Алёна Вьюжина

Город-Призрак

ПРОЛОГ

— Бог мой, великий Сатана! Господин, посмотрите, как изменился мир за последние триста лет! — Уитт Рейвен в детским восторгом наблюдал за картинами, проносившимися в Зеркале Жизни. — В прошлое наше пришествие не было такого количества огней. А как много народа на улицах, как странно все эти люди одеты… А дома-то, дома величиной с гору! Даже с две горы…

Демьен Торн, что-то писал в толстой книге, обтянутой человеческой кожей и восторгов своего приближенного не разделял. Лишь кинул мимолетный взгляд в Зеркало и снова вернулся к своим записям. Ну не волновали его изменения, случившиеся в этом мире. Огни не завораживали, здания были лишены архитектурного изыска, а люди… Обычные люди — это всегда обычные люди, во что их не одень.

— О, повелитель, посмотрите, какая цыпочка! — почти закричал Рейвен.

Демьен посмотрел на ту, которая так заинтересовала его друга и соратника, на секунду прикрыл глаза и выдал равнодушно:

— Бесшеба Креш, певичка. А еще она играет на каком-то современном музыкальном инструменте. Слушай, может делом займешься?

— Да, господин, — рассеянно отозвался Уитт, но не перестал пялиться на сидящую блондинку. В руке она держала стеклянный сосуд с какой-то светло-желтой жидкостью.

Несомненно, молодая женщина вполне заслуживала восторги Рейвена, олицетворяя собой все его тайные мечты. Очень женственная, с полной грудью и покатыми плечами, серыми миндалевидными глазами и розовыми пухлыми губами. Правда, ее смуглое лицо выглядело несколько вульгарным из-за обилия краски на лице, но ведь Торн говорил, что она певичка.

К девушке подошел невысокий молодой человек с девицей. Блондинка ушла с парнем, а подошедшая девица заняла ее место, взяла бокал, какие-то бумаги и слегка приоткрыла яркий рот.

— Ух ты, а кто эта глазастенькая? — в очередной раз заинтересовался Уитт.

— Ли Харрикейн, — сказал Торн и отвел только что брошенный мимолетный взгляд. Вдруг снова посмотрел в Зеркало Жизни, да так там и остался. Остался взглядом, телом, сердцем, душой. Хотя, души-то как раз у него и не было.

Растрепанная рыжая девица тоже была хороша, но несколько по иному, нежели Бесшеба. Ее красота была скорее необычной, экзотичной, чем традиционной. От нее веяло сексуальность., силой и уверенностью, а зеленые, чуть раскосые глаза смотрели вокруг с чувством превосходства. Кстати, глаза эти казались огромными не столько из-за того, что были сильно подкрашены фиолетовым, а потому что это странное создание очень уж сильно их таращило, а синие длинные ресницы хлопали, как крылья бабочки.

— Она нужна мне! Добудьте мне ее! — странным голосом приказал Демьен Торн.

— О, как я вас понимаю, повелитель! — обрадовался Уитт, ведь все надоевшие Демьену красотки обычно доставались его приближенным. — У вас замечательный вкус, господин. Бесшеба Креш…

— Ли Харрикейн, — отрывисто бросил Торн. — Мне нужна она. Действуйте! Добудьте мне ее!

ГЛАВА 1

Ли Харрикейн сидела за стойкой бара в клубе, где недавно закончилось выступление ее группы. Вообще-то она никогда не читала газеты — времени не было на подобную чушь. А вот сегодня поди ж ты, взяла и ни с того ни с сего прихватила печатное издание. Прихлебывая марнити, девушка пробегала глазами заголовки и не находила ничего стоящего, полезного, или, хотя бы интересного.

Разбился очередной самолет (вот уж удивили!), гринписовцы провели очередную акцию (как всегда перебарщивают ребята), президент гнал очередной баллон на Россию (ну уж кто-кто, а Россия точно сама разберется), Город-Призрак появился в Лас-Вегасе (подумаешь… Стоп! Вот это уже интересненько…

В статье сообщали следующее. Давным-давно, еще в средние века, где-то на территории современной Англии располагался один странный город, изначального названия которого сейчас уже никто не помнит. Правил там Демьен Торн, могущественный темный чародей. Поговаривали даже, что от был сыном самого Сатаны. За черное колдовство и прочие злодеяния Всевышний решил стереть с лица земли город Торна со всеми его жителями, которые были под стать своему повелителю. Но вот Темные Силы не могли допустить бесславной кончины своих приверженцев и приняли Демьена Торна со всем его городом в преисподнюю. С тех пор ходят легенды, что Город-Призрак, или как его еще называют, Город-Лабиринт, раз в триста лет появляется в разных уголках планеты, знаменуя каждое свое появление разными бедами, необъяснимыми явлениями и катастрофами. Хуже всего то, что во время нахождения Города-Призрака на этом свете пропадают люди. Уж почему это всегда происходит, неизвестно. Может, это просто совпадение, может, Торну и его компании нужны невинные люди для их кровавых жертвоприношений, а может они просто хотят пополнить население своего зловещего призрачного города.

Так вот, по непроверенным пока данным, Город-Лабиринт недавно появился где-то под Лас-Вегасом. И уже пропала без следа одна девочка-подросток, Сьюки Уолтерс. Естественно, человеческому глазу город не виден, но многие эзотерики в один голос утверждают: Город0Призрак вернулся…

Ли запустила длинные пальцы в и без того взъерошенную рыжую гриву. Бред, полный бред! Она знала эту легенду, даже читала книгу про город-лабиринт. Австралийский писатель придумал крайне интересную историю, и это была любимая книга Ли Харрикейн. Более того, Демьен Торн был ее любимым литературным персонажем, и она была даже тайно влюблена в эту мрачную, но харизматичную личность. Но чтобы вот так, наяву… Не может персонаж сойти со страниц книги в реальный мир.

— Что поделываем? — весело и беззаботно спросила вернувшаяся Бесс. — Ты читаешь газету? Апокалипсис все ближе…

— Смотри! — приказала Ли и сунула подруге под нос пресловутую газету.

— Говорю же: апокалипсис все ближе, — хихикнула Бесс, когда прочитала статью. — Я это к тому, что у некоторых журналюг очень-очень больная фантазия. Чего только не придумают, чтобы только поднять тираж! Город-Призрак в Лас-Вегасе! Эдак они скоро напишут, что Волан-де-Морт снова возродился, а Гарри Поттер уже точит на него свою волшебную палочку. Забудь, мало ли идиотов на белом свете. Давай выпьем лучше…

— Не лезет уже, — скривилась Ли. — Я тут упилась уже, пока моя лучшая подруга Бесшеба Креш развлекалась с Миком.

— Да, неплохо развлеклась, — довольно улыбнулась блондинка. — Микки, конечно, не твой брат, но на безрыбье, как говорится…

— И заметь, что все это происходит в то время, когда мой брат и по совместительству твой жених томится в самолете, возвращаясь с гастролей.

— То, что нашему Джекки неизвестно, ему не навредит, — отмахнулась Бесс. — И нечего вредничать. Что получается, тебе можно быть Казановой в женском обличье, а мне нет? Где справедливость?

— Я — это я! И справедливости в этом мире не было, нет и никогда не будет, запомни это, — самодовольно усмехнулась рыжая нахалка. — Ты ребят встречать поедешь?

— А ты?

— У меня другие планы. Романтическое свидание…

— С кем?

— Не знаю пока, — пожала плечами Ли, окидывая зал хищным взглядом. — О, видишь, через три человека от нас пупсика с пухлыми губами?

— Ну, вижу, это Никки, гитарист. Его группа перед нами выступала. А что?

— Эй, Никки, — крикнула Ли, — как насчет романтического свидания?

Молодой человек просиял и активно закивал длинноволосой головой, а Ли продолжала:

— Вот видишь, у меня свидание с Никки. Освобожусь послезавтра. Своему брату и Джекки говори, что хочешь.

— Ты нарвешься когда-нибудь, — покачала головой Бес. — Однажды отмазать тебя мне не удастся, и Дэн тебя убьет.

— Запомни, подруга: помогать мне — твой священный долг, — делано серьезно заявила Ли.

— Нет, даже не долг, а какой-то гребаный крест, — вздохнула ее подруга и добавила: — Крыса!

— Жаба! — не осталась в долгу Ли, чмокнула Бесс в щеку и обернулась к подходившему к ним Никки.

Оставшись одна, Бесс решила еще немного выпить, а потом уже ехать в аэропорт, благо МакКаран находился всего в трех километрах от центра города.

Маленькими глотками прихлебывая мартини, девушка сидела и вспоминала, как это ее угораздило так влипнуть, то есть, связаться с Ли Харрикейн

…Десять лет назад брат и сестра Креш переехали из отчего дома в Лас-Вегас с совершенно определенной целью: добиться славы, успеха и богатства. Там они практически на следующий же день познакомились с не менее амбициозной парочкой Лисандрой и Джеком Харрикейн, так же сестрой и братом.

Харрикейн и Креш, ураган и авария, разве может быть квартет убойнее? Ничего удивительного, что пробивная четверка очень скоро добилась своего.

Знаю-знаю, любой читатель ждет душещипательных историй о том, как тяжело было пробиться бедным провинциалам, как долго, кровью и потом они зарабатывали, чтобы хоть как-то выжить. Как парни трудились парковщиками-официантами — разносчиками пиццы, а девушки — нянями, уборщицами и торговали собой. Но здесь вы ничего подобного не дождетесь.

Трудности и лишения всего лишь слегка коснулись наших героев, и уже где-то через месяц они познакомились с хватким и пробивным Беном Смартом, который начал активно продвигать талантливую, харизматичную четверку.

Уже через пару лет у Ли, Бесс, Джека и Ди было все, о чем они мечтали с самого детства: их любимый рок, поклонники, гастроли, деньги. Последующие три года девушки наслаждались своими успехами, а потом затосковали. Оказывается, вся эта слава надоедает, когда каждый день происходит одно и то же, начинает тошнить, а ощущение того, что тебе уже не к чему стремиться наводит на мысль о суициде. Подруги тосковали по ночным клубам, где выступали раньше, по свободной отвязной жизни, не подчиняющейся гастрольному графику; по жизни, в которой можно быть самой собой и не строить из себя рок-звезд. Джек Харрикейн, брат Ли и любовник Бесс вместе с Ди Крешем, братом Бесс и вечным любовником Ли, долго пытались уговорить упрямых девушек не дурить, но те все-таки ушли из группы. Ведь можно посадить пантеру в золотую клетку, нацепить на нее ошейник с бриллиантами и кормить ее каждый день офигенными деликатесами, но она все равно никогда не станет милым и тихим домашним котенком.

Вдоволь побездельничав, подруги быстренько собрали новую группу, куда подальше послали Смарта, предлагавшего им свои услуги и связи, и снова стали выступать… Но теперь только тогда, когда хотели сами, так что теперь они могли заняться своим хобби. И Ли и Бесс с детства увлекались магией и, наконец, нашли время для осуществления еще одной своей мечты: пройти онлайн-обучение в школе ведьм. А потом подруг пригласили на телевидение вести программу «Ведовской балаганчик», так что амбициозные девицы чувствовали себя вполне востребованными.

Ли и Бесс как и раньше жили каждая в своем доме, и каждая со своим братом. Ди был очень милый и добрый, трогательно заботился о сестренке и, что очень важно, совсем не мешал ей. На свете существовал только один человек, который мог довести его до бешенства — Ли Харрикейн. А Джек, несмотря на разницу в возрасте в пять лет, был полностью зависим от своей активной сестрицы. Она даже сама толкнула брата на любовную связь с Бесс. Девушка сразу очень понравилась Джеку, но он был такой нерешительный! Почти десять лет длились отношения, как и у Ли с Крешем, но серьезных планов никто не строил. Девушки словно ждали чего-то особенного, а молодым людям оставалось только мириться с этим…

Бесс вздохнула. Да, Ли была слишком активная, наглая и самовлюбленная. Да, она считала, что подруга обязана покрывать ее загулы, а само Солнце встает только лишь ради Ли Харрикейн. Но Бесс любила ее и была уверена, что если возникнет необходимость, Ли всегда придет к ней на помощь Да что там, жизнь отдаст!

— Ладно, — снова вздохнула девушка, — пора ехать встречать ребят. А все-таки я ужасно соскучилась по Джекки…

* * *

Сначала Ли не придала значения тому, что произошло, когда она вышла со своей новой жертвой Никки из клуба. Она списала все на галлюцинации от усталости и выпитого спиртного. Точнее Никки вышел один и стал дожидаться в машине свою даму, пока та пудрила носик в комнате для девочек.

Подходя к машине, Ли увидела сидящего на капоте…ворона. Да-да, не городскую наглую птицу, а именно ворона, большого и черного, который, не мигая, пристально смотрел на нее своими умными глазами-бусинками.

— А ну, пшел отсюда! — шуганула птицу девушка, которая терпеть не могла пернатых.

Ворон слетел с капота, приземлился на асфальт и вдруг исчез. А на его месте появилась огромная черная псина.

Собак Ли тоже не особенно любила, хотя они все реагировали на нее с большой симпатией. Но эта собака выглядела такой здоровенной, агрессивной и опасной, а красный глаза зыркали с такой злобой, что Ли стало не по себе.

— Замыкаю пасть твою, как закрыты врата адовы! — выкрикнула девушка, выставив вперед руку с растопыренными пальцами.

Видимо, они с Бесс не зря учились в ведовской школе, так как заклинание подействовало. Правда, совсем не так, как она рассчитывала: теперь исчезла собачища, а на ее месте на корточках сидел немолодой мужик в черных одеждах. Ли зажмурилась, потрясла головой, пытаясь отогнать видение. Но мужик не пропал, а наоборот, поднялся в полный рост, сделал шаг к Ли и сказал:

— Не паникуй, выслушай меня…

Тут уж она разозлилась.

— Я тебя сейчас так выслушаю! — пообещала боевая дамочка и со всей своей дури долбанула престарелого хулигана по голове своим грим-кофром.

Мужик решил спастись бегством, уже отбежал на несколько шагов, но не тут-то было! Ли догнала его, снова замахнулась чемоданчиком, но цели не достигла, потому что мужик вдруг исчез точно так же, как до этого ворон и собака.

— Блин, вроде абсент сегодня не пила, — пробормотала Ли, снова мотая головой.

Никки вышел из машины.

— С тобой все в порядке? — встревоженно спросил он. — Стоишь, руками машешь…

— Муху отгоняла, — соврала девушка. — Или комара, или еще кого.

— А побежала зачем?

— Разозлилась и догнать хотела, чтобы прихлопнуть. Поехали?

По дороге Никки беззаботно болтал что-то, радовался, что Ли Харрикейн его наконец-то заметила, но парень зря сотрясал воздух. Ли его не слушала, ей не давало покоя недавнее происшествие.

Значит, Никки не видел ни ворона, ни пса, ни мужчину в черном. Значит, ей это все привиделось. Может, она сошла с ума? Или все же глотнула абсента и забыла?

Никки так дал по тормозам, что Ли чуть не вылетела через лобовое стекло.

— Рехнулся?! — возмутилась она было, но посмотрела на молодого человека и передумала скандалить.

Никки был бледен, как привидение, руки тряслись, над верхней губой выступили капли пота.

— Господи, кажется, я сбил собаку… — обморочным голосом прошептал он.

— Большую, черную? — взволновалась Ли.

— Нет, среднюю, серую, кажется… Надо бы посмотреть, вдруг она еще жива и можно помочь. Но я не могу…

Ли фыркнула.

— Сиди уж, я и сама справлюсь. Ну и ну, что за мужики пошли?

— Легко ей говорить. Это же не у меня, а у нее в роду кошки, львы и змеи, — пробормотал впечатлительный молодой человек, когда его спутница хлопнула дверцей машины.

Ли склонилась над лежащим на асфальте животным. Оно не погибло, но это была не собака, а волк. Серый разбойник дышал вполне спокойно и размерено и пристально смотрел на женщину, словно хотел ее загипнотизировать. Глаза у него были прозрачно-голубые, совсем как у хаски, но это точно был волк.

Некоторое время голубые льдинки зверя боролись с зелеными глазами Ли, и, конечно же, волк первым отвел взгляд, а потом вдруг вскочил и только его и видели.

— Ну что там? — простонал Никки, высовываясь из машины.

— Да нормально все. Это не собака, а волк, живой. Ты его не убил, а оглушил, я думаю. По крайней мере, сбежал он от меня, вполне резво, — успокоила хлюпика Ли, возвращаясь в машину.

Она посмотрела вперед и увидела на капоте… орла. Зажмурилась, открыла глаза, орел пропал.

Так, сначала на капоте сидел ворон, теперь вот орел. А волки не водятся неподалеку от Лас-Вегаса. И мужчины просто так не исчезают. Вот интересно, до дома Никки она доедет еще в относительно здравом уме, или начнет разговаривать с Наполеоном, Казановой и Сантой?

Дальнейший путь прошел гладко. Следующая странность случилась уже в спальне, когда Никки пошел за шампанским.

Ли включила телевизор У ее нынешнего любовничка, видимо, еще детство играло во всех местах, и он любил передачи о животных. А, какая разница, что будет служить фоном! Ли даже заинтересовалась и полюбовалась на удивительно рыжую лисичку.

Вдруг, лесная хитрюга встала на задние лапы, помахала Ли верхними, подмигнула и послала воздушный поцелуй. Ну это уж слишком!

— Черт! — выругалась Ли, хватаясь за пульт.

