Анатолий Терещенко

Украйна! А была ли Украина?

Предисловие

…И как бы ни был опыт горек,

Не смей в молчанье каменеть:

Мы слушаем тебя, историк,

Чтоб знать, что будет с нами впредь.

Семён Липкин.

Как стремителен бег времени, потому что оно — мощный двигатель жизни человека. Однако, нам часто не хватает мощности достойно пробираться через его хитросплетения. Иногда, наваливается противное чувство страха, и мы боимся его потерять, а когда теряем, то понимаем, что его уже не вернуть, и наплывают переживания, бьет нас укоризна за то, что не смогли предотвратить глупости в этом потоке страстей, раздумий, шагов и действий.

Было время — на референдуме в марте 1991 года — подавляющее большинство населения Советской Украины сказало категорическое нет развалу Советского Союза. Коллективный разум понимал — будет плохо, очень плохо, когда распадется держава, связанная тысячами коммуникационных нитей в экономике, политике, науке, культуре, истории… Даже между каждым гражданином на бытовом уровне, родственниками и знакомыми по обе стороны границы.

И только некоторая часть самостийников среди украинцев, в основном западных областей, скрежетала зубами и злилась на высокие цифры консолидации в вопросе сохранения единого государства.

Но после того как грешная троица, — Ельцин, Кравчук и Шушкевич, — в глухомани, на хуторе в Вискулях Беловежской пущи, нарушив действующую Конституцию СССР, совершила государственный переворот объявлением о суверенитете трех славянских республик, колесо истории несправедливо и нелогично покатилось в обратном направлении, превращая собираемую князьями, царями, вождями столетиями Русь в разодранное лоскутное одеяло, под которым трудно было согреться каждому.

Троица не думала о благополучии народов своих в будущем стран — политиканов занимал исключительно вопрос о собственной власти над людскими массами. Они живо представляли, что будут пожизненно президентами и ханами, со своими подданными, армиями, денежными знаками, знаменами, гимнами… Головы у них закружились от таких видений. И вот стояли во хмелю Беловежские подписанты с обманом под руку, за добро, принимая зло. Наобещали на бумаге райскую жизнь с открытыми, прозрачными границами, чуть ли не конфедерацию. С радостью объявили президенту США Бушу, что СССР ими практически развален. Поэтому на деле Кравчук, ставший во главе Украины, взял курс на Запад.

Продолжили будущие президенты после майданов 2004 и 2014 годов. Это после них, как сказал поэт:

Дружба — побоку, братство —

Побоку…Заколдобило. Занесло.

Всё вам видится даль просторная,

Всё мерещится, что сейчас

Та страна, за бугром которая

В омут бросится ради вас…

Не бросилась и не бросится «та страна» в омут «ради вас». Зато многих она бросила в омут тяжелейших проблем, возникших на постсоветском пространстве.

Сжались шагреневой кожей интересы народов вчерашней большой страны. Наступала и проступала болезнь безумия в мозгах. Национализм разных окрасов стал развиваться в геометрической прогрессии. Он множился, радикализировался и грубел. Запахло в республиках нацизмом с провозглашением титульных наций, единственными, имеющими право на жизнь в конкретном государстве. А как же с другими — их побоку, в сторону, на обочину жизни. Впервые вчерашние советские граждане не «титульных национальностей» такое отношение заметили, а потом и ощутили на собственной жизни, в Прибалтийских республиках. Они не признавались гражданами. Демократия Запада промолчала, видя вопиющие нарушения международного человеческого права.

После майдана-14 с государственным переворотом это повторилось на современной Украине под нацистскими возгласами, — «Украина для украинцев», «Москаляку — на гиляку», «Хто нэ скачэ — той москаль!» Это в отношении жителей русской национальности и вообще русскоговорящих.

Ничего в природе нет вечного, но и в ней новое вызревает и заявляет о себе порой независимо от наших желаний, хотя не всегда.

Средства массовой информации (СМИ) через заказные перья и зомбированные говорящие головы, проплаченные халявными деньгами Запада, стали методично и торопливо обстреливать общественное сознание, а потом ураганно накрывать его призывами преимуществ жить отдельно. Происходило оболванивание людей вероломным вторжением в мозг.

К сожалению, первую скрипку в этом оркестре недоброжелателей Большой страны — Сверхдержавы двух полярного мира сыграла Россия в лице прожженного партократа Ельцина. После того, как единую страну юридически и фактически разорвали — начался парад суверенитетов. Новые опросы, референдумы и плебисциты вдруг стали показывать совершенно другие цифры. Конечно, не обошлось без подтасовок — новый опрос проводился ведь по-сталински, — важен не процесс голосования, а кто и как считал голоса проголосовавших и даже не голосовавших.

И захотелось автору покопаться в исторических пластах. Нет, не ненависть, а любовь к истине и к простому украинскому народу водила пером моим, когда писал эти строки.

Итак, Украина в 1991 году впервые обрела свою государственность, к которой стремилась столетиями, существуя уже четверть столетия. И получила она ее без крови, без контрибуций, без насилия от России, когда та позволила волей недалеких политиканов разломать Советский Союз, костяк которого составляли три славянских республики. Любой человек знает их названия.

В угаре эйфории только немногие трезвомыслящие мои украинские земляки признавались, — жить станет хуже, нувориши разворуют страну. Так и получилось — за четверть века из-за недалекого и вороватого чиновничества Украина превратилась в развалюху, промышленность которой, фигурально выражаясь, порезали на металлом и сдали в утиль. Обогащались, кто и как мог. Дообогащались — до разрухи, дефолтов, безработицы, нищеты как в городах, так и в глубинке, где люди месяцами, особенно по селам, не видят живых денег — гривен…

В различных современных украинских энциклопедиях говорится примерно так, — Украина самостоятельное унитарное государство восточных славян, расположенное в центре Европы. Обязательно подчеркивается термин — независимое!

Сейчас украинские ультра кричат во все глотки — «Украина для украинцев!» А кто такие украинцы? Как определить чистоту нации? Что делать с другими национальностями, исповедующими другую культуру, иные традиции, говорящие на отличающимся от украинской мовы языках?

Значит, понятие унитарной, централизованной державы торпедируется термином децентрализация. Вопросы сосуществования многих народностей Украины обсуждались с давних времен великими умами в политике и творчестве, — М. А. Костомаровым, Н. В. Гоголем, М. С. Грушевским, В. К. Винниченко, Т. Г. Шевченко, И. Я. Франко и другими.

Сегодня лидер движения «Украинский выбор — право народа» В. В. Медвидчук открыто заявляет, что Украина не может существовать как унитарное государство. Страна должна сыграть на двойной полярности интересов ЕС и РФ. Он предлагает скорее возобновить экономические контакты с Россией во благо украинского народа, загнанного хунтой в глубокую нищету.

И действительно, время стремительно бежит, оно уходит мимо больной «незалежной державы», а пациенту лучше не становится — ему всё хуже и хуже. Многие трезвомыслящие люди говорят, а может пора уточнить диагноз и назначить правильное лечение?

Уже по этому поводу зачесал репу и «настоящий друг», «прораб майданов» Украины суетливый и подвижный как ртуть Джо Байден, признавший, наконец-то, недавно, что федерализация — спасение от распада Украины. Что ж — время учит неучей!

Отмашка дана подавленному под гнетом обстоятельств президенту, ставшему за период нахождения у власти из миллионера миллиардером, Петру Порошенко о необходимости срочного принятия закона об особом статусе Донецкой и Луганской областей, что может стать началом федерализации страны.

Хотя о независимости можно и поспорить, потому что все государства от кого-то зависят. Украина тоже зависела и от поляков, и от австро-венгров, потом снова от поляков, и от германцев, и от румын, и от россиян и т. д.

О «незалежности» державы Украины многие историки и политологи могут выиграть пари в споре за истину. Свою независимость этот гордый казацкий народ пытался обрести как путем переговоров, так и в результате бунтов и восстаний.

Далекие предки Киевской Руси тех, кого сегодня называют украинцы, так не величались — они были руссами, россами, русскими. Воевали с половцами и другими племенами. Потом отбивались от ляхов в период существования Речи Посполитой. Дружили, входя во временные союзы опять же с поляками, литовцами, шведами и германцами. Жили малороссийским клином Великой России. Воевали вместе в составе той же России, а потом и Советского Союза, став союзной республикой Красной Империи — Украинской Советской Социалистической Республикой (УССР).

После революции 1917 года и особенно в результате подписанного позорного Брестского мира, а потом и Рижского договора 1921 года западная часть Украины оказалась на территории Польши. Вина Ленина и Троцкого тут очевидна — от Украины оторвали часть ее родных земель с православным населением.

Вождь мирового пролетариата решил успокоить Киев, прирезав Малороссии часть чисто Великороссийских земель с широко развитой промышленной структурой. Этим подарком оказался Донбасс, который после майдана — 14 оказался яблоком раздора. Продолжающиеся кровавые события в этом регионе Украины свидетельствуют, что юго-восточные области всегда тяготели к России, пытались доказывать свою этнокультурную направленность на восток, а не на запад. Так когда-то галичане-украинцы воевали с полонизацией за воссоединение со своими соплеменниками.

Благодаря стараниям Москвы, особенно послевоенного авторитета Сталина, УССР стала полноправным членом ООН вместе с Белорусской ССР, как наиболее пострадавшие республики в годы немецко-фашистского нашествия.

Войны за самостийность Украины, инспирированные такими националистическими организациями как ОУН-УПА не могли быть победоносными и сопровождались невиданным кровопролитием, особенно на территориях Западной Украины главным образом против мирного населения, желающего после войны плодотворно трудиться, жить мирно в ладах с советской властью и ее государством СССР в составе единой Украины.

И действительно Украина в лице УССР за два десятилетия превратилась из аграрной в развитую торгово-промышленную республику. Это был флагман советской индустрии.

Но для радикального крыла националистов, особенно галицийского окраса, было этого мало — они желали республике отдельной державы. Получить военным путем националисты не могли — силенок не хватало. Но вот случай такой представился — российский господин Ельцин тоже пожелал стать единоличным правителем в России и дал отмашку в Вискулях — разъединится мирно. Так Украина и другие союзные республики отцепились от состава под названием Советский Союз. Ельцин был щедр на глупости. Предлагал и регионам Российской Федерации брать столько суверенитета, сколько они могли проглотить, особенно автономные республики. Таким образом, возникал опасный период развала и самой России.

Волнения в Татарстане погасил мудрый Шаймиев. А вот с Чечней не смогли справиться горячие головы чеченских националистов Дудаева и Масхадова. Это удалось старшему Кадырову, а после его вероломного убийства, сыну вместе с Кремлем.

А что же Украина?

Отцепившись, украинский вагон местные господа, ставшие панами, поставили в тупик, и стали, чуть ли не менять ширину железнодорожного полотна под стандарты западноевропейской колеи, не подумав, а что же они будут возить на Запад по этим суженным рельсам, какими товарами торговать? Разорвав экономические связи с Россией, паны оказались банкротами — круг замкнулся. Получив мирным путем «неньку» Украину президенты независимой за четверть века в буквальном смысле обанкротили ее экономику, обворовали народ и вдобавок развязали кровавую сечу против тружеников промышленных районов юго-востока Украины.

Вот уже третий год льется кровь в этом регионе. Значит, война выгодна панам, по двум причинам: наживы и боязни ответственности за содеянные преступления, за которые нужно будет скоро отвечать. Этого потребует время и общественность.

А пока есть смысл выяснить, что такое Украина? Когда это название появилось, и что оно обозначает? Куда, в каком направлении и с кем следует Украине, самой логикой существования идти?

Киевская Русь

Отрицание величия России — есть страшное ограбление человечества.

Николай Бердяев.

Милая Родина моя и моих дремучих предков казаков, Родина — часть Великой Руси, перетекшей с годами в огромное человеческое море под названием Россия. Малая Родина, которую кто-то и когда-то из-за окраинного расположения нарекли УкрАйной. В этом понятии слышится другое однокоренное слово «окраина». Какая же ты окраина, если стоишь почти что в центре Европы. Не ты ли являла собой великую общечеловеческую государственность под названием — древнерусское государство Киевская Русь, зарождение которой представляется одной из величайших тайн в истории человечества.

Что касается истории ее столицы Киева — крупнейшего и красивейшего города, то его возраст перевалил за 1200 лет. Согласно летописям Киев был основан тремя братьями: Кием, Щеком, Хоривом и их сестрой Лыбедью. Город назван в честь старшего брата.

Появление громадного со временем города на холмистых берегах полноводной реки Днепр — Славутича было предсказано апостолом Андреем Первозванным, о чем говорится в летописном повествовании — «Повести временных лет». Он посетил не только Киев, но и Новгород. Правда, точная дата основания города историками не установлена, однако косвенные данные, в том числе с результатами археологических раскопок, дают основания предполагать, что городское поселение здесь стояло еще в шестом веке.

Об этом не раз говорил и писал в своих работах известный археолог, реставратор, музеевед и художник, земляк автора академик Российской Императорской Академии Николай Емельянович Макаренко, которому он посвятил свою книгу «Прометей и власть», изданную в Киеве в 2013 году.

Ученый, в результате необоснованных наветов и обвинений в период «ежовщины», к сожалению, был арестован и расстрелян 4 января 1938 года.

Академик разделял существование и другой версии, появившейся в свое время из так называемой народной этимологии. Суть ее такова — первыми жителями поселения были рабочие (кияне, кияны), обслуживавшие мостовую переправу через Днепр. Она была настлана деревянными брусками, тесаными досками и бревнами, стоящими на вбитых в дно реки столбиках (киях). Не исключено, что их забивали не камнями, а киянками, чтобы не размочалить верхних концов опорных столбов.

По словам историка К. Н. Бестужева-Рюмина:

«Повесть временных лет» является архивом, в котором хранятся следы погибших для нас первоначальной нашей литературы». Ведь в своем заглавии говорится:

«Се повести временных лет, откуда есть пошла русская земля ито в Киеве нача перве княжити, и откуда русская земля стала есть».

Не твои ли князья водили победоносные рати против половцев, крымчаков и турок. Не о тебе ли слагали славянские саги при правлениях легендарных князей Олега, Игоря, Ольги, Святослава, Владимира и других видных воителей Киевской Руси.

На Западе придерживаются версии, что история этих земель датируется с середины восьмисотых годов появлением в Киеве Руссика Рюрика. Согласно древнерусскому летописному своду XII века «Повести временных лет» в 862 году варяг Рюрик с братьями Синеусом и Трувором по приглашению некоторых местных племен был призван княжить в Новгород.

Это событие считается началом правления династии Рюриковичей, объединившей Новгородскую и Киевскую Руси в единое государство. Это явление в истории названо «Призвание варягов на престол».

* * *

Сегодняшние доморощенные либералы как и западные недоброжелатели считают восточных славян, и в первую очередь россиян, «неумейками», «неспособными», «ленивыми». Гитлер и его пропагандисты называли славян «унтерменшами», «быдлотой», «сорняками» и призывали этих «полудиких существ» уничтожать всеми способами. Подобные выводы они выстраивали на основании известных летописных фактов, что эти племена были неспособны управлять, а поэтому вынужденно обратились к гостям-незнакомцам, которых попросили научить их уму-разуму.

А разве до Рюрика не было народа, который построил массу городов, сел, станиц, разве наши предки не брали дважды штурмом Византию?

Взять хотя бы тот же Великий Новгород. Именно по преданию в VI веке здесь правил легендарный русский князь Гостомысл, основавший этот город и правивший в нем до «призвания варягов». Об этом хорошо сказал граф А. К. Толстой в поэтическом творении, — «История государства Российского от Гостомысла до Тимашева». А кем же был Тимашев? Оказался он соотечественником поэта — А. К. Тимашев — начальник штаба корпуса жандармов и Третьего отделения собственной его величества канцелярии, а с 1868–1877 годы — министр внутренних дел России. Эпиграфом к произведению он взял слова из летописи Нестора: «Вся земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет». Впервые опубликована «История…» была в 1883 году в газете «Русская старина»

Начиналась поэма А. К. Толстого такими словами:

Послушайте ребята,

Что вам расскажет дед.

Земля наша богата,

Порядка в ней лишь нет.

А эту правду, детки,

За тысячу уж лет

Смекнули наши предки:

Порядка-де, вишь, нет.

И стали все под стягом,

И молвят: «Как нам быть?

Давай пошлем к варягам:

Пускай придут княжить…

И вот пришли три брата,

Варяги средних лет,

Глядят — земля богата,

Порядка ж вовсе нет…

Как он наводил порядок в Киевской Руси, и как создавалась династия Рюриковичей, и пойдет речь дальше.

Почему Рюрика в исторических документах называют Руссиком? Думается, потому что он пришел в Новгородское княжество со своим родом под названием «Русь».

Так вот в «Повести временных лет» читаем:

«…И пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, — на Белоозере, а третий, Трувор, — в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля. Новгородцы же — те люди от варяжского рода, а прежде были словене. Через два же года умерли Синеус и брат его Трувор. И принял всю власть один Рюрик, и стал раздавать мужам своим города — тому Полоцк, этому Ростов, другому Белоозеро. Варяги в этих городах — находники, а коренное население в Новгороде — словене, в Полоцке — кривичи, в Ростове — меря, в Белоозере — весь, в Муроме — мурома, и над теми всеми властвовал Рюрик».

Что же мы видим из летописи?

Рюрик расширяет свои владения. Его власть простирается не только на Новгородские земли, но и на территории западно-двинских кривичей со стольным городом Полоцком, на финно-угорские племена мери с главным городом Ростовым и на племена мурома с городом Муромом во главе.

При любой власти случаются ее взлеты и падения, которые естественно влияют на поведение властителей и народные массы. У Рюрика тоже правление государством не шло ровно.

Так, в более поздней Никоновской летописи, относящей к семнадцатому столетию, сообщается о смуте в Новгороде, жители которого были недовольны его правлением. Этот взрыв недовольства новгородцев случился примерно после 864 года. Рюрик быстро подавил смуту, убив некого Вадима Храброго, призывавшего сместить владыку, так как «яко быти нам рабом, и много зла всячески пострадати от Рюрика и от рода его».

Итак, мы видим, Храбрый говорит о стремлении варяжского князя превратить вольных и свободолюбивых новгородцев в подневольных граждан — в рабов.

В памятнике древнерусской литературы конца XIV–XV веков «Задонщина», посвященном победе русских войск, возглавляемым великим князем Московским Дмитрием Ивановичем (Дмитрием Донским) и его двоюродным братом Владимиром Андреевичем, над монголо-татарскими войсками правителя Золотой Орды Мамая 8 сентября 1380 года на Куликовом поле, есть добрые слова и о первом русском князе Рюрике:

«Той бо вещий боян, воскладая свои златые персты на живые струны, пояше славу русским князьям: первому князю Рюрику, Игорю Рюриковичу и Святославу Ярославичу, Ярославу Володимеровичу…»

В дальнейшем, к сожалению, скупы данные в летописях о деяниях Рюрика, известно только, что он умирает в 879 году. Версии о происхождении Рюрика менялись в течение веков. В XVIII и первой половине XIX столетия признавалась нормандская версия его скандинавском или финском происхождении. Поэтому и называют его и родню князя варягами — викингами из Скандинавии. Несколько позже и до настоящего времени утвердилась гипотеза его происхождения из северян — помор.

М. В. Ломоносов считал Рюрика априори выходцем из славян-северян. Так в своей работе «Возражения на диссертацию Миллера» он писал:

«…варяги и Рюрик с родом своим, пришедшие в Новгород, были колена славенского, говорили языком славенским, происходили из древних россов и были отнюдь не из Скандинавии, но жили на восточно-южных берегах Варяжского моря, между реками Вислою и Двиною…имени Русь в Скандинавии и на северных берегах Варяжского моря нигде не слыхано…

В наших летописцах упоминается, что Рюрик с родом своим пришел из Немец, а инде пишется, что из Пруссии…

Между реками Вислою и Двиною впадает в Варяжское море от восточно-южной стороны реки, которая вверху, около города Гродна, называется Немень, а к устью своему слывёт Руса. Здесь явствует, что варяги-русь жили в восточно-южном берегу Варяжского моря, при реке Русе…И само название пруссы или поруссы показывает, что пруссы жили по руссах или подле руссов…»

А вот что читаем в Казанской истории:

«Новгородцы же, неразумные, привели себе из Прусской земли, от варягов, князя и самодержца и отдали ему всю свою землю, чтобы владел ими, как хочет».

Неизвестно, сколько было у Рюрика жен и детей. Из летописи мы знаем только о сыне Игоре, матерью которого являлась урманская (норвежская) княжна Ефанда.

С другой стороны, когда мы говорим «Киевская Русь», то в наших представлениях роятся мысли о существовании централизованного государства со столицей в Киеве. Однако некоторые историки до сих пор отвергают утверждение, что Киевская Русь была государством на основании того, что в летописях и вообще в древнерусской литературе отсутствуют моменты, когда жители тех мест называли себя гражданами Киевской Руси. Они же утверждают, что до начала XIX столетия термина «Киевская Русь» не существовало. Первым его использовал украинский историк и ученый Михаил Александрович Максимович (1804–1873) в своем труде «Откуда идет русская земля», написанном им в год смерти А. С. Пушкина.

В другой своей работе по этому поводу «Об употреблении названий Россия и Малороссия в Западной Руси» он писал:

«Не очень давно было толкование о том, будто Киевская или вся западная Русь не называлась Россией до ее присоединения к Руси восточной; будто и название Малой России или Малороссии придано Киевской Руси уже по соединению ее с Русью Великой или Московской.

Чтобы уничтожить навсегда этот несправедливый и нерусский толк, надо обратить его в исторический вопрос: когда в Киеве и в других западнорусских областях своенародные имена Русь, Русский начали заменять по греческому произношению их именами Россия, Российский? Ответ: с 90-х годов XVI века…»

Основанием такого ответа служат письменные акты того времени и книги, печатанные в разных областях Русских…

Приведу свидетельства тех и других. Вот первая книга, напечатанная в Киеве в типографии Печерской Лавры — «Часослов» 1617 года. В предисловии к ней иеродиакона Захария Копыстенского сказано:

«Се, правоверный христианине и всяк благоверный читателю, от нарочитых мест в России Кийовских, сиречь Лавры Печерския»…

Основательница Киевского Богоявленского братства Анна Гулевична Лозькина в своей записи 1615 года, говорит, что она учреждает его — «правоверным и благочестивым христианам народу Российского, в поветах воеводств Киевского, Волынского и Брацлавского будучим…»

Окружная грамота 1629 года, напечатанная в Киеве, начинается так:

«Иов Борецкий, милостию Божией архиепископ Киевский и Галицкий в Всея России…»

А теперь давайте обратимся к Николаю Ивановичу Костомарову (1817–1885) — историку и общественному деятелю России, глубокому исследователю социально-политической и экономической истории России, в особенности территории современной Украины, одного из руководителей Кирилло-Мефодиевского братства. Панславистская его ориентация призывала к «взаимности славянских народов» через федеративный строй, от которого сегодня открещивается, как черт от ладана, весь майданный истеблишмент, незаконно пришедший к власти в ходе государственного переворота в начале 2014 года.

В одной из лекций, прочитанных в Харькове, он подвел черту под формой правления российского общества, — а вернее империи:

«Вступая на кафедру, я задался мыслью в своих лекция выдвинуть на первый план народную жизнь во всех ее частных проявлениях…

Русское государство складывалось из частей, которые прежде жили собственной независимой жизнью, и долго после того жизнь частей высказывалась отличными стремлениями в общем, государственном строе. Найти и уловить эти особенности народной жизни частей русского государства составляло для меня задачу моих занятий истории…Оказывается, что русская народность не едина…»

Костомаров как сторонник федерализма, всегда верный малороссийской народности своей матери, — писал историк Иван Лаппо, — без всяких оговорок признавал эту народность органической частью единого русского народа…совокупности шести главных народностей, именно:

1) Южнорусской,

2) Северской,

3) Великорусской,

4) Белорусской,

5) Псковской и

6) Новгородской.

При этом Костомаров считал своим долгом указать на те начала, которые обуславливали между ними связь и служили поводом, что все они вместе носили и должны были носить название общей Русской Земли.

Этими началами Костомаров считал:

— происхождение, быт и языки,

— единый княжеский род,

— христианская вера и единая Церковь.

Выходит, он уже тогда советовал идею мягкой децентрализации не только всей России, но и ее частям — губерниям, особенно в составе Малороссии. К сожалению, власти нынешней «незалежной» видно не читали знатока Украины, а если и читали, то проигнорировали его советы. А коль бы пошли по пути его рекомендациям, то и «Крым был бы ваш», и в Донбассе не надо было убивать десятки тысяч ни в чем не повинных своих граждан, и экономика была бы сохранена, и газа было бы достаточно.

Как видит читатель, и тогда ничего не говорилось о понятии Украина.

Но автор решил разобраться в другом — как и когда произошло название Украины, которое осколком легло на первоначальном названии Киевская Русь. Кто открестился от этого святого для восточных славян названия?

Давайте разбираться…

Русь, князья и их междоусобицы

Слабость с обеих сторон — такова, как известно, особенность всех ссор.

Франсуа Вольтер.

Если до конца X века феодальные отношения существовали еще вперемежку с остатками общинно-родового строя, то уже в следующих двух столетиях они одерживают полную победу на всей территории древнерусского государства. В этот период идет стремительный рост княжеского, боярского и монастырского землевладения. Киевские князья, считавшие ранее важнейшим средством обогащения военную дружину, в дальнейшем поняли, что земля обладает большим капиталом. Они теперь не довольствовались добычами и данями. Так начиналась эксплуатация земли и сидящего на ней сельского населения. Князья и дружинники понимали, что именно земля обещает им гораздо большие вознаграждения, чем рискованные военные походы.

С конца X века на Руси появился еще один феодал — церковь, которая вскоре стала крупным земельным собственником. Рост княжеского, боярского и монастырского землевладения сопровождался безжалостным расхищением общинных земель и превращения вчера еще свободных общинников-смердов в феодально-зависимых людей.

Быстро развивались и города, ставшие центрами торговли и ремесел.

Именно князья создавали то, что со временем назовут Киевская Русь, из-за которой до сих пор идут споры на постсоветском славянском пространстве, кто более русский или руський человек?..

Но что такое Русь, когда и где она появилась?

Прежде чем отвечать на этот вопрос, есть смысл перечислить в хронологическом порядке ступени исторической летописи руських князей, правящих на землях, в том числе и Киевской Руси, называемых сегодня Украиной:

• Руссик Рюрик (862–879)

• Аскольд и Дир

• Олег (879–912)

• Игорь (912–945)

• Ольга (945–969)

• Святослав (969–972)

• Ярополк (972–980)

• Владимир (980-1015)

• Святополк (1015–1019)

• Ярослав (1019–1054)

• Изяслав (1054–1077)

• Всеволод (1077–1093)

• Святополк (1093–1113)

• Съезд князей в Любече

• Владимир (1113–1125)

• Мстислав (1125–1132)

• Ярополк (1132–1139)

Есть на русской земле места, которые навсегда останутся в сердце и памяти народа как тщательно оберегаемые святыни. Они для россиян как драгоценное достояние, завещанное потомкам. К числу их принадлежит город Старая Ладога. Этот городок на берегу реки Волхов, в месте ее впадения в Ладожское озеро, — один из первых городов Северо-Западной Руси, — первая столица Руси. Тогда крепостное поселение называлось просто Ладогой. Оно было основано словенами около 753 году.

Здесь, на земле «старины глубокой», освященной кровью наших предков, опаленных огнем пожарищ и вновь возвращенной к жизни трудом многих поколений, остались следы ушедшей от нас древнерусской цивилизации. Потрясают воображения крепости, башни, церкви, остатки Земляного городища, Никольский монастырь, Васильевский погост, курганы и, наконец, курган с раздвоенной вершиной, предполагаемом месте захоронения князя Вещего Олега. И вот почему!

Ладога — первая столица Руси! Из семи городов Рюриковской Руси, упоминаемых в «Повести временных лет» шесть городов находятся на территории России и один — в Белоруссии, — Ладога, Изборск, Белоозеро, Новгород, Ростов, Муром, Смоленск и Полоцк.

Варяжский князь Руссик Рюрик сделал Ладогу своей столицей и только после этого стал княжить в Великом Новгороде.

А где же Киев?

В дорюриковский период Киев был всего-навсего хазаро-угорским поселенением. Тюрское название Киева — Манкерман.

Известный украинский исследователь старины, доктор исторических наук П. П. Толочко писал:

«В результате раскопок киевского Подола 1972–1975 годов получены материалы, аналогичные материалам раскопок в Новгороде, Старой Ладоге, Полоцке, Бресте и других городах Северо-Западных и Северо-Восточных районов Руси.

Исследование киевских срубных построек показало, что они имеют практически все варианты строительной техники, отмеченные исследователями для Северо-Западной и Северо-Восточной Руси».

Еще одна интересная деталь — в древнерусский период Киев был застроен срубными русскими избами, а не хатами-мазанками.

Значит, до Киевской Руси была первоначальная Русь в Ладоге. Именно об этом городке-крепости князь Олег заявлял:

«Се буде мати городом русскымЪ».

Это и есть провозглашение Ладоги главным городом Руси. Поэтому, по мнению некоторых современных историков, есть доказательство происхождение слова Русь совсем не из Киева. Туда оно явилось из Ладоги через Новгород. Что же получается — первая столица Руси — Ладога, отец — Новгород, а мать — Киев.

Итак, древнерусское государство Киевская Русь было образовано в 862 году, когда деловой варяг пришел управлять делами в Новгород. Говоря военным языком, штаб-квартира Рюрика находилась в селе Ладога — первой столицы Руси, откуда он и правил своими новыми землями.

В 864 году варяжские дружинники новгородского князя Рюрика — Аскольд и Дир, согласно Никоновской летописи, проявлявшие недовольство политикой правления князя, особенно разделом волостей и таким образом сделавшиеся врагами правителя, решили покинуть Ладогу под предлогом отправиться в заранее «запланированный поход» на Царьград (Константинополь). Они даже участвовали в бунте против Рюрика, который не препятствовал их уходу из княжества и поэтому даже приветствовал их побег.

Отправившись в свое путешествие вниз по Днепру, отступники узрели на холме славный город. Оказалось, что за крепостными стенами стоит град, основанный неким Кием. Узнав, что в городе нет правителя, и его население платит дань хазарам, они там решили осесть и править. Надо признать, что новгородские и киевские князья, судя по куцым летописным сведениям, открыто не враждовали, хотя отдельные стычки и отмечались.

После смерти Рюрика опеку над его малолетним сыном взял Олег, который отправился в поход на Киев. Захватив город, он в 882 году казнил изменников — Аскольда и Дира. Историки считают эту дату, как начало образование Киевской Руси. В период правления Олега государство стало расширяться за счет завоевания князем других территорий — сел, поселений и городов, а также столкновений с внешним врагом Византией.

Киевская Россия постепенно превращалась в могущественное государство, с которым считались соседи. Город Киев по свой архитектуре, красоте и богатству, выделялся в лучшую сторону от других городов. В том числе и столиц соседних государств.

Этот город длительное время был оплотом Руси. Недаром его называли и называют и на постсоветском пространстве и за рубежом — «мать русских городов». Заметьте — не украинских.

Завершилось могущество и града стольного, и государства российского во время нашествия монголо-татарского войска. Кочевники сровняли город с землей, разрушили многие поселения, полонили тысячи русичей. Всепожирающие пожары в городе и других местах пылали в течение многих месяцев. Именно Киевская Русь самоотверженно приняла основной удар степных варваров, стала своеобразным эскарпом от продолжения их массового и глубокого движения к центрально-европейским государствам и продвижения дальше.

Интересная деталь, к тому времени, когда Олег захватил Киев, Русь уже существовала, но не Киевская, а Новгородская. Именно Аскольд и Дир из Новгорода двигались по Днепру к Киеву. Значит, до Киевской Руси существовала Новгородская Русь.

Гибель Олега от укуса змеи и вообще его жизнь, походы и подвиги ярко описал А. С. Пушкин в «Песне о Вещем Олеге».

* * *

Страшным кошмаром раннего и позднего средневековья для Руси, да и в других странах был процесс передачи власти из-за отсутствия внятной системы престолонаследования. У каждого князя-воеводы со временем естественно появлялись и имелись дети, братья, племянники, которые после ухода из жизни правителя Руси или ее отдельного княжества претендовали на власть.

Часто право на управление Русью отмечалось настоящими войнами и утверждалось силой оружия. Иногда прямо-таки криминальными методами: отравлениями и убийствами. Примером может служить воцарение на власть князя Святополка, которого в народе прозвали Окаянным. Дело в том, что он перебил всех своих братьев-претендентов на власть в Киеве. Несмотря на распри в среде Рюриковичей, Киевская Русь управлялась великим князем, который объединял, и, казалось бы, цементировал княжества.

Большое влияние для борьбы с междоусобицами сыграл съезд князей в городе Любече на Днепре в 1097 году. Причинами собраться князьям для откровенного разговора стали:

1. жестокие междоусобные войны между князьями, которые воевали друг с другом за территории и влияние на Руси;

2. необходимость создать единую армию для сопротивления половцев, чьи набеги наносили серьёзный вред стране.

Междоусобные войны в борьбе за власть между людьми, живущими на одной территории, возникавшие на почве внутренних раздоров, как считают историки, черпавшие знания из летописей, привели Киевскую Русь к поражению и распаду. Эти ссоры родичей характеризовались слабостями с обеих сторон. Случилось это при Ярополке в 1237 году, когда почти на два столетия княжества Руси попали в полную зависимость от степняков-кочевников, ордынцев, воителей Золотой Орды.

Однако реально начало распада считается с 1232 года при правлении князя Мстислава Великого, когда города Полоцк и Новгород отказались признавать киевскую власть.

Киевскую Русь можно считать первой формой российской государственности, в которой были и великие победы и такие же поражения. Есть смысл напомнить о славе русских знамен того времени: 862 год — приход варяга Рюрика в Новгород на Княжение, 882 год — вещий Олег захватил Киев, 907 год — поход на Константинополь, 988 год — Крещение Руси, Любечский съезд князей и 1125–1232 годы княжение Мстислава Великого.

Великий русофил, публицист и писатель Вадим Кожинов, которого не раз приходилось слышать автору на писательских посиделках, писал о периоде правления Ярослава Мудрого:

«Между тем русская культура (в самом широком значении слова), дошедшая до нас от эпохи Ярослава, представляет собой всецело очевидное наследие, сохраняющее свою не могущую быть превзойденной ценность — то есть она полностью существует и сегодня, сейчас…

Это и собор Святой Софии в Киеве, и Новгородская София, которая, в отличие от Киевской, полностью сохранила ценнейшие фрески и мозаики, это и проникновенное «Слово о законе и Благодати» митрополита Иллариона и восходящие непосредственно к эпохе Ярослава элементы Киевских и Новгородских летописей…»

Кстати, когда последовала команда из Москвы о сносе храма Святой Софии в Киеве, киевский историк, художник и археолог Николай Емельянович Макаренко написал письмо И. В. Сталину с просьбой не разрушать собор ради сохранения бесценной настенной живописи.

Ответной реакции из Кремля не последовало. И вот когда он узнал, что храм всё-таки будет скоро разрушен, он с реставраторами из Ленинграда успел снять часть действительно ценнейших фресок и мозаичных полотен. Это были радетели древнерусской старины…

* * *

Князья Киевской Руси, каждый из них, внесли свой вклад в развитие славянской государственности и культуры. Князь Игорь — сын Рюрика, муж княгини Ольги и отец Святослава Игоревича. Это он с дружиной согласно древнерусским летописям дважды совершал походы на Константинополь. Первый раз, в 941 году, собрав огромный русский флот из челнов, лодок и чаек, он двинул его вниз по Днепру на последний очаг Римской империи. Но был разбит — византийцы сожгли его флот греческим огнем или, как его еще называли во времена Средневековья «жидким» огнем. Сухопутные дружинники во главе с князем Игорем прошлись по византийским землям, но и там потерпели поражение от аборигенов — местных племен.

Неугомонный Игорь в 943 году, собрав новое войско, теперь уже конницей двинулся на Византию. Однако большую часть войска отправил по водам. Византийский император Роман Первый Лакапин откупился на Дунае дарами. Князь Игорь их с благодарностью принял и на следующий год заключил военно-торговый договор с Византией.

Хрестоматийна история смерти князя Игоря такова. В 945 году он отправился за данью к древлянам. Собрал «даров немало», но показалось мало. Возвратился для повторного отъема дани. Летопись гласит:

«Поразмыслив, сказал своей дружине: «Идите с данью домой, а я возвращусь и похожу еще». И отпустил дружину свою домой, а сам с малой частью дружины вернулся, желая еще поживиться. Древляне, узрев возвращающегося князя, держали совет со своим князем Малом: «Если повадится волк к овцам, то вынесет всё стадо, пока не убьют его; так и этот: если не убьём его, то всех нас погубит».

И древляне, выйдя из ворот Искоростеня, убили Игоря и ратников его небольшого отряда.

По преданию жена Игоря княгиня Ольга жестоко отомстила древлянам — она хитростью уничтожила их старейшин, перебила массу народа, а город Искоростень сожгла дотла.

Ольга, родившаяся на псковской земле и правившая Древнерусским государством с 945 по 960 годы, первая из правителей Руси приняла в 955 году в Константинополе христианство, ставши в крещении Еленой.

Спустя много веков, а точнее в 1547 году, княгиня Ольга была причислена к лику святой равноапостольной.

В «Повести временных лет» о ней говорилось:

«Была она предвозвестницей христианской земли, как денница перед солнцем, как заря перед рассветом. Она ведь сияла, как луна в ночи; так и она светилась среди язычников, как жемчуг в грязи».

Покорив древлян с местью за гибель мужа Игоря и, назначив в ходе похода в 947 году размеры дани в новгородских и псковских землях, она вернулась в Киев к сыну Станиславу. Ольга положила начало каменному градостроительству на Руси через сооружение в Киеве городского дворца и загородного терема. Кроме того, она позаботилась о пополнении городской казны, установив «полюдье» — подати в пользу Киева.

Как известно, князь Святослав был единственным сыном киевского князя Игоря и княгини Ольги. В «Повести временных лет» есть такое упоминание о первых шагах князя:

«Когда Святослав вырос и возмужал, стал он собирать много воинов храбрых, и быстрым был, словно пардус (гепард — авт.), и много воевал. В походах же не возил за собою ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко нарезал конину, или зверину, или говядину и, зажарив на углях, так ел; не имел он шатра, но спал, постилая потник с седлом в головах, — такими же были и все остальные его воины. И посылал в иные земли посланников, как правило, перед объявлением войны со словами: «Иду на вы!»

Одним из важных военных деяний князя Святослава было сокрушение Хазарского каганата и Волжской Булгарии. Есть данные в исторической литературе, что возможно тогда же под власть князя перешли Северный Крым и Тмутаракань — один из древнейших городов Таманского полуострова, расположенного на территории современного Темрюкского района Краснодарского края. Воевал он и с Болгарским царством, Византией и отбивал нападения печенегов на Киев.

После смерти матери Ольги, практически правившей Русью в отсутствии сына, он решил перестроить государство с участием трех своих сыновей. Так, он посадил сына Ярополка на киевское княжение, Олега — на древлянское, Владимира — на новгородское.

Во время очередного удачного, но изнуряющего похода против Болгарии в 971 году Святослав с войском возвращался домой.

Воевода Свенельд, очевидно владеющий более глубокой информацией о действиях печенегов, предлагал князю обойти пороги на конях из-за засад печенегов. Но князь не послушался своего подчиненного.

Благополучно достигнув устья Днепра на ладьях, он всё же отправился к порогам, за которыми действительно стояла конница печенегов, сторожившая руссов. Пришлось ему зимовать в этом месте, чтобы с весны 972 года повторить попытку подняться по Днепру.

Обратимся опять к летописи «Повести временных лет»:

«Когда наступила весна, отправился Святослав к порогам. И напал на него Куря (печенежский хан — авт.), князь печенежский, и убили Святослава, и взяли голову его, и сделали чашу из черепа, оковав его, и пили из него. Свенельд же пришел в Киев к Ярополку».

Считается по одной из версий Святослав погиб в районе Хортицы.

Русский историк Н. М. Карамзин назвал князя Святослава Александром Македонским русской истории.

* * *

Правление киевского князя Ярополка отмечено появлением дипломатических контактов через послов с германским императором Оттоном Вторым и появлением междоусобицы между братьями — князьями. Так, известный историк Константин Александрович Богданов писал:

«Вероятно, между братьями с самого начала сложились довольно непростые отношения. Они были рождены о разных матерей и в дальнейшем воспитывались порознь. У каждого из них были свои родичи и наставники, к советам которых они прислушивались гораздо чаще, чем следовало бы это делать. Позднее отсутствие взаимной симпатии и доверия между братьями сыграло с ними роковую роль.

Амбиции наставников только усугубили разлад, наметившийся еще в их детских душах и с возрастом становившийся все сильней».

Как результат распрей — междоусобная война между князем древлянской земли Олегом и Новгородским князем Владимиром. В борьбе за город древлян Овруч Олег погиб, упав с моста во время бегства от киевской дружины. После получения известия о намерении Ярополка атаковать княжество, новгородский князь Владимир бежал из города. Ярополк некоторое время стал великим князем Древнерусского государства. А что же в это время делал Владимир? А он, собрав большой отряд из варягов, вернулся на Русь. Сначала отбил Новгород, выгнал посадника Ярополка, затем захватил Полоцк, перебил семью правителя города Рогволода, обесчестил его дочь княжну Рогнеду, но взял ее потом в жены. По другой версии насилие над княжной он совершил на глазах ее семьи перед последующей казнью правителя Полоцка. Затем он вместе с дружиной и дядей Добрыней двинулся на Киев.

Ярополк решил по совету воеводы Блуда, оказавшегося изменником, покинуть Киев и укрыться в укрепленном городе Родень. Родень — укрепленный древнерусский город возле Канева близ впадения в Днепр реки Рось, разрушенный во время Батыева нашествия и не восстановлены до сих пор.

После длительной осады в городе начался голод. Блуд уговорил Ярополка выйти на переговоры с Владимиром. Как только он покинул крепостные стены городка, он тут же был зарублен дружинниками Владимира. Как гласит летопись, два варяга «подняли его мечами под пазухи».

* * *

В Киеве стал править победитель — князь новгородский Владимир, при котором произошло крещение Руси по греческому обряду. Именно он сделал христианство государственной религией Древнерусского княжества и, таким образом, стал одним из прообразов собирательного былинного персонажа — Владимиром Красное Солнышко.

Еще до крещения «Повесть временных лет» так рисует князя Владимира:

«Был же Владимир побежден похотью…наложниц у него было 300 в Вышгороде, 300 в Белгороде и 200 в Берестове, в сельце, которое сегодня называют Берестовое. И был он ненасытен в блуде».

Он был прекрасным организатором и военачальником, считавший дружину главной добытчицей богатства. Владимир так говорил по этому поводу:

«Не нужно мне много золота и серебра, нужна мне дружина, с ней я добуду и золото и серебро».

Правда, после крещения он пересмотрел некоторые свои жизненные принципы.

В 988 году Владимир захватил Корсунь (Херсонес в Крыму) и потребовал в жены сестру византийских императоров Василия Второго и Константина Восьмого Анну, угрожая атаковать Константинополь. Императоры согласились. Выставив условие — принять князю крещение, чтобы сестра вышла за единоверца, что он и сделал. В крещении Владимир принял имя Василий. После церемонии бракосочетания он вернулся в Киев и повелел разрушить все языческие идолы.

Следует заметить, что языческий культ древних славян не был так глубок, как в других странах, — например, в древних Греции и Риме. Религиозные представления на Руси были связаны в основном с обожествлением сил природы, которая представлялась населенной множеством разных духов. Поклонялись созерцающим стихиям природы в образах Даждьбога — бога плодородия и солнечного света, Стрибога — бога ветров, Велеса — бога сказителей и поэзии, Перуна — бога грозы, грома и смертоносной молнии и другим.

Поклонения и жертвоприношения им проходили в специальных культовых святилищах — капищах, как правило, стоящих на возвышенностях — вершинах холмов вместе с деревянными или каменными божествами-идолами. Язычество не было религией в современном понимании, как христианство, ислам или буддизм. Оно было своеобразным объединением или совокупностью различных верований или культов, не оставив после себя никакой письменности.

Крещение народа в Киеве прошло сравнительно мирно, чего нельзя было сказать о новгородской и ростово-суздальской землях. Крещение сопровождалось учреждением церковной иерархии. Русь стала одной из митрополий Константинопольского патриархата. Владимир провел несколько военных походов, в результате которых присоединил к Древнерусскому государству территорию вятичей, покорил балто-литовское племя ятвягов — народностей близких к пруссам и радимичей — славянское племя, проживающее между Днепром и Десной. Организовал византийский поход в Армению.

Законотворчество при Владимире рождалось при обязательном согласовании того или иного закона со своим Советом, состоящим из воевод, бояр и посадников. При его правлении началась чеканка монет — золотых («златников») и серебряных («серебреников»). Это были первые монеты, выпущенные на территории Руси. По монетам был установлен и княжеский знак Владимира в виде трезубца, принятый после 1991 года Украиной в качестве государственного герба. Несмотря на суровый нрав, он отличался щедростью на пирах со своим единоверцами и друзьями с заботами о нищих и больных. В летописи отмечалось:

«И повелел снарядить телеги и, положив на них хлебы, мясо, рыбы, овощи различные, мёд в бочках, а в других квас, развозить по городу, спрашивая: «Где больной или нищий, не могущий ходить? И тем раздавать всё, что им нужно».

А еще известно, что князь до крещения был великим распутником, — имел тринадцать сыновей и не менее десяти дочерей от разных жен и наложниц.

Любимому сыну Борису он намеревался передать власть, но ее перехватил Святополк.

Земное существование Владимира завершилось 15 июля 1015 года в загородной резиденции Берестове. Его тело было захоронено в Киевской Десятинной церкви, разрушенной монголами в 1240 году.

В 1635 году при разборке руин этого храма были обнаружены два саркофага, принадлежащих князю Владимиру и его жене Анне.

* * *

Большой кровью означено правление очередного князя Киевской Руси, сына почившего князя Владимира — Святополка, названного из-за проявленных им жестокостей по жизни — Окаянным. Он состоял в браке с дочерью польского князя Болеслава Храброго и занимал туровский престол, земли которого граничили с Польшей. Из летописных сказаний вырисовывается образ очередного исторического персонажа пораженного тщеславием и предательством на Руси. Попав под влияние католицизма, он готовил переворот в Киеве по отвращению государства от «византийского обряда». Но заговор был раскрыт еще при Владимире. Князь Святополк с женой и духовником по приказу больного Владимира был брошен в темницу.

После смерти отца Святополк, освободившись от неволи, захватил власть в Киеве и объявил себя великим князем Киевским. Боясь соперничества за престол в Киеве, он принимает решение убить единокровных братьев Бориса, Глеба и Святослава, используя для этого варягов и поляков.

Междоусобная борьба Святополка с братом новгородским князем Ярославом завершилась победой последнего. Святополк бежал к печенегам. О дальнейшей его судьбе летописцам ничего не известно.

По рассказу «Повести временных лет» братоубийца был наказан Богом страшной судьбой — параличом и безумием.

* * *

Князь ростовский, новгородский и киевский Ярослав, заслуженно проживавший в последующем после смерти под именем Мудрый, и с ним вошедший в историю, был сыном крестителя Руси Владимира и уже упоминаемой выше Рогнеды.

Из летописей можно узнать, что со временем правления Ярослава в Ростове связывают основание года Ярославля, названного в честь князя. Княжил Ярослав в Ростове до смерти своего старшего брата Вышеслава — князя новгородского, чей стол правления по-тогдашнему статусу был выше ростовского.

Известно, что после того, как отец решил передать престол в Киеве одному из младших сыновей, ростовскому князю Борису — предводителю великокняжеской дружины, в ответ Ярослав отказался платить подать в две тысяч гривен. Одновременно он внимательно следил за событиями с восставшим против отца старшим сыном Святополком и провалом его мятежа. А когда после смерти Владимира Святополк стал править в Киеве, Ярослав в течение четырех лет, опираясь на новгородцев и на наемную варяжскую дружину, воевал с братом.

В 1016 году Ярослав разбил войско Святополка Окаянного близ Любеча и занял Киев. Но уже через два года Святополк собрал войско из печенегов и поляков, возглавляемых королем Болеславом Храбрым, разбил дружину Ярослава на берегах Буга и захватил Киев. Ярослав бежал в Новгород и, собрав новое войско из новгородцев во главе с посадником Константином Добрыничем и варягов, двинулся вновь на Киев.

Весной 1019 года в битве на реке Альте он разбил войско жестокого брата, захватил его знамя, а сам Святополк, получив ранение, бежал с поля боя…

Но покоя на Киевской Руси не давали междоусобицы и при Ярославе. В 1023 году брат Ярослава — тмутараканский князь Мстислав напал на земли киевского княжества, захватил Чернигов и всё Левобережье Днепра. Чернигов сделал своей столицей. Разбив войско Ярослава, который бежал в Новгород, Мстислав предложил брату разделить земли по Днепру:

«Садись в своем Киеве, ты — старший брат, а мне пусть будет эта сторона».

Ярослав согласился с предложением брата, вернулся с войском в Киев, и стал править. Левобережье сохранилось за Мстиславом, а правобережье за Ярославом.

В 1036 году Ярослав одержал победу над печенегами и освободил Киевскую Русь от их частых набегов. В память о победе над степняками князь заложил собор Святой Софии в Киеве.

Ярослав оказался и великим полководцем. Он совершает походы на пруссов, в Литву, Польшу и Византию…Княжение Ярослава Мудрого продолжалось около сорока лет. Последние годы жизни он провел в Вышгороде, где и скончался 20 февраля 1054 года. Похоронили Ярослава в Софийском соборе в Киеве. Он оставил после себя от первой жены норвежки Анны и второй — шведки Ингегерды семь сыновей и три дочери с широкими династическими связями по всей Европе.

Под его началом был составлен первый известный свод законов русского феодального права, вошедший в историю под названием «Русская правда». При нем появились первые русские монастыри. Без санкции и участия константинопольского патриарха он с согласия епископов в 1051 году назначил митрополитом Илариона.

Ярослав провел большую работу по переводу византийских и иных книг на церковнославянский и древнерусский языки.

Почему же его называют Мудрым? Явно не за слова, а за дела! Мудрость была символом его жизни. Только мудрый человек способен на великие дела. Хотя великий Аврелий Августин и говорил, быть мудрым означает умереть для этого мира, он же в своей жизни — творил бессмертные дела.

При его правлении Киевская Русь достигла пика могущества. Киев превратился в один из крупнейших городов Европы, соревнуясь с Константинополем. Русь обрела широкое международное признание. Князь был высокообразованным человеком, имел в доме свою богатую библиотеку. Добился утверждения христианства. И самое главное активную энергию народа пытался направить не на войны, а на хозяйственную деятельность. На укрепление веры и духа, поощрение строительства, искусств и ремесел.

В ХХ веке Саркофаг Ярослава Мудрого вскрывался три раза: в 1936, 1939 и в 1964 годах. Последнее вскрытие показало, что в раке останки женского пола. По мнению историков мощи Ярослава Мудрого с иконой Николы Мокрого могли вывести в 1943 году представители украинской греко-католической церкви вместе с отступающими немцами. В 1973 году икона обнаружилась в Бруклине в Свято-Троицком храме — штат Нью-Йорк. Очевидно, там покоятся и останки киевского князя.

По одной из версий Ярослава прозвали Мудрым через несколько столетий после его смерти за основание двух великолепных соборов Святой Софии в Киеве и в Новгороде, посвященных мудрости Божьей.

* * *

Изяслав Ярославич — князь туровский, новгородский и великий князь киевский. Его отцом был Ярослав Мудрый, а матерью шведская принцесса Ингегерда. После трагических событий с братьями Игорем и Вячеславом и племянниками Ростиславом и Всеславом, осталось три сына Ярослава — Изяслав, Святослав и Всеволод. Это время историки называют триумвиратом Ярославовичей, которые тоже не удержались от внутренней свары.

Изяслав был женат на Гертруде, дочери польского короля Мешко Второго Ламбета.

В 1078 году началась новая междоусобная война. Против дядей — Изяслава и Всеволода — восстали их племянники Олег Святославович и Борис Вячеславович. Соединившись с половцами, они разбили дружину Всеволода, который после разгрома бежал в Киев к брату. Собрав войско, Изяслав и Всеволод осадили Чернигов. В одном из сражений 3 октября 1078 года в сражении погибли Изяслав и Борис.

* * *

Князь переяславский, черниговский и великий князь Киевский Всеволод Ярославович, стал первым правителем Киева, взявшим на себе титул «князя всея Руси». Внешняя политика при князе Всеволоде отмечена интенсивными контактами со Священной Римской империей, за императора которого Генриха Четвертого он выдал свою дочь.

Лаврентьевская летопись так характеризовала князя всей Руси Всеволода:

«Из детства был боголюбив, любил правду, наделял убогих, воздавал честь епископам, особенно же любил черноризцев, делая им пожертвования, сам воздерживался от пьянства и от похоти, за что и любил его отец более всех своих детей».

Он со слов своего сына Владимира Мономаха владел пятью языками.

Умер князь в 1093 году. В «повести временных лет» есть запись:

«В год 6601 (1093), индикта (период в 15 лет — авт.) в 1-й год, преставился великий князь, сын Ярославов, внук Владимира, месяца апреля в 13-й день, а погребен был в 14-й день; неделя была тогда Страстная, и день тогда был четверг великий, когда он был положен в гробу в великой церкви святой Софии».

* * *

Святополк Изяславич — князь полоцкий, новгородский, туровский, великий князь киевский, после смерти великого князя Всеволода Ярославича его сын Владимир Мономах, первым оказавшийся у гроба умершего князя, решил не вступать на престол, чтобы избежать кровопролития в борьбе со Святополком, приехавшего из Турова. Прознавшие о кончине князя Всеволода, в 1093 году половцы вторглись на Русь. В борьбе с ними у Святополка вместе с Владимиром Мономахом были крупные поражения, но и значимые победы.

Степняки постоянно совершали набеги. Тяжелое опустошение совершил со своим войском хан Боняк 20 июля 1096 года. Он сжег низовье Киева, разгромив три крупных киевских монастыря — Стефанов, Германов и Печерский.

Но как говорится: «Пришла беда — отворяй ворота!» Вторым несчастьем для Руси оставались не утихающие междоусобицы, особенно на западе Руси. Ослепление Василька Ростиславича теребовльского Давыдом Игоревичем волынским активизировало действия Святополка по стабилизации обстановки в западных княжествах.

В 1102 году Святополк захотел отправить на княжение в Новгород своего сына Ярослава, но новгородцы отвергли это предложение, причем в грубой форме, заявив, что «если у твоего сына две головы, отправляй его к нам».

Заслугой Святополка явилось начало перенесения борьбы с половцами на их территорию. В 1103 году он вместе с Владимиром разгромил половцев на реке Сутени в районе Запорожья. Через четыре года половецкие отряды, возглавляемые Боняком и Шаруканом, потерпели поражение на притоке Днепра реке Суле. Были и другие победы над половцами…

16 апреля 1113 года Князь Святополк внезапно скончался в Вышгороде. По одной из версий он был отравлен. Погребли его в церкви святого Михаила в Киеве.

Татищев так характеризовал Святополка:

«Сей князь был ростом высок, сух, волосы черноватые и прямые, борода долгая, зрение острое. Читатель был книг и вельми памятлив…К войне не был охотник и хотя на кого скоро сердился, скоро и запамятовал. Притом был восьми сребролюбив и скуп».

* * *

Владимир Мономах — князь смоленский, черниговский, переяславский и великий князь киевский после смерти Святополка в 1113 году встал на престол в Киеве не без неожиданностей. Его не тянуло к управлению всей страной, тем более он знал, что на киевский стол по традиции претендовал Давид, старший сын Игоря, брата Святополка. Но киевляне потребовали Владимира. Начались даже по этому поводу беспорядки. Городская смута быстро распространялась по граду Киеву. Только эти обстоятельства заставили Владимира согласиться управлять Киевской Русью.

Откуда появилось у князя слово «мономах», почему его назвали Мономахом? Тут быль и легенда буквально соединены, а скорее сплавлены временем, в один неразделимый ком, который в таком виде и дошел до нас. После успешных походов Владимира против врагов Киевской Руси византийский император Константин Мономах, испугавшись новых поражений в войнах с Киевской Русью, отправил к Владимиру послов с богатыми дарами. В их числе были держава, скипетр, венец с его головы и бармы — широкое оплечье с драгоценными камнями и религиозными рисунками. Константин просил венчаться с этим венцом на царство. Именно данные византийские предметы и стали в последствие неотъемлемой частью российской государственности.

В летописи сказано:

«И с того времени князь великий Владимир Всеволодович наречеся Мономах, царь великия Руси»

Тем же венцом впоследствии венчались все его потомки.

Его правление признано историками самым успешным за весь период существования Киевской Руси. Он был умен и решительный в борьбе с врагами страны, как внешними, так и внутренними.

Его заслуги исторически значимые: он окончательно разгромил половцев, отнял у князя Глеба Минск, восстановил единство Руси, продолжил политику укрепления династических связей с Европой, боролся за прекращение княжеских усобиц и другие деяния.

Чувствуя скорую гибель свою, Владимир оставил письменное поучение детям. В них он просил чтить законы Божьи, стараться справедливо управлять государством и советовал, как нужно вести себя в сражениях с врагом — в битве не прятаться за воеводой, а опережать его, не бояться умереть с честью. Он призывал детей к овладению знаниями:

«Вы должны на всю жизнь запомнить то, что узнали. А то чего не знаете — должны стремиться узнать, чтобы уже никогда не забыть».

Завершалось поучение Владимира Мономаха детям призывом к любви. Он призывал детей любить не только братьев своих, но и весь свой народ, жен и детей своих, а также почитать родителей.

Заслугой Владимира Мономаха является его попытка создать свод законов, т. н. Устав, опубликованный в «Русской Правде» — сборнике правовых норм Древнерусского государства. Это была его реакция на восстание 1113 года. Все 69 законов излагались на лревнерусском языке. Они регулировали и ликвидировали некоторые проблемы княжеского строя, делались уступки городским низам, ограничивали ростовщичество и власть землевладельцев.

Великий князь Владимир Мономах умер на 73-м году жизни 19 мая 1125 года и был похоронен в Киеве в соборе святой Софии…

Власть в Киеве перешла к его сыну.

* * *

Князь новгородский и ростовский и Великий князь киевский Мстислав Владимирович Великий — сын Владимира Мономаха и английской принцессы Гиты Уэссекской правил в Киеве с 1125 по 1132 годы.

В «Похвальном слове Святому Пантелеймону» немецкого деятеля того времени Руперта говорилось, что юношей Мстислав чуть было не погиб на охоте. Медведь распорол ему брюшину, да так, что внутренности его вывалились наружу. Когда он был доставлен домой, то мать Гита стала молиться за него Святому Пантелеймону. В одну из ночей он увидел во сне юношу, очень похожего на этого Святого. И сотворилось чудо — на утро пришел к нему этот молодой человек со снадобьями и вылечил его. Рана на животе быстро зажила.

В знак своего исцеления Мстислав основал около Новгорода монастырь в честь этого святого.

Междоусобицы между князьями продолжались, и в них участвовал Мстислав также как и в походах против Полоцкого княжества, Литвы и чуди — угро-финских племен.

14 апреля 1132 года Мстислав умер, передав престол своему брату Ярополку.

* * *

Князь переяславский, великий князь киевский Ярополк — четвертый сын Владимира Мономаха. С первых дней восшествия на престол он добивался компромиссов с враждующими против него родственниками, перемещая их по уделам. Престолы и княжества уходили в прошлое, Киевская Русь постепенно распадалась на более мелкие территориальные единицы — уделы.

Вокруг Переяславля происходило хождение князей, потому, что город был ближе к Киеву. Видя неразбериху и всплески очередных междоусобиц ожили половцы своими опустошительными набегами. Не случайно князя Переяслвля часто становились великими князьями Киевскими. Дяди гнали туда племянников, а Ярополк был не в состоянии установить порядок. Согласно летописям, Ярополк не был искусен ни в политике, ни в военном деле. Главными противниками Ярополка выступали сын Владимира Мономаха князь Ростово-Суздальский Юрий Долгорукий и Всеволод Ольгович с братьями, но Ярополку удалось удержать власть в Киеве до самой смерти в 1139 году.

На этом плеяда великих князей Киевской Руси заканчивалась, хотя были и другие знатные воители на престоле в Киеве: Юрий Долгорукий (1155–1157), Изяслав Давыдович (1155, с 1157 по 1158, 1161), Даниил Галицкий (1240) — первый король Руси (с 1254 по 1264). Но их деятельности за пределами этого исследования — это другие истории.

Этимология Украины

Слово «украина» изначально применялось к разным приграничным землям Руси и русских княжеств.

Орест Субтельный

Уже упоминаемый выше Николай Костомаров в Книге «Богдан Хмельницкий» цитирует письмо великого князя литовского, а в последующем и короля польского Сигизмунд Августа к запорожским казакам в 1568 году. В нем говорилось:

«Мы осведомились, что вы, самовольно выехавши из наших укра́инских замков и городов, проживаете на Низу, по Днепру по полям и по иным входам, и причиняете вред и грабительство подданным турецкого царя…

Приказываем вам возвратится в наши замки и города, с Низу, и со всех входов…

Если же кто не станет повиноваться нашему приказанию, тем укра́инские наши старосты будут чинить жестокое наказание».

Из этого письма следует, что поляки Украиной называли Украину, причем это была польская укра́ина и писалось это слово с маленькой буквы.

Среди ученого мира, в том числе и центрально европейского, «Украина» происходит от древнерусского сова «укра́ина» — приграничная область, территория, земля, область, терен (территория — укр. — авт.), расположенный у края. А вот термин «окраина» означал территорию вокруг какого-то края. Слово уокраина право на свое существование имеет с времен Древнерусского государства, примерно с двенадцатого века.

В исторической литературе слово укра́ина упоминается в Ипатьевской летописи 1187 года в связи со смертью в Переяславской земле князя Владимира Глебовича — героя битвы с половецкими ордами хана Кончака, остановившего степняков под стенами Переяславля. После смерти в свои неполных 30 лет, о молодом князе Владимире в летописи появилась такая запись:

«За ним «плакашаса» не только «вси Переяславцы», но и «w нем же Оукраина много постона».

Латинская буква «w» — свидетель польского влияния. Как считает большинство историков, здесь название «Оукраина» употреблено по отношению к Посульскому (по реке Суле — авт.) пограничью, которое смерть князя оставляла беззащитным перед нападением кочевников.

