Вы призвали не того книга 5

Роуз

АРКА 6. ОФЕРОН, СТОЛИЦА ЛЮДЕЙ

ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!

Чешуйка

ГЛАВА 173. ПЛАН "ГЭ" (ПРОЛОГ 5 КНИГИ)

[Василиса]

Я сидела на каменном полу в углу камеры и отрешенно смотрела на крепкую железную дверь.

Мыслей не было. Ни единой.

Все силы уходили просто на то, чтобы не разреветься.

Болело все. От побоев, от пыток, от издевательств и изнасилований тюремщиков… Я, конечно, знала, что местные "служители закона" те еще сволочи, но не до такой же степени!

Особенно меня беспокоили подсохшая рана от ожога на боку и дыра от крюка на внутренней стороне бедра. Эти скоты даже не удосужились хоть как-то обработать дела рук своих. Зачем? Все равно на рассвете меня ожидает публичная казнь.

Не знаю, сколько я уже так сидела.

И не знаю, сколько мне еще осталось.

Время словно застыло.

Была только воля, отчаянно цепляющаяся за остатки рассудка, заключенная в умирающем от издевательств теле.

Вот только с каждым мгновением этой воли становилось все меньше.

По щеке медленно скатилась слеза.

А ведь операция казалась такой простой. Я решила даже Андрея не подключать — у него и своих дел хватало. Пропадал целыми днями в канализации, разбираясь с какими-то божественными квестами. Впрочем, мы и без него прекрасно справлялись. До этого момента.

Нужно было всего лишь проникнуть в особняк одного из мелких аристократов, что располагался на окраине Внутреннего города, да "убедить" его присоединиться к нам. Или тихо устранить.

Но там нас уже ждали…

Убийцы из тайной стражи. Если бы не чутье Тай, то мы бы там все и остались. А так только несколько трупов с нашей стороны. Ну и я в качестве пленной.

Что с Ласатардией и остальными мне было неизвестно.

А потом был настоящий кошмар. Я сбилась со счета времени. В памяти остались только бесконечная боль и унижения.

Наверное, я плакала. Скорее всего, умоляла прекратить. Может быть, даже что-то рассказала. Но у меня создалось такое впечатление, что тюремщики и не собирались что-то спрашивать. Они просто наслаждались самим процессом.

А в конце мне пообещали, что утром "выпотрошат память", после чего казнят на главной площади. Через колесование.

В коридоре послышались шаги. Неторопливые. Приглушенные. Они стихли прямо рядом с моей дверью. В замке заскрежетал ключ.

Я невольно сжалась в углу, подтянув ноги к покрытой отметинами от хлыста груди. Уткнулась носом в колени.

Вот и все. Почему я просто не умерла в том особняке?

Скрип двери. Все те же спокойные мягкие шаги. Остановились рядом со мной.

Может быть, напасть? Нет. Я даже подняться самостоятельно не могу.

По щекам уже вовсю катились слезы обиды. Так ведь все хорошо начиналось. И к чему пришло? Жизнь любит подсовывать нам всякое дерьмо…

— Вась.

Кажется, я все же повредилась рассудком.

— Вась, ты там хоть живая, а? А то если нет, то я пойду…

— Ж… живая, — сорванным голосом просипела я, осторожно поднимая глаза.

Передо мной в форме тюремщика стоял Андрей. С извечной кривой улыбкой на лице и связкой тронутых ржавчиной ключей в руке.

— Ну, вот и молодец, — хмыкнул он, присаживаясь рядом. — Идти сможешь? А то я тут, конечно, вовсю лысого чувака со штрих-кодом на затылке косплеил, но скоро ту парочку охранников должны хватиться. И тогда придется задействовать план "Гэ".

— Почему "Гэ"? — на автомате спросила я.

— Потому что "Говно". Ибо с "Авось" пролетели, "Борзость" кончился, а "Валим" мы сейчас рискуем завалить. Давай, красавица, сделаем тебе укольчик от доброго доктора Хомы, и сматываемся из этого милого домика…

Прежде чем мое затуманенное сознание успело переварить тот бред, что он на меня вывалил, Андрей ловко сделал какую-то инъекцию в мое изодранное плечо, после чего легко подхватил на руки.

По телу пробежала мягкая волна, смывающая боль и страх. А разум начал медленно затуманиваться, словно погружаясь во что-то пушистое и невероятно теплое.

— Так и влюбиться можно, — сонно пробормотала я, уткнувшись в шею Андрея.

— Вот этого не надо, — раздался над ухом его негромкий голос. — А то у таких "влюбленных" есть неприятная тенденция к трагическому склеиванию ласт…

***

[Егор]

Я до скрипа сжал шершавую поверхность посоха.

Угораздило, ничего не скажешь.

Какого мракобеса мы только пошли тогда на прогулку? Сидели бы спокойно в общежитии, готовились к экзамену по истории Великой Империи… Так нет же, нужно было "пойти проветриться".

Эх.

Впрочем, могло быть гораздо хуже. Достаточно вспомнить наш первый опыт встречи с "местными аборигенами". Если бы не Андрей, я был бы уже мертв. А Юля… ее ждала судьба даже похуже смерти.

Я невольно покосился на напряженно замершую рядом подругу.

Дроу. Темная эльфийка. И, кроме внешности, я заметил как постепенно менялся и ее характер. Не знаю, было ли это из-за влияния тела, обстоятельств, пережитого или новых возможностей. Скорее всего, все сразу.

Она и раньше была немного несдержанна, но тут ей просто рвет крышу. К счастью, меня она еще слушается. И Андрея…

Нашему спасителю вообще сложно не подчиниться. Просто физически сложно. Большую часть времени это весьма простой человек без каких-либо комплексов, с немного быдловатым характером и самыми простыми желаниями. Кажется, что понять такого и предсказать его действия сможет даже не психолог, а любой мало-мальски здравомыслящий человек.

Но вот иногда это все слетает словно шелуха. И в такие моменты мне становится страшно просто стоять рядом. Словно это и не человек вовсе, а какое-то выползшее из глубин Преисподней чудовище. Словно что-то витает вокруг него. Незримое. Неосязаемое. Но ласково проводящее когтями по горлу. Пробирающее холодом до самого сердца. Смотрящее прямо в душу расчетливым голодным взглядом…

Квинтэссенция первобытного животного страха.

Я тряхнул головой, спешно отгоняя всплывшие воспоминания.

К счастью, в таком состоянии мы видим Андрея очень редко.

— Кшии… — зашипела сидящая рядом тварь, приподнимая кошмарную голову.

— Что-то пошло не так, — то ли перевела, то ли почувствовала Химэ, создавая из собственной крови два коротких алых клинка.

Я вообще удивляюсь этой их "чувствительности". Причем больше всего это выражено у Химэ и Андрея — они мгновенно чуют любую угрозу еще до того, как она сама себя осознает. Помнится, не так давно Юля попыталась "атаковать" спящую Химэ. Так моя подруга даже встать со своего места не успела, а у ее горла уже парили два кристальных клинка. А блондинка продолжала при этом спокойно спать под боком Андрея…

Сейчас я, Юля, Химэ и Кроконяша расположились в темном узком переулке неподалеку от здания городской темницы. Мы изображали первый отряд прикрытия — "Суррикаты". Второй отряд, "Носороги", состоял из Элли и еще трех рыцарей принцессы, и располагались они чуть дальше, чтобы привлекать меньше внимания.

Ну и третий отряд, "Чайки", включал в себя Акроню, Нокс и Лафииль, которым был отдан приказ "смотреть сверху и, в случае чего, гадить врагам на макушки". Не знаю, как насчет Ужаса и вампирши, но вот чокнутая алхимичка поняла приказ самым буквальным образом и загрузила сумку бомбочками, которые, разбиваясь о твердую поверхность, стреляли во все стороны смазанными говном иглами. Также на этой троице висела эвакуация зондер-команды, которую составляли всего двое: сам Андрей и Тай.

Ночную тишину города пронзил резкий звук самого настоящего боевого рога. Точно определить направление из-за гуляющего между домами эха было нельзя, но, кажется, этот не самый мелодичный звук шел откуда-то с крыши тюремного здания.

Хоть ночь стояла темная, но благодаря "кошачьему глазу" и обостренному восприятию лесного эльфа я довольно сносно, при моей-то близорукости, видел площадь перед зданием. А также стягивающиеся к ней со всех сторон патрули стражи.

Похоже, что проникновение все же заметили до того, как Андрей успел выйти из корпуса.

— Значит, приступаем к плану "Гэ", — Химэ кровожадно улыбнулась и неторопливо пошла вперед. — Давно я нормально не разминалась…

Я только вздохнул и покачал головой.

Эта чудовищная женщина приступила к своей роли — лобовая атака на превосходящие силы противника. Главное, чтобы она сильно не увлекалась — подтянутся маги и даже ей станет "жарко". У нас же с Юлей и Кроконяшей сейчас будет своя партия — партизанское вырезание по переулкам опаздывающих или отступающих противников.

Руки слегка тряслись. Мне еще ни разу не доводилось убивать людей.

А вот взбирающаяся в седло Юля внешне проявляла только нетерпение и кровожадно сверкала алыми глазами.

Как я и думал — этот мир меняет ее стремительней и сильней меня.

***

[Андрей]

— Дерьмо, — негромко констатировал я, выглядывая в окошко на втором этаже тюремного здания. — Похоже, играем по резервному плану.

В идеале все было просто.

Нокси пролетает над зданием тюрьмы и долбит по нему своей коронной усыпляющей абилкой. Мы с Тай тихонько влезаем внутрь, разыскиваем Ваську, после чего выходим через черный ход и растворяемся в ночи. Вернее, в нашей любимой канализации.

Проблемы начались еще с нашей милой зубасто-летучей херни. Абилка не работала. Нокси пошаркала лапкой и стыдливо призналась, что ее сначала понерфили, когда она отказалась от статуса Хранителя, а потом еще раз порезали, когда проиграла мне и была связана клятвой на ближайший год.

Так что теперь максимум, который она могла выдать — это один спящий стражник. А если растянуть абилку на все здание, то результат будет лишь в виде повышенной сонливости и зевоты.

В результате пришлось менять план и ограничиться лишь точечным ударом "усыплялки" по страже, занимавшей пост на крыше здания, куда мы с Тай успешно десантировались со спины Нокси. Дальше мы быстро прикончили полусонную стражу и я, в лучших традициях Хитмана, накинул трофейную форму. После чего начали спускаться вниз, по дороге стараясь обходить многочисленную ночную стражу, которая и без всяких внешних влияний браво дрыхла на постах.

Памятуя о своем "песочном человеке", я старался не брать в руки оружие без крайней нужды — в этом случае сон окружающих становился очень неспокойным. А к цели нас вела впервые мной использованная способность — "Сиськи наше все!"

Хорошо, что я еще в Риверсе по-пьяни облапал как Ваську, так и Тай. Причем последнюю не только лапал…

Подвальные, собственно, тюремные помещения оказались на удивление пустыми. Как пояснила Тай, заключенные тут обычно не задерживались — их либо казнили, либо отправляли на каменоломни и прочие трудоемкие предприятия по добыче ресурсов.

В камерах оказалось всего двое узников — какой-то полудохлый мужик и такая же полудохлая баба. В последней, я с содроганием узнал Ваську…

— Знаешь, так даже лучше, — пробормотал я, глядя на разгорающееся внизу сражение между Химэ и сотней стражников.

— В смысле? — раздался над ухом голос Тай.

— В том, что по дороге можно вырезать как можно больше сволочей, — улыбнулся я, призывая копье в правую руку и перекидывая тушку Васьки на левое плечо. — Пробиваемся к крыше и улетаем на голубом вертолете. А напоследок я им тут еще и "Полет Валькирий" устрою. Главное, чтобы от такой траты энергии не загнулся…

***

Утреннее солнце только-только осветило лучами небольшую площадь на краю Внутреннего города столицы королевства людей Валликт. Но тут уже вовсю кипела работа. Мрачная работа по разгребанию горы трупов.

— И как это случилось? — сквозь зубы процедил взирающий на это пожилой человек в черной форме командира городской стражи.

— До сих пор не совсем ясно, милорд, — ответил ему молодой адъютант, нервно переминаясь с ноги на ногу и перебирая пальцами по зажатому в руках деревянному планшету с прикрепленными листами писчей бумаги. — Отчеты выживших выглядят по меньшей мере… странно.

— Да? — произнес командир таким тоном, что даже стоящим рядом телохранителям стало жаль бедного адъютанта. — Ну удиви меня.

— Так… — парень сунул нос в записи и, нервно облизнув губы, начал доклад. — Ближе к рассвету, неустановленное количество неизвестных непонятным образом проникло в здание городской тюрьмы. Предположительно, их целью было освобождение недавно пойманной изменницы Василисы дэ Орловой, сторонницы мятежной принцессы. Вызволили они ее или нет — точно неизвестно, но по косвенным данным, им это удалось.

— По косвенным? — поиграл скулами командир. — Это по каким именно?

— Одного из диверсантов видели улетающим с девушкой на плече.

— Улетающим, значит…

— Д… Да, Ваша Милость! Предположительно, кто-то из стражей тюрьмы заметил следы проникновения и поднял тревогу, после чего к месту событий начали стягивать патрульные отряды и поднятые по тревоге резервные части…

— Я вижу, — процедил сквозь зубы командир. — Я их прекрасно вижу. Вон лежат. Штабелями. Разорванные на части! Ты мне только ответь, КТО?!

— Судя по данным тайной стражи, это была одна из спутниц героя-ренегата. Очень сильный маг неизвестного класса. При поддержке с воздуха еще двух летающих волшебниц, она в одиночку держала на себе внимание двух сотен прибывших по тревоге стражей, после чего скрылась в неизвестном направлении до прибытия поднятых по тревоге королевских магов…

— Ленивые ублюдки! — скрипнул зубами командир стражи, прекрасно понимая, почему именно не успели эти самые "королевские маги". — Ладно, а что со зданием случилось?

— При отлете на… ручном монстре, один из диверсантов применил сильные чары непонятной природы. Здание уничтожили одним ударом, Ваша Милость…

Место на краю площади, где должна была стоять городская темница, представляло собой глубокую воронку, окруженную разлетевшимися остатками каменных блоков. Что странно, блоков этих было гораздо меньше, чем должно было быть — словно чары не взорвали, а просто "стерли" большую часть здания.

— Ваша Милость! Мы обнаружили послание от изменников! — подбежал к исходящему раздражением командиру один из старших офицеров, протягивая небольшой свернутый пергамент с гербом принцессы Ласатардии.

— Адъютант! — командир не собирался касаться руками послания от противника, справедливо опасаясь какой-нибудь подставы.

Его помощник вздохнул и взял свиток из рук офицера, после чего, поколебавшись, сломал печать и рывком его развернул.

— Эм… Я не совсем понимаю, что они имеют в виду… — неуверенно начал паренек, но под нетерпеливым взглядом начальства просто зачитал послание. — "Бойтесь, сучки".

Раздался резкий свист и голова командира стражи взорвалась, окатив всех стоящих вокруг тошнотворной смесью из крови, мозгов и осколков костей.

На площади воцарилась паника.

А за несколько сотен метров от нее, на башенке неприметного особняка, Хома неспешно разбирал на части и запихивал в пасть крупнокалиберную снайперскую винтовку…

ГЛАВА 174. СТРАТЕГИЧЕСКИЙ СОВЕТ

На окраине "Внутреннего города" Оферона располагался один довольно тихий район, где преимущественно стояли небольшие каменные особнячки не слишком знатных дворян. Под одним из таких имений располагалось одно из убежищ принцессы Ласатардии.

Собственно, кроме того, что было в канализации и этого, у предусмотрительной принцессы осталось всего две "норы" — одна на самой окраине города, а вторая в небольшом поместье далеко за его чертой.

В полутемном зале, уютно обставленном качественной деревянной мебелью и отделанном шкурами и гобеленами, собралось несколько разумных. Они расположились в удобных креслах вокруг стоящего у камина массивного стола. На столе стояли несколько блюд с закусками и пара бутылок дорогого но слабого вина, а в камине вместо пламени мягко светился алый "огненный камень", купленный у гномов за солидные деньги. Последнее было сделано не столько из любви к роскоши, сколько из вопроса маскировки — настоящий камин требовал дымохода, который при любом раскладе становился уязвимой точкой этого своеобразного бункера.

Это убежище, как и прошлое, было связано с городской канализацией несколькими хитро спрятанными проходами, а также имело три выхода сразу в город: один на территорию особняка, а два прямо на улицы города, причем как в черту внутренней городской стены, которая отделяла районы знати от домов обычных горожан, так и за ее пределы, выводя в небольшой тупичок торгового района. Ну а по степени комфортабельности прошлое убежище не шло ни в какое сравнение с этим: четыре подземных уровня на десятки различных комнат каждый, включающие не только великолепно обставленные жилые помещения, но и арсенал, общие казармы на несколько десятков человек каждая, а также продовольственные и хозяйственные склады…

***

[Андрей]

Я покрутил между ладоней теплую кружку, в которой исходило легким парком подогретое вино со специями. Кажется, такая штука глинтвейном называлась, или как-то так.

Мягкое кресло, приятный полумрак, теплый, хоть и слегка "с душком" воздух, ощущение в кои-то веки до скрипа отмытого тела… Бля, да я даже побриться нормально смог, и, пусть кое-как, но обстриг уже порядком отросшие патлы!

— Слушай, "красавица", — я скептически посмотрел на сидящую напротив принцессу, — а какого хрена ты нас в той дыре мариновала, когда тут такие хоромы есть?

— Их подготовить еще надо было, — ответила Ласатардия, устало помассировав веки. — Продукты оказались подпорченными, воздуховоды забились, арсеналы заржавели, воды в цистернах вообще не было… И, самое важное, подавляющий кристалл, который должен блокировать поисковые чары и артефакты, обнаружился разряженным и со сбитыми настройками…

— В общем, все как всегда, — хмыкнул я. — Хуевый смотритель, не доглядевший за водяным чипом…

— Что? — захлопала та глазами.