— Погоди, ты еще не посмотрела репортаж о жизни соколов, — сказал голос за кадром, но она уже выключила телевизор и поставила сама себе диагноз:

— У меня кукушка вылетела!

Но тут вернулся Никки с шампанским, и Ли чуть успокоилась. Немного позже выяснилось, что несмотря на юный возраст, парень потрясающий любовник. Все странные события, опасения по поводу своего психического состояния из Ли улетучились напрочь.

* * *

Бесс беспрестанно проклинала про себя свою лучшую подругу. Черт бы побрал эту Ли! Ну скажите, почему она, Бесс, должна постоянно решать проблемы этой наглой рыжей морды? Сначала, еще по дороге в аэропорт, она должна была договариваться по телефону со специальной службой, чтобы послезавтра подогнали фиолетовый феррари подруги к ее дому. А потом пришлось врать Джеку и Ди, что Ли так устала и перенервничала, что отправилась на СПА-процедуры по особой программе, на целые сутки, или даже больше. А в довершение еще и убеждать своего брата, что прямо послезавтра к Ли ехать не надо, у нее же неотложные дела после СПА запланированы.

Вот было бы здорово отправить Ди домой к Харрикейнам прямо сейчас! Там он бы дождался свою невесту, приехавшую из очередного загула. Как всегда бодрую, довольную, но своим внешним видом напоминавшую драную кошку. Но, во-первых, Бесс не хотела, чтобы ее брата судили за убийство А, во-вторых, она не могла лишиться лучшей подруги, ведь другой у нее не было.

В конце концов, когда уже под утро разошлись по спальням, Бесс была так вымотана, что даже секс с Джекки не доставил ей большого удовольствия.

Иногда бывает, что устаешь так, что даже не можешь от усталости заснуть. Вот она и лежала без сна и пялила открытые глаза на потолок.

Ну ладно, пришлось ей в очередной раз врать из-за дорогой подруженьки, чтоб ей икалось без остановки, когда она будет насиловать молокососа Никки. Но ведь это не в первый раз, с чего это она так разошлась? А разошлась она из-за того, что всякий раз происходит одно и то же, и Ли тут совершенно ни при чем.

И в жизни ничего нового не случалось. Прямо «пони бегает по кругу»: выступления, съемки в ведовском балаганчике», шоппинг, редкие измены Джеку. Ну не для этого они с братом сбежали из своего захолустья, чтобы через десять лет снова тухнуть от скуки! И не для того они с Ли учились в школе ведьм, чтобы пользоваться полученными знаниями лишь по мелочам: в быту или для усиления своей привлекательности.

Бесс вдруг вспомнилась та дурацкая статейка про Город-Лабиринт и Демьена Торна. Вот бы это было правдой! Вот бы им с Ли попасть туда! Вот бы…

Но, к сожалению, все это неправда, очередная газетная утка для поднятия тиража.

— Не переживай, скоро все изменится… — пробормотал Джек.

— Ты так думаешь? — машинально спросила Бесс.

— Нет, никаких больше баллад, и не проси! — продолжил мужчина, и она поняла, что тот всего лишь разговаривал во сне…

* * *

— Идиоты! Бездари! — бушевал Демьен Торн — Какой от вас прок, если даже с девчонкой справиться вы не в состоянии?

— Это не девчонка, это чума! — оправдывался уже известный нам Уитт Рейвен. — Не испугалась ни ворона, ни огромной собаки, ни неожиданно возникшего мужика! Даже на переговоры не пошла. Честно говоря, мне кажется, что она сочла все три моих проявления галлюцинацией. Только что-то эту галлюцинацию не преминула огреть по голове каким-то ящиком…

— Ой, ну тебя! Молчи лучше, — поморщился Тор. — А ты, Игл? Как ты мог так опростоволоситься? Ты, гений гипноза, как ты не справился?

Очень высокий и слишком красивый, черноволосый и голубоглазый Блек Игл пытался оправдаться с большим, чем Рейвен достоинством.

Милорд, меня в образе волка она не испугалась, как ожидалось от девушки. А гипноз… Она сама так на меня уставилась, что пришлось отвести глаза, ведь ни одно животное не выдерживает долгого человеческого взгляда, вы знаете.

— Так, Фолкон, а ты что устроил? Что за шуточки про репортаж из жизни соколов? Что за подмигивания по, как это у них называется, по телевизору? В детстве не наигрался?

Из всех троих только Джейсон Фолкон, похоже, несерьезно отнесся к провалу операции.

— Да я в детстве все больше черной магии учился, Демьен, — фыркнул он. — Знаете, я просто понял, что с Ли Харрикейн будет непросто. У Игла и Рейвена ничего не получилось, вот я и захотел под конец над ней пошутить.

— Да зачем вам это рыжее недоразумение? — удивился Уитт. — Чокнутая, не женственная, дерется, как парень, силища в руках убойная… Вот я понимаю, если бы Бесшеба Креш…

Торн провел рукой по поверхности Зеркала Жизни, она затуманилась и перед глазами мужчин предстала комната, широкая кровать, Ли Харрикейн, спящая рядом с очень молодым человеком Сильная тренированная нога выпросталась из-под одеяла, густые рыжие волосы разметались по подушке.

— Нет, я ошибся: она не чума! Она хуже чумы! — каркнул Рейвен.

У Фолкона загорелись его невозможные фиолетовые глаза, и он подумал: «Нет, она, конечно, не в моем вкусе. Но, черт возьми, ее просто невозможно не хотеть!»

— Мы продолжаем? — спросил он у правителя.

— Молчать! — вызверился Демьен. — Если вы не в состоянии выполнить элементарное поручение, то я, как обычно, все сделаю сам…

ГЛАВА 2

— Тебе точно нужно уезжать? — грустно спросил Никки. — Может еще останешься?

Что он себе возомнил? Любовь до гроба? Для Ли это всего лишь эпизод, мимолетная интрижка, Никки свою миссию выполнил. Но не расстраивать же мальчика. Ли улыбнулась так нежно, как только могла.

— Обязательно нужно, мой ангел. Брат с гастролей вернулся, так что мне обязательно нужно быть с ним. Ты ведь не знаешь, у Джекки большие психологические проблемы — он не может долгое время без меня обходиться. Да и Кошмарика нужно отвезти на прививку, а у домработницы отгулы. Ты не расстраивайся, дружок, я скоро обязательно тебе позвоню. Вызови мне пока такси, а я оденусь.

— Зачем такси? Я сам тебя отвезу…

— Ни в коем случае, только такси! — отрезала Ли. — И еще дай мне какую-нибудь свою майку, ведь мой топ мы порвали. Ну, ты просто тигр!

Польщенный молодой человек открыл шкаф со своим шмотьем и готов был отдать этой женщине все: майки, брюки, ботинки, машину, дом, всю обстановку, свое сердце, душу и жизнь в довесок.

Больше всего по размеру подошла футболка с черепом, во рту которого торчал какой-то диковинный цветок.

— Рокер-перестарок, — прокомментировала свой вид Ли, рассматривая свое отражение в зеркале.

— Милая, тебе ли говорить о возрасте? — возмутился Никки. — Ты смотришься просто старшеклассницей, а душа у тебя, как у подростка.

— Ладно, ладно, рокер-перемладок. Но я все равно старше тебя на восемь лет, а в шоубизе я варюсь уже десять, так что я — старый циник, — мягко возразила Ли, а про себя подумала: «А души у меня давно уже нет.»

Она надела свое кожаное болеро. Вкупе с ним майка с черепом плюс «рваная» юбка с металлическими пластинами составляли странный и довольно безвкусный ансамбль.

— А и фиг бы с ним, — беспечно решила Ли, и они с Никки пошли ждать такси у ворот.

Уже собираясь садиться в машину на переднее сидение(сзади она не ездила никогда), Ли пообещала парню позвонить в ближайшее время, плюхнулась на сидение, повернула голову и от неожиданности икнула — водителем был то самый мужик, который вчера корячился у машины Никки.

— Что-то не так, леди? — встревоженно спросил он с явным немецким акцентом.

Нет, голос не похож. Ли присмотрелась к водителю внимательнее: нет, мужик не тот, которому она вчера засветила бьюти-кофром, просто они немного похожи. Надо же, а она-то думала, что ее кукушка на место вернулась… Надо попить какие-нибудь травки…

* * *

Джек Харрикейн вернулся от Крешей около четырех часов назад. Бесс с ним ехать отказалась. Она вообще была какая-то взвинченная, недовольная, да и вела себя странно. Пусть дома посидит, успокоится, а он, Джек, очень соскучился по сестренке и Кошмарику.

Но Ли дома не было, встретил хозяина только кот. Честно говоря, это был уже не Кошмарик, а целый Кошмар, даже Кошмарище, что не удивительно для кота, который каждый день жрет больше своей хозяйки. Джек поиграл с котом, пошлялся по дому и заскучал.

Потом пригнали феррари Ли, и Джекки все понял. Так, значит, ни в каком СПА сестрица не была. Опять путается с мужиками! Просто Дон Жуан в юбке! Джек, конечно же, очень любил сестру, но так обидно за Креша! Он ведь обожает Ли и так страдает от ее измен. А еще эта рыжая оторва плохо влияет на Бесс. Джек догадывался, что во время гастролей его невеста иногда затевает интрижки и, как пить дать, все это с легкой подачи Ли Харрикейн, его любимой, драгоценной сестрички! Но у Бесс это пройдет, а вот Ли никогда не изменится.

Все, пора положить этому конец! Когда эта бессовестная вернется, он на правах старшего брата серьезно поговорит с ней, вправит ей мозги! И плевать, что лидер в их маленькой семье — она, плевать, что она никогда и никого не слушала!

Решительность Джекки постепенно таяла, а уж когда он увидел в окно бодро шагающую по дорожке к дому Ли, он вообще забыл о планируемом скандале и расплылся в радостной улыбке.

— Привет, любовь моя! — завопил брат, когда сестра вошла.

Ли взвизгнула и повисла у него на шее.

— Где была, лисичка-сестричка? А почему на звонки не отвечала?

— Отключила, — небрежно дернула плечиком Ли. — А была у Никки. Ты его знаешь.

— Интересные дела, — протянул Джек, — Бесс сказала, что ты в СПА, себя, любимую, холишь и лелеешь.

— Так она для кудряшки Ди говорила, — беззаботно отозвалась его сестра — А тебе-то зачем врать? Ты мне брат, а не жених с десятилетним стажем. Ладно, пойду в душ…

— Совести у тебя нет! Ведешь себя как… вечно озабоченная самка! Кое-как себя ведешь, в общем…

— Бла-бла-бла… — отозвалась Ли, не оборачиваясь и продолжая подниматься по ступенькам на второй этаж.

— Ах, так? — взвизгнул возмущенно Джек и побежал следом за сестрой.

Скандал-таки состоялся. Долго из комнаты Ли доносились крики, возня и грохот. В конце концов, Ли это надоело, и брат получил кулаком в живот.

— Бешеная! — вынес диагноз Джек, вываливаясь из ее комнаты.

Отдышался, постоял минуты три и понял, что не обижается. И чего это он на нее наскочил? В очередной раз изменила Ди? Так ничего нового не случилось. В конце концов, кто знает, что еще выкинет капризница по имени Жизнь? Вполне возможно, что они с Бесс когда-нибудь расстанутся, а Ли так никогда и не выйдет замуж за Креша. Но брат и сестра Харрикейн всегда будут вместе, и это факт. Надо бы помириться…

— Лисичка-сестричка… — извиняющимся тоном пропел Джек, всовывая голову в ее спальню.

Ли сидела по-турецки на кровати, обиженная, надутая, но непобежденная.

— Пшел вон!

Джек смылся и тут же услышал:

— Джекки…

— Что, милая?

— Сгинь, Джекки…

— Понял.

— Хотя, нет, не сгинь, — крикнула Ли, вылетая из комнаты. — Ты достал меня, Джекки! Как же я хочу, чтобы Город-Призрак на самом деле появился в Лас-Вегасе! Просто мечтаю, чтобы Демьен Торн забрал тебя сначала отсюда, а потом и в преисподнюю! Демьен Торн, ты слышишь? Я призываю тебя! Забери от меня этого недоумка!.. Все, Джекки, вот теперь сгинь…

И она, возвращаясь к себе, так хлопнула дверью, что упала картина, висящая в простенке.

— Рехнулась, не иначе, — вздохнул Харрикейн. — Ладно, помиримся позже.

Ли приняла душ и решила устроить себе праздник. А что, надо же утешиться. Она быстренько наложила макияж, надела новое фиолетовое платье, окинула взглядом свое отражение в зеркале и осталась очень довольна.

— Свет мой, зеркальце, скажи, кто прекрасней всех на свете? — задала она вопрос и сама же себе ответила: — Ладно, сама знаю…

Скрипнула дверь, и Ли зашипела злобно:

— Пошел вон, идиот!

Но это был не брат. В комнату вальяжно вплыл Кошмарик и вопросительно посмотрел на любимую хозяйку.

— Сейчас мы с тобой будем кутить, зверь, — сообщила она. — Маленький праздник мы с тобой заслужили. Пошли…

Два рыжих эгоистичных создания, девушка и кот, прихватили на кухне шоколадный торт, конфеты с коньяком, шампанское, мясо и рыбу.

В комнате расположились с удобствами, на кровати. Включили телевизор без звука и музыку(конечно же громко). И вдруг Ли задумалась. Надо бы Джекки позвать, хватит уже обижаться.

— Я сейчас, — пообещала она коту и побежала к брату.

Но того в комнате не было. Зато там словно ураган пролетел. Шторы валялись на полу, мебель поломана и разодрана, зеркало разбито.

— Во зажег! — с уважением протянула Ли. — Мы часто ругаемся, но мебелью братец-кролик еще не кидался. Интересно, почему я погрома не слышала? А, в ванной была. Разнес, самое главное, все тут и слинял. Ну и ладно, пусть остынет, тогда и вернется. Может, к Бесс порулил? Вот и отлично, она его успокоит, утешит, посюсюкает, как с маленьким, минетик сделает… Тфу, прямо тошно…

Пришлось кутить дуэтом. А и хорошо получилось, уютненько, спокойненько, миленько. Ли прихлебывала шампанское, поочередно отправляя в рот то конфету, то кусочек торта. Кошмарик метался от своей миски с мясом к тарелке с рыбой, а оттуда к торту, очень уж уважал он шоколадный крем. Хозяйка дала ему полакать шампанского, и пушистому алкоголику очень понравилось.

И вдруг кот ни с того ни с сего зашипел, выгнул жирненькую спинку дугой, а потом вообще ломанулся прятаться под кровать, мимоходом наступив в торт.

— Ты что? — удивилась Ли. — Наклюкался?

Дверь открылась, и на пороге стоял Он…

* * *

Высокий черноволосый мужчина улыбался Ли мрачноватой белозубой улыбкой и сверкал черными, очень блестящими глазами.

— Демьен Торн? — ахнула девушка.

— Ли Харрикейн? — в тон ей отозвался гость.

— Это точно ты? — почти теряя сознание, спросила бедняжка. — Значит, ты и в самом деле существуешь, или у меня снова глюк?

— Это точно я, я в самом деле существую, и ты не сошла с ума, моя дорогая. С головой у тебя все в порядке, да и мозг там, где надо.

— Ага, там же, где у меня шило и атомная батарейка, — усмехнулась Ли.

И вдруг она на все сто процентов поверила, что перед ней действительно Демьен Торн, персонаж, сошедший со страниц ее любимой книги. Причем, выглядел он точно так, как она себе его и представляла: с длинными черными волосами, бездонными черными глазами, смуглой кожей, отличной фигурой, весь такой красивый и сексуальный до жути.

У Ли закружилась голова, девушка пошатнулась, и Демьен схватил ее на руки и заботливо отнес на кровать.

— Ты зачем здесь? — слабым голосом спросила она.

— Ты позвала меня, Лиссандра Харрикейн.

— Когда это я тебя звала?

— Когда ругалась с братом, вспомни. Ты призвала меня, захотела, чтобы я избавил тебя от брата и кричала, чтобы он сгинул. Разве я мог тебе отказать?

Ли резко села.

— А где Джекки? Где мой брат? Что ты с ним сделал?

— Он в Городе-Призраке, в моем городе, как ты и хотела. И с ним ничего страшного не случилось. Вот, смотри…..

Торн достал из кармана большой молочно-белый камень прямоугольной формы и сказал:

— Это магический Лунный камень, и он может показать тебе все, что ты захочешь: любое место, любого человека, стоит просто попросить.

— Покажи мне моего брата! — приказала Ли.

Камень стал прозрачным, и на его поверхности, как в телевизоре, показалось мрачноватое помещение, где на огромной кровати лежал Джек Харрикейн. Он то ли был без сознания, то ли спал, но выглядел таким беззащитным и одиноким, что у Ли защемило сердце.

Она сунула камень в руки Торна и раздула ноздри.

— Нет-нет, Лунный камень твой, — опережая вопли, заявил гость. — Это компенсация за потерю брата…

— …! — заорала Ли. — К… твои компенсации! Забери свой… камень и верни мне брата!

— Но Лиссандра…

— Не зови меня полным именем, я терпеть его не могу!..!

— Хорошо, Ли. Брата ты отдала сама…

— А теперь вот передумала! — бушевала девушка. — Забирай свой камень, отдавай мне брата, а сам можешь проваливать в свой город.

— Нет, моя милая, так не пойдет, — покачал черноволосой головой Демьен. — За свои слова и поступки нужно отвечать. И человек не вещь: захотел — отдал, передумал — вернул. Твой брат навсегда останется в Городе-Лабиринте и точка! И я сейчас никуда не уйду. Неужели ты думаешь, что я пришел сюда только чтобы отдать тебе Лунный камень?