В 1189 году снова встречается слово «оукраина» в галицком пограничье.

Авторы авторитетного до сих пор словаря Брокгауза и Ефрона утверждали, что после того, как в конце шестнадцатого века Южная Русь в составе Великого княжества Литовского вошла в Речь Посполитую, часть ее территории, простирающаяся от Подолья на западе до устья Днепра на юге и включающая в себя большую часть земель будущей Екатеринославской губернии на востоке, стала в этом государстве неофициально именоваться «Укра́йной».

Связано это было с приграничным расположением этих территорий в польском государстве. Это подтвердил своим высказыванием и польский историк, специалист по изучению особенностей восстания Богдана Хмельницкого Самуил Грондский, заявивший, что «латинское marqo (граница, рубеж) по-польски krai (край), отсюда Украйна — как бы область, расположенная у края польского королевства.

Таким образом, в течение XVI–XVIII веков понятие Укра́ина становится названием конкретного региона наравне с именами других историко-этнографических регионов, как Волынь, Полесье, Подолье, Покутье, Северщина, Слобожанщина, Червоная Русь. Постепенно понятие Укра́ина переросло в Украи́на и закрепилось за Средним Приднепровьем — территорией, контролируемой казачеством.

Вот так жителей этих территорий стали называть украинцами, украинными людьми или украинниками. Это была чисто географическая, а не этническая привязка. Украинскими людьми называли проживающих в этих местах и польских шляхтичей, и еврейских шинкарей, и казаков задонья и запорожья.

Число украинников постепенно росло и название «Украина» стало «наползать» на регионы за пределами первоначальной территории. И все же оно не распространилось на все южнорусские земли и не стало названием государства. Итак, многие историки до сих пор считают, что это название территориальное, географическое, а не этническое или национальное.

Так в официальной переписке Богдан Хмельницкий называл себя гетманом Войска Запорожского, земли же величал малороссийскими или «укра́инными» с ударением на втором слоге.

Что же получается, понятие Украина рождалось территориально! Это было сродни лоскутного одеяла. Однако по мере роста национального самосознания значимость понятия «Украина» повысилась. Стал постепенно прорезаться голос у тех, кто отвергал географический термин в угоду признания этнического пространства.

На рубеже XIX–XX веков понятие «Украина» стало национальным, этнически-территориальным, самостоятельным и самодостаточным, вытеснив другие самоназвания регионального уровня.

В конце двадцатого столетия прорезался голос у закаленных в подпольной борьбе с «советами» и окрепших от американо-канадских «доляров» т. н. «свидомых» националистов, преимущественно галицийского окраса. Это они стали орать: «Украина превыше всего», «Украина только для украинцев», «Москаляку на гиляку!», «Украинцы — это арии славянства!», «Лучший россиянин — мертвый россиянин!» и другие благоглупости их предшественников из Берлина.

Потом началась борьба за предлоги «на» / «в» и «с» / «из». Выдающийся советский и российский ученый, доктор филологических наук, лингвист с мировым именем Владимир Владимирович Лопатин указывал в своих трудах, что историческим нормативом в употреблении является употребление «на Украину», «с Украины», «на Украине», но «в государстве Украина».

Другой советский и российский лингвист, профессор МГУ Дитмар Эльяшевич Розенталь подтвердил правильность лопатинских исследований. Однако после смерти Розенталя в новой редакции справочника уже сказано, что следует писать и говорить «в Украину», «из Украины», «в Украине».

Кто прав, может рассудить время, события и дальнейшие исследования лингвистов и историков. Даже в первоисточниках великий кобзарь Т. Г. Шевченко обращался к Украине с предлогами «на» и «в». В «Завещании» –

«Як умру, то поховайте

Мене на могиле,

Серед степу широкого,

На Вкраине милой».

А вот другой вариант употребления предлога в названии поэмы: «И мертвым, и живым, и ненарожденным землякам моим в Украине и не в Украине мое дружное послание».

В 1993 году украинское правительство и президент Кравчук потребовали признать нормативным только вариант «в». Российский лингвист Юрий Прохоров утверждает, что говорящие на русском языке должны употреблять предлог «на» — «на Украине».

Мелочь, но приятно, а многим противна эта соль на раны…

* * *

А теперь есть смысл поговорить о происхождении украинской мовы — языка. Официальная политическая мифология Украины утверждает о существовании древней украинской нации, разговаривающей на не менее древнем украинском языке. Говорят, что он был сформирован чуть ли не VI веке нашей эры.

Но позвольте, панове, в летописях и берестяных грамотах, намного поздних, вы нигде не встретите текстов на украинском языке. Не знаю, как говорили в Киевской Руси, но писали на древнеславянском и древнерусском языках, а не на мове. Украинский язык мы встречаем только со второй половины XIX столетия.

Но сегодняшние «свидовые» украинские лингвисты почему-то называют древнерусский язык и его памятники, оставшиеся с периода Киевской Руси, «чисто украинскими». А еще они отвечают на языковую критику одной байкой, мол, в древности существовало два языка, — разговорный и письменный. Разговорный, — это украинский, а вот писали, мол, на русском? Но ведь в то время не было ни диктофонов, ни магнитофонов, да и живых представителей Киевской Руси не дошло до нас. Откуда у «свидомых» такие знания?

И возникает закономерный вопрос — неужели на однородной территории древнерусских княжеств X–XIII веках существовало два языка — русский и украинский. Но это же очередной и очевидный фейк, как и то, что казаки вырыли Черное море и другие «чудеса», приписываемым украинским ариям.

Средневековая Киевская Русь говорила и писала на едином древнерусском языке с небольшими отличительными особенностями в северных, западных и восточных регионах государства. Это были всего на всего диалекты.

В любом живом языке есть свои наречия, связанные с фольклором, традициями, обычаями. И еще одна деталь, процесс распространения грамотности на территории Руси начался с первой «славянской» грамматики, написанной малороссом с Подолья Мелетием Смотрицким. Именно ее перепечатали в Москве и распространили в качестве учебников во всех школах тогдашней России.

Основу общерусского литературного языка заложил М. В. Ломоносов, а затем продолжил А. С. Пушкин. Этот язык создавался на основе из смеси малорусских, великорусских, белорусских и церковнославянских наречий.

Современный же «украинский» язык появился на рубеже конца XVIII и начала XIX веков с участием польско-малороссийских украинофилов. Потом над ним трудились «окраинцы» австро-венгерской Галиции, а дорабатывали уже чиновники при советской власти.

Незалежники сегодня утверждают, что «Энеида» Котляревского, и стихи Шевченко писались на украинском (малороссийском) языке. Сразу же стоит оговориться — у Шевченко 70 % творчества, особенно дневниковых записей, изложены на чисто русском языке. Ни Иван Котляревский, ни Тарас Шевченко, ни Иван Франко, ни Леся Украинка не знали, что такое чисто «украинский» язык. А на каком языке тогда они говорили и писали?

Они писали и говорили на древнерусском языке средневековой Руси, разбавленном в последствие польскими заимствованиями. Малорусское наречие галичан — всего на всего суржик. Говор малорусских крестьян Полтавщины и Черниговщины — это эталон малоросского наречия, то, что называли полтавско-киевский диалект, который использовался в творчестве великими мастерами слова Малороссии и Украины, начиная с Котляревского, Сковороды, Костомарова, Гоголя, Шевченко и многими другими их последователями. Все они были противниками засоренности языка иностранными словами, в том числе и в результате полонизации.

Подрывная деятельность польских русофобов на территории Малороссии, готовивших восстание 1863 года против России с попыткой втянуть в междоусобицу малорусских крестьян, вызывала тревогу в столице Российской империи.

Именно на этой почве возник так называемый Валуевский циркуляр. Он представлял собой предписание министра внутренних дел России П. А. Валуева от 30 июля 1863 года о приостановлении печатания на украинском (малороссийском наречии).

Валуев направил копии этого документа в Киевский, Московский и Петербургский цензурные комитеты. Приостанавливалось печатание литературы религиозной, учебной и предназначенной для начального чтения. В то же время разрешалось печатанье на этом языке произведений, принадлежащих к области изящной литературы. Первоначально предполагалось, что запрет или действие циркуляра распространится только на время или период польского восстания. Но временное понятие бывает очень ленивое и длится дольше задуманных сроков.

Как же оценивал в Циркуляре малороссийский язык российский министр:

«Большинство малороссов сами весьма основательно доказывают, что никакого особенного малороссийского языка не было, нет и быть не может, и что наречие их, употребляемое простонародьем, есть тот же русский язык, испорченный влиянием на него Польши…»

Но надо понимать, что на протяжении XIX века, особенно в Восточной Европе, происходили процессы, связанные с ростом национального самосознания. На Украине отмечался фактор формирования украинской нации. Польское восстание 1830–1831 годов заставило российское правительство попытаться ослабить влияние Варшавы на Правобережной Украине путем противопоставления ей украинского движения в виде массового создания просветительских кружков и групп, издававших собственную периодику. Ими являлись «Кирилло-Мефодиевское братство», «Общество друзей народа», «Громада», журнал «Основа», которые одновременно поддерживали украинскую национальную идею и стояли на позициях народничества.

Они открыто отвергали подозрения в их адрес в сепаратистских намерениях. При всем этом по оценке российского историка А. И. Миллера господствовала идея «большой русской нации», объединяющей в себе всех восточных славян Российской империи, что исключало признание отдельной национальной идентичности украинцев (малороссов). Польша делала всё возможное и невозможное, чтобы ту часть Приднепровья, которая входила в состав Речи Посполитой оторвать от России и ополячить. Процесс полонизации предполагал замену православия католичеством.

После отмены крепостного права стал остро вопрос образования огромной массы теперь уже освободившего от средневековья вольного крестьянства. Созданный специальный комитет в составе правительства, занимающийся вопросами просвещения, в 1861 году предложил два первых года обучать детей на местных языках. Именно в это время развернулась дискуссия о статусе малороссийского языка. Одни считали его частью «великороссийского языка», другие склонялись к тому, что это уже самостоятельный язык. Но всех их объединяла идея категорического запрета перевода малороссийского языка и других наречий в Западной России на латиницу, усматривая в этом фактор полонизации местного населения.

Шляхетское восстание в Царстве Польском, Северо-Западном крае и Волыни 1863 года с целью восстановления Речи Посполитой в границах 1772 года, показало, что поляки горят желанием объединения в так называемый «трилистник», — Польши, Литвы и Западной Руси. Поляки распространяли листовки и прокламации с обещанием создания украинского государства «от Кавказа до Карпат».

Царское правительство переполошилось этими событиями и бросило войска на подавление восстания. Но еще больше его насторожил сепаратизм на Малороссии, всячески поддерживаемый поляками. Со стороны официальной прессы было организовано преследование украинского движения с увольнением с работы и арестами членов украинских громад.

Как отмечал историк А. И. Миллер, обер-прокурор Синода и шеф жандармов, меры, предлагаемые Валуевым, полностью поддержали. Однако министр народного просвещения Головин уже 20 июля 1863 года ответил Валуеву бурным протестом. Он писал, что вредность или полезность книги определяется не языком, на котором она написана, а ее внутренним содержанием.

В 11 томе «Литературной энциклопедии», подготовленной В. М. Фриче и А. В. Луначарским и выходившей с 1929 по 1939 годы так оценивается Валуевский циркуляр:

«Украинский язык претерпел немало репрессий и ограничений со стороны царского правительства. Последовательное и систематическое искоренение украинского языка нашло свое отражение в валуевском циркуляре 1863 года, наложившем запрет на печатание всей литературы на украинском языке, за исключением художественной, под тем предлогом, что «никакого особенного малороссийского языка не было, нет и быть не может».

Думается, они были правы — в течение 7 лет после Валуевского циркуляра вышло всего 23 украинских книги — столько же, сколько за один 1862 год. По выражению Н. И. Костомарова, «малорусская литература перестала существовать в России».

Что же получается, Советская власть стала на защиту украинской литературы и украинского языка, а сегодняшние радикалы бандеровского национализма решили вырвать с корнем всё то, что нас объединяло, порушив память и памятники.

Но Российская империя, Советский Союз и Российская Федерация разнесены по времени, однако не надо забывать, что они вылетели из одного гнезда под названием Киевская Русь, о генезисе которой уже писалось выше.

Под пятой Литвы и Польши

Негодует на нас небо за наши грехи, а мир за наши добродетели.

Лев Толстой

В XII–XIV веках территория украинских земель с обилием раздробленных и постоянно враждовавших между собой княжеств после нападения кочевников на севере, на побережье Балтики, сложилось новое государство — Литва, которое объединило литовские племена. Оно формировалось в условиях непрекращающейся агрессии со стороны Ливонского и Тевтонского рыцарских орденов, которых поддерживала римская курия и западноевропейские феодалы.

Но со временем, особенно в период правление литовского великого князя Мендовга Литва, выстроив замки-крепости на берегах Немана, и заключив союз с Польшей, стала мощным государством в этом регионе. Почувствовав силу, Литва сразу же стала наступать на белорусские, а несколько позже и на украинские земли.

С временем быстро рос аппетит у литовцев. Скоро они заняли так называемую Черную Русь во главе с Новгородом и всё Полоцкое княжество. После некоторого спада активности, а потом и распада Литвы, пришедший к власти князь Гедимин восстановил страну, расширив государственные владения за счет захвата новых земель. Он занял Менщину, Берестенщину, Волынь, Туровщину и северную часть Киевщины.

Избрав себе в 1323 году столицу Вильно, он стал себя называть королем литовским и русским. Заметьте, не украинским, не белорусским, а русским. Видно считал, что эти пространства издревле являлись землями Руси. Получается ни белорусов, ни украинцев в то время не существовало.

При князе Ольгерде Литва еще больше расширилась за счет захвата Чернигово-Северской земли, новых земель Киевщины, Переяславщины, Подолья. Именно при этом князе территория Литвы на 90 % состояла из теперешних украинских и белорусских земель. Князья этих территорий охотно прогибались, а если точнее — предательски предлагали себя в услужение руководству Литвы.

После смерти Ольгерда к власти пришел его младший сын Ягайло, который из-за внешней угрозы, исходившей от Немецкого ордена и Московского княжества в очередной раз начал сближение с Польшей. Женившись на польской королеве Ядвиге, он заключил в Крево унию с Польшей, одновременно став польским королем и великим литовским князем.

Вот почему в дальнейшей истории влияние Польши на украинцев и белорусов было так огромно, что повлияло на формирование национальных языков двух братских народов и принятие католичества с одновременным отказом от православия, особенно в западных регионах.

Исторические события XIV века продолжали развиваться для Малороссии в неблагоприятном направлении. Именно в то самое время, когда она переживала политический, экономический и культурный спад, ее соседи — Литва, Польша и Московия — входили в период расцвета.

Эти государства быстро развивались и разрастались, поэтому взоры их правителей были обращены на земли своих южных рубежей. При литовском князе Альгердасе в 1350-х годах Литву стали признавать мелкие князьки днепровского порубежья. Они себя объяснимо считали вассалами литовского князя.

В 1363 году войско Альгердаса вошло в Киев, нанеся сокрушительное поражение Золотой Орде, литовцы вторглись в Подолье. Присоединив часть Украины и Белоруссии в ходе вторжения, они считали себя самым большим государством в Европе.

Почему же так быстро огромные и многолюдные малороссийские земли так быстро захватили литовцы, которых было намного меньше, чем украинцев? Дело в том, что основу войска Альгердаса составляли украинцы-вассалы, а потому местное население их встречало с хлебом-солью на всем протяжении их победоносного продвижения по Украине. Поэтому единственным противником для них были монголо-татары, которые вели себя более жестоко, чем литовцы. В летописях упоминаются некоторые рассуждения местных граждан, которые считали «новых гостей» более надежными.

* * *

И все же при всем размахе литовской экспансии на Украине, Литва не оставила столь глубокого следа в жизни местного населения. Гораздо большее влияние оказало завоевание Украины Польшей. Начало ему было положено при Казимире Великом (1320–1370), восстановившем средневековую польскую монархию.

Через несколько дней после смерти последнего независимого правителя Галицийского княжества Юрия II Болеслава на Волыни и в Галичине, закрепился энергичный сын Гедемина — Любарт. Проникновение литовцев на южнорусские земли привело к сорокалетнему военно-политическому противостоянию с Польшей, которая также претендовала на Галицко-Волынское наследство.

Захватническую политику в отношении украинских земель постоянно ощущали на себе местные граждане.

В начале апреля 1340 года, войска польского короля Казимира III вторглись в Галичину. Casus belli («повод для войны» — авт.) нашелся легко. Они быстро захватили Львов и тут же ограбили княжеский дворец.

Свое вторжение король объяснил защитой тамошних католиков от местного православного населения. Однако поляков галичане встретили не так, как литовцев. Местные бояре под предводительством Дмитра Детка дали отпор полякам и установили свою власть. Литовцы оказывали помощь галичанам.

После вторжения Казимира на борьбу с польскими панами поднялось всё население Галицкой земли. Польские и венгерские феодалы были изгнаны, но потом снова наведались — уж больно понравились им эти земли.

И вот в результате удачной военной кампании в 1349 году Казимир подчинил себе большую часть бывшего галицкого княжества и некоторые земли Волыни. В 1366 году поляки полностью оккупировали всю Галичину.

В знак протеста в 1370 году вспыхнуло новое антипольское восстание, которое продолжалось более двух лет. Крестьяне нападали на шляхетские фольварки, маетки и имения, убивали их хозяев, поджигали костелы, расправлялись с католическими священниками — ксендзами.

Восстания проходили волнами с великими всплесками ожесточения, — поджогами барских строений, убийствами ляхов, организацией вооруженных отрядов. Наиболее значительное восстание против поляков проходило в период 1490–1492 годов под предводительством Мухи (он же по некоторым данным — Андрей Борулей — авт.) с общей численностью до около десяти тысяч повстанцев.

Перемышльский епископ Ян из Торговицы, автор польской летописи, писал:

«Какой-то Муха из Валахии за короткий срок из крестьян 9000 войска и вторгся в ту часть Руси, где находится Снятын, взял его и разграбил, потом напал на разные города и села, и иные подчинил себе, аж до Галича»

Не в силах подавить вспыхнувшее восстание польский король попросил военной помощи у Тевтонского ордена. Муху арестовали и заточили в одиночную камеру Краковского каземата, где он и умер по одним данным от голода, по другим — от страшных пыток. Восстание было жестоко подавлено. Много повстанцев поляки казнили.

Подчинение украинских земель и украинского населения Польше явилось важным поворотным пунктом, существенно повлиявшим на судьбы народов этих государств. Крутая переориентация на чужую культуру, на другую религию, вернее ее отдельную ветвь, хотя и христианскую, негативно влияла на сознание галичан.

Литва со временем отыграла свою историческую роль в жизни Украины. Более агрессивная и напористая польская шляхта постепенно вытеснила литовцев из Украины через военное давление на Литву или посредством хитрой и агрессивной дипломатии.

Итак, Польша заняла все мощные позиции и важнейшие плацдармы для своей экспансии на Восток — в сторону России — московских царей. Поэтому перспективы к независимости Украины с каждым годом, если не месяцем, становились весьма проблематичными — они стремительно таяли и испарялись.

* * *

В конце пятнадцатого века на юге Украины возникло новое государство — Крымская орда, которая отделилась от Золотой орды и стала вассалом Турции. Крымские татары были воинственны и агрессивны, чувствуя за спиной турецких покровителей.

В 1485 году крымский хан Менгли — Гирей, подкупленный великим московским князем Иваном III, нападает на Киев и убивает многих местных жителей. Оставшихся в живых уводит в рабство. С этих пор крымские татары постоянно нападали на Западную часть России и Литву. Литва стала опять искать помощи у Польши.

Борьба против крымско-татарской угрозы, а также Московии вынудили Литву в 1569 году заключить в Люблине очередную польско-литовскую унию. Решением заседания объявлялось создание нового союзного государства — Речи Посполитой, с одним монархом, королем польским и великим князем литовским. Именно в это время к Польше была присоединена большая часть украинских земель: Подляшье, Волынь, Подолье, Брацлавщина и Киевщина. А вот Литва потеряла немало своих оккупированных земель. У неё осталась только часть Берестейщины и Пинщины.

Итак, столетиями население теперешней Украины были плавильным котлом могучих политических образований. Падение Галицко-Волынского княжества привело с серьёзным изменениям во всей истории бывшей Киевской Руси. Польша и Россия были во многом дирижерами этих событий, в том числе и кровавых.

* * *

На этом историческом полотне многие классики русской литературной и философской мысли оставили свои исследовательские следы. Николай Бердяев в 1918 году писал, что старая ссора в славянской семье русских с поляками, не может быть объяснена лишь внешними силами истории и внешними политическими причинами.

Русский мыслитель, — глубокий знаток славянской души, пришел к выводу, что народы родственные и близкие менее способны друг друга понять и более отталкиваются друг от друга, чем далекие и чужие. Родственный язык звучит неприятно и кажется порчей собственного языка. В семейной жизни можно наблюдать это отталкивание близких людей, родственников и невозможность понять друг друга. Чужим многое прощают, но своим, близким ничего не хотят простить.

Русские боролись с поляками не только за землю, они боролись против полонизации русского народа, но и агрессивно наступали на народ польский и делали попытки его русификации. Польское государство было раздавлено и разорвано, но его душа сохранилась. Поляки по их понятиям, совершенно не поддаются ассимиляции. Но если польское мессианское сознание и может быть поставлено выше русского мессианского сознания, но в русском народе есть более напряженная и чистая жажда правды.

По замечанию Солженицына тема Польши и поляков существовала в русской литературе почти всегда, так как Польша очень долгое время была самым сильным европейским соседом российской империи. В конце XVI и вначале XVII веков Польша пыталась распространить свое влияние на Русские Земли. Во время смуты появилась даже такая идея, чтобы польский наследник престола Владислав Четвертый Ваза стал царем России. Но начиная со второй половины XVII века ситуация изменилась — Россия начала экспансию на польские территории. Это привело в 1795 году к гибели Речи Посполитой. В разделе ее участвовала Пруссия, Австрия и Россия.

Польша стала частью Русской империи в качестве Царства Польского с 1815 года. Этот период ознаменовался серией восстаний за свою независимость. Философская мысль и русская литература того времени называли Польшу Иудой, говорили — как о предателе Славянства.

Анализ показывает, что существует два полюса в оценке польско-российских отношений — отрицательная Федор Михайлович Достоевского и положительная Александра Ивановича Герцена.

Достоевский писал:

«По внутреннему убеждению моему… — не будет у России, и никогда еще не было, таких ненавистников, завистников, клеветников и даже явных врагов, как все эти славянские племена, чуть только Россия их освободит, а Европа согласится признать их освобожденными! И пусть…не кричат на меня,… что я ненавистник славян! Я, напротив, очень люблю славян…

Распространяться не буду, но знаю, что нам отнюдь не надо требовать с славян благодарности, к этому нам надо приготовиться вперед. Начнут же они, по освобождении, свою новую жизнь, повторяю, именно с того, что выпросят себе у Европы, у Англии и Германии, например, ручательство и покровительство их свободе, и хоть в концерте европейских держав будет и Россия, они именно в защиту от России это и сделают…

Особенно приятно будет для освобожденных славян высказывать и трубить на весь свет, что они племена образованные, способные к самой высшей европейской культуре, тогда как Россия — страна варварская, мрачный северный колосс, даже инее чистой славянской крови, гонитель и ненавистник европейской цивилизации…

Разумеется, в минуты какой-нибудь серьёзной беды они все непременно обратятся к России за помощью…Европа естественный враг их единству, была им и всегда останется, а что если они существуют на свете, то, конечно, потому, что стоит огромный магнит — Россия, которая неодолимо притягивая их всех к себе, тем сдерживает их целость и единство».

По-другому оценивал польско-российские отношения Герцен. Он в статье «Поляки прощают нас» трактовал польский вопрос такими словами:

«Соединитесь с поляками на общую борьбу за нашу и их вольность, и грех России искупится, и мы с гордостью и умилением скажем когда-нибудь миру: Польша не сгинула бы и без нас, — номы облегчили ей тяжкую борьбу».

А, давая оценку действиям русской армии при подавлении польского восстания 1863 года, он так критически их осмыслил:

«Это полицейское усмирение войсками, это те же ружья, которые стреляли в Бездне (населенный пункт Казанской губернии, где в 1861 году произошло восстание крестьян — авт.), это те же приклады, которые били петербургских студентов, это те же штыки, которые будут колоть крестьянина русского…за то, что он хочет с волею землю».

Сегодня власти Польши и Украины в объятиях Европы — Евросоюза и США. Надолго ли? Деньги с легкостью берутся чужие, а отдавать придется свои, а их надо еще заработать. Где и как? На него пока нет вразумительного ответа у нынешних властей на Украине…

Запорожская сечь

Казанской Божье матери — защитнице Сечи,

Молились запорожцы в часовне у свечи.

И вот затылки, бритые с веселым хохолком

Создали братство вольное на землях за Днепром.

Сергей Пилигрим

Первое письменное упоминание о создании в низовьях Днепра укрепленного казацкого лагеря или Сечи оставлено в 1489 году польским хронистом Мартином Бельским. С его слов казаки летом занимались промыслами по Днепровским порогам, — рыболовством, охотой, пчеловодством, а зимой расходились по ближайшим городам, оставляя в безопасном месте на острове в Коше несколько вооруженных огнестрельным оружием и пушками казаков.

Вот так и жили эти самостийщики, начиная примерно с тридцатых годов шестнадцатого столетия. И вот в 1552 году волынским князем Дмитрием Вишневецким на острове Малая Хортица был заложен крупный по тем временам деревянно-земляной замок. Со временем его назовут Сечью.

Надо признать, что Речь Посполитая не оказывала никакой помощи в строительстве этого форпоста. Сечь строилась на кошты исключительно князя Вишневецкого. Будучи дальним родственником Ивана Грозного, Дмитрий Вишневецкий обратился за помощью к Московскому царю, который материально поддержал главного казака. Дмитрий в свою очередь предложил организовать совместный поход против турецких и крымских войск. Но он завершился неудачно, — замок на Хортице после осады и штурма войсками Крымского ханства был захвачен и полностью разрушен.

Сам Вишневецкий со своими казаками в 1558 году перешел на службу к царю Ивану Васильевичу, который ему пожаловал «в вотчину» город Белёв (сегодня это Тульская область) и некоторые земельные наделы в окружении Москвы. В ответ князь «за всё это клялся животворящим крестом служить царю всю жизнь и платить добром его государству». После смерти Д. И. Вишневецкого о крепости забыли, но позорное поражения казаки помнили. Они предполагали, что набеги крымчаков в низовья Днепра могут возобновиться в любое время, поэтому надо готовиться к их отражению.

Вскоре идея создания нового форпоста возродилась конкретными делами, — появлением хорошо укрепленного военного лагеря казаков под названием — Запорожская Сечь. В зависимости от военно-политической обстановки Запорожская Сечь нередко меняла свое место расположения. По мнению историков за всю историю Запорожского казачества существовало восемь мест расположения Сечей, находившихся в нижнем течении Днепра, за днепровскими порогами. Всего Запорожские Сечи просуществовали, поочередно сменяя одна другую, около двух с половиной веков. При этом все Сечи имели собственное название по месту своей дислокации и существовали от пяти до сорока лет каждая.

Жизнь запорожцев отличалась тем, что они исповедовали безбрачие. Но дети рождались и о них казаки заботились. Отсутствие брачных отношений связано было по всей очевидности с суровой формой жизни и быта этих людей. Семья была помехой для запорожского казака.

Суд среди казаков руководствовался обычаями Сечи. Он был быстр и доступен. Перед судом были все равны, — начальствующий и простой казак. Запорожцы придерживались православной веры.

Главными источниками доходов на Сечи были: военная добыча и грабеж во время походов, внешняя и внутренняя торговля, дань от перевозов, царское хлебное и денежное жалование. По обычаям лучшую часть добытого имущества запорожцы отдавали на церковь, а остальное делили между собой. Утаивание части добычи казаком считалось особо опасным преступлением. Земледелием казакам не давали заниматься набеги татар, а вот охота и рыболовство получалась. Высоко ценились грамотные люди, поэтому были созданы сечевые, монастырские и церковно-приходские школы.

На вооружении у запорожских казаков были пушки, гаубицы и мортиры. Из носимого оружия в их распоряжении находились самопалы, пистоли, копья, сабли, луки, стрелы, клинки и кинжалы. Деление проходило и по родам войск: пехота, кавалерия и артиллерия.

Реестровые казаки, то есть служившие польскому королю, совершали часто походы. Так они в 1617 году напали на Новгородскую землю, где много чего пожгли и основательно ее пограбили. Потом, опустошив несколько уездов, возвратились в Каргополь с большой массой барахла и пленных, которых по пути продавали в рабство татарам и полякам.

А через год, в 1618 году состоялся поход на Москву во главе с польским королевичем Владиславом. Руководил войском гетман реестрового казачества Петр Сагайдачный. Бельская летопись свидетельствует о начале этого похода, отмеченным взятием казаками небольшого города Ливны, что на Орловщине:

«…А пришел он, пан Сагадачной, с черкесы под украинной город под Ливны, и Ливны приступом взял, и многую кровь христианскую пролил, много православных крестьян и з женами и з детьми посёк неповинно, и много православных християн поруганья учинил и храмы Божие осквернил и разорил и домы все христианские пограбил и многих жен и детей в плен поимел…»

Но вот что интересно, на протяжении своего существования Запорожская Сечь или Войско Запорожское Низовое находилось в той или иной зависимости, то есть служило интересам Речи Посполитой, Московскому Государству, Российской или Османской империям.

О запорожских казаках Н. В. Гоголь писал, что это было «необыкновенное явление русской силы». Он не делал разницы между русскими и украинцами. В повести «Тарас Бульба» главный персонаж, обращаясь к украинским запорожцам, употребляет словосочетание «русская душа». Идея единения слышится и в предсмертных возгласах казаков, погибающих в бою: «Пусть ликует вечные веки Русская земля!» «Пусть же славится до конца века Русская земля!»

А еще о запорожцах он писал как о рукастых людях, — что не было работы, которой бы не знал казак. Смастерить телегу, сделать порох, выполнить кузнечную или слесарную работу — всё он умел…

Говоря о запорожцах, нужно отметить такое явление того периода как раздвоенность казачества на реестровых и сечевых казаков. Реестровые казаки состояли на государственной службе у поляков, и нередко использовались в качестве жандармских и карательных подразделений, в том числе против низовых или сечевых казаков. В Московском государстве с сечевиками всегда считались.

В 1572 году польский король Сигизмунд Второй Август принял на государственную службу 300 реестровых казаков. Эту воинскую часть назвали «Войско Его Королевской Милости Запорожское». Но в 1654 году это войско изменило присяге королю и перешло на службу московскому царю. Таким образом, возникло новое государственное образование в составе Московского государства — «Гетманщина». И опять об Украине ни слова. Войско Запорожское Низовое также перешло в подданство к московскому царю, который рассматривал его независимой дополнительной военной силой. Войско Его Царского Величества Запорожское было распущено в 1775 году указом Екатерины Великой.

Казак Товкач, уводя раненного Тараса Бульбу из-под Дубно во время боя с поляками, говорит: «Хоть неживого, а доведу тебя до Укра́йны». Значит в те далекие времена Украина не только административно, но и по духу была совершенно иной, чем ныне. Поэтому можно только недоумевать по поводу ненависти галичан к Москве, бывшему Советскому Союзу, благодаря стараниям которых их край стал частью Украины. Если бы этого не случилось, Львовщина и по сей день была бы частью Польши. К сожалению, об этом почему-то забывают нынешние хозяева «незалежной».

Здесь уместно вспомнить и злодеев, и героев из верхушки Запорожской Сечи — кошевых атаманов, которые под национальными знаменами и православными хоругвями ходили на заклятых ворогов в лице крымских татар, пришельцев турок, проклятых ляхов и московских бояр. Время, обстоятельства и личности кошевых лепили внешнюю политику и идеологию в головах атаманов, облучая ею рядовых сечевиков.

Кошевые атаманы Запорожской Сечи:

• Евстафий Дашкевич (1472–1535)

• Иван Подкова (1533–1578)

• Дмитрий Вишневецкий (1516–1563)

• Самойло Кошка (1530–1602)

• Григорий Лобода (?-1596)

• Северин Наливайко (1560–1596)

• Яков Неродич-Бородавка (?-1621)

• Петр Сагайдачный (1570–1622)

• Данила Нечай (1612–1651)

• Иван Сирко (1610–1680)

• Иван Сулима (1615–1635)

• Петр Доошенко (1627–1698)

• Яков Барабаш (?-1658)

• Богдан Хмельницкий (1595–1657)

• Петр Сорочинский (1701–1709)

• Кость Гордиенко (?-1733)

• Иван Брюховецкий (?-669)

• Иван Самойлович (?-1690)

• Петр Калнышевский (1690–1803). Погиб после 26 лет заключения на Соловках

Моим родителям довелось родиться и жить на родине последнего кошевого атамана Запорожской Сечи Петра Ивановича Калнышевского и его благодарного потомка земляка — археолога и художника, реставратора, историка, академика Николая Емельяновича Макаренко (1877–1938), который много сделал для того, чтобы воскресить память о знатном казаке.

Каждый народ вправе гордиться своей историей. Но история православных народов — неповторимая, особенная, самобытная. Её тысячелетиями создавали наши предки. Они формировали государственность, по крупицам собирали земли, преумножали культуру, оттачивали свой язык, выковывали свою идентичность и характер.

Поэтому мы с благодарностью должны помнить о днях минувших, изучать и знать историю своего Отечества и своего народа.

Почти сорок поколений писали и творили русскую историю: с 862 года — года образования Русского государства, которое называлось Киевской Русью, до нынешних времен становления независимых государств: Белоруссии, России и Украины.

Историк В. О. Ключевский подсчитал, что с 1228 года по 1462 год только Северо-Восточная и Северная Русь вынесла 160 внешних войн и грабительских набегов. Все они заканчивались для неприятеля крахом, для отечественной культуры — огромным ущербом с потерями уникальных предметов старины.

Культура и искусство — это узел, связывающий опыт с его образным отражением. Опыт, как считал Аристотель, есть знание единичного, а искусство — знание общего. Если цивилизацию можно считать как власть над миром, то культура — это любовь к миру, поэтому, умирая, культура превращается в цивилизацию. Искусство — природа человека, природа — искусство Бога.

Искусствознание и искусствоведение понятия равнозначные. Они объединяют комплекс наук, которые изучают материальные и духовные основы культуры народов всех народов.

В своих лекциях перед студентами Николай Емельянович Макаренко не раз говорил о первых попытках «людей любознательных» создать теорию искусства, подчеркивая, что искусство — это одежда нации.

«Они, эти попытки, предпринимались, — писал он, — ещё в античную эпоху Платоном и Аристотелем, Витрувием и Павсанием, Филостратом и Плинием Старшим.

Новый всплеск развития искусствоведение пришелся на эпоху возрождения трудами Вазари «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих», Викельмана «История искусств древнего мира». Ценный вклад внесли в восемнадцатом веке просветители западноевропейского цивилизованного мира Дидро и Лессинг…»

Он хорошо знал, о чем говорил.

Французский политик Эдуард Эррио писал, что культура — это то, что остается, когда всё остальное забыто.

Эту мысль остро чувствовал Н. Е. Макаренко, считая, что, извлекая из «многометровых земных сундуков» детали прошлого, люди обретают высшую цель — они глубже понимают Родину и больше её любят. Искусство ревниво — оно требует, чтобы человек отдавался ему всецело. Этот тезис хорошо прослеживается в многолетних исследованиях открытых Макаренко точках материальной культуры поселений роменского типа теперешней северо-восточной Украины. К данному бесценному кладу, он возвращался часто на протяжении всей своей жизни, начиная с первых дней исследования этого исторического богатства.

Неисчерпаемым источником изучения творчества славян он считал в первую очередь памятники зодчества, преимущественно храмы, соборы, монастыри, божницы, часовни, иконы и пр. Однако особенно он ценил «предания старины глубокой» в виде предметов славянской культуры дохристианского периода.

«Изучение истории художественного изготовления у славян в дохристианский период ещё не начиналось, — писал ученый. — Материалов для такого труда ещё достаточно не собрано. Разные события и многочисленные факты, связанные с художественным изготовлением, с произведениями искусства, или их мало, или о них ничего не известно. Иногда, даже, отрицаются самые факты существования произведений искусств именно тех древних времен. Не лучше обстоит с проблемой изучения и достижений искусств первых столетий христианства у славян, например, днепровской группы…

Известные архитектурные памятники, настенные росписи, мозаичные композиции. Но только известны… Не больше. Их генезис, их эволюция, их технические особенности ждут будущих исследователей. Что же касается большого отдела — керамического производства или стеклянной продукции с её чудесными формами, или богатого металлического и деревянного производства, резьбы по камню и кости и других художественных промыслов — то по праву можно сказать, что ничего из исследовательских трудов не имеем».

Чувствуется, он болел душой, переживал за предмет увлечения, ставшего смыслом всей его жизни, с которой он связал все свои радости, всё своё счастье и все свои надежды. История Запорожской Сечи была одной из главных мотивов его деятельности по поискам материальных следов этого особенного сообщества Малороссии.

А ещё он как ученый и практик часто доказывал своим некоторым коллегам-реставраторам о том, что на разрушение фресок, мозаичных полотен и вообще настенной живописи влияют не столько внутренние условия содержания храмов, церквей, соборов, сколько внешние.

Эти советы Николая Макаренко тоже исходили из его огромного опыта искусствоведа. Он нарабатывался годами…

* * *

В 1900 году он посещает село Пустовойтовку, расположенное недалеко от города Ромны — родину последнего кошевого Запорожской Сечи Петра Ивановича Калнышевского. Нужно сказать, что жизнь запорожского атамана и его деятельность — это своеобразный срез условий, в которых варилась в последние годы своего существования эта организация истинного народовластия и достаточно высокого экономического развития.

В период исследовательской и поисковой работы Николаем Макаренко следов «славного Калныша», были скудные наработки материалов на эту тему. Ученый часто задавал сам себе вопросы: Кто он был — борец или жертва? Как попал в Запорожскую Сечь? Он был царский сановник или вольнодумец? Почему он попал в немилость к власти, будучи награжденным высоким царским орденом? А не пошел ли он на муки из-за желания спасти жизни своих казаков и лучшей доли родному краю?

После вынужденного отказа от гетманской булавы Кирилла Разумовского в октябре 1764 году, замены Генеральной военной канцелярии Второй Малороссийской коллегией, после превращения украинских генеральных старшин в должностных лиц российского государственного аппарата, знамя малороссийской государственности не попало в имперский архив. Его продолжала нести Запорожская Сечь.

Родился Петр Иванович Калнышевский в 1691 году в слободе Пустовойтовка, основанного переселенцами из правобережной Украины. Историки считали его род выходцами из малороссийской шляхты Лубенского полка. Шляхта — (slahta — род, порода — авт.) — основная часть господствующего феодального класса в ряде стран Центральной Европы.

Существует легенда, что в восьмилетнем возрасте полу сирота Петрик-пастушок (отец у него погиб на поле брани), сын казацкой вдовы Агафьи, пас скот за селом на зеленом прилужье реки Сулы. Вдруг он увидел клубы взвихренной лессовой пыли. Ее поднимали копыта лошадей небольшого отряда вооруженных конников. Как выяснилось потом — это были запорожцы.

— Как тебя, хлопчик, зовут? — спросил один из всадников.

— Петрик, Петрусь, — бойко ответил подросток.

Казаки предложили ему попробовать казачью трубку — «носогрейку». Затянулся Петрусь и тут же закашлялся. Загоготали казаки — «удачно пошуткувалы» — пошутили.

Когда брызнувшие слезы мальчик вытер, то неожиданно спросил:

— А куда же вы, козаченьки, едете?

— В Сечь, Запорожскую, Петрик!

— Так возьмите и меня с собой!

— Ну, если ты уже и люльку казацкую куришь, то садись сзади, — позволил сотник, тот, что «носогрейку» ему одолжил. — Ты, видать, парень бедовый, будешь мне джурой (товарищем — авт.).

Петрика дважды просить не пришлось — он сразу вскочил на коня.

— А отец что скажет? — спросил сотник.

— А нет у меня отца, — потупился Петрусь. — Батько Иван погиб.

— А мать?

— Она меня отпустит.

— Смотайся, предупреди ее…

Скоро он примчался радостным: «Дядьку, отпустила мама меня».

— Ну, так будешь мне и сыном.

И он через некоторое время после водопоя коней двинулся вместе с отрядом туда, где «Луг — отец, а Сечь — мать».

Впервые кошевым атаманом Запорожской Сечи он стал в 1762 году. До своего избрания 70-летний казак являлся военным судьей низового Запорожского Войска. По должностным ступеням это было второе лицо после атамана Запорожской Сечи.

Сразу же после принятия булавы кошевого атамана, в сентябре того же года, царица Екатерина Вторая возжелала увидеться с ним по случаю своей коронации — 22 сентября 1762 года. Он едет в столицу вместе с писарем И. Глобой.

Калнышевский встречается с венценосной особой. Беседует с нею на различные темы, в том числе и казацкого житья. Но царице что-то не понравилось в нем, наверное, дух свободомыслия и его планы на дальнейшее развитие южного казачества. Она принимает решение отстранить его от должности атамана. Нужно отметить, что к середине XVIII века Екатерина своим царским рескриптом отменила прямые выборы кошевого. Она ввела правило назначения руководителей, как это сделано, практически во всех в сегодняшних государствах СНГ.

Но казаки взбунтовались и вопреки воле царицы в 1765 году снова выбрали Петра Ивановича своим кошевым. Он занимал эту должность почти десять лет.

За это время кошевой, умело строя дипломатические отношения и избегая прямой конфронтации с Россией, выстроил самостоятельную политику. Он начал укреплять независимость Запорожской вольницы.

Как рачительный хозяин, видя, что основной причиной зависимости Сечи от российской короны есть в первую очередь поставки провианта, он принимается, выражаясь по-современному, планировать чисто экономические мероприятия — создавалась своеобразная «свободная экономическая зона».

И сразу же Край Запорожский стал преображаться. В диких степях появляются села и хутора-зимовники, в которых селятся беглецы из крепостной неволи, освобожденные узники из татарского и турецкого плена.

Увидев улучшающие условия жизни, сюда потянулись молдаване и болгары из Новой Сербии и Польши. Не обошлось, конечно, и без переманивания их руководством Запорожской Сечи — дипломатия Калнышевского работала активно в округе. Прибывших гостей на поселение он заставлял самим, конечно, с помощью аборигенов «строить жилища и пахать землю».

Результат его «экономических реформ» был таков: появилось 45 новых сел, более 4000 хуторов-зимовников, в которых к 1775 году проживало около 50-ти тысяч хлеборобов.

Калнышевский достаточно много внимания уделял не только экономическому развитию Сечи, но и так сказать гуманитарной сфере. Следил за состоянием просвещения молодого поколения казаков, чтобы школы своевременно и достаточно обеспечивались помещениями, продуктами, книгами.

Нужно сказать, что образование финансировалось за счет «войскового кошта», — (войсковых средств — авт.) При дележе прибыли от торговли и военной добычи часть этого самого кошта обязательно выделялось на школы. Это было что-то наподобие ренты, которую до сих пор в России не могут утвердить и узаконить власти от прибылей в ходе добычи полезных ископаемых и торговли, в частности, газом и нефтью.

Телесные наказания в школах были запрещены, глубоко воспринимались разъяснения и «искреннее раскаяние». Слово «каяться» высоко ценилось в Сечи. Уже тогда в запорожских школах существовало так называемое «куренное управление» — аналог современного ученического и студенческого самоуправления.

До поры до времени Екатерина Вторая молчала, так как затевалась война с Турцией — дополнительная воинская поддержка не помешала бы. И нужно отметить, казаки храбро сражались с иноверцами — крымскими татарами и турками в период русско-турецкой войны 1768–1774 гг. Они не только ловко устраивали «скрадки» (засады — авт.), но и бесстрашно атаковали турок. Выносливость у них была поражающая воображение. Они неделями без отдыха могли мотаться в седлах, выслеживая неприятеля или сидеть в засадах, ожидая его.

В 1770 году царица за особые заслуги казаков в боях против турецких войск всему войску Запорожскому объявила благодарность, а самого кошевого даже наградила высшей наградой империи — орденом Андрея Первозванного. Через три года ему было присвоено воинское звание русской армии — генерал-лейтенант.

Рос авторитет войска Запорожского, но в столице Российской Империи уже готовились черные планы расправы над казачеством из-за боязни его расширения и разрастания. Как говорится, на охоте зверя-жертву надо сначала заманить, а потом прикончить.

Не случайна реакция Императрицы была такова:

«…Внедряя собственное земледелие, разрушали они тем самым основу зависимости их от престола Нашего и мыслями, конечно, образовать из себя посреди отчизны область, полностью независимую, по собственным своим неистовым управлениям».

Нужно сказать, что авторитет Запорожской Сечи к этому времени был огромен. В Войско Запорожское желали записаться и записывались многие россияне, особенно молодежь.

В 1772 году новороссийский генерал-губернатор, фаворит царицы Григорий Александрович Потемкин разыграл фарс, попросил П. И. Калнышевского записать и его в казаки. В своем «мягком» письме он называл атамана «неразлучным другом». В нем он писал:

«…уверяю вас чистосердечно, что ни одного случая не пропущу, где усмотрю принести любую желаниям вашу выгоду, на справедливости и крепости основанную».

Но через год не без помощи того же Г. Потемкина Запорожская Сечь была уничтожена. В начале июня 1775 года 100-тысячное войско под командованием генерала П. Текели, бывшего австрийского офицера, наемника, пятью колонами открыто приблизились к стоянке Сечи, и плотным кольцом окружило её. Время было выбрано удачное — в Сечи находилось всего несколько сотен казаков, — остальные были кто в походах, кто на работах. Во избежание кровопролития и возможных больших жертв с той и другой стороны 85-ти летний кошевой атаман Петр Иванович принимает мудрое решение сдать Сечь русским войскам без боя. После этого кошевой атаман П. Калнышевский, военный писарь И. Глоба и военный судья П. Головатый были арестованы и таким образом оказались в плену.

Нужно отметить, что за жизнь в Сечи Петр Калнышевский стал богатым собственником. При аресте в его зимовниках и хуторах было описано 639 лошадей, 1076 голов крупного рогатого скота, 14045 овец, 2175 пудов зерна. Его крепкое экономическое положение содействовало политической карьере в Сечи.

В августе 1775 года царица издала указ, в котором говорилось:

«Сечь Запорожская окончательно уже разрушена, с уничтожением на грядущие времена и самого названия запорожских казаков, не менее чем за оскорбление нашего Императорского Величества за поступки и дерзости, которые совершаемы были от этих казаков, которые совершаемы были от этих казаков непокорностью нашим высочайшим Повелениям».

Калнышевского сначала отправили на родину в Пустовойтовку, обещая ему волю. Но через некоторое время в село прискакал эскадрон гусар. Его арестовали, заковали в кандалы по рукам и ногам в местной кузнице и повезли в Москву.

Существует предание, когда местный кузнец заклепывал запястные наручники кандалов, то плакал и просил прощения у своего земляка — кошевого атамана.

В российской столице над ним был учинен допрос с пристрастием в помещении Военной коллеги, а потом его повезли якобы в Архангельск.

В указе ничего не было сказано о конкретной судьбе атамана. А она была связана с Соловецким заточением. Глобу и Головатого отправили на каторгу в Сибирь. Там в ссылке, в северных монастырях, они и закончили дни пребывания на грешной земле.

В Соловках Петра Ивановича разместили 30 июля 1776 года в одном из самых мрачных казематов крепостной тюрьмы. Режим содержания был исключительно суровым. Фактически бывший кошевой Сечи оказался практически заживо замурованным, так как на прогулку его выводили трижды в год: на Пасху, Преображение и Рождество. Охраняли «великого грешника» в течение многих лет одни и те же стражники во главе с начальником Соловецкого сторожевого отряда. Всесильный Г. Потемкин тоже не забывал «своего друга» и периодически запрашивал Синод, жив ли ещё Калнышевский?

В каменном мешке Петр Иванович пробыл 16 лет. После этого над ним «смилостивились», предоставив отдельную камеру, где он провел ещё 9 лет. 110-летний узник, который за 25 лет отсидки в потемках, ослеп на оба глаза. Скоро он обрел, наконец, свободу.

Указом от 2 апреля 1801 года царя Александра Первого его освободили. Но он уже никуда не выезжал «путя не бачыв». Он недолго наслаждался свободой, ожидая «приближающегося конца своего жизненного пути». Осенью 1803 года он скончался, «отдав Богу душу на главное судилище».

До сих пор на центральном дворе Соловецкого кремля перед Преображенским собором лежит надгробная гранитная плита с могилы последнего кошевого атамана Запорожской Сечи.

Уже после возвращения в Киев пытливый Николай Макаренко нашел много «интересного материала», то есть чисто экономического, о днях существования последнего коша Запорожского и причину такой неблагодарной реакции царицы Екатерины Второй на его предводителя Петра Ивановича Калнышевского.

Думается, рассуждения с коллегами о роли Запорожской Сечи и последнего её руководителя, — своего земляка Петра Ивановича Калнышевского, активизированные впечатлениями от посещения родины кошевого, не остались незамеченными теми, кто «пас» ученого. Ясно, что в досье его не прибавилось алиби, увеличилось подозрений о причастности к разделению националистических убеждений.

В период «ежовщины» хлопчик из села Москаливка, что на Полтавщине (теперь это Сумская область — авт.) был арестован и вскоре расстрелян.

Сегодня в Пустовойтовке высится памятник последнему кошевому атаману Запорожской сечи.

О судьбе Н. Е. Макаренко автор написал книгу «Прометей и власть».

Завершить главу о запорожских казаках хочется словами Николая Гоголя:

«Это было «необыкновенное явление русской силы».

Гоголь не делал разницы между русскими и украинцами. Тарас Бульба, обращаясь к украинским запорожцам, употребляет словосочетание «русская душа». Идея единения Руси слышится и в предсмертных возгласах казаков, погибающих в бою:

«Пусть ликует вечные веки Русская Земля!»

«Пусть же славится до конца века Русская Земля!»

«Пусть же цветет вечно Русская Земля!»

Хмельницкий и Андрусовский договор

«Мой меч! — Хмельницкий восклицает, —

Жив Бог!..и ты погиб злодей!

Заря свободы засияет

От блеска мстительных мечей!»

Кондратий Рылеев

Гетман Войска Запорожского Богдан Михайлович Хмельницкий (1595–1657), почитаемый в России и на Украине в разные времена. И только с приходом к власти майдонутых галицийцев в 2014 году он стал зрадныком (предателем — авт.) «незалежнной». И вот я читаю статью на одном из сайтов украинского варианта под названием «Богдан Хмельницкий: Предатель Украины» за подписями Стива и Эдварда Галицких:

«В 1648 году после 184 лет Речь Посполитая пыталась официально включить Украину (Русское княжество) в свой состав. Парламент Речи Посполитой ратифицировал этот договор. Но, в ближайшее время Богдан Хмельницкий и его приспешники подняли украинцев на восстание против Речи Посполитой. Договор был отброшен, и будущее Украины было уничтожено».

Статья датирована 2010 годом, когда галичане после первого майдана заполонили Киев. Ющенко, ставший с третьей незаконной попытки переголосования президентом Украины, подтянул русофобские силы из западных областей Украины в столицу, словно знал, что они пригодятся через десять лет для второго майдана. Он щедро раздаривал им квартиры в Киеве, районные и областные администрации восточных регионов заполнил выходцами из Галиции. В те годы автор обратил внимание, что руководителями правоохранительных органов — милиции, прокуратуры и органов СБУ в восточных областях были исключительно специалисты западники. Это явление вызывало беспокойство у местных политических элит.

О жизни гетмана Малороссии Богдана Хмельницкого в литературе мало чего известно. Но хрестоматийно есть смысл пройтись по его жизненным вехам. Родился он в семье чигиринского подстаросты Михаила Хмельницкого и казачки Агафьи на хуторе Субботове. Происходил из шляхетского рода, учился в иезуитском коллегиуме во Львове.

В 1620 году во время Молдавской кампании попал в плен к туркам. По возвращении из плена вступил в реестровое казацкое войско. Но когда на его хутор напал польский подстароста Чаплинский, ненавидевший Хмельницкого, разграбивший отчий дом и уведший вторую жену Богдана Гелену, обвенчавшись на ней по католическому обряду, у казака проснулось чувство нескрываемой мести.

Сначала Хмельницкий пытался найти управу на преступника в суде, но там ему ответили насмешкой. А за попытку «поиска правды» его даже арестовали.

Ответной реакцией после освобождения из тюрьмы было его прибытие в 1648 году в Запорожье. Собрав вокруг себя запорожцев на острове Томаковка, Богдан решил атаковать польский гарнизон под руководством черкасского реестрового полковника Станислава Юрского на Никитском Рогу, недалеко от современного Никополя. Он разбил польский гарнизон. Юрский, почувствовав неприязнь к нему своего воинства, сбежал. Его казаки присоединились к отряду Хмельницкого. Понимая, что сил у него маловато, чтобы воевать на равных с поляками, он решил усилить свои ряды за счет крымских татар, для чего вступил в переговоры с крымским ханом. Тот выделил Богдану войско во главе с перекопским мурзой Тугай-беем.

Победоносные битвы казаков Богдана Хмельницкого при Желтых Водах, Корсуне и Пилявцах показали, что поляки не силах удержать освободительный порыв украинского казачества. В 1648 году гетман осадил Львов и 15 октября взял Высокий Замок. Но он не собирался захватывать город — ему нужны были деньги от контрибуции за снятие осады. Поляки согласились с требованием Богдана и привезли к нему в лагерь 220 тысяч злотых деньгами и товарами. После чего гетман повернул свои войска домой, и на второй день после нового 1649 года триумфально въехал через Золотые Ворота в Киев.

Выступая перед громадой, митрополитом и послами он четко заявил:

«Правда есть, что я маленький незначительный человек, но это Бог мне дал, что ныне я единовладелец и самодержец руський… (не украинский — авт.) Выбью из лядской неволи весь руський народ, а что раньше я воевал за свой вред и неправду, то отныне я буду воевать за нашу веру православную…

Отрекитесь от ляхов и с казаками оставайтесь, потому что Лядская земля згинет, а Русь будет господствовать…Свободно мне там распоряжаться, мой Киев, я хозяин и воевода Киевский, дал мне это Бог…с помощью моей сабли».

С этого времени начались переговоры с русским царством.

В июне 1648 года Хмельницкий направил важнейшее историческое письмо Московскому царю Алексею Михайловичу. В нем он просил принять Украину под власть России. Этим документом Богдан раз и навсегда определил свою политическую ориентацию.

Чего же он хотел?

Прежде всего, чтобы национально и культурно идентичные территории, волею судеб разделенные на многие годы, вновь были объединены в рамках одного, могущественного государства. Но царь не мог сразу же объявить войну Польше по причине смуты в столице из-за соляного бунта. Причина его — введение огромной таможенной пошлины на ввоз соли в страну для пополнения казны. Результат — цена на соль выросла почти в три раза. Вместе с тем подорожали и другие товары.

Царь выжидал удобного момента для заключения договора с Хмельницким. А гетман не ждал — он проводил свою военно-политическую линию.

В декабре 1648 года Богдан со своим войском вошел в Киев, а на следующий год наголову разбил очередную польскую армию. Украина в результате этого получила широкую автономию в составе Польши. Авторитета Хмельницкого в Польше не могло быть — для ляхов он был враг.

Собрав силы, он в 1652 году нанес новый удар по польскому войску. Только после этого русский царь Алексей Михайлович решился открыто поддержать Украину. Земский Собор 1653 года единогласно и торжественно подтвердил готовность России принять под свое покровительство Украину.

События развивались стремительно. Уже 1 октября 1953 года на Украину выехала большая делегация — официальное посольство во главе со стольником и воеводой Василием Васильевичем Бутулиным.

8 января 1654 года на созванной Переяславской Раде, было заявлено о переходе подконтрольных восставшим территорий под протекторат России. С разделом Польши Правобережная Украина, Волынь и Подолье в 1772–1795 годах постепенно влились в состав Российской империи.

Так Украина вошла в состав России.

По соглашению 1654 года высшую власть над Украиной стало осуществлять царское правительство, а вот управление казацким войском и администрацией осталось за выборным гетманом. Сохранилась выборность всех должностных лиц, военно-административных и судебных органов, а также городского самоуправления.

Что касается права на землю, то они были сохранены за украинскими шляхтичами, казацкой старшиной, православными монастырями и властной верхушкой горожан. В то же время, опираясь на поддержку царского правительства, Хмельницкий и его преемники требовали от крестьян послушания перед властью и феодалами — «звыклого (привычного — авт.) послушенства». Но не всегда это получалось — большая часть крестьян, горожан и рядовых казаков «громкими действиями» народных выступлений заявляла, что они не приемлют попыток отдельных казаков из старшины оторвать Украину от России и возвратить ее польским панам или передать ее турецким феодалам.

После смерти Богдана Хмельницкого в 1657 году гетманом стал Иван Выговский. Он посчитал, что Украине под Польшей будет выгодней, чем подчиняться России. И уже спустя год после смерти «славного Богдана» новый гетман подписал в местечке Гадяч (сейчас это райцентр Полтавской области — авт.) договор, по которому Украина должна была возвратиться под корону польского короля.

Но к этому времени обессиленная войнами Варшава была не готова содержать Украину в качестве протектората. Тогда русофоб Выговский обратился к Турции и начал вести переговоры о принятии Украины в ее подданство. Но массы рядового казачества воспротивились этому. Начался ропот, прокатились антигетманские выступления с угрозами расправиться со «зрадныком» — (предателем — авт.).

Боясь скоротечности и суровости судов за подобные обвинения, Выговский под покровом ночи с семьей и своей преданной ему охраной бежал в Польшу.

Москва понимала, что среди рядового казачества у неё много союзников, поэтому старалась укреплять свои позиции на Украине. Малороссийский приказ 1663 года поставил местную администрацию под контроль царских воевод, которым вменялось право сбора податей с украинского населения.

Российские войска размещались гарнизонами в больших городах Украины. Особенно крупные воинские части стояли в Киеве, Нежине, Новгород-Северском, Кремечуге, Кодаке, Остре, Чернигове, Полтаве и других населенных пунктах.

В то же время царизм поддерживал правящую верхушку украинской шляхты и старшины, оказывая им всяческую поддержку в подавлении антифеодальных выступлений.

Воссоединение Украины с Россией имело огромное значение для судеб обоих народов. Украинцы были избавлены от порабощения их Польшей или поглощением султанской Турцией. Теперь легче стало бороться совместными силами против разного рода захватчиков. Активизировалась взаимовыгодная торговля. Украина поставляла на российские рынки шерсть, кожу, скот, спиртные напитки, селитру — важный компонент при производстве пороха и другие товары. Русские купцы на многочисленных украинских ярмарках продавали соль, изделия из железа, меха, мед, изделия для мукомольного ремесла. Сближение двух этнически близких народов способствовало развитию и углублению культурных связей.

* * *

Остановимся более подробно на этом времени и событиях в нем.

Активная фаза затянувшейся русско-польской войны 1654–1667 на территории современной Украины и Белоруссии завершилась перемирием. Россия и Речь Посполитая решили поделить в очередной раз эти земли, теперь уже в результате Андрусовского договора. Переговоры велись в расположении деревни Андрусова (сейчас это поселение находится в Смоленской обл. — авт.).

По условиям договора, если брать за основу главные решаемые проблемы, было то, что Речь Посполитая официально передавала России Смоленск, Черниговское воеводство, Стародубский повет, Северскую землю, а также признавала присоединение к России Левобережной Украины. Правобережная Украина оставалась под контролем Речи Посполитой.

Киев передавался России сроком на два года. Однако Россия сумела удержать «мать русских годов» и закрепить его за собой в 1686 году после уплаты 146 000 рублей.

Запорожская Сечь подпадала под совместное русско-польское управление. В договоре так и отмечалось, что казаки переходили «на общую их службу от наступающих басурманских сил». Имелись в виду воинствующие турки и крымские татары, постоянно совершавшие кровавые набеги на славянские города и села.

Россияне и поляки обязывались оказывать материальную и военную помощь казакам Сечи в случае нападении крымских воителей на земли России и Речи Посполитой.

На фоне положительных моментов договора итоги перемирия больно ударили по казачеству, которое посчитало себя обманутым. Фактически разделение украинских земель произошло без их участия. Они были просто поставлены перед фактом, что явилось причиной всевозможных раздоров и измен среди казацкой старшины.

Так левобережный гетман Иван Брюховецкий, приобретши желанную булаву и получив от царя звание боярина, сразу же забыл обо всех своих обещаниях, старался удержать власть не заботой о простом народе, а при помощи запугивания его и жестокостей над ним.

Кроме того, начиная с 1667 года, он стал готовить антимосковское восстание. Как раз на Крещение. 19 января 1668 года Брюховецкий собрал в Гадяче тайное совещание украинского руководства, на котором было принято антироссийское решение.

4 февраля он приказал казакам «вежливо предложить убраться россиянам с его терена» — (территории — авт,), а по существу изгнать российскую администрацию в лице воевод с территории его Гетманщины. Больше того, он предложил казацкой старшине всей им управляемой Украине перейти под турецкий протекторат.

Ненавистник России правобережный гетман Петр Дорошенко решил сыграть на этом и потребовал от него булаву, становясь, таким образом, единовластным гетманом всей Украины, но Брюховецкий заартачился. Решили полюбовно договориться. Встретились на Сербовом поле близ Диканьки. Тогда, по одной версии, Дорошенко приказал убить несговорчивого конкурента, а по другой он якобы не хотел смерти вчерашнего соратника во времена правления Хмельницкого и решил ограничиться «гражданской казнью», — приковать его к стволу пушки, пока будет идти над ним суд. Видя накал страстей, хитрый Дорошенко, дабы избавить себя от крови коллеги, приказал своим рядовым казакам решить судьбу Ивана Брюховецкого вполне объяснимым движением руки. Толпа приняла этот знак как смертный приговор.

— Не наш он, зрадником оказался Иван… К басурманам подался…наших жёнок решил отдать в гаремы, — кричали, словно сорвавшиеся с цепи, обозленные казаки дорошенковского отряда.

Стихия недовольства, презрения и гнева быстро распространялась, накаляя обстановку вокруг предателя.

— На дыбу изменника, на дыбу, — стоял сплошной казачий ор.