— Не обращай внимания, — отмахнулся я. — Так что делать будем?

— Имей хоть каплю уважения, — раздалось у моего уха тихое рассерженное шипение Тай. — Перед тобой принцесса!

— Да, но не моей страны, — отмахнулся я от скрытницы, словно от жужжащей мухи. — Да и не я к вам напрашивался. Это вы меня позвали.

— Он прав, Тай, — Ласатардии явно было неприятно подобное отношение, но поделать она ничего не могла. — Андрей… Или лучше сэр Андрэ?

— Да без разницы, — я подцепил двузубой вилкой ломтик мяса и, закинув в рот, залил вином. Ммм, вкуснота. — Как говно не назови, тонуть оно от этого не станет.

Ласатардия поперхнулась своим глинтвейном, а сидящая справа от меня Химэ негромко заржала.

— Андреееееей… — закатила глаза Василиса, откладывая надкушенный пирожок.

— Чего? — выгнул я бровь. — Легкая самокритика. Ты кушай, кушай, поправляйся.

Впрочем, во внешности Василисы уже ничего не напоминало о вчерашнем плачевном состоянии. И заслуга это была не лекарей принцессы, а какой-то стремной бурды, которую в четыре конечности намешали Хома и Лафииль. Буквально одна чашка этого смердящего, словно лифт в старом бомжатнике, чудодейственного средства, и наш стратег полностью восстановилась за каких-то десять минут. А вот с психологической травмой пришлось поработать уже мне. Нет, от полного стирания воспоминаний о пережитых пытках девушка отказалась, но вот на "Касание Милосердия" согласилась не раздумывая. Ну а в процессе я там втихую самые мерзкие куски все же вычистил.

В общем, Васька держалась. Но мы с Хомой и Тай за ней все же приглядывали — мало ли что… В крайнем случае, я просто вычищу к чертям кошачьим ей память, не обращая внимания на протесты. Вот только, боюсь, Мют меня после такого по головке не погладит — после того, как я насильно "обработал" сестренку, богиня приперлась ко мне во сне и задвинула долгую лекцию о том, до чего может довести подобная сила и почему с уважением следует относиться к чужому жизненному опыту, каким бы горьким он ни был.

Кроме меня, Химэ, принцессы, Василисы и Тай в комнате больше никого не было. Впрочем, больше никто и не был нужен — с нашей стороны для принятия решений хватило бы и меня, а Химэ я прихватил больше для моральной поддержки и советов, а с их стороны решения также в одну морду принимались Ласатардией, Васька же выступала в роли стратегически-тактического советника.

А вопросы стояли извечные, из списка "что делать?", "как быть?" и "нахуя нам все это надо?"

— С моей точки зрения все просто, — я откинулся на мягкую спинку кресла и зевнул.

Чувство усталости не отпускало меня с той самой "операции по спасению рядового Васьки". Все же зря я тогда бахнул по темнице смесью из сил Бездны и Граора — в запале вбухал маны столько, что сам чуть не загнулся. Да, эти энергии халявные и генерируются не мной, но вот проходят они через мою душу и, при перегрузке, вполне способны ее сжечь и в нормальном состоянии. А у меня там и так все белыми нитками по черному савану шито. Пришлось даже снова уходить в астрал и спешно ставить новую заплатку — старую от перегрузки начало срывать.

— Так вот, — продолжил я после небольшой паузы. — Дело у меня простое. Грохнуть твоего папашку. И я не вижу в этом особых препятствий. Сейчас немного оклемаемся, денька через два проберемся в замок и… кто не спрятался, я не виноват. Сам-то я сейчас не в самой лучшей форме, но с поддержкой моего маленького, но зубастого отряда сил у нас хватит ту халупу по камушкам разобрать.

— Тут спорить не буду, хотя и могла бы привести несколько аргументов, — вздохнула принцесса, покосившись на сидящую с легкой улыбкой Химэ, которая во время акции впервые за долгое время продемонстрировала себя "в полной красе". — Но пойми одну вещь. Даже если вы прорветесь через все укрепления, ловушки и стражей замка, и… убьете моего отца, то проблемы на этом не кончатся. Для начала, совсем не факт, что вы выберетесь оттуда живыми. А после этого королевство окажется на грани краха: все мало-мальски влиятельные партии и группировки начнут грызню за освободившийся трон и гражданская война захватит наши земли со скоростью степного пожара!

— А мне есть до этого дело? — улыбнулся я. — Пусть грызутся, меньше за мной бегать будут. А из замка мы как-нибудь выберемся. И не из такой задницы вылезали.

Васька с Ласатардией синхронно закатили глаза.

— То есть, ты отказываешься помочь нам? — уточнила принцесса.

— Я такого не говорил, — подцепив вилкой какую-то колбаску, я покрутил ее перед глазами, параллельно с разговором раздумывая, влезет она в меня или все же хватит обжираться. Решил, что влезет. — Я лишь сказал, что пока в подобном не заинтересован.

Вот так. Пусть обдумают, чем меня можно заманить. Хотя, уверен, предложения у нашей хитрожопой венценосной дылды были заготовлены давно, причем более чем щедрые. Вот только факт раскрытия заговора смешал ей все карты…

— Хорошо, я согласна! — с видом полной обреченности ответила принцесса, опустив глаза в пол, от чего моя задница тут же сжалась, почуяв неладное.

— Ты это сейчас о чем, венценосная? — подозрительно прищурился я.

— Как это "о чем"? — тут же возмутилась она. — Наградой за старания героя обязаны быть трон, сердце и целомудрие принцессы!

Я посмотрел в лицо нашей "Елены Прекрасной" и почувствовал, как нервно дергается глаз.

— А ведь точно, — задумчиво потерла подбородок Василиса. — Это одним махом решит все проблемы. Одна твоя репутация будет защищать трон и принцессу от посягательств, ты сам получишь поддержку целого государства, а королевство — сильного защитника и законных наследников! Насчет всякой волокиты можешь не волноваться, мы с принцессой возьмем ее на себя, а…

— Васька.

— …тебе только нужно будет время от времени появляться во дворце для исполнения государственного долга. Ну и супружеского, разумеется.

— Вась!

— Насчет верности можешь не беспокоиться, — потупила глазки Ласатардия. — Я не ревнивая и не гулящая.

— ГРРРРРРР…

Кто рычал?

Я рычал?

Похоже, что так.

Положив поперек колен исходящее черным туманом копье, обвел взглядом притихшую парочку махинаторш, остановившись на тихо ржущей Химэ.

И тут до меня дошло.

— Сучки вы, — выдохнул я, беря перепуганную перспективой "супружеского долга" с Ласатардией душонку за шиворот и хорошенько ее встряхивая. После чего немного успокоился и отозвал копье, вместе с которым рассеялся и опасный туман Бездны. — Напугали до зеленых человечков в печени.

— Зато выяснили, что трон тебе точно не нужен, — не выдержав, хихикнула Василиса, хотя лицо ее от близкого воздействия Бездны было белым как мел.

— Более чем, — фыркнул я, заграбастав со стола бутылку вина и сделав пару больших глотков прямо из горла. — Я слишком хорошо представляю себе, какой это геморрой. Прожить всю жизнь в змеином гнезде, а потом сдохнуть от яда в каше или кинжала в спину как-то не хочется.

— И это самое важное, — кивнула более серьезная Ласатардия, которая, впрочем, была явно несколько обижена моей реакцией. — Тогда остановимся просто на золоте, артефактах из сокровищницы и последующей поддержке?

— Угу, этого будет достаточно, — согласился я. — Времени мне на все Ма Оу, чтоб ему каждый день только эротика с педиками копрофило-зооебами снилась, отвел в несколько лет, так что спешить некуда. Лучше потихоньку вымотаем ублюдка, спустим ему штаны, а потом, когда все вассалы-защитники разбегутся, спокойно возьмем за жабры и выволочем тухнуть на солнышке. Да и пилить без денег по охваченной гражданской войной стране в соседнее государство будет как-то некомфортно.

— Осталось только договориться о сумме гонорара, — потерла руки Василиса, явно намереваясь если не обсчитать меня как лоха, то сотворить что-то явно близкое к этому.

— Стоп, малышка! — поднял я руку, не давая ей рта открыть. — Условия такие. Прямо сейчас по сотне золотых каждому члену моего отряда, включая Егора и Юльку. Доли Кроконяшки и Нокс отдаете мне, они зубастым ни к чему. За каждую последующую… гм… "акцию" оплату будем обговаривать отдельно в зависимости от сложности и задействованных ресурсов. И в качестве консультанта при каждых переговорах, — я расплылся в мстительной улыбке, — будет присутствовать Хома.

— А может не надо? — глаза у стратега стали печальные-печальные.

— Надо, Вася, надо…

***

— Ну, что думаешь? — спросила Василиса, когда за Андреем и Химэ закрылась дверь.

— Слишком наглый, — поморщилась принцесса. — Импульсивный. Самоуверенный…

— Но-о-о-о… — подтолкнула героиня замолкшую подругу.

— Но не властолюбец, — призналась та. — И по-своему честный. Хотя понятие чести у него отсутствует напрочь. Думаю, он действительно неплохо бы смотрелся на троне.

— Есть такое, — кивнула Василиса. — Вот только не затащить его туда. Единственный шанс был бы, если бы, уж извини, внешность у тебя была более… ну, ты поняла. Бабник он, все же, жуткий.

Девушки ненадолго замолчали, думая о своем.

— Что там с твоими братьями? — нарушила тишину Василиса.

— По-прежнему, — вздохнула принцесса. — От старшего ответа на мои послания нет. Только через разведку слышно, что он по уши увяз в интригах с ушастыми. У тех сейчас вовсю идет война то ли с каким-то орденом, то ли с королевством фанатиков. А младшие давно отреклись от престола. Один одержим гномьим золотом, второй — зверолюдскими рабынями. Ну а муж младшей сестры претендовать на трон не имеет права — слишком жиденькая родословная. Собственно, за счет королевской крови ее и "сгустили". Папаша с той стороны себя знатно обезопасил, получив огромные отступные за сестренку и отказ от претензий на трон. Сволочь.

— Нужно искать тебе консорта, — Василиса наполнила очередную кружку вином. — А то просто не признают, как бы мы ни изворачивались.

— Тебе не хватит уже? — подозрительно посмотрела Ласатардия на своего стратега.

— Уже давно хватит, — поморщилась та, явно насильно вливая в себя очередную порцию. — Но нужно.

— Может, все-таки сходишь к Андрею, чтобы он… ну, стер все.

— Схожу, — кивнула Василиса, решительно поднявшись на ноги и слегка нетвердой походкой направившись к дверям, на ходу прикладываясь к горлышку захваченной со стола початой бутылки. — Только не за этим. Нужно "отблагодарить спасителя", а то эта скотина даже денег за проведенную операцию не взял…

Ласатардия завистливым взглядом посмотрела на закрывшуюся за подругой дверь, после чего откинулась на спинку стула и устало прикрыла глаза.

— Тай, — негромко сказала она в пустоту. — Позови мне Гирви. Скажи, чтобы прихватил карту города. Нужно обсудить следующие цели… Тай? Тай?!

К удивлению Ласатардии, привычного ответа скрытницы не последовало. Открыв глаза, она подозрительно оглядела помещение, но угрозы не ощутила. А потом заметила, что со стола пропала еще одна, последняя бутылка вина.

— Да чтоб вас всех, бабы озабоченные! — в сердцах выругалась принцесса, закатывая глаза…

ГЛАВА 174.

5. ДРОВА

Я блаженно растянулся на кровати.

Комната, блядь.

Нормальная комната.

И пусть темно, как в жопе у негра, но только потому, что я не зажигаю эти самые масляные лампы. Не нравятся они мне, и все тут. А на магические светильники для каждой комнаты Ласатардия, видимо, уже разоряться не стала.

Ну и так сойдет. Темнота — друг молодежи, убийц и покемонов. Стоп, а при чем тут покемоны? Наверное при том, что я ни разу не видел, как они размножаются. Следовательно, это происходит в темноте…

А, пофиг.

Кроватка…

Самый настоящий перьевой матрас, застеленный грубоватой, но все же чистой простыней! А вот одеяло мне не понравилось — шерстяное и колючее. Так что долой его, пусть на полу обитает!

Сапоги я снял еще у порога и, прежде чем грохнуться на это чудо, именуемое кроватью, решил все же раздеться. Ну и еще раз принять ванну. Она тут сильно напоминала ту, что была в прошлом убежище, только меньших размеров — тоже каменная выемка в полу, в которую затекал ручеек невесть откуда берущейся теплой воды. Думаю, тут все же не обошлось без каких-то магических прибабахов, но понять, так это или нет, у меня банально не хватало опыта.

Все же как маг я в данный момент ни на что, кроме звания донного ракообразного не тяну.

Пока раздевался и искал в деревянном шкафу что-нибудь, способное сойти за полотенце, прокручивал в голове недавний разговор с принцессой и Василисой.

Нет, кажется ошибок я не допустил.

Все по честному — мы помогаем посадить нашу страшненькую принцессу на трон, тем самым обезопасив себе тыл, после чего спокойно валим дальше. Можно было, конечно, попытаться сделать так, как я и говорил — просто вломиться в замок и уебать короля, но… НО!

Готов свой хер отдать на отгрызание стаду диких муравьев, но нас там поджидает просто аццкий прием, ибо окопаться гад должен капитально. И даже со всеми нашими талантами совсем не факт, что мы до него доберемся. А если есть менее рискованный, хоть и более медленный способ, в виде постепенной подрывной деятельности его обороноспособности, то почему бы им не воспользоваться? Опять же, бабки и связи лишними не будут…

Раздался стук в дверь. Осторожно-деликатный такой стук.

Я с удивлением обернулся ко входу.

Чувство угрозы молчало. А вот слух фиксировал за дверью непонятное и малоразборчиве бормотание.

Хм.

Химэ? Вряд ли — если бы хотела, то завалилась бы сразу, а не пошла к себе или, тем более, стучала бы в дверь. Они с Акроней, если не ошибаюсь, сейчас должны были гонять наших ушастых попаданцев. Элли же отсыпалась у себя и, насколько я успел узнать нашу Мумуню, то раньше утра ее будить было не только бесполезно, но и опасно для здоровья — спросонья этой рогатой было глубоко плевать, хочешь ты ее, или нет, а также какого ты пола и ориентации…

Пойти, что ли, к ней заглянуть? Хотя нет, нафиг! Нужно отдохнуть, а то совсем сил нет, а завтра по-любому какая-нибудь херь начнется, ибо долгого затишья у нас не бывает.

И кто остается? Нокси? Ха! Нет, даже трижды! Ха! Ха! Ха!

Стук повторился, но уже более настойчивый.

— Иду, — громко сказал я и, для создания подобия приличия обернув вокруг голой талии добытое в шкафу полотенце, протопал по лежащему на полу ковру к дверям.

Отодвинул засов.

Рывком открыл.

И удивленно выгнул бровь.

За дверью обнаружилась шатающаяся Васька с пустой бутылкой из-под вина в руках. Она блуждающим взглядом в зюзю пьяного человека пробежалась по дверному проему и с удивлением спросила:

— Ан… ндрей! Какохо хрина ссссссссссссссссссвет н… н… н… нгорит?

— Мне и так нормально, — хмыкнул я, разглядывая девушку. — А ты чего тут делаешь?

— Пррррр… Пррррр… Пришла! Я! — выдохнула она и начала медленно заваливаться вперед.

Поймав эту Пизанскую башню, я воровато оглядел пустой коридор и затащил ее в комнату. Закрыв ногой дверь, отволок добычу в уголок… то есть, на кровать, и задумчиво оглядел нажравшуюся "в дрова" тушку.

Вопроса было два.

Когда успела? Судя по намертво зажатой в руке пустой бутылке — сразу после нашего с Химэ ухода.

Что с ней теперь делать? Ну точно не ебать — дрова и трупы не мое.

Пойти, что ли, у Хомы или Лафииль какое-нибудь отрезвляющее зелье покляньчить? Не, нафиг надо. Один жадный, как сотня евреев, вторая ушибленная на весь спинной мозг, ибо головной уже давно от разных химикатов скукожился и вытек через уши.

Так что пусть спит. Можно было, конечно, пойти и тупо облить ее ледяной водичкой — там как раз отдельный ручеек в ванне по стене стекает, только ведро подставляй.

Да вот только жалко ее…

Махнув рукой на это бревно, поправил полотенце и уже шагнул было в сторону ванны, как снова раздался стук в дверь.

— Да чтоб вас в Ашенвале геи-паладины ушатали! — прорычал я сквозь зубы, вновь направившись к дверям.

Открыл.

— Отп… пусти госссс… сссспожжу, животное! — храбро ударила себя Тай кулачком в грудь. — Я займу ее месссто! Пр… пр… приказыв…

— Дубль два, — констатировал я, ловя еще одну… падшую самку.

— Все вы… мужики… похотливые животные… — пробормотала скрытница, бессильно повиснув у меня на руках.

— Да, да, как скажешь, — вздохнул я, затаскивая ее внутрь и закрывая дверь.

Когда дотащил до постели, Тай уже сладко дрыхла. Причем обвив меня руками и ногами. Пришлось отрывать чуть ли не силой.

Устроив двух девушек рядом, задумчиво осмотрел получившийся натюрморт.

Как так говорят лягушатники? Дэжавю?

Вот-вот. Только для полноты картины чего-то не хватает…

А, точно!

Хлопнув себя по лбу, полез раздевать девиц.