— А зачем тогда? — прикинувшись невинной глупой овцой, захлопала накрашенными ресницами Ли.

— Понимаешь, меня всегда окружали самые красивые женщины, — проникновенно произнес мужчина. — Но они никогда не затрагивали ни одной струнки моего сердца — глупые, примитивные создания. А на днях я увидел в моем Зеркале Жизни девушку. Яркую, эмоциональную, смешную, жутко растрепанную, сильно размалеванную и ни на кого не похожую Но знаешь, это была самая красивая, самая живая и самая-самая необыкновенная девушка из всех, кого я видел…

— На меня намекаешь? — севшим голосом спросила Ли, награждая Торна костедробильным рукопожатием.

— Я не намекаю, а прямо говорю, — признался мужчина, тряся рукой, чудом избежавшей травмы. — Я не мог не прийти к тебе, понимаешь?..

Вот только не надо считать, что Ли Харрикейн, как глупышка попала под влияние этого дьявольского красавчика. Она вовсе не забыла о брате, не смирилась с его исчезновением. Ей было не впервой морочить мужчинам голову, а ведь, как ни крути, Демьен Торн хоть и выходец из ада и черный колдун, все-таки мужчина. Просто нужно быть осторожной, глядишь не только получишь удовольствие и потешишь свое самолюбие, но и выведаешь у него нечто такое, что поможет спасти брата. А еще эта темная личность — потрясный мужик…

— Я не могу уйти просто так, — обжигая ее щеку жарким дыханием, прошептал Торн.

— Так и не уходи… — шепнула в ответ Ли, бесцеремонно опрокинула его на спину и забралась верхом.

Начали они в кровати, продолжили в ванной, потом на полу, у окна, у двери, а закончили опять на кровати. А потом лежали взмыленные, уставшие, но довольные, и Ли слушала рассказы партнера о Городе-Призраке, о его жителях, о своих советниках: Уитте Рейвене, Блеке Иглу и Джеймсе Фолконе.

— Значит, это твоему Рейвену я засандалила по башке бьюти-кофром? — хихикнула Ли.

— Точно, — развеселился Торн. — Он ужасно обиделся. Ты удивительная женщина, знаешь об этом? Трое могущественных магов не смогли с тобой справиться.

— Слушай, неужели твой город может увидеть каждый? И попасть в него может любой человек? — спросила девушка, решив, что пора уже перейти к делу.

— Далеко не каждый, даже никто, — заверил ее мужчина. — Для обычных людей он невидим. А вот вы с подругой легко сможете его найти. Не увидите, конечно, но сразу его почувствуете. Во-первых, вы обе ведьм, а, во-вторых, у тебя теперь есть Лунный камень.

— Отдай мне брата, а? — без перехода поменяла тему Ли.

— Я же говорил тебе, я не могу его вернуть. Существует правило: для того, кто попал в Город-Лабиринт, обратной дороги нет… Очень не хочется уходить от тебя, но боюсь, мне пора.

Он встал, оделся, поцеловал Ли, согрел ее своими черными очами и направился к открытому окну.

— Верни мне брата, Демьен, — снова потребовала девушка. — По хорошему прошу, верни.

Он обернулся, усмехнулся, отрицательно покачал головой, послал воздушный поцелуй, шагнул на подоконник и растаял в воздухе.

Ли некоторое время пролежала, тупо глядя на окно, потом усмехнулась, и настроение у нее резко улучшилось.

А еще она в минуты слабости жаловалась на скуку, однообразие жизни и отсутствие необыкновенных событий! А жизнь-то оказывается, клевая штука: являются литературные персонажи, вступают с ней в половую связь (на самом высшем уровне, кстати сказать), дарят презенты… Правда, иногда случаются и кошмары: братья исчезают, следить нужно за своими словами…

А может и не было всего этого? Может, ей это только приснилось? Сейчас проснется, в комнату заглянет Джекки и скажет: «Доброе утро, лисичка-сестричка!». А она ответит; «Привет, братец-кролик! Как же я рада видеть твою дурацкую рожу!»

Да, это было бы здорово. Одна неувязочка: вон на тумбочке лежит Лунный камень, в теле — приятная и объяснимая ломота, а вторая подушка еще хранит отпечаток головы Торна.

Ли взяла в руки артефакт и попросила показать брата. Молодой человек, видимо, только что проснулся. Он сидел на своем роскошном ложе с всклокоченными светлыми волосами и озирался по сторонам, вытаращив и без того круглые серые глаза.

— Джекки! — нежно позвала сестра.

Парень вздрогнул, как будто услышал ее голос.

— Я заберу тебя оттуда, Джекки, — пообещала девушка, легко проводя пальцем по поверхности камня.

Изображение исчезло, а Ли вскочила, встряхнулась и побежала в ванну.

Демьен Торн, конечно, не идиот. Он ловко вел свою партию, ничуть не хуже Ли. Ясно, зачем похитили Джека. Плевать Торн хотел на ее в сердцах брошенные слова, а брата ее похитил только затем, чтобы заманить ее в Город-Призрак. Фиг знает, зачем она этому Торну понадобилась, но пусть получит то, на что напрашивался. Она найдет этот, блин, город! Она спасет Джекки! Берегись, Демьен Торн! И весь твой Город-Призрак пусть тоже побережется!

* * *

Бесс проснулась очень рано, еще восьми утра не было. Встать пришлось вовсе не из-за бессонницы. Просто сегодня должна была приехать их с Ли портниха и привезти платье. Позже она не могла, уезжала. Вот Бесс и встала ни свет ни заря.

Ди не было. Куда это он, интересно, намылился? Бесс все поняла, когда спустилась в низ, зашла на кухню и нашла на столе сегодняшнюю газету.

«У ведущей «Ведовского балаганчика» новый роман!» — гласил заголовок. А под ним — фотография обнимающихся Ли и Никки. Кажется, папарацци их подловили при выходе из клуба. Вот ведь гады вездесущие!

Так, понятно, куда подевался братец. Нужно срочно позвонить подруге! Взволнованной Бесс не сразу удалось дозвониться, но вот, слава Богу, Ли ответила, правда, каким-то странным голосом:

— Чего тебе? Бесс, говори быстрее, мне некогда.

— Уезжай быстрее из дома. Ди узнал, что ты путалась с Никки и поехал к вам домой.

— Фиг бы с ним, — оборвала ее подруга. — Дома меня нет. А ты сиди у себя, мне нужна твоя помощь. Вопрос жизни и смерти, Бесс. Короче, жди меня, я через полтора-два часа буду…

— Подожди, что случилось? — перепугалась Бесс, но Ли уже отсоединилась.

Чтобы как-то убить эти два часа, девушка решила померить новое платье. Это Ли скреативила, но придумала себе блузку цвета морской волны. А Бесс впечатлилась и решила, что ей нужно такое же платье.

Честно говоря, разложенное на кровати, платье выглядело как-то не очень эффектно. Но вот Бесс одела его и ахнула. Черная ткань плотно облегала ее женственную фигуру, а красные шифоновые рукава напоминали крылья. Вот если еще и красные туфли на шпильке, да макияж соответствующий, а то не накрашенное лицо совершенно терялось на фоне такого эффектного наряда. Девушка даже не заметила, как между делом накрасилась, обулась и надела соответствующие украшения.

Оглядев себя в зеркале, Бесс решила, что за такую красоту просто необходимо выпить. Алкоголь утром — это как-то неправильно, скривите вы нос? А Бесшеба Креш плевать хотела на какие-то правила!

Она сидела перед зеркалом, маленькими глотками прихлебывала вино, чокалась со своим отражением, да так увлеклась, что даже немного испугалась, когда к ней в комнату ворвалась Ли, по виду не совсем адекватная.

— С утра и пьем? — с порога осведомилась он, поводя своим длинным носом. — Слушай, Бесс, ты была права: апокалипсис все ближе…

И она рассказала подруге обо всем, что случилось прошлым вечером и ночью. Против ее ожиданий, Бесс не была ошарашена — она просто не поверила.

— Меня осуждаешь, а сама с утра наклюкалась? Или нанюхалась? А может, ты шутишь? Странное у тебя кокое-то чувство юмора с утра бывает…

Ли скорчила рожу, достала из кармана Лунный камень и скомандовала:

— А ну, покажи нам Демьена Торна!

Повелитель города-Призрака находился в каком-то большом зале в окружении людей и давал им какие-то указания. С прошлой их встречи он сильно изменился: глаза не горели лихорадочно, но сияли просто до невозможности; он даже улыбался.

— Ну и что? — уперлась Бесс. — Откуда я знаю, что это Демьен Торн? Может, это какой другой дядька?

— А то, что обычный лунный камень решил поработать телевизором, тебя не удивляет? — огрызнулась Ли. — Ладно, смотри дальше. Покажи мне брата!

Мрачный и печальный Джек Харрикейн сидел в старинном кресле за столом, уставленном разнообразными блюдами, но есть, по-видимому, не собирался.

До Бесс наконец дошло, что подруга не шутит.

— Так это правда? Невероятно! Что же делать? Может, попросить у Торна еще раз? Ну зачем ему наш Джекки?

Ли горько усмехнулась:

— У Торна характер, как у меня. Понимаешь?

— Нет.

— Вот я дурная какая оказывается! Торн никогда не отпустит брата. Я бы на его месте ни за что не отпустила. Мой Харрикейн для него лишь приманка, болванчик, «чучело кабана», чтобы заманить меня в Город-Лабиринт. Я не знаю зачем, но именно этого он добивается. Что ж, он это получит…

— Так поехали скорее! Надо быстрее найти этот город! — всполошилась Бесс. — И сначала надо позвонить Ди. Пусть едет сюда.

— Твой брат нам ничем не сможет помочь, — возразила Ли. — Он же не на обычную разборку с нами поедет. Чем нам сможет помочь сильный, но обычный мужчина в стае черных колдунов? А мы все-таки ведьмы, вдвоем как-нибудь справимся. Пусть уж лучше Ди сидит у нас — целее будет. Собирайся! Я по дороге заехала к нашему знакомому чокнутому профессору, прихватила кое-какие новенькие штучки, может, пригодятся. Переодевайся, а о вырядилась и размалевалась, как клоун на Пасху. Нам нельзя привлекать внимание…

Бесс проглотила хамство подруги по поводу своего внешнего вида, списав это на волнение и тревогу за брата.

— Ты себя в зеркале видела? — только и спросила она.

Действительно, выглядела Ли очень эффектно. Причесаться она не удосужилась, и теперь казалось, что ее рыжих волос стало раза в три больше. Строя планы спасения брата, она не замечала, что на себя надевала. Оказалось, что сильно декольтированный облегающий зеленый топ, очень узкие, стильно порванные джинсы, коричневую короткую кожаную куртку и коричневые же сапоги с заклепками. Вчерашние массивные украшения с аметистами она не сняла, умыть лицо забыла и теперь радовала глаз размазанным макияжем. Да, просто чудеса маскировки!

— Ладно, можешь не переодеваться, — согласилась Ли. — Но натяни хотя бы балетки, а то ноги со своими шпильками сломаешь… Ну что, подруга, вперед! Спасем нашего Джекки!

* * *

Ди Крэш, сбежав из дома, сначала бесцельно ездил незнамо где. Опять, опять эта Ли наплевала на его чувства и связалась с очередным молокососом! А ведь клялась, что больше такое не повторится! Впрочем, клялась она уже сотни раз и всегда нарушала обещания. А он, идиот, всякий раз верил, прощал и снова оставался в дураках, причем, в дураках рогатых.

Все, хватит, пора с этим кончать! Расстаться с Ли Харрикейн он не сможет — слишком любит эту мерзкую изменщицу. Как она может так поступать? Вот сейчас он приедет к ней, бессовестной, и даже не знает, что с ней сделает!

Но дома у Харрикейнов никого не было. Навстречу Ди вышел только кот Кошмарик, издавая негодующие вопли.

— Где твои хозяева, зверь? — спросил мужчина, взяв жалобщика на руки. Кот перешел почти на диапазон ультразвука. — Ладно, пойдем посмотрим.

В комнате Ли царил бардак, обычная, в общем, картина: на кровати будто лошади скакали, шкафы открыты, одежда валяется то здесь о там. Когда Ли куда-то спешила, комната всегда выглядела подобным образом.

Ди прослушал автоответчик, надеясь с его помощью узнать, куда пропали брат с сестрой в такой спешке и в такую рань. Автоответчик не помог, и парень пошел в комнату друга. Маловероятно, конечно, но вдруг там лежит записка?

Креш открыл дверь и даже отшатнулся, увидев картину полного разгрома. Поломанная мебель, разбитое зеркало, у одного шкафа отломана дверь, а апофеозом разгрома стала любимая гитара Джека, со сломанными струнами лежащая на скомканном одеяле.

Что здесь произошло? Ли и ее брат скандалили? Но они очень любят свой дом и не стали бы его рушить, да и побоялись бы они так буянить, опасаясь нанести друг другу серьезные увечья. Может, в дом проникли преступники и похитили хозяев, или, не дай Бог, вообще убили? Ага, так им это и позволили! Брат и сестра Харрикейн — это страшная сила, и объединившись, они дадут отпор любым злоумышленникам.

Кот продолжал жаловаться, и Ди, желая поставить его на пол, нагнулся. Внезапно голова у него закружилась, в глазах потемнело и заложило уши. Кое-как, пошатываясь, выставив вперед руки, сильный молодой мужчина добрался до кровати Джека и тут же рухнул на нее без чувств, как спиленное дерево.

ГЛАВА 3

Демьен Торн не обманул: подруги действительно легко и быстро нашли проход в Город-Лабиринт Проезжая на невысокой скорости, они увидели какую-то заброшенную лачугу и сразу поняли: вот оно. На всякий случай они сверились с Лунным камнем, и артефакт подтвердил, что ошибки нет.

В хижине было очень грязно, очень пусто и почти темно, только через окна без стекол проникал свет. На стене, противоположной входу, девушки заметили еще одну дверь: массивную, черную, с ручкой, выполненной в виде кошачьей головы.

— Нам туда, — почему-то шепотом сказала Бесс.

А Ли шептать не стала, решительно дернула на себя дверь и заявила:

— Ну так пошли!

Они оказались на небольшой круглой полянке, со всех сторон окруженную густым смешанным лесом, прореженным многочисленными дорожками, бегущими во всех направлениях.

— И это город? — удивилась Бесс. — Или я чего-то не понимаю? Где дома, замки, хижины, да хоть шалашики какие-нибудь? Ой, смотри, что это там?

Ее палец невоспитанно показывал на лист бумаги, придавленный к земле двумя камнями. Ли схватила послание и зачитала текст вслух:

— Приветствую тебя, моя дорогая Ли! Я рад, что не ошибся в тебе и Бесшебе Креш. Первый этап пройден — вы в городе. Осталась самая малость: найти замок и освободить Джека. Предупреждаю сразу: не надейся, что я не стану вам мешать. Всегда Твой, Демьен Торн. Кстати, никак не могу забыть волшебную ночь, проведенную с тобой.

— Вот гад! — выругалась Бесс и вдруг засмеялась: — Поздравляю тебя, подруга, ты уже выходцев из ада с ума сводишь… Ладно, не обижайся, я же шучу.

Но Ли некогда было обижаться, она все еще смотрела на послание вредного Торна.

— Вот ведь блин! Говорю же, характерец у него тот еще, вылитый я. Я бы тоже строила всякие козни и препятствия, подличала бы во всю.

— Но я не понимаю вот чего: если ему нужно зачем-то заманить тебя сюда, зачем мешать? Наоборот, нужно было вырубить весь лес, расстелить до замка красную дорожку, да еще и карету прислать до кучи. А ну как ты окажешься не очень сообразительной?

— А вот это мы и выясним! — заявила Ли, схватила подругу за руку и решительно потащила ее вперед.

— Да подожди, — попыталась вразумить ее Бесс. — Надо хоть спросить у камня, какую дорожку выбрать.

На этот раз камень показал нечто, напоминающее карту, вернее, ее часть. Пульсирующими точками были отмечены подруги, а по нужной дорожке проходила пунктирная линия со стрелкой.

— Ну просто навигатор, а не Лунный камень, = хихикнула Бесс.

— Даже лучше — этот молчит, — подхватила Ли, и девушки бодро зашагали по указанной дорожке.

По мере их продвижения менялась и карта. Правда, далеко подруги не ушли.

— Подождите! — раздался отчаянный вопль, и из леса к ним выскочила молодая темноволосая девушка. — Умоляю, подождите! Вы ведь люди? Я имею в виду, нормальные люди, да?

— Человеческая нормальность — понятие очень относительное, — отозвались подруги, внимательно разглядывая девушку — Ну, допустим, мы — нормальные люди…

Вроде бы, обычная девушка, стройная, симпатичная Но вот накрашена она была как-то слишком обильно и неумело. Да и не гармонировало орандевое короткое платье с синими туфлями на шпильке и малиновой губной помадой.

— Ой, а вы же — Ли Харрикейн и Бесшеба Креш! — тараторила девица. — Я обожаю ваш «Ведовской балаганчик»! Какая же удача, что я вас зжесь встретила! Меня зовут Лина Уолтерс…

— Ну и:..

— Ну как же? Я — старшая сестра Сьюкки Уолтерс, которую похитили жители Города-Призрака. Я поняла, что надеяться мне не на кого, и сама отправилась искать ее. Честно говоря, я даже не представляла, что могу сделать, чтобы спасти сестру. Но теперь я встретила вас, и все будет хорошо. Вы ведь позволите мне пойти с вами? Вы мне поможете?