Сорокапятилетний Иван Брюховецкий, униженный таким оборотом дела, понимал — до большой беды остался один шаг. В его голове промелькнули этапы прошлой жизни, службы у «славного Богдана». Смерть неумолимо приближалась к опальному в этой обстановке гетману. Ему теперь не мог помочь даже сам Бог. Гетмана страх за свою жизнь бросил в дрожь. Он понял, что его отделяет от казни какое-то мгновение.

И вот уже толпа наиболее бойких и разъяренных казаков сорвала с него одежду, сняла с орудийного ствола и стала кричать.

— Ну, шо зраднык, дрожишь, як осиновый лист, — закричал высокий казак с перекошенным лицом, то ли от злости, то ли от негодования. За ним стояло еще несколько таких же молодых и дюжих крепышей. Они буквально выволокли его на небольшую полянку и стали рубить саблями, резать тесаками, гвоздить колками, колоть пиками. Историки утверждали, что толпа его буквально растерзала. Кровавое месиво от того, кто еще несколько минут был живым человеком, гетманом по служебной карьере, свидетельствовало о скоротечной казни предателя.

Чтобы уверить окружающих его казаков-левобережцев, во главе которых оставался запорожский полковник Иван Чугуй в своей непричастности к гибели гетмана, Дорошенко распорядился вывезти тело погибшего в Гадяч и с гетманскими почестями похоронить Ивана Мартыновича Брюховецкого в церкви Богоявления.

В честь гетмана Брюховецкого, получил наименование курень на Запорожье. В краснодарском крае есть станица в его честь — Брюховецкая. Это ли не очередное доказательство — предают только свои.

Еще одним из положительных моментов для России этого перемирия, закончившегося многообещающим мирным договором, было возвращение земель, принадлежащих ей до Смутного времени. Фактор сближение с поляками на почве совместной борьбы против разраставшейся Османской империи тоже имел большое стратегическое значение.

Профессиональный предатель

Забыт Мазепа с давних пор!

Лишь в торжествующей святыне

Раз в год анафеме доныне,

Грозя, гремит о нем собор…

Александр Пушкин

Есть люди, для которых понятие предательства является неотъемлемой чертой характера, путеводной звездой, сопровождающих их с колыбели и до соснового сюртука. Они торгаши товаром, которым служит — совесть. И торгуют они ею чаще всего не по обдуманному намерению, а по слабости характера. Хотя есть и другое мнение — распродажа друзей — не признак банкротства, а признак карьеры, ступеньки к которой, как правило, забрызганы грязью и кровью.

Мне представляется, что возглавляет этот список не безызвестный герой современной майданной Украины, соратник Петра Великого и его предатель Иван Мазепа.

Личность гетмана Мазепы до последнего времени не вызывала особых разногласий среди историков. Вердикт «предатель» был практически единогласным. Однако в последнее время, особенно в украинской «исторической» науке, стало высказываться и иное мнение: не предатель, а патриот.

Мазепа, мазепинцы, мазеповщина, мазеповки сегодня на слуху в «незалежной», которая всё скачет и скачет. И вот за три года майданной власти доскакалась практически до распада. Из этого мистической личности нынче лепят героя борьбы за независимую, соборную Украину. В мазеповках ходят оуновцы, в них необандеровцы шествуют на парадах в честь «революции гидности» — (революции достоинства — авт.). В этой шапке из серого каракуля с типичным вырезом в форме латинской буквы «V» приезжала на переговоры с руководством ДНР и ЛНР известная «героиня» Украины Надежда Савченко.

Давайте вместе попытаемся разобраться в его плюсах и минусах, геройстве и предательстве. Ценники на его товар всегда были кровавыми по последствиям. Он всю жизнь что-то и кого-то продавал и предавал, продвигаясь с каждым своим шагом коварства на ступеньку выше по карьерной лестнице.

Когда и откуда он появился и как сделался объектом внимательного рассмотрения для историков?

Иван Степанович Мазепа (1639–1709) родился в шляхетской (дворянской) православной семье в селе Мазепинцы. Сейчас село входит в Белоцерковский район Киевской области.

В 1659 году Мазепа получил от польского короля Яна-Казимира придворную должность — покоевого шляхтича, смотрящего за спальней пана. Молодой и крепкий Иван Мазепа, пользовался доверием у короля. Была и другая причина держать его при дворе. Благодаря своему малороссийскому происхождению он по существу являлся основным звеном в цепи связи между казачьими атаманами, гетманами и польским двором.

Такая должность сулила ему славу и богатство, авторитет и признание в двух лагерях. Но счастье этого этапа его жизни была птичкой, которую надо было держать крепко, чтобы не покинула хозяина. Она же у него внезапно по его же вине вспорхнула и улетела.

У Мазепы на Волыни была деревушка. Во время визитов в свою «хатыну» он познакомился с некой красавицей — женой местного пана Фальбовского. Возникшее чувство к ней заставило Ивана периодически навещать понравившуюся соседку. Обманутый рогоносец прознал «про это» и решил через своих холопов устроить засаду. Ловеласа поймали и хорошенько «отвовтузили» — отодрали. Затем раздели, связали и голышом привязали к лошади. Пан подошел близко к коню и выстрелил из пистоля. Скакун вздыбился от испуга, и его понесло. Едва живого, в чем мать родила, малороссийского шляхтича и донжуана животное дотащило до дома. Там его прислуга «расшнуровала».

Реакция короля, прознавшего об этом позорном случае, была мгновенной — он удалил его со двора, наверное, с мыслью, — опасно содержать такого жеребца в качестве постельничего при спальнях.

Через некоторое время Мазепа влез в доверие к гетману Правобережной Украины Петру Дорофеевичу Дорошенко. Скоро он стал ротмистром придворной хоругви, фактически начальником личной охраны гетмана, служившему и Польше, и Украине, и туркам, и татарам.

В исторической литературе «службу» гетманства Дорошенко Украине и его воинства оценили как «великую разбойничью шайку».

Однажды Дорошенко вызвал Мазепу и приказал ему осуществить «дипломатическую миссию в Крым».

— Бери, Иван, триста пленных левобережцев и смотайся к хану. Подари ему их, пусть сторонники московитов потрудятся на татарву.

— Добрэ, мий гетману, будэ все зроблэно, як вы хотилы.

Экспедиция отправилась в путь. Но в районе реки Ингул отряд Мазепы захватил кошевой атаман Запорожского войска Сирко, испытывавший животную ненависть к Дорошенко и крымским татарам — частым опустошителям украинских земель. После «дознавательства» кошевой атаман был очарован логикой рассуждений и обещаниями «переломить свои думки», изменить свое миропонимание Мазепой.

Сирко рекомендует его гетману Левобережья Самойловичу. И тут при встрече с гетманом Мазепа добивается того, чего хотел. Проныра и проходимец обаял «старого рубаку». Более того, в нем Самойлович увидел кладезь с западными ценностями. Поэтому гетман назначает его воспитателем своих детей.

Но о новом месте работы Мазепы узнает Москва. Царь потребовал выдачи бывшего ротмистра гетмана Дорошенко. Самойловичу ничего не оставалась, как отправить Ивана к московитам, снабдив его рекомендательным письмом.

Скоро в разговоре с царем Алексеем Михайловичем авантюрист Мазепа убедил его в верности к России, высокой оценке русского воинства и желании служить Москве. Царь поверил увещеваниям шляхтича. Он снова в ставке Самойловича, тот делает его генеральным есаулом. Кстати, в казачьей иерархии это была очень высокая должность, позволяющая часто сносится с «посольским людом» и другими представителями московских властей.

Он стремительно богатеет. Словно царь Лидии Крез, Мазепа становится обладателем несметных сокровищ. Только крепостных душ у него было до ста тысяч в Малороссии и двадцать тысяч на исконно русских территориях.

Исповедуя принцип обогащения, он действовал в широком диапазоне, — от грабежей крестьян, захвата земель и до занятия таким сомнительным бизнесом, как варка самогона и спаивания им своих соплеменников через шинки. Совсем тем, чем занимались евреи по деревням и селам того времени.

* * *

Мазепа слыл профессиональным предателем, и все его измены оказывались удачными для продвижения по службе. Вот небольшой перечень известных его мимикрий. Он изменил польскому королю Яну-Казимиру, у которого был постельничным, предал гетманов Дорошенко и Самойловича, белоцерковского полковника Семёна Палия — руководителя восстания украинского народа против польских властей на Правобережной Украине, князя и полководца двух Крымских походов против татар и турок Василия Голицына, царевну Софью, — дочь царя Алексея Михайловича и сестру Петра Первого и, наконец, самого царя во время Северной войны со шведами в самом важном ее сражении под Полтавой, когда решалась судьба России.

До этого Петр Великий ценил «старания» и «преданность» Мазепы, наградив его учрежденным в 1699 году орденом Андрея Первозванного. Кстати, первым кавалером ордена стал дипломат Федор Головин в год учреждения самой высокой в то время награды в Российской империи. Вторым награжденным стал гетман Иван Мазепа, получивший орден из рук Петра Первого в 1700 году. В 1708 году он был лишен этой награды за измену России.

К слову, сам же царь стал кавалером этого ордена шестым по счету в 1703 году за конкретный военный подвиг — взятие двух шведских боевых кораблей в устье Невы.

Что касается Мазепы — это была его последняя коварная и, как оказалось, неудачная измена с крахом смысла дальнейшей жизни.

За череду своих черных деяний он пришел к нам со своего времени с клеймом изменника и преданным анафеме Православной Церковью.

На современной «оранжевой» и «красно-черной» Украине — он борец за единство Украины и её защитник. Борец «за велику самостiйну незалежну Украiнську державу». Фон его борьбы — борьба с «клятими москалями», этими «вековечными гнобителями» украинского народа. Но эта «боротьба» велась в направлении защиты в первую очередь своего богатства, а не народного.

Каждая измена для него была шагом вперед на пути к гетманской власти. Ставши гетманом и, получив властную булаву, он из защитника, превратился в нападающего в смысле прав и свобод своего народа. Его тяжелую руку скоро почувствовали на себе украинские крестьяне, простое казачество и даже казацкая старшина — руководящий орган казачества.

Чем же он подкупал своих начальников? Прежде всего, изворотливостью в характере с применением в нужный момент некого запаса конфиденциальной информации. Каждая измена для него была шагом вперед и выше на пути к власти.

Объективности ради Мазепа для своего времени был весьма просвещенным человеком: владел кроме родного украинского языка, — русским, польским, латинским, немецким и итальянским языками. Знал голландский, французский, татарский языки. Хорошо разбирался в философии и истории, музыке и поэзии, писал стихи.

В 1705 году, опять же путем интриг, оговоров и предательств в отношении близких, он получает звание гетмана не только Левобережной, но и Правобережной Украины. Ему безгранично доверяет царь Петр. Москва и приближенные царского двора славят «настоящего гетмана».

Именно в то время ходило на его родине такое славословие Мазепе:

«Вiд Богдана до Iванна не було гетьмана».

Шла искусственная популяризация имени соратника царя Петра. Этими словами перечеркивались благие деяния других гетманов Украины, и ставился знак равенства между Богданом Хмельницким и Иваном Мазепой. Но, увы, была между ними разница. Богдан — неутомимый борец с польским владычеством, ляхами — носителями неволи, а Мазепа являлся крупным магнатом, богатеем, помещиком, одержимый порабощением своего народа.

Чем же подкупил Мазепа российского царя, смотрящего в сторону Европы?

В нем он заметил, прежде всего, человека с высокой европейской культурой, так как несколько лет провел в странах Западной Европы. Знал артиллерийское дело — литью пушек обучался за границей. Обладал личным обаяньем, умением понравится собеседнику и блестящим красноречием. Но самое главное царь Петр увидел в нем единомышленника в деле создания новой армии. Именно в духе российского самодержца Петр проверил Мазепу в «делах военных», в ходе которых последний стал активничать с созданием новых полков и своего днепровского флота. Полки «компанейцев» и «сердюков» успокаивали царя. Он, строивший свой флот, был польщен, что гетман в Малороссии выстроил целую флотилию «чаек» и «дубков». С ними он плавал в низовья Днепра, где захватывал и разорял с целью обогащения татарские и турецкие населенные пункты: аулы, поселения и даже небольшие городки.

* * *

Нет смысла говорить подробно о Северной войне и Полтавской битве со шведами — об этих событиях написаны уже сотни книг и тысячи статей. А это повествование имеет другую направленность. После поражения русских войск при Нарве, шведский король Карл Двенадцатый разгромил армию польского короля Августа Второго, лишившего в связи с этим короны Речи Посполитой, решил начать поход против России.

На своем пути к Москве, оккупационная шведская солдатня вела себя агрессивно. Украинское крестьянство, как и белорусское, с ненавистью встретило завоевателей. Селяне убегали в леса, организовывали партизанские отряды, прятали продукты питания и корм для лошадей, убивали фуражиров, помогавших неприятелю. Шведская армия, проникая всё глубже и глубже в необозримые просторы России, постепенно выдыхалась из-за уставалости. Кроме того, голод и холод заставили Карла повернуть из Смоленска на Малороссию.

Мазепа предоставил шведам для перезимовки укрепленные пункты в Северщине, — области, расположенной на северо-востоке современной Украины. Он пообещал помочь оккупантам продовольствием и фуражом и склонить на сторону Карла запорожских и донских казаков.

Шведский король и воитель требовал от подчиненных жесточайшего отношения к славянскому врагу. Приставший к шведам словацкий пастор Даниэль Крман со временем напишет:

«Села и города приказал разорять, а хаты сжигать. Где находил жителей, там убивал их…Много тысяч скота и их (жителей — авт.) добра сгорело».

Веря в победу шведского оружия, осенью 1708 года гетман Мазепа изменил российскому царю Петру. Видя, что Россия в борьбе против шведов осталась в одиночестве, лишившись союзников, он начал переговоры с новым польским королем Станиславом Лещинским — сторонником шведов.

О том, что Мазепа имеет намерение переметнуться к Карлу Двенадцатому в Москву, было отправлено два сообщения-доноса генеральным судьей Войска Запорожского Василием Кочубеем и полтавским полковником того же войска Иваном Искрой. Но Петр, к великому сожалению, продолжая верить уже состоявшемуся предателю Мазепе, считая его своим близким другом и соратником. Царь предупреждениям запорожцев не внял. Больше того, он счел новый донос ложным. Сначала Кочубея и Искру арестовали, доставили в Витебск для «царского розыска». После жестоких пыток Кочубей не выдержал болей, и был вынужден признаться, что оговорил Мазепу. Потом их отправили в село Борщаговку под Белой Церковью, где стоял лагерь Мазепы. Там новый допрос учинил генеральный писарь, наперсник Мазепы Филипп Орлик. Мазепа приказал обезглавить В. Л. Кочубея и полтавского полковника И. И. Искру — им отрубили головы на белоцерковском майдане 15 июля 1708 года.

Прошло немного времени после казни Василя Кочубея и его единомышленника Ивана Искры, и царю Петру донесли, что Мазепа его предал. Царь раскаялся в своей ошибке, назвав Кочубея «мужем честным, славным в памяти».

Но это было последнее предательство украинского гетмана. Он надеялся выиграть очередным актом коварной измены, но судьба жестоко обошлась с ним.

Мазепа обещал Карлу зимовку в своей столице и резиденции городе Батурине. Там были склады с провиантом, фуражом, арсеналы с оружием и порохом, а также имелся хорошо подготовленный и преданный Мазепе гарнизон сердюков (пехотинцев — авт.) и казаков, которыми руководил полковник Д. Чечель.

Шведы повернули в сторону Украины, отказавшись от своего похода на Смоленск и Москву не по доброй воле. Возникла проблема в прокорме армии, началась эпидемия дизентерии, не хватало пороха, артиллерии. Карл лишился в боях большей части лучших тягловых саксонских лошадей.

Но перезимовать в Батурине Карлу с Мазепой и их воинством не удалось. По приказу царя Петра этого сделать не дали войска, возглавляемые князем Меншиковым.

2 ноября 1708 года Меншиков осадил и вскоре взял город.

Читаем у Александра Лазаревского:

«Современник свидетельствует, что Мазепа защиту Батурина против русских войск поручил трем лицам: сердюцкому полковнику Дмитрию Чечелю, начальнику батуринской артиллерии Фридриху Кенигсену и батуринскому сотнику Дмитрию Нестеренко. Ровно через неделю после ухода Мазепы из Батурина, к последнему подступило русское войско, предводимое Меншиковым. Первого ноября у Меншикова с батуринцами шли переговоры: он требовал добровольной сдачи города, а последние отказывались сложить оружие.

Меньшиков без колебания на военном совете принимает решение взять город силой своего войска. В ночь на второе ноября Меншиков вступил в Батурин, благодаря одному из старшин прилуцкого полка Ивана Носа, который указал слабое место в обороне, через которое беспрепятственно можно было проникнуть в крепость.

Таким образом, Батурин был взят без особых усилий. Но за отказ от добровольной сдачи, город был сожжен и разорен, а жители его разбежались, при чем некоторые из них были взяты «в полон на Москву». Защитники Батурина тоже бежали, но были пойманы и казнены».

* * *

Скоро 35-ти тысячная шведская армия подошла к Полтаве.

Царь Петр Первый перед Полтавской битвой обратился к своим воинам с пламенной речью:

«Воины! Пришел час, который должен решить судьбу Отечества. Вы не должны помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру врученное, за род свой, за Отечество, за православную нашу веру и Церковь.

Имейте перед собой Правду и Бога, защитника вашего. А о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога. Жила бы только Россия во славе и благоденствии для благосостояния вашего».

Здесь начались кровавые бои. В поэме «Полтава» А. С. Пушкин писал:

…и битвы поле роковое гремит, пылает здесь и там,

но явно счастье боевое служить уж начинает нам.

С апреля по июль шведы предприняли 20 штурмов Полтавы. Но видно действительно «счастье боевое» было на стороне Петра.

8 августа 1709 года войска шведов под Полтавой были разгромлены русской армией. После Полтавской битвы Мазепа и Карл Двенадцатый бежали на юг к Днепру и, в конце концов, прибыли в Бендеры. Османская империя отказалась выдать Мазепу русским властям. Предатель от переживаний из-за рухнувшей карьеры и потери имущества вскоре занемог и скончался. По распоряжению племянника Войнаровского тело предателя было перевезено в город и порт на востоке Румынии Галац и там с большой пышностью похоронено в пределе церкви Св. Георгия.

Наверное, Петр Первый сожалел, что не поверил Кочубею и Искре, а может и забыл о своих невинных жертвах. У него их было много. А где-то в глубине души ворочался ком понимания, — не возвращаться к людям, которые предавали. Они, как правило, не меняются.

И всё же у любого предательства печальный мотив и такой же конец…

Малороссия

Не знаю, какая у меня душа — хохлацкая или русская. Знаю только, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому перед малороссиянином.

Николай Гоголь

Сегодня на Украине и в России идут жаркие баталии в доказательствах, кто более руський или русский? Киевляне утверждают, что украинцы больше претендуют на это название, так как родиной их предков являлась Киевская Русь. — Так называйтесь русскими и Украину назовите Русью — россияне возражать не станут, — как-то заметил мой сосед, известный литератор, — Москва пальму первенства и делить не собирается. Наше государство давно называется Россией. Хочется подсказать украинским чиновникам, — так что же вам, малороссам мешает жить отдельно от России и Белоруссии? Независимость вы получили без крови, хотя веками боролись, в том числе в потоках крови чужой и своей, но больше своей, за «незалежну» Украину. Четверть века вы живете отдельно и никак не можете наладить нормальную жизнь в суверенном государстве. Вам кто-то и чем-то всегда мешает: то газ не тот, то цена на него высокая, то мало помогает Россия. Как не вспомнить объяснения незадачливого танцора! Никак не можете успокоиться…

Выслушал я этот монолог и подался полистать южаковскую Большую Энциклопедию, дореволюционную — 1904 года издания. Благо приобрел ее в двадцати томах в середине 70-х годов у одного еврея, срочно переезжавшего в Израиль. 200 рэ и антикварные книги на веленевой бумаге оказались в домашней библиотеке.

Открыл раздел: «Украина». Читаю…

«Украина, собственно этим именем назывались при наибольшем развитии польского государства земли, лежавшие вдоль его юго-восточной границы, не имея значения определенного политического термина. Слово Украина имело весьма растяжимый объем и обнимало преимущественно западные части Малороссии, бывшие земли Киевского, Черниговского и Переяславского княжеств.

После Андрусовского мира (1667) Украина разделилась на русскую по левую сторону Днепра и польскую по правую сторону этой реки. Восточная часть Малороссии, составляющая нынешние губернии Харьковскую и прилегающие части губерний Полтавской, Курской, Воронежской и Екатеринославской, не были никогда под властью Польши и населялась мало-помалу беглыми малороссийскими элементами, почему и получила название Слободской Украйны (т. е. свободной Украины)».

А дальше шло описание, раскрытого редакцией энциклопедии понятия самосознания, которое, по мнению авторов статьи об Украине у местного населения малороссов появилось намного позже, чем у других европейских народов.

Та форма возрождения наций, — говорилось в статье, — которая у западных романских и германских народов выразилась в XVI–XVII веках заменою литературного латинского языка — языками народными для славян православных, а отчасти и католиков и лютеран (кроме чехов и поляков) наступила лишь в XVIII–XIX веках.

Национальное же самосознание малороссов, живущих в России, создавалось особой письменной литературой только в начале XIX столетия. Так в 1798 году печатается «Вергилиева Энеида» перелицованная на малороссийский (украинский) Иваном Петровичем Котляревским, который при любых поворотах истории оставался личностью неудобной ни для красных, ни для желто-голубых.

«Основоположник» украинской литературы был оптимист-одиночка. Он, как писал Олесь Бузина, не носил кудлатую шапку, не пил сивуху, не отпускал моржовых усов хвостами вниз, не рыдал над народной долей и не обзывал царя «кровопийцей», а императрицу «сукой», как это однажды сделал Шевченко.

Ему также не посчастливилось родиться в крепостной крестьянской семье, провалиться в прорубь, подобно Лесе Украинке, а также насильно украинизировать самого себя, как это делал маленький русский мальчик Ваня Фитилев, постепенно превращаясь в писателя-самоубийцу Ивана Хвилевого.

Автор добавил бы сюда другую современную кандидатуру искусственной украинизации, несостоявшегося артиста и полководца Константина Игоревича Гришина, который встал на защиту украинской хунты в облике Семена Игоревича Семенченко. Прилепив на плечи погоны, сей фальшивый офицер, долго ходивший с балаклавой на лице, авантюрист и пройдоха, взял на себя командование батальоном «Донбасс» и под Иловайском получил такое «боевое крещение» от донецких шахтеров-ополченцев, что легко раненый едва унес ноги, оставив своих хлопцев в испепеляющем котле.

Потом он пробился за свои «героические» дела на фронте гражданской бойни в депутаты Верховной Рады и сейчас кастерит на всех перекрестках Россию. Модно и выгодно!

Однако вернемся к малороссийским проблемам.

Проявление сознания самобытности украинского народа содействовали научные этнографические, лингвистические и исторические труды профессоров Григоровича, Средневского, Водянского, Максимовича, Костомарова и др.

Они выяснили, глядя с разных точек зрения особенности языка, — быта, мировоззрения и характера малороссов как в историческом их развитии, так и в статическом положении в последнее время. Но проявления симпатий к своему родному языку среди украинской интеллигенции были очень слабы до тех пор, пока после малороссийских писателей Гулака-Артемовского, Квитки-Основьяненко, Гоголя-отца, Гребенки и других не явился поэт с громадным талантом и проповедью мировых общечеловеческих идеалов — Т. Г. Шевченко.

Есть смысл остановиться на личности отца Н. В. Гоголя — Василии Афанасьевиче Гоголе-Яновском (1777–1825) — украинско-русском писателе, поэте, драматурге и государственном служащем. Он автор нескольких водевилей, но до нас дошел только один — «Простак, или Хитрость женщины, перехитрённая солдатом». Он в последние годы жизни являлся директором и актером домашнего театра Д. П. Трощинского — министра и члена Государственного совета.

В общественном смысле большую роль сыграло так называемое Кирилло-Мефодеевское братство, — тайная политическая антикрепостническая организация в Российской империи, созданная по инициативе Н. И. Костамарова в январе 1846 — марте 1847 годов. Организация была названа в честь славянских просветителей Кирилла и Мефодия.

Это была первой попыткой украинской интеллигенции бороться за права украинского народа, одновременно с призывом к народам объединиться в Союз славянских республик (!!!), создать славянскую федерацию с демократическими институтами, (!!!) уничтожить сословные привилегии на местах с крепостническим правом.(!!!) Установить свободу вероисповеданий, свободу мысли, слова и печати (!!!).

В подпольной организации участвовали Н. Костомаров, В. Белозерский, О. Маркович, О. Тулуб, Д. Пыльчиков, П. Кулиш, М. Савич, Т. Шевченко, Н. Гулак, О. Навроцкий, И. Посяда и Г. Андрузский.

3 марта 1847 года студент Киевского университета А. Петров донес властям о существовании тайного братства и о содержании проводимых «братьями» политических дискуссий. В течение нескольких месяцев общество было разгромлено жандармами. Начались аресты. Шевченко отдан был в солдаты, а Костомаров сослан в Саратов…

* * *

Понятие малороссов, использовавшееся в отношении юго-западной группы восточных славян проживающих на территории современной Украины и Польши фигурировало на протяжении XVIII — начала XX веков. Оно, это понятие, появилось среди так называемой Гетманщины в составе Российской империи на почве его объединения с общим монархом и православной верой великороссов.

Русский и малоросс — это души близнецы, пополняющие одна другую, — считал Николай Гоголь, — родные и одинаково сильные. Отдавать предпочтение одной в ущерб другой невозможно. При этом, ни в коей мере не унижая роль украинской культуры, он утверждал необходимость поддержки и развития русского литературного языка. Ведь он, для которого украинский язык был таким же родным, как и великорусский, сумел аккумулировать в себе искреннюю, горячую любовь к малой родине с цельным государственным взглядом. Он считал, что Россия — это страна всех народов, проживавших в ней. Приезжая домой на Полтавщину он часто отвечал друзьям-землякам, — то, что мы пытаемся поделить, на самом деле неделимо.

Он говорил, что нам надо писать по-русски: надо стремиться к поддержке и упрочению одного, владычного языка для всех родных нам племен. Доминантой для русских, чехов, украинцев и сербов должна быть единая святая — язык Пушкина, какою является Евангелие для всех христиан.

Отвечая на вопросы фрейлины русского императорского двора с французскими корнями по отцовской линии, уроженцы Одессы Александры Осиповны Смирновой-Россет, знакомой, друга и собеседницы А. С. Пушкина, В. А. Жуковского, М. Ю. Лермонтова, «острой на язычок», подчас язвительно отзывающей о жизни русского общества, Н. В. Гоголь ей писал:

«Скажу вам одно слово насчет того, какая у меня душа, хохлацкая или русская, потому что это, как я вижу из письма вашего, служило одно время предметом ваших рассуждений и споров с другими. На это вам скажу, что сам не знаю, какая у меня душа, хохлацкая или русская. Знаю только то, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому перед малороссиянином. Обе природы слишком щедро одарены Богом, и как нарочно каждая из них порознь заключает в себе то, чего нет в другой, — явный знак, что они должны пополнять одна другую. Для этого самые истории их прошедшего быта даны им непохожие одна на другую, дабы порознь воспитывать различные силы их характера, чтобы потом, слившись воедино, составить собою нечто совершеннейшее в человечестве».

Это делали успешно малороссы и великороссы в битвах с ненавистными ляхами-поработителями, монголо-татарами, золотоордыцами, шведами, французами и гитлеровцами. Вместе они всегда выходили победителями. Порознь — проигрывали вчистую. Становились беднее, в холоде и голоде…

Сегодняшние националисты бандеровского выкорма утверждают, что Гоголь «зраднык» только за то, что, будучи украинцем по происхождению, глубоко был интегрирован в русскую культуру через свое литературное творчество.

Малороссия, Великороссия, Белоруссия — это трилистник восточного славянства, это святая Троица Великой Руси, которая была поломана предательством в окаянные 90-е годы прошлого столетия — давно и недавно. До этого была большая империя, собираемая нашими предками в течение столетий. Всякие империи создавались большим умственным и физическим трудом предшественников. А еще их стены прочно оседали на фундаменты ценой крови и железа. Таковыми были Киевская Русь, Царская Россия и Красная Империя. Маршевыми двигателями, основными моторами, двигающими нашу страну в сторону Сверхдержавы, были именно эти три республики, вмонтированные в одну государственную машину.

Они вместе с другими республиками СССР в короткий срок выстроили индустриальную страну, победили разруху после гражданской войны, создали привлекательную социальную систему, науку, образование, культуру и, наконец, одолели грозного, невиданного доселе по силе ворога, — вероломный германский нацизм с его главной машиной убийств — вермахтом в войне 1941–1945 годов. А потом шли прорывы за прорывами — удачные ракетные комплексы, первый спутник Земли, первый человек в космосе — Ю. А. Гагарин, первый космический челнок «Буран», первая космическая станция «Мир» и т. д. Это ли не доказательства слаженной совместной работы всего Советского Союза!

Гении Малороссии во все времена связывали свое благополучие с Россией. Так великий западно-украинский писатель, поэт и философ Иван Франко, смело говорил:

«Конечно, Московщина грубо нарушала свободные казацкие порядки, душила свободу слова и мысли, наконец, в конце XVIII века закрепостила значительную часть украинского крестьянства.

И всё-таки не надо забывать, что московское правительство в то же время сумело укротить татарскую орду, которая на протяжении 300 лет почти непрестанно пускала кровь из украинского национального организма, и с которым польское правительство никак не могло совладать. Преодолело турецкое влияние на северном берегу Черного моря и вытеснило турок за Дунай, и что самое важное — уничтожило Польшу как государственную организацию, а, продержав польское королевство в течение 15 лет при конституционно-автократическом режиме, посеяло также на Правобережной Украине и среди великорусской интеллигенции здравые семена либерализма и конституционализма».

Напомню, это говорил галичанин, трезво оценивающий события тех дней высоко ценивший вклад российской культуры в культуру украинскую. Иван Франко с глубокой искренностью отмечал благотворное влияние русской литературы на украинскую литературу и в частности на творчество западно-украинских писателей и поэтов. Он ощущал процесс творческого обогащения при взаимном проникновении русского языка в украинскую мову и наоборот.

И кто бы, что не говорил грязное о взаимоотношениях украинцев и русских, как бы два наших братских народа не настраивали недоброжелатели и враги, непременно придет отрезвление тех, кто сегодня попал под влияние дикой русофобской пропаганды.

Мне волею армейской судьбы довелось служить и прожить долгую жизнь в России, но никогда я не замечал украинофобских настроений средь россиян. Они появились только после майданов, когда «свидоми» украинцы, особенно радикалы Западной Украины, стали массированно и унизительно обстреливать информационными снарядами образ жизни россиян. Запад заранее готовил почву под кровавые провокации на Украине с целью развязывания войны.

Не получилось, — наверное, США и ЕС вместе с НАТО побоялись, что могут получить достойный ответ, а второе — они знали, что не вся Украина может принять участие в войне против России. Практически в Украине живут два народа: украинцы Галичины 600 лет прожившие под разными западными правителями, и восточные, связанные больше с Россией.

В окаянные 90-е годы после распада СССР, когда стала стремительно расти пропасть между Украиной и Россией, мной было написано стихотворение о связи украинской мовы и русского языка, посвященное живым и ушедшим родным и близким Единой Родины, опубликованное в газете «Московский литератор»:

И вновь, как встарь, украинская мова

Славянским корнем душу обожжет,

Когда восходит над бедою слово,

Что верность нашу вечно бережет.

И с ним еще ясней неразделенность

Днепровской хаты с волжскою избой,

Где проклята животная покорность,

Не ставшая славянскою судьбой.

Опричники лихой и чуждой воли

Уже прошли святые рубежи

От Киевских священных колоколен

До северной Архангельской межи.

Но, величая шапкой Мономаха

На землях наших твердый чистый Храм,

Как встарь оденем чистую рубаху

И крикнем мы победное «Ура!..

Да, бороться со злом, зловещими наветами, пасквилями на православное славянство со стороны Запада мы должны и будем это делать всегда, потому что соседям негоже ссориться, а тем более не должны угрожать друг другу — так хотят народы вчерашней общей Единой и Великой Родины.

Одна из авторитетных энциклопедий «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона» 1896 года издания так описала малороссов:

«Малороссы, или южно-русы — одна из трех русских народностей, превышающая по численности в 4 раза белорусов и уступающая в 2,5 раза великорусам. Некоторые видят в М.(малороссах — авт.) потомков древних полян, угличей, тивердов, древлян и других южнорусских племен; но, по-видимому, большинство этих племен исчезло ещё в начале русской истории, подвергшись разорению и смешению с тюрскими кочевниками (половцами и др.), а затем страна была опустошена монгольско-татарским нашествием, причем все оставшееся население бежало на запад.

Здесь в Галиции и на Волыни, и сложилась, по-видимому, малорусская народность (Малая Россия), выступающая уже отчетливо, с особенностями своего языка, в XIV веке. Отсюда она заселила, мало-помалу, все Приднепровье, дав начало различным украинским говорам».

Украинец Н. В. Гоголь, живя в России не «цурався» — (чурался — авт.) малой родины. 9 ноября 1833 года он решил написать несколько статей, посвященных истории Украины:

«Теперь я принялся за историю нашей единственной бедной Украины. Ничто так не успокаивает, как история. Мои мысли начинают литься тише и стройнее. Мне кажется, что я напишу ее, что я скажу много того, что до меня не говорили».

И он сказал одну истину — украинцы и русские — братья. И только прозападные майданники, захватившие силой, обманом и кровью законную власть в Киеве пытаются ее разрушить. Не получиться, потому что они временщики.

Революции и украинизация

Советское государство… родилось по воле масс, восставших против гнета. С первых же дней внутренняя война, развязанная силами реакции, и кровавая иностранная интервенция терзали молодое государство.

Рокуэлл Кент

После распада Российской империи в ходе совершенных двух революций — Февральской и Октябрьской на Украине и в частности в Киеве время было бурное, напрессованное разными и быстро меняющимися политическими событиями. В марте семнадцатого состоялись выборы руководства Украинской Центральной Рады (УЦР), во главе которой стал историк и общественный деятель Михаил Грушевский, заместителями которого стали С. А. Ефремов и В. К. Винниченко.

Радовцы после Февральской революции поддержали Временное правительство Керенского. Более того, 16 мая в Петроград была направлена делегация УЦР во главе с Владимиром Винниченко для переговоров с правительством Керенского с просьбой признать Раду высшим органом власти на Украине и предоставление ей автономии в составе федеративной России.

Но Керенский ответил Винниченко коротко, но ясно — «Рано!».

Винниченко возвратился в Киев ни с чем. Многие радовцы посчитали реакцию Петрограда унижением — ни больше, ни меньше.

В начале мая в Киеве проходит Первый Украинский военный совет, на котором была провозглашена программа создания национальной украинской армии. Военный совет избрал Генеральный украинский военный комитет из 18 человек во главе Симоном Петлюрой.

23 июня 1917 года УЦР провозгласила свой Первый Универсал, на котором было сформировано первое украинское правительство во главе с Владимиром Винниченко. Генеральным секретарем по военным вопросом стал Симон Петлюра.

Приезд в Киев министров Временного правительства М. И. Терещенко и И. Г. Церетели и переговоры немного охладили раж самостийников.

Уже на Втором Универсале в УЦР утверждалось, что «мы, Центральная рада,…всегда стояли за то, чтобы не отделять Украину от России». Больше того, указывалось, что «формирование украинских войск должно осуществляться под контролем Временного правительства».

5 августа 1917 года на Украине прошли выборы в органы городского самоуправления. Сторонники независимости Украины на них полностью провалились.

20 ноября 1917 года Третьим Универсалом Центральной Рады была провозглашена автономная Украинская Народная Республика (УНР), а в декабре 1917 года в Харькове — Украинская Народная Республика Советов. В ответ на это УНР 9 января 1918 года провозгласила т. н. «незалежность» — независимость. В эти январские дни киевляне стали свидетелями прокламаций и объявлений, развешанных и расклеенных на стенах домов, заборах, театральных тумбах и столбах о появлении украинской государственности.

После того, как Четвертый Универсал провозгласил Украину независимой и суверенной страной, большевики организовали восстание в Киеве, жестоко подавленное сечевиками Коновальца и отрядами Петлюры. Более 1500 человек были повешены, расстреляны, заколоты штыками. Об этих кровавых событиях Субтельный и другие украинские историки предпочитают умалчивать. Зато не жалеют красок для очернительства красных воинов, которые разбили на дальних подступах к Киеву отряд киевских добровольцев, состоявших из юнкеров, студентов и гимназистов.

По этому поводу «новые украинцы», представители двух майданов, — «оранжевого» и «революции достоинства», — устраивают траурные митинги и заупокойные молебны с прославлением «павших героев» и проклятий в адрес «московских оккупантов».

На них льются мутными потоками ложь, небылицы и пасквили. Но, когда слушаешь в минуты откровения очевидцев тех событий, приходит другое понимание того, что произошло.

Так, бывший министр Центральной Рады Д. Дорошенко в статье «Памяти тех, что полегли под Крутами», опубликованной в 1918 году в газете «Украинское слово» признавался:

«…Случилось это 17 января 1918 года по старому стилю…

Когда враг стоял уже под Бахмачем, некого было послать для обороны этого важнейшего стратегического пункта, т. е. настоящего «ключа к Киеву». Те «миллионы штыков», на которые еще думала опереться Центральна Рада, давно развеялись как дым. Стояли, правда, в Киеве полки, носившие гетманские имена: был полк Хмельницкого, полк Сагайдачного, полк Дорошенко, был даже полк Михаила Грушевского. Но они, сбитые с толку и деморализованные, провозгласили «нейтралитет».

В Киеве было много «сознательной» интеллигенции, но жертвовать своими головами она не умела или не хотела: только десятки со всего количества приняли участие в борьбе на киевских улицах. Но была молодежь. Она не имела в душе наших сомнений и колебаний. Она не видела разницы между словом и делом. Такой молодежи было не много. Когда настал критический момент, «Вспомогательный студенческий курень» один за два дня собрался и двинулся на Бахмач. Были тут студенты университета и гимназисты. Многие из них убежали из дома, ибо боялись прощания с отцом-матерью, чтобы их слезы не удержали их дома.

Большинство из них перед этим не держало в руках винтовки, в глаза войны не видело. Знали ли те, кто посылал этих детей, что посылают их на убой? Сами они, даже если и знали, что идут на смерть, шли не колеблясь. Направляющими среди них были «украинизированные» (т. е. петлюровские — авт.) офицеры, которые играли в карты и пьянствовали в своем вагоне в то время как враг был уже совсем близко, наседал на станцию Круты. Увидев это. Офицеры гаркнули машинисту, чтобы он двигал к Киеву и сбежали, даже не предупредив своих солдат. И те, кто успел на ходу догнать поезд, спаслись, а тех, кого застигли в десятки раз превосходящие по численности и силе враги, замордовали, не просто убили, а зверски замучили. Это была «трагедия под Крутами», о которой мы со всем этим горем, которое было потом, вроде бы и позабыли».

Короткое дополнение к этому пояснению Дорошенко внесла Наталия Полонская-Василенко в своем двухтомном исследовании «История Украины», впервые изданной в Мюнхене в 1976 году:

«Бахмач защищал отдел киевских юнкеров. В помощь им пришел из Киева отдел студентов — 300 штыков: они были уничтожены под Крутами 28 января».

Однако никто из приверженцев майданов с революциями «оранжевой» и «достоинства» не упоминает, что оплакиваемы ими юноши на гибель были обречены пославших их на войну Центральной Радой и предавшими их на поле боя петлюровскими офицерами. Как же похожа крутовская хроника позора на бездарность командования войсками «незалежной» времен гражданской бойни на Донбассе, когда ополченцы показали, что борцов, защищавших свои права на свободу слова, языка и работы никакие армии не смогут одолеть. Они доказали это тремя позорными для узурпаторов власти в Киеве семью котлами. Наиболее большими и кровавыми были Изваринский, Иловайский и Дебальцевский.

Политические организаторы их спокойно воровали деньги, отпущенные на войну с собственным народом, старшие офицеры бежали с поля боя, оставляя необстрелянных юнцов и таких же отцов семейств биться до последней капли крови нет, не за свободу Украины, а сохранность награбленных у народа денег олигархами в политике.

Как точно передал события, происходящие сегодня на Донбассе поэт:

Я плачу, хоть плакать сегодня нельзя,

О вас — из родного Донбасса друзья.

На площади мысленно с вами стою

В сплоченном жестокой бедою строю.

Стоит за себя справедливость и честь.

И сердце, и разум, и мужество есть.

Противник Донбасса и подл, и жесток,

Но с вами — Большая Россия и Бог.

И ночью, и днем, и во сне, и без сна

Я вижу Донбасс. Там в Донбассе — весна.

Там чувств оскорбленных кипит кипяток,

Там бой принимает мой Юго-Восток!

Кто и когда осудит тех, кто убивал и убивает самолетами, танками, ракетами, пушками и минометами тысячи ни в чем не повинных собственных граждан? Вопрос риторический? Нет, на него надо будет отвечать тем, кто затеял эту кровавую сечу. Время это придет! Обязательно придет!

* * *

После Брестского мира в феврале 1918 года немецкие войска оккупировали территорию УНР, разогнали Центральную Раду и провозгласили через «Съезд хлеборобов» генерал-лейтенанта Русской императорской армии Павла Скоропадского гетманом Украинской державы. Петлюра был арестован, посажен в Лукьяновскую тюрьму, но вскоре был освобожден по указанию германского командования. Своим освобождением он был обязан немецким социалистам из берлинского парламента — Рейхстага.

Скоропадский потом напишет в мемуарах, что «вынужден был освободить Петлюру по настоянию немцев, которые угрожали в противном случае освободить его силой».

Петлюра после выхода из камеры пообещал не вмешиваться в политическую жизнь страны, но, обманув власти, и на следующий день выехал в Белую Церковь, где возглавил антигетманское восстание. Войска Директории УНР 14 декабря захватили Киев. Скоропадский бежал. Директория стала высшим органом власти УНР.

В начале октября 1918 года после развала монархической Австро-Венгрии командование Красной армии во главе с Главкомом Вооруженных Сил (ВС) РСФСР И. И. Вацетисом, понимая, что кроме Колчака и Врангеля, большую опасность для советской власти представляют недобитые части германо-австрийских и украинских национальных войск, подготовило директиву. В ней говорилось о срочном создании т. н. «Группы войск курского направления». В состав группы вошли 1-я и 2-я Повстанческие дивизии. В ноябре Брестский мирный договор был аннулирован.

30 ноября была образована Украинская советская армия под командованием В. А. Антонова-Овсеенко. Боевые действия развивались стремительно, и в феврале 1919 года красными был взят Киев. Однако надо отметить, что, начиная с ноября 1917 года, Киев многократно переходил из рук в руки, власть постоянно менялась. «Днем одна, а ночью уже другая» — часто с сарказмом констатировали киевляне.

В январе 1919 года произошло формальное объединение УНР с Западно-Украинской народной республикой (ЗУНР), включавшей земли бывшей Австро-Венгрии. Директория повела себя дерзко, заявив о том, что на территории УНР находятся красноармейские части и практически началась необъявленная война. Совет Комиссаров отверг эти обвинения.

31 августа 1919 года в Киев вступили части Добровольческой армии ВС Юга России, Галицкой армии и армии УНР.

Гоноровые головы Директории объявили войну Советской России. Ответ был коротким — уже в апреле войска украинской Красной армии и повстанцы разгромили петлюровцев. Члены Директории бежали из Киева.

14 октября город был взят красноармейцами, через двое суток Добровольческая армия отбила город.

21 апреля 1920 года Петлюра от лица УНР заключил договор с Польшей о совместных действиях против советских войск.

7 мая 1920 года в Киев вступили части Войска Польского, а уже в середине июня днепровскую «мать русских городов» взяли войска Красной армии. 12 июня 1920 года Киев окончательно вошел в состав Украинской ССР, а с 1934 года стал ее столицей, перенесенной из Харькова.

Договор с Польшей Петлюра заключал с одной целью — разгромить красные войска. Но это ему не помогло возвратиться на белом коне в Киев — Петлюру на катафалке отвезли на погост после убийства С. Шварцбардом в Париже в 1926 году. Убийца обвинял Генсека по военным вопросам в организации погромов евреев в период своего правления и убийстве близких родственников обвиняемого.

Французским судом присяжных Шварцбард был полностью оправдан.

Но вернемся к ЗУНР.

Эта западно-украинская республика прекратила свое существование в ходе летнего наступления Красной армии в 1920 году. И уже в 1921 году территорию ЗУНР разделили с одной стороны Польша и с другой — РСФСР, УССР и БССР по условиям Рижского мирного договора.

* * *

8 20-е годы прошлого столетия, во времена ленинской «Новой экономической политики» (НЭПа) Украина жила слухами «народного творчества»: о скорой войне со странами Антанты, с Румынией, Польшей. Даже в 1925 году украинские обыватели шептались, что неизбежно возвращение Петлюры вместе с польскими войсками. Есть смысл показать анализ «народного творчества», отраженного в некоторых СМИ того времени:

— Петлюра уже занял Крым,

— Английская эскадра с целью блокады Одессы уже прошла Дарданеллы,

— Лига наций на 1929 год утвердила образование государства Украина состоящего из УССР, Крыма, Кубани и Западной Украины,

— Началось восстание в Красной армии,

— Ленин и Троцкий бежали из Москвы,

— На Донбассе протестующих рабочих согнали в шахту и затопили 400 человек,

— Ленин не умер, а убежал за границу,

— Москва на военном положении в связи с восстанием крестьян и рабочих,

— Ленинград идет против Москвы,

— Сталин арестован Калининым и Ворошиловым и т. д. и т. п.…

Эти слухи ненавистники Советской России в целом приравнивали к идеологическому оружию, которое по их пониманию должно быть убийственным для новой еще хрупкой власти в Москве.

Но, несмотря на сжимающие военно-экономические тиски, губками которых были Запад с еще живущей Антантой и разросшаяся внутренняя пятая колонна, индустриализация советской Украины шла форсированными темпами. Кстати, именно Украина определялась по Первому пятилетнему плану как основной плацдарм проведения индустриализации в СССР, поскольку именно на Украине находились основные угольные месторождения и предприятия металлургии. Их надо было ускоренно развивать. То, что осталось от хваленного нынче 1913 года, было далеким от истины — мы серьёзно отставали от Запада. Это показала Первая мировая война.

Не случайно в это время Сталин честно признался и высказал пророческие слова:

«Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние за десять лет. Или мы сделаем это, или нас сомнут».

В 1-ой пятилетке только на Украине предполагалось соорудить 400 новых промышленных предприятий. Индустриализация Украины, как и всего Советского Союза, проходила за счет крайнего перенапряжения трудовых и промышленных ресурсов. Материальные стимулы в работе часто заменялись моральными, например введением такого мотива как «социалистическое соревнование».

Помню, как отец — машинист паровоза, — еще в конце сороковых считался в депо станции Сарны мастером вождения тяжеловесных поездов. Он приносил домой огромную бронзовую звезду с красной колодкой, для полировки. На колодке красовался выбитый текст: «Победителю социалистического соревнования». Этот знак прикреплялся с правой стороны будки машиниста. Идя в школу мимо депо, я с гордостью созерцал трофейный паровоз отца серии ТЭ-4566 с золотой звездой на протертой мазутом стенке будки локомотива.

С конца 1920-х годов до рокового сорок первого года на Украине было построены сотни новых промышленных предприятий: «ДнепрГЭС», «Запорожсталь», «Криворожсталь», «Азовсталь», «Харьковский тракторный завод», «Новокраматорский машиностроительный завод» и многие другие.

В это время заметно отмечались рост украинских рабочих в городах Украины, а также повышение грамотности среди населения.

И всё же на фоне индустриальных побед возникали проблемы национальные. Об этом долгое время молчали власти и вчерашние, и нынешние. Советскую Россию охватила волна крестьянских восстаний, массовое недовольство политикой большевиков со стороны рабочих и интеллигенции. Методы террора против местного населения, не давали положительных результатов. Маячили перспективы новой гражданской войны. Особенно опасная ситуация складывалась на Украине. На одном из совещаний в ЦК РКП (б) в июне 1923 года Сталин заметил, что Украина и Туркестан, — «два слабых пункта» советской власти в стране. Он считал, что русскоязычные города, окруженные местными селянами, обречены на украинизацию.

На X съезде РКП (б) в 1921 году Сталин заявил:

«Нельзя идти против истории. Ясно, что если в городах Украины до сих пор еще преобладают русские элементы, то с течением времени эти города будут неизбежно украинизированы.

Лет 40 тому назад Рига представляла собой немецкий город. Но так как города растут за счет деревень, а деревня является хранительницей национальности, то теперь Рига — чисто латышский город.

Лет 50 назад все города Венгрии имели немецкий характер, теперь они мадьяризированы, потому что города растут за счет деревни.

Деревня — это хранительница украинского языка, и она войдет во все украинские города как господствующий элемент».

Одним из первых компромиссов на этом пути был отказ от политики «военного коммунизма» и переход к «коренизации». В Украине этот процесс назвали «украинизацией» — воспитание кадров из представителей коренной национальности, предоставление им ключевых постов в партийном и государственном аппарате, внедрение в работу партийного и исполнительного аппаратов украинского языка, организация и открытие школ на родном языке, выпуск украинских газет, журналов и книг. Расцвет этого процесса приходился на период 1923–1927 годы, свертывание — на 1927–1933 годы.

Георгий Санников, мой старший коллега, участник и глубокий исследователь процесса борьбы с бандеровским подпольем в 1946–1956 годы на Украине, автор подаренной мне книги «Операция «Рейд», или история одной любви» писал, что в бытность работы Л. М. Кагановича руководителем ЦК КП(б) Украины в 1925–1928 годах им было дано указание вести партийное делопроизводство только на украинском языке.

Что это? Заигрывание центра с национальными кадрами в ожидании укрепления своих позиций в Украине? Искренне желание содействовать зарождающейся государственности в этой самой значимой республике, пусть и с ограниченным суверенитетом, в составе Советского Союза? Хорошо продуманный шаг бывшего наркома по делам национальностей, возглавившего к этому времени ЦК ВКП (б)?

Сейчас можно только строить виртуальные схемы и искать ответы на это в архивах.

Тому доказательства вот эти мероприятия.

Украинизация получила поддержку от союзных властей в двадцать третьем году. 30 апреля 1925 года было опубликовано совместное постановление ВУЦИК и СНК УССР: «О мерах срочного проведения полной украинизации советского аппарата». Этим рескриптом предусматривалось перейти на украинское делопроизводство в госучреждениях и торгово-промышленных предприятиях не позднее 1 января 1926 года.

Выдавались «посвидки» — (справки — авт.) о сдаче экзаменов на знание украинского языка, без которых не принимали на работу, особенно государственную службу.

Но местных кадров для проведения украинизации не хватало. Поэтому власти УССР решили привлечь к этому делу украинских националистов-эмигрантов, в основном галичан. Приезжали украинцы из диаспор Канады и некоторых европейских стран. Их назначали в основном на соответствующие должности в Наркомате просвещения.

Вернулись в 1920 году из эмиграции также видные корифеи национализма: М. С. Грушевский, С. Л. Рудницкий, М. М. Лозинский и другие. По оценке Грушевского с ними прибыло на Украину в тот период более 50 тысяч человек. Но уже постановлением ЦК КП (б)У от 19 апреля 1927 года было принято решение, — «признать особое значение русского языка», который со временем стал государственным на всей территории СССР.

В 1930-е годы начинаются чистки от «националистов», хотя украинизация продолжалась, правда, масштабы ее были уже не те…

В сороковые годы, в период немецкой оккупации, на территории дистрикта Галиция немцы воспринимали украинцев, как более лояльных к ним славян. На территории Рейхскомиссариата «Украина» первые месяцы пребывания немцев отмечались фактами демонстративного противостояния украинцев русским. Нацисты пошли на разрешение издания книг и газет на украинском языке и преподавания в школах. Однако, образование на местном языке было ограничено 4 классами начальной школы.

Интересен в этом отношении приказ № 24/5-6 обербургомистра города Харькова от 9 марта 1942 года:

«Уже пятый месяц над свободным городом рядом с победоносным германским знаменем развевается наше родное желто-голубое знамя как символ новой жизни, нового возрождения нашей матушки-родины. Однако, к большому сожалению и стыду для всех нас — украинцев, всё ещё остается кое-где позорное большевистское наследие.

К большому стыду для всех нас, и к вполне понятному гневу украинского населения, приходится слышать в некоторых учреждениях, даже в районных управах, разговоры на русском языке со стороны представителей власти. Позор за это тем, кто становится свободным гражданином освобожденной родины. Позор и не место с нами тем, кто брезгует своим родным языком. Мы этого не допустим, этого не может быть. Поэтому приказываю категорически запретить в дальнейшем кому-либо из представителей власти, разговоры на русском языке в рабочее время в учреждениях.

Обер-бургомистр города Харькова Крамаренко, зам. Л. Э. Кублицкий-Пиотух.

16 марта 1942 года».

После майдана-14, так называемой «революции достоинства», атака на русский язык со стороны контрреволюционеров в основном из западных областей Украины, посаженых американцами на властные посты, была беспрецедентна. Именно они с запрета русского языка на Донбассе спровоцировали гражданскую бойню, названную Антитеррористической операцией (АТО). Украинские наци начали войну с собственным народом из-за языка самолетами, танками, ракетами…

Это и есть геноцид…

Появление ОУН и УПА

Национализм — это болезнь… Её скверная особенность состоит в том, что она может одурманить самую светлую голову.

Петр Стучка

Как-то в одной из бесед автора с соратником и другом разведчика партизанского отряда «Победители» Н. И. Кузнецова Николаем Струтинским последний в образной форме отметил, что «…в борьбе за самостийную Украину бандеровцы пустили столько крови, что ею можно было наполнить не один бассейн в «незалежной». Этот кровавый монстр, к сожалению, родился на Галичине и охватил и мою малую родину…»

И действительно, всем известно, что наиболее активным националистическим движением были охвачены Галицийские земли, которые на протяжении шести веков находились оторванными от исконно малороссийских, а потом и украинских корней, от Надднепровской Украины и длительное время — с 1349 года жили под властью Польши, с 1772 года до начала Первой мировой войны они входили в состав Австро-Венгрии, а с 1920 до 1939 годов снова оказались под Польшей.

Но украинцы Западной Украины не мирились с попытками духовной изоляции и стремились сохранить и преумножить культуру, переданную им в наследство со времен Киевской Руси и средневековья.

Великий просветитель, поэт и писатель Иван Франко всегда выступал против крайнего, радикального национализма, как правило, перерождающегося в фашизм, резко критиковал поджигателей межнациональной розни, тем более между братскими славянскими народами. Он последовательно выступал против «узкого национализма», которым была заражена часть галицийской политической элиты.

Говоря о национализме вообще, тем более радикальном, надо признать, что национальные чувства легко возбудимы, наиболее ранимы, манипулируя которыми можно искусственно создавать в сознании этносов образы внешнего врага, становящиеся мощным детонатором в диверсионном материале для разрушения многонациональных общностей и даже самого государства.

Так что такое ОУН?

Организация украинских националистов (ОУН) — это украинская националистическая ультраправая политическая организация, действовавшая в основном на территории Западной Украины. В программе минимум этой организации были заложены идеи:

— защита этнического украинского населения от репрессий и эксплуатации со стороны польского и советского правительства,

— создание самостоятельного и единого украинского государства,

— рассматривание террора как приемлемое средство борьбы за достижение своих целей.

ОУН была создана на Первом Конгрессе (Сборе) украинских националистов, проходившем в Вене с 27 января по 3 февраля 1929 года в результате объединения нескольких радикальных националистических организаций:

— Украинской войсковой организации,

— Лиги украинских националистов,

— Украинского национального объединения,

— Союза украинских фашистов,

— Союза освобождения Украины,

— Группы украинской национальной молодежи,

— Союза украинской националистической молодежи.

Первым руководителем ОУН в 1929 году стал Евген Коновалец — в дальнейшем агент гитлеровской военной разведки, который в 1938 году был физически устранен сотрудником НКВД Павлом Судоплатовым. Коновальца сменил сын богатого землевладельца, бывший полковник Украинской галицийской армии (УГА), позже — управляющий имениями митрополита-русофоба Андрея Шептицкого его тезка — Андрей Мельник, представлявший «умеренное» крыло ОУН.

В то же время он был хорошо известен гитлеровцам своей политической ненавистью не только к СССР, но и всему русскому, и являлся, как и Коновалец, агентом абвера. А с началом Второй мировой войны он существенно подрос в тайной должности, ставши резидентом немецкой разведки на территориях Польши и Западной Украины.

На щедро выделяемые нацистами деньги Мельник создал серию спецшкол на территории Германии и Польши, в которых проходили подготовку лица украинской национальности для работы разведывательного плана на территории УССР. Для одной из таких школ немецкая разведка предоставила здание даже под Берлином. В ней постигали знания и приобретали навыки тайной борьбы, в течение полугода будущие специалисты в области диверсий, террора и разведки.

Руководителями специальных школ являлись исключительно немцы, — офицеры гестапо Мюллер, Ридер, Вальтер и другие.

Выпускники этих школ развязали кровавый террор против поляков и сочувствующих им украинцев. Старания и послушание «свидомых» украинцев, в основном галичан, естественно, были замечены нацистами, которые предложили создать так называемую «украинскую полицию», используемую в дальнейшем для борьбы с патриотами и охранными функциями тылов вермахта.

Одновременно с этим гитлеровская разведка развернула в широком масштабе подготовку агентов, предназначенных для разведывательно-диверсионной и повстанческой деятельности на советской территории. Так, в специальном лагере, близ озера Химзее, в Германии, готовились диверсанты, а в военном тренировочном центре Квинцгуте проходили подготовку разведчики для проведения в будущем шпионской деятельности.

Именно выпускников этих школ, лагерей и центров фиксировали и разоблачали наши пограничники и бдительные советские граждане на западных рубежах СССР накануне войны. Им не помогли различные личины с маскировкой под грибников, рыболовов, охотников и т. д.

После присоединения Западной Украины к УССР и взятия под защиту частями и подразделениями Красной армии этих земель, основная масса оуновцев бежала на территорию нового образования — польского генерал-губернаторства. Центром ОУН стал легендарный Краков — временная резиденция гитлеровского генерал-губернатора Ганса Франка. Однако немало украинских радикалов осталось на территории западных областей Украины — Львовской, Тернопольской, Станиславской (Ивано-Франковской — авт.) Ровенской и Волынской. Они продолжали нелегально вести подрывную работу против органов Советской власти. Об этой борьбе с оуновским отрепьем было много написано в 50-е годы, но, к сожалению, в последующие годы советского существования, дабы не «дразнить гусей», эта тема, мягко говоря, замалчивалась, трамбовалась, вытеснялась из СМИ. Партийные функционеры забывали, что тем самым они расставляют мины замедленного действия.

Правда, этот период и действия на землях Галичины советской власти российский писатель, фронтовик Виктор Астафьев оценивал несколько иначе. Он писал еще в 1988 году, что «Украина должна быть самостоятельным государством…Мы сами виноваты, что принесли туда сталинщину. Люди не могли принять ту дикость и то своеволие, которые пришли с нами, и они (западные украинцы — авт.) пошли против нас. Мы не научились жить по-человечески. Нам надо или унижать, или заставлять, как следует жить. А насилие порождает сопротивление…»

Это его взгляд на проблему 1939 года. Автор, живший в этих местах, противоположного мнения, так как граждане разных специальностей востока Украины, да и всего Советского Союза вместе с финансовыми вливаниями правительства для становления и развития промышленного производства много сделали и делали, чтобы скорее выбраться из экономической трясины, в которой западные украинцы обретались при Австро-Венгрии и Польше.

И всё же кремлевские сидельцы той поры считали лучшим приглашение на руководящие посты украинских политиканов, чем идеологически выверено работать с населением, которое медленно, прицельно и результативно облучалось оуновской пропагандой. Её не замечали, к сожалению, и нынешние российские вожди. И вот получили то, что получили…

* * *

В начале 1940 года после оккупации Польши фашистской Германией и создании искусственно конфликтной ситуации в руководстве ОУН эти два обстоятельства привели к расколу внутри организации на ОУН (б) — бандеровцев по имени ее руководителя Степана Бандеры и ОУН (м) — мельниковцев — сторонников Андрея Мельника.

В конце концов, Бандера, после многочисленных кровавых стычек с мельниковцами стал вождем всей ОУН, которая принимала активнейшее участие в националистических шабашах особенно на Западной Украине. Именно ОУН бандеровского толка осуществила создание в годы войны мощной организационной вооруженной силы — Украинскую повстанческую армию (УПА), о деятельности которой остановлюсь чуть ниже.

Расколом ОУН на две враждующие организации дирижировали немцы только ради того, чтобы эффективнее использовать их в подрывной работе против Советского Союза. Так в одной из книг канадского автора Г. Поликарпенко приводятся слова бывшего шефа безопасности и СД в городе Ровно Миллера. Касаясь раскола ОУН, он заявил:

«Мы выдали миллион рублей и приложили большие усилия, чтобы вместо Мельника поставить Бандеру. Мы не пожалеем ничего, чтобы сделать десять Бандер».

Получается, Герою Украины гитлеровская Германия доверяла больше, чем Мельнику. Часто цитируемые в статьях и книгах показания начальника второго отдела абвера полковника Е. Шульца, выступавшего на Нюрнбергском процессе в качестве свидетеля, говорят прямо и объективно о том, кем был Бандера.

А по его словам он «…был великим демагогом, фанатиком и бандитом. Для достижения своей цели он готов пойти на любое преступление, пренебречь любыми принципами человеческой морали».

Правда, это говорил тоже приверженец такой же аморальности и безнравственности, каким был и Бандера.

Со слов упомянутого битого немецкого полковника, украинских националистов, возглавляемых Мельником, приобрело к своим рукам нацистское гестапо, а вот бандеровское войско оказалось в руках немецкой военной разведки — абвера. Но, несмотря на служение разным фашистским ведомствам, лакейское раболепие оуновцев использовалось не только всеми спецслужбами Третьего рейха, но и военными ОКВ (Верховного главнокомандования вермахта).

К войне с СССР фашисты готовились вместе с оуновцами, которых привлекали в формирующиеся военизированные отряды. Так, в Кракове из бандеровцев был создан двухтысячный отряд «сечевых стрельцов», в Лукхенвальде немцы сформировали батальон «украинских сечевиков». Немецкий офицер, отличающийся звериной жестокостью в отношении своих жертв, Теодор Оберлендер сколачивает из бандеровцев батальон «Нахтигаль» («Соловей»). Из тех же сил по указанию руководителя абвера адмирала Канариса формируют батальон «Роланд», так же известный как «Группа Юг», подчиненный 2-му отделу Управления абвера при Верховном командовании вермахта.