Через минуту возни все было готово, и на моей кровати в обнимку сопели, едва не соприкасаясь губами, две прелестницы в разноцветных трусиках: черных и бежевых. Ну, допустим, не прелестницы, ибо внешность у барышень была вполне себе средненькая, но фигурки ничего так. Хоть и плосковаты, как по мне.

Поняв, что еще немного, и я, наплевав на все, полезу "смазывать этот бутербродик своим кремом", решительно накрыл сопящие дрова найденной в шкафу простыней, а одежду комком сунул в тумбочку. Кстати у Тай в казалось бы легком облегающем костюмчике обнаружилась целая прорва всяких колюще-режущих штук, которые пришлось выложить отдельно.

Отряхнув руки, посмотрел на свое оттопыривающее полотенце хозяйство, и скептически скривился.

Пойти, что ли, реально Элли потормошить?

Пока думал, раздался стук в дверь.

И вот тут мне стало страшно.

Медленно повернув голову, я посмотрел на деревянную преграду, являющуюся сейчас заслоном от неизвестного, стоящего в коридоре.

Васька тут. Тай пришла следом.

Только не говорите мне, что это…

Стук повторился.

Требовательный, как полковник КГБ. И столь же ужасающий.

Пока я стоял, замерев в оцепенении и всерьез взвешивая различные варианты побега, стук повторился в третий раз.

Так, соберись, тряпка! Даже если это ОНА, то ничего мне не будет! В крайнем случае съебусь в тень и там отсижусь!

На храбро негнущихся ногах подошел к двери и, лязгнув задвижкой, потянул на себя.

— Ч… Чего тык долга?! — заплетающимся языком гневно произнесла девушка.

— Уф, это всего лишь ты… — облегченно выдохнул я, разглядывая стоящую за дверью взъерошенную и шатающуюся Юлю. — Чего хотела?

Дроу была, к слову, в одном нижнем белье. Черном, с красными кружевами. Вот только, если Васька и Тай еще как-то попадали в мою классификацию "ебать можно", то этот большеглазый скелет в скафандре — точно нет. Хотя, в последнее время, как я смотрю, у нее начали появляться мышцы, да и фигурка вроде как давала намеки на округления в районе задницы и груди. Вот что, блин, делают правильное питание и хорошие физические упражнения на свеж… гхм, просто на воздухе.

В одной руке Юля держала бутылку с вином, а в другой — тот самый выданный мною эльфийский клинок.

— Где он?! — бешено сверкая глазами, спросила дроу, заглядывая мне через плечо. — Где этот… этот… изменник!

— Кто? — протупил я, хотя ответ и был очевиден.

— Хрен в пальто! Егор!

— Точно не у меня, — хмыкнул я, почесав репу. — Я только бабами интересуюсь… Стой, вы же вроде должны были проходить "курс молодого бойца"?

— Отым… отменили, — буркнула ушастая со второй поптыки, протискиваясь мимо меня. Я не препятствовал, потому как смысла не видел. Пусть носом потыкается по углам и свалит — это проще будет, чем убить полчаса на разъяснения, что ее ушастого дружка тут нет. — Химэ и та… как ее… мелкая сучка… выдали нам по заданию и куда-то свалили.

Шаркающей, шатающейся походкой дроу, продолжая бормотать под нос, начал обходить комнату, дотошно заглядывая в каждую щель.

— А потом… он свалил. Сказал, что пошел за бутербродами… Пошла в комнату, а там на столе бутылка вина. А его нет… Точно пошел к этой рогатой корове. Она на него так смотрела… А он ей подмигивал! Подмигивал! Грррр! Зарежу обоих! Сначала его кастрирую, а потом пущу на гуляш эту корову!

Я поймал бормочущую дроу за ухо и, легко выбив клинок, толкнул на кровать.

Та приземлилась рядом с "бутербродиком" не потревожив их — места на этом трахадроме хватило бы еще на пару таких же тощих эльфиек. Пинком ноги отбросив в угол меч, серьезно посмотрел на растерявшуюся ушастую.

— Значит так, Юль. Мотай на нос, а как протрезвеешь, повторю для закрепления. Элли не трогать. Вы в команде, так что друг на друга не агриться. Можете бухтеть, ругаться, материться, но вот всерьез не драться. Тем более, что эта корова стоила мне двух тысяч золотом. Усекла?

Дроу обиженно засопела, но неохотно кивнула.

— Отлично, — кивнула я. — А теперь поднимай тощую задницу и иди жди своего благоверного в вашей комнате. Наверняка просто где-то задержался и скоро появится.

— Меч… — заикнулась было она, но я покачал головой.

— Протрезвеешь — верну. А будешь еще бузить, заберу обратно окончательно. Ферштейн, фрау?

— Поняла, — пошатываясь, дроу поднялась и потопала к выходу.

Я устало помассировал занывший висок.

Нужно будет провести с личным составом воспитательную беседу о вреде алкоголя в условиях революционной партизанщины…

Раздался стук в дверь.

Я поднял взгляд и увидел как Юля держится за ручку двери, раздумывая, открывать или нет. Все же потянула ручку на себя.

А я уже, почему-то, знал, кого увижу в коридоре. Ибо если уж госпожа Удача начала этот балаган, то обязана довести его до конца.

— Ты что тут делаешь? — Егор выпучил глаза на открывшую ему дверь дроу.

Собственно, я могу понять шок парня — увидеть свою благоверную в одним эротическом белье в дверях комнаты другого мужика, да еще и в состоянии сильного подпития… И при этом я стою буквально у нее за спиной в одном медленно соскальзывающем полотенце.

В любом другом случае, был бы скандал. Возможно, наш тихоня даже бы попытался набить мне морду, а несдержанная дроу со слезами на глазах доказывала, что она тут случайно.

Возможно, все так бы и было.

Если бы не одно но.

— Нююююууууу…

Хорошенькое такое "но" с вооооооот такенными буферами и воооооот такенной задницей, повисшее на Егоре в абсолютно голом виде с сонливо-пьяной мордашкой.

— Ег… Егор?

— Юл… Юль?

— Эм… я тут… тебя искала.

— А я… вот эту… Андрею нес.

— Нююююууу… Как я вас всех… люблююююууу…

Немая сцена длилась секунд пять. После чего я плюнул и, подойдя к мнущейся дроу, пинком отправил ее в объятья "благоверного".

— А ты иди сюда, — сцапав за рог нашу похотливую буренку, оторвал ее от парня, затаскивая к себе в логово. — Все, голубки, валите. С этой дурой я сам разберусь…

— Угу, — синхронно кивнула эта парочка и спешно ретировалась в сторону своей комнаты.

— О, а эт… это у нас ктооооо? — раздался у меня за спиной нетрезвый голос Мумуни, пока я закрывал дверь. — Оооооооууууу, какие милааааааашки…

Лязгнув засовом, я обернулся с далеко не самыми хорошими предчувствиями.

Мда, так и есть.

Корова нашла бутерброд. И начала его лизать.

— Мммм… — Ваське досталось первой и та выгнулась с протяжным стоном, после чего кое-как разлепила веки и ошалелым пьяным взглядом обвела комнату. Впрочем, не думаю, что она хоть что-то увидела, потому как в отличие от нас "кошачьего глаза" не имела. — Ан… Андрей… это ты?

— Не совсееееем, — счастливо протянула Элли, профессионально связывая ее простыней, после чего, разведя ножки пьяного стратега, продолжила свое занятие.

— Но я тоже тут, — хмыкнул я, наслаждаясь видом оттопыренной кверху кругленькой попки тавры. — Ебать, или смотреть, вот в чем вопрос…

Потянувшись к полотенцу, уже собирался пристроиться к увлекшейся Элли сзади, но тут… раздался стук в дверь.

— Да чтоб вас! — прошипел я, в который раз за вечер откидывая засов и рывком открывая дверь. — Тебе-то чего?!

— Пи? — Хома начал было что-то жестикулировать, но тут же "подвис", уставившись вглубь комнаты.

— Вот-вот. Занят я, так что потом… — аккуратно отодвинув меховой комок ногой от порога, я уже собирался захлопнуть дверь, но хомяк мгновенно вцепился мне лапками в конечность и вновь требовательно что-то запищал, перестав обращать внимание на разгорающийся за спиной сладостный беспредел. Причем, судя по стонам, Мумунька уже и Тай подключила.

— ПИИИИ! — продолжал истерично верещать Хома, дергая меня за ногу.

С одной стороны, полотенце на поясе уже натягивалось словно парус, мешая думать о чем-то серьезном, а с другой от верещаний нашего хомяка у меня болезненно заныла задница, предрекая скорые неприятности, если я не вмешаюсь во… что-то.

— Ладно, веди, — вздохнул я, закрывая за собой дверь и пытаясь прикинуть, что там могло такого произойти…

Собственно пушистик привел меня недалеко. Буквально за поворот.

— Ебааать, — протянул я, разглядывая открывшуюся картину.

Небольшой зал, образованный на перекрестке двух коридоров, ранее выступал в роли своеобразного КПП, на котором всегда дежурила пара караульных. И сейчас эти караульные мило целовались, сидя на кучке мха в центре зала. А над ними порхала, укурено хихикая, наша шибанутая на все атрофированные полушария алхимичка, периодически посыпая гейскую парочку каким-то розовым сверкающим порошком из баночки.

— Меня не глючит? — на всякий случай уточнил я у хомяка.

— Пи… — печально вздохнул тот, разведя лапками.

— И че, ты предлагаешь мне лезть туда и вправлять мозги твоей поехавшей подружке? — я ткнул пальцем в сторону творящегося сюра.

Кстати, посмотреть представление пришли не только мы — из остальных коридоров опасливо выглядывали лица солдат принцессы и местной прислуги.

Вздохнув, я покрутил башкой, но не нашел ничего подходящего.

— Окей, зайдем с другого ракурса… — пробормотал я, делая три шага назад. — Бройлер семьсот сорок семь должен быть сбит. Хомка, стой на месте и не шевелись.

— Пи? — захлопал тот глазами.

— Вот-вот… Пи, — кивнул я, беря разгон.

Рывок. Удар.

— ПИИИИИИИИ!

— Ай!

Шмяк.

Бух.

ГООООООЛ!

Наш школьный физрук был бы мной доволен. Попасть мячом в движущуюся по воздуху мишень… Ну и пусть, что расстояние всего в несколько метров, зато мишень двигалась очень быстро, а мяч в последний момент попытался увернуться.

— Пиии… — выдохнул хомяк, поднимаясь с пола и ошалело тряся головой.

— Не благодари, — хмыкнул я, оценивая распластавшуюся на полу жопой кверху тушку Лафииль. — Вроде жива… Ребят, вяжите ее, пока не прочухалась, — крикнул я мнущимся солдатикам, которые явно не горели желанием приближаться к опасно особе. — Не думаю, что та дрянь, которой она надышалась, ее просто так отпустит… И этих двоих вяжите, а то они, смотрю, от поцелуйчиков начали переходить к более серьезным действиям.

— Т… Так точно! — наконец сориентировался кто-то, видимо старший по званию, и начал организовывать "спасательные работы". — Кейс! Ты лезешь в зал! Обмотайте ему морду мокрым платком и поперек брюха веревку завяжите, чтобы если что вытащить можно было…

Хм… Предусмотрительный малый.

Ладно, судя по успокоившейся заднице угроза "глобальной садомии" успешно устранена. Можно возвращаться.

А у дверей меня уже ждали.

— Сэр! — Акроня вытянулась по стойке смирно, старательно выпячивая небольшую грудку.

— Ты в курсе, что у тебя там твориться? — с тихим смешком уточнила Химэ.

— Примерно представляю, — я прикинул, что могла сотворить любвеобильная Мумуня с нашим стратегом и разведчицей, пока меня не было. — Но больше меня интересует, что твориться тут.

Дело в том, что эта парочка стояла в странных накидках, явно сооруженных из местных простыней. А вот что они там под ними скрывали — это вопрос отдельный.

— Ну… мы это… — замялась вамирша, теребя ручками край простыни, а Химэ лишь продолжала улыбаться, явно заставляя отдуваться свою "младшую".

— Кхм… — кашлянул я. — Рядовой Акроня!

— Я! — тут же снова вытянулась та по струнке.

— Накидку снять!

— Есть!

Интересно, я мелкой там в мозгах что-то повредил, или ей просто так легче живется? Во всяком случае любую идущую от меня команду, сказанную приказным тоном, она выполняет тут же, без раздумий и с сияющими от старания и энтузиазма глазами.

Так и сейчас, еще секунду назад неуверенно мнущаяся вампирша тут же решительно сорвала с себя накидку и… я чуть не сел.

— Это что? — нервно сглотнул, разглядывая одетое на Акроню.

— Костюм, сэр! Зайки, сэр!

— А хвост?

— На втулке, сэр!

— А я кошечка, мррр, — улыбнулась Химэ, приподнимая свою накидку.

Тряхнув головой, я воровато огляделся, после чего сгреб эту парочку в охапку и поволок к ним в комнату…

ГЛАВА 175. ОПЕРАЦИЯ "МОТЫЛЬКИ"

(ЧАСТЬ 1).

ЯРОСТЬ И ЛЕД

— Кхм… мне доложили, что прошедшая ночь была веселой? — уточнила принцесса, оглядывая сонные и местами помятые лица собравшихся.

— Есть немногооооооо… — зевнул я, потянувшись.

— Ум-нюм… слишком глубоко… — пробормотала Акроня, откровенно дрыхнущая на брифинге.

— Слишком много… молока… — заскулила спящая рядом с ней Тай.

Василиса покосилась на свою подчиненную красными от недосыпа и дикого похмелья глазами, после чего вернулась к разглядыванию карты города.

Мы расположились в просторном зале, освещенном магическим светильником, за большим круглым столом. Из нашей компании присутствовали почти все, за исключением Кроконяшки и Хомы. А со стороны Ласатардии была она сама, Гирви и Васька с Тай.

Вот только "присутствовали" в данном случае не означает "участвовали".

Акроня и Тай вымотались настолько, что вырубились, едва коснулись попками стульев. Правда, у вампирши усталость была все же больше физиологической, чем из-за моих "подвигов" — ее вид весьма вялый днем, а особенно по утрам. А вот как нужно было вымотать нашу ответственную и всегда серьезную скрытницу, чтобы она уснула посреди совещания — это вопрос отдельный. И ответить на него могла только сама разведчица или Элли.

Тавра сейчас, в отличие от своих "жертв", была бодра и весела, и стояла за моей спиной с видом верной скромной служанки, потупив очи долу. Не знаю где, но она умудрилась раздобыть на свою фигуру скромный наряд из длинного коричневого платья с чепчиком и глубоооооким декольте, в которое я периодически залипал.

Василиса пока держалась, но вот красные глаза и бледно-зеленый цвет лица выдавали неслабое такое похмелье. И еще она с какого-то перепугу не меня дулась. Может из-за того, что я не воспользовался ситуацией, а может из-за того, что этой самой ситуацией воспользовалась Элли — я так точно и не понял, а выяснять отношения было сейчас откровенно лень. Да и незачем — не маленькая, сама все прекрасно понимает.

Егор и Юля в плане цвета лица от Васьки не отставали — судя по всему, ночь прошла у них бурно и с большим количеством алкоголя. Ну, хоть выглядели они неплохо, даже умудряясь не спать за столом.

А вот Химэ дремала, привалившись к моему плечу. Впрочем, я не сомневался, что эта машина смерти даже в таком состоянии прекрасно отслеживала все происходящее вокруг.

Гирви тоже выглядел весьма помятым и не выспавшимся. Но тому была другая причина — как я понял, он всю ночь выполнял поручения принцессы, координируя сбор информации вместо Васьки и Тай.

Бодрячком из присутствующих выглядели только двое — сама Ласатардия и Нокс. Обе всю ночь спокойно отсыпались, послав мирские проблемы далеко и надолго.

— Что там с Лафииль? — спросила принцесса у меня.

— Все еще в неадеквате, — я опять зевнул, чувствуя, как начинаю медленно растекаться по мягкому стулу. — Заходил к ним недавно. Хома кроет все писком и пытается привести ее в себя какими-то настойками, а та только хихикает и лезет к нему целоваться.

— Не вовремя, — поджала губы Ласатардия.

Прошлой ночью Лафи смешала что-то не то в своей лаборатории и в результате полчаса изображала из себя купидона для гей-парочек, летая под потолком убежища и рассыпая на караульных странный порошок, вызывающий непреодолимое влечение к первому встречному. К счастью, действие порошка быстро заканчивалось, а эту "фею содомии" мы с Хомой вовремя сбили и скрутили. Ну, вернее, я сбил, а он — скручивал.

Собственно, по причине недееспособности одного "лекаря" и попыток привести его в чувства вторым, мы и имеем честь лицезреть страдающие похмельем рожи — кроме этой парочки остальные целители принцессы были "боевыми" и прекрасно могли штопать ранения, но вот с различными болячками у них было туговато.

— Ладно, приступим, — решила Ласатардия и ткнула пальцем куда-то в расстеленную карту. — Это наша цель на сегодняшнюю ночь. Небольшой притон на окраине города. У его хозяина должна быть информация о местоположении нор лидеров двух крупных воровских группировок. Задача на первый взгляд достаточно простая, но хозяин притона славится своей "воровской честью" и не сдаст покровителей просто так…

— Ну, на этот счет можешь не волноваться, — улыбнулся я. — Мы умеем "убеждать".

— Андрей, тут есть еще один нюанс, — подала голос Василиса, остервенело растирая лицо ладонями, чтобы не уснуть. — Как только ты покинешь зону действия подавляющего кристалла убежища, то тебе на хвост тут же сядет тайный сыск. По нашим данным у них осталось всего четыре поисковых артефакта различной степени надежности, но все они настроены на твой поиск и мониторятся беспрерывно днем и ночью.

— Врагом больше, врагом меньше, — я поскреб нестерпимо зачесавшийся нос. — Если подвалят, то отгребут по полной. Можно даже особо не торопиться и подождать этих ваших агентов.