Ли и Бесс не могли не согласиться, но странные подозрения не оставляли их. Что-то здесь не так, но вот что?

Девица продолжала трещать, как сорока. Восхищалась программой, которую вели подруги, благодарила за действенные ритуалы, которым они обучали с экрана телевизора.

— Рада, что тебе нравится, — дружелюбно улыбнулась Ли. — А ты пробовала мой ритуал на красоту и притягательность для противоположного пола, где используется жертвенная кровь черного кота? Ну, я еще вела эту передачу одна, Бесс в больничке лежала…

— О, это не ритуал, а бесценная находка, просто чудо! — заверещала Лина. — У меня потом столько поклонников появилось!

— С чем тебя и поздравляю, — равнодушно сказала Ли. — Девчонки, подождите меня здесь, я быстро, мне в кустики срочно нужно…

Бесс осталась наедине с новой знакомой, и давно засевшая в ее голове мысль не давала ей покоя… Ага!

— Лина, а как ты нашла Город-Призрак? — нарочито небрежно спросила она. — Насколько я знаю, обычные люди не могут его найти. Почему же тебе это удалось?

— Наверное, потому что это не Лина Уолтерс, — заявила Ли, вываливаясь из леса. — Заканчивай играться, Демьен.

— Ну и как ты догадалась? — проворчал Торн, возвращаясь к своему облику.

— А я тоже догадалась, между прочим, — похвалилась Бесс, во все глаза пялясь на красавца. — Ну как могла девка сюда попасть? Ты же сам говорил моей подруге, что это можем только мы.

— Да не трудно было догадаться, — усмехнулась Ли. — Во-первых, ни одна девушка не вырядится и не размалюется, как ты. Во-вторых, переживающий за похищенную сестру человек не станет болтать о всякой хрени, мозг у него только спасением несчастной занят. А самое главное, я никогда не давала ритуала с жертвенной кровью черного кота. Я вообще никогда не приношу жертвы, а тем более, кошачьи. Это, если хочешь, мой жизненный принцип. Мне только оставалось уединиться и свериться с Лунным камнем. Твой птичник — Рейвен, Игла и Фолкон — в замке, а когда я попросила показать мне Демьена Торна, увидела тебя в убогом платишке и с мордой клоуна-шизофреника.

— Умная ты больно! — огрызнулся Торн. — Отдавай Лунный камень, ты и без него прекрасно справишься, фора тебе не нужна.

— Фиг тебе! — радостно и по детски выкрикнула Ли. — Камень мой, ты мне его подарил взамен брата.

— Но ты же за братом явилась…

— А то ты не этого добивался…

— Отдай камень, по хорошему прошу…

— Вот заберем Джекки и получишь свой камень. Мне от тебя ничего не киднеппер хренов. Так будет только справедливо.

— Забудь о справедливости, — отмахнулся Демьен. — Мне ведь ничего не стоит отобрать у тебя камень, и ищите дальше Харрикейна, как хотите.

— Не отдам! — гаркнула Ли. _ Попробуй, отбери. Я его лучше сожру! Жди потом, когда…

— А злая т еще восхитительнее! — усмехнулся мерзавец.

— Ах ты!..

Ли первая на него набросилась и повалила его на землю. Бесс скакала вокруг дерущейся парочки, но помочь подруге не могла, ибо только по размерам могла понять где чья рука, нога или тело. Но все это менялось с калейдоскопической скоростью. Однажды она все же собралась треснуть тяжелой сумкой Ли по черноволосой макушке, но, к счастью, замешкалась, и вот наверху уже всклокоченная рыжая грива подруги. Девушка она была некрупная, но очень сильная, и, вдобавок ко всему, Торн не знал всех приемчиков и хитростей современной женщины. И неизвестно еще, кто одержал бы победу, но мужчине вдруг все это надоело.

Клубок драчунов распался Ли и Демьен стояли друг против друга: она — разъяренная, сжимающая кулаки, сверкающая глазами и в топе, съехавшем с груди; и он — веселый, довольный и получающий от всего этого огромный прилив позитива.

— Кстати, для вас есть сюрприз, — усмехнулся он и по-хамски указал на Ли пальцем. — А на твоем месте я бы прикрылся, а то смотри, заколешь кого-нибудь своими сиськами…

— Ну, Торн… — прошипели Ли, но похабник растаял в воздухе.

Подруги присели на обочину. Ли, тяжело дыша, натянула топ повыше, прикрывая острые, напряденные от ярости соски.

— Ну хорошо, что хоть Лунный камень не отнял, — утешила ее Бесс. — Кстати, где он?

Этого Ли не знала Перепуганные подруги переворошили все: карманы, сумку, шарили по траве и ползали по дорожке на четвереньках.

— А, забыла, — Ли сняла сапог и вытряхнула оттуда искомое, — я еще перед дракой незаметно туда камень спрятала. Бесс, как же мне все это надоело!

— Это еще только начало, — успокоила подругу Бесс. — А ведь еще сюрприз какой-то… Интересно, какой?

— Боюсь даже предположить, этот Торн почти так же непредсказуем, как и я. Кстати, как там Джекки?

Лунный камень показал взволнованного Харрикейна, сидящего на кровати возле Ди Креша, который явно был без сознания.

— А вот и сюрприз, — потрясенно констатировала Бесс.

Ли быстренько взбодрилась, вскочила на ноги, рывком подняла подругу и прошипела:

— Теперь еще и Ди! Ну, держись, Торн!

Она так резво припустила по дорожке, что Бесс за ней еле поспевала. Но такая решительная Ли ей нравилась гораздо больше.

— Этот Торн слишком много на себя берет, — не переставала бормотать сестра Джека. — Ты, конечно, догадываешься, что я отношусь к твоему брату не совсем так, как ему хочется. Да, я не люблю его. Возможно, я вообще любить не умею. Но никто, слышишь, никто не имеет права забирать то, что принадлежит мне!

* * *

Ди Креш очнулся и долго не мог понять, где он находится. А потом, когда Джек все рассказал ему, долго не верил, считая, что друг его разыгрывает. Но поверить все же пришлось, когда вошел мужик, Демьен Торн, как его называл Джек, и прямо с порога заявил:

— Довожу до вашего сведения, господа, что Ли Харрикейн и Бесшеба Креш уже в городе. Как все неправильно у вас, современных людей: слабые девушки спасают молодых здоровых мужчин…

— Если с девочками что-нибудь случится… — угрожающе начал Креш.

Торн пригвоздил его к месту взглядом и вышел.

— А ну выпустите нас отсюда! — завопил Ди, колотя руками-ногами по двери, а потом вообще стал кидаться на нее всем телом, не переставая вопить.

— Это бесполезно, — сказал Джек. — Все тут нерушимо, заколдовано и заморочено. Нам отсюда не выбраться. Сядь и послушай. Мы оказались в Городе-Призраке. Помнишь любимую книгу Ли? Мы с тобой — лишь приманка, потому чо спасая нас, Ли явится сюда, что и нужно Торну. Сами по себе мы ему не нужны, зато при одной мысли о моей сестренке Торн начинает рыть копытом землю, из глаз его сыплются искры. Того и гляди выпустит пар из ноздрей и заржет. Короче, влипла моя лисичка-сестричка по самые ушки.

— Но мы же не можем сидеть сложа руки! Надо что-то делать! — ажиотировался Ди.

— Нет, друг, мы не сможем ничего сделать. Ты, конечно, можешь считать меня инфантильным мямлей, но я привык во всем полагаться на Ли. Она всегда все разруливала, доверимся ей и теперь Бесс с ней, и девочки обязательно что-нибудь придумают.

Тут дверь снова открылась, и вошел Фолкон в сопровождении стайки женщин.

— Господа, я думаю, что вы уже поняли, что останетесь у нас навсегда, — начал советник Торна. — Сейчас вы противитесь, не желаете смириться, но пройдет время, и вы оцените все выгоды вашего положения. Во-первых, вы будете жить вечно. Во-вторых, вам не придется больше работать, вы будете в городе на полном довольствии. И еще одна из прелестей жизни у нас перед вами. Вы, господа, вправе выбирать любую из самых прекрасных женщин нашего города. Повторяю, любую, и каждая из них будет исполнять любые ваши желания, относиться, как к своему господину, как к Богу…

— Ой, хватит, — поморщился Джек. — Я конечно понимаю, что вы — местный сутенер, но зря вы все это затеяли…

— И все же, — не отставал Фолкон, — посмотрите, как хороши эти женщины. И все они ваши, каждая по отдельности и все вместе…

Да, эти женщины были прекрасны и, как говорится, на любой вкус: высокие и не очень, пышечки и очень стройные, блондинки, шатенки, брюнетки… Джек Харрикейн смотрел на этот цветник довольно равнодушно. Он помнил, как однажды Бесс заболела. Тогда, бледная, растрепанная, в простой ситцевой ночнушке, она была во сто крат милее всех этих красавиц вместе взятых. А Ли, всегда считавшая себя суперпрофессионалом в любой области, взялась приводить в порядок клумбы в их саду. Испортив то, что уже было и потеряв запал, она вернулась в дом с грязным лицом, обломанными ногями и в рваных штанах. Так вот, даже по сравнению с ней той, у этих красоток не было ни единого шанса.

— Достал! — разозлился Ди Креш. — Оставь нас одних. И б….й своих забери!

Фолкон хлопнул в ладоши, и красавицы гуськом потянулись из комнаты пленников. Сам советник Торна последовал их примеру, сопровождаемый злорадным хихиканьем Джека:

— Ничего у вас не получится! Скоро сестра и Бесс будут здесь. Мы уйдем домой, а ваш Демьен Торн останется с носом.

* * *

Сколько подружки-спасатели шли, неизвестно. Лги потеряли счет времени. Правда, было еще светло, значит девять вечера еще не наступило. Но все равно, если учесть, что где-то с полудня они носятся тут бодрой рысью, девушки устали, как курицы и пребывали в крайней степени раздражения.

Солнце бесило, лес достал, а прогулками по лесным тропкам на свежем воздухе они были сыты по горло.

Но вот Ли с Бесс неожиданно вышли на поляну.

— Ой, смотри, валун какой-то, — обрадовалась Бесс. — Если не посидим, я ног лишусь.

Ли согласилась, хотя даже самой себе не хотела признаваться, что силы вот-вот оставят и ее.

Подойдя к камню, подруги увидели, что и здесь для них оставлено послание: на валуне был нарисован чем-то черным глаз. Внезапно рисунок подмигнул, а под ним появилась надпись: «Целую. Вечно твой, Демьен!

Ли плюнула на камень, потом уселась на него и простонала:

— Опять он! До психоза доведет меня своими подколками.

Бесс опустилась рядом с подругой.

— Не ведись на штучки Торна, мать. Не знаю, зачем ты ему понадобилась, но своими выходками он просто хочет вывести тебя из себя, деморализовать. Ты утратишь силу духа и будешь готова на все. Но это он так думает, а ты силы духа никогда не потеряешь… Слушай, Харрикейн, а я кажется знаю, зачем ты понадобилась Торну. А что если он в тебя влюбился?

— Вот уж счастье-то привалило, — принялась ерничать Ли. — А я-то живу и думаю, чего же мне в жизни не хватает? А оказывается, Демьена Торна. Все, надоело! Этот Торн у меня уже в печенках сидит! Не хочу о нем больше говорить! И слышать тоже!

Подруга попыталась вернуть ей душевное равновесие:

— Ну и ладно, ну и не будем о Торне. Давай поговорим о чем-нибудь приятном. Ну вот представь себе: мы забрали братьев, вернулись домой, и вы с Ди решили пожениться…

— Последнее не могу себе представить.

Но Бесс не отставала:

— Ты просто предположи, что у вас состоится свадьба. Какое у тебя будет платье. Подумай, пофантазируй…

— Черное, — не раздумывая, процедила Ли сквозь зубы. — Длинное черное платье с высоким веерообразным воротником и все в рубиновой, изумрудной и бриллиантовой крошке.

— С чего бы это? — удивилась ее подруга. — Нет, ну воротник и крошка я понимаю, шикарно. Но почему черное?

— Потому что траур лучше одеть сразу… Эй, ты сама завела дурацкий разговор про свадьбу и платье, а не слушаешь. Куда там пялишься-то?

Ли проследила за взглядом подруги и чуть не свалилась с камня: вдалеке виднелась целая стая волков. И все это серое скопище приближалось к ним!

— В своре было сорок волков, и ровно сорок раз взмахнул Дровосек своим топором, после чего сражение кончилось, — обморочным голосом процитировала сказку Фрэнка Баума Ли. — Вот только у нас нет Ника Лесоруба…

— Черт, они скоро будут здесь! — запаниковала Бесс. — Ты помнишь заговор, отпугивающий диких зверей?

— Да, но читать его ты будешь одна, — отозвалась Ли, роясь в своей сумке. — А я им сейчас устрою…

— Великие Силы, спасите от диких зверей! Закройте им зубы, глаза пусть ослепнут… — начала Бесс.

Али в это время обходила валун по кругу и распыляла какое-то вещество из баллончика, который выудила из своей сумки.

Закончили одновременно: Бесс завершила заговор словами «да будет так», Ли замкнула круг, чиркнула зажигалкой, и вспыхнуло огненное кольцо. Стая волков, подойдя совсем близко, отпрянула от почти полуметровых языков пламени.

— Не понимаю, зачем тогда мой заговор? — обиделась Бесс.

— А на тот случай, если бы новое изобретение чокнутого профессора не подействовало. Классная штука! Если прыснуть из другого баллончика, гореть будет целые сутки. А вот я им сейчас, братве этой серой…

С этими словами Ли подняла с земли палку, подожгла ее от пламени, прицелилась и швырнула в гущу воющих хищников. Факел угодил прямо на широкую спину самого крупного волка. Остальные вдруг пропали, а подпаленная псина еще некоторое время крутилась на месте и скулила, а потом исчезла и она.

— Кого еще пришлет твой Торн, чтобы довести тебя до ручки? — возмутилась Бесс. — Кракозябру? Василиска? Бармаглота? Каледасов? Ладно, туши огонь, надо отсюда выбираться.

— Торн не мой! — запоздало обиделась Ли. — А волки-то были не настоящие, а фантомы. У Торна, наверное, главный жизненный принцип — ни минуты без колдовства и обмана…

* * *

Но Ли была не совсем права: не все волки были фантомами.

Обиженный, злой, с подпаленными волосами, Блек Игл жаловался своему повелителю:

— Все имеет свои границы! Все, но не сумасшествие этой девицы! Никакого уважения, почтения, а, самое главное, никакого страха.

— В этом и есть ценность людей, — серьезно проговорил Фолкон. — Многие из них не будут раздумывать и, рискуя собой кинутся на защиту близких. Я не помню, чтобы мы были такими в нашей прошлой жизни.

— Ох, оставь эти сладкие сопли и рассуждения о героизме и самопожертвовании! Не наше это все. Наша задача сейчас — деморализовать Ли Харрикейн…

— А вот это как раз у вас и не получается, — развеселился Торн. — Игл, ты в очередной раз спасовал перед девчонкой и злишься, как ребенок, что тебя обидели, не испугались, да еще и волосы подпалили. Ладно, если ты такой нежный, можешь пока ничего больше не делать. Рейвен, следующий ты…

— Нет уж, увольте, господин! Что угодно, только не очередная встреча с этой взбесившейся рыжей ведьмой! Повелитель, ну почему именно Ли Харрикейн, почему не Бесшеба Креш, или другая какая-нибудь девушка? — взвыл Уитт.

Торн приподнял одну бровь.

— Ты забыл об условии, Уитт?

— Не забыл, но на земле много рыжих и зеленоглазых чертовок. Верните эту шайку-лейку домой, а? — взмолился Рейвен. — Найдем вам другую…

— Мне нужна Ли Харрикейн! — отчеканил хозяин Города-Лабиринта, сразу перестав веселиться. — Задержать ее в пути! Всеми силами задержать!

— Демьен, позвольте мне пойти, — вызвался Игл. — Для меня это уже дело чести, или принципа, если хотите…

Вам, наверное, интересно узнать, почему «на дело» не посылали Фолкона? В могущественном Демьене Торне все-таки еще осталось кое-что от обычного мужчины, а именно — ревность, банальная ревность. Фолкон вот уже много веков слыл дамским угодником. А вдруг он перед Ли не устоит, или, что еще хуже, Ли перед ним?

А сам Джейсон и не предлагал свою кандидатуру. Просто, несмотря на свою плейбойскую внешность, он был мудрым и считал, что его время действовать еще не наступило.

* * *

— Ты только посмотри на эту мерзость! — вдруг воскликнула Бесс, в очередной раз сверяясь с лунным камнем.

— Зачем? Демьена Торна я сегодня видела уже не раз, — хмыкнула ее подруга.

— Да я не про Торна твоего…

— Только не моего!

— Ладно, не про чужого Торна, — покладисто согласилась Бесс. — Посмотри, если мы пройдем еще немного, будет развилка. Стрелка пульсирует на обеих дорожках. Какую выберем? Откуда мы узнаем, какая дорога короче?

— Пойдем по любой, — беззаботно решила Ли. — Нам ведь важна конечная цель — дойти. А уж как скоро, дело десятое. Дойдем до развилки и выберем. А вот расходиться нельзя, подлюка-Торн только и хочет нас разделить…

Но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Подруги в этом убедились, заметив у развилки высокий и стройный мужской силуэт, поджидавший девушек.