Эти два батальона еще покажут свое истинное лицо, естественно — звериное, на захваченной советской территории.

Накануне войны, бандеровский «провод» ОУН на деньги, выделенные ему спецслужбами Третьего рейха, сформировал четыре, так называемых «походных колонны», состоящие в основном из наиболее активных украинских националистов.

Эти формирования должны были использоваться и использовались для оказания помощи оккупационной фашистской администрации на захваченных территориях Украины в наведении известного теперь всем «нового порядка».

Что же получается, — несмотря на то, что Гитлер, верховное главнокомандование вермахта (ОКВ) и верховное командование сухопутных войск (ОКХ) держали до последнего в тайне план нападения на СССР «Барбаросса», руководители походных колон, а через них и рядовые их вояки, были осведомлены пусть даже косвенно, в каком направлении пойдет это войско. Знали они и чем будет заниматься.

Значит, украинские националисты принимали прямое участие в подготовке войны против СССР и Украины.

Есть смысл привести некоторые фрагменты письма Гитлера Сталину от 14 мая 1941 года, чтобы читатель мог утвердиться во мнении, что план нападения на Советский Союз держался в глубоком секрете. Начиналось послание словами:

«Я пишу это письмо в момент, когда я окончательно пришел к выводу, что невозможно достичь долговременного мира в Европе…без окончательного крушения Англии и разрушения ее как государства…Чтобы организовать войска вдали от английских границ и в связи с недавними операциями на Балканах, значительное число моих войск, около 80 дивизий, расположены у границ Советского Союза. Возможно, это порождает слухи о возможности военного конфликта между нами.

Хочу заверить Вас — и даю слово чести, что это неправда…

Я хочу быть с Вами абсолютно честным. Я боюсь, что некоторые из моих генералов могут сознательно начать конфликт, чтобы спасти Англию от ее грядущей судьбы и разрушить мои планы. Речь идет о времени более месяца. Начиная, примерно, с 15–20 июня я планирую начать массовый перевод войск от Ваших границ на Запад. В соответствии с этим я убедительно прошу Вас, насколько возможно, не поддаваться провокациям, которые могут стать делом рук тех из моих генералов, которые забыли о своем долге. И, само собой, не придавать им особого значения. Стало почти невозможно избежать провокации моих генералов. Я прошу о сдержанности, не отвечать на провокации и связываться со мной немедленно по известным Вам каналам. Только таким образом мы можем достичь общих целей, которые, как я полагаю, согласованы…

Ожидаю встречи в июле. Искренне Ваш

Адольф Гитлер 14 мая 1941 года».

Вот, что такое Гитлер и кому он доверился через свои спецслужбы в созданных «походных колоннах».

По рассказам моего отца, направленного в 1939 году по комсомольской путевке из Полтавщины в качестве машиниста паровоза в депо ст. Сарны на Ровенщину местные националисты вначале придерживались тактики заигрывания с местными властями. Они казали мокрые спины участия «в строительстве новой жизни», однако действовали изнутри разлагающе. Органы госбезопасности вылавливали в «теплых местах» немало таких временных попутчиков, а на самом деле врагов всего советского. Даже украинцев, прибывших из восточных областей республики, они пренебрежительно и открыто называли «советами».

С началом войны отец ушел на фронт, а мать со мной, десяти месяцев от рода, срочно эвакуировались на восток страны под немецкими бомбежками и обстрелами бандеровцами последнего эвакуационного эшелона.

Внедрение украинских националистов в органы местного самоуправления было массовым. Только в одной западной области — Станиславской (сейчас это Ивано-Франковская область — авт.) было выявлено более ста пятидесяти оуновцев, внедренных в сельские комитеты, которые занимались не только разведывательною деятельностью, но и экономическими преступлениями. Когда саботаж украинских националистов был сломлен, они встали на путь бандитизма и террора не только в отношении партийно-советского актива и членов их семей, но даже против местного населения одобряющего положительные сдвиги в жизни деревень и городов. Эти факты были неоспоримы — простой народ почувствовал улучшения с появлением живых денег и новых рабочих мест.

Полковник КГБ полтавчанин Коротков Виталий Викторович вспоминал:

«В 1939 году танковая часть, где служил мой отец, участвовала в освободительном походе Красной армии в Западной Украине. После завершения военной компании его оставили служить во Львове. Мы приехали к нему сразу после окончания военных действий. Быстро пролетело два года…

Через несколько дней после начала войны нас, семьи военных, только женщин и детей, еще до восхода солнца разместили на грузовых автомашинах, заполненных ящиками с танковыми запчастями… Город бомбили… Мне в ту пору было 14, и я на всю жизнь запомнил эти страшные дни.

Древний Львов горел. Машины с трудом пробирались по узким улицам, заполненными спешно покидавшим город гражданским населением. Это походило более на бегство, чем на заранее спланированную эвакуацию…

На рассвете мы въехали в Золочев. Пустые улицы, по которым медленно двигалась колонна грузовиков. Неожиданно вспыхивает бешеная стрельба. Выстрелы слышатся со всех сторон. По машинам ведется прицельный ружейно-пулеметный огонь. Особенно страшно грохочет пулемет. Откуда-то с высоты церковной колокольни. Это бандеровцы. Диверсанты. У нас нет танков, и сбить пулемет с колокольни нечем… К счастью бандеровцы стреляли плохо. Пули ложились рядом с колонной, но всё же некоторые попали в машины…Машины набирают скорость и быстро проскакивают городок…

Впереди Тернополь. Скоро колонна останавливается. Где-то рядом идет бой. Уничтожается вражеский десант. Говорят, это тоже были заброшенные немцами бандеровцы…Ночью машины въехали в Тернополь. Он был ярко освещен сброшенными немцами с самолетов САБами (светящимися авиабомбами — авт.). Самолеты не бомбили город. Они его специально освещали, чтобы дать возможность засевшим на чердаках и колокольнях десантникам из немцев и бандеровцев вести прицельный огонь по отходящим на восток частям Красной армии. Расправляться с десантом времени не было, немцы совсем рядом…»

Со слов отца автора Степана Петровича Терещенко — машиниста паровоза, тянувшего «подрывной поезд» из станции Сарны в сторону Киева, бандеровцы, опьяненные первыми и ошеломляющими победами немцев, вели себя нагло. На одном из перегонов после подрыва очередного железнодорожного моста, на переезде остановилась подвода с гражданскими лицами. Очевидно, это были бандеровцы. В упор приближавшемуся локомотиву ударили несколько пулеметов в надежде взорвать паровозный котел. Но этого не случилось — паровоз смел со своего пути телегу. Стрелки оказались под колесами паровика. Деревенский воз — в щепки, кони оторвались и в страхе помчались к лесу.

Такая ситуация в тылах отступающей Красной армии была характерна на всех направлениях главного удара гитлеровских войск…

* * *

Но вернемся ко времени, еще не начавшейся войны.

С. Бандера, выполняя указания своих патронов, осенью сорокового года направил эмиссара центрального провода ОУН Е. Стибайло с директивой, обязывающей все оуновские осиные гнезда «разворушить», — заставить активно работать в направлении срочного сбора разведывательной информации военного характера. В этой директиве говорилось:

«…направьте людей на Буковину, в Бессарабию и Литву для разведки этих районов. Подготовьте точный отчет. Кроме того, дайте людей и связь в восточные области…Передайте военные книги, карты, газеты, копии документов, политическую информацию об отношении к немцам».

Руководство ОУН в лице Бандеры интересовали данные о местах дислокации воинских частей, арсеналов с оружием и боеприпасами, степень боеготовности подразделений Красной армии, вооружение, места жительства командного состава РККА и руководителей органов НКВД, установочные данные на правоохранителей и т. д.

Опять-таки, знали Бандера и его приспешники, в каком направлении Германия будет скоро наступать и где станет выстраивать вермахт театры военных действий.

В течение 1939–1940 годов оуновские местные провода в Западной Украине даже провоцировали вооруженные налеты на мелкие воинские части и органы НКВД.

Активное сотрудничество ОУН с немецкими фашистами перед Великой Отечественной войной и во время её привело к страшному опустошению нашего края, к огромным жертвам, которые украинский народ не сможет забыть.

После прихода Гитлера к власти, польской разведке удалось добыть ряд ценных документов, неопровержимо доказывающих шпионскую деятельность ОУН в пользу Германии. Согласно полученным уликам было установлено, что ОУН в Абвере была зарегистрирована как разведывательная структура под кодом «Dienst UKO».

С приходом к власти в Киеве необандеровцев во время государственного переворота 2014 года, ОУН признана главной организацией, боровшейся за самостоятельность Украины в ходе войны.

Необандеровцы ходят сегодня как национальные «герои». Они подняты той же властью выше настоящих освободителей — ветеранов Великой Отечественной войны, с которых в Западной Украине даже в святой день — День Победы, подонки умудряются срывать и топтать ордена и медали, полученные за борьбу с гитлеровскими захватчиками.

В одном из последних интервью соратник Н. И. Кузнецова — Николай Владимирович Струтинский на вопрос, почему галицийские националисты из ОУН-УПА и их идейные наследники всегда выступали на стороне врагов СССР, а теперь находятся в союзе с недругами Белоруссии, России и Украины, назвал две причины.

Во-первых, галицийские националисты являются этно-мутантами, и поэтому всегда будут стремиться к захвату, покорению Украины, её бандеризации и окатоличиванию. А во-вторых, — менталитет националистов Галичины признает только силу. С такими данными они готовы были служить хоть сатане, лишь бы с ними считались.

Для них Бандера превыше всего!

Так что, как видите, политиканы, пытающиеся авторитетом Степана Бандеры затмить даже гений Тараса Шевченко, должны понять цену его «таланта». А что касается, галицийских эсэсовцев, обагривших себя кровью невиновных жертв, то они Международным Военным Трибуналом тоже признаны врагами человечества, поэтому нет, и не будет срока давности в их преследовании. Так должно быть!

Что же касается бандеровского крыла ОУН, то здесь есть смысл привести полностью письмо-обращение к Гитлеру заместителя Бандеры В. Стахива. Он в частности писал:

«Ваша Экселенция!

Глубокоуважаемый господин Канцлер Германского Рейха!

Фюрер Организации Украинских Националистов (ОУН) Степан Бандера поручил мне почетное задание передать Вашей Экселенции как Фюреру немецкой нации, что победоносно борется за новый порядок в Европе, меморандум Организации Украинских Националистов относительно решения украинского вопроса.

ОУН, которая ведет украинские массы в борьбе за создание Украинской Державы, проникнута глубокой верой в то, что совместный боевой поход против Москвы уничтожит разлагающее жидовско-большевистское влияние на Европу и сломает российский империализм.

Провозглашение независимой национальной Украинской Державы, в контексте мирного договора в Брест-Литовске, закрепит новый порядок в Европе, и будет способствовать мирному и благородному развитию этой территории.

Будучи уверенными, что Ваша Экселенция как проводник национального принципа будет нашу национальную борьбу поддерживать, остаюсь с выражением моей глубокой признательности и уважения Вашей Экселенции.

Наипреданнейший Владимир Стахив

Руководитель ресорта в Политбюро ОУН»

Но возрождать не существующую ранее Украинскую державу нацисты не собирались. Они их, «добрых хлопцев из Галиции», запланировали просто использовать в грязных делах разведки и контрразведки, а также в качестве «пушечного мяса» на полях будущих сражений на Востоке. Канарис — шеф абвера, часто любил выражаться: «Отбросов нет, есть только кадры». Оуновцы — и были его теми кадрами, которые он готовил к будущей войне.

Основной территорией, пригодной для создания осиных гнезд, Канарис считал Польшу, которая к тому времени была уже оккупирована немцами.

* * *

В конце 1939 года в Кракове немцами было создано региональное отделение армейской разведки (Абверштелле — АСТ — «Краков». Оно имело два отдела: разведывательно-диверсионный и контрразведывательный. Возглавлял его полковник Визер. Основу курсантов составляли члены ОУН и Украинского Центрального комитета (УЦК). Лагеря подготовки диверсантов, террористов и лазутчиков находились в местечках Дукла, Каменица, Барвинек, Закопане (Польша) и Песчане (Чехословакия) под вывеской «Украинские учебные лагеря».

АСТ «Краков» принимал участие в подготовке личного состава «Дружины украинских националистов «Нахтигаль».

АСТ «Краков» располагал ещё тремя филиалами. Они назывались (Абвернебештилле — АНСТ)

АСТ «Люблин» вел работу против частей Советской армии в районе Ковель — Львов. Имел приемно-переправочные пункты (Мельдекопф) в Грубешове, Белзеце и Томашеве. Руководил АНСТ нацистский майор Горнек.

АСТ «Радом» занимался картографической деятельностью по территории и УССР.

АСТ «Львов» занимался противодействием деятельности советских разведчиков-парашютистов и вскрытием подпольных организаций. Руководителем был майор Абвера Шнайдер.

После же захвата территории УССР нацистами головным органом по ведению агентурной работы стало АСТ «Украина». Руководителем был полковник Науманн. Сначала это отделение размещалось в Ровно, а потом перебазировалось в Полтаву. При отступлении немцев осело в Здолбуново.

Оно тоже имело свои филиалы: АСТ «Киев», «Юг Украины» в Николаеве и «Днепропетровск».

Для осуществления террористических актов и ликвидации партийного подполья агентура отделений и филиалов выезжала в разные города Украины.

Кроме того, имелись специальные абверкоманды, действующие против войск соответствующих советских фронтов.

Абверкоманда-101 была создана в июле 1942 года и придана армейской группировке «Норд-Украина». Позывной команды — «Меркурий». Руководителями этого подразделения в хронологическом порядке были подполковники Гемприх, Лингард, полковник Собераль, капитан Бивербрук. Абверкоманда действовала против Северо-Кавказского и 1-го Украинского фронта. Агентура готовилась в Полтавской разведшколе.

Абверкоманда-102 была придана армейской группировке «А», потом «Зюд-Б», а в конце войны группе армий «Норд». Руководители — подполковники Визер, Иозеф Рокита, Гопф-Гойер, лейтенант Орвальдт и обер-лейтенант Даллингер. Действовала против Южного и Юго-западного фронтов. Позывной радиостанции — «Орион».

Абверкоманда-104 носила кодовое название «Хорст» и была придана 6-й немецкой армии. Руководители — майор Черник, полковник Лейтер, лейтенант Питцер Рудольф, лейтенант Голле Рихард. Позывной — «Леве». Действовала против войск Юго-Западного. Сталинградского и 1-го Украинского фронтов.

Абвергруппа-203 была придана 1-ой танковой армии. На территории Украины действовала под наименованием «Баутрупп-203». Руководители — зондерфюрер Маркет Томас, капитаны фон Рейнгард Курт и Оглозе. Группа занималась агентурным проникновением в войска Северо-Кавказского и 2-го Украинского фронтов.

Абверкоманда-202, сформированная в июле 1941 года, придавалась последовательно группам армий «Зюд», «Зюд-Б» и «Норд-Украина». Руководители — подполковник Эйкерн, майоры Зелигер и Хельвиг. Работу вела против войск Южного и Юго-Западного фронтов.

Абвергруппа-204 действовала при 6-ой армии, группе армий «Кемпф», а позднее 8-ой армии. Работу вела против войск 2-го Украинского фронта. Руководители — майор Фербек Ганс, обер-лейтенант Чарли Клаус, лейтенант Брюер Отто, ротмистр граф фон Тун Гогенштейн Эрвин, капитан Рейтер Альфред и обер-лейтенант Юнг Иоганн.

Абвергруппа-206 была придана 4-ой танковой армии. Руководители — профессор, капитан Кох Ганс, капитан Мишлевский Эрнст, лейтенанты Броер, Рамдор Ганс, обер-лейтенант Зисс, капитан Шиллинг. При группе были созданы курсы по подготовке диверсантов.

Абвергруппа-220 во второй половине 1943 года дислоцировалась во Львове, потом в м. Мушин (Польша). Начальник органа — капитан Лазарек Иосиф. Главной задачей группы было создание и сколачивание отрядов УПА. При абвергруппе постоянно находились представители оуновского штаба Кощук и Шевчук. В органе работали курсы подготовки разведчиков-диверсантов и радистов.

Когда немцам стало совсем плохо, в октябре 1944 года в Берлине они создают разведывательно-диверсионную школу — «Школу вильного козатцтва». Её учебный лагерь находился в местечке Вутзетц (Германия). Он был организован министерством Розенберга и условно именовался как «Рабочая команда — 650». Возглавлял лагерь нацист Мольц. Одновременно в нем обучалось до 500 человек украинцев и белорусов.

Имелся еще один свободный лагерь (Фрайлагер) в местечке Вустрау (Германия). В нем печатался антисоветский журнал «Наши дни». Этот лагерь являлся сборным пунктом для пропагандистов из других лагерей. Он имел 4 блока по национальностям: русский, украинский, белорусский и кавказский. Пропагандисты носили гражданскую одежду. Им выдавались паспорта рейха с позорной и уничижительной отметкой — «Вне подданства». Руководил лагерем сотрудник Восточного министерства Френцель.

Школа пропагандистов в Иббенбюрене была организована абвером в конце 1941 года. Она имела условное наименование «Зондерлагерь 1750» и готовила агентов-контрразведчиков и пропагандистов для работы в лагерях военнопленных.

Школа пропагандистов абвера в Мюнстере условно именовалась «Арбайтскоммандо-900» или «Особый украинский лагерь». Руководил школой абверовский капитан Трасс. Офицерский состав в основном состоял из украинских националистов, зарекомендовавших себя перед руководством.

Контрразведывательная школа была организована в местечке Гультовы в конце 1943 года и находилась в подчинении АСТ «Познань». Руководил школой лейтенант фон Бер. И эта школа в своей основе была укомплектована коллаборационистами из западных областей Украины.

Украинские кадры немецких спецслужб впоследствии осели в рядах УПА.

Перед началом войны руководители ОУН Мельник и Бандера договорились с немецким военным командованием о сотрудничестве между вермахтом и походными группами ОУН (ПГ ОУН), идея создания которых принадлежала краковскому филиалу ОУН.

Эти новые формирования представляли собой передовые военно-политические отряды националистов, задачей которых было следовать в передовых порядках немецких войск…

Документы той поры свидетельствуют, что передовые украинские группы вели разведку местности, организовывали украинскую милицию, отряды которой вооружались трофейным оружием и направлялись немцами вперед на ведение разведки, преследование и истребление отступающих советских подразделений.

* * *

27 июня 1941 года в Ровно принял присягу сформированный курень (батальон) Украинского Войска имени Холодного Яра.

В Киеве из местных добровольцев были сформированы полицейские батальоны (ПБ) за №№ (101–111, 113–126, 129–131, 134–140, 143–146, 157–169). Общая численность этих батальонов составляла более 35 тыс. человек. В 1943 году, когда немцам пришлось оплакивать свою 6-ую армию, разгромленную под Сталинградом, а полицаи недосчитались многих своих коллег в боях с народными мстителями, ряды ПБ существенно поредели. Часть полицейских батальонов немцами была включена в состав полицейских стрелковых полков (31–38) трехбатальонного состава, которые выполняли карательные операции на Украине и в Белоруссии и даже использовались на передовой.

Вот уж истина — чужое пушечное мясо не так жалко, как своё. Другая часть личного состава просто дезертировала — тепло своих жен, уют хат или квартир были более притягательными факторами, чем суконная униформа полицейского.

Мне хочется привести здесь один из варварских эпизодов оуновских вояк 118 ПБ, задействованного в карательной операции на территории Белоруссии, в ходе которой была сожжена небольшая белорусская деревня Хатынь вместе со всеми жителями. В мемориальном музее Хатыни автор побывал в середине 80-х годов, и живо представил ту кровавую оргию, ставшей национальной исторической трагедией.

Колокольный звон Хатыни, — печальный, тревожный, призывный…

Звучал он над притихшей долиной, над лесами и перелесками и уносился в бескрайнюю синь неба. Теперь здесь не запоет поутру в росных травах коса, не загомонят игривые дети, не заскрипит под тяжестью ведра со студеной водой ворот колодца, не скрипнет калитка, не выйдет никто навстречу, не разбудит нарождающийся день петух, не заржать коням у водопоя…

Гудят-звенят колокола горькой памяти над пепелищем двадцати шести дворов во мне до сих пор. От впечатления увиденного делается не по себе. Не верится, что такую жестокость могли сотворить думающие существа.

Длительное время советские люди были уверены, что все Хатынские зверства творили только немцы. Но захваченные архивы бандеровцев показали, что именно 118-ый полицейский батальон СС, укомплектованный в основном выходцами Западной Украины, принимал активное участие в этом побоище. Начальником штаба этого подразделения являлся обер-палач 27-ми летний бывший офицер РККА Васюра, осужденный в последствии в Минске — в 1986 году к ВМН — расстрелу.

Дело в том, что в тот страшный день 11 марта 1943 года партизаны-подростки устроили засаду, и в неё попал небольшой отряд немцев. И надо же было такому случиться, что чья-то партизанская пуля уложила «шефа роты» батальона, любимца фюрера, участника Олимпийских игр в Берлине в 1936 году, чемпиона этой Олимпиады в толкании ядра гауптмана Ханса Вельке. Каратели были в ярости, и в отместку устроили кровавую Хатынь.

Совместно с немцами украинские полицаи уничтожили тогда в огне и расстреляли 149 человек, из них 76 детей.

На судебном процессе в 1986 году бывшие полицейские свидетельствовали, что, «когда каратели окружили деревню, через переводчика штаба батальона Луковича в цепи полицаев пришло распоряжение выводить людей из домов и конвоировать их на окраину села к огромному деревянному сараю.

Полицаи и эсесовцы затолкали в сарай всех найденных ими жителей и обложили постройку соломой. Перед запертыми воротами установили станковый пулемет, за которым лежал полицейский Катрюк. Крышу сарая и солому подожгли Лукович и какой-то немец. Пламя быстро побежало по соломе, и сарай заполыхал.

Через несколько минут под напором людей дверь рухнула, и узники стали выбегать из сарая. В это время прозвучала команда «Огонь!» и каратели начали стрелять по несчастным.

Некоторым жителям удалось достичь окраины деревни, но здесь их также ждали пулеметчики-полицейские. За одним из пулеметов лежал Тимофей Топчий:

— Когда мы вышли к Хатыни, то увидели, что из деревни убегают какие-то люди. Нашему пулеметному расчету дали команду стрелять по убегающим хатынцам. Первый номер расчета Щербань открыл огонь, но прицел был поставлен неправильно, и пули не настигали беглецов. Мелешко оттолкнул его в сторону, и сам лег за пулемет. Убил ли он кого, не знаю, мы не проверяли.

Все дома в деревне, прежде чем сжечь, разграбили: забрали более-менее ценные вещи, продукты и скот. Тащили все подряд — и мы, и немцы.

Другой бывший полицейский Иван Петричук вторит своему однополчанину:

— Мой пост был в метрах 50 от сарая, который охранял наш взвод и немцы с автоматами. Я хорошо видел, как из огня выбежал мальчик лет шести, одежда на нем пылала. Он сделал всего несколько шагов и упал, сраженный пулей. Стрелял в него кто-то из офицеров, которые большой группой стояли в той стороне…

Не знаю, много ли было в сарае детей. Когда мы уходили из деревни, он уже догорал, живых людей в нем не было — дымились только обгоревшие трупы, большие и маленькие. Эта картина была ужасной…

В июле 1944 года 118 ПБ прибыл на отдых в Варшаву и был вскоре включен в состав 30-ой дивизии СС в качестве 62-го и 63-го батальонов.

* * *

Автора давно интересовали история возникновения и судьбы сечевиков из отрядов Максима Боровца («Тараса Бульбы») на сарненщине. Этих материалов было мало в те годы. Кстати мальчишеское прозвище «Бульба» он заслужил среди своих сверстников за своеобразную форму носа — «картошкой». Его так и называли — Максим Бульба. Это героическое имя видно понравилось ему, и он взял себе, как брали и другие «лесовики подполья», более приятный псевдоним — «Тарас Бульба». К тому же он видел в гоголевском персонаже параллели — оба они воевали с засильем польских захватчиков на украинских землях.

20 июня 1940 года в Варшаве прошло сборище офицеров-эмигрантов Армии УНР. На этом совещании генерал В. Сальский предложил создать в приграничных с Германией областях Советской Украины военные базы для действий украинских вооруженных отрядов — «Сечей» в случае возникновения войны с СССР. Одной из таких Сечей стала и «Полесская Сечь» Максима Боровца — уроженца Людвипольского района Ровенской области. Кстати, предложение генерала легло в основание решения о незамедлительном создании таких формирований.

Надо отметить, что при панской Польше Боровец отбывал наказание в страшном по режиму и издевательствам над украинцами концлагере Береза Картузсская. После освобождения из заключения он стал владельцем гранитного карьера на Ровенщине. В 1939 году перед воссоединением Западной Украины с УССР бежал в Польшу и оказался в Варшаве, где был завербован гитлеровской военной разведкой. Его естественно забросили на сарненщину. До этого по его словам он несколько раз нелегально переходил германо-советскую границу.

Вновь Боровец объявился в Сарнах в июле 1941 года, где с разрешения германского командования сколотил боевую группу под названием «Украинская повстанческая армия «Полесская сечь», которая сразу же была вооружена нацистами. За это он отблагодарил их, — участвовал со своим отрядом в боях за овладение городом Олевском.

Будучи крайне самолюбивым и хитрым человеком, он не смирился с абсолютизацией на власть в ОУН ни С. Бандеры, ни А. Мельника, а стал их критиковать за слишком тесное сотрудничество с немцами. Выступая перед местными гражданами, Боровец часто употреблял по адресу нацистов такие нелесные выражения, как «ненавистные оккупанты», «немецкие захватчики», «поработители», в которых он не видит настоящих освободителей украинцев от «московских большевиков и жидомасонов». Они, мол, сами хотят захватить «неньку — Украину». В этом утверждении он был прав, в отличие от Бандеры.

Больше того, Боровец даже не особо скрывал своих неоднократных заявлений, что с немцами у него временный союз, чтобы получить оружие и боеприпасы, которые после образования Украинской державы, дескать, направит против захватчиков и их прихвостней. На самом деле, это, конечно же, была игра, он верой и правдой служил оккупационным властям, которым нужны были пособники. Но на некоторых легковерных граждан его антигерманская риторика действовала убедительно, и они вступали в отряды «полесских сечевиков».

Стремительное продвижение немецких войск на Восток в первые месяцы войны убаюкивало оккупантов, и они практически отказывались брать в союзники Боровца. Его отрядам предназначалась другая задача, — держать местное население в страхе, поддерживать «порядок» на оккупированных земля, уничтожать партизан и евреев. Одной из первых лакейских услуг немцам была помощь в ликвидации еврейского населения города Олевска. Она, эта акция, естественно, прошла успешно. После этого он объявил себя, чуть ли не руководителем «Олевской республики», своей подконтрольной территории.

Однако, вскоре из-за быстрого роста партизанских отрядов, Боровец стал осторожничать. Не по зубам ему было разгромить большие отряды, поэтому он нападал на мелкие группы народных мстителей. Такими были дозоры, разведывательные подразделения, тыловые отряды, связисты и связные. «Бульбаши» выдавали гитлеровцам подпольщиков, а также выходивших из окружения группы красноармейцев.

Относительно спокойная жизнь Тараса Бульбы в Сарненском округе закончилась осенью 1942 года, когда под Ровно всерьез и надолго обосновался специальный чекистский отряд «Победители» под командованием полковника Дмитрия Николаевича Медведева…

В нескольких боях медведевцы жестоко потрепали подразделения атамана. Боровец серьезно запаниковал. Перед ним зримо замаячил призрак близкого разгрома. И тогда он затеял, как ему казалось, хитрую игру. Он решил вступить с партизанами в переговоры, чтобы добиться некоего перемирия.

Опытного чекиста Медведева, давно и хорошо знавшего нравы украинских буржуазных националистов, атаман, конечно же, обвести вокруг пальца не смог. И состоявшиеся переговоры командир отряда, разумеется, использовал в интересах советской разведки.

Подписанный Бульбой 15 марта 1943 года «План акций по борьбе с большевистскими партизанами, сконцентрированными в Полесской котловине в пределах Брест — Минск — Гомель — Житомир» с грифом «Абсолютно тайно» уже через несколько дней лежал на столе в партизанской землянке полковника Медведева. Полный текст плана стал достоянием советских партизан, — постаралась агентура.

В последнем шестом пункте плана Боровца говорилось:

«В случае дальнейшего продвижения Красной армии на запад украинские партизаны остаются для диверсий в большевистских тылах, сотрудничая и дальше с немецкой армией…»

О заботе немцев над своими подручными говорит такой факт, что фашисты, теснимые красноармейским наступлением с территории Украины, осенью 1943 года передали «бульбашам» для продолжения «работы» на станциях Малынск и Антоновка четыре эшелона с оружием и боеприпасами.

Сохранился документ, подписанный ровенским гебитскомиссаром Веером, об отправке одного такого состава. Его охраняли всего двенадцать солдат — мадьяр, осужденных за неблагонадежность. Бульбаши, не встретив никакого сопротивления с их стороны, уничтожили обреченных и «захватили», а на самом деле спокойно приняли им предназначенный груз — подарок, инсценировав налет «партизан». Как и полагалось по сценарию, немцы подняли фальшивую тревогу и прислали карателей лишь тогда, когда «бульбаши» давно уже вывезли в район своих баз последнюю подводу с боеприпасами…

После того как Бульба исчез в конце 1943 года из села Пустомыты Тучинского района, где располагался тогда его штаб, следы атамана на время затерялись. Зато то и дело проступали кровавые следы его подчиненных, убивавших тайно, из-за угла, подло и жестоко местных граждан. Ради справедливости надо отметить, что отдельные «бульбовцы», особенно в конце войны, с целью поднятия своего авторитета в глазах местного населения иногда проводили акции против немцев, переодеваясь в форму красноармейцев. Так, они нападали на малочисленные гарнизоны оккупантов, выводили из строя проводные средства связи, совершали диверсии на путях движения эшелонов с вывозимыми украинцами на работу в Германию и прочее.

В самом конце войны Боровец — Бульба всплыл под фамилией Коненко в числе сотрудников эсесовского диверсионно-террористического отряда «Ягдфербанд-Ост», где он возглавлял украинскую подгруппу в составе около 50-ти человек. Выходит, полесскому сечевику нацисты доверяли до последнего своего часа.

* * *

Истоки формирования украинского воинского соединения под названием «14-ая дивизия СС «Галичина» лежат в дате от 29 июня 1941 года, когда представители украинских ветеранских организаций в Кракове создали некую группу, которая выдвинула идею образования национальных воинских, а не полицейских частей, в рядах Германской армии.

Бывший офицер Украинской Галицийской армии полковник Альфред Бизанц, возглавлявший Управление по делам населения в дистрикте «Галичина», подготовил письмо в Берлин. В нем он сообщал о проявленном интересе со стороны бывших генералов и офицеров Австро-Венгерской армии, Украинской Галицийской и Армии Украинской Народной Республики — М. Омельяновича-Павленко, М. Капустянского, Р. Сушко, Г. Стефанова, П. Дьяченко и М. Хроновята к проблеме срочного создания украинских формирований в составе вермахта. Берлин пока молчал.

Подобные попытки предпринимались и позже со стороны М. Шуляева, А. Вовка, А. Мельника, В. Кубийовича. Однако положительной реакции и на эти письма из Германии не последовало. В январе 1942 года Гитлер отверг даже предложение фельдмаршала фон Рейхенау о необходимости создания украинской и белорусской дивизий в составе вооруженных сил Германии.

Только после поражения немцев под Сталинградом бригадефюрер СС, губернатор дистрикта «Лемберг» — Львов доктор Отто Вехтер прибыл в Берлин к рейсфюреру СС Гиммлеру с ходатайством о формировании украинской дивизии.

Главный эсесовец фашистской Германии Гиммлер согласился с предложением, определив статус украинского добровольца СС равным статусу немецкого военнослужащего СС, отличие было только в одном, — было разрешено иметь своих священников, чего в других формированиях войск СС не допускалось. Кроме того, Гиммлером был наложен запрет на любое упоминание слова «украинская» в контексте мероприятий, связанных с формированием дивизии. Имела право на существование лишь «галицийская» терминология.

Вот вам и ответ на вопрос, осуждены ли Международным военным трибуналом на Нюрбергском процессе те, кто приравнен к гитлеровским воякам СС? Да, осуждены, а поэтому нет прощения палачам.

18 апреля 1943 года во Львове на конференции представителей организаций — участников Первой мировой войны, глав украинских окружных комитетов выступил профессор Кубийович, озвучивший идею создания украинского воинского формирования.

Вехтер снова летит в Берлин и встречается с генералом СС Вальтером Крюгером, шефом полиции безопасности генерал-губернаторства Фридрихом Вильгельмом и шефом СС-Гауптамта группенфюрером СС (генерал-лейтенантом — авт.) Готтлобом Бергером. Они теперь быстро договорились, — разрешение верхушки страны о начале создания в составе войск СС украинской дивизии получено, можно смело действовать.

В структурных частях и подразделениях соединения планировалось использовать 600 офицеров, 2000 унтер-офицеров, 50 врачей и 20 ветеринаров. К новобранцам предъявлялись такие требования: рост — не менее 165 см., возраст — от 18 до 35 лет. Дивизия имела на вооружении немецкое оружие.

Создание дивизии было официально оформлено 28 апреля 1943 года специальным актом немецкого губернатора Галиции Вехтера. Присяга была такая же, как и для других добровольческих объединений:

«Я служу тебе, Адольф Гитлер, как фюреру и канцлеру» германского рейха верностью и отвагой. Я клянусь, и буду покоряться до смерти. Да поможет мне бог!»

Для формирования дивизии была создана украинская Боевая управа (БУ) в составе:

• начальник канцелярии — сотник Осип Навроцкий,

• начальник отдела кадров — сотник, инженер Михайло Хроновят,

• начальник отдела офицерских кадров и связи с дивизией — доктор Любомир Макарушка,

• глава историко-архивного отдела — инженер Юрий Крахмалюк,

• начальник отдела по оказанию помощи родным добровольцев — инженер Андрей Палий,

• отдел душепастырства — отец Василь Лаба,

• референт отдела пропаганды — Степан Волынец,

• руководитель отдела здравоохранения — доктор Владимир Билозор,

• начальник отдела по работе с молодежью — профессор Зенон Зелений,

• глава правового отдела — доктор Иван Рудницкий,

• заместитель начальника канцелярии — инженер Евген Пиндус,

• начальник отдела пропаганды — Михайло Кушнир. С июля 1943 года по март 1944 года 13 военкоров дивизии СС «Галичина» прошли курс обучения и инструктажей при центральном пункте отдела военных корреспондентов ваффен СС.

Боевая управа развернула по Галичине сеть своих вербовочных пунктов (17 окружных и 33 районных). Добровольцев хватало. Но после Сталинграда и Курска население стало настороженно относиться к дивизии, в которую немцы начали проводить насильственную мобилизацию «молоди». Подливали масло в огонь бандеровцы и мельниковцы. Они призывали идти не в дивизию, а к ним — «в зеленый гай» т. е. в «зеленку», в леса, в подполье.

Интересное свидетельство о принципах формирования дивизии автор нашел на страницах книги М. С. Чарторийского «Между молотом и наковальней», изданной в Нью-Йорке на украинском языке в 1970 году. В частности он пишет:

«Мобилизация в СС — дивизию проходила будто бы на основе «добровольности», а когда эта «добровольность» оказалась недостаточной, тогда началось насилие: хватание, залог, аресты, вывозы, так что безопасности не было уже ни дома, ни вне дома, ни в школе, даже из церквей начали немцы вылавливать молодежь для «прекрасной Германии».

Кроме того, вербовщики «дурили» желторотую молодежь, что аббревиатура СС означает ничто иное, как «сечевые стрельцы», тогда как на самом деле дивизия подчинялась Гиммлеру, где сочетание этих двух свистящих букв имело совершенно иной — зловещий оттенок. Да и командовал дивизией эсесовец оберфюрер (полковник — авт.) Фрайтаг.

С приближением фронта Боевая управа начала эвакуацию семей своих сотрудников и галицийских «вояк» поэтапно в небольшой городок Криница, затем в Краков и далее в Берлин, Вену и Любен.

Не обошлось без потерь. Так, уже после освобождения Украины советскими войсками разведслужбой УПА было установлено, что военная контрразведка Красной армии захватила картотеку управы, содержащую информацию о сотнях добровольцев и их семьях.

Дивизией командовали до 19 ноября 1943 года немецкий генерал-майор войск СС Вальтер Шиманн, лютый ненавистник славян, которых он называл «недочеловеками». Затем до конца войны оберфюрер СС Фриц Фрайтаг, суровый и честолюбивый военный чиновник. За малейший проступок Фрайтаг отдавал людей под военно-полевой суд. Отношение к украинцам в дивизии характеризует его ясно, — он наложил запрет на появление даже командира «комбинированного» полка Е. Побигущего в офицерском казино. Фрайтаг мотивировал свой запрет тем, что украинцу нельзя слушать неслужебные разговоры немецких офицеров.

Начальниками штаба дивизии были гауптштурмфюрер СС (капитан) Отто Берндт. Сменил его майор вермахта Вольф Дитрих Гайке — образованный офицер, окончивший Академию Генерального штаба и хорошо знавший историю и литературу Украины.

В июне 1944 года началась подготовка к отправке дивизии на фронт. Но перед этим командира дивизии и его штаб запросил к себе в ставку генерал-фельдмаршал Модель.

В ходе беседы обсуждались условия введения дивизии в боевое соприкосновение с частями Красной армии. Кроме того, на этом совещании было решено выделить для «Галичины» участок в районе к востоку от города Станислава в зоне ответственности 1-ой танковой армии вермахта.

Переброска войск началась 28 июня. Предполагалось постепенное втягивание дивизии в боевые действия. Но вскоре планы немцев поменялись из-за блестяще проведенной советскими войсками Львовско-Сандомирской операции. Дивизию срочно переподчинили, включив её в состав части 13-го армейского корпуса генерала А. Хауфе, входившего в 4-ую танковую армию группы армий «Западная Украина». Реально оценивая силы, дивизия «Галичина» могла бы успешно защищать фронт шириной максимум в 8-12 километров, а получила огромный 36-километровый участок второй линии обороны. К тому же на фронте ощущалась недостаток танков, и отсутствовало надежное авиационное прикрытие.

Немецкое командование, к тому времени уже не имевшее резервов, попыталось ново сформированной дивизией укрепить и усилить тонкую линию обороны близ Львова…

4-ой ТА вермахта была поставлена задача по обороне района в окрестностях местечка Броды. Дивизионное начальство неофициально обратилось к командованию 4-ой ТА с просьбой не вводить дивизию в бой частями. Оно считало, что такая тактика может печально закончится для соединения. Но немцы отвергли это предложение.

13 июля 1944 года после массированной артподготовки советские войска развернули наступление. Особенно быстрыми и успешными оказались действия советских танков, замкнувших кольцо окружения 13-го немецкого корпуса. Они давили гусеницами и расстреливали смешавшиеся в неразберихе немецкие порядки, прорвались в район Бугска, где замкнули кольцо окружения. Фашисты дрогнули и побежали.

На помощь деморализованным германцам командование 14-ой дивизии СС «Галичина» бросило свой 30-ый полк с целью закрыть прорыв на правом фланге корпуса.

Совершая десятикилометровый марш, личный состав полка увидел страшную картину разгрома. Заняв предназначенные позиции в маленьком леске, полк пошел в наступление под сильнейшим обстрелом. Советская пехота не противостояла наступающим, их встретила броня и орудия советских танков.

Большая часть полка была намотана на танковые гусеницы и расстреляна на плоской, как стол местности. По приказанию немцев в бой бросаются оставшиеся 29-й и 31-й полки вместе с приданными артиллеристами. Немцы понимают, — это пушечное мясо галичан должно прикрыть их отступление. Галицийцев не жалко. А в это время приходит информация о прорыве противника на северо-западном участке от Бродов. Штаб дивизии не мог поверить столь быстрому появлению советских войск в её тылах. Офицеры управления штаба соединения, ошалевшие от страха, переглядывались и пожимали плечами, словно вопрошая, что же делать.

А в это время против сосредоточенных немецко-украинских позиций на равнине были применены гвардейские реактивные установки «катюши», снаряды которых замешивали землю, металл и ошметки человеческих тел в какой-то апокалипсический ком трагедии, ее высшую точку накала. Это говорило, что настал переломный момент.

В ночь с 17 на 18 июля немецкие и украинские части вновь предприняли попытку прорыва из кольца. Они намеревались соединиться с 8-ой танковой дивизией вермахта. 19 июля советскими войсками был взят город Колтев, и кольцо окружения сжалось в котел размером 9 на 8 километров, в котором оказались 65 тысяч человек.

Запаниковал командир дивизии Фрайтаг. В панику ударился и немецкий персонал дивизии. Многие немцы под покровом ночи сбежали в тыл, покинув в окопах своих подчиненных — украинских галичан.

Еще до захвата советским подразделением медпункта дивизии с 400 ранеными солдатами «Галичины», немецкие танки вывезли на своей броне раненых немцев, а украинцев забрать экипажи отказывались. Те, кто пытался вырваться и забирался на броню, их просто ногами сбрасывали с танков.

При подсчете общего количества вышедших из котла возникла цифра 500 украинцев. Командир дивизии Фрайтаг в присутствии прибывшего Вехтера к людям, пережившим ад и страдания, обрушился на украинцев дикой по своей неприязни тирадой. Он обвинял их виновными в случившемся разгроме, называя их стадом баранов, придурками и трусами.

В августе 1944 года, после поражения под Бродами и переформирования, соединение стало называться «14-я гренадерская дивизия войск СС «Галичина». 5 сентября 1944 года вышел новый приказ о переформировании дивизии, размещенной в городе Нойхаммере. После этого она придается немецкой группировке под командованием генерал-лейтенанта Германа Хефле для подавления национального восстания в Словакии.

По мере приближения советских войск к Словакии, немецкое командование отдало приказ о передислокации частей дивизии СС «Галичина» в район Банской-Штавницы для закрытия прорыва противника.

21 января 1945 года в дивизию поступил приказ о переводе полков пешим порядком в Штирию. Это был тяжелейший переход по горной местности, заваленной снегом. Участились случаи гибели солдат от отморожения. Появились факты дезертирства. Дивизию разделили на три маршевые группы А, В и С. На участке маршрута Грац — Брук дивизия должна была двигаться только ночью из-за активного действия английской авиации, которая буквально охотилась за колонами, увеличивая количество потерь. Для галичан английские летчики являлись страшной силой, с которой совладать они никак не могли.

Прибыв на место новой дислокации в район Граца, личный состав встретил недружественное отношение к себе со стороны местных властей. Так гауляйтер района доктор Зигфрид Уиберрайтер стал упрекать начштаба В. Д. Гайке, что дивизия де будет обжирать местное население и вносить смуту и беспокойство в доселе тихий район. Правда, со временем все вопросы размещения воинских подразделений были отрегулированы.

В этот период обескровленные части дивизии совместно с немецкими подразделениями под командованием обергруппенфюрера СС Роснера бросили на борьбу с партизанами Югославии в горных районах массива Менина Планина. Почти все попытки немецко-украинских частей разбить партизан успеха не имели.

В марте 1945 года, когда немцам стало совсем плохо, в штаб дивизии поступил приказ командования группы армий «Юг» о практическом разоружении личного состава дивизии. Приказ предписывал собрать все оружие, доставить его на станцию в Марибор и погрузить в вагоны для доставки в Нюрнберг. Приказ в дивизии вызвал настоящий шок. Спасла от позора разоружения…немецкая авиация, разбомбившая железнодорожный узел. Движение было прервано, да и комдив противился исполнять приказ из-за частых налетов партизан.

30 марта 1945 года украинская дивизия включается сначала в состав 2-ой немецкой армии, а во второй половине апреля — 6-ой армии.

В конце апреля 1945 года в дивизию прибыл главнокомандующий Украинской национальной Армией генерал-лейтенант П. Шандрук, руководитель УНК профессор В. Кубийович, группенфюрер О. Вехтер, полковник А. Бизанц и оберфюрер СС доктор Ф. Арльт. В торжественной обстановке дивизия приняла присягу на верность Украине. Вот её текст:

«Присягаю всемогущему Богу перед Святою Его Евангилией и Животворящим Христом, не жалея ни жизни, ни здоровья, везде и всегда под Украинским Национальным Флагом бороться с оружием в руках за свой Народ и свою Отчизну — Украину.

Сознающий большую ответственность обязуюсь, как воин Украинского Национального Войска выполнять все приказы своих начальников в послушании и безоговорочно, а служебные поручения держать в тайне.

Так пусть мне в этом поможет Бог и Пречиста Мать, — аминь».

Приближался конец войне. Запахло капитуляцией фашистской Германии. Командиры-украинцы дивизии решили сдаться англичанам или американцам. В тоже время комдив Фрайтаг вынашивал план уйти в горы с наиболее верными немецкими офицерами и продолжить сопротивление. Когда же офицеры отказались от этой глупой затеи, Фрайтаг застрелился.

10 мая КП дивизии разместился в районе рынка в небольшом городе Тамсвеге, а части самого соединения «Галичина» стали лагерем недалеко от этого населенного пункта. Комендантом лагеря был назначен Е. Побегущий. Фактически командиром дивизии с 10 мая 1945 года являлся генерал Михайло Крат.

А тем временем П. Шандрук метался между американцами и англичанами с целью договорится о сдаче личного состава дивизии «союзникам», потому что понимал, что ждет «галичан» в случае, если они попадут в руки советских властей. Многие были вывезены в Великобритании. Немало битых бывших украинских «вояк» осело в США, Канаде и странах Латынской Америки. Но некоторые, особенно в первые дни после завершения войны, оказались выданными англичанами вместе с казаками советскому командованию.

Новые хозяева привечали недобитых «галичан» с целью задействования их в новых планах, теперь уже «холодной войны» с Советским Союзом, прекрасно понимая, что волки каждый год линяют, и всё же только серыми бывают.

* * *

Украинская повстанческая армия (УПА) как вооруженное крыло ОУН (б) практически существовала с октября 1942 по 1954 годы, воюя под красно черным флагом против Красной армии, советских партизан, местных властей, отрядов польского подполья Армии Людовой и Армии Крайовой, польского и еврейского этнического меньшинства, а также мирного населения прямо или косвенно поддерживавшего порядки и государственные законы в УССР.

УПА появилась вначале на Волыни, а затем и в других западных регионах Украины. Немецкий историк Норберт Мюллер в своей книге «Вермахт и оккупация» категорически утверждает со ссылкой на архивные документы, что вооруженные формирования украинских националистов были созданы с санкции рейхминистра Альфреда Розенберга, после проведенного 13 декабря 1942 года совещания по проблеме борьбы с советскими партизанами.

Решение о создании отрядов УПА было принято на конференции ОУН, состоявшейся 17–23 февраля 1943 года. В этом документе было записано:

«Для планового развития борьбы и самообороны необходимо создать группы организованной силы…под названием Украинской повстанческой армии».

А вот как на деле выглядела эта самая «самооборона».

В начале августа в город Сарны Ровенской области слетелось и съехалось большое начальство, как со стороны вермахта, так и спецслужб. На состоявшемся совещании «начальства» и представителей местных немецких оккупационных властей вместе с деятелями ОУН обсуждались вопросы совместных действий против активизации советских партизан, особенно на железнодорожных магистралях и шоссейных дорогах.

Процесс «предательства» шел в ускоренном темпе. Спустя неделю делегация местного провода ОУН выехала в Берлин для инструктажа. В результате договорились, что бандеровцы из УПА обязываются охранять железную дорогу, мосты от налетов советских партизан, участвовать в борьбе с партизанским движением, выполнять и поддерживать мероприятия немецких оккупационных властей.

А что же немцы обещали «свидомим» украинцам?

Они обязывались оказывать всестороннюю помощь бандеровцам в обеспечении их обмундированием, обувью, оружием и боеприпасами, а в случае победы — разгрома СССР — обещали разрешить создание «Самостоятельной украинской державы» под протекторатом Германии.

Сегодня среди «майдаунов» можно услышать, что УПА воевала, причем активно, на два фронта — против немцев и москалей.

Анализ архивных документов показывает, что УПА создавалась под непосредственным руководством гитлеровских спецслужб. Поэтому УПА никогда не была украинским военным формированием. Главарями ее были нацистские наемники и агенты: командующий УПА Дмитро Клячкивский («Клим Савур»), сменивший его Роман Шухевич («Тарас Чупринка»), начальник штаба УПА Дмитро Грицай («Перебийнос») были офицерами абвера.

Гитлервцы не только формировали УПА, но и вооружали ее. Этим занималась абверкоманда-202. По сведениям, полученным из архивов самых бандитов, в том числе и выкопанных по наводке последнего руководителя УПА Василия Кука в ноябре 1954 года в Рогатинском районе Станиславской области 7 бидонов секретных документов выяснилось, по неполным данным немцами упавцам было передано:

— 700 минометов,

— 10 тысяч станковых и ручных пулеметов,

— 26 тысяч автоматов,

— 22 тысячи пистолетов,

— 100 тысяч гранат,

— 80 тысяч мин и снарядов.

Переданы были миллионы патронов, радиостанции, портативные машинки и другое вооружение и снаряжение.

Вот так они боролись за самостийную Украину — сколько жизней своих соотечественников загубили они немецким оружием.

Что касается вооруженной борьбы с гитлеровцами, то их «боротьба» ограничивалась т. н. «самообороной народа» против оккупационных местных администраций Германии, организовывающей набеги в сельской местности за пополнением продовольствия и фуража. И то это были единичные случаи.

Вернемся немножко к прошлому.

После 1939 года, с восстановлением советской власти на территориях Западной Украины, УПА стала действовать против небольших групп и отдельных военнослужащих Красной армии, солдат и офицеров внутренних и пограничных войск НКВД СССР, сотрудников правоохранительных органов, советских и партийных работников, колхозных активистов, представителей интеллигенции, приехавших «с востока», называя их «советами».

Служба безопасности УПА особо свирепствовала в поисках «зрадныкив» (предателей — авт.) среди своих соратников. Многочисленные архивные материалы свидетельствуют о диких цифрах уничтожения заподозренных в измене бандеровцев.

И действительно бандеровцы УПА жестоко расправлялись с каждым, кто пытался уклониться от так называемой мобилизации в банды. По приказу командующего УПА Клячкивского к «дезертирам-зрадныкам» применялась «особая мера наказания» — сто ударами палками, что было равнозначно смертной казни. Их семьи, как правило, истреблялись, хозяйственные постройки подвергались разграблению или сожжению. Из этого нетрудно понять, что УПА не была добровольческим формированием. В неё «зазывали» под страхом применения жесточайших мер как к уклоняющимся от службы в армии, так и их родственников.

Передо мной несколько фотокопиий документов решений судов УПА по уклонистам:

1. «Решение полевого суда ОУН-УПА по делу казака Ризиканта, обвиняемого в дезертирстве и измене родине. Приговор: наказать казака Ризиканта самым суровым образом — путем отрубания головы перед отрядом…»

Приговор подписан 10 октября 1943 года тремя «судьями» — Зинченко, Подкова, Снижок. Не исключено, что это были псевдонимы бандеровцев.

2. «Приговор суда ОУН-УПА по делу казака, руководителя подрайонного отдела СБ Степового-Сокаленко, оставившего УПА. Осужден 27 августа 1944 года к расстрелу».

3. «Приговор о расстреле стрелка полевой жандармерии Юзифовича за невыполнение приказа начальства и неявку к месту службы 12 октября 1943 года».

4. «Приказ № 4 командира отряда группы «Заграва» главарю банды Гуку о направлении двух отделений (роев) в польскую колонию «Галиция» с целью уничтожить там пять семей поляков и произвести разведку от 28 сентября 1943 года». Приказ заканчивается словами: «Слава Украине! Героям слава!»

5. «Постановление полевого суда ОУН-УПА от 19 мая 1944 года по делу казака Атута. Последний за распространение пессимистических мыслей, деморализующих упавцев, приговорен к расстрелу».

6. «Постановление полевого суда группы УПА группы «Заграва» от 3 мая 1944 года по делу казаков Вовкулака и Шаткир. За сон на посту оба приговорены к расстрелу. Приговор утвердил командир Ярок».

Таких материалов в архивах Украины тысячи…Есть, естественно, они и в Москве.

Геноцид против поляков

В ходе бандеровских акций уничтожено 399 польских сел на Волыни и 218 — на Ровенщине.

(из газет).

Сшибок между людьми без поводов реальных и надуманных в истории не бывает. Что же касается отношения польских и украинских националистов, то они на протяжении многих веков спорили из-за смешанных польско-украинских территорий. В разное время земли Волыни, Полесья и Холмщины входили в состав Польши. Несмотря на то, что, на этих территориях большинство составляли украинцы, поляки вели себя как паны-хозяева. Процесс активного заселения вышеупомянутых земель поляками естественно вызывал, мягко говоря, недовольство со стороны украинцев. Об этом писал в 1967 году подпольщик-партизан отряда особого назначения Д. Н. Медведева, коллега разведчика Н. И. Кузнецова Николай Струтинский:

«…На самых плодородных землях Волыни правительство Пилсудского поселяло бывших офицеров польской армии, воевавших против молодой Советской России. Эти земли отдавались им бесплатно «в вечное пользование». Для укрепления хозяйств безвозмездно выделялись денежные ссуды.

Избалованная правительством, а также попустительством главного осадника Юзефа Пилсудского, каста осадников (польских переселенцев-колонистов — авт.) с презрением относилась к украинскому населению, проживавшему в Горыньграде и окружающих селах. Они всячески старались унизить человеческое достоинство украинцев, называя их «холопами», «быдлотой».

Не случайно пружина украинского национализма должна была ударить по полякам. Весной 1937 года будущие руководители СБ ОУН Владимир Макар и Петр Башук создали террористическую спецгруппу под названием «Волки». Они начинали с погромов помещичьих польских усадеб — «маетков», а уже летом того же года убили агента полиции Я. Душко. В 1939 году «Волки» разоружили ряд участков польской полиции, оружие конфисковали. Дефензива предприняла серию жестких ответных мер. Следует подчеркнуть, что вооруженные формирования ОУН до 23 сентября 1939 года разоружили 3600 польских военнослужащих и полицейских, захватили 1 танк, 8 самолетов, 7 орудий и почти 8000 единиц стрелкового оружия. Этот антипольский вектор продолжал существовать на протяжении всей войны.

Но давайте вернемся ещё раз к положению украинцев при правлении панской Польши. В начальных школах, где занимались дети украинцев, преподавание велось на польском языке, и лишь один урок в день проводился на украинском языке. Помещики, кулаки, ксендзы-иезуиты, осадники беззастенчиво эксплуатировали бедняков. А осенью, по окончанию полевых работ, любой богач мог выгнать батрака, как собаку. Обездоленные люди бродили по родной земле в поисках куска хлеба…»

Нередко неприятие друг друга под воздействием националистической намагниченности приводило к кровопролитиям с той и с другой стороны.

По словам современного польского историка Е. Томашевского, — «польская держава воспитывала себе отряды заклятых врагов, которые с нетерпением считали момента расплаты».

В глубокие исторические пласты нет необходимости вторгаться, — это тема не для настоящего исследования. Вернемся к событиям середины прошлого века.

* * *

К 1939 году польское руководство, как писал Михаил Мельтюхов, вместо того чтобы найти выгодный компромисс и стать младшим партнером Германии, что было вполне возможно, или СССР, что было практически исключено, Варшава решила поиграть в большую политику. Если в мирный период такая игра еще могла бы дать некоторые результаты, то в условиях начала Второй мировой войны она была обречена.

Интересно отметить, что после начала Второй мировой войны и молниеносного разгрома Польши 13 ноября 1939 года польское правительство в эмиграции создало подпольную организацию «Союз вооруженной борьбы» (СВБ). Она занималась на территории Западной Украины и Западной Белоруссии разведывательной деятельностью, организацией саботажа, диверсий и террористических актов. На территории Западной Украины только с мая по ноябрь 1940 года было совершено 96 терактов против представителей советской власти.

Настораживали Москву и публичные заявления, подобные радиовыступлению главы польского эмигрантского правительства В. Сикорского 1 марта 1940 года о том, что «мы находимся в состоянии войны с Советами, как и с Германией».

Не правда, как созвучны эти слова с демагогией украинских националистов о том же — они тоже, дескать, воевали против москалей и нацистов. Как говорится, — Бог им судья, но и мы вмешаемся в этот процесс ради отыскания истины. Пафос, конечно понятен, но факты — упрямая вещь.

Получается, возникла своеобразная зависть, переросшая в болезненную ревность, у западно-украинских националистов к своим недавним хозяевам, кто больше насолит Советам.

Оуновцы из числа бандеровцев и мельниковцев считали, что, прежде всего, они играют первую скрипку помощи гитлеровцам в борьбе «с жидо-большевистской властью Москвы», а «ляхи» только мстят Советской России.

Шесть лет спустя после начала войны Сталин, выступая на встрече при подписании советско-польского договора о дружбе и сотрудничестве, по этому поводу заявил:

«Старые правители Польши не хотели иметь союзных отношений с Советским Союзом. И, конечно, доигрались…Польша была оккупирована, её независимость — аннулирована».

* * *

Бандеровцы в течение 1943–1944 годов провели целую серию террористических акций против польского населения, проживающего на территории Западной Украины. По приказу Центрального провода ОУН подразделения УПА стали в буквальном смысле вырезать целые семьи поляков и сжигать места их компактного проживания. Кроме того, оуновцы получили отмашку от гитлеровцев, предписывающих согласно плану «Ост» искоренить поляков, как и другие славянские этносы.

Они были заинтересованы в санации территории под заселение её в будущем немцами в ходе установления «нового порядка» в Европе. Потом бы они взялись и за украинцев, и не только из ОУН, — это тоже, по мнению нацистов, была «грязная нация» в расовом разумении этого слова.

Реакция на понятие врага у бандеровцев была жестока и вполне стыковалась с нацистской практикой. Вот что говорилось в одном из документов ОУН:

«Жестокость против врагов народа никогда не являлась чрезмерной…Нож, пистолет, яд и коварство — это то, чем националист может пользоваться в борьбе с врагом, лишь бы выигрыш был на нашей стороне».

И они действовали: ножом, топором, штыком, удавкой, пистолетом…

3 августа 1943 года состоялся так называемый Чрезвычайный Великий Сбор ОУН. В пунктах 11 и 12 резолюции этого сборища говорилось:

«Мы гарантируем право национальных меньшинств развивать свою собственную по форме и содержанию национальную культуру» и «равенство всех граждан Украины независимо от их национальности в государственных, общественных правах и обязанностях, равное право на труд, оплату труда и отдых…»

Ещё не успели главари ОУН принять и провозгласить «постанову збору» — (постановление собрания — авт.), как члены центрального провода санкционировали планомерное уничтожение лиц неукраинской национальности.

Обратимся к свидетельским показаниям одного из руководителей УПА Юрия Стельмащука, действовавшего на Волыни и Ровенщине под кличками «Кайдаш» и «Рудой» и захваченного «истребками» из числа местного населения вместе с представителями органов госбезопасности УССР в феврале 1945 года.

Являясь членом ОУН, он в январе 1940 года бежал в Польшу, оккупированную в то время немцами. Там он был завербован агентом абвера, референтом по военным делам центрального провода ОУН Ю. Лопатинским и направлен в немецкую разведшколу, в которой готовили диверсантов.

Вскоре, а точнее с 16 июня 1941 года Стельмащук, согласно документам прикрытия, стал Григорием Михайловичем Грицкивом. Абверовское начальство поставило его группе, состоящей из четырех человек, совершить ряд диверсий на крупном железнодорожном узле станции Сарны. В документах у немцев этот узел именовался как «Сарненский крест». Для этой цели перед началом войны диверсантов забросили на территорию Ровенской области.

В протоколе допроса Стельмащука от 28 февраля 1945 года есть такое признание:

«…В июне 1943 года руководитель так называемой северной группы УПА «Клим Савур» — Клячковский Дмитрий передал мне устное указание центрального провода ОУН о поголовном и повсеместном физическом истреблении всего польского населения, проживавшего на территории западных областей Украины. Выполняя эту директиву главарей ОУН, я в августе 1943 года с соединением ряда бандгрупп УПА — вырезал более 15 тысяч польского населения в некоторых районах Волыни…

29–30 августа 1943 года я собрал отряд в несколько сот человек и по приказу командующего, так называемого военного округа ОУН, «Олега» на территории Ковельского, Любомльского и Туринского районов Волынской области мы вырезали всё польское население. Все их имущество мы разграбили, а хозяйства сожгли. Всего в этих районах за 29 и 30 августа 1943 года мы вырезали и расстреляли более 15 тысяч человек, среди которых было много престарелых людей, женщин и детей.

Мы сгоняли поголовно все население в одно место, окружали его и начинали резню. После того, как не оставалось ни одного живого человека, рыли большие ямы, сбрасывали в них все трупы и засыпали землей. Чтобы скрыть следы этой страшной акции, на могилах мы разжигали костры. Так мы полностью уничтожили десятки небольших сел и хуторов…»

От учиненных украинскими «союзниками» зверств в отношении поляков, оторопели даже гитлеровцы. Они решили поставить на место проявивших кровавую инициативу своих холуев. Некоторых, самых ретивых, немцы отправили в концлагерь. Потом их выпустили.

* * *

В своих воспоминаниях «Годы огневые» о том периоде войны поделился один и руководителей партизанского движения в западных областях Украины М. С. Корчев. Он писал:

«…к новым кровавым оргиям готовились националисты. В район Городно пришли две банды из куреней «Легенды» и «Шаулы». Они рыскали по селам, устраивали засады на партизанских связных, уничтожали подпольщиков и подозрительных людей. Польские хутора вокруг села Гуты-Степанской были сожжены дотла. Само село ещё держалось благодаря группе самообороны, которой командовали Вирбжимский, Конверский, Чебельский и партизанскому отряду Дорошенко.

Крупные банды «желтоблакитников» появились в ряде сел Дубровицкого, Сарненского и Ракитнянского районов. Усилилась мобилизация всех мужчин от 17 до 50 лет в УНРА. Тех, кто отказывался идти под знамена националистов, расстреливали на месте».

Но вернемся к злодеяниям Стельмащука. Послушаем, что говорили свидетели злодеяний «Рудого» на следствии летом 1945 года:

А. И. Гаврилюк из села Литогоще Рожищеского района Волынской области:

«..Массовое уничтожение населения в колониях Гай и Суходолы произошло в конце лета 1943 года. Я лично был свидетелем этого страшного зрелища, поскольку бандиты заставили меня закапывать трупы убитых. В колониях Гай и Суходолы насчитывалось около 15 хозяйств. Все жители этих колоний были убиты, их имущество было разгромлено, а строения сожжены…»

Ф. М. Столярчук из села Подрожье бывшего Голобовского района:

«…В марте 1943 года в нашем селе появилась банда, которой руководил Пашкевич. До этого он был командиром полиции в Голобах. Пашкевич непосредственно подчинялся бандиту «Рудому», который иногда заходил в село Подорожье. В селе насчитывалось 42 семьи полькой национальности, которые в конце лета 1943 года были убиты бандитами под руководством «Рудого», их дома сожжены, а имущество разграблено…»

Т. П. Карпук из того же села Подрожье:

«…Уничтожение польского населения бандитами ОУН на территории Голобовского района произошло примерно в июле-августе 1943 года. В это время я проживал в колонии Подрожье, в которой насчитывалось более 50 хозяйств. Поскольку я лично знал всех жителей этой колонии, по моим подсчетам, было убито 426 человек, в том числе жена моего сына и их двое детей…»

О. П. Севасюк из села Марьяновки Ковельского района:

«…Массовое уничтожение польского населения в Волынской области проводилось летом 1943 года отрядом так называемой УПА под руководством верховода «Рудого». В каждом районе карательные акции проводили банды, входившие в подчинение «Рудого». Например, уничтожением польских колоний Подрожье, Гай, Мыслина руководил бывший коменданта немецкой полиции Пашкевич под бандитской кличкой «Лысый», в колониях Засмыки, Грушовка, Яновка, Пересеки — бандит «Рудой». Под руководство «Рудого» на территориях области было замучено несколько тысяч человек польского населения…»

В архиве УКГБ УССР по Волынской области хранились материалы о том, что в середине сентября 1943 года «вояками» УПА в Гороховском районе Волынской области было застрелено, зарублено, задушено и зарезано около 3000 поляков. Характерно, что одной из групп УПА, руководил священник автокефальной церкви, находившийся в ОУН и отпускавший грехи своей пастве за учиненные злодеяния.

Все эти факты срывают последний флер с современных «майдановцев» утверждающих, что никакого геноцида против поляков со стороны УПА не существовало.

* * *

Следует заметить, что фашистам на руку была непримиримая вражда этих двух славянских народов. Некоторые чиновники-немцы прямо говорили, что конфликт между поляками и украинцами им крайне нужен в создавшейся обстановке на фронтах. В связи с тем, что украинские полицаи, понимая исход войны, стали драпать в леса под крыло УПА, немцы решили набирать в полицию поляков. Интересно заметил об этой националистической сшибке в беседе с поляками немец, Сарненский гебитскомиссар:

«Вы любите Сикорского, а украинцы хотят Бандеру. Ну и бейтесь между собой. Немцы никому помогать не будут!»

Но это слова, а на деле они подбрасывали оружие той и другой стороне — бейтесь, дурачье. Быстрее очистите нам вашу пока землю. Украинские националисты разбивали головы польским младенцам о дверные косяки, а поляки сжигали церкви вместе с православными прихожанами.

Так в селе Беричи на Волыни гитлеровцы, пытаясь посеять вражду между поляками и украинцами, устроили зверскую расправу над мирным украинским населением. Согнали в школу более пятисот женщин, детей, стариков и заживо сожгли их. А в селе Ляски то же самое сделали с 386-ю поляками. Следы своих преступлений они тщательно маскировали.

Чтобы отомстить коварному врагу, один из отрядов партизан, действовавший на границе между Волынской и Ровенской областью, «оседлал» железную дорогу Ковель — Сарны. «За каждого сожженного мирного жителя — десять фашистов!» — поклялись тогда партизаны интернационального отряда Макса, в котором воевали русские, украинцы, поляки, белорусы, узбеки, казахи, киргизы…

Это были сыны и дочери одной, единой и большой Отчизны. Шесть часов ждали фашистский эшелон, и свой счет они открыли под утро, когда из Рафаловки подошел состав с живой силой противника. Под откос полетел паровоз и несколько вагонов с личным составом вермахта. Погибло сто семьдесят фашистских солдат и офицеров. Затем один за другим партизаны пустили под откос ещё семь воинских эшелонов.

Гитлеровцы зверели и с каждым днем теряли надежду расправиться с руководителем отряда Максом. И тогда они придумали новую тактику, — распространили слух, что на севере Волыни действует группа фанатично настроенных поляков, которые под руководством своего атамана жестоко расправляются с украинцами.

Чтобы подкрепить свою ложь «фактами», благо опыт на такие провокации у немцев был, взять хотя бы осуществление операции под кодовым названием «Консервы» с «захватом поляками» радиостанции у Глевице. Именно она явилась формальной причиной начала боевых действий германских войск против Польши.

Теперь гитлеровцы под видом поляков врывались в села, жгли хаты, убивали людей и везде разбрасывали лживые воззвания, подписанные якобы тем самым Максом.

Однако местное население прекрасно знало многонациональный отряд Макса и любило командира партизан. Бойцы его храбро воевали с оккупантами, рассказывали жителям правду о «новом порядке» гитлеровцев, сообщали сведения о положении на фронте, делились с крестьянами продуктами, отобранными у немцев.

Командир партизанского отряда Макс в октябре 1943 года на пике антипольской кампании бандеровцев провел одну операцию, — он вывез в Пословские леса несколько тысяч поляков. Для эвакуированных граждан советские партизаны заранее приготовили жилье, бытовые службы. Там в хорошо утепленных землянках, польские семьи прожили до полного изгнания врага из Ровенской и Волынской областей.

А что мы видим сегодня — несправедливая обида на Россию тех и других…

* * *

Бандеровская резня, развязанная в августе 1943 года в северных районах Волыни, а в сентябре и в южных, оставила несмываемое, кровавое пятно в их «послужном» списке. Они надеялись, что уничтожили всех «под корень», но остались свидетели этих злодеяний. Они вскоре перебрались в Польшу и там поведали то, что видели и слышали.

В 1996 году в Варшаве был издан сборник воспоминаний тридцати пяти лиц, переживших трагедию поляков в Западной Украине под названием «Свидетели говорят».

Предоставим некоторым из них слово:

Чеслав Кувалек:

«29 августа 1943 года в воскресенье после обеда к нам дошли сведенья об уничтожении польских сел. Реакция у людей была разная: одни не верили, что кто-то может прийти и безосновательно уничтожить польское село; другие высказывали намерения выехать с семьями до Ягодина; третьи предлагали оборонять село.

Эта мысль стала доминирующей, но у нас не было ни одного человека, который хорошо знал бы военное дело и имел в этом соответствующий авторитет. Мы не имели необходимой информации относительно сил и вооружения нападающих. В ночь с 29 на 30 августа возле моего дома сформировалась колонна повозок, загруженная семьями, которые намеревались покинуть село. К сожалению, их вернули обратно и предложили участвовать в обороне села. Это привело к напрасной гибели около 480 человек.

Рано утром 30 августа 1943 года село было обстреляно из пулемётов по всей его длине с южного направления. Дорога на Ягодин была отрезана. Естественно, чтобы обороняться от такой силы, необходимо было иметь хотя бы 8 ручных пулемётов. Бандеровцы вошли в село после спада тумана. Успокаивая людей, они начали их сгонять в школу якобы для проведения собрания, вначале мужчин, а затем женщин и детей. Перед тем, как идти в школу, я сказал членам своей семьи, чтобы они прятались за сложенными в куче колодами, предназначенными для строительства, а сам хотел сориентироваться в ситуации возле школы. Поскольку родители и вся моя семья сразу за мной пришли в школу, я уже ничем не мог помочь им.

Некоторое время я ходил между согнанными к школе людьми и бандеровцами, присматриваясь к их вооружению и обмундированию. По их поведению я пришел к заключению, что они не будут покладистыми и никого не пожалеют. Поэтому решил незаметно исчезнуть со двора школы, чтобы где-то спрятаться. Я ушел из толпы в то время, когда мужчин начали загонять внутрь школы, а детей и женщин — в костел.

В это время я заметил, что со стороны села Заполье шла группа украинцев с вилами и топорами на плечах. Я стал удаляться вглубь села, чтобы не дать себя зарубить. Побежал между дворами и оказался в хозяйстве односельчанина Шведа. Тут я попал в ловушку, так как двор обыскивали бандеровцы. Было их полно и на главной улице села. Еще каких-то людей вели в направлении школы.

В этой ситуации я не имел другого выхода из положения, как лечь под забором, который со стороны Шведов зарос кустами, а со стороны других соседей — большими лопухами и красной смородиной. Там я спрятался и долго лежал недвижимый. Через некоторое время послышалась украинская речь: «Видишь, где он сидит». Подумал, что меня заметили, и пришел конец. Но в этот момент меня осенила другая мысль: «Пока не увижу над собой ствола винтовки, не раскрою себя».

В это время послышался плач мальчика Шведа Феликса, 10 лет, лежавшего между рядами на картофельной грядке. Один из украинцев предложил застрелить его, а другой приказал ему идти в школу. Мальчик с плачем ушел в направлении школы.

Лежа в укрытии под забором, я пережил ещё две угрозы. Первая, когда перепуганная корова бежала прямо на меня и могла растоптать. Я пошевелился, и она остановилась, а затем побежала в сторону. Во второй раз я был напуган, мчавшимся на коне бандеровцем. Его внимание отвлекли входившие в село немецкие солдаты. Услышав их голоса, я вышел из укрытия. Здесь же я увидел своего отца и ещё нескольких односельчан. Среди них был мой школьный товарищ Юлиан Трусюк, 18 лет, который немного говорил по-немецки. Он обратился к немцам, прося их спасти женщин и детей, которых бандеровцы погнали по дороге. Немцы отказались.

Тогда Трусюк попросил их дать оружие, чтобы силами поляков освободить от расправы обреченных односельчан. В ответ немцы рассмеялись и оттолкнули от себя Юлиана. Но и после этого Юлиан Трусюк пытался как-то спасти женщин и детей, среди которых находилась и моя 50-летняя мать, сестра Оля и брат Генрих.

Позже нам стало известно, что в колодце возле дома Трусюков, во дворе которого расстреливали мужчин, находятся тела моего 98-летнего прадеда Владислава Кувалка и трупы многих детей. Через некоторое время детей, брошенных в колодец, вытянули, но опознать их уже было невозможно.

Юлиан Трусюк позже стал воином 27-й Волынской пехотной дивизии Армии Краевой. Он погиб в апреле 1944 года.

Хочу возвратиться к эпизоду, когда бандеровцы сгоняли поляков в школу, чтобы показать их коварство. Они разговаривали с нами притворно вежливо, даже «по-приятельски». Дескать, проведем собрание и по-хорошему разойдемся. Но потом, когда люди были согнаны, бандеровцы показали свое настоящее лицо.

Один из моих товарищей, переживших расстрел, рассказал, как все это происходило. Людей клали на землю рядами, лицом вниз, а затем расстреливали их. Укладывая в очередной раз людей для расстрела, бандеровец выстрелил в 3–4 летнего мальчика. Пуля снесла верхнюю часть его черепа. Ребенок поднялся, начал кричать и бегать то в одну, то в другую сторону с открытым пульсирующим мозгом. Бандеровец продолжал стрелять, а ребенок бегал, пока очередная пуля не успокоила его…»

* * *

Ева Швед:

«В воскресенье я пошла в костел, а затем к подруге Марцельке Музыке, чтобы узнать, вернулась ли она с больницы и что слышно вокруг, потому что в селе Островки идет какая-то суета. Девушки в селе готовят бинты из старых простыней и рубашек. Люди о чем-то перешептываются, творится непонятная суматоха. Когда я пришла к Марцельке, то она предложила переночевать у неё с тем, чтобы утром мы вместе пошли в костел…

Утром на нас напала националистическая свора. Люди начали убегать в поле. Я направилась домой, но группа бандеровцев, укрывшихся за кладбищем, повернула меня обратно. Некоторые поляки начали убегать на повозках. Я побежала в направлении костела. Навстречу мне двигались люди, вооруженные винтовками, топорами, косами, вилами…

Я спряталась в хлебной копне. Здесь же пряталась односельчанка Гелена с дочерью. Нас обнаружили и погнали в костел, где уже было много народа, а отсюда повели к школе. Мужчин отделили и повели во двор Ильи. Там их всех и побили, предварительно вырыв ямы, а нас, женщин, вновь загнали в костел. В колодце, что во дворе Ильи, утопили священника Станислава Добрянского, человека ангельской доброты. Живыми бросили в колодец ещё несколько человек. Побитых закопали во рвах. Один из таких рвов находился во дворе Ильи, а другой — у Марцинка. Хотя сегодня не узнать тех мест, но я попыталась бы их найти.

В костеле люди плакали, причитали, дети обещали, если останутся живыми, пешком отправятся на молебен в Ченстохов. Бандеровцы открыли костел и, засучив рукава, начали вытаскивать людей на улицу. Нас погнали под наше село Сокол. Было нас около 550 человек из сел Островки и Воля Островецкая. Из Воли Островецкой женщины с детьми съехались в воскресенье в Островки на молебен. Здесь находилась наша парафия. Мужчин замучили до нас. В костеле все начали готовиться к смерти: крестились, молились, исповедовались. Когда начали открывать дверь и выгонять людей на улицу, я подумала, что будут поджигать костел. Я легла в гроб Иисуса Христа возле алтаря со словами:

«Господи, ты в гробу, а я возле гроба».

И всё же добрались и до меня. Когда нас выгнали на улицу, никто не плакал. Брали по десять человек и клали на землю лицом вниз. Стреляли разрывными пулями. Рядом со мной лежала Михайлина Ваврикова со своим сыном. Чувствую, что ранена. Поднимаю голову и говорю палачу: «Пусть спадет пелена с ваших глаз. За границей проживает много поляков. Придет время, и вам отомстят».

А он мне отвечает: «Ты их видеть не будешь». А я к нему, — «Убей меня, только хорошенько, чтобы не мучилась».

Выстрел пришелся мне в бок и палец на руке. Кто-то подошел ко мне и, дав несколько пинков, сказал, что я убита. Долгое время я лежала совсем неподвижно, пока не ушли бандеровцы.

Очнувшись, я подняла голову. Светит солнце, прекрасный мир…

И вдруг вижу вокруг себя трупы близких мне людей. Дочери Марцельки Музыки Луция и Ядзя держат под руки маленького братика. У Марцельки была размозжена голова. Луция лежала с простреленной головой. Ядзя и братик оказались живы. Они поднялись, взялись за руки, и пошли в город Любомль. Я же пошла в Ягодин. Воля Островецкая вся горела. Здесь на железнодорожной станции сделали мне перевязку. Доехала до города Дорогуска (Хелмское воеводство). Доктор Вядовский взял меня к себе и вылечил. Говорить об этом очень тяжело: открывается душевная рана».

* * *

Тадеуш Которский:

«До 1939 года я проживал в Ковельском районе на Волыни. Ходил в семилетнюю школу, которая находилась в польской колонии Ружин, что в 15 километрах от Ковеля. В период немецкой оккупации работал в автомастерских в Ковеле. До конца 1942 года мы жили с украинцами добрососедски. Даже не испытывали обиды, когда в период немецкой оккупации нас в местных учреждениях заставляли говорить исключительно по-украински, поскольку всегда воспитывались в атмосфере уважения к украинской культуре и православной вере. Учили, что необходимо отвечать по-украински, когда спрашивающий не знал польского языка или не хотел им пользоваться. Большинство поляков владело украинским языком, а украинцы, особенно молодежь, знала польский.

Уничтожение поляков бандами УПА началось летом 1943 года, а под осень того же года трагедия достигла своей вершины. Первое действие трагедии имело место 10 июля 1943 года, когда польская делегация в составе Зигмунда Румля, Кристофера Мазуркевича и Витольда Добровольского отправилась на повторные мирные переговоры с представителями УПА с целью выяснения претензий со стороны оуновцев к польскому населению Ковельского округа. Польские парламентарии с переговоров не вернулись. Как выяснилось позже, они были зверски убиты.

Вторая трагедия произошла 27 августа 1943 года. В этот день на глазах жителей колонии и села Ружин были коварно схвачены и связаны колючей проволокой восемь беззащитных молодых поляков. Молодая учительница, обучавшая украинцев и поляков, Александра Магер молила палачей пощадить этих людей. Её дерзко отбросили от одной из повозок, на которой приехали бандеровцы, и прикладами винтовок затолкали в придорожную канаву. Несмотря на это, учительница не успокоилась, и на повозке одного из односельчанин поехала вслед за удаляющимися бандеровцами, которые ехали в сторону леса Свинючинский.

Тем временем отец трех схваченных бандеровцами юношей Магер Петр действовал по-своему. Он подкупил соседа Митьку Юхимчука, являвшегося старостой и пропагандистом ОУН. Тот сел на мой велосипед и поехал к своему родственнику Ляховскому (или Лясковскому), проживающему в селе Ставок близ г. Турийска и занимавшему важное положение в УПА. Поехал с целью спасти жизнь сыновей Магеры и их товарищей. Юхимчук Митька возвратился только через неделю. Он рассказал, что был задержан оуновцами и обвинен в пособничестве полякам.

Позже в лесу Свинючинском была найдена могила с телами убитых молодых поляков, чьи останки были опознаны по сохранившимся остаткам одежды. Через некоторое время в колонию Трускоты вторглась развернувшаяся в боевые порядки сотня УПА. Застигнутые неожиданностью в середине дня, жители колонии спасались бегством в направлении железной дороги, т. е. в сторону немецкого гарнизона, охранявшего железнодорожный мост. Убегавшие интуитивно избрали правильное направление: преследовавшие их уповцы не могли стрелять в сторону немецкого гарнизона.

В колонии уповцы убили двух поляков — Адольфа Мусялка и Максимилиана Крупку, которые оставались в своих усадьбах, когда появились бандеровцы. К этому времени в селе Трускоты была организована вооруженная группа самообороны из пяти человек польской национальности. Они открыли огонь по наступающей сотне УПА и убили одного бандеровца — уроженца села. Факт самообороны оказался для бандеровцев неожиданным. Боясь потревожить немецкий гарнизон, находившийся неподалеку, бандеровцы не открывали ответный огонь по полякам. Вечером того же дня сотня УПА сожгла школу в селе Ружин…

11 ноября 1943 года наша группа самообороны в колониях Ружин и Трускоты отбивала попытки группы УПА ворваться в эти села. На другой день мы покинули Трускоты. Там получил тяжелое ранение в ногу Стефан Сковрон, 18 лет, полный сирота, являвшийся моим хорошим товарищем. Мы оказали ему возможную первую помощь, и он попросил нас оставить его возле дома нашего соседа Гната Юхимчука. На другой день Стах Шимчак пошел забрать Стефана. Оказалось, что его уже нет в живых. У него был распорот живот, вытянуты все внутренности, выколоты глдаза, а с ног сняты ботинки. Вскоре его брат Зигмунд опознал эти ботинки на жителе села Люблинец Леньке Аксютиче.

Большой трагедией для меня стала смерть украинцев Ивана Аксютича и его сына Сергея осенью 1943 года. Человек в годах, Аксютич Иван хорошо жил со своими соседями, не вступал ни в какие политические интриги, имел смелость не поддерживать украинских националистов. Убили его в селе Клевецк с участием племянника Леонида, который для родного дяди избрал страшную смерть — распилил живое тело пилой. Его сына Сергея оуновцы застрелили».

* * *

Франциска Коссинская:

«Я проживала на Волыни в селе Дошно, что в 17 километрах от Ковеля…С болью вспоминаю трагический день 28 августа 1943 года. Этой ночью мой муж с младшим братом, как это уже было и раньше, спал на сене в стодоле. В доме находились сват и сваха, три сестры мужа и я с малым ребенком. Уже было достаточно светло, когда с ребенком подошла к окну и увидела страшную картину. Вдоль озера бежит Йозеф Савицкий, а за ним на коне мчится бандеровец с саблей в вытянутой вперед руке.

Когда лошадь догнала Савицкого, бандеровец взмахнул саблей, и голова убегающего повисла на плечах. Несчастный ещё сделал несколько шагов и замертво упал. Я разбудила домашних и с ребенком на руках выскочила на полевую дорогу сбоку дома и спряталась во ржи. Была уже середина дня. Дочь крепко припала к моей шее и шептала: «Мама, пить…» Мне показалось, что в селе уже наступила тишина. Мы встали и пошли в дом соседа-украинца. Мы не успели напиться воды, как к дому подъехала группа бандеровцев на конях. Их было человек 30–40. Один из них с порога спросил: «Где здесь полька Франя?»

Я стала против него, внимательно смотрю ему в глаза и отвечаю по-украински: «А если я полька Франя, то нельзя мне жить?» Дочь, прижавшись к моей шее, тихонько просит: «Не говори, мама, по-польски». Я мысленно молилась, глядя в глаза бандиту, которые никогда не забуду. Мой хозяин тем временем убеждал бандеровца, что здесь нет никакой польки Франи, а я просто слабоумная женщина.

— А где она венчалась? — допытывался бандеровец.

— В церкви, где же ещё она могла венчаться, — был ответ моего спасителя. Тогда бандит хлестнул кнутом по голенищу и сказал: «Пусть живет».

Я вышла из дома и побежала к двухсемейному дому моих дядей — братьев отца. Мои дяди Флориан и Петр Рубиновские и наш кузен Казимир лежали на полу лицом вниз, пробитые штыками. Под яблоней, недалеко от порога, лежали мертвые тетя Гели с детьми. У неё и её сына были разрублены головы. Тетя держала в объятиях наименьшего ребенка. Тетя Сабина, жена другого дяди, была совершенно голая. У неё также была разрублена голова, а у грудей лежали два восьмимесячных близнеца. Тут же увидела бабушку Еву. Она стояла, прислонившись к стене лицом. Я подумала, что она жива. Оказалось, что она пробита штыком и в такой позе умерла, опершись о стену.

Ошалелая бегала я от дома к дому и, наконец, добежала до своих родителей. Отец лежал в комнате возле кровати в одном белье, пробитый штыком, лицом вниз. На него был наброшен стянутый с кровати матрац. Сестра Янина была одета в белое праздничное платье с распущенными волосами, перевязанными голубой лентой. Она лежала под столом. У неё было прострелено сердце. Где ни искала, не находила труп матери.

Дальше побежала по колонии к трем незамужним женщинам «Цырылянкам», как звали их в селе по имени отца — Цырыля. В доме никого не оказалось. На огороде, где рос картофель, я нашла Михайлину с отрубленными руками и ногами. Стася и Ганя были замордованы в селе. В зернохранилище обнаружила обезображенное тело Каролины Едынович со связанными руками, её сына Тадеуша и падчерицы Юзи. Её пасынок Бронислав проживал с женой и тремя детьми отдельно. Из дома их выгнали в стодолу и там превратили в неподдающиеся описанию изувеченные трупы…

Около 10 дней мы прятались в лесу. Все время нам оказывали помощь украинцы из села Велимче…Через несколько дней другой украинец, фамилии которого не помню, по-уличному его звали Хрипучий Роман, перевел меня с ребенком, мужа и его двоюродного брата в Ратно. Здесь всеми нами занимался украинец по фамилии Козел и его жена».

Комментарии, как говорится, излишни.

Холокост по-бандеровски

Жалость к палачам становится жестокостью по отношению к жертвам.

Ромен Роллан

Первые преступления против евреев во Львове совершили вояки четырех ротного батальона «Нахтигаль» («Соловей») — «Группа Север» численностью в 330 человек с момента немецкой оккупации города и не прекращались до самого изгнания гитлеровцев с территории Украины. Командовал им капитан немецкой армии Р. Шухевич. Итак, «Нахтигаль» был кадровым подразделением вермахта, находился на содержании и в подчинении немецких властей.

В районе Буковины действовал другой батальон «Роланд» — «Группа Юг», возглавляемый украинцем, майором польской армии Е. Побигущим.

Набор в эти два батальона галичан был результатом реализации политики ОУН (б), направленных на подготовку собственных кадров. «Соловьи» в звериной шкуре ворвались во Львов ранним утром 30 июня 1941 года, не встретив сопротивления Красной армии, уже покинувшей город, с открытия счета своих кровавых преступлений. Именно в этот день в столице Галиции украинские легионеры и боевики ОУН начали массовые казни евреев, поляков, русских, коммунистов, советских работников, женщин, стариков и детей. Легионеры в тот же день расстреляли 15 человек. Двенадцать львовян из числа советских граждан повесили на балконе Оперного театра. За первую неделю оккупации Львова «соловьи» уничтожили более 5 тысяч жителей города.

Параллельно этому событию во Львове в здании львовской «Просвиты» в торжественной обстановке представитель вождя ОУН (б) С. Бандеры профессор Львовского университета Я. Стецько объявил «Акт провозглашения Украинской Державы». Этим актом утверждалось создание независимого украинского государства, которое просуществовало всего двое суток. Наивный расчет на то, что борьба с большевиками на стороне Третьего рейха им зачтется оказался просчетом. Гитлер рявкнул из Берлина и Украинская Держава не состоялась, несмотря на то, что националисты лезли из кожи вон, чтобы угодить продолжением сотрудничества с немцами — поработителями украинского народа.

Украинская сторона, нередко не отрицая самого участия «Нахтигаля» в карательных акциях, оправдывает их понятными мотивами — месть за аресты, расстрелы и депортацию большевиками западных украинцев.

Но какими бы идеалами не руководствовались оуновцы, на деле они верой и правдой служили оккупантам и активно участвовали в карательных операциях против местного населения и партийно-советского актива западно-украинских городов, практически без боев и спешно их покинувших.

В литературе есть много примеров диких расправ бандеровщины над мирными жителями. Остановлюсь на нескольких.

В рассказе отца моего сослуживца по срочной службе Юрия М., украинца польского происхождения, родители которого жили во время войны во Львове:

«Улицы Львова были красными от свежей крови, постепенно превращающие в зловонные коричневые лужи. Везде валялись трупы людей. В переулках дикие крики и вопли людей. Разбитые головы женщин со слипшимися волосами — евреек и полячек. Бегство с ошалелыми глазами в никуда голых девушек.

Стаи каких-то молодых шакалов с дубинами добивают немощных стариков и старух, лежащих на каменных торцах улиц. Черепа обнажаются — мозги разлетаются в разные стороны…»

Центром уничтожения евреев стала львовская тюрьма Бригидки. По свидетельству бывшего жителя Львова Курта Левина, его с отцом — раввином Иезекилем Левиным пригнали в Бригидки:

«Там украинцы и немцы зверски избивали евреев. Один галициец особенно запомнился — он бил евреев железной палкой. С каждым ударом в воздух взлетали куски кожи, иногда — ухо или глаз. Когда палка сломалась, он нашел огромную обугленную дубину и проломил ею череп первого же еврея, который попал ему под руку. Мозги разлетелись во все стороны…»

Погромы сопровождались жестокими издевательствами над беззащитными людьми. Жертв, в основном евреев, заставляли зубными щетками подметать тротуары, облизывать языками торцы мостовых, ползти от места задержания до своих эшафотов.

Женщин раздевали догола и гнали по улицам города до места казни.

Свидетель Макаруха, — как пишет в статье Александр Исаков «Батальон «Нахтигаль»: Соловьи в звериной шкуре», — до войны бывший советским работником, был арестован, препровожден в здание полиции, раздет и подвергнут тяжким истязаниям. В его допросе участвовал лично командир батальона Шухевич, требовавший от Макарухи выдачи коммунистов.

В эти дни, находясь в заключении, Макаруха ежедневно видел, как украинские националисты в немецкой форме, с трезубцем на груди и желто-голубыми полосками на погонах, а также немцы отбирали в тюрьме группы по 10–15 человек, которых затем расстреливали. Его тоже подвергли расстрелу, но, раненый, он смог выбраться из ямы с трупами и скрыться.

В один из следующих дней он увидел, как солдат в немецкой форме схватил за ноги маленького еврейского ребенка, ударил его головой о стену дома и таким способом убил его…

Не секрет, что руководители ОУН, несмотря на театральный арест нацистами С. Бандеры, с первых дней войны стали тесно сотрудничать с фашистами. Именно к этому времени относится письмо политического руководителя батальона «Нахтигаль» оберштурмбанфюрера СС Теодора Оберлендера одному из руководителей абвера.

Львов. 14 июля 1941 года.

Господину полковнику Генштаба

Лахузену Эдлеру фон Вивремонт,

шефу 2 отдела Абвера при Верховном командовании вермахта

Берлин,W 35

Тирпитцуфер 82

Высоко уважаемый господин полковник!

Благодарю Вас за дружеское письмо от 5 июля и спешу ответить на него. 12 июля я имел разговор с господином Лебедем (Мыкола Кириллович Лебедь — «Черт», «Скиба», «Ярополк» — руководитель СБ ОУН, заместитель С. Бандеры, агент Абвера, а после войны ЦРУ — авт.). При этом я передал ему Ваше поздравление и от Вашего имени поблагодарил его за ценное сотрудничество и поддержку, которую он оказывает нашей службе.

Я подчеркнул, что главная цель нашего разговора состоит в том, чтобы прийти к возможно длительному и систематическому сотрудничеству. Я указал на то, чему теперь, во время войны необходимо интенсифицировать его и подчеркнул, что сотрудничество господина Лебедя после вступления победоносных немецких войск во Львов ни в коем случае не заканчивается, а напротив, именно теперь должно систематически продолжаться.

Что касается практического осуществления этого сотрудничества, то мы обсуждаем некоторые мероприятия, о которых Вы будете информированы. Я обещал Лебедю дальнейшую поддержку и подчеркнул, что ранее проводившаяся им работа высоко оценивается начальником полиции безопасности и службой безопасности во Львове.

Из его высказываний я понял, что он тотчас сообразил, о чем идет речь, так что мои дальнейшие разъяснения оказались излишними.

Господин Лебедь заверил меня, что он охотно предоставляет себя в наше распоряжение в интересах совместной борьбы против большевизма и еврейства. Он был бы признателен, если бы соответствующие директивы были доведены нами и до других лиц из украинских кругов Львова.

Хайль Гитлер!

Преданный Вам —

Теодор Оберлендер.

Это ли не свидетельство того, что ОУН бандеровского толка с первых дней войны были в крепкой сцепке с гитлеровскими поработителями украинского народа. Они еще «покажут» себя кровопусканием безвинных жертв…

* * *

Книга польского историка Эдварда Пруса «Холокост по-бандеровски», изданная в 1995 году, конечно, не строго научная, явно с малой долей архивных свидетельств. Действительно, в ней мало документальных материалов, а те, что имеются, то и их использование носит эпизодический характер. Однако сразу бросается в глаза большая перегруженность воспоминаниями очевидцев.

В главе «Черное нёбо» Э. Прус говорит, что после ликвидации многих гетто для бандеровцев наступил очередной этап развития «нового немецкого порядка» в убийствах евреев. Немцы украинским националистам развязали руки, и они после этого самостоятельно стали прочесывать леса и разыскивать еврейские укрытия, где по их пониманию можно было поживиться золотыми изделиями и другими дорогими вещами. Такие операции они делали часто по наводкам местного украинского населения, которое знало, где скрываются евреи. Кроме того, местечковые помощники гитлеровцев надеялось на дележ богатой добычи, оставленной в тайниках после арестов и убийств иудеев. Таких шакалов в народе прозвали людьми с «черным нёбом».

Они выслеживали перемещения евреев, цыган, вышедших из окружения и бежавших из плена советских военнослужащих и других граждан, скрывающихся от немцев, устанавливали их места временного обитания в лесах и на хуторах и выдавали наводки бандитам из ОУН.

Из воспоминания доктора Милха, которое приводит Прус. Он пишет, что много евреев, которые не имели убежища попадали в лапы немецкой полиции и жандармерии…Но часто на этих бедняг, даже стариков и матерей с грудными младенцами, нападали украинские бандиты, избивая их и забирая всё, что находили у них. Не раз раздевали несчастных донага, а когда украинский полицейский встречал таких, то убивал на месте.

Кто такой Милх и где автор получил от него информацию? Прус, к сожалению, об этом не пишет. Таких воспоминаний в книге немало, но они не сглаживают остроту проблемы…

Бандеровцы организовали и привели в движение целую сеть «выявителей» и «вылавливателей», задачей которых являлось обнаружение укрывающихся евреев в лесных землянках или в польских жилищах и донесение о них оккупационным немецко-украинским властям или непосредственно в эсбистам ОУН.

Со слов Пруса, именно польское население укрывало евреев не только по поручению своих подпольных властей, но и католической Церкви. Но эти слова не объективны, потому что и некоторые поляки с «черными нёбами» поступали также, как и их украинские недруги.

* * *

Недавно изданная Еврейским Советом Украины «Энциклопедия холокоста» (Еврейская энциклопедия Украины) позволила конкретизировать представление о масштабах трагедии, выпавших на долю еврейского народа в результате нацистско-бандеровского геноцида.

Сухие статистические данные свидетельствуют, что из 2 миллионов 700 тысяч евреев, проживавших на территории УССР до войны, германскими оккупантами и их пособниками из отрядов оуновцев было уничтожено 1 миллион 550 тысяч человек.

Пятую часть от общего числа людей, погибших на территории Украины за годы войны — 5 миллионов 300 тысяч — составили лица еврейской национальности. Самое большое количество жертв нацистско-оуновского холокоста приходится на Западные области Украины — 977 тысяч человек:

— 260 тысяч человек — Львовская область,

— 125 тысяч человек — Закарпатская область,

— 120 тысяч человек — Дрогобычская область,

— 125 тысяч человек — Тернопольская область,

— 102 тысячи человек — Черновицкая область.

Как отмечено в «Энциклопедии холокоста», первые убийства евреев были совершены в городе Сокаль Львовской области уже 22 июня 1941 года. В этот день у польского костела были расстреляны 11 евреев. По данным Львовского управления КГБ УССР, исполнителями этого преступления была группа украинских националистов, «торжественно встретивших немецких оккупантов».

По имеющимся фотодокументам, по всей видимости, кадр из кинохроники немцев в селе Починок, — ныне Ивано-Франковская область, — агент гестапо, бандеровец Алексей Левандовский издевался над евреями за несколько минут до их уничтожения.

* * *

Бабий Яр — постыдный кошмар середины ХХ века, который готовился быть самым цивилизованным и мирным в начале своего существования. Ведь в мае 1914 года в Гааге в торжественной обстановке был открыт Дворец Мира, где провозглашался этот век золотым веком, веком мирного сотрудничества народов, столетием без войн и потрясений. Но подвел случай в Сараево, где 15 июня были убиты австрийский эрцгерцог Франц Фердинанд и его супруга. Убийцей оказался студент-гимназист — боснийский серб Гавриил Принцип.

После этого колесо истории покатилось в сторону Первой мировой войны. ХХ век оказался не мирным, а взорванным тремя войнами: Первой и Второй мировыми и Холодной войной, в результате которой была разрушена Красная империя и Россия после 1991 сузилась до границ XVII века.

Но вернемся в роковой 1941 год.

Когда смотришь на кадры фашистской кинохроники с медленно извивающейся человеческой рекой, текущей в один из сентябрьских дней сорок первого года к Лукьяновскому пустырю, от которого до Бабьего Яра совсем близко, делается не по себе. Одну из фотографий той трагедии пришлось увеличить, чтобы всмотреться в лица тех, кого через минуты не станет. Пока они все еще живые, — идущие безразличными выражениями в никуда. Бредут и молодые, и красивые, и немощные старики со своими незамысловатыми пожитками, чтобы через мгновение от них освободиться и раздеться на краю оврага и оказаться бездыханным телом на дне оного…

Пожитки грузились в машины, отвозились на склады для шмона немцами. Кое-что оставляли и своим подельникам оуновцам.

Стреляли людей в Яру кроме немцев бандеровцы из Буковинского куреня Петра Войновского, передовой команды житомирских полицейских Б. Коника, «казачьей сотни» ОУН (б) И. Кедюмича. Уничтожение евреев было заранее спланировано гитлеровскими властями, одобрившими план «Ост», и оуновской кликой, создавшей еще до войны карательные батальоны и полки, в том числе легион «Нахтигаль» и Буковинский курень.

* * *

«Фюрером-провинциалом», «романтиком национальной борьбы», командиром первой УПА «Полесской Сечи», создателем и руководителем Олевской республики, главным «бульбашом» на сарненщине называют Тараса Дмитриевича Боровца, взявшим себе псевдоним гоголевский персонаж Тарас Бульба, о котором частично говорилось выше. Здесь автор дает несколько другую интерпретацию действий Боровца с учетом получения других материалов.

После оккупации немецкими войсками Ровенской области в гор. Ровно к немецким властям явился Боровец Тарас, который предложил свои услуги в качестве организатора и руководителя вооруженных отрядов украинских националистов с целью ликвидации отдельных групп Красной Армии, оставшихся в лесистых и болотистых местах Полесья и советских партизан.

Получив от немцев на это санкцию и материальное обеспечение, Боровец начал формировать из населения Полесья, так называемых «полищуков» отряды под названием «Полесьська сич» — «Полесская сечь». С этих пор руководимые Боровцом — Тарасом Бульбой отряды стали называться «бульбовцами», «бульбашами»…

Бульба является ставленником и выразителем интересов определенной группы украинских буржуазно-националистических элементов оуновцев «демократического» направления, к которым присоединились члены «Украинской народной демократической партии», «Союза украинских коммунистов-самостийников» и др.

До весны 1942 г. «бульбовцы» совместно с частями немецкой армии ликвидировали несколько мелких советских подразделений. Создав отряд до 3000 человек, «Бульба» поставил перед собой задачу ещё увеличить его, вооружить и одеть за счет немцев, а потом от них уйти. Это относится к осени 1942 г. т. е. к тому периоду, когда националисты убедились в том, что планы о создании «самостийной» Украины — это блеф, и когда в народе начало шириться возмущение немецкой политикой. Гитлеровцы, боясь, что народное возмущение выльется в форму открытой антигерманской борьбы и что «бульбовцы» примут активное участие на стороне народного движения, предложили «Бульбе» сдать оружие и распустить «сич».

«Бульба» уклонился от выполнения этого распоряжения и со своими отрядами ушел в леса. После этого немцы начали преследовать «бульбовцев», а «Бульба» стал нападать не только на партизан, но и на немцев. В дальнейшем, для того чтобы облегчить свое пребывание в лесах, «Бульба» обратился к командованию одного из партизанских соединений, действовавших в районе расположения «бульбовцев» (район Олевска и Сарны), с предложением организовать совместную оборону против немецких карательных отрядов и не нападать друг на друга.

Это предложение было принято, и до начала 1943 г. советские партизаны и «бульбовцы» друг друга не трогали.

Узнав об этом, гитлеровцы пытались привлечь «Бульбу» на свою сторону и в конце 1942 г. два раза вели с ним переговоры по этому вопросу, но они не увенчались успехом.

«Бульба» начал издавать газету «Земля и Влада»…Он называл себя широким демократом, поставившим перед собой задачу создание «единого народного фронта» для борьбы против немцев и большевиков. Конечной же целью борьбы «бульбовцы» называли создание «Украинской народной демократической республики» (УНДР)».

Он призывал к объединению всех националистических течений. После присоединения «мельниковцев» к «бульбовцам» УПА («бульбовская») переименуется в Украинскую народную революционную армию (УНРА) во главе с атаманом Тарасом Бульбой. Вместо газеты «Земля и Влада» издается новый орган «бульбовцев» — газета «Оборона Украины». Из-за перемирия с советскими партизанами атаман стал пользоваться популярностью среди украинского населения. Гитлеровцам такой Тарас был опасен, и они спровоцировали столкновение между «бульбовцами» и советскими партизанами. Организовав казацкие отряды из числа военнопленных Красной армии, немцы под видом советских партизан посылали их на боестолкновение с «бульбовцами». Эта авантюра достигла ожидаемого результата — Бульба обиделся на советских партизан и стал снова нападать на них.

«Одновременно с указанной провокацией немцы дали указание ОУН («бандеровцам») начать борьбу против «бульбовцев». Примерно в мае 1943 г. «бандеровский» провод ОУН дал приказ УПА разоружить и ликвидировать «бульбовцев». «Бульба» не согласился сложить оружие, после этого началась борьба между «Бульбовцами» и «бандеровцами».

Населению это решение «бандеровцев» объяснялось, что «бульбовцы»…разъединяют единство украинского народа и поэтому являются его врагами. «Бульба» выступил против этой борьбы, называя её «братоубийственной»…Для руководства вооруженными силами «Бульба» предлагал создать военный политический совет…«Бандеровцы» согласились вести переговоры. Примерно летом 1943 г. в селе Даничевка Межиричского района состоялась конференция по этим переговорам…»

Но на второй день переговоры были сорваны «бандеровцами», явно по указке немцев. Борьба между ними обострилась…

В связи с разгромом немецких армий на советско-германском фронте летом 1943 г. и успешным продвижением Красной Армии на запад «Бульба» 5 октября 1943 г. издал приказ № 105, в котором говорилось:

«1. Везде, где возможны стычки с преобладающими силами красных или фашистско-бандеровских партизанских отрядов, отделы УНРА расформировать и перейти в подполье.

2. Абсолютно нигде не организовывать сопротивление регулярной Красной Армии в её эвентуальном походе на запад.

3. Удерживать население от всяких выступлений против нового оккупанта, чтобы не вызвать лишних репрессий и не нести несвоевременно напрасных жертв.

4. Усилить деятельность органов территориальной УНРА в подполье согласно с отдельными приказами и инструкциями.

Для достижения нашей цели мы сегодня должны держаться строгой конспирации и подполья, чтобы завтра выйти снова с оружием в руках».

А что же сделали или как отреагировали бандеровцы? Они истолковали эти действия бульбашей как капитуляцию. В ответ на такое обвинение штаб Бульбы из подполья развернул широкую антибандеровскую пропаганду.

В этой литературе ОУН (б) разоблачалась как антинародная организация, деятельность которой инспирируется гестапо. В ответ на это «бандеровцы» усилили террор против «бульбовцев». Начались массовые аресты «полесских сечевиков». Многие были задушены главным пыточным оружием бандеровцев путом — удавкой.

В связи с приближением фронта к западным областям Украины «Бульба» в конце 1943 г. выехал через Варшаву в Женеву, где якобы должен был встретиться с Андреем Левицким и через него вести переговоры с представителями английского правительства.

Необходимо отметить, что на освобожденной от немецких войск территории появилась тенденция объединения между «бульбовцами» и «бандеровцами» для совместной антисоветской, диверсионной борьбы из подполья.

В газете «Оборона Украины» видный «бульбовец» майор И. Максименко писал: «Какая же наша концепция борьбы?»

И отвечал на этот вопрос:

«Германия, как пришла к нам, так и ляжет в могилу, а нашим врагом останется, как и была, Россия, независимо от окраски»…

Характерно отметить, что немецкие фашисты, готовясь к нападению на Советский Союз и во время нападения обещали националистам «самостийну» Украину…когда же вся Украина была оккупирована и немцы успешно продвигались вперед, фашисты не только не разрешили создать украинское, хотя бы марионеточное, правительство, а, напротив, начали открыто высмеивать этот лозунг.

Когда же у немцев на фронтах дела были плохи, гитлеровцы, обманывая массы, снова обещали и агитировали за создание «самостийной» Украины.

С другой стороны, политика украинско-немецких националистов также определялась успехами или поражениями немецких армий на фронтах. Когда Красная Армия разгромила немцев под Сталинградом, а затем под Орлом и Белгородом и подходила к Днепру, националисты начали искать нового хозяина в лице Англии».

Шел уже 1944 год. Оуновцы почувствовали час неминуемой расплаты за совершенные злодеяния, — начались метания. Однако бандеровские главари договорились с представителями гестапо и вермахта о продолжении совместной борьбы с наступающей Красной армией и советскими партизанами.

Понимая, что бандеровцы в свои ряды втянули обманом и насильственным путем много граждан, ничего общего не имевших с идеями радикального национализма, правительство УССР 12 февраля 1944 года обратилось к участникам УПА и УНРА с призывом. Оно советовало порвать с немцами и оуновцами — врагами народа, и приступить к мирному труду и к активной поддержке Красной армии.

Украинское правительство гарантировало, вышедшим с повинной оуновцам, не запятнавшим себя кровью невинных жертв, свободу им и безопасность. Тысячи «лесных братьев» сложили оружие.

Вообще личность Боровца противоречива и не всегда правдиво преподносилась читателям в советское время и сейчас в его борьбе за «вильну» Украину, особенно в годы войны. 28 июня 1941 года Тарас Боровец объявил о создании Украинской повстанческой армии «Полесская сечь» (УПА «ПС»), но только на словах — армии никакой не существовало.

В этот же день, как только к городу Сарны приблизился фронт Боровец с несколькими соратниками, вооруженными только пистолетами, явился в местное отделение милиции и без боя захватил его — милиционеры подняли руки вверх. Повстанцы забрали оружие райотдела милиции УНКВД и взяли город под свое управление. Скоро Тарас Бульба овладел и другим городом — Олевском, сделав его своей резиденцией и провозгласив там «Олевскую республику». Так он стал «первым парубком» в треугольнике Сарны — Пинск — Олевск.

Немцы обещали ему горы за то, что он должен оказывать им помощь в вылавливании советских военнослужащих, выходящих из окружения. Но когда он увидел, как немцы жестоко обращаются с евреями, он написал письмо в Ровно «хозяину Украины» Эриху Коху, в конце которого были такие слова:

«Мы не будем толерантно относиться к пролитию даже капли невинной крови граждан Украины, невзирая на их национальную принадлежность».

В ответ 12 ноября 1941 года из Житомира прибыл к нему в штаб гауптштурмфюрер СС Гичке и передал Бульбе приказ немедленно ликвидировать всех евреев в его столице Олевске. Евреи были уничтожены. По этому поводу существует две версии: одна — иудеи были расстреляны исключительно немцами, а по другой — в ликвидации их принимал участие и Боровец. Но вот что интересно, после этого он распустил свою УПА «ПС», ликвидировал Олевскую республику и с бойцами в 300 человек ушел в лес. Местное население его поддерживало за конкретные дела по их защите от злодеев. Более того он отдает приказ своим «хлопцам»: «Немедленно начать первую фазу борьбы с Гитлером».

Громкую славу принесла ему «Шепетовская операция», поведенная 19 апреля 1942 года, когда в течение суток был захвачен крупный железнодорожный узел. «Бульбовцам» в виде трофеев досталось 4 эшелона награбленного немцами добра, продовольственные склады, на самой станции и 2 эшелона с «остарбайтерами», которых «бойцы Тараса» распустили по домам.

Кроме того, в это время он переименовывает свою военную организацию в чистую УПА, отбрасывая приставку «ПС». И это происходит за три месяца до «официального» обнародования даты бандеровской УПА.

И тут взбеленились оуновцы. Они предложили соединиться с ними.

— Что я получу взамен потери самостоятельности? — спросил Тарас у прибывщего уполномоченного от ОУН (б).

— Обещают вам начальника объединенного штаба, — последовал ответ.

— Соглашусь, если только буду командующим УПА.

Но командующий в УПА ОУН уже был — Дмытро Клячквский. Поэтому переговоры внезапно прервались и началась сначала идеологическая война, а потом и кровавая с участием СБ ОУН. Перепуганные жестокостью своих соплеменников многие «бульбаши» перебегали к Клячкивскому.

Начались боестолкновения. Бандеровцы в одном из боев захватили в плен даже жену Боровца — Анну Опоченскую и после нечеловеческих пыток казнили ее. Немцам удалось задержать Боровца и отправить в Заксенхаузен. Выпустили его осенью 1944 года, когда Третий рейх уже трещал по швам и пытались подключить его к службе в созданной нацистами Украинской национальной армии, в которой должен был отвечать за подготовку партизанских кадров.

Но это была агония Германии, а планы на бумаге. Скоро Тарас Бульба попал в плен к американцам, жил в Канаде и умер в эмиграции в 1981 году.

* * *

Об одной из многочисленных трагедий, виновниками которой были оккупанты и их оуновские пособники, поведал сотрудникам СМЕРШа на допросе 4 июля 1944 года бывший заместитель начальника Дубовицкой районной полиции В. С. Логвинович.

Он рассказал, что 15 июля 1941 года в местечко Дубовица прибыла большая группа гестаповцев, как позже выяснилось, для умерщвления еврейского населения. На следующий день по приказу начальника местного гарнизона на площади собралось около 3-х тысяч человек, среди которых было много стариков, женщин и детей.

Огромную толпу загрузили в товарные вагоны и вывезли в город Сарны. Там их после выгрузки отвели на пустырь с заранее выкопанными глубокими рвами стали расстреливать. Однако некоторым из обреченных удалось бежать с места казни. Их постепенно вылавливали местные шуцманы и по 30–40 человек передавали гестаповцам. Трудно описать чувства, охватившие обезумевших от горя и ужаса невинных людей. В порыве отчаяния, потерявшие рассудок матери, подняв кверху грудных детей, шли навстречу палачам, моля о пощаде. Сраженные огнем они падали и умирали со словами проклятия на устах к своим убийцам…

Президент Израиля Реувен Ривлин, выступая в Верховной Раде, напомнил о причастности ОУН к массовым убийствам и преследованиям евреев в ходе Второй мировой войны. Об этом он громогласно заявил с трибуны украинского парламента 27 сентября 2016 года. Он, в частности, заявил, что около 1,5 миллиона евреев было убито на территории современной Украины, в Бабьем яру и в других местах во время Второй мировой войны.

«Их расстреливали в лесах, возле оврагов и рвов, сталкивали в братские могилы. Многие пособники преступления были украинцами…Среди тех, кто несет ответственность за холокост на Украине, особенно выделялись бойцы ОУН…»

Бабий Яр известен как место массовых расстрелов гражданского населения, главным образом евреев, цыган, киевских караимов (разновидность еврейской национальности — авт.), а также советских военнопленных, осуществлявшихся немецкими оккупационными войсками и украинскими коллаборационистами в 1941 году. Там было расстреляно свыше ста тысяч человек. Спасти удалось лишь 29 счастливцам.

Среди них кроме евреев были лица и других национальностей. Они оставили свои воспоминания, что позволило спустя годы воссоздать историю и последствия этой незабываемой людской трагедии, виновниками которой были не только немцы, но и мои земляки — украинцы, облученные человеконенавистнической идеологией бандеровщины, которая верила, что на плечах гитлеровской Германии они, воюя с Советской Россией, создадут «нежалежну» Украину. Немец их обманул, хотя на него они гнули спины всю войну…

О «злодеяниях» энкаведистов

Лжецы угодливы и кичливы.

Люк Вовенарг

Всякая жестокая борьба за власть — это зло. Удваивается оно, когда желающие, дабы добыть эту самую власть над людскими массами, применяют ложь, оружие и проливают чужую кровь. На это способны только мерзавцы. В политике, к сожалению, их немало.

В то же время власть вынуждена бороться с проявлением зла, — как писал философ Н. Бердяев, — в этом её функция, но она и сама сеет зло и бывает новым источником зла. И тогда нужна новая власть, чтобы положить этому предел. Но потом власть, положившая предел господству злой власти, сама делается злой. И нет выхода из этого порочного круга…

Слова великого русского мыслителя, кстати, высланного Советской властью за пределы Родины за его свободомыслие, привожу специально, чтобы ни в коей мере не оправдывать карательные акции, массовые репрессии сталинского режима периода 1937–1918 годов. Они были, и это надо признать всем, потому что это истина.

В 1939 году с приходом советской власти в Западную Украину начались аресты «потенциальных врагов» и выселение «нежелательных элементов» в восточные районы новой родины. Многие члены ОУН бежали в немецкую зону оккупации Польши. Кроме того галичане знали о голодоморе на Украине и в других районах СССР после коллективизации. «Советы» запретили даже то, что разрешали поляки: все политические партии. Даже руководители компартии Западной Украины, мечтавшие о соединении всех украинских земель в едином социалистическом государстве — Украинской советской республике, были вызваны в Москву и расстреляны. Поэтому приход немецкой армии многие на Галичине восприняли как освобождение от сталинской оккупации.

Как известно 30 июня 1941 года во Львове был принят «Акт провозглашения Украинской Державы». И в тот же день по рассказам автору, служившему во Львове в конце 60-х, многих очевидцев по городу стали распространяться листовки с обращением руководителя ОУН Степана Бандеры, в котором были слова:

«Народ! Знай! Москва, Польша, Мадьяры, Жидва — это твои враги! Уничтожай их! Ляхов, жидов, коммунистов уничтожай без милосердия!..»

Так началась «война без милосердия», перекинувшаяся из борьбы с политическими и силовыми институтами советской власти в гражданскую братоубийственную войну.

Но нельзя согласиться с огульным охаиванием того положительного, что принес людям социализм западно-украинским крестьянам и рабочим, длительное время находившихся под игом польских панов. 1939 год принес им освобождение и воссоединение с другой большей и более развитой в промышленном отношении частью Украины.

Сегодня мутными потоками льётся ложь из уст перевертышей — всякого рода приспособленцев, молчавших тогда, когда это было небезопасно для их личной служебной карьеры. Это они, вчерашние партократы, профессора и доктора марксистско-ленинской теории, секретари и инструктора всяких «…комов», от ЦК компартий и комсомола, сегодня при власти. Это они «умело» в течение суток перепрыгнули из социализма в капитализм, и в угоду новым политическим веяньям пытаются переписать историю Отечества. Конформизм — стал нормой их поведения.

Нынче модно и выгодно, в век невиданного произвола власть предержащих — коррумпированного чиновничества и вороватых торгашей, топтать наше прошлое, облыжно обвинять во всех мыслимых и немыслимых грехах его честных современников, затушевывая, таким образом, собственные ошибки и личную трусость ещё в недалёком прошлом. Уже палачами украинского народа объявляются не только энкаведисты, но партизаны и разведчики, воины армии и группы самообороны — «истребки» многострадальных украинских сел.

Это одинаково, как объявлять преступным какой-то народ, но в каждом народе живут мерзавцы: убийцы, воры, грабители, взяточники… Ни кто же не додумался объявить германскую нацию, немецкий народ преступным. Но надо признать, что в прошлом у каждого человека, у каждого народа есть эпизоды, о которых вспоминать не хочется, куда легче внушить себе, что вспоминать не о чем и тогда появляется страшное обобщение — презумпция национальной невиновности. Но весь народ никто не обвиняет, обвиняются преступники, руки у которых были испачканы часто невинной кровью.

* * *

Сегодня на моей родине Украине я всё чаще и чаще слышу о «преступных москалях». Как это могло случиться? Репрессии — это одно, они коснулись в Советском Союзе всех, независимо от национальности. В борьбу с ненавистным ворогом — гитлеровцами тоже включилось всё многонациональное население страны. Предатели Украины воевали на стороне страшного врага, намеревавшегося перечеркнуть её историю, язык и веру, извести народ, которого унижено и нагло вместе с фашистами называли «тупорылым быдлом», «вечным рабом», «законченным нелюдем».

Этими изменниками были совсем не те сотни тысяч украинцев, которых сегодня всякого рода кульчицкие — адвокаты бандеровщины, пытаются использовать в доказывании недоказуемого. Это были воинствующие лицемеры, а их в любом обществе явное меньшинство.

Вот и в оценках оуновских главарей, воевавших не столько за «вильну Украину», сколько за власть над её народом, слышится уже не тявканье из подворотен бумагомарателей, а сплошной лай в угоду тем, кто хочет поссорить братские народы Украины, России и Белоруссии. Страшно то, что они пытаются опасно заигрывать с возрождающимся национализмом, который при определенных обстоятельствах способен не постепенно, а стремительно перетечь в нацизм.

Жизненный опыт некоторых стран и народов был достаточно горек, кто соблазнился идти по такому пути. Но, как всегда, подобные писарчуки умеют держать хвост по ветру и «гнать нужную волну» в удобный для них момент. Они просто флюгеры времени.

Так, по словам народного депутата И. Биласа — апологета защиты нездорового украинского национализма, — «приписываемые бандеровцам кровавые злодеяния — не что иное, как акции «энкаведистов», переодетых в форму УПА».

Возникает такой вопрос: если бы так вели себя в те годы «энкаведисты», в частности военнослужащие пограничных и внутренних войск, то чем объяснить, что на операции по ликвидации бандеровских групп вместе с военнослужащими добровольно шли бойцы истребительных батальонов? А кто они были? — Крестьяне и рабочие, учителя и инженеры, часовые мастера и врачи, шофера и машинисты…

Вместе с ними, конечно, находились и энкаведисты, потому что они были профессионалами своего дела и первыми должны были вступить в боестолкновение с бандитами во имя предотвращения неоправданных потерь. Я это застал, я это знаю по родному городу Сарны.

Ведь если бы энкаведисты действовали так, как об этом теперь пишут лжеисторики, то они никогда не имели бы той поддержки со стороны местного населения, какая им фактически оказывалась повсеместно.

О том же свидетельствует массовое движение на западно-украинских землях по созданию фонда помощи Красной армии! Люди добровольно из личных запасов сдавали хлеб, мясо, яйца, фрукты, овощи и теплые вещи для удовлетворения нужд Красной армии. Трудящиеся Львовской области к концу 1945 года внесли 3 млн. 10 тыс. рублей на строительство танковой колонны и авиационной эскадрильи «Советский Львов», собрали 1640 подарков для бойцов Красной армии.

На строительство танковой колонны «От трудящихся Станиславщины» было собрано около 7 млн. рублей. В это же время в фонд Красной армии рабочие и крестьяне Волынской области сдали около 600 тыс. пудов зерна, 8 тыс. тонн картофеля, 2500 тонн мяса. И еще один момент — большинство галичан не хотели воевать после войны, не желали крови, однако войну храбро сражались с гитлеровцами. Не случайно среди воинов Красной армии 23 человек удостоились звания Героев Советского Союза.

* * *

О «злодеяниях» энкаведистов распространяется сегодня и профессор Киевского национального университета В. Сергейчук. Он дописался до смехотворного утверждения, что якобы в УПА «была вся Украина», игнорируя тот общеизвестный факт, что на фронтах Великой Отечественной войны Родину защищали 3 млн. украинцев, 750 тыс. из которых являлись жителями западных областей Украины.

В то же время в орбите деятельности сельских Советов действовал актив численностью около 300 тыс. человек…

Согласно справке КГБ УССР 1973 года в период 1944–1953 гг. ОУН и УПА совершила 4904 террористических актов, 195 диверсий, 457 нападений на истребительные батальоны из сельского актива, 645 нападений на колхозы, органы власти и заведения социально-культурной сферы, 359 вооруженных «экспроприаций».

Безвозвратные потери советской стороны в боестолкновениях и от «бандпроявлений» составили 30 676 человек. Среди погибших 697 сотрудников органов госбезопасности, 1864 — сотрудников МВД, 3199 — военнослужащих, 2590 — бойцов истребительных батальонов, 2732 — представителей органов власти, 251 — коммунистов, 207 — комсомольских работников, 314 — председателей колхозов, 15 355 — колхозников и крестьян, 676 — рабочих, 1931 — представителей интеллигенции, 860 — детей, стариков, домохозяек.

Были огромные потери и с другой стороны. В совершенно секретной записке от 16 мая 1953 года «Об итогах борьбы с украинским националистическим подпольем в западных областях УССР и необходимости изменить работу органов МГБ УССР по этому вопросу» Л. П. Берия сообщал В. М. Молотову:

«…За период с 1944 по 1953 годы в западных областях Украины арестовано, убито и выслано до 500 тысяч чел., из них: арестовано по обвинению в принадлежности к антисоветскому националистическому подполью — 103 003 чел., в том числе было осуждено с содержанием в лагерях и тюрьмах — 82 930 чел.; арестованы по обвинению в шпионаже, диверсиях, вредительстве, террористических намерениях, антисоветской агитации, пособничестве и участии в карательных действиях немецко-фашистских органов и войск во время оккупации западных областей Украины — 31 464 чел.; в том числе было осуждено с содержанием в лагерях и тюрьмах — 26 787 чел.; убиты, как участники шпионских террористических групп националистического подполья — 153 259 чел.; высланы за пределы УССР как пособники этих банд — 203 737 чел.»

Вот и получается, что на Украине были и такими остаются две неоднозначных групп народа. Для некоторых граждан западных областей Украины, особенно галицийцев бандеровцы и Бандера со всем руководством — это их герои. Другим — большинству, они непримиримые враги, так как не только дружили с фашистами, но и воевали частично на их стороне. Для этой части украинцев герои — украинцы, геройски сражавшиеся в рядах РККА, партизанских отрядах и подполье. Таких героев, оцененных государством как Герои Советского Союза было 2069 этнических украинцев. Это большая очень большая цифра.

Советские военнослужащие вели среди местного населения громадную разъяснительную работу, оказывали материальную помощь при проведении сельскохозяйственных работ, брали под защиту тех, кому бандиты угрожали расправой…

Конечно, наблюдая, как бандиты чинят расправу над беззащитными людьми, выкалывают им глаза, снимают скальпы, топят в реках, рубят топорами — наши воины не могли оставаться безучастными. И они готовы были беспощадно мстить коварному врагу, стреляющему из-за угла и палачествующему над беззащитными гражданами.

Но действия мщенья ради мщенья всячески пресекались командованием и военной прокуратурой…Только за 11 месяцев 1945 года военные трибуналы рассмотрели 237 дел о нарушениях социалистической законности, было осуждено 326 работников НКГБ и НКВД. О таких процессах сообщалось в прессе.

А кто из защитников бандеровщины может привести хотя бы один документ, осуждающий её террористическую деятельность против своего же народа? Таких документов нет, так как ОУН применяла террористические методы в борьбе за власть с инакомыслящими гражданами Украины. Разве этим гоноровым галицийцам были знакомы основы права — образ мыслей не должен быть наказуем! Они же за это всё время карали.

К великому сожалению не пропал этот позор до сих пор, как на Украине, так и в других постсоветских бывших республиках, ставших суверенными странами.

У одного из погибших в июле 1948 года бандеровца была изъята программа действий УПА. В ней указывалось:

«В связи с ситуацией на Западе первостепенной задачей каждого члена УПА является: вооружаться, усилить террор против советского партийного актива, уничтожать русских и украинцев, независимо от того присланы они или местные, но исправно помогают советской власти…».

Ученые — перевертыши неустанно твердят: УПА была народной национальной армией. А спрашивали ли бандеровские верховоды народ, надо ли «освобождать» Украину гитлеровским оружием в тени фашистской свастики? Против кого «повставали» украинские полицаи, эсесовцы из дивизии СС «Галичина», нахтигалевцы, роландовцы и шуцманы из «Шуцманшафт» батальонов, которые были составной частью карательных войск СС?

На все эти вопросы дают ответы архивные документы: ОУН-УПА служили «третьему рейху», прикрываясь разговорами о своем намерении построить «самостийную Украину».

О них метко сказал канадский профессор Виктор Полищук, автор книги «Горькая правда»:

«Они защищают идеологию, которая давно потерпела поражение на политической арене Европы: в Германии — Гитлера, Италии — Муссолини, Испании — генерала Франко, Португалии — Салазара. Связанная с этими именами идеология уже давно народами выброшена на свалку истории, а в Украине фашистская идеология возрождается».

Об этом канадский профессор говорил намного раньше, состоявшихся майданов 2004 и 2014 годов.

Жупел жестоких «энкаведистов» бандеровцами не только постоянно использовался в пропагандистских целях, он нередко демонстрировался жуткими действиями в операциях против мирного населения. Вот один из многочисленных примеров.

Это случилось в селе Елеховычи Золочевского района на Львовщине.

11 декабря 1946 года трое бандитов в форме советских военнослужащих зашли в клуб, где в это время проводил собрание участковый милиционер. Они вывели из помещения милиционера и двух бойцов истребительного батальона и тут же расстреляли их. По селу прокатился слух, что «энкеведисты», совершив преступление, безнаказанно скрылись.

Однако переодетых бандитов, в форменных одеждах майора, лейтенанта и сержанта, опознали местные жители, но противостоять вооруженным оуновцам они не могли.

Таких случаев, описанных и в художественной литературе, и в документальной публицистике очень много, не говоря уже о материалах, стоящих на архивных полках.

В период моей службы во Львове сослуживец майор М., активный участник борьбы с бандитскими формированиями на Украине, рассказывал, как во время одной из операций на Станиславщине, сейчас это Ивано-Франковская область, в районе города Калуш они на опушке леса обнаружили небольшую группу неизвестных в форме войск НКВД.

Первичный сигнал поступил от одного из местных жителей, пасшего коров недалеко от этих лиц. В частности пастух сообщил, что «энкаведисты» почему-то все говорят на украинском языке с западно-украинским акцентом, а на вооружении имеют разное автоматическое оружие — от советских ППШ до немецких «Шмайсеров».

После того, как оперативники вместе с «истребками» настигли группу, по ним был открыт огонь. В боестолкновении чекистам удалось уничтожить семерых и пленить троих «энкаведистов». Задержанные «красноармейцы» при допросах сознались, что являются участниками УПА и, только что, переодевшись, шли на задание. Они также указали место склада с запасами обмундирования воинов Красной армии и НКВД. Склад был найден и уничтожен…

* * *

В органах госбезопасности на оперативной работе служили офицеры разных национальностей и гражданских специальностей. Это были, в своем большинстве, люди с педагогическим или инженерным образованием. Отбирались на чекистскую работу смелые, принципиальные, законопослушные, честные и порядочные кандидаты. Без этих качеств работать с людьми было бы невозможно, тем более в тот страшный период националистического бандитизма и всеобщего страха незащищенных селян по селам.

Во время моей службы во Львове, я часто приезжал на побывку в родной город и, естественно, встречался с работниками Сарненского РО УКГБ по Ровенской области. Это были шестидесятые годы. Среди сотрудников ещё оставалось много офицеров-участников борьбы с оуновским подпольем. В их устных рассказах имелись такие сюжеты, что можно было без литературной обработки писать большие и интересные книги. Но так уж повелось у нас по жизни, что имеем, не храним, потерявши — плачем. Многое из того рассказанного ветеранами развеялось в толще лет, но до сих пор помню повествование одного из капитанов. Кстати, звание тогда капитана в органах госбезопасности было значимым и потолочным для старших оперуполномоченных.

Речь шла о подвиге его друга — коллеги из Олевского РО НКГБ младшего лейтенанта Сергея Никитовича Неретина, погибшего смертью героя в борьбе при единоборстве с бандой ОУН.

С началом войны Сергей обивает порог военкомата, требуя, чтобы его направили на фронт, мстить фашистам, но получает отказ за отказом. Через год его всё же призывают, но не в армию, а берут в органы госбезопасности. В дальнейшем пытливый ум, решительность, порядочность снискали к нему уважение не только у друзей, но и у руководителей по службе…

И вот спустя несколько десятков лет мне встретился материал повести М. П. Шелюга «И долг исполнив до конца…» Материалы повести наложились на мои воспоминания, и мне захотелось их разместить в этой главе о «страшилках страшных» энкаведистов.

Сергей работал на режимном заводе. Началась война. Он жаждет уйти на фронт и мстить врагу, но в военкомате ему всякий раз отказывают — у него бронь в связи с работой на режимном объекте. И только летом 1942 года его просьба удовлетворяется, но его определяют не в армию, а в органы госбезопасности и направляют учиться в спецшколу НКГБ.

С сентября 1943 по январь 1944 года он работает оперуполномоченным РО НКГБ в городе Путивле. Потом офицера переводят на должность временно исполняющим обязанности начальника Червоноармейского РО НКГБ.

В этот период сотрудники его райотдела совместно с личным составом 16-го полка пограничных войск, прикрывающим тылы Первого Украинского фронта проводит ряд удачных чекистско-войсковых операций против банд ОУН и УПА, пытающих совершить диверсионные и террористические акты в тылах наступающих войск. В частности, в ходе проведения одной из операций против банды «Сокола», он же агент абвера «Хало», были захвачены один за другим боевики «Шум», «Соловей», «Кармелюк», «Колос», «Троян» и «Черняк». На допросах один выдавал последовательно другого и так далее. Цеплялся за жизнь каждый из них, как за соломинку утопающий.

Вскоре все они предстали перед военным трибуналом…

Видя в Неретине толкового оперативника, руководство направляет его на работу в Олевский райотдел Житомирской области, где была более сложная оперативная обстановка. Читатель, наверное, помнит, что именно эту местность «Тарас Бульба» провозгласил в начале войны «Олевской республикой». Местные, лесистые, часто заболоченные, места были заповедной зоной и бульбовцев, и бандеровцев. Здесь же действовал один из главарей провода ОУН «Север» — «Верещак» он же «Олекса», который славился как специалист по подрывным акциям и «мокрым делам» — террору. Его называли костоломом — ему нравилось ломать пойманной жертве кости.

Офицер по прибытию к новому месту внимательно изучил материалы о деятельности бандитов. Вскоре ему стало известно, что в районе Олевска и Сарн активно действуют боевики ОУН-УПА «Терешко», «Сметана», «Курган» и другие.

Сергей по натуре был смел и отчаян. Никогда не боялся встречаться с людьми. Часто выезжал на хутора и села, расположенные в окрестностях Олевска и на границе с Сарненским районом. Встречи и беседы с активом, старожилам этих мест показали, что бандеровские главари пытаются на вышеупомянутых территориях использовать старые оуновские связи и создать новую разведывательную сеть из числа «симпатиков» националистического движения. Тех, кто отказывался от сотрудничества, таких неугодных ликвидировали: вешали, расстреливали, кромсали топорами и сжигали живьем в домах и на кострах.

16 августа 1944 года в селе Каменка бандитами были убиты председатель колхоза и его брат. На хуторах этого района стали сосредотачиваться банды ОУН-УПА, которые терроризировали население сел Дерть, Лопатичи, Остки, Сновидовичи, Чудель, Каменка, Маневичи и других.

25 декабря 1944 года бесстрашный младший лейтенант Сергей Неретин по указанию руководства Олевского РО НКГБ выехал в Каменку для решения определенных оперативных задач.

Было раннее утро. Лесная дорога петляла среди стволов корабельных сосен. Поскрипывали полозья саней, в которых в то же село ехали ещё несколько районных чиновников. За разговорами незаметно, как промелькнул 15-ти километровый путь.

В селе после встречи с председателем сельсовета Шаповалом Корнеем Фатеевичем Сергей приступил к выполнению поставленной руководством задачи: выяснить, что известно о бандитах.

Он встречается с лесниками, почтальоном, учителями, фельдшером, сторожами, объездчиками. Особое внимание уделяет тем, кто выезжал в вышеупомянутые села. Материал он собрал солидный, но решил заночевать в селе, чтобы на следующий день перепроверить некоторые сообщения по конкретным эпизодам и людям.

26 декабря после завтрака в доме Головенко М. О. Неретин продолжает работу в селе. Он встречается с нужными ему жителями Каменки, но неожиданно председатель сельсовета ему докладывает, что слышал выстрелы в лесу на окраине села. В 17 часов они возобновились, а через некоторое время в село въехал конные разъезд из трёх бандитов.

Неретин и Шаповал принимают решение переместиться в лес. Они оставляют дом Рудой Татьяны, где некоторое время укрывались, и начинают отходить. Бандиты их, к сожалению, заметили, и началось преследование и перестрелка. У Шаповала был при себе револьвер, у чекиста автомат с двумя дисками.

— Корней Фатеевич, вы прорывайтесь к лесу, а я вас прикрою, — четко скомандовал офицер.

Отстреливаясь от бандитов, Сергей не заметил, как большая группа бандеровцев отрезала ему путь к лесу. Человек десять лежало на снегу, ведя спорадическую перестрелку. Под прикрытием сараев и домов, он бережет патроны. И вот уже расстрелян один диск. Он вставляет последний. Боевики кричат:

«Сдавайся, чекист! Мы всё равно тебя добудем!»

Сергей прекрасно понимал, что попал в окружение, из которого трудно выбраться. Понимал он и другое — смерть под пытками — это страшно. Лучше погибнуть в бою. Но не знал он другого, — бандитский курень УПА вышел из села Дерть и вторгся уже в пределы Олевского района.

Выстрел, и пуля сильно толкнула его к стене сарая. Он понял — серьёзно ранен. Силы стали быстро таять, вытекая горячей кровью из тела. Он стреляет, стреляет, стреляет… Пытаясь дотянуться до гранаты и бросить её в гущу подступивших лесных «вояк», он падает и теряет сознание.

Как шакалы набрасываются на оперативника оуновцы. Прикладами размозжен череп, выколот штыком глаз, перебиты кисти рук. Но тело уже не чувствует боли — бандиты сатанеют. Они ещё долго измывались над бездыханным телом «энкаведешника», вступившего в неравный поединок с крупной бандой.

В тот вечер в селе Каменка оуновцы ограбили магазин, колхозные комори (складское помещение — авт.), казнили несколько селян и спешно отошли к лесу — основному месту жительства.

Но жить и пировать им долго не позволили местные жители, входившие в истребительные батальоны. В начале 1945 года смерть простого русского парня, отзывчивого и приветливого человека, пришедшего на помощь в трудную минуту к своим братьям, всколыхнула олевскую общественность. Его гибель была отомщена и «истребками», и воинами Красной армии, в ходе проведения крупной чекистско-войсковой операцией. Вся банда была установлена, окружена и ликвидирована в течение нескольких суток.

Половина из них заранее нашли свою смерть в вырытых схронах.

Жителям стало вольготней дышать и жить!

* * *

Хочу рассказать ещё об одном «энкаведисте», по существу спасшего украинский город Винницу, город, обреченный гитлеровцами на уничтожение. Имя его Николай Порай-Кошица.

Это было в конце войны. Органы государственной безопасности СССР получили данные, что фашисты, подогреваемые злобой за поражения на фронтах, собираются взорвать город — красавец. Руководство НКГБ УССР приняло решение срочно сколотить группу оперативников и направить их в район предполагаемой операции.

20 января 1944 года в тыл противника для проведения специального мероприятия был выведен вместе с другими чекистами разведчик Николай Порай-Кошица — негласный сотрудник органов госбезопасности. В оперативных документах он проходил под псевдонимом «Мельник». В прошлом боевой офицер царской армии, участник Первой мировой войны, кавалер двух «Георгиевских крестов» он добровольно согласился помочь в осуществлении конкретной, крайне сложной операции оперативникам по нейтрализации плана, задуманного гитлеровцами.

Прекрасно владея немецким языком, он вошел в контакт с командованием гитлеровского гарнизона, представился бывшим царским офицером «белой» ориентации, естественно, противником советской власти. Вскоре благодаря общительности и контактности, он установил место нахождения склада. Выяснил, что там хранится 10 тонн взрывчатки и 7 тонн мин и снарядов. Более того, он установил предназначение этой взрывоопасной массы — для подрыва города.

Общеизвестно на войне, как на войне. Стресс снимали горячительными напитками. У нас — наркомовскими сто граммами. Немцы не стояли в стороне от этой традиции — шнапса не хватало, и тогда Николай им стал добывать водку, самогон и другой местный горлогрыз. Однажды при очередной попойке советскому разведчику удалось выкрасть у пьяных гитлеровцев нужные взрыватели. Они, крайне нужны были для большого дела…

И большое дело было реализовано.

31 января 1944 года Винницу потряс страшной силы взрыв — ширина воронки на месте склада взрывчатых веществ достигала пятидесяти метров, глубина до семи. При взрыве погибло больше ста гитлеровцев, включая подрывников, готовящих эту страшную акцию.

Всё было сделано настолько конспиративно, что немецкая комиссия пришла к выводу, что взрыв произошел по халатности обслуживающего персонала. Пришлось вмешаться гестапо — некоторых руководителей склада арестовали и увезли в Берлин. Ясно, какая судьба могла ожидать их специальном концлагере руководителя этой службы Мюллера.

Николай благополучно возвратился на базу, предотвратив, таким образом, уничтожение этого украинского города областного значения, подарившего Украине после майдана — 14 двух олигархов, превратившихся в недалеких высоких чиновников, которые подрезали на корню, а затем убили экономику «незалежной» Это был подвиг настоящего патриота Украины, рисковавшего своей жизнью. К сожалению, оценен он был всего лишь орденом «Отечественной войны 2 степени», хотя разведчик выполнил задачу, посильную армейскому подразделению.

О результатах данной операции нарком НКГБ УССР С. Савченко докладывал как в ЦК КП (б) Украины, так и в Москву.

Это тоже была работа «энкаведистов»…

Война была суровым испытанием для всех народов СССР. Победа спасла их от уничтожения или рабства. На войне в боях с неприятелем гибли чекисты. В 1995 году в журнале «Из архивов ВУЧК — ГПУ — НКВД — КГБ» (на украинском языке) приводятся некоторые, конечно же, не полные цифры потерь оперативного состава.

В итоговом докладе о боевой и агентурно-оперативной деятельности 4-го управления НКГБ УССР в 1941–1945 годах погибло и пропало без вести 760 офицеров оперработников, участников зафронтовых групп и негласных помощников органов госбезопасности (без учета потерь спецвойск).

Много жизней чекистов было принесено на алтарь тайного фронта во имя Великой Победы!

* * *

Легендарный украинский контрразведчик генерал-майор Николай Иванович Зубатенко, участник и руководитель оперативных игр с американской и английской разведкой с использованием идеологически разоружившихся повстанцев, провел не один десяток смелых, глубоко продуманных операций в борьбе с оуновскими бандпособниками. Он считал первостепенной задачей контрразведчика сделать все возможное, чтобы избежать кровопролития, уничтожения своего противника.

Самое главное — взять его живым. Переубедить и склонить на свою сторону. Особенно это касалось лидеров ОУН. Он считал, что принявший повстанец смерть в бою от врагов своих превращался в мученика, погибшего за идею. Именно такие становились знаменем движения.

Надо отметить, что он вместе с другими коллегами был против ликвидации Степана Бандеры в октябре 1959 года. В беседе со своим коллегой Георгием Санниковым Николай Зубатенко говорил:

«Слишком поздно, мы упустили время. Следовало убрать его на несколько лет раньше, когда он как политическая фигура, с которой еще как-то считались американцы, представлял для нас опасность как лидер ОУН. В последние годы американцы уже перестали интересоваться Бандерой. Он практически сошел с политической сцены. Разложился и потерял авторитет как «вождь» ОУН. Ликвидация его в сложившейся ситуации в оуновских центрах, в украинской эмигрантской среде будет способствовать консолидации враждебных нам сил, превратит этот политический труп в святого мученика, будет способствовать оживлению бандеровщины…»

Генерал располагал полной информацией об обстановке в мюнхенских центрах оуновцев, их руководителях, которым была безразлична судьба и гибель последних повстанцев на Украине. Они жили одной мыслью — получения денежной помощи от своих новых хозяев — американской и английской разведок. Он пытался понять этих людей, «смысл их изначально бесцельной, безнадежной и поигранной кровавой схватки», деля их на «палачей», у которых руки по локоть в крови и «одураченных» радикальным национализмом.

Он призывал своих молодых коллег не спешить с оценками, стараться быть осторожными в выводах. «Чекист, как сапер, не имеет права на ошибку» — не раз говорил он своим подчиненным.

Впервые в сорок четвертом году он столкнулся с вооруженными украинскими националистами в Белоруссии, действовавшими там с весны 1942 года в составе 201-го полицейского батальона СС. В этом карательном батальоне командиром одной из рот был гауптман Роман Шухевич, будущий командующий УПА под оуновским псевдонимом «Тарас Чупринка». За уничтожение партизанских деревень и бои с советскими партизанами в Белоруссии немецкие оккупанты его наградили Железным крестом.

После кровавых белорусских вылазок Роман Шухевич организует подчиненных ему повстанцев в хорошо вооруженные оуновские отряды, пытающиеся нейтрализовать действия советских партизан в этих районах. А когда Красная армия освободила западные районы Украины и Белоруссии, оунобандиты стали активнее совершать диверсионные и террористические акты на этих территориях.

После победного 1945 года на Западной Украине началась «война после войны», — суровая, кровавая, бесперспективная для воинствующих националистов, постоянно использующих политическую мимикрию с уходом в глубокое подполье или встраивание, проникновение в советские и партийные органы.

Приобретенный опыт борьбы с ОУН в Западной Украине пригодился будущему генералу в организации работы по проникновению в зарубежные их центры и далее — в американские, английские и канадские спецслужбы.

Судьбы вампиров

Судьба продает дорого то, что она обещает дать.

Клод Гельвеций

Так уж по жизни бывает — судьба всегда наносит неожиданные удары по тем, кто жил неправедно, тем более грешил пролитием чужой невинной крови. А ещё, как говорил Ромен Роллан, судьба — это оправдание безвольных душ. Природу человека нельзя переделать, так же как и нельзя изменить состоявшуюся судьбу. Многим главарям, оставшимся в живых после разгрома оуновского движения на Украине, самой судьбой была начертана незавидная концовка жизни. За всё в жизни приходится платить, а точнее, расплачиваться: за ложь, за дешевый успех, за пролитую чужую кровь, за причиненную другим боль и прочее.

Чего-чего, а чужой крови этими вампирами в человеческом облике было пролито немало, а о причиненной боли я уже не говорю. И нет ничего удивительного, что они не каялись, потому что по своей сути в жизни главари ОУН были нелюди, религией они как сутаной только прикрывались. Каялись случайно загнанные, — силой или обманом люди, которые ощущали, что «молотком стучит в ушах упрек, и все тошнит и голова кружиться…»

Власть многим простила за участие в бандах. А вот вожди ОУН — УПА и их близкие прихвостни не думали платить за грехи, расплачиваться за свои преступления. Одних настигало справедливое возмездие, другим снились цветные сны «и мальчики кровавые в глазах…», третьи прятались от себя, пытаясь каяться через суицид…

Но были и такие вожди бандеровщины и сам Бандера, которые жили на Западе в достатке, обласканные новыми хозяевами их судьбы.

* * *

Интересна трагедией судьба полковника Евгена Коновальца — петлюровского атамана, лидера буржуазно-националистической контрреволюции на Украине, возглавившего воинские формирования «сечевых стрельцов» — бывших солдат австрийской армии из числа галичан.

Они были освобождены из плена в ходе революции и сразу же с оружием в руках включились «в работу» за построение украинского государства под верховенством Центральной рады. «Отличился» полковник в январе 1918 года жестоким подавлением восстания киевского пролетариата на заводе «Арсенал». Именно он приказал открыть огонь «сечевым стрельцам» вместе с петлюровскими гайдамаками по рабочим.

Коновалец принимал участие в казнях повстанцев. После окончания гражданской войны за границей он создает полувоенную антисоветскую организацию — «Украинскую вызвольную организацию» (УВО), которая практически стала штатной резидентурой немецкой военной разведки.

В 1929 году УВО преобразовалась в ОУН. В 1931 году Коновалец встречается с Гитлером. В январе 1934 года по приказу германского инспектора полиции Дильгена и полковника Райхенау центральная берлинская организация ОУН, руководимая Коновальцем, вливается в штат гестапо на правах особого отдела. В ОУН он превращался в диктатора, в «единоличного вождя партии» и распорядителя денег оуновской кассы. Вождь сам избирал своих приближенных и удалял неугодных. Среди верных ему были — А. Мельник, Р. Сушко, Е. Сенник-Грибивский и другие. Кстати, с Мельником его связывали родственные узы: жена Коновальца была сестрой жены Мельника.

Многих националистов, имеющих собственное мнение, он выгнал из ОУН или уничтожил. Немцы стали тоже с подозрением смотреть на этого нарождающегося «наполеончика» с кровавыми замашками. Так, один из чиновников НСДПА Шикеданц докладывал наверх:

«Коновалец не произвёл на меня впечатления вождя народа и даже в какой-то мере значительной личности. На мой взгляд, его можно отнести к категории людей посредственных способностей».

Он терял авторитет у немцев, и на смену ему уже всходила звезда Рико Ярого, которого Гитлер считал настоящим вождем украинцев.

23 мая 1938 года Коновалец был уничтожен в Роттердаме. Вот как описывает акт возмездия сам его исполнитель Павел Судоплатов, внедренный в среду ОУН под кличкой «Валюх», в своей книге «Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930–1950 годы»:

«…после прошедшего дождя погода была теплой и солнечной. Время без десяти двенадцать. Прогуливаясь по переулку возле ресторана «Атланта», я увидел сидящего за столиком у окна Коновальца, ожидавшего моего прихода. На сей раз он был один. Я вошел в ресторан, подсел к нему, и после непродолжительного разговора мы условились снова встретиться в центре Роттердама в 17.00. Я вручил ему подарок, коробку шоколадных конфет, и сказал, что мне сейчас надо возвращаться на судно. Уходя, я положил коробку на столик рядом с ним. Мы пожали друг другу руки, и я вышел, сдерживая свое инстинктивное желание тут же броситься бежать… Выходя из магазина, я услышал звук, напоминающий хлопок лопнувшей шины…»

Так улетел к праотцам «суровый вождь ОУН».

* * *

Его сменил галициец Андрей Мельник. В Первую мировую войну с 1914 по 1916 годы командовал ротой в Легионе Украинских «сечевых стрельцов», воевавших на стороне войск Австро-Венгерской империи против российской армии. Сотня Мельника участвовала в боях на Маковке, под Заваловом и над Стрипой. Во время боев на горе Лисоне он был пленен русскими войсками. В качестве военнопленного содержался и работал в лагере под Царицыном.

После свершившейся революции в Петрограде Мельник решил податься на Украину. В январе 1917 года он с группой украинских офицеров бежал в Киев и через год стал одним из организаторов батальона Украинских «сечевых стрельцов» (УСС). С начала января 1918 года — начальник штаба куреня, с марта того же года после развертывания куреня в полк УСС — начальник штаба полка. Во время восстания против гетмана П. Скоропадского — заместитель командира осадного корпуса, с января 1919 года — и.о. командира корпуса.

В декабре 1918 году ему присвоено звание атамана армии Украинской Народной Республики (УНР). С конца 1918 по 1920 гг. трудится на штабных должностях в армии УНР. С 1920 по 1922 годы — инспектор военных миссий УНР в Праге. В 1922 года возвратился в Галицию, где стал соучредителем Украинской военной организации (УВО). Затем он становится её краевым комендантом. В 1924 году он был арестован польской полицией и осужден к 4 годам заключения.

По выходе из тюрьмы включается в активную политическую деятельность, занимает ряд постов в эмигрантских организациях. После гибели Е. Коновальца стал председателем провода (руководства) ОУН. В начале 1940 года в период раскола организации Мельник возглавил одну из фракций ОУН — провод ОУН (ПУН) — провод украинских националистов.

После освобождения немцами из-под надзора проживал в Германии и Люксембурге. В 1947 году на Третьем великом сборе ОУН избран пожизненным председателем ПУН.

В 1957 году выдвинул идею создания Всемирного украинского конгресса и Союза украинцев.

Умер в 1964 году в небольшом городке Клерво герцогства Люксембург.

* * *

Степан Бандера — этот многократный грешник появился на свет божий в 1909 году на Галичине в селе Угрынив Старый возле Калуша — сейчас это Ивано-Франковская область. Его отец был греко-католическим священником.

Во время украинско-польской войны отец, Андрей Бандера, ушел добровольцем в Украинскую Галицкую Армию (УГА), став военным капелланом. В составе УГА он находился на Левобережной Украине. Воевал с большевиками и белогвардейцами. В Галичину возвратился летом 1920 года.

Осенью 1919 года с детства болезненный Степан Бандера поступил в Стрыйскую гимназию, которую окончил в 1927 году. Польские преподаватели старались внедрить в учащихся «польский дух», что вызывало сопротивление со стороны гимназистов.

В сентябре 1928 года Бандера приезжает во Львов, и поступил на агрономическое отделение Высшей Политехнической Школы. Учился до 1934 года. Диплом инженера-агронома он так и не получил: помешали политические увлечения и арест. Говорят, он с юности готовился к испытаниям в будущей борьбе — даже больные зубы ходил рвать к сельскому кузнецу.

Честолюбивый по натуре, недоучившийся кандидат в агрономы, и не имеющий особых заслуг перед недавно созданной Коновальцем ОУН, Бандера наметил стратегический путь, — убрать с дороги полковника. Для этого он развернул бурную деятельность в составе «Краевой экзекутивы» — (исполнительный руководящий орган — авт.). Грабил со своими «хлопцами» почтовые отделения, автотранспорт, перевозивший крупные суммы денег, «чистил» банки. Были осуществлены нападения на еврейский «Народный банк» в Бориславе и банковские учреждения во Львове, Трускавце, Стрые и других городах Галиции. Чем не Сталин в молодые революционные годы!?

В 1932–1933 годы он уже заместитель, а потом и руководитель «Краевой экзекутивы». Под его руководством проводятся акции — убийство депутата польского сейма Т. Голувко, комиссара полиции Е. Чеховского, секретаря советского консульства во Львове А. Майлова. В этот период он уже замечен в Берлине.

Бандера едет в Германию и возвращается агентом гитлеровских спецслужб под кличкой «Серый». Ведет себя нагло, понимая, кто за ним стоит. В 1936 году он привлечен по делу об убийстве министра внутренних дел Польши Б. Перацкого. На суде ведет себя развязно. Вердикт — смертная казнь, замененная вскоре на пожизненное заключение.

Но в 1939 году его «германские друзья» нападают на Польшу, и он выходит из тюрьмы. После убийства Е. Коновальца ОУН возглавляет сначала триумвират. А потом вождем украинских националистов становится Андрей Мельник.

В связи с подготовкой фашистской Германии к войне с СССР, Бандера поднял бунт против Мельника, обвинив его в недостаточной инициативности и неспособности руководить ОУН. Но Мельник вдруг «показал зубы» — воспротивился авантюризму Бандеры и остался на своем месте. Вскоре этих «пауков в оуновской банке» принял Канарис, понявший, что ставку надо делать на более «револционном и безшабашном» Бандере. Именно ему были выделены Абвером немалые деньги на финансирование оуновского подполья. Он их втихаря перевел на свой счет в один из швейцарских банков и тихонько тратил на себя, родственников и своих подельников — деньги большие и чужие.

10 февраля 1940 года в Кракове состоялся сбор сторонников Бандеры, на котором было объявлено о создании «главного революционного трибунала» и «службы безопасности». И началось…

За короткий период были ликвидированы около четырех сот мельниковцев и боле двухсот не лояльных вождю бандеровцев. В бандеровскую мясорубку попали даже основатели ОУН Н. Сциборский, Е. Сеник-Грибовский, Р. Сушко и др.

А в апреле 1941 года там же созывается новый сбор, который провозглашает амбициозного Бандеру руководителем ОУН с приставкой — ОУН (б), так как существовала и ОУН (м) — Мельника.

Через молитвы отца он прошел школу ненависти к «чужим» народам и нациям, школу презрения к трудовому народу и мышлению по-другому. Не это ли база его как убежденного фашиста, прославившегося кровавыми злодеяниями украинских националистов на моей родине — западно-украинских землях. Он объявляет войну «всем враждебным национальным меньшинствам в Украине: «…москалям, жидам и ляхам». Крутящийся его кровавой рукой шнек террора перемалывал жизни в основном сельского, незащищенного населения. В райцентры «хлопцы из леса», эти «герои среди овец», показываться боялись — власти могли дать по зубам.

После несанкционированного Берлином провозглашения во Львове «суверенной Украины» 30 июня 1941 года и материалов о присвоении Бандерой нацистских денег, Гитлер приказал арестовать смутьянов и казнокрадов.

5 июля в Кракове был задержаны Бандера, Горбовой и Янов, а через четыре дня Стецко и Ильницкий. Всех их направили в Берлин под домашний арест, где с ними работали абверовцы, используя компрометирующие материалы в сфере финансовой деятельности.

Мельника арестовали в 1944 году. Вскоре вся верхушка ОУН оказалась в концлагере Заксенхаузен в отдельном блоке Целенбау на правах привилегированных сидельцев…

Вспомнили немцы о них, когда стало совсем плохо на фронтах. 25 сентября 1944 года С. Бандеру и его сподвижников освободили. Глава ОУН был принят лично Гиммлером, нацелившим Бандеру на активизацию подпольной борьбы, что было тут же «взято под козырек». Как бандеровцы боролись и с кем известно теперь всем.

После окончания войны, Бандера до 1948 года прятался в Берлине, Инсбруке, Зеефельде, Гильдегате, затем с 1954 по 1959 годы в Мюнхене. 15 октября 1959 года, когда Бандера в час дня возвращался домой, на ступеньках лестницы к нему приблизился агент УКГБ епо Львовской области Богдан Сташинский и из завернутого в газету двухканального «пистолета» выстрелил ему в лицо синильной кислотой…

Как говориться, — не суди, да не судим будешь. По указанию же Бандеры без суда и следствия совершались казни в большинстве случаев ни в чем не повинных мирных граждан.

* * *

Клячковский Роман-Дмитро — полковник УПА — (псевдонимы «Клим Савур», «Охрим», «Билаш» и другие). Уроженец Галичины. Окончил гимназию в Станиславе, затем учился на юрфаке Львовского университета. Член ОУН. В 1937 году арестовывался польской полицией. В 1939–1941 годы был одним из руководителей подпольной сети ОУН в Галичине. В 1941 году задерживался органами госбезопасности УССР за проведение террористической деятельности. Его судили и приговорили к ВМН — расстрелу, замененного 10-ю годами заключения.

В первые дни войны бежал из Бердичевской тюрьмы. В период 1943–1945 годов — руководитель ОУН бандеровского направления в Северо-Западной Галичине. Играл значительную роль в организации отрядов УПА, действовавших на Волыни и Полесье. С января 1943 года командующий УПА.

В январе 1945 года при проведении операции в селе Яйно Волынской области 169-ым стрелковым полком внутренних войск в одном из «схронов» был захвачен бандит по кличке «Волк». Он рассказал, что в скором времени ожидается приезд заместителя командующего УПА «Рудого». Им оказался Юрий Стельмащук. Он был взят в Коратынском лесу. Операцией руководил лично заместитель НКВД УССР генерал Строкач Т. А.

Кроме того «Волк» рассказал о командующем УПА Клячковском («Климе Савуре») и лично показал его местонахождение. Так, по наводке «Волка», группа поиска обнаружила неизвестных лиц, открывших огонь по чекистам. Ответным огнем советских воинов бандиты были уничтожены. Среди убитых оказался «главнокомандующий» УПА Клячковский.

* * *

Уроженец Галичины Николай Лебедь действовал под псевдонимами — «Рубан», «Марко», «Евген Скирба» и другими. Окончил гимназию во Львове в 1930 году. В 1930–1932 гг. принимал активное участие в организации молодежных групп ОУН на Западной Украине.

В период с 1932 по 1934 годы он является связным между Краевой экзекутивой ОУН и заграничным Проводом ОУН. В 1934 году готовил покушение на министра внутренних дел Польши Б. Перацкого. После покушения скрылся в Германии, но был выдан властям Польши.

На Варшавском процессе 1935–1936 гг. был приговорен к смертной казни, которую потом заменили на пожизненное заключение. Просидев несколько лет, он совершает побег из тюрьмы в сентябре 1939 года. В ходе внутреннего конфликта в ОУН между Мельником и Бандерой поддержал последнего, став его заместителем. В 1941 году вошел в состав самопровозглашенного правительства Украинской державы в ранге главного оуновского руководителя МГБ.

До 1943 года возглавлял ОУН в Западной Украине и играл важную роль в формировании Украинской Повстанческой Армии (УПА). Шеф Службы безопасности (СБ) УПА.

Николай Лебедь проводил массовые, кровавые акции против поляков и украинцев на Волыни. Его боялись сослуживцы. И не случайно сами бандиты называли его «мясником». Знаток оуновщины Г. Стецюк в книге «Неустановленный памятник», изданной в Канаде в 1988 году, писал:

«СБ ОУН была хуже, нежели гестапо или НКВД».

Она, эта служба Лебедя, разоружала и уничтожала даже «своих лесовиков» — людей Мельника и Тараса Бульбы-Боровца.

В 1944 году Лебедь стал одним из основателей Украинской головной вызвольной рады (УГВР). По «поручению руководства» УГВР выехал на Запад для установления связей с представителями западных союзников и организации подрывной деятельности против СССР. С 1949 года кровавый палач проживал в США.

После развала СССР в начале 90-х годов приезжал во Львов, где его помпезно встречали местные власти, ещё не знавшие, что в США вышла в свет книга П. Судоплатова «Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930–1950 годы», в которой автор — чекист прямо указал о работе Лебедя после его задержания во Львове в конце войны на органы госбезопасности СССР. Не случайно же его выпустили за границу.

* * *

Ярослав Стецко родился в Тернополе в семье униатского священника. Природа одарила его хорошей памятью и необычными интеллектуальными способностями. Учился в Краковском и Львовском университетах. С 1929 года он становится членом ОУН.

С 1932 года он уже член Краевой экзакутивы (КЭ) ОУН.

Стецко в период с 1933 по 1934 годы участвовал в организации и проведении терактов против польских властей. В 1936 году осужден польским судом на 5 лет тюремного заключения, но уже через год «за примерное поведение» в 1937 году освобождается из польской неволи и выезжает в Германию. Затем он перемещается в Италию. Сотрудничал с абвером и итальянской разведкой. С начала войны был сторонником экстерминации (физического уничтожения — авт.) евреев. В письме к рейхсминистру А. Розенбергу он писал, что Москва и жидовство — это самые большие враги Украины и носители разлагающих интернационалистических идей. Поэтому настаивал на поголовном уничтожении «жидов, москалей и ляхов» как вечных врагов незалежной Украины. Он же предлагал целесообразность переноса на Украину немецких методов экстерминации еврейства.

С 1939 года принял сторону Бандеры и в феврале 1941 года создал Краковский провод ОУН. 30 июня 1941 года от имени ОУН Я. Стецко в военной форме на площади Рынок во Львове устроил фарс — провозгласил акт о создании марионеточной Украинской державы и огласил декрет Бандеры о назначении себя председателем краевого управления — главой правительства.

8 этом документе говорилось, что «украинское государство будет тесно сотрудничать с национал-социалистической Великой Германией под руководством Адольфа Гитлера»:

«…политику мы будем проводить без всяких сантиментов. Мы уничтожим всех без исключения, кто станет на нашем пути…Наша власть будет политической и военной диктатурой ОУН, для врагов страшной и неумолимой».

Она действительно стала страшной для сотен тысяч сельских жителей Западной Украины.

9 июля 1941 года «экс-премьера», «мини-фюрера» арестовало гестапо и поместило в лагерь Заксенхаузен. Освобожден он был фашистами только в 1944 году. После войны бежал на Запад, оказался в Мюнхене, работая в тесном контакте со спецслужбами США, ФРГ и Великобритании. С 1946 года становится президентом антибольшевистского блока народов (АБН).

До последних дней оставался врагом СССР и УССР.

«Пусть погибнет вся коммунистическая Украина, каркал Стецко, это не так уж и страшно…, ибо новые кадры придут из Торонто, Лондона, других городов Запада».

Что ж пророческие слова!

Умер он душным днем 5 июня 1986 года в Мюнхене.

* * *

Роман Шухевич родился во Львове в семье уездного судьи. Жизненные вехи — 1922–1930 годы — член «Пласта», Украинской военной организации (УВО). С 1928 по 1929 годы служил в польской армии. Член ОУН с 1929 года. Р. Шухевич закончил Львовский политехнический институт. С 1930 по 1934 годы он боевой референт Краевой экзекутивы ОУН на Западной Украине.

В 1941 году становится политическим руководителем Дружин украинских националистов. В бандеровском мире имел клички «Тур», «Шуб», «Жар», «Степан», «Щука», «Тарас Чупринка», «205», «171», «Чупринка» и другие. Главнокомандующий УПА. Награжден Золотым крестом боевых заслуг 1 класса. Генерал-хорунжий УПА, автор статей на политические и военные темы.

На взгляды Шухевича большое влияние оказали труды теоретиков украинского национализма Донцова и Коновальца, проповеди католических мракобесов Шептицкого и Слипого. Они сформировали в нем жестокий характер, который направлял его на многие резонансные поступки в жизни, имевшие столь трагические последствия для сотен тысяч невинных человеческих жизней.

Они сформировали в нем безжалостного террориста и фашиста. По свидетельству многих очевидцев Р. Шухевич установил связь с германской разведкой ещё в 30-е годы. Специальную подготовку проходил в Мюнхене. Имел звание капитана Абвера. Накануне войны он осуществил ряд террористических акций против поляков и евреев.

Весь 1940 год и первая половина 1941-го прошли в лихорадочной работе по заброске на территорию СССР оуновских эмиссаров. В это же время с Бандерой, Шухевичем, Стецько и другими лидерами ОУН в Кракове работают: сотрудник гестапо Гайм, личный представитель Гитлера доктор Фегль и некоторые высокопоставленные армейские чины. Обсуждаются вопросы националистического восстания в советском тылу, организации складов с оружием и боеприпасами, тактики и стратегии разведывательной работы.

30 июня 1941 года во Львов с передовыми частями вермахта ворвались «нахтигалевцы» — «соловьи» Шухевича, внешним видом напоминавшиеся окровавленных мясников. Они устраивали садистские оргии — казнили случайных людей, грабили магазины, мародерствовали в квартирах. Особенно досталось львовской интеллигенции польского происхождения, списки которой заранее подготовила оставленная агентура. По скромным оценкам специалистов отрядами УПА Шухевича уничтожено не менее 100 тысяч мирных поляков. Семь дней продолжалась кровавая Вандея «нахтигалевцев» во Львове. И всё это делалось в угоду нацистов.

Для бандеровских лидеров, в том числе и Шухевича, не было секретом, для чего выполняется указание Гиммлера по очищению Украины от украинцев — эта территория нужна будет для будущего переселения немцев!

Неоценимая роль Шухевича, как считал Бандера, в придании подразделениям УПА формы штурмовых отрядов, по образу и подобию когда-то созданных Ремом. Функции немецкого гестапо в УПА выполняла СБ, состоящая почти поголовно из бывших полицейских, эсесовцев, в основном галичан.

И всё же многие его соратники были невысокого мнения о его командирских качествах. Так, во время движения отрядов Ковпака по Волыни и Ровенщине, народные мстители разгромили несколько солидных банд УПА. Вместо того, чтобы попытаться оказать отпор ковпаковцам, Шухевич бежал со своей охраной во Львов, где умолял немцев помочь ему в борьбе с советскими партизанами.

Верхом цинизма «командующего» УПА, а правильнее — предательства было обещание передать немцам дезертиров из дивизии СС «Галичина», перебежавших в УПА в надежде бороться за независимую Украину. Что он по-хитрому и сделал — передал «без следов в протоколе».

Вооружением отрядов УПА занимались абверовские друзья «Чупринки». По заявлению начальника 2-го отдела штаба оккупационных войск генерал-губернаторства гауптмана Юзефа Лазарека на протяжении марта-апреля 1944 года Шухевичу им было передано примерно 800 винтовок, 50 легких пулемётов и большое количество боеприпасов. Конечно, это оружие помогало воевать с мирным населением, и после войны.

Генерал-лейтенант Павел Судоплатов, участник операции по захвату Шухевича, так описывает тот период:

«Этот человек обладал незаурядной храбростью и имел опыт конспиративной работы, что позволяло ему ещё и через семь лет после ухода немцев заниматься активной подрывной деятельностью…

Нам стало известно, он объявился во Львове… Шухевич слишком уж полагался на свои старые связи военного времени и ослабил бдительность. Между тем мы вышли на семью Горбового, адвоката и влиятельного участника бандеровского движения…Горбовой указал нам места, где мог скрываться Шухевич».

5 марта 1950 года кумира галицийской элиты чекисты зафиксировали в помещении сельпо села Белогорща близ Львова.

«Генерал Дроздов потребовал у Шухевича, как пишет Судоплатов, сложить оружие — в этом случае ему гарантировалась жизнь. В ответ прозвучала автоматная очередь. Шухевич, пытаясь прорвать кольцо окружения, бросил из укрытия две ручные гранаты. Завязалась перестрелка, в результате которой матерый бандит был убит».

* * *

Мирон Матвиейко являлся одним из приближенных к Бандере людей. Родился он на Тернопольщине в семье греко-католического священника. Его жена Евгения Кошулинская была крестной матерью сына С. Бандеры Андрея. Последняя кличка Мирона — «Усмих». По заданию ОУН с 1941 года он начал сотрудничать с контрразведкой абвера в советском подполье. С весны 1949 года — руководитель референтуры СБ ЗЧ ОУН.

Занимался контрразведывательной защитой ячеек украинской политической эмиграции, подрывной работой против оппозиционных бандеровцам украинских политических организаций за рубежом. Сторонник жестких методов работы СБ.

По заявлению последнего командующего УПА Василия Кука, арестованного органами МГБ, Матвиейко «способен на провокацию, может добиться признания даже от невиновного человека».

К «подследственным» лично применял пытки, — загонял иглы под ногти, прижигал тело раскаленной кочергой, пытал электрическим током, душил удавками, забивал гвозди в пятки…

Бандеру к началу 50-х стала волновать информация о затухании националистического движения на Западной Украине. Он решил в целях контроля за состоянием бандеровского подполья направить туда Матвиейко с пятью разведчиками в качестве эмиссаров.

В ночь с 14 на 15 мая 1951 года они были выброшены на парашютах с английского военного самолета, стартовавшего с острова Мальта в Средиземном море. Приземлились оуновцы недалеко от села Бышки в Тернопольской области. С учетом внедренной зарубежной агентуры сотрудники МГБ УССР знали не только место их возможного приземления, но владели информацией, где они должны были остановиться. На Матвиейко вышли подставные агенты-боевики из числа раскаявшихся оуновцев, принимавших участие в ликвидации или задержанию десятков бандеровцев, и, вручив ему поддельное «удостоверение» от Кука — «Лемеша», предложили ему с радистом пойти на лесную базу. Встретив «друзей», Мирон рассказал о своих злоключениях при приземлении и искренне радовался встрече.

Агенты из оперативной группы 2-Н МГБ УССР щедро угощали гостей вином и медом. А после в момент чаепития добавили в чашки спецпрепарат «Нептун». Когда бандеровцы уснули, последовала условная команда: «Давайте закурим!» И на запястьях «дорогих гостей» мгновенно защелкнулись наручники.

Через несколько дней, после того, как радист отправил в Центр радиограмму о благополучном приземлении, «без шума» взяли и остальных небесных посланцев.

На допросах Матвиейко показал себя трусливым и хитрым человеком. На контакт с контрразведчиками пошел быстро. Рассказал, что его подготовила английская разведка и забросила для установления связи с подпольем. Постепенно его склонили к участию в радиоигре с английской разведкой под кодовым названием «Метеор». Он много выдал компрометирующих данных на С. Бандеру, которого уличил в воровстве казенных денег и сожительстве с женой одного из охранников. Рогоносец, получив компромат на супругу, даже готовился «прикончить оуновского вождя».

Практически с помощью Матвиейко было развалено националистическое подполье в Западной Украине.

— Грязный он человек по многим параметрам был и есть, — заметил Матвиейко о своем шефе.

За помощь в ликвидации националистического подполья Мирона Матвиейко специальным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 июня 1958 года освободили от уголовной ответственности. В Киеве ему дали однокомнатную квартиру. Однако со временем его потянуло в Галицию. Он переехал на Львовщину, где и умер в селе Павлове Радеховского района 10 мая 1964 года.

* * *

Одним из злейших врагов России и советской власти был видный деятель бандеровского национализма, руководитель разведки УГВР, агент американской разведки Василий Охримович.

В справке дела оперативной разработки (ДОР) за 1951 год говорилось, что агент американской разведки, эмиссар центрального провода ОУН Охримович Василий Остапович 1914 года рождения, кличка «Грузин», уроженец села Дачкова Велико-Барковского района Тернопольской области из семьи священника униатской церкви.

В 1934 году арестовывался польской полицией за участие в террористическом акте над бывшим министром внутренних дел Польши Б. Перацким и осужден к 10 годам тюремного заключения. В 1939 году после захвата Польши немцами бежал в Германию и там после раздела ОУН на бандеровцев и мельниковцев, примкнул к сторонникам С. Бандеры.

Из показаний арестованных органами МГБ Украины оуновцев Прокоповича, Дударя, Арсенич-Березовского, Дячук-Чижевского выяснилось, что Охримович в 1940 году состоял членом главного провода ОУН, работал в разведотделе. В 1941 году прибыл в Тернополь и был назначен гитлеровцами воеводой Тернопольской области. Одновременно «подрабатывал» в гестапо. В 1942 году руководил спецшколой ОУН во Львове. В 1944 году возглавил ОУН на территории Польши. С 1947 года он руководил референтурой разведки зарубежного провода ОУН. В 1950 году был завербован разведчиком США Блек Мак-Кольмом. Так он обрел для Украины статус «шпиона».

20 мая 1951 года Василий Охримович с группой радистов и разведчиков был выброшен с американского самолета в лесной массив под Дрогобычем. Часть группы ликвидировали, агента МГБ «Кару», находившегося в составе группы, конспиативно вывели из игры, а вот Охримовича с радистом взять не удалось. Потом он встретился с В. Куком — командующим УПА, проведя некоторое время в его бункере. Всё это время радисты его группы выходили в эфир и передавали в Мюнхен собранную информацию о ситуации на Украине.

Радиоконтрразведка их запеленговала, что облегчило 6 октября 1952 года задержать Охимовича. После этого матерый бандит согласился на сотрудничество с МГБ. Так с американцами завязалась радиоигра «Звено». В результате этой войны в эфире одураченные янки для поддержки группы сбрасывали ей оружие, деньги, снаряжение и диверсантов-связников. По данным, полученным от Охримовича, были ликвидировано ряд бункеров ОУН на Тернопольщине, Станиславщине и Львовщине.

Однако со временем, оправившись от потрясений ареста и огромного массива выданной им информации, Охримович в категорической форме отказался в дальнейшем сотрудничать с органами госбезопасности, чем сорвал начавшуюся от его имени оперативную игру «Трасса», целью которой был захват Кука. Он стал неожиданно вести себя враждебно, неискренне, каялся, что «испугался и сдал многих друзей по борьбе за незалежну Украину».

На уровне ЦК КПУ было принято решение о казни Охримовича с сообщением об этом в СМИ. 29 марта 1954 года Военный трибунал КВО приговорил его к высшей мере наказания — 18 мая приговор привели в исполнение, о чем стало известно общественности из газет на второй день.

* * *

Видным руководителем ОУН являлся Николай Арсенич, кличка «Михайло», родился в 1910 году на Станиславщине. Во второй половине 20-х годов он вступил в Украинскую войсковую организацию полковника Коновальца, в 1929 — в ОУН. Он несколько раз арестовывался польскими властями. В феврале 1940 года Арсенич возглавил военную разведку ОУН, а в марте следующего года был назначен Степаном Бандерой руководителем Службы безопасности ОУН. Возможно, его назначению способствовала учеба на юрфаке Львовского университета и знание немецкого и русского языков.

В течение 1941–1942 годов он занимался формированием органов СБ ОУН на территориях, где действовало подполье. Была создана система баз, явок, осведомителей и схронов. В феврале 1943 года Арсенич принимал активное участи в организации УПА, в частности. В создании в ней системы внутренней безопасности. Все бойцы и командиры УПА были обязаны сотрудничать со Службой безопасности, которая сохранилась без изменений вплоть до 1950-х годов. Эсбисты не подчинялись региональным политическим и военным лидерам, подчинялись лишь своим непосредственным начальникам.

По рассказам его современников, он был низкого роста, спортивного телосложения человеком, прекрасным и вежливым собеседником, тонким психологом, умеющим положительно настраивать к себе совершенно разных людей. Трудно было поверить, что перед ними грозный руководитель СБ.

Он призывал своих подчиненных:

«Учитесь узнавать душу человека, умейте выслушивать мнение других. Не лелейте ненависть, ибо ненависть лишает логического образа мышления. Будьте врачами, задача которых — лечить свой народ перед моральной гнилью, перед духовным упадком».

С другой стороны это был садист. По данным специального сообщения НКГБ УССР от 1944 года «следственная и карательная практика СБ носит характер, превосходящий по своей мерзости средневековье. Так называемое «цуркування», когда допрашиваемому связывают голову тонким ремнем или крепкой бечевкой, а затем постепенно накручивают палкой до тех пор, пока череп не давал трещин, прижигание пяток, избиение — таков метод следствия «Службы Безопасности» ОУН — КПА. Повешение, убийства заподозренных людей и их семей, в том числе, матерей, жен и детей топором, перепиливание пилой — так обычно выполняются приговоры, выносимые следователями полицейско-исполнительных органов «Службы Безопасности» ОУН — УПА».

Эти изуверства неоднократно подтверждали многочисленные свидетельскими показаниями. Органы госбезопасности СССР вели розыск руководителя СБ Николая Арсенича более пяти лет. Место его укрытия выдала Стефания Галушка, завербованная нашими органами под псевдонимом «Наталка». После этого органами МВД УССР был разработан план проведения операции по захвату или уничтожению «Михайла».

Один из руководителей ОУН Василь Галаса, о котором будет рассказано ниже, после задержания, разоблачая бывших своих соратников, признался:

«Звериные методы работы СБ известны всем… Разве можно опровергнуть дикие расправы СБ над советскими людьми. Когда даже «своих» — националистов, безосновательно заподозренных в сотрудничестве с Советской властью, эсбисты подвергали таким беспощадным пыткам, которые даже тяжело себе представить. А какой страшный самосуд совершали отдельные проводники ОУН!

Так, дрожа за свою шкуру, известный националистический главарь «Смок» (Мыкола Козак — авт.) без суда и следствия перестрелял процентов 80 подчиненных ему боевиков».

21 января 1947 года в районе села Жукив Бережанского района Тернопольской области чекистами был обнаружен схрон, где прятались бандиты.

А дальше события развивались так, — Арсенич — «Михайло» застрелил свою жену и связную Центрального провода ОУН, после чего облил керосином документы, поджег и застрелился сам. Из схрона было изъято оружие и боеприпасы, а также десятки документов — советских паспортов, военных, партийных и комсомольских билетов, удостоверений личности военнослужащих и сотрудников органов правопорядка, а также списки убитых СБ советских граждан, примерно на 1000 человек.

Новые власти Украины присвоили Николаю Арсеничу звание генерала безопасности. На месте его гибели освящен памятный крест, а останки перезахоронены в братской могиле в Бережанах.

* * *

Василь Галаса — кличка «Орлан» родился в 1920 году на Тернопольщине в бедной крестьянской семье. Член ОУН с 1937 года. Проводник Центрального провода ОУН, полковник УПА, командир УПА-Юг, кавалер наград ОУН — Серебряного и Золотого крестов.

После гибели Шухевича Галаса вместе с членом Центрального провода шефом подполья Волыни и Подолья Василием Куком возглавил подпольную сеть ОУН на Западной Украине. Для захвата этих двух деятелей ОУН оперативниками МГБ были сформированы несколько спецгрупп. Одну из них — «Закат», ориентированную на захват Галасы, возглавил агент — боевик МГБ под псевдонимом «К-62», бывший начальник курьерской группы Центрального провода ОУН.

О степени доверия агенту говорит то, что Галаса присвоил ему звание поручика УПА и наградил двумя медалями «За борьбу в особо сложных условиях» и «За заслуги». А командующий УПА Кук «за верность долгу» поощрил его 15 тысячами рублей.

Под началом «К-62» чекисты создали легендированный Кременецкий районный провод «Закат», боевики которого по договоренности 11 июня 1953 года прибыли к месту базирования Василия Галасы в лесном массиве возле села Ямполь Белогорского района Хмельницкой области. Там Василия с женой Марией Савчин — «Маричкой» и верным охранником «Чумаком» и арестовали. Можно себе только представить в каком состоянии они находились, месяцами не видевшие водной гигиены.

У задержанных изъяли 21 тысяча рублей и оружие. Вскоре их доставили в Киев во внутреннюю тюрьму МВД УССР. В ходе допросов «Орлан» подробно рассказал о своих контактах с Куком — «Лемишем». «Орлан» и его жена «Маричка» потеряли здоровье в ходе подпольной жизни. Чекисты создали все условия для их лечения. После выздоровления супругов стали знакомить с советской действительностью — возили по предприятиям, водили в театры, давали читать газеты и книги, что положительно повлияло на мировоззрение бывших бандеровцев. В результате идеологического воздействия Василь даже написал статью «Мое отношение к последним переменам в СССР и связанных с ними вопросах о подполье». В ней он признался:

«Дальнейшая борьба подполья бессмысленна и лишена моральных основ. Социализм и коммунизм — единственно приемлемые модели общественного развития… Ради построения общества социальной справедливости я готов отречься от националистических убеждений в пользу существования единого союзного государства…»

Галаса назвал около 50 мест укрытия подпольщиков и архивов Центрального провода. По рассказу знатока этой темы автору, полковник Георгий Санников поведал, что украинские чекисты решили провести игру с американской разведкой, выведя жену Галаса «Маричку» за границу. Она не вернулась из «командировки», совершив предательство по отношению мужа, детей и Украины, за которую она сражалась в отрядах УПА.

У Василя Галасы и Марии Савчин было двое детей — сыновей, рожденных в подполье. Первый остался у родственников, второго ребёнка она бросила вскоре после рождения в Польше и его приняла на воспитание польская семья. Перед командировкой украинские контрразведчики решили провести гуманный акт, дать возможность матери увидеть младенца и попрощаться с ним. При этой острой психологической сцене она стояла над кроваткой с младенцем спокойно, Василь — плакал…

В 1956 году Галаса вновь арестовали и осудили на 10 лет исправительно-трудовых лагерей — в 1960 году его помиловали по ходатайству председателя КГБ Украины генерала В. Ф. Никитченко. Ему дали квартиру в Киеве. «Орлан» умер в столице суверенной Украины 5 октября 2002 года, а «Маричка» живет в США, у неё вторая семья.

* * *

Последний руководитель ОУН и УПА Василий Кук — «Лемиш» родился в 1913 году в селе Красное на Львовщине. Член ОУН со дня ее образования в 1929 году. Арестовывался поляками. Прошел путь от руководителя районного провода ОУН до командующего в звании генерал-хорунжего УПА.

В 1947 году, будучи заместителем Шухевича, Кук имел с ним противоречия по тактическим вопросам движения сопротивления. Он автор ряд подпольных изданий, в которых раскрывалась суть сталинской политики на землях Западной Украины. Кук осуждал вождизм Бандеры, считая, что он «забронзовел» и живет только для себя и своей семьи. В начале пятидесятых годов принимал меры по минимизации вооруженных выступлений подполья ради сохранения кадров для борьбы в новых условиях.

Это был хитрый, осторожный, а потому длительное время неуловимый оуновец. Охота на него длилась чекистами Тернопольской и Львовской областей на протяжении почти десяти лет в рамках оперативно-розыскного дела «Барсук».

В ориентировке МГБ УССР от 2 сентября 1949 года говорилось:

«Часто носит простую крестьянскую одежду, также само одеваются его боевики. При общении с населением и подпольщиками «Лемиш» и его боевики ведут себя строго конспиративно, кличек и имен друг друга не называют, свое прошлое конспирируют, откуда пришли, и куда будут направляться, тщательно скрывают».

Летом 1950 года оперативники МГБ получили точную информацию о месте нахождения Василия Кука. В ходе боестолкновения при облаве погибло немало бойцов из отряда руководителя УПА, но он сам из окружения прорвался.

Арестованный в феврале следующего года руководитель Подольского краевого провода ОУН Василий Бей, имевший постоянные контакты с Куком, был завербован под кличкой «Улас» и направлен в бандоуновское подполье. Однако подпольщик рассказал своему руководителю о вербовке.

Незадолго до ареста Кук в письме, написанном для отправки в Мюнхен, так оценивал положение оуновского подполья:

«Положение организации в целом катастрофическое… Руководящие кадры ликвидированы. Вся работа состоит в самообеспечении и сохранении на лучшие времена…Длительная подпольная жизнь изнурила даже сильнейших, нервное истощение, физическое переутомление, болезни и раны…»

Как рассказывал участник операции «Западня» полковник Георгий Санников, с которым автор не раз общался при сотрудничестве в журнале «Лубянка», Василий Кук был схвачен спецгруппой КГБ СССР 24 мая 1954 года в Иванцевском лесу Львовской области вместе с женой Ульяной Крюченко. Для этого использовали агента «Карпо» — бывшего боевика СБ, который и привел супружескую чету в бункер…

Кук был умный, матерый враг, блестящий конспиратор, поэтому больше всех главарей продержался «на воле».

Со слов Санникова Кук боялся бесследно исчезнуть. Был уверен, что его расстреляют. Кстати, на этом настаивал лидер «оттепели» Никита Хрущев. Но киевские чекисты убедили Москву этого не делать, так как в случае его гибели создавался бы очередной национальный герой. Этого партбоярин не хотел знать. Наверное, привык к крови в период репрессий, в которых принимал тоже активное участие.

Захват Кука держался в строжайшей тайне, и знали о нем только несколько сотрудников КГБ и руководство ЦК КПУ. Официально же его «розыск» продолжался…

В феврале 1955 года Василия Кука с супругой этапировали в Москву, где с ним «работали» специалисты «по буржуазным и украинским националистам» из КГБ СССР.

В мае этого же года он написал «Декларацию» о политическом признании победы советской власти на Украине, в том числе ее западных областях. Этим самым он добился освобождения своих родственников, — в том числе отца, сидевшего в лагерях Мордовии и матери из Иркутской области…

После того, что он увидел и услышал, на многие вещи в прошлом он смотрел уже другими глазами, хотя полностью «перевоспитаться» не мог. Все попытки «оперативного использования» «Лемиш» отвергал, хотя во многом раскаивался.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 июля 1960 года № 139/82 Василий Кук и его супруга Ульяна Крюченко были помилованы с освобождением от уголовной ответственности, а сын — из детского дома.

19 сентября 1960 года Василий Степанович зачитал по радио свое обращение к украинцам на Западе с такой концовкой:

«Друзья! Не связывайтесь ни с какой деятельностью против нашего народа, не позволяйте себя дальше обманывать и использовать в чужих для вас самих и вашего народа интересах. Всю свою деятельность в эмиграции направляйте на то, чтобы не закрывать себе путь на родину! С искренним приветом и уважением — Василь Кук».

Умер Василий Кук 9 сентября 2007 года в Киеве в возрасте 94 лет и похоронен в родном селе Красное на Львовщине.

Как-то он сказал в период «оранжевой» революции: «Не за эту Украину мы сражались». Чтобы он сказал про майдан 2014 года? Можно только догадываться. Перед смертью в одном из интервью он заметил:

«Я хотел бы пожелать молодежи быть настоящими патриотами Украины, строителями державы, гордиться принадлежностью к Шевченковскому роду».

Заметили — не к бандеровскому…

Увы, сегодня на Украине не услышали призыв Кука! Для нынешней молодежи в Киеве Бандера, которого последний командующий УПА считал, честно говоря, политическим трупом, заболевшим «вождизмом» и нравственно разложившимся типом выше Т. Шевченко, Н. Гоголя и И. Франко.

Дико, но факт!

* * *

Если заметил читатель, все вожди кровавых шабашей ОУН и УПА в основном галичане. Это по их командам и приказам пытали и казнили украинцев и неукраинцев других регионов «суверенной Украинской державы», которая в отличие от нынешнего состояния, являлась виртуальной страной. Досталось от упырей и простому люду галицийских земель. Что же касается исполнителей — навербованных местных палачей, пытавшихся скрыться под всевозможными псевдонимами и кличками, то их участь была предрешена самой историей.

Выйти из леса, в отличие от тысяч рядовых оуновцев, явившихся с повинной, они не могли, — слишком много крови невинных жертв у них было на руках, крови не смываемой, крови людской, которую они считали за водицу. Вот и сидели, как кроты в дневное время по лесным схронам и бункерам, чтобы ночами ходить по селам за продуктами, т. е. мародерствовать, и убивать недобитых ими или не желающих поделиться скромным послевоенным скарбом. Идеи им теперь были по «барабану» — не мозги, а желудки, как у зверей, руководили не продуманными поступками, а действиями инстинктов.

Из схронов, ям, бункеров, погребов и чердаков выкуривали их сельские группы отрядов охраны общественного порядка, бойцы истребительных батальонов из местных крестьян, сотрудники правоохранительных органов иногда совместно с армейскими подразделениями.

В Сарненском районе кровавыми палачами моих земляков были бандиты с кличками: — «Вьюн», «Гонкий», «Голуб», «Дуб», «Железняк», «Железный», «Зибель», «Косарь», «Корч», «Кляк», «Крючек», «Каблук», «Кучерявый», «Качур», «Кармелюк», «Летчик», «Лесовик», «Лесовой», «Нежурысь», «Несподиванный», «Недоля», «Оверко», «Пащенко», «Пенек», «Стожок», «Страшный», «Стальной», «Трава», «Триска», «Хмурый», «Финка», «Чмель», «Чумак», «Чубчик», «Шишка», «Шершень», «Ясень», «Ярема» и ряд других.

Некоторых я выше уже идентифицировал. Фамилии остальных не называю из этических соображений, к тому же они не достойны святой памяти. Пеленой забвения прикрыло время их настоящие имена.

В СБУ Украины имеются более полные списки этих закавыченных бандюков с конкретными фамилиями и преступными деяниями.

Возмездие над ними свершалось неотвратно и последовательно, — самострелом, собачьей смертью в боестолкновениях или по приговору народных судов и военных трибуналов. Все они, я так думаю, прокляты родственниками десятков тысяч невинных людей, в том числе детей и стариков, которые погибли от рук этих душегубов.

Павших наших граждан, мы должны вечно помнить! А действия палачей мой народ не забудет и не простит им, хотя политики в угоду сиюминутных выгод, как правило, личных, могут пойти на беспамятство. За это им история воздаст сторицей.

В годы советской власти партократы, поддерживая друг друга, стеснялись называть черное черным, а белое белым. Сокрытия масштабов преступлений бандеровщины, цензура на слово правды, сделали свое подлое дело, — у людей ложью и умолчанием был задавлен болевой порог. Врали нам вожди, как о последствиях прокатившегося «красного колеса» по Союзу, так и о масштабах «зеленого террора» и его результатах. Навязывался принцип — всё хорошо, прекрасная маркиза! У советских славян всё хорошо!

Правда не бывает половинчатой, — она есть или её нет! Судьбы вампиров, вращавших огромную мясорубку террора, разные. Но всех их объединяло одно — спасение своих шкур за пределами Украины, а не покаянье перед народом.

Итак, большой кровью вампиры-оуновцы так и не добились создания независимой Украины! Украина как самостоятельное государство появилась только после 1991 года!

С этих пор никак не наладиться жизнь в этой прекрасной стране и с её многострадальным народом.

На службе у новых хозяев

Немногие люди были предметом удивления своих слуг.

Мишель де Монтень

Сразу же после окончания войны, боясь ответственности за совершенные злодеяния на территориях, захваченных гитлеровцами, всякого рода бывшие, — бывшие бургомистры, старосты, шуцманы, полицаи, каратели, оуновские и упавские эсбисты, их духовные наставники, у которых руки были по локоть в крови, — быстро и легко оседали преимущественно в американской и английской зонах оккупации.

Они облюбовали города Аугсбург, Миттенвальде, Регенсбург, Новый Ульм и в другие небольшие городки и поселки в их окрестностях. Немногие, в основном «заслуженные», получили разрешение на проживание в Мюнхене.

Чтобы не возникало никаких проблем с советской администрацией, наши недавние союзники тут же определили им статус «перемещенных лиц», а в английской аббревиатуре их называли «DP» — «ди-пи». Для них был создан ряд лагерей, в которых нашли прибежище немало бывших коллаборационистов, в ходе политической мимикрии готовых теперь уже служить не Германии, а новым хозяевам.

Только, в Баварии насчитывалось свыше 80-ти этих лагерей. В них шел активный отбор кандидатов со стороны разведывательных подразделений США и Великобритании для будущей работы против СССР. Это были своеобразные послевоенные инкубаторы, предоставленные битым украинским националистам. Тех, кто высказывал сомнения, колеблющихся, а тем более желающих уехать на родину — Украину, называли агентами НКВД и Кремля.

Их выявляли через агентуру и жестоко расправлялись с «изменниками». Патриотов Украины жестоко избивали, травили ядами, давили удавками, рубили в состоянии сна топорами. Этих фактов полно до сих пор в малых и больших архивах, как России, так и Украины. Правда, сегодня в «незалежной» новым хозяевам, преимущественно галичанам, невыгодно хранить эти компрометирующие материалы, поэтому сразу после 1991 года пылали костры и калились печи в районных отделах СБУ и в самой Службе Безопасности в Киеве. Но всех архивов с черными метками тех, кто убивал невинных людей не уничтожить. Ведь говорят — архивы не горят!

Такие лагеря имелись и в Италии для украинской диаспоры. Самый большой лагерь располагался в городе Римени под крылышком английской администрации. Там нашли приют более 8-ми тысяч вояк из дивизии СС «Галичина»: фанатики-оуновцы, полицейские, эсэсовцы и униатские мракобесы. Для усиления агитационной работы и психологического влияния на лагерников за невозвращение на Родину, была построена «полевая церковь». Стройку финансировали англичане.

Бывших эсесовцев-галичан английская разведка рассматривала как свой в будущем резерв, который можно будет использовать в противостоянии с Советской страной. И она его использовала в полной мере.

* * *

Униатская газета «Америка» в статейке о судьбе бывших «эсэсманов» 13 сентября 1977 года проболталась, что руководитель британской военной комиссии в Италии Галдейн Портер в сообщении английскому правительству рекомендовал относительно эсэсовцев из лагеря в Римени распространить на них статус «ди-пи» или переправить их в другие капиталистические страны с тем учетом, чтобы, «когда войдет в силу договор Италии с Советским Союзом, Италия не смогла бы передать дивизионников Советскому Союзу».

Правительство Великобритании приняло это предложение.

Позже бывших эсэсовцев, вопреки требованьям Советской военной комиссии, перевезли в Англию, откуда они, как «перемещенные лица», уже свободно выехали в США, Канаду, Австралию, Новую Зеландию и другие капиталистические страны.

В октябре 1945 года с разрешения Главного штаба американской армии в ФРГ бандеровцы учреждают так называемое Центральное представительство украинской эмиграции в Германии (ЦПУЭГ) с задачей проведение масштабной антисоветской пропаганды и воспрепятствования репатриации советских граждан на Родину. Последнюю задачу помогала решать печально известная Служба безопасности ОУН.

С согласия американской контрразведки бандеровцы создали в больших лагерях своеобразные филиалы СБ — «боевки» под условным наименованием «Огайо». В этих лагерях они оборудовали подвалы для пыток тех, кого считали «потенциальными врагами» или требующих выехать на Родину. Такие лица вскоре после пыток вовсе исчезали. Кроме всего прочего в самих лагерях шла постоянная грызня между разными националистическими группировками…

Существуют неоспоримые факты использования американскими спецслужбами бандеровских головорезов для чистки «дипистских» лагерей от «просоветских и проукраинских ненадежных элементов». Так один из активных участников ОУН Васильчук, выполнявший «довольно таки деликатнейшие» задания С. Бандеры, в том числе по поддержанию связей с американской и английской разведками, тоже подтвердил этот факт грубых «зачисток» лагерей. Он же в начале 1946 года по поручению Бандеры установил связь с представителем американской контрразведки капитаном Бардом.

С обоюдного согласия встреча между ними произошла в парке в окрестностях города Ерлангена. Со слов Васильчука Бард стал упрекать его руководство, что оно грязно работает.

Приведу полный текст:

«— … Нам известно, сказал он (Бард — авт.), что лагеря «ди-пи» в Баварии заполнены большевистскими элементами. Есть много желающих вернуться на Восток. Ваша «служба безопасности», о роли которой наш отдел проинформирован, уже не в силах сдержать эти процессы.

— Вы правы, господин капитан, — льстиво согласился бандеровец, — но поверьте, мы делаем всё, что в наших силах…

— Передайте своим боссам, что моё руководство считает действия ваших «боевиков» дешевой кустарщиной. Подумаешь, зарезали несколько десятков красных агитаторов, а шуму наделали на всю Германию. Тут нужны срочные, радикальные меры.

— Что же конкретного вы предлагаете, господин капитан? — спросил Васильчук.

— Прежде всего, вам необходимо понять политическую сторону вопроса, объять, так сказать, всю проблему в целом, чему, к слову, националисты вас так и не научили. — Бард вынул сигарету, зажег и поучительно, тоном хозяина продолжил дальше:

— В условиях, когда советы обвиняют нас в сокрытии военных преступников, в задержании людей, которые желают возвратиться на Родину, ваша организация должна, во-первых, как можно больше орать о том, что беглецы с Украины никакого отношения к нацизму не имели и не имеют, а наоборот, вы сами, мол, вели борьбу с фашистами, сами страдали от оккупации, мучились в концлагерях…

И, во-вторых, вы должны больше говорить о своей приверженности к демократии, к западным свободам, своим национальным идеалам и христианским ценностям, создавать впечатление, что именно в этих вопросах вы не сошлись с большевиками. Используйте для такой пропаганды все свои возможности, вовлекайте в неё ваших земляков в Штатах, вашу церковь. К слову, в этом деле мы и сами собираемся вам помогать.

— Наконец, — говорил дальше американец, — наведите порядок в лагерях. Действуйте быстро и настойчиво. Все, повторяю, все без исключения диписты должны требовать выезда в страны свободного мира. Мы должны быть уверенными, что любой советский представитель, который посетит лагерь, уже не найдёт там ни одного большевика, ни одного кандидата на выезд в Украину.

Помолчав какое-то мгновение и давая собеседнику понять значение сказанного, Бард дополнил:

— Считаю, господину Бандере и всему вашему руководству ясно, что без кардинального влияния, если хотите, без хирургического вмешательства, тут не обойтись. И чем раньше вы это сделаете твердой рукой, тем лучше.

Курс спецслужб на поддержания холопов Гитлера способствовал расширению бандитских акций в лагерях. Он привел к уничтожению многих людей, мечтавших возвращения на Родину».

* * *

Как уже известно, основная масса «крапленых» оуновцев осела в Мюнхене и других городах Баварии. В начале 1946 года сюда прибыли бывший начальник «украинской» полиции Львова Е. Прецьона и абверовский шпик, тесно связанный с иерархией зарубежной униатской церкви З. Паленский. Перед американцами они выступали, как ярые борцы с большевизмом. Эти бандеровцы заявляли о себе как о «представителях воюющей с Москвой» УПА.

Сюда же, как в Мекку мусульмане, потянулись вожди так называемой Украинского головного освободительного совета, якобы существующего на территории УССР И. Гриньох, Р. Ильницкий и другие. Были тут и «первый глава правительства» опереточной «Украинской державы» Я. Стецко, и махровый бандеровец С. Ленкавский, и бывший «политичный руководитель» кровавого «Нахтигаля», специалист абвера «по украинским вопросам» Теодор Оберлендер.

Позже обосновался здесь в уютной квартире и сам Степан Бандера, а его штаб разместился в Мюнхене по улице Цепелинштрассе, 67.

В баварской столице был создан «Антибольшевистский блок народов» (АБН) под руководством политического трупа Я. Стецко. АБН поддержали главари неонацистских группировок ФРГ, одним из которых был уже известный Оберлендер.

Кого же они собирали под свои знамена?

В предназначенном для узкого круга главарей националистической эмиграции журнале «Студия» руководитель референтуры пропаганды ОУН-бандеровцев С. Ленкавский в январе 1948 года писал:

«Для нас ценны, достойны внимания и заинтересованности не добрые, гуманные, благородные люди, добродушные, честные добряки. Эта категория людей не достойна внимания и не подходящая для наших планов.

В нашем понимании это никчемные люди, нули. Для нас интересны и заслуживают внимания сукины сыны — категория людей, какая может быть на всё способна, их и надо двигать в руководящее ядро. Нам, по сути, надо унаследовать фашистски-гитлеровские методы и не боятся внутрешне, а иметь мужество принять и лично перед собой уяснит, что мы всё же фашисты.

Это необходимо себе ясно уяснить и в таком плане оценивать всех членов нашей организации. Таким образом, мы на самом деле будем иметь два кольца: одно — внутреннее, а другое — внешнее, к которому будут принадлежать эти все наивные, искренне верящие в наши красиво нарисованные программно-идеологические декорации. Для нас эти вторые есть лишь элементом заигрывания и использования…»

Комментарии, как говорится, излишни…

* * *

Влияние Ватикана на западно-украинское униатство было всегда, но особенно оно усилилось после войны, когда недобитые оуновские орды оказались за границей. Зимой 1947 года папа Пий XII назначил «апостольским визитатором» в Западной Европе, а по существу главой униатской церкви в эмиграции 56-ти летнего епископа И. Бучку — отъявленного националиста и надежного слугу папского престола.

А перед войной Ватикан его направлял в «командировку» в США и в страны Латинской Америки, где он развернул такую бурную, враждебную пропаганду против СССР с одновременным восхвалением гитлеровского режима, что власти Бразилии вынуждены были арестовать «божьего ставленника». Он содержался в одном бараке с уголовниками. Больших трудов стоило папе освободить его и вернуть в Рим, где он и просидел всю войну в скромной роли «представителя» Львовской архиепархии.

После войны неудачный мессионер-пропагандист ездил по лагерям в ФРГ и «словом божьим» поддерживает оуновскую паству:

«Мы должны оправдать надежды, которые возложили на украинскую эмиграцию свободный мир и особенно наши высокие покровители из-за океана. И мы можем и должны это сделать, опираясь на нашу святую церковь, на наше духовенство».

Его деятельность щедро финансировалась Ватиканом. Только в 1948 году на имя Бучки по неполным данным было перечислено более 100 тысяч долларов. В те времена более чем приличная сумма.

По его инициативе и опять за деньги Ватикана в замке Хиршберг по соседству с Вайльгаймом в Западной Германии в 1947 году открывается униатская духовная семинария. Её первыми слушателями стали полсотни бывших эсэсовцев, оуновцев из УПА и националистов из числа недавних воспитанников униатских начальных учебных заведений. Ректором семинарии стал военный преступник В. Лаба, а его замом — холуй фашистов А. Малиновский — оба последователи митрополита греко-католической церкви, тесно сотрудничавшего с оккупационными властями Андрея Шептицкого.

Чтобы представить контингент семинаристов, дадим слово одному из таких «эмигрантов» Ф. Рущаку. Вот что он писал в письме, адресованному в Ватикан:

«Я выходец из Украины, помогал немцам как мог. Со временем, как вы знаете, пришлось хорониться в лесах, прятаться у отца Гриня в Гощанском монастыре. Там я встретился с местным руководителем ОУН «Беркутом». Мы убивали всех без сожаления. Живьем закапывали в землю, бросали в колодцы…

Вот этими руками я душил их…Убежать в Западную Германию мне помог львовский монах Маркела. Потом вашею милостью меня перевели в Италию…»

Повышенное внимание со стороны Ватикана, США и Великобритании требовало от оуновцев соответственного поведения — хлеб надо было отрабатывать. Они охотно предлагали себя и соглашались на вызовы разведок этих стран для проведения шпионско-диверсионной работы в нашей стране.

Так, нелегально заброшенный в СССР и разоблаченный органами государственной безопасности агент иностранной разведки В. Небесный, рассказал, что в послевоенное время главари зарубежных ОУН превратили в своеобразный бизнес продажу агентуры из числа украинских националистов разведкам Запада — бандеровцы стали товаром.

На следствии он заметил:

«Они торговали участниками организации, как на настоящем базаре: кто больше дал — тот и взял. Сначала организация ЗЧ ОУН сотрудничала с американцами, а потом «наиболее выгодно» продавала украинские души английской разведке. А несколько позже продали нас (В. Небесного, бандеровцев В. Малисевича, Б. Циперу и других) итальянской разведывательной службе, в шпионской школе которой мы на протяжении 27 месяцев готовились к тайной переправе в СССР».

В начале 50-х годов ЦРУ и английская разведка в западногерманских городах Миттенвальд, Бан-Роттенфельд, Кауфбейрен, Обербейрен, Оберамергау создали ряд новых диверсионно-шпионских школ для подготовки агентов-парашютистов из числа оуновцев.

По имеющимся архивным данным только в 1951–1952 годы американская и английская разведслужбы самолетами и через «зеленую границу» забросили на Украину более десяти групп оуновских шпионов и диверсантов. Большинство их было задержано местным населением совместно с органами госбезопасности.

Помню, где-то в начале 50-х, возвратившийся с поездки отец — машинист паровоза на Полесье, взволнованно рассказывал, что видел в вечернее время спускающего на парашюте неизвестного человека, на участке пути Сарны-Лунинец.

— Он пронесся над самым паровозом. Я стал свистеть, но парашютист не реагировал. Ветер его относил в сторону непроходимого болота, — говорил отец. — Потом он видно заволновался, потому что стал дергать за стропы, но это ему не помогало. Он так и шлепнулся в жижу. Что с ним было — не знаю.

Наверное, по прибытию в депо он доложил об этом случае по команде. Может быть «посланца неба» и задержали, а, может, его проглотила родная земля — не захотела, чтобы он ступил на её твердь врагом.

Среди тех, кто добывал и готовил шпионские «кадры» ЦРУ из числа националистов, было несколько униатских священников. Особенно выделялся среди них бывший капеллан «Нахтигаля» И. Гриньох, завербованный абвером под псевдонимом «Пристер» и награжденный нацистами «Железным крестом» за работу явно не проукраинскую. Эта продажная личность скоро стала уже агентом ЦРУ США, тоже торговавшим своей паствой из числа бандеровцев. Один из им завербованных и проваленных по его вине агентов из числа оуновцев, на следствии так характеризовал этого человека:

«Казалось бы, священник — человек тихий и невинный. А на самом деле — главная его цель — шпионаж…Больше всего Гриньох боялся потерять своих новых хозяев из американской разведки, каким продался сам и каким продал нас».

Доллары его интересовали больше, чем Украина…

* * *

Направляемая на Украину западными спецслужбами агентура терпела один провал за другим. В 1976 году таможенниками киевского аэропорта «Борисполь» была задержана «туристка» некая Соломчак, прибывшая из Англии. Она почему-то сильно заволновалась, сойдя с самолета. Возникли подозрения. Таможенники проверили более тщательно багаж. В нем оказалась враждебная литература и директивы бандеровского Союза украинцев в Великобритании.

В 1978 году закончился провалом вояж очередного бандеровского эмиссара из Великобритании А. Климчука, сына бывшего ревностного служаки дивизии СС «Галичина». В подошвах туфель он привез во Львов более 10 000 рублей. Деньги предназначались для финансирования вражеской деятельности на территории Советской Украины.

Озлобленные тем, что многие украинцы-эмигранты радовались успехами Украины, униатско-бандеровские ретрограды выступали не только против поездок украинцев в Советский Союз, но и призывали своих клевретов — единомышленников мешать научно-культурному обмену с СССР, срывать выступления советских, в том числе и украинских творческих коллективов, гастролировавших по странам Запада.

Так во время пребывания на гастролях в США выдающихся украинских исполнителей Дмитрия Гнатюка и Евгении Мирошниченко бандеровские мафиози пытались сорвать их концерты. Но их потуги вылились в очередной провал — тысячи эмигрантов горячо приветствовали деятелей искусства, а закоперщикам бузы понадавали затрещин, а полиция их вышвырнула из зала.

Униаты пытались воспрепятствованию установки в Канаде на площади Саскачеванского университета памятника Леси Украинки, увидев в этом даре Советской Украины «подрыв» единства националистов в стране «кленового листа». Их тоже «оттерли» от святого дела.

Что касается использования бандеровцев английской разведкой, то мне хочется сослаться на воспоминания англичанина, видного советского разведчика Кима Филби, подарившего автору 20 ноября 1986 года свою книгу «Моя тайная война» с надписью, — «Анатолию Степановичу с наилучшими пожеланиями от автора».

В ней есть ответ, почему СИС — английская служба шпионажа — активно использовала оуновцев, ведь Бандера был любимцем английской разведки. Другим вожакам украинского национализма англичане не очень доверяли. Все эти хитросплетения хорошо знал изнутри ас английской разведки Ким Филби. Попросим его сказать своё праведное слово по этому поводу:

«Ещё до войны СИС поддерживала контакт со Степаном Бандерой, украинским националистом профашистского толка. После войны это сотрудничество получило дальнейшее развитие. Но беда заключалась в том, что, хотя Бандера был порядочной «шишкой» в эмиграции, его утверждения о наличии у него множества сторонников в Советском Союзе никогда серьёзно не проверялись; были только негативные примеры, то есть показывающие, что таких сторонников нет.

Первая группа агентов, которую англичане снабдили радиопередатчиком и другими тайными средствами связи, была направлена на Украину в 1949 году и — исчезла. В следующем году послали ещё две группы, но и о них также не было ни слуху, ни духу. Тем временем американцы начали серьёзно сомневаться относительно полезности Бандеры Западу. Неудачи засланных англичанами групп, естественно, не рассеивали этих сомнений.

Нападки американцев на сотрудничество между Бандерой и СИС стали особенно резкими в 1950 году, и, работая в США, я потратил много времени на передачу язвительных посланий из Вашингтона в Лондон и обратно относительно сравнительных достоинств различных малоизвестных эмигрантских групп.

ЦРУ выдвинуло три серьёзных возражений против Бандеры как союзника. Его крайний национализм с фашистским оттенком является препятствием, мешавшим Западу вести подрывную работу в Советском Союзе с использованием лиц других национальностей, например русских. Утверждали также, что Бандера уходит корнями в старую эмиграцию и не имеет связей с новой, «более реалистичной» эмиграцией, с которой американцы усиленно заигрывали. Наконец, его прямо обвиняли в антиамериканских настроениях…

Чтобы преодолеть англо-американские разногласия по поводу Украины, ЦРУ настаивало на проведении широкой конференции с СИС. Эта конференция состоялась в Лондоне в апреле 1951 года. К моему удивлению, английская сторона заняла твердую позицию и наотрез отказалась выбросить Бандеру за борт…

И опять в течение месяца англичане выбросили три группы по шесть человек в каждой. Самолеты отправились с аэродрома на Кипре. Одна группа была сброшена на полпути между Львовом и Тернополем, другая неподалеку от верховьев Прута, около Коломыи и третья — в пределах Польши, около истоков Сана. Чтобы избежать дублирования и перекрытия районов, англичане и американцы обменивались точной информацией относительно времени и географических координат своих операций. Не знаю, что случилось с этими группами, но об этом, пожалуй, нетрудно догадаться.

Лет через восемь я прочел о загадочном убийстве Бандеры в Мюнхене в американской зоне оккупации Германии. Может быть, несмотря на смелые выступления англичан в его защиту, последнее слово в этом деле сказало ЦРУ».

Из архивных документов, которых тогда Ким Филби естественно не мог лицезреть, так как их не было, видно, что все три группы бандеровских агентов-парашютистов попали в руки органов госбезопасности СССР и ПНР.

Хотя нам сегодня доподлинно известно, кто совершил акт устранения Бандеры, однако нельзя исключать и здесь следа американцев. Исполнителя Сташинского могли перехватить, «подвербовать» и направить на устранение мешавшего и путающегося под ногами оуновского ретрограда, ходившего с потянутой рукой по политическим и тайным кабинетам Запада.

Не случайно убийца так смело действовал по устранению заказанного субъекта, безбоязненно возвратился снова в ФРГ и практически понес минимальное наказание — четыре года, досрочно освободился и вскоре получил право…на проживание в США, куда выехал вместе с семьей. И это агент КГБ?! За что же такие снисхождения и почести со стороны прагматичных американцев?

* * *

В мае 1953 года английской разведкой был заброшен на территорию западных областей Украины оуновский эмиссар Магур Юлиан, уроженец Львовской области. Он не собирался выполнять задание МИ-6 и руководства зарубежной ОУН и сразу же явился с повинной в органы советской власти, пытаясь скорее освободиться от националистических и шпионских пут.

В беседе с корреспондентом одной из советских газет Юлиан Магур рассказал, что он в период гитлеровской оккупации в возрасте шестнадцати лет был мобилизован в немецкую армию, в подразделение «СС — юнаки» (СС — юноши — авт.), в котором служил до 1945 года. После капитуляции Германии попал в лагерь для «перемещенных лиц». Где и был завербован украинскими националистами совместно с сотрудниками английской разведки.

«Перед заброской на Украину, — откровенничал Магур, — несколько раз со мной встречался Степан Бандера, чтобы благословить меня на «священное» дело. Он старался убедить меня в том, что в случае победы Запада в атомной войне можно добиться «самостоятельной» Украины и что провод ОУН, имея в своем распоряжении разведывательные материалы об Украине, сможет выступить перед западными государствами как какая-то сила…»

Несмотря на многочисленные провалы, западные разведки одна за другой продолжали использовать в антисоветских целях украинских националистов. Эти спецслужбы так же, как и гитлеровская разведка, не щадили своих прислужников и бросали их в трясину тайной войны, откуда лишь немногим удалось выбраться живыми.

За послевоенные годы было захвачено 17 групп, заброшенных на территорию Украины вражескими разведками, в которых находилось боле ста вышколенных главарями ОУН и разведками США и Англии эмиссаров и шпионов. Англосаксы не успокаивались ни на минуту в борьбе с Россией и Украиной. Сегодня они повторяют пройденное…

Народные мстители

Мы сквозь огонь губительный свинца

Достойно пронесли свои сердца

И выдержали горечь испытаний…

Илья Авраменко

И всё же закончить свое повествование мне хочется не словами о тех, кого простые люди проклинают, — а о тех, кто по крику сердец, по зову души, по ментальной необходимости к сопротивлению оккупантам, встали на защиту своей Отчизны — Малой и Большой Родины. Этими людьми были партизаны, подпольщики, а на последних этапах борьбы с лесными головорезами, — истребки и отряды самообороны сел.

Как уже отмечалось выше, Великая Отечественная война потревожила спящее, затхлое болото радикального национализма. С приходом немцев, с их кровавой оккупацией украинских земель, как черти из табакерки, повыскакивали всякого рода самостийщики. Они стали расшаркиваться перед гитлеровцами и клясться, с намёками и открыто, в верноподданническом служении новым хозяевам.

Простые люди, особенно селяне, ощутили на себе в буквальном смысле бессмысленный и жестокий огонь изуверства из двух стволов: германских фашистов и их холуев, — оуновцев.

Реакция по законам физики на сжатие пружины, — её отдача. Волны массового сопротивления оккупантам и их клевретам возникали сначала стихийно и не организовано, а потом всё больше и шире стали захватывать умы и души оскорбленных, униженных и обиженных. Они со временем становились страшной разрушительной силой для гитлеровцев. Народных мстителей враги боялись. Не случайно карательные операции в сельской местности немцы осуществляли крупными силам, а их приспешники — бандеровцы, могли кромсать человеческие тела только по ночам.

Для большей объективности послушаем противную сторону — уже упоминаемого шефа фашистской политической разведки Вальтера Шелленберга:

«Несмотря на внушительные успехи наших армий на Восточном фронте, к лету 1942 года для тех, кто разбирался в обстановке, стало ясно, что нам приходится сталкиваться со всевозможными трудностями. Во-первых, качество и, главное, количество русских танков было поразительным. Во-вторых, сопротивление русских в нашем тылу уже больше не выражалось в форме бессистемных действий окруженных частей. Оно превратилось в умело организованную партизанскую войну, сковывающую охранные части, которые целесообразно было бы использовать для выполнения других задач…

Следовало признать, что в донесениях (немецкой агентуры и резидентур — авт.) делались неправильные выводы не только о политической обстановке в России, но и о состоянии её военной промышленности. На фоне усиливающейся партизанской войны и серьёзных нарушений коммуникаций находила всё более наглядное отражение наша неспособность нанести ответный удар, и это с неизбежностью во всё убедительной форме представало перед фюрером…»

Что же касается причин почти всенародного сопротивления оккупантам, то он тоже правдиво пояснил:

«Русские воспользовались жестокостью, с которой немцы вели войну, в качестве идеологической основы действий партизан. Так называемый «Приказ о комиссарах», требовавший расстреливать всех комиссаров без исключения, пропаганда о «недочеловеческом» в характере российских народов, массовые расстрелы, осуществляемые зондеркомандами — специальными карательными частями, приданными армии для действий на фронте и в оперативном тылу, — были аргументами, способными вызвать неукротимый дух сопротивления».

Этим словам умного и наиболее трезвомыслящего из обоймы руководителей спецслужб Третьего рейха, я так думаю, можно верить.

30 мая 1942 года при Ставке Верховного Главнокомандующего организуется Центральный штаб партизанского движения. Тогда же были созданы Украинский штаб партизанского движения и областные партизанские штабы.

Боязнь народных, лесных солдат объяснима. Партизаны лучше незваных гостей знали местность. Они обладали более широкими и глубокими связями среди местного населения. А оно, это население, конечно же, принимало партизан за своих истинных защитников и делилось всем, чем могло.

* * *

Уже с первых дней войны на Ровенщине зреет реальная ненависть к врагу, растоптавшему надежду на мирную, спокойную жизнь. В городах организуются мощные подпольные организации патриотов. Белыми чайками по городам и селам разлетаются листовки, призывающие мстить вероломному врагу и его прислужникам — бандеровцам.

В леса уходит всё больше и больше граждан, нежелающих покорно соглашаться с навязываемым рабством. Гордость украинцев отвергает позорные клички в свой адрес, — «быдлота», «недочеловеки», «скот», «лежни», которыми без стеснения моих земляков награждают «арийцы», пришедшие вычистить богатые украинские земли от обреченных на вымирание славянских «бездельников и самогонщиков».

Партизанские отряды, группы, заставы, батальоны и роты, подпольные организации в городах и селах, бойцы местных групп самообороны к 1942 году уже действовали как единый отлаженный механизм. Была налажена информационная работа. Подпольно выходила областная газета «Червонный прапор». Это был по-своему второй фронт для фашистов. Давало знать святое чувство патриотизма, которое сегодня, к великому сожалению, всячески деформируется и даже, не постесняюсь сказать, — оплевывается.

Не случайно гауляйтер Украины Эрих Кох, когда ему доложили о смелых рейдах партизанских отрядов с форсированием рек, вызвал своего заместителя по политическим вопросам Пауля Даргеля. Сверкнув гневно очами, он достал из папки свежий номер газеты «Червонный прапор» и заорал:

— Вы читали это?.. Безобразие! — распалялся рейхскомиссар. — Вы заверяли меня, что партизанская газета будет ликвидирована в ближайшее время. Так скажите, чего стоят ваши обещания! Что думают о своем долге Ильчук и Самчук? Ленивые свиньи. Вы распустили их. Оуновцы умеют только болтать о своей храбрости, а сами прячутся от партизан. Смело только ходят с оружием по селам и сражаются с селянами. Заставьте их воевать по-настоящему!

На следующий день, как писал один из руководителей советской партизанки на Ровенщине Михаил Сергеевич Корчев в книге «Годы огневые», — по приказу Даргеля окружной комиссар Бэер собрал у себя украинских националистов, «аккредитованных» при штабе рейхскомиссара. Среди прочих здесь присутствовали представитель центрального провода ОУН Ильчук, редактор националистической газеты «Волынь» Самчук, бывший начальник штаба «Полесской сечи» Смородуцкий.

— Вами недоволен генерал Кох, — заявил Бэер. — Плохо работаете, господа. Мы будем вынуждены расценивать это как саботаж с вытекающими отсюда последствиями. Вы потеряли чувство времени. Вас поразила безответственность…

Но лучше работать оуновцам уже не позволяли партизаны и надвигающаяся лавина победоносной Красной армии. Бредням бандеровской газетенки «Волынь» простые люди не верили, хотя репортажи её постоянно обливали грязью народных мстителей, называя их «красными бандитами».

Сельское же население легко отличало на своих судьбах действия советских партизан от вылазок лесных «нациков — бандюков».

* * *

Время «блицкрига» для нацистов безвозвратно ушло. Отсутствие объективной информации о состоянии советской военной промышленности, её производственных возможностях и планах военного командования противника заставило Гитлера обрушить гнев на головы руководителей своих спецслужб.

В срочном порядке дополнительно создавались осиные гнезда по подготовке агентуры, забрасываемой за линию фронта в рамках операции «Цеппелин». Благо военнопленных хватало. Для этой цели Геринг выделил служителям плаща и кинжала целую боевую эскадрилью. Кроме проведения чисто агентурной работы по указанию Гиммлера создается даже воинская часть под названием «Дружина». Она должна была обеспечивать безопасность в тылу и, в случае необходимости, вести бои с партизанами. Её командиром был назначен полковник Родионов — кличка «Гиль».

Однажды личный состав «Дружины» привлекли для участия в операции по «прочёсыванию» деревни, в которой укрывались партизаны.

«Когда «Дружина», — вспоминал Вальтер Шелленберг, — конвоировала длинную колонну пленных партизан, полковник Родионов приказал своим людям атаковать отряд СС, сопровождавший конвой. Немцы были застигнуты врасплох, и русские перебили их всех до одного самым зверским образом. Так люди, которые вначале искренне сотрудничали с нами, превратились в наших закоренелых врагов. Родионов, установивший связь с центральным штабом партизанского движения в Москве, заставил своих подчиненных выступить против нас. После этого избиения он вылетел с секретного партизанского аэродрома в Москву. Там он был принят лично Сталиным…»

Время и люди, работали теперь против гитлеровцев.

К началу марта 1943 года на Ровенщине было создано партизанское объединение из 6-ти отрядов, в которых насчитывалось более тысячи хорошо вооруженных бойцов.

Один из руководителей партизанского движения на Ровенщине В. А. Бегма на совещании в Озерске в начале 1943 года говорил:

«Ныне в тылу врага действует около миллиона народных мстителей, подпольщиков. Патриоты уничтожают фашистские гарнизоны, взрывают поезда, убивают предателей. Разве это не второй фронт? Только на Украине гитлеровцы вынуждены держать семьсот тысяч солдат для охраны своих коммуникаций. Кроме того, десятки эсэсовских дивизий ведут беспрерывную войну с партизанами».

И летели под откосы эшелоны с живой силой и боевой техникой противника, подрывались склады и арсеналы, уничтожались каратели и предатели.

Группа подрывников во главе с Шаповаловой эффективно действовала на железной дороге Сарны — Ровно. Партизанские диверсанты не только пускали под откос эшелоны противника, но и проводили разъяснительную работу среди мирного населения и охранников мостов, арсеналов и прочих военных объектов, в результате чего многие из них переходили на сторону народных мстителей.

В ответ на геноцид бандеровцев против польского населения Украины в 1943 году были созданы три польских партизанских отряда под командованием Куницкого, Сатановского и Галицкого. В некоторых польских селах создавались группы самообороны. Они давали достойный отпор зарвавшимся, как гитлеровцам, так и оуновцам.

Народные мстители были хозяевами положения в своих зонах действия. Об этом говорит факт проведения в селе Дубровском 26 марта 1943 года Ровенской областной партизанской конференции, на которой присутствовало 125 делегатов и 100 приглашенных.

Эта конференция приняла обращение к населению Ровенской и Волынской областей. В нем, в частности, говорилось:

«Дорогие товарищи!

Родные отцы, матери, братья и сестры!

На днях закончилась областная конференция партизан Ровенщины. Народные мстители обсуждали вопросы быстрейшего освобождения нашей земли от немецко-фашистской погани, объединения всех сил на помощь наступающей Красной Армии для полного разгрома немецких захватчиков.

Родные отцы, матери, братья и сестры!

Наступает время нашего освобождения. С каждым днем Красная Армия успешно выполняет приказ Сталина: «Разгромить и выгнать немецких захватчиков из нашей Отчизны».

Полностью уничтожено 112 вражеских дивизий. Только под Сталинградом гитлеровская армия потеряла 330 тысяч солдат и офицеров. На протяжении 1500 километров Красная Армия прорвала вражеский фронт и прошла вперед больше, чем 800 километров. Наступление безостановочно продолжается.

Для Гитлера и его бандитской своры мерзавцев настали черные дни. Отступая, фашистские людоеды убивают наших отцов, матерей, братьев, сестер, детей, пеплом и дымом покрывают нашу родную украинскую землю.

Представители народа на областном совещании партизан рассказали про ужасные зверства немецких выродков. Фашистские стервятники бомбили мирное население с. Сварицевичи Высоцкого района Ровенской области. Сожжено 60 хат, убиты десятки женщин, детей, стариков. Село Храпунь, Александровского хутора этой же области немцы сожгли дотла, а сотни мирных жителей расстреляны. Немецкие прихвостни — предатели украинского народа — националисты в селах Поросля, Яновка Ровенской области зарезали 389 человек.

В местечке Ельске Полесской области немцы неделю держали на барже голодными 500 женщин и детей, а потом с баржей потопили в реке Припять. В Лельчинцах этой же области 50 молодых девушек загнали в лес, выкололи глаза, вырезали груди, каленым железом выжгли на спинах пятиконечные звезды, а потом убили.

В селе Алексеевичи замучили 1200 женщин и детей. В селе Бигунь фашисты загнали в церковь 150 женщин, детей, стариков и сожгли их. В селе Хочин озверевшие бандиты замучили и посадили на кол 20 человек. 55-летнему Дмитрию Дубровцу просверлили лоб, отрубили пальцы, распороли живот. Над 60-летней Марией Мельник немецкие мерзавцы издевались несколько часов, отрубили руки, вырезали груди, язык, уши, вбивали в пятки гвозди, а потом повесили на стогу сена.

Трудно перечислить факты фашистского злодейства, но мы ничего не забудем, ничего не простим. Нет, и не будет пощады палачам!

Советский народ ни на минуту не забывает про ваши муки и страдания в немецкой неволе. Наши родные отцы, матери, братья и сестры отдают все свои силы, кровь и жизнь, чтобы вернуть вам волю. Славные народные мстители в тылу врага помогают Красной Армии в её героической борьбе. Партизаны только одной Ровенской области уничтожили тысячи фашистских мерзавцев, десятки эшелонов с живой силой и техникой пустили под откос, десятки броневиков и грузовых машин врага взорвали на минах.

Гитлеровцы, надрывая глотки, врут, будто Советская власть накажет всех тех, кто так или иначе был вынужден работать у немцев. Эта подлая ложь направлена на то, чтобы обмануть людей, натравить их друг на друга, вовлечь в полицию, в организацию националистов, в казаки, в карательные отряды, для братоубийства. Этого хочет добиться подлая немчура.

Не верьте врагам. Красная Армия — наша родная армия, Советская власть — наша родная власть, она хорошо знает, как принуждали немецкие насильники работать на них.

Дорогие товарищи! Не идите на работу в гитлеровскую Германию. Там неминуемо вас ждет голодная смерть. Вредите немцам во всем и всеми средствами. Скрывайте от них скот и продовольствие, обманывайте немцев. Давайте им неверные сведения. Прячьте людей, которых разыскивают немцы, помогайте партизанам. Сообщайте им обо всех намерениях врага. Рвите вражескую связь: телефонные, телеграфные провода. В одиночку и группами разрушайте железные дороги. Уничтожайте вагоны, портите паровозы. Уничтожайте военное имущество немцев. Поджигайте немецкие склады.

Как только увидите, что угрожает опасность от немцев, скрывайтесь вместе с семьями в других селах. Добывайте у врага оружие, организуйте партизанские группы и разрушайте тылы врага. Уничтожайте немецких разбойников!

Друг, дорогой товарищ!

Чтобы жил ты, твоя семья, дети, чтобы Украина была свободной — убей немца! Где встретишь, там и убей. Не убьешь ты — он тебя убьёт.

За свободную счастливую жизнь со всеми советскими народами — борись, украинец!

Украина бессмертна. Украина борется. Украина победит!

Да здравствует Советская Украина!

Слава героическим воинам непобедимой Красной Армии!

По поручению конференции В. Бегма, И. Федоров, Л. Кизя, М. Корчев, С. Грищук, В. Беляков, А. Шитов, К. Уудояр, М. Зубашев, Д. Пономарев, М. Мисюра, Г. Картухин, К. Гончарук».

1 мая 1943 года красные флаги зареяли над высокими зданиями Владимирца. В Антоновке во время стоянки вражеского эшелона, группа подпольщиков подложила в вагон, груженный толом, мину замедленного действия. Взрыв произошел на станции Сарны. Движение поездов прекратилось на несколько часов. Пока все силы немцев были брошены на расчистку привокзальных путей в Сарнах, партизаны ворвались в город Владимирец. Гитлеровцам ничего не оставалось делать, как забаррикадироваться в казармах и отстреливаться.

Забрав секретные документы из жандармской канцелярии и, захватив военные трофеи, партизаны на рассвете покинули город. Рано утром многие граждане Владимирца читали со стен домов и заборов листовки с текстом обращения партизанской конференции.

Боевые операции партизан охватывали все новые и новые районы. Отряды имени Шевченко и «За Родину» в Дубровицком районе ликвидировали имение Воробин с засевшими там гитлеровцами, на большаке Высоцк — Сарны разбили две автомашины с продовольствием и горючим. Тесно взаимодействуя с отрядом Каплуна из соединения Бринского, наши партизаны блокировали станцию Белая на железной дороге Лунинец — Сарны, подорвали два эшелона с горючим противника.

Всю ночь гремели выстрелы, взрывались мины. На рассвете оба отряда вышли в район Сарн. Для выяснения обстановки в городе были посланы разведчики. Через два часа они возвратились и доложили, что в местечко Бережница прибыли фашисты на трех грузовиках. Забирают у населения домашний скот и хлеб.

Патриотами было принято решение: атаковать противника. Когда загремели партизанские гранаты и застучали автоматные очереди, мародеры заметались от дома к дому. Побросав награбленный нехитрый крестьянский скарб, они вскочили на машины и бросились наутек. Головной грузовик удалось поджечь. Немцам ничего не оставалось, как спасаться в лесу. Враги не ожидали такой развязки…

* * *

В Сарнах в этот период всей диверсионной работой руководил партизан Федор Маслюк, а разведдеятельностью занималась Юля Сохацкая. По заданию руководителя Сарненского подполья Муради Комболатовича Фидарова она устроилась служанкой у немки Гурской. Последняя, почти каждый вечер устраивала вечеринки, на которые приходили офицеры вермахта и гестапо. В ходе пьяных оргий Юля получала от болтливой немчуры ценнейшую информацию.

В частности, Сохацкой стали известны сведения о планах гитлеровцев проведения массированной карательной операции против партизан на территории Ровенщины. Выяснила она и о прибытии в город новых войсковых подразделений, а также о решении Эриха Коха по отправке новой партии украинской молодежи на работы в Германию и другие оперативные данные.

Кроме того, она получила сведения о переброске эсесовцев в район Рудки Бобровской, где располагался штаб партизанского отряда Медведева «Победители» и вооружении оуновских бандитов немцами с целью задействования их в борьбе против партизан.

Но не дремало и Сарненское гестапо. Вскоре оно поручило местному полицаю Скобко выследить одного из партизанских подрывников И. Наумца. Это он с друзьями — А. Бегуном, П. Тишкевичем и К. Момотком, — только на участке железной дороги Сарны — Ковель пустили под откос полдесятка эшелонов противника с личным составом и боевой техникой.

Гестаповцы поручили проведение операции по задержанию группы партизан оуновскому главарю «Мухе», который по наводке Скобко на одном из хуторов близ Сарн организовал засаду. Герои-партизаны были задержаны и тут же бандеровцами расстреляны. После этой трагедии Фидаров через связных предупредил Юлю Сохацкую, что она попала под подозрение. Да и она сама стала замечать за собой «хвост», сопровождавший её от дверей до дверей…

Почувствовав опасность, с наступлением темноты оно покинула свой дом, и вскоре оказалась на околице села Працидки вблизи хутора Ямица. Но там уже свирепствовали против поляков бандеровцы. Она бросилась на Мочулянские хутора, где проживала семья связного подполья. Вместе с ним они решили идти в отряд, чтобы рассказать о кровавом разгуле банды националистов.

…Они выбрались на дорогу. Уставшая Юля еле успевала за связным. Ещё издали они услышали скрип колес. Подвода быстро приближалась. Когда она оказалась на расстояние более пятнадцати метров, партизанка подняла руку:

— Стой!

Возница — седобородый старик — натянул вожжи. Сидевшие спиной друг к другу два дремавших полицая вмиг пробудились.

— Кто такие? — спросил толстяк.

Деваться было некуда.

— Возьмите попутчиков, — попросила Юля.

Толстяк ещё раз смерил девушку взглядом и милостиво разрешил:

— Ты садись, а твой провожатый пусть на своих двоих топает.

— Он — больной, ему трудно идти, — возразила Сохацкая.

— Ничего, дойдет, — хмыкнул толстяк, и неожиданно схватил девушку за шею.

Тем временем другой полицай быстро спрыгнул с подводы и наставил винтовку на партизанского связного.

— Так вот где нам довелось встретиться! — заорал он. — Крестись, сучий сын! Теперь ты не выкрутишься, как в прошлый раз, большевик проклятый!

Всё решали секунды. Юля рывком высвободилась из цепких рук толстяка, выхватила «вальтер», спрятанный за пазухой, и выстрелила в затылок вооруженному бандиту. У второго полицейского от неожиданности отвисла нижняя челюсть. Он тупо уставился на своего убитого дружка. Пристрелив и его, Юля скомандовала вознице:

— Быстро в село Мочулище…

Наконец, впереди показалось желанное село. Услышав о кровавых делах националистов, командир партизанского отряда Алексей Шитов немедленно послал конников в указанные районы…

Стычка с бандой «Мухи» произошла в густом лесу, неподалеку от села Судло. После двух партизанских залпов наступающие бандиты стали отходить по направлению Рафаловки. Захватив с собой девять человек, Шитов бросился наперерез. Националисты открыли беспорядочную стрельбу, пытаясь прорваться сквозь кольцо. Вдруг со стороны Рафаловки появилось двадцать конников. Впереди на сером жеребце скакал всадник в черной полицейской шинели. Он то и дело взмахивал рукой, видимо, подгоняя своих дружков.

Обстановка была сложной. Шитов окликнул Володю Сергеева — самого меткого бойца — снайпера отряда.

— А ну-ка, возьми на мушку этого скакуна! — приказал он.

Через мгновение грохнул выстрел. Всадник подпрыгнул в седле и, как сноп, свалился на землю. Бандиты сразу потеряли боевой азарт. Они сгрудились на небольшом холме. Двое из них спешились, подхватили под руки незадачливого наездника и поволокли в лес. Какой-то чернобородый националист закружился среди испуганно мечущихся конников, с размаху стукнулся головой о ствол сосны и упал со своего коня. Однако тут же вскочил и побежал прямо в распоряжение партизан…

Из показаний пленного было установлено, что он рядовой из куреня «Легенды», который послал взвод «Рудого» на помощь «Мухе». Кроме того, он поведал, что начальник штаба оуновцев Смородский открыто пошел на сговор с немцами. Фашисты помогли ему организовать отряд из бывших уголовников, снабдили оружием.

После окончания допроса пленного Корчев отправился к командиру партизанского соединения Луке Егоровичу Кизе с вопросом, что делать с пленным? Кизя подумал и предложил свести чернобородого с партизаном Терещенко. С интересной судьбой шагал по жизненным дорогам этот народный мститель.

Командир отделения саперов Терещенко был на фронте с первых дней войны. Воевал храбро. Но в одном бою его контузило, и он угодил к немцам, но вскоре бежал из плена. Долго блуждал по лесам и однажды наткнулся на группу вооруженных людей.

— Кто ты? — спросил старший.

— А с кем я имею дело?

— С партизанами, — последовал ответ.

Терещенко остался в отряде. Он подружился с приземистым крепышем Костей — хорошим и честным парнем. Они все время были вместе, делились последним куском хлеба. Но вскоре Терещенко стал замечать, что многие партизаны действуют совсем не партизанскими методами: забирают у населения скот, одежду да ещё прикладами замахиваются. Как-то он спросил у Кости:

— Почему командир не наказывает мародеров?

— Кто, «Легенда»? — усмехнулся приятель. — Да он такой же мародер. — И, оглянувшись, шепотом добавил: — Тебя обманули. Мы — партизаны, да не те.

— Как не те? — удивился Терещенко.

— А так. Воюем не против немцев, а против советов.

В ту же ночь Терещенко незаметно ускользнул из лагеря бандитов и к вечеру следующего дня встретился с отрядом имени Чапаева, которым командовал В. И. Кабанов.

Вот этого-то Терещенко и советовал Л. Е. Кизя свести с чернобородым. Ведь как-никак оба в курене «Легенды» побывали. И эта встреча состоялась. Друзья-враги узнали друг друга и поговорили с пользой для общего дела…

* * *

С развитием наступления войск 1-го Украинского фронта до конца января 1944 года в тыл к противнику по указанию Центрального штаба партизанского движения было передислоцировано 15 партизанских отрядов. И уже через месяц на западно-украинских землях действовало около 60 000 партизан и подпольщиков.

Заканчивалась война…

По мере очищения Украины от оккупантов частями и подразделениями Красной армии и партизанскими отрядами стал вопрос, что делать с оставшимися бандами оуновцев. И тут вместе с правоохранительными органами по уничтожению опорных пунктов бандеровцев, руководители которых находились на службе у гитлеровцев, проявили себя народные мстители, перетекшие в истребительные батальоны и группы самообороны по хуторам и селам.

В работе учитывалось то обстоятельство, что гитлеровцы в течение трех лет оккупации вели массированную пропаганду, поощряли и насаждали националистическую идеологию и вражду к людям с Востока любой национальности. Все они назывались националистами одним словом — «советы».

О кровавых делах бандеровцев уже писалось выше. Но я не могу не привести ещё одного примера. Только за то, что жители села Лопавшего Демидовского района на Ровенщине Степан Антонюк и Дмитрий Милисевич голосовали за создание колхоза, бандеровцы отрубили им руки.

О колоссальной работе, которую провели партизаны в годы войны на территории Западной Украины по уничтожению живой силы и боевой техники немецко-фашистских захватчиков написаны сотни томов. Архивы хранят отчеты с результатами их конкретных операций, которые сегодняшней властью на Украине лихорадочно уничтожаются.

Но в конце этой главы мне хотелось ещё раз напомнить некоторые имена тех народных мстителей — истинных патриотов и защитников Украины, которые действовали на моей родине — Ровенщине: А. Кондратюк, Ф. Мазурик, Ю. Собесяк, Г. Мартынюк, Ф. Никаноров, С. Шковорода, Я. Смоляр, Г. Музыченко, И. Геч, С. Петрук, В. Маслюк, Ф. Власовец, А. Власовец, М. Мисюра, А. Бринский, М. Корчев, В. Батурин, Ю. Сохацкая, А. Шитов, П. Ткачук, П. Лагинов, А. Ососкало, Л. Кизя, И. Федоров, В. Бегма, С. Санков, М. Фидаров, И. Радько, Н. Струтинский, Н. Кузнецов, З. Гальчук, Д. Касимов, Д. Медведев, И. Пихур, Я. Урбанович, П. Савельева, Н. Приходько, В. Довгер, Н. Гнидюк, М. Шевчук, Л. Лисовская, М. Шмерега, А. Лукин и многие, многие другие. Да, простят мне родственники тех, кто не вошел в этот список.

Людская память об этих и не названных героях — народных мстителях, никогда не зарастет бурьянами забвения! Украинский народ их не забудет!

Стратегия и тактика

Храбрец избегает опасности, а трус, безрассудный и беззащитный, устремляется к пропасти, которой не замечает из-за страха.

Дени Дидро

Закончилась Великая Отечественная война. Немецко-фашистская армада вермахта была разгромлена. Обещанный Гитлером тысячелетний Третий рейх просуществовал только 12 лет. Сейчас он лежал в руинах, престав существовать, — сгорел за 1418 дней и ночей в страшной для всех воюющих войне. Шел массовый процесс капитуляции Германии по всем направлениям и теперь уже мирным фронтам.

Но война после войны с оуновскими бандами продолжалась. Часто мне задают вопрос — на что они надеялись?

Они как лохи надеялись одолеть многомиллионную, победоносную Красную армии, положив на лопатки Советский Союз. А когда никак не получилось — спрятаться за стеной потаенного схрона-бункера из-за животного страха за свою непутевую жизнь. Думается, вторая часть ответа более правдоподобная.

И все равно это были безрассудные поступки. Кто-то из великих умов говорил, что безрассудные мнения влекут за собой безрассудные поступки; безрассудные поступки ведут к тяжелым несчастьям; тяжелые несчастья являются полезными советчиками. Не мудрость наших предков учит нас, а их безрассудство. Однако, не всех и не всегда.

Но, увы, кривой ум не исправишь, потому что та продолжающая смелость, замешанная на звериной жестокости, выпячиваемая бандеровцами послевоенного разлива, совсем не полагалась на осмотрительность. Ими руководило, опять-таки, безрассудство. Надо было быть безумцем, что поверить в победу ОУН — УПА над Советской властью на Украине. А вот крови невинной лесная братва пустила реки после войны.

Обозленные крахом своих германских хозяев и Великой Победой главари ОУН-УПА прятались по заграницам и схронам, а рядовых вояк направляли по деревням за добычей провизии и совершения диверсионно-террористических актов. Горели украинские села, гибли и калечились люди. Уничтожалось колхозное имущество. Продолжал в мирное время погибать генофонд украинского народа.

Во время допроса задержанный участник бандеровского движения на Западной Украине, агент гестапо, а затем американской разведки, эмиссар центрального «провода» ОУН, В. Охримович — кличка «Грузин» признался, что после окончания войны изменения внутриполитической обстановки на Украине привели к изменению тактики борьбы оуновцев с советской властью.

Так, в начале февраля 1945 года в Тернопольской области в лесу возле местечка Бережаны состоялось совещание руководителей ОУН с участием командующего УПА Шухевича, руководителя СБ ОУН Арсенича и других членов Центрального провода. Было решено ликвидировать лишние звенья в структуре управления УПА, расформировать крупные подразделения «курень» и «сотня» (батальон — рота) и перейти к действиям мелкими подразделениями «чота» — «рой» (взвод — отделение), лишь в крайних случаях объединяя их для выполнения заданий.

Суть такой тактики позволял мелким группам быстро маневрировать и менять места дислокации после проведения той или иной операции. Таким образом, открытые вооруженные нападения и столкновения с частями Красной армии сводились к минимуму.

А объектами нападений становились советские, партийные и комсомольские функционеры, колхозная администрация, сельский актив и простые селяне, сочувственно относящиеся к советской власти.

Эта ситуация, как считали руководители ОУН — УПА, должна была благоприятно сказаться на сбережении кадров до начала очередной горячей войны между англосаксами и Советской Россией. Это время «Ч» в бандеровских документах шло под названием «Чума». Так в документе «Положение ОУН в Карпатском крае» имелась такая пометка — признание:

«Настроение у нас не очень бодрое, каждую весну ожидаем войну, так как только в войне видим свое спасение».

Моральное состояние вояк УПА стремительно падало.

Новую тактику боевики УПА начали применять с весны сорок пятого года, действуя группами численностью 10–15 человек, нанося удары из засад, часто в форме солдат и офицеров Красной армии, используя ночное время и быстро перемещаясь в другие места.

Активная работа органов госбезопасности и внутренних войск заставила оуновцев строить места укрытий типа схронов, подвалов, землянок, соответствующим образом оборудовать чердаки хат для так называемой «бункерной войны». Днем повстанцы отдыхали, а по ночам выходили на «кровавую работу». Терроризм для бандеровцев стал основой устрашения людей.

* * *

Итак, тактика переходила в стратегию борьбы оунобандитов с Советской страной, с многомиллионным населением Украины, с ее стремительно развиваемой промышленностью и транспортом.

Подрывались предприятия, горели дома селян, родственники которых служили в Красной армии, истреблялись активные члены колхозов, пылали нивы с созревшими зерновыми, поджигались стога сена и соломы.

Целью террора было как уничтожение «подсоветчиков», так и запугивание остальных. Живя в городе Сарны на Ровенщине в эти годы, автору доводилось слышать и видеть отдельные эпизоды этих варварских актов.

Вот один из них. Это произошло летом 1944 года, когда немцы были уже выдавлены за пределы Украины. Отряд бандеровцев казнил местного селянина, подозреваемого в сотрудничестве с Советской властью. Повод — часто ездил в город на базар. Группа из нескольких дюжих бандитов схватила его и повесила на огромной березе, стоящей в центре села. Этого душегубам показалось мало для острасток других. Они решили висевшее тело невинного крестьянина «пошматовать» — порубили топорами на мясные ломти…

25 декабря 1944 года секретарь Лопатинского райкома Львовской области Маланчук докладывал в обком партии:

«Бандиты надругались над трупами. Со всех сняли обувь и одежду, связали по рукам и ногам как скотину, а лица раскромсали на части».

В Яворовском районе Львовской области в августе 1944 года членам двух семей выкололи глаза — за то, что их родственники будто бы сообщили о передвижении повстанцев советским властям. Трупы затем изрубили на куски на виду у испуганных односельчан.

В райцентре Милятино Львовской области на сельском сходе крестьянин Иван Пришляк сказал:

«Моего сына за службу в Красной армии наградили орденом Славы третьей степени. Разве могло такое случиться при польских панах — чтобы бедный крестьянин получил такую правительственную награду?»

После этого выступления в течение нескольких недель были зверски вырезаны девять человек по фамилии Пришляк.

21 ноября 1944 года в два часа ночи вооруженный отряд боевиков УПА вошел в село Дубечно на Волыни. Обыскав дома председателя и секретаря сельсовета, повстанцы застрелили на глазах собранных односельчан. На спину убитому прикололи записку: «Расстрелянный — глава сельсовета. Если кто-нибудь займет это место — его ждет та же судьба».

Потом они ворвались в сельсовет, где убили сторожа — украинца по фамилии Ткачук. На спину ему штыком прикололи записку почти аналогичного содержания: «Это труп предателя украинского народа, защищавшего советы. Если кто-нибудь придет работать на его место, он погибнет точно так же».

Оуновская инструкция призывала осуществлять террор не только против лиц, сочувствующих советской власти:

«В ходе ликвидации указанных лиц не жалеть ни взрослых членов их семей, ни детей…»

* * *

После окончания войны и быстрого восстановления порушенного народного хозяйства, стремительного выздоровления государственного организма, получения людьми возможности работать и получать зарплату в этих мирных успехах бандеровцы видели главную угрозу националистическому движению. Народ даже на Западной Украине стал пересматривать свое отношение к советской власти. Многие охотно откликались на просьбы «органов» в помощи быстрее разобраться с «лесовиками».

Не случайно, руководитель СБ ОУН Арсенич обеспокоенно предупреждал своих соратников:

«Тайные осведомители — наиболее многочисленные и опасные из доносчиков. Эти «москиты» разлагают здоровые ряды нашей организации. От этой формы агентуры мы понесли самые большие потери».

По его мнению, органы МГБ располагают таким количеством агентуры из числа участников ОУН, что это явление становится «страшным» для дальнейшего существования подполья, а конспирация и мероприятия СБ по-прежнему не обеспечивают своевременное выявление агентуры органов украино-советской госбезопасности.

И он был прав, в каждом хуторе, в каждом селе или деревне, органы имели широкую сеть осведомителей, понимающих, за что они воюют на тайном и опасном фронте с жестоким врагом из числа своих соплеменников, испачканных их кровью.

Если всеохватная борьба с агентурой МГБ в сельской местности составляла чисто тактическую сторону противодействия власти, то стратегия заключалась в срочном переносе идеологической пропаганды в восточные области Украины для пополнения своих рядов.

Если мы не поднимем Восток, — писал он в одном из писем руководству ОУН, — то не найдется достойных преемников нашей борьбы… Восток можно завоевать двумя способами: большим сдвигом и спокойным невидимым просачиванием. Для первого у нас нет возможностей, на второе можно найти возможности, если мы организуемся.

И националисты организовывались — внедряли своих людей в административные структуры по линии партийных, советских и правоохранительных учреждений.

Во время службы во Львове запомнился мне случай, рассказанный ветераном СМЕРШа, разоблачения оуновского пособника, который по существу легализовался в воинском гарнизоне в качестве начальника продовольственного склада. В ходе оперативной разработки этого типа выяснилось, что во время войны он «провоевал в лесах» против мирного населения и советских партизан. По фиктивным документам он стал старшиной, участником Великой Отечественной войны, носил на кителе приличный «иконостас» правительственных наград, а по существу проводил идеологическую обработку «податливого контингента» и постоянно передавал «лесным братьям» продукты.

Проблема питания всегда остро стояла перед повстацами. Они в основном питались за счет открытого мародерства и «узаконенного» обложения сельского населения оброком.

Селян принудительно заставляли «приобретать» билеты займа — «бофоны» — «На боевой фонд». Те, кто уклонялся — превращались в предатели с соответствующими последствиями. Данью облагались ремесленники, торговцы, интеллигенция, занимающаяся частной практикой.

«Самообеспечение» порой приобретало дикие формы.

Так только два района Дрогобычской области должны были собрать для подполья 1 миллион рублей, 240 центнеров мяса, 620 — зерна, 800 — картофеля, 400 метров полотна, одежду, обувь и т. д.

Особенно яростно бандеровцы боролись против колхозного строительства, набирающего всё большие и большие масштабы на теренах (территориях — авт.) Западной Украины.

В селе Адамовка Раховского района Станиславской области местному жителю, председателю колхоза изуверы отрубил голову, а потом насадили ее на шест. Его заместителя обезглавили косой, а активиста проткнули вилами.

В Сарненском районе Ровенской области учительницу начальных классов, прибывшую из Сумской области, посадили «на бутылку», а потом группой насиловали и, наконец, после продолжающихся пыток удавили проволочной петлей.

Из архивных данных УКГБ по Ровенской области видно, что в феврале 1943 года отряд бандеровцев под видом советских партизан зашел в село Парослое Сарненского района Ровенской области. Жители села тепло встретили «партизан», весь день угощали их, а вечером «гости» устроили резню. Было зарублено, расстреляно и задушено 173 человека. Спастись удалось лишь двум селянам, которые оказались завалены трупами. Позднейший осмотр показал исключительную жестокость, с которой была совершена бойня.

С нескольких человек сняли кожу, женщин насиловали, а после отрезали груди, носы, уши, выкалывали глаза и отрезали головы. После пьяного шабаша и ухода банды среди разбросанных на столе бутылок из-под самогона и остатков еды был найден годовалый младенец, прибитый ножом к столу, во рту которого торчал недоеденный огрызок соленого огурца.

Оуновцы злились как осенние мухи, понимая, что их ждет неминуемая гибель от гнева народа. Истребительные отряды росли, как грибы. Они много сделали для того, чтобы очистить свои земли от этой скверны.

Учитывая тот факт, что оуновцы, особенно вояки УПА чаще стали использовать в операциях против лояльно относящегося к советской власти мирного населения, форму бойцов и офицеров Красной армии, сотрудников НКВД, НКГБ МГБ, чекисты тоже изменили тактику борьбе с противником в т. н. «зеркальном» варианте.

Так, министр внутренних дел В. Рясной информировал Москву следующей докладной. Часть ее есть смысл привести в этой главе:

«Совершенно секретно

Наркому внутренних дел СССР Л. Берии

26.07.1945 г. № 8/156451

Сообщение об организации и результатах работы специальных групп для борьбы с оуновским бандитизмом в западных областях Украины.

В связи с организованным постепенным разгромом банд УПА и ликвидации политической сетки ОУН в сочетании с партийно-политической работой в западных областях Украины с началом весны 1944 года заметно усилилась явка с повинной в органы НКВД бандитов УПА, оуновских подпольщиков и уклоняющихся от службы в Красной армии.

Принимая во внимание, что часть явившихся с повинной имеет широкие связи с руководителями оуновского подполья и УПА, а также хорошо знакома с конспиративными порядками антисоветского подполья, часть этих людей мы стали использовать как отдельных агентов-боевиков, а позднее — в боевых группах особого назначения, названных нами специальными группами.

Агенты-боевики получали задание проникать в оуновское подполье или банды УПА для захвата или физического уничтожения руководителей ОУН — УПА…

Созданные при оперативных группах НКВД УССР, при УНКВД, при РО НКВД специальные группы имели такие задачи:

Захват или физическое уничтожение руководящих центров или главарей ОУН — УПА.

Уничтожение мелких банд УПА и местных боевок ОУН и СБ.

Подведение банд УПА под оперативный удар органов и войск НКВД.

Уничтожение системы живой связи ОУН — УПА путем разгрома пунктов связи, уничтожения или захвата связников и шефов связи.

Сбор необходимых разведывательных сведений перед проведением больших чекистско-войсковых операций.

Выявление и уничтожение складов-краивок ОУН — УПА.

Спецгруппы обычно состояли из тех бандитов ОУН — УПА, которые явились с повинной. Командовал спецгруппой один из бывших главарей банд УПА, оперативное руководство спецгруппой осуществлял влитый в ее состав оперативный работник НКВД…В Ровенской и Волынской областях в состав специальных групп вливались также бывшие партизаны-ковпаковцы, хорошо знающие местные условия, имеющие большой опыт борьбы с оуновским бандитизмом.

По своему внешнему виду и вооружению, знанию местных бытовых особенностей, языку и конспиративному способу действий личный состав специальных групп ничем не отличался от бандитов УПА…

По состоянию на 20 июня 1945 года всего в западных областях Украины действует 156 спецгрупп с общим количеством участников в них 1783 человека…»

Действия спецгрупп серьезно повлияли на расстановку сил и средств, способствовали прицельной работе по разгрому бандформирований, аресту и физическому устранению наиболее значимых фигур в системе ОУН — УПА.

Вооруженная бандеровщина была обречена на гибель…

Николай Гоголь и Иван Франко

Не знаю, какая у меня душа — хохлацкая или русская. Знаю только, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому перед малороссиянином.

Николай Гоголь

Если произведения литератур европейских нам нравились, затрагивали наш эстетический вкус и нашу фантазию, то произведения русских мучили нас, затрагивали нашу совесть, будили в нас человека, будили любовь к бедным и униженным.

Иван Франко

Два великих мыслителя Востока и Запада Украины Николай Васильевич Гоголь и Иван Яковлевич Франко считали, что украинская и российская культуры так же близки, как и народы. Нет ближе и родней, чем эти две страны, соединенные понятием руськости. Именно руський дух и руський мир на протяжении нескольких столетий позволяли единому народу бороться за свое существование, за свою идентичность с набегами степняков — половцев, крымских татар и турок, а потом с польскими и литовскими завоевателями. В отражении иноземных навалов русичи были едины.

И чем страшнее и мощнее были бури социальных и политических потрясений, тем древо Руси, шатаемое из стороны в сторону, крепло своими корнями, которые разветвлялись и развивались вглубь, тем самым сохраняли его от падения. В движениях мысли и тела — появляется сила, в застое — прах.

Эти два сына двух частей Украины, два литературных таланта в одинаковой степени любили свою Малую родину и также относились к той Большой стране, в состав которой в то время входили земли сегодняшней «незалежной». Несмотря на свое соответственно малороссийское и галицийское происхождение они с одинаковым чувством тепло и узнаваемо воспринимались как на Украине, так и в России. Гоголь даже стал больше представителем российской литературы, хотя черпал многие сюжеты для своих произведений с украинского фольклора и тамошней реальности.

Украинец Николай Гоголь писал по-русски, как и Тарас Шевченко часть своих произведений и все дневники.

У Гоголя Россия и Украина в виде Великороссии и Малороссии, едины и неразделимы — по крови, по духу, по ментальности. Общерусский путь, по убеждению русско-украинского писателя, наиболее полно отвечал предназначению Великой и Малой Руси, вместе составляющих Россию.

Он писал:

«Украина! Окрайные земли великой России…И много веков, как два брата — Великая и Малая Русь, тянулись к друг другу два народа, потому что были одной веры, одной крови, и, слившись, воздвигали они Россию, которой быть и красоваться на земле вечно!»

Он знал параметры русской души, ее страстотерпецкий характер, говоря устами своих персонажей:

«Нет, братцы, так любить, как русская душа, — любить не только что умом…а всем, чем дал Бог, что ни есть в тебе…нет, так любить никто не может!»

Таким образом, Гоголь отрицательно отнесся к появившейся в свое время украинской идее, сутью которой было, как раз их максимально культурное, национальное и политическое разделение.

Исторические зарисовки Гоголь писал с искренней грустью и душевной болью, особенно того, что касалось его малой родины. Он утверждал, что «…Южная Россия более всего пострадала от татар. Выжженные города и степи, обгорелые леса, древний разрушенный Киев, безлюдье и пустыня — вот что представляла эта несчастная страна! Испуганные жители разбежались или в Польшу, или в Литву, множество бояр и князей выехало в северную Россию. Еще прежде народонаселение начало заметно уменьшаться в этой стороне. Киев уже давно не был столицею; значительные владения были гораздо севернее…»

О том, что Гоголь хорошо знал и любил Украину, и народ ее населяющий — сомнений быть не может. Вспомни, читатель, повесть «Страшная месть» из цикла «Вечера на хуторе близ Диканьки»:

«Чуден Днепр при тихой погоде, когда вольно и плавно мчит сквозь леса и горы полные воды свои. Ни шелохнет, ни прогремит. Глядишь и не знаешь, идет или не идет его величавая ширина, и чудится, будто весь вылит он из стекла, и будто голубая зеркальная дорога, без меры в ширину, без конца в длину, реет и вьется по зеленому миру.

Любо тогда и жаркому солнцу оглядеться с вышины и погрузить лучи в холод стеклянных вод и прибрежным лесам ярко отсветиться в водах…В середину же Днепра они не смеют глянуть: никто, кроме солнца, и голубого неба, не глядит в него.

Редкая птица долетит до середины Днепра. Пышный! Ему нет равной реки в мире…»

С такой уважительностью, с такой очарованностью и с таким почтением к Славутичу мог написать только человек, глубоко уважающий и любящий свою малую родину.

Как и всякая гениальная личность, он был пророком в своем Отечестве. Россию он подразумевал исключительно с Малороссией и Белоруссией, поэтому отрицательно относился к мыслям «убежать из России» в Европу. И тут же спрашивал в главе «Страхи и ужасы России» из «Духовной прозы» — «Но куды бежать?

И вот — внимание — прогноз через толщу столетий!

Он пишет:

«В Европе завариваются теперь повсюду такие сумятицы, что не поможет никакое человеческое средство, когда они вскроются, и перед ними будет ничтожная вещь те страхи, которые вам видятся теперь в России.

В России еще брезжит свет, есть еще пути и дороги к спасенью, и слава Богу, что эти страхи наступили теперь, а не позже. Ваши слова: «Все падают духом, как бы в ожиданье чего-то неизбежного», ровно, как и слова: «Каждый думает только о спасении личных выгод, о сохранении собственной пользы, точно как на поле сражения после потерянной битвы всякий думает только о спасении жизни: sauve qui peut — (фр. — спасайся, кто может — авт.), действительно справедливы; так оно теперь действительно есть; так быть должно: так повелел Бог, чтобы оно было. Всяк должен подумать теперь о себе, именно о своем собственном спасении.

Но настал другой род спасенья. Не бежать на корабле из земли своей, спасая свое презренное земное имущество, но, спасая свою душу, не выходя вон из государства, должен всяк из нас спасать себя самого в самом сердце государства. На корабле своей должности и службы должен теперь всяк из нас выноситься из омута, глядя на Кормщика небесного…»

Эти патриотические чувства Гоголь словно предсказал своим потомкам Малороссам и Великороссам, Украине и России. После предательских событий 1991 года Россия убывала по миллиону в год. То же самое явление, только несколько меньшее по масштабам, произошло и на Украине после государственного переворота 2014 года — из «незалежной» в 52 миллиона человек на момент писания книги осталось приблизительно только 37 миллионов. И это еще не вечер. Как тяжело понимать эту ненормальность нормальной, не пораженной политиканством славянской, православной душе.

Спасали «свое презренное земное имущество» те, у кого была недвижимость и счета, нажитые «непосильным трудом», спасали его в Европе, которая сама сегодня лежит разбитая параличом геополитики, навязанной покровителями из-за океана.

Сегодня спасение каждого из нас придет только в результате разворота наших двух братских, смело утверждаю, стран в сторону геоэкономики. Политической трескотней, двойными стандартами, обманом и войнами «наелось» не только население Украины и России, но и народы всего мира. Страшный жупел англосаксонской «демократии» на издыхании. Его рассечет и одолеет меч экономики, спасая людей от погибели лобовых столкновений.

Нынешний мировой конфликт, в конце концов, и это случится стремительно, обязательно обнажит стремление экономического и социального истолкования. Войнами мир не завоюешь, а вот мир способен одолеть войну и создать атмосферу созидания.

Словно в подтверждение гоголевской философии, один из самых известных чешских писателей ХХ века, прозаик и драматург, фантаст Карел Чапек в предисловии к пьесе «Белая болезнь» писал, что самый драматический аспект этого конфликта заключается в столкновении двух великих антагонистических идеалов: на одной стороне нравственный идеал общечеловеческой гуманности, демократической свободы, всеобщего мира и уважения к жизни и правам каждого человека; на другой стороне — динамический антигуманный идеал власти, абсолютного господства и национальной или иной экспансии, для которой насилие — желанное средство, а человек и его жизнь только орудие.

Николай Васильевич Гоголь был оптимистом. Его патриотические умозаключения поражают уверенностью, что Россия (читай — Белоруссия, Россия и Украина) — этот мощный трилистник способна разбудить «…дремавшие способности многих, и в то время, когда на одних концах России еще доплясывают польку и доигрывают преферанс, уже незримо образовываются на разных поприщах истинные мудрецы жизненного дела».

Он верил, что «…еще пройдет десяток лет, и вы увидите, что Европа придет к нам не за покупкой пеньки и сала, но за покупкой мудрости, которой не продают больше на европейских рынках. Я бы вам назвал многих таких, которые составят когда-нибудь красоту земли русской и принесут ей вековечное добро…»

Всё верно, если бы не одно «но» — бунты, революции, войны, междоусобицы, разделы. Все эти события пришлось пережить трудолюбивым, мудрым, стойким народам Руси, которая укреплялась и развивалась по принципу катания шелкопрядами кокона или снежного кома из мокрого снега. Русь превращалась из разрозненных княжеств в монолитные губернии Российской империи.

Предостережением от зазнайства звучат слова Гоголя в адрес политиков — их можно адресовать тем не политикам, а политиканам, которые рушили и Царскую Россию, и Советский Союз и сейчас считают себя гениями, творцами «блистающего будущего», которое всё обещают и обещают.

— А ты горд: ты теперь, — писал он, — уже ничего не хочешь видеть; ты самоуверен: ты думаешь, что уже все знаешь; ты думаешь, что все обстоятельства России тебе открыты; ты думаешь, что уже никто и поучить тебя не может; ты стремишься изо всех сил быть похожим на тех государственных людей, которые скоро блеснули и скоро исчезли, которые имели в себе все для того, чтобы сделать множество добра, которые даже пламенели желанием сделать добро, даже работали, как муравьи, всю свою жизнь, и при всем том не осталось после них никакого следа, и самая память о них позабыта; как исчезнувший круг на воде, исчезнула жизнь их посредине России.

И до сих пор еще, к нашему стыду, указывают нам европейцы на своих великих людей, умней которых бывают у нас иногда и невеликие люди; но те хоть какое-нибудь оставили после себя дело прочное, а мы производим кучи дел, и все, как пыль, сметаются они с земли вместе с нами…

Но странное дело, что наши политики как России окаянных девяностых, так и Украины периода с огненной «революции достоинства» второго десятка нулевых вовсе не «пламенели желанием сделать добро». Первые чуть не высекли искру для пламени гражданской войны. Обошлись «малым», — открыли огонь из танковых орудий по собственному парламенту. Вторым удалось не только высечь искру, а опалить центр Киева черной гарью от дымов горящих автомобильных покрышек и всплесками огня «коктейлей Молотова».

И в первом, и во втором случае Европа и США рукоплескали дурням, «не осененным христианской мудростью», убивающим своих соотечественников, которые думали несколько иначе, а порой ближе к истине, а не к «своей правде».

И все эти смерти невиновных, вся эта огненная поножовщина явилась результатом тех политических дикарей, о которых «память будет позабыта».

«Не забывайте нигде, что вы на время!..Подавайте братски руку всякому освобождаться от его собственных пороков и недостатков!.. Смотрите на то — любите ли вы других, а не на то — любят ли вас другие!» — призывал, в том числе и политиков великий Гоголь.

Сегодня дошло до того на Украине, что украинца Гоголя переводят с русского на украинскую мову, вырывая из контекста смысловые фразы, чтобы не было в адрес великороссов со стороны великого писателя никаких положительных оценок.

Разве это не дикость? — Это средневековье!

* * *

Иван Франко вошел в историю украинской и мировой литературы как гениальный писатель и выдающийся деятель освободительного движения. Он был не только писателем, а и большим ученым и публицистом. Он первым среди украинских писателей начал зарабатываь себе на жизнь литературным трудом.

Он был честен и откровенен в своих оценках. О характере своих земляков — галицийских украинцев, Иван Франко так писал в предисловии своей работы «Дещо про себе самого» («Кое что о себе самом» — рус. авт.) в 1897 году:

«Не люблю украинцев…

Так мало между ними нашел характеров, а так много мелочности, тесной заскорузлости, двуличия и гордыни, что действительно не знаю за что их должен любить… Может должен любить Украину как расу, ту расу отяжелевшую, разнузданную, сентиментальную, лишенную закалки и силы воли, так мало способную к политической жизни на собственном мусорнике, такую плодовитую на оборотней самого разнородного сорта…»

Хотя в сегодняшней Украине, скроенной по воровским рецептам Запада в результате политического лицемерия и невинно пролитой крови, кроют москалей и поднимают в воспоминаниях всё то, что кто-то плохо говорил о россиянах.

Припомнили они и слова, сказанные когда-то двадцатилетним Иваном Франко:

Не пора, не пора, не пора

Москалевi й ляховi служить!

Складывается такое впечатление, что скачущие на майдане галичане так и не осилили 50-ти томное собрание сочинений своего кумира, изданное еще в ненавистном и ненавидимом ими Советском Союзе. А если бы они изучали творчество своего земляка, Ивана Яковлевича, то нашли бы такие строчки:

«Мы все русофилы, слышите, повторяю еще раз, мы все русофилы, мы любим великорусский народ и желаем ему всяческого добра, любим и учим его язык. И читаем на нем нового, наверное, не меньше, а может, больше, чем на своем…»

Это тоже его слова!

Осенью 1875 года, преисполненный жаждой знаний, после окончания Дрогобычской гимназии Иван Франко поступает на философский факультет Львовского университета, где студент-новичок сразу же ощутил горечь разочарования. Вместо преподавателей-подвижников науки и прогресса, людей с глубокими мыслями и энциклопедическими знаниями он встретил тут учителей тупых и холодных, приспособленцев, верных слуг Австрийской монархии.

Это они готовили в будущем ненавистников России и будущих радикальных националистов. Думается, и это обстоятельство повлияло на его уничижительность оценки характера некоторой части галицийских украинцев, которые отошли от православия, а тем самым служили недругам Украины.

А вот уже самые крамольные с точки зрения украинских националистов слова, почитающих больше чем Гоголя и Франко своего кровавого косноязычного кумира Бандеру. Их тоже сказал поэт, писатель, публицист и философ Иван Яковлевич Франко, чей портрет красуется на купюре в двадцать гривен.

«Ни один умный человек, у которого есть хоть капля политического здравого смысла, …не мог даже в самой буйной фантазии рисовать себе возможность отделить и отгородить украинскую землю от России».

Не всё, конечно, нравилось писателю в самодержавной царской России, которая не могла похвастаться демократическими наработками в политическом и социальном смысле, но он, видя недостатки общества, ценил найденные достоинства:

«Конечно, Московщина грубо нарушала свободные казацкие порядки, душила свободу слова и мысли, наконец, в конце XVIII века закрепостила значительную часть украинского крестьянства. И всё-таки не надо забывать, что московское правительство в то же время сумело укротить татарскую орду, которая на протяжении 300 лет почти непрестанно пускала кровь из украинского национального организма и с которой польское правительство никак не смогло совладать; преодолело турецкое влияние на северном берегу Черного моря и вытеснило турок за Дунай; и что самое важное — уничтожило Польшу как государственную организацию, а, продержав польское королевство в течение 15 лет при конституционно-автократическом режиме, посеяло также на Правобережной Украине и среди великорусской интеллигенции здравые семена либерализма и конституционализма.

Не следует забывать, что и украинское слово, несмотря на разные административные прихоти, всё-таки ожило в конце XVIII века и развивалось значительно свободнее, чем, например, в современной Австрии, что выдающиеся украинские писатели занимали высокие правительственные посты или, как Григорий Квитка, пользовались уважением самых высоких придворных сфер».

Прошло четверть века с того времени, как Украйна стала Украиной — самостоятельным государством. Что же мы видим сегодня — страна в развале, промышленность разрушена, в политике — эквилибристика, разорвана связь времен, держава поссорена с соседями. Вчерашние польские угнетатели — сегодня лучшие друзья ее политиков, случайно получивших кресла и креслица при власти.

Думается, если бы они повнимательней читали Ивана Франко, то не наломали бы столько дров, обрызганных кровью гражданской бойни.

Земляк Ивана Франко публицист Осип Андреевич Мончаловский в своей книге «Литературное и политическое украинофильство» в 1898 году писал:

«Украинофильские чаянья получили, как известно, совершенно иное, утопическое конечно направление…Сама жизнь «виновата». О литературных произведениях на «украинском» языке после Шевченко за очень и очень редкими исключениями и говорить нечего. Макулатуры обилие. Скудные по содержанию и блудные по идеям, произведения эти и по языку, именно благодаря «чистоте» языка, еще более чужды действительной жизни».

Пантелеймон Кулиш, которого сегодня считают, основоположником украинской литературной критики, в 1857 году признался, что «наша словесность южная только еще просыпается после долгого сна; у нас нет такого ряда писателей, как у москалей от Ломоносова до Пушкина».

Он же в 1869 году в одном из писем к галичанину литератору Александру Барвинскому дает советы относительно написания учебника по украинской литературе, характеризуя ее представителей таким образом:

«Вот подберу Вам реестрик по персоналиям. Гоголь Василий (отец Николая Гоголя — авт.) не добавил ничегошеньки в украинское слово. О его пробе комедии годится разве что в истории словесности помянуть, а в хрестоматии по литературе ей не место.

Максимович «говорил сказанное». Не та это натура, чтоб проявить, хоть малейший источник творчества, да еще в таком большом деле, как слово…

Костомаров имеет большую заслугу в истории, а в развитии слова — ни малейшей. Все его стихи — без поэзии и без языкового вкуса…

Метлинский — во всем ничтожество, даже в издании сборника песен. Стихи его — горох в кожаном решете.

Петренко — пришей кобыле хвост; нате и мой кувшин на сыворотку…

Кузьменко писал чужими руками, как я уже говорил в первом письме.

Кулик в своем болоте может и громкий имел писк, а в обществе того писка не было слышно…

У Котляревского можно брать только то, что в трех первых песнях «Энеиды»…

У Квитки — «Перекати-поле» не дает типа украинского…»

В то же время надо признать, что среди украинофилов было ряд талантливых людей, однако из них все равно нельзя было сложить ожерелье не то что «украинской литературы», но даже самостоятельной, оригинальной литературы.

В принципе Иван Яковлевич Франко был в этом вопросе солидарен с Кулишом. В русской литературе он искал примеры сначала для творческого подражания, а потом и самобытности.

Украинская литература как часть руськой, а потом и общерусской культуры не могла развиваться обособленно. Малороссия должна была черпать и черпала силы у Великороссии, обогащаясь энергетикой и яркостью емкого слова. То же самое происходило и в обратном направлении. Только взаимное проникновение культур позволяло творчески расти вместе.

Толпа — проклятье тебе имя

Когда сто человек стоят друг возле друга, каждый теряет свой рассудок и получает какой-то другой.

Фридрих Ницше

Кто-то из великих людей говорил, что легче обмануть толпу, чем одного человека. А еще, чтобы влиться в толпу, вовсе не обязательно выходить на улицу — достаточно, сидя дома, развернуть газету или включить телевизор. Зомбированная толповым единодушием пишущая братия или говорящие головы вам все расскажут, как надо воспринимать то или иное событие, заклинания политиков, а потом действовать согласно этому самому восприятию.

Загорелись граждане идеей толпы, — значит обманулись. Так было на площадях в Москве в 1991 и 1993 годы, повторилось это на майданах Киева в 2004 и 2014 годах. Людей обманули горлопаны, которые выстраивали планы для пополнения в первую очередь собственных карманов, обманывая тупых лохов пустышками, завернутыми в красивые фантики широких и, как правило, не сбывающихся обещаний.

Нам бы не слушать тех, кто имеет обыкновение много и сладко говорить, что голос народа — это голос Бога. Нет, нет и нет — голос толпы сродни сумасшествию.

Поэт четко подметил глубоким по смыслу четверостишьем предназначение толпы:

Толпа людей — живое существо:

И разум есть, и дух, и ток по нервам,

И даже очень видно существо,

Которое всегда всплывает первым.

Толпа всегда нервно намагничена, а потому кровава по последствиям. Как-то писатель Юрий Нагибин на одном из заседаний Союза писателей России заметил, что толпа не бывает веселой, она всегда нацелена на мрак и убийство. Все вышеупомянутые так называемые массовые выступления, бунты, увы, оборачивались трагическими событиями.

Как он тогда был прав — логическая нить шла от Кровавого Воскресенья в январе 1905 года до такого же Майдана и опять в январе только уже 2014 года.

Оранжевая толпа на майдане 2004 года тоже могла перерасти в кровавую потасовку, но видно еще не были подготовлены как следует качественно и количественно отряды галицийского майданного воинства.

Украинские армия, милиция и органы госбезопасности еще были на месте и понимали, что основы государственности они бузотерам пилить не дадут, — так можно опрокинуть само державное здание. Но радикалы уже собирали силы, учились, как лучше сломать, в том числе и при помощи Запада, спокойствие в стране и через бузу прийти к власти. Не получилось на Майдане — пришли, но не те.

В книге Мирославы Бердник «Пешки в чужой игре. Тайная истории украинского национализма» есть такие слова:

«С приходом Виктора Ющенко к власти в 2004 году из политического маргинеса попали в большую политику и представители националистических партий, поддержавших его на выборах…»

К сожалению, именно они и те, кто выдвинулся после 2014 года преступным захватом власти, определяют сегодня политику Украины, которая на протяжении уже четверти века никак не может найти свой статус государственности и национальную идею.

«Украина — це Европа!» — кричала и до сих пор орет скачущая толпа. Но этот лозунг был не соской, а пустышкой, в которой находился всего лишь воздух, а не питательная молочная смесь. Для того чтобы Европа заметила Украину — надо работать и работать, надо производить товар, который бы заинтересовал покупателя, надо одолеть хотя бы вершину айсберга под названием — коррупция. А эта плавающая льдина в украинском море все растет и растет…

Как не вспомнить в который раз слова великого Николая Гоголя из его книги «Духовная проза» — тридцать второй главы «Светлое воскресенье»:

«Никого мы не лучше, а жизнь еще неустроенней и беспорядочней…Хуже мы всех прочих — вот что мы должны всегда говорить о себе. Но есть в нашей природе то, что нам это пророчит. Мы еще растопленный металл, не отлившийся в свою национальную форму; еще нам, возможно, выбросить, оттолкнуть от себя нам неприличное и внести в себя все, что уже невозможно другим народам, получившим форму и закалившимся в ней.

Что есть много в коренной природе нашей, нами позабытой, близкого закону Христа, — доказательство тому уже то, что без меча пришел к нам Христос, и приготовленная земля сердец наших призывала сама собой Его слово, что есть уже начала братства Христова в самой нашей славянской природе, и побратанье людей было у нас родней даже и кровного братства, что еще нет у нас непримиримой ненависти сословья противу сословья и тех озлобленных партий, какие водятся в Европе и которые поставляют препятствие непреоборимое к соединению людей и братской любви между ними…»

Все силы, генерирующие майдановскую толпу образца 2014 года «пришли с мечом» и были направлены не на созидание, а на разрушение и самого государства и его добрососедства с двумя славянскими странами — Россией и Белоруссией. Выстроенный вектор в сторону Запада вначале радовал и правителей, и подданных обещаниями рая, — мы скоро заживем, как в Европе. Музыка, песни, пляски, бубны из бочек и барабаны настоящие, крики «Москаляку — на гиляку!», «Кто не скаче — той москаль!» и частые к месту и не к месту возгласы: «Украине — слава!» и толпа охрипшими голосами глоток от холода и долгого стояния отвечала: «Героям — слава!»

Славы Украине я тоже хочу, как и России, а вот каким героям? Те, кто сжигал людей в Одессе или расстреливал на майдане Небесную сотню, те, кто под сурдинку Джо Байдена и «печенки» Виктории Нуланд обманом взобрался на властные троны, те, кто развязал гражданскую войну на Донбассе, те, кто воровал газ, предназначенный для Европы, те, кто привык жить и прожил все эти 25 лет на халяву, они для меня не герои.

Герой — униженный и обобранный до нитки простой украинский народ, который стал понимать, что антироссийский настрой — это шелуха «майдонутых» вождей, пытающихся списать разворованный бюджет на АТО…

* * *

Сегодняшние правители — это мотыльки незалежной. У них нет ничего святого. Нет перспективы, вырулить на большак поднятия благосостояния нищенствующего народа. Нет дорожки для разбега, чтобы перепрыгнуть через пропасть развала Отечества, которое украинцам было подарено в целости и сохранности без крови и с на полную силу работающей промышленностью в 1991 году.

«Без любви к Богу никому не спастись, а любви к Богу у вас нет», — говорил Николай Гоголь, словно видел ожидаемую перспективу потомков-неудачников. Похоже, это он им адресовал свои слова.

Их значение, понимание и толкование понятны любому христианину.

Этимология этимологией, а люди хотят мирной и достойной жизни, которая никак не получается у тех, кто варварски или воровски, обманом пришел к власти в ходе «революции достоинства» после Майдана в 2014 году.

Обманув надежды тысячей киевлян и других украинцев на лучшую жизнь, на стабилизацию гривны, на рост промышленного производства, новые «пророки» Отечества лукавили, когда обещали, чуть ли не через год наладить жизнь в державе на порядок выше.

Каждый труд человека должен быть оплачен. Законы справедливости требуют, чтобы в любом государстве граждане вознаграждались или наказывались в соответствии с тем благом или с тем злом, которое от них получают их сограждане. Интересы общества предписывают, чтобы наиболее полезным его членам оказывалось наибольшее внимание, чтобы члены бесполезные находились в презрении, а опасные встречали ненависть и кару.

Именно, на этих неоспоримых принципах должны покоиться наши и, особенно власть принявшие, суждения.

Но в планы «реформирования» сытых олигархических котов входила не экономика, а политика, а за ней внутренняя война с народом юго-восточной Украины, который захотел большей финансовой самостоятельности, соблюдения языковых начал, исключение второсортности в составе Украины, как это произошло с русскоговорящим населением в республиках Прибалтики.

Априори для многих агрессивных политиканов война — мать родная. Украина не исключения из правил. Они на этой кровавой бойне уже третий год, убивая мирных граждан, ополченцев и своих солдат, набивают собственные карманы «зеленью», которую самолетами забрасывали в Киев для оплаты митингующих и для обеспечения так называемой антитеррористической операции (АТО). На ней многие главари скопили огромные достояния, которые греховно пахнут отечественной кровью.

Война — доходный прилавок. Убивают, особенно на гражданской войне свои своих. Их элементарно стравили между собой по указке, позволю повториться еще, барабанщиков драки вице президента США Джо Байдена и официального представителя Государственного департамента США Виктории Нуланд. Посылал их в Киев, естественно, неудачник в политике американский президент Барак Обама.

Их цель была ясна — оторвать братский народ Украины от России, сделать Донбасс пустыней во время авиационных бомбардировок, ракетных и артиллерийских обстрелов жилых кварталов, чтобы дать потом возможность сделать сыну Байдена — Хантеру Байдену — полигон для добычи сланцевого газа, а Россию втянуть в мировую войну через украинский полигон. Янки плевали на то, что славяне двух братских народов будут испепелены во всепожирающем огне возможного ядерного пожара.

Но местные жители Донбасса сказали твердое — нет войне! А когда на их головы полетели снаряды, бомбы и мины — взялись за оружие. Кстати, его в достатке находилось на этой территории в складах и арсеналах.

* * *

Сегодня в спешке делается все то, чтобы как можно быстрее стереть из памяти прошлое отношений Украины с Россией.

В Верховной Раде Украины был зарегистрирован законопроект под № 3368, запрещающий называть населенные пункты и улицы в честь исторических личностей царского и советского периода единого Российского государства, в которое входила княжествами, гетманством, союзной республикой и нынешняя Украина.

С позиций нынешнего времени четко просматривается, что Украина состоит из двух народов: западников — галицийцев, просуществовавших под пятой униатской Польши и Австро-Венгерской империи не одно столетие, и восточников, находившихся постоянно под влиянием России. У них разная ментальность, разный язык, разное понимание добрососедства.

Западники заражали толпы людей на майданах инфекцией бандеровщины, которая не приживалась и не прижилась на северо- и юго-восточных областях Украины. У народов этих территорий существует иммунитет против этой болезни. Из памяти поколений не сгладились картины кровавых преступлений оуновцев против тех восточников, которые отправлялись с чистыми помыслами помочь западным побратимам, вырванным Советской Россией, наконец, из Польши в 1939 году, отстраивать новую жизнь. Их там погибло тысячи…

А что касательно тех галицийцев, кто рвался на Запад, о них хорошо сказал поэт:

Лакеи вечные Европы,

Ее духовные рабы,

Вы извратили отчий опыт

И предков предали гробы.

По прихоти дурной холопы,

Прислужники чужих затей,

Вы быдлом сделались Европы,

Вы полюбили свист плетей.

Вы предавали Русь стократно,

Чужому вверившись уму,

Вас Русь прощала, но обратно

Тянули шею вы к ярму.

Вам Родины милей чужбина.

И суждено вам потому

Знать волю… только господина,

И вечно кланяться ему.

Толпу майданов образца 2004 и 2014 годов заражали именно «лакеи вечные Европы».

В разговоре с одним из украинцев Донбасса Л. Николаем Последний заявил:

«У нас есть только один вариант действий — требовать «закон и равноправность» для всех. Сталину это удалось в какой-то мере. Была создана ООН и наше право ВЕТО. Что хотят янки в отношении Украины? — они хотят, чтобы «незалежна» была как заноза в ж… для России и для ЕС. Они хотят создать такого националистического монстра, чтобы головная боль не утихала от территориальных претензий как к России, так и к ЕС.

Государственный переворот готовился заранее при всех президентах, в том числе и при Януковиче. Именно толповое мнение распространялось по Украине в таком коридоре: «Президент подпишет ассоциацию — и наступит экономическое чудо, а не крах!»

Но от добра — добра не ищут. По заявлению бывшего премьер-министра Украины Николая Азарова за период с 2010 по 2013 годы реальные доходы населения удалось увеличить в 1,6 раза, провести масштабные работы по модернизации инфраструктуры, осуществить глубокие системные изменении во всех сферах жизнедеятельности страны. Это подтверждают и независимые эксперты и главный эксперт — жители «незалежной».

Однако лозунги последнего майдана 2014 года кричали, что Украиной управляла «банда преступников», занимавшихся «расхищением национальных богатств».

Расхищения тех же богатств за последние три года новыми властями увеличилось, о чем свидетельствует падение жизненного уровня населения в четыре раза.

Но вернемся к предмайданной обстановке.

Янукович струхнул — галицийцы продавили использование на площади «хорошо обученных студентов». Майдан креп с каждым часом и начал надуваться. Обстановка накалялась, а Янукович потихоньку «сдувался» пока с испугу не упорхнул на вертолете. Дезинформация населения через СМИ и ТВ подготовила его физическое устранение — не получилось. Теперь он свидетель катастрофы Украины, который может дать показания в любом из судов, в том числе и Гаагском.

Когда стало ясно, что трусливый президент полностью уступил требованиям майданной толпы, что удовлетворяло США и ЕС, начался вооруженный переворот.

При захвате власти хунтой, по-другому ее назвать невозможно, и невмешательстве России с недостаточным сопротивлением юго-востока Украины росло формирование государства с радикальной украинизацией и геноцидом русских.

США захотели в отместку Крыма создать на Украине антироссийский плацдарм на постсоветском пространстве. Не без их советов, запретив вещание российских телеканалов, они продолжают создавать антирусскую нацию из украинцев.

А может это другое действие англосаксов — оторвать Россию от Европы в интересах Англии и США?

Отбомбив Югославию, Ирак, Афганистан и Ливию, и, приложив руку к вооруженному перевороту на Украине, Запад решил объявить Путина …тираном?!

А Лукашенко по этому поводу сострил — «лучше быть тираном, чем голубым».

Вот так через глупую толпу радикальные националисты, а точнее — необандеровцы, захватили власть в свободной, де-юре незалежной без кавычек Украине, которая была молодицей 25-летнего возраста. Ее решили отдать в жены, ненавистному ей иностранцу Байдену. Но он поматросил ее, и бросил. Так видится мне сегодня обстановка на расколотой Украине…

Думается, Николай был прав в своих оценках. Потом он прочел мне злободневное и грустное стихотворение:

Я плачу, хоть плакать сегодня нельзя,

О вас — из родного Донбасса друзья.

На площади мысленно с вами стою

В сплоченном жестокой бедою строю.

Стоит за себя справедливость и честь.

И сердце, и разум, и мужество есть.

Противник Донбасса и подл, и жесток,

Но с вами — Большая Россия и Бог.

И ночью, и днем, и во сне, и без сна

Я вижу Донбасс. Там в Донбассе — весна.

Там чувств оскорбленных кипит кипяток,

Там бой принимает мой Юго-Восток.

Эта рана кровоточит до сих пор. А с АТО в карманы дирижерам войны текут и текут деньги, наштампованные станком, к которому причастны Обама и Байден. Чужие деньги дают янки, отдавать потомкам придется свои заработанные доллары, — гривна им не нужна. Еще встает один немаловажный вопрос, — где и как их заработать при таком развале экономики?

Но чтобы знать, куда двигаться, надо знать, где вы находитесь! Пачкуны теперешней Украины растерялись — они потеряли пространственные ориентиры, потому и мечутся, ищут выход, как отмыться от преступного захвата власти и пролитой и продолжающейся литься до сих пор, невинной и большой крови. Даже малая, появившаяся криминальным путем кровь, считается преступлением, а тут не одна сотня загубленных жизней и реки этой самой жизненной жидкости…

25 декабря 2016 года в России произошла авиакатастрофа самолета Ту-154. Погибли люди — врачи, артисты, пилоты — всего 92 человека. Многие страны мира откликнулись словами соболезнования родным, близким и России. И только украинское руководство решило отреагировать пассажем. Так советник президента Украины Юрий Бирюков, предложил после катастрофы самолета с гибелью людей принести к российскому посольству бутылочку «Боярышника».

В своем Твиттере Дмитрий Рогозин ответил, что «души этих моральных уродов давно отравлены «боярышником русофобии». Ощущение скорого фиаско заставляет этих майдаунов злиться и делать непростительные ошибки. Когда злятся пачкуны, значит, они чувствуют свою неправоту.

Президент Белоруссии А. Г. Лукашенко объявил в республике в связи с гибелью россиян в авиакатастрофе проведение траурных мероприятий.

Запомните, паны, теперь вас Америка не приютит после бегства из страны, России вы тоже не нужны. Украину ждут большие перемены…

Хочется, чтобы они наступили для моих земляков не очередные гнетущие, а радикальные — светлые и обнадеживающие!

Этого хочет униженный обманом простой народ Украины…

Украйна! А была ли Украина?

Родимая чужбина,

Проклятая пора…

Отныне Украина

России не сестра.

Не выразить словами,

Куда нас завели.

Мы больше не славяне —

Хохлы да москали.

Игорь Ляпин

Украйна существовала давно в границах многих государств: Польши, Литвы, Австро-Венгрии, Румынии, Венгрии, России в качестве территориальных пространств. Украиной, но не самостоятельной страной, а в виде Украинской Советской Социалистической Республики она вошла в СССР. Независимой страной, к сожалению, сразу же ставшей зависимой, Украина появилась только в 1991 году при развале Советского Союза. В составе Союза это была цветущая союзная республика. Занимая западную часть Великой Руси, в форме губерний Российской империи и республики Советского Союза Украина получала от Петербурга и Москвы все необходимое, чтобы динамично развиваться.

Природно-климатические условия, плодородные земли (20 % мировых запасов чернозема — авт.), трудолюбивый народ, союзная кооперация, всё это позволяло Украине встать по ВВП в разряд солидных государств, проявляя креативную активность масс.

В ходе индустриализации силами всего советского народа из окраинной Украйны республика постепенно превращалась в Украину.

Сталин понимал, что политика «социалистической индустриализации» Украины отвечала общесоюзному курсу, а также в силу того, что в республике находились на то время основные угольные месторождения и предприятия металлургии.

Есть смысл повторить слова Сталина:

«Мы отстали от передовых стран на 50 — 100 лет. Мы должны пробежать это расстояние за десять лет. Или мы сделаем это, или нас сомнут», — говорил он в 1931 году.

На территории Украины форсированными темпами начался процесс строительства промышленных предприятий тяжелой и легкой промышленности. Согласно Первому пятилетнему плану развития народного хозяйства предполагалось построить 400!!! промышленных предприятий.

Главными новостройками стали:

— ДнепроГЭС,

— Запоророжсталь,

— Криворожсталь,

— Азовсталь,

— Харьковский тракторный завод,

— Новокраматорский машиностроительный завод.

И другие заводы, построенные в начале ХХ века, реконструировались в крупнейшие промышленные предприятия:

— Мариупольский металлургический комбинат,

— Днепровский металлургический комбинат,

— Днепропетровский металлургический завод,

— Нижнеднепровский трубопрокатный завод.

Это было время подъема всей страны — Украина становилась флагманом своеобразной «эпохи промышленного возрождения». Примером того стало появление культовых фигур «трудового героизма» на Украине. Их было много — и на нивах, и на заводах, и в забоях. Приведу один из них…

В ночь с 30 на 32 августа 1935 года, выбойщик шахты «Центральная-Ирмино» Алексей Стаханов с помощью двух помощников-крепильщиков добыл 102 тонны угля при норме 7 тонн, перекрыв норму добычи угля в 14,5 раза. Его примеру стали следовать и другие производственники в разных сферах производств. Так появилось «стахановское движение» на всей территории Советского Союза.

Украина набирала ходу. Нет, это уже не была «окраиной Украйной». Она превращалась в передовую республику СССР. Националисты, особенно, западники — из Галиции, во всю, старались вырвать, как говорится «с мясом» республику из огромного тела Советской России. О действиях мясников бандеровского толка уже говорилось выше.

Пришедший в Германии нацизм приветствовал оуновщину в борьбе против СССР, за превращение Советской Украины в восточную окраину Третьего рейха. Не получилось — Красная армия придавила эти поползновения. На защиту Украины от превращения ее в Украйну встали миллионы патриотов в ряды красноармейцев и партизан.

И опять хочется обратиться к призыву Николая Гоголя, который говорил, что мы призваны в этот мир вовсе не для праздников и пирований:

«На битву мы сюда призваны; праздновать же победу будем там.(пророчески — в Берлине — авт.) А потому ни на миг мы не должны позабывать, что вышли на битву, и ничего тут выбирать, где поменьше опасностей: как добрый воин, должен бросаться из нас всяк туда, где пожарче битва.

Всех нас озирает свыше небесный Полководец, и ни малейшее наше дело не ускользает от Его взора. Не уклоняйтесь же от поля сражения, а выступивши на сражение, не ищи неприятеля бессильного, но сильного. За сраженье с небольшим горем и мелкими бедами не много получишь славы…»

У нас же было большое горе и крупные беды после нахлынувшей оккупации Украины гитлеровскими войсками, с которыми на славянские земли пришли в одном строю бандеры, лебеди, шухевичи и другие пакостники мирной жизни. Сеча с подельниками коричневых варваров была страшная, кровавая, длящаяся десяток лет. Ее еще называли «война после войны».

Сегодняшние правые, разных окрасов и оттенок, осевшие в Киеве — «матери русских городов» — говорят, что они боролись за «вильну, незалэжну Украину». Нет, они свирепствовали по указке покровителей, враждебных православному славянскому населению для того, чтобы из Украины снова сделать Украйну, восточную окраину западного мира.

И снова ничего силой и кровью у них не получилось…

Только в единстве братских народов появляется Сила того или иного государственного объединения. В декабре 2005 года автор дал интервью главному редактору украинской газеты «Сарненськi новини» Георгию Александро́вичу. 1 января 2006 года вышел материал под названием «Без мостов реку жизни не преодолеешь…» Автор на конкретных примерах подчеркивал необходимость единения трех братских славянских народов перед надвигающимся всемирным политическим и экономическим кризисом. Но в это время уже бушевало националистическое пламя «оранжевой» революции с лозунгами — нам «дорога́ Доро́га» только в сторону Запада.

И половину пути не прошла Украина, как свалилась с этого «большака» в кювет. Революция же «достоинства» 2014 года отправила Украину в глубокий нокаут, в котором она пребывает до сих пор.

* * *

Сделать из Украины Украйну занимало умы многих политических деятелей Запада. Так собиратель немецких земель «железный канцлер» Германской империи Отто фон Бисмарк утверждал:

«Могущество России может быть подорвано только отделением от нее Украины…необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России. Для этого нужно найти и взрастить предателей среди элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть все русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Все остальное — дело времени».

С тех пор германский глаз внимательно следил за взаимоотношениями между Малороссией и Великороссией. К великому сожалению, многие политики в Киеве и в Москве не понимали остроты и правильности этого замечания великого канцлера Германии. «Мы братья навеки!», «Переяславская рада — крепкий замок нашей дружбы!», «Дружба на все времена!», «Киев — матерь русских городов!», а потом пошло — поехало:

«Украинцы — арии Руси», «Украина от моря и до моря», «Кто не скаче, той москаль», «Москаляку — на гиляку!»

Допрыгались — доскакались на майданах, особенно на последнем — Майдане 2014 года, где прошелестела «революция достоинства» с черными дымами и расстрелами невиновных людей в центре Киева. В конце концов, — «Убей россиянина!» — призывали галицийские радикалы из необандеровской обоймы.

А потом запылал Донбасс и орды карателей добровольческих батальонов «Азов», «Донбасс», «Торнадо», «Айдар» стали убивать и мародерничать, величая себя «киборгами», «украми», «ариями»…

Что ж, действительно можно согласится с мнением Бисмарка — революции готовят гении, делают романтики, а пользуются плодами — негодяи.

Войну с ополченцами назвали войной Украины с «террористами», поддерживаемые Россией. Если бы там действительно стояли на рубежах ДНР и ЛНР российские войска, говорил выше упоминаемый уже Л. Николай, то через неделю «котлы» оказались бы возле Киева.

Еще раз хочется напомнить, что современные политиканы Киева, завели моих земляков в такой тупик, с которого придется выбираться годы, если не поможет Россия. Повторю — Бисмарк своим потомкам завещал никогда не воевать с Россией. Единственный случай ослабить Россию по канцлерам Бисмарку и Меркель вместе с президентом США Обамой — вбить клин между единым народом, а потом одну половину стравить с другой. Для этого нужна была «самостийная украинизация», с отделением Украины от России.

Настало время новой Переяславской рады с возвратом русских земель, а Украине пусть остается Галичина, которую Россия потеряла в четырнадцатом веке. Галицийские терены уже побывали под многими захватчиками, и с тех пор их граждане никогда не были свободными. Не с того ли бандеровцы озлоблены на весь мир, особенно на СССР и нынешнюю Россию.

В современном украинском обществе псевдоисторики распространяют легенды о неком таинственном народе — украх, которые якобы прилетели с другой планеты и потому являются исключительным народом.

Что касается процесса украинизации, то он велся и ведется перманентно, но в пределах хронологических рамок:

— с конца XIX века и до Революции в оккупированной австряками Галиции,

— после 1917 года во время «банановых» революций,

— в двадцатые годы, начатая главным большевиком на Украине Лазарем Кагановичем,

— в период гитлеровской оккупации 1941–1943 годов,

— во времена правления неадекватного Хрущева,

— после предательского развала СССР в 1991 году.

Сейчас украинизация заточена в первую очередь против русского языка, на котором говорит почти 70 % населения Украины. Нынешние правители Киева не думают, что страна с разваленной экономикой не выберется из политической трясины, куда она попала по их воле. Порошенко хотя и дал возможность нанести себя святым на огромную картину, но он так и не стал иконой для Украины. Он не добился того, чтобы европейская сказка стала былью для Украины.

Понятно, что жизнь — трагедия для тех, кто живет чувствами, и комедия для тех, кто живет умом. Пока политическая элита Украины вся в чувствах. Но на всю русофобщину надо смотреть спокойно — время расставит все на свои места. И очень скоро.

Проблемы, созданные последним майданом, приведшим к государственному перевороту и большой крови, уже настолько дымятся, что неприятно дышать и видеть как сворачивается в трубочку обугленный процесс созидания. Надоел антироссийский тренд, от него устали и на Украине, и в ЕС, и в США. Лозунги, которые звучали из уст случайных политиканов на майдане — 14, превратились в фейк. Людей обманули скорой европейской интеграцией и безвизовыми поездками «у Европу». Сегодня со всей очевидностью можно констатировать, что двери в ЕС и НАТО перед Украиной закрыты прочно и надолго, а может быть навсегда.

Страну с такими поводырями, с такими масштабами коррупции, с разваленной экономикой, обозленным нищетой населением и ордами практически неподконтрольных государству вооруженных людей принимать в свой Союз европейцы опасаются.

И опять мысль тянется к Гоголю, который словно весь на все случаи жизни. В «Невском проспекте» он писал:

«Дивно устроен свет наш!..

Как странно, как непостижимо играет нами судьба наша! Получаем ли мы когда-нибудь то, чего желаем? Достигаем ли мы того, к чему, кажется, нарочно приостановлены наши силы? Всё происходит наоборот».

В разгар майдановского шабаша по ТВ показали киевскую «поэтессу» Анастасию Дмитрук. Она прочла свое стихотворение «Украина и Россия: будущее одной иллюзии».

Приведу несколько характерных ее изысков. В них холодным и жестким откровением звучат такие строчки:

Никогда мы не будем братьями

Ни по родине, ни по матери.

Духа нет у вас быть свободными,

Вы себя окрестили «старшими» —

Нам бы младшими, да не великими.

Вас там много, а, жаль, безликие…

У вас дома «молчанье золото»,

А у нас жгут коктейли Молотова,

Да, у нас в сердце кровь горячая,

Что ж вы нам за «родня» незрячая?..

Удивило меня то, что через некоторое время она в своем интервью корреспонденту ТВ, уже по-другому оценила свои откровения. Анастасия готова забрать слова обратно, но, увы, что написано пером, не вырубишь и топором. Видно «славный» трехлетний юбилей «достал» и ее своей безнадёгой.

Опять получается гоголевский «наоборот».

А чтобы не было «наоборот» — надо успокоить чувства и с холодным умом новым правителям, они непременно придут, — свято место пусто не бывает, — приняться за созидание и на Украине и в России и между Украиной и Россией.

Надо еще помнить истину, что на Украине все великое было создано в период Руси, Российской Империи и Советского Союза.

Это так — для размышления!..

Послесловие

Пусть же славится до конца века Русская Земля!

Николай Гоголь

Успехи России и Большой и Малой всегда были невыносимы для западного тщеславия. Любой ее успех всегда очернялся особенно англосаксами, и только великие умы человечества могли объективно оценивать саму российскую и славянскую матрицу.

Как писал Федор Тютчев в послании «Славянам»:

…При неотступном вспоминанье

О длинной цепи злых обид

Славянское самопознанье

Как божья кара, их страшит!..

Собиратель и объединитель Германии «железный канцлер Отто фон Бисмарк искренне утверждал:

«Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами. И когда они придут — не надейтесь на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас оправдывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими стоит или играть честно, или вообще не играть…

Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России. Русские, даже если их расчленить международными трактатами, так же быстро вновь соединяются друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути. Это — неразрушимое государство русской нации, сильное своим климатом, своими пространствами и ограниченностью потребностей…

Даже самый благополучный исход войны никогда не приведет к распаду России…»

Эти слова говорил не простак, а трезво и глубоко мыслящий государственный деятель высокого полета мысли.

Хотя были и другие призывы. Так Степан Бандера, идеи которого сегодня активно культивируются не народом, а правящей верхушкой, в работе «На пороге будущего» вещал:

«Москва должна умереть! — белая ли, красная, царская, советская, пролетарская, православная или безбожная — всё одно!»

Думаю, он был неправ, — покинул сей мир он, а не Москва. Возрождение его взглядов из далеких роковых сороковых нынешней киевской политической элитой крайне опасно, прежде всего, для них самих. Майданные революции пожирают, в конце концов, своих аморальных детей. Однако метастазы бандеровщины дают о себе знать истошными криками юнцов «Москалей на ножи!» и пинанием российского флага на главной улице Киева.

Как тяжело сознавать, что руководящая элита в Киеве, преимущественно из галицийцев, зараженная идеями необандеровщины, продиктовала свод своих жестких, а нередко и жестоких законов людям всей Украины с людоедской ненавистью к России.

В своей трусости, боясь потерять рычаги управления обществом, они пытаются уничтожить то, что вечно — русский язык. Их страшит российская культура. Борьба с памятниками переросла в уничтожение книг, переименования улиц, связанных с русскими именами в городах и селах. Мои земляки в недоумении, но зомбоящики лепят из них послушных, прогнутых, затурканных и безвольных подданных.

В поисках причин такого накала русофобии на Украине, ставшей благодаря России отдельным государством, автор в дневниковых записках писателя Ф. М. Достоевского за сентябрь — декабрь 1877 год нашел объяснение этому феномену:

«Не будет у России, и никогда еще не было, таких ненавистников, завистников, клеветников и даже явных врагов, как все эти славянские племена, чуть только их Россия освободит, а Европа согласится признать их освобожденными!

Начнут же они, по освобождении, свою новую жизнь именно с того, что выпросят у Европы, у Англии и Германии, например, ручательство и покровительство их свободе, и хоть в концерте европейских держав будет и Россия, но они именно в защиту от России это и сделают…

Может, целое столетие, или еще более, они будут беспрерывно трепетать за свою свободу, и бояться властолюбия России; они будут заискивать перед европейскими государствами, будут клеветать на Россию, сплетничать на нее и интриговать против нее. О, я не говорю про отдельные лица: будут такие, которые поймут, что значила, значит и будет значить Россия для них всегда. Но люди эти, особенно вначале, явятся в таком жалком меньшинстве, что будут подвергаться насмешкам, ненависти и даже политическому гонению».

Как справедлив был великий писатель земли русской в своих философских прогнозах, свершившихся через более, чем столетие. Получается, что людей гораздо легче объединить на основе ненависти, нежели на основе любви.

Но простые украинцы отмечают, что необандеровщине жить недолго — истинно свободная Украина не за горами. Участились интересные флешмобы — спланированные массовые акции, в которых большая группа людей появляется в общественном месте, выполняет заранее оговоренные действия и затем расходится. Они поют русские и советские песни на вокзалах, в фойе кинотеатров, во дворах.

Так, недавно в Мариуполе на вокзале собралась группа женщин-украинок и запела: «Я люблю тебя, жизнь…» Исполняла она и другие песни нашей молодости. Властям это не по нутру, но ничего они не могут сделать с просыпающимися гражданами от националистического дурмана. Для этих женщин в условиях дичайшей цензуры — это настоящий подвиг. Они не боятся необандоровцев, которые им не пассионарии, а каратели, как и их вождь, создавший дикое наследство оруэлловских законов с адом вампиров и вырождением государства.

Автор чувствует боль Украины. Она передается ему в разговорах в Подмосковье, да и в других местах России с земляками — умными, рукастыми, деловыми гастарбайтерами, которые с сожалением говорят о нищете, русофобии и цензуре на родине. Эти глупости создали безграмотные чиновники, за которыми не хочется идти, потому что они бандерлоги.

Мне вспоминаются слова о бандеровщине Героя Советского Союза, генерала армии Петра Ивановича Ивашутина, с которым довелось служить в 70–80-е годы прошлого столетия. Он был направлен на должность министра госбезопасности УССР с задачей потушить бандеровское движение. Генерал выполнил поставленные ему задачи: агрессивные руководители националистических организаций, на которых была кровь безвинных жертв, в основном украинцев из числа сельского населения, были уничтожены или судимы, многих он разубедил и они пришли с повинной. Некоторые, чувствуя вину и, боясь ответственности за свои злодеяния, продолжали прятаться в бункерах и схронах. Их оттуда выкуривали, как кротов, местные «истребки» совместно с сотрудниками правоохранительных органов.

Когда генерал П. И. Ивашутин покидал Украину, перед отъездом из Киева в Москву, прямо и откровенно высказался руководителям украинского правительства:

«Дорогие товарищи, борьба с бандеровщиной не окончена. Пройдут годы, осужденные отбудут свои сроки. Далеко не все из них вернуться на Украину полностью раскаявшимися. Вырастут дети и внуки репрессированных. В их душах сохранится обида за судьбу своих отцов и дедов…

При мощной подпитке Запада, на волне украинского национализма и русофобии бандеровщина возродиться. Поэтому необходимо адекватное противодействие — политическое, экономическое и социальное, но особенно идеологическое…»

Эти слова мудрый человек сказал еще в 1954 году.

С тех пор никаких выводов не было сделано партийными боссами СССР до скончания этой огромной страны по их вине.

Страшно то, что на Украине уже пролиты не ручьи, а реки крови совершенно невинных людей: женщин, стариков и детей. Уничтожен жилой фонд. Взорваны промышленные предприятия. Перекрыты каналы поставки воды и электроэнергии. Но Донбасс живет и выживает. В том числе за счет гуманитарной помощи России.

И вот что интересно, — Запад совершенно не реагирует на тысячи загубленных жизней в практически гражданской бойне, развязанной «героями» майдана. Давно пора бы остановить эту бессмысленную сшибку, но мира на Украине всё нет и нет.

Итак, Украина есть, она существует как независимое государство, осталось одно — создавать украинцев, достойных своей Великой в прямом и переносном смысле страны, с трезвыми политиками и с такой же трезвой политикой, которая быть должна всегда второй — впереди место зарезервировано самой логикой жизни исключительно для экономики. А еще надо помнить о добрососедстве — в одиночку не прожить, хотя выживать можно, но ведь такое состояние — дикость и надолго.

Уже четыре президента пытались за четверть века из Украйны сделать Украину — цветущую, яркую, свободную от всяких «измов», но, увы, не получилось. У них получились лишь свои дворцы и виллы для близких родственников.

Пятый президент — узурпатор доводит мою милую Родину до умопомрачения из-за байденовско-нуландских глупостей и бандеризации всей Украины.

По существу при их, президентов, содействии Бандера положил на лопатки Украину. Где наши классики литературы — писатели и поэты, куда делись прекрасные художники, почему пропали выдающиеся режиссеры и их жизнеутверждающие картины? Вместо них заморочки с гордостью ума политиканов, затеявших гражданскую бойню, нудная тягомотина попсы и снова Бандера, Бандера, Бандера!

Что же это за такая глупость? Гоголь называл ее гордостью ума, которая возрастает до такой силы, что превращает человека в ничтожество с одним шагом до положения дурака. Он говорил:

«Все вынесет человек века: вынесет названье плута, подлеца; какое хочешь дай ему названии, он снесет его — и только не снесет название дурака. Над всем он позволит посмеяться — и только не позволит посмеяться над умом своим. Ум его для него — святыня…И тень христианского смиренья не может к нему прикоснуться из-за гордыни ума».

Но если такие типы считают ум своей святыней, то не должно было быть в обществе с их позволения роковых ошибок социального и производственного характера. Не должны люди внутри одной страны убивать друг друга и сами себя лишать жизни из-за глупостей и тупостей тех, у кого появилась «гордость ума».

Автор не хочет, чтобы Украина уподобилась сюжету за гранью добра и зла из книги норвежского писателя Кнута Фалдбаккенена «Страна заката», в которой ставится проблема завтрашнего дня урбанизированного капиталистического общества, где в погоне за материальной выгодой, барышами, прибылью уничтожаются богатства природы, и нищает народ.

Беда в том, что эти проблемы существуют на Украине уже сегодня, когда пульманами вывозится черноземный гумус, активно засеваются плодородные нивы генномодифицированными семенами (ГМО), тоннами завозятся дешевые безвкусные «пластмассовые» помидоры и другие овощи, дорезаются автогенными резаками станки бывших крупных заводов для сдачи их в пункты приема металлома…

Правителями берутся на Западе огромные валютные кредиты — чужие деньги, а отдавать придется свои… детям и внукам.

Вырезаются в Карпатах, в том числе, реликтовые леса и бревновозами отправляются на Запад… Деньги, деньги, деньги для тех, кто допущен высоким чиновничеством к этим кормушкам.

А еще эта книга — предостережение тем, кто не понимает или недооценивает угрозы возрождения нацизма через гипертрофию радикального национализма.

Украина пока зависла, как компьютер!

Пусть политики помнят одну истину, когда игра будет закончена король и пешка отправятся в один ящик…

Библиография

1. «Хрестоматия по древнерусской литературе» составленная Н. К. Гузием. Москва. Государственное учебно-педагогическое издание Министерства просвещения РСФСР — 1962 г.

2. Книга Анатолия Терещенко «Прометей и власть». Киев. Изд. ООО ИПЦ «Летопись — ХХ» — 2013 г.

3. Книга Вадима Кожинова «История Руси и русского Слова». Москва. 1999 г.

4. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Раздел «Украина». Санкт-Петербург т. 86. 1890–1907 гг.

5. Д. Э. Розенталь «Справочник по правописанию и стилистике». Москва. Издание ИК «Комплект» 1997 г.

6. В. В. Лопатин, Л. Е. Лопатина «Малый толковый словарь русского языка» Москва — 1990 г.

7. Большая энциклопедия под редакцией С. Н. Южакова т.18. Санкт-Петербург. Типо-литография Книгоиздательского Товарищества «Просвещение» — 1904 г.

8. Н. Ф. Сумцов «Гоголь Василий Афанасьевич» Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона. Т. 82 Санкт-Петербург. 1890–1907 г.

9. Статья П. П. Гай-Нижника «Заточение Главного атамана. Арест и освобождение С. Петлюры при гетмане П. Скоропадского». Киев, газета «Kiev. Ua» — 17 августа 2012 г.

10. Книга Ю. М. Сушко «Петля для Петлюры». Москва. Издательство «Центрполиграф» — 2012 г.

11. Книга-сборник «Без права на реабилитацию». Киевское историческое общество, организация ветеранов Украины. Киев — 2005 г.

12. Книга — «Всемирная история. Начало возрождения». Москва. Издательство «АСТ» и Минск «ХАРВЕСТ» — 2002 г.

13. Там же — «Раннее средневековье» — 2001 г.

14. Там же — «Эпоха английской революции» — 2001 г.

15. Книга «Всемирная история — Крестоносцы и монголы» т.8. Минск. Издательство «Литература» — 1997 г.

16. Книга Де Йонга «Немецкая пятая колонна во Второй мировой войне» Москва — 1958 г.

17. Статья А. В. Ткачука «Оуновское предполье гитлеровской агрессии» в сборнике «Без права на реабилитацию». Киев-2005 г.

18. Книга Клима Дмитрука «Приреченi». На украинском языке — перевод автора. Львов. Издательство «Каменяр» — 1981 г.

19. Книга Г. Поликарпенко «Организация украинских националистов во время второй мировой войны. ОУН за границей». На украинском языке. Издана в Канаде — 1951 г.

20. В. Н. Татищев «История Российская». Собрание сочинений: в 8 томах. Москва. Издательство Лодомир — 1994–1996 гг.

21. Книга И. Н. Данилевский «Ярослав, Святополк и летописец». Москва. Издательство «Аспект-Пресс» — 1999 г.

22. Статья В. Е. Панченко «Украина incoqnita. Секреты Валуевского циркуляра 1863 года». Киев. Всеукраинская газета «День» — 12 июля 2002 г.

23. Интернет — Википедия. Статьи о великих князях Киевской Руси.

24. Э. Борохов «Энциклопедия афоризмов» (Мысль в слове) Москва. Издательство АСТ — 1998 г.

25. Книга «Российское законодательство Х — ХХ веков. Акты Земских соборов» том 3. Москва. Издательство «Юридическая литература» — 1985 г.

26. Книга «Под стягом России: Сборник архивных документов». Москва. Издательство «Русская книга» — 1992 г.

27. Книга Н. В. Гоголя «Духовная проза». Москва. Издательство «Русская книга» — 1992 г.

28. Книга А. А. Гершковича и Е. В. Плюхина «Старая Ладога». Ленинград. Издательство «Искусство» — 1973 г.

29. Книга «Украинская повстанческая армия» (на украинском языке). Центр исследования освободительного движения, Украинский институт национальной памяти. Львов — 2007 г.

30. Книга В. Д. Игнатов «Агентура НКВД — МГБ против ОУН — УПА». Москва. Издательство «Вече» — 2015 г.

31. Статья Александра Исакова «Батальон «Нахтигаль»: Соловьи в звериной шкуре». Интернет. Журнал «НК — на контроль» — 5 декабря 2016 г.

32. Книга Алексея Кочеткова «Кровавые преступления бандеровской хунты». Москва — 2016 г.

33. Книга Михаила Мельтюхова «Советско-польские войны. Белый орел против красной звезды». Москва. Издательство «ЯУЗА» «ЭКСМО» 2004 г.

34. Книга Николая Азарова «Украина на перепутье. Записки премьер-министра». Москва. Издательство «Вече» — 2016 г.

Content

Анатолий Терещенко
Украйна! А была ли Украина?

Предисловие

Киевская Русь

Русь, князья и их междоусобицы

Этимология Украины

Под пятой Литвы и Польши

Запорожская сечь

Хмельницкий и Андрусовский договор

Профессиональный предатель

Малороссия

Революции и украинизация

Появление ОУН и УПА

Геноцид против поляков

Холокост по-бандеровски

О «злодеяниях» энкаведистов

Судьбы вампиров

На службе у новых хозяев

Народные мстители

Стратегия и тактика

Николай Гоголь и Иван Франко

Толпа — проклятье тебе имя

Украйна! А была ли Украина?

Послесловие

Библиография