— Так сами они не полезут, — вздохнула Василиса. — Отследят, спрячутся где-нибудь неподалеку и наведут на тебя городскую стражу.

— А что нам мешает накрыть их уже в этот момент? — негромко уточнила Химэ, приоткрывая один глаз. — Андрей, допустим, с Элли идут на штурм. Их двоих для такого дела более чем достаточно. А я, Тай и Нокс прочешем округу. Думаю, что смогу засечь и идентифицировать скрытников.

— Хм… — Василиса переглянулась с Ласатардией. — Может сработать. Если сильно прижмет, то Андрей и… — стратег не особо дружелюбно покосилась на стоящую за мной Мумуню. — …и Элли уйдут через канализацию или улетят верхом на Нокс.

— Думаю, еще Акроню прихватить можно, — я потыкал пальцем в щечку дрыхнущей рядом вампирши. — Она достаточно живучая, если что сможет улететь сама, а внутри нам может понадобиться сплешевый урон.

— А нам что делать? — поднял руку Егор.

— Можете отдохнуть, — пожал я плечами.

— Или с яйцом Няшки понянькаться, — хихикнула Химэ.

— Если позволите, — подал голос Гирви, почесав лысую макушку и задумчиво оглядев нашу ушастую парочку, — то есть у меня пара заданий на примете, до которых все никак руки ни у кого не дойдут. Не особо сложные, да и проблем с их "ушками" возникнуть не должно.

— Надеюсь, без гоблинов? — прищурился я, глядя на своего бывшего "инструктора".

— Без них, — оскалился амбал. — Кстати, было бы неплохо проверить, чему ты научился за это время, "герой".

— Многому, — хмыкнул я. — Тебе жопу надрать точно хватит.

— Отставить перебранки, — постучала пальцем по столу Ласатардия. — Подытожим. Егор и Юля временно переходят под командование Гирви. Сегодня после заката Андрей, Элли и Акроня идут за информацией. Химэ, Нокс и Тай их прикрывают. Если Лафииль придет в себя до заката, то ее и Хому также вписываем в план. Василиса, собери информацию о самом притоне и его хозяине, а также подготовь список обязательных пунктов для допроса.

— Хорошо, — кивнула Васька и посмотрела на меня. — Думаю, пошаговый план тебе не нужен?

— Будет только мешать, — кивнул я. — Да и чем больше пунктов у плана, тем выше вероятность, что что-то пойдет не так…

***

— Интересно, а дерьмодемоны в этом ебанутом мире водятся? — вполголоса проворчал я, переступая очередную кучу вонючей падали, подозрительно напоминающую человеческие останки.

— Никогда не слышала о таких, Хозяин, — глухо отозвалась спокойно идущая следом Элли.

— Кажется, что-то такое было на службе у Ма Оу… — нахмурила лобик парящая рядом Акроня.

— Вопрос был риторическим, — вздохнул я.

— Что такое "риторический"? — захлопала глазками вампирша.

— Не требующий или не имеющий однозначного ответа, — пояснила ей Элли.

— Я не тебя спрашивала, озабоченное животное! — тут же зашипела на нее мелкая.

— Отставить! — рыкнул я, останавливаясь у ведущей наверх каменной лестницы, перегороженной ржавой решеткой. — Поднимаемся тут! Без надобности не болтать, приказы выполнять без переспрашиваний и пререканий, друг друга прикрывать! Ферштейн?

— Так точно, сэр! — вытянулась стрункой в воздухе Акрония.

— Как пожелаете, Хозяин, — с легким лязгом поклонилась Элли.

— Надеюсь, что так, — фыркнул я, припоминая "особенности" этой парочки. — Элли, решетку.

Я посторонился, пропуская вперед тавру, которая поудобнее перехватила здоровенный боевой молот.

Навскидку, вес этого монструозного оружия должен был быть под сотню килограмм: массивный черный молот с литой рукоятью, который по внешнему виду и габаритам больше подошел бы бравым воякам орбитального десантирования, чем пышногрудой коровке. Вот только сейчас внешность моей новой рабыни мало чем напоминала добродушную послушную Мумуню. Скорее, она походила на какого-нибудь инфернального рыцаря.

И так немаленькая фигура тавры была прикрыта массивными доспехами из вороненой стали, которые оставляли видимыми только самый низ копыт. Определить, кто прячется за этой горой металла было практически невозможно — это не дебильный бронелифчик, а настоящая ходячая крепость, монументальное впечатление от которой лишь дополняли массивный молот в правой руке и огромный башенный щит, формой напоминающий щиты римских легионеров, в левой. А ведь там, под толстым слоем стали, еще и кольчуга была, и стеганный поддоспешник, и обычная одежда…

Как она ухитрялась достаточно проворно двигаться во всей этой броне для меня оставалось загадкой. Так же, как и то, как она что-либо видела через пару узких прорезей глухого забрала шлема.

Тем не менее, тавра уверенными ударами вынесла несколько прутьев решетки, расчищая нам подъем на поверхность.

— Варварское животное, — проворчала Акроня, глядя на эту сцену.

Мелкую я в этот раз в приказном порядке заставил одеть вместо привычного платья легкие доспехи скрытников из кожи и ткани, и отобрал ее любимый зонтик, вручив взамен короткую трость с острым жаловидным концом.

Сам же остался при привычном арсенале: костюм стражей Висаны, пара гладиусов, сюрики и кинжал. Единственным новшеством стал набор метательных игл в специальных креплениях на бедрах. Иглы были смазаны какой-то усыпляющей алхимической дрянью, так что обращаться я с ними старался как можно аккуратней.

К слову, об алхимиках — Лафииль все же пришла в себя, но в операции не участвовала, мучаясь чем-то похожим на сильное похмелье. Хома же, откачав наконец свою подругу, отправился в составе второй команды. Кстати, я все-таки выклянчил у него пару ампулок с лекарствами. Правда, шприцы жмотяра зажал, выдав какую-то бурду, которую нужно было просто пить. Как я понял, эффект от нее слабее раза в два, но это лучше, чем ничего.

Поднимались быстро — нам нужно было провести штурм притона и допрос его хозяина до того, как начнет прибывать стража. Конечно, рядовые стражники не горели желанием лезть среди ночи в один из самых опасных районов города, так что вряд ли они будут торопиться, но… Рано или поздно командиры пинками пригонят их сюда. И до этого момента нам желательно уже скрыться, а второй команде — обнаружить и вырезать скрытников-наводчиков.

В конце покрытой пылью и застарелой грязью каменной лестницы обнаружилась еще одна решетка, но уже выломанная до нас. Пробравшись через невысокую каменную арку, мы очутились в грязной темной подворотне, в пяти минутах ходьбы от цели.

— Хорошо в краю родном, пахнет сеном и дерьмом, — пробормотал я, принюхиваясь к воздуху и осматриваясь. — Ладно, самочки, попрыгали. План пока без изменений.

Элли едва заметно, из-за массивных доспехов, кивнула, после чего выставила перед собой щит и легким бегом направилась по кривым грязным улочкам к цели. В тишине ночного города тут же загуляло эхо ее тяжелой поступи.

Я же бесшумно скользил рядом с парой обнаженных гладиусов в руках, стараясь держаться поближе к стенам. Повезло, что ночь выдалась безлунной, так что заметить меня было не так просто из-за темноты и максимального в данный момент "Родства теней". Элли я, кстати, заставил взять на одно из свободных очков способностей "Кошачий глаз".

Акроня парила где-то над нашими головами, практически сливаясь с черным небом.

— Ворота? — спросила Элли на бегу, когда мы выскочили из-за поворота и увидели выделяющийся на фоне местных деревянных халуп двухэтажный каменный дом с небольшой, обнесенной забором территорией. У запертых ворот стоял скучающий здоровяк-вышибала с масляным фонарем в руках, который мигом встрепенулся, расслышав цокот быстро приближающихся к нему копыт.

Судя по тому, как он всматривался в темноту, с ночным зрением у него было не очень. Как и с чувством опасности.

— Вышибай нахуй, — скомандовал я. — Вместе с охранником.

— Слушаюсь, Хозяин — глухо отозвалась девушка из-под шлема, резко ускорившись на последнем десятке метров.

Глаза у вышибалы, когда перед ним из темноты в круг света вдруг выскочил закованный в черные латы рыцарь с огромным щитом, молотом и рогатым шлемом, приобрели непередаваемое выражение из смеси удивления, ужаса и неверия.

А в следующий момент его размазало тонким слоем между массивным щитом и не менее массивными деревянными воротами. Впрочем, последние удар тоже не выдержали и разлетелись на куски и щепки, щедро сдобренные кровью, мясом и потрохами их бывшего охранника.

Можно было, конечно, сделать все тихо.

Я спокойно мог прикончить этого мужика без лишнего звука.

Но мы не могли терять время. Да и Элли нельзя было назвать мастером маскировки. Так что смысла прятаться я не видел. Как и церемониться с местными "братками".

Не останавливаясь, тавра прогромыхала копытами по пустому двору, и таким же образом выбила широкую входную дверь, разметав стоящих за ней трех человек, после чего затормозила копытами по грубым доскам пола, оставляя в них глубокие борозды. Прикрылась щитом, громко бухнув его об пол. Замерла.

— Жду приказа… Хозяин, — в голосе тавры мне послышались странные интонации.

Похоже, от запаха крови у нашей последовательницы Граора начинает сносить башню. Нужно будет учесть.

Выскользнув из-за спины этой закрывающей обзор горы металла и медленно разгорающейся ярости, я встал чуть сбоку и оглядел притихший главный зал притона.

Чем-то он мне тут же напомнил казино.

Небольшая ниша в углу, откуда на нас пялились замершие музыканты с какими-то струнными и духовыми инструментами. Деревянная барная стойка, с замершими за ней мужиками весьма бандитского вида и самим барменом, чем-то неуловимо похожим на усатого лысого филина. Крепкие деревянные столы, за которыми расселись человек сорок разношерстного народа. На столах были разложены карты, кости, монеты, какие-то стаканчики и дымящиеся кальяны, от которых в зале висела весьма плотная завеса сизоватого вонючего дыма. Испуганно замершие официантки весьма потрепанного вида, больше смахивающие на обыкновенных шлюх…

И вся эта братия на несколько секунд замерла, пораженно рассматривая нашу троицу.

— Че вылупились, суки?! — оскалился я, призывая копье Бездны для пущего эффекта. — Работает, бля, спецназ ГРУ! Всем уебкам оставаться на своих местах! Кто двинется, получит пизды от тактических самок особого назначения! Кто тут главный, бляди недоделанные?! Быстро ткнули пальцем!

— Мужик, ты че несешь? — подал голос бармен, а остальные зашевелились, потянувшись за оружием.

— [Дха вэт ро нанэ…]

— Бля, — только и успел вякнуть я, ныряя за спину попятившейся Элли и задрав голову к весящей под потолком вампирше. — Акроня, падла мелкая, ты чего творишь?!

— Валим! — завопил кто-то из, я так думаю, самых сообразительных.

— […хай мит орло! Мортэ дабл каст!] — дочитала вампирша формулу чар.

Раздался свист рассекаемого воздуха, хруст разбивающихся сосулек, дрожь подвергшегося настоящей бомбардировке пола…

По моей шкуре прошлось ледяное дыхание родной Сибири, а края щита Элли, за которым мы спрятались, покрылись инеем. Я уж молчу про несколько прилетевших в него рикошетом ледяных снарядов, от которых наш тяжелый авангард с протяжным скрипом отъехал по полу на несколько сантиметров назад.

Впрочем, длилось все это недолго.

Буквально несколько секунд, после которых можно было разжать уши и облегченно выдохнуть.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от звона в голове, я осторожно выглянул из-за спины тавры.

Теперь зал больше походил на замороженную пещеру, из ледяной поверхности которой тут и там торчали куски разорванных тел, а сам лед имел нежный розовый оттенок от вмерзшей в него крови. Стены местами зияли широкими дырами, сквозь которые было видно покрытые инеем куски мостовой и стены соседних домов с торчащими из них огромными сосульками.

— Пиздец котенку, нехуй было прыгать под каток… — констатировал я, выдыхая облачко пара. — Акронюшка, прелесть ты моя клыкастая, кто давал команду на тотальную аннигиляцию всего живого в радиусе прямой видимости?

— Ты, — захлопала глазками вампирша, устало опускаясь передо мной на промерзший пол.

Судя по тяжелому дыханию и лихорадочному блеску в глазах, чары дались ей нелегко. Возможно, из-за второго предложения, которого я по прошлому разу не помню.

— Когда это? — я подозрительно прищурился, вспоминая, не давал ли ей Хома закинуться чем-нибудь перед выходом.

— Ты сказал им не двигаться, иначе действовать будем мы, — вампирша облизнулась и громко сглотнула, не отрывая взгляда от моей шеи. — Они двинулись.

Мда.

Даже не знаю, материть ее, отшлепать или погладить по головке за старание?

— Ладно, на базе разберемся, — махнул я рукой на мелкую косячницу. — Элли, подкорми ее, пока с ног не свалилась. А я пока быстро посмотрю, может кто живой остался…

ГЛАВА 176. ОПЕРАЦИЯ "МОТЫЛЬКИ"

(ЧАСТЬ 2). ЗОВ БИТВЫ

Как ни странно, живые все же были.

Мелкая дура разнесла чарами только главный зал, в то время как комнаты на первом и втором этажах, а также подвал остались целыми. О наличии последнего я, кстати, узнал почти сразу — достаточно было заглянуть в одну из узких дырок в полу.

Сделав шаг назад, я отозвал копье, которое в подполье будет явно не в тему, после чего обернулся к парочке тактических самок. Элли как раз натягивала обратно правую перчатку, которую снимала, чтобы подкормить Акроню. Последняя, к слову, выглядела необычно задумчивой и, судя по характерным движениям губ, щечек и челюстей, водила язычком по зубам.

— Что с тобой? — удивился я.

Перед тем, как ответить, вампирша сплюнула что-то на ладонь, после чего состроила печальную гримасу.

— Клык сломала, — на ладони действительно лежал окровавленный беленький клычок. — У этой мерзкой коровы кожа как камень!

— Зато кровь вкусная, — фыркнула Элли. — И молочко. Хозяин, не хотите попробовать?

— Эм… не сейчас, — немного растерялся я. Все же, когда такое предложение звучит от черного рыцаря с копытами и огромным измазанным в крови и потрохах щитом, то мозг у любого начнет немного подлагивать. — Так, Акроня, Элли, вы осматриваете первый и второй этажи, а я иду в подвал. Ищем цель. Если найдете засранца, брать живым! И, желательно, целым. Вопросы? Нет? Тогда попрыгали!

"Ледяной шторм" вампирши, усиленный, как я понял, "двойными чарами", затушил все светильники в обозримом пространстве. Что, впрочем, было мне только на руку.

Вытянув из ножен гладиусы, я выбрал в обледенелом, но уже начавшем подтаивать, полу дырку посолидней, и солдатиком в нее нырнул.

Короткое ощущение полета, жесткий удар по ступням, болью отдавшийся аж в зубах, и скрип деревянного пола под моей тушкой.

Тут же перекатом ушел в бок, вскочил на ноги, и только после этого огляделся.

Пусто. Какая-то комната с облицовкой из дерева. У стен стоят довольно вместительные бочки. В углу валяются кандалы со следами запекшейся крови. Через несколько дыр в потолке слышен грохот — Элли выносит двери комнат. Капает вода с тающего льда. Пахнет землей, влагой, плесенью и… кровью.

Неудивительно. Этот слегка сладковатый, с нотками железа, запах прочно вошел в мою жизнь еще в родном мире, а уж тут он не отпускает меня ни на день.

Из комнаты вели две двери. Одна — массивная железная, вторая — простая деревянная. На первой висел большой замок, на второй — хлипкая задвижка.

Здравый смысл толкал мою тушку к деревянной двери. А любопытство и сидящее глубоко в заднице шило — к железной. Кого в таком случае следует слушать? Правильно!

— Нормальный русский парень принимает решение чем угодно, но только не здравым смыслом… — пробормотал я, собирая в руках два шарика с божественной маной.

"Калькулятор подрывника" тут же выдал прямо в мозг необходимое количество взрывоопасной энергии, а также траекторию броска для их пересечения в нужном месте.

Короткий взмах руками, вспышка, хлопок и оплавленные остатки замка падают на пол.

Пожалуй, если судить по степени полезности и универсальности, то это не задокументированное умение взрыва является едва ли не лучшим, что я получил от Бездны и Граора вместе взятых. Поспорить с ним могли разве что Копье Бездны да мои спутники, часть из которых, я готов поспорить на собственную чуткую задницу, мне втихую подогнали эти самые бессмертные кукловоды…

Не теряя времени, рывком подскочил к двери и толкнул ее ногой, готовясь отразить любую выскочившую угрозу. Впрочем, я не особо напрягался, работая уже просто на автомате и из чистой предосторожности — моя чуйка не ощущала с той стороны ровным счетом никакой угрозы.

Как и следовало ожидать, никто на меня оттуда не выскочил.

Это оказалась обычная кладовка со стоящими у стены ведрами и парой швабр.

— Тьфу, блядь, — выдохнул я, опуская клинки. — И нахрена было вешать такой замок с дверью на кладовку? Хотя… и в самом деле, нахрена? Может тут тайный ход какой есть? Или скрытый сейф?

Следующую минуту я потратил, с любопытством обнюхивая углы и тыкая гладиусами в каждый подозрительный кусок пола, стен и потолка. Увы, но это оказалась действительно просто кладовка. Старая и пыльная. Единственное, что натолкнуло меня на мысль о возможной причине столь монументальной двери, это въевшиеся в деревянный пол застарелые следы крови и оставшиеся в стенах неглубокие дырки и крюки. Видимо, когда-то эту кладовку использовали то ли в качестве пыточной, то ли в качестве тюремной камеры, а потом просто было лень менять дверь…

Но не успел я с разочарованием покинуть эту бесполезную комнатку, как чуйка тут же нашептала, что щас меня будут бить. И возможно, даже ногами.