Они остановились, не дойдя до мужчины метров сто. Тот тоже не делал шага навстречу. Так они и стояли, ожидая, кто решится первым.

— Смотри, какой красавец! — шепнула Бесс. — На Торна твоего немного похож.

— Только не на моего! — привычно напомнила Ли — Это явно или Игл или Фолкон… Рейвена я видела, он — осетрина второй свежести. А обычные жители вряд ли решатся нам противостоять.

— А рост какой! Метра два или чуть ниже… — мечтательно продолжала Бесс. — Как он тебе?

— Никак, Креш. В отличие от тебя я не выбираю мужиков, как гробы, по росту.

Мужчина не выдержал первым.

— Добрый день, дамы, — произнес он, подходя к подругам. — Меня зовут Блек Игл, я — советник Демьена Торна.

Красавец-советник галантно склонился к ручке Ли.

— Виделись уже, — заявила девушка, глядя на его темную макушку. — Стало быть, ты, Игл — вервольф?

— А как ты догадалась?

— По опаленным волосам, Блекки, по опаленным волосам.

Он едва сдержался, чтобы не придушить эту ехидную наглую лисью морду.

— Да ладно тебе, Ли, — проворковала Бесс, преданно глядя на черноволосого красавца. — Какая разница, вервольф он или нет. Зато он такой интересный мужчина…

Приговаривая так, осыпая Игла комплиментами, она коротко подмигнула подруге, потом показала глазами в сторону одной дороги, потом — другой. Девушки уже давно понимали друг друга без слов. Ли сейчас было ясно, что подруга хотела ей сказать: иди, мол, я его задержу и, если все удачно сложится, догоню тебя.

Ли не нужно было повторять. Оставив подругу разбираться с противником, она припустила бегом. Как бы не гнало ее вперед желание скорее освободить брата и Ди, она все же притормозила, оглянулась и усмехнулась: Бесс самозабвенно целовалась с Иглом.

Бесс не могла не признать, что поцелуи советника Демьена здорово будоражат ее, даже сводят с ума. Она слишком поздно поняла, что теряет сознание.

«Вот я дура!», — промелькнуло у нее в голове, и это была последняя более или менее здравая мысль. А дальше девушку окутала темнота…

Первым, что увидела Бесс, очнувшись, были взволнованно-негодующие лица брата и жениха.

— Ты как, дорогая? — спросил Джек.

— Ты не ранена, сестренка? — подхватил Ди.

— Да, в душу! — простонала девушка, принимая сидячее положение. — Я-то, кретинка тупоголовая, тупоумная, считала, что помогаю Ли, отвлекаю этого Игла. Считала, что он увлекся мной, моими поцелуями. А он, козел подлючий, свои цели преследовал…

— Ты не переживай, милая, — начал утешать ее брат. — разве можно обхитрить этих демонов?

— Не убивайся, — вступил Джек. — И заметь, что я даже не возмущаюсь, что ты приставала к постороннему мужчине.

— Да о чем вы говорите оба? — закричала Бес — Вы хоть отдаете себе отчет в том, что Ли осталась одна? Одна против всех этих Иглов-Фолконов-Рейвенов, против всего Города-Призрака и против самого Демьена Торна, у которого непонятно что в голове творится!

— Точно, теперь осталось только, чтобы бесчувственную Ли сюда приволокли, — вздохнул Харрикейн.

— Нет, твою сестру сюда не приволокут, любимый. Она сама сюда придет и, я надеюсь, разрушит все планы Торна… И все же, никак не могу понять, чего добивается эта нечисть, разводя все эти турусы на колесах?

Конечно же, этот вопрос остался без ответа…

* * *

После расставания с подругой у Ли открылось второе дыхание. Она бодрым шагом продвигалась вперед, словно и не было бессонной ночи, всех этих треволнений, целого дня блужданий по лесным тропам и козней Демьена Торна. Засветло, конечно, до замка не добраться, но зато они с Бесс нагрянут среди ночи. Был ли у девушки план? Нет, не было никакого плана Она даже не задумывалась, как будет действовать, оказавшись на месте.

Вообще-то, неплохо было бы хоть что-то придумать. А заодно немного передохнуть и покурить спокойно.

Ли присела на травку, вытряхнула из пачки последнюю сигарету и разозлилась: больше нет ни одной завалященькой сигаретки, в оо время, как у Бесс в куртке две начатые пачки. Кстати, где там эта Бесс?

— Покажи мне Бесс, — попросила девушка у Лунного камня и просто рассвирепела, когда артефакт выполнил просьбу.

Бесс находилась в комнате вместе с Ди и Джеком! Тройка узников что-то горячо обсуждала и отчаянно жестикулировала.

Ли подавилась сигаретным дымом с съехала с катушек окончательно.

— Ну, это уж слишком! Интересно, кого теперь Торн собирается у меня тырить? Ну ничего, еще посмотрим, кто кого! К черту отдых! Дома отдохнем… Или на том свете…

Несмотря на запал, злость и упрямство, Ли было очень некомфортно. Она привыкла сама всегда разбираться во всем, докапываться до самой сути и бесилась, когда что-то оставалось неразъясненным и непонятным. А тут непонятно все: почему Торна так переклинило именно на ней? Если она так уж ему нужна, то к чему все эти козни? Самое поганое то, что выяснить это не у кого. Хотя…

Почему это не у кого? Кто знает человека лучше, чем его родители? Кто может повлиять на неразумное дитятко, если не тот, кто дал ему жизнь? Мамаша Торна неизвестна, а вот папаша…

Считается, что папаша у него — Сатана. Может и не стоит беспокоить самого Князя Тьмы по мелочам, но, в конце концов, для Ли это никакие не мелочи, а родители должны отвечать за выкрутасы своих деток! Конечно, властитель преисподней может и не захотеть общаться с Ли Харрикейн, но ведь можно попробовать вызвать кого-нибудь не столь значимого и уговорить его похлопотать за нее перед Сатаной. Скажете, это опасно? Но Ли уже было все равно. А вызывать демонов они с Бесс умели.

Вернее, это Бесс умела, а сама Ли этот урок пропустила, была на очередном «романтическом свидании». Но подруга потом сама объяснила ей пройденное, и Ли даже какое-то время помнила полученную информацию. Знала, что это очень сложное магическое действо, где нужно очень много разных подручных вещей, из который сейчас она могла поручиться только за Круг Защиты.

Ну и ладно, круг так круг. Девушка собрала прутики, ветки, разложила их вокруг себя. Кажется, нужно произнести какое-то определенное обращение. Не важно, обратимся своими словами. Ли глубоко вдохнула и начала:

— Император Люцифер, Хозяин и Князь мятежных духов! Я молю тебя оставить тебя свое убежище, где бы оно ни находилось и явиться сюда, чтобы связаться со мной…

Тут колдунья-прогульщица вспомнила, что собиралась вызвать кого-нибудь по проще. А еще она поняла, что не сотворила треугольник, в котором вызываемый проявится. Нужно срочно исправлять косяк! Но было уже поздно…

Стало ужасно жарко, в воздухе запахло серой. Через несколько секунд неподалеку от Ли бесформенной массой сгустился черный дым, потом его форма стала напоминать некую абстрактную фигуру. И вот перед обомлевшей девушкой стоит темноволосый смуглый мужчина средних лет и среднего роста.

— Ну здравствуй, Ли Харрикейн, — низким приятным голосом приветствовал он ее.

— Ты кто? — почему-то шепотом спросила Ли.

— Я отец Демьена Торна. Ты забыла, кого хотела призвать?

— Сатана? — выкрикнула девушка, даже подпрыгнув на месте.

— Нет. Я не знаю, с чего люди взяли, что отец Демьена — сам Сатана. Вообще-то, он появляется на земле лишь в крайних случаях, ведь на земле его сила слабее, чем в царстве Тьмы. Это результат вечнодействующего проклятия. В остальных случаях господин посылает нас, своих подчиненных. Но на сей раз я пришел сам. Давай заново: я — отец твоего Демьена…

— Только не моего!..

— Меня зовут Ваал, — не обращая внимания на ее протесты, продолжал дух. Я демон вероломства и обмана.

— Ну конечно, — вздохнула Ли. — Кто еще ко мне мог явиться? Только вероломный обманщик…

— Нет-нет, милая, у тебя нет причин для переживаний. Я здесь не как официальное лицо, а как отец Демьена и твой будущий свекор.

— Как свекор? Какой такой свекор? — взвизгнула девушка. — Я не собираюсь становиться женой твоего сыночка! И вообще, я ничего не понимаю! Зачем я Торну? То есть, это я теперь знаю, но зачем мой гипотетический муженек берет в плен моих близких? Зачем строит козни в дороге, если ему нужно, чтобы я явилась в замок… Нет, я все-таки не понимаю, почему именно я?

— Я все тебе объясню, — пообещал демон и предупредил: — Но ты должна слушать, не перебивая, а все вопросы потом. Согласна?

Ли кивнула и услышала следующее…

Властитель преисподней вдруг решил, что сыну Ваала нужен наследник, причем законный. А женой Демьена должна стать земная рыжеволосая и зеленоглазая ведьма. Почему именно так, непонятно, но с начальством, как известно, не спорят. Демьен был против, жениться не хотел, но разве можно ослушаться самого Сатану? Чувство обреченности и раздражения у Торна прошло сразу же, стоило ему увидеть в совем Зеркале Жизни Ли Харрикейн. С тех пор Демьен ни о ком и слышать больше не хочет. И все было бы просто, если бы с Ли с самого начала не возникла масса проблем. Чтобы справиться с невозможной ведьмой, пришлось забрать у нее сначала брата, потом любовника и, в конце концов, подругу, лишив тем самым будущую невесту еще и единственной помощницы. А козни и препятствия тоже имеют объяснения. Дело в том, что Демьен не может заставить Ли выйти за него замуж, она должна дать согласие и сама захотеть стать хозяйкой Города-Призрака. Но ведь упрямая девушка может заартачиться, ведь это Ли Харрикейн. Вот Демьен Торн и пошел на обман. Завтра в полночь заканчивается срок пребывания города на этом свете, и если Креши и Харрикейны не успеют к этому времени уйти, то останутся здесь навсегда. Ну а дальше, через какое-то время, можно уговорить Ли на брак.

Выслушав этот дикий рассказ, Ли неожиданно обрадовалась:

— Ну вот, видишь, я вам не подхожу! Я родилась с очень светлыми, почти белыми волосами, со временем стала лишь рыжеватой блондинкой, а нужного оттенка добиваюсь с помощью краски. А глаза у меня — хамелеоны и могут быть какого угодно цвета и меняются по несколько раз в день. И я не ведьма! Мы с Бесс родились обычными детьми, противными писклявами личинками. Потом, заинтересовавшись магией, мы чему-то научились, кое-что получалось. А затем была ведовская школа. Но вряд ли нас можно считать настоящими ведьмами. Не подхожу я вам!

Ваал улыбнулся.

— Ты восхитительно нелогична, моя дорогая. Утверждаешь, что не ведьма так яростно, словно от этого зависит, сожгут тебя на костре, или нет. Но это не мешает тебе пользоваться своими силами. Пытаешься убедить нас в нашей ошибке, а сама летишь спасать брата в город из преисподней, населенный черными магами. И ведь надеешься одержать победу!

— Слушай, может убедишь своего сыночка отстать от меня? Пусть позырит в свое зеркало и найдет еще какую-нибудь рыжую зеленоглазую девушку. Почему именно я?

— Нет, Ли, — возразил папаша-демон. — Нет времени искать другую невесту. А Демьену никто кроме тебя не нужен, он любит тебя. И мне ты нравишься. Так зачем нам еще кто-то? Ты продолжай свой путь. До встречи…

Снова стало жарко и запахло серой. Отец Демьена трансформировался в сгусток черного дыма, а потом растаял в воздухе.

* * *

— Не имеете права! Держать человека под замком можно только по приговору суда! — вопила Бесс, колотя руками и ногами по массивной двери.

— Миленькая, не трать зря силы, — флегматично посоветовал Джек. — Нас отсюда не выпустят.

— Предлагаешь сидеть тут, как овощи на грядке? — огрызнулась девушка. — У нас появилась возможность выбраться отсюда. В дичи, которую нам подавали на ужин я нашла кость невидимки. Пока один жрал, как паровоз, а второй демонстрировал гордость и отсутствие аппетита, я быстренько все придумала.

— Кость невидимки? — просипел ее брат, хватаясь за горло. — Ты рассказывала, как сделать эту кость — вываривать долгое время черную кошку, мясо развалится, и тогда найдешь нужную косточку… Чем нас тут кормили? Фу, меня тошнит…

— Дебил! — рявкнула Бесс. — Никто из современных магов не пожертвует кошкой, и никто не будет вываривать ее полдня. Есть же альтернатива! Подходит аналогичная кость, найденная в птице, желательно, не в домашней. Главное здесь — особый заговор. Я не зря тут буянила. Надеюсь довести обитателей замка. Когда кто-нибудь явится сюда, мы, уже невидимые, толкнем его все втроем и сделаем отсюда ноги. Нас не будет видно, значит, получится сбежать. Найдем Ли и будем выбираться из этого города. Значит, сделаем так. Я заговариваю кость, вынуждаю кого-нибудь сюда прийти, беру кость в рот и становлюсь невидимой. Если вы оба будете все время держать меня за руки, тоже станете невидимками. Все ясно? А сейчас не мешайте мне…

Бесс взяла кость в руки, закрыла глаза, некоторое время просидела так, а потом начала:

— Клок тумана, глаз дракона и узор хамелеона я сплетаю, я свиваю, путаю и отражаю Где добра померкнет свет, там меня в помине нет».

Потом положила кость в рот и спросила:

— Ну как?

— Невероятно! — воскликнул Джек. Только что была и вдруг исчезла! А я-то всегда считал, что вы с лисичкой-сестричкой просто фигней маетесь! Чудо какое-то!

— Это не чудо, это магия, — скромно ответила Бесс, доставая косточку и снова обретая видимость. — Да и еще, я буду вынуждена все время бормотать про себя заклинание, так что не пытайтесь со мной разговаривать. Ну что, приступим?

Она снова подошла к двери, загрохотала в нее и заорала:

— А ну быстро откройте! Джеку плохо, он умирает! Понимаете, что сделает с вами Ли, если лишится брата? Открыли, живо!

Услышав за дверью топот, она подмигнула парням и шепнула:

— Ага, затряслись! Быстрее сюда, приготовьтесь…

В двери повернулся ключ, в комнату ворвался какой-то незнакомый мужик и заозирался, не понимая, куда делись пленники, и кто в таком случае бушевал.

Бесс легко пожала руки молодым людям и все втроем толкнули вошедшего. Пусть к спасению был открыт, и невидимая троица, стараясь не топать, двинулась вперед в надежде по скорее найти выход из замка.

По дороге им попадались какие-то люди, наверное, прислуга, но никто не обращал внимания на крадущуюся группку, держащуюся за руки подобно детсадовцам. Все просто смотрели сквозь наших героев и спешили дальше по своим делам.

Но вот навстречу им попался Фолкон. Обалденно красивые фиолетовые глаза советника Торна внимательно смотрели на троицу беглецов. Неужели, что-то почувствовал, сволочь? Бесс, Джек и Ди попытались осторожненько, бочком, обойти его.

— Так-так, — издевательски протянул Джейсон. — Ну конечно, кто еще способен на подобную бездарность, кроме современных колдунов? Стража!

Десяток вооруженных стражников словно вырос из-под земли, окружая троицу. Беглецов вернули в их роскошную темницу. Да-да, как только Фолкон их раскусил, а Бесс перестала повторять заклинание, действие его закончилось.

Передайте Фолкону, что не такая уж я и бездарная, раз кроме него нас никто не увидел! — прокричала обиженная Бесс и сказала Джеку и Ди уже более спокойным тоном: — Ну не получилось. Зато мы хотя бы пытались…

— Ага, пытались и вернулись к самому началу, — пессимистично вздохнул Джек. — Сидим и ждем, когда придет Ли и всех нас спасет.

* * *

А что же Ли? А Ли неслась со скоростью разогнавшегося паровоза Устала она просто дьявольски, но не позволяла себе дать слабину. Уже стемнело, но на небе сияли звезды, светила Луна, а девушка всегда видела в темноте чуть лучше, чем при свете. Вообще-то, считалось, что это болезнь, но сейчас недуг был как нельзя кстати.

«Что-то давно не было происков со стороны навязчивого женишка», — подумалось Ли, и как только она закончила эту мысль, началось.

Вдруг резко потемнело, словно все небо затянули черным полотном. Тут даже особенности зрения не помогали. А потом внезапно началась гроза. Дождь начался как-то не правильно, не с редких крупных капель, а сразу ливанул стеной. Грохотал гром, то и дело черное небо прорезали загзаги молний.

Потоки воды заливали лицо и утяжеляли влагой одежду, под ногами хлюпала грязь, но Ли упорно двигалась вперед. Пару раз она не удержалась и шлепнулась в грязную жижу, но всякий раз поднималась и продолжала свой путь конца края которому, казалось, не было.

В конце концов, силы оставили ее, и встать после очередного падения девушка не смогла. Кое-как, перебирая руками-ногами, на четвереньках она отползла на обочину и вытянулась в траве.

Ли практически не спала три дня и три ночи, не ела больше суток. Плюс еще нервное напряжение и физическая усталость, так что нет ничего удивительного в том, что у нее начались галлюцинации. Она услышала навязчивый писклявый голосок маленькой Ли Харрикейн, занудной, завистливой и противной девчонки:

— Не будь дурочкой, Ли. Ты сможешь выбраться из этого города, только если будешь одна. Оставь подругу и парней здесь, подумай о себе. Только представь: тогда у тебя будет свобода, два группы, два дома, четыре машины, восемь шуб. А уж денег и драгоценностей… К матери Бесс, к матери Ди, к матери твоего брата..

— К матери тебя, толстуха! — гаркнула Ли, и голосок исчез.

Надо бы встать и продолжить путь, но сил не было, а глаза просто-напросто сами закрывались. Если она сейчас не поспит, сдохнет… Пусть дождь, пусть грязь, но она покемарит тут в водичке, а потом, набравшись сил, отправится дальше и сделает отбивную котлету из Демьена Торна.

Внезапно Ли почувствовала знакомый жар внизу живота, а в груди словно запорхали бабочки.

— Блин, я хочу мужика! — усмехнулась она про себя. — Ну, если я думаю об этом после всего, что произошло, то все будет в порядке, я побежу… победю… побежду…тфу, урою Демьена Торна…

Она повернулась на бок, свернулась калачиком и, успокоенная, сладко заснула безмятежным сном ребенка, поливаемая дождем…

— Ли, проснись! — кто-то звал ее и тряс за плечо.

Она еле открыла глаза, с трудом сфокусировала взгляд и увидела склонившегося над ней мужчину. Дождь все еще шел, но уже не так сильно; тучи расходились и кое-где уже поблескивали звезды.

— Ты Фолкон? — спросила Ли.

— Да, как ты догадалась? — спросит тот вместо ответа.

— А всех остальных дружков Торна я уже видела. Фолкон, значит? Отлично, ты-то мне и нужен…

Джейсон не успел среагировать, а она сделала подсечку, и он рухнул на нее сверху. Его лицо оказалось в опасной близости с ее лицом.

Честно говоря, мужчина ожидал, что это не совсем адекватная женщина выкинет что-нибудь эдакое. Ну, например, вцепится зубами ему в нос, или сомкнет у него на шее свои цепкие сильные пальцы. Но Ли, сверкая воспаленным взором, властно впилась губами в его рот.

Ни он, ни она еще ни разу не занимались любовью под дождем, валяясь в луже и ковыряясь в грязи. Но это все не помешало им ни в коей мере. Правда, оба были слишком перевозбуждены, и все закончилось очень быстро.

— Ты зачем пришел-то? Торн послал? — спросила Ли, пытаясь натянуть мерзкие, мокрые, грязные джинсы на свое не менее мерзкие, мокрые и грязные ноги.

— Нет, Демьен не знает, что я здесь. И вряд ли обрадуется, узнав про это. У меня к тебе предложение: я могу вывести тебя из Города-Лабиринта.

— С чего бы это такие милости? — усмехнулась девушка и подозрительно прищурилась.

— Я очень беспокоюсь за Демьена. Он влюблен в тебя, просто бредит и не понимает, что ничего хорошего его с тобой не ждет. То, что ты уже натворила — это лишь малая часть неприятностей…

— Что-то не припомню, чтобы я творила что-то такое… Да, а как же указания Сатаны? Может, он и не меня имел ввиду:

— Может и не тебя, а может и тебя, — пожал плечами Фолкон. — Четких указаний на сей счет не было. Это Демьена на тебе переклинило, просто мания какая-то. Ну ничего, через триста лет женится на какой-нибудь другой рыжей ведьме. Пусть он не будет любить ее, как тебя, но ведь и страдать не станет. Лучше, если это будет простая, пусть и не такая талантливая, но понятная женщина. С тобой же непонятно все, ты необъяснимая какая-то, неуловимая. Как у поэта? Немножечко хлеб и немножечко торт, немножечко ангел, немножечко черт… Короче, пошли, я выведу тебя короткой дорогой…

— А как же Бесс, Джекки, Ди? — задала главный вопрос Ли.

— А они навсегда останутся здесь, и с этим ничего поделать нельзя. Вставай!

— Спасибо, Фолкон, ты очень милый, но никуда я отсюда не уйду, а твой драгоценный Торн получит то, на что напрашивается.

— Но Ли, я хочу помочь тебе…

— Спасибо, Джесси, но поможешь мне позже. А сейчас, прости, мне некогда: я должна убить свинью… Пошли в замок!

ГЛАВА 4

Ли Харрикейн предстала перед взором Демьена Торна грязная, как свинья, голодная, как волк, злая, как медведь после зимней спячки и почти такая же шикарная, как оплешивевшая белка. В добавок ко всему, она, кажется, простудилась и оглашала замок громоподобным чиханием.

— Ты выглядишь так молодо и прелестно! — умилился Торн.

Ли урыла его взглядом. Она умела это делать мастерски — свысока смотреть даже на тех, кто больше ее и выше по положению в обществе.

— Значит так, — нагло заявила она и оглушительно чихнула, — горячая ванна, что-нибудь поесть, покурить и выпить, а потом поговорим.

— Конечно, любимая, — подхватился Демьен, а Ли опять чихнула.

— Да и еще, сообщите моим, что я здесь. Кстати, у Бесс есть сигареты.

Очень скоро она получила требуемое. Вода в огромном сосуде, заменяющем тут ванну, была в меру горячей, сигарета показалась особенно восхитительной. Старательный женишок собственноручно мыл ее волосы какой-то приятно пахнущей жижей, а потом сам нежно намыливал ее слегка согревшееся тело. Ли хранила гордое молчание, как во время омовения, так и за ужином, с которым она расправилась с космической скоростью. Ничего удивительного: сейчас она пришла бы в восторг и от вялого шпината под несвежим майонезом.

Потом Торн заботливо уложил ее в кровать, сам сел рядом и некоторое время молча смотрел на нее. В стальное сердце Ли неожиданно заползли нежность и благодарность, и девушка улыбнулась.

— Ну что, поговорим о нашей свадьбе? — осторожно спросил мужчина.

Он сидел рядом, держал ее за руку и был таким сексуальным, что Ли решила, что не случится ничего ужасного, если она переспит с ним еще раз. Или два… Ну, сколько получится. Это же вовсе не означает, что она, как честная девушка, должна будет на нем жениться, то есть, брать в мужья.

Ну а потом, после не одного раза, честно говоря, даже не после двух и трех, они уснули…

А вот пленники не спал. Точнее, Бесс не давала спать мужчинам.

— Мы должны быть готовы в любой момент подорваться и бежать. Ли уже здесь, в замке, так что с минуты на минуту может начаться такое…

— Если начнется, мы сразу поймем, — возразил Джек. — Не понимаю, как наш ночной сон может помешать моей сестре сделать Торну харакири?

— Харакири не делают кому-то, — машинально поправила Бесс и разозлилась: — Что за мужики пошли! Просто принцессы из сказки — сидят и ждут, когда прекрасный принц их спасет. Только вы не забыли случайно, что у нас принцесса, которой в любой момент может понадобиться наша помощь.

— Ты ей уже помогала, результат на лицо, — мрачно хмыкнул Креш. — А потом мы все втроем вроде тоже помогали, итог тот же.

— Не спать, я сказала! — рявкнула Бесс.

Молодые люди испугались и от греха подальше согласились. И лишь потом догадались спать по очереди Но как они ни ждали каких-либо событий, ночь. Их так и не дождались.

* * *

На рассвете Ли проснулась от пристального взгляда и наткнулась на горячие глаза Демьена.

— Чего пялишься? — хриплым ото сна голосом пробормотала она. С первыми лучами солнца магия ночи исчезла, нежность из сердца девушки улетучилась, и Торн снова вызывал у нее раздражение и ненависть. — Хватит пялиться на меня с утра. Я красивая попозже.

— Сегодня наша свадьба, — напомнил мужчина, вставая с кровати. — Мы должны все обсудить. И договор надо составить, а оо знаю я тебя.

— Правильно, договор необходим, — деловито согласилась Ли. У меня есть ряд условий…

— Ты не в том положении, чтобы ставить свои условия, — разозлился Демьен. — Ты не забыла, что все твои близкие пока здесь?

— А ты не забыл, что я могу и передумать? — рассвирепела Ли. — Не в том я положении? Значит, я, скрипя сердцем…

— СкрЕпя сердцЕ, поправил Торн.

— Нет, скрИпя сердцЕМ! — отрезала Ли. — Значит, я собой жертвую, выходя за тебя замуж, а условий ставить не могу? Заметь, что в нашем случае «пока смерть не разлучит нас» означает вечность. И я должна на все соглашаться, как безропотная овца? Нет уж! Или ты выполняешь мои условия, или я отказываюсь от бракосочетания и устрою здесь такое, что вы даже не поймете, что на вас наехало…

— Ну ладно, посмотрим, — процедил сквозь зубы возможный муж. — Скоро придет Рейвен, и мы составим договор. Отдыхай пока…

И он вышел, громко хлопнув дверью. Слова «отдыхай пока» он произнес таким тоном, будто хотел сказать: «Умри в муках!»

Довольная Ли похихикала, а потом вскочила с кровати. Хватит бездействовать, нужно все подготовить. И лучше заняться подготовкой в одежде, а не в чем мать родила. Она открыла гардеробную и оглядела содержимое.

Вот эта странная хламида вполне сойдет в качестве домашней одежды. А это что? Пурпурное полупрозрачное платье было так прелестно, что просто не могло не привлечь внимания.

— Торн тут что, к моему приходу готовился? — пробормотала будущая невеста. — Он, видимо, не сомневался, что я соглашусь, раз даже шмотки мне подбирал. Интересно, сам? Если до, то у него вкус глубоко в заднице — с моими волосами только в пурпур и рядиться. Впрочем, это платьишко отлично подойдет Бесс…

Ли собрала все, что нужно и пошла искать помещение, где содержатся пленники. Правда оказалось, что свободно передвигаться по замку одна она пока не может: Фолкон, мотивируя это желанием показать будущей повелительнице нужную комнату, поперся вместе с ней.

— Сестренка.

— Ли!

— Милая!

Бесс, Ди и Джек заголосили все разом, увидев вошедших.

— Дорогие мои, мне пришлось согласиться стать женой Демьена Торна, — печально заявила Ли после поцелуев и объятий. — Мне жаль, но другого выхода нет.

— Нет, ни в коем случае! — перепугался Джек. — Не надо ради нас, дураков и бездарей жертвовать собой. Я не хочу…

— Захоти! — топнула ножкой его сестра и обернулась к своему сопровождающему: — Позови сюда Торна, я сейчас начну диктовать свои условия!

— Ты мне скажи, а я передам, — начал Фолкон, но Ли пошла вразнос и затопала ногами, как взбесившаяся лошадь.

— Быстро зови Торна, я сказала! Ноги в руки, Фолкон и вперед за хозяином!

— Не женщина, а Чингисхан просто! — бормотал Джейсон, в быстром темпе покидая комнату.

— Лисенок, ты не должна была сдаваться! — опять повел свою партию Джек, когда они остались одни.

— Придурок, я сдалась для отвода глаз, — зашипела девушка. — Я думала, что это понятно.

— А я и поняла, это мальчики тупят, — фыркнула Бесс. — Говори, что нам нужно делать.

— Сейчас времени нет, скоро прибегут Торн с Фолконом, — отмахнулась Ли. — Возьми вот сумку, там платье…

— Да не нужно мне никакое платье, — начала было Бесс, но осеклась, завидев входящих Демьена и Джейсона.

— В сумке платье, — настойчиво повторила Ли, усиленно подмигивая то одним глазом, то вторым, а то и обоими вместе. — Я хочу, чтобы ты надела это платье на мою свадьбу. Ты тоже должна выглядеть прекрасной на церемонии… Так, Торн, мое первое условие: сразу после церемонии Бесс, мой брат и Ди должны беспрепятственно покинуть замок и город, а лабиринт должны расчистить. Понятно? Потом еще что-нибудь придумаю, а пока свободен.

Хозяин города-Лабиринта пожал широкими плечами, буркнул «ладно» и вышел из комнаты.

— Стой! — заорала Ли. — Я передумала! Бесс останется на свадьбу, а ребята должны уйти до начала церемонии, а иначе я передумаю, и женись потом на ком хочешь. Все, Фолкон, пошли меня провожать Пока, мои милые, прощаться не будем — очень тяжело…

Притворно всхлипнув, она вылетела из комнаты, а за ней, как хвостики, потянулись Демьен и его советник.

Пленники остались одни, и молодые люди, как коршуны, налетели на Бесс.

— Что Ли затеяла? Ничего не понятно… Почему мы должны уйти раньше? Кто вам поможет?

— Цыц! — отмахнулась от них девушка. — Моя подруга все продумала. И она не стала бы просто так кроить жуткие рожи и изображать нервный тик. Так, что в сумке? Платье… Какая прелесть! Зажигалка, баллончики чокнутого профессора… О, Лунный камень! Это чтобы вы нашли дорогу… Так, письмо. Сейчас узнаем все подробненько…

* * *

От нечего делать Ли стала подпиливать себе ногти, маникюр всегда ее успокаивал. Орудуя металлической пилкой (другие виды она не признавала), девушка беззаботно напевала себе под нос: «Демьен Торн получит дулю, не страшны мне даже пули. Скоро мы пойдем домой, Торн, как прежде холостой». И все это в своем излюбленном роке, да хрипловатым голосом. Незатейливый текст и крутой мотив — получалось забавно.

И вот, сквозь собственные напевы ей показалось, что за стенкой кто-то плачет. Тихо, но очень горько, да так отчаянно, что сердце останавливалось.

Ли метнулась в соседнюю комнату и застала там девочку-подростка в джинсах и футболке. Бедняжка отшатнулась от гостьи. А как бы вы поступили в такой ситуации? Представьте, вы находитесь не пойми где, ваша судьбе неизвестна, вы боитесь и вдруг к вам врывается рыжее, растрепанное и по виду неадекватное существо в шелковой хламиде, которое в добавок ко всему вооружено пилкой для ногтей размером с шеф-нож.

— Не бойся, девочка. Я тоже обычная женщина из Лас-Вегаса, а не местная жительница, — успокоила подростка Ли. — Тебя тоже похитили? Ты Сьюкки Уолтерс? Про твое исчезновение писали во всех газетах…

— Да, меня зовут Сьюкки, кивнула бедняжка и тут же узнала женщину: — Ой, а ты Ли Харрикейн, да? Мне очень нравится твоя музыка…

— Вот только не говори, что ты на моей музыке выросла, — предупредила Ли. — Лучше расскажи, как ты сюда попала.

— Это я сама во всем виновата. Поругалась с родителями, разозлилась и крикнула, что вот бы оказаться где-нибудь, где их нет и не будет. Потом я ушла из дома, немного пошлялась по улицам и вдруг потеряла сознание, а очнулась уже здесь. Пришел мужчина, по виду старый, примерно твоего возраста…

— Так вот с этого момента по осторожнее, — пригрозила «старушка» Ли, двадцати семи лет. — А что за мужик-то был?

— Сказал, что его зовут Джейсон, — снова разревелась девочка. — Я стала просить отпустить меня домой к папе и маме, а он… Он сказал, что я никогда не увижу родителей и домой не вернусь тоже никогда! Навсегда останусь здесь и буду его любовницей. А еще сказал, что я сама во всем виновата и целую вечность теперь буду от этого чувства вины мучаться…

— Нет! — гаркнула Ли. — Не ты виновата, а этот дегенерат-педофил Фолкон! Я тоже сказала роковые слова и у меня забрали брата. Но я ведьма, а ты обычный ребенок, ты не можешь осознавать, что слова — это страшная сила. А Фолкон просто воспользовался ситуацией, извращенец уродский… Фолкон!!!

— Что опять? — спросил Джейсон, материализуясь перед ее гневными очами.

— Урод! Педофил! Как ты мог? Это же ребенок! Тебе мало здешних б….й?

— После того, как мы с тобой… ну, сама понимаешь, мне, боюсь, всех женщин мира будет мало, — усмехнулся Фолкон. — Ты неподражаема!

— Торн! — завопила Ли.

Демьен через некоторое время явился и, похоже, уже сомневался, что по прежнему очень хочет жениться.

— Что тебе еще, Харрикейн? — устало спросил он.

— Сьюкки Уолтерс тоже должна будет уйти домой. Это ещзе одно мое условие!

— С какой это стати? — Торн вскинул черные брови. — Может ты скоро захочешь, чтобы я всех тут распустил И вообще, я не имею отношения к этой девчонке. Это дело Фолкона, я не собираюсь вмешиваться…

Теперь настал черед Ли вскидывать брови.

— Ты передумал на мне жениться? — удивленно и спокойно спросила она.

— Нет, конечно! Ты что, с ума сошла? — отреагировал Торн, но не так быстро, как сделал бы это еще вчера.

— Ну если ты все еще ждешь нашу свадьбу, то обещай, что как только я пойду на церемонию, Сьюкки вместе с Ди и моим братом беспрепятственно покинет замок. И не тяни, я не хочу, чтобы потом ты заявил, что время вышло, мол, уже полночь, и никто никуда уже не уходит. Да, и пусть девочку прямо сейчас отведут в комнату, где сидят мои близкие. Там она будет под их защитой, а то я не могу поручиться, что всякие тут педофилы не причинят ей вреда.

Фолкон закатил глаза, а Торн ответил:

— Ну хорошо, все будет так, как ты захочешь. Пошли, нужно составить договор. Надеюсь, что ты ничего больше не придумаешь…

— Уже придумала! — поспешила обрадовать его невеста. — Я хочу, чтобы Бесс отправилась вместе со всеми.

— Ну ладно, пусть отправляется. Пошли уже…

— Стой! Я опять передумала! Пообещай, что Бесс останется на церемонию, чтобы поддержать меня, а потом без всяких эксцессов догонит остальных.

— Издеваешься? — вызверился Демьен и, кажется, готов был поколотить вздорную невесту, но во время сдержался.

Конечно, она издевалась над ним! И не от легкомыслия и непоследовательности менялись ее желания. Просто она хотела показать, кто здесь, в этом замке, главный.

* * *

В присутствии всех трех советников составили соглашение. Вернее, по настоянию Ли их было два: один, в котором прописывались ее обязательства, должен будет храниться у Торна; а второй, с обязательствами Демьена, она возьмет себе во избежание возможных нарушений.

Осталось только подписать документы, по традиции кровью. Рейвен, Игл и Фолкон расписались на обоих листах. Потом жених, не раздумывая, поставил свой автограф. Теперь очередь была за Ли.

Игл, памятуя об обиде, с удовольствием порезал ей палец ножом с черной ручкой, да видно перестарался: Ли взвизгнула и так дернула травмированной рукой, что все, находящееся на столе полетело во все стороны, а чернила залили почти всю поверхность столешницы.

— Ой, хватайте все! — завопила невеста, спасая оба документа.

Мужчины машинально кинулись выполнять ее приказ, что, собственно, виновнице переполоха и надо было. Все мужчины, пусть и из преисподней, в отличие от женщин, хуже справляются с многозадачностью. И эти не стали исключением: они не могут одновременно наводить порядок и следить за девушкой, а прибегнуть к колдовству, вместо того, чтобы орудовать руками, не догадались. Умела же Ли заморочить голову кому угодно!

Когда мужчины ликвидировали бардак, она уже сидела с невинным видом и с подписанным договором.

— Извиняюсь, я нервничаю, а крови всегда боялась, с самого детства.

— Тоже мне, суперколдунья, крови боится, — проворчал Фолкон, размазывая чернила по щеке.

— А как будет проходить церемония? — невинно захлопала ресницами невеста.

Оказалось, что церемония должна была проходить в полночь, на улице, в специальном месте для важнейших ритуалов. Но так как в эту полночь заканчивается срок пребывания Города-Призрака на этом свете, бракосочетание перенесли в подземелье замка.

Игл в присутствии самых знатных жителей города проведет церемонию. По идее, к алтарю Ли должны были вести либо отец, либо старейший советник жениха. Но вот ведь загвоздка: отец Ли находится очень далеко, а старейший советник, то есть Рейвен, терпеть будущую хозяйку не может.

Он так и заявил:

— то хотите со мной делайте, но я не собираюсь отдавать своего господина и друга в зубы сумасшедшей ведьмы!

— Да, милый, не в чести я у здешнего воронья, — хихикнула Ли. — А может, Бесс меня отведет?

— Нет, она женщина…

— Да что вы, правда? Не знала, не знала… — заерничала девушка. — А если серьезно, то это просто шовинизм какой-то — ничего женщине нельзя. Ой, Торн, слушай, а что если к алтарю меня поведет твой отец? Совсем неправильно, конечно, но мы, в конце концов, не святош каких-то женим.

— Нет, мой отец не может присутствовать на свадьбе физически. Игл вызовет лишь его дух.

— Фолкон, может ты, тогда? Мы с тобой, вроде, прекрасно поладили.

— Почту за честь, — галантно согласился Фолкон.

На том и порешили. Мужчины ушли, а Ли велели не носиться по замку, сидеть в комнате и ждать. Скоро подойдут женщины и помогут ей привести себя в порядок к свадьбе.

— Ангел мой хранитель, или Демон мой, не знаю, кто меня охраняет, — бормотала Ли, нарезая круги по комнате. — Дай мне силы выдержать все это. Помоги исполнить все задуманное!

Вошли две женщины: одна молодая, а вторая в возрасте. Они были нагружены вещами, шкатулками, сундучками. Старшая, придирчиво разглядывая невесту, обратилась к своей напарнице:

— Это и есть та женщина, которая лишила покоя нашего повелителя? Это из-за нее тут уже три дня творится не пойми что? Это и есть современная Афродита и Елена Троянская? Ну что, Зарина, сможем мы в кратчайший срок сделать из этой рыжей обезьянки настоящую Темную Богиню?

— Заткнись, старая образина, — фыркнула Ли, изо всех сил толкая женщину. — Начинайте уже, мне некогда. И запомни, тетенька: тот, кто называет Ли Харрикейн обезьяной, заканчивает свою жизнь в страшных мучениях. Живо начинайте!

— Живо так диво, — не стала спорить тетка, поднимаясь с пола. — Зара, за дело!

Вот и говорите теперь, что люди не обладают сверхъестественными способностями, а ясновидение — это всего лишь миф. Когда Ли увидела свое подвенечное платье, то сначала даже зажмурилась и потрясла головой, но ничего не изменилось.

Сочетаться браком с Демьеном Торном Ли предстояло в черном платье из тонкого бархата, усыпанном рубиновой, изумрудной и бриллиантовой крошкой. Да, высокий веерообразный воротник тоже присутствовал!

Работа в руках женщин закипела, и уже в скором времени Ли любовалась на себя в огромное зеркало. А полюбоваться, надо сказать, стоило!

На рыжих, высоко уложенных волосах величественно покоился тяжелый рубиновый венец, делая девушку величественной и похожей на королеву. Рубиновое же колье и серьги размером с дверную ручку были слишком большими и вычурными, но Ли всегда шли вульгарные вещи. Сверкающее драгоценной крошкой платье сидело, как влитое. Глубокое декольте заканчивалось где-то в районе талии, и примерно там же начинался умопомрачительный разрез слева-сбоку, открывая сильную длинную ногу. Черные бархатные туфельки были на плоской подошве и тоже сияли драгоценными камнями. Тут больше подошел бы высокий каблук, но Ли было по фигу. Не смущало ее и то, что сверкающая в разрезе нога слишком бледная (Ли терпеть не могла загорать). Лицо тоже было бледным, и на нем шизофреническим огнем горели зеленые глаза.

— Она великолепна! — прошептала пожилая тетка своей подельнице Заре. — Демьен не мог бы найти себе лучше, даже если бы искал веками.

— Ладно, живи пока, — довольно ухмыльнулась Ли, решив про себя, что когда станет тут повелительницей, обязательно наделит этих баб какими-нибудь привилегиями. Хотя, что это она? Повелительницей Города-Призрака она не станет никогда!

В дверь постучали, и через пару секунд вошел принаряженный Фолкон.

— Готова? Вот это да! — присвистнул он, завидев невесту. — Позвольте, моя королева, сопроводить вас на церемонию…

— Давай, сопровождай уж, — с деланной обреченностью вздохнула Ли, цепляя Фолкона под локоток.

* * *

Большой церемониальный зал в подземелье был полон народу, свободным оставался лишь проход, ведущий к алтарному мету.

Бесс Креш, как и планировалось, не полезла на правах лучшей подруги невесты в первые ряды, а осталась стоять практически у выхода. Завидев Ли, ведомую Фолконом, она подмигнула подруге: действуем, мол, по плану, будь спок, я не подведу.

Ли с Фолконом медленно и торжественно шествовали по проходу, провожаемые охами, вздохами и шепотом гостей:

— Вот она! Она прекрасна!

— Наша повелительница!

— Наш ангел!

— Наш темный ангел!

Стоящий у алтаря Демьен Торн обернулся, увидел невесту и от избытка чувств чуть не задохнулся.

Блек Игл бросил в курительницу какие-то травы, зал наполнил удушливый тяжелый аромат, и мужчина начал:

— Великий Ваал, недремлющий демон вероломства и обмана, я призываю тебя в свидетели!

В зале стало нестерпимо жарко, запахло серой, и слева от алтарного стола возник неясный мужской силуэт из дыма. По толпе присутствующих пробежал благоговейный полувскрик.

— Мы приветствуем тебя, Ваал и просим засвидетельствовать единение твоего сына с этой женщиной, — продолжал Игл, после чего приступил к монотонному чтению на неизвестном языке.

Закончив, он подошел к жениху с невестой и сделал надрез на запястье Демьена. Алые густые струйки бодро побежали в подставленную золотую чашу… Потом Блек порезал руку Ли, дабы кровь невесты и жениха соединилась в чаше. Невеста закончила церемонию глубоким обмороком.

— Не подходите к ней! Ей плохо — испугался Торн, склоняясь над несостоявшейся супругой. — Что с тобой?.. Игл, она же крови боится!

— Я наврала! — весело сообщила Ли, ткнула жениху пальцами в глаза и быстренько вскочила на ноги.

Пока он, ослепленный, корячился на полу, затейница подобрала юбки, сказала; «Я на минуточку» и стремительно понеслась по проходу вон из зала. Трудно «нестись стремительно», путаясь в длинных юбках, но у Ли получилось.

— Дрянь! — завопил Торн, поднимаясь с пола. — Ты обманула меня!

— Идиот ты, сынок! — донеслось из скопления дыма. — Беги за ней, или целую вечность себе не простишь, что упустил эту женщину.

Но тут пришло время для выхода Бесс. Когда Ли выбежала из зала, она, выставив ладони с растопыренными пальцами, закричала, четко произнося каждое слово:

— Насылаю на вас всех паралич! Руки ваши — сухие ветки, ноги ваши — гнилые корни. Да будет так!

Конечно, такое простенькое заклинание вряд ли надолго задержит это свору, но на какое-то время подействует. Бесс сняла с шеи крестик из черненого серебра и повесила его на ручку двери. Это был неосвященный крест, не из церкви, но всегда защищал Бесс от неприятностей и лихих людей, а сейчас даст еще немного форы.

Девушка прикрыла дверь снаружи, с удовольствием слушая противоречивые приказания Демьена Торна:

— Догнать Ли Харрикейн! Задержать всех остальных!.. Не трогать Ли Харрикейн! Я сам…

Бесс усмехнулась. Так, теперь осталось догнать Ли, найти выход из замка и отыскать заныкавшихся в условленном месте Джекки, Ди и Сьюкки. Ли так припустила со своей собственной свадьбы, что наверняка уже на улице, поэтому надо бы поторопиться…

* * *

А вот фигушки! Ли все еще бежала по винтовой лестнице, ведущей наверх. По ее подсчетам, она давно уже должна была достичь цели, но этим ступенькам конца края нет! Ли запыхалась, у нее кружилась голова, да еще и кровь из ранки течет как-то слишком обильно.

— Стань на камень — кровь не канет, стань на кирпич — кровь не бежит… — бормотала она, пытаясь остановить кровотечение. Или на камень вставать не нужно, да и кирпич совсем ни при чем… Кажется, это занятие Ли тоже благополучно прогуляла. Не иначе, как была на очередном «романтическом свидании». Черт возьми все эти свидания на свете! И когда же эта проклятущая лестница закончится? Не иначе, как это очередные происки зловредного Демьена Торна.

Да нет, Торн не имел к этому никакого отношения. Ли поняла это, когда выскочила через долгожданную дверь в… башню. Видимо, нужную дверь она проскочила и не заметила. Придется теперь бежать вниз. Блин-блин-блин!

— Так! — громовой голос не обещал Ли ничего хорошего и заставил ее подпрыгнуть.

В дверном проеме высился разъяренный Демьен Торн.

— Ну что, отбегалась? — прошипел он, надвигаясь на нее.

Ли сползла в изнеможении по стене на пол и снизу вверх посмотрела на несостоявшегося муженька.

— Ладно, Демьен, сдаюсь. Делай, что хочешь, я устала, — бесцветным голосом проговорила она, гадая про себя, как бы так дипломатично убедить Торна отвязаться от нее, ибо не собирается она становиться его женой и все тут.

Глаза мужчины зажглись победным огоньком. Ли резко схватила его за ноги и с силой рванула на себя. Торн рухнул на каменный пол, сильно ударившись головой.

— Еще побегаем! — глумливо подмигнула ему Ли, снова подобрала подол и сорвалась с места, заодно со всей дури наступив ему на руку.

Ну что же, кажется, получилось очень дипломатично!..

….. — Где моя сестра? — истерил Джек. — Вы должны были появиться вдвоем, так где потерялись?

— Может, она место встречи перепутала? — предположил Ди.

— Сама назначила и перепутала? Моя подруга не дура! Хватит тут закатывать истерики! — прикрикнула Бесс на молодых людей. — Подождем, и если она не придет через пятнадцать-двадцать минут, я пойду к ней на выручку. Может, что-то случилось, и все пошло не так, как планировалось?

— Когда мы уже пойдем домой? — ныла Сьюкки Уолтерс. — Может, вы выведете меня отсюда, а потом вернетесь за Ли.

— Заткнись! — рявкнули на нее все трое.

— Ну нет уж, просто так ждать я не собираюсь, — вдруг заявил Харрикейн. — Бесс, где у тебя баллончики, про которые ты рассказывала? Я им тут устрою! Узнают, как сестру мою задерживать! Устрою им тут такое пожарище, какого они и в своей преисподней не видели. Как-никак им тут вечность на пепелище жить. Сестру мою захотели, так получите! С нами шутки плохи!

— Ишь ты, как раздухарился! — усмехнулась Бесс. — А если им наплевать на свои деревья-травку-цветочки? Или они восстановить все смогут?… Впрочем, попробовать можно. Все равно надо дождаться Ли, а так хоть нервишки этим му…, прости, Сьюкки, этим плохим людям попортим…

….. А Ли не просто задерживалась, и планы ее не только «пошли не совсем так». Ли конкретно влипла, а планы ее трещали по швам.

Сбежав из башни от поверженного женишка, она выскочила-таки в нужную дверь, но вот у самого выхода из замка ее поджидали Игл, Фолкон и Рейвен и еще какие-то мужики, по виду стражники.

— Упс, — только и сказала девушка.

А тут и Торн подоспел, и еще с двух сторон подступали стражники, беря Ли в кольцо. Положение казалось безвыходным.

— Договор! — провыл обманутый жених. — Соглашения, подписанные кровью, ненарушаемы.

— А что я нарушила? — невинно поинтересовалась Ли. — Посмотри внимательней, мой договор у тебя. Там написано, что взамен свободы моих близких и Сьюкки, я обещаю дать согласие стать твоей женой. Так я согласилась, разве нет? Даже к алтарю пришла.

— Но женой моей ты так и не стала, а от алтаря сбежала. Ты, между прочим, кровью подписалась.

— Подписалась, — не стала спорить девушка. — Вот только кровь не моя. Пока вы все вчетвером ползали по полу, подбирая то, что я так во время раскидала, я подставила подпись кровью моего брата. Смотри, у меня на цепочке маленькая золотая бутылочка. Мы с Джеком однажды сдавали донорскую кровь и немного взяли себе. Это наши талисманы, вроде как мы всегда вместе, даже когда в разлуке. Я всегда ношу на себе кровь брата, а он — мою. Так что, милый договор не действителен. Или ты не против жениться на Джекки?

— А ты не думаешь, что я могу приказать не выпускать вас из города? — угрожающе спросил Торн.

— Соглашение, подписанное кровью, ненарушаемо! — противно прогнусавила вредина, передразнивая жениха. — Ты забыл? А свое соглашение ты подписал СВОЕЙ кровью, я видела!

— Ты обманула меня!

— Ага, опять! На фига тебе обманщица? Ну, я пошла?

Подбежал еще один стражник с воплями:

— Милорд, катастрофа! Ваши гости каким-то непонятным колдовством заставляют гореть деревья, траву…

— Состав чокнутого профессора! — с гордостью объяснила Ли. — Огонь не потушить ничем, даже магией. Это сможем сделать только мы. Выбирайте…

— Господин, отпустите вы эту женщину-беду! — взмолился Рейвен. — Я прошу вас, просто заклинаю: пусть они все уберутся, пока не уничтожили весь наш город.

— Демьен устало вздохнул:

— Хорошо, иди уже, Харрикейн. Я уже не в состоянии тебя выность.

— Смотри, как бы тебя самого отсюда не вынесли! — беззлобно хмыкнула Ли. — Так я пошла?

— Иди, — махнул рукой разом постаревший Торн и обратился к своим подчиненным: — Дайте им пять лошадей, которые знают самую короткую дорогу к выходу. Пусть быстрее убираются, а я не хочу больше ничего слышать ни о Лас-Вегасе, ни о свадьбах, а особенно, о Ли Харрикейн!

— Я всегда знала, что ты иногда бываешь такой милый! — просияла Ли, привстала на цыпочки и чмокнула его в нос.

* * *

Ярко светило солнце. Ли, Бесс, Сьюкки, Джек и Ди ехали верхом на великолепный вороных лошадях и, судя по карте на Лунном камне, половина пути уже была позади.

Бесс и молодые люди весело болтали о всякой ерунде, а девочка делилась своими планами: она помирится с родителями, возьмется за ум, отлично закончит школу и станет телеведущей, как ее новые подруги-спасительницы.

Только Ли молчала. Ее не волновали планы Сьюкки и даже не бесило то, что тинейджерка ни с того ни с сего записала ее в свои лучшие подруги. Не интересовала ее также болтовня Крешей и брата. Вообще, казалось, что здесь присутствует лишь физическая оболочка, а мысли Ли где-то далеко.

— У кого Лунный камень? — вдруг спросила она.

— У меня, а что? — отозвалась Бесс.

— Дай-ка его мне, — потребовала Ли. — Вы поезжайте дальше, а я вас догоню.

— Что ты опять придумала, сестренка моя неуемная? — спросил Джек.

— Нужно вернуть камень Торну. Все равно в нашей жизни он не понадобится и потеряет свою магическую силу сразу, как только Город-Призрак исчезнет. Зачем нам обычный адуляр?

— Господи, ну чего ты все выдумываешь? — попытался вразумить ее Ди. — Оставь где-нибудь на дорожке, или с лошадьми назад пошли. Зачем возвращаться в логово Торна? Вдруг он передумает?

— Нет, он передал мне камень из рук в руки, и я точно также должна его отдать. Не хочу, чтобы всякие там адские жители считали меня воровкой, мошенницей и обманщицей.

— Ну конечно, а после всех событий они так не считают, — хихикнула Бесс, но Ли не поддержала шутливого тона подруги.

— Мне нужно вернуться. Я догоню вас, — пообещала она, повернула лошадь и вдруг ни с того ни с сего бросила через плечо: — Я люблю вас всех!

— Мы тоже тебя любим, — растерянным голосом бросил ей в догонку брат. — Ну как мы можем ехать, не дождавшись ее? Вдруг что случится?

— И сколько нам ее ждать? Час? Два? — подхватил Джек.

— Всю жизнь, — вдруг сказала Бесс.

— Что?

— Твоя сестра не вернется, любимый…

….. Демьен Торн сидел в одиночестве у себя в кабинете и потухшим взором смотрел в окно. На полу у его ног валялись осколки Зеркала Жизни. Скрип открывшейся двери заставил его обернуться.

На пороге стояла Ли Харрикейн и была хороша неописуемо. В развалившейся прическе застряли листочки, травинки и щепочки, а каким чудом сохранился драгоценный венец — удивительно. Щеки раскраснелись, макияж размазался, а глаза лихорадочно, но решительно блестели. Нижняя часть платья сверкала дырками, грудь готова была вывалиться из выреза, а один рукав висел на ниточке. Странно смотрелись со всем этим великолепием рубиновое колье и серьги размером с дверную ручку.

— Ты выглядишь, как дерьмо, Харрикейн, — буркнул Демьен.

— Спасибо, я тоже рада снова тебя видеть…

— Чего тебе, Харрикейн?

Ли подошла и присела на подлокотник его кресла.

— Да вот, решила вернуть тебе твой Лунный камень. Мне он без надобности, а как же ты без столь полезного артефакта?

— Эх ты, горе-колдунья! — поддел ее Торн. — Разве тебя не учили в твоей дурацкой школе, что сила не в магических предметах, талисманах и амулетах, не в заклинаниях. Главная сила в тебе…

— Так вот, я вернулась отдать тебе Лунный камень, — не слушая его, продолжала Ли. — А уже в замке поняла, что камень-то у Бесс, я так и не забрала его у нее. Вот я и подумала: схожу-ка я все-таки за тебя замуж. А вдруг понравится?

— Что ты сказала?

— Что слышал!

— Но ты так хотела отвертеться от этой свадьбы, так мечтала убраться отсюда, — все еще не веря, проговорил мужчина.

— Так это потому что ты меня не отпускал. Теперь же, когда у меня есть выбор, я принципиально останусь.

— Значит, замуж за меня пойдешь и не будешь пытаться оттуда выйти?

— Несерьезный разговор, Демьен. Ты что, еще не понял? Я теперь всегда буду с тобой. И не вздумай от меня избавиться!

— Ты чокнутая, Харрикейн!

— Торн, мой милый. Не Харрикейн, а Торн. Да, я чокнутая, но придется тебе с этим жить, — обрадовала его теперь уже снова невеста. Она заметила на полу осколки и покачала головой: — Кто из нас более чокнутый, ты или я? Взял и разбил Зеркало Жизни. Ты что, всякий раз будешь что-нибудь ломать, как только я выведу тебя из себя? Ну, так у нас с тобой ничего не останется… Так ты говоришь, что главная сила во мне?

Она нагнулась, подняла самый большой осколок и всей душой пожелала увидеть Бесс, Джека и Ди.

Они продолжали свой путь и выглядели подавленными и растерянными.

— Бес, возьми Лунный камень! Ну же, возьми этот чертов камень! — прошептала Ли.

Ее подруга словно услышала призыв и что-то сказала молодым людям.

Джек, Ди, Бесс и Сьюкки Уолтерс увидели в Лунном камне Демьена Торна и Ли. Девушка помахала им и подмигнула.

Ли увидела в осколке Зеркала Жизни грустные лица Джека и Дэна. А потом Бесс, видимо, пнула обоих, так как они натянуто улыбнулись и помахали в ответ.

ГЛАВА 5

Сначала отвезли Сьюкки к отчему дому. Бесс, сидевшая за рулем машины Ли, обернулась и приказала девчонке:

— Не вздумай рассказывать родителям о том, что с тобой произошло на самом деле. Тебе не поверят и упекут в психушку. Придумай что-нибудь. Ну, например, что тебя похитили какие-нибудь сектанты, и случайно спасли благородные рок-музыканты. Если у родителей возникнут вопросы, а они, боюсь, возникнут, могут позвонить в дом Харрикейнов или на мой сотовый, вот номера. Ну вес, беги…

Дождавшись, когда девочка скроется в доме, наши герои отправились дальше.

— А правда, поехали лучше к нам, — подал голос до сих пор молчавший Джек. — У вас сейчас никого нет, а у нас Кошмарик дома один… Ох, не представлю, что я коту скажу? Как он без Ли?

— Нашел время беспокоиться о своем избалованном коте! — закричал Ди. — Как МЫ все без Ли будем жить, тебя не волнует?

— А ну заткнитесь оба! — гаркнула Бесс. — Без ваших воплей тошно.

Всю оставшуюся дорогу проехали молча. Когда вошли в дом Харрикейнов, часы в холле пробили полночь.

— Вот и все, — вздохнул Джек. — Нет больше Города-Призрака, нет больше приключений и нет больше моей сестры. Что делать будем?

— Спать пойдем, — решила за всех Бесс. — Лично у меня совсем сил не осталось. Хотя Ди… Братик, ты как?

— Отстаньте от меня, — буркнул Креш. — Со мной все в порядке… Ну, почти. И не нужно прятать все ножи, бритвы, веревки и медикаменты. Я не собираюсь кончать жизнь самоубийством. Сегодня уж точно… Можете смело отправляться спать.

Войдя в спальню Ли, он увидел на кровати Кошмарика. Похоже, он так и пролежал здесь все время, дожидаясь любимую мамочку.

Ди, прямо не раздеваясь, лег, обнял кота и сказал:

— Давай спать, котик… Правильно, а что мне еще остается? Только с котами спать…

Совершенно не ожидая этого, они с Кошмариком заснули почти сразу же. А когда Ди проснулся, было уже солнечное утро, а кот сидел на окне, устремив в даль свои ярко-зеленые глаза.

Бесс и Джека Ди нашел на кухне.

— Я тут капучино готовлю. Тебе налить, — девушка казалась совершенно спокойной и беззаботной.

— Лисичка терпеть не может капучино, — сообщил Харрикейн. — Ах, да… Все никак привыкнуть не могу.

— Как вы можете думать о кофе? — возмутился Креш.

Бесс так резко поставила две чашки, что часть пенки выплеснулась на стол.

— Хватит! — отрезала она — Ну что вы за мужики такие? Строите тут из себя сироток-великомучеников. Я тоже, между прочим, не знаю, что мне делать. Как-то неожиданно оказалось, что вся моя жизнедеятельность тесно переплелась с Ли. Наши выступления построены на противодействии ее низкого голоса и моего высокого. Я, конечно, соберу новую группу, но будет ли она востребована, вот вопрос. А «Ведовской балаганчик»? Смысл программы все в том же противодействии: блондинка и рыжая ведунья, лед и пламень. Можно, конечно, пригласить другую со-ведущую, но понравится ли это нашей аудитории? Мы даже магичим… магичили с Ли на пару и все колдовские праздники отмечали вместе. Я половины себя лишилась, а вы…

— Да как вы не понимаете? — чуть не бил себя кулаком в грудь Джек. Мы как близнецы, мы не можем друг без друга существовать! Я привык все время быть с сестрой и не собираюсь ничего менять!

— Все уже изменилось без твоего ведома, — осадил его Ди, а Бесс подхватила;

— Независимо от других людей, Джекки, каждый человек имеет право на выбор. Твоя сестра свой выбор сделала.

Харрикейн посмотрел на зловредных Крешей, как ребенок смотрит на бессердечных взрослых, отнимающих у него запретные сладости. Тут зазвонил телефон, и Джеку пришлось отложить свои укоры.

— Да, Смарти, привет… Да, Ди у меня… Нет, мы не можем полететь в Австралию, у нас горе — от нас Ли ушла… Говорю же, без нее я не принимаю решения… Не знаю, позвони через месяц, у нас траур… Да не умерла она! Просто бросила нас всех… Отстань, Смарти.

Джек отложил трубку и печально посмотрел на брата с сестрой.

Вот видите, я без нее, как маленький ребенок. Знаете, когда мы сбегали из дома, я хотел один уехать, но сестренка решительно была против. Согласитесь, семнадцатилетняя избалованная девчонка храбро отправилась в никуда с братом, который был не намного ее старше. Тогда мы поклялись никогда не расставаться надолго, а я пообещал, что всегда буду заботиться о ней. На деле же оказалось, что это она обо мне заботилась, держала всю мою жизнь в своем маленьком железном кулачке. Я даже не отличу дерьмо от шоколада, пока сестренка не размажет то или иное по моей роже! Она даже мою концертную деятельность контролировала. Да что там работа, если бы не Ли, я бы до сих пор страдал по Бесс, не решаясь признаться в своих чувствах. А теперь моей лисички-сестрички нет… И ведь мы даже не попрощались толком. А теперь я уже никогда не смогу сказать ей, как люблю ее, ценю, что без нее я никогда не стал бы Джекки Харрикейном, рок-звездой…

— Хватит! — уже в который раз потребовала Бесс. И треснула кулаком по столу. — Если тебе от этого станет легче, то я попробую устроить вам прощание…

— Как это? — в один голос воскликнули парни, вытаращив глаза.

— Вызовем дух Ли, — решительно заявила Бесс. — Вернее, попробуем. Воспользуемся всем, чем сможем: начнем в полночь — ее любимое время суток, ритуал будем проводить в ее колдовском кабинете, захватим с собой Кошмарика, а главное, используем ее биоматериал. Джек, с тебя ее расческа. — а что такое биоматериал?

— Ребята, не тупите, слово говорит само за себя. Биоматериал — это частичка организма человека: ноготь, волосы, слюна, кровь… Сомневаюсь, Джекки, что у вас в доме имеется банк вашей крови на всякий, так сказать, случай. Так же не за что не поверю, что моя подруга только и делала, что плевала в бутылочку, а ногти она не стрижет. Поэтому я и попросила расческу с ее волосами.

— Расческа есть, волос на ней нет, — заявил Джек. — У моей сестры волосы не лезли. А одежда какая-нибудь не подойдет? Вот одежды сколько хочешь.

— Мы не анализ ДНК будем делать, а заниматься серьезным делом, — строго сказала Бесс. — Постой, Ли носила на груди колбочку с твоей кровью, коей она и расписывалась на договоре с Торном. Значит, у тебя должен быть такой же талисман.

— Не дам! — заистерил Джек. — Это единственное, что связывает меня с сестрой!

— Эгоист! — возмутился Ди. — Если сам не хочешь попрощаться с сестрой, то не лишай нас последней возможности с ней пообщаться… Вернее, с ее духом.

— Джекки, пойми, без биоматериала ничего не получится, — стала уговаривать его Бесс, как маленького прямо. — И я не буду пользоваться кровью, открытая колбочка просто постоит на столе. Получишь потом свою драгоценность в целости и сохранности.

Джека еле-еле уговорили. Потом Бесс оставила молодых людей одних, мотивируя это тем, что ей необходимо настроиться на предстоящий ритуал и набраться сил.

* * *

Незадолго до наступления полуночи приступили к приготовлениям. Рубочую комнату Ли окурили ее любимыми благовониями, зажгли множество свечей, а самую большую водрузили в середину алтарного стола. Вокруг нее расположили как можно больше предметов, связанных с Ли: ее фотографию, золотую колбочку Джека с кровью сестры, флакон любимых духов Ли «Hipnotic Poison» и, до кучи, Лунный камень. Хотели еще притащить Кошмарика, но вреднючий котище куда-то заныкался и на призывы не реагировал.

Без одной минуты двенадцать все было готово. Все трое расселись вокруг алтарного стола, и Бесс пробормотала:

— Только бы все получилось!

— Должно получиться! Мы в тебя верим, сестренка, — отозвался Ди.

— Пора! — скомандовал Джек, следивший за часами.

Бесс подбросила в курительницу еще немного благовоний и начала:

— Во имя Великой Магии, которой мы с тобой живем, движемся и существуем, умоляю тебя, Лиссандра Харрикейн, появиться здесь, в этой комнате!

При последних словах Ди на всякий случай побрызгал духами на все четыре стороны.

— Не хочу мешать, но… — робко подал голос Джек.

— Вот и не мешай, а о все испортишь! — шикнули на него брат и сестра.

Прошла минута, вторая, ничего не происходило. Минуло еще некоторое время, но результат был тот же, а именно, нулевой.

— Не получилось! — расстроенно констатировала Бесс. — Но что же я сделала не так?

— Я пытался сказать, но меня слушать не хотели, — обиженно напомнил Джек. — Ты сказала «Лиссандра Харрикейн», а сестренка терпеть не может своего полного имени. И она, наверное, уже не Харрикейн, а Торн. Может повторишь?

Бесс повторила. Сначала по прежнему ничего не происходило, а потом разом погасли все свечи.

— Кажется, начинается… — шепнула девушка.

— Что начинается? И как? — так же шепотом поинтересовался мужчина, но который, Бесс от волнения не поняла.

Потом свечи вновь загорелись, дверь распахнулась и в комнату вошла Ли Харрикейн, кажется, из плоти и крови.

В шикарном длинном платье, она в одной руке держала свою расческу, а локтем второй прижимала к боку опупевшего от счастья Кошмарика. Длинный нос девушки подозрительно принюхивался.

— А я думаю, куда делся мой парфюм? Вы его тут пьете, что ли?

— Ли! — завопили все трое разом, кидаясь к вошедшей. — У нас получилось! Получилось!

— Что получилось, горемыки?

— Ну как что? — удивилась Бесс. — У меня получилось вызвать твой дух.

— Дура! — с только ей присущей «нежностью» припечатала Ли. Колдунья называется! Как ты могла вызвать мой дух, если я еще не сдохла? И теперь уже никогда не сдохну, похоже… Я сама пришла.

— Так ты настоящая? — все бросились ее обнимать.

Каждый пытался к ней прикоснуться, прижаться, поцеловать, и каждый считал своим долгом задать свой вопрос:

— А разве можно выбраться из преисподней когда только вздумается?

— А у тебя все же была свадьба?

— А какое у тебя было платье?

И только Джек догадался спросить:

— А зачем ты все-таки пришла?

Ли подняла руки вверх, и Кошмарик оказался на полу, но не отошел, а преданно остался возле ног любимой хозяйки.

— Ну-ну-ну, не стая воронов слеталась. Укачало меня от ваших вопросов. Отвечаю по порядку. Нет, из преисподней выбраться вообще нельзя, но у меня там связи — как-никак, мой свекор — не последний там демон. Свадьба у меня была, в этот раз, как и положено, в районе полуночи. Очень интересно получилось: бракосочетание началось на земле, а закончилось уже в аду! А насчет платья, глупый вопрос: конечно же, длинное, черное, с высоким веерообразным воротником и все в алмазной, рубиновой и изумрудной крошке. Не то первое, естественно, а новое.

— Ты за Лунным камнем? Ты ведь так и не взяла его тогда, — спросил у нее брат.

— Как говорит мой муж, Демьен Торн, сила не в магических предметах. Хотя, Лунный камень будет нужен. А пришла я за Кошмариком, духами и расческой — она намагичена на красоту и силу волос. А еще я поняла, что не хочу с вами расставаться на целую вечность. Так что, хотите вы этого или нет, но вы отправляетесь со мной. Я уже договорилась… Дайте-ка мне мой Лунный камень и придвиньтесь ко мне поближе.

Ли посмотрела на переливающуюся поверхность Лунного камня и нежно позвала:

— Демьен! Любимый, мы готовы, начинай…

ЭПИЛОГ

Еще долго СМИ мусолили сенсацию — таинственную смерть Рок звезд Джека Харрикейна, брата и сестры Креш, а также — таинственное и бесследное исчезновение Ли Харрикейн.

Каких только версий не выдвигали журналисты: групповое самоубийство, разбойное нападение, передоз, злодейства инопланетян. Один из журналов, мистической направленности долго и упрямо настаивал на происках темных сил.

Тела нашла домработница Харрикейнов Адель, вышедшая на работу после нескольких дней отгулов. Двое мужчин и девушка вместе лежали на кровати в комнате Ли Харрикейн. Их позы были расслаблены, следов какого-либо воздействия не наблюдалось, на лицах всех троих застыло умиротворение, спокойствие и довольные улыбки. На груди Бесшебы Креш лежал трупик кота хозяйки дома, Кошмарика. Казалось, что умирая, животное тоже было счастливо.

Журналисты могут обмусоливать какие угодно версии, но мы-то с вами знаем, что ближе всего к истине был лишь один, тот самый, мистический журнал….

Content

Алёна Вьюжина
Город-Призрак

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ЭПИЛОГ