группа гренадеров с оружием, рейнджеры из «Бурых медведей» озадаченно столпились чуть поодаль. Наконец подошел офицер с нашивками медика и два санитара. Медик склонился над Эйнхеймом, потом перевернул его и проводил диагностику.

— На носилки его! Сломана пара ребер и нос. Кто его так?

Ему молча показали на Карта, и офицер только покачал головой. Из бокового прохода вынырнул пехотный майор в сопровождении военных полицейских.

— Что тут произошло, черт возьми? Я майор Стэнли, комендант этого укрепрайона — майор был явно недоволен инцидентом. Он получил показания присутствующих, затем подошел к Карту.

— У тебя проблемы, сержант. Явное и умышленное нападение на офицера. Ты что, с ума сошел, может тебе нужно к медику? — майор был дядькой в возрасте и с интересом наблюдал за молодым рейнджером.

— К черту медика! Из-за этого ублюдка погибли мои люди, в том числе командир взвода, эти уроды с Ордена сами сошли с ума со своей гребаной секретностью.

— Какой еще Орден? — спросил непонимающе офицер.

— Неужели не знаете? — издевательски ответил Карт.

— Сир — к ним подошел Дария — у меня двое пленных и секретные данные. Нам нужно срочно доставить все в штаб разведки.

— Понятно — Стэнли сочувственно посмотрел на Карта — Сейчас я распоряжусь. А ты сержант, сдай оружие. Будем разбираться.

К Алексу подошел полицейский и протянул руку. Ларсен было напрягся, но Карт предостерегающе поднял руку и снял с себя оружие. Затем он устало присел на какой-то ящик и обратился к стоявшим неподалеку бойцам взвода — Парни, двигайтесь в сторону нашего расположения. Меня можете не дожидаться.

Подошел скутер, туда загрузили пленных и ящики, затем к рейнджеру подошел майор Стэнли.

— Попал ты, сынок. На хрена с этими говнюками было ссориться? Даже не знаю теперь, чем тебе помочь. Давай, вставай и за мной.

— Куда меня?

— Ну, сначала в камеру, в мою комендатуру. Потом буду искать твое начальство.

— Командир взвода, вон лежит. Остальные командиры на станции.

— Ничего, разберемся.

Около Алекса остановился один из полицейских. Карт махнул на прощание Ларсену и своим, потом пошел за майором. Они сели на небольшой скутер и вскоре уже были в бункере, где размещалась комендатура. Под камеру приспособили какое-то складское помещение. Полицейские притащили раскладную койку, передали термос с горячим напитком и упаковку сухпайка. Только сейчас Алекс понял, что чертовски голоден, и здраво рассудив, что уже ничего поделать не может, сел ужинать. Вскоре в коридоре послышались шаги и в камеру вошел Стэнли.

— Не вставай. Тут такое дело. Тот капитан пришел в себя и потребовал, чтобы против тебя возбудили дело.

— И что?

— Ты тут не выделывайся, сынок. Жить неохота? Я давно служу, многое повидал. Есть и у тебя шанс выкрутиться. Спиши все на боевой стресс. Потеря взводного, чужой командир, нервы, сам понимаешь. Будет комиссия, госпиталь. Пока суть, да дело, все и утихомириться. Ну, скинут сержантские погоны, так дело наживное. Я взглянул твое досье, откровенно говоря, впечатляет. Думаю, комиссия тебе многое простит. Там тоже люди сидят.

— Не понимаешь ты меня, майор — Алекс поставил на пол пустую упаковку от сухпая — весь этот сыр бор из-за этого проклятого Ордена разгорелся, или как его там называют. Мы могли бы вообще обойтись без потерь. У нас что, две армии? Я этого просто так не оставлю.

— Зря ты на этих… бочку катишь. Ох, зря. Ну, смотри, сынок, мое дело было предложить.

— Спасибо вам, майор. Вы человек, но я уже все решил для себя

— Как знаешь.

Неожиданно в проеме двери появился мордатый полицейский — Майор, сир. Там какой-то рейнджерский полковник. Требует этого — коп кивнул на Карта.

— Ну что же, пошли сержант.

В большом кабинете столбом возвышался детина в полевой форме штурмовика. Он обернулся и Карт признал в нем полковника Орлова.

— Сержант — Орлов мрачно смотрел на бывшего подчиненного — это я командовал этой операцией. Ты что тут натворил, салага? Или и мне хочешь претензию выставить.

— Могу и выставить — Алекс вышел вперед и расправил плечи. Полковник озадаченно хмыкнул и также сделал шаг вперед.

— А ты не охренел в атаке, боец!? Ты кто такой, чтобы меня жизни учить?

— А ты кто такой, полковник, чтобы распоряжаться чужими жизнями?

Орлов заметно побагровел, с ним в таком тоне никто давно не разговаривал — Сержант! У тебя уже большие проблемы! Я очень постараюсь, чтобы такую наглую задницу, как ты, запихнули в саму поганую дыру этой Галактики.

— А ты меня не пугай, полковник! — Алекс смотрел прямо в глаза офицеру и наступал вперед — У меня погиб молодой парень — офицер, и капрал, которому оставалось совсем немного. Если бы не ваша поганая секретность, то мы бы их поддержали огнем и обошлось бы без потерь. Это так тебя воевать учили?

— Это как это так? — Орлов немного смутился.

— Да рядовой из моего взвода, тоже из ваших, особых, проговорился. Всего-то нужна была пара пулеметчиков, и прикрыли бы штурмовую группу без всяких проблем. Это ты, полковник, виноват в их смерти!

— Не тебе, щенку, судить о моих действиях. Мы в армии и на войне, а здесь убивают.

— Мне уже кажется, что у нас разные армии — не уступал офицеру Карт — Может, у нас и цели разные?

После подобного прямого обвинения у Орлова непроизвольно сжались руки, а полицейские в комнате заметно напряглись.

— Ты меня обвиняешь, сержант? Может еще, и побить хочешь, как капитана? Не слишком ли ты бурый?

— Да без проблем — Алекс двинулся вперед, полковник покачал плечами и также выставил вперед кулаки, он был в бешенстве и плохо контролировал себя. Никому не позволено Так с ним разговаривать!

Неожиданно между спорщиками появилась фигура. Майор, хоть и был «тыловой крысой», но опыт боевой, по всему видать, имел. Его движения были скупы и отточены, и он, оттолкнув обоих рейнджеров, громко заявил — Стоп, у меня драк в комендатуре не будет. Полковник, вы, что себе позволяете! Вам тоже хочется получить обвинение?

— Все — Орлов взял себя в руки — за этим сержантом придут люди из разведки, пусть они разбираются. Вы, майор, не имеете доступа к этой информации. А ты, щенок, уже труп!

— Кто бы говорил! — Карт стоял, крепко поставив ноги.

— Да все уже сказано — полковник сплюнул и вышел.

— И что это все значит? — майор выглядел ошарашенным — Ты совсем дурак, сержант?

— Наверное, да. Ведите меня в камеру и принесите чаю.

Майор молча кивнул головой и к Карту подошли уже оба полицейских, руки они держали у оружия. «Как закоренелого преступника ведут» усмехнулся про себя Алекс.

Алекс не заметил, как вчера уснул. В голове вертелось столько мыслей, он был сильно огорчен и разгневан произошедшим. Видимо все, что несправедливого накипело ранее, вчера неожиданно и выплеснуло наружу. Вечером его никто не беспокоил. Полицейские только вывели в уборную, да принесли бутербродов с чаем.

Дверь со скрежетом открылась, и в проеме появился вчерашний мордатый коп — Собирайся! За тобой пришли.

Алекс спрыгнул с койки, потянулся и нагнулся за курткой. Делов то бросить ее в лицо охраннику, потом его вырубить, отобрать оружие и путь на свободу открыт. Для такого опытного штурмовика как он, не проблема уйти вообще с этой планеты. Но что дальше? Дальше этого его идеи не простирались. Поэтому Карт просто накинул куртку, подхватил ранец и вышел вслед за полицейским.

За столом сидел вчерашний майор. Он кивнул Карту и негромко произнес — Тут к тебе какая-то шишка из разведки прилетела, похоже, из Этих. Удачи, сынок.

Алекса провели по коридору и ввели в небольшой кабинет, где находились только рабочий стол и два стула. За столом сидел смутно знакомый военный в черной форме космофлота. Он кивнул охраннику, и Карта посадили на второй стул.

— Здравствуй, сержант. Говорят, ты у нас большой любитель поскандалить.

— Чамп? Капитан Чамп? — глаза Карта расширились от удивления, но, внимательно вглядевшись, он успокоился — Полковник Чамп. Разведка флота, значит.

— Судя по тону, ты не удивлен — Чамп крутанулся на стуле — Ты всегда был умным парнем, Алекс. Быстро меня просек, или помог кто?

— Думаете, ваша контора такая уж секретная? — иронически усмехнулся Алекс.

— Да, ты стал весьма говорлив. Ты завтракал? Сейчас организуем кофе — Чамп сделал по Интеру распоряжение — Скажи мне, Алекс, а на хрена ты капитана искалечил? Он-то тут совсем не при делах.

— Фиг знает. Так получилось.

— А ты у нас вдобавок обладаешь немереной силой. Эйнхейм слыл мастером рукопашного боя.

— Значит я сильнее — флегматично кивнул рейнджер — Да и не забывайте, что я уже пару лет воюющий штурмовик.

— Заметно — теперь уже кивнул полковник — Ты уже совсем не тот щекастый паренек, которого я знал. Ну, тем более будет проще разговаривать о взрослых вещах. А, вот и кофе.

Им поставили на столик большой кофейник, от которого несло ароматом настоящего земного кофе. Вдобавок к нему полицейский принес поднос с бутербродами. И хлеб был не консервированным, а свежим! Как, впрочем, мясо и зелень.

— Угощайся — усмехнулся Чамп — у разведки есть свои преимущества.

Сам он уже налил себе кофе и тихонько смаковал его. А Карт по солдатской привычке сразу умял бутерброды и выпил затем сряду три чашки превосходного кофе.

— Кофе с Их`вариша — прокомментировал он. У Чампа от этих слов чуть не выпала из рук кружка.

— Ты все-таки там побывал? — изумился он — А кофе и впрямь оттуда. Они поставляют нам немного. И как впечатления о планете?

— Странные. Больше пока не скажу, мы начали там одно расследование, но дернули нас из отпуска.

— Понятно. Я в тебе не ошибся.

— Что, вербовать пришли?

— Ну, где-то так — полковник усмехнулся — Хотя, если откровенно, ты и сам в руки идешь. Засветился в паре секретных операций, много вопросов задаешь. Тут о тебе уже некоторые люди справки начали наводить.

— Вот как? — Алекс не спеша потягивал кофе, когда еще такой попьешь — А вы, значит, из тех, кто их выдает.

— Можно сказать и так. Ну ладно, перейдем к делу. Мне не очень понятно, почему ты относишься так негативно к Организации?

— К вашему тайному ордену?

— Во-первых, не моему. Эта структура охватывает всю Землю и ее колонии. Во-вторых — мы ее называем Организация, хотя ты прав, непосвященные ее обозвали Орденом.

— Не знаю — вдруг задумался Карт — просто не очень приятно, когда вокруг тебя сплошные тайны, и тебя же используют вслепую.

— В армии полно секретов, ты должен был привыкнуть.

— Хм. Одно дело, когда это касается спецслужб или разведки, другое, когда твои товарищи тебе уже, как бы не товарищи. У нас что, две армии?

— А, вот в чем дело — Чамп погладил подбородок — к сожалению, Организация сильно разрослась. Больно много перед ней задач стоит.

— Ага. Вы везде, но как-то наособицу, а это не очень правильно. Солдаты относятся к вам с недоверием.

Разведчик немного помолчал, потом продолжил разговор — Знаешь, я не самый главный, и эти вопросы не в моей компетенции. Я честно выполняю свою задачу и, скажу откровенно, неплохо ее выполняю.

— Ну-ну, честный служака — Карт в упор смотрел на своего бывшего инструктора.

— А ты и в самом деле борзый стал — Чамп внимательно оглядел собеседника — Мальчик то вырос.

— И хочет объяснений.

— Сейчас ты их не получишь, но твой подход не очень правильный. Наша Организация создана для защиты Земли, только для этого. Поэтому я от ее лица предлагаю тебе сотрудничество. Ты станешь ее полноправным членом и будешь продолжать нести службу дальше. Время от времени мы будем привлекать тебя для особых операций. Поверь мне, эта работа как раз для тебя, и пользы для нашей планеты ты принесешь намного больше.

— Вы для этого меня учили?

— Для этого тоже. Да мне и самому интересно было. У тебя нет времени для раздумья. Карт. Надо ответить прямо сейчас. Если да — ты тут же уедешь со мной. Если нет — снаружи тебя ждет полковник Орлов и копы. Уж куда они тебя загонят, никому не известно. Орлов весьма злой, ты что ему сделал то?

— Чуть не подрался.

— Охренеть! — Чамп и в самом деле удивился — Ну ты даешь, салага! Он же все-таки фигура.

Карт же задумался. Первым желанием было послать всех подальше. Ничего, он прорвется! С его способностями, а в них он уже не сомневался, шанс выжить будет большим. Он уже понял, что к нечеловеческой реакции и выносливости он обладает и невиданной силой. Главное уметь ее проявить. А с другой стороны жизнь штрафника нелегка и далеко не престижна. Что и кому он докажет? А тут открываются неясные перспективы прикоснуться к великой тайне. Хм, а полковник его просчитал, явно просчитал. Ну ладно, сделаю вид, что согласен. А потом посмотрим, кто кого. Он решился и встал.

— Куда идти?

Чамп улыбнулся, поднялся с кресла и пошел к выходу. Алекс двинул за ним следом. Уже сидя в флайере, он задумался об этом новом этапе его жизни. Несколько пазлов все-таки сложилось воедино.

Третья часть

Братья

Космический десант

— Смотрю, тебе не по нраву сегодняшнее меню? — техник станции капрал Лебовский улыбался. А Карт уныло уставился на зеленую бесформенную массу, лежащую на его тарелке. Обычный космический рацион.

— Как это можно есть? — уныло пробормотал мастер-сержант мобильной пехоты.

— Да как все — капрал улыбнулся и отправил в рот большую ложку с питательной массой — Ты жуй, давай.

Алекс снова поковырялся в том, что здесь называлось обедом, и решился.

— Ну, как? — Лебовский с любопытством смотрел на приятеля, и по привычке улыбался.

— Да как везде. Хотя…. Есть какой-то приятный оттенок.

— Во! Это мы вчера свежую партию зелени в машину загрузили. Я два дня комбинацию подбирал, и ведь вполне вышло — капрал продолжал с аппетитом поглощать свой обед, не забывая кидать на рейнджера вопросительные взгляды.

— Слушай, Лебовский, а что туда вообще кидают — Карт продолжал смотреть на питательную массу.

— Ну, как что. Сначала стандартную белковую массу, потом смесь питательных добавок. Если большая станция, как у нас, и есть своя оранжерея, то свежую зелень в виде пюре.

— А что? Просто овощи дать нельзя?

— Да ты что! Представляешь сколько возни с ними! — техник с удивлением посмотрел на непонятливого рейнджера — Тут же прорва народу проживает и еще больше транзитом проходит. Сублимированные овощи бывают только на орбитальных станциях, если планета цивилизованная. А мы в глубоком космосе, тут транспортники и то не каждую неделю прибывают. Так что у нас только водоросли и мох. А затем уж мы, техники питательных машин в дело вступаем, чтобы уж не совсем полной дрянью питаться. Парни на мелких посудинах вообще стандартным пайком перебиваются. А это такая редкостная гадость! Потом их лечить приходится.

— Зачем?

— Так наш организм штука нежная. Запросто можно кучу болезней желудка и кишечного тракта заработать. Дисбактериоз, это болезнь всех космолетчиков. Мы вот сюда — Лебовский кивнул на тарелку — добавляем пищевые волокна и специальные капсулы с микроорганизмами. Поэтому у нас и стул нормальный.

Техник весело заржал, веселый был человек, поэтому Карт с ним и сошелся. Пронырливый парень был всегда в хорошем настроении, да и к тому же помогал достать чего-нибудь редкостное.

— Понятно — Алекс тоже улыбнулся — значит, и наши отходы в дело идут?

— Конечно же! Думаешь, чем наши оранжереи питаются? Кругооборот говна в природе.

Техник опять заржал. А Карт подозрительно взглянул на стакан с напитком.

— Не бойся. Питьевая вода у нас свежая. Регулярно доставляют танкерами. Это техническая постоянно очищается, и то приходится обновлять. Вода вообще вещь сложная — Лебовский сыто откинулся на сиденье. В столовой было затишье. Время завтрака уже прошло, а до обеда было еще далеко. Между столиков вьюном вился автоматический уборщик — Представляешь какая штука: оказывается нам, землянам, не каждая вода и подходит. Я не помню всех подробностей, есть у научников свои заковыки. И именно поэтому на дальних рейдерах большая часть пищевых запасов — это вода. Продукты и смеси все сухие да сублимированные, их водой надо разбавлять. И у них такая вот проблема: поначалу и не помыться толком, пока вторичной водички не накопится.

Лебовский снова засмеялся, Карт улыбнулся. Космос для живого существа совершенно чуждая стихия, подобные проблемы возникают на каждом шагу. У техника пискнул Эй-ти, он озабоченно прочел сообщение и кивнул — Ал, давай, пока. У парней с аппаратного проблемы со шлангами возникли. Боже, на каком старинном корыте я работаю!

Карт уже допивал витаминизированный напиток, когда рядом послышался чей-то голос

— У вас свободно?

Карт удивленно оглянулся, столовая ведь была совершенно пуста. А напротив его за стол с шумом садился штатс-сержант в форме космодесантника. Его лицо показалось Алексу смутно знакомым.

— Привет! Вижу, что узнал — десантник поставил на стол нестандартный чайник — Чай будешь?

— Чего нет — согласился рейнджер и принял чашку — Давненько виделись, ты меня вербовал в свою команду.

— Роберт Сид — по-новой представился штатс-сержант — Пятая эскадрилья. А ты, как я гляжу, далеко идешь. Уже мастер, и звезды имеются, не каждый в твоем возрасте похвастаться такими успехами может — Сид кинул испытывающий взгляд на Алекса — А я ведь снова тебя вербовать буду. Мне срочно нужны опытные и надежные парни, для одного очень увлекательного мероприятия. Дело срочное и очень секретное.

Штатс-сержант сделал условный знак пальцами, Карт нахмурился.

— Вот в чем дело. А зачем космодесанту штурмовик-водитель?

— К сожалению обстоятельства таковы — пожал плечами Сид — Не я командую обедом, мне приказано только собрать команду, и у нас меньше недели на подготовку. Я бы с большим удовольствием использовал своих парней, миссия предстоит технически сложная, но тут дело касается Внутреннего круга.

— Внутреннего? — Карт был искренне поражен.

— Да, пацан. Сам понимаешь, не так много существует реальных бойцов, которых можно допустить до такого рода дел.

— Но я же не имею допуска…

— Уже имеешь — штатс-сержант многозначительно кивнул головой — кто-то там — здоровяк показал наверх — за тебя сильно попросил. Я просмотрел твое досье. Знаешь, очень противоречивое впечатление. Я лично был против твоего назначения, но приказ пришел от очень влиятельного члена Организации.

— Полковник Чамп? — ухмыльнулся Карт.

— Нет, не знаю такого — Сид покачал головой — Адмирал Нахимов. Ты знаком с ним?

— Нет — пришел черед качать головой Алексу — но слышал, что он очень важная шишка из Внутреннего.

— Шишка — десантник шумно поставил опустошенную чашку на стол — Ты еще салага в наших делах. Даже не знаешь твоего непосредственного командующего. Да ладно, всему свое время. Вали быстренько в каюту за вещами, через полчаса выдвигаемся.

В небольшом лекционном зале стояла духота. Они сидели безвылазно уже семь часов, а вентиляция плохо справлялась со своей работой. База космодесанта оказалась достаточно древней и была спроектирована земными инженерами. Тогда земляне еще не были достаточно опытны, поэтому военным приходилось мириться с множеством неудобств, в виде плохой вентиляции, вечно текущих душевых и неудобных уборных. Сходить по-большому, и то являлось проблемой, учитывая меньшую силу тяготения. Сама База располагалась на большом астероиде. Одним из плюсов этого обстоятельства было наличие огромных запасов воды. Поэтому на базе имелись даже настоящие бассейны, часто используемые для тренировок личного состава, и не имелось ограничений на помывку, которые являлись обычным делом в космосе.

— Ну что ж, подведем итоги — на место лектора вышел командор второго ранга — На подготовку к операции у нас всего пять дней. Искомый планетоид через это время будет на самой удобной для десанта точке орбиты. Дальний разведчик «Призрак» выйдет из Вторичного пространства и выкинет десант в индивидуальных посадочных капсулах. Используя приданное рейдером ускорение и притяжение планетоида, капсулы должны приземлиться на его теневой стороне, поблизости от технической шахты. Десантные капсулы обладают самой совершенной на настоящий момент экранирующей защитой, к тому же в этом районе повышенная метеоритная активность. Поэтому существует большая вероятность внезапности нашего нападения. Ваша задача проникнуть внутрь научной станции, захватить информационные материалы и пленных. Затем планетоид будет уничтожен. Задача командирам боевых групп на ближайшие три дня: составить график тренировок, обозначить каждому бойцу боевую задачу согласно плану. На четвертый день общее совещание, добиваем тактический план, решаем по вылезшим неувязкам. Через пять дней вылетаем в сектор.

И повторяю для всех: Задача огромной важности! Материалы на этой базе крайне важны для выживания нашей расы. Поэтому мы обязаны справиться. Свободны!

Бездонное чрево глубокого космоса завораживало. В этой части Галактической Спирали Карт плохо разбирался с картами звездного неба, все-таки он не космолетчик. Сейчас его взору предстало множество неизвестных созвездий, выделялись светлые пятна туманностей и темные «угольные мешки». Где-то среди этих бесчисленных звезд находились планеты с разумными существами, среди них и его голубая планета — колыбель человечества, ради которого он час назад шагнул в бездну.

Полет на небольшом рейдере Глубинной разведки проходил достаточно напряженно. Присутствие на борту десанта, в три раза превышающего численность экипажа создавало множество бытовых неудобств. Почти треть боевой группы составляли штурмовики и технари, не особо знакомые со специфическими условиями работы в Глубоком космосе. Поэтому космодесантники с усмешкой и иронией вводили новичков в курс дела. Например, на борту разведчика не было душевых кабин в обычном понимании. Водяная пыль обволакивала тело, затем следовало включить ионизатор и массажный поддув. Таким образом, удавалось вполне сносно помыться, не тратя при этом большое количество воды. Были проблемы и в уборной. Если забудешь включить дополнительный подсос, то рискуешь выйти из отсека с грязной задницей. Боевики десанта питались в дороге обычными пайками, несколько ящиков им загрузили на перевалочной базе. Там же находились баллоны со свежей водой, ставшей «менной» валютой при общении с местным экипажем. Космолетчики здесь подобрались опытные, все сверхсрочники и фанаты своего дела. Экипаж рейдера был маленьким, и свободных рук на корабле не наблюдалось, люди или стояли на вахтах, или отдыхали.

«Черт, где это местное солнце? Так, спокойно, сориентировались, мне, похоже, туда».

Карт уставился в темное пятно впереди по курсу. «Сколько лететь? Где этот чертов стабилизатор! Ну что за идиоты делали такие мелкие кнопки! Такс, вводим. Порядок. Главное не пролететь мимо»

Алекс неловко поежился в десантной капсуле. Пролететь мимо планетоида ужасно не хотелось. Перспективы замерзнуть или задохнуться в этом безжизненном пространстве ему совершенно не улыбались.

«Пить захотелось. Так, где у нас тут шланг? Вот он. Фу, ну и гадость у них налита. Это же когда тут воду меняли в последний раз? И вообще воняет чем-то кислым. Опаньки! Зеленый. А что у нас за зеленый? Ага, подходим, значит. Точно, вот и Сид сигналит. Куда будем приземляться? А почему приземляться, кстати? Точнее будет припланетоидиться. Ха! Счас шмякнемся и усе. На фига я подписался?»

Громада планетоида, висевшего в астероидном поясе одинокой звезды, приближалась стремительно. Умники из разведки рассчитали все точно. Алекс успел заметить, что пунктир предполагаемого спуска идет прямо к точке входа.

«Ай, маладаца! Так, импульсные ускорители. Три, два, один! Твою мать! Я чуть башку не проломил. Все! На земле, тьфу на планетоиде. Теперь лезем в скафандр. Да черт его возьми! Нога запуталась. Неужели нельзя придумать что-нибудь более удобное? Такс, включаем воздух, параметры жизнеобеспечения. Порядок! Люк. Пошел родимый. Эх, чуть оружие не забыл, растяпа. Где наши?»

Кто-то хлопнул бойца по плечу, Алекс испуганно оглянулся. Это был командир соседней группы, он указал куда-то в сторону. Там мелькали фигурки в темных скафандрах. Они соблюдали полное радиомолчание. У этой секретной базы не было охранного периметра, издержки секретности. Планетоид на всех приборах выглядел как обычный кусок камня, поэтому здесь можно было не опасаться быть замеченным и обстрелянным. Чем земляне и воспользовались по полной программе.

«Вот и Сид, машет рукой. Побежали, тут главное ноги не задирать, сила тяжести маленькая. Так, нам куда? Туда? Поехали. Похоже, все в сборе, это радует. Ого! Люк под скалу замаскировали. Умно. Наши что-то там химичат. Да это обычный гравитационный рычаг! Ноль излучения. А ведь подломили, бродяги! Лезем внутрь»

Шахта технического лаза была не освещена. С помощью ночного визира Карт видел только скафандры двух впереди ползущих десантников. За ним также двигались. Вдруг впереди что-то ярко сверкнуло, тут же заработали мазеры бойцов, а эфир проснулся.

«Всем! Это первый! Нас обнаружили, мы снесли первую полосу защиты. Есть потери. Тройки выходят на боевую тропу. Быстро! Давайте, парни, пока они не очухались!»

Карт нырнул вслед за вторым бойцом их тройки — капралом Швыдким, который был техником космофлота. Впереди него двигалась громада скафандра Сида.

«Началось, вашу тетю. Ого! Знатно тут приложились. Ё! А пацану не повезло, один уголек остался. Вот и проход. Где Сид? Понятно, налево, так налево. О, связь суки глушат. Да поздно спохватились, орелики»

«Карт, в конце коридора» Жахнуло чем-то безмерно горячим, ручьями потек пластик облицовки, изогнулись прутья арматуры. Но опытный штурмовик оказался шустрее дрона-охранника. Теперь в том конце коридора высилась только груда металла и пластика.

«Тройка за мной! Карт, держишь тылы»

«Принял» — Алекс пытался бежать в неудобном скафандре третьего класса защиты.

«А вот и люк. Это дело Швыдкого. Как он быстро его открыл! Неужели разведка коды добыла? Умеют ведь, когда захотят. Офигеть! Это точно секретная база, а не дворец какой? Освещение, чистые коридоры, цвет, уют. А это что, настоящие растения?»

«Карт, не спи! Впереди искомое помещение»

«Принял».

Тройка подбежала к широким дверям и остановилась. Неожиданно из бокового коридора выскочили два гуманоида с чем-то похожим на оружие в руках. Земляне среагировали молниеносно и оба местных упали с прожженными в головах дырами. Карт осторожно приблизился к ним.

«Сид, что за нафиг? Это же веганцы! Мы что, со своими воюем?»

«Карт, не задавай глупых вопросов. Ты не вчера родился, у нас свои интересы»

«Принял» — Карт молча наблюдал, как Швыдкой возится с дверью, видимо код здесь оказался сложней. Наконец, створки пошли в стороны. Сид тут же кинул в помещение два цилиндра, затем туда вбежали и штурмовики, держа бластеры наизготовку. Карт успел сработать по качнувшемуся на потолке дрону, а Сид выстрелил куда-то вбок.

«Чисто!»

«У меня тоже. Техник, куда заряды ставить?»

«Сейчас» — Швыдкой сосредоточенно возился с планшетом, в толстых перчатках работать было неудобно. Тут больше бы подошел рабочий скафандр, но это был боевой выход. Эта защита спасала от большей части легкого оружия — «Тут и тут».

Сид с Картом сноровисто поставили пластерные заряды и активизировали их.

«Все, уходим!» — Сид махнул рукой.

В длинном коридоре Карт закрутил головой — «Ну и масштабы у веганцев. Мастера, ничего не скажешь! Они тут, похоже, весь планетоид перерыли. А где наши? О, четвертая тройка. Привет, парни! Ничего себе вы тут настругали. Потери есть? Нет, отлично! А в пятой Косца наповал? Бедолага».

«Карт, давай за мной. Техник, остаешься здесь».

Алекс догонял высокого космодесантника, когда впереди что-то вспыхнуло и широкий коридор стало заволакивать дымом. Фильтр на шлеме тут же переключился в режим термооптики, а сам боец присел. И вовремя! Впереди мелькнули два объекта и оба десантника выстрелили в том направлении. Дым быстро рассеялся, вентиляция тут стояла отменная, и Карт увидел в конце коридора два лежащих тела. Тут же замелькали знакомые темные скафандры.

«Это вторая двойка. Давайте к нам!»

Сид и Карт подбежали к товарищам, не забывая держать на мушке двух инопланетян. Один был уже мертв, а второй лежал на полу, глубоко дыша. Карт приблизился к нему вплотную. Веганцы были похожи на изображения инопланетян, как их представляли древние. Невысокий рост, вытянутая шея, бледная кожа, большие глаза. Хотя, может, именно они и прилетали на Землю в качестве разведчиков, хотя в официальной истории об этом совершенно не упоминалось. Умная и развитая раса, один из столпов Спирального Альянса — Содружества окраинных цивилизаций, противостоящих расам центра Галактики.

Неожиданно веганец открыл свои глаза и уставился прямо на Карта. В его темных глазах плескалось целое море ненависти. Алекс вздрогнул и нажал на спуск. От головы гуманоида ничего не осталось.

«Карт, черт возьми! Какого лешего ты палишь без приказа?»

«Не понравился он мне»

В эфире загоготали бойцы второй двойки, и послышалось яростное сопение Сида.

«Это первый, внимание всем! Захват окончен. Командирам троек выдвинуться согласно высланным маршрутам. Шлемы не снимать! Здесь находятся биологические лаборатории».

Карт с любопытством наблюдал за сидящими на полу веганцами. Часть из них явно была самками. Гуманоиды разных рас по строению тела имели много общего. Женщины выкармливали детей своим молоком, и из-за физических родов имели относительно широкие бедра. У веганцев отличия между полами являлись незначительными. Головы были безволосыми, косметикой женщины не пользовались. Разве что их глаза были больше и светлее.

Карт по пути заметил множество убитых, персонал базы был большой. А в плен, по всей видимости, отбирали не охрану и технический персонал, а работников лаборатории. Он сделал такое заключение по одежде, а также вспомнил, что на Вегане кастовое общество.

Десантники, между тем, сноровисто обыскивали помещения. Техники занимались выемкой информационных кристаллов — стандарт носителей файлов и данных в Альянсе. Карт помогал выносить ящики из отсека и грузить их на гравитележку. В скафандре работать было очень неудобно, так и хотелось снять его или хотя бы шлем. Но, взглянув через прозрачные стены на странного вида лаборатории, у десантников такое желание сразу же пропадало. Кое-где на металлических столах виднелись странные подтеки, а в двух лабораториях стояли пустые клетки.

«Чем же они тут занимались? Явно чем-то очень нехорошим и тайным» — страшные догадки приходили головы землянам, и они уже косились на пленных с явно недоброжелательными взглядами. К Карту подошел десантник, это был также штурмовик капрал Роа. Он прикоснулся к скафандру, и они установили между собой частотную связь, закрытую для остальных.

«Как ты, водила?» — улыбался сквозь скафандр Роа. Его темные лицо было покрыто капельками пота.

«Нормально»

«Помнишь Дитера? Попал парень под раздачу. Каким-то резаком его на куски покрошило»

«Не повезло» — Карт покачал головой — «Слушай, а что за хрень тут творилась?»

Он кивнул в сторону лабораторий. Капрал удивленно взглянул на товарища.

«Ты что, не в курсе? Как тебя и в команду то взяли?»

«Откуда, я во внешнем круге»

«Хм, странно. Но ладно, это не мое дело. Раз взяли, значит, в курсе. А тут, тут создавали оружие против нас.

Веганцы те еще козлы. Ты лучше поспрошай у своего куратора, много чего интересного узнаешь» — Роа отсоединился, оставив Карта наедине со своими мыслями.

Наконец прошла команда «Это первый. Все на выход!»

Карт последовал за Сидом, толкая вперед тележку с ящиками. Выходили они через грузовой шлюз, он был достаточно просторным, и в нем имелась вместительная выходная площадка. Снаружи ящики и пленных присоединили к щупальцам буксира, а десантники попрыгали в так называемые «люльки». Карт застегнул страховочный фал и оглянулся. Далеко впереди темнела туша суборбитального буксира, обычного дрона, часто используемого ремонтниками для коротких рейсов между отсеками межпланетных и орбитальных станций. Чуть дальше, на длинных «лианах» болтались тела пленных, и отсеки с грузом. Он почувствовал толчок, это буксир включил короткий импульс, необходимый, чтобы оторваться от планетоида. Там что-то коротко сверкнуло, фалы натянулись, появилось чувство движения. Карта кто-то тронул за рукав, это был опять Роа. Они снова соединились для частотной связи — «Теперь можно» — кивнул головой капрал — «Все равно по импульсу буксира веганы сработают по тревоге. Так что вскоре тут будут гости и обнаружат «Большой Бум». Роа коротко рассмеялся, а Карт посмотрел назад. Планетоид темной громадой висел среди звезд, доживая последние минуты. Эти маленькие, висящие в межзвездной пустоте, фигурки принесли ему сегодня смерть. Чтобы подарить себе и своему потомству Жизнь. Вскоре участники операции находились рядом с погрузочным отсеком рейдера. Десантники не успели даже снять скафандры, как разведчик растворился в межпространстве, а в этом секторе Галактики расцвел яркий цветок. И совсем неподалеку остался болтаться в космосе поврежденный фрегат нектирианцев, врагов Альянса. В его лишенных воздуха отсеках находился мертвый экипаж. Организация провела одну из самых своих блестящих операций.

Арест

Алекс вытянулся на шелковых простынях. Эх, как все-таки хорошо жить!

— Мой воин, выпей живительного напитка — над юношей нависла копна густых рыжих волос, сквозь них насмешливо смотрели зеленые глаза. Северные варишки отличались от своих экваториальных сестер. Алекс принял из ее рук простую глиняную чашу и с удовольствием опустошил. Нектар свежих плодов пришелся сейчас как-никак кстати. Он скосил глаза и взглянул на небольшие груди инопланетянки, увенчанные бугорками ярко-красных сосков. Та перехватила взгляд мужчины и весело рассмеялась, затем игриво накинула простынь на голову юноше, и соскочила с широкой кровати. Когда Карт освободился, девушка уже стояла у большого зеркала и наводила порядок на голове. Она была не одета и предоставила молодому мужчине возможность еще раз полюбоваться ее молодым телом. Тина была еще очень юна, поэтому не имела излишне широких бедер и больших грудей, ведь у варишек они растут с возрастом и почти всю жизнь. Поэтому сейчас она так похожа на некоторых земных женщин, потомков южных народов! Гладкая темная кожа, с чуть красноватым отливом, длинные стройные ноги, небольшие мускулистые ягодицы, плоский живот. Тонкие изящные руки сноровисто укладывали непослушные волосы в затейливую прическу. Тина искоса взглянула на юношу.

— Я тебе нравлюсь?

— Конечно! Ты такая красивая — протянул Алекс. Потом он задумался и спросил — А сколько тебе лет?

— Мне? — лукаво обернулась варишка — Ну, по вашему летосчислению будет шестнадцать.

— Что? — Карту стало не по себе.

— А что такое? — удивленно подняла густые брови Тина — Ты разве не занимался на Земле любовью с юными девами?

— Было дело, но тогда я и сам был моложе. У нас это не запрещено.

— У нас тоже. Иначе мама бы не послала меня познать тайны мужской любви.

— Что?! — Алекс чуть не упал с кровати, уронив на пол легкий халат.

— А ты разве не знал, что Рата моя мама? — пришел черед удивляться юной красавице. Юноша покачал головой. Черт поймет этих варишанок! Они долго выглядят молодыми, с таким же успехом можно попасть в постель и к какой-нибудь прабабушке.

Тина, между тем, подошла к сидящему юноше и оседлала его, стиснув талию своими мускулистыми ногами — А мне понравилось изучать земных мужчин — прошептала она на ухо Алексу, и у того закружилась голова. «Ох, как она хороша чертовка». Природное обаяние, девичья непосредственность, и совершенно дикая сексуальность, присущая варишанкам, в Рине это все взбилось в просто сумасшедший коктейль. Карт после разлуки с Ольгой поначалу охладел к другим женщинам, они перестали его интересовать. Вот и Рата была удивлена после первой ночи, которую они провели вместе. Выслушав пьяные, несвязные объяснения молодого землянина, она, оказывается, приготовила ему вот такой приятный сюрприз. Ну что ж! Значит, так тому и быть, жизнь ведь продолжается, поэтому землянин окрепшими в армии руками чуть приподнял варишанку и подтянул к себе. Та скосила глаза вниз и восторженно зашептала — А вот это настоящее волшебство. Я вчера была поражена земными размерами, и твоей энергией. О, мой воин!

Их тела снова сплелись, чтобы выжечь огнем любви все горести и беды, поселившиеся в душе земного воина.

— Ты ничего мне рассказать не хочешь? — Ларсен откинулся в плетеном кресле и исподлобья смотрел на старого друга — Ты выдернул меня прямо с батальона. Мы примчались сюда, неделю варились в сексуальном угаре и опять мчимся, черт знает куда. Думаешь, я не видел, какие ты знаки крутил руками на станции?

Алекс молча кивнул головой. Чтобы добыть разрешение на поездку в «заповедную зону» ему пришлось на межсекторной станции использовать тайные знаки Организации. К нему сразу же подошел один из офицеров, и вопрос был моментально решен. Земляне умели заводить надежных друзей. Их настоящие союзники, знали, что солдаты Федерации своих не бросают и не предают, в отличие от «старейших».

— Давай, кофе допьем и на свежем воздухе поговорим.

Они вошли под сень высоченных хвойных деревьев. Рата с подругами в свободное от работы время показала землянам чудесные места в горах. Здесь росли густые леса, текли чистые реки, все было пропитано свежайшим горным воздухом. Они два дня всей тусовкой плескались в горных озерах, ловили рыбу, и занимались любовью на изумрудных лугах. А теперь именно отсюда Карт решил начать свою длинную дорогу за Истиной. Он остановился у цветущего куста, и устало присел на согретый солнцем валун.

— Садись, Олд. Подождем.

— Кого?

— Сам увидишь.

Минут через пять среди деревьев послышалось чье-то пыхтение, было такое впечатление, что по лесу пробирались какие-то большие животные. Ларсен напрягся, он не знал, водились ли тут дикие звери. Ветки с цветами раздвинулись и на полянку вломились два огромных землянина.

— Дуб, Игнатов! — Ларсен кинулся обниматься со старыми друзьями.

— Карт, ну ты и завел нас в дебри, насилу вас нашли — Иван улыбался до ушей и крепко стиснул старого товарища.

— Так вы тут не просто так появились? — Ларсен кинул подозрительный взгляд на Алекса.

— Просто так? — Василий уже копошился в огромном бауле — Да он неделю назад выцепил нас аж с другой стороны спирали. Далеко, видать, пошел, бродяга. Откуда у тебя вообще подобные связи появились, мастер?

— Так он из этих — криво усмехнулся Олд. Иван тем временем установил походный столик и «накрывал поляну». На столе чудесным образом появились куски жареного мяса, овощи, круглый хлеб местного производства. К ним добавилась пара булькающих фляг из настоящего стекла. Дуб покрутил головой и спросил — Кого ждем?

— Ага! — вдруг раздалось за кустами, и показался еще один долговязый землянин — Без меня начинать не комильфо.

— Игорюха! — Дуб с непосредственностью дикого носорога бросился навстречу товарищу. Со стороны все действо выглядело как брачные игры животных. О чем и не преминул заметить Ларсен, за что сразу схлопотал леща от Игнатова. Дружеская потасовка закончилась только после командного окрика Карта.

— Бойцы! Строится быстро! — друзья не раздумывая, по вбитым за четыре года инстинктам, выстроились в ряд. Через полминуты «новобранцы» очухались и заулыбались.

— Ал, откуда у тебя такие командные нотки прорезались? — засмеялся Стрелков.

— Дык он у нас мастер-сержанта получил недавно, да и вообще сержант уже более года — заметил Василий, усаживаясь у столика с закусками — Ну так мы что, так и будем насухую беседовать?

— Ого! Силен удалец! Так, Вася, обожди, у меня тут заначка — Игорь достал из рюкзака увесистую баклажку и передал Дубу — Разливай. Это земное, настоящее.

Вскоре друзья подняли бумажные стаканы с рубиновым вином, и выпили за встречу. Закусив, товарищи подняли тост за Землю. Затем за столом воцарилось напряженное молчание.

— Ал — Олд толкнул друга под локоть — ты ничего нам сказать не хочешь?

— А, знаешь, хочу — Карт поднялся с места и встал перед своими боевыми товарищами — Я не просто так вас вместе собрал. Но начну с небольшого исторического дискурса. Если вы помните, то через десять лет после создания Федерации наши наблюдательные спутники стали замечать в ближайшем Космосе странные явления. Затем все орбитальные станции оказались разом уничтожены, и на землю началось инопланетное вторжение. Это были шактанцы, планету которых, мы потом в отместку хорошенько проутюжили. Они создали тогда плацдармы в пустынных районах и стали наращивать силы для последующего захвата планеты. Но, не смотря на технологическое превосходство бойцов Галактического Союза, а это были именно они, представители союза цивилизаций центра нашей Галактики, мы смогли дать сокрушительный отпор.

На Земле к тому времени образовалась крепкая централизованная система командования, земляне были уже закалены испытаниями и лишениями. Да и, как оказалось, наше передовое вооружение получилось вполне боеспособным. Ученые, инженеры и военные смогли в короткий срок произвести достаточное количество военной техники и оружия. А наши солдаты, не жалея жизней, били насмерть коварного врага. Шактанцы начали нести невиданные для них потери. В плане военной тактики они оказались просто детьми против закаленной былыми распрями армии объединенных землян. Ну а природная свирепость наших бойцов стала очень неприятным сюрпризом для всех центровых.

Несколько их плацдармов оказались просто-напросто уничтожены, в других днем и ночью не утихали бои. Ну а чуть позже с руководством Федерации связались представители Спирального Альянса, союза цивилизаций окраины Галактики, которые уже тысячи лет боролись с экспансией рас Центра. На Земле появились бойцы с Хэша, а на орбите встали корабли веганов. Вот так мы и встряли в эту бесконечную бойню, оплачивая своей кровью членство в Альянсе.

— И к чему эта лекция? — у Ларсена сегодня было явно плохое настроение — Официальную версию истории Вхождения мы еще в школе изучали.

— А ты хочешь что-то добавить из того, что не вошло в учебники? — Стрелков внимательно наблюдал за пылким норвежцем.

— Есть множество расхождений. На русском севере находятся остатки поселений, пораженных из космоса. Тогда погибло много людей. А ведь шактанцы старались мирное население не трогать, не в их это духе. А ведь именно эти удары очень сильно разозлили тогдашних землян, и они намного охотнее пошли на союз с Альянсом.

— Ты хочешь сказать?

— Олд прав — Василий почесал массивный подбородок — там дело явно не чисто. И у нас ходили слухи, что веганцы намеренно поразили наши поселения, чтобы мы были посговорчивее. Показать, так сказать, возможности своего оружия.

— Один хрен, в стороне отсидеться не получилось бы — мрачно добавил Дуб.

— И все-таки, к чему нам этот исторический рассказ? — Стрелков поднял бокал с вином и махом его осушил.

— Именно тогда и была создана организация, которую вы знаете под именем Ордена.

— Контора разведчиков — Василий криво усмехнулся — пересекались с ними. Вечно какие-то секреты.

— Да. Организация была создана на базе разведки космофлота. И ее задачей была защита интересов непосредственно землян и самой планеты.

— Не доверяли, значит, с самого начала союзничкам. Ну и правильно — Иван был, как всегда, непосредственен.

— Ал, а ты к чему нам это все рассказываешь? — Ларсен встал с места и подошел к другу — Вербуешь?

— Не все так просто, Олд — Карт нервно зашагал по изумрудной траве — Я в Организации уже больше года, но и сам до сих пор мало что понимаю. Бесконечные секреты, мутные какие-то разводки. Меня приблизили к внутреннему кругу, но это так и не добавило ясности.

— Ну, так расскажи, что знаешь — Стрелков взял сочный фрукт и начал спокойно его разжевывать — Вместе чего и порешаем. Да, друзья?

Все кивнули головой. Карт, видимо, принял решение, сел к столу, осушив залпом бокал вина.

— Вы и сами знаете, что наши самые старые союзнички имеют свой интерес в этом конфликте. Они часто обманывали нас и использовали вслепую. Открыто неповиноваться мы не могли. Больно разброс в технологиях у нас велик. Для этого умные люди и создали Организацию, что блюсти наши интересы и втемную противоборствовать «союзникам». Как вы знаете, со временем мы завоевали достаточно высокую репутацию среди рас, похожих на нас. У нас появились искренние друзья, боевые товарищи, торговые связи. Именно благодаря пролитой землянами крови за пятьдесят лет была ликвидирована угроза захвата центровыми множества самых слабых планет Альянса. Именно наши войска переломили ситуацию в этой части Галактики. Центровым пришлось привлекать новые расы и ресурсы, чтобы хотя бы остановить наше всеобщее наступление. Мы понемногу завоевали право иметь собственный флот, стали сами производить многие виды высокотехнологичного оружия. Часть технологий мы получили от «старых» рас. Ведь им пришлось выполнять условия договора, и перевести земную промышленность на новые стандарты. Вы согласитесь, что жить на Земле еще никогда не было так комфортно и сытно. Столетия генетического и евгенического контроля сильно оздоровили нашу расу. Стабилизировав наше население на цифре в миллиард человек, мы уменьшили нагрузку на планетарные ресурсы, более целесообразно расселили население. Люди колонизировали Луну и Марс, начали осваивать планетоиды Солнечной Системы.

— Ал — мягко прервал рассказ товарища Стрелков — нам эта лекция ни к чему. Мы уроки не прогуливали. Ты ведь прекрасно знаешь, что именно за процветание нашей расы мы и проливаем кровь на этих чертовых планетах.

— Да, Игорь, ты прав. Мы проливаем свою кровь, замерзаем насмерть в растерзанных звездолетах, сгораем в плазме, умираем страшной смертью на неведомых планетах этой бесконечной войны. Так вот: Организация и была создана для того, чтобы уменьшить потоки человеческой крови. Чтобы наших бойцов не посылали на бессмысленную бойню. Поэтому она и пронизала всю структуру армии Федерации. Но..

— Но в итоге она перестала работать на изначальную цель? — Василий с шумом поставил пустой стакан столик — Мы уже не первый год в армии, Ал, навидались Этих. Да и к самой разведке в войсках отношение неоднозначное. Сам знаешь, флотские у нас не в чести.

— Вася, разведка не подчиняется флоту. У них только форма одинаковая. Организация просто пользуется разведкой, как самой закрытой структурой.

— И, ты, значит, решил нас вербануть. Своих лучших друзей… — Ларсен смотрел на Карта исподлобья.

— Олд, ты мне что, сегодня решил нервы помотать? Ты кто такой, чтобы мне указывать?

— Кто? — норвежец вскочил с места — Я из-за твоей тупости уже лишился лучшего друга и напарника.

— Тебе то что? — Карт стал напротив — Дорогу выбирать моя прерогатива.

— А ты не охренел часом, мальчик? — Ларсен резко набычился. Остальные недоуменно смотрели на товарищей.

— Ты что ли меня остановишь, тормоз норвежский — Алекс принял бойцовую стойку.

— Парни, вы что? — Дуб не успел встать, события закрутились стремительно. Ларсен как мощный бык-перволеток кинулся на маленького и относительно щуплого Карта. Казалось, секунда, и он его поломает. Но произошло немыслимое. Алекс в последнее мгновение неведомым образом уклонился от удара опытнейшего борца, и, падая, сам нанес удар. Последствия его удивили всех присутствующих: норвежец только охнул и свалился наземь. Он катался по траве и рычал от боли.

— Дайте ему обезболивающее — спокойно произнес Карт и налил из баклажки порцию рубинового напитка.

— Ал, ты как смог? Ларсен же реальный чемпион — Василий от удивления даже не вставал с места.

— А ты не понял? — Стрелков выудил из баула нужный прибор и поднес его к предплечью поверженного норвежца — Ал его спецом завел, чтобы показать свои возможности. Олд всерьез ведь кинулся.

Карт усмехнулся, сделал еще один глоток вина и начал разрывать руками мясо. Ларсен, наконец, очухался и присел, все еще возмущенно тряся головой. Дуб уселся напротив, и все вопросительно уставились на Алекса.

— Теперь увидели? Извини Олд, так надо было, иначе ты бы и сам не поверил. Теперь у меня есть и невероятная реакция, и такая же сила. Мальчик вырос, парни, и принял решение. Я также не слепой и вижу, что нынешняя Организация не выполняет свою функцию, она и в самом деле превратилась в какой-то закостенелый древний Орден. У нее нет уважения в войсках, она запуталась в своих решениях. Поэтому я не вижу своего будущего в самой Организации. Конечно, меня оттуда полностью никогда не отпустят, но я хочу действовать по-своему, независимо.

— У тебя есть план? — Стрелков напряженно смотрел на своего старого товарища.

— Точного нет, Игорь — Алекс покачал головой — не все так просто.

Мастер-сержант замолчал, что-то напряженно обдумывая.

— Тут вот какое дело, парни. Как-то мой командир батальона вправлял мне мозги, и произнес очень важную фразу «Главной нашей задачей является не сама победа в бою, а победа меньшей кровью». А ведь и в самом деле, сколько раз вы все видели напрасные жертвы, дурь и предательство отдельных командиров. Обычные солдаты и сержанты ничем не защищены. Они обязаны присягой выполнять приказы командования, не смотря ни на что. Только не все приказы правильны, и за ошибки никто не отвечает.

— Есть такое — мрачно прошелестел Дуб.

— Нужна новая система, чтобы это положение дел поломать. Я пока не знаю как, но мы обязаны это сделать. И мне нужны верные товарищи в команде. Мы сами подберем нужных людей, и будем действовать самостоятельно, без оглядки наверх.

— Есть, значит, все-таки у тебя идеи?

— Я уже сказал, Игорь, только наметки. Но как нам попасть всем вместе в одну команду план есть.

Карт хитро посмотрел на товарищей и улыбнулся. Все узнали эту коварную улыбочку. Самые каверзные поступки совершались «водилой генералов» именно в этой улыбкой.

— Олд. Ты со мной?

— Куда я денусь, сукин ты сын! — выкрикнул норвежец и тут же скривился от боли.

Флайер несся вдоль русла реки, повторяя ее изгибы. Карт давно свернул с официальной трассы, решив спрямить дорогу. Неопытному водителю было бы сложно вести относительно простую машину по такому сложному маршруту, но только не опытному штурмовику. Алекс отключил голосовую кричалку и спокойно прибавил мощности. На табло показалось оранжевое пятно.

— Ты все-таки подлец, Ал. Так меня завести. Хотя отчасти ты прав, я же хотел по-серьезному тебе двинуть, а получил сам — Ларсен захохотал — Офигеть! Я считанный раз за всю свою карьеру такие удары пропускал. Ты где так научился бить?

— Да было у кого — уклончиво ответил Алекс.

Река из равнинной начала превращаться в горную. Берега превратились в отвесные скалистые стены, вода яростно забурлила. Водитель сбавил скорость, и начал осторожно лавировать, вскоре они нашел нужный проход и выскочил наверх. Между гор и долин шла широкая трасса, поросшая мелкой травой. По всему видать, ездили тут редко.

— Ты уверен, что нам туда надо?

— Да, Олд. В прошлый раз мы так и не разгадали загадку. А вопросов между тем здорово прибавилось, и не только у меня.

— Много секретов открыл на новой службе? — Ларсен искоса глянул на старого друга.

— Еще больше прибавилось — усмехнулся тот — Например, из последней операции, в которой я участвовал. Во-первых, она осуществлялась людьми внутреннего круга, а я туда не вхожу. Во-вторых, мне врали. А обычно перед любой операцией участникам доводят реальные факты.

— И что там такого было?

— Хм, вообще то тебе и близко нельзя знать, но хрен с ними и их секретностью. Значит такое дело: мы тут на днях атаковали тайную станцию веганов, а потом разнесли там все к чертовой матери.

— Что?

— Ты не ослышался. Мне ничего о задании не рассказали, но я понял так, что веганы против землян биологическое оружие создают.

— А вот в это я могу поверить — Ларсен утвердительно кивнул головой — Нехорошие слухи среди солдат ходят.

— Что союзники нам не совсем союзники?

— Ага, типа такого. И вот именно твои орденские дружки за такие слухи жестко карают.

— Там все сложно — задумчиво протянул Алекс. Горы расступились, и друзьям предстал вид на большую котловину и город, лежащий в ней. Дорога заканчивалась перед самым спуском в долину. Путь вперед перегораживал огромный сетчатый забор и будка КПП.

— Ну что, готов? — Карт остановил флайер у самого входа. Из будки показались две варишанки в форме.

Одна из них, рослая краснокожая женщина подняла руку.

Два землянина спокойно вышли из летающей машины и направились вперед.

— Это закрытая зона земляне — сразу перешла на земной язык варишанка в форме — вход туда запрещен. Садитесь в машину и возвращайтесь назад. Приезд сюда уже административное преступление.

— Да неужели? — Алекс подошел ближе, охранница несколько напряглась, хотя молодой человек был ниже ее на голову. Ее напарница не сводила глаз с Ларсена, а тот с большим старанием изображал пьяного землянина. Для полного антуража в его руках находилась бутылка местного пойла. Он сделал большой глоток и нетвердым шагом направился вперед.

— Стойте на месте, землянин! — рослая переключила внимание на Ларсена и зря. Карт сделал пару шагов и оказался позади варишанки, один удар и женщина упала навзничь. Ее напарница даже не успела достать оружие, как отлетела в сторону от удара мигом «протрезвевшего» Ларсена.

— Ты поосторожней, лосяра! — выкрикнул Карт — Убьешь ведь девку.

— Не учи отца… — спокойно проговорил норвежец — Давай, ворота открывай, мне туда пешком идти не улыбается. А я девчонок пока упакую.

Карт вернулся быстро — Ворота пусть стоят. Там авилет патрульный припаркован, им обойдемся.

— Ха! Хочешь добавить к нападению на охрану еще и угон транспортного средства?

— Ага, один фиг дисциплинарный батальон мы уже заработали.

— Интересный у тебя, конечно же, план. Засадить друзей в тюрьму, чтобы спасти мир.

— Ты знаешь, только так мы сбросим хвост орденских.

— Ну, заводи шарманку, посмотрим, стоило ли это того.

Город был стар, очень стар. Друзья находились на центральной площади и ошеломленно озирались. На окружающих их зданиях и дворцах был накинут невидимый отпечаток тысячелетий. Все здесь было покрыто пылью, некоторые здания уже опутались сетью трещин, хотя за городом следили, чистили улицы и ремонтировали постройки. Карт знал, что это древнейший религиозный центр Их`вариша, и надеялся найти здесь некоторые ответы на вопросы. Город был давно закрыт для посещений. А по понятным причинам напрягать свои связи в Организации он не мог. Да и не верил он там больше никому, кроме, пожалуй, Чампа. Именно с этим полковником Алекс связывал кое-какие надежды.

— Посмотри! Это не то здание? — Ларсен показывал в сторону огромного дворца с восемью округлыми башенками по краям. Алекс еще раз взглянул на старинный путеводитель, подаренный варишкой. Она рассказала, что ее прабабушка была известной ученой и занималась раскопками древних городов. Затем ее научные работы были запрещены и саму ученую услали на север континента. На «перевоспитание», так выразилась Рата. Прабабушка после возвращения еще долго являлась главой семьи, но никому не рассказывала, за что ее наказали власти. В ихваришанском обществе вообще существовало табу на обсуждение решений власти. Такое понятие, как оппозиция, здесь просто отсутствовало.

— Пошли — коротко бросил Карт, и, не оглядываясь, вступил в полумрак дворца. Высоченные потолки, огромные витые колонны, мраморные полы с мозаикой. И на всем этом «пыль веков». Свет просачивался сюда по каким-то невидимым глазу каналам. В нескольких ярких лучах заклубилась поднятая землянами пыль. Друзья долго рассматривали странные скульптуры, изображающие богинь, поблекшие фрески и росписи на потолке и стенах.

— Тут что-то не то — наконец проговорил Карт.

— Ага, одни бабы и природа. Мы ведь другое ищем?

— Ошибочка вышла — Алекс снова достал путеводитель, наморщил лоб и начал суматошно листать страницы.

— Вот! — выкрикнул громко Ларсен, указывая на огромную расписную статую, его голос причудливо преломился акустикой зала. Видимо здесь когда-то были популярны религиозные песнопения.

Алекс подошли поближе. Статуя изображала полногрудую женщину явно «северного» типа. Цвет лица и переливы роскошной копны волос были тщательно подчеркнуты виртуозным мастерством росписщиков по камню. На землян спокойно смотрели голубые глаза, так редко встречающиеся у варишанок. Неведомая богиня выглядела печальной, а руки были сжаты в положении, в каком на Земле когда-то было принято молиться. Чуть согбенная фигура изящного тела, опущенные уголки губ, неведомый скульптор очень хорошо передал женскую печаль и скорбь. Алекса вдруг как ножом полоснула по сердцу боль утраты, заполнив его естество вакуумом безграничной разлуки. Каким неведомым образом неведомый художник смог передать чувство печального расставания навсегда?

— Богиня Исхода — прошептал Ларсен, он также встал перед скульптурой, пораженный ее неземной скорбью.

— Что ты сказал?

— Тут написано, что это богиня Исхода, вот внизу.

— ?

— Извини — Олд печально улыбнулся — Я в прошлую поездку купил самоучитель варишанского и только потом понял, что это древний вариант языка. Да делать нечего, в свободное время выучил. Ты же знаешь, что у меня есть способности.

— Ага — проговорил удивленный донельзя Карт. Потом он повернулся и внимательно взглянул в сторону входа — Ты посмотри, она смотрит именно туда. Мне кажется, что этот дворец предназначен именно для женщин.

— Мы мыслим одинаково? — Ларсен уже бежал к выходу.

На широком проспекте они внимательно осмотрелись, и в самом деле, напротив выхода из храма по ту сторону улицы виднелось приземистое здание, построенное очень просто и добротно из темного камня. Когда земляне приблизились, то поняли, что камень просто потемнел от времени. Изначально он был золотистого оттенка. Массивный, с анфиладой толстых колонн и небольшим полушарием свода наверху, неведомый храм поражал строгостью линий.

Не без сомнений друзья вступили внутрь, открыв толстенные ворота из какого-то крепкого дерева. Как ни странно, внутри помещения оказалось очень светло. Наверху виднелось множество оконных отверстий, затем свет отражался от бесчисленных зеркал и блестящих выступов, заливая пространство ярчайшим солнечным светом. Земляне сразу поняли, что они нашли искомое. Все стены храма оказались покрыты изумительной красоты фресками. Повсюду можно было увидеть изображения множества мужчин — варишан. И это были не те жалкие подобия мужского пола, которые можно заметить нынче на улицах планеты. Это были настоящие воины и охотники.

— Вот! — Ларсен протянул руку, в одном из альковов находилась скульптура воина, маленькую копию которой они видели в галерее у старика. Земляне подошли поближе. Здесь на стенах, видимо, изображались сценки из древней жизни. Мужчины работали на полях, используя каких-то рогатых животных, они охотились, приходили домой, сидели за длинными столами с большими семьями. Земляне двинулись по часовой стрелке вдоль стены здания. Дальше уже можно было увидеть жестокие схватки между мужчинами различных племен. Цвет их кожи варьировался от темно-красного до золотистого. Менялось оружие, боевые повозки, появились первые промышленные технологии, только мужчины не менялись. Также яростно они бросались в сражения, убивая себе подобных или умирая сами на черных полях неведомых сражений. И все также женщины провожали их, скорбели по убитым, растили новых мужчин.

— Это же их настоящая история! — потрясенно проговорил Ларсен — Они очень похожи на нас.

— А что случилось дальше? — Карт выглядел также донельзя пораженным.

На стенах появились летающие аппараты, неведомые машины, а воинственных изображений стало заметно меньше. Затем неожиданно появились новые персонажи.

— Веганы — выплюнул ненавистное слово Ларсен.

— Ага, они, похоже, и здесь наследили. Смотри, вот тут резко поменялись технологии, орбитальные лифты, звездолеты, мужчины одеты в форму войск Союза.

— Значит, они воевали до нас — Ларсен откинул назад отросшие волосы — Что же произошло дальше?

Вереницы мужчин в форме тянулись до посадочной станции, их провожали склонившиеся в печали женщины. Следующая картина изображала возвращающихся мужчин, вместо полноводной реки — жалкий ручеек. Несколько женщин стояло на коленях, горестно воздев руки наверх. Алекс вдруг явственно ощутил посылаемые ими проклятия. Земляне, наконец, дошли до ворот и надолго остановились.

Здесь на стенах были изображены многочисленные ряды мужчин и женщин. Они двигались в сторону огромной колонны гравитационного лифта. Рядом лежали искореженные огнем боевые машины, небо также горело яростным заревом. Эти шеренги были нарисованы до самых ворот, которые скорей всего также являлись частью послания.

— Они ушли, просто ушли — прошептал Карт и оглянулся на друга — Варишане хотели сохранить себя. Сейчас на Их-варише совершенно другая цивилизация.

— Их высосали, обескровили — глаза норвежца сначала наполнились печалью, а затем неожиданной злобой — Ал, мы должны это остановить! Ты понимаешь теперь суть этого послания?

— Да, друг — Карт глубоко вздохнул, ну вот, и еще один пазл сложился. Но почему на сердце так и не проходит горечь, а новые познания не приносят облегчения? — Нам пора. Доставай корд, надо все это запечатлеть.

— Орлы, а вы уже тут — Ларсен слегка пнул ногой Ивана Дуба, лежащего на койке в камере полицейского участка — Ну, как у вас прошло?

— Да нормально — Иван с кряхтением встал — Только вот Васю немного помяли.

— Это кто кого помял? — раздался громовой голос из угла.

— Никого хоть не убили?

— Обижаешь, мы даже инспекторов местных особо не прессовали. Жалко ведь девчонок. Мы их попросту в сторону отодвинули.

— Ага — загоготал Василий — в сторону бассейна. А что делать? Так хоть не мешали. Всё равно в этом ресторане еда противная, да и мясо не подают. Ну, мы его и того.

— Камня на камне, короче — Дуб уже прочищал горло бутылкой местного пойла — Парни, не желаете?

— А давай! — Карт сделал хороший глоток — Вас не обыскивали что ли?

— Да не до того им было — Василий хохотнул — Эти идиоты из военной полиции не сделали ничего более глупого, как решили прислать против двух штурмовиков всего четверых копов. Ну, мы и их искупали, и флайер поломали. Потом уже взвод приехал. Короче, весело было. Нас уже потом хлыстами вырубили.

— Понятно. Ну, вы как всегда в ударе, парни! Уважуха — резюмировал рассказ Ларсен.

— Вы то как? — Игнатов бросил внимательный взгляд на Карта.

— Нашли — коротко ответил старый друг, подвигнувший их на настоящее преступление — а теперь и концы отрубили. Потом расскажем, а сейчас нам надо кое-что кой-куда переправить. Есть возможность?

— Да без проблем! — Дуб подошел к входной двери и яростно задубасил по ней. Вскоре послышались чьи- то шаги и дверь стала прозрачной, по существу это была и не дверь, а гравитационное поле.

— Что хотел? — напротив штурмовика возвышался здоровенный бугай. Землян повязали земные же военные полицейские. Таков был уговор между правительствами планет, в этом же и состояла хитрость плана Карта.

— Билл, просьба к тебе. Тут у нас новые друзья появились, так надо кое-что переправить товарищам. Сам понимаешь, куда нас засунут.

— Не сомневайся, засунут — покачал головой бритоголовый коп — Вам что, делать нечего, парни? И так, служба не сахар, так вы и еще глубже в задницу лезете. Что передать то? — он подозрительно глянул на сидящих штурмовиков.

— Вот — Ларсен подошел ближе и протянул пояс с бляхой — Чемпионский пояс. Сам понимаешь, память.

— Чемпионский? — Билл протянул руку, она спокойно прошла через поле — Без проблем, служивый. Такие вещи, и в самом деле, хорошего хранения требуют. Адрес тут?

Ларсен коротко кивнул.

— Не беспокойся — Билл глянул в инфосопроводитель — Я знаю, как на эту базу переслать с надежным человеком, так что пояс через недельку будет у твоих друзей. И удачи вам, парни. Трибунал уже здесь. Видать натворили вы еще чего неладного. Эх…

— Ему можно доверять? — спросил озадаченно Карт.

— Да вполне. Он в разведке пехотной раньше служил, здесь полгода до дембеля кантуется. Выпивка и жрачка его подарок.

— Ну, раз фронтовой, не тыловик, значит, сделает. Тогда давайте бухнем что ли, парни?

Карт рассчитал все верно. Он с Ларсеном совершил достаточно серьезное преступление, и власти Их`вариша буквально рвали и метали. Они требовали своего суда над землянами, что, конечно же, Федерация допустить не могла. Поэтому без отлагательств, срочным порядком собрался военный трибунал и четырех солдат мобильной пехоты приговорили к дисциплинарному наказанию, обычному для рядового и сержантского состава — к службе в штрафных ротах. Благо, работы рейнджерам было сейчас невпроворот. Спиральный Союз вел неслыханное наступление. Организация попала впросак, их ценный агент ушел из-под их опеки, и кое-кто наверху срочно разыскивал полковника Чампа. Но разведчик пока находился вне зоны досягаемости Высокого Начальства.

В тылу врага

Алекс еще раз оглядел развалины опорного пункта, разбитые укрепления, остатки стен и перекрытий, ставших грудами стройматериала. Кучи мусора, почему-то всегда остающиеся от технологически развитых гуманоидов. Да и сами гуманоиды, лежащие то тут, то сям, похожие сейчас больше на разбитые куклы. Рядом, полукругом расселась группа рейнджеров. Именно они сегодня утром и взяли этот «крепкий орешек». Среди них Карт отметил и своих друзей. Ризогы, а именно они обороняли это укрепление, раздобыли где-то свежего мяса, и земляне решили устроить небольшой барбекю-пикник. А что делать солдату после победы? Отдыхать!

— Мастер-сержант — Карт оглянулся. Кто его зовет? Звания при дисциплинарных наказаниях не снимали.

Ну, вот и начальство пожаловало! Посреди развалин и начавших разлагаться трупов сновали несколько фигур в военной форме.

— Доложите! — тут же потребовал пухлый гренадерский майор. Карт некстати вспомнил, что именно он так бездарно руководил их совместной атакой.

— Сир, командный пункт противника взят и разделан под орех! — залихватски отрапортовал Алекс. Бодро вытянувшись, он оглянулся — Противник уничтожен полностью, приданные мне бойцы обедают. Мастер-сержант Карт.

— Карт, какого черта ваш взвод нарушил маршрут? И где ваши офицеры?

— Сир. Командир нашего, моего взвода ранен, как командиры и остальных двух. Противник давно пристрелял местность, поэтому по указанному маршруту атаковать не представлялось возможным. Я принял решение взять грузовые платформы и обойти укрепрайон с флангов.

— Черт знает что! — майор побагровел — Сержанты учат меня тактике! Да еще и штрафники! Я подам рапорт куда следует. А что там интересно едят ваши солдаты? Я чую запах чего-то откровенно паленого.

— Так мясо, сир. Не желаете отобедать с нами? — Иван Дуб с совершенно серьезным лицом поднял обгорелую руку убитого ризога. Около костра громко засмеялись. Майор нелепо замахал руками и выкрикнул — Чертовы рейнджеры!

Затем он и его свита двинулась дальше. На месте остался только первый лейтенант. Он внимательно осмотрел развалины и подошел к Карту.

— Первый лейтенант Гракх — протянул он руку, потом добавил — А лихо вы их. На майора внимания не обращайте, вы свою работу сделали, долг искупили полностью, да и рапорт писать буду я.

— Спасибо — Карту было проще общаться с настоящим боевым офицером. Они поняли друг друга с полуслова. Дисциплинарное наказание автоматически снималось при доблестном поведении в бою или подвиге. Лейтенант вежливо протянул местную сигару

— Мастер, как я понял, собственно вы и руководили общей атакой? Что ж, очень неплохо. Вы нашли единственное слабое звено их обороны. Если бы не этот идиот — Гракх кивнул в сторону ушедшей свиты — ы бы давно взяли это чертово местечко.

Карт немного покурил и решился — Лейтенант, а вот скажи мне честно, почему эти майоры все еще командуют в нашей армии? Им же тут не место! Они просто гробят солдат, из-за них зазря умирают наши люди, земляне.

— Ого! Мастер, не в армии вести такие разговоры, и не сержанту указывать на ошибки командования.

— А кому? — Алекс начал закипать — Я уже столько подобных ситуаций видел, когда солдатские жизни растратили впустую. И ради чего?

— Ты бы осторожнее с такими заявлениями, а то… — лейтенанту разговор перестал нравиться.

— Что, то? — Карт усмехнулся и покрутил пальцами, Гракх буквально подавился дымом, увидев тайные знаки Организации — Знаем, проходили. Такие же бестолочи, только секретов больше.

— Мастер, если тебе жить надоело, то других не втравливай. Счастливо — лейтенант смог сделать спокойное лицо и быстро попрощался.

— Ал, ты жрать то будешь? — послышалось от костра, оттуда тянуло вкусно жареным мясом.

— Иду! — Карт откинул сигару, несмотря на эту победу, на душе было все-равно погано.

Через три дня всех друзей освободили от дисциплинарной ответственности и предложили на выбор место будущей службы. Вообще-то им полагался отпуск, но в войсках ощущалась острая нехватка опытных кадров. Да и шло все в соответствии с планом, задуманным Картом. Он опять ушел от агентов Организации, сразу же улетев на попутном транспорте. А у коммодора Линбреха состоялся очень неприятный разговор с Нахимовым.

«Твою мать!» — Дисколет опять тряхнуло. Карту было очень страшно. Это десантирование и так должно было состояться при очень непростых условиях, а тут, похоже, и вовсе пошло не по плану. «Прыгун» опять здорово мотнуло.

— В отсеке! — прокричал через внутреннюю связь Карт — Всем держаться!

Но рейнджеры и так уже поняли, что высадка будет непростой. Бойцы первого взвода были пристегнуты на все ремни и внимательно смотрели на табло, где горело два красных огонька «Экстренный спуск». Это означало, что десантные дисколеты подвергаются опасности нападения и идут на экстремальной скорости. «Прыгун» здорово мотало. Временами его буквально швыряло из стороны в сторону, планета имела своеобразную атмосферу, еще не до конца выстроенную архитекторами-морфами. Двадцать пятый батальон десантировался на колонию Дезугчан — Октавия 15. Как ее называли сами зеленокожие жители Дезуха Карт не знал. Земляне использовали собственные названия, выговорить инопланетные, зачастую было невозможно.

И вот теперь половина батальона болталась в этом весьма поюзанном дисколете. Не зная, удастся ли им удачно приземлиться, ли бойцы мобильной пехоты погибнут еще в воздухе. Драка за эту богом забытую колонию шла ожесточенная. Транспортники на орбите совершенно не задерживались, выплевывая десантные суда или автоматические грузовые капсулы, они сразу же отчаливая восвояси. Каждый транспорт охраняло до десятка фрегатов и небольшие рои рейдеров.

Огромные корабли-матки «карьеры» также время от времени появлялись в обычном пространстве. То и дело на орбите вспыхивали короткие схватки, и неудачник сгорал в безвоздушном пространстве, не успев даже крикнуть «мама». Ну а кому повезло еще меньше, тот вылетал из корабля в открытое пространство, и его тело начинало разрывать изнутри избыточным давлением. Или он пытался судорожно расположиться в спасательной капсуле, больше похожей на гроб, в надежде, что автоматический буй его заметит. В лучшем случае его подберет спасательная команда и прицепит на буксир, в худшем возьмут в плен, тогда хоть будет надежда на дальнейший обмен. Космолетчики противоборствующих сторон соблюдали негласный кодекс, вне зоны боевых действий излишне не зверствовать. Бывали даже случаи, когда противник помогал терпящему бедствие звездолету, а командование закрывало на эти случаи глаза. Ну а в самом худшем случае в спасательной капсуле начинал заканчиваться кислород, батареи разряжались, и у тебя был выбор умереть от удушья или от смертельного холода. Космос и так безмерно жесток к живым существам. Это подвиг даже просто передвигаться по нему, а уж воевать в нем… Это практически безумие!

«Прыгун» в это раз тряхнуло со всей дури. Карт тревожно заозирался, его сильно напрягли изменения в работе двигателей. Он попытался связаться с командиром или замком второго взвода, но связь не работала. В это момент послышался глухой голос замка три Антона Силуянова.

— Первый, прием.

— Антон, слышу тебя.

— Похоже у летунов проблемы. Корпус пробит.

— Откуда знаешь?

— Тут толпа технарей пробежала.

Карт усмехнулся, на «Прыгуне» вообще было только пять техников, на толпу они явно не смахивали.

— Мне паниковать?

— Да нет, они ругались еще не так сильно.

«Молодец Антоха. Чувство юмора сохраняет». А самому Карту было как-то не до смеха. Страх липучей змеей обвил его спину и сжал сердце. «Вот черт! Никогда так не боялся».

И все дело в том, что он не смерти боится, а того, что они свою идею воплотить не успеют.

«Так, собрался. Не хватало еще панику во взвод привнести» — мастер-сержант огляделся. Бойцы «дрожали, срались, но держались». Настоящие рейнджеры! Хотя состав ни к черту, почти половина из батальона зеленые новички.

Краем уха на транспорте друзья успели узнать многое. Временное затишье на фонтах закончилось, Спиральщики шли в стратегическое наступление. Тыловые базы опустели, отпускные планеты и колонии пугали персонал своей девственной пустотой. Командование Армии ЗФ задействовало все свои ресурсы. Удачные действия флота и диверсантов совершенно расшатали коммуникации и логистику противника, чем и воспользовались Спиральщики, нанеся альянсу несколько тяжелейших ударов. После трех глобальных побед они смогли вывезти с нескольких планет огромное количество войск и бросить их в самые «горячие» точки, где армия Спирального Альянса наконец-то смогла переломить ситуацию и вести тотальное наступление. Центровые попали между молотом и наковальней. Им требовалось теперь, и поддерживать вялотекущие операции на окраинах, и бросать все новые и новые резервы в район главных сражений.

На Октавии15 командование войск Федерации решило убить сразу двух зайцев. Сковать здесь войска центровых и провести пару операций по захвату плацдармов. Поэтому все новые и новые десанты шли к планете, невзирая на потери. Земляне торопились овладеть важными стратегическими пунктами для более спокойного будущего. Закончилось длительное двадцатилетнее затишье.

В отсеке стало жарко, вентиляция уже не справлялось с охлаждением, дисколет шел в пике. «Что-то долго спускаемся при такой-то скорости» — пришла запоздалая мысль в голову мастер-сержанта мобильной пехоты Алекса Карта. В следующий момент его резко встряхнуло, на позвоночник пришелся сильный удар. Голова сильно дернулась, но ее поддерживал специальный держатель. Грудь сдавило дикой перегрузкой, сознание на секунду помутилось. Но пилот на этой старой лоханке знал свое дело, еще пара подобных встрясок и скорость падения стала вполне безопасной, но… Но подвела техника, левый двигатель неожиданно загорелся и дисколет свалился набок. Пилот запоздало попробовал выправить машину, но не успел. Раздался оглушительный грохот, невыносимый для человеческого уха скрежет, дисколет куда-то поволокло и сильно ударило. Карт на несколько секунд потерял сознание. «Все! Все? Ни хрена, было бы все, шея бы так зверски не болела. Так, руки шевелятся, ноги… ноги тоже. Живем! Что вокруг?»

Алекс разлепил веки и попытался оглянуться. Увиденное его не порадовало, вместе обычного, да и хотя бы аварийного света, отсек заливали синие лампы «крушения». Они могли гореть в любых обстоятельствах, без подпитки из энергосистемы корабля.

— Кто меня слышит? Доложитесь немедленно! — вбитые в подкорку правила поведения начали работать раньше сознания. Руки уже освобождали тело от креплений и уже шарили в районе оружейной стойки. Рядом начали шевелиться другие бойцы взвода.

— Первое отделение в порядке — прохрипел сержант Савельев, Комотд один.

— Третье в порядке, потерь нет — чуть позже доложился Комотд три.

В течение минуты Карт получил доклады от своих командиров отделений и начал тщетно вызывать взводного. Но никто из управления, почему-то, не отвечал. Все офицеры собрались в этот раз около пилотской кабины, чтобы иметь непосредственную связь с командованием десанта, на дисколете была неисправна схема управления коммуникациями. Карту удалось только связаться с замками третьего и четвертого взводов.

— Ал, паленым пахнет, похоже, горим — рядом образовался Ларсен.

— Иван и Василий как?

— Нормально, они уже к выходу полезли, некоторые люки заклинило, как раз работенка для них.

— Олд, давай наших к выходу и разведай обстановку.

Ларсен кивнул, подхватил ранец и пулемет, затем стукнул напарника по спине и побежал к выходу. В этот момент замерцали лампы аварийного освещения, и к мертвенному синему цвету присоединился яркий красный. «Что за дебилы придумали такую цветовую гамму? О, кто-то вызывает!»

— Первый зам. Кто это?

— Это Брандт — ответил замок второго взвода, весельчак по натуре, сейчас же в его голосе сквозила тревога — у меня проблемы, Ал. Рубка разрушена, часть нашего отсека повреждена, есть потери.

— Понял тебя, второй. Собирай оставшихся парней, оружие и запасы, прорывайся к выходу. Постараюсь прислать тебе помощь — Карт обернулся — Капрал Хайг, обеспечь мне связь со всеми на этом гребаном корыте, и найди хоть одного техника!

— Есть — приземистый блондин был человеком основательным, он тут же занялся приборной панелью на борту отсека. Теперь уже явственно ощущался запах горелого. «Черт! Еще не хватало уже по приземлению превратиться в головешку!». Но голова мастер-сержанта становилась все более ясной, а голос уже беспрестанно раздавал команды. Рейнджеры были тертыми калачами, даже в такой экстремальной ситуации они сноровисто и быстро работали, командиры отделений один за другим докладывали об успешной эвакуации бойцов. Карт послал водителей и техников в ангары, и вскоре услышал знакомые звуки запустившихся двигателей «Дельфинов». Хайг озабоченно доложил, что связаться ни с начальником штаба батальона, ни с одним из взводных не удалось, пилоты также молчали. Затем на связь вышел Ларсен.

— Ал, у нас конкретные проблемы. «Прыгун» ударился об скалу, кабина пилотов разбита, вижу дым в районе левого движка.

— Как аппарели?

— Нормально, парни уже открывают. Наблюдаю пару техников.

— Олд, возьми первое отделение, прочеши местность на камэ.

— Принял, отбой.

Карт стоял у межотсечного шлюза, здесь уже ясно наблюдались серьезные повреждения. У разбитых люков копошились техники рейнджеров и пара человек в черном.

— Эй, капрал — подозвал одного из них Алекс — Без тебя справятся, подойди ко мне!

Кряжистый, усатый техник дисколета недовольно повернул лицо и подозрительно посмотрел на нашивки мастер-сержанта.

— Можешь объяснить толком, что случилось? И где все командование?

— Случилось — чуть плаксиво начал техник — ударились мы.

— Капрал, доложитесь! — Карт включил в голосе свои самые «начальственные» нотки.

— Капрал Салиман, сир! — техник привычно вытянулся и, кажется, немного пришел в себя — Потерпели крушение, сир! Пилоты и ваши офицеры — он кивнул в сторону лестницы — погибли. Там все смято и датчики не работают. Левый двигатель горел, но система потушила.

— Понятно. Так, слушай меня сюда, капрал. Возьми своих и обследуй весь корабль, выясни, где мы упали. Сколько на корабле осталось исправных топливных элементов, есть ли рабочий инструмент и запасы. Доложишь мне, мастер-сержанту Карту. Все понял? Исполнять бегом!

Кинув взгляд на убегающих людей в черном, Карт обратил внимание на выползающих из вскрытого отсека людей. Он быстро узнал замка второго.

— Брандт, бродяга, живой!

— Ничего, обошлось — сержант тяжело присел на чей-то рюкзак — арни открыли люки, сейчас эвакуируем бойцов.

— Потери большие?

— Есть раненые, сейчас вынесем, разберемся, а пять ребят все.

— Принял — мрачно ответил Карт, почему-то именно эти потери резанули по его сердцу больней всего — Медики, это первый. Быстро к центральному шлюзу. Брандт, выводи своих. Офицеров, похоже, не будет, работаем сами.

Перед дисколетом активно суетились рейнджеры, создавая ощущения делового хаоса. Солнце сквозь низкие облака ярко освещало картину страшного крушения. На Октавии 15 царила постоянная облачность, но яркое светило местной системы спокойно пробивало и эту мрачную завесу. В воздухе клубилась пыль, поднятая упавшим звездолетом и стекающими с открытых аппарелей скутерами. «Молодцы, парни!» — отметил автоматически Карт, и оглянулся более сосредоточенно. Бойцы выбегали группами из дисколета и сноровисто укладывали на грузовые платформы ящики с припасами. Все рейнджеры уже были одеты по-полной боевой. Десантные рюкзаки, как и положено, сложены в пирамиды, несколько отделений стояли на периметре, виднелись работающие посты ПВО и с деловым видом суетились техники, которые в быстром темпе проверяли тактические скутера. Водители одну за другой перегоняли машины дальше, рядом с импровизированной стоянкой уже начали собираться готовые к эвакуации отделения. Из чрева упавшего транспорта вынесли раненых, рядом с ними суетились озабоченные медики. В «прыгуне» шла первая половина батальона, с полной выкладкой, то есть боевыми скутерами, транспортами, снаряжением, усиленная также взводом тяжелой техники и взводом снабжения. Полноценная боевая единица.

— Замки всех взводов, капрал Салиман, сержанты взводов ПВО и медиков ко мне на общий сбор! Всем командирам отделений: продолжать высадку, личный состав и снаряжение эвакуировать в точке Д — Карт смело вышел на общую волну. Связисты уже доложили, что смогли экранировать место высадки, а вражеской активности пока не наблюдают.

Пока все собирались, Карт еще раз осмотрел место крушения. Дисколет пробороздил пологий склон почти на пятьсот метров, его последнее отнюдь не мягкое приземление закончилось ударом о выгнутую одинокую скалу. И удар по стечению обстоятельств пришелся именно на пилотажную рубку и центр управления, где по халатности техников Космофлота находился немногочисленный офицерский состав батальона. Ввиду больших потерь только половина взводов имела командиров, а командовал тактической группой начальник штаба батальона. Сам же командир шел в другом «Прыгуне». От созерцания мрачной картины Карта оторвали подошедшие сержанты. Алекс встал в середину полкруга и сразу начал с главного — Кто у нас сейчас старший по званию?

Замок два оглянулся вокруг и, четко проговаривая слова, ответил — Получается, что ты Карт.

— Понятно — Карт тяжело вздохнул. Ситуация складывалась очень непростая, а именно ему ее и придется разруливать — Тогда так. Замки берут на себя командование взводами. Брандт, сливаем первый и второй, ты командир. Ларсен будет рулить разведчиками, выводим их в отдельное отделение, пусть отберет самых опытных бойцов.

— А он, кстати, где? — обернулся Силуянов.

— Ищет нам берлогу. Надо где-то отсидеться, пока тут местные будут рыскать. Часа два у нас, наверное, есть.

— Три, командир — Салиман успевал в это время читать сообщения с планшета — Я не в первый раз здесь спускаюсь. В этих местах все войска на линии фронта, а нас далеко снесло.

— Насколько далеко? — мрачно поинтересовался Карт, остальные также озабоченно взглянули на техника дисколета.

— Примерно на тысячу камэ, точнее скажу позже, парни сейчас запасной навигатор вскрывают. Орбитальных спутников наверху очень мало, их быстро сбивают. Так что скорее даже не три, а четыре часа

у нас будет. Население здесь редкое, аванпостов также мало.

— Все равно надо быстрее убираться отсюда — Карт уже сам растянул боевой планшет — А вот и разведка отзвонилась. Ларсен нашел в трех камах отсюда ущелье с гротами. Я разослал его месторасположение всем на планшеты. Так что, командиры, сажайте людей на скутеры и перебрасывайте готовые группы туда. Брандт, займись сразу оборудованием лагеря, в первую очередь тотальная маскировка! Курц — обратился он к замку четыре, сухопарому сержанту с лошадиным лицом — твои парни остаются на периметре. А ПВО — Алекс глянул на сержанта Стефани — следите за небом в оба. Связь семафорами и пакетами, пусть связисты поставят реперы. Полное радиомолчание. И главное, не оставляйте следов! Машины брать только рабочие, без явных проблем. Выполняйте! Салиман. Мы сможем использовать ваши элементы питания?

— Э — капрал задумался — пожалуй, транспортники смогут их есть.

— Тогда собирайте их все, какие сможете снять, а также все маломальское, что может пригодиться.

— Понял, ломать, не строить.

— И самое главное, капрал, готовь Дисколет к взрыву, чтобы и следа от нас не осталось. Сможешь?

Салиман серьезно кивнул головой и побежал к главному входу.

— Хейг? — обратился Карт по прямой связи к своему связисту — Где у нас эти чертовы медики?

— Рядом с аппарелью, сир — Хейг был парнем надежным, и уже успел наладить пакетную связь между подразделениями.

Мастер-сержант двинулся в сторону грузового люка. Оттуда медленно выкатывались грузовые платформы, уже заполненные ящиками и тюками. Чуть в стороне водители осматривали тактический скутер, видимо, у него была какая то проблема.

— Что у вас? — подошел к ним Карт.

— Сир, вытянулся молодцеватый капрал — проблемы с гравиприводом. Несколько машинок при ударе сорвалось с креплений.

— Оставьте его здесь. У нас нет времени — распорядился Карт — Берите исправные машины и делайте по два рейда. Выполнять!

— Есть, сир!

Оглядевшись, новоявленный командующий заметил и медиков. Они укладывали раненых на платформу.

— Что у вас, доложите?

— Да? — молодой капрал явно растерялся.

— Новичок? — посмотрел на него мастер-сержант.

— Так точно! Капрал Лейбниц — капрал вытянулся — Первый десант, сир. Меня перевели после ускоренного курса из гренадеров.

— Понятно — Карт тяжело вздохнул — Хоть практика то есть какая?

— Да — опять не по-уставному ответил Лейбниц, смешно вытянув шею — работал год в полевом госпитале.

— И то ладно. Что у нас по раненым?

— Всего семнадцать человек, из них семеро тяжелых, из них два… — тут капрал запнулся и беспомощно развел руками.

— Все так плохо? — Алекс угрюмо посмотрел в сторону раненых.

— Их срочно нужно в госпиталь, нужны реанимационные машины.

— Госпиталя не будет, Лейбниц, позаботься о них.

Карт уже собирался отойти, но капрал робко тронул его за плечо.

— А что делать с умершими? — только сейчас Карт заметил сквозившую во взгляде капрала искреннюю боль, и сразу как-то потеплел душой к нескладному медику.

— Всем «последнее одолжение», я не хочу оставлять парней здесь. Достаньте всех, кого сможете. Эти солдаты достойны того, чтобы быть похороненными на Земле.

Лейбниц облегченно кивнул головой и убежал к своей команде. А Карт достал планшет и начал набирать приказы, не смотря на большое потрясение и грозившую им смертельную опасность, его голова оставалась холодной и расчетливой. Ведь сейчас он отвечал за сотни человеческих жизней.

— Ну что там? — Карт повернулся к Салиману.

— Заканчивают, сир. Хотим, чтобы было правдоподобнее — смекалистый техник «Прыгуна» вздохнул — Жаль, командира и ваших вытащить не удалось. На Земле им было бы спокойно.

Карт кинул взгляд в его сторону, но промолчал. Он уже знал, что решение сжечь все тела погибших товарищей люди одобрили.

— Пора уходить, Ал — Иван Дуб постучал ногтем по зеленоватой поверхности радара — Скоро гости нагрянут.

— Пост снял?

— Уже в пути. Над лагерем стоит «зонтик». Муха не проскочит.

В этот момент впереди полыхнуло, земля затряслась.

— Все сработало штатно, командир — Салиман выглядел довольным, он рассматривал на планшете картинку, снятую маленьким летающим дроном — Мы не наследили.

— Тогда уходим — Карт привычно заскочил в небольшой скутер, разведывательный вариант «Кузнечика», подождал остальных и резко стартовал.

— Что у нас? — Алекс после непродолжительного сна и крепкого чая чувствовал себя вполне бодро. Сейчас в импровизированном штабе дежурил Брандт. В просторном боковом гроте обосновался импровизированный штаб, сидели связисты, техники и дежурный оператор ПВО. Под потолком висели аварийные лампочки, технари сняли их с дисколета, они имели долгоиграющие элементы питания. Техники первого взвода возились с проводами, запитывая от мощных батарей установку постановки помех. Блондинистый сержант широко зевнул и обернулся к командиру.

— Да тихо, мастер. Эти полетали вокруг, дроны местность прочесали, больше пока никакой активности не проявляют. Сам видел, от «Прыгуна» практически ничего не осталось. Генератор работает ровно, мы сидим тихо как мыши. Наверху только посты Ларсена.

— Как народ? — уже заметно тише поинтересовался Алекс и присел рядом. Брандт тут же долил командиру крепкого чаю. В этот рейд их снабжение шло напрямую с Земли, поэтому можно было побаловаться деликатесами.

— Да мрачновато — с лица сержанта сошла вечная улыбка — сам понимаешь, шмякнулись мы очень крепко и далеко от линии фронта. А какие у нас выходы то: драться до конца или сдаваться. Против серьезного противника наша группа не выдержит. Народу всего триста бойцов с довеском.

— Списки личного состава и припасов готовы?

— Да, у тебя в планшете.

— Хорошо — Карт поставил кружку на импровизированный стол.

В большом природном тоннеле тесно стояли остроносые скутеры и тяжеловесные грузовики. Рядом с ними копошились водители и техники. Карт заметил среди них и Салимана.

— Ну, чем обрадуешь, капрал?

Техник вытер пот с лица, и устало присел на инструментальный ящик

— Батареи с «Прыгуна» монтируются, но систему наладить пока толком не удается.

— Покажи, в чем проблема.

Салиман подошел к грузовой платформе и присел у открытого технологического люка. Карт внимательно посмотрел показатели, хмыкнул и достал свой планшет.

— Попробуй вот эту программу, мне один кореш подогнал. И настройте «Кузнечики» по этому алгоритму.

— Ого! — кто-то через плечо заглянул в планшет — Мастер, а вы лихач.

— А ты как думал! — Карт оглянулся, рядом стоял оставшийся в живых техник второго, тумбообразный Кречинский — Рядовой, ты ставь, не разговаривай.

Он знал этого бойца уже давно, вместе служили еще в «Носорогах», парень был толковый, мотал последний год службы.

— И, парни, подготовьте отобранные машинки по высшему классу. Нам предстоит дальний маршрут.

На третье утро после катастрофы мастер-сержант находился у входа в ущелье. Рядом с ним стоял Ларсен, он основательно занялся формированием разведотделения, вырывая из стрелковых взводов самых опытных бойцов. Замки отдавали их со скрипом и руганью, почти треть бойцов была вообще без опыта настоящих боевых действий. Зато теперь вся близлежащая местность оказалась изучена вдоль и поперек.

— Думаешь, пора сваливать?

— А вполне. Я внимательно наблюдал за работой их поисковиков. Действовали по стандартному алгоритму, ни на йоту не отошли. Да и сам пойми, там, на линии огня и так проблем хватает, нет у них лишних ресурсов. А чтобы нас вычислить, нужна специальная команда, вряд ли у их командования такая лишняя в загашнике завалялась.

— Понятно — Алекс еще раз огляделся. Плоскогорье часто перерезалось узкими ущельями, изобиловало остроконечными скалами, передвигаться по нему будет достаточно сложно.

— Ты подумал о моем маршруте.

— Я его уже принял, Олд. Только подправил немного.

Высокий норвежец улыбнулся — После правки хоть что-то мое осталось?

— Осталось, не беспокойся — Карт слабо улыбнулся.

— Ты то сам как, мастер? Давай, держись. Неохота помереть, не сделав что-то по-настоящему важное.

— А кто помирать то собрался? Я сейчас зазываю военный совет. А ты вот что сделай: бери половину своих парней и на «Малышах» давай по маршруту. Отойди камэ на двадцать, поставь репера. Остальные бойцы пускай тут бдят.

— Принял — Ларсен кивнул и пошел к входу в карстовые полости.

В помещении «штаба» было людно. Присутствовали не только заместители командиров взводов, ставшие по существу их командирами, но и Комотды, а также командиры ПВОшников, ПТОшников, Салиман, сержант из взвода обеспечения и главный водитель батальона. Карт внимательно обвел всех взглядом. Бойцы здесь сидели опытные, тертые калачи. Они отлично понимали, в какое дерьмо вляпались, но как истинные рейнджеры не собирались опускать руки и поддаваться панике. «С такими парнями можно горы своротить» — подумал Алекс, коротко вздохнул и начал расстилать тактический планшет. Он мягко засветился, и над импровизированным столом появилась голографическая карта.

— Это сектор северного материка Октавии 15. Наш дисколет при десантировании попал под обстрел эскадрильи атмосферников. Скорей всего, это была разновысотная засада. Пилот пытался уйти на скорости, фактически войдя в штопор, но, похоже, все-таки получил пару раз импульсными. Дальше вы знаете. Вот здесь была точка нашей высадки, а вот где мы сейчас находимся.

Кто-то присвистнул, послышались беззлобные ругательства. Градус настроения упал еще ниже.

— То есть мы в восьмистах километрах от ближайшей линии, где находятся наши войска. В глубоком тылу противника.

— У тебя есть план командир? — Брандт исподлобья смотрел на Карта, его лицо выдавало решимость. Алекс коротко кивнул.

— План в целом готов, будем дорабатывать. Главное: мы должны обязательно выйти к своим. Я не собираюсь бросать вас в бессмысленный бой, или партизанить. Моя задача вывезти всех землян целыми и невредимыми. Для этого мы сформируем смешанную колонну. Я оставляю в ее составе все невредимые транспортники, наши техники уже приспосабливают дли их питания снятые с дисколета батареи. Оставшиеся бойцы будут в основном идти пешим порядком. Скутерами будет обеспечена полностью разведка, взвода ПВО и ПТО. На труднодоступных участках устроим карусель. Бойцы пусть идут налегке, поэтому мы сможем поддерживать хороший темп движения.

Карт осмотрел посерьезневшие лица своих командиров. Никто пока не задавал неуместных вопросов, переваривая полученную информацию. Это уже неплохо, люди нацелены на решение проблем, на поиск непредвиденных косков. Такой нормальный себе рабочий настрой.

— Теперь по маршруту. Смотрим на юго-восток: Вот здесь у нас излучина большой реки. Она течет с северных гор, спускаясь постепенно на юг. У нас не хватает топлива на технику, чтобы пройти весь маршрут, а идти пешком по вражеской территории, это совершенно нереально.

— И ты предлагаешь? — Брандт понимающе блеснул глазами.

— Да, дойти по плоскогорью до излучины. Здесь меньше 150 камэ, за три дня управимся. Разведка уже уточняет маршрут. Мы внимательно изучили саму реку. На большем своем протяжении она пересекает гористую местность, течет между теснин, в ущельях, но вполне судоходна для плота или лодки. Пороги редки, течение быстрое. Из транспортников и подручных средств можно соорудить достаточное количество плавсредств. Тяжелые платформы будем использовать как буксиры.

— Мастер, но река сильно отходит от нашего маршрута — задал беспокоящий всех вопрос Силуянов.

— Да, ты прав, Антон. Река удаляется на восток. А вот здесь уже возвращается обратно, видите равнину. Салиман рассказал, что здесь раньше были шахты, потом наши разделали все под орех, так что нынче местность вполне пустынна.

Отсюда открывается прямой путь до тактического выступа Р3, здесь давно идут позиционные бои. Наши войска ведут наступление дальше к западу, куда мы и должны были десантироваться. Вот здесь, под прикрытием плато, мы сможем пройти до выступа и связаться с нашими.

— Всего получается более тысячи ста камэ — проговорил грузный командир ПТО.

— Из них по реке восемьсот — Карт еще раз обвел глазами подчиненных — голосуем.

— Нет, не будем голосовать — неожиданно выступил Брандт — Ал, я давно о тебе наслышан, лучшего командующего нам не найти. Так что рули. Народ, вы как?

— Поддерживаю — добавил Силуянов. Остальные также доверились мастер-сержанту, волею судьбы ставшему командиром батальонной тактической группы.

— Тогда готовим машины к выдвижению, через час построение личного состава. Я верю в вас, парни!

Бойцы построились повзводно перед входом в карстовую систему, вымытую некогда водой. Здесь, на каменистой осыпи оказалось достаточно места для общего сбора. Карт не хотел отправляться в далекий путь, не поговорив со своими солдатами. Ведь он сам один из них, плоть от плоти. Он с волнением рассматривал знакомые и незнакомые лица. Бойцы стояли в полной экипировке, защитная форма с встроенными элементами «мимикрии» уже полностью приняла местный песчано-охряной оттенок. Руки рейнджеров уверенно держали разномастное оружие, отделения были насыщены тяжелой «артиллерией». Чуть в стороне прогревали двигатели транспортные платформы. Неожиданно у Алекса сжало горло, он мучительно прокашлялся и достал флягу.

— Солдаты! — начав речь, он вдруг понял, что это не так, это совершенно не то. И нужные слова пришли сами — Нет, братья! Да, вы не ошиблись, мои братья! Братья по крови, по оружию, по духу. И обращаюсь я к вам, не к как своим подчиненным, солдатам, а как к настоящим братьям.

По рядам прошелся как будто легкий вздох, спины выпрямились, глаза под боевыми шлемами загорелись.

— Вы видите, что мы попали в очень непростую ситуацию. Наш дисколет упал далеко за линией фронта. У нас есть только два выхода — умереть с честью или…. — Карт снова оглядел строй — выйти к нашим войскам целыми и невредимыми. Я лично выбрал второе, и приложу все усилия, чтобы и вы все выбрались отсюда. Земле не нужны ваши смерти, пусть и героические, вы нужны нашей прародительнице живыми! Но чтобы выполнить такую немыслимую задачу, мы должны стать единой командой. Нет, неправильно говорю. Мы должны стать одной семьей! Настоящими братьями! Помогать друг другу не по долгу службы, а повелению сердца. Командиры должны думать не только о выполнении задачи, но и о возможных потерях. Сделать так, что бы их вообще не было. Нам не нужны бессмысленные атаки и подвиги во славу земного оружия. Самое главное сейчас — это наши жизни! Поэтому к черту неуместный риск и браваду! Протяни руку своему брату, открой ему свое сердце, соверши невозможное ради него! В этой холодной и жестокой Галактике есть только ты и твои братья. И родная Мать-Земля, где нас ждут наши сестры. Поэтому мы возьмем себя в руки, засунем собственный страх глубоко в задницу и сделаем это! Назло всем обстоятельствам и врагам вернемся обратно, на Землю!

Речь командира произвела на всех неизгладимое впечатление. Бойцы заметно оживились, без команды раздался всеобщий клич рейнджеров, люди хлопали друг друга по спинам, обнимались. Слова Карта явно пришлись им по сердцу, простые и понятные «Вернуться домой». Что может быть лучшей наградой для солдата?

— Ну, ты и выдал, брат! — рядом нарисовался Брандт, явно повеселевший, со своей вечной улыбкой. Его взвод был в тыловом охранении, уходил последним — Я даже слезу пустил. Хотя, наверное, так и надо. А то нам все про какой-то долг твердят, воинскую честь, крутость рейнджерского сообщества. Пустое это все. А вот брат, семья… Это ты правильно сказал, друг. Мои парни как прозрели, сразу пелена с глаз спала. Сильно, в общем!

— Давай, замок, действуй — Карт хлопнул друга по плечу и заскочил на легкого Кузнеца.

— Ларсен, что по маршруту? — Алекс сидел в кресле водителя и ловил узконаправленный луч. Их боевая группа жестко соблюдала радиомолчание в эфире. Работали как в диверсионном рейде: световыми семафорами и узконаправленными пакетными шифровками.

— Я здесь, Ал — в шлеме раздался знакомый голос — у нас все в порядке. Ребята сейчас ставят очередной маркер. Чуть дальше наблюдаем начало спуска. Завтра будем на реке.

— Тогда уходи вперед на тридцать. Потом для связи вышлешь пару человек. А утром сразу двигай к реке, подыщи хорошее место для лагеря.

— Принял. Тут кругом карстовые породы. Думаю, что найду какие-нибудь пещеры ближе к воде.

— Неплохо бы. Удачи! Отбой.

Карт еще раз оглянулся: чуть правее, вдоль щебенистой осыпи двигалась цепочка рейнджеров. Они шли налегке, с собой только вода, суточный рацион и боеприпасы. Все оборудование, основные запасы еды, воды, всевозможные припасы и инструмент двигались на тяжелых грузовых платформах. Мощные батареи с дисколета позволяли водителям постоянно использовать гравипривод, поэтому транспорты поддерживали на этой пересеченной местности неплохую скорость, и двигались одновременно с десантными скутерами, на которых передвигалась треть всех бойцов батальонной группы. Остальные рейнджеры достаточно быстрым темпом шли пешком к излучине реки. Они были достаточно натренированы, чтобы идти так в течение четырнадцати часов к ряду.

Алекс, наконец, приметил рейнджеров тылового охранения, это были бойцы его бывшего первого взвода, поглотившие остатки второго. Карт сразу заметил две массивные фигуры ПВОшников. Огромные трубы импульсников и ракетной установки выглядели игрушками в руках Дуба и Игнатова. Иван помахал рукой и ушел с напарником на очередную точку. По маршруту были натыканы невидимые для чужих метки-маркеры. С помощью их батальонная группа обеспечивала синхронизацию частотной маскировки и ПВО-наблюдения.

— Что нового, мастер? — рядом нарисовался улыбчивый сержант Савельев.

— Пока нормально, Миша — Алексу было приятно поговорить со своим бывшим комотдом первого отделения, спокойным и взвешенным северянином — Темп держим, техника не подводит. У вас как?

— Тяжеловато, но держимся. Могло быть и похуже — Савельев махнул кому-то рукой «Двигайся» — Новичков много, приходится на ходу обучать. Кстати, на, попробуй.

— Что это? — Карт осторожно взял горсть ярко-синих ягод.

— Местная флора, так сказать. Метаболизм на планете сходный, можно есть спокойно. А эти синенькие хорошо утоляют жажду. Парни говорят, что и птичек наблюдают. Нам ведь долго двигаться до точки, неплохо бы разнообразить меню.

— Ага — задумчиво ответил командир. Ягоды по вкусу напоминали земную чернику, с привкусом темного винограда.

Лагерь рейнджеры установили под скальным навесом, у самого среза воды. Воды реки шли стремительно, здесь был крутой поворот, поэтому на галечном берегу скопилось достаточно плавника. Видимо в горах рос лес, явление нечастое на этой планете. Пока они наблюдали только невысокий кустарник, и жесткую голубоватую траву. В распадках, между холмами, водились толстые, упитанные голенастые птички. Первый опыт охоты на них оказался неудачным. Разрывные иглы разнесли птиц в мелкие кусочки, поэтому пришлось импровизировать. Часть бойцов становились загонщиками, а снайперы, снизив до минимума мощность своих импульсников, настреляли несколько десятков жирных представителей местной фауны. Поэтому вечером в лагере состоялось маленькое пиршество. Рейнджеры с удовольствием хлебали аппетитный супчик, каждому достался и небольшой кусок мяса. Хорошей приправой послужил и соус, сваренный из местных красных ягод, обладающих насыщенным кислым вкусом. Карт специально договорился заранее со «стариками», чтобы устроить эту небольшую вечеринку. Бойцам-новичкам надо было немного расслабиться. Они все-таки живы, успешно преодолели проклятое плоскогорье, впереди река, все пока идет по плану.

— Салиман — Карт посмотрел на своего техника — что у нас с машинами?

— Платформы в порядке, не понимаю, зачем их сокращать?

— На случай бегства, капрал. Мы вообще-то на чужой территории. Не забыли?

Техник дисколета смущенно кивнул. Его обычная служба сильно отличалась от будней рейнджеров.

— Так, Фучек, как продвигается работа?

Командир тыловиков командовал постройкой плавательных средств. Наличие плавника по берегам сильно облегчило работу. У техников батальона оказались под рукой как собственные, так и инструменты с десантного дисколета. Поэтому работа шла быстро и вполне технологично — плоты получались легкоуправляемыми и удобными. Каркас сооружался из разобранных элементов скутеров и платформ. Он обшивался деревом, и плоскостями машин. На ходу рейнджеры оставили только легкие «Кузнечики» разведки и шесть машин тылового сопровождения. Пять самых крепких грузовиков были поставлены впереди колонны в качестве буксиров, течение на реке местами было очень сильное.

— Действуем по графику, мастер. Строительство идет круглые сутки, послезавтра утром можно будет выдвигаться.

— Хорошо. Всем к этому времени подготовить своих бойцов к дальнейшему маршруту. Все лишнее оставляем здесь. Двигаемся дальше налегке, оставляем только суточные рационы, минимум инструментов и вооружение. Половину средств ПВО также оставляем.

— А стоит ли? — спросил задумчиво Курц.

— На планете низкая активность атмосферников и дронов. Ларсен, сколько за эти дни прошло мимо вас патрулей?

— Именно патрулей мы и не заметили, командир. Три раза пролетали поисковые дроны, видимо заканчивали обход местности. Типичный алгоритм поиска при крушении. Второй день они уже совершенно не наблюдаются. Пару раз были замечены прошедшие в стороне небольшие авилеты. Скорей всего шли по своим маршрутам, не отклоняясь от них. Ближний эфир чист, частотной активности также не наблюдаем. Следов вооруженного противника и местных жителей пока совершенно не обнаружено. Мы тут поговорили с одним из подчиненных Салимана — командир разведвзвода кивнул на главного техника — по большей части речного маршрута скорей всего мы ни на кого напороться не сможем. Разве что на отдельные геологические партии или дальние выгоны местных фермеров. Большая часть населения живет ближе к морю, там и теплее, да и магистрали проходят. Поэтому предлагаю использовать полностью светлое время суток. Идти быстро и в темпе.

— А сможем? — встрепенулся Брандт.

— Может, объяснить парням ради чего рискуем? — Карт посмотрел на самого опытного из своих командиров — Как, кстати, настроение у бойцов?

— Хорошее настроение — вступил в разговор Силуянов — давно такого подъема не наблюдал. Работают слаженно, помогают друг другу, лишний раз подгонять не надо.

— Антон прав — подтвердил Брандт — я восьмой год служу, но такого давно не видел. Может ты, Ал, и прав.

Мы должны быть братьями друг другу. Сколько напрасных смертей бы тогда избежали. Знаете, парни, я за эти дни много чего передумал. Выйдем отсюда, надо будет много чего поменять.

Карт вгляделся в серьезные лица товарищей и также на полном серьезе ответил:

— Менять надо много чего, в первую очередь отношение нашего командования.

— Ого, ты размахнулся!

— А чего нам теряться, Антон?! Мы вообще-то своими жизнями рискуем. Больше у нас ничего за душой нет. Земля вызвалась быть щитом Союза, но это не значит, что нашими солдатами можно затыкать все дырки в Галактике, и решать собственные проблемы за счет нашей крови.

— Ал, ты бы осторожней на поворотах — покачал головой Курц.

— А чего, он не прав разве? — вмешался в разговор Силуянов — Сколько мы парней потеряли из-за тупых приказов сверху? А ведь начинаешь выяснять, нашим генералам оттуда — сержант показал наверх — приказ пришел. А вспомните, сколько раз разведка ошибалась? У меня старый кореш в космофлоте оказался, как раз на разведботе служит. Большую часть информации им от «старых» поступает. Вот и думайте, ошибаются они или специально нас сливают. Слухи ходят, что последние успехи космофлота это полностью заслуга нашего четвертого и пятого флота, и действовали они полностью автономно от «узкоглазых».

— Ну ладно, будет потом время поговорить! — остановил дискуссию Карт — Приказы у всех на планшетах, приступайте.

Лейбниц был все также неуклюж и чуть не уронил два небольших металлических контейнера.

— Сразу два? — Карт осторожно положил останки бойцов в сумку.

— Самые тяжелые.

— Есть еще проблемы?

— Один боец плох, но шансы есть.

— Точно?

— Мы с техниками соорудили специальную камеру. Она будет стоять на плоту, и иметь свою собственную автономную систему питания.

— Хорошо, можете идти капрал.

Карт задумчиво посмотрел в сторону вечерней реки. Быстрые воды огибали скалистый обрыв и неслись дальше, чтобы через тысячу камэ влиться в море. На другом берегу виднелся скутер с постом ПВО. Где-то там наверху спрятались разведчики. Над импровизированным пирсом были раскинуты маскировочные сетки, у среза воды суетились десятки людей. Бойцы загружали припасы и привязывали их к несущим балкам самодельных плотов, больше напоминавших катамараны. Под скальным выступом, нависающим над берегом, стояли готовые к движению грузовые платформы, рядом суетились техники. Чуть дальше по берегу заканчивали оснастку последних плотов. На сухом каменном полу бойцы получали последние указания от своих отделенных. Не слышно было привычных сержантских криков, все работали быстро, но не суетливо. Старослужащие спокойно разъясняли новичкам пути решения возникших проблем, а те внимательно впитывали очень важные для них сведения. На реке две команды уже отрабатывали особенности сплава, для этого были выстроены два небольших плота.

— Ал, мы сейчас выходим — позади Карта послышался голос Ларсена — хотим к утру уйти вдоль берега на тридцать камэ.

— А чего не ночью?

— Остановочку сделаем, послушаем эфир, мало ли что.

— Так-то правильно — согласился Алекс — но больно все гладко у нас идет. Не сглазить бы.

— Не гоняй, мы свою долю пиндюлей уже получили.

— Тогда удачи! — друзья обнялись. Им очень не хотелось расставаться, но обстоятельства диктовали свою волю. Ведь за их плечами три с половиной сотни земных парней.

— Держись! — заорали спереди, в караване соблюдали радиомолчание. Впередсмотрящие заметили красный семафор разведчиков и предупреждали остальных о стремительно приближающемся очередном речном каскаде. Время от времени течение реки убыстрялось, появлялись водяные буруны, гладь реки буквально превращалась в бурлящий бульон. Пока каравану везло, они проходили пороги без потерь и поломок. Разведка вовремя предупреждала «буксировщиков» и те поднимали тяжелые транспортники над водой. По бокам же плотов вставали бойцы с шестами и самодельными веслами, готовые вступить в борьбу со стихией. На всех были надеты надувные жилеты и спасательные фалы. Пару раз волны сносили некоторых бойцов в бурную воду, но пока все обходилось легким испугом. Карт с удовлетворением наблюдал, как бросались его бойцы на помощь своим товарищам. Армия Земной Федерации и так славилась своим боевым товариществом, но сейчас это хорошее качество поднялось на новый качественный уровень. Сержанты и капралы практически перестали кричать. Достаточно было спокойно приказать и слова командира становились известны всем. Люди стали даже как-то добрее и отзывчивее, и это наводило Алекса на любопытные мысли.

И вот впереди загрохотало. С передового буксира передали сигнал «Три». Люди на плотах напряглись, такого уровня сложности порогов они пока не проходили. Передовые плоты уже запрыгали и чуть позже исчезли из виду, река делала здесь резкий поворот. Скальные стенки приблизились друг к другу, превращая русло реки в узкое ущелье. Впереди встали буруны, вода закипела, к ужасу Карта он заметил каменные надолбы, то там, то тут торчащие из-под воды.

— Левее! — закричали спереди. Бойцы стали резко загребать, плот нехотя повернул налево, огибая покрытый водяной взвесью валун.

— Держи плот! — кричали прямо.

— После порогов сразу остановка! — скомандовал громко Карт, и связисты сразу же начали работать ручными семафорами. Наконец впереди показались буксиры, за ними первый отряд плавучего каравана. Все плоты выглядели целыми. Алекс обернулся: там между валунами летели остальные плоты, то и дело, ныряя в водные буруны. Бойцы отчаянно работали веслами и шестами, стараясь протолкнуть самодельные катамараны между каменными надолбами. Вдобавок ко всему, река здесь спускалась каскадом, и следующие пороги оказалось буквально через сотню метров. Буксиры увеличили нагрузку на гравипривод и поднялись повыше над водой. Четыре машины отошли чуть в стороны и удерживали на буксирах первую, самую тяжелую группу плотов. Здесь находилось большинство припасов, и плыли раненые. Уже смеркалось и приходилось напрягать зрение, чтобы грамотно управлять командой.

«Табань!» — кто-то кричал команды на старорусском, «Правее!», «Вы там что, умерли, гребите!». Плоты ныряли в волны, поднимали вееры брызг, потом снова появлялись над водой. Карт внезапно почувствовал, как его плот понесло быстрее, потом появилось секундное чувство невесомости, и они рухнули вниз, подняв море брызг. Бойцы были уже мокрые с ног до головы, но сразу появился третий порог, через который плоты пронеслись еще стремительнее. Здесь оказалось очень дикое течение, но к счастью для отряда со дна не торчали камни. И вот, наконец, утлые плавсредства вышли на большую воду. У Карта сразу отлегло от сердца, их ведь могло тут основательно потрепать.

— Командир, нам семафорят — раздался голос Капрала Хайг. Мастер-сержант и сам уже увидел на берегу сигнальные огни. Стало совсем темно, и плоты на воде выделялись темными тушками. Они по очереди приставали к песчаной отмели. С высокого, покрытого травой берега спустились несколько темных фигур, и Карт услышал голос Ларсена — Ал, мы тут все подготовили. Там дальше стойки для навесов, у самого берега можно разжечь костры. Посты выставлены.

— Принял. Ты с нами сегодня?

— Придется. Надо решать с машинами, два скутера барахлят.

— Утром посмотрим. Пороги вышли достаточно жесткими, надо сейчас разобраться, все ли целы.

— Мы за вами наблюдали, это было действительно круто! Тут местность уже меняется, плоскогорье переходит в равнину, начинается зона степей.

— Хорошо. А вот и наши.

На воде показались туши буксиров-транспортников. Они вели в связке два десятка плотов, дав отдохнуть уставшим после тяжелого дня бойцам батальона.

Вскоре берег ожил. В нишах берегового откоса запылали небольшие костры, люди готовили горячий ужин, днем питались всухомятку. ПВОшники разворачивали свои машинки, бойцы натянули маскировочные сети, связисты наладили частотные глушилки. В импровизированном штабе шло совещание. Батальон достаточно легко отделался: на порогах разбило только два плота, и то частично. Паре человек поломало кости, несколько гребцов получили ушибы и ссадины. Раненые на большом плоту прошли без потерь. Припасы и оружие также не пострадали. У разведки же и тылового охранения возникли проблемы. Два легких Кузнечика Ларсена начал барахлить, а одна из машин Брандта получила тяжелое повреждение. Салиман пообещал ночью удачно поработать.

— Ну что, треть пути позади — резюмировал Карт — Я доволен вами, парни, просто отличная работа! Завтра утром осмотрим повреждения и снова в путь. Ларсен со своими выходите на рассвете. А Брандт пусть подзадержится, вдруг что-то заметит. Река здесь течет спокойнее, и берега пойдут более пологие, догоните.

В первые два дня пути по реке у первого взвода возникли проблема. Берега у реки оказались крутыми и скалистым, идти часто приходилось над водой, и неопытные водители постоянно жгли гравиприводы. Пришлось разобрать две машины на запчасти, а бойцов пересадить на плоты. Транспортные платформы пока вели себя нормально, машины были хоть и старой конструкции, но крепкие и неприхотливые.

Через три часа после рассвета караван двинулся дальше в путь, на берегу были закопаны остатки одного из плотов. Техники решили, что не имеет смысла его ремонтировать. Карт с Салиманом немного перепрограммировали системы скутеров Брандта, теперь они могли идти над почвой быстрее, был отключен режим экономии. Но перед обедом от Ларсена пришел тревожный сигнал. Карт сел с двумя бойцами на стоявший в запасе разведывательный скутер и рванул вперед. Он мастерски шел по самому срезу воды, не тратя понапрасну ресурсы гравипривода, и срезая иногда дорогу по пологому берегу. Вскоре из высокой травы показался один из разведчиков и махнул рукой в сторону стоянки разведчиков. Там уже находился Ларсен и его заместитель капрал Андерс. Они протянули командиру планшет, и тот в течение нескольких минут наблюдал за съемкой, сделанной минидроном разведвзвода.

Дальше по течению, а высоком мысу разведчики обнаружили жилую станцию. Судя по всему, это были не промышленники, а ученые. Возможно, они изучали фауну реки и окрестностей. В нескольких вольерах можно было увидеть рогатую разновидность местных животных, скорей всего травоядных. На стойках сушились сети, а у берега был построен небольшой причал. Рядом с ним на воде покачивалось несколько катеров. Около ворот была сооружена посадочная площадка для авилетов. Во дворе оказались замечены несколько гуманоидов, по зеленой коже можно было сразу признать дезугчан, некогда начавших колонизацию этой планеты. Войска же Союза здесь получились в виде сборной солянки, это был второстепенный участок театра боевых действий.

— Предложения? — Карт уже знал, что разведчики наверняка составили хитроумный план.

— Два — коротко кивнул Ларсен — один громкий, но быстрый. Второй тихий, но придется потерять время.

Мастер-сержант задумался, он уже догадался, что задумали его бойцы. Вот дилемма: или послать разведчиков сейчас, в открытый бой, сжечь здесь все, рискуя быть обнаруженными. Или дождаться темноты, действовать наверняка и тихо, не оставить следов, но потерять полдня.

— Начнем ночью — решился Карт — В первую очередь у нас сейчас стоят вопросы безопасности батальона. Впереди еще три дня пути.

— Согласен — Ларсен сделал знак Андерсу и тот исчез в густой траве — Мы отойдем к реке, замаскируемся. Дозоры будут все сканировать и наблюдать.

— Принято — Алекс хлопнул друга по плечу и двинулся к воде. Впереди были хлопоты по сооружению временного лагеря и его тщательной маскировке. Следовало вытащить все плавсредства на берег и также замаскировать. Если у местной фактории есть катера, то они могут на них передвигаться.

Так и оказалось, под вечер по реке прошел скоростной скутер. Сидящие на нем двое дезугчан даже не повернули головы в сторону берега. Обычная психология давно живущего здесь индивида, совершенно привыкшего к местным пейзажам. Чтобы не нарушать эту особенность земные солдаты сначала сняли на камеры панораму берега, а после маскировки сверялись с кадрами съемки, чтобы не упустить пропущенные детали. Есть, конечно, гуманоиды, у которых зрительная память устроена совершенно по-другому, но большинство существ не обращают особого внимания на детали привычного мирка. Если конечно, они не натасканы так, как например рейнджеры. Искусство маскировки у землян считалось среди противоборствующих сторон, одним из лучших.

Уже в сумерках катер зеленокожих проследовал обратно. Карт вышел сразу же на Ларсена, связисты уже установили узкоканальную шифросвязь.

— Когда?

— Зелень уже в доме, часовых не наблюдаем, охранные системы засечены, они достаточно простые. Видимо просто от диких зверей установлены. Зеленые провели вечерний сеанс связи, шифрованный, прямым каналом. Судя по его биссектрисе, они общались с кем-то из приморского мегаполиса. Наблюдения подтвердили, что это научная станция. Зеленые проводили метеорологические наблюдения, снимали пробы воды, изучали животных в вольерах.

— Значит, хватятся их самое позднее завтра утром?

— Да, хотя может быть и вечером. На планете нередки магнитные бури, а станция-приемник находится далеко.

Алекс прикинул: даже если утром высылают флайер на разведку, лету тут часов пять, вряд ли пошлют военных, полетят скорей всего обычные патрульные. Здание цело, персонал исчез, скорей всего патрульные не будут принимать сами какое-либо решение, а позовут вояк. Те прибудут только на следующее утро, полдня прочухаются, может, и поднимут тревогу, а скорей всего просто запросят начальство. Логика их действий: следов нападения нет, для диверсантов достаточно далеко от линии фронта. От места падения дисколета почти шестьсот камэ, чтобы проследить путь их каравана необходимо тщательное расследование, а на фронте между тем полная запарка. Военные разных сторон мыслят одинаково. И у батальона есть два дня спокойной дороги. Затем всё равно пойдет прифронтовая полоса, и передвигаться придется осторожней.

— Добро. Как сработаете, даете отмашку, караван пойдет дальше. Твои парни уже прошли необходимый маршрут?

— Так точно, маркеры повешены. Течение здесь спокойное, можно всю ночь идти.

— Принял. Захвати еще пару катеров на свое усмотрение.

— Принял, отбой.

Карт повернулся к Хайгу — Поднимай всех, первая готовность!

Штурмовики разведчиков сработали чисто. Дезугчане даже не поняли, кто их убил. Бойцы Карта захватили тела гуманоидов, привязали тяжелые камни и утопили ниже по течению. Техник взвода весьма хитрым способом испортил внешнюю схему устройства связи. Любой подумает, что она просто перегорела. Бойцы внимательно осмотрели помещения и постарались убрать все следы своего присутствия. Уходя, они включили охранную сигнализацию. А на пирсе стало несколько свободнее, исчезли скоростной скутер и грузовой катер с весьма мощным мотором.

Караван же продолжал двигаться вперед. Бойцы внимательно оглядывали воды в шлемах оснащенных ночным режимом, иногда на «буксирах» включали полевые локаторы, уменьшив их мощность до предела. Мерно урчали моторы грузовиков, скутеров тылового охранения. Взвод Брандта шел со всеми. Карт хотел, чтобы к рассвету они оказались как можно дальше. Река постепенно расширялась, ее изгибы стали более плавными, а берега низкими. Иногда вместо кустарника на них росли рощицы курчавых деревцев.

Ночь прошла без происшествий, затем забарахлил двигатель одной из грузовых платформ, и Карт скомандовал привал. На берегу часть бойцов сразу же легли спать, командиры решили двигаться почти без остановок, поэтому бодрствовали сменами. Ларсен со своими бойцами уже догнал основную колонну, и ушел сразу дальше, им пришлись впору катера дезугчан, один скутеров давно барахлил.

Карт прошелся в голову каравана. Около платформы возились техники.

— Что у вас, Салиман?

— Мастер, похоже, машинка спеклась — техник виновато развел руками.

— Тогда вынимай батарею и утилизируй.

— Тяжелей будет — это подошел взводный Курц.

— Справимся. Река пошла спокойней, груз понемногу уменьшается. Кстати, как там, на счет разнообразия меню? Есть подвижки?

— Сдали, значит — удлиненное лицо Курца расплылось в улыбке — Тут мои ребята удачно подстрелили какого-то бычка. Доктор дал добро, так что вечером приходи на жаркое.

— Обязательно — Алекс хлопнул товарища по плечу и двинулся дальше. Неожиданно по берегу пронесся клич «воздух!». Бойцы кинулись под маскировочные сети, дополнительно накидывая на себя плащи. Карт также упал на песок, заученно накрылся невесомым плащом и затаил дыхание. В двадцати метрах от него застыл расчет ПВО. Один из бойцов напряженно всматривался в экран радара, а второй стоял рядом с треногой, на которой расположилась импульсная винтовка, ракеты они решили использовать в крайнем случае. Чуть позже к лежащему командиру подполз отделенный третьего взвода Сидоров, веснушчатый капрал с рыжими бровями.

— Мастер, это флайер, идет курсом вдоль реки.

— Принял — коротко ответил Карт. Потихоньку напряжение отпускало его. Бойцы крутили головами, и, видя спокойствие ПВОшников, успокаивались сами и начали даже переговариваться друг с другом. Вполне возможно, что это просто летит обычный грузовик.

Вскоре прошла команда «Отбой». Карту сразу же доложили, что был замечен флайер, двигающийся курсом

Северо-восток. Чужая машина не совершала резких маневров и шла прямо, на разведчика или патрульного также не походила. Поэтому временный командир отряда дал команду выходить на воду.

Следующие два дня пути протекли относительно спокойно. Вражеские флайеры и авилеты начали попадаться заметно чаще, и бойцы ПВО усилили дежурство. Они достали из грузовиков контейнеры с дополнительными ракетными комплексами. Техникам же пришлось избавиться от еще одной грузовой платформы и пары скутеров. Легкий Дельфин Карта также начал барахлить. Не было у них с собой необходимых запчастей, а эти легкие машины не были рассчитаны на такие дальние расстояния. Оказалось, что в реке водится съедобная рыба, а разведчики иногда умудрялись подстрелить что-то бегающее или летающее. Поэтому вечерами солдаты могли разнообразить свое меню. Уха из местной рыбы была великолепна, а жаркое из мяса казалось изысканным. Обычные пищевые рационы всем уже здорово приелись. Хорошо, хоть с водой проблем не было. По берегам реки оказалось достаточно чистых источников.

Восьмой день пути рейнджеры встречали с тревогой, им оставалось пройти последнюю сотню камэ по воде. Они раз за разом осматривали плоты, проверяли технику, меняли батареи в комплексах ПВО. Воды реки сегодня просачивались сквозь густой туман, другой берег почти не просматривался. Местность из равнинной становилась снова пересеченной, появились холмы, обрывистые берега. Далеко по правому берегу можно было увидеть высокие горы. Бойцы уже знали, что где-то там наши, земляне, их братья. Наконец от Ларсена пришло добро, и караван двинулся в путь

Потихоньку солнце развеяло клубы тумана, здесь оно иногда просвечивало сквозь прорехи облаков, открывая густо-синее небо. Освещение очень ярко било по глазам, даже пришлось опустить щитки шлемов. Растительность по берегам становилась более густой, сплошной полосой шли кустарники, попадались высокие деревья с голубоватой стреловидной листвой. Стало заметно жарче, бойцам приходилось выпивать больше воды, они приближались к местному экватору.

Как ни странно воздушная активность местных сошла практически на нет. То ли их пути проходили в другой стороне, то ли сказывалась близость фронта. Разведчики здорово вымотались, они работали днем и ночью. Карт решил их усилить опытными бойцами других подразделений. Ведь впереди был тяжелый переход по горному плато.

Алекс кинул прощальный взгляд на реку, здесь она поворачивала обратно на восток. Чуть выше по течению остался разбитый земными атмосферниками поселок шахтеров. В нем они провели остаток дня. Выдвигаться командиры решили этим вечером. Разведчики достаточно хорошо изучили ближайший маршрут. Здесь уже заметно увеличилась активность патрульных флайеров. С десяток раз приходилось объявлять тревогу. Враг был явно чем-то встревожен, поэтому они решили не искушать судьбу, и двигаться максимально осторожно.

Один за другим бойцы ступали на узкую горную тропу, следуя за своим товарищем. Командиры тщательно рассматривали полученные планы маршрута, сверяясь с редкими маркерами и ориентирами. Батальон разделился на несколько групп. Впереди двигались усиленные ветеранами разведчики. В середине шла самая большая группа в виде пешей колонны. Солдаты проходили налегке. Платформы и часть скутеров двигались чуть левее и ниже. Позади всех продвигалась ополовиненная группа охранения Брандта. Большая часть комплексов ПВО находилась сейчас на транспортах, чтобы быть более мобильной. Рейнджеры строго соблюдали режим тишины, осторожно ступая по камням и осыпям. К утру, они оказались на двадцать камэ ближе к линии боевых действий. Впереди, в предрассветной мгле отчетливо замаячили два остроносых пика. Там уже находились земные форпосты. Неожиданно небо немного расчистилось, и бывшие вулканы осветились ярким багрянцем.

— Совсем рядом — тяжело засопел идущий неподалеку молодой боец.

— Нет — качнул головой капрал отделенный — это так кажется, в горах. Тут просто воздух чище.

— Далеко нам еще?

— Двигай, давай, брат — молодого подтолкнули сзади, и колонна двинулась дальше.

Усталые бойцы втягивались в узкое ущелье. Здесь разведчики нашли удобные убежища на световой день.

— Ну что у нас, братья? — Карт обвел взглядом людей.

Вечером второго дня продвижения по горам состоялось самое главное совещание. На нем присутствовали не только командиры подразделений, но и самые опытные бойцы батальона. Две ночи они с большим трудом передвигались по каменистому плато. Один из их грузовиков сильно ударился о каменный выступ, и его пришлось бросить. Неопытный водитель разбил и одного из Дельфинов. Техники в отряде стало остро не хватать, пришлось бросить часть груза, бойцам загрузить в ранцы дополнительные боеприпасы и суточные рационы, а самому Карту сесть за один из скутеров, чтобы провести его сложным извилистым путем до маркеров оставленных разведчиками.

Все очень устали, но бодрились и поддерживали друг друга. Чем выше темп их движения, тем сложнее врагу их обнаружить. Бойцы помогали друг другу, самых выбившихся из сил освобождали от груза или даже ссаживали на платформы к раненым. Солдаты со сломанными руками освобождали места и шли сами пешком. Жизненная атмосфера батальона вообще сильно переменилась за эти дни. Не слышно стало ругани и начальственный окриков, никто не ныл и не жаловался на судьбу. Воинские подразделения превращались из просто слаженного механизма в дружную, большую семью.

— Ларсен, расстилай планшет.

Командир разведчиков здорово осунулся за эти сложные дни. Ведь на его плечи также свалилась большая ответственность, и он еще лучше начал понимать своего друга. Солдаты расступились, и в круге загорелась трехмерная карта местности.

— Вот здесь заканчивается плато, и здесь же мы заметили присутствие большого количества войск противника. Стоят батареи импульсных орудий, находятся посадочные площадки, бункера. Поэтому напрямую к нашим в этом месте не пробиться. У подножия гор укрепленные пункты пехоты, воюют тут давно, все вокруг скорей всего хорошо пристреляно.

— Есть предложения?

— Связисты подтвердили нашу догадку вот на счет этого — Ларсен ткнул в пологое подножие горы с округленной вершиной. Она стояла чуть в стороне от плато — Здесь, по всей видимости, располагается региональный узел связи. Мы рядом с ним никого из частей противника не обнаружили.

— И? — недоуменно замотал головой Курц — Зачем нам их центр связи?

— Ларсен хочет сказать, что пробиться к своим напрямую мы не сможем — Карт вышел в центр круга — у нас есть два выхода из создавшейся ситуации: или найти где-нибудь поблизости убежище, и искать незакрытый проход к своим, рискуя каждый день быть замеченными противником. Или произвести штурм центра связи, связаться с нашими и ждать помощи. Надеюсь, все заметили, что между этими двумя бункерами — мастер-сержант ткнул в карту — находится удобная посадочная площадка, защищенная от фронтального обстрела. И если первая штурмовая группа сумеет захватить ее, то следующие партии бойцов будут хоть как-то защищены. Их батареи у края плато не рассчитаны на стрельбу в этом направлении. Противнику понадобится время, чтобы перебросить сюда силы. В этом секторе скорей всего расположены войска, предназначенные для обороны, а мобильные резервы находятся в другом месте.

— Ох, опасно мастер — Курц угрюмо смотрел на трехмерную карту.

— А где сейчас не опасно? — выдвинулся вперед уже неулыбающийся Брандт. Да и остальные участники совещания выглядели донельзя серьезными, ведь сейчас решалась их судьба. Мнения разделились, стороны приводили весомые аргументы, никто не ругался, споры проходили спокойно. Карт внимательно выслушивал доводы обоих сторон и погружался в некую нирвану. Его мозг как будто абстрагировался от происходящего, похожее состояние появлялось в те моменты, когда он выходил на гонки. Видимо так его ум настраивался на «рабочий лад». Остальные также заметили странное состояние их командира и постепенно замолкали. Наконец Карт вернулся в реальность, встал с инструментального ящика и вышел вперед.

— Спасибо всем, я внимательно вас выслушал. Вот мое решение: В ближайший день мы будем внимательно собирать разведданные… — кто-то шумно выдохнул — Но начнем готовиться к штурму станции связи.

В небольшом гроте повисла вязкая тишина.

— Я понимаю, что мы сильно рискуем, но так у нас есть шанс. Если противник обнаружит нас сидящими на камнях, то просто уничтожит всех. Диверсанты в его тылу их сильно пугают. А, сообщив командованию о нашем месторасположении, мы сможем надеяться, что нам помогут.

— Ты веришь нашим генералам? — Игнатов недоверчиво покачал плечами.

— Я верю нашим солдатам, Василий. Ведь ты бы помог?

Русский гигант только коротко кивнул головой. Многие из присутствующих поддакнули ему. Выручать своих, это было нормально для любого солдата. Каждый из них хоть раз участвовал в подобной операции.

— Думаю, у нас хорошие шансы — вперед вышел Брудель, один из старослужащих — У нас много опытных штурмовиков, сохранилось тяжелое вооружение, и еще имеется рабочий транспорт.

— Сколько машин на ходу, Салиман? — Карт посмотрел на техника дисколета, волею судьбы оказавшегося среди рейнджеров в тылу врага.

— Пять грузовых платформ, мастер, пять Дельфинов и два скутера разведывательного варианта. Все вполне исправно, хотя не без проблем. На малышей топлива совсем мало.

— Принял — кивнул командир — Значит, треть людей может перекинуть за раз. Оставим все лишние припасы и инструменты. На бойца один энергопаек, три боекомплекта, резервная батарея, и что-нибудь для тяжелого вооружения, раскидайте на всех. Брандт, готовь своих бойцов, пойдешь на грузовиках, усиль боевые порядки бойцами ПТО и ПВО.

Он повернулся к командирам взводов тяжелого вооружения — Расставьте посты на удобных точках, требуется создать «зонтик» на всем протяжении зоны высадки. Ваших парней мы потом подберем на скутерах. Ларсен, давай сюда.

Они долго обсуждали с командиром разведчиков, что и как следует разведать, и куда поставить людей.

Следующий день прошел относительно спокойно. Карт уже даже начал склоняться к мысли, что стоит еще подождать и найти более спокойный выход из ситуации. Но судьба распорядилась по-другому.

Видимо передвижения разведчиков все-таки привлекли чье-то внимание, или просто бойцы Ларсена сами случайно нарвались на патрульный дрон. Но после удачного выстрела из «Пламени» машина противника тяжело бухнулась вниз ущелья. А в быстро наступающих сумерках посты ПВО обнаружили дежурный авилет, вылетевший в поисках робота. «Ну что ж, значит, тому и быть» — Карт отдал приказ на уничтожение вражеской машины. Ребята ПВОшники удачно подвели ракету из-под скалы прямо к брюху небольшой летающей лодки. Как ни странно один из трех инопланетян выжил в крушении. Желтокожего инторианца, мотающего болезненно головой, доставили командиру. В отсек для допросов пригласили самых опытных рейнджеров. А руководил процессом сам Карт. Экспресс-допрос сам по себе всегда жесток, и молодому человеку было неприятно наблюдать боль и страдания другого живого существа. Но вопрос стоял жестко — жить или не жить. Поэтому перед земными бойцами находился не плачущий от боли гуманоид, а Чужой. И Чужой знал, что земляне не обладают жалостью, поэтому ради легкой смерти рассказал все, что знал.

— Итак, братья. Выступаем перед рассветом. Ларсен, идешь со своими ночью, занимаешь позиции. ПВО — кровь из носу, но занять все высоты. Ни одна леталка не должна появиться в зоне высадки. Отвечаете головой — Карт внимательно рассматривал своих командиров подразделений. Все были собраны и серьезны — Брандт, твои парни готовы?

Белобрысый сержант кивнул головой — Усиление уже взято.

— Лейбниц, вы идете вторым эшелоном. Платформы вернутся сразу обратно. Скутеры также еще поработают. Тебе помогут люди Фучека. Раненые наш последний спурт перенесут?

— А у них есть выход? — капрал смотрел исподлобья, ночью умер очередной тяжелораненый. Карт сам провел обряд «последнего одолжения» и в его сумке добавилась еще одна маленькая капсула.

— Тогда будь с ними — Алекс еще раз оглядел бойцов батальона — Речей произносить не буду, завтра все решится. Удачи вам, братья!

Он подошел к готовящемуся выйти Олду. Они крепко обнялись, еще никогда перед ними так остро не стояла угроза смерти. Говорить было ни к чему, все было понятно без слов. Ближайшие часы решат все. Карт еще раз осмотрел трехмерную карту местности, и нанесенные на нее метки. Информации было одновременно много и мало. Он вдруг почувствовал, как его начинает захватывать знакомое чувство «дикого гонщика». В его голове прояснилось, и вся предстоящая операция предстала перед ним предельно четко и ясно.

— Узнаю знакомый взгляд — Ларсен улыбнулся — значит, прорвемся!

— А куда мы денемся? — Алексу стало сразу спокойнее, вернулась утраченная уверенность. Он прошел по позиции батальона, и понемногу его уверенность передалась остальным бойцам. Земные воины задвигались быстрее, голоса стали звонче, опять зачастили подколки, и послышался неуверенный смех. А зачем плакать перед смертью? Будем живы, не помрем!

Атака началась с ударов тяжелым вооружением батальона. Не зря они тащили все эти импульсные комплексы и ракеты с кучей тяжеленных батарей и запасными выстрелами. «Молнии» и «Иглы» разнесли в клочья охранный периметр узла связи. Бойцы противника не то чтобы совсем не оказались готовы к нападению, они никак не ожидали подобного мощного штурма. Диверсанты обычно действуют более осторожно и меньшими силами.

А здесь, сразу после обстрела, в промежутки между зданиями влетели десантные скутера и с них быстро ссыпались штурмовики, умело захватывающие огневые точки оборонительной линии. Карт сам лично вел разведывательный вариант «Дельфина». Две ночи он с Салиманом готовил машины к последнему выходу. Раз за разом объяснял водителям особенности вождения в «оранжевом режиме», и парни в этот раз не подвели. Они аккуратно подошли по ущелью к высокой скале, где была расположена станция связи. Затем по отрогам поднялись к самой вершине, используя двигатели на своем пределе и загоняя в полный коматоз гравипривод. Но парни Ларсена свой хлеб жевали не даром, выходы на вершину оказались свободны. Поэтому Карт спокойно приземлился между двумя угловыми зданиями и ушел немного в сторону.

На борту «дельфина» остались два ПТОшника. Они отсматривали слишком ретивых бойцов противника, и не один, и не два инторианца остались лежать на этой безымянной скале. Вскоре на прикрытую со всех сторон посадочную платформу приземлились пять грузовых платформ. С них в быстром темпе десантировался взвод Брандта. Машины сразу ушли обратно, как и часть скутеров. А зачистка после получения подкрепления пошла веселей. Увидев такую ораву рейнджеров, бойцы противника запаниковали и начали совершать ошибки.

«Стрекоза с тремя мухами. Белый, три, пять, двести» — раздалось в эфире. Радиомолчание было закончено с моментом атаки, земляне использовали свой «солдатский сленг». А наперехват флайера поддержки и трех авилетов противника рвануло сразу несколько ракет. Вражеские машины сразу бросились в стороны, совершая противоракетный маневр, но пилоты противника не догадывались, что в распоряжении штурмовиков имеется тяжелый вариант «Молнии». Лучемет, щедро тратя оставшиеся батареи, одну за другой отправил вражеские летающие машины в ущелье.

— А не фиг! — раздался в наушниках знакомый голос.

— Иван, не засоряй эфир — одернул Дуба Карт. Он бросил мимолетный взгляд на скальный выступ, где расположилась парочка ПВОшников. Как они туда забрались ночью и уволокли с собой гору оружия, осталось истории неизвестным.

«Бульдоги, киньте какашек! На пять, два орла на корточках! Мазила, ты куда бьешь? Ватрушка три, не отставать. Правая коробка кем-то занята, соколы два, проверьте. Сокол один, ответьте третьему. Глаз один, у нас чисто. Это земноводное четыре, мотор сдох, нас не ждите. Бульдоги, вашу мать, быстрее, быстрее! У нас проблемы» Эфир работал, эфир жил, люди сражались и умирали на богом забытой планете.

— Второе блюдо — раздался знакомый голос связиста. Он исполнял сейчас должность начальника оперативного отдела и сбрасывал Карту на тактический шлем текущую обстановку.

Уже не маскируясь, на площадку спикировали платформы. Четыре сразу же ушли обратно, а одна задом подкатила к ангару и с нее стали сгружать раненых бойцов. В импровизированном медицинской пункте уже начал свою кровавую работу капрал Лейбниц. Атака хоть и началась удачно, но землянам пришлось несладко.

— Первач, как дела? — Алекс обратился к командиру штурмовиков Брандту.

— Термитов выкуриваем. Готовность пять мигов.

— Принял. Трезубец, пять — Карт известил сержанта Курца, командовавшего в лагере, что можно загружать последних бойцов. Вниз устремились и оставшиеся на ходу «Дельфины», один из них валялся разбитым между двумя станционными зданиями, видимо сломался движок.

Карт запрыгнул в свой скутер и совершил нырок вниз, к маленькой площадке, где коротко скомандовал — В воду!

Затем он вернулся, ПТОшники ловко спрыгнули у края скальной площадки, и тут же начали устанавливать треногу, заряды у них еще имелись.

Алекс прибавил мощности и закрутил любимую восьмерку, избегая попаданий невидимых снайперов. Если они еще не стреляли, это не значит, что их тут нет. Скутер стремительно пошел вверх и скоро достиг небольшой расщелины, где между камнями спрятались «братья-акробаты». Парням напоминаний не требовалось, и вскоре Дуб и Васильев весело гоготали на задних сиденьях.

— Чего ржете, лентяи? — прокричал по внутренней связи Карт.

— Это нервное, кэп. Берегись!

Откуда-то сверху посыпался снег и камни. Опытный водитель моментально увел машину в сторону, а затем рванул вперед на все мощности движка. Табло сразу же загорелось красным, но Алекс знал возможности этой машины. А вот оставаться под прицелом дальней батареи, нащупавшей наконец-то скалу, было гораздо опасней. И точно! Раздалось еще два разрыва, система забибикала, поймав резонирующее воздействие далеких импульсников.

— Атас! — только и смог прохрипеть Карт. Смерть оказалось на этот раз совсем рядом.

— А ты думаешь, чего мы ржем. Только эти уроды нас нащупали, мы лазерный целеуказатель словили, так тут ты сразу появился. Шустер бобер!

— Как поняли?

— Там, на батарее шевелении началось. Видать подкрепление к ним подошло. Мы тут их калоши уронили, поэтому они сначала пострелять решили. Скорей всего дрона навесили для корректировки огня.

— Шустрые — поежился Алекс — Все, прыгайте, у меня еще две точки.

Карт на ходу развернул скутер, затем стремительно бросился вниз, подходить теперь к постам ПВО следовало осторожней. Мимом проскочили последние машины из лагеря. На сетчатке глаз появилась информация «Муравейник пуст» и тут же «Берлога чиста». Алекс поймал на ходу очередных стрелков и повернул обратно. Вот теперь можно было немного перевести дух. Все эвакуированы и находятся на захваченной станции врага. Верхушки гор уже полыхали в солнечном огне, небо на востоке немного очистилось, робко пропуская лучи местного светила. Синяя дымка предутренних сумерек потихоньку менялась на желтоватого оттенка отсвет от низких облаков.

Алекс подлетел на подсвеченную меткой маленькую площадку и выключил движок. Система уже работала нестабильно, водитель выжал из машины все, что можно и нельзя. Погладив на прощанье разведывательный вариант «Дельфина» командир двинулся к открытому входу, находящемуся прямо в скале. Проскочив мимо часового, он побежал по ступенькам вниз. В конце их, на повороте дежурил пулеметчик и стрелок, рейнджеры были настороже.

— Мастер, вам прямо и налево, большой зеленый зал — показал рукой усталый рейнджер, забрало шлема поднято, лоб блестит от пота, глаза лихорадочно блестят «постбоевым» откатом.

Карт молча кивнул и прошел вперед. Он поймал себя на мысли, что в незнакомом помещении держит карабин наизготовку. Боевые навыки за прошедшие годы уже вошли в плоть и кровь.

— Что у нас? — голос опять звенел железом, а мозги работали в «гоночном режиме».

От огромного настенного табло оторвалась голова Хайга.

— Работаем, командир.

— Разобрались с содержимым? — Алекс кивнул в сторону инопланетных приборов.

— Зачем? — недоуменно отозвался связист и показал глазами в сторону.

Около вскрытой панели сидел Салиман и два его техника, увлеченно ковыряясь в проводах и схемах.

— Парни просто присоединили к их системе модуль аварийной связи захваченный с дисколета. Сейчас настроим выход на их усилители, а большего нам и не надо!

— А ты тогда что копаешься? — кивнул Карт на небольшую панель, с которой возился Хайг.

— Хочу их экраны на нашу волну переложить. Удобней ведь с видео иметь дело.

— А. Ну давай, работай. Брандт — уже в открытом эфире обратился к своему взводному Алекс. Площадку успели заэкранировать — Доложи обстановку!

— Сейчас буду — коротко буркнул сержант. Судя по голосу, он только закончил, кого распекать. Вскоре в распахнутых дверях центра управления показалась его взлохмаченная голова и грузная фигура Фучека, тащившего какой-то ящик. Следом за ними вломился взмыленный Ларсен. Норвежец, шумно отдуваясь, скинул с себя оба бронекаркаса, один из них был жестко посечен осколками, а плечевая защита просто разбита вдребезги. Норвежец вытянулся во весь рост, перекинул пулемет назад и довольно улыбаясь, прошел к старому другу. Пока они обнимались и стукали друг друга по плечам, сержант Стефани и один из его бойцов начали устанавливать собственную станцию слежения.

— Докладывайте — Карт уже расстелил тактический планшет, рассматривая нанесенную на трехмерную карту обстановку.

Брандт начал первым — Территория зачищена, кэп. Почти всех инторов положили, пять офицеров оставили для допросов.

— Потери? — Карт по пути сюда заметил растерзанное тело одного из земных бойцов. Жестокая сцена буквально полоснула по открытому сердцу сержанта.

— Трое моих наглухо, четверо тяжелых, а так и не считал. Тяжело было выкуривать без подготовки.

— Понятно — Алекс только что не зарычал от гнева.

— Есть еще потери — осторожно добавил Ларсен — накрыло пост ПВО. Ударило выше, а их просто снесло обвалом вниз. Тела мои парни уже достали.

— Спасибо — Карту была невыносима мысль, что тела его братьев останутся гнить на чужой планете.

— Еще один боец свалился с машиной.

— Я видел. Что с ним?

— Ногу поломал. Лейбниц каркас наложил, водила уже прыгает как кузнечик.

Пол бункера вздрогнул.

— По горам палят, орудия нас не достают.

— Ларсен — нахмурился Карт — проследи за окрестностями, боюсь, они могут на удобные точки своих бойцов перебросить. Только осторожно.

— Принял — командир разведчиков надел боевой шлем, взял вместо пулемета импульсную винтовку и пошел к выходу.

— Что со связью, капрал?

— Система работает, бегаем по частотам. Пока в эфире одни бандиты, большая активность.

Карт подошел к выходу, тут общекомандная связь работал лучше — Командирам! Всех людей вниз, желательно поглубже. Наверху только наблюдатели и половина постов ПВО. Парни, держитесь!

Через пять минут бункер содрогнулся от достаточно мощного удара.

— Командир, по нам работают два стервятника — обернулся от экрана Стефани — мы их отогнали, потратили последние две ракеты. Будут теперь бить издалека.

— Понятно, дежурное звено — Карт нахмурился — скоро и остальные пожалуют.

Неожиданно большие динамики загудели, и послышался скрежет помех. Сквозь них пробивался какой-то голос.

— Командир, я на кого-то вышел!

Карт переключил канала и начал вызывать:

— Кто меня слышит, это вызывает 25-й батальон! Всем кто меня слышат, мы нуждаемся в помощи!

Алекс напряженно всматривался в мерцающий от помех большой экран, раз за разом, повторяя вызов. Сидеть в узком кресле, предназначенном для небольшой задницы инопланетянина, было неудобно, руки начали подрагивать, спина неожиданно взмокла.

— Немедленно уйдите с этого канала! — неожиданно изображение прояснилось, и на зеленом экране появился капитан с серой форме легионера. Его узкое лицо выглядело недовольным — Вы не имеете права находиться на этой волне.

— Сир, это мастер-сержант Карт, двадцать пятый батальон мобильной пехоты. Мы остро нуждаемся в помощи. Находим за линией фронта, нас взяли в тиски, мы долго не продержимся.

— Сержант, если ваша группа попала в неприятности, обратитесь к вашему руководству. Это обычная практика.

— Капитан! — возвысил голос Алекс — У меня чрезвычайная ситуация, в моем отряде есть убитые и раненые, нам срочно нужна эвакуация и помощь огнем. У нас нет возможности выйти на своих.

— Подождите, сержант — капитан смотрел куда-то в сторону — Мне сообщили, что в этом квадрате нет наших диверсионных групп. Кто вы?

— Мастер-сержант Карт, заместитель командира взвода двадцать пятого батальона рейнджеров, личный номер Эй, ти, фа, омега, пять, четыре, семь, зеро, эпсилон, восемь, один. Проверьте как можно быстрее! Я еще известен по прозвищу «Водила генералов» — возвысил Карт голос — Мы захватали станцию связи противника, ведем передачу отсюда. Я прошу вас, спасите моих братьев!

— Что захватили? — глаза капитана из холодных рыбьих превратились, наконец, в человеческие.

— Станцию связи, капитан! — рейнджер уже орал — Мы часть десанта, батальонная группа!

— Весь десант погиб, сержант — капитан был явно растерян — Мне надо связаться с командованием!

По экрану пошли помехи, Хайг отчаянно закрутил ручки настройки.

— Так быстрее связывайтесь, из-за вас погибнут мои братья! — Карт в отчаянии сделал тайный знак руками. Тут же экран замерцал и через несколько секунд на нем появился другой офицер.

— Это полковник Бек, глава сектора. Сержант — офицер был в возрасте, виски подернуты серебром седины, глаза внимательно всматривались в лицо рейнджера — Вы под воздействием препаратов? Находитесь в плену?

— Никак нет, сир — быстро среагировал Карт и кивнул связисту. Тот тут же передал панораму всего происходящего вокруг станции связи. Бункер опять вздрогнул.

— Это вас обстреливают атмосферники? — полковник выглядел подчеркнуто серьезно — Как вы там, черт побери, оказались? Мне не докладывали ни об каких диверсионных мероприятиях. И почему этот канал связи?

— Сир — Карт приблизился к экрану — моя батальонная тактическая группа совершила аварийную посадку в районе плато К5дробь17 по ориентирам противника.

Полковник отвлекся, потом кому-то отвечал, а наверху снова и снова слышались разрывы. Вражеские атмосферники долбили по скале издалека.

— Сержант, место вашей аварийной посадки находится почти в тысячу камэ, как вы тут оказались?

— Сир, мы совершили тактический переход.

— Что? — полковник от удивления даже привстал кресла, но быстро взял себя в руки. Чувствовался опыт старого служаки, он то и дело отвлекался на другие экраны и переговоры, собирая необходимую информацию.

— Нам срочно необходима эвакуация. Это не засада.

— А где ваши офицеры, ранены?

— Никак нет, сир. Все погибли при аварии. Я вел отряд сюда.

— Вы это серьезно? — в холодных глазах полковника мелькнуло неподдельное удивление — Хотя чего это я — Бек опять смотрел на боковой экран — Карт, скажите, кого вы спасли на планете Калунии?

Алекс непонимающе посмотрел на офицера, и в его глазах мелькнула догадка

— Генерала Франхейма, сир. Вы ведь были в его свите?

— Да — Бек позволил себе улыбнуться краешками губ — То еще было приключение, в десантном отсеке всю дорогу стоял стойкий запах блевотины. Сержант, идут сильные помехи, наш канал глушат, поэтому коротко. Мы вас идентифицировали, помощь будет. Мы своих в беде не бросим. У нас есть проблемы с необходимым транспортом, но как-нибудь обойдемся. Наши атмосферники будут через пять — Бек что-то выслушал в наушнике — нет, через четыре минуты. Держитесь! Сейчас запускаем спутник, связь через него, узкоканальный стандарт. Пусть ваши парни ловят его минут через десять. Отбой!

Экран последний раз полыхнул помехами и потух. Карт попытался облегченно откинуться на спинку кресла, но наткнулся спиной на преграду. Он чертыхнулся и встал.

— Командир — Стефани улыбался — вражеские птички свалили, но, похоже, одного наши ребята успели подпалить.

— Живем, братцы! — раздался возглас из угла, где засели парни Салимана.

— Доложить обстановку! — Карт опять перешел на общекомандный канал.

— Первый, порядок.

— Второй, порядок.

— Третий, порядок — отозвались командиры взводов.

— Это эскулап. Есть проблемы.

Позади отозвались Фучек и Стефани, их службы были в норме.

— Карт перешел на канал Лейбница — Что у тебя, капрал?

— Сир, у меня двое свежих очень плохи.

— Час продержаться?

Ответа пришлось ждать пару минут.

— Сделаем, мастер.

— Порядок.

Карт удовлетворенно хмыкнул. Молодой медик за время их беспримерного рейда сильно изменился, возмужал и стал намного серьезнее. «А парень молоток, надо будет к себе прибрать».

Его размышления прервали Дуб и Игнатов. Они с шумом прогрохотали по лестнице, следом за ПВОшниками в зал управления вломился Брандт.

— Что лыбимся? — у Алекса прибавило настроения.

— А мы последним зарядом завалили нектирский катер. Эти придурки думали, что мы не заметим, как они по ущелью крадутся. Иван, мастер, залепил под левый движок, они и кувырнулись прямо в стенку- под шлемом ярко блестели глаза Василия, по цвету похожие на полевые цветы, тоже васильки называются по-русски.

Рядом пыхтел комвзвода один. Он ожесточенно сдирал с себя бронекаркас. Нижняя правая пластина оторвалась от каркаса и упала с глухим стуком на пол.

— Чуть печень не пробили, суки — Брандт присел на какой-то ящик.

— Где тебя так? — спросил сержанта Дуб.

— Да выскочил к наблюдателю, ошметком от взрыва задело. Синяк теперь будет здоровенный — светловолосый крепыш оглянулся — Помощь в пути? Атмосферники я видел. Четыре птички пришло. И вроде как там, за долиной, где батареи, что-то полыхнуло.

— Хайг, выведи на боковые экраны.

Чуток помигав, вогнутые мониторы залились зеленоватым отсветом, и показалась картинка. Часть камер еще работала, и можно было наблюдать, как на месте вражеской батареи разгорается огонь. То и дело снежные вершины вспыхивали отблеском новых попаданий.

— Работают парни — удовлетворенно прохрипел Алекс. Градус настроения у всех присутствующих сразу поднялся. Значит, они не одни, и помощь спешит, и есть шанс уйти отсюда живыми! Ведь на самом деле они в глубине души были готовы к самому худшему. Просто хотелось перед уходом как можно громче хлопнуть дверью.

— Что там со связью?

— Поймали луч, командир. Сейчас техники Салимана ломают шифр. Нам его не успели скинуть.

— Плохо — нахмурился Карт — это время.

Он обернулся к боковому экрану, там промелькнуло несколько теней. Четверку земных атмосферников атаковали. На этот раз работала целая эскадрилья. Нашим пришлось несладко.

— Стефани, у нас есть чем помочь?

— Уже, мастер.

В небо ушли последние три ракеты рейнджеров, помешав двум чужакам доломать подбитую машину земного пилота. Неожиданно один из нападающих исчез в яркой вспышке. Еще одна и еще одна!

— К нашим подмога идет, целое крыло! — закричали радостно ПВОшники.

А Карт ожесточенно наблюдал, как подбитый земной атмосферник пытается выйти из боя. Но вот и его достали из плазмы, хвост машины отвалился, но показалась спасательная капсула. Стремительно ушедшая вниз от обстрела.

— А ведь жив — послышался рядом знакомый голос. Это был Ларсен — Я смогу его достать.

— У нас есть целые машины? — Алекс задумался.

— Я запрятал одну, заряда хватит.

— Тогда так, бери Лаврова — молодого водителя из первого взвода Алекс тренировал лично, у парня были неплохие задатки. Да как им не быть, если он участвовал в «Диких гонках» — пару своих парней и мухой. Свяжитесь с атмосферниками, пусть прикроют.

— Есть — коротко бросил Ларсен и убежал.

— Командир, связь!

Экран включился. Изображение на этот раз было чистым и четким, связь шла узким направленным каналом через спутник. На этот раз перед ними сидел пехотный майор, его одутловатое лицо выглядело усталым.

— Я майор Родригес, руковожу спасательной операцией. Кто у вас командует?

— Я, сир. Мастер-сержант Карт.

— А где офицеры? — видимо майора не ввели полностью в курс дела. Пришлось объяснить обстановку.

— Понятно — Родригес уставился прямо в глаза рейнджера — Ну раз, мастер, ты довел парней досюда, значит, и с эвакуацией справишься. Обстановка у нас непростая. Мы отогнали дежурную эскадрилью интов, будем прикрывать вас с воздуха плотно. Спасибо, кстати — офицер глянул в сторону — за спасение пилота. Но у противника в соседнем секторе полно аэроплощадок, скоро они подтянут резервы. Наша артиллерия плотно работает на прикрытие. Тут и соседи решили пошуметь, вы устроили настоящий фурор, мастер. Сейчас будут выходить эвакуационные транспорта, первым бортом пришлем прикрытие. Все понятно?

— Так точно, сир — Карт был несказанно обрадован чисто деловым тоном майора. Обычно такие деловые и вытягивали их из всевозможных передряг.

— Связь будет поддерживать шеф-сержант Сон — резюмировал Родригес и исчез с экрана. Его место заняла круглая голова шефа Сона. Узкие глаза выдавали в нем потомка восточной расы, так сильно пострадавшей во время «Великой чумы».

— Сержант, к вам идут два «Кузнечика». Их сопровождают легкие панцеры легионеров. Готовность пятнадцать минут.

— Нас больше, шеф, все не влезем.

— А никто и не говорит, что влезете — Сон постоянно крутил головой, получая свежую информацию — загрузите сначала всех раненых. Да, с первым бортом к вам прибудет взвод ПТО. По нашим данным, противник направил в вашу сторону мобильные боевые группы.

— Спасибо за информации, шеф. Хайг, держи меня в курсе на третьем канале.

Карт побежал наверх. В нос резко ударил запах горелого железа, бетонного крошева и чего-то кислого. Даже свежий горный ветер не смог перебить ужасной вони, присущей всем войнам. В стороне догорало какое-то оборудование, несколько станционных сооружений было начисто разбито ударами атмосферников. Повсюду валялись каменные осколки, куски железа и пиробетона. Тела убитых нектирианцев никто не убрал, не до этого было. Поэтому от некоторых трупов осталось только кровавое месиво. Под ногами противно захрустело и зачавкало.

— Черт! — выругался Карт и сразу развернул командирскую активность. Вскоре сержанты и капралы забегали как ошпаренные, подготавливая своих бойцов к эвакуации. Рейнджеры слаженно выносили из временного медпункта раненых, потрошили свои ранцы, выкидывая лишние боеприпасы и запасные батареи, да вообще все лишнее. Транспорты будут грузиться под завязку, поэтому каждый ненужный килограмм на счету. Не смотря на возникшую деловую суету, большинство бойцов улыбалось. Многие шутили и хлопали друг друга по плечу. То и дело Алекс ловил на себе восторженные и благодарные взгляды. Он оглядывал их грязные, осунувшиеся лица и такие родные, и какое-то особое, теплое чувство всколыхнулось в его истомленной душе. Как будто ее омыли чистой воды и скинули тянущий вниз камень. «А ведь вот оно! То, ради чего стоить страдать и бороться!» — мелькнуло вдруг в голове — «Надо парням что-то сказать». Он настроил общий канала.

— Бойцы, мои братья. Я буду короток. За эти дни мы сильно изменились, и в лучшую сторону. Мы и в самом деле стали братьями, поэтому и выжили, и спасемся. Нас ждут там. Такие же братья, как и мы. Не будем забывать о них, и понесем наше братство дальше!»

Вокруг радостно закричали, кто-то хлопал, кто-то издавал боевой клич. Из-за ближайший скалы вынырнул серый, как местные скалы востроносый панцер. Следом за ним показались два «Кузнечика». Бронированные машины одна за другой приземлились на заранее согласованную и очищенную площадку. Из открытого заранее пандуса моментально съехали несколько боевых платформ, рядом с ними вышагивали гренадеры в полной боевой сбруе. Вперед выступил молодой лейтенант.

— Я командир пятого взвода ПТО лейтенант Рыков. Кто здесь командует.

— Я, лейтенант.

— А что, офицеров нет? — Рыков несколько растерялся и тут его подвинул массивный старший сержант.

— Мастер, мы на усиление. Куда наши пушки ставить? — сержант довольно лыбился.

— Выдвигайся на правый фланг. Сейчас пришлю к вам человека.

— Принял — ответил старший и тихонько подтолкнул лейтенанта в нужную сторону. Карт усмехнулся, привычная картина: прислали неопытного офицера, вот старослужащий сержант и ходит за ним, как нянька.

Он еще раз оглядел суматоху, которая происходила вокруг. Сколько не продумывай, не гоняй сержантов, но всё равно в таких ситуациях всегда царит некоторое смятение и беспорядок.

Раненых уже погрузили, и Лейбниц отошел в сторону, он решил пока остаться с остальными. А вот у пандуса второго десантного судна происходила перепалка. Карт двинулся в ту сторону.

— В чем проблема, капрал — спросил он у техника «кузнечика».

— Они мне трупы грузят, а у меня приказ…

— Мне плевать на твой приказ.

— Но нас за живыми прислали — обиженно посмотрел на сержанта худощавый техник.

— Они для нас до сих пор живы, парень! Это наши братья. Мы их не бросим ни за что. Отойди в сторону и не мешай. У вас полно места в грузовом отсеке. Курганов, продолжай погрузку!

Карт еще раз оглянулся — первая партия уже погрузилась. И вот в воздух поднялся первый, а затем второй «кузнечик». По бокам сразу встали два панцера, водя из стороны в стороны башнями с орудиями. Машины быстро набрали ход, и пропали из виду. Пилоты там сидели опытные.

— Карт, это Сом. У нас тут меняется погода. Будьте готовы к жесткому варианту. Готовность сорок минут.

— Принял — Алекс оглянулся. Площадка опустела, оставшиеся бойцы спрятались в бункеры. И впрямь, нефиг тут отсвечивать! Заснеженные вершины тем временем начало заволакивать рваной облачностью. Похоже, и вправду сюда идет шторм.

— Хайг, как обстановка?

— Атмосферники патрулируют. Батарея замолчала, похоже, наши ее накрыли основательно. Западнее стреляют, и не по-детски. Ларсен засек позиции корректировщиков, сейчас готовятся к зачистке.

И точно! Справа послышался знакомый треск, и вперед плеснула рукотворная молния. ПТОшники в кого-то палили из плазмы. Вскоре коротко заухала скорострельное импульсное орудие. Карт кивнул прикрепленному бойцу, и они нырнули в крытый переход.

Бойцы взвода тяжелого вооружения расположились основательно. Платформы были разгружены и отведены в укрытия. За каменным парапетом личным составом поставлены треноги с орудиями. Одна плазма, два импульсника, отдельно стояла ракетная установка карусельного типа. Она без перезарядки могла отстрелять восемь ракет.

— Серьезно тут у вас — прокомментировал увиденное Карт. Стоящий впереди старший сержант оглянулся.

— Стараемся, мастер. Надо же доблестных рейнджеров из задницы выручать — он громко захохотал.

— Меня Алекс Карт зовут.

— Хельм Эриксон — кивнул старший — мы тут две точки уже сработали. Знаешь, подозрительно тихо. Твой разведчик, почти земляк, пошел посмотреть, что да как.

— А почему почти?

— Я из Швеции.

— Ага. Я так думаю, что на этой богом забытой планете подобная разница не существенна. А где сейчас майор Родригес?

— Майор то? — старший сержант то и дело посматривал на рукав своей куртки, там было встроено командное табло, показания радара, информация от стрелков и связиста — А как всегда в передовом бункере, руководит процессом. Вам вообще повезло, что он тут оказался. Настоящий вояка, любимый ученик Франхейма.

— Да? Знакомое имя — хмыкнул Алекс, ему сегодня определенно везло.

— Говорят, это ты его с Калунии вытащил?

— Было дело.

— А я, честно говоря, в эту байку долго не верил, пока с очевидцами не поговорил. А теперь мне выпала честь вытаскивать из огня задницу самого «водилы генералов» — Хельм захохотал, смешливый был сержант. Но тут его покрасневшее от ветра лицо подернулось тревогой. Они упали вниз вместе, сработала солдатская чуйка. На краю платформы, на которой расположилась станция, в небо взметнулся рукотворный фонтан из обломков скалы и сооружений инопланетян. Ветер быстро разнес вокруг пыль и грязь. Бойцы поднимались и ошеломленно озирались, оттирая приборы от грязи.

— Черт! — выругался Эриксон. Все его лицо оказалось запорошено пылью. На Карте же был надет десантный тактический шлем, защитные забрала на нем сработали автоматически. А гренадер носил тяжелый гренадерский, там надо включать его вручную. Они оба оглянулись и без команды снова упали вниз, высокий бетонный парапет хорошо защищал от каменных осколков. Орудия на треногах находились в приспущенном положении и также были укрыты. Второй разрыв прошел ближе. Несколько здоровенных глыб пронеслось над лежавшими людьми, кто-то закричал.

— Заразы, пристрелялись! — Эриксон уже был на ногах.

— Я их засек, передать данные нашим! — радостно закричал откуда-то спереди лейтенант.

— Молодца! — сержант подбежал к связисту, и минут через пять с той стороны гор загрохотало.

— Молоток, лейтенант! Не разучились еще в училище артиллеристов готовить — сержант был доволен и весело хлопнул лейтенанта по плечу — Кэп, ты перекрыл норматив в два раза!

Лейтенант удовлетворенно потирал руки и хлопал белесыми ресницами, потом взглянул на Карта и неуверенно спросил — Мастер, так это точно, что вы батальон сами сюда привели?

— Да, лейтенант. Вот пришлось.

— Круто — протянул Рыков — то-то у нас там такой бедлам поднялся. Вся передовая линия на ушах.

Карт удивленно взглянул на офицера, а Эриксон снова захохотал и, давясь смехом, начал объяснять

— Да вы как гром с неба свалились, мастер. Десант же не удался, опять рыла штабные просчитались. На той стороне тогда туча атмосферников откуда-то появилась. Легионеры тоже подкачали, только два плацдарма расширили. Народу пропало, ужас! А тут вы, да хрен знает, с какого тыла. Вот народ и заело. Сейчас по всему участку бабахают. Расшевелили, вы рейнджеры, наше болото — сержант к чему-то прислушался и махнул Рыкову — Их разведчик двух утюгов заметил, пора нам за работу.

Голос у Эриксона был зычный, и без радиосвязи все бойцы его услышали. Карт с любопытством наблюдал, как гренадеры развернули ракетный комплекс, и одна за другой ушли четыре ракеты. Тут же зарокотал спиралевидный генератор, и затрещала плазменная пушка. По округе сразу заискрили металлические предметы. Алекс взглянул еще раз на затянутые облачностью горные вершины и побежал в бункер. Платформа была пуста, все бойцы прятались внизу, а наверху царило запустение и смерть.

В операционном зале было тепло и светло. Хайга сменил один из техников и вел сейчас переговоры с шеф-сержантом Соном. По экрану то и дело перебегали помехи. Карт тут же взялся за дело.

— Что нового?

— Проблема со связью — обернулся усатый техник — спутник ушел, а тут горы мешают. Хорошо, хоть не все антенны у нас посшибало.

— Артиллеристы говорят, что на нас их спутник вышел, корректирует удары.

— Да? Сейчас передам.

Карт еще раз взглянул на экраны, пока ничего экстраординарного не происходило. Он прошел в угол, где были навалены какие-то ящики и транспортные мешки, затем устало сел и снял шлем.

— Чаю будешь? — бухнулся рядом Андерс, замок Ларсена.

— Откуда? — только и смог выговорить Алекс, только присев он понял, как смертельно устал.

— Остатки былой роскоши, Фучек развелся. А мы на местном камбузе горелки нашли. Вот еще, держи!

Он кинул на колени командиру брикет с засушенными фруктами и орехами, энергетический паек. Алекс с большим удовольствием впился зубами в энергопаек, он был, оказывается, зверски голоден. А чашка крепкого черного чая буквально вернули его к жизни.

— Жить можно — Карт благодарно хлопнул капрала по плечу.

— А то! — сразу заулыбался тот.

— Ларсен где?

— Да рядом тут лазил. Мы как два их панцера нашли, так сразу сюда и вернулись. Стремно стало на скалах, ветер сильный, и не видать уже ни фига.

— Правильно.

В этот момент раздался встревоженный голос связиста — Мастер, вас срочно!

Карт тут же побежал к большим экранам. На центральном он увидел основательную фигуру Родригеса

— Что случилось, сир!

— У нас проблемы, сержант. Остался только один бронированный транспорт. Противник также не дремлет, один из «Кузнечиков» попал под точечный обстрел. Как вы и передали, нас засек вражеский спутник. Сейчас на орбите запускают в ту сторону фрегаты, но у нас мало времени. Идет буря, она нам в помощь пока, потом будет в тягость.

— Мы все не влезем, майор, в одну машину — покачал головой Алекс.

— А и не надо — Родригес смотрел прямо на сержанта — сколько вас осталось?

— Около ста тридцати, считая гренадеров, у них много техники.

— Технику пусть бросают, сейчас не до нее. Значит, поступим так. Большую часть ваших людей и гренадеров садите на «Кузнечик». С ним прибудет еще три легионерских катера, так что всех вывезем. Но не это самое сложное, сержант. Противник будем вас ждать, ваша посадочная платформа пристреляна, поэтому я бы посоветовал вам найти рядом другую площадку. И за несколько минут до посадки всем подойти туда.

Возможно и нападение диверсионных групп, мы засекли несколько, постараемся вам помочь огнем. И еще, здесь у противника оказалось большое количество атмосферников, пока спутник не сбит, они смогут стрелять издалека. Так что будьте начеку, соблюдайте радиомолчание. Транспорт будет работать по узкому каналу.

— Понял вас, майор — озадаченно проговорил Карт. Задача эвакуации сильно осложнилось — Спасибо за советы.

— Удачи тебе, мастер. Ты не представляешь, как парни по эту линию фронта ждут вас целыми и невредимыми.

— Спасибо! — Карт вытянулся во фрунт и отсалютовал.

Изображение погасло.

— Все, канал закрыли — за пультом опять сидел Хайг — Командир, мы пошли наверх, надо готовиться. Будем ловить луч там.

— Вали. А где Салиман?

— Так это, готовит взрывать тут все к чертовой матери — ответил уже на ходу лучший связист батальона.

— Понятно — Карт оглянулся. Техники уже похватали свои ящики и убежали наверх. Ребята Ларсена, не торопясь, одевали обратно амуницию и брали в руки оружие. Ранцы за плечами сильно похудели.

— Андерс! — подозвал капрала Алекс — Найди мне Ларсена. Будем уходить последними, на панцерах.

Разведчик озадаченно хмыкнул, но пошел выполнять приказ.

Наверху и в самом деле начиналась снежная буря. Эти горы были близки к экватору, но сейчас тут царила настоящая зима. Такой вот катаклизм природы. Видимость сильно уменьшилась. Горы, где догорали батареи противника, уже совершенно исчезли из виду. А в условиях радиомолчания при такой погоде стало сложно общаться друг с другом. Карт махнул «прикрепленным» бойцам и зашагал вниз.

— Я не могу просто так оставить орудия — Рыков был обескуражен — Вы не представляете, столько труда стоит, доставить их сюда, на передовую линию. Это же моя первая батарея.

— Это не обсуждается, лейтенант — отмел его доводы Карт — прямой приказ майора Родригеса — Посмотрев на приунывшего молодого офицера, он добавил — На войне главное люди, лейтенант. Технику наши союзнички еще наштампуют, а вот где взять лишних земных парней? Ведь наши матери рождают нас в муках. И сколько времени надо потратить, чтобы из орущего комочка плоти получить настоящего солдата и воина? Запомни, брат — Карт придвинулся вплотную к Рыкову — главная наша ценность, это наши люди. Приказы и сражения, это фигня. Все в этой жизни меняется, но у тебя в памяти твои парни останутся, даже мертвые, навечно.

Потрясенный Рыков смотрел на этого странного рейнджера с широко раскрытыми глазами. Была в словах этого невысокого парня такая непреклонная убежденность. Лейтенант молча кивнул головой и начал отдавать распоряжения.

— Вот ты где! — раздался рядом до боли знакомый голос и вскоре грозный командир рейнджеров оказался в медвежьих объятьях потомка викингов — Жив, братишка!

— Куда мы денемся — Алекс постукал по могучим плечам друга и увидел подходивших к их распадку Дуба и Игнатова — Опять все вместе!

Их обметало снегом, кружился воронками ветер, но им было хорошо вместе. Что может быть лучше, чем объятия и шутки старых друзей.

— Я думал, что вы уже свалили, черти — Карт улыбался.

— Ага, разве нашего длинноного друга оставишь одного — Иван расцвел в улыбке, лицо в открытом забрале красное от холода. Их всех немного знобило, униформа то не для гор. Чуть дальше Алекс заприметил Эриксона, четверо его бойцов упорно тащили за собой карусельную ракетную установку. В платформе работал небольшой гравипривод, но чтобы тащить ее вверх, все-таки нужен был буксир. Василий также оглянулся и хохотнул — Мы только что сняли бандитов с ракетами. Ребята подмогли, сработали с первого пуска.

— И все-таки надо было первой партией лететь — покачал головой Алекс.

— Нет уж, оставишь тебя одного, и ты опять проблем огребешь — Ларсен засмеялся.

— А если серьезно, командир — Дуб посмотрел на старого товарища — то там, где ты, безопаснее. В любой передряге вокруг тебя, как будто аура удачи образуется.

— Ты это всерьез?

— Куда уж!

— Есть такое, Ал — добавил Олд — не в первый раз замечаем. Да ты на своих гонках давно должен был башку сломать. А уж, сколько мы передряг перенесли вместе…

— Хм — осмыслить такой поворот событий Карту уже было некогда. Впереди замахали сигнальными фонарями. Транспорт был на подходе. Где-то сбоку зашелестело.

— Атмосферники, твою дивизию! — выругался Игнатов. Его мощные кулаки сжались, как будто им не хватало ощущения холодного металлопластика ракетной установки.

— Всем быстро к машинам! — закричал Карт. Команда понеслась по укрытиям, где сжались в ожидании эвакуации рейнджеры. Бойцы действовали быстро — как только в распадок опустилась грузная туша «Кузнечика», они уже прыгали на начавшийся открываться пандус, сноровисто лезли в боковые люки, затем дружно помогали товарищам грузиться в транспорт. Погрузка перекрывали все нормативы. Пилот в «Кузнечике» сидел опытный, не смотря на резкие порывы ветра и ведущийся сверху обстрел, машина стояла ровно, почти не колыхаясь. Около отвесной скалы прошел тяжелый «панцер», он почти касался стенки, извергая из импульсного орудия заряд за зарядом. Следом за ним подлетели «панцеры» транспорты, машины похожие на древние утюги. Они были более неповоротливы, чем десантные буксиры, но зато имели хорошее бронирование.

— Что с посадкой? — закричал Карт стоявшему рядом Хайгу, тот держал узкоканальную связь с «Кузнечиком».

— Почти закончена, командир! — капрал внимательно смотрел на свой планшет, передачи шла пакетно, потом расшифровывались — Три мига и уходят.

— Так, парни, по коням! — Алекс махнул бойцам прикрытия рукой и сам побежал к ближайшему «панцеру». В этот момент рядом что-то резко загрохотало. По небу желтым росчерком прошла молния, это падал горевший атмосферник. Карта подкинуло снизу, это вообще странно, когда земля тебя бьет снизу. Так никогда и не привыкаешь к подобному. Затем его куда-то швырнуло, и он больно приложился на торчащий из осыпи камень.

— О…мать! — вдруг вспомнились самые страшные русские ругательства. Он усилием воли заставил себя перевернуться и посмотрел вниз. Пластина бронекаркаса оказалась безжалостно смята, крепление разгрузки лопнуло, и было очень, очень больно. Он нащупал на поясе пульт управления встроенной аптечки, нажал на крайнюю кнопку. Вскоре стало несколько легче, и он смог приподняться. Рядом недвижно лежали два тела, судя по серо-коричневой форме, это были гренадеры прикрытия. Парни до конца выполнили свой долг.

— Сержант! — кто-то схватил Алекса за плечо. Это был одетый в серую форму техник «панцера», машина зависла в десятке метрах от них — Вы как? Сможете двигаться?

— Не знаю — Карт еще никак не мог прийти в себя — Посмотри парней, что с ними?

Техник кивнул головой и бросился к гренадерам, быстро осмотрел их и покачал головой.

— Все, сир.

— Где остальные? — с помощью техника Алекс поднялся и попытался оглядеться. В воздухе кроме снега, кружилась пыль и грязь, больно щелкая по открытому лицу, забрало он убрал, чтобы глотнуть свежего воздуха.

— Транспорт ушел, сир, как и большинство наших. Взрывом повредило один катер, там лежит — техник кивнул в сторону. Мы последние, давайте быстрее грузиться!

— Надо забрать парней, я не могу их оставить — Карт хрипел, и пытался вырваться из рук легионера.

— Вы в своем уме, сир? Тут опасно.

— Нет, забрать надо всех. Ты не понимаешь — он обернулся к технику и посмотрел полубезумными глазами — это наши братья, они умерли за нас, и мы не оставим их гнить на этой проклятой планете!

«Панцер» подлетел поближе, к его открытому люку подбежала знакомая коренастая фигура, она закинула внутрь чье-то тело и обернулась. Это был Эриксон. Карт замахал рукой, и старший сержант подбежал к нему.

— Брат, там твои парни, а этот — Алекс кивнул на техника-легионера — не хочет их забирать.

— Я сейчас — Эриксон выглядел плохо. Часть сбруи порвана, лицо в кровавых отметинах, дыхание сбилось, а глаза налились кровью. Он тяжело зашагал к своим погибшим подчиненным, батарее гренадеров крепко, видать, досталось.

Уже на подходе к мерцающему защитой «панцеру» Алекс снова услышал ненавистный шелестящий звук, кто-то палил в их сторону импульсной пушкой.

— Ложись! — заполошно закричал легионер, машина испуганно колыхнулась, и Карта что-то опять ударило сзади. На этот раз в забытье он находился совсем недолго. Усилием воли он заставил себя подняться и тут же закричал от боли. Стоять было невозможно. Алекс нащупал аптечку и опять нажал на заветную кнопку пуска обезболивающего, стало чуть легче. Он ощупал ногу и нашел в ней зазубренный осколок. Только потом он поднял голову и увидел в десяти метрах от себя лежащий «панцер». Воздух все также был полон грязи, чада и снега. Зубы противно скрипели от вездесущей пыли, фильтр забрала уже не справлялся. Противно пахло сожженным кислородом, было трудно дышать. Карт чуть повернулся и уткнулся взглядом в открытые в последнем удивлении глаза техника-легионера. Его сразу замутило. Сколько смертей и крови!

— Карт — откуда-то раздалось сбоку.

Мастер-сержант повернулся и как будто сквозь пелену тумана разглядел еще один «панцер». Из его люка выскакивали высокие мощные фигуры. Перед тем, как провалиться в спасительное забытье, он показал подбежавшим Дубу и Игнатову в сторону

— Братцы, там Эриксон со своими.

Дальнейшее сохранилось в памяти только обрывками. Его куда-то несли, запихнули в закрытое пространство, скудно освещенное синими светильниками. Потом его отодвинули от входа, и рядом оказался Эриксон, отчаянно ругавшийся. Потом могучие фигуры русских друзей задвинули какие-то тяжелые предметы в грузовой отсек и устало бухнулись на бортовые сиденья.

А мастер-сержант мобильной пехоты отрешенно наблюдал через люк, как они взлетели с этой богами проклятой импровизированной площадки, а затем даже не удивился, когда с поверхности поднялся подбитый «панцер» легионеров, и пошел, чуть дымя и качаясь, вперед. Отчаянные парни, эти легионеры!

Потом уже Карту рассказали, как дерзко пилоты транспортов прошли между горами, сквозь обстрелы и атаки противника. Как совершенно обезбашенно защищали их маленький конвой земные атмосферники. А по всей линии фронта все это время шли ожесточенные перестрелки. Всех землян глубоко потрясло сообщение, что совершившие аварийную посадку в тысяче камэ от фронта рейнджеры не пали духом, и совершили беспримерный переход по тылам противника. А больше всего их поразило, что попавшие в беду люди стали называть друг друга братьями, и вели себя как одна большая семья.

«Братья, братья, братья» — эти слова передавались по всем каналам связи, метались в кубриках и бункерах, обсуждались на боевых позициях. Подвиги на войне дело обычное, даже такие беспримерные. Людей поразило совершенно чуждые кровавой бане войны отношения участников рейда друг к другу. Они вывели из окружения всех своих бойцов — живых, раненых и мертвых. Не оставили никого на чужой планете, вернув всех сыновей на родную планету!

Братья

Где-то в Солнечной системе.

Эта межпланетная станция была старой, даже можно сказать древней. Реликт первого оборонительного рубежа Солнечной системы. Уже давно с нее было снято все вооружение, улетел многочисленный боевой персонал. Но жизнь со станции не пропадала никогда. На ней проводился неспешный ремонт, все оборудование было заменено самым современным, а в тени окружающих станцию астероидов постоянно дежурили самые современные фрегаты. Казалось бы, что тут необычного? Очередной засекреченный объект Космофлота. Ведь эти звездные скитальцы обожают окружать себя секретами. Но придирчивый взгляд заметил бы, что фрегаты охраны согласно табелю дежурств должны быть на совершенно другой стороне системы, а приходящие на станцию транспорты имеют странную маркировку. И сами корабли, и все внутреннее оборудование исключительно земного производства.

В центре станции находился небольшой, хорошо защищенный зал. Имел он округлую форму, чуть сплюснутую по бокам. Интерьер зала поражал своим подражанием «под старину». Отделка настоящим деревом и декоративным пластиком в глубоком космосе являлось чрезвычайно дорогим удовольствием. И опять же опытный взгляд определил бы, что некоторые предметы, например висящие здесь картины, являются подлинными старинными произведениями. В общем, убранству зала позавидовал бы любой даже не провинциальный музей.

В глубоком, технологически изысканном кресле восседал человек. По его облику можно было сразу сказать, что он очень стар. На самом деле он был еще старше. Регенту Организации, одному из трех, уже было за сто восемьдесят лет. Он плохо помнил свою юность и молодость, но зато цепко держал в памяти события последних лет пятидесяти. Вершина генетической науки Земли, он обладал недюжинным умом и крепким здоровьем. Понятно, что большинство органов уже были заменены на трансплантаты. Но регент до сих пор избегал вмешательств нейрохирургов, хотя это было обычным делом для людей, проживших более ста лет. Многие считали его гением, многие авторитарным вождем. Но что, безусловно: большинство членов организации уважали этого седовласого человека. Седину, кстати, он оставил специально, для солидности.

В зал заходили люди, заполняя собой пространство. Шума не было. Члены организации высокого ранга с солидной неспешностью усаживались на предназначенные им места. Настраивали под себя кресла, заказывали на панели напитки. Станция была до предела роботизирована, лишний персонал здесь был совершенно не нужен.

Регент держал в руках высокий стакан с тоником, и спокойно наблюдал за приходящими людьми. Он был уже бесконечно далеко от всей этой карьерной суеты и непосредственного командования людьми. Его задачей было наблюдать. Вмешиваться приходилось в крайне редких случаях. И его слова тогда становились весомей остальных. И отменить его приказы могло только одновременное вмешательство остальных двух регентов. Такого на его памяти давно не происходило. А регентом он являлся уже пятьдесят лет, и отлично понимал, что его отставка означает неминуемую смерть. Нет, его не убьют, просто организм, почувствовав ненужность, тут же выключиться из течения времени, называемого жизнь.

Со стороны казалось, что он спит. Взгляды, изредка бросаемые на регента, его совершенно не волновали. Он и так отлично знал и чувствовал присутствующих здесь высокопоставленных членов Организации. Тайного сообщества по существу и управляющего Землей. Регент обратил внимание и на двух вошедших после всех людей. Один был в синей адмиральской форме, второй в черном комбинезоне косморазведки. Старик почувствовал, как между ними проскользнула искра неприязни. Да и в самом зале то и дело прорезались взаимные недомолвки и скрытые упреки. Что ж, похоже, сегодняшний консилиум будет непростым, но зато интересным. Регент глубоко вздохнул и выпрямился в кресле. Его правильно поняли, и с места поднялся пожилой генерал, являющийся на сегодня Гроссмейстером Земного отделения организации. Он с достоинством оглядел присутствующих, включил на пульте управление кнопку, и посередине круглого зала, и такого же округлого стола, загорелась трехмерная карта-трансформер.

— Достопочтенные сиры, заседание консилиума объявляется открытым. Повестку вы знаете.

В небольшом помещении началось некоторое оживление, одни удобнее устраивались в креслах, другие достали рабочие планшеты. Кто-то даже недовольно хмыкнул, получив от коллег сочувствующий взгляд.

С места поднялся двухзвездный генерал, чье лицо часто мелькало в новостях Федерации.

— Уважаемые сиры, не будут утруждать вас подробностями прошедшей только что глобальной операции. Могу только констатировать, что это наша самая удачная боевая комбинация за последние десять лет. Конечно, не все прошло так гладко, как хотелось бы, но сами понимаете. Война, дело тонкое. Могу отметить, что в целом наши позиции очень сильно улучшились, и мы можем себе позволить оперативную паузу.

— Генерал Мазерини — спросил с места человек в старомодном костюме — вы можете прояснить причины, из-за которых мы все-таки не достигли стопроцентного успеха.

— Сир канцлер, причин много. Одна из основных: большие потери нашего космофлота. Это произошло в самом начале компании. Мы потеряли много транспортов и кораблей сопровождения, и это достаточно сильно повлияло на возможности переброски наших войск. Несколько театров военных действий сильно пострадали от отсутствия резервов.

— Хочется отметить — вступил в разговор высокий напористый адмирал Космофлота — что у нас было достаточно подготовленных людей, но не хватало самих кораблей.

— Это так? — сухопарый канцлер поднял вверх густые брови.

— Так точно, сир. К сожалению, наши союзники не смогли вовремя удовлетворить заявки флота.

— Эти чертовы ублюдки нарочно задерживали заказ — пробормотал адмирал.

— Полегче с выражениями, адмирал Бойль — сделал замечание Мазерини — Ваши люди и так повели себя на переговорах очень неосмотрительно.

— Простите, сир. Но именно мои ребята гибнут в космосе, а эти… — адмирал еле сдержался — не могут поставить дополнительные смены.

— А что там произошло на переговорах? — плотный краснощекий человек был одет в гражданскую одежду, но в нем явно угадывался служивый.

— Наши горячие командоры просто-напросто накостыляли по шеям доблестным союзникам — моложавый военный в форме полковника еле сдерживал улыбку. По столу пробежало оживление, не все знали пикантные подробности этого инцидента. Некоторым людям показалось, что даже в глазах регента что-то живое промелькнуло.

— Да, потом нашим дипломатам стоило больших усилий погасить возникший конфликт. Вам, адмирал, следует тщательнее подбирать переговорщиков — канцлер Русаков всем своим вытянутым лицом показывал крайнее неодобрение. Сидящие здесь знали, что недавно исполнительный директор Верховного совета Земли отметил свое столетие, поэтому уважительно кивнули на его замечание.

— Простите, сир. Моя ошибка. Один из переговорщиков оказался командиром сорок второй флотилии, потерявшей много кораблей. Не уследил — адмирал чувствовал себя неловко.

— В следующий раз уж проследите. Генерал Мазарини, что вы там говорили о паузе?

— Сир, пользуясь достигнутыми успехами, мы можем воспользоваться передышкой и провести давно назревшую перегруппировку. Да и многие наши части остро нуждаются в подкреплениях.

С левого крыла стола раздался ворчливый голос.

— Особенно рейнджеры и штурмовики, эти парни славно поработали, но потери…

— Это война, генерал.

— Роджерс прав, Мазарини. Потери наших передовых отрядов были чрезмерными. Именно они закрывали своими жизнями просчеты ваших штабов, и неумение некоторых офицеров обходиться собственными силами.

— Генерал Франхейм — начальник оперативного штаба помрачнел, камень был в его огород — Вы стали рассуждать совсем как эти «братья».

— А что «братья»? Они просто стараются вернуться живыми, их, между прочим, ждут дома. Мы стали как-то забывать, ради чего ведем войну, и для каких целей создана наша организация.

— Франхайм, осторожней на поворотах — гроссмейстер привстал с кресла.

— Правильно, сир гроссмейстер, генерал забывается. Это не факультативная площадка, где-нибудь в далеком тылу, в окружении любимых учеников.

— Ха. Мазарини, мне нисколько не стыдно за своих учеников. Насколько я наслышан, именно они все воюют очень успешно, и с малыми потерями.

— Хватит, успокойтесь! — канцлер стукнул по столу длинной кистью, его брови нахмурились. Ему никогда не нравились склоки в высших кругах Организации — Мазарини, что это за братья, и откуда они взялись? За последний месяц они достаточно часто попадают в мои сводки.

— Сир — начальник штаба вытер потный лоб шелковым платком — все началось во время наступления, происходившего на старой колонии Дезугчан — Октавии 15. Тактическая группа сорок пятого батальона рейнджера высаживалась на плацдарм в районе озера Таксо. Но противник, а это в основном были Нектирианцы, сосредоточил в этом районе большое количество атмосферных истребителей.

— Можно короче — канцлер не любил воды в докладах.

— В общем, дисколет потерпел аварию и оказался в восьмистах камэ от линии фронта. Все офицеры погибли. Один из сержантов взял командование в свои руки, они прошли более тысячи камэ по тылам противника и сумели выйти к нашим позициям, а затем с боем прорваться.

— Вот как? Это же настоящий подвиг и показатель высокой выучки наших солдат.

— Да, сир. Но в ходе эвакуации в составе батальонной группы образовалась некая новая организация «братья». Они утверждают, что являются подобием семьи для всех солдат, заботятся друг о друге. Сорок пятый вывел всех своих бойцов, оставшихся после аварийной посадки, мертвых в капсулах «последнего одолжения», и раненых. При такого рода операции у них просто уникально низкие потери личного состава. Это происшествие произвело большое впечатление на наши войска. Подобные «братства» стали организовываться во множестве подразделений.

— И что здесь плохого? — канцлер недоуменно поднял брови.

— У нас появилась проблема с дисциплиной.

— Не путайте, дорогой генерал, дисциплину и субординацию — язвительно заметил с места Франхайм. Мазарини недовольно скосил на него глаза, но вынужден был согласиться.

— Пока нет явных признаков неподчинения, но на офицеров оказывается негласное давление.

— Даже так? — канцлер нахмурился, в зале прошел легкий шепоток. Не все были в курсе возникших в последнее время перемен — Вы считаете, что «братья» принесут нам проблемы?

— Так точно, сир. Не дело солдат указывать своим командирам, что им следует делать. Армия стоит на единоначалии.

— Только вы, Мазарини, забыли добавить, что в подразделениях, где существуют «братья», значительно сократились потери. Не будем забывать, что костяк нашей армии это сержанты, младший командный состав, вышедший из рядовых. Они опора офицеров, все грамотные командиры работают с ними заодно. А вот всяческие остолопы и имеют на свою задницу проблемы.

— Франхайм, вы опять забываетесь! — гроссмейстер встал с места — Оставьте свои штучки при себе.

— Сир, есть еще одна проблемы — послышалось с другой стороны стола, там преобладали синие и черные мундиры.

— О, и контрразведка подтянулась. У вас есть, что сообщить?

— Да, сир. По имеющимся у нас сведениям, в подразделениях, где утвердились «братья», постепенно выживают из своих рядов членов Организации.

Гроссмейстер вздрогнул, в кои веки на подобных совещаниях регент поднял голову, и все увидели заблестевшие глаза одного из Трех, поэтому ведущий сразу поспешил с вопросом.

— И что вы намерены предпринять?

— У меня связаны руки, сир. Они действуют, не нарушая устава. Вдобавок «Братья» не подчиняются определенному центру, мы не знаем, с кем конкретно иметь дело.

Канцлер начал нервничать, потирая сухие кисти, старая болезнь точила его организм. Даже высокоразвитая земная медицина не могла помочь бренному телу старого человека. Он бросал задумчивые взгляды на Регента, предчувствуя будущие неприятности. Гроссмейстер же решил довести расследование до конца, обращаясь и к начальнику штаба и куратору контрразведки.

— Офицеры, а откуда вообще появилось это явление

Мазарини кивнул в сторону седого командора, и тот взял слово.

— Моя служба провела расследование и установила, что все началось с речи некоего мастер-сержанта Карта.

— Уже штатс-сержанта — донеслось сбоку.

— Вы правы, Франхайм, его повысили в звании. Самый молодой штатс-сержант среди солдат мобильной пехоты. Он и является зачинателем этого явления.

— Получается, что с ним и надо вести переговоры?

— Не все так просто, сир гроссмейстер. Он своего рода пророк, а не глава, и явно не ставил целью создание некоего «братства». Во всяком случае, мои аналитики не находят связи между этим Картом и новыми ячейками «братьев». Это совершенно новое явление для нас, похожее на «сетевой вирус».

— Так ли, командор? — раздалось с середины круглого стола, самой узкой его части. Высокий мужчина в форме военной полиции жестко посмотрел на своего вечного конкурента — А по моим данным ваш сержант имеет какую-то давнюю связь с вашим отделом Ч.

— Это так? — гроссмейстер недовольно повернулся в сторону, где преобладали синие и черные мундиры Космофлота — Адмирал Нахимов и командор Трещина, мы требуем объяснений.

Высокий и подтянутый адмирал встал с места. Он обвел спокойным взглядом присутствующих и нехотя начал отвечать — Да, мой сектор давно работает с сержантом Картом.

— Это, правда, что Карт уже больше года является членов Внешнего круга?

— Да — коротко ответил адмирал. По столу прошелся ропот, кресла задвигались, многие протянули руки к пультам — Мы привлекли этого необычного бойца, чтобы он был всегда под нашим наблюдением.

— Ага — куратор военной полиции саркастически улыбнулся — только шесть месяцев назад он совершил тяжкое преступление и улизнул от вас в штрафной батальон.

— Кто его куратор? — гроссмейстер хмуро смотрел на Нахимова — Я хотел бы побеседовать с ним.

— Полковник Чамп, сир. К сожалению, он сейчас в дальнем рейде, и вне зоны досягаемости нашей связи.

— Интересно получается, адмирал. Ваш странный подопечный вышел из-под контроля, устраивает черти что, а ваши подчиненные куда-то улетают.

— Сир, полковник Чамп не мой подчиненный, он из Дальней разведки Флота. Мы его привлекаем в особых случаях.

— Эх, адмирал, адмирал — Мазарини со стуком поставил высокий стакан на стол — сколько проблем из-за вашего неуставного метода работы.

— Генерал, за три десятилетия, что я возглавляю пост начальника сектора исследований, мои методы принесли нам множество дивидендов. Да и вам лично — Нахимов держался совершенно спокойно — Не благодаря ли усилиям моего сектора вам удалось провести более точную разведку, в этот раз серьезно помогшую нашим войскам в проведении операций.

— Да — начальник штаба вынужден был кивнуть головой — в этот раз спиральщикам не удалось слить наши планы. Как это часто бывало раньше.

— Тут многие поработали — добавил человек в форме адмирала Космофлота — но, черт побери, Нахимов, кто этот парень?

— Очень необычный парень — вдруг снова ввязался в разговор Франхайм. Начальник же контрразведки саркастически усмехнулся

— Еще бы, генерал, вы ведь знаете его лично.

Присутствующие в зале повернули головы к профессору стратегии. В глазах многих высокопоставленных лиц читался неподдельный интерес. Заседание приняло сегодня очень необычный характер. Обычно на подобного рода консилиумах решались глобальные вопросы, определяющие судьбы миллиардов живых существ. А сейчас они уже так долго обсуждают какого-то сержанта, и главы всемогущих спецслужб серьезно обеспокоены.

— Ведь это вас, Франхайм, Карт вывез из окружения на Калунии, по существу спас от смерти.

По столу прошел легкий ропот, кто-то из военных не сдержался

— Так сержант Карт и есть тот самый «водила генералов»?

Куратор контрразведки старший советник Франц молча кивнул головой.

— Он еще участвовал в пяти десятках довольно-таки опасных рейдов, и выходил из них живым. У Карта был конфликт с командиром батальона, ему грозило тюремное заключение, но именно в этот момент полковник Чамп вербует его в Организацию.

— Вы через чур много знаете, земная ищейка — Нахимов зло сощурил глаза.

— Прошу без оскорблений — колыхнулся Гроссмейстер.

— Мы знали, что этот индивидуум обладает особыми способностями, поэтому и хотели использовать его. Никто не знал, чем это обернется в дальнейшем.

По рядам опять прошел шорох. От самых внимательных членов Высшего Совета не ускользнуло, что глаза Регента вдруг вспыхнули чуть зеленоватым свечением. Хрусталики его глаз, да и сами глаза, давно были заменены на искусственные, и сейчас этот могущественный член Организации принимал непосредственно на них информацию из банка данных. А это случалось достаточно редко.

— На это раз цена ошибки оказалась достаточно высока — Мазарини нервно стучал пальцами по столешнице из настоящего дуба, неслыханная роскошь в космосе — Ваш подопечный вышел из-под контроля.

— Генерал, очень высока была и ставка — многие из сидящих в зале переглянулись. Мало кто мог вот таким образом бросить вызов самому успешному за последние пятьдесят лет Начальнику штаба. Канцлер недоуменно вперился в Нахимова. Перепалка между главами могущественных кланов сильно обеспокоила его. И вдруг в зале раздался звук, заставивший многих вздрогнуть. Казалось, что ломается и скрипит дерево, но это была речь очень старого человека, связки которого уже почти высохли, и приходилось использовать усилитель звука

— Кто он? И откуда он?

Все оглянулись на Регента. Они ошеломленно наблюдали, как Член Трех скинул с головы капюшон и внимательно смотрит на Нахимова.

— Я требую ответа от вас, адмирал.

В зале установилась мертвая тишина. По спинам большинства людей пробежал холодок, намертво свело скулы. Такие вопросы Высшего в былые времена зачастую приводили к смерти обвиняемого, а в нынешние к отставке и полному забвению. Нахимов побледнел, но не дрогнул.

— Сир, я не могу ответить на этот вопрос. Это не ваша компетенция.

Регент не удивился, его брови не дрогнули, только уголки губ чуть шевельнулись.

— Суть проблемы.

— Нужно разрешение Первого, сир.

Члены Высшего Совета Организации не верили своим ушам. Глава сектора рискнул перечить одному из Регентов! Что-то очень странное происходит сейчас в их мире. Многие уже готовились услышать слова обвинения или жесткую отповедь, но неожиданно Регент просто устало откинулся в кресле и произнес своим скрипучим голосом

— Консилиум закончен.

Люди начали суетливо подниматься и выходить, осторожно озираясь на поникшую фигуру в большом кресле. Прошедший консилиум оставил в их душах и умах странные ощущения.

А Третий Регент просто застыл, он только что столкнулся с необъяснимым. Он был самым старым из Трех. Его полномочия являлись сейчас наименьшими, хотя и достаточно огромными. Он осуществлял надзор над внеземной деятельностью землян, в том числе и военными действиями Армии Федерации. Но эта тайна…

Она оказалась более глобальной. Все еще острый ум старика тут же решил это странное уравнение, и результат получился ошеломляющим. Старому Регенту очень хотелось прикоснуться к этой тайне, он очень много сделал в свое время для ее поиска. Но… Но его время безвозвратно ушло. Он уже не сможет вынести тяжести принимаемых решений. Решений, определяющих будущее самого человечества.

Генерал Франхайм прошел через соединительный проход и зашел в неприметный технологический отсек. Старые стены были слегка обшарпаны, половина светильников не работала. Его уже ждали.

— Капитан — генерал пожал руку своему адъютанту. Затем достал из кармана маленький черный прибор и приложил его к стене — Теперь можно говорить спокойно. Подарок от ученика.

Франхайм улыбнулся, зря эти напыщенные начальственные лица насмехаются над его факультативами. Прямые связи гения стратегического планирования были довольно обширными.

— Капитан Фолли, вам, как человеку «понюхавшему порох», будет проще выполнить мою просьбу. Вы должны найти штатс-сержанта Карта первым и предупредить его, что им плотно занимается контрразведка. Ведомство Нахимова давно устарело и достаточно неповоротливо. Как, в общем-то, и вся эта организация. А Земля так и остается в большой опасности. Так что к черту верность и преданность, пора действовать! Вы со мной?

— Так точно, сир — движения капитана скупы и сдержаны. Это был опытный боевой офицер, не раз бросавший вызов смерти. Его новое звание специально задерживали несколько лет, с таким чином он был менее заметен. Но горе тому, кто встанет на его пути!

— Если мне будут препятствовать?

— Действуйте решительно. В крайнем случае, обратитесь за помощью к «братьям». Мазарини полный дурак, он не заметил под своим носом стремительного расширения новой структуры. И публично приписал мои идеи себе, и потом об этом объявил на Совете. Весь штаб будет сегодня безумно хохотать.

Капитан улыбнулся уголками губ. Давнее соперничество однокашников уже стало притчей во языцех. С одной стороны талантливый теоретик, безусловно, лучший стратег в известной им Вселенной. С другой — успешный администратор и исполнитель, умевший схватывать хорошие идеи на лету, собравший блестящую команду и произведший прорыв в ставшем намертво фронте галактической войны. Они друг друга стоили!

На другой половине старинной станции в отсеке лифта стояли двое: Нахимов и куратор контрразведки. Начальник сектора, где проходили самые секретные исследования на Земле, вынужден был уступить. Он не первый день сталкивался с подобным кризисом, поэтому знал, когда стоит стоять на своем, а когда умерить амбиции и открыть карты. И в отличие от Мазарини адмирал был отлично осведомлен о стремительном параде «братьев», и это его сильно беспокоило. Он кинул взгляд на контрразведчика. Высокий и мускулистый, тот мало подходил под обычный облик служащего. Вытянутое и породистое лицо аристократа, большие руки с длинными пальцами музыканта. Франц перехватил взгляд и спросил с легкой ехидцей.

— Что, Адмирал, нервничаете? В этот раз вы попали в большие неприятности.

— Если бы, советник. Думаю, вскоре у вас сильно поменяется точка зрения.

— Возможно — Франц кивнул головой. Он догадывался, что дело несколько сложнее, чем кажется.

Они поднялись на третий уровень и прошли к закрытой двери. Путь им преградили трое космодесантников, одетых в полную боевую амуницию и вооруженных бластерами. Шеф-сержант, по виду разменявший вторую сверхсрочную, тщательно сканировал чиновников очень высокого ранга. Безопасность на этой станции соблюдалась неукоснительно, от проверок был освобожден только Регент. Впрочем, он и не отлучался отсюда уже много лет. Наконец двери распахнулись и, пройдя через шлюз, оба человека оказались в рубке.

— Офицер — обратился Нахимов к дежурному связисту — соедините нас с Первым и выйдете из рубки.

— Но, адмирал, сир. У вас есть полномочия на срочный вызов?

— У меня есть — Франц выступил вперед и приложил свой Эй-Ти к панели, та мигнула зеленым.

Офицер судорожно сглотнул, ситуация складывалась чрезвычайная. Он молча проделал необходимые манипуляции, и вышел в шлюз. Через пару минут большой экран замерцал, и в помещении появилось объемное изображение человека в темном балахоне. Из-под капюшона на вызывающих людей смотрели внимательные глаза.

— Почему срочный вызов, советник? — обратился он к куратору контрразведки.

— Сложилась э… сложная ситуация, сир. Я считаю, что появилась новая угроза безопасности Земли. Наша Организация уже получила сокрушительный удар.

— Сир — Нахимов был также подчеркнуто серьезен — нужно разрешение на разглашение информации по проекту «Исход». Наш подопечный вышел из-под контроля.

— Хм — Первый регент позволил себе усмехнуться — это еще мягко сказано. После просмотра записи прошедшего консилиума я позволил себе поднять некоторую информацию. Адмирал, это все так и есть на самом деле?

— Так точно, сир — Франц с удивлением смотрел на адмирала, никогда он не видел опытного разведчика в состоянии волнения — Мне пришлось пойти на риск, Первый. Иначе у нас не было бы ни единого шанса. Вы знаете, что стоит на кону.

— Да, кому как не мне не знать — регент задумался и откинул капюшон. Он хоть и разменял сотню лет, но природное здоровье и новые технологии позволили ему не выглядеть древним старцем. Кудрявые светлые волосы, ярко-голубые глаза, все лицо первого из регентов располагало к себе. Именно он отвечал за благополучие и будущее Земли. Для чего, собственно говоря, и создавалась в свое время Организация.

— Разрешение я дам. Ситуация вышла на совершенно другой уровень. Франц — Регент пронзительно смотрел на куратора контрразведки, заставляя достаточно сильного духом человека еле удерживать дрожь в коленках — Я знаю вас как человека честного и преданного нашему делу. Поэтому вы достойны быть посвященным. Только знайте, что новые знания полностью перевернут вашу картину мира. Если окажется так, что вы, Франц, не сможете с этим примириться, то заклинаю вас, уйдите в отставку.

— Понял вас, сир — у куратора пересохло в горле. Он понимал, что зашел далеко, но так уж он представлял собственное служение долгу. А долг был для него превыше всего.

— Адмирал, теперь вы. В ваших интересах вернуть ситуацию хоть в какие-то рамки. Иначе — первый покачал головой — нам предстоят большие перемены.

— Я постараюсь, сир.

— Тогда все.

Экран погас и двое важных членов Внутреннего Круга переглянулись.

— Пойдемте, Франц.

Через два стандартных часа, проведенных с планшетом, в который был вставлен один из самых секретных в Федерации инфокристаллов, человек в черной форме безмерно устал. Куратор был буквально пригвожден полученной информацией. Она и в самом деле перевернула его представления о сложившейся ситуации. Он еще больше проникся уважением к людям Нахимова, и был безмерно поражен главным героем предстоящей кульминации. Франц, как никто, был знаком с настоящей историей «сотрудничества» со спиральщиками, поэтому не питал никаких иллюзий. У Земли было очень мало шансов. И один из них это Алекс Карт.

Алекс немного нервничал. Последние четыре месяца он провел в госпитале, который находился на старой колонии землян Грумант. Само название говорило о суровом климате планеты, мало подходившим для большинства гуманоидов. Но потомки русских, скандинавов и канадцев довольно-таки неплохо освоили эти покрытые льдом и снегом пространства. Жизнь здесь цвела только под городскими куполами. Местные ресурсы оказались на удивление разнообразны и доступны, поэтому на Груманте не было проблем с энергетикой, и даже существовала развитая промышленность. Именно здесь производились самые крепкие каркасы для боевых скутеров и катеров. А на орбите висели несколько заводов по производству фрегатов.

Карт во время последнего боя получил несколько серьезных повреждений, и только чудо и самоотверженность товарищей позволила ему выбраться оттуда. Было сломано несколько ребер, плечо, открылось внутреннее кровотечение, плюс ко всему сотрясение мозга. Молодой человек узнал позднее, что их вторую партию атаковали две эскадрильи вражеских атмосферников. И только мужество пилотов, прикрывавших спасательные партии, и смекалка водителей помогла выбраться им живыми. Большим плюсом явилось решение вытаскивать последних рейнджеров панцерами легионеров. Машины у них были на редкость крепкими и бронированными, сбить их оказалось трудно, а водители привыкли бывать на переднем крае. Увлекшиеся в погоне атмосферники врага один за другим упали в камни и песок Октавии 15, попав под стройный огонь собравшихся в кулак средств земных ПВО.

А рейнджеров на посадочной площадке встречали как настоящих героев. Все свободные от вахт и дежурств бойцы собрались здесь и радостным ревом встречали парней, бросившим вызов самой смерти. И везде, везде слышался шепот, переходящий в рокот «Братья, братья, братья!».

Окрепнув и хорошо отдохнув, Алекс смог, наконец, осмотреться. Ему нравилось гулять по светлым аллеям и небольшим паркам, бережно выращиваемым под куполами. Здесь жило много гражданских, и можно было раствориться в толпе, на время почти забыв обо всех испытаниях. Вот только на улицах и кафе находились все больше мужчины в возрасте, почти не было детей. И молодой военный часто замечал на себе заинтересованные взгляды молодых женщин.

Персонал госпиталя был в курсе, кто их пациент. Уже там Карту пришлось столкнуться с удивленными взглядами. К его счастью Грумант была планетой с гражданским управлением, и военных здесь находилось мало. Это созвездие находилось далеко от театра боевых действий. А местные медицинские учреждения специализировались на психических расстройствах. Что-то вроде заповедника для немного сошедших с катушек воинов. Поэтому здесь было тихо, с лишними вопросами не приставали, производили странные на первый взгляд процедуры. В общем, курс лечения протекал неспешно и без суеты. Сюда в основном прибывали офицеры, чаще Космолетчики, общались между собой мало, поэтому компании почти не складывались.

Алекс только сошелся с двумя пилотами рейдеров, маленьких катеров ближнего космического боя. Это были просто обезбашенные парни, выделявшиеся в толпе головами напрочь лишенными растительности, космическим загаром и странным, блуждающим взглядом. Космический холод оставил свой неизгладимый отпечаток на их лицах.

Не избегал Карт и женщин, было много желающих утешить известного героя. Но как ни странно, он инстинктивно избегал блондинок, и так получилось, что лучше сходился с рыженькими. Макс Грего, один из пилотов, в шутку назвал его любителем «солнечных» девушек. Сам он предпочитал брюнеток, как и его напарник, Паша Борисов. Они быстро изучили все окрестные увеселительные заведения, остановившись на двух музыкальных клубах. В одном по вечерам играла живая музыка, музыканты по устоявшимся здесь традициям были самодеятельными. Жители колонии считали, что каждый человек после основной работы должен был заниматься каким-нибудь видом искусства. Поэтому найти развлечение в городах под куполами не представляло труда.

Карт с удовольствием слушал старинные песни, игру на различных инопланетных инструментов. На стенах клуба висели картины, эстампы, мозаики. Экспозиции регулярно менялись. В соседнем заведении по вечерам устраивались танцы. Не беда, если ты не умел танцевать. Всегда найдется партнерша, которая с удовольствием покажет молодому военному интересные па. А может и кое-что другое потом, в постели.

Но все когда-нибудь кончается. Неожиданно Карта вызвали к главному врачу и выдали предписание лично. Генерал медицинской службы с интересом смотрел на молодого штатс-сержанта, но от вопросов воздержался. Один из его старых друзей попросил сделать все в тайне. А генерал служил давно, и порядки межличностных отношений старался соблюдать. Он забронировал сержанту рейс на челноке, улетающем в этот вечер внеплановым порядком, а оформил выписку на день позже. Поэтому люди из отдела «Э» опоздали. У генерала же много забот, какое ему дело до какого-то сержанта. Ну, вышла ошибка. Разве это преступление?

Карт все еще не отошел от произошедшего, только улыбался и косил глаза в сторону. Рядом по коридору топал его лучший друг Олд Ларсен. Именно он вчера встретил его на борту космического грузовика, куда доставил Алекса челнок. Все произошло достаточно быстро. День пути в каюте старого, скрипящего всеми сочленениями грузовика, и он оказался на огромной базе Космофлота Альфа 5, которая находилась в центре галактических путей. Собственно базы было две. Одна их союзников из системы Суфкании, имеющих самый большой флот дальних крейсеров. Вторая уже земного Флота. В огромном астероиде давным-давно были прогрызены штольни и шахты, устроены помещения для запасов оружия, ангары для ремонта кораблей. Эта база являлась также перевалочным пунктом для войск, как Земной Федерации, так и воюющих союзников. Одновременно здесь находились десятки тысяч людей, и поэтому можно было легко затеряться.

Сразу по прибытию рейнджеров направили в сектор Д, где их уже ждали для торжественной церемонии награждения. Пожилой полковник, еще не утративший физическую форму, с большой радостью вручил заслуженные награды штатс-сержанту Карту и сержанту Ларсену. Теперь рядом с двумя серебряными и одной золотой звездой у Алекса появилась высшая награда Федерации — алмазный клинок. Он и в самом деле был инкрустирован бриллиантами, исключительно земного происхождения. Полковник был немногословен, сам старый служака, некогда командир штурмового батальона, он понимал, насколько тяжело пришлось этим парням. Ветеран похлопал сержантов по плечам, пожелал удачи и показал в сторону боковой двери. Там рейнджеров ждал сюрприз.

— Капитан Дрозд! — радостно приветствовал старого знакомого Карт, потом поправился — майор Дрозд.

— Осторожно, черти полосатые, задушите ведь — объятия норвежского борца были и в самом деле медвежьими Дайте хоть поглядеть на вас! Возмужали вы, парни, настоящие ветераны.

— Скажешь тоже — Алексу стало неловко.

— Ветераны, ветераны. Таких сразу в строю замечаешь. Да и награды со званиями отменные, что скажешь — орлы. Как говорил один древний полководец «Чудо-богатыри»!

— Николай — Ларсен сохранял по привычке нордическое спокойствие — хорош по ушам ездить. Ты-то здесь зачем?

— По поручению генерала Франхейма.

— Даже так? — Олд был откровенно удивлен.

— Мне поручено переправить вас в более безопасное место. Так что надо идти.

— Подождите, майор — Карт настороженно смотрел на разведчика — сначала объяснитесь, что нам угрожает и почему я должен вам доверять?

— Хм — Дрозд улыбнулся — а ты растешь парень. Смело дерзишь старшему по званию.

— Если ты читал мое досье, то должен знать, что я и морду могу запросто набить.

— Это ты про скандал с Орловым? — глаза майора сузились — Зря ты так в бутылку лезешь, Карт. А объяснение у меня простое — я ученик Франхейма. Он любит своим верным последователям поручать деликатные дела. Меня ты знаешь, генерала тоже, проверить мои полномочия не сложно — Дрозд протянул рейнджеру маленький планшет — Взгляни параграф три.

Карт внимательно просмотрел сообщение, пару раз нажал виртуальные клавиши и удовлетворенно проговорил — Теперь неясности сняты. От кого ждем проблем?

— Контрразведка, насколько я понял. Они каким-то образом спелись с людьми Нахимова. Знаешь такого?

— Да — Карт теперь серьезно встревожился.

— Парни, я что-то не знаю? — Ларсен наблюдал за товарищами с еле скрытой улыбкой.

— Нахимов руководит каким-то тайным сектором Дальней разведки — уточнил майор — каким местом он к Карту я и сам не представляю. Ал, может, поделишься информацией?

— Извини, не поделюсь. Куда нам идти?

— Это на другой стороне астероида, поедем на скоростном транспорте. Надо вам разработать обходной маршрут, а в том секторе у меня свои люди.

— Не надо обходных маршрутов, майор, мы тут у себя дома — неожиданно заявил Ларсен. Карт удивлено посмотрел на старого друга, но перечить не стал. Его вообще сейчас обуревали странные ощущения. Как будто глаза, заспанные до непрозрачности, были промыты чистой родниковой водой. Все рецепторы стали сверхчувствительны, даже те, которые были ему незнакомы. Он вдруг очень отчетливо увидел помещение, уже повидавшее виды, но поддерживающееся в относительно хорошем состоянии. Чуть потресканный пластик, недавно замененные световые панели, «вечная» обивка пола, впитавшая в свои микротрещины многолетнюю грязь, уже несмываемую роботами-уборщиками. Еле ощущаемый ветерок от вентиляции пах гигиеническими отдушками и прогорклым маслом. Ему импонировало ледяное спокойствие Олда, уверенность в своих силах, сквозившее от Николая. Это придавало сил, давало надежду на удачный исход будущего противостояния. А то, что оно началось, он уже не сомневался. Генерал не стал бы попусту посылать доверенного человека. Пока он был на отдыхе, Карт навел необходимые справки. Официальные службы и ведомства даже не подозревает, сколько информации могут добыть простые солдаты и сержанты.

— Тогда идем.

Они подхватили солдатские баулы и, пройдя через дверь, двинулись по длинному коридору. Через шлюз они попали в огромное помещение станционной транспортной развязки. Высокий потолок терялся в сотнях метрах причудливо изогнутых трубопроводов. Широкие полотна бегущих дорожек пересекались на разных уровнях, между ними неспешно плыли ступеньки эскалаторов. Табличек и указателей, как и везде у военных, было мало. Тактический трассер без проблем помогал ориентироваться в этом, казалось бы, хаосе, наполненной тысячами людей. У Алекса поначалу даже закружилась голова. Следовало привыкнуть к такому обилию информации, ставшей доступной из-за обострившей чувствительности молодого человека. «Надо как-то научиться управлять этим новым даром».

В глазах рябило от новых лиц, разнообразия формы, одежды. На станции сталкивались бойцы всех родов войск, в составе персонала работало множество гражданских лиц. Запахи, новые тактильные ощущения, звуки, Карт чувствовал себя, как будто принял хорошую дозу марихуаны, только голова соображала намного лучше. Впереди четко вышагивал Дрозд, рассекая могучими плечами толпу военнослужащих. За ним двигался сам Карт, а чуть позади Ларсен, внимательно с высоты своего роста оглядывая все вокруг. В этой толчее можно было запросто затеряться, но опять же, ты был на виду. Сотни камер все просматривали и сканировали. Сотни людей двигались по своим делам, или на вахту, или закончив работу. Озабоченные космофлотчики, как всегда, считали себя первее всех, ввинчиваясь в толпу небольшими группами. Долговременная работа в одном экипаже сказывалась на их поведении. А вот пехота, группа гренадеров, видимо недавно с боевых действий, ошарашенно пытаются разобраться в хитросплетении дорожек. К ним ленивым шагом подходит местный сержант из военной полиции, также лениво изучает их предписание, и посылает вперед коротким увесистым жестом. А вот группа легионеров в серых парадках. Сразу видно, что парни из отпуска. Веселы, шумны и сержанту-полицейскому дерзят с наглыми лицами. А что им боятся? Возможно, завтра они уже будут идти в бой, сидя в своих грохочущих машинах-монстрах. Что потом остается от взорвавшихся боевых машин, Алекс видел. Его непонятное для товарищей любопытство задерживало их небольшую группу.

— Ал, что тормозишь? — прошептали сзади.

— Потом расскажу.

Карту было интересно воспринимать мир через призму обостренных ощущений. Это даже давало некоторые преимущества: вот он угадал маневр замешкавшегося гренадера, вот увернулся от баула громадного сержанта в форме техника. Но через некоторое время у молодого сержанта появилась новая проблема. Он вдруг понял, что привлекает черезчур много внимания. Причина этого была ему непонятна. С одной стороны рейнджер в полевой форме, с широким реестром наград, всё равно бы привлек внимание окружающих. Это нечастые гости на тыловых станциях. Да и нашивки штатс-сержанта на плечах относительно молодого солдата, ну и бриллиантовый меч на груди были событием далеко неординарным. Но здесь было явно нечто другое. Помог новый обостренный слух: «Первый брат. Это он. Брат. Брат. Смотри, это первый». Карт после осознания происходящего даже застыл на месте.

— В чем проблема, брат?

— Олд, блин, они что, все знают?

— А ты думал — норвежец усмехнулся — Получи свою долю славы. Давай быстрее сваливать отсюда. Вон наша дорожка, пять бис три.

Чуть позже, когда они встали на бегущую ленту, Карт снова спросил

— Получается, ты уже был в курсе, и меня, зараза, не предупредил.

— Что поделать, ты сам должен ощутить.

— Это уже так далеко зашло?

— Возможно. Честно говоря, я не в курсе всех событий. Все развивалось слишком стремительно. Пришлось стать Вторым посвященным.

— Вот как? Теперь я что, великий Гуру?

— Типа того. Так, не отвлекайся, Дрозд сигнализирует, что сходим на том перекрестке.

Под лестницей Карт сразу ощутил приближение неприятностей. Он живо вычислил трех сержантов в форме технической службы, с накачанными плечами и тяжелыми взглядами. Алекс локтем толкнул Ларсена. Тот, придерживая друга за плечо, метнул взглядом в сторону проходивших мимо гренадеров. Оттуда живо подскочил молодой капрал и вскоре трое «техников» чертыхались посреди вдруг образовавшейся свалки.

Рейнджеры тем временем проскочили мимо напрягшихся военных копов, здесь их было на удивление много. Один из них метнул в сторону Карта нехороший такой взгляд, но сделать ничего не успел, случайно споткнувшись об ногу Ларсена. В следующую минуту вся троица располагалась в вагоне подземной транспортной системы.

— Ха, это было весело! — Ларсен засмеялся.

— Ты это имел в виду, говоря про безопасный проход? — Дрозд выглядел недовольным — Нас просекли на раз, теперь будут ждать на конечной станции.

— Он все правильно сделал, майор — Карт чувствовал себя в своей тарелке, в крови снова бегал адреналин, голова стала соображать еще лучше — В узких лазах и технологических проходах нас легче было бы сцапать.

А в открытых помещениях у нас много союзников.

— Ты про своих «братьев»?

— Они не мои, Николай. Они братья друг другу.

— Не знаю, Алекс — Дрозд покачал головой — Ты выпустил на волю опасного джина. Неизвестно еще, чем это обернется для Федерации.

— Не ссы, майор — Ларсен говорил без пиетета, нарочно зля офицера — Хуже не будет. На остановке найдутся свои люди.

— Смотри, отвечай за слова.

— Странно — Алекс устроился поудобней в кресле. Вагон шел тихо, само движение даже не ощущалось, чувствовались суфканийские технологии.

— Что странно, Ал?

— Больно смело эти бойцы действуют. Нас вообще не за что задерживать, по закону мы чисты. А тут без предъявления обвинения, на людной площадке. Они что, огласки совсем не боятся?

— Я так думаю, они не совсем еще поняли новый распорядок дня — Олд довольно склабился.

— А ты знал, старый хулиган, весь расклад наперед. Это была демонстрация для майора?

— Ага — Ларсен кивнул головой и скосил глаз в сторону Дрозда. Тот обиженно засопел — Не злись, пехота.

— Вы меня совсем за мальчишку держите?

— А ты нас за молодых? — Карт взглянул на старого приятеля своим фирменным «сержантским взглядом» — Мы с Ларсеном уже достаточно всего повидали на службе. Мало никому не покажется.

— Крутые вы стали перцы, нечего сказать — гренадерский офицер поежился под странным взглядом штатс-сержанта, и отвернулся в сторону.

Минут через пятнадцать вагон стал замедлять ход. Как и условились, первым выскочил Ларсен и тут же потерялся в толпе. А Дрозд с Картом сразу свернули в сторону бокового прохода. Через сотню метров, на выходе, путь им преградили четыре здоровяка в форме космофлота. На космолетчиков они не походили ни разу. Дрозд нехотя вышел вперед, но его помощь не понадобилась. Откуда-то сбоку нарисовалась группа рейнджеров. Они молча подошли к «космолетчикам» и встали прямо перед ними. Позади них маячила довольная физиономия Ларсена. Карт, проходя мимо, захватил кусок разговора — «Уйдите с дороги! Вы кто такие? Какие проблемы, космолет? Валите по-хорошему отсюда, вас тут не ждут»

Парни явно развлекались. Контрразведчики, а, судя по наглым физиономиям, это были именно они, быстро стушевались. Конфликтовать с рейнджерами чревато, а если к ним подойдет подмога, то и больно для здоровья.

Троица спокойно проскользнула мимо шлюза и дружно ввалилась в лифт. Офицеры, находившиеся по своему праву у самого входа, нехотя подвинулись, сразу стало тесно. Карт иронически скользнул глазами по стоявшему напротив майору интенданту. Круглощекое лицо тыловика расплылось в удивлении, когда он заметил все награды на груди штатс-сержанта. Стоявший же рядом с ним пехотный капитан, напротив, глядел с явным одобрением. Все в нем выдавало настоящего боевого офицера. Он также обменялся приятельским кивком с Дроздом. Откуда-то опять зашуршало — «первый брат». У боковой стенки стояли рядовые, многие из них по виду новобранцы. От этого едва слышного шепота тыловой майор вобрал голову в плечи и постарался протиснуться назад. А гренадер, наоборот, с огромным интересом уставился на всю эту странную троицу. Видно было, что он порывается спросить о чем-то у Дрозда, но то знаком запретил делать это. Капитан оказался человеком понятливым и что-то тихо скомандовал шепчущимся солдатам. Видимо это были его подчиненные, в лифте сразу установилась тишина.

Пройдя по ярко освещенному телескопическому трапу, троица оказалась у внешнего шлюза. Карт с удивлением озирался, это было явно не обычная грузовая посадочная платформа.

— Ну, все, парни — обернулся к ним Дрозд — дальше без меня. Вас там ждут. Как у нас, русских, говорили в старину «Бог даст, свидимся».

Ларсен и Карт по очереди обнялись с немногословным гренадерским разведчиком. Ларсен вдобавок крепко потрепал майора по плечу, тот аж поморщился. Затем рейнджеры прошли через шлюз, пришлось выждать, когда чуть изменится давление. Межзвездный транспорт был, по всему видно, достаточно высокого ранга, с чуть повышенным давлением атмосферы, чтобы лучше переносились «прыжки».

У входа их встретил техник звездолета, одетый в гражданское. Карт успел заметить на входном люке эмблему компании, занимающейся геологической разведкой в дальних земных колониях. Дело принимало интересный оборот. По пути, проходя через ярко освещенные помещения корабля, оба рейнджера сохраняли молчание. Хотя по некоторым признакам Алекс уловил, что Олд находится в полной «боевой готовности». Если кто-то захочет воспользоваться неожиданностью, то попадет под «раздачу» от крепких кулаков опытного штурмовика. Хотя еще неизвестно, кто из этих двух рейнджеров опаснее.

Наконец они остановились у большой двери, техник молча нажал на копку вызова и удалился. Люк из легкого прочного материала отошел в сторону и Карт с Ларсеном вошли внутрь. Сразу после входа они по вбитой в подкорку привычке разошлись в стороны, ноги чуть напряглись, руки сжались в кулаки, глаза сканировали светлое помещение. А посмотреть было на что: редко на звездолетах можно увидеть такую роскошь. Светлые панели, вкрапления из настоящего дерева, декор из настоящей ткани. Гостиная, а это была именно она, имела и набор самой настоящей мебели: два дивана и глубокое каркас-кресло. Мягкий свет шел откуда-то то из боковых панелей, причудливо играя на блестящих поверхностях.

— О, узнаю бравых парней, всегда наготове!

С левой половины каюты раздался знакомый голос и появился седовласый поджарый человек.

— Генерал Франхейм! — воскликнули оба рейнджера, приняв сразу привычную стойку.

— Вольно! Не надо формальностей, парни — генерал был одет в старинный костюм и совершенно искренне улыбался. Он поздоровался с обоими знакомцами и показал рукой в сторону диван — Присаживайтесь.

Пока рейнджеры устраивались удобнее, генерал отошел к шкафчику и вскоре вернулся с зеленой бутылкой и тремя стаканами, из пола выскочил столик со стеклянной вазой, наполненной колотого льда.

— Не стесняйтесь, ребята. Это настоящий выдержанный виски с колонии Икар. Кидайте только лед. Разбавлять чем-нибудь иным такой благородный напиток будет кощунством. У нас есть минут двадцать до «перехода».

Ларсен, уже щедро плеснувши себе напитка и кинув кубики льда, чуть не уронил стакан.

— А мы уже летим?

— Конечно же, мой молодой друг. Мы отчалили, как только вы взошли на борт. Наши приятели в черном оказались на редкость надоедливы.

Ларсен и Карт переглянулись.

— Ах да, вы в первый раз на подобном корабле — хлопнул себя по лбу Франхейм — вы привыкли в получасовой процедуре, скрежету и грохоту. Нет, эта малышка — он похлопал по панели — одно из лучших произведений земной промышленности.

Друзья еще раз переглянулись и уткнулись в стаканы. Виски и в самом деле был превосходный. Карт вообще не очень жаловал крепкие напитки, но в их качестве разбирался. Наконец он собрался с мыслями и уставил на генерала вопросительный взгляд

— Сир, что это за корабль, и куда мы летим? И что, черт возьми, вообще происходит!

Франхейм поставил стакан и оглушительно захохотал. Смех у него был задиристый, добрый.

— Карт, ты как всегда в своем репертуаре. Наслышан я о твоих подвигах, наслышан. Ты, кстати, в курсе, что стал самым молодым статс-сержантом мобильной пехоты за последние сто лет.

— Нет — Алекс удивленно взглянул на офицера.

— Теперь знаешь. Да и твой алмазный меч вручается достаточно редко. А теперь по твоему вопросу. Мы находимся на яхте «Таймырград», думаю, что эмблему компании вы уже срисовали. Это корпоративное судно, у меня имеется доля в компании, и иногда я могу его использовать совершенно законно. Ну а куда мы полетим, вот это зависит от вас. Капитан сделает несколько «прыжков», путая следы. Затем доставит вас, куда потребуется.

— Вот даже как? — Карт хотел сделать глоток, но по каюте прошел легкий звон.

— Устройтесь поудобнее — скомандовал Франхейм — это гонг.

«Переход» прошел на удивление спокойно и комфортно. Обычно уходя в «параллельное пространство», люди чувствовали тошноту и головокружение, а кто-то вообще сваливался в обморок. Снова раздался гонг, по телу прошло странное ощущение, как будто толпы мурашек пробежали от пяток до затылка.

— Куда летим, Ал? — проговорил Олд.

— К нашим — Карт, по всему видно, принял решение — Сир, перед тем, как я назову точку назначения, хотелось бы узнать, что же все-таки происходит?

— Вопрос, конечно резонный — Франхейм покачал седой головой — Ты, сержант, вообще интересный человек. Мы познакомились при очень странных обстоятельствах, затем наши пути опять пересеклись на очень интересном мероприятии. Как там, кстати, та девчушка?

— Не знаю, сир, нам пришлось расстаться — Карт помрачнел.

— Понятно. Наша плата за безопасность — седовласый человек нахмурился — на этой бесконечной войне мы начинаем терять свою сущность, саму человечность и все присущие ему качества, например любовь. И знаешь, Карт, именно поэтому мне импонирует твоя идея с этими «братьями». Я уже несколько месяцев изучаю этот феномен. И знаешь — генерал улыбнулся — я почему-то совершенно не удивился, когда узнал имя автора этого проекта.

— Я не задумывал «братьев». Так уж получилось.

— Поэтому и получилось. Ты просто дернул ту самую струну в душе человека, которая уже и так звенела. Армия сама по себе структура громоздкая и заорганизованная. Ее повернуть в сторону ох как не просто. Ты ведь читал мои тома «Стратегия непрямого управления»?

— Да, сир.

— Я три десятка лет потратил на внедрение этого метода. Мои ученики показали неплохие результаты, и именно такие офицеры смогли спокойно принять участие «братьев» в управлении подразделениями.

— Значит, у командования появились проблемы.

— У кого-то да — снова усмехнулся Франхейм — именно этому вопросу и был посвящен консилиум Внутреннего круга.

Генерал метнул взгляд в сторону Ларсена.

— Он в теме, сир. Можете ему говорить все.

— Принял. Карт, а что у тебя за дела с адмиралом Нахимовым и его отделом «Э»?

— У меня нет с ним дел, сир — удивился Алекс.

— Странно, но ты пересекался с полковником Чампом.

— Да. Он был моим инструктором в «Патагонии». Потом именно он завербовал меня в Организацию.

— Вот значит как? Оперативник Дальней разведки, и один из лучших агентов отдела «Э», занимается обычным курсантом?

— Не знаю, сир, — Карт был в замешательстве. Их приятельство с Чампом и в самом деле казалось ему странным — может они подбирают к себе людей со сверхспособностями.

— Может быть — не стал развивать тему генерал, ему вдруг в голову пришла неожиданная мысль, и он сам испугался ее — Так вот, сержант, твои «братья» сильно обеспокоили некоторых наших бонз. Именно поэтому контрразведка роет копытами, и очень желает встречи с тобой.

— Да пошли они. Сир, это же незаконно!

— Конечно. В пределах Действующей армии у них коротки руки. Поэтому вам, молодые люди, лучше укрыться в боевых подразделениях. Сейчас на фронтах идет крупная перегруппировка, сам черт не разберется, что творится в подразделениях. Необходимые рапорты теряются, или доходят с опозданием.

— Я понял вашу мысль, сир — улыбнулся Алекс.

— На передовой нам привычно — оскал Ларсена был неласков.

— У вас есть, где отсидеться пару недель?

— Так точно, сир — Карт оглянулся на старого друга — летим на 45ю базу.

Тот кивнул головой, идея ему понравилась.

— Отлично! Оставите мне свой канал связи, я постараюсь, чтобы вас перевели в подразделения, где командуют мои орлы.

— Сир. У нас есть одно незаконченное дело.

Пожилой офицер откинулся в кресле и испытывающе глянул на молодого человека.

— Сдается мне, что вы, Карт, ведете свою игру. Не забывайте, что я сам мастер по всевозможным играм.

— И что с того, генерал? — Карт уже откровенно хамил — Мы ставим на кон свои жизни, а вы…. Вы играете чужими.

Ответ Франхейму явно не понравился, глаза насупились, скулы заходили желваками. Не привык он, чтобы ему мальчишки указывали.

— А вы, сержант, язва еще та. Не боитесь так без союзников остаться?

— Мы не войну ведем, сир. У нас общая задача — спасти Землю. Только пути разные.

— И то верно. Ладно — Франхейм хлопнул по коленям — Я вашу позицию понял. Может вы и правы, доверие не сразу складывается. Сейчас техник проводит вас в каюты, к завтрашнему обеду будем на сорок пятой.

Сорок пятая почти не изменилась. Только нижний «бублик» был закрыт на ремонт, и соответственно госпиталь уменьшился наполовину. Карт уверенно шел по знакомым коридорам, его лицо было скрыто парадной кепи, не хотелось лишний раз светиться. Наконец в полутемном коридоре он остановился у все той же пошарканной двери и постучался.

— Кого там леший несет? — послышался знакомый голос, и дверь приоткрылась. А в проеме показалась кудлатая голова со совершенно заспанным лицом.

— Мишаня, а ты все на массу давишь?

Краснолицая физиономия пару секунд соображала, а потом расцвела в улыбке от ушей.

— Алекс, черт возьми! Ты откуда?

Они похлопали друг друга по крепким плечам, и хозяин пригласил друзей внутрь. Каюта, вернее подсобное помещение для техников станции, изменилась мало. Одна комната все также была завалена всевозможным барахлом, одна приспособлена под спальню и одна служила чем-то вроде гостиной. Миша Карпов кивнул в сторону относительно нового диванчика и зачастил скороговоркой.

— Сейчас что-нибудь соображу. Какие гости то у нас! Вообще атас. Эй, Джузеппе, поднимайся, сам «первый брат» пожаловал.

Михаил по привычке заржал, жизнерадостный был парень.

— Ну, ты и выдал, брат. Ха, брат, точно ведь брат — крепыш снова засмеялся — Тут столько шума было, как эти «братья» появились. Двух капитанов «ушли», да и поделом. Козлы те еще были. Ого! Да ты растешь в званиях, бродяга! На дембель Маршаллом выйдешь?

Из соседней комнаты показалась знакомая фигура.

— Привет, доблестным рейнджерам — Карт узнавал, и не узнавал былого красавца, женского искусителя Валентиано. После ожога его лицо было воссоздано заново.

— Джузеппе, я думал, что тебя списали.

— Ага, счас им — Валентиано поставил на стол свежезаваренный кофе — дослужу лучше, всего три года осталось. Не хочу босяком на дембель выходить.

— Это ты к чему? — уставился на потомка итальянцев Ларсен.

— Ему как ранетому в боях доплачивают — Михаил поставил на стол вполне изящные бокалы и две тарелки с чем-то съедобным — Плюс на станции можно подать заявку на получение новой профессии, и бонусы к ней.

— Вот как?

— Да. Я учусь на горного инженера, до конца службы пройду практику на каком-нибудь планетоиде. Наши много где строят. Поэтому после службы меня возьмут в любую контору.

— Хочешь попасть в какую-нибудь колонию без очереди? — Ларсен в житейских проблемах соображал быстро.

— Точно! — Джузеппе пил кофе маленькими глотками — Зачем время терять?

Михаил копался в картонном ящике, чем-то подозрительно позвякивая.

— Мишаня, а мы ведь не с пустыми руками — Алекс выставил на стол пару бутылок виски, подарок генерала.

— Охренеть! — только и смог выдавить из себя пронырливый техник — Вы кого там ограбили?

— Да так, в пираты заделались — засмеялся уже Карт.

Друзья, не откладывая дело в долгий ящик, быстро налили бокалы и заценили на вкус весьма дорогой напиток.

— Во, я дурак! — хлопнул Михаил себя по лбу и взялся за переговорник.

Через несколько минут в дверь условно постучались. Карпов сделал загадочное лицо и пошел открывать.

— Миша, к чему такая спешка?

Чуть позже на свет вышла фигура военного, затем показалось знакомое лицо.

— Плант! — Карт подскочил с места, узнав своего первого замка по учебке. Ларсен оказался проворнее, уже тиская могучими руками высокого жилистого сослуживца.

— Ларсен, задушишь! Ты вообще как медведь стал. Наверное, слишком много общаешься с русскими?

— А как без них — захохотал норвежец.

— Привет — Карт протянул руку. Плант также заматерел, узкое лицо еще больше осунулось, стало загорелым, зубы ярко белели на нем в яркой улыбке. Роберт и в самом деле был рад увидеть старых товарищей. В этом сумасшедшем мире такое событие становилось редкостью.

— Что отмечаем? — по командирской привычке Плант хозяйски окинул скромный стол, потом скользнул взглядом по нашивкам Карта — А ты молодчага, Ал, меня обогнал. Я только мастера получил. Миша, держи посылочку, случайно захватил.

Карпов с присущей ему сноровкой быстро сервировал стол. На нем появились свежие овощи, копченая колбаса, настоящие земные оливки.

— Что пьем? — Плант поднял бутылку — Ох ничего себе! Карт, ты меня приятно удивил. От такого божественного напитка и я не откажусь.

Намек был понят и вскоре Роберт смаковал виски с Икара, кинув туда пару кубиков льда.

— Ты тут, что вообще делаешь? — Ларсен как всегда любил вопросы в лоб.

— Он командир у нас нынче — хохотнул Карпов.

— Вот так. Отослали в тыл?

— После ранения — скупо ответил Плант — я последний год сержантом в «Бурых медведях» обитался. Жестко сезон прошел, очень жестко. Во взводах только треть народу осталась.

— Полковник Орлов постарался. Как он тебе? — Карт саркастически смотрел на бывшего командира. Плант происходил из старого боевого клана.

— Мудак — коротко ответил Роберт, залпом опрокинув бокал с виски.

— О как? Ты меня удивляешь, мастер.

— Не надо ерничать, Алекс. Орлов слишком жесткий командир, солдатами разбрасывается.

— Я заметил — скривился Карт.

— Кстати, а что там у тебя с ним произошло? Странные слухи у нас ходили.

— Да он чуть с Орловым не подрался — со смехом выпалил Ларсен.

— Ты серьезно? — Михаил чуть не упал со своего высокого кресла — Ал, ты сбрендил?

— Или силу почуял — Плант смотрел на товарища по учебке со странным выражением лица.

— Сила есть… — начал было говорить Олд, но осекся, поймав злой взгляд Алекса.

За столом замолчали. Валентиано задумчиво крутил в руках бокал с соломенного цвета напитком. Он вообще здорово изменился за эти годы. Алекс понимал его, говорят, люди после смертельного ранения сильно меняют взгляды на жизнь. Карпов возился с портативной плиткой, владение которой строжайше было запрещено на станциях. Пожары — это бич Большого космоса. Львиная доля погибших в нем это именно сгоревшие в огне. Техническая неполадка, человеческая небрежность, вражеская диверсия. Бороться с огнем в космосе можно было только одни методом — перекрыть получение кислорода. А это значит отсечь загоревшийся отсек и быстро загерметизировать его и обречь людей, находившихся там на гибель. Суровые, нечеловеческие законы. Так и территория, в общем-то, была не для человека. Наконец Михаил поставил сковородку с жарким на стол.

— Угощайтесь, братцы. Мясо свежее, даже не замораживалось. Икский тушкан. Не знаю что это, но вкусно.

От сковородки исходил изумительный запах. Карпов знал толк в травках и приправах различных планет. На двух полках стояла их целая коллекция, которой мог позавидовать шеф любого ресторана. Рейнджеров дважды упрашивать не надо было, и они усердно заработал ложками.

— Вкусно — Плант сыто откинулся — Ты, Миша, можешь после дембеля смело открывать ресторанчик.

— А я и открою — неожиданно заявил Карпов, чем удивил всех присутствующих.

— Ты же хотел инженером внепланетных сооружений стать? — заявил Валентиано.

— Не, на фиг, с меня космоса довольно. Я решил взять сверхсрочку на один контракт где-нибудь рядом с Землей. Денюжку подкопить, а потом… Потом есть на примете местечко в одной колонии.

— Ну, ты и жук. Все еще денег не скопил? Да у тебя же тут все повязано! Разведка еще тебя не причесала? — Плант вышел из задумчивости, и по старой привычке цеплялся к окружающим.

— А что мне с ними делить? Обойдутся и своей долей.

— Говорю же жук!

— А вот контрразведка кое-кем интересовалась — Михаил показал пальцем в сторону Карта.

— Когда и кто приходил? — Алекс сразу перешел на командный тон. Сидящие за столом даже опешили, настолько он изменился буквально в течение секунды. Пронизывающий взгляд неуютно жег хозяина каюты.

— Да успокойся, брат. Месяц назад приперлись два типа. Представились копами, всякую ерунду выспрашивали. Да все больше о тебе. Вот я и пробил их через знакомых пацанов. Оказались самые что ни на есть земные черняшки.

— А хрен ли им делать то здесь? — удивился Плант, скосив глаза на Карта — Это же не их юрисдикция.

— А ты не понимаешь? — залыбился Ларсен — Тупого вот только из себя не корчи, не сойдет.

— Не надо было выделываться, завел тут «братьев». Сейчас в войсках полный бардак.

— Не тяни на «братьев», мастер — вдруг вступил в разговор Валентиано — Алекс правильно начал. Ты, думаешь, я почему тогда чуть не погиб? Да один майор просто решил выслужиться и без должной разведки нашу группу послал на смерть. Один я выбрался, да и то…

Джузеппе замолчал. Плант мрачно глядел в бокал. Знакомая до боли картина: глупость, некомпетентность, глупое бравирование, карьеризм. Сколько жизней они унесли!

— Да молодец он. Мы только благодаря своему братству из той передряги и выбрались. Когда грохнулись, то я подумал, все, отбегались. Но вышли и все вместе.

— Значит, это все правда? — Плант с интересом смотрел на бывшего подчиненного — Это ты там командовал?

— Да, Роберт. Я всех вывел, живых, раненых, мертвых. Капсулы сам лично отдал капеллану. Парни уже на Земле.

— Земля… — задумчиво пробормотал Михаил. Во время службы в Действующей Армии шансов побывать на родной планете не было. Только в последние два года некоторые бойцы могли дослужить там. Плант резко поднял голову, глаза его блеснули

— А ведь, парни, на днях пять лет исполнятся нашему призыву.

— Точно! — ошеломленно ответил Ларсен — Ал, черт возьми, мы экватор перевалили!

Карт потрясенно молчал. Он уже давно перестал считать дни и недели, да что там: годы пролетели. Неужели прошла половина его службы? Как давно это было: призывной пункт, учебка, первая кровь, знакомство с боевыми товарищами. Он столько всего повидал и узнал за это время! Как будто целая жизнь прошла.

— Выпьем за это — Роберт сноровисто налил бокалы, и кинул туда колотого льда — Тем более такой божественный напиток, как нельзя лучше подходит для такого случая. Давайте, братья!

— Давайте!

— Будем!

— Живем!

— Удачи!

Вскоре разговоры перетекли на менее серьезные темы. Пошли в ход красочные воспоминания. Карпов заставил Джузеппе взять инструмент, зазвучали старые песни. Вечеринка была в разгаре. Ведь что нужно настоящему мужчине? Дело, которым он мог гордиться. Друзья, с которыми было приятно вот так весело посидеть. «И любимая, которая будет ждать» — заныло сердце у Алекса. Старая рана давно не бередила его душу, сейчас же больно царапала самую его глубину.

Странно: теперь лицо Ольги в сновидениях стало проявляться сквозь образ той светловолосой женщины, что приходила по ночам еще с детства.

Шалша

— Мы долго не протянем — просипел Ларсен — Хорошо мы на этот раз попали!

И в самом деле, после того, как их «песчаный скутер» поломался, а вернее вышел из строя благодаря ухищрениям Карта, они умудрились попасть в песчаную бурю. А бури в этих местах дело непредсказуемое.

Только что над головой висело яркое голубое небо, заставляя жмурить глаза. И вот подул ветерок, полетели клочковатые местные «перекати-поля», горизонт потихоньку стал заплывать желто-розовым туманом. А вскоре ты оказывался в настоящем облаке из летящей пыли. На этой планете красная пыль являлась настоящим проклятием. Она находилась везде, она была вездесуща. Забивала фильтры машин, воздуховодов жилых бункеров, портила приборы и аппаратуру связи, попадала в еду и питье. За время службы на Шалше каждый солдат съедал, наверное, не один килограмм местной пыли. Вот и сейчас Алекс зло сплюнул, даже фильтры лучшего шлема для рейнджеров не спасали от вездесущего продукта выветривания.

— Не ссы, салага, прорвемся.

— Гы, гы, гы, гы.

— Смех у тебя дурацкий.

— А у тебя видос.

После обмена любезностями друзья снова зашагали вперед. Скалистое плато находилось где-то впереди. А чувству направления своего напарника Ларсен доверял. И в самом деле: вскоре под ногами уже хрустел не только песок, пошли вкрапления камня, а вскоре под облегчившейся поступью скрипела голая скала.

— Смотри! — Ларсен показывал куда-то влево — Похоже на грот.

— Ага! — если лучший водитель рейнджеров умел держать правильное направление, то норвежец имел нюх на места, где можно заныкаться.

Через полчаса они уже скребли ложками по дну маленького котелка. Ларсен облизнул главный инструмент солдата и с удовольствием рыгнул — Теперь можно массу подавить.

Он разлегся прямо на камнях, вытянув свои длинные ноги.

— Я все хотел тебя спросить — задумчиво протянул Карт — а что такое «давить массу».

— Я почем знаю? — сонно ответил друг — У русских научился. У них вообще много всяких древних выражений.

— Ага — Алекс помешивал витаминное пойло. Чай на Шалше достать было достаточно сложно, планета находилась далеко от торговых путей.

— Да что ты заагакал — Олд приподнялся — все нормально пройдет, Ал.

Карт налили напиток в легкую сминаемую чашку, и достал из рюкзака заветную шкатулку. Ее вручил ему их связной на сорок пятой базе. В один из дней в каюту Карпова постучались, и вошел невысокий крепыш в форме космофлота, представившийся как Дев Купер.

— Вам посылка, штатс-сержант — объявил капрал и вручил небольшой пакет.

— Спасибо, брат — Карт успел заметить будто бы невзначай брошенный жест «братьев», и развернул посылку. Он знал, что на этой базе находится их связной, рекомендованный Карповым, и ждал весточки. В одном из отсеков оказался набор инфокристаллов, а во второй к удивлению Алекса эта самая шкатулка.

— Она же с Их-Вариша! — воскликнул Ларсен, уже принявший информационный кристалл в руки.

— Да. И я догадываюсь от кого она — ответил Карт и вопросительно взглянул на Купера.

— Не знаю, сир. Она пришла по линии Космофлота, и именно вам. Мы проверили шкатулку средствами безопасности, все чисто.

— Интересно бабки пляшут — Олд почесал подбородок.

— Чамп — выдохнул Карт и открыл резное произведение искусства. В нем находилась небольшая статуэтка, изображающая варишского воина. Та самая, из города-ярмарки.

— Офигеть — тихо прошептал Ларсен — как он узнал?

— Вообще-то на Их-Вариш именно Чамп и указал. Хорошо — он посмотрел на друга — значит, все предрешено. Летим туда, где нас ждут.

Сквозь дрему Карт чувствовал, как в грот проскользнуло несколько теней, и обступили земных рейнджеров. Потом кто-то тронул сержанта за плечо и сразу отошел в сторону. Алекс не спеша, приподнялся и сел, потом оглянулся. Буря изрядно запорошила скалистую выемку песком и пылью. А напротив рейнджера стояли две тени, с ног до головы, завернутые в красно-желтую ткань. Только глаза сверкали. Обычное одеяние жителей пустынь на множестве планет.

— У нас гости, Ал.

— Ага, и какие-то не особо разговорчивые.

— Эй! — Карт осторожно повернул голову, он чувствовал присутствие кого-то чуть позади и правее, еще один противник находился у входа в грот — Кто тут главный? Только не делайте вид, что вы не понимаете.

— Ал, может мне вот тех двух пристукнуть?

После шутки могучего норвежца фигуры в красном заметно напряглись, приподняв короткие ручные мазеры.

— Не нервируй их, Олд. Мы договоримся. Правда? — Карт посмотрел на стоящего справа.

— Возможно — прошелестела фигура.

— Мы сдаемся. Зачем нам умирать? Да и вам честь, вы ведь взяли в плен двух рейнджеров.

Правый воин что-то пробурчал и стоявший позади боец подошел и осмотрел Карта, затем Ларсена. Их оружие и рюкзаки уже лежали в стороне. Осмотревший их воин что-то буркнул.

«Странный язык, варишский совсем не такой» — не успел удивиться Алекс, как главарь воинов опустил повязку с лица и подошел совсем близко к землянину.

— Интересно, обычно рейнджеры не сдаются нашим воинам. Они сражаются до конца. А ты, к тому же, в большом чине — шалшанский воин говорил с небольшим шуршащим акцентов. А Алекс внимательно рассматривал скуластое краснокожее лицо. Сомнений не было, это выходец с Их-Вариша. Близко поставленные круглые глаза стали более раскосыми, характерные очертания скул остались.

— Мы не в бою, нам незачем умирать? Ты же знаешь, что мы не воюем всю жизнь. У нас скоро дембель, это окончание службы. Ты бы ведь не стал желать смерти, если вскоре тебя ожидало бы возвращение домой? Мы хорошая партия для обмена, воин. Ну, так как, договорились?

— Хм — краснокожий улыбнулся очень по-земному — а ты все просчитал, землянин. Давай только без глупостей. Эти воины — он кивнул в сторону — из моего клана, новички. Не хочу потом отвечать перед их матерями.

— Договорились — также кивнул в согласие Алекс — только пусть отдадут нам наши вещи.

— Хорошо.

К вечеру, после непродолжительного пути по барханам и плоскогорью, группа из шалшианцев и землян подошла к небольшому ущелью. Видимо когда-то тут протекали быстрые и мощные реки, пробившие себе путь через скальную породу. Они вымыли в поверхности очень глубокие щели и промоины, затем подземные воды углубили и промыли боковые ответвления. Горные породы вообще имеют свойство образовывать трещины. А если они еще и растворяются водой, то есть являются карстовыми, то через несколько тысяч лет жди образования пещер. Вода давно ушла отсюда, а огромные подземные лабиринты остались. Здесь, похоже, и жили потомки варишанцев. С орбиты их обнаружить было сложно, да и добраться сюда тоже. Шалша не являлась первоклассным местом боевых действий. Местного земного гарнизона хватало только на патрулирование и охрану. Поэтому местные жители чувствовали себя вполне вольготно.

Карт шел вслед за воином в красном подобии бурнуса. Тактические шлемы у них с Ларсеном отняли сразу, выдав взамен их красные тряпки. Как ни странно, это одеяние было вполне функционально, выполняя роль фильтра, и защищая голову от палящего солнца. Во всяком случае, стоила такая тряпка на много порядков дешевле. На границе камня и песка их встретили часовые, вынырнувшие непонятно откуда. Солнце уже заходило, поэтому спускались в ущелье они в сумерках. В отличие от Сахары, где Карт с товарищами проходил последний экзамен, солнце здесь не гасло сразу, как лампочка. Они находились на достаточно высоких широтах. Вскоре по пути им стали попадаться гуманоиды. Большинство в таких же свободных одеяниях. Некоторые были одеты более легко, в желтые подобия хитонов, с плащами сверху. Многие шалшианцы бросали на землян любопытные взгляды. От них не исходила враждебность или радость при виде пленных врагов. Воины вообще были скупы на эмоции. Только одна из женщин, встреченных по пути, невольно воскликнула.

Внизу поверхность была полностью каменная, отшлифованная временем и ногами. Только изредка попадались пучки травы и мха. Главный конвоир показал в сторону темневшего в скале входа. Они прошли по узким пещерным коридорам, то и дело приходилось нагибать голову. Освещение включалось само, при проходе людей, Карт заметил несколько экономных светильников знакомого производства. Их довели до небольшой камеры, всунули в руки светильник и ушли. Вместо двери на входе висела сетка, но подошедший к выходу Ларсен сразу наткнулся взглядом на красневшие в темноте глаза какого-то зверя.

— Ха, смотри, Ал, собачку посадили.

— А ты думал они совсем дураки? Давай устраиваться, мы тут надолго.

На полу они обнаружили несколько охапок колючей травы и что-то наподобие одеял. Ночи здесь холодные. В углу был устроен настоящий ватерклозет, зияло отверстие, при нажатии палки текла по желобу вода. На небольшой каменной полке стояла простая посуда из глины.

— Эй, семляни! — раздался голос, у выхода они увидели фигуру в красном — Вна Тиш ут.

Он показал рукой на поднос и ушел в темноту.

— Что тут у нас? Я чертовски голоден — Ларсен сноровисто схватил поднос и поставил на возвышение — Так, это какой-то супчик. Ал, доставай те плошки. Тут и лепешки, зелень. А тут? Ого, вкусно! Похоже на пиво.

Олд разлил из кувшина напиток и присел.

— А не плохо.

Суп был густой и наваристый. Иногда попадались прожилки мяса, присутствовала какая-то крупа и овощи. Лепешки показались землянам суховатыми, приходилось их размачивать в похлебке. А в кувшине и в самом деле оказалось пиво.

Ларсен закончил трапезу, набил травой тюфяк и прилег.

— Как ты думаешь, Ал, с этими парнями удастся договориться?

— Очень даже да. Не зря Чамп указал на них. Один камень покатится, пойдет обвал.

— О-хо-хо. Как бы нам самим под этим обвалом не очутиться.

— А ты думал историю поворачивать легко? — Алекс усмехнулся — Привыкай, брат.

Утром им принесли кислое молоко, сыр и такие же лепешки. Алекс пробовал разговорить молодого воина, но тот почти не понимал земного языка.

— А ведь он по варишански говорит — вдруг заметил Ларсен.

— Откуда ты взял? Совсем не похоже — буркнул Карт.

— Ты просто сравниваешь с современным, а надо со старинным. Сколько лет тем фрескам? А мне подруга твоя варишка книжонку тогда всучила. Думал беллетристика какая, а это учебник их древнего диалекта. Ну, от нечего делать проштудировал, кой чего запомнил.

И в самом деле, когда два шалшианца принесли землянам и жуткому лохматому зверю обед, Ларсен попытался поговорить. И, видимо, ему это удалось. Старший по возрасту воин с любопытством слушал землянина, иногда что-то переспрашивая. И сразу после обеда пришел главный группы, взявший их в плен.

— Землянин, откуда ты знаешь наш священный язык? — воин смотрел на землян подозрительно. Алекс отметил, что рука краснокожего находилась рядом с оружием.

— У нас подарок для вас — спокойно ответил Ларсен и полез в полевой ранец. Там, завернутая в специальную маскировочную накидку, находилась фигурка древнего воина. При виде ее узкие глаза воина расширились.

— Откуда она у вас?

— А ты как думаешь? — вышел вперед Алекс — Нам нужно встретиться с вашим главным, самым главным воином. Есть серьезный разговор. Ты меня хорошо понял? Передай эту фигурку ему.

— Я понял тебя, земной воин — шалшианин внимательно посмотрел на рейнджеров, и что-то крикнул сопровождавшим его воинам.

Теперь их сторожили опытные бойцы, это было заметно по их скупым движениям и грамотным действиям.

На следующий день землян вывели на помывку. Они прошли длинными коридорами. Днем они освещались канальными светильниками. Лучи солнца ловились специальными ловушками, концентрировались и по тридиодным кабелям отправлялись вниз, где через рассеиватели скупо освещали подземные галереи. Очень простой и эффективный способ. Друзья с любопытством озирались.

Было заметно, что кое-где местные жители вмешались в природную красоту пещерного мира, прорубив проходы и расширив залы, идущие один за другим по левую сторону главного хода. Алекс в юности интересовался геологией, поэтому заметил наклон пород в левую сторону. В вымытые водой полости происходило дальнейшее обрушение пород, создавая большие подземные залы. А шалшианцы грамотно использовали подарок природы. Везде было чисто, имелось освещение, на перекрестках заметны какие-то отметины для лучшего ориентирования. Наконец стража привела пленников в полутемный зал, где находилась помывочная. Ларсен и Карт начали раздеваться, любопытно озираясь.

Длинная галерея терялась дальше в скупом освещении. Откуда-то из стен шла сплошным потоком вода, слышался какой-то неясный гул. Каменный пол в районе падения маленьких водяных каскадов был отполирован, воздух насыщен влагой. Земляне с удовольствием побежали в закуток и встали под водяной поток. Карт сразу совершил маленькое открытие. Вода, льющаяся справа, была буквально ледяной, а левый водопад оказался согретым. Получился эдакий контрастный душ. Он огляделся и увидел в выемке банные принадлежности: в глиняных плошках было налито что-то похожее на жидкое мыло, рядом лежали мочалки, связанные из жесткой травы. Лимит времени был не ограничен, поэтому получилось вволю насладиться водой. Вообще парадокс — кругом выжженная пустыня, а здесь целые подземные реки!

Чуть дальше Алекс заметил и местных жителей, которые занимались банными процедурами. Те любопытно оглядывались на землян. А Карт наконец-то смог сделать антропологические наблюдения. Шалшианцы отличались и от современных жителей Их-Вариша, и от древних, изображенных на старинных фресках. Их тела были более сухие, хотя крепко сбитые. Преобладал худощавый тип, с хорошо развитыми мышцами ног и рук, кожа имела более выраженный красноватый оттенок, волосы темные, иногда рыжеватые. Детородные органы несколько меньше, чем у землян.

Земляне обладали более гармонично развитыми телами. К тому же рейнджеры были хорошо натренированы, Ларсен вообще поражал своей мускулатурой. Алекс отметил, что стража бросает восхищенные взоры в сторону норвежского гиганта. Позже он с удивлением увидел проходивших мимо женщин. Видимо нагота не являлась здесь табу. Девушки несли одежду в руках, совершенно не стесняясь, и молодые мужчины могли оценить всех их прелести. В отличие от варишанок, местные представительницы женского пола также были более стройными, без явно выраженных бедер. Груди относительно небольшие, тонкая талия, хорошо развитые ноги и ягодицы. Им, по всей видимости, приходилось много ходить по пересеченной местности. Женщины кидали в сторону землян любопытные взгляды, о чем-то перешептываясь друг с другом. Две девушки заразительно засмеялись, поймав, брошенную яркую улыбку Карта. Один из стражников что-то крикнул женщинам, потом показал землянам, что им надо собираться.

К своему удивлению рейнджеры обнаружили на сухом участке и снятую одежду, и рюкзаки. И в самом деле, их повели не обратно в камеры, а куда-то вглубь пещерного комплекса. Алекс и Олд молча переглянулись. Вскоре они остановились в небольшом зале. По всему видно, что это была столовая. Стражники сели вместе с землянами за невысокий стол. Пожилой шалшианец поставил перед ними большое блюдо с дымящимся мясом, позже принес тарелку с зеленью и плоскими свежими лепешками. Старший стражник наложил мясо и зелень в лепешку, полил соусом, потом завернул все, вопросительно посмотрел на землян, и откусил большой кусок. Ларсен быстро повторил его действия.

— А вкусно!

И в самом деле, было вкусно. Мясо сварено с какими-то приправами, соус кисло-сладкий, а зелень приятно освежала рот. В маленькие плошки все тот же старик плеснул кислого молока с травами. Напиток хорошо освежал и утолял жажду.

После обеда их повели в комнату, предназначенную для отдыха. Под стенами лежали циновки, убранство было достаточно скромным. Стражники все также отказывались отвечать на вопросы землян. В открытую дверь можно было наблюдать за жизнью этого настоящего подземного города. Карт был уверен, что тут живут многие тысячи шалшианцев. Множество из них проходило мимо них по галереям. Шли воины, припорошенные песком, видимо с патруля. Шли женщины, неся за спиной вязаные корзины, иногда из них торчали побеги съедобных растений. Проходили ремесленники, рабочие. Их можно было узнать по подобию комбинезонов, грязным натруженным рукам. Временами стайками пробегали дети, единственные кто позволял себе какое-то щебетание. В пещерах царила тишина и прохлада, призывая к умеренному спокойствию. Местные жители под стать обстановке были не суетливы, спокойны и молчаливы. Такой настрой понемногу передался и землянам.

— Смотри какая! — вдруг услышал восхищенный голос друга. Алекс посмотрел на вход. Там остановилась молодая женщина, завернутая в красный бурнус, с кокетливой повязкой на голове. Она удивленно смотрела на землян. Карт отметил поистине королевскую осанку шалшианки, гордую посадку головы, в отличие от других женщин у нее были круглые глаза и заметная даже под бурнусом высокая грудь. Она больше, чем другие женщины казалась похожа на варишанку. Девушка заметила внимание землян и что-то громко возмущенно воскликнула. Ее подбородок задрался, ноздри затрепетали. Старший охранник подошел к входу и учтиво ответил ей. «Дама явно из высшего общества» — отметил Алекс.

— Тау ша, варишка — вдруг обрел снова голос Ларсен.

Девушка вздрогнула и удивленно обернулась на вставшего во весь свой могучий рост землянина. Она о чем-то снова горячо спросила стражника, затем улыбнулась и послала рослому норвежцу лукавую улыбку.

— Брат, я сражен — картинно сложил руки упавший на циновку Ларсен.

— Ты мне тут не вздумай романами операцию срывать — в тон ответил Карт.

— Да куда там! — снова вздохнул Олд — Видел какая она гордячка. Небось, дочка одного из вождей.

— Может быть — Алекс растянулся на жестком лежаке — Интересно, долго нам еще ждать ответа?

Ответ пришел к вечеру. Что это вечер друзья поняли по усилившемуся потоку жителей, идущих по галерее. Стало несколько шумнее, стражники занервничали. Они также устали, но не подавали виду, явно это были не новички. Наконец у входа показался знакомый им командир патрульного отряда.

— Идемте — коротко кивнул он.

— Идем, так идем — согласился Карт, подхватывая ранец.

Снова бесконечные километры, пройденные по подземным галереям. Все чаще попадаются следы работы местных жителей. По сводам бегут жгуты кабелей, по стенам проложены трубы, заметна вибрация от работающих машин. «А здесь ведь совсем не аграрное общество» подумал Алекс.

Вскоре они оказались в большом помещении, явно сооруженным руками шалшианцев. Здесь находилось множество воинов, как пришедших с патрулей или сторожевой службы, или готовившихся к выходу. Большие выемки в скале были заняты штабелями с разнообразным оружием. Карт заметил среди прочего и множество земных образцов. Почему-то их ополчение предпочитало лучевое оружие. Хотя понятно: простое в обращении и с возможностью зарядки на месте. Где тут в пустыне брать боеприпасы?

Здесь их тщательно обыскали и отобрали рюкзаки. Командир снова махнул рукой, теперь землян сопровождали воины в настоящих маскировочных комбинезонах. Пройдя через тамбур, земляне с охраной оказались в большом полутемном зале. Его своды терялись где-то наверху. Стены были скудно освещены «экономными» фонарями. В середине зала Алекс заметил круглое возвышение, на котором находились низкие каменные лавки, на них кто-то сидел.

— Вас ждут, земные воины.

Карт кивнул головой, он заметил, что здесь не любят лишних слов.

— Варишу касса дэном, мир вашему дому — негромко, как и договаривались, произнес на древнем наречии Ларсен. Он с Картом одним махом поднялся по ступенькам. Помещение было древним, ступени вытерты за сотни лет, немного пахло пылью и тленом. Стены зала оказались драпированы тканью.

— Мы уже поняли, землянин, что вы знаете наш древний язык — ответил им старик с белесой от времени головой. Его узкие глаза внимательно наблюдали за пришельцами.

— Мы хотим говорить с вашим Командующим — сразу начал деловой разговор Карт. Сидевшие на скамейке пожилые шалшианцы удовлетворенно кивнули головами, здесь не любили пустословий.

— Я перед тобой — из затененной середины круга ответил молодой голос. С каменного подобия кресла встал высокий мужчина. Алекс успел провести взглядом по его лицу: круглые глаза, высокие скулы, чем-то он напоминал увиденную сегодня гордячку.

— Приветствую тебя — Карт поднял две руки перед собой, неплохо в такой обстановке придерживаться местных условностей — у меня есть послание к тебе.

Алекс повернулся к Олду и кивнул головой. Тот не стал задерживаться, коротко стукнув себя по челюсти, Ларсен полез в рот и достал маленькую искринку.

— Вождь воинов, у тебя есть приборы для просмотра информации?

Шалшианец молча кивнул головой и протянул из-за пояса стандартный планшет. В зале оказался и проектор, поэтому через несколько минут ареопаг местных старейшин с неописуемым удивлением наблюдал снимки, сделанные друзьями в запретном городе. Слайдшоу шаг за шагом показывало древние здания и улицы. Прорвало шалшианцев, когда пошли кадры из «Зала Прощаний». Обычно безмолвные и сдержанные, они не смогли сдержать нахлынувших чувств. Казалось бы навсегда похороненная в сердцах скорбь по потерянной родине вернулась и зажгла огоньки в узких глазах. Карт внимательно наблюдал за стариками и вождем, их руки и скупые движения лица указывали на большое волнение. Не затихал шепот, слышны были и громкие восклицания. Наконец вождь снова встал с кресла и подошел вплотную к землянам.

— Я Тало Их — представился он полным именем. Насколько Алекс знал обычаи шалшианцев, это было предложение дружбы.

— Алекс Карт — протянул руку молодой землянин — рад был познакомиться.

Тень неудовольствия мелькнула, было, по лицу вождя, но он быстро подавил ее. Каждый волен по-своему оказывать уважение к другому.

— Где вы взяли эти бесценные для нас кадры? — голос Их был спокоен, говорил он совершенно без акцента.

— Мы были там с моим другом.

— Вот как? — Их задумался, потом повернулся к взволнованным старцам.

— У нас много общего, Их. В том числе и похожая история. Вы были копьем Альянса до нас, вы убивали и сражались за него. Из-за него вы потеряли Родину.

— Не говори так! — вдруг вскрикнул вождь и протянул руку к лицу землянина.

— У нас общий враг, Их.

Шалшианец не стал отвечать и вернулся обратно в кресло. За него ответил седой член ареопага.

— Что ты предлагаешь, Алекс Карт?

— Нашу дружбу. И желание покончить с бесконечным кровопролитием. Глупо убивать друг друга, когда у нас есть общий враг.

— Ты представляешь только себя, или какую-то силу в вашей армии? — наконец смог продолжить беседу старец. Несколько секунд у него ушло на переговоры с другими членами ареопага.

— У нас есть организация. Это братство. Братство товарищей по крови и оружию. Оно сильнее командования и правительства. И оно хорошо организовано.

— Ху ла ха! — раздался удивленный возглас другого старца, с выкрашенной в рыжий цвет бородой — Мы уже слышали об этом «братстве». Но, насколько я знаю, у них нет командиров. Как ты сможешь влиять на них, сержант?

— Я первый «брат».

— Что? — Их подскочил с кресла — И ты пришел к нам сам?

— Нам необходимо доверие, вождь.

— Ты прав, землянин — вождь задумчиво посмотрел в сторону — Без этого нет смысла вести переговоры.

— Тогда получи в дар вот это — Карт полез рукой за пояс и вскоре в его руках появился моток ниток, чудесным образом трансформировавшийся в острый нож. Такой же нож оказался в руках Ларсена.

— Это жидкий силикат, ваши приборы не улавливают его. Мы могли бы сейчас убить вас всех, но отдадим это оружие вам.

Их взял в руки отблескивающий желтым нож, и с удивлением наблюдал, как он растекся между пальцев.

— Это может быть оружием только у вас в руках?

— Да.

— Я сильный воин, вряд ли у тебя получилось бы легко убить нас.

— Мой друг — Карт кивнул на Ларсена — чемпион по борьбе.

— Это так? — посмотрел на норвежца Их — Было бы интересно посмотреть его в деле. Ваши воины хорошие борцы. Но сначала, сначала поговорим о наших делах.

Карт не заставил вождя долго ждать.

Разговор кончился далеко за полночь. Им принесли сначала ужин, потом ночной чай. Чай оказался настоящий, земной, это был знак искреннего уважения. Их оказался грамотным командиром. Он быстро вник в суть предложений земного штатс-сержанта, и начал облекать их в реалии шалшианской действительности.

Алекс тщательно обтерся. Приятно после физических упражнений нырнуть под каскад ледяной водички. Стражники еще прошлым вечером объяснили, что пить эту воду не рекомендуется. Да земляне уже и так догадались, что вода тут «техническая», используется для охлаждения какого-то промышленного объекта. Отсюда и подогретое течение, и шум работы турбин. Скудная пустынная жизнь заставляла использовать все возможности.

Сотни гектаров скалистой поверхности были покрыты уловителями солнечной энергией, дающей свет в бесконечные пещерные галереи, питание для насосов, качающих свежую воду из глубины. Питьевая вода здесь ценилась, хотя не была лимитирована. По закрытым трубкам, капельным способом вода подавалась на террасы, где выращивались овощи и зелень. Насколько Карт понял, мясо привозили сюда самым простым способом: пригоняли целые стада на убой. А сам этот пещерный комплекс являлся индустриальным и образовательным центром. Поэтому здесь было обилие женщин и детей, а молодые мужчины встречались относительно редко. Рейнджеры перед вылазкой вытрясли из местных разведчиков все, что те знали о шалшианцах. Информации было не очень много, но вся она сейчас пригодилась.

Кто-то позади его хихикнул, Алекс обернулся. Стражники сидели у самого входа в «водяные бани», поэтому к землянам местные могли подойти вполне спокойно. Вот и сейчас группа молодых шалшианок восхищенно рассматривала тело купающего норвежца. А там было на что посмотреть, Ларсен вполне мог стать моделью для хорошего скульптора. Высокий рост, крепкие широкие плечи, узкая талия, мощные мышцы ног и рук, равномерно распределенные. Земляне за прошедшие столетия выработали настоящий культ тела, используя для этого все новейшие достижения генетики и физиологии, и добились больших успехов.

Разглядывая полуобнаженные тела шалшианок, некогда варишанок, Алекс сделал вывод, что и здесь не обошлось без применения генетики. Так быстро трансформировать тела под существующие природные условия без помощи науки невозможно. А, значит, местное общество не так примитивно, как видится на первый взгляд. Неожиданно девушки громко засмеялись, задумавшийся молодой землянин не заметил, как молодой организм горячо откликнулся на открытые женские прелести. Алекс смущенно посмотрел вниз и быстро накинул на бедра полотенце. Потом он бросил в сторону хихикающих девушек игривый взгляд, вызвав еще одну порцию безудержного смеха. Одна из шалшианок, грациозно покачивая бедрами и смело, неся вперед небольшие крепкие груди, выдвинулась вперед и крикнула на вполне сносном земном языке:

— Воин, твоего скакуна давно не объезжали!

Женщины снова громко засмеялись, некоторые даже скинули с себя покрывала.

— Что тут происходит, Ал? — послышался голос Ларсена.

— Обычные женские штучки. Похоже, многие представители гуманоидов оставили в своих традициях подобие древних брачных игр.

— Опять умничаешь, Ал. А ведь хороши, чертовки!

Карт скосил глаза, под накинутой тканью четко просматривался вздыбленный «скакун» норвежца, приводя в восторг резвившихся шалшианок. Их шум заставил одного из стражников поднять голос. Женщины начали расходиться, тихонько посмеиваясь и кидая в сторону молодых землян нескромные взгляды.

— Совсем избаловались — сокрушенно проговорил старший из стражников по имени Кеоса — В былые времена, за подобный шум их бы строго наказали. Куда катится этот мир?

Кеоса выглядел опытным воином, он быстро установил доверительные отношения с землянами. Как Алекс успел выяснить, воин в юные годы попал в плен к войскам Федерации, где провел несколько лет. Тогда на Шалше пытались проводить стандартную программу «гуманизации туземцев». Но она с треском провалилась, оставив Кеосу на память хорошее знание земного языка и земных же обычаев. И судя по всему, эти качества воин долго использовал, служа в разведке у местного ополчения. Несколько глубоких шрамов и скупые, но грамотные движения воина указывали на его большой опыт и умения.

— Надо идти — махнул рукой Кеоса — скоро обед.

К приему пищи местные жители относились с большим пиететом. Такое бывает у народов, переживших в свое время голодные времена. «А ведь так и есть!» — подумал Алекс — «Это ведь было настоящее потрясение — оказаться с таким количеством народа на пустынной планете».

— Тебе нравятся наши женщины? — Кеоса кинул взгляд на земного воина. Они уже хорошо закусили, принявшись за неспешное питье кислого молока.

— Конечно! Они очень красивые. На Их-варише мы занимались любовью с местными женщинами. У нас сходная физиология и там ценят земных мужчин.

— А что? Своих им не хватает? — пробурчал шалшианец. Он входил в число немногих, кто знал о снимках, сделанных в запретном городе

— Ты бы их увидел, так не говорил — вмешался в разговор Ларсен — Это слабое подобие ваших мужчин.

— Да — задумчиво протянул Кеоса — Я слышал ваши рассказы.

— Поэтому вы и ушли оттуда, чтобы остаться самими собой.

После некоторого молчания стражник пронзительно взглянул на землянина и спросил печально

— Она красивая, наша планета?

— Очень! Много зелени, лесов, озер, рек. Одна из самых красивых планет, которые я видел.

Карт остановился, в глазах старого воина заплескалось море печали. Он только молча положил свою ладонь на руку шалшианца, ощутив ответное пожатие кисти. Оба воина хорошо понимали друг друга, ведь у обоих был общий враг.

На третий день после беседы с Командующим в галереях заметно прибавилось мужчин с военной выправкой. Карт и Ларсен то и дело ловили на себе взгляды: любопытные, злобные, прямодушные. Здесь, как и в любом гуманоидном обществе, эмоции превалировали перед логикой и разумом. Шалшианцы сохранили в своем сердце горячность и стремительность поступков. Отказавшись от космического статуса своей цивилизации, они смогли сохранить собственную идентичность.

В большом зале, где проводились гимнастические занятия, сегодня было людно. Множество воинов, а это были именно воины, занималось спортивными упражнениями. В закрытом кругу две группы молодых людей играли в игру, похожую на земной ручной футбол. Под потолком на канатах вилось несколько вертких фигур, изображая акробатические трюки. На крутой стенке тренировались скалолазы, и скалолазы очень высокого класса. Стоявший у стены молодой воин выкрикнул что-то грубое в сторону землян. Кеоса глухо ответил, в группе особо мускулистых шалшианцев обидно засмеялись.

— Что им надо? — спросил Карт у сопровождающего.

— Нарываются на неприятности, молодежь — криво усмехнулся стражник.

— Ну, если нарываются, то получат — спокойно ответил Ларсен — небось, подраться хотят?

— А ты как понял?

— А мне такое часто предлагают, я ж как дылда везде, слишком заметный.

Норвежец подошел к группе воинов и показал на самого мощного, а потом махнул в сторону круглого бойцового ринга. Шалшианцы радостно засвистели и заулюлюкали, предвкушая схватку. Ларсен не торопясь, вышел на ринг, скинул рубашку, и стал разминаться, поигрывая могучими мышцами. Молодежь с восхищением разглядывала пропорциональные формы землянина. Его соперник хоть и выглядел могучим, но не имел подобного гармоничного тела.

Судьей выступил Кеоса. Он оглядел руки борцов, замотанные в тряпки, потом сказал несколько слов и махнул рукой. Шалшианец необдуманно сразу кинулся на Ларсена, широко размахивая длинными руками. Видимо хотел задавить напором, за что и поплатился. Боя практически и не было. Землянин грациозно отскочил в сторону и совершил один удар. Силач так и остался на покрытой циновками площадке. В зале установилась тишина. Молодежь заворожено молчала, уставившись на своего лежащего товарища. Из других мест подходили их старшие товарищи.

— Теши доуга ерча. Победил землянин! — показал рукой в сторону Ларсена Кеоса.

Поверженного силача унесли в сторону, он не пострадал, просто был без сознания. Вперед выступил шалшианец средних лет и с властными манерами опытного командира. Он сказал на земном языке.

— Ты мошешь воевать только с юнсцами? Или поборешься с настоячими воинами?

— С кем угодно, был бы достойный соперник, саца — ответил учтиво норвежец, не забыв вставить в конце предложения знак уважения. По рядам воинов прошел гул одобрения, многие понимали язык землян. Командир перебросился парой фраз с Кеоса и махнул рукой. Вперед выступил высокий, худощавый воин.

Кеоса снова махнул рукой, и схватка началась. На этот раз первая фаза боя проходила осторожно. Шалшианец прыгал вокруг землянина легкой поступью, его движения были необычны. Первым начал Ларсен, крутящим ударом ноги чуть не достав соперника. Воин легко ушел в сторону и закрутил странный танец, показавшийся знакомым Карту. Так они и кружили рядом, пытаясь достать друг друга. Через несколько минут Алекс понял, что его друг играет с соперником, пытаясь подробнее узнать манеру его борьбы. Чем-то она напоминала древнюю земную борьбу капоэйро. Первыми нервы не выдержали у шалшианца, он резко крутанул ногами и попытался в прыжке достать земного воина. В полете его Ларсен и подловил, закрутив соперника мощным захватом рук. Воин пролетел еще несколько метров и грохнулся уже за пределами ринга. Он попытался подняться, но со стоном упал навзничь.

Зрители загудели, многие одобрительно свистели землянину. Кеоса снова определил победителя и вопросительно посмотрел на командира воинов. Тот ожесточенно махнул рукой и на ринг вышел высокий, крепкий воин, статью не уступавший Ларсену, а в плечах даже шире. Такие могучие борцы на Шалше были, по всей видимости, редкостью. Толпа зрителей уже заметно разрослась, добавилось молодежи, появились женщины. При виде нового борца они оглушительно закричали, наверное, он был местной знаменитостью. Зрители начали скандировать его имя «Ринош, Ринош!»

Соперник Ларсена выглядел спокойным и уверенным в себе. Снова крик Кеоса и снова соперника начали осторожные прыжки. Не смотря на свою мощь, Ринош двигался вполне легко и гибко. Он первым и начал атаку, один за другим наносил мощные удары, пытаясь достать Ларсена. А тот принял бой, не стал отказывать себе в удовольствии, поработать руками. «А скорей всего» отметил Карт, «его друг и тут решил подробнее изучить особенности местных видов единоборств». Ему получилось пару раз достать Риноша. Тот только фыркнул после очередного мощного удара землянина. Другой бы борец уже давно улетел за ринг, а этот шалшианец оказался терпеливым и не боящимся боли.

Но Ларсен и не таких обламывал. Он совершил несколько ложных и выпадов и заставил Риноша пойти в необдуманную атаку. Здесь уже норвежец заработал ногами, совершая свои знаменитые «восьмерки». Постоянное кручение и странные прыжки несколько дезориентировали противника. Хотя Ларсену все-таки прилетал одна мощная плюха, заставив норвежца болезненно охнуть. Зрители уже не сдерживали эмоций, кто-то подбадривал своего товарища, кто-то просто увлеченно наблюдал за великолепным зрелищем невиданного боя. По местным меркам в зале стало очень шумно. Кульминация, как всегда у Ларсена пришла совершенно неожиданно. Вот он уходил от удара, и вот уже летит над соперником, совершая мощнейший удар в грудь обеими ногами. Ринош свалился на поверхность ринга, раздался неимоверный грохот от падения мощного тела. Он еще попытался пару раз встать хотя бы на колени, но не смог. К нему подошел его командир и что-то зло выкрикнул.

Кеоса снова объявил победителя. По залу прошел настоящий рев. Все чествовали победителя, бой и в самом деле получился великолепный, а приемы, показанные землянином, были очень необычно. К разгоряченному боем Ларсену подошел командир приезжих воинов и начал что-то злобно выговаривать. Карт и Кеоса оказались рядом с норвежцем одновременно.

— Я не буду с тобой биться — качал головой норвежец — Тебе меня не победить, будь благоразумней.

— Не тебе ресчать, семлянин — шалшианец был явно раздосадован.

— Я выйду победителем, а ты потеряешь лицо.

— Ече неисвестно, кто потеряет, а кто победит.

— То-то и оно, саца.

— Таш, именем Их я запрещаю тебе вызывать этого землянина на бой — вдруг жестко заговорил Кеоса.

— Разве это дело командующего, вмешиваться в спор мужчин? — злобно ощерился Таш.

— Он уже вызван на бой самим командующим — начальник стражи говорил на земном языке. Таш испытывающе посмотрел на Ларсена, тот молча кивнул в знак согласия.

— Ну, тогда…тогда я отзываю вызов, к тебе — шалшианец вдруг показал рукой на Карта — А вот этому землянину придется биться. Никто не отнимет мое право как мужчины на этой благословенной арене.

Карт еле сдержал улыбку, а Кеоса наоборот, выглядел обескураженным. Он тихо ответил

— Никто не отнимет у тебя этого священного права. Ты будешь сражаться.

Таш довольно ухмыльнулся и отошел в сторону. Ларсен же устало опустился на каменную скамейку, выбитую некогда в скале и отшлифованную временем.

— Что все это значит, Кеоса? — Карт испытывающе посмотрел на их охранника.

— Садись, сержант, в ногах правды нет. Так, кажется, говорят у вас.

— Ха — Ларсен было захохотал, но быстро прекратил поморщившись.

— Сильно досталось? — Алекс с беспокойством взглянул на друга и снова посмотрел в сторону шалшианца.

— Да нормально. Я знаю, у местных есть хорошие травяные мази. Завтра буду как новенький. А ты, Кеоса, что молчишь? У нас невежливо не отвечать на прямо заданные вопросы.

— У нас также — тихо ответил начальник стражи — Их и в самом деле не прочь с тобой побороться. Честно, по правилам. Он большой любитель единоборств, считает, что это удел настоящих мужчин. И он наблюдал сегодняшние схватки.

— Он здесь? — Карт завертел головой.

— Нет, конечно — Кеоса усмехнулся — Мы же не дикари, сержант, у нас есть камеры и связь. Он будет здесь через два дня. Твое предложение требует кое каких согласований.

— Да? А я думал, что Их главнокомандующий.

— Ему не все подвластно. Еще есть гражданское правительство и главы кланов. Таш, кстати, один из них. «Клан краснокожих» его. Они, скажем так, не очень любят землян, да и вообще всех чужаков.

— Теперь понятно — Карт улыбнулся — Все, как и у нас. Споры, разногласия, подковерная грызня.

— Таш очень опасный соперник. Даже ему — Кеоса кивнул в сторону Ларсена — я бы не позавидовал.

— Ты еще плохо знаешь нашего малыша — Олду снова не удалось засмеяться, он схватился за бок — Дайте ему покататься по пустыне на чем-нибудь быстром и увидите, кто лучший гонщик Галактики.

— А я и не сомневаюсь — пришла очередь улыбнуться главе стражи — мы уже знаем, что он у вас легенда. Это одна из причин, почему с вами встретились. Мы верим, что историю вершат необычные люди. Остальные только следуют за ними по проторенной дороге. Кстати, Олд, я тебе тоже не завидую. Их один из сильнейших борцов нашего племени.

— Посмотрим — норвежец опять улыбался через боль.

Порулить Карту все-таки дали. Они вышли из Дальних Галерей перед рассветом. Узкая полоса песка вдавалась в горное плато извилистым красным языком. И вот с первыми лучами местного светила, окрасившими скалы в багряный цвет, а песок сделавшим буквально кровавым, Алекс снова оказался за рулем. На этот раз под ним был небольшой катер на воздушной подушке. Такие вещи, как гравипривод, здесь были редкостью. Межпланетная торговля как класс здесь практически не существовала. Только нечастые подачки от центровых, трофеи и редкие вылеты контрабандистов.

Машинка оказалась весьма шустрой и легкой в управлении. Карт с удовольствием втопил на педаль газа, крепко держа в руках маленький штурвал. Дорога пролегала по песку, между, то приближающихся друг к другу, то расходившихся в стороны скал. Дорогу землянин не знал. Охранники не подозревали о прыти этого странного чужак и обрисовали все в общих чертах. Алекс стремительно ушел от охраны, пролетел мимо внешних постов и буквально через пару минут вышел за пределы плато. В наушниках кто-то шумно ругался на местном наречии. Затем раздался гневный голос на земном языке «Вы находитесь в опасной зоне. В случае невозвращения стреляем на поражение». Алекс не стал испытывать судьбу и повернул обратно. Он летел мимо освещенных солнцем скалистых пиков, каменных стен и валунов. Он снова был в своей стихии. Виртуозно пролетев между выложенными солдатами охранных столбов, Карт вышел на посадочную площадку. В воздух поднялась пыль, осыпая ругающихся охранников. Рядом с ними стоял хохочущий Ларсен, а чуть подальше виднелись восхищенные лица местных техников.

— Ты уже смеешься? Ничего не болит? — Карт снял шлем и язвительно смотрел на друга.

— Да, местная медицина творит чудеса.

— Это какая? С длинными ногами и черными волосами.

— Ага — довольно кивнул норвежец — она провела чудесный сеанс массажа. Но вроде, как и твоя медсестричка выглядела вполне аппетитна.

— Ох, Олд, ты неисправим.

— Кто бы говорил!

После ночи любовных утех Ларсен выглядел вполне свежо. Да и сам Алекс чувствовал себя прекрасно. Молодые шалшианки, неожиданно навестившие их ночью, и в самом деле обладали целительной силой. Молодому землянину показалось, что он видел их накануне в купальной галерее. Местные девушки были также неудержимы в сексе, как и их варишанские родственницы. Даже богатырское здоровье молодых воинов с трудом выдерживало их напор. Но в отличие от их прародины это не было для шалшианок чем-то особенным. Местные мужчины вполне покрывали потребности своих подруг. Единственное, на что девушки обратили внимание, так это на больший размер мужского достоинства у землян. Удовлетворив свое сексуальное любопытство, шалшианки растворились в ночи.

Поединок состоялся через три дня. Кеоса с утра сообщил землянам, что командующий и главы кланов прибыли в Галереи. И в самом деле, в подземелье весьма прибавилось молодых и крепких мужчин. Землян до вечера не выпускали из комнат. Перед ужином за ними зашел сам Кеоса и повел короткими коридорами в гимнастический зал. Его было не узнать. Высокие каменные стены задрапированы яркой тканью, все лишнее вынесено. Осталась только бойцовая арена, а вокруг клокочущий круг мужчин-шалшианцев. В конце зала, на трибунах Карт к, своему удивлению, заметил женщин и детей. Кеоса объяснил им, что сегодня проводятся жертвенные бои. Лучшие бойцы кланов дерутся друг с другом. Схватки проводятся и по жеребьевке, и по вызову. Даже самому Иху сегодня было брошено два вызова. Это были лучшие молодые бойцы кланов, чемпионы своих регионов. Командующий должен был ответить ретивой молодежи. Таковы были обычаи местного «мужского клуба». Сегодня он имел уже две победы, а всего борцы имел право на три схватки. Воинам объявили, что третьим будет землянин. Многие уже знали, что чужак отменный борец, поэтому Ларсена встретили вполне одобрительно. Здесь уважали силу и доблесть. Норвежец быстро сбросил легкий халат и вышел на ринг.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил его Кеоса, опять работающий рефери на ринге.

— Вполне — кивнул Ларсен и сделал кульбит с двойным переворотом. Зал забился в криках, воины и так были заведены днем, насыщенным великолепными схватками и ждали «вкусного десерта».

С другой стороны на ринг выскочил Их в коротких красных штанах. Он поприветствовал всех воинов и что-то им выкрикнул. Борцы кивнули друг другу и встали в бойцовскую позу.

После крика Кеоса бой начался. Противники действовали осторожно, но вскоре Их начал свои яростные атаки. Ларсену потребовалось все его искусство, чтобы уйти от смертоносных ударов. Карт от волнения даже закусил губу. Командующий и в самом деле был великолепным бойцом! Вот уже и норвежец совершает неожиданные атаки, используя весь свой набор. Публика заходится в экстазе. И в самом деле, этот ринг такого боя еще не видел! Их действует уже осторожнее, ожидая от противника подвоха. После третьего раунда они оба идут в атаку. То один, то другой борец получает мощные удары по туловищу. Зал буквально ревет и неистовствует. Алексу как-то было дико слышать подобную какофонию звуков от обычно тихих и спокойных шалшианцев. Он с тревогой наблюдал за своим другом, смотрелся он изрядно измотанным. Хотя и Их выглядел неважно. Оба бойца уже не так быстро передвигались по рингу, осторожно поглядывая друг на друга. Первоначальные резвые прыжки сменились на шаг. Мокрые от пота торсы покрылись вездесущей красной пылью.

Неожиданно на сцену выскочил Кеоса и что-то закричал обоим борцам. Он схватил громкоговоритель и прорычал в зал на обоих языках — Именем совета старейшин и глав кланов я уполномочен остановить бой. Оба героя показали себя как отличные бойцы. Дальнейший бой приведет только к их увечьям. А вы знаете, что у нас впереди сложные времена. Так будем мужчинами!

Их молча выслушал своего подчиненного, но согласно кивнул головой. Он, чуть покачиваясь, подошел к землянину и поднял его руку в собственной. Зал взвился от восторга! Шалшианцы видели, насколько мощен этот высокий землянин, и какой он опасный противник. Но и их вождь не сплоховал, достойно отвечая чужому воину и не уступая ему в мастерстве. А то, что бой прекратили, они восприняли как вполне нормальное справедливое решение. Ведь это состязание, а не бой без правил. Здесь главное — выйти из игры достойно. Первое большое отличие между нашими расами, которое отметил для себя Карт. Земляне более упертые, обычно идут до конца. В свое время варишане ушли от решения глобальной проблемы на другую планету, но судьба их и тут настигла.

— Семлянин Харт, ты готов? — послышался рядом знакомый голос.

Алекс обернулся, напротив его стояло несколько шалшианцев, выкрашенных в ярко-красные цвета. Среди них находился тот самый Таш, глава их клана.

— Я всегда готов, саца — вежливо поклонился Карт, вызвав одобрительный гул. Взаимная вежливость здесь также считалась признаком мужественности. В момент формирования этого нового общества в пределах нормы считалось проведение дуэлей. За неосторожно брошенное слово или брань можно было и умереть. Поэтому здесь привыкли следить за речью.

Таш молча кивнул головой и показал глазами в сторону ринга.

— Ты с ним не темни, вали сразу — раздался рядом запыхавшийся голос Ларсена. Алекс оглянулся, выглядел норвежец неважно.

— Ты то, как сам?

— Да ничего, девчонки помажут, и все пройдет — норвежец пытался улыбнуться — Попал по больному месту. Надо недельку отлежаться.

— Ну, у тебя будет с кем — пошутил Карт, потихоньку разогревая мышцы.

— Да, силен вождь, нечего сказать. Я ведь по-серьезному с ним играл. И откуда у него столько здоровья?

— Он мутант.

— Чего?

— Оглянись вокруг. Они сильно похожи на варишан? Тех, кого мы видели на фресках?

— Думаешь, генетики?

— К гадалке не ходи. Ну ладно, я пошел.

— Удачи, брат!

Перед рингом землянина перехватил Кеоса. На этот раз рефери был из клана «зеленоглазых», нейтральный к обоим борцам.

— Землянин, будь осторожен. Таш любит играть по-грязному. Вроде так у вас принято говорить? Правила не нарушит, но бьется нечестно.

— Спасибо, друг — Алекс хлопнул по крепкому плечу шалшианца и выбежал на ринг.

Бой противники начали осторожно. Таш увидел в деле Ларсена, и понимал, что земляне очень сильные бойцы. Конечно же, Карт был заметно меньше по комплекции, и уступал в весе, как своему другу, так и нынешнему противнику. Оба бойца несколько минут кружились друг против друга. Алекс привычными уже движениями входил в «рабочий ритм», его мозг начал работать быстрее, а рецепторы многократно усилили свое воздействие на организм. Поэтому он не прозевал первый рывок Таша. А тот и в самом деле был хорош! Обычный боец получил бы крепкий удар по челюсти. Но Алекс молниеносно увернулся, вызвав горячий отклик в зале. Раз за разом Таш нападал на верткого стройного землянина тот стремительно уходил и сам отвечал контратакой. Шалшианец уже покрылся бисерами пота, они стекали с мускулистого тела, потихоньку смывая следы красной татуировки.

В самом начале второго раунда Таш попытался все-таки достать землянина. Алекса спасла только его молниеносная реакция, он упал на пол и перекатился в сторону, уйдя от повторного нападения. Но только встав, он не успел уйти от нападения сзади, получив болезненный удар по поясу. Спину прожгла резкая боль, сразу отдавшаяся в ноги. В зале недовольно загудели, послышался свист. Но вождю «краснокожих», похоже, было наплевать на мнение окружающих. Ему нужна была только победа, поэтому он резко нарастил удары. Красное лицо стало багровым, мышцы напрягались буграми. Карт вдруг осознал, что этот шалшианец тоже мутант. Ну, все, пора было заканчивать!

Дальнейшее поразило всех присутствующих в этом зале наповал. Только что землянин уходил низом от атаки Таша, как он уже стоит в стороне, потом летит на шалшианского бойца. Вот он уже над ним, Таш даже не успевает поднять глаза, как получает мощный удар в основание черепа. Карт бил аккуратно, ведь чуть больше приложенной силы, и перед тобой будет труп. Но все вышло по его замыслу. Вождь «краснокожих» свалился навзничь, даже не издав ни единого звука. Зал сначала потрясенно замолк, а потом буквально разорвался в какофонии звуков, издаваемых множеством мужчин. Рефери осторожно подошел к упавшему бойцу, проверил его пульс и кивнул головой.

— Теши доуга ерча!

На ринг выскочили молодые воины и стремительно подняли Карта на руки. Они пронесли его три раза по кругу, и только потом поставили на пол. Как оказалось, это было последнее состязание дня, и так приветствовали «крайнего» победителя. Таш так и не пришел в себя, и его люди унесли своего вождя в Галереи, бросая недоуменные взгляды в сторону Карта. Бой прошел честно, и не в обычаях шалшианцев таить злобу на более сильного соперника. Если ты проиграл сегодня, то хорошо подготовься к следующему бою. Месть и затаенная злоба приводит к деформации общества, стоящего на грани выживания. И поэтому они одинаково преследовались, как и боевыми командирами, так и старейшинами кланов.

— А ты могучий воин! — восхищенно встретил землянина Кеоса, он заботливо накинул на победителя шерстяной халат, в зале было прохладно.

— Молоток! — Ларсен стукнул друга по плечу — Пошли, умоемся. Нас командир на пир пригласил.

В небольшом зале были расставлены настоящие жировые светильники. Скорей всего дань обычаям. На каменном полу поставлен невысокий длинный столик. На нем стояли закуски, кувшины и много зелени.

Во главе стола сидел сам Тало Их, он подозвал землян взмахом руки и усадил рядом с собой. Алекс огляделся, за столом находились как знакомые им старейшины ареопага, так и более молодые шалшианцы, скорей всего главы кланов. Значит, это собрание неспроста. Сидел здесь и Таш, не такой краснокожий как обычно. Видимо так у местных гуманоидов выглядит бледность кожи. Он кинул удивленный взгляд в сторону землянина, но больше своих эмоций никак не выказывал.

— Сначала я предлагаю восчествовать нашего «крайнего» победителя! — Их говорил на земном языке, иногда добавляя местное наречие. Знак уважения к инопланетным гостям.

Все сидящие за столом согласно закивали головой и подняли большие кружки. Пили они пиво, только более выдержанное и хмельное. Вообще алкоголь в этом обществе не приветствовался, а крепкий был вообще вне закона. Общество, заточенное на необходимость, судьба цивилизаций стоящих на грани выживания.

Прислуживали им молодые женщины из клана Командующего. Они были одеты в длинное подобие халатов, вышитых затейливыми рисунками и орнаментами. Девушки расставили на столах подносы с дымящимся мясом. Его ели прямо руками, макая в кисло-сладкий соус, и поедая много зелени. Обычная диета пустынного кочевника.

— А ты оказывается весьма сильный воин — задумчиво пробормотал Их. Он вымыл испачканные пальцы в небольшой пиале с теплой водой — Теперь я не сомневаюсь, что ты достоин звания «первого брата». Даже я крепко бы сейчас подумал, выходить ли с тобой на бой.

— Ты тоже не обычный шалшианин — Карт смело взглянул в глаза собеседника.

— От тебя ничего не скроешь, землянин — Их усмехнулся. Затем он резко поднялся, за столом воцарилась тишина. Командующий внимательно осмотрел своих людей, решение они примут поистине историческое.

Их перешел на местный язык, землянам тихо переводил сидящий рядом Кеоса.

— Я хочу узнать мнение уважаемых старейшин и глав клана: Готовы ли мы принять предложение Первого брата земных воинов и прекратить взаимное кровопролитие? Мы испытали его, он настоящий воин и достойный человек. Он по праву меча «избранный». Я жду вашего ответа, мои соратники.

Карт во все глаза наблюдал за реакцией руководства армии шалшианцев. Те сидели с выпрямленными спинами, чуть откинувшись назад, закрыв глаза и опустив головы. Со стороны казалось, что краснокожие гуманоиды молятся своим богам. Хотя может быть, так они и было. Первым проголосовал самый старый из старейшин. Он неторопливо поднял пиалу с водой и вылил ее на пол, затем поставил посуду на стол вверх дном. Один за другим участники совета голосовали. Через несколько минут все плошки находились дном вверх. Карт почувствовал, как все еще стоящий Их чуть слышно выдохнул. Только это выдало волнение военного вождя, поставившего на кон свою репутацию. Он не спеша, поднял свою плошку и вылил воду на пол, покрытой циновками, затем оглядел зал и поставил посуду дном вверх.

— Хо! — выкрикнули хором сидящие за столом.

— Решение принято, земляне — Их перешел на Интер — Идите собираться, нам предстоит нелегкий путь.

— Куда мы едем, сац? — Карт упаковывал свой рюкзак. В комнате вместе со своими вещами рейнджеры обнаружили несколько пакетов с местной едой и самодельные баки для воды. Такие Алекс уже видел у местных воинов, аналог «пустынной канистры». Двойные стенки сохраняли прохладу воды, из горловины торчал узкий шланг с наконечником, что позволяло пить, практически не пользуясь руками. Удобная штука в безводной местности. Завернутое в вощеную бумагу лежало вяленое мясо и высушенный сыр. Здесь же находились сухие «дорожные» лепешки и немного крупы.

— Это в двух тысячах лиг отсюда — ответил озабоченный стражник — по-вашему, полторы тысячи камэ.

— Далековато — нахмурился Ларсен — а зачем нам так далеко забираться?

— Там… — Кеоса задумался — там наш самый древний храм. Мы должны получить благословение.

— Вот даже как? — Карт был удивлен. Что-то здесь было не так. Он не заметил в местном обществе излишней религиозности.

Они вышли ночью. Первый этап их пути путники двигались на местных вездеходах, неуклюжих открытых машинах, с узким корпусом и большими пневматическими колесами, которые не увязали в песке. Дорога пролегала между выступающими языками каменистого плато по песчаным барханам и обнаженному скальнику. Скорость здесь была невысокой. Водители хорошо знали дорогу, использовали очки ночного зрения. Двигались они до середины ночи, затем из-за горизонта показались сразу две местные луны, стало достаточно светло, и небольшой караван нырнул под тень большой скалы. Здесь оказалось вместительное укрытие, частью природного происхождения, частью расширенное шалшианцами.

Как понял Карт из расспросов, вездеходы обладали весьма хорошей экранированностью и защитой от обнаружения. Но они вполне наблюдались визуально, поэтому в условиях хорошей видимости их могли все-таки обнаружить. Это очень сужало возможность использования этих очень удобных машинок. Земной рейнджер с интересом исследовал технику, задавая местным водителям вполне компетентные вопросы.

А в стороне несколько охранников уже достали из багажников портативные грелки и готовили обед, вернее сказать ранний завтрак. Разваренное с крупой вяленое мясо, размоченные на пару лепешки, вот и весь скромный завтрак воина в пути. В этом укрытии был свой источник, поэтому Шалшианцы заварили собственное подобие чая. Листки для него местные женщины собирали высоко в горах.

— Сейчас поспите — к ним подошел Кеоса — Перед рассветом выйдем в путь.

Горизонт чуть набряк отголосками света. Луны уже ушли, поэтому на поверхности пока царили сумерки. Этот переход оказался пешим. Надо было до рассвета дойти до вершины отвесной стенки очередного плато.

Приходилось внимательно всматриваться в очертания скалистого отрога и думать, куда поставить ногу. Тропа была очень узкой и еле различимой. Но тренированный организм земных рейнджеров легко справился с этой задачей. Земляне совершенно не задерживали темп движения маленькой группы, заслужив несколько одобрительных взглядов охранников.

В некоторых местах краснокожие воины показывали, куда стоит ступать, а где лучше не задерживаться. Иногда по пути попадались невысокие кусты с сухими узкими листьями, полоски мха, каким-то чудом находившие здесь воду. Наверху цепочка путешественников оказалась одновременно с вспыхнувшим внезапно светилом. Повинуясь возгласам Иха и Кеоса, люди и Шалшианцы нырнули в узкую расщелину. Здесь они смогли передохнуть после трехчасового подъема.

К удивлению землян вскоре группа поднялась со своих мест и двинулась дальше. Оказывается, их путь сейчас пролегал по извилистому лабиринту расщелин и проходов, вымытых некогда водой и позже отшлифованных ветрами. Высокие стенки, временами смыкающиеся поверху, надежно защищали идущих от любопытных взоров сверху. Как знали земляне, на орбите присутствовала небольшая спутниковая группировка. Дроны-разведчики использовались здесь редко, в основном вблизи расположения земных войск. Шалшианцы были искусными воинами и часто сбивали вражеские боты.

Так они двигались почти весь день, останавливаясь только на скромный обед и полуденный чай. В паре мест путники пополнили свои запасы воды. Вода здесь являлась жизнью. Камни от местного светила раскалялись неимоверно, постоянно хотелось пить. Даже опытным воинам приходилось нелегко, к концу дня некоторых шатало от усталости и обезвоживания. Относительно бодро держались только Их и Карт.

Вечером их ждало очередное убежище, также расширенное из природной пещеры. Люди и Шалшианцы попадали наземь, переводя дух.

— Можете немного поспать — придвинулся поближе к рейнджерам Кеоса — Дальше двинемся в полночь.

— Куда мы сейчас?

— Идти придется поверху, между восходами лун. К утру мы должны быть у края Великой пустыни.

— Понял — кивнул землянин.

— Черт побери, давно мне не было так хреново — Ларсен выглядел плохо. Лицо осунулось, губы потрескались.

— Хотелось бы куда-нибудь в снега?

— Ага. Как говорят русские «хрен редьки не слаще»! — Олд достал из рюкзака кусок колбасы и начал с остервенением жевать. Готовить еду ни у кого сил не было. Только перед самым выходом воины приготовили «чай» и наполнили канистры свежей водой.

Идти в ночной прохладе было намного легче. Путники продвигались растянутой цепочкой, ступая друг за другом. Через пару часов взошла третья луна Шалши, чиркнув немного над горизонтом. Караван в это время притаился в тени невысокой скалы. Следующий марш-бросок был стремительным и смертельно уставшие путники перед самым восходом солнца попали в большую пещеру, на входе которой находились основательные защитные сооружения. Эта подземная полость оказалась настоящей военной базой. Воины с удовольствием приняли теплый душ, напились вволю и упали спать.

После целительного сна их ждал горячий ужин. Работая своей походной ложкой, Алекс смутно ощутил знакомый вкус разваренной каши.

— Похоже на концентрат из бийского гороха — пробормотал он. Сидевший напротив местный воин что-то весело крикнул, указывая на плошку землянина.

— Это он и есть — сказал Ларсен, давно расправившийся с кашей и вяленым мясом — парень сказал, что это приготовлено из трофейного пайка.

— А ты что — удивился Карт — стал так отлично понимать их язык?

— Ну, так — Олд выглядел, как сытый кот — кто-то с девчонками еще и разговаривает, кроме того, что не только разговаривает.

— Во, даешь! Способности прорезались?

— А знаешь, да. Самому интересно стало — норвежец задумался — Мы, когда с цепи сорвались, с меня как будто морок какой свалился. Мне вообще-то служба тяжело давалась, это ты у нас во всем шальной. Все эти армейские распорядки, дебильное начальство, они и так душу напрочь выворачивают. Так еще и на какой-нибудь занюханной планете тебя могут запросто угробить. И ради чего? А тут… — Алексу стало не по себе. Он оказывается, так давно не заглядывал в глаза своего лучшего друга, и не видел его боль и печали — тут мы сами по себе. И у нас есть цель, и цель, ради которой стоит жить и умирать.

Теперь я спокоен, мои мысли настроены на позитив и собирание информации. А способности, они и раньше были. Я же на севере Скандинавии рос, там и старонорвежский в ходу, и шведский, и лапландцы живут. Потом в Сибири жил, много с русскими общался, даже татарского наречия нахватался. Ты же знаешь, что во времена Катастрофы много народу со Средней Азии на север переселились. Те, которые в горах жили, хорошо адаптировались к суровому климату. И языки у них схожие, вот и образовался в итоге эдакий суржик. Татарским обозвали. Интересные у них бывают выражения.

Лицо Олда разгладилось, глаза засветились. У Алекса на душе сразу стало тепло. Он оглянулся: сидевшие в столовой воины также улыбались, хотя вряд ли что поняли из разговора этих странных землян. Флюиды хорошего настроения ведь быстро передаются окружающим. Это намного лучше, чем боль и страдания.

— Доброго вечера, сац — Карт без приглашения ввалился в небольшую комнату, оборудованную под штаб. Каменные потолки были оплетены множеством проводов, а пол покрыт настоящей керамической плиткой.

Стоявший у входа вооруженный часовой, было, поднял руку, но после жеста Командующего отошел в сторону. Стоявший у длинного стола Кеоса подвинулся и прошептал.

— Мы заняты разработкой дальнейшего маршрута.

Карт внимательно оглядел интерактивную карту, спроецированную на настоящий деревянный стол.

— Вот здесь мы — обернулся к землянину Их — а вот здесь наш конечный пункт.

Алекс с самого начала заметил, что военный вождь чаще использует в земном Интере фразы, принятые в официальном общении. У него не самый большой словарный запас обычных разговорных слов. Видимо его обучал какой-то офицер-лингвист.

— И в чем проблема? — к столу неслышно подошел Ларсен. Их покосился на высокого норвежца.

— В эту ночь наши луны уходят с небосвода. Мы называем эту ночь «ксосанадак» — время безлуния. При хорошей скорости мы можем достичь храмовой горы за одну ночь. Но ваши — командующий сделал паузу — боевые товарищи запустили недавно новый спутник, идущий перед самым рассветом. Поэтому придется разбить маршрут на две ночи. Дорога пролегает по дну древнего соленого моря, сейчас оно высохло, но представляет опасность для путников. Если разыграется буря, то поднявшаяся со дна соленая пыль убьет всех, кто находится в пути. Там очень мало убежищ.

— Прогноз синоптиков? — догадался Карт. Их молча кивнул, продолжая внимательно рассматривать карту.

— А на чем мы собирались здесь ехать?

— Воздушный катер — ответил Кеоса — ты на таком гонял у нас в гостях.

Карт задумался, затем попросил трехмерную карту маршрута и внимательно его изучил. Потом молодой землянин сел за вычисления, ловя на себе удивленные взгляды командующего, начальника стражи и сурового на вид воина, видимо, командира местной базы.

— Я могу успеть — наконец выдохнул Карт.

— Ты хорошо подумал, Ал?

— Конечно. Маршрут, в общем-то, нетяжелый, скорости нам хватит. Я успею.

— Нас всё равно засекут у самой горы — пробормотал Кеоса, Алекс поднял глаза на командира базы.

— Время подлета атмосферников почти два часа, можно проскочить — ответил тот, изрядно удивив этим командующего.

— Варка, ты на стороне землянина?

— Я знаю кто он, сац. Это легендарный «водила генералов». Если он хотя бы наполовину так хорош, как о нем рассказывают, то этот путь ему по силам.

Ларсен громко захохотал.

— Ал, слава настигла тебя на самом краю Галактики!

Карт только улыбался, он и сам был безмерно удивлен.

— У нас часто проходят обмены пленными, я узнаю от них много интересного.

— Ну, тогда ближе к делу — Алекс снова подошел к столу — нас четверо, мне еще нужен опытный штурман. Загрузка минимальная. И хотелось бы осмотреть машину перед выходом.

— Мне нравится ход твоих мыслей, землянин — кивнул головой заулыбавшийся Их.

Они шли точно по графику. В ночные очки обсохшее дно древнего моря виднелось как сплошное зеленоватое поле. Красным трассером шел предполагаемый маршрут, выставляемый молчаливым узкоглазым водителем, севшим в кресло штурмана. На катере стоял небольшой рулевой штурвал, напоминавший гоночный, поэтому Алекс быстро его освоил. Он еще в подземном гараже основательно изучил машину, придя в восторг от оригинальных улучшений, внесенных шалшианскими мастерами. Катер был заточен именно под эти места, огромный природный солончак.

Через час пути Алекс полностью вошел в свой «гоночный транс» и довел скорость движения до своего предела. С задних кресел послышались негромкие ругательства, как на шалшианском, так и на земном языках. Штурман побледнел, но работать продолжал, вовремя внося поправки. Дорога проходила по ровной пустынной местности, только иногда появлялись промоины или овраги, а также русла пересохших рек. Почти все они были вынесены на метки.

Что-то катер перепрыгивал, а что-то обходил. Пару раз буквально по наитию Карт избежал свежепоявившиеся промоины, один раз они чуть не въехали в невесть откуда появившийся песчаной бархан. Это уже четко среагировал местный штурман. Местность тут менялась постоянно. Вот и они, если доедут, внесут в карту новые поправки. А лучше было доехать. Взяли с собой они только по суточному сухому рациону и три литра воды. В случае поломки пережить палящий день в пустыне будет очень непросто. А если придет солевая буря, все, суши весла.

Пройдя половину пути, Карт сделал остановку, выйдя из кабины, чтобы размять затекшее тело.

— Держи — Ларсен подал бутыль со свежим кислым молоком, оно хорошо освежало — подарок от местных разведчиков.

Они пожевали подобие местного энергетика, высушенную и спрессованную массу из орехов и сладких ягод. Вещь не только калорийная, но и вкусная. Алекс поднял голову. До чего же здесь черное небо! Шалша находится на самом краю их Галактики, на излете хвоста спирали. В ту сторону идут только далекие галактики и странные туманности. «Что там дальше? Неужели живые существа и там ведут между собой бесконечные войны?»

— Ал, пора.

Карт кивнул головой и подошел к катеру. Во время остановки его внимательно осмотрел штурман.

Спутник засек их, когда на чуть засеревшем горизонте показался высокий пик Храмовой горы.

— Время! — послышалось с заднего сиденья, и Карт снова прибавил скорости.

Ровная поверхность солончака уже перешла в холмистую местность, временами прореженную торчащими каменными останцами. Неглубокие русла рек и речушек стали попадаться чаще. Во время сырого сезона здесь шли настоящие дожди. Поэтому маневрировать пришлось намного чаще, а при той скорости, которую поддерживал легендарный земной водитель, сделать это было очень непросто. Пришлось надеяться больше на себя, штурман только обозначал маршрут и некоторые препятствия. Но Алекс уже вошел в рабочий транс и вел катер пусть и на грани фола, но, не дергая и размеренно.

Горизонт уже запылал, когда Ларсен воскликнул

— На три, пять два летуна!

Они договорились заранее, что следить за локатором будет земной воин. Земляне и шалшианцы использовали разные методы и обозначения, поэтому быстро бы запутались.

— Принял — спокойно ответил Карт, рассчитывая время пролета атмосферника над ними. Он чуть добавил газу и уже через пару минут влетел в начавшееся поле «одиноких скал». Разрушенный временем скалистый отрог. Здесь он рассчитывал найти убежище. Штурман предупреждал о поворотах, добавляя какие-то слова на своем языке. Видимо и его вдохновил этот незабываемый полет, он с восхищением поглядывал на Алекса, признав в нем невиданного мастера вождения.

— Справа, восемь. Одиннадцать.

И в самом деле, через одиннадцать секунд над ними прошел один из земных разведчиков. Они пока не наблюдали их катер визуально, следуя за тепловым пятном. Двигатель катера сильно нагрелся, и экранирование уже не спасало. Но Карт успел поставить машину под скальный козырек, между двух отвесных каменных стен, загораживающих вид с северо-запада. Он кубарем выскочил из небольшой кабины, на земле уже стоял Ларсен и рвал рукоятку люка.

— Накидку быстро! — заорал поставленным сержантским голосом Карт. Повинуясь ему, все начали быстро натягивать над катером дополнительный тент. Занял этот непростой процесс буквально пару десятков секунд, время разворота атмосферника. Затем все быстро повалились в тень от скал, накинув на себя индивидуальные накидки, копии земных. Температура тела шалшианцев почти не отличалась от человеческой.

Раздался грохот, пилот вел разведывательную машину достаточно низко. Он раз за разом прочесывал местность, но тепловизор здесь был бессилен, а путешественники удачно замаскировались. Через пять минут грохот атмосферника стал намного тише. Ларсен чуть отодвинул накидку и занялся визором радара.

— Ушли, уф. Никогда бы не подумал, что придется прятаться от своих летунов.

Он стал потихоньку подниматься, отряхиваясь от налипшего на форму мусора. Сидевший напротив Карта штурман ошеломленно пробормотал.

— А вас опасно иметь в качестве врагов. Все земляне такие быстрые? — он кивнул на дополнительный тент.

— А ты думаешь, ик, почему мы с ними на мир договариваемся — Кеоса встал с чуть заметным напряжением — Это прирожденные воины. Обычным существам с ними сложно тягаться.

— Мы где сейчас? — Их поспешил взять бразды правления в свои руки. Шалшианский лидер вскочил и заглянул на приборную панель катера.

— Мой, командир, до входа в тоннель три лиги.

— Совсем рядом, можно и пешком дойти.

— Зачем? — сделал предложение Карт — На малом ходу я здесь спокойно проеду, мотор остыл, далеко «светить» не будет.

— Тогда ладно — согласился командующий — штурман тебе покажет дорогу.

— Ну, и долго нам ждать? — Ларсен опять приложился к трубке, всасывая воду из подаренного шалшианцами наспинного бачка. Солнце приближалось к зениту и становилось достаточно жарко. Местные подкинули их рано утром на тропу патрулирования дальнего земного гарнизона. Сектор был достаточно спокойным, и можно было не опасаться, что тебя сначала застрелят, а потом будут разбираться, кто ты есть такой.

Обряд на Храмовой горе прошел достаточно спокойно. Местные хранители древних традиций с большим любопытством просмотрели кадры, привезенные землянами, и отслужили ночную службу. План Командующего и ареопага был одобрен. Как понял Карт, здесь находилось гражданское правительство шалшианцев. Власть их мудрыми предками была сразу разбита на несколько составляющих, придавая обществу достаточно гибкую конфигурацию. И для принятия официального решения требовалось согласие всех ветвей власти: правительства, армии и сообщества кланов.

— А вот и орлы — смочил горло Алекс и встал во весь рост — а ты сиди пока, эдакая дылда еще испугает парней.

К вершине холма приближалась пара колесных машин. Скутеры с гравиприводом здесь использовали редко. С одной из машин спрыгнуло четверо гренадеров. На второй машине зашевелился ствол небольшой импульсной пушки. Два пехотинца разошлись по бокам, а двое потихоньку начали продвигаться к рейнджерам. Карту не понравились их действия и вид, слишком уж испуганными они выглядели. Скорей всего новички, хрен знает, что от них ожидать.

— Парни, вы бы поосторожней, а то еще подстрелите «первого брата» — встал рядом с другом Ларсен.

Молодые бойцы заозирались, а из второго вездехода выскочил длинноногий капрал. Он что-то скомандовал своим подчиненным и уверенно подошел к Карту.

— Я узнал вас, сир — веснушчатый гренадер улыбнулся и подал Алексу руку — очень рад знакомству. Я Саша Дружинин. В нашем гарнизоне пока мало «братьев». А как вы здесь оказались? Тут нет караванных путей, да и обычно об обмене пленными нас предупреждают.

— Извини, брат, но это закрытая информация.

— Понятно — капрал спокойно кивнул головой, парень бы с понятием — тогда садитесь ко мне в машину. Через полчаса будем в гарнизоне.

Земная база оказалась компактной и хорошо оборудованной. Невольные путешественники с удовольствием приняли горячий душ и сменили белье. Пока они ждали из стирки свою униформу, их попытался допросить местный разведчик, совсем молоденький лейтенант. Это была обычная практика, еще в процессе учебы курсанты офицерских академий получали свое первое звание и опыт в боевых войсках. Разведчик конечно же был послан подальше, на что сильно обиделся и убежал жаловаться начальству.

Майор Янош, начальник базы уже оказался предупрежден кем надо, и на вопли новичка никак не среагировал. А вечером рейнджеров вызвали к прилетевшему в место расположения начальнику разведки сектора. Именно его они и требовали. Несколько часов велись долгие и тяжелые переговоры, после которых взмыленный капитан заперся в радиорубке, выгнав оттуда всех дежурных. Начальник базы в это время сидел рядом со странными гостями и пил кофе. Майор готовился уйти в отставку, поэтому на рожон не лез и куда не надо нос не совал. А то, что происходит нечто неординарное, он понял при первом взгляде на этих наглых рейнджеров. Больно молоды они для таких высоких званий, да и наград хватит на пару бывалых отставников. Вскоре произошло вообще неслыханное: на отдаленную базу совершил ночную посадку дальний флайер планетарного командующего.

Вся последующая неделя прошла для друзей в хлопотах. Прилетевшие разведчики из штаба галактического сектора было начали качать права, но более сведущие в таких делах коллеги «на земле» быстро перехватили процесс на себя. Поэтому вместо множества формальностей рейнджеры занимались конкретными делами, сводили обе стороны друг с другом, и утрясали детали. Планетарный командующий передал весь процесс в ведение молодому полковнику Басову, ученику самого Франхейма. Поэтому Карт и Ларсен через три недели смогли продолжить свой путь дальше. А на Шалше началось негласное перемирие.

Нет, на бумагах и отчетах мало что изменилось. Шли нескончаемым чередом доклады о боестолкновениях, дальних рейдах, планы о предпринятых мерах. Обычная рутина на непримиренной до конца планете. Все также шел поток раненых и больных. И только кадровики рекрутационного центра знали, что с некоторых времен поток капсул с «последним одолжением» внезапно начал пересыхать. Кто-то из статистиков сразу же доложил в управление Генерального Штаба, а там уже местный орденский куратор отправил срочное сообщение своему начальству.

Через полгода на доклад к Третьему регенту попросился куратор контрразведки.

— Сир — начал он почтительно — у меня жалоба на бездеятельность адмирала Нахимова.

— Неужели? — подобие усмешки мелькнуло на восковом лице старого человека — Представляете, советник, адмирал также жалуется на вас. На излишнее рвение ваших подчиненных.

— Мы выполняем свою работу, сир — поджал губы Франц. Все-таки этот несносный адмирал его и здесь опередил.

— Я понимаю вас, советник. Но не забывайте о деликатности методов работы нашей Дальней разведки. От вас слишком много шума.

— Зато есть результаты. Вы читали мой доклад, сир?

— Любопытный — кивнул головой регент — вы утверждаете, что эти «братья» ведут свою игру.

— Да, и у меня есть неопровержимые доказательства. Небезызвестный вам штатс-сержант Карт и его подельники развили достаточно бурную деятельность. Они подделывают документы, устраивают себе незаконные переводы. Шастают с планеты на планету.

— Ну, во-первых, документы у них подлинные, советник. Хорошего же вы мнения о нашей армии. Она еще не так глубоко разложилась, и дисциплина соблюдается достаточно четко. А вот методы получения предписаний мне пока не понятны.

— Мы работаем над этим, сир. Но внедрение в среду «братьев» достаточно сложно.

— Скажите, советник, а вы знаете, что происходит на этих планетах? На которых побывали эмиссары «братьев».

— Точно нет, сир. В Действующей Армии мои полномочия ограничены.

— Ну, тогда вам будет любопытно узнать, что указанные космические объекты являлись аренами вялотекущих боевых действий. И вот что любопытно: на них некоторое время назад местными командующими заключались с противником «ленивые перемирия».

— Это как, сир? — Франц наклонился вперед.

— А это значит, что боевые действия ведутся как бы понарошку. Вроде и стреляют, куда-то выезжают, но по настоящему бои не ведутся.

— Любопытно — куратор потер руки — А зачем такая сложная имитация? Не проще противнику сдаться?

— Нет, не проще, советник. Но самое любопытное, что практически прекратился поток нескончаемых смертей. Да и большинство раненых это просто-напросто приписки. Нахимову стоило много трудов раскопать эти факты в залежах нашей необъятной статистики.

— Это что же, получается — ошеломленно прошептал Франц — эти парни заключают фиктивные перемирия и добиваются радикально сокращения потерь?

— Они берегут своих братьев. Между прочим, это прямая миссия нашей Организации, советник.

Куратор контрразведки молчал, он был честным служакой, и знал, что такое долг. А тут появилась эдакая дилемма — работать против тех, кто фактически выполняет работу Ордена.

— Вот поэтому, советник, сверните свои контакты с Нахимовым, а информацию старайтесь собирать опосредованно, не вмешиваясь напрямую в идущие дела.

— Понимаю вас, сир.

— И еще, Франц — Третий поднял свои выцветшие глаза — приглядитесь повнимательней к самому адмиралу и его тайным отделам.

— Будет исполнено, сир.

После ухода куратора регент еще долго всматривался в специальный планшет, дающий воспроизведение прямо на хрусталики глаза. Он все больше и больше погружался в задумчивость, но неожиданно поднялся и подошел к панели связи.

— Дежурный, прикажите подготовить катер.

— Куда летим, сир? — капитан был явно удивлен. Регент уже несколько лет никуда не выбирался.

— К Первому Регенту, у меня срочное дело — глухо ответил Третий и повернулся к экрану. В его жизни оставалось еще одно Дело.

Между небом и землей

Алекс Карт наблюдал за погрузкой большого транспорта. Эта база принадлежала Дальней Разведке. И занесло их сюда совершенно случайно. На окраине Галактики сложно поймать подходящий транспорт. А тут на орбите Сефциара оказался почтовый клипер, и там как раз освободилось два пассажирских места. Это был, конечно же, не роскошный лайнер: питание из подогретых пайков, мытье раз в три дня, тесные каюты. Обычная рабочая лошадка дальних рубежей. Но рейнджеры были ряды и этому.

Они здорово умаялись на не очень любезной к ним планете. Сефциара слыла весьма влажным миром, относительно сухие области находились только ближе к полюсам. Где и располагались земные гарнизоны. Переговоры о «мирном сосуществовании» с местными аборигенами проходили сложно. Бледнолицые гуманоиды оказались весьма дотошными существами, даже можно сказать скрупулезными и мелочными. Карт и Ларсен совершенно сбились с ног, пересекая туда-сюда бесконечные сефциарские болота. Городки гуманоидов находились на плавучих островках. По ночам, выходя из-под тростниковой крыши, надо было быть осторожным. Свалиться с узкого прохода между домами не составляло большого труда. Жилища туземцев стояли на высоких сваях, поэтому упавший сразу попадал в объятия трясины, где проживало немало ночных хищников. В особо опасных местах по ночам даже ходили патрули, здесь водились и хорошо ползающие твари.

Короче, приключений на долю рейнджеров выпало сверх плана. Хорошо хоть местные начальники оказались парнями хваткими и опытными. Не в каждом дальнем гарнизоне имелся адекватный командующий. На некоторых планетах в дела «переговорщиков» вмешивались военные полицейские. Им казалось подозрительным тесное общение двух «левых» сержантов с местными непокорными племенами. В итоге за неполные восемь месяцев «старшие братья» имели пять замиренных планет, и еще на двух военные действия велись с намного меньшим ожесточением. Неплохая работа!

Конечно же, двум рейнджера в одиночку такие масштабные дела были бы не под силу. С помощью друзей генерала Франхейма удалось решить многие проблемы. Сам Карт, как и Ларсен, и их друзья оказались в составе специально набранного отряда «дальних действий». Официально спецотряд номер Два занимался операциями на Дальних рубежах Действующей Армии. Подчинялся он напрямую руководству корпуса Мобильной Пехоты. И командиром туда назначили полковника Саади Али. Карт, прибыв на базу отряда, был весьма удивлен неожиданной встречей. А полковник удивился еще больше, узнав, что взвод Карта действует по своей «специальной» программе. Но бывший командир «Носорогов» оказался человеком опытным и честным. Он также спокойно перенес известие о распространении «братьев» в его подразделении. Солдаты и так знали, что этот темнолицый офицер не любит разбрасываться своими подчиненными, заранее, четко планирует все боевые выходы и приветствует инициативу подчиненных. Али постарался набрать в новый спецотряд проверенных ветеранов, на которых можно было положиться.

— Ну, что? — Алекс обернулся к подошедшему другу.

— Нет ни фига — Олд пожал плечами — Похоже, мы тут надолго застряли, одни транспорты идут. На местном планетоиде какой-то редкий материал добывают, для этого собственно тут и база торчит.

— Попали — протянул задумчиво Карт, а потом усмехнулся — Странно, раньше мы бы радовались, что есть возможность дурака повалять, а теперь все по-другому.

— И не говори — Ларсен достал жевательный брикет — все куда-то спешим, чего-то хотим.

— Ладно, не гоняй!

— Эй, бродяги! — раздался из сквозного прохода смутно знакомый голос. Алекс обернулся: на свет вышел молодой пилот в залихватски одетым синем берете.

— Какие люди! — обрадовался рейнджер и подошел к космолетчику.

— Осторожней, рейнджер — поморщился флотский от крепких тычков в спину.

— Да я чего? Вот Ларсен тебя похлопает, тогда можно сразу в госпиталь записывать. Олд, знакомься, это Макс Грего — чемпион среди пилотов рейдеров.

— Здорово — Ларсен старался сильно не жать руку.

— А вы что здесь?

— Да застряли. Нам в сектор Бис-Омега пять надо. И как назло туда ни одного подходящего транспорта, одни грузовики.

— Бывает — кивнул головой молодой пилот. Потом немного подумал и высказал — А ведь наш крейсер как раз в ту сторону направляется. Я попробую договориться с боцманом. Он нормальный парень.

— А дальше как? — нахмурил лоб Алекс — Вы же по базам не паркуетесь.

— Что-нибудь придумаем. У нас же пара тысяч человек команды, постоянно снабжение подходит. Можно потом на челнок перепрыгнуть.

— Тогда заметано.

Второй старшина Франц Беккенбауэр дотошно изучил документы двух странных сержантов рейнджеров. Его несколько напрягло указание в путевом листе какой-то особой миссии, не любил он всяческие секреты. Но бравый вид настоящих бойцов и внушительный список наград несколько сгладил первоначальное мнение опытного боцмана. Беккенбауэр сделал пару звонков «кому надо» и отметил галочку на своем раздвижном планшете.

— Так парни, двигайте на шестой уровень, кубрик пятьдесят семь. Там есть несколько свободных коек, и не отсвечивайте на палубе. В обозначенном секторе будем дней через десять.

— А что так долго?

— Штатс-сержант — старшина посмотрел на сухопутного как на больного — мы вообще-то на боевом патрулировании.

— Понял — кивнул головой Карт — Тогда будем отдыхать.

— И то верно.

Пятьдесят седьмой кубрик предназначался для командированных, поэтому был не обихожен и несколько запущен. Карт, критически осмотрев помещение, использовал свое право старшего, направив энергию бойцов в нужное русло. Через двадцать минут среди амортизационных коек, встроенных шкафчиков и откидных столиков ползали автоматические уборщики. Ларсен возился с настройкой вентиляции, а взбодренные пятиминутной «рейнджерской» разминкой командированные «технари» переустраивали конфигурацию кубрика, убирая лишние койки и шкафчики. Крейсер-матка был на боевом дежурстве, поэтому предметы мебели здесь были особыми. Не допускалось ничего свободностоящего, незакрепленного и вообще лишнего, болтающегося в пространстве хлама. В случае боевой тревоги и последующих резких маневров, да и при попадания вражеского снаряда, все незакрепленное на палубе могло стать причиной очень неприятных последствий. Минут через сорок пятьдесят седьмой кубрик было не узнать. Старшина палубы, заглянувший было на возникший шум, удовлетворенно хмыкнул и стукнул Карта по плечу

— Вот сразу видно боевого командира! Сержант, заходи вечером на чай.

Кроме настоящего земного чая /живут же космофлотчики!/, подавался странный темный напиток. Флотские называли его Ромом, но производилось спиртное явно не на Земле. Напитки разливались в меру. Все-таки они находились на боевом дежурстве. После непродолжительной смены отдыха большинство присутствующих флотских снова заступали на вахту. Служба на Флоте имела свои особенности и подчинялась железной дисциплине. На огонек заглянул и Беккенбауэр. Он удовлетворенно кивнул, увидев рейнджеров в каптерке у местного старшины.

— Значит, уже устроились? Молодцы! Фрэнки, налей и мне кружечку, но не более.

— А что так, боцман? — поинтересовался вихрастый матрос, протягивая дымящуюся фарфоровую кружку.

— Завтра полеты рейдеров запланированы. Будет много возни на полетной палубе. Сами знаете — кивнул Беккенбауэр рейнджерам — без хозяйского взгляда в нашем деле никуда.

— О, вот вы оказывается где! — возник на пороге Грего, затем он бесцеремонно перехватил у матроса кружку и присел у маленького откидного столика — Завтра я не летаю, можно и пропустить кружечку.

— А что так, здоровье не позволяет? — ехидно поддел пилота старшина палубы.

— Да нет, завтра новички летают. Мы же в спокойном секторе.

— Да где уж сейчас спокойно то? — пробормотал молчаливый старший матрос с нашивками оружейника.

— Мы в открытом Космосе — пожал плечами пилот — А вы уже познакомились с лучшим водителем Армии?

— Ты, сержант, водитель? — удивился боцман.

— Бери больше — усмехнулся Грего — Это и есть тот самый «водила генералов».

— Да не может быть! — флотские удивленно уставились на сухопутного — Я, честно говоря, думал, что это байки.

— Франц, а сколько подобных «баек» у нас на Флоте?

— Да хватает — боцман усмехнулся — Ну, тогда за встречу, рейнджеры! Выпьем за братство между родами оружия!

Флотские заинтересованно расспрашивали Карт и Ларсена о подробностях того неудачного рейда. Оказалось, что пара человек из присутствующих были тогда на орбите Калунии. Тогда и флотские понесли чувствительности потери. Ведь на космическом боевом корабле обычно погибают практически все, редко кому удается прыгнуть в спасательные капсулы. Да и не всегда флоту затем удается разыскать их в безбрежном пространстве. А радиомаячок может как раз наоборот привлечь к себе врага. В Космосе даже не считается зазорным сдаться в плен. А это многие месяцы, бывает и годы, на чужбине, во враждебном окружении. Пока не накопится достаточно пленных для обмена.

— Все-таки водить наземные тарантасы это не то, что наши аппараты — лениво протянул старшина.

— Почему? — встрепенулся Ларсен — Алекс что угодно может вести, он водила от Бога. Ты бы видел его на Диких гонках.

— Ты и там успел отметиться? — удивился подвыпивший Грего.

— Он чемпион, брат — усмехнулся Олд — Я еще на гражданке эти гонки видел.

— Так может он еще и на рейдере смогёт?

— Да без проблем! — очнулся от размышлений Карт, мысль ему показалась интересной.

— Ты серьезно? — хмель из пилота вылетел, как воздух их разбитого отсека.

— А он вообще очень серьезный человек — положил норвежец свою могучую руку на плечо Грега — Ты много видел здесь людей с алмазной звездой?

Пилот рейдера задумался, а Беккенбауэр, поставив чашку на столик, заинтересованно смотрел на Карта.

— А за что получил, сержант?

— Рейд на Октавии пятнадцать — взглянул прямо в глаза флотского Алекс.

— Постой, постой — встрепенулся вихрастый матрос — так это ты тот самый парень, который вывел из окружения штурмовой десант?

За столом загомонили, не каждый день им попадаются легендарные личности. А Беккенбауэр еще больше задумался, и придвинулся к рейнджеру поближе.

— Так, значит, ты и есть «первый брат»?

Карт только кивнул головой. Боцман удовлетворенно откинулся в кресле и взглянул на пилота

— Грего, а ты чего задумался?

— Да вот считаю, какие тренажеры нам понадобятся.

— Ты это серьезно?

— А почему нет, Франц?

— Ну, раз такая пьянка — на лбу боцмана образовалась глубокая складкам — то и я в теме.

Ларсен, осоловело наблюдая за собеседниками, только крякнул

— Ну, вы, братцы, даете? Это что, по-настоящему из Ала пилота строгать будете?

— Ну, как-то так — совершенно серьезно проговорил Грего.

Норвежец молча махнул мензурку рома и уставился на Карта.

— Смотри, Ал, берега не потеряй.

Эта фраза из русского языка почему-то часто использовалась именно рейнджерами, флотские на нее внимания не обратили. Но Карт понимающе хлопнул друга по плечу и двинулся в кабинку с удобствами.

С этим делом на боевом крейсере было достаточно сурово. Перед вахтами даже очереди выстраивались из страждущих бойцов. Лимит воды, небольшое количество кабинок, отсутствие избыточной вентиляции и освежителей воздуха, вот такое реалии космических будней.

При транспортировке больших количеств войск обычно использовали камеры глубокого сна, поэтому получалось сильно экономить ресурсы и поставить достаточное число кабинок. А в боевом флоте, не вылезающем из Глубокого Космоса, все упиралось в запасы, получаемые кораблем во время патрулирования. Постоянное несение вахты, большое число элементов сложной боевой техники, невозможность полностью автоматизировать процесс боевого дежурства требовали присутствия значительного количества экипажа. На этом крейсере-матке служило более тысячи флотских, и это на одном из самых современных кораблей, построенных на Лунной орбитальной верфи. На старинных колымагах экипаж был еще больше. Старые, технически развитые цивилизации спиральщиков не слишком охотно выделяли Земной Федерации тяжелые боевые корабли. Орбитальные истребители, фрегаты боевого охранения, базовые станции — это, пожалуйста. А в серьезные игры надо приглашать Больших ребят. Такая стратегия землян не очень устраивала, и они понемногу сами построили тяжелый флот и, используя возможности самых близких союзников, вроде вискончиан, обеспечили Дальнюю разведку вполне современными кораблями. Хотя до сих пор самой мощной единицей флота Спирального Альянса был флот Суфкании. Именно он охранял Дальние рубежи и вполне достойно нес свою долю боевых испытаний.

— Ну, куда ты крутишь! — Грего отчаянно махал руками. Карт опять совершил обычную ошибку «чайников», перепутал верх с низом. Главное отличие пилотажа в космосе от вождения над поверхностью, это умение «видеть» верх и низ. Здесь нет твердой земли и высокого неба. Во внепланетном пространстве вообще непонятно, что считать низом. С этим еще можно разобраться на орбитальном курсе, но именно сейчас, вдали от звездных систем, сорвавшись с взлетной палубы, ты сразу мог потеряться в пространстве.

Поэтому земляне давным-давно приняли принятую среди спиральщиков систему координат. Ось горизонтали проходила вдоль воображаемой плоскости, проходящей через центр нашей Галактики, имеющей, в общем-то, форму спирали. Кто и когда начертил эту воображаемую линию, было неизвестно. Она проходила по ряду созвездий уже давно ушедших из этой Х-плоскости. Что дало астрономам считать, что такой порядок координат придуман некой цивилизацией сотни тысяч, или даже миллионы лет назад. Как бы то ни было, но именно такие оси горизонтали и вертикали были забиты во все бортовые компьютеры всех цивилизаций Альянса. Существовали еще два особенных параметра космоплавания: вперед и назад. Именно этими четырьмя параметрами, кроме обычных и руководствовался Карт, находясь сейчас в учебном тренажере. Если рули управления скоростью и маневрами он освоил на удивление легко, то на пространственном ориентировании споткнулся.

— Обычное дело для сухопутных — объяснил бывалый инструктор старший матрос Доминик Рошто — за долгие годы в тебя вбились определенные рефлексы, поэтому ты так и действуешь. Для того пилотов и учат не менее двух лет, во внеземном пространстве и в условиях невесомости.

— Нам не нужен ас, Доминик — весело ответил Грего — нам нужно только вылететь и вернуться обратно.

— Думаешь, старик разрешит полет?

— За ним должок, дружище. Так что без проблем. Ал, пойдем бриться, пора примерять шлем.

Карт кивнул головой, начинается серьезная учеба. Лысые головы у пилотов появились неспроста. Дергать в скоротечном бою ручки и педали было делом долгим и неблагодарным, поэтому психотехники земли использовали старинные наработки спиральщиков, используя специально сконструированные для этого шлемы. Они напрямую улавливали нервные импульсы, и управляли машинами, минуя возможности тактильности. Точность и маневренность становились выше на порядок. А в космосе обычно скорости движения намного больше, поэтому и скорость реакции должна быть выше. Автоматика использовалась для помощи в вычислении и нивелирования ускорений. Обычный полет проходил в полуавтоматическом режиме, ручной включался в непосредственном контакте с противником. И этому было банальное объяснение: математика то во Вселенной везде одинаковая, поэтому вычислить алгоритм действий вражеской автоматики очень просто. А вот просчитать действия реального пилота может только достаточно сложный кибермозг, для обслуживания которого нужна целая команда. Поэтому небольшие корабли и рейдеры таковыми не обладали.

Через полчаса Карт демонстрировал выбритые виски и тыльную часть головы. Волосы оставили только сверху.

— Ха, ну ты и ирокез! — засмеялся Ларсен.

— А это кто? — обернулся от зеркала на друга Алекс.

— Ну, ты даешь. Это же на северном континенте те ирокезы и жили, должен бы знать.

— Я не специалист по старой истории Континента — пожал плечами новоиспеченный пилот.

— Зря, прикольные были ребята. И эти прически, говорят, оттуда.

— А ты-то куда намылился?

— Так ты весь в учебе, а мне скучно. Вот и замутили с Домиником небольшой турнир. Тут оказывается, много любителей подраться.

— И, кажется, я догадываюсь — Алекс хитро посмотрел на друга — что турнир этот имеет материальный приз. И ты, собакин сын, не предупредил местных о своих регалиях.

— Это их проблемы — засмеялся Олд, показывая собственные великолепные зубы.

Вечерами Карт проводил много времени в камере гипно-учебы. Каждый землянин с малого детства умел работать с этим «даром небес». С помощью умных машин знания стало получать гораздо проще. Ведь человеческий мозг очень гибок и мощен. Обычными средствами его невозможно загрузить полностью. Но и вмешиваться в его работу следует очень осторожно. Неумелое общение с камерой гипно-учебы приведет не только к неослабной головной болью, и, в конце концов, и к психическим расстройствам. Но земляне, привыкшие еще в малой и старшей школе пользоваться чудо-техникой, обычно не сталкивались с подобными проблемами.

После учебы новоявленный пилот прошел на очередной этап турнира, который собрал несколько сот свободных от вахт космофлотских. Борьба проходила в посадочном ангаре, прямо под ионными шлюзами. На расчищенной от технике площадке сходились в схватках самые крепкие парни крейсера. Главным судьей назначили старпома корабля Гуннара Грена. Высокий и худощавый командор сидел на подъемной стреле, внимательно наблюдая за борцами. А вокруг, сидя прямо на технике, вися на передвижных технологических платформах или кранах, свистели, орали, просто весело бесились члены экипажа крейсера. Длительные полеты в космосе оказались не по нутру человеческой натуре. Бесконечные внеземные пространства очень утомляли людское воображение, а длинные вахты отупляли. Поэтому иногда требовалась разрядка. Алкоголь во время боевого дежурства был под запретом, и поэтому занятия спортом командованием весьма приветствовались. Во флоте же прописалось множество адептов древних «восточных практик», неоднозначно воспринимаемых командирами.

Ларсен и тут оказался на высоте. Шутя, он раскидал первых трех соперников. На четвертую схватку ему выставили огромного механика- сверхсрочника. Здоровенный как бык, и сильный как медведь, старшина попытался взять сухопутного нахрапом. Но тут уже сказала свое слово более изощренная техника старого борца. К тому же ушлый норвежец очень многому научился как у шалшианцев, так и других жителей «замиренных» планет. Благодарные инопланетяне охотно делились знаниями с непревзойденным земным бойцом. Так что продержался механик чуть дольше остальных. Крики в ангаре стали просто оглушительными, зрелище великолепных боев завлекло всех без остатка. Командор Грен только поморщился от неудачи своего протеже, но турнир остановил до следующего вечера. Таков был регламент.

— Пестрый, один — назвал голос позывной «пестрой» эскадрильи — взлет разрешен.

Карт осторожно двинул джойстиком, дальше уже работал шлем. Ионный шит, мерцающий над взлетной палубой рассекся, и шустрая летающая машина взмыла вверх. На боковых экранах стала отчетливо заметна темная громада крейсера. Звезды здесь были далеко, поэтому освещался корабль очень слабо. Кое-где, в районе регламентных работ, виднелись мощные прожектора. Крейсер — матка спокойно дрейфовал в заданном квадрате, совсем рядом с навигационным маяком.

Экраны впереди мерцали зеленым, там светилась пространственная сетка, обозначая окружающую пустоту понятными только специалистам метками. Иметь оптические иллюминаторы в космосе совершенно бессмысленно, расстояния и скорости огромны. Поэтому навигация шла по искусственно заданным параметрам.

— Следуйте в мадженту пять.

— Принял — спокойно ответил Карт. Сидеть в скафандре пилота очень непривычно. Хотя эту обтягивающую одежду вообще было сложно назвать защитным скафандром. Внутри кабины пилот помещался в противоперегрузочную камеру, а одежда скорее служила предохранителем от синяков и пролежней. Ну и, конечно же, имелись на скафандре трубки для вывода мочи и более твердых отходов. Ведь рейды могли продолжаться несколько дней. Алекс, осторожно работая джойстиком, вернее мыслительными импульсами через шлем, развернул рейдер в нужную сторону.

Земляне в искусственно заданных координатах использовали цветовые шкалы разложенного «белого света», от фиолетовой до красной части спектра. Цвета назывались древним языком Континента. Маджента являлась пурпурным цветом и на шаре цветового охвата была впереди, немного правей и выше координаты «Прямо», то есть идущей поперек оси горизонтали Галактики. А минус пять значило, что стоит опуститься на пять уровней от вначале заданной нулевой «цветовой» точки. В этом трехмерном пространстве намного сложнее обозначить трассировку, поэтому проще двигаться к определенной точке, корректируя дополнительно высоту.

Близость больших Гравитационных объектов привносила в трассировку свою сложность, заставляя двигаться изогнутыми от воздействия больших масс маршрутами. Вычислительные центры в таком случае услужливо предоставляли варианты различных маршрутов, а пилот уже действовал самостоятельно. Чем-то это было похоже на работу космодесанта. Ты, и только ты в ответе за свои действия. Цена ошибки — собственная смерть. А смерть влекла за собой невыполнение боевой задачи и соответствующие проблемы твоих товарищей по оружию. В Большом Космосе можно выжить только действуя сообща. Таковы уж были правила этой жестокой игры.

— Я на точке — скупо сообщил на мостик Карт.

— Барражируйте на месте полчаса — поступил короткий приказ.

На самом деле рейдер совершал движения на десятки камэ, отскочив от самого крейсера на пару сотен. Расстояния в космосе измерялись совершенно по-другому. Эскадрильи сообща могли залетать на миллионы камэ от базы.

— Пестрый один, круговыми на базу — поступила новая вводная.

Карт заложил вираж вправо, и… потерял ориентацию. Впопыхах он слишком резко дернул, и рейдер закрутился.

— Черт побери, Ал, ты, что опять делаешь? — раздался недовольный голос Грего.

Карт попытался успокоиться и унять цветовое мельтешение на экране, но опять запутался и вместо йелоу остановился на рине. Рейдер вместо правильного нарезания кругов хаотично кувыркался, а затем повернул не туда и прошел мимо крейсера.

— Вылезай — мрачно скомандовал Грего. Кабина сбоку от Алекса открылась, показывая внутренности учебного ангара. Ученик освободился от подключенных клемм и шлангов, затем неуклюже выбрался из учебной кабины.

— Рано мы на полную имитацию засели, давай на ментальные мониторы. Отрегулируй пространственное мышление до автоматизма, а потом уже думать начинай. Ты меня понял, Ал?

— Вполне, Макс. У нас, когда на следопытов учили, такой же принцип вдалбливали. Но на самих планетах ориентироваться проще, если улавливаешь меридианы и магнитные полюса.

— Вот даже как? — пилот задумался — У меня тут одна идея появилась, как твои уже приобретенные способности использовать в нужном направлении.

Затем был непростой разговор со старшиной-настройщиком, благо парень попался опытный и сообразительный. Он быстро перепрограммировал локальную сеть и перешил настройку некоторых учебных аппаратов. И дела у новичка сразу же пошли в гору. Карт начал использовать свои навыки следопыта-проводника, ведь алгоритмы ориентирования в пространстве были схожими. Через два дня он вполне удачно «летал» на имитаторе.

А Ларсен в течение нескольких вечеров получил титул непревзойденного борца, и также приз в виде гостевого пропуска на любой крейсер-матку Земного флота. Награда была высокая и вполне заслуженная. Высокий норвежец не проиграл ни одного боя, и все заправские борцы крейсера выстроились в очередь к нему на занятия, считая рейнджера настоящим гуру рукопашного боя. И в самом деле, Карт также отметил, что его друг в последнее сильно изменил приемы своих. Он и раньше с удовольствием воспринимал различные методы боя, а, побывав на дальних планетах, и пообщавшись с далеко не самыми мирными аборигенами, Олд узнал много нового и необычного, и с воодушевлением применять увиденное на практике.

— Этот парень далеко пойдет — проговорил Стив Арчибальд, второй старшина, здоровенный парень сверхсрочник. Он с Картом наблюдал очередной учебный боя на спортивной площадке. На боевых кораблях со свободным пространством всегда напряг, но для спорта его все-таки находили. Инженеры применяли обычно метод конструктора — то есть одно и тоже помещение могло использоваться для различных мероприятий. С раннего утра это гимнастический корт, потом поле для мини-футбола, затем бойцовый ринг. Карт с любопытством наблюдал, как в любом свободном углу или широком коридоре были вставлены спортивные тренажеры или беговые дорожки. И они редко пустовали. Искусственная гравитация на боевых кораблях была чуть ниже земной, работа больше сидячей, поэтому для поддержки тонуса мышц требовались постоянные тренировки. Пусть при этом и расходуется больше кислорода и увеличивается нагрузка на очистные сооружения, зато экипаж всегда в форме. А зависимость хорошей реакции и отличной физической формы ученые заметили очень давно.

Старшина еще раз посмотрел на необычные движения залетного рейнджера и продолжил

— Я, честно говоря, рад, что присутствую при зарождении нового стиля боя. Твой друг создает что-то по-настоящему необычное. Он и так очень сильный борец, а тут… что-то совершенно непостижимое.

Вскоре к ним присоединился Ларсен, жадно присосавшись к фляге с напитком. Местную воду было невозможно пить, поэтому члены экипажа соревновались в производстве тонизирующих напитков изо всего, что можно было достать.

— Неплохо — Олд кивнул на флягу — Из чего это?

— Кыштымский орех — ответил Арчибальд — по случаю достал. Скоро обещают танкер с настоящей родниковой водой, хоть попьем обычной питьевой водички. Не представляешь, как надоели все эти компоты.

— Да — кивнул головой Карт — и жрачка у вас отвратная.

— Что ты хочешь? — старшина повернулся к рейнджеру — Представляешь, сколько в день требуется еды для всей этой толпы? А мы месяцами болтаемся между базами, да и там не всегда имеется хороший выбор.

— Ал, у нас ведь тоже в глубоких рейдах питаться приходится всякой дрянью.

— Тоже верно.

— Да сейчас еще ничего — флотский лениво потянулся — вот помню, полтора года назад попали мы конкретно. Тогда в зеленом дальнем секторе стычки не прекращались. Помните, наши Калунию обратно брали?

— Еще бы — скривился Карт. Последний десант на эту кровавую планету обошелся рейнджерам во множество жизней. Правда, в этот раз они погибли не зря, планету все-таки взяли.

— Так вот, наша флотилия тогда бомбила выдвижные базы центровых. Рейдеры из полетов не вылезали, вся команда в мыле. А эти хитрые твари из Союза взяли и врезали по нашей общей с суфканийцами базе снабжения. Триста наших парней и столько же союзников распылились на атомы. Даже обломков от них не осталось. Наш адмирал потом их флотилию догнал, знатная мясорубка тогда получилась. Покоцали центровых конкретно, но мы то сами вообще без снабжения остались. Боезапас чуть ли не в минус ушел, топливо только на пару эскадрилий рейдеров. Жрать практически только один сухпай и остался. Мы же уже пару месяцев в рейде шли. А с водой вообще полный капец — пришлось перейти на техническую.

— Ой — Ларсен скривился.

— Вот тебе и «ой» — недовольно крякнул Арчибальд — тут как в пустыне: на руки по норме, души отменены, салфетками терлись, в клозетах гигиеническая пена.

— Да уж — передернул плечами Карт — представляю, какая тут вонь у вас стояла.

— И не говори — кивнул старшина — на заправочной станции потом целую неделю санитарную обработку производили. Хотя мы тогда между делом свою долю сполна урвали: воздух полностью поменяли, воздухоочистку продули, фильтра сменили, танкеры промыли. Крейсер просто как новенький со стапелей вышел.

— А с чего такие преференции?

— Дык самое главное забыл сказать — Арчибальд хитро прищурился — мы ж тогда на обратном пути приштанский рейдовый крейсер прижучили. Наши при Калунии ему бок пробили, видимо шел на ремонт. А твой кореш Макс Грего его и засек. Приштанцы ведь мастера в части маскировки, но в этот раз у них корпус потек. А Макс свое дело знает, нашел и нас навел. А мы уж не сплошали: все четыре эскадрильи снарядили.

— Это как это? — Ларсен захлопал газами — Ты ведь сказал, что у вас топлива под обрез было, да и с ракетами напряг.

— Хэ, парень, ты же вроде давно служишь. Ну, у какого шкипера в заначке запаса нет? — старшина загадочно улыбался — Не боись, все нашлось для такого дела. Те даже своих рейдеров выпустить не успели. Наши парни им сразу выходные палубы поотрубали, потом по движку вломили. За этот бой всем пилотам золотые звезды дали, а экипажу серебряные, и старик наш бриллианта схватил.

Старшина хлебнул из фляжки и скосил глаза на наградные метки рейнджеров.

— Ну, вы, парни, как я погляжу, тоже не промах. На заднице, видать, сидеть не привыкли.

Вся троица дружно захохотала.

— Порядок — зазвучало в голове у Карта. Он все еще не мог привыкнуть, что звук был выведен прямо на подкорку головного мозга специальным бесконтактным шлейфом.

Он еще раз покрутил головой и оценил обустройство пилотажной капсулы. Полчаса назад возле душевой его перехватил Макс и заговорщицки подмигнул.

— Пора брат познакомиться тебе с нашей птичкой.

Пилот развернулся и махнул рукой. Карт дисциплинированно последовал за космолетчиком. Они прошли к лифту и опустились на инженерную палубу. Здесь проходила предполетная подготовка рейдеров и прочей летающей техники. Огромный зал освещался относительно скупо, свет подавался только на рабочие площадки. Грего несся вперед, ловко уворачиваясь от движущейся техники и снующего взад вперед персонала. Пилот то и дело приветствовал знакомых техников, кому-то махал рукой или просто кричал «Привет!». Карт следовал сразу за ним, любопытно озираясь.

В эту святую святых дальнего крейсера посторонним вход был запрещен, и он ловил на себе удивленные взгляды техников. Наконец они подошли к площадке рейдеров готовящихся к дежурству. Пятерка таких аппаратов постоянно находилась на стартующей палубе. На этой площадке был заранее откачен воздух для незамедлительного старта. Следующие стартующие рейдеры уже опускались через шлюз, и, значит, могли выйти только через какой-то промежуток времени. Такие вот реалии космической войны — атака не происходила по мановению руки. Правда в исключительных случаях рейдеры могли стартануть и без откачки воздуха, тогда в ближайших отсеках объявлялась «кислородная тревога» и персонал должен был надеть маски. Дежурные экипажи во время вахты в полном снаряжении находились в помещении рядом со стартовой площадкой. По специальному рукаву они проникали внутрь космического аппарата, обеспечивая скоростной старт.

— Ну, как тебе? — Грего улыбался во весь рот. Сразу было видно фаната своего дела.

— Хороша — кивнул головой Алекс. Рейдер представлял собой обычную для открытого космоса сотовую конструкцию. Таким аппаратам был не обязателен вход в атмосферу и конструкторы не создавали обтекаемые линии. Поэтому рейдер был больше похож на пучок толстых серебристых обрубков с массой сплюснутых шаров по бокам. Как и всякая боевая машина, он имел двойной запас прочности и секций жизнеспособности.

По паре боковых маневровых двигателей, по паре систем поддержания жизнедеятельности экипажа, спаренные установки ведения огня. На задних консолях размещались дальние ракеты: четыре пузатых тушки с мощнейшей взрывчаткой. Только пилотажная кабина и основной двигатель устанавливались по одному экземпляру, кабина в самом центре сот, а движок позади всего ажурного сплетения инженерных конструкций. Сейчас вокруг рейдера сновала бригада техников, его готовили к дежурной смене. От нее отделился высокий крепыш и поднял в приветствии промасленную руку.

— Привет, Макс. Соскучился по своей птичке?

— Ага. Все в порядке, Френки?

— А когда у нас что-то не в порядке было, Макс? Это он — Френки кивнул в сторону Карта.

— Ага — коротко буркнул Грего и подошел к открытому технологическому люку.

— Вот так всегда — техник еще шире заулыбался — Макс свою птичку любит больше любого из нас. А ты, значит, завтра с ним в пробный полет отправляешься?

— Что? — Карт от удивления даже открыл рот.

— Он тебе не сказал что ли? Ну, это в привычке у Макса — ставить перед свершившимся фактом. Тогда удачи тебе! Такой шанс редко кому выпадает. Тем более Грего лучший пилот из всех кого я знаю.

— Спасибо.

И вот в настоящий момент Карт сидел в кресле пилота, а Грего шумно устраивался на месте штурмана-стрелка. Оно было расположено ниже и чуть спереди места для пилота. Их не подгоняла боевая тревога, поэтому экипаж мог располагаться не торопясь.

— Подключи костюм сначала к вот этим энергоклеммам — командовал Грего — так, теперь присоедини переходник для мочеотходника.

Карт улыбнулся, вспомнив, как техники крепили сложную систему отвода мочи на причиндалы новоявленного пилота. Полеты могли продолжаться достаточно долго, поэтому костюм пилота был оснащен разнообразными устройствами для обеспечения жизнедеятельности. Слева от головы находилась трубка подачи тоника, можно было включить функцию охлаждения, продув застоявшийся воздух в костюме и заодно избавившись от пота.

Все это было исключительно земные разработки, как, впрочем, и конструкция самого рейдера. Одной из самых удачных боевых машин Союза. Поговаривали, что земляне использовали украденные разработки синтанцев. Древней расы поддерживающей нейтралитет, но по слухам симпатизирующей землянам. Во всяком случае, о конфликтах с ними никто из земных солдат никогда не слышал. А вот на помощь в глубоком Космосе они могли рассчитывать обоюдно. Так что вполне возможно, что синтанцы просто позволили земным разведчикам «украсть» свой аппарат. Как бы это ни было, но конструкция рейдера получилась очень продвинутая, позволяя земным пилотам практически всегда одерживать верх в боях с противником.

— Теперь надеваем тактический шлем — Грего помог Алексу правильно расположить ажурную конструкцию на голове и подключить ее к мозговым сенсорам. Для лучшего контакта с боевым шлемом все пилоты были чисто выбриты или сделали полную эпиляцию головы. Карту хватило выбритых висков и затылка. Эта прорывная земная технология позволила пилотам управлять рейдерами в режиме реального времени. Ведь даже у самого шустрого из землян всё равно существовала тактильная задержка от команды до ее выполнения мышцами тела, плюс сами глаза посылали сигнал на кору головного мозга дискретно, то есть порциями, разрушая реальную картину мира по своему усмотрению. Но здесь… здесь впервые землянам удалось полностью загрузить свои возможности, а они были поистине колоссальными. Космолетчики считали, что самые продвинутые расы именно так и управляют своими звездолетами. Проблема неожиданно возникла в том, что для подобного пилотирования подходили очень немногие. Из начинающих в пилотажной академии только один из тысячи добирался, в конце концов, до вакансии пилота рейдеров. Поэтому и их потери были для флота очень чувствительными.

— Покрути головой, Ал. Включаю тестовую таблицу. Прокачай ее по регламенту — Макс внимательно рассматривал результат на своем тактическом планшете. Настройка системы под нового пилота было делом хлопотным. Наконец пилот рейдера облегченно вздохнул — Ну, все, Карт, приняла тебя птичка. Я пошел подключаться, скоро стартуем.

Алекс еще раз пробежался по панелям приборов, то и дело, усилиями мысли включая и выключая стартовые страницы. Затем он прокрутил пространственную таблицу, выполненную в очень простом для понимания цветовом решении. Обычный спектр земного Солнца, знакомая всем с детства считалка: «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан». Цветовая таблица охватывала всю внутреннюю сферу тактического пространственного вычислителя, помогая быстро ориентироваться. MG25 означал, что точка движения находится в пурпурном спектре пространственной таблицы. Маджента на древнем континентальном языке как раз и обозначала его цвет, вторая буква сообщала о насыщенности цвета, а цифры соответствовали его положению по вертикали. Для пилота, летящего по оси Галактики, такой ориентир обозначал поворот назад, примерно на 190 градусов по часовой стрелке и движение чуть ниже осевой плоскости.

Таблица рассчитывалась на сто единиц, пятьдесят обозначало движение по воображаемой плоскости вдоль оси Галактики. Соответственно G80 обозначал движение прямо и вверх от оси и плоскости. Вполне себе удобная система пространственного ориентирования. Только в ближнем бою пилоты придерживались других правил, полагаясь больше на собственные ощущения пространства. Космолетчики, побывавшие в глубоком Космосе долгие годы, и ощущали его по-другому. Психические отклонения косили ряды бойцов Космофлота похлеще вражеских ракет.

— Я готов — коротко отрапортовал Грего — Ал, запускай стартовый протокол и выходи на частоту диспетчера.

— Принял — дальше Карт выполнял функцию пилота самостоятельно. Он отметкой глаз запустил пусковые системы, еще раз проверил их работоспособность и включил режим разогрева маршевого двигателя. Между тем корпус рейдера вздрогнул, это запустились маневровые движки.

— Ангел Три, это птичка Тринадцать. Готов к старту. Прием.

— Птичка Тринадцать, это ангел Три, старт разрешаю. Пятое окно. Удачного возвращения!

— Спасибо ангел, да прибудет с нами воля космоса — Карт проговорил обычные для пилотов слова прощания, услышав в ответ удовлетворенные хмыкания диспетчера и Грего.

— Поехали! — Алекс выкрикнул древнее русское слово, вылетевшее из уст первого на Земле космического пилота, и сдвинул усилием мысли джойстики управления. Рейдер задрожал, а затем стремительно двинулся вперед. Боевая машина пролетела остаток стартового стола и оказалась перед распахнувшимся люком пятого портала. Еще секунда и рейдер с постоянно увеличивающейся скоростью уносился вдаль от крейсера-матки.

Вскоре на экране заднего вида вместо громады корабля виднелась только маленькая точка, чуть выделяющаяся на фоне звезд и туманностей окраинного вихря Галактики. Рейдер сильно подтолкнуло, это включился главный двигатель, разгоняя машину еще быстрее. Инерционная защита пилотажной капсулы сработала четко, оберегая людей от запредельных перегрузок. Это и была важнейшей фишкой земных рейдеров: космический бой стремителен и подразумевает резкие маневры, выдержать такие нагрузки люди не в состоянии даже в специальных костюмах. Подобное переживают во флоте только экипажи относительно небольших фрегатов, предназначенных для суборбитальных боев. Но там Космолетчики во время схватки находятся в специальных противоперегрузочных креслах.

Большие же корабли флота в обычном пространстве избегают как резких поворотов, так и ускорений, что сильно влияет на тактику космических боев. Один неудачный маневр капитана и половина экипажа враз окажется неработоспособным. Поэтому космические сражения больше напоминали игру в шахматы: кто кого передумает. Только пилоты рейдеров могли в полной мере ощутить на себе «прелесть» звездных сражений, и считались элитой Космофлота, наравне в Дальней Разведкой.

Разведчики же каждый раз уходили в неизвестность. Туда, где не было навигационных маяков, знакомых систем координат, и где их корабль мог вынырнуть прямо перед одним из страшных созданий космоса, вроде черной дыры или только что зародившейся Сверхновой звезды. Время от времени какой-нибудь корабль разведки пропадал неизвестно где. Спустя многие годы иногда остатки этих экспедиций находили в совершенно другом районе Космоса. Как они там очутились, и что стало с экипажем? На эти вопросы не находилось ответов. Судьба всех космических рас: учиться на собственных ошибках. Поговаривают, что разведчики иногда наталкиваются на следы присутствия Древних. Представителей рас самого центра Галактика, чьи цивилизации были первыми и давно ушли в небытие. Официальная наука такие предположения отвергала, но только по причине отсутствия точных данных. Землянам путь в Центр был заказан. От соратников по Организации Карт был наслышан, что старые участники Спирального альянса часто используют наработки Древних и регулярно проводят в Центре Галактики археологические экспедиции. Наследство Древних одна из причин этой бесконечной войны между нынешними остатками разумных цивилизаций. Волею судьбы в нее оказались втянуты и земляне.

От мыслей о судьбах Вселенной Карт отвлек голос штурмана.

— Ал, ты заснул там?

— Нет, иду по курсу.

— Мы отошли достаточно, давай, займемся стандартными маневрами.

— Принял.

Карт с осторожностью ментально стронул рычаг скорости, пригасив ее немного, а затем начал вращательные маневры уклонения. Здесь надо было тщательно соблюдать баланс ускорения, чтобы не войти в вираж с запредельной, губительной для экипажа и техники скоростью. В тоже время слишком маленькая скорость помогала противнику поймать тебя в прицел той же инерционной пушки, одним из немногих орудий ближнего боя. Мощные лазеры и импульсники были недоступны маленьким катерам, не хватало для них энергии, а ракеты же использовались для дальнего боя. Поэтому у штурмана-стрелка под рукой были только инерционники и небольшие рельсовые электромагнитные орудия, стреляющие разрывными болванками.

Раз за разом пилот-новичок повторял стандартные маневры, иногда срываясь в стремительный бросок к назначенным координатам.

— Неплохо, боец — прошелестело в мозгу Карта — для первого вылета очень неплохо. Из тебя получился бы неплохой пилотажник.

— Спасибо.

— Спасибо на хлеб не намажешь — ответил русской прибауткой Грего.

— Намек понял.

— Были бы в дальнем, отпраздновали плюшками.

— А это возможно?

— В заднем отсеке есть небольшая камера для разогрева пайков, небольшой бак под воду. Ты что, подумал, что мы пару суток обходимся без воды и питья?

— Ну… — Карт замялся.

— Там еще и подобие уборной имеется. Можно сходить по нормальному.

— Это хорошо — кивнул головой Алекс — Тогда у вас подобие вахты получается?

— Ага.

— А если вдруг враг появится, успеете среагировать?

— Ал, тут ничего вдруг не происходит. Мы меряем расстояния миллионами камэ, какая тут может быть неожиданность. Это..

Вдруг Грего прервал фразу и озадаченно запыхтел.

— Что-то случилось, Макс?

— Накаркал ты, новичок, на свою задницу проблем. Связываюсь с маткой.

Последовал короткий обмен непонятными Алексу словами и обозначениями. Затем прямо в голове раздалась резкая команда

— Ал, блю шестьдесят. Давай мухой!

— Принял — Карт развернул рейдер и постепенно прибавил скорости — Что там?

— Непонятное возмущение гравитационного поля. Нас послали осмотреть и доложиться. Держи эту скорость, расчетное время прибытия сорок минут. Совсем рядом с нами.

Грего озадаченно замолчал, по всему видно, ситуация была необычной и заметно нервировала опытного пилота. Тем более, что в такой момент он оказался в кресле штурмана.

— Ешкин кот, дристоты мазутные! — витиевато выругался Грего — Не нравится мне это. Ангел три, это мастербой!

— Здесь ангел один — раздался знакомый хриплый голос. На навигационном мостике находился сам капитан крейсера — Мастербой, в чем проблема?

— Пока не знаю, кэп, но поднимайте дежурное звено.

— Принял. Второе?

— Второе и третье в полную боевую!

— О как?! — озадаченно хмыкнул капитан — Принял, держи связь, мастербой.

— Кто там? — не выдержал минутного молчания Карт.

— Пока не знаю, Ал.

— Тогда зачем подмога?

— Задницей чую неприятности.

— Понял — подобное ощущение опасности было хорошо знакомо опытному сержанту рейнджеру. Обычное дело для бывалого воина.

— Тормози до одной четвертой. Так, отлично. Маневр охвата и будь наготове.

— Принял.

Через пару минут Грего яростно выругался.

— У нас проблемы.

— Да я как-то понял.

— Не лыбься, рейнджер. Я нащупал следы выхода в обычное пространство.

— А где тогда вышедший корабль?

— В том то и дело, что непонятно. Или нырнули обратно или…. Ал, срочно уклонение вправо и скорость на полную, рэд пятнадцать. Давай быстрее! — Грего уже кричал — Ангел один это мастербой! Ангел один ответьте мастербою!

Наконец сквозь появившиеся помехи раздался голос капитан.

— В чем дело, мастербой? И откуда эти чертовы помехи?

— Кэп, у нас рой «призраков», засеките нас и срочно ведите сюда парней из дежурной. Пусть летят на всех парах.

— Мастербой, ты серьезно?

— Нам не шуток, кэп. У меня пилотом новичок!

— Почему новичок? Да что такое ты… — слышно было, как капитан еле сдержался от ругани и начал отдавать осознанные боевые приказы — Мастербой, поменяйте биссектрису, сейчас передадим новое направление. В бой не вступать, уходите к матке. Дежурные машины уже идут, выпускаю вторую и третью боевую группу. Дивизион поддержки высылает связной шаттл, и будет помогать поддерживать связь.

— Принял, ангел один. Отбой.

На самом деле в космосе очень тихо. В безвоздушном пространстве звук попросту не распространяется, а в кабине пилотируемого корабля слышен только легкий стрекот приборов. Двигатели находятся вне обитаемого корпуса, оружие также. Но Карту сейчас показалось, что он отчетливо слышит мерный рев маршевого двигателя, работающего на пределе. Грего снял защитные блокировки, и они неслись в сторону назначенной точки с огромной скоростью. Даже под защитой купола уже начала ощущаться заметная перегрузка. Пять минут назад преследующие их корабли показались, скинув с себя защитные сферы. Это оказалась группа легких рейдовых кораблей. Что-то среднее между катером и фрегатом.

— Чьи это звездолеты, Макс?

— Не знаю.

— Это как это? — удивление Карта было безмерным.

— А вот так это! — съязвил штурман, но потом поправился — Сам теряюсь в догадках. Их маскировка была очень высокого уровня, никогда такой не встречал. Поэтому кэп и послал нас срочно назад. Наши данные сейчас бесценны для разведки. Черт побери! Они нас обстреливают, поняли, что не нагонят и пустили ракеты.

— Что мне-то делать? — видимо в голосе Карта сквозанули явные нотки истерики.

— Ты мне тут панику не устраивай, ты же боевой водитель. Что еще за бабские выходки?

— Понял, понял, не сердись — ответил рейнджер примирительно.

— Меня слушай. Будь готов к развороту на боевой курс по моей команде. Не хочу тратить свои ракеты, попробую их сбить из рельсовой. Ты готов?

— Всегда готов!

— О! Вот это по-нашенски!

Карт сосредоточенно уставился на экран локатора: точки, обозначающие вражеские ракеты ближнего радиуса действия, стремительно приближались. Аппаратуре, контролирующей системы оружия, не требовалась защита от запредельных перегрузок, губительных дл гуманоидных организмов. Поэтому такое неуклюжее и древнее оружие до сих пор было в ходу и использовалось в многочисленных межзвездных конфликтах. Реакция на сигнал поворота была молниеносной, здесь сыграла свою роль система управления через «ментальный шлем». При таких скоростях даже жалкие доли секунды играли свою роль. Координаты для стрельбы были готовы заранее и пушки сработали сразу. Ракеты, начавшие менять свою траекторию из-за внезапного маневра, чуть затормозили и стали хорошей мишенью. Карт ощутил толчки отдачи и компенсировал их маневровыми двигателями. Грего уже вывел на навигационный сферический экран новую точку движения, поэтому расслабляться было некогда.

— Мы сбили две ракеты — доложил штурман — неплохо. Наши уже близко и три ракеты ушли к ним. За нами идет одна.

— Догоняет одна — мрачно констатировал Карт. В тактике ближних боев он был не силен.

— Не боись — голос Грего был спокоен — вопрос решаем. Помнишь, мы отрабатывали на тренажере полный разворот на ходу. На дистанции ноль пять делаешь его, и я вмажу инерционниками.

— Опасно — по спине бывалого рейнджера пробежал холодок.

— Знаю, Ал. Другого выхода нет. Действуй без команды.

Алекс замолчал и сосредоточился. Такой маневр был одним из самых сложных, выполняемых на подобных боевых машинах. Они отрабатывали его на тренажере, но в реальном полете сделать это не успели. Стоит замешкаться на мгновение, и рейдер уйдет в неуправляемое вращение, и его настигнет вражеская ракета. И от землян не останется даже щепотки праха для «последнего одолжения». Но холодок ужаса, нагоняемого бесконечной чернотой космоса, стал отступать перед привычной «горячкой боя». Опытному рейнджеру не раз смотревшему в глаза смерти, было бы стыдно сидеть сейчас с дрожащими коленками. Он давно умел контролировать себя, отрешиться от животного страха и настроится на решительный бой. Только так можно было выжить в этой смертельной мясорубке.

Точку поворота он почувствовал своим «гоночным» нюхом. В таком же состоянии транса Алекс совершил маневр полного разворота: дикая нагрузка резко навалилась на человеческое тело, сдавила грудную клетку, затуманила зрение. Сквозь кровавую пелену Карт продолжал наблюдать за показаниями приборов, виртуозно работая маневровыми движками и выравнивая машину за считанные секунды. Вся его жизнь сосредоточилась сейчас между красной и зеленой стрелкой, наконец, он четко вывел биссектрису на зеленую черту. Ребра затрещали от новой нагрузки, это заработали инерционные пушки, создавая дополнительное ускорение катеру. Карту стало невозможно даже просто вздохнуть, дышать теперь помогал летный костюм, через специальные трубки воздух подавался в легкие. Система жизнеобеспечения была продумана земными инженерами до мелочей, человек почувствовал легкий укол в районе плеча, встроенная аптека ввела в организм стероиды. Сразу стало как-то легче и в голове немного прояснилось.

— Карт, вперед — вряд ли сейчас сработали человеческие связки, голос звучал через ментальный преобразователь. Алекс сдвинул рычаги панели и рейдер пошел резко вперед, проносясь мимо опадающего облака, все, что осталось от вражеской ракеты — Это было что-то, бродяга! Мы с тобой просто молотки, такое сотворили! Сейчас задам пологую кривую к крейсеру, прямо нам сейчас нельзя — парни уже схватились с «воронами».

Алекс уже включил общую волну на малую громкость и выслушивал яростные голоса атакующих пилотов. Он уже малость пришел в себя и внимательно оглядывался.

— Плохо дело, Макс? Наших меньше.

— Да — нехотя ответил космолетчик. Сейчас его друзья погибали там, прикрывая отход разведчика — Второе и третье звено только выходят. Кэп запустил ракеты, но они подойдут только чуть раньше рейдеров.

— Так может?

— У нас приказ, Ал.

— Ты всегда выполняешь приказы, пилот? Там твои братья, их потом не вернешь

Грего замолчал. Карт знал, что все их пять ракет не израсходованы, и удар с фланга будет далеко не лишним.

— Я понял тебя, рейнджер и… старший брат. Точка поворота на экране.

Дальнейшее происходило, будто в тумане, экипаж охватил боевой азарт, и они действовали сноровисто и быстро. Карт совершил стандартный разворот, помогая главному движку маневровыми, совершил резкое ускорение. Грего одну за другой пустил ракеты, управляя ими в движении. Этот наскок вернувшегося рейдера отвлек внимание двух катеров противника. Двигались они также стремительно, применяя в ближнем бою мощные лазеры, что было делом неслыханным. Для этого ведь требовалась мощнейшая энергетическая установка.

Первое звено уже понесло потери: один рейдер был распылен, второй получил сильные повреждения и старался уйти к крейсеру-матке. Его бы обязательно добили, если бы Карт с Грего не вернулись на помощь. Один из сражающихся с рейдерами катер ярко вспыхнул, это Макс мастерски подвел ракету поближе и взорвал ее: куски острого металла пробили двигатель вражеского катера, и он взорвался. Пока Карт, не гася скорости, совершал маневр уклонения, Грего сделал несколько выстрелов из рельсовой пушки. Одна из болванок попала прямо в центр приближающегося катера, и он стал беспомощно уходить с начальной траектории, похоже, что они поразили кабину управления. Чуть позже один из рейдеров добил этот катер из инерционного оружия. Второй атакующий катер выпустил в них синеватую нить лазера. Стрелок там сидел отличный, и если бы не ошеломительная реакция Карта, то их бы точно поджарили. Он и сам не понял, как сумел дернуть рейдер совсем не «по-космически». Все-таки привычки водителя скутера в этот раз сработали быстрее, и маневр получился совсем неожиданный. Корпус боевой машины предательски затрещал, но выдержал испытание.

— Что это было? — раздался голос удивленного донельзя Грего.

— Если ты не заметил, в нас стреляли.

— Ал, так нельзя. Ты машину сломаешь.

— Хм, мне лучше лететь на сломанной табуретке, чем на гриле поджаренной тушкой.

В ответ раздался искаженный ментальной звуковой системой смех. Грего был парнем сметливым и жизнерадостным.

— Ой! Дристота мазутная! Ты мне все-таки пару ребер сломал.

— Ничего, до дембеля заживет!

Их экипаж в короткой схватке участия больше не принимал. И так их неожиданный удар поломал тактическую схему неизвестных. Уже находились на подлете ракеты с крейсера, а за ними полыхали огоньки маршевых двигателей второго звена, парни торопились на помощь. Рейдерам удалось подбить еще один катер противника, в ближнем бою рельсовые пушки оказались самым эффективным оружием. Остатки вражеской эскадрильи слаженно развернулись и включили ускорение. Пилоты из подмоги преследовали их недолго. Неизвестные корабли окутались защитным «покрывалом» помех, а затем исчезли в точке «выхода».

На посадочной палубе их встречала целая толпа. Пока Карта отстегивали от системы жизнеобеспечения и снимали скафандр, он еще держался. Дрожащими руками он снял с себя совершенно вымокший гигиенический костюм, даже не заметил, что весь сопрел от напряжения. Накинув на себя легкий комбинезон, Алекс пытался отвечать на многочисленные вопросы техников и пилотов. Многие из них смотрели на сержанта-рейнджера с неподдельным удивлением. Они только что узнали, что именно он пилотировал птичку в этой неожиданной схватке. Грего и Карта вынесли из посадочного отсека на руках. Так было здесь принято чествовать победителей!

Когда в конце огромного помещения их поставили на палубу, Алекс вдруг осознал, что еле стоит на ногах. Мощный выброс адреналина начинал давать о себе, его стало немного потряхивать, а ноги просто подкашивались, как у желторотого новичка. Грего, видимо, также чувствовал себя неважно. Он махнул напарнику рукой и скрылся в открывшемся люке лифта.

Они, поддерживая друг друга, вошли в отсек кают-компании. На столах их уже ждали кружки с горячим тоником — самое лучшее средство от «боевого похмелья». Через некоторое время в помещение начали заходить пилоты, принимавшие участие в этом скоротечном бою. Они радостно приветствовали напарников, хлопали Карта по плечу и благодарили за помощь. Пилоты элитного подразделения понимали, что сидят сейчас здесь только благодаря самоотверженному поступку Грего и Карта. Ведь исход космического боя мог сложиться совсем по-другому.

Космолетчики из первого звена сообщили новые подробности: Вражеские катера были совершенно неизвестной конструкции, они ставили очень сильные помехи и мешали работе аппаратуры рейдеров, и, судя по всему, были хорошо знакомы с тактикой землян. Если бы не своевременные действия дивизиона поддержки, то земным пилотам пришлось бы очень кисло. Капитан Свен Рюделль был одним из самых опытных командиров флота и просчитал все правильно. Враг явно не ожидал такого резкого и грамотного отпора и в итоге потерял три боевых катера.

Один подбитый аппарат с погибшим экипажем уже поймал в ловушку буксир крейсера, и его тащат сюда. А третье и четвертое звено прикрывают спасательную операцию. Оказывается, стрелок из уничтоженного рейдера остался жив и успел выскочить в открытый космос. Его маяк засекли и теперь там работают спасатели крейсера. Найти человека в безвоздушном пространстве очень нелегко, как иголку в сене. Сигнал маячка был очень слабый, а помех в космосе всегда много. Да и ситуация, в общем, сложилась непростая. Их крейсер явно поджидали, и это просто удача, что Грего именно в этот момент запланировал тренировочный вылет, да и что это был именно он. Обычный пилот вряд ли что заподозрил. Космолетчики предположили, что атакующие катера готовы были ударить по взлетной палубе крейсера-матки, а затем уж появился бы более мощный противник.

— А ведь какая-то сука сдала наше месторасположение — угрюмо проговорил сидевший напротив Карта пилот с нависающим лбом Эрих Риббе

— Чего гадать? — ответил ему коротышка Джон Виллис, завсегдатай игрового клуба корабля — Наши союзнички и сдали. Это патрулирование входит в обычное расписание.

— Ох, попались бы они мне сейчас на боевом курсе…

— Эрих, не плети лишнего — одернул подчиненного командир звена Кристоф Дюгарри — у тебя мало было проблем с контрразведкой?

Карт удивленно посмотрел на спорящих

— А с каких пор контрразведка работает в Действующей армии?

— А с таких! — Риббе зло стукнул по столу керамометаллическим стаканом. Вся посуда на флоте была небьющаяся и легкая — Ты, видать, давно на фронте не был, рейнджер. Эти суки нынче везде рыщут.

— Не там они ищут — Виллис достал из кармана плоскую фляжку и задумчиво оглядел стол.

— Парни, вы зря такой разговор затеяли — командир звена обреченно махнул рукой.

— Джонни, что стопорнул? — Грего уже сдвигал стаканы вместе — Раз достал, наливай.

— А и налью! У меня сегодня второй день рождения. Ну, давайте, парни, за вас!

— Правильно — худощавый стрелок третьей птички Юрген Клинсман поднял стакан — Тринадцатые сегодня молодцы. Не вернулись бы, нам хана.

Не чокаясь, пилоты выпили. У Алекса сразу навернулись на глаза слезы, напиток был достаточно крепок.

Сидевшие напротив его пилоты внимательно наблюдали за рейнджером.

— Наш человек! — прогромыхал Риббе — Не то, что эти уроды в черном.

— Эрих, ты опять?

— А что такого, командир? Ты знаешь кто этот парень? Он, между прочим, «первый брат». Слышал о таких? Они всю эту гребаную систему на болте вертели.

— А верно, Кристоф. Сколько можно от своих удара в спину ожидать? — Виллис наливал по-новой. Алкоголь на крейсере во время боевого патрулирования не приветствовался, но их звено после такого боя в полет пошлют только при чрезвычайных обстоятельствах. И поэтому начальство на некоторые вольности закрывало глаза.

— И не говорите, парни — Грего опрокинул стаканчик и автоматом пошарил на столе рукой, ему пододвинули поднос с солеными орешками — Орден, чертовы контрразведчики, да и наша разведка в черном тоже не подарок. Ал, а ты что молчишь?

Все сидевшие в кают-компании пилоты уставились на Карта. Тот спокойно выдержал мрачные взгляды космолетчиков, только что вырвавшихся из цепких лап старушки-смерти. А что он мог им ответить? Вопросов у него самого больше, чем ответов. В этот момент открылся входной люк, и раздалось «Капитан на палубе!» Вбитые в подсознание рефлексы сработали быстрее, чем мысль о субординации.

— Вольно! — высокий и крепкий на вид капитан крейсера с некоторой угрюмостью оглядел своих пилотов. Потом он подошел к столу и поднял один из стаканов — Уже выпиваете? Ну-ну, садитесь, орлы недоделанные.

Пилоты с поникшими головами стали рассаживаться обратно. Командор-капитан Рюделль слыл командиром жестким, но справедливым. Его пронизывающий взгляд под седыми бровями остановился на Карте — Сержант, я уже в курсе ваших похождений. Тебе, парень, везет, как утопленнику: ознакомительный полет и сразу в гущу сражения. Хотя я ознакомился с твоим досье, тебе это оказывается не впервой. Самое интересное, что наша контрразведка тебя лично внесла в особый список. Был бы боцман в курсе, то не допустил бы тебя на мой корабль даже на пушечный выстрел. Ну, он уже наказан. А вот с этим наглецом — Рюделль посмотрел на Грего — я еще разберусь.

— Сир — пилот привстал с места — имею смелость доложить, что штат-сержант в боевых условиях действовал умело и инициативно.

— Он, что сертифицированный пилот? — командир угрюмо смотрел на рейнджера.

— Нет, сир.

— Так какого хрена он летел в полет во время боевого патрулирования!

— Он прошел курс обучения и был признан годным.

Командор-капитан только покачал головой.

— Грего, ты как был наглецом, так и остался.

— А иначе, сир, я бы не стал лучшим пилотом вашего крейсера! — Макс сделал умышленный акцент на слове «вашего». Рюделль еще раз взглянул на Карта и спросил.

— И как он, как пилот?

— Неплохо, сир. Не хватает, конечно, навыка пилотирования, но это решаемо. Главное, он чувствует космос, да и в бою действовал грамотно. Некоторым маневрам я бы у него даже поучился.

— Ты серьезно? — капитан был несказанно удивлен. Флотские же обычно смотрели на сухопутчиков сверху вниз.

— Так точно! Учиться новому никогда не помешает.

— Сир — вмешался командир звена — Грего прав. Я видел, как летал этот парень, он пилот от Бога.

— Возможно — Рюделль задумчиво взял в руку стакан — Налейте что ли и мне, стервецы

Космолетчики еще раз опрокинули стаканы. Вместе с командором в кают-компанию зашли стюарды и принесли обед. Поэтому некоторое время все работали ложками, иногда переглядываясь между собой. Первым закончил обед капитан

— Грего, у меня к тебе такой важный вопрос, и я задам его при всех. От твоего ответа зависит твое будущее на моем крейсере. Почему ты ослушался моего прямого приказа вернуться на базу?

Макс побледнел, но взглянул прямо в глаза своего командира.

— Сир, вы знаете, что я вас безмерно уважаю и хочу сражаться только под вашей командой. Но в данном случае ситуация сложилась неординарная.

— Лейтенант, не темни. Я тебя давно знаю, ты всегда беспрекословно выполнял мои приказы. Ведь это он — Рюделль ткнул в сторону Карта — подбил тебя на это.

— Да, сир — Карт поднялся и спокойно встал перед капитаном — это я предложил прийти на помощь нашим братьям.

При слове «братья» командор-капитан скривился и кивнул головой.

— Садись, сержант. Этот разговор неофициальный. Мне просто хочется разобраться, что там произошло. Иначе вы оба уже сидели бы в карцере и ожидали следователей из разведки.

— Сир — Алекс тщательно подбирал слова — В данном случае я пришел к выводу, что наше участие в схватке важнее доставки разведданных.

— Ты о чем это? — Рюделль продолжал мрачно рассматривать этого непонятного для него рейнджера — Обычная для военных действий ситуация. Одни жертвуют собой, чтобы потом остальные смогли осуществить большее. Разве у сухопутных не так?

— Бывает и так, сир, но в последнее время я и мои товарищи стараются действовать по-другому. Думать, прежде всего, о своих сослуживцах, а не том, чтобы обязательно выиграть сражение. В итоге получается, что мы, в конце концов, выигрываем, но с намного меньшими потерями.

— Интересное предположение — капитан хмыкнул — Карт, ты офицер, ты заканчивал академию генштаба? Кто ты вообще такой, чтобы менять разом сложившуюся за столетия практику боевых действий!

— Все меняется в этом мире, сир. А мне достаточно звания «первого брата».

Командор опять скривился, а в разговор неожиданно вмешался командир звена

— Сир, хочу заметить, что в итоге Карт оказался прав. Мы нанесли поражение сильному противнику, узнали больше об его тактике и заставили врага изменить свои планы. А также получили в руки их боевую технику. Это дало нам намного больше, чем просто возвращение рейдера с разведданными. Да и первое звено осталось практически боеспособным.

— Это так, Дюгарри. Но все-таки решать подобные вопросы должен только командир, а не обычный боец.

— В том то и дело, капитан, что он необычный.

Рюделль резко повернулся к встрявшему в разговор Риббе, заставив того непроизвольно вжаться в кресло.

— Вот это меня и беспокоит! Как сухопутный сержант мог просчитать исход космического боя за считанные секунды?! И при этом мастерски пилотировать, удивив самого опытного пилота на моем корабле своими странными маневрами, и за короткое время настроить против меня мою же команду. Черт возьми, что тут вообще происходит!

— Мир меняется, сир — Риббе не опустил глаз под гневным взглядом своего капитана — При всем моем уважении, сир, но вам придется это признать.

Рюделль вскочил и нервно заходил по кают-компании, разговор ему явно перестал нравиться.

— Всем выйти, Карт, останьтесь!

Полковник подошел к столу, налил себе тоника и жадно выпил. Затем он тяжело опустился в кресло напротив Карта.

— Знаешь, сержант, я уже семнадцать лет на флоте. Из них семь в разведке, и пять на этом крейсере. Мне пришлось начинать с помощника командира дивизиона тылового обеспечения. Знаешь что это такое в дальнем космосе? Это значит ежедневно копаться с трубами, по которым течет дерьмо и прочие отходы, и стараться всю эту дрянь снова пустить в дело. Разведчики ведь в космосе болтаются помногу месяцев. В конце похода их корабли напоминают зловонную клоаку. Там приходится жрать всяческую питательную дрянь, а потом долго сидеть на толчке, пытаясь выжать из испорченного кишечно-желудочного тракта хоть что-то. Где приходится полноценно мыться только пару раз в месяц. И знаешь, чего больше всего там хочется?

Алекс внимательно смотрел в глаза старшего офицера. Он уже понял, что с ним можно иметь дело.

— Хочется просто выйти на улицу, полной грудью дыхнуть воздуха с земных лугов и полей, и подставить голову под ласковый дождь, льющийся с такого родного для тебя неба.

Я честный офицер, я сражаюсь за нашу планету с юного возраста, и не раз смотрел смерти прямо в ее холодные глаза. Я поддерживаю все, что может пригодиться нашей победе. Можешь смело спросить моих парней — я никогда просто так не посылал их на верную смерть. Я не терпел присутствия на своем корабле чужих, этих орденских крыс. Они уже давно не думают о своей главной цели, а озабочены мелкими делишками. Я не делал карьеру, иначе давно бы уже сидел в адмиральском кресле и не рисковал каждый день жизнью. Но меня сейчас больше всего интересует один вопрос: кто ты такой, штатс-сержант Алекс Карт? Обладатель серебряного парашюта, кавалер двух золотых и одной бриллиантовой звезды. По слухам ты лучший водитель во всей Действующей Армии, о твоих подвигах ходят легенды. Ты стал зачинателем движения «братьев», и ведешь свою непонятную игру на дальних планетах.

Видимо в глазах Карт что-то мелькнуло, так как Рюделль улыбнулся и прогромыхал

— Не удивляйся, парень, я ведь семь лет прослужил в разведке. Неужели ты думаешь, что у меня не осталось там связей? И ведь именно ты без моего ведома оказался на моем крейсер.

Алекс шутливо поднял руки

— Уели командор. Что вам от меня надо?

— Надо… — Рюделль задумался — скажи мне, сержант, что тебя связывает с отделом Э.

— Не знаю — рейнджер развел руками.

— Серьезно? — капитан кинул взгляд на Алекса — Ты входишь в Организацию, в ее внутренний круг, и незнаком с ее отделами?

— Я не вхожу во внутренний круг, сир. Меня использовали в качестве мяса для серьезных операций, но потом я… скажем так, поссорился с ними.

— Хм, возможно. Иначе тебя бы не искали по всей Галактике с собаками эти ребятки в черном. Тогда скажи мне, сержант, как ты можешь не сотрудничать с отделом Э и в тоже время иметь дело с полковником Чампом?

Рюделль внимательно уставился на Карта немигающим взглядом.

— Сир — Алекс начал осторожно — Чамп был моим инструктором и наставником, я также считаю его своим другом.

— Другом, говоришь — глаза командора нехорошо сузились — интересные у тебя вообще друзья, сержант, и ведь ты умеешь их заводить. Лучший мой пилот, да он вообще лучший на флоте, еще громила твой. Я наблюдал позавчера за его тренировками. Я не очень силен в рукопашном бое, но и то понимаю, что он создал что-то совершенно новое и очень эффективное. У тебя вообще сейчас друзья на каждой базе и в каждом подразделении. Не знаю, как ты такого и добился. Не знаю.

— К чему эти намеки, капитан? — Алекс уже успокоился и дерзко отвечал на пронизывающий взгляд настоящего «космического волка», коим Рюделль и являлся по праву. Тот наклонился и, цедя слова, кинул

— Отдел «Э», мой мальчик, занимается именно чужаками, неизвестными и чуждыми нам расами.

Карт откровенно захохотал.

— Сир, вы это серьезно? Считаете меня инопланетянином, и поэтому я имею такие сверхспособности, и завожу такие разнообразные связи?

— Да нет, сержант, это слишком все просто. Да и присутствие в твоей жизни Чампа говорит о многом.

— Вы с ним встречались?

— Было дело — Рюделль кивнул — Да и сейчас иногда я поддерживаю контакты с его отделом. Ведь разведчик это до конца жизни.

— Я понимаю почему у вас возникли такие вопросы. Я и сам себе их много раз задавал.

— И что?

— Пока ясно только одно: я не чужой и не мутант. Иначе не сидел бы сейчас с вами.

— Тогда кто? — в глазах старого служаки сейчас читалось явное любопытство, похоже, весь этот разговор он и затеял из-за этого.

— Возможно следующий этап в нашей эволюции. Поэтому ко мне и подослали Чампа, он же специалист высокого класса.

— Возможно. Но скорей всего тогда бы к тебе прислали совсем других людей, мальчик. Тебе вообще по жизни очень везет. Вот и моему крейсеру сильно повезло.

— А что это вообще было, командор? — уже Карт придвинулся к капитану.

— Хм, ну ты и наглец. Хотя… тебе это пригодится. Разведка союзников донесла о непонятной активности в этом секторе и нам, даже не дав отдохнуть, выделили район патрулирования. В данный момент мы в самой плохой форме и представляем из себя только хорошую мишень.

— Засада, сир?

— Похоже на то. Центровые вывели на поле боя новые фигуры с новой техникой. Мы были жертвенной овцой, сержант. Если бы вы не заметили их катера, нас бы просто скушали — Рюделль помрачнел.

— Нормальное дело. Получается, союзнички подставили весь наш флот.

— Получается. Мы стали слишком сильны, но в последнем стратегическом наступлении наш флот понес потери. Сейчас самое время ударить нам под дых, будет сложно ответить. А, потеряв флот, нам опять бы пришлось идти на поклон к «старым» членам Альянса.

— Дела — протянул Карт — Получается, что мой незапланированный вылет повернул ход истории?

— Где-то так. Поэтому ты до сих пор и сидишь здесь.

— Резонный вопрос, кто меня сюда послал? — Алекс задумался — Не знаю, сир. Все так сложно.

— Жизнь вообще сложная штука, сынок — капитан поднялся и задумчиво начал вышагивать по кают-компании — Давай поступим так: нас сейчас срочно дернут на базу, дело то неординарное. В подходящем районе я сделаю остановку и передам тебя на ближайший транспортный корабль. Меня хорошо знают на флоте, вряд ли мне кто откажет. Официально тебя всё равно на крейсере нет. Записи журнала моими ребятами уже подчищены, а в экипаже своем я уверен. Я крыс не держу.

— Спасибо, сир — Карт протянул руку — был рад нашему знакомству.

— Я тоже — рукопожатие Рюделля было крепким. Затем он улыбнулся — А ты умеешь заводить друзей, сержант. Удачи тебе и храни тебя Господь!

Боевой разворот

Карт устало кинул свой вещмешок на замызганную палубу. Автоматическая уборка на этой станции работала явно с проблемами. Сзади плюхнулся баул Ларсена. Крайняя командировка на далекую пыльную планету Иуркхм получилась очень затейливой и долгой, и отобрала у обоих рейнджеров много сил. Добираться до месторасположения хозяйства полковника Саади Али теперь придется достаточно долго. Хорошо, что удалось сесть на старенький грузовичок и добраться до промежуточной базы, где с транспортом проблем будет меньше.

— Помыться бы — мечтательно протянул Олд, почесывая грудь. Неделя на старом транспорте доставила мало удовольствий: нехватка технической воды, плохо вентилируемый трюм и проблемы в засоренных донельзя уборных. Хорошо хоть жрачка была сносной, именно доставкой продовольствия экипаж грузовика и занимался. Рейнджерам даже удалось обменять несколько туземных сувениров на две пачки настоящего земного чая, и к ним вдобавок немного специй.

— Сейчас разберемся — протянул Карт и привычно взмахнул рукой. К его удивлению на обычный «призыв брата» никто не откликнулся, зато послышался знакомый бас.

— Зря ждешь, сержант, обломайся. Твоих гаденышей на моей станции нет.

Карт резко обернулся и обомлел, перед ним стоял полковник Орлов собственной персоной.

— За тобой должок, пацан. Или ты из тех сопливых трусов?

Рядом с полковником находились два настоящих гиганта, каждый шире Ларсена в два раза. Где Орлов таких и подбирает? Они с любопытством рассматривали вновь прибывших рейнджеров.

— Я помню свои долги, Орлов — Карт намеренно не употребил слово «сир». Офицер побагровел и зло сплюнул — А вот ты, похоже, не все.

— Ну, это все слова, сержант — Орлов уже взял себя в руки угрюмо уставился на Карта.

— Где?

Найди мастера палуб, он все объяснит. Я не зверь, все будет по правилам.

Орловские громилы заулыбались. По всей видимости, правила у них были своеобразные.

— Попали, блин — Ларсен выглядел встревоженным. Друзья нашли, наконец, отсек для командированных и устраивались в темном кубрике.

— Мы и не в такие переделки попадали, брат.

— Я тут с кое-кем переговорил. Орлов тут единственная реальная сила. На этой базе находится временная аккредитация спецотряда штурмовиков. Он все под себя подмял. Может, свалим по-тихому?

— А стоит ли, Олд? — Карт задумался и почувствовал на себе чей-то пристальный взгляда. На угловой койке устроился вихрастый капрал пехотинец. Тот живо вскочил и пересел поближе.

— Парни, а вы те самые?

— Возможно — уклончиво ответил Алекс.

— Значит, те. Я Златан Ибрагимович, сто девятая механизированная бригада.

— Привет, Златан.

— Я тут краем уха про ваши проблемы услышал.

— Уши у тебя что-то длинные, парень. Могу оборвать — Ларсен недобро глянул на пехотинца.

— Какие есть, брат. Я же в разведке служу. У самого майора Дрозда пришлось поработать, вашего знакомца.

— Офигеть! — Карт радостно ударил по коленам — Тесен мир!

— Тесен, но нам что с того? — норвежец не утратил своей подозрительности.

— Орлов слишком на себя много берет. Главный же на станции официально майор Дерягин из инженерных. На этом и сыграйте. Армейские порядки ведь еще никто не отменял?

— А это дело — Ларсен встал и начал одеваться — Пойду, прошвырнусь.

— Ага — Алекс задумался — Постарайся найти «братьев», и лучше с оружием.

— А не круто?

— Нормально.

Перед боем Карт разогревался в маленьком спортзале. Ларсен внимательно наблюдал за ними давал советы. У выхода находилось несколько гренадеров, знакомцев Ибрагимовича. Рядом с Олдом стоял высокий и жилистый парень, техник, также любитель рукопашной. Он еще по гражданской жизни знал Ларсена в лицо и был рад его увидеть на базе. Техник и наставлял будущего участника нелегального боя

— Алекс, учти, что Орлов любит играть не по правилам, на базе он заткнул рот всем недовольным, и он очень сильный боец. Может, лучше пусть Ларсен вместо тебя выступит.

— Не получится. Это наш личный спор.

— Карт, ты парень конечно авторитетный, но драться со старшим офицером? — Технарь со сомнением покрутил головой. Полковник был раза в два больше Алекса.

— Ничего, не привыкать — Карт вытирал пот полотенцем, а Ларсен давал последние наставления.

— Ал, вырубай его сразу. Никаких финтов и красивостей. Надо ошеломить их. Потом мы в дело вступим. Я беру на себя этих двух громил, а ты парень — норвежец повернулся к технику — контролируй сержантов. Кто рыпнется, гаси сразу. Ну, все, нам уже сигналят.

Бой проходил в многофункциональном зале. Народу собралось немало, бойцы висели, как гроздья, даже на инженерных конструкциях. За стороной Орлова находились угрюмые рослые штурмовики, в большинстве своем ветераны. Они с любопытством осматривали щуплого сержанта, кинувшего их прославленному командиру вызов. У выхода тесной группой стояли гренадеры, некоторые прятали в амуниции оружие. За всем этим настороженно наблюдала пара военных полицейских. Им явно не нравилось это сборище, но поделать ничего они не могли. В отдаленных подразделениях играли по своим правилам. Хочешь дожить до дембеля, подчиняйся им, а не закону.

Наконец вперед вышел станционный старшина — богатырского сложения сверхсрочник. Он был на станции борцовым рефери.

— Бьем по правилам. Друг друга не калечить — дал он последние наставления. Орлов выглядел напряженным и очень злым, а Карт напротив был спокоен и насмешлив, чем еще сильнее бесил полковника. Офицер подошел к Алексу и выплюнул с бешенством.

— Сосунок, я в курсе твоих приготовлений. Но ты так просто отсюда не уйдешь! Никому не позволено меня оскорблять!

— Посмотрим — с усмешкой ответил Карт. Он чувствовал себя на удивление спокойно, наблюдая за презрительными взглядами штурмовиков Орлова и недоуменными персонала. Похоже, что никто в зале не верил в его победу. Спор шел только о том, на какой минуте этот странный сержант ляжет на пол, и как сильно его побьют. Ну что же, тем еще больше будет ступор.

Старшина выкрикнул начало боя, и Орлов начал спокойно приближаться к Карту. Затем он резко выскочил вперед и нанес мощный удар, видимо тоже не хотел затягивать комедию. Дальнейшее поразило весь зал. Алекс молниеносно увернулся и взлетел в воздух, сильно изогнувшись. Одной ногой он ударил по голове опешившего полковника, а правым кулаком нанес мощнейший удар в основание черепа. Орлов упал на ринг как подкошенный. Алекс силы не пожалел, офицеру точно обеспечено многомесячное лежание в госпитале.

А в зале воцарилась буквально гробовая тишина. Пока все находились в ступоре, Карт бросил на поверженного бойца свое полотенце — знак победителя и кивнул рефери.

— Ну что, есть сомнения в победе?

Удивленный донельзя старшина только покачал головой. А Ларсен тем временем махнул рукой, и они двинулись к выходу. Первыми опомнились телохранители Орлова. Они с рычанием догнали друзей на выходе из зала, но тут же натолкнулись на кулаки Ларсена. Неистовый норвежец жалеть орловских псин не собирался, и те с окровавленными лицами упали на палубу. Рыпнувшиеся, было, полицейские наткнулись на очень недобрые взгляды друзей Ибрагимовича и сразу расхотели устанавливать законность.

— Ну, вот и все — пробормотал Алекс, подхватывая из рук пехотинцев свой потертый баул.

— Еще не все — Ларсен был встревожен.

— Орлову преподали урок, да и остальным тоже. Мир меняется, брат.

Шагавшие рядом парни в форме техников внимательно к нему прислушивались. Этот невысокий сержант-рейнджер сейчас перевернул все их мировосприятие.

— Нам сюда — один их техников повернул к незаметному люку. Дальше шла технологическая винтовая лестница. Они побежали наверх. Через четыре уровня Карт с сопровождающими вышли на посадочную палубу. В полутемном ангаре двигались автоматические манипуляторы и погрузчики. К станции были сейчас пристыковано два грузовика. Они увидели Ибрагимовича, тот помахал рукой.

— Все нормально. Через полчаса стартует РТ-211. Он как раз идет в нужную вам сторону. Со шкипером я уже договорился.

— Отлично! — Карт совершенно успокоился — Тогда пакуемся, куда идти?

Перед входом в шлюз их окликнули — Не двигаться! Стоять на месте!

Алекс оглянулся: к ним бежал десяток штурмовиков. Сопровождающие друзей техники и сослуживцы Ибрагимовича, как и доваривались, отступили в стороны. К рейнджерам подошел краснолицый лейтенант, за ним сияли несколько злых сержантский физиономий.

— Это куда это вы собрались?

— А в чем проблема, лейтенант? — безмятежный тон Карта сбил молодого офицера с толку.

— Вы, вы избили старшего по званию. Вы должны ответить!

— Лейтенант — вступил в разговор Ларсен — у нас с Орловым был старый спор, и мы его честно разрешили во время поединка. Он — Олд кивнул в сторону Карта — правил не нарушал, рефери огласил результаты боя. Какие еще проблемы?

— Не хамите старшему по званию! — неожиданно по-женски взвизгнул лейтенант. Видимо он не привык к непослушанию.

— Летеха иди в задницу, я не твой подчиненный — беззлобно буркнул Алекс.

Вперед офицера выступил дородный мастер-сержант и, злобно зыркнув на Карта, прогромыхал.

— Ну, короче, кончай треп. Вам всё равно от нас не уйти, ответите по закону. Мы не беспредельщики какие, сдадим вас полицаям. Руки в гору, живо!

— Это ты что ли сдашь? — усмехнулся Ларсен, разминая мощные кулаки. Мастер опасливо взглянул на его руки и спешно ответил

— Не дури, сержант, нас все равно больше и еще подойдут. Будешь со своими драться?

— Какие вы в задницу свои! — уже очень зло выкрикнул норвежец — Псины орловские! Вы честь рейнджерскую замарали, суки. Брысь в стороны!

По сигналу Ларсена гренадеры обнажили легкие бластеры, эффективное оружие ближнего боя. Мастер-сержант побледнел, а лейтенант тихо ойкнул. Штурмовики озабоченно озирались.

— Э, парни, вы что творите?

— А вы что думали? — выступил вперед Карт и, оглядев «братьев по оружию» выкрикнул — Мы будем с вами церемониться?! Каждого, кто дернется, пристрелят, как злобную собаку. Потому что он идет против своего брата, потому что он забыл, что такое воинская честь, забыл, за что он воюет далеко от дома. Вам самим не стыдно, парни? Вы же ветераны, столпы нашей армии!

Голос Карта яростно звенел под металлической крышей погрузочного ангара. Людей в нем стало заметно больше. Подошли техники, персонал станции, тут же находились бойцы с других подразделений, ждущие своей очереди на отправку. Обычное дело для далекой промежуточной станции.

— Мы все друг другу братья! Братья по крови, братья по оружию, братья по духу. И гадить своему брату, это самое последнее дело! Лейтенант, а вам я бы посоветовал найти хорошего наставника. Здесь — Алекс презрительно сплюнул — вас ничему хорошему не научат.

Штурмовики Орлова под презрительными взглядами солдат Федерации сразу сникли и опустили головы. После такого публичного унижения и показательной порки они перестали быть на этой станции авторитетами.

— Мне больше нечего сказать, убирайтесь отсюда вон!

Под всеобщий свист и улюлюканье бывалые вояки повернули обратно. Обстановка в ангаре несколько разрядилась. Люди остались на палубе, оживленно обсуждая последние события. А Карт и Ларсен смогли, наконец, пройти к входному люку транспорта, но здесь их ждал неприятный сюрприз в виде двух вооруженных представителя военной полиции.

— Штатс-сержант Карт — вышел вперед полицейский капрал — вы арестованы до выяснения всех обстоятельств. Прошу пройти за мной.

— За что? — коротко спросил Карт, снимая баул и тем, давая Ларсену сигнал.

— За нападение на старшего по званию и неподчинение командованию — четко ответил полицейский.

— Слушай, капрал, а где ты раньше был, такой законник?

Полицейский растерялся. Обычно военные копы привыкли к своей беспрекословной власти. Неподчинение полиции — очень тяжкое преступление.

— Ну, мы…

Договорить он не успел, молниеносный бросок рейнджеров и оба копа обезоружены и лежат на палубе.

— А теперь слушайте сюда, доблестные блюстители закона — Алекс присел на корточки — Раньше надо было наводить в этом гадюшнике свои порядки. Так что лежите тихо и не рыпайтесь. А то на дембель инвалидами отправитесь.

— Это серьезное преступление, сержант — заскулил капрал — Вы ответите за это.

— Я? — Карт искренне захохотал — Сейчас молокососы — он с удовольствием ударил старшего под дых — я объясню, что ждет вас. После нашего отлета, разведка сухопутных сил получит убедительные доказательства о вашем преступном бездействии. Далее будет справедливый суд и штрафные подразделения.

— Сир, давайте мы просто уйдем — вдруг захныкал скрюченный капрал.

— О, я услышал слово «сир» — Карт еще раз приложился ногой по копу. Ларсен критически оглядел лежавших полицейских и огорченно произнес.

— Я, пожалуй, не буду их бить, а то покалечу ненароком.

Оба полицейских буквально взвыли.

— Ничего, это будет вам уроком: всегда оставаться людьми. Ларсен, выкини их из шлюза.

— С большим удовольствием, брат!

Раздался пронзительный вопль и чей-то смех, а в люке показалась всклокоченная голова Олда.

— Это было весело, Ал!

— Ага — Карт устало присел на откидную скамью и огляделся.

В маленькой каюте они оба рухнули на койки и прислушались. Завыли сирены, раздался знакомый скрежет отходивших зацепов, транспорт отчаливал от негостеприимной станции.

— Натворили мы делов, Ал — протянул норвежец.

— Всего лишь следующий виток в нашей жизни — пожал плечами Карт — Что-то я здорово устал.

— Может отпуск? — поднял голову Ларсен — У нас их целых два накопилось.

— А что, это мысль.

— Тогда летим на сорок пятую. Скинем вещи на хранение и полетим на… Ферис.

— Ферис? — глаза Алекса расширились.

— Что, твои раны еще не затянулись, солдат? — хоть Олд и ерничал, но глаза выказывали обеспокоенность.

— Да нет, все нормально, не гоняй. Место и в самом деле хорошее.

— Тогда заметано. Скоро прыжок, надо успеть отлить и вколоть замедлитель.

В этот раз они поселились в районе госпиталей. Пробиться на Ферис удалось, только получив направление на лечение. Уж чего-чего, а болячку у солдата найти не проблема.

Одно хорошо — лечились тут больше рядовые и сержантский состав, офицеры находились по другую сторону отрога. Режим был не слишком строгий и на вторую неделю «больные» на него совершенно забили. Ведь рядом находились великолепные снежные вершины с отличными лыжными трассами. Медики против «здорового образа жизни» совершенно не возражали, и кататься на лыжах отпускали. Земная медицина вообще сидение на месте считала делом неправильным, и лежать постоянно в койке имели право только полные инвалиды, но таких тут не держали.

С раннего утра рейнджеры хватали сумки с завтраками и шли на станцию монорельса. Двадцать минут и они уже на лыжной станции. Карт брал в прокате приглянувшуюся ему доску, а Ларсен предпочитал лыжи. Они двигались на подъемник и уже на вершине выбирали трассу. Их было достаточно много. Спуск шел в разные стороны. Можно было доехать до густого елового леса, или опуститься в заснеженную равнину. Практически везде находились ресторанчики автоматического обслуживания, но друзья предпочитали уютные таверны, выполненные в старинном европейском стиле, где работали настоящие земные девушки, ласково привечающие героев Космоса.

Раз в три дня рейнджеры делали перерыв и уезжали сторону глубоких долин. Здесь, среди высоких вершин, в каньонах, прорезанных ледниковыми водами, находилось множество озер и рек. Если Ларсен предпочитал грести в каноэ, ловко орудуя веслом, то Карт по привычке выбирал скутеры. На его скоростные заезды даже собирались болельщики, но никто так и не рискнул сделать вызов. Слухи среди небольшого общества планеты разносились быстро. Один раз Алекс сделал исключение, совершив скоростной сплав на большой лодке совместно с Олдом и парой рейнджеров. Во время спуска по бурному течению он чувствовал себя не очень уютно. Страха не было, просто бесило ощущение беспомощности. Вода увлекала тебя вперед очень стремительно. А все, что ты смог сделать, это немного направить свой курс, обходя острые камни и пороги.

На Ферис к удивлению обоих друзей оказалось достаточно много «братьев». Спокойная обстановка отдыха располагала к раздумьям и общению. А солдаты прибывали сюда из самых разных уголков галактической войны. Ведь со стороны Земной Федерации в этой бесконечной бойне участвовало не меньше десяти миллионов бойцов. Еще примерно столько же обеспечивали войска всем необходимым, формально не входя в Действующую Армию. Вклад Земли в схватке на стороне Альянса было сложно переоценить. Земной язык был популярным на сотнях планетах, ведь на нем разговаривали лучшие воины Галактики. Вот только конца этой бесконечной войны было не видать.

Как обычно под вечер друзья решили прогуляться по центральной аллее Кондоминиума. Здесь, среди высоких пальм и кипарисов, между подстриженным кустарником лежало множество дорожек. По пути попадались красивейшие цветники, оригинальные фонтаны и восхитительные скульптуры. По бокам от аллеи расположились самые популярные ресторанчики, клубы, магазины. Публика после дня оздоровительных процедур, прогулок, или работы совершала спокойный вечерний моцион, или наоборот, искала развлечений. Иногда друзья поднимали руки в знак приветствия или кивали головой. Они быстро завели здесь кучу знакомых.

Внимание Алекса привлекла сначала не сама девушка, а двое типов, шедших по бокам. Они были в гражданской одежде, но чуть разболтанная походка, привыкшая к малой силе тяготения, напряженное положение шеи, обычное для ношения тяжелого космоскафандра, сразу выдавало в них спецов из космического десанта. Благо Карту не раз приходилось сталкиваться с этим крепкими и опасными парнями. «Хм, а что эти ребята забыли тут?» — мелькнуло в голове шеф-сержанта. Самое высшее для не офицера звание он получил перед самым отпуском. Приказ пришел из самого штаба Мобильной пехоты, вещь сама по себе неординарная. Обычно это звание давали только сверхсрочникам.

Карт еще раз внимательно взглянул в сторону молодчиков из элитных войск. Обычно десантников любила использовать флотская разведка, к которой у рейнджера накопилось множество вопросов. На друга вопросительно взглянул Ларсен, он остановился чуть впереди. И тут глаза молодого человека зацепились за стройные ноги девушки, шедшей между двумя космодесантниками. Затем он перевел взгляд повыше и при контровом свете местного светила, склонившегося к далекой горной вершине, обрисовался до боли знакомый профиль. «Ольга!» — застучало во внезапно опустевшей голове, а ноги сами понесли его на ту сторону аллеи. Троица как раз сделал остановку, девушка вытряхивала из туфельки случайно попавший туда камешек. Ларсен недоуменно взглянул на своего друга, а потом чертыхнулся — «Вот попали!», и двинулся следом.

— Оля — горло пересохло, и вместо крика вышел какой-то сип.

На подошедшего молодого человека мельком взглянул более высокий сопровождающий и махнул девушке рукой. Но Карт уже встал на пути девушки и, глядя прямо в ее глаза, обреченно произнес.

— Это ты, любовь моя?

Светловолосая девушка остановилась, как вкопанная, глаза ее расширились.

— Ты?

— Откуда ты здесь?

— Эй, парень! Отойди в сторону быстро! — раздался резкий окрик. К Алексу подошел высокий десантник, судя по командному голосу, сержант.

— Тебе чего? — Карт, наверное, слишком резко повернулся к служаке, высокий флотский сразу напрягся, а его напарник сунул руку за спину.

— Проходи мимо, солдат. Мы идем по делу.

— У меня тоже к ней дело, сержант.

Высокий осклабился. Между тем рядом, как бы невзначай, остановился Ларсен.

— Если разбираешься в субординации, то ты, парень, знаешь, что не всегда полезно совать голову куда попало. Слушай старших и вали отсюда.

— Старший? — Алекс усмехнулся — Я шеф-сержант мобильных войск.

Старший из десантников сузил глаза.

— Кто ты, говоришь?

— Не важно — Карт уже терял терпение. Ольга также немного пришла в себя и осторожно сделала пару шагов назад. В глазах девушки читалась легкая паника. А рейнджер, цедя слова, чеканно выдавил — Сержант, мне нужно просто переговорить с этой девушкой. Ты понял?

— Парень, ты уже нашел себе проблему — Старший десантник требовательно протянул руку — Разведка флота, покажи мне свой Ай Ти!

— Сначала свои документы покажи, Дристота мазутная — Алекс нагло ответил флотским ругательством.

— Ты чё, обнаглел, молодой? — напарник флотского совершил ошибку, за что сразу и поплатился. Ларсен обошелся одним ударом кулака. Старший не успел среагировать, как сам упал от грамотного выпада уже самого Карта. Не успело его тело упасть на засыпанную камешками поверхность аллеи, как друзья начали действовать. В последнее время они научились понимать друг друга без слов. Алекс схватил девушку за руку, и притянул к себе.

— Будь рядом! — резко скомандовал он. Ольга кивнула головой. Она была совершенно ошарашена произошедшим, и только хлопала глазами. Пока Карт быстро обшаривал одежду десантников, Ларсен также действовал. Он обвел правой рукой воздух, условный знак «братьев». К нему сразу устремилось несколько человек. После короткого инструктажа они образовали цепь и направляли слишком любопытных гуляк дальше. Алекс успел хитроумным устройство, подаренным когда-то Карповым, взломать Ай Ти десантников. Они и в самом деле работали на разведку, и находились сейчас на службе. Последнее найденное в административном секторе Эй Ти приказание гласило: «Доставить объекты Б и С в резидентуру».

— Ал, уходим!

— Да — Карт уже встал, закинул сумку девушки за спину, схватил ее за руку и устремился направо. Там, в небольшой закусочной работал один из знакомых им «братьев». Ларсен двигался впереди, он наскоро обменялся с хозяином парой фраз и кивнул головой. Они быстро прошли через кухню в большую комнату, видимо, место для отдыха. Карт посадил Ольгу на небольшой диванчик, а сам сел, напротив, на деревянный табурет. Здесь была в моде простая и грубая мебель. Ларсен остался снаружи.

— Как ты тут оказалась? Я успел навести справки, тебя ведь отправили на Землю.

Ольга поправила юбку-колокольчик и подняла глаза. Алекса резко холануло по сердцу, в глубокой синеве девичьих глаз плескалась безмерная печаль и страдание. У мужественного и повидавшего многое рейнджера сразу схватило горло.

— Значит, ты искал меня.

Они оба замолчали, иначе бы расплакались. Чуть позже они опять подняли глаза друг на друга.

— Не надо было нам встречаться, Ал. Ты уже натворил таких дел, не расхлебаешь.

Она замолчала, снова потупив глаза. Руки нервно перебирали складки легкой кофточки, Ольга выглядела совершенно потерянной. Нет, совершенно не так он представлял себе в безумных снах эту встречу! Юноша схватил девушку за руки.

— Ольга! Я жаждал и боялся этой встречи! Но раз уж она произошла, нам надо поговорить. Нам надо об очень многом поговорить. Ты даже не представляешь.

— Представляю, милый — Ольга снова подняла глаза, теперь они светились тихой печалью — Но все так сложно.

— Почему? Черт побери! Мы любим друг друга, а любовь способна на многое.

— Если бы так — неожиданно девушка разрыдалась, Алекс растерянно смотрел на нее. В комнату заглянул Ларсен.

— Ребята, у вас все нормально?

— Олд, принеси, пожалуйста, чего попить.

Через минуту норвежец поставил на маленький столик поднос с кувшином и стаканами.

— Братья убрали «этих» подальше. У нас есть полчаса — проговорил он тихо, косясь глазами на девушку.

— Спасибо.

Карт смотрел на девушку, и на его сердце, наконец, установилось спокойствие. Он не мог представить себе, что ему будет когда-нибудь так хорошо и покойно. Видимо его состояние передалось понемногу девушке, она закончила плакать, вытерла глаза и нос платочком и жадно выпила стакан морса.

— Некрасивая я сейчас, да? — прошептала она.

— Что ты говоришь, милая. Ты для меня всегда будешь самая красивая — прошептал юноша. Его лицо приблизилось к ее, через мгновение их губы соединились. И все вокруг пропало… Пропал весь этот жестокий и проклятый мир, так безжалостно разлучивший их три года назад. Они снова были вместе, вместе со своей любовью и своими чувствами. Самыми древними чувствами человечества, породившими и самую жизнь, и саму цивилизацию.

— Ты здесь зачем оказался? — девушка уже совсем пришла в себя и серьезно смотрела на своего суженого-ряженого.

— Я в отпуске. Последний год выдался тяжелым.

— Я вижу — Ольга погладила засуровевшего сержанта по щеке — Ты изменился.

— А ты здесь как?

— Я? — девушка опять впала в отстраненное состояние.

— Оля, прости, но мне надо разобраться во многом. И мне кажется, что именно ты многое значишь во всем этом — молодой человек беспомощно развел руками. Девушка подняла глаза, они уже светились жизнью, видимо она приняла какое-то важное для себя решение.

— Ты прав, Ал. Нам надо о многом поговорить. Слишком много загадок вокруг меня и тебя.

Алекс не успел ответить, в комнату зашел Ларсен и хозяин заведения.

— Алекс, надо сваливать. Нам нашли тихое местечко.

Они осторожно вышли через заднюю дверь и садами стали продвигаться в сторону гор. Время от времени Ларсен говорил с кем-то по переговорному устройству. Такие здесь носили только представители сил безопасности. Наконец они оказались перед серым зданием из грубого камня. Маленькая дверь распахнулась, и вся троица оказалась в узком коридоре. Затем была лестница и пара этажей вниз. И вот неведомый провожатый довел их до небольшого помещения с двумя дверями. Растоптанный диванчик, столик и пара кресел, в углу портативная плитка и умывальник.

— Меня зовут Сергио — кивнул всем их провожатый, невысокий мужчина с узкими усиками — я здешний механик. Можете располагаться. В той двери спальня, здесь уборная. Душ на этаже.

— Мы где вообще? — Карт огляделся. Кругом были трубы, много труб. Где-то урчало, что-то пыхтело.

— Мы на насосной станции — усач улыбнулся — А ты думаешь, вода с ледников сама уходит куда надо?

Алекс вспомнил рабочую шахту рядом с лестницей. Она явно уходили очень глубоко.

— Там внизу подземные потоки?

— Да. Там же генераторы.

— Получается — Ларсен заинтересованно слушал механика — вы тут автономно энергию получаете.

— В основном да. Еще есть термогенераторы в сторону адовой плоскости, и автономный реактор около космодрома.

— Вы опасаетесь нападения? — Ларсен был удивлен.

— Это колония землян, мы всегда опасаемся.

Рейнджер кивнул головой. Местная идиллия немного расслабляла. На самом деле в этой части Галактики не существовало совершенно безопасных мест.

— Сергио — Карт устало опустился на кресло — нам нужен свой человек, который может принимать решения.

— Найдем — усач важно кивнул головой и направился к выходу. К нему шагнул норвежец.

— Подожди, пройдусь с тобой. Надо глянуть, что к чему.

Механик улыбнулся и прогоготал

— Узнаю бравых штурмовиков! Пришлось в той жизни пересекаться.

Карт благодарно кивнул другу и пошел в угол. Пока девушка разбиралась со своей сумкой, Алекс включил кухонный автомат и приготовил им кофе. Автоматический раздатчик выдал им пару сэндвичей с местной рыбой.

— Перекуси — рейнджер подвинул девушке чашку и тарелку.

Пережевывая свежую булку с форелью и овощами, Карт собирался с мыслями.

— Тебе явно есть, что мне сказать? — наконец он задал вопрос.

— Да — девушка вздохнула, но голову не опустила.

— Кто были эти парни? Из косморазведки?

— Сотрудники отдела И — неожиданно заявила девушка и удивилась реакции юноши — Ты не знаешь, кто это такие? Ты же встречался с Шабаниной и Чампом.

Теперь пришла очередь удивляться Карту. Он собрался с духом и осторожно спросил

— Расскажи, пожалуйста, подробнее, кто это и с чем их едят.

— Понятно — Ольга опять вздохнула — Честно говоря, я думала, что ты в курсе, поэтому и напал так внезапно. Эти парни очень серьезные ребята. Лихо вы их… — она облизнула губы и протянула руку за чашкой — В жизни бы не поверила, что ты умеешь так драться.

— Я многое умею.

— А я не сомневаюсь — девушка улыбнулась и теплая волна прошла по груди сурового вояки — Отдел И входит в главное управление разведки Флота, там же и отделы Н и Э.

— Это, в котором Чамп служит?

— Да, насколько я знаю. Я думала, что ты входишь во внутренний круг, и в курсе происходящего там.

— Нет, меня не успели допустить, я ушел в автономное плавание — Алекс усмехнулся — А вот откуда ты все это знаешь?

— Я… — девушка споткнулась — Я тебе рассказывала ведь о своей матери. Она работает в отделе И. Они занимаются передовыми научными исследованиями, и так получилось, что я с детства являюсь частью эксперимента и связана с ними до конца жизни.

— Вот даже как? — юноша что-то вспомнил — А эта Шабанина не руководила проектом на отдаленной планете?

— Да.

— Графиня!

— Ты знаешь ее прозвище? Она усиленно интересовалась именно тобой, мне просто форменный допрос устроила.

Алекс напрягся, и осторожно подбирая слова, стал расспрашивать девушку.

— Оля, а при каких обстоятельствах это происходило?

— Как при каких? Я для сохранения улетела на землю в лабораторию к маме, а тетя Маша прилетела на роды.

— Какие роды, какое сохранение? — в голове у Алекса все смешалось.

— Ты что?!! — у девушки расширились глаза — Ты ничего не знаешь? Ах, вот почему они так тебя опасались!

Она хлопнула себя по коленам и возбужденно привстала. Затем подошла к юноше и опустилась перед ним на корточки. Ее светящиеся глаза оказались напротив его лица — Моя любовь, ты уже два года как папа!

Видимо реакция влюбленного по самую макушку юноши оказалась очень комичной, девушка заливисто захохотала. А в голове у Карта стали, наконец-то, складываться пазлы. Он сразу вспомнил указание, снятое с Эй-ти сотрудника разведки — «Доставить объекты Б и С в резидентатуру». А он, значит, объект А.

— Ал, у тебя чудесная девчушка. Она такая милая — между светлых прядей, упавших на лицо потекли слезы — Так любит играться с бабушкой.

— Уф, подожди, милая — надо было прийти немного в себя. Карт поднялся и заходил по комнате, потом нажал на кнопку местного коммуникатора.

— Но как? Мы же были осторожны.

— Не знаю — Ольга уже села, пристально наблюдая за рейнджером — Я же биолог, сам понимаешь, об этом все знаю, но ничего не сработало. Когда я поняла, что беременна, и именно от тебя, то сначала испугалась. Потом я связалась с мамой и вскоре за мной приехали люди из отдела.

— С ума сойти — Алекса, наконец, сел в кресло — у меня дочка, я папа, и со мной моя любимая.

В дверь постучались, и в проеме показалась голова Ларсена.

— Можно?

— Заходи, чего стоишь?

— Да мало ли? — норвежец шутливо подмигнул.

— Пока не до этого — махнул головой Карт и Олд сразу посерьезнел — у нас проблемы с очень серьезными ребятами, нужны хорошие спецы.

— Уже едут — уверенно кивнул головой Ларсен — я тут кое-что уже предпринял, на свое усмотрение.

— Правильно. Нам нужны свои люди, предстоят большие дела.

— А когда они у нас были маленькими, Ал? — саркастически усмехнулся его друг.

— Ребята, вы что, хотите бросить вызов самой Организации? — Ольга сидела широко раскрыв глаза.

— А в чем проблема? — Карт обернулся — Мы тоже не лыком шиты, пора поиграть мускулами.

— Так значит, это правда? — девушка загадочно посмотрела на своего суженого.

— Что?

— Ты и на самом деле «первый брат»?

— На Земле о них уже слышали? — удивился Алекс.

— Конечно. Много конечно недомолвок, официально ничего о вас не сообщают. Но «братья» уже вызвали в обществе целую волну дискуссий.

— Ну, значит, мы на верном пути — Карт улыбался, а девушка подошла к нему и, обняв, припала к его груди.

— Теперь я верю, что ты защитить меня и нашу Любашу.

Ларсен во все глаза посмотрел на своего друга, а Алекс покачал головой

— Да, Олд, у меня родилась дочка. Такая вот история.

Норвежец потрясенно помотал головой, слишком быстро кругом менялись декорации. В дверь постучались, и в проеме показалась голова Сергио.

— Заходи — махнул рукой Ларсен.

— Я привел к вам связиста, толковый парень.

За усачом появился невысокий и юркий техник. Он представился как Ален Жиресс.

— Дайте мне ваши руки — попросил сразу связист.

Он внимательно осмотрел места, куда были имплантированы Эй-ти друзей. Потом достал две полоски из мягкой серебристой ткани и наложил сверху над индивидуальными датчиками, которые земляне начинают носить с детства. Эй-ти служили одновременно и как удостоверения личности, как приборы для коммуникации и датчики слежения. Вмешательство в работу имплантатов считалось тяжким федеральным преступлением. Жиресс что-то проверил на своем планшете и удовлетворенно хмыкнул.

— Теперь можете передвигаться свободно, вас не засекут. Только накиньте сверху что-то с длинными рукавами — Ален почувствовал немой вопрос во взоре Карта — Первый брат, в этом месте хорошая экранированность, вас не засекли.

— Давай использовать армейские звания — Алекс поморщился. Дождавшись кивка от связиста и техника, он продолжил — А что с девушкой?

— А она и так без Эй-ти — Жиресс пожал плечами.

— Что?! — хором вопросили все остальные.

— Бывает и такое — связист был невозмутим, что импонировало Карту. Он вопросительно взглянул на Ольгу, та спокойно выдержала взгляды мужчин, и отвечать не торопилась.

— Ладно, с этим не гоняйте. Сергио, нам нужны люди. Ты нашел кого-нибудь?

— Достаточно, шеф. Выставлено оцепление, в городке также ведется наблюдение.

— Они не засветятся?

— Обижаете, шеф — усач улыбнулся — это очень опытные люди. Пока все спокойно. Эти двое черных куда-то растворились.

— Нам нужен координатор — задумался Карт.

— Я буду за него — Ларсен уже держал в руках планшет с модулем местной связи — Сейчас Ален мне кое-что покажет, и я смогу действовать.

— Порядок — кивнул Алекс и задумался. Что-то не давало ему покоя — Слушайте, а никто не знает, где тут резидентура разведки?

Местные пожали плечами, но вдруг заговорила Ольга.

— Я не знаю точное месторасположение, но судя по разговорам моих сопровождающих, это где-то в районе минеральных источников. Там еще находятся лечебницы с грязями. Я в этих местах бывала во время практики.

— Сможешь? — Карт посмотрел на связиста.

— Найду по информативному трафику — заулыбался тот.

— Тогда найдите и поставьте вокруг их базы наблюдение. Только осторожно, парни там очень опытные. Олд, к утру нам нужны будут вооруженные люди, лучше штурмовики или десантура. И надо будет взять под свой контроль все окружающие посадочные площадки и станции монорельса. Все понятно? Тогда ступайте.

Он встал и с удовольствием потянулся. Пожалуй, надо передохнуть, завтра будет очень сложный день.

— Оля, иди в ту комнату и постарайся прилечь, тебе надо выспаться.

— Я, наверное, не смогу заснуть, Ал — Ольга подняла встревоженные глаза.

— Я тебе помогу, дорогая. Нам это привычно.

Он провел девушку в маленькую спальню и сделал ей легкий точечный массаж. Ольга расслабилась и скоро мерно сопела, свернувшись калачиком. Алекс накрыл ее одеялом и осторожно вышел. На кресле уже сидел Ларсен и пил свежесваренный кофе.

— Ну, как?

— Всех расставил, куда надо послал. Парни толковые, есть сверхсрочники, так что все будет нормалек.

— Нам тоже надо отдохнуть, Олд — Карт коротко взглянул на старого друга — И вообще, ты можешь уйти, если захочешь. Это не твоя война.

— Скажешь тоже — норвежец улыбнулся — самая веселуха только начинается. А если серьезно, то рядом с тобой, Ал, я и начал чувствовать полноту жизни.

Ларсен вытянул ноги и отложил планшет в сторону, потом посмотрел на Алекса и продолжил

— Понимаешь, мне всегда хотелось чего-то большего, но приходилось заниматься всяческой ерундой. А с тобой, с тобой все иначе. Мы пошли против застоявшейся рутины, и я живу. Знаешь, я живу! Мы спасли своими тайными переговорами много хороших парней, мы дали толчок «братьям». И это здорово! И вдобавок я занимаюсь своей мечтой, создаю новый вид единоборств. Что еще желать от жизни?

Норвежец улыбался, хорошо так улыбался. Так улыбаются только счастливые люди. Алекс подошел к другу и хлопнул того по плечу. Взаимно ободрив другу друга, они договорились о графике дежурств.

— Что нового? — Карт расспрашивал юркого паренька капрала, который руководил наблюдением за особняком, в котором и находилась резидентатура флотской разведки.

— Все также. Ведут осторожное наблюдение за территорией. Используются камеры и дроны. Сходящий информтрафик достаточно велик. В остальном спокойно. Входящие и выходящие люди опознались как гражданские сотрудники местных офисов обслуживания.

— Понятно — Алекс задумался — сами то не спалились, капрал?

— Обижаете, шеф — парень улыбнулся — я грамотных парней подобрал, нам и девушки помогают.

— Даже так?

— У всех здесь есть подруги. А черных все недолюбливают.

— Ха, вы даете! — Ларсен чуть не захохотал, потом скосился на друга и посерьезнел — Ну что, какие действия, атаман?

Он употребил древнее русское слова. Карт вспомнил, что оно обозначала командира вольных воинов.

«А что? Мы сейчас такие и есть» подумал он, но вслух высказал иное:

— Штурмовики здесь? — дождавшись кивка головы, продолжил — Тогда выдвигаемся. Я впереди, ты с Ольгой за мной, парни по бокам.

Ларсен молча кивнул. Это был большой риск, но ведь наглость города берет.

Через пять минут х группа вышла из густых придорожных зарослей. До этого момента они экранировались специальными приборами и на технике разведчиков выглядели как «слепое пятно». Может, поэтому до двери в офисное здание они успели добраться без проблем. В небольшом фойе их встретили двое мужчин крепкой наружности. Один из них поднял руку

— Вам сюда нельзя. Вход только для персонала.

— Отойди в сторону, парень — проговорил Карт и двинулся вперед. Дальнейшее произошло очень быстро. Охранник выдвинул руку для задержания, но в ту же секунду упал от удара ногой. Алекс добавил вырубающий удар по шее. Второго служаку буквально снес Ларсен. Не задерживаясь, друзья пошли дальше по коридору, сразу повернув направо. Из боковых дверей уже выскакивали люди в черных комбинезонах. Разведчик с нашивками сержанта предостерегающе поднял руку, остальные бойцы держали правые руки на поясе, рядом с оружием. Штурмовики Карта действовали на упреждение, маломощные полицейские бластеры уже уперлись в лицо черным.

— Мне нужен резидент — чеканно произнес Карт, глядя в лицо сержанта со стоическим спокойствием. Тот же наоборот, сильно нервничал, по лбу прокатилась капля пота, оставив длинную мокрую борозду.

— Шеф-сержант, вы нарушаете закон. Уберите оружие и сдайтесь властям.

— Ты не понял, сержант — Карт наклонился вперед и нагло взглянул в лицо разведчика — Мне нужен ваш резидент. И не вздумайте дергаться. Эти парни, в отличие от вас, опытные ветераны.

Старший разведчиков нервничал, ему явно что-то передавали по связи. Наконец он глухо произнес.

— Сержант Карт, немедленно прекратите противоправные действия! И верните гражданку Савину.

— А то что? — Алекс уже подошел вплотную к разведчику и слышал его нервное дыхание. Затем неожиданно схватил того за запястье и сжал. На пол упал маленький предмет, миниатюрный мазер, а разведчик завыл от боли. Он был выше и здоровее рейнджера раза в полтора, сквозь комбинезон проступали мощные мышцы, но сейчас «черный» сержант с удивлением и страхом пригибался к полу. Вскоре он уже не мог терпеть ужасающую боль и громко завыл. Его подчиненные так и застыли, не рискуя выхватить оружие. Бластеры штурмовиков смотрели прямо им в глаза. А у входа в здание появилось еще несколько человек, в гражданском, но с хорошей военной выправкой, у некоторых в руках находились тяжелые сумки. На улице впритык стояли несколько транспортников с крепкими молодцами на сиденьях. А ближайшая коммуникационная башня неожиданно стала глушить это район, прерывая всю связь напрочь.

— Прекратите, Карт! — в коридоре появился мужчина в такой же черной форме — Вы, что себе позволяете, шеф-сержант!

— Представьтесь! — Карт отпустил скрюченного от боли разведчика и шагнул к офицеру. Видимо в его взгляде что-то сквозануло такое, что офицер флота отшатнулся в сторону.

— Я командор Шабутдинов.

— Мне нужен резидент — Карт не отступал. Командор уже пришел в себя и скомандовал своим, чтобы те помогли искалеченному разведчику встать.

— Карт, вы сломали ему руку, черт возьми! Вы не имеете права, здесь находится.

— И что вы сделаете? — рейнджер ехидно улыбнулся — Думаете, сможете нас остановить?

— Карт, вы что, начнете стрелять по своим? — Шабутдинов занервничал, ситуация явно выходила из-под его контроля и это ему не нравилось.

— По своим ли? — лицо рейнджера было красноречивей слов, а помятый командир охраны добавлял аргументов.

— Что вы хотите?

— Поговорить с резидентом, у меня накопилось слишком много вопросов.

— Сейчас я за резидента — командор или принял решение, или получил команду — Пойдемте за мной.

— Э, командор — Карт не стронулся с места — так дело не пойдет. Уберите с коридора своих людей.

Шабутдинов задумался, потом подозвал одного из охраны и что-то коротко скомандовал ему.

— Мы сейчас уберем э… пострадавших. У входа в переговорную команду будет пара моих и пара ваших людей. Так пойдет?

— Да.

— И думаю — разведчик позволил себе улыбку — блокаду здания вы не снимете, как и экранирование связи.

— Вы правильно думаете, командор.

— Тогда прошу за мной.

Карт с Ольгой прошли внутрь, все это время девушка находилась под защитой трех мрачных парней. У входа остался Ларсен с одним из штурмовиков, напротив их застыли два разведчика, стараясь не показывать свою нервозность. Они ведь привыкли, что их все всегда боятся и редко сталкивались напрямую с настоящими закаленными бойцами.

— Садитесь.

Кабинет резидента был просторен и хорошо обставлен. Большие окна выходили на закрытый от посторонних глаз сад. Опытный взгляд мог сразу засечь в нем несколько работающих охранных систем. Тыл здания охранялся весьма хорошо. Посередине большой комнаты стоял огромный рабочий стол, рядом с ним несколько кресел, у окна удобный диванчик. В углу находился пульт и экран связи. Карт отметил, что горит рабочий зеленый огонек, значит, секретная связь все-таки работает. В другом углу стоял шкаф из дерева и находилась маленькая дверь. Рейнджер тут же проверил ее, это был обычный санузел.

Шабутдинов был офицером опытным, быстро взял себя в руки, и сразу перешел к делу.

— Шеф-сержант Карт, у вас и так большие неприятности. Зачем вам еще другие? Нападение на моих сотрудников, похищение гражданки Федерации, затем вы вломились в закрытый офис разведки Флота и покалечили одного из сотрудников, угрожали офицеру оружием. Тут пахнет даже не дисциплинарным батальоном, а настоящим уголовным судом. Вы вообще отдаете себе отчет в своих действиях? Вы, сержант, даже банду успели сколотить из своих… братьев.

Ольга, сидевшая со своим любимым на удобном диванчике, резко побледнела и встревожено кинула взгляд на Алекса, а тот совершенно спокойно встретил прямой наезд флотского разведчика.

— И это говорит тот, кто отдавал незаконные приказы? Какое право разведка флота имеет задерживать и конвоировать гражданское лицо? По какому такому закону она имеет право препятствовать ее общению с близкими людьми? А, командор? Что вы вообще тут делаете, так далеко от линии фронта? Здесь место для полиции, на худой конец контрразведки, а не боевому подразделению. Ваше место там, в Космосе!

Шабутдинов покраснел, давно ему не делали выволочку. И кого он вынужден сейчас выслушивать? Какого-то наглого щенка! Командор вскочил с места и замахнулся, но в тот же миг отлетел в угол, снеся по пути тумбочку с каким-то аппаратом. На шум в кабинет заглянули человек в черном и Ларсен.

— У тебя все в порядке?

— Ага — кивнул головой Алекс — наш доблестный командор страдает припадками, кидает его иногда.

Ошеломленный офицер поднялся с пола, его лицо было совершенно багровым, губы тряслись от злости.

— Вы что-то хотите сказать, командор?

Шабутдинов не успел ничего ответить, из санузла неожиданно нарисовался офицер в форме командора флота — Ну, все, Диккерт, хватит ломать комедию, вы свободны.

«Опа, проворонили потайной вход» — мелькнуло в голове у Карта, и руки непроизвольно сжались. Ларсен мгновенно подался назад и оказался немного позади охранника из разведки.

— Все нормально — офицер поднял примирительно руки — Это я командор Шабутдинов и попросил капитана Диккерта из охраны немного поимпровизировать. Спасибо, капитан.

Он повернулся к Карту и тот сразу понял свою ошибку. Принять обычную гориллу охранника за резидента флотской разведки было непростительно. Настоящий Шабутдинов оказался на вид сухопар и крепок, узкие темные глаза на круглом лице работали, как сканеры, стараясь влезть прямо к тебе в душу. В нем угадывался человек, много проведший времени в дальних космических рейдах. Походка вразвалочку, особая бледность лица и моторика рук. Махнув в сторону двери, чтобы лишние вышли, он повернулся к влюбленной парочке.

— Садитесь, ребята. Сейчас закажу кофе, в здешнем офисе неплохая пищевая автоматика с Их-Вариша. И варишское кофе в достатке имеется. Насколько я знаю, вы, Карт, к нему неравнодушны?

— А вы много знаете — Алекс напрягся, судя по всему, перед ним настоящий флотский волчара.

Через несколько минут разносчик-автомат подкатил к столику и аккуратно манипуляторами выставил поднос с двумя чашками и настоящим мармеладом.

— Угощайтесь, мармелад местный — командор играл рачительного хозяина, иногда поблескивая льдинками холоднорассчетливых глаз.

Алекс взглянул на Ольгу и показал глазами, что все в порядке. Девушка уже пришла в себя, и выглядела сосредоточенной. Рейнджер понял, что не ошибся в ней.

— Вы из отдела «И»? — рейнджер решил не тянуть кота за хвост.

— Нет — Шабутдинов поставил свою чашку на столешницу — я представляют здесь другой отдел. А вы также хорошо осведомлены. Ольга рассказала?

— Кое-что я и так знал. Не забывайте, что я также член Организации.

— Организации… Она допустила в отношении вас грубую ошибку.

Командор замолчал, девушка заметно напряглась, а Карт решил действовать.

— Тогда у меня лично к вам будет много вопросов. Первый, где моя дочь?

— Вы рассказали? — офицер посмотрел укоризненно на девушку.

— Он имеет право! — Ольга вспыхнула, ее голубые глаза заметно потемнели.

— Возможно — флотский продолжал играть в степенного отца семейства, Алексу это сильно не нравилось.

— Шабутдинов, вам задали вопрос. Будьте любезны ответить!

— А то что? — холодно ответил командор — Будете пытать меня?

— Не сомневайтесь — хищная улыбка рейнджера пугала — у меня большой опыт в этом деле.

— Не сомневаюсь, сержант — выдохнул разведчик — ваши люди хорошо себя зарекомендовали, надо отдать должное, мы на такой натиск не рассчитывали. А по вопросу: дочка гражданки Федерации Савиной была отправлена, согласно программе «Исход». Собственно говоря, и саму гражданку наши люди сопровождали туда же. Больше я вам сообщить не могу, сами понимаете, мои полномочия ограничены.

— Что еще за «Исход»? — недоуменно посмотрел на Ольгу Алекс.

— А ты разве не знаешь?

— Оля, перестань говорить загадками.

— Это… — девушка запнулась — земная колония. Где-то очень далеко. Меня туда мама отправила, а Любашу пришлось раньше, необходимо время для обязательного карантина.

— Вот дела — Карт задумался — Командор, свяжитесь с вашим начальством. Я хочу увидеться со своей дочкой и полковником Чампом.

— Вы совершенно обнаглели, сержант. Не в вашем положении чего-то требовать.

— Да неужели? — Карт блеснул глазами, Шабутдинов сидел в кресле слишком расслабленно — Это вы не в том положении, чтобы мне перечить! Идите к узлу связи и свяжитесь с руководством. Это случайно не сам адмирал Нахимов?

Командор побледнел, но с места не встал.

— Эй, разведчик! У вас плохо со слухом? Мне нужны ответы. Кто я и эта девушка? Каким образом мы связаны с тайными отделами Организации? Как вы намерены использовать мою девушку и моего ребенка?

— Замолчите, сержант! — командор хлопнул ладонью по столу — Кто вы такой, чтобы менять установившиеся за столетия правила?! Нам и так последствия ваших действий предстоит разгребать многие месяцы.

— Каких действий, командор?

— Вас и ваших чертовых «братьев»!

— Ах, вот вас что бесит — Алекс улыбнулся — А не подскажете мне статистические данные перемен в подразделениях и частях, где работают «братья».

— Эффективность боевых действия снизилась на пятнадцать процентов — отчеканил офицер.

— Потери?

— Снизились на тридцать — пробурчал нехотя флотский.

— А местами и до сорока — подловил его Карт — Я и мои братья смогли сберечь многие тысячи жизней нашим парням. И они вернутся на Землю. Понимаете, командор. Вся эта ваша никчемная Организация уже давно занимается совершенно не тем. Я лично видел, как из-за ваших глупых секретов погибают хорошие люди. Так что не учите меня жить.

— Не знаю — Шабутдинову разговор явно не нравился — это не в моей компетенции. Пусть с этим разбираются регенты и Суд Высших.

— А вот оно в чем дело — Алекс засмеялся — Оля, представляешь, эти клоуны хотят отдать меня под суд их любителей древности.

— Это не шутки, Ал — девушка побледнела — именно они и правят Федерацией.

— Сначала меня надо поймать.

— Молодой человек — командор буквально впился взглядом в лицо рейнджера — вы что, собираетесь начать гражданскую войну?

— Командор, не порите чушь! Если вы так некомпетентны, то вызовите, черт побери, Нахимова!

Карт сделал пару шагов по направлению к узлу связи. Дальнейшее произошло очень быстро. Шабутдинов что-то нажал ногой и прямо в его руку выпрыгнул из тайника небольшой бластер, применяемый военной полицией. В голове у Алекса все буквально вскипело от злости на этого через чур исполнительного служаку. Он уставился прямо в раскосые глаза разведчика, и гнев нашел свой выход. Командор неожиданно захрипел и схватился левой рукой за горло, лицо его резко побледнело, а глаза стали как-то шире. Правая рука понемногу разжалась, и маленькое ручное оружие с глухим стуком упало на стол. Шабутдинов откинулся на спинку кресла и тяжело задышал, со страхом взирая на рейнджера. Дальнейшее ошеломило уже обоих мужчин. Ольга вытянула руку и посмотрела как сквозь прицел на бластер. И он… начал движение, через секунду оказавшись в изящной ручке миловидной девушки.

— Пусть у меня побудет — проворковала она и сунула оружие в свою сумочку.

— Ну, ты даешь, подруга — Карт рухнул на кресло и глядел на девушку ошеломленно.

— Думаешь, только у тебя одного способности.

— И давно?

Ольга задумалась.

— Мама говорит, что и в детстве что-то такое проявлялось. Но явно началось все во время беременности.

— Ха — Карт заулыбался — Что же тогда наша дочурка будет выделывать.

— Да кто вы такие, черт побери! — командор быстро, надо отдать ему должное, пришел в себя, но оставался напуганным. В глубине темных глаз до сих пор полыхали отголоски пережитого ужаса.

— А я думал, это вы мне ответите? — Карт пересел поближе, на краешек стола, и разведчику пришлось униженно смотреть снизу вверх — Зачем весь этот цирк?

— Я много не знаю — промычал мрачно Шабутдинов — Мне было только приказано доставить девушку на орбитальную станцию. Затем поступило предупреждение на счет вас.

— Ну, тогда мы с вами немного побеседуем — зверская улыбка рейнджера заставила опытного разведчика содрогнуться.

— Не надо, Ал — прошелестела Ольга — у разведчиков поставлен умственный блок. При жестком допросе он просто выключит мозг.

— Хитро — Алекс встал и нервно заходил.

— Да и вряд ли он, на самом деле, что-то знает стоящее.

В этот момент в дверь стукнули, и показалась голова Ларсена.

— Ал, мне парни сообщили, что на ближайшую платформу приземлился орбитальный челнок, в нем люди в черном.

— О как! Шабутдинов — рейнджер посмотрел на разведчика — вы ничего нам сказать не хотите?

— Скорей всего руководство прислало кого-то для переговоров. Я успел послать сигнал о захвате станции — нехотя ответил помрачневший командор. Из привычного для себя положения хозяина планетоида он фактически скатился до статуса пленного.

— Свяжитесь с ними немедленно! — тут же потребовал Карт — Или мы будем их рассматривать как врагов!

Резидент взглянул на сержанта округлившимися глазами, но перечить не стал. Алекс же подошел к другу и начал раздавать указания. Через пару минут все охранники станции были разоружены и помещены в помещение склада. Рядом со зданием появилось несколько транспортеров с напряженными молодыми людьми внутри. Опытный глаз сразу определил бы их как опытных воинов, а также заметил бы слегка замаскированное оружие. Участок местного монорельса оказался отключен, и вообще территория всего кластера заблокирована. В «братьях» было полно опытных солдат и командиров. Взять район штурмом стало бы очень нелегким делом.

Наконец Шабутдинов отвернулся от дисплея закрытого узла связи.

— Карт, подойдите.

Алекс увидел на экране незнакомое одутловатое лицо офицера.

— Шеф-сержант Карт? — спросил он хорошо поставленным голосом — я командор-капитан Линбрех. Мне поручили переговорить с вами.

— Хорошо — деловой тон офицера высокого ранга понравился рейнджеру — Вас проводят.

— Мне, э, можно взять с собой двух моих людей?

— Пусть сдадут оружие, за вами сейчас прибудет дежурный флайер.

Линбрех кивнул головой и экран погас. Карт вызвал по переговорному устройству Ларсена и дал ему указания, затем повернулся к резиденту.

— Кто такой, этот Линбрех?

Командор покрутил головой и нехотя выговорил

— Заместитель Нахимова, я мало с ним сталкивался. Он курирует Земной сектор.

— Вот даже как? — Алекс подошел к двери и вызвал одного из «братьев», здорового парня в футболке, которая только что не трещала под напором мощных мускулов, и скомандовал.

— Отведи, пожалуйста, командора к остальным.

Резидент сверкнул глазами, но промолчал, а Алекс бросил ему вслед.

— И не вздумайте выделывать фортели, командор. В следующий раз я вам остановлю сердце.

— У нас есть полчаса, приляг, тебе надо отдохнуть — Алекс укрыл девушку пледом и сел рядом.

— Ты точно уверен, что нам нужно бодаться со всей Организацией? — прошептала встревожено девушка.

— Ну — Карт задумался — точно не знаю. Иногда мне кажется, что меня просто несет по течению какой-то странной реки. Я долго анализировал подробности свей жизни, Оля. Она вообще полна странностей, и мне это никогда не нравилось. Надеюсь, сейчас удастся приоткрыть полог этой тайны. Скажи, а что ты знаешь об этом «Исходе»?

— Мало. Тетя Маша, это которая Шабанина, однажды проговорилась, что туда улетели несколько ее лучших сотрудников. И знаешь, она обычно всегда дорожит своими людьми, а тут была рада за них. Как будто помогла им избежать беды. Странно все это, Ал. В последнее время мама так непонятно на меня посматривала, и все больше отмалчивалась. Я и сюда попала, в общем-то, случайно. На госпитальном сервере остались нужные мне данные, и я попросила тетю Машу сопроводить меня сюда.

— А дочка где?

— Она с мамой. Наша новоявленная бабушка также на «Исходе». Думаешь, я позволила бы вот так взять и забрать собственную дочь?

— Нет, конечно же — юноша нежно погладил тонкую руку девушки.

Ольга замолчала, уставившись в потолок, затем перевела взгляд на любимого и спросила.

— Ты не будешь обижаться, если я кое-что спрошу у тебя. Ты помнишь, как выглядит твоя мама?

Вопрос для жителя Федерации был странный. Дети находились с матерями только до конца грудного вскармливания, затем они чаще всего передавались в общественные ясли. Знанием родителей могли похвастаться только старорежимники, живущие наособицу.

— Я помню только какой-то смутный образ — неуверенно ответил Алекс.

— Она работала в лаборатории с моей мамой — вдруг уверенно выпалила Ольга. Юноша изумленно посмотрел на подругу, не в силах что-то вымолвить. Девушка поспешно достала из сумочки тот самый древний синтанский планшет и, нажав несколько раз на сенсоры, вывела изображение на экран. На ошеломленного юношу смотрела женщина лет тридцати, она была снята с коллегами, среди которых он узнал маму Ольги и Шабанину. Женщины были молоды и красивы, все блондинки северного европейского типа, их даже можно было принять за сестер. Видимо он проговорил это вслух, так как девушка кивнула головой и весело проворковала:

— Да, их так и называли в лаборатории — Три сестры! Они дружили вместе еще со времен учебы в Валдайском университете.

Алекс внимательно вгляделся в миловидное лицо блондинки, и из его памяти всплывали до боли знакомые образы, некогда приходившие в детских снах.

— Да, это она — наконец прошептал он. А девушка оживленно затараторила.

— Я еще во время тех наших встреч обратила внимание на ваше поразительное сходство. Помнишь, я показывала эту фотографию, и заметила на твоем лице какой-то отблеск. Потом, после родов, я устроила пристрастный допрос маме и тете Маше.

— И что?

— Они толком не смогли ничего ответить, или не захотели. В то время жизнь в их лаборатории била ключом, они все были очень заняты исследованиями. А твоя мама — Ольга замялась — она десять лет назад просто исчезла.

— Это как это? — Алекс был ошеломлен, сегодня был настоящий день сложения пазлов.

— Вроде как ее перевели в другой отдел. Я думаю — девушка наморщила лоб — Шабанина знает больше, чем говорит. Но она давно занимается руководящей работой, и ее очень сложно вызвать на откровенность. Все, что я от нее узнала, я добыла в обмен на информацию о тебе. И знаешь, по-моему, она была не удивлена новостью о том, кто приходится тебе биологической матерью. Графиня явно что-то скрывает.

— Затейливые у нас пироги вырисовываются — юноша потрясенно замолчал. Ольга с нежностью провела рукой по его волосам, кое-где уже проглядывала ранняя седина. Она только могла догадываться, что пережил ее суженый-ряженый. Девушка вдруг с ужасом осознала, что все эти странные, больше похожие на приключенческий роман, истории о лучшем водителе и «первом брате», это все правда. Все это на самом деле пережил именно он, оставшись порядочным человеком, и ее любимым. Потом она привлекла юношу к себе, уютно устроив его голову на своей груди. В неизбывной женской ласке и нежности, она поглаживала его голову, как матери ласкают ребенка. Ведь и мужчины иногда хотят почувствовать себя маленькими и принять толику материнской теплоты и ласки. Умные женщины всегда готовы подарить этот дар своим любимым. Они молчали, им было хорошо и без лишних слов.

А вокруг влюбленной пары назревали события, которые могли поменять весь ход жизни человечества, да и всей этой части Галактики. Но им было в этот момент наплевать на все. В этом мире сейчас есть только они, и больше никого.

Но счастье так мимолетно, как жизнь бабочки, оно стремительно мчится дальше по линии жизни, оставляя в душе только отблески неги и покоя. На коммуникаторе пропищал резкий сигнал, и молодой мужчина и женщина встали, готовясь смело встретить свою судьбу лицом к лицу. Они держались за руки, и этот жест получился у влюбленных сам собой. Именно так и поступали во все времена искренне любящие сердца.

Дверь распахнулась, на пороге нарисовался Ларсен. Глаза у норвежца были серьезными, на поясе висел полицейский бластер, тело напряжено. За ним виднелись несколько бойцов в полевой форме рейнджеров, вооруженных не только полицейским оружием.

— Ал, гость на подходе. Я тут нашел с десяток серьезных парней из «Пантер». Они на орбите были проездом.

— Это оттуда оружие? — Карт приветствовал собратьев жестом.

— Ага.

— Эх, залетим мы с тобой.

— Да ладно — Олд улыбнулся, значит, ситуацию контролировал — Кто нам сейчас указ? Станции заблокированы, посадочные площадки работают только на вылет. Всех наших черных друзей я поместил под охрану в подвальном помещении. Связь ихнюю мы пока не смогли закрыть, сигнал проходит. Парни говорят, что больно мудреные технологии, явно не земные.

— Принял — коротко кивнул головой Алекс.

— Ребята, кофе будете? — Ольга как истинная женщина успела позаботиться о своих мужчинах. Она заказала в автомате кофе и сэндвичи с рыбой. Время еще было, и друзья поспешили подкрепиться. Солдаты привыкли заправляться всегда, когда есть время и возможность.

На улице коротко прогудел кар.

— Прибыл — Ларсен побежал к выходу, дожевывая на ходу сэндвич. Карт переместил бластер резидента за пояс брюк, не очень удобно, надо было попросить специальные захваты. Он разглядывал на экране, как в просторный холл зашли три человека: приземистый человек в гражданском и двое солдат в форме космодесанта. Мрачные десантники дали себя обыскать, и встали у выхода, время от времени зыркая в сторону рейнджеров. Бойцы мобильной пехоты стояли спокойно, держа оружие в полной боеготовности, с ними было лучше не шутить. На рукаве у каждого висел шеврон с изображением пантеры, знак одного из элитных батальонов штурмовиков. Офицер не протестовал, когда обыскали и его, внимательно осмотрели кейс, который разведчик притащил с собой.

Через минуту посланец Нахимова уже заходил в кабинет. Он скользнул по лицу Карт и удивленно остановился взглядом на светловолосой девушке.

— Вы, как понимаю Карт, а гражданка Савина тоже будет присутствовать при нашем разговоре?

— А вы командор-капитан Линбрех?

— Так точно — офицер кивнул — Вы не ответили на мой вопрос.

— А вы как думаете, мать моего ребенка имеет право знать ответы на вопросы?

— Уф, вот даже как? Мим Савина, вы поступили очень опрометчиво, доверяя посторонним сверхсекретную информацию — командор пошел пунцовыми пятнами и стал вытирать лоб платком.

— Садитесь, Линбрех — Карт с девушкой сел на диванчик, напротив кресла, стоящего за столиком — Вам очень много придется нам рассказать. Ваш резидент был не очень вежлив.

— Надеюсь, вы ему не навредили? — встревожился разведчик — Он хороший офицер, просто совершенно не в курсе происходящего.

— Ну, почти — протянул Карт, не очень добро посматривая в сторону флотского офицера — У нас ведь накопилось слишком много вопросов.

— Зря вы влезли в это дело, шеф-сержант. Я всегда был против вашей самодеятельности. Но адмирал послушал Чампа, вот и итог — Линбрех вытирал вспотевшую шею, он очень нервничал.

— Мне, кстати, очень хотелось бы повидаться с полковником Чампом.

— Боюсь, это невозможно. Вот только не смотрите на меня так, Карт. Я уполномочен ответить на ваши вопросы. Вы и так тут таких дел натворили, ваши головорезы захватили резидентуру флотской разведки, перерезали все коммуникации, в строевых частях волнения. Это просто возмутительно, шеф-сержант!

— Давайте без эмоций — остудил пыл офицера Карт — где полковник?

— Он… он занимается планом «Исход», поэтому находится сейчас в очень глубокой разведке. С ним невозможно даже связаться. По крайней мере, еще месяц точно.

— Что такое этот «Исход»

— Вы ему и это рассказали? — посмотрел удивленно на девушку Линбрех — Ну, если коротко.

— Не надо коротко.

— В общем, это очень секретная информация. Многие даже во внутреннем круге не имеют допуска к ней. Но вас всё равно послали бы туда, да и девушка кое-что знает — командор сейчас выглядел собранно и серьезно — Карт, вы хорошо помните историю появления на Земле инопланетян? Это были представители Вегана. Через несколько лет после их прибытия на нашу планету напали гуманоиды из Галактического Союза. Они встретили тогда очень серьезное сопротивление. Наша раса оказалась достаточно агрессивной и не боялась крови. Затем правительству Земли предложил свою помощь Альянс, так и мы и втянулись в эту бесконечную войну.

— Я это хорошо знаю — Алекс был внимателен, сейчас ему в очередной раз приоткрывают покровы тайн, преследующих его с рождения.

— На самом деле все было несколько сложнее. Мы раса недоверчивая, и с самого начала контактов с другими мирами, на земле была создана структура, занимающаяся расследованиями и разведкой. В итоге она превратилась в Организацию, с которой тесно сотрудничает разведка Флота, которая на самом деле является спецслужбой, работающей против инопланетных рас. В нее же входят и тайные научные сектора, где работали ваши матери. Да, да, мы отлично осведомлены на счет вас. Хотя биологическую маму Карта мы нашли только недавно. В нашей картотеке, почему-то, значилась другая женщина. Так вот, и картина, которая предстала перед тогдашними руководителями планеты, оказалась совершенно иной.

Линбрех был предельно серьезен.

— По данным нашей разведки нападение на нашу планету было спровоцировано членами Альянса, чтобы мы встали на их сторону. Они использовали возможности нашей расы и цивилизации в своих целях. Карт, я вижу, вас это совершенно не удивляет?

— Альянщики ведь так уже поступали и раньше? Например, используя Их-Вариш?

— Совершенно верно, шеф-сержант. Мы — разведчик довольно хмыкнул — уже в курсе вашего частного расследования. И зачем вы мотались со своим другом по окраинным планетам.

— Можем с вами поделиться — ехидно заметил Алекс — Ваша служба вряд ли имеет такую информацию.

Офицер насупился, но ответил вполне дружелюбно.

— Если будете так любезны, то примем с удовольствием. Мы всегда отдаем должное инициативным людям — он сделал пазу — Я давно предлагал перевести вас в свое ведомство, но у Чампа были свои резоны, И он оказался прав. Ну что ж, теперь вы имеете право знать больше.

Линбрех глотнул воды из высокого стакана, у него был вид человека, решившего нырнуть в холодную реку. Карту это состояние разведчика понравилось, и он улыбнулся глазами. Офицер кивнул благодарно головой и резво продолжил.

— Землянам, конечно же, не по нраву, когда их используют против их воли. Но вы сами понимаете, что наша цивилизация не так сильна, чтобы в открытую противостоять старым членам Альянса. Вы помните уничтожение нашей колонии в первое столетие? У нашей разведки имеются доказательства, что это осуществили корабли флота Суфкании по приказу Лигана. Да, это чудовищно, но это факт. Это было предупреждение нам. Факт, который мы не можем предъявить обществу. Последствия вы сами понимаете. Война, в которой мы не можем пока победить.

Мим Савина, не удивляйтесь. Мы постоянно ведем разведку в отношении наших партнеров. Как и они сами. Да и вы, Карт, лично участвовали в тайной операции против «союзников». Мы, по возможности, стараемся действовать жестко и быстро, поэтому еще и можем противостоять им. Нам удалось за эти столетия обзавестись собственным флотом, отчасти независимо вести планирование боевых действий.

— То есть все эти странные приказы, поражения, это следствие вмешательства старых членов Альянса?

— Не все. У нас и своих косяков, к сожалению, хватает — кивнул головой офицер — Но у нас есть твердые доказательства на счет ряда сражений, которые привели к поражению и большим потерям. Там явно имело место вмешательство членов Альянса. Их поразили тогда наши первоначальные успехи. Вы ведь помните, сколько добились войска Федерации за первые пятьдесят лет сражений. Нашим штабам и правительству потом пришлось приложить большие усилия, чтобы смягчить явное вмешательство Альянса в наши боевые планы. Шаг за шагом мы выторговывали уступки, возможность самим производить тяжелое вооружение. Это, кстати, весьма тяжелое бремя для федерального бюджета. Хорошо еще, что наши настоящие союзники участвуют в программе вооружения земных войск. Да, мы приобрели и союзников.

Линбрех сделал паузу и потянулся за графином воды. Алекс же начал размышлять вслух.

— То есть наша раса нужна старым членам Альянса для решения своих целей. А правительство и Совет Организации противостоит их планам. Я правильно понимаю?

— В целом да. Мы не первая раса, которую используют подобным образом.

— Их-Вариш?

— Да — кивнул командор-капитан — и они тоже. Только с нами вышло несколько иначе. Мы оказались сильнее, пережили перед самым контактом тяжелейшее в истории человечества потрясение. Мы оказались мобилизованы. Ну и сказалась черта, свойственная именно землянам. Мы очень любим создавать всевозможные секреты, и любим вскрывать чужие. Созданная сразу после контакта служба федеральной контрразведки быстро показала свою эффективность. Альянсу так и не удалось создать на нашей территории свою разведывательную сеть. А потом мы стали намного мощнее, и они очень сильно начали зависеть от нас, нашей огромной боеспособности. Ведь если земляне уйдут, то фронт просто напросто рухнет.

— Понятно. А каковы цели этой войны?

— Мы не знаем — пожал плечами Линбрех — у нас есть свидетельства тысячелетней давности. Войны в Галактике не прекращались никогда. Старые расы уходят, вырастают новые. Из самого центра конфликты давно ушли на периферию. Воздействие черных дыр, масса сверхновых звезд, все это уничтожает живые формы. Мощные цивилизации давно ушли оттуда, а на окраине Галактики они столкнулись с местными расами.

— Странно все это — размышлял Алекс — мы сталкивались на войне со многими гуманоидами, видели множество цивилизаций. Почти никто из них не проявляет агрессивность, они наоборот, готовы помочь. И с ними ведь вполне можно было договориться по-хорошему.

— Это так — согласился офицер — У нас получается договариваться.

— Значит — в разговор вмешалась девушка — некоторые цивилизации используют свое преимущество специально? Именно они и разжигают войны, чтобы обеспечить свое преимущество надолго?

— Вы совершенно правы, Мим — разведчик был подчеркнуто вежлив — Мы считаем также. Даже больше — у нас есть данные, что Великая Чума случилась неслучайно.

— Что? — девушка и юноша были крайне потрясены. Алекс переспросил — Откуда у вас такая информация?

— А вы не догадались? — Линбрех внимательно изучал реакцию молодого рейнджера — Знаете, во Вселенной существуют очень старые расы, которые ушли с видимой исторической арены. Они ушли, но куда, мы не знаем. Но иногда их посланники появляются в нашем мире.

— Синтанцы?

— В том числе и они. Именно они и дали нам надежду. Ведь выжить в этих бесконечных войнах очень сложно. Они перемалывают наш лучший генофонд.

— Да, понимаю. На Их-Варише произошло то же самое. Только часть их населения смогла уйти на Шалшу. Но и они уже стали другим народом.

— Это интересный опыт. Я думаю, что без синтанцев здесь также не обошлось — командор-капитан задумался — Вы не замечали такой странности, сержант. Наше командование внушает гражданам, что война забирает множество жизней. Считается, что вернуться после службы обратно на Землю достаточно сложно. Можно или погибнуть, или стать калекой. Достаточно много солдат остается на сверхсрочную службу, ведь это хорошие кредиты. На самой Земле же наблюдается недостаток взрослых мужчин. Это заметно даже на глазок. Отчасти такая ситуация объясняется официальной эмиграцией, политикой колонизации. Мы ведь ведем активную деятельность в этом направлении.

— Вы имеете в виду неофициальную колонизацию?

— Да, Ал. Это и есть план «Исход» — вступила в разговор Ольга — именно туда должна отправиться я и наша дочь. Но даже я не знаю, где находится эта планета и что она из себя представляет.

— Про это вообще мало кто знает, сержант. Тайна номер один. Координаты подходящего нам мира передали нам синтанцы, они же помогли с транспортом, указав на старинные базы одной древней цивилизации.

— И именно поэтому вы завышаете потери землян, чтобы лучших отправлять туда?

— Ну, где-то так — согласился офицер — Проект «Исход» не в моем отделе, поэтому я всех подробностей не знаю.

— Тогда, командор-капитан, может, вы все-таки расскажете, зачем вам я и моя девушка, и что такого особенного в нашем ребенке?

— Хороший вопрос — Линбрех заметно напрягся — Вы ведь и сами догадывались, Карт, что вы человек особенный.

Разведчик сделал ударение на слове «человек», это показалось Карту ему странным.

— Что вы имеете в виду, командор?

Разведчик молчал, кидая загадочные взгляды на Ольгу. Алекс переводил взгляды с одного на другого.

— Мим, Савина, вы уверены, что хотите узнать всю правду?

— Да — Ольга сидела с выпрямленной спиной и смотрела прямо — Это наша судьба.

— Что тут вообще происходит? — у Алекса появилось странное чувство, как будто он стоит у края пропасти, и ему необходимо совершить прыжок с парашютом. А что его там ждет внизу, никто не знает. В голове неожиданно стала складываться воедино сложнейшая головоломка его жизни. Его необычные способности, его странная судьба, появление сотрудника отдела «Исход» полковника Чампа, пристальное внимание Организации. И Ольга, она ведь тоже необычная. Молодой человек по-новому взглянул на девушку, она ответила спокойным взглядом. Ее голубые глаза сейчас сверкали уверенностью, и Алекс кивнул головой.

— Я согласен.

— Ну что же — Линбрех принял решение и встал — мне нужно получить сначала разрешение. С вашего позволения.

Он подошел к узлу связи, поставил ладонь на считыватель. Через секунду загорелся зеленый огонек, и офицер набрал комбинацию цифр. На экране появился пожилой человек в форме адмирала. Он сразу же встрепенулся и посмотрел на вызывающего.

— Что у вас?

— Они хотят узнать все. Вы даете разрешение, адмирал? Подумайте хорошенько. Мы еще не получили одобрение Регентов, а это решение очень многое может изменить.

— Многое и так уже поменялось — Нахимов выглядел мрачно — Я только что с совещания начальников штабов. Этот парень слишком много наделал шуму, нам надо убрать его отсюда. Действуйте, командор.

— Принял — коротко ответил Линбрех и отключил связь. Затем он некоторое время сидел, видимо настраивался на разговор. Ольга заметно волновалась, стискивая своей ладонью шершавую руку рейнджера.

— Время от времени среди нас, людей, появляются странные личности. Они все совершают нечто необычное, но не являются генетическими мутантами. Их было совсем немного. В паре случаев Организация ошиблась, заперла «необычных» в лабораториях. Дело кончилось достаточно плачевно. Поэтому мы постарались в следующие разы не ошибаться. Но долгое время «даров» не было. Или мы их не замечали.

— «Даров»? — спросил недоуменно Карт — Линбрех, давайте не темните.

— А что темнить, Карт. Вы и есть тот самый дар. Дар Мпесена, одного из древних.

— Древние существуют? — девушка даже подскочила с дивана — Это же просто легенда!

— Милая Ольга — посмотрел на нее укоризненно офицер — вы же дочь известного ученого. Да, Древние существуют. Об этом нам поведали синтанцы. Они иногда сталкивались с Древними.

— Э — Карт непонимающе смотрел на обоих — а мне вы ничего не хотите пояснить.

— Ал, понимаешь, это старая легенда. В дальнем Космосе давно ходят слухи о попадающихся разведчикам артефактах. И они в большей части принадлежат одной расе. Их и прозвали Древними.

— Таких слухов в космосе полно — подал плечами Карт.

— Они существуют, сержант. Несколько раз наши корабли сталкивались с их звездолетами. Иногда они оставляли нам послания. Но больше они контактируют с синтанцами. Они ближе друг к другу по духу и по развитию.

— И причем здесь я?

— Не только ты — разведчик кинул взгляд на Ольгу — вы оба являетесь прямыми потомками Мпесена. Именно этот представитель Древних давно контактирует с Землей. Мы уверены в этом. Ваше появление это их дар нам.

Молодой человек и девушка с изумлением смотрели на высокопоставленного офицера. Чего-чего, а такого поворота событий они совершенно не ожидали. Первым пришел в себя Карт.

— Но я же человек. Я знаю, что меня проверяли досконально при приеме в Организацию. Я не генетический сбой, и я точно человек.

— В этом и заключается дар. Вы оба люди, до самого последнего гена. Но посмотрите на это.

Командор достал из кейса планшет и активировал его. Вскоре молодые люди наблюдали сцену с Шабутдиновым, когда Алекс обезоружил резидента, а Ольга завладела оружием.

— Прекрасный образчик применения психотехники — флегматично прокомментировал офицер.

— Как вы получили это изображение?

— Не злитесь, сержант, у нас свои методы. А теперь давайте сложим имеющиеся у нас факты. У вас отличная реакция, позволившая стать вам отличным водителем, лучшим на Земле. Судя по происшествию на крейсере — матке, из вас вышел бы и неплохой пилот. Потом появилась необычная сила. Мы в курсе вашей драки с Орловым. Он, кстати, понижен в звании до капитана и отправлен в Действующую армии. А теперь вы, Карт показали нам способность влиять на человека с помощью психотехники. Разве человеку это под силу?

— А Ольга? — Алекс помрачнел, новости получились неожиданные.

— У нее также отличная реакция. Вы и сам смогли заметить это, при занятиях горными лыжами.

— Вы что, наблюдали за нами? — девушка вспыхнула.

— Нет, Мим! Не переоценивайте наши возможности. Да и это совершенно не входило в наши планы. Полковник Чамп настоял на том, чтобы мы не вмешивались в ваши судьбы. И само расследование именно по вашему поводу началось позже. После звонка Шабаниной. Она была встревожена тем, что вы встретились, и тем более, когда у гражданки Савиной появился противозаконный ребенок.

— Но как мы появились? Ведь зачатие очень строгая процедура. Там невозможно чужое вмешательство.

— Не знаю — замотал головой Линбрех — Это нас самих вводит в ступор. Мпесен обладает силами, которые нам неподвластны. Вы люди, и одновременно не люди, используете в своих целях неизвестную нам природную энергию.

— Однако, командор, вы меня огорошили. Я даже не знаю, что нам дальше делать.

— В том то и дело, молодой человек, что никто не знает, что дальше делать — офицер развел руками — Поэтому мы и пошли на переговоры.

— А эти Древние больше никак не показали свои намерения?

— Нет. Мы надеялись, что через вас мы сможем найти контакт. Ведь наша цивилизация по-прежнему стоит перед угрозой исчезновения.

— И чем я, простой сержант, могу помочь всему человечеству?

— Не знаю — сейчас перед молодыми людьми сидел не заместитель могущественного начальника разведки Флота, а обычный пожилой человек. На его плечи неожиданно свалилась тяжелейшая проблема, и он сам нуждался в помощи.

— Но какие то предложения вы все-таки привезли? Нахимов ничего не делает просто так! — Алекс с удивлением посмотрел на свою подругу. Она пришла в себя раньше его, и теперь была снова сосредоточена. Глаза сверкали тихим огнем, спина выпрямлена, голова чуть подана вперед.

— Вы правы, Мим — кивнул головой разведчик — Нахимов считает, что вас всех надо срочно отправить на «Исход». Шум, произведенным вами, слишком быстро начал выходить наружу. Вам надо исчезнуть. Сюда на полным парах, идет Дальний разведчик. На него же будет доставлена ваша дочь. Не удивляйтесь, она еще не на «Исходе». Адмирал действует поверх всей нашей командной системы. Среди Регентов также нет согласия. Третий на днях уходит, Первый не готов принять решения. А время не ждет. Если Альянсщики что-то пронюхают, то вполне возможна прямая война с ними.

— Даже так? — Карт переглянулся с девушкой. Решение очень непростое — А чем же я так важен?

— Полковник Чамп считал, что вы, Карт, умеете генерировать удачу. Она ведь всегда сопровождала вас по жизни. Не правда ли? Нашему «Исходу» ваша удача очень даже не помешает.

— А как же «братья»? — Алекс обеспокоено вскочил, он не мог просто так бросить своих.

— А что «братья»? Пока я летел сюда, то проанализировал сложившуюся ситуацию, переговорил с советником Францем. Вы показали себя очень эффективной частью наших войск. Высший генералитет жалуется на действия «братьев», но они это именно то новое, что нам так не хватало. «Братья» смогут заново спаять в единое целое наших солдат и офицеров. Они проживут и без тебя, сержант. Им ведь не нужен главнокомандующий?

— Вообще-то так — Алекс задумался. Командор был прав. «Братья» появились именно из-за того, что им совершенно не требовались командиры и какие-либо формы организации — А Ларсен?

— Нет, пока нет. Может быть потом. Но у него и здесь будет полно работы. Это очень талантливый борец, его новая система просто бесподобна.

— Вы и здесь покопались?

— Это наша работа, Карт. Так что вы решили?

— Сколько у нас времени на принятие решения?

— Очень мало, сержант. Разведчик прибудет через пару часов. Ваша дочь уже на станции.

Карт подозрительно посмотрел на командора, затем перевел взгляд на его кейс.

— У вас вживленные датчики, на манер пилотовских?

— А вы догадливы, Алекс — Линбрех позволил себе улыбнуться — Я пока отойду к узлу связи, а вы посовещайтесь.

И вот снова они вдвоем, смотрят в глаза друг друга. Они теперь знают, что связаны навечно. Решение было принято без слов. Карт повернул голову:

— Командор, мы летим.

— Ну что же, это хорошо. Надеюсь, гений Нахимова нас и сейчас не подвел — Линбрех был предельно серьезен — Тогда собирайтесь, прощайтесь. Челнок приземлится прямо на крышу. Она здесь двойная, остается только скинуть верх и получается готовая площадка на крайний случай. Передайте своим, что против них не будет никаких обвинений. Нам нужен мир.

— Принято — машинально кивнул Карт, но тут в его голове всплыло забытое имя, и он повернул голову в сторону занятого связью офицера — Скажите, командор, а имя Виктор Кранц вам ни о чем не говорит?

— Господи, Карт! Вы меня не перестаете удивлять! Его то вы откуда знаете? Нам стоило много усилий стереть это имя из армейских списков.

— Не важно. Но мне кажется, что мы как-то связаны.

— Вот у вас и заработала потрясающая интуиция. Вы правы, это еще один подарок Мпесена. Его обнаружил полковник Чамп, он у нас мастер на все необычное.

— И где он сейчас?

— Вообще то это очень закрытая информация, но вам, пожалуй, ее можно открыть. Он с Чампом сейчас в очень дальней экспедиции, они обследуют вторую планету «Исхода». Ни Альянс, ни Союз туда долго не доберутся. Вполне возможно, что именно вы и будете в числе первых жителей новой колонии. Если не побоитесь, конечно, трудностей.

— Мы не боимся — Ольга стояла рядом со своим любимым и нежно обнимала его за талию.

— У меня тогда к вам просьба, командор. Есть одна девушка-пилот Элен Мирош, постарайтесь, пожалуйста, чтобы они встретились. Это очень важно!

— Понимаю — офицер вздохнул — Постараюсь что-нибудь сделать. Идите, прощайтесь, челнок уже летит сюда.

Карт отправил десантников с рейнджерами на крышу. Затем он подошел к своему самому лучшему другу.

Ларсен с тревогой смотрел в лицо Алекса, в душе у него шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Нам надо попрощаться, Олд.

— Улетаешь?

— Так надо. Это не для меня, для всех людей.

— Понятно — норвежец потемнел лицом — Когда встретимся?

— Понимаешь, друг — Алекс смотрел прямо в глаза — Мы встретимся очень не скоро.

Ларсен глубоко вздохнул. В могучем теле высокого норвежца пряталось нежное сердце. Они больше не сказали друг другу ни слова, все было понятно и так. Последние дружеские объятия, хлопки крепких ладоней по спине. И вот уже отчетливо слышен гул планирующего орбитального челнока. Раздаются четкие выкрики команд. Последний взгляд, прощальный жест и Карт уже тащит свой вещмешок, закинув на спину сумку девушки. Она поднимается рядом, кидая на него полные слез взгляды. Это прощание. Прощание с друзьями, товарищами по оружию, с братьями по крови, с Землей.

Крыша уже преобразилась, надстройка, маскировавшая взлетную площадку, ушла в стороны. Гул стал невыносим, сверху уже упала тень от снижающегося челнока. У края стоял Линбрех со своими десантниками, о чем-то переговариваясь с помощью планшета, у выхода на крышу застыли рейнджеры. Они все также сжимали свое оружие, ожидая команды. Карт в последний раз оглядел окрестные сады и парки. Это чудесная планета, планета вечной весны, планета, подарившая ему любовь и счастье. Он будет вечно благодарен ей.

Скрипнули тормозные крепления посадочных ног, командор отчаянно замахал рукой. Алекс повернул голову к Ольге. Девушка уверенно кивнула головой, и они взялись за руки, а затем смело шагнули вперед. К своей судьбе, своему будущему. К будущему всего человечества, ради которого они и появились на свет. Дети нескольких цивилизаций и рас.

Content

Александр Мычко
Теперь ты в армии
Трилогия

Часть первая Рекрут

День первый Призыв. Восточное побережье континента

8 день База Патагония

15 день База Патагония

Учебка 24 день. База Патагония

Учебка 36 день. База Патагония

Учебка 69 день. База Патагония

Учебка 100 день. База Патагония

Учебка 121 день. База Патагония

128 день База Патагония

140 день База Патагония

145 день База Патагония

158 день База Патагония

171 день База Патагония

188 день База Патагония

195 день База Денвер. Большие Гонки

204 день Лагерь Тромсе

230 день Тромсе

234 день Тромсе 3

296 день Орбитальная база. Околоземье

355 день Околоземное пространство. Тромсе 5

388 день Полуостров Индокитай. Тромсе 6

403 день Антарктика. Тромсе 7

418 день Тромсе 8. Сахара

Часть вторая Первая кровь. Первые сражения

Водила генералов

Прерванный отдых

Новые друзья

Первая кровь

Планета Их`вариш

«Носороги»

Нечаянные встречи

Неповиновение

Третья часть Братья

Космический десант

Арест

В тылу врага

Братья

Шалша

Между небом и землей

Боевой разворот