Прыжком ушел в сторону, перекатился и нырнул в тень.

А по траектории моего движения просвистели и воткнулись в стену три арбалетных болта.

Не шевелясь, чтобы не сорвать эффект способности, я пробежался взглядом по обозримому пространству, пытаясь понять, откуда и кто стрелял. Нащупал засранцев практически сразу — спасибо загадочному Мортэму и его "Мрачному Жнецу".

Троицу скрытников я не видел и не слышал, но отчетливо ощущал их присутствие у приоткрытой деревянной двери. Один замер прямо рядом с ней, усиленно всматриваясь в мою сторону, а двое других начали осторожное движение вдоль стен, блуждая взглядом по комнате.

Судя по шедшей от этой троицы угрозе, это были настоящие мастера пути "ордена капюшонов". Даже моя чуйка подняла тревогу в самый последний момент. Хорошо, что я сразу в ту дверь не сунулся — столкнулся бы с такими в узком проходе, точно бы получил болт в глаз.

Ладно, назрел извечный вопрос.

Что делать?

Хотя нет, не в тему. На данный вопрос сейчас есть вполне однозначный ответ — валить уебков. Мочить в грязном привокзальном сортире. Желательно, предварительно прописав анальную кару старым вантузом.

А вот как это провернуть — вопрос уже другой и очень хороший.

Можно подождать, пока они подойдут поближе и с извечным "Вааааргх" выпрыгнуть на них с копьем. Или можно… можно… А все, фантазия кончилась.

Ну что поделать, дуболом я по натуре. Привык переть в лоб. Эх, надо было все же ориентироваться в прокачке на танка. Тогда, как Элли, обвешался бы доспехами, взял щит потолще, и слал бы всякие арбалеты и ледяные копья нахуй…

Пока размышлял, двое атсассинов обошли комнату по периметру, встретились буквально в паре шагов от меня и, судя по всему, замерли в недоумении. Ну да, в таком состоянии меня хер заметишь и хрен прибьешь.

Вот только я и пошевелиться не могу. Поклянчить у Ауттэ модификацию к способке, что ли? По-любому должна быть. Что-нибудь вроде "гопника из тени"… Правда, чую, за нее она потребует мою жопу в пожизненное рабство, так что нафиг — как-нибудь обойдусь.

Сверху раздался громкий треск. Потом тяжелый такой "БУХ" и еще один треск. Часть потолка угрожающе прогнулась, а тройка противников замерла на местах, видимо, решая, что им делать. Напряжение от них буквально разлилось по воздуху, словно шептун в забитом пассажирами душном автобусе с задраенными окнами.

Через мгновение прогнувшаяся часть потолка проломилась, не выдержав очередного удара от прыгавшей на ней тяжеленной туши, и в центр подвальной комнаты вместе с обломками толстых досок упала закованная в черные латы массивная фигура с щитом и молотом.

Не теряя ни секунды, я вынырнул из тени и скользнул на пару шагов вперед, нанося широкий удар с двух рук по тому месту пространства, где чуял вражеских скрытников. Из инвиза на пол вывалились два хрипящих тела в темных одеждах с рассеченными чуть ли не до хребта грудинами. На лицо попало несколько капель горячей густой крови, а на сапоги — вывалившиеся теплые потроха.

Короткий свист арбалетного болта, выпущенного последним убийцей… закончился бессильным лязгом о подставленный толстый щит.

— ГРОАР ВА-А-АРГХ!

Стены подвала затряслись от рева, который уже совсем ничем не напоминал эротичный голосок страстной Мумуни. Но даже этот яростный клич не перебил густой звук удара, смешанный со смачным хрустом и влажным шлепком.

Брошенный ребром щит наполовину ушел в деревянную стену. Под ним в луже крови и кишок лежала нижняя часть убийцы, а на нем, скребя по металлу ногтями и булькая кровавой пеной, агонизировала верхняя.

— Элли? — осторожно позвал я, делая на всякий случай шаг назад, ибо по себе знаю, как порой бывает сложно в состоянии берсы отделить друзей от врагов. Хорошо, хоть у нее не полноценный "берсеркер", а только его урезанная "китайская копия".

— Да… Хозяин? — тяжело дыша и явно пытаясь успокоиться отозвалась тавра.

— Молодец, вовремя выскочила, — похвалил я, с облегчением опуская клинки. — Выковыривай щит из стены и топаем дальше. Акронь, что там наверху?

— Цели нет, — пожала плечиками неспешно планирующая через оставшуюся от тавры здоровенную дыру в потолке вампирша. — Было несколько червей, возомнивших себя воинами, но на большее, чем судьбу закуски, они не годятся.

— Ну, хоть силы восстановила, — вздохнул я, с некоторым содроганием глядя на ее перемазанную в крови мордашку.

Блядь, если вдуматься, то у меня отряд состоит из тех еще неадекватных монстров. Ну, хоть ебабельны, что радует. Кроме Кроконяшки. И Хомы. Не думаю, что они обрадуются, если я к ним с таким предложением начну подкатывать. Да и мне для подобного нужно не просто напиться, а укуриться какой-нибудь полынью, закусив радостными грибочками.

— Ладно, сейчас быстро обшмонаю наших "шпийонов" и двигаем дальше.

Шмон прошел действительно быстро, потому как ничего, кроме небольших арбалетов, коротких клинков и отравленных игл у них при себе не было. Ну, еще у располовиненного асассина оказалась пара хорошеньких сисек, над которыми я коротко всплакнул, и уже знакомый и приевшийся мне до чертиков "компас охотника за головами".

— Похоже, эти целенаправленно шли по мою душу, — сделал вывод я, заталкивая во внутренний карман куртки ценный арт. — А раз они свалились не сверху, а пришли откуда-то из другой части подвала, то тут должен быть и другой вход… — от посетившего меня озарения, я прописал себе смачный удар ладонью по лбу. — Через который наша цель сейчас, скорее всего, активно съебывает! Элли, танкуешь! Акроня, без команды артиллерию не бросать, бить только одиночными! И ходу, самки, ходу!

Деревянная дверь была выбита одним движением тяжелого щита, в который тут же прилетело два подарка в виде стрел — в конце открывшегося нам длинного коридора засела пара лучников довольно оборванного вида. Но большего эта парочка сделать не успела — одного, словно бабочку, ледяной сосулькой пришпилила к стене Акроня, а второму я броском загнал сюрик в горло.

Не заметив больше никакой угрозы, мы за несколько секунд пробежали коридор и Мумуня уже проверенным ударом выбила следующую дверь, за которой обнаружилась ведущая вниз винтовая лестница из серого камня.

— У них тут у всех точно какая-то мания на подземные базы в этом дерьмосборнике, — закатил я глаза, улавливая знакомый запашок городских катакомб. — Спускаемся. Если гад ушел в тоннели, то без Няшки мы его там хрен найдем. Но проверить все же надо.

Спускались все тем же порядком — впереди Элли со щитом, следом я, а позади Акроня. Последнюю я заставил топать ножками, потому как во время парения она слишком сильно высовывалась из-за фигуры тавры.

Внизу лестница заканчивалась небольшой площадкой, с которой вела двустворчатая массивная дверь, больше похожая на замковые ворота. Попробовав ее толкнуть, я ничего не добился — она была чем-то заблокирована с той стороны.

— Выбивай, — скомандовал я тавре, посторонившись.

Применять взрыв в этой ситуации казалось слишком рискованным — пространство было замкнутым и очень тесным. Да и слишком частое обращение к мане богов чревато "перегоранием" моей латаной-перелатаной души.

Нужно срочно искать сильного "донора" маны…

Элли что-то прорычала-промычала явно на своем наречии, после чего со всей дури саданула по двери молотом. Толстые тесаные доски одной из створок, скрепленные железными полосами, с хрустом дали солидную трещину. Впрочем, Мумуня на этом не остановилась, раз за разом начав остервенело лупить по дереву, выбивая из него во все стороны щепки и целые куски.

Сколько там у нее силы? Вроде бы под восемь десятков. Да полуторный множитель "боевого ража", да двукратный от "тяжелой руки"… Выходит около двух с половиной сотен.

Понятно, почему рассчитанные, судя по виду, на таранные удары массивные ворота в локоть толщиной сдались буквально за десяток секунд.

Выбив мешающие останки преграды тяжелым ударом щита, Мумуня не задерживаясь ринулась вперед, выставив перед собой эту литую, чуть изогнутую плиту, в которую тут же полетели стрелы и арбалетные болты — в центре кое-как освещенного факелами и масляными лампами большого зала, по периметру которого были нагромождены целые завалы из разномастных коробок и бочек, выстроился настоящий боевой отряд. Впереди, почти полностью перегородив зал, стояло два десятка бойцов с большими деревянными щитами, позади них, выставив вперед полутораметровые копья, замерли мужики в кирасах, а из-за их спин начали заливать снарядами приближающуюся Элли лучники и арбалетчики.

Я едва успел утянуть сунувшуюся следом за таврой Акроню обратно на лестничную площадку, под прикрытие стен и оставшихся кусков ворот.

— Сиди тут, и не отсвечивай! Бей одиночными и только если кто-то полезет к тебе, или нужно будет прикрыть нас. По площади не бить, а то нашу коровку тоже зацепишь. Поняла?

— Так точно, — состроила вампирша кислую мину.

— ГРОАР ВА-А-АРГХ! — прокатился по подземелью яростный рык взбесившейся тавры.

Похоже, она уже проломила строй. Что не удивительно — не думаю, что там есть хоть кто-то, выше двадцатого уровня. Скорее всего, простое "мясо", которое нашей бронированной до зубов Мумуньке только пятки почесать сможет.

Но мне все же стоит присоединиться, а то мало ли что…

Выскочив из укрытия, зигзагами понесся к устроенной Элли свалке. Маневры оказались лишними — наш танк "держал" на себе внимание вражеского отряда, полностью наплевав на защиту и раздавая молотом и щитом такие плюшки, что угодившие под них бедолаги умирали еще в полете, после чего их изломанные тушки с кровавыми брызгами расшибались о встреченные стены.

Однако и самой Элли уже досталось — я заметил торчащие в стыках доспехов обломки копий и стрел, а в паре мест кончики увязших в броне арбалетных болтов.

Все это мозг зафиксировал буквально за пару секунд, потребовавшихся мне, чтобы добраться до ближайшего стрелка, спешно крутящего ворот небольшого арбалета, и снести ему голову гладиусом.

Два стоящих рядом лучника только начали оборачиваться, когда на них попала хлестнувшая фонтаном кровь товарища, а я уже наносил удар одному в сердце, а второму — выпад в горло…

Движения были уже не такими стремительными, как раньше — все же вдвое упавшая ловкость сильно сказывалась. Да и удары теперь не несли прежней разрушительной силы. Но на простых людей меня хватит с лихвой. Тем более, что все их внимание было сосредоточено на беснующемся бронированном монстре, а меня, из-за высоких навыков "тихого шага" и "незаметности", усиленных "слиянием с тенью", не так-то просто было засечь.

Скользнул дальше, врубился в спину следующей группке стрелков, стараясь убивать одним ударом в сердце или шею. Знания от навыка "смертельного удара" позволяли бить по уязвимым местам организма с хирургической точностью, не растрачивая время и силу на лишние движения.

Покончив со второй группой, пригнулся, пропуская пролетевшее мимо изломанное тело человека, попавшего под удар боевого молота. Лицо окатило брызгами крови, часть которой попала на губы. На автомате слизнул солоноватые, еще теплые капли. По ушам ударил в который раз прокатившийся по подземелью боевой клич Элли.

Сердце пропустило удар.

По телу разлилась горячая волна. Не адреналин. Не химия. А что-то большее. Выводящее организм не к его пределу, а куда-то за него. За ту черту, перед которой нас всегда останавливает здравый смысл и чувство самосохранения.

В ушах начал нарастать нечеткий шум.

Еще не музыка, но уже что-то на нее похожее.

Крики боли. Хруст костей. Хлопанье тетивы. Тяжелые удары молота. Поступь копыт. Отчаянные команды. Вопли ужаса…

Зов крови. Зов огня.

Зов битвы.

Губы сами собой растягиваются в знакомой улыбке, а губы шепчут слова на незнакомом языке.

— Граор… ва-аргх…

И густой мрачный бас прокатился по сознанию, выдавливая все лишние мысли и переживания.

— Бейся, а не прячься по теням, Берсерк.

***

[Способность "берсеркер" разблокирована].

ГЛАВА 177. ГЕРОЙ ЗАЩЕЧНЫХ МЕШОЧКОВ. ЭПИЗОД II

(ПЕЧЕНЬКА).

ЧАСТЬ 1. ОХОТА НА ЗОМБИ.

Я осторожно высунул нос в приоткрытую дверь.

Тишина.

И мертвые стоят. Хорошо, хоть без кос, а то моему маленькому пушистому тельцу было бы совсем стремно.

Осторожно сдав назад, я вернулся в подъезд и сделал пару глубоких вдохов… И тут же тихонько закашлялся — смрад из этой квартиры шел страшенный.

Эх, за что мне все это?

— Пи…

Тем не менее, нужно действовать. Остался последний рывок! Буквально чуть-чуть!

До чего?

До десятого уровня, разумеется!

Я уже пятые сутки шарюсь по этой многоэтажке, пробираясь в квартиры через незапертые двери, вентиляцию и даже окна! О последнем, впрочем, лучше не вспоминать — сразу лапки начинают подгибаться. Именно через окно я вылез из той, первой квартиры, а она оказалась аж на двадцатом этаже! И это при том, что мое тельце всего в десять сантиметров длиной!

Когда я высунулся из той форточки и осознал, над какой бездной болтаются мои лапки, то вниз полетела бомбежка из маленьких коричневых шариков.

Даже не хочу вспоминать тот кошмар, когда перебирался к открытому окну соседней квартиры, но хорошо, что там нашелся пузырек настойки пустырника. Он, кстати, позволил мне сделать еще одно открытие — ацкие хомячки не только блюют, но еще и неплохо так могут набухаться…

И вот, уже пятые сутки я шарахаюсь по квартирам, неумолимо спускаясь все ниже и ниже. И рано или поздно, но мне придется выйти на улицу. А этого "пи" как не хочется. Учитывая, какие твари иногда мне попадались тут, то в "большом мире" мелкого беззащитного хомячка схарчат как нефиг делать.

Но и прожить тут всю оставшуюся жизнь я тоже не могу, потому как в этом случае она будет непозволительно короткой.

В общем, я почесал свою бедовую головку и решил: на улицу выходить все же надо. Но перед этим нужно взять максимально возможное от этого места. А именно — десятый уровень, на котором разблокируется класс, и большую кучу ништячков!

Кучу я собрал изрядную. Но по большей части это бесполезный хлам, который моя хомячная натура просто не позволяла выбросить. Впрочем, запас карман не тянет, а "кармашки" у меня действительно безразмерные.

А вот с уровнем не заладилось — серьезные монстры, такие как почившие котик и паучок, мне больше не попадались, а с простых зомби, хоть они и попадались в среднем по двое-трое на квартиру, опыта капало не так много.

Зато убивать их было относительно просто — медлительные и неповоротливые, они представляли угрозу только за счет своей живучести и непропорционально огромной силы. Я чуть не испустил дух из своего пушистого тельца, прежде чем выработал более-менее действенную тактику. Оказывается, если перестать трястись от страха и немножко пораскинуть мозгами, этих ходячих мешков с ништяками убивать проще чем тараканов.

Однако, перестать трястись от страха оказалось все же не так-то просто…

— Пи-и-и-и… — тяжело вздохнул я, после чего отряхнулся всем тельцем и приступил к очередной операции.

Так, проверить количество зомби в квартире. Двое, больше не видно. Но если там есть еще, то вряд ли они сагрятся — мозгов не хватит.

Проверить пути отступления. Тут все в порядке — толстая капроновая нитка свисала из выломанной решетки вентиляции до самого пола. Взобраться по ней для меня теперь дело нескольких секунд.

Проверить наличие других противников. На этой лестничной площадке двери остальных квартир были закрыты, а визуально я больше никакого противника не наблюдал.

Вроде бы все в порядке, значит можно устанавливать ловушку.

Выбрав место у начала ведущей вниз лестницы, я быстро натянул прочную рыболовную леску на уровне чуть ниже колена среднего мужчины. Еще одну закрепил прямо на пороге квартиры — хорошо, хоть дверь открывалась вовнутрь.

После этого прикинул, где примерно должна оказаться голова упавшего зомби, и положил неподалеку четыре шампура для шашлыков. Проверил собственное оружие — за спиной в самодельных кожаных ножнах висел самый настоящий тесак, сооруженный из лезвия опасной бритвы! Но он совсем уж на крайний случай…

Итак, все готово.

— Пи! Пи-пи, пи, пи-пи-пи! — приободрил я себя вдохновляющим шепотом и, упершись лапками, с натугой толкнул дверь квартиры.

Она медленно и со скрипом поддалась, постепенно открываясь. Все же силенок у меня прибавилось — вон, даже дверь открыть смог! Настоящий пушистый Геркакл!

Зомби повернулись на звук скрипящих петель, аутично покачали головами, что-то промямлили и снова замерли, пуская слюни и пялясь перед собой пустыми взглядами.

— Пи… — вздохнул я.

Да, меня тупо не заметили. С одной стороны это хорошо, но с другой… я гребаный хомяк! И сие есть печаль всей моей жизни.

Набрав в грудь побольше воздуха, я выдал самый громкий писк, на какой только был способен.

— ПИИИИИИИ!!!

О, вот теперь заметили!

Зомбари вытянули вперед руки и вразвалочку побрели в мою сторону, подволакивая непослушные ноги. Я, конечно, привык уже к подобным картинам, но все равно невольно морщу носик, глядя на их уже начавшие подгнивать тела.

Интересно, это из-за недостатка "живой" еды, или все зомби в этом мире рано или поздно просто сгниют?

Быстро отошел от порога поближе к лежащим шампурам, поднял один на манер длинной пики, и напряженно замер.

Момент истины! Рубикон! Точка невозврата! Все или ничего! Пи или пиздец!

В общем, споткнутся эти гнилые болванки об леску или нет. Если да, то они мои. А если нет — то придется срочно эвакуировать свою бедную пушистую тушку.

Первый зомби доковылял до порога.

Мать моя женщина, какой же он страшный!

Так, отставить панику и отступление! Это всего лишь пустоголовый кусок мяса! Ходячий опыт! Ништяк на ножках! Один удачный удар, и все будет готово!

Зомби попытался сделать шаг через порог. Толстенная леска, кое-как примотанная с одной стороны к трубе, а с другой — к какой-то торчащей из стены скобе, натянулась и, врезавшись глубоко в штанину и гнилое мясо, отчаянно заскрипела. Но выдержала.

А вот зомби, потеряв равновесие, с урчанием упал мордой на кафель подъезда. Во все стороны брызнула вонючая кровь и полетели осколки зубов. Зомбарь неуклюже задрыгал конечностями и попытался подняться, но его тут же придавил упавший сверху второй мертвяк.

Не теряя времени, я подскочил к вяло шевелящимся и урчащим монстрам, после чего с размаху всадил шампур в глазницу верхнему зомби. И хорошенько им там пошерудил, наматывая подгнивающие мозги на острую железку. Не дожидаясь, пока задергавшаяся тварь издохнет окончательно, быстро рванул назад за еще одним шампуром.

Когда обернулся, верхний зомби уже сдох, а нижний перестал барахтаться, увлеченно жуя попавшую в рот руку товарища.

Сморщив носик от мерзкой картины, я быстро добил беззащитного монстра.

— Пииии… — устало вытер лапкой мокрый лобик.

В этот раз обошлось без эксцессов. А то у меня уже была пара довольно неприятных случаев, оставивших несколько седых волос на моей черной шкурке.

Запихав оставшиеся чистые шампуры обратно в пасть, я проигнорировал грязные железяки и шустро обшарил затихших монстров. Нашел полную зажигалку, несколько монет, обручальное кольцо, перстень, цепочку и часы. Остальное оказалось совсем уж бесполезным мусором, на который даже моя хомячность не среагировала.

Фыркнув, быстро спрятал всю добычу за щечки, после чего открыл статус и едва не запрыгал от радости.

Десятка! Десяточка! Как же долго я к ней шел!

Пять дней и целая толпа злобных зомбарей!

Так, сейчас быстренько проинспектирую квартирку и, если ничего опасного нет, то затихарюсь в каком-нибудь уголке и спокойно выберу себе класс.

ЧАСТЬ 2. КОТОФЕЙ.

Квартира оказалась пуста.

Нет, конечно всякого барахла тут было навалом, но из живых или немертвых больше никого не обнаружилось. Только я. Один. И гора ништячков.

— ПИИИИИ!

Ящик, шкафчик, маленькая шкатулка за батареей, тайничок в спинке дивана… Золото, серебро, камушки, бижутерия, блестящие монетки, столовое серебро, просто разнокалиберная полезная и не очень мелочь — я жадно запихивал в пасть все, к чему меня приводил нюх ацкого хомы.

Три часа бешеного бега по квартире, и только после этого меня, наконец, отпустило.

— Пииии… — устало выдохнул я, рухнув на пузико прямо рядом с распотрошенной шкатулкой из-под украшений.

Если бы не эти приступы "хомячества", я бы управился с прокачкой раза в три быстрее. Но вот просто не получается пройти мимо зачищенной квартиры и не облутать все нычки бывших хозяев, которые для меня чуть ли не красным подсвечиваются.

Эх, душа моя хомячья… Хотя нет, скорее не душа, а тело, потому как в прошлом я за собой такого крохоборства не замечал.

Ладно, раз приступ кончился, то сейчас перекусим и будем заниматься статистикой. Любой человек, хоть немного шарящий в играх, сразу скажет, что торопиться с распределением статов и прочих плюшек нельзя — рискуешь персонажа запороть так, что потом только на удаление. А так как у меня удаление не предусмотрено, то приходится тщательно обдумывать каждый шаг.

Достав из-за щек несколько орешков и кусок огурца, я с наслаждением всем этим захрустел… Вернее, попытался.

— ОООООООООО!!! — прокатилось по квартире низкое хоровое пение.

— ДУУУУУУУУУ!!! — затянули невидимые для меня трубы так, что задребезжали стекла в окнах. Или это мне только показалось?

— ПИИИ… як! — в панике я дернулся, щелкнул зубами и прикусил язычок.

В результате неведомую угрозу мне пришлось встречать слезящимися глазами, держась лапками за мордочку.

А угроза была. Самая страшная угроза, которую только можно было представить.

Угроза психике.

Ибо любой человек, даже если его непонятно кто и зачем засунет в тело хомяка-мутанта в мире, заполненном зомби и всякими тварями, усомнится в своем здравомыслии, наблюдая… вот ЭТО.

С того места на потолке, где висела люстра, в пол ударил слепящий столб света. И в нем показалась медленно опускающаяся вниз невысокая фигура. Когда яркость свечения чуть поутихла, я сумел разглядеть кого именно нарисовал мой воспалившийся разум, и последние сомнения тут же отпали сами собой.

Я сбрендил. Окончательно и бесповоротно.

Между полом и потолком, в классической "позе лотоса", прямо в воздухе сидел кот. Розовый котяра около метра ростом. С тремя парами трепещущих стрекозиных крыльев. В расшитой фиолетовыми звездами зеленой жилетке. С яйцами, как у статуи японского тануки. И высоким остроконечным колпаком на голове, который венчал горящий бенгальский огонь.

— Муррр… Я посланник Великого и Ужасного Владыки Укура! Мурр… Пади ниц, смертный, и моли меня молвить слово его!

— Пи… — подхватив с пола огурец, я продолжил его сосредоточенно жевать.

С глюками не общаюсь. С глюками общаются только психи. А раз я осознаю, что я псих, то могу с этим бороться. Следовательно, с глюками не общаюсь.

— Да как ты смеешь игнорировать Великого Меня! Несравненного Кото-Фея!

Я словно наяву услышал добрый голос школьного психолога.

"Угу. Котик. Да еще и фея. Интересно, интересно. Продолжайте, уважаемый, а я пока сделаю один звонок…"

— Хм… видимо ты, неразумное животное, слегка ошарашен моим величественным видом, муррр! — продолжал тем временем вещать глюк. — Но ничего, я великодушно дам тебе время придти в себя и собраться с мыслями. Секунд пять, ибо мое время дорого!

Кстати, а может это орешки? Или огурец? Да не, на вкус вроде нормальные. Скорее всего, мой разум действительно устал от происходящего кошмара, потому и решил таким вывертом устроить себе разгрузку.

Закончив грызть огурец, я осторожно потрогал прокушенный кончик языка лапкой.

Тц. Больно.

Ладно, до свадьбы заживет… Хотя, стоп! Какая, к чертям хомячьим, свадьба? Я не зоофил, чтоб за хомячихами бегать! Хм, а если буду бегать за человеческими самками, то это моя "супруга" будет считаться зоофилкой? Интересный вопрос, нужно будет позже обязательно обдумать.

— Итак, готов ли ты внимать мне, Кото-Фею? — продолжил тем временем разноцветный глюк.

Чихнув, я отвернулся от него и вызвал окно статуса.

— Пииии… — почесал лапкой затылок, увидев вместо вожделенного списка доступных классов только странную системку.

***

Внимание! Для выбора класса и допуска к дальнейшему росту уровней необходимо выполнить специальное условие.

***

И все.

Ни описаний, ни пояснений.

Только сплошное "пи" и надувательство.

Печально потыкав лапкой в висящую в воздухе надпись, я обессиленно растянулся на пузике.

И что делать? Класс не выбрать, рост уровней тоже заблокирован, а как все это исправить — ни единой подсказки.

Вдруг все поле моего зрения резко перегородила огромная кошачья морда, яростно сверкающая радужными глазами.

— ТЫ МЕНЯ ВООБЩЕ СЛУШАЕШЬ?! РРРРРРЯАААУУУУ!!!

Покатившись кубарем назад через голову, я свалился с тумбочки и шлепнулся на пол.

Уй-ёооо!

Кажется, вопрос насчет "супруги" теряет свою актуальность ввиду отбитого детородного органа.

— Муррр… — глюк плавно приземлился передо мной и довольно оскалился. — Вот, теперь ты наконец обратил на меня внимание.

— Пииии… — мрачно пообещал я, поднимаясь на дрожащих лапках и скаля зубики.

Да, они у меня маленькие, но зато очень острые!

— Так вот, животное! Внемли мне и слу… АЙ! ОЙ-ОЙ-ОЙ-ОЙ!!! ТЫ ЧЕГО ТВОРИШЬ?! ОТЦЕПИСЬ! ОТЦЕПИСЬ, КОМУ ГОВОРЮ?!

Я лишь для большей устойчивости вцепился лапками в шерсть глюка и еще активней заработал челюстями.

— МОЙ ХВОСТ! МОЙ ХВОСТ!!! ЧЕРТОВА КРЫСА!!! ОТЦЕПИСЬ ОТ МОЕГО ХВОСТ… ААААААААААААААААААА!!!

Я отлетел в сторону, сжимая в лапках добычу. Приземлился на спинку, кубарем перекатился через голову и встал на ноги.

— От… отгрыз, — переводил глюк круглые глаза со своего оставшегося от хвоста обрубка на мои лапки, сжимающие кусок его драгоценного органа с пушистой белой кисточкой на конце.

Стоило мне задержать взгляд на этом образце глюкнутого мяска, как перед глазами тут же выскочило сообщение.

***

Хвост с кисточкой уникального питомца Древнего Бога.

Крафтовый предмет.

Редкость: SSS+++

Прочность: В

***

— ДАЙ. СЮДА. МОЙ. ХВОСТ!!! — взревел тем временем глюк.

Хм. Или все же не глюк?

Начали у меня закрадываться такие подозрения.

Тем не менее, "пи" тебе, а не хвост. Если до сих пор только орешь и топаешь ножками, то и сделать мне, скорее всего, ничего не можешь.

И проверить это просто.

— Ам.

Котофей пораженно замер, с выпученными глазами наблюдая, как его драгоценный хвост исчезает в моей пасти. Потом посмотрел на свой оставшийся обрубок… плюхнулся на задницу и разревелся. Вот только не долго ему пришлось плакать.

Потому как буквально спустя пару секунд он резко замолчал и ошарашенно-опасливым взглядом уставился на меня.

— Ж… Животное! Ты это чего?! ТЫ ЧЕГО УДУМАЛ?!

— Пииии… — широко улыбнулся я.

А что? Я ничего. Просто, если у него хвостик такой ценный, то что насчет когтя? Или сразу лапки? Или глаза? Или печени? Крылышка?

— Ик… — Котофей икнул и начал поспешно отползать.

— Пиии… — здец тебе, ништяконосец.

С ласковой улыбкой я пошел вперед, вытягивая из-за спины тесак-бритву…

ЧАСТЬ 3. ЗАДАНИЕ

***

Клочок шерсти уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: B. (x57)

Клык уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: A. (x2)

Коготь уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: A. (x4)

Радужное крыло уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: D. (x2)

Склянка с калом уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: F. (x2)

Склянка с мочой уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: F. (x2)

Склянка со слезами уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: F. (x8)

Склянка со слюной уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: F. (x3)

Ус уникального питомца Древнего Бога. Крафтовый предмет. Редкость: SSS+++. Прочность: B. (x3)

***

Внимание! Получены новые титулы!

Собиратель уников — ты нашел 10 крафтовых предметов ранга "S" и выше! Получен бонус "+1 ко всем характеристикам".

Маньячный собиратель уников — ты нашел 50 крафтовых предметов ранга "S" и выше! Получен бонус "+10 ко всем характеристикам".

Бессердечный — ты долго и упорно терзал живое существо, не взирая на все его крики и мольбы. Последователи светлых богов "милосердия" и смежных направлений отныне будут относиться к тебе с настороженностью.

Насильник-ксенофил — ты доставил сексуальное удовольствие представителю кардинально иного вида посредством физического насилия. Верные последователи темных богов "похоти" и смежных направлений будут неосознанно чувствовать к тебе благосклонность.

***

Мда-а-а-а… Нехило меня переклинило.

— Пииии… — я почесал ушко, оглядывая лежащую передо мной горку ништячков.

Ладно, чего добру пропадать? Быстренько побросаю все в пасть, и буду думать, что делать дальше. Только сначала стоит поблагодарить несчастного Кото-Фея за его жертву во имя выживания бедного несчастного хомячка…

Сложив перед грудью лапки лодочкой, я принял как можно более печальное выражение и мысленно вознес молитву неизвестному богу Укуру за упокой его зверушки…

— Эй! Я еще жив! — зашипела висящая на люстре жертва ксенонасилия.

Я смерил его скептическим взглядом и, широко улыбнувшись, приглашающе поманил лапкой.

— Пиии…

Иди сюда, милый котик. У тебя там еще шерстка осталась, коготки, клычки…

Так, стоп! Печенькин!

А ну взял себя в лапки! А то точно прибьешь бедное животное! И так едва сдержался, чтобы не выпотрошить этого мяукающего фея ради добычи эпических ништячков!

Тряхнув мордочкой, стал быстро засовывать в пасть перевязанные капронкой пучки шерсти, скляночки и заботливо оттертые тряпочкой когти и зубы бедного фея. Тот наблюдал за всем этим с плаксиво-траурным выражением морды.

Закончив "трапезу", я довольно погладил свои щечки.

Эх, сколько же туда ништячков влезает! Но все равно мало! Нужно добыть больше… Хе-хе-хе.

Стоп! Блин, хомячная моя натура! Точно скоро со всем этим крыша поедет.

А ну взял себя в лапки и вернулся к реальности!

Конкретно, к нашему ощипанному говорящему котейке.

— Пи-и-и-и, — протянул я, косясь на сразу же зашипевшее животное.

Так, если он реален, то, значит, и появление его тоже было реальным. В смысле, опускание с потолка в столбе света. Это, вкупе с описанием его "запчастей", может служить весомым доказательством того, что Кото-Фей и в самом деле посланник какого-то бога.

Но тогда встает несколько резонных вопросов.

Во-первых, почему он такой слабенький? Его же, в буквальном смысле, только что ободрала мышь! Ну, пусть хомячок, но дело это не меняет. Да, характеристики у меня за последние дни подросли, но все равно я вряд ли смогу потягаться с "посланцем божьим".

Во-вторых, что ему от меня надо? А что-то определенно требуется, потому как он до сих пор висит на люстре, шипит-фырчит-скворчит, но не уходит.

Ну и в третьих… а как быстро у него восстановится все мною ободранное? И можно ли будет его "остричь" по второму кругу?

Так, опять меня не туда понесло.

— Пииии, — вздохнул я, поднимая взгляд к потолку.

— Кшааааааа! — зашипел котейка, раскачиваясь на люстре и судорожно махая двумя оставшимися стрекозиными крылышками.

Мда. Видимо, к взаимопониманию мы теперь так просто не придем. И ведь говорить не умею, чтобы ему все объясн… Точно!

Я хлопнул себя по мохнатому лбу.

Зачем мне говорить?! Когда можно написать!

На секунду замерев, я быстро отыскал в закромах нужную вещицу и сплюнул на пол тонкий белый мелок для рисования. Подхватив его обеими лапками, покрутил головой в поисках подходящей поверхности. Таковая нашлась буквально у меня за спиной — боковина старого деревянного комодика.

Повозившись некоторое время, я коряво вывел как можно более большими буквами "я пришел в себя, больше не буду, спускайся". После чего положил мелок на пол и поднял вверх перепачканные в белом лапки в знак мирных намерений.

— Это хорошо, — нервно кивнул котейка, прочитав надпись. — Но я лучше тут повишу. И мне безопасней, и правильней будет внимать гласу Древнего божества, когда он идет сверху!

Я пожал плечиками.

Как знаешь.

После чего достал из-за щечки пару чищеных грецких орехов, уселся на пушистый зад и приготовился "внимать".

— Непочтительное животное, — проворчал кот, поудобней цепляясь за люстру оставшимися когтями.

— Пи.

Грызь, грызь, грызь, грызь, грызь…

— Так вот, внимай! — пафосно поднял лысый обрубок хвоста Кото-Фей. — Наш милостивый бог Укур уже даровал тебе Великую Миссию! И сегодня он дает тебе первую подсказку на пути ее исполнения! Цитирую! "Пусть шибздик спустится в подвал и кокнет воооон ту зубастую зверушку. А я пока вздремну…" Конец цитаты!

Орешек выпал у меня из лапок.

Это что за бог такой?!

— ПИИИ!

Под стать, блин, своему посланцу! Все, порешу гада! Пущу на заспиртованные внутренности для каких-нибудь алхимических зелий! Пока варить я их не умею, но ради такого обязательно научусь! Держу пари, эти яйца у меня китайцы с лапками оторвут! Они там вечно упарываются по настойкам и порошкам из половых органов каких-нибудь кото-тигров!

— Эм… я послание передал, за сим спешу откланяться, — Кото-Фей нервно сглотнул и, увернувшись от брошенного в него орешка, нырнул в засветившийся над ним круг на потолке, оставив меня наедине с моей ЯРОСТЬЮ!

— ПИИИИИИИИИ!

Да, бойтесь меня! Я страшен в гневе! Я могу покусать! И даже что-нибудь отгрызть!

Отбесившись, я сел обратно и вновь принялся грызть орешек.

Ладно. Все. Спокойно.

И вообще, кто сказал, что я должен что-то выполнять? Лезть в какой-то подвал за непонятной "зубастой зверушкой", да еще и по велению стремного бога, который, если мне не изменяет память, меня в это тельце и засунул!

Все, спокойней. Грызем орешек. Релаксируем.

— Пи.

Кусь. Грызь, грызь, грызь, грызь, грызь…

Дилиньг!

Перед моей мордашкой появилось полупрозрачное окошко системного сообщения.

***

Внимание!

Получено Божественное Задание!

Древний бог Укур велит спуститься в подвал того здания, в котором ты сейчас находишься, и уничтожить "зубастую чудь".

Зубастая чудь — опасный мутант пятнадцатого уровня. Хорошо маскируется, отлично видит в темноте. Обладает низкой живучестью и высоким атакующим потенциалом ближнего боя.

Срок: 48 часов.

Награда за выполнение: возможность выбора класса, разблокирование дальнейшего набора опыта до 20 уровня. Возможен дополнительный бонус.

Штраф за провал/отказ: смерть.

***

— Пи, — …здец.

ЧАСТЬ 4. ПОДГОТОВКА.

От злости я сидел и грыз ножку комода.

Минут через пять, выпустив на несчастный предмет мебели весь свой негатив, я все же вернулся в реальность.

— Пииии… — распластавшись на пузике, сплюнул набившиеся в пасть опилки и задумался о тщетности бытия.

Долго обдумывать эту тему не удалось, потому как тщетность не тщетность, а делать что-то надо было. Ибо подыхать по велению какого-то Укурка не хотелось совершенно.

Эх, бедная моя пушистая шкурка. За что мне такие наказания? Жил ведь тихо-мирно, никого не трогал, и тут на тебе. Грузовик-киллер, укуренный бог, хомячья тушка, зомби, пауки-мутанты, кото-феи… А теперь еще и подвал с каким-то загрызнем.

Ладно, вытираем носик и садимся за анализ. Для начала, что мы имеем?

— Пи, — мысленным приказом я вызвал панель статуса и пробежался по ней взглядом.

***

Вид: ацкий хома (легендарный монстр)

Имя: Печенька.

Титулы:

Собиратель уников (+1 ко всем характеристикам) [+]

Маньячный собиратель уников (+10 ко всем характеристикам) [+]

Бессердечный [+]

Насильник-ксенофил [+]

Герой защечных мешочков

Следующий Великой Миссии

Трусливый хитрожоп

Уровень: 10 (заблокирован) [+7]

Класс: нет (выбор заблокирован).

Характеристики:

Сила: 33

Ловкость: 44

Восприятие: 26

Живучесть: 32

Сила мысли: 27

Свободные очки: 0

Способности:

Глаз ацкого хомы (видовое)

Жадность ацкого хомы (видовое)

Ночной глаз (обычн)

Одержимость ацким хомой (видовое)

Пространственные щечки (легенд, от титула "Герой защечных мешочков")

Удушение ацкого хомы (видовое)

Свободные очки: 0

Навыки:

Владение столовыми приборами: 6 ур. (ученик) [+4]

Ловушки: 8 ур (ученик) [+8]

Незаметность: 6 ур (ученик) [+6]

Предчувствие опасности: 8 ур (ученик) [+5]

Смертельный удар: 7 ур (ученик) [+7]

Создание артефактов: 6 ур (ученик) [+6]

Тихий шаг: 5 ур (ученик) [+5]

Укус: 11 ур (подмастерье) [+7]

Хитрожопость: 7 ур (ученик) [+5]

Хомг-фу: 13 ур (подмастерье) [+10]

***

— Пииии… — печальный вздох.

Арсенал способностей небогат. И это еще мягко сказано.

Глаз ацкого хомы, жадность, удушение… Разве что "одержимость" может как-то помочь, но я еще ни разу ее не пробовал применять. Как я понял из описания, она позволяет брать под контроль близких мне по виду существ. А близкие у нас кто? Правильно. Крысы, мыши, хомячки, белочки… Вот только никого из них я тут не видел. Возможно, в подвале кого-нибудь найду, если их эта зубастая страхолюдина еще не съела. Но, с другого боку, что сможет сделать десяток крыс мутировавшему монстру с ориентированием на ближний бой?

Разве что помогут мне выиграть время. Время на что? На удар. Один точный смертельный удар.

А бить чем собрался? Шампуром или своей бритвой?

Не думаю, что они помогут.

Тогда чем? Огнестрельного оружия мне не встречалось, да и не смогу я им пользоваться, учитывая, что размер всего моего тельца едва дотягивает до десяти сантиметров. Разве что какой-нибудь "дамской" мини-пукалкой смешного калибра. Но, опять же, где мне ее взять? Да и можно ли с такого убить мутанта? Я встречал всего двоих из представителей этой братии — кошака и паука, но оба были живучи как хомячьи черти!

Видимо, оружие придется мастерить.

А из чего? Желательно, из самого качественного материала. Учитывая важность вопроса, не думаю, что моя хомячья натура будет возражать.

А самое "качественное" я получил с почившего… то есть, ушедшего Кото-Фея. И начинают у меня закрадываться такие подозрения, что не "я их получил", а "мне их дали".

Ну да, если подумать, то очень к месту упали мне эти крафтовые ништячки. Учитывая, что упали они с посланца того бога, который мне и задание дал.

— Пи, — поднявшись на лапки, я сел в "позу суриката" и принялся мысленно перебирать то, что у меня валялось в "мешочках". — Пиииии…

Оружие. Каким оно должно быть? В последнее время я привык к длинному оружию. Нужно что-то вроде пики или копья. При моем росте только так работать и получается, потому что режуще-секущее оружие выглядит… ну просто смешно. Пойди попробуй убить зомби перочинным ножиком!

Так что берем за основу пику. Будем делать "Пика-пика-чу".

Нужно древко. Прочное. Очень прочное. Вес значения не имеет — при моей силе, которая от последних титулов неплохо так поднялась, и требуемых размерах, это свойство материала действительно дело десятое.

Что у меня есть подходящее?

Лапки паукана. Очень прочный хитин. Но вот с обработкой полный "пи". Тут нужны специнструменты и знания, которых у меня нет. У меня есть только зубы, какие-то клочки инфы от навыка да когда-то прочитанные сведения, которым и верить-то особо нельзя.

Так, нужно найти что-то, что можно обработать с помощью ногтя, зуба и хомячьего мата.

Вилка. Прочная, достаточно тяжелая, но… опять же, фиг обработаешь в полевых условиях. Нет нужного оборудования. Нет, я конечно могу примотать к ней пару клыков, посадить на клей когти, и получится вполне себе боевое чудо-юдо. Вот только таковым оно пробудет до первого же боя, грозя развалиться от любого более-менее сильного удара. Знаем, проходили. Именно так меня и подвело мое первое "творение", которое сейчас лежит в закромах в виде хитиновой палочки и когтя.

Остаются только всякие деревяшки…

Подумав, я открыл пасть и стал, помогая себе лапками, доставать две длинные палочки для еды. Готов поспорить, что со стороны это смотрится достаточно крипово — маленький черный хомяк вытаскивает из своей пасти две скрепленные резинкой китайские палочки, которые вдвое его длиннее…

— Пииии… — выдохнул я, наконец вытянув громоздкие деревяшки.

Так-с, что тут у нас? "Глаз хомы", не подведи!

***

Полочки для еды. Выполнены из мореного дуба. Отшлифованы. Могут использоваться в качестве крафтового предмета.

Редкость: A.

Прочность: A.

***

Вот такое чудо я случайно обнаружил в квартире какого-то мажора. Причем, их там была целая связка в десять пар. Жалко, конечно, аж… хомяк душит, но ради дела нужно.

Для начала попробуем присобачить на конец клык Кото-Фея. Вопрос только один — как? Помнится, раньше для этих целей делали расщеп на конце древка. Наверное, стоит пойти этим путем, чем пытаться выпилить в ценном зубе подходящую под конец палочки выемку…

Сделать этот самый расщеп получилось только с третьей попытки, сломав предварительно две палочки. Все же, хомячьи зубы и лезвие опасной бритвы — далеко не набор "мечта столяра".

Аккуратно вставив прямой шиловидный клык между двух половинок расщепленной палочки, я подумал, чем бы можно было это дело закрепить-обмотать. Сами собой напрашивались варианты с леской или капроновой нитью, но… Что-то не лежала к ним душа творца. В результате, в качестве обмотки выступила розовая шерсть все того же Кото-Фея, на что у меня ушло аж три пучка! Дальше выгрыз в основании палочки небольшую выемку и, капнув внутрь суперклея, вставил в нее тот самый алый кристалл, который добыл из паукана еще в первый день моего пребывания в этом мире.

После этого, подумав, выудил из безразмерных закромов кусочек шелка, который примотал у основания обмотки — получился такой веселый зелененький шлейф, как в китайских фильмах. Вдохновленный, я еще и кассету с чернилами для перьевой ручки достал и, проколов крышечку, аккуратно вывел кончиком иголки на зеленом шелке надпись: "Смерть зубастым, а Укур — дурак!"

Стоило мне закончить, как что-то в голове зазвенело, за окном — громыхнуло, а самодельное копье в лапках на пару мгновений покрылось рябью из серо-буро-малиновых всполохов.

***

Внимание! Получена новая плюшка!

Дикий артефактор — пассивная способка легендарного ранга, позволяющая создавать артефакты из подручных средств прямо "на коленке".

В такие моменты твоя интуиция обостряется в несколько раз, а шанс получить отличный результат удваивается!

Внимание! Способность не работает в мастерских или при использовании различных хитроумных приспособлений!

Только руки, мат и лобзик. Только хардкор!

***

— Пи… — захлопал я глазками, читая сообщение.

Это что же, мне теперь всю жизнь так мучиться?!

А что там хоть получилось такое, что за него аж легендарную способность дали?

***

Копье Пушистого Богохульника. Оружие редкого ранга, созданное на коленке одним криворуким мастером.

Ограничения: только для маленьких животных.

Особые эффекты: "укрепление", "слово ереси", "касание огня".

Касание огня — активная способность Копья Пушистого Богохульника.

Активация: фраза [елочка, гори].

Эффект: по направлению, указанному наконечником копья, выстреливает маленький огненный шар.

Откат: 5 минут.

Слово ереси — активная способность Копья Пушистого Богохульника.

Активация: уколоть копьем живой организм и сказать [Укур — дурак].

Эффект: непредсказуем.

Откат: сутки.

Укрепление — пассивная способность Копья Пушистого Богохульника , придающая оружию сверхъестественную прочность в руках владельца.

***

От злости я чуть не сломал ценный артефакт!

Впрочем, для кого ценный, а кому — зубочистка!

Активация то, активация сё…

— ПИИИИИИИИ!!!

Я ЖЕ, БЛЯДЬ, ГОВОРИТЬ НЕ УМЕЮ!!!

ЧАСТЬ 5. ЗУБАСТАЯ ЧУДЬ.

Весь оставшийся день я занимался тем, что раз за разом переделывал копье из палочки для еды. Последних, кстати, извел еще семь штук, прежде чем получилось что-то хоть сколько-нибудь подходящее мне.

Внешне оно почти ничем не отличалось от первого экземпляра. Разве что вдоль древка я спиралькой намотал один из усов Кото-Фея, закрепив его, для надежности, клеем, а на куске шелка, в этот раз оказавшегося темно-бордовым, чернилами вывел "Больше черепов трону черепов!" Причем последнее было больше из-за того, что просто хотелось посмотреть, что же будет. Дело в том, что каждый раз один из эффектов этих зубочисток был так или иначе связан со смыслом написанных слов.

***

Копье Черепов. Оружие редкого ранга, созданное на коленке одним криворуким мастером. Ограничения: только для маленьких животных. Особые эффекты: "горящий череп", "укрепление".

Горящий череп — активная способность Копья Черепов. Активация: ударить как клюшкой по какому-нибудь подходящему предмету. Эффект: предмет превратится в горящий летающий череп и погонится за врагом. Откат: 5 минут.

Укрепление — пассивная способность Копья Черепов, придающая оружию сверхъестественную прочность в руках владельца.

***

Так себе, но хоть что-то. Причем раз от раза копье несло в себе какой-то огненный эффект. Нетрудно догадаться, что дело тут было в том небольшом красном камушке, что я приклеил к рукояти.

— Пи, — покрутив в лапках копье, я с опаской взглянул на ведущую в подвал лестницу.

Как и в большинстве домов моего родного города, таковая обнаружилась на первом этаже лестничного пролета и была перегорожена массивной решеткой с не менее массивным висячим замком. Вот только для меня зазоры между прутьями этой "сверх надежной" преграды были как ворота стадиона — туда даже средних размеров кошка пролезть сможет, не то что тощий взъерошенный хомяк!

Внизу было темно. Но это нормально — я предвидел, что мне придется не единожды красться в темноте, так что из списка внезапно предложенных на пятом уровне способностей взял "ночной глаз". Гораздо больше темноты меня пугало то, что могло в ней прятаться!

Потому что даже отсюда я слышал в подвале какие-то шорохи, приглушенные шаги, какое-то ворчание-рычание да прочие… радости.

И от этих звуков я прям физически ощущал, как моя шерстка потихоньку белеет, превращая меня из странного черного хомы во вполне обычного белого хомячка.

Лезть туда? В этот темный, забитый тварями подвал? Чтобы прикончить какую-то зубастую тварь, которая старше меня на пять уровней?!

— Пиии… — пискнул я, сев на задницу прямо рядом с прутьями и испустив печальный вздох.

Я жить хочу. Тихо-мирно починять примус и собирать ништячки. А не пойти на корм монстрам во славу какого-то шизанутого бога. Вот только штраф за задание недвусмысленно так намекает, что иного пути у меня нет. Только вперед и биться. Иначе — смерть. И осталось у меня на это чуть больше тридцати часов.

Может, еще какое-нибудь оружие сделать? Лук, допустим. Или пращу. Вот только что те спички и мелкие камушки, которыми я буду пулять, сделают местным мутантам? Разве что ядом их смажу, да буду точно в глаз бить… Идея, конечно, прикольная, но столкновения с реальностью не выдерживает никакого: нужно время, чтобы сделать лук, время, чтобы научиться из него сносно стрелять, время, чтобы настругать стрел, а потом еще и яд нормальный где-то достать…

— Пииии… — испустив еще один печальный вздох, я сглотнул тягучую слюну и поднялся на лапки.

Ладно, для начала разведка. Просто суну нос и гляну, что там и как. Если что, то быстренько ретируюсь обратно.

Подумав, все же засунул копье обратно в "защечный мешочек" — если понадобится, то достать не проблема, а если нужно будет спешно уносить лапки или прятаться, то только мешаться будет.

Так, а теперь тихонечко… по одной ступеньке… прислушиваясь и замирая… я начинаю свой спуск в пучину черного ада, где кроются твари, что никогда не видели света солнца дневного и не знали радости от созерцания неба голубого… Так, что-то меня куда-то не туда понесло. Все, спокойней. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Ничего пока не случилось. Вот и еще одна ступенька. Половина лестницы позади. Вдох-выдох. Сейчас пройдем еще половину. А потом тихо и спокойно все осмотрим. Ничего страшного пока не случилось. Вот и еще одна ступеееееееееееееЕЕЕЕ!

— ПИИИИИИИИИ!

Мать моя хомячиха! Наверх, наверх, наверх!!!

Едва успев прошмыгнуть между прутьев, я буквально своим куцым хвостиком ощутил поток смрадного воздуха и сухой щелчок сомкнувшихся на пустоте страшных челюстей.

Кубарем прокатившись еще несколько десятков сантиметров, я стукнулся головой о стенку и тихонько по ней сполз.

— Гррррр… — раздалось за спиной глухое рычание.

Нервно пошевелив усами, медленно обернулся и с облегчением выдохнул. Тварь все-таки не смогла пролезть через решетку и сейчас сидела с той стороны, прожигая меня взглядом голодных желтых глаз.

— Пиииии… — выдохнул я, обессиленно плюхнувшись на пузико.

Вот и сходил на разведку. Даже до середины лестницы не спустился, а меня уже попытались сожрать.

Мутант, сидящий с той стороны решетки, явно произошел от какой-то собаки. Крупное тело с длинными мощными лапами, набор острых когтей и клыков, горящие ненавистью и голодом желтые глаза, вывалившийся из пасти покрытый какими-то присосками длинный язык, гибкий крысиный хвост с серповидным жалом, бесшерстное тело, покрытое складками и какими-то сочащимися слизью язвами… В общем, "пи" какое приятное зрелище.

Дилиньг!

***

Поздравляем! Ты нашел монстра "Зубастая чудь"! Теперь можешь его убить.

***

Мои маленькие глазки сошлись на черном шевелящемся носике.

Вот это? Убить? Мне?

— Пи, — …здец.

— Грррр… — подтвердила тварь мои мысли, начав лизать прутья решетки.

Эм… У нее что, железа в организме не хватает? Ну ладно, это ее проблемы. Главное, что цель я нашел. И волнует меня сейчас только один вопрос — как эту мерзость прикончить, при этом желательно так, чтобы не пойти ей на обед и, пардон, не обделаться?

Попробовать запустить в нее "горящий череп"? А что? Я его ни разу не испытывал. Может и сработает. Вдруг это какая-нибудь палка-нагибалка?

Кое-как поднявшись на дрожащие лапки, я достал из пасти свое криворукое творение и покрутил мордочкой в поисках подходящего "снаряда". Таковой обнаружился в паре шагов от меня — небольшой кусочек отломившегося от стены бетона.

Встав рядом с ним в позу заправского гольфиста, как их показывают в фильмах, я примерился для удара. Попытка только одна, потому как следующей ждать пять минут, и не думаю, что тварь будет тут так долго торчать. Скорее, пойдет обратно к себе искать менее шуструю и более упитанную добычу.

Так, примериться… Прицелиться… Сделать пару пробных взмахов… Ударить по пустоте… Вроде бы привык.

— Пи.

А теперь нужен один четкий сильный удар и…

Крак.

Такой сочный звук сминающейся консервной банки.

И следом — звук упавшего на бетонный пол металлического прута.

— Грррр… — тварь широко-широко улыбнулась, облизываясь длинным пористым языком.

— Пи… — выпучил я глаза на лежащие перед ней изъеденные кислотой останки одного из прутьев решетки.

А зубастая чудь тем временем начала вполне успешно протискиваться через образовавшийся зазор…

Бежать? Догонит.

Молиться? Не услышат.

Какать от страха? Уже.

Драться? Чем? Копьем? Не смешно…

— Пи, — издал я свой последний писк и, зажмурившись, все-таки ударил по камушку своей зубочисткой. Сухой щелчок удара и легкое сопротивление древка дало понять, что по камушку я попал.

А в следующее мгновение подъезд заполнил звук, напоминающий что-то среднее между ревом разбуженного зимой медведя и звуком вырывающейся из огнемета струи пламени…

ГЛАВА 178. МЕЧТЫ СМОЕТ ДОЖДЬ. ЭПИЗОД I

(РОУЗ).

Я открыла глаза.

Каменный потолок. Но не влажный, а сухой чистый камень. Без плесени, жуков и прочих вещей, которые вечно сопровождают подземелья.

Да и нет ощущения, что я нахожусь под землей — вампиры к этому очень чувствительны. Мы всегда знаем, как близко к нам находится губительное солнце. Кстати о нем — я практически не чувствую влияния светила. Значит, ночь только-только началась.

Сев, я невольно потянулась, разминая затекшее тело, и с удивлением огляделась.

Ни на наш старый особняк, ни на одно из многочисленных подземных убежищ это место было не похоже.

Небольшая комната, без светильников и окон. Из обстановки только узкая одноместная койка, застеленная соломой.

Больше всего мне это место напомнило казематы. Только вот хлипенькая деревянная дверь не выглядела тюремной, да и чувствовала я себя хорошо. Даже слишком хорошо. Как-то… счастливо.

Странно. А чувствовать себя счастливой — это ненормально?

Видимо, для меня — да. Потому что причин для такого настроения просто не было. Напротив, в последнее время я постоянно ходила злая на всех, как старый упырь, которому рыцарь отдавил любимую мозоль… А тут вдруг поспала, и такие перемены. Кстати, а почему я так злилась?

Хм…

Не помню. В голове словно каша.

Ни причин моего раздражения на всех "родственников", ни того, как и почему я вдруг оказалась в незнакомом месте, ни повода к внезапному избавлению от хандры… Да и память последних дней была в таком состоянии, словно я беспросветно пьянствовала минимум неделю — все будто в тумане и широченных пробелах. Тут помню, тут — не помню.

Встав, я быстро проверила снаряжение.

Черный боевой костюм с эффектом маскировки, широкий пояс с парой кинжалов, любимые сапожки… Все мое, все на месте.

Рядом с койкой обнаружились простой прямой меч в потертых серых ножнах, небольшая перекидная сумка, пропахшая дорожной пылью, и столь же запыленный серый плащ с глубоким капюшоном. Сразу с любопытством зарывшись в сумку, я нашла кожаный бурдюк с, судя по запаху, разведенным вином, немного сыра с хлебом и вяленым мясом, два тугих кошелька и сложенную вчетверо записку, скрепленную личной печатью Хозяина.

Открыв горловины кошельков, я чуть не окосела — оба были доверху забиты тонкими пластинками золотых монет!

Да их тут сотни! Может быть, даже больше тысячи! Куда мне столько?! И, главное, откуда?! Нет, обнести казну клана я просто физически не могла. А чтобы ограбила кого-то, столь богатого, тоже не помню.

Запустив пальцы в один из кошельков, завороженно поворошила звенящие монетки.

Да, без сомнений. Настоящее золото.

Выудив десяток монеток, спрятала их в потайной кармашек пояса, после чего плотно завязала кошельки и затолкала их на самое дно сумки.

Вот так привалило…

Немного оправившись от шока, я достала записку с печатью Хозяина и осторожно вскрыла. Развернула.

Темно, конечно, но с моим зрением буквы разобрать вполне получалось. Другое дело, что изобилующий завитушками почерк старого вампира порой бывало просто невозможно понять. К счастью, тут он явно спешил, так что текст был более-менее читаемым.

"Роуз, дочь моя.

Когда ты будешь это читать, клан уже будет далеко. Очень далеко. Я принял решение переселиться с этой беспокойной земли в более тихие места. Дело в том, что мне осталось не так уж много времени, и я хотел бы провести его подальше от всевозможных неприятностей.

Большая часть клана отправилась со мной, изъявив желание остаться со своим Патриархом в последние годы его слишком долгой жизни. Но некоторые захотели отделиться и начать уже сейчас жить самостоятельно. Что же, я их не виню. Сам когда-то был таким.

Наверное, ты сейчас в недоумении, при чем тут ты, и почему сейчас одна? Чтобы понять это, для начала задай себе вопрос, что бы ты выбрала: остаться со мной в клане или уйти искать свое счастье самостоятельно? Думаю, ответ очевиден для нас обоих. И именно поэтому ты сейчас там.

Ты слишком привязалась ко мне. Я не против этого, девочка моя. Но вот против того, что тянется следом за тобой. Уж прости старого эгоиста, но одно твое присутствие в будущем может принести клану и мне столько проблем, что о тихой старости я могу забыть сразу.

И недавние события это доказали.

Что бы ты ни говорила про то, что устала от мира и хочешь покоя, но твои действия твердят об обратном. Ты не слушаешься старика, умудряешься игнорировать мои приказы, да еще и раз за разом приносишь целый ворох проблем на хвосте. И, самое главное, тебе это нравится, признай.

Так что я принял нелегкое решение отпустить тебя в свободный полет пораньше. Ты уже не маленькая, успела повидать многое и как человек, и как вампир, так что вполне способна прожить долгую и насыщенную жизнь. Денег, которые тебе оставил один… человек, хватит на несколько лет жизни. От себя я добавил меч. Знаю, что сейчас ты предпочитаешь кинжалы, но так же знаю, что в прошлом ты была хорошей мечницей. И советую, как бы ты к нему ни относилась, все же вспомнить это ремесло. Хотя бы ради моего подарка.

На этом все.

Прощай, Роуз. Найди в этой жизни свой путь к Черному Светилу, и пусть Ауттэ хранит тебя на нем.

Твой бывший Хозяин — Корвин, Янтарный Принц.

П.С. Скорее всего, последние дни в твоей памяти представляют собой весьма странную картину. Как и некоторые воспоминания о более ранних отрезках твоего жизненного пути. Я бы не советовал пытаться разобраться в этом, но зная тебя… В общем, можешь начать с нашего дома в столице. А там либо сама все поймешь, либо твой путь поведет тебя совсем в другую сторону…"

Я медленно смяла листок.

С тихим шелестом он превращался во все более и более маленький комок бумаги, пока не спрессовался настолько, что смять еще больше моих сил просто не хватало. Но даже тогда я продолжила сдавливать и комкать его со скрипом по коже и хрустом в суставах.

А в голове была только пустота. Ни единой мысли.

Лишь пустота и… обида!

— Чертов старый хрыч!

Скомканное письмо улетело в дальний пыльный угол.

Я медленно сделала несколько шагов назад, пока не уперлась спиной в холодный камень. Ноги подогнулись и тело обессиленно скользнуло вниз по стене, пока не оказалось сидящим на полу. Подтянув коленки к груди, обняла их руками и уткнулась носом…

— Нечестно это, Хозяин. Совсем нечестно…

***

— Ногу прямее! Прямее, кому говорю! Паршивая девчонка!

Визг воздуха, рассекаемого гибкой веткой, мгновенно перешел в визг уже мой, когда эта самая ветка оставила очередной отпечаток на одной из ягодиц. Брюки этому дьявольскому оружию были не помехой.

— Я стараюсь… — пожаловалась я, пытаясь одновременно и выставить ногу так, как говорил учитель, и удержать слишком тяжелый для меня меч.

— Да нихуя ты не стараешься! — злобно сверкнул глазами дедок. — Слабая бледная немочь! Бросай эту железку и марш на полосу препятствий! Минимум десять проходов, и не дай Авалар хоть одна деревяшка тебя заденет! Неделю сидеть не сможешь!

Заливаясь слезами и кляня себя на чем свет стоит, я побежала к адской машине из вращающихся бревен и палок, чтобы в который раз испытать ее на своей шкуре…

И открыла глаза.

Все тот же каменный мешок с закрытой деревянной дверью.

Я что, уснула? Вампир, который уснул посреди ночи?!

Дожили.

Вытерев подозрительно влажные щеки рукавом, я прислушалась к ощущениям. Нормально. Всего полчаса продремала. Даже сон какой-то приснился. Что-то про времена моей учебы у того сумасшедшего старика.

— Прости, Лукий, не получился из меня воин света… — пробормотала я, вставая с пола. — Ладно, нужно выбираться.

Сумку через плечо, плащ поверх. Меч…

Меч.

Осторожно взялась за рукоять. Рука слегка дрогнула и попыталась сама собой разжаться. Упрямо стиснув зубы, напрягла пальцы и до скрипа вцепилась в шершавую кожу обмотки.

Секундное колебание.

Уф. Отпустило. Кажется.

Сглотнув тягучую слюну, взялась второй рукой за ножны и начала медленно вытягивать клинок, пока тот полностью не обнажился.

Обычный с виду одноручный меч. Лезвие в два локтя длиной. Широкое, прямое, обоюдоострое. На нем видны многочисленные застарелые отметины. Небольшая гарда овальной формы, как у коротких мечей стражи. Серый металлический противовес-набалдашник.

Ничего примечательного.

— Оценка, — произнесла я, понимая, что просто так Хозяин не стал бы акцентировать на нем внимание.

***

Меч Старого Обета. Оружие мифического ранга. Древний клинок, пришедший не из этого мира, хранит в себе память о множестве великих дел. Как восхищающих своим благородством, так и ужасающих в своей жестокости.

Незыблемость веков — особый пассивный эффект. Это оружие не может быть повреждено никаким оружием или способностью ниже его по рангу.

Рыцарь Праха — особый активный эффект.

Условия: наличие рядом земли.

Активация: [Его меч защищает слабых…]. Меч создает из земли и праха Тень Рыцаря. Это всего лишь отпечаток его первого хозяина — Рыцаря Старого Обета, но даже он не по зубам многим из смертных врагов.

Внимание! На поддержание существования Рыцаря постоянно расходуется большое количество маны. Не переусердствуй.

Остальные особые эффекты доступны только по достижению владельцем 50, 70 и 100 уровней. Специальный эффект доступен только для Героя, носящего титул Рыцарь Старого Обета.

***

Щека невольно дернулась.

Я, конечно, знала, что у Хозяина в закромах целая коллекция всяких артефактов… Но что бы такое!

Мифический ранг! МИФИЧЕСКИЙ!

Так и подмывало призвать того самого Рыцаря.

Хм… Старый Обет? "Его меч защищает слабых…" Звучит как-то знакомо.

Почему-то в сознании сам собой нарисовался образ большого дракона, а горло защемило от тоски…

Тряхнув головой, прогнала странные видения, а меч загнала обратно в ножны и повесила на пояс.

По-хорошему, нужно бы обмотать его какой-нибудь тряпкой, чтобы не светить прохожим, а то за подобный арт некоторые страны готовы не задумываясь развязать войну, не то что прихлопнуть какую-то молодую вампиршу!

Но с другой стороны, так он будет привлекать гораздо больше внимания. Да и нет у меня подходящей тряпки. Так что пока понадеюсь, что его непрезентабельный вид попросту не вызовет ни у кого желания тратить ману на способность. Да и "оценка" среди обычных людей не такая распространенная способность — не нужна она в повседневной жизни крестьянина или стражника, ею больше торговцы, авантюристы и воры балуются.

— Ладно, это все хорошо, интересно, но нужно выбираться и искать еду и кров на день… А потом уже буду думать.

Задача поставлена.

Вперед!

Последний раз окинув взглядом помещение, чтобы понять ничего ли я не забыла, направилась к двери.

Та оказалась старой, хлипкой и дико скрипящей. Если хоть кто-то был в радиусе сотни метров, то он теперь точно знает, что я вышла из этого каменного каземата.

За дверью обнаружился темный пыльный коридор, заканчивающийся метров через десять… стеной.

— Эм… это как? — удивилась я, стоя на пороге и разглядывая ведущий в никуда коридор, пока до меня не дошло внимательней взглянуть на толстый слой пыли, лежащий под ногами. От дверей моей "опочивальни" к стене тянулись отчетливые следы двух пар сапог. — А, понятно!

Видимо, там была потайная дверь. Все же Хозяин очень любит подобные штучки и, если это одно из его старых убежищ, то подобный вариант входа-выхода вполне в его духе.

С некоторой опаской пробравшись по коридору, потому как со старого кровососа станется тут еще и ловушки установить, я пошарила рукой по стене и довольно быстро нашла чуть выпирающий камень. Немного надавила и часть стены, казавшейся глухой, подалась сначала на меня, а потом плавно отъехала вбок.

В лицо тут же ударил прохладный ночной воздух, наполненный запахами луговых трав, древесины, застарелого камня и речной воды. Шум камышей, скрип ветвей кустов под легким ветерком, плеск рыбы…

Уже одни запахи сказали мне о многом.

А стоило выбраться через открывшийся проход и оглядеться, как мои предположения тут же подтвердились.

Я оказалась в руинах какого-то замка на вершине невысокого пологого холма. Из-за бесконечных войн с соседями, в основном — с демонами, подобных развалин на территории Валликта было немало. Часть из них периодически отстраивалась, часть разбиралась на камни для других построек, а часть вот так и стояла, покрываясь мхом.

Внизу, огибая холм, текла неширокая медленная речка, а чуть в стороне, на берегу, виднелось темное пятно поселка, с горящими кое-где в ночи фонарями и свечами. Поселок был обнесен довольно высоким частоколом, но… для вампира это не проблема. Я, конечно, не умею парить как Хозяин — это привилегия Детей Ночи, ориентированных на магию, или просто очень старых монстров. Но мне подобный фокус и не нужен — банально перелезть через такую "оградку" сноровки хватит у любого из нашего клана.

Бывшего клана…

Эх, Корвин, Корвин. Когда я тебя найду, то все выскажу. А я тебя найду, не сомневайся! Помирать он вздумал в тишине и покое!

— Я тебе устрою… веселые похороны, — мрачно улыбнулась я.

Еще раз оглядевшись и не найдя в поле зрения больше ничего интересного, легким бегом отправилась в сторону поселка. Мне срочно были нужны две вещи, которые могли дать только местные жители: кровь и информация о том, где я все-таки нахожусь.

***

Как и ожидалось, перебраться через частокол проблемой не было. Даже кинжалы доставать не пришлось, банально хватило когтей. Проблема заключалась в другом — за гребнем частокола шел узкий мостик для патрулей местных дружинников, на котором через равные расстояния стояли зажженные факелы, неплохо освещая весь периметр. А на возвышающихся через каждые сто метров деревянных башенках сидело по двое дружинников, которые посменно следили за тем, чтобы факелы горели, а через стену не перелезла ни одна хищная тварь. Вроде меня.

Ну что же… Придется сделать ставку на скорость и незаметность. И того, и другого у меня должно хватить на простых деревенских увальней. Можно было бы, конечно, просто прирезать их, но тогда по утру поднимется тревога и меня кинутся искать всем поселком. И если найдут, то просто забьют дубинами, потому что днем вампиры, за исключением тех, кому уже перевалило за несколько сотен лет, так себе бойцы.

А вот на выходе уже можно будет так не париться…

Активировав "покров тьмы", я бесшумной стрелой взлетела на стену. После чего, оказавшись наверху, оттолкнулась обеими ногами и перепрыгнула на крышу ближайшего дома. Та оказалась треугольной и покатой с обоих сторон, но это мне было только на руку — перемахнув через гребень, я тут же скрылась из поля зрения местных дозорных.

Тихо скатившись по крыше, соскользнула во двор.

Все, я внутри поселка. И, судя по тишине, мое проникновение так и осталось незамеченным, хотя был риск того, что либо "покров" слетит от слишком близкого света факелов, либо у кого-то из дозорных окажется какая-нибудь способность на обнаружение…

Осмотрелась.

Обычный двор с колодцем, невысоким заборчиком, каким-то огородиком и хлевом для скотины, из-за приоткрытой двери которого в мою сторону с подозрением смотрела местная дворовая шавка. Увидеть меня в ночи она не может из-за "покрова", но что-то подозрительное все же чует.

Ладно, пусть живет. Даже если начнет лаять, то всегда успею смотаться, а поднимать панику из-за брехни одной шавки местные все-равно не будут. А вот если ее прирезать, тогда да — прямое доказательство наличия кого-то постороннего.

Да и хозяев ее трогать, наверное, не буду — у самой стены обычно селятся наиболее бедные крестьяне, у которых ни ценностей, ни информации. Темные люди, что с них взять?

Мне нужны домики посолидней, ближе к центру.

Перемахнув через заборчик, я трусцой побежала вглубь поселка. Особо не спешила — да, ночь не вечна, но и запороть отлично выполненное проникновение излишней суетливостью тоже было нельзя. Если я на полной скорости не впишусь в поворот и натолкнусь на внезапно выруливший из-за угла патруль дружинников с факелами, то придется быстро уносить ноги. А так, держась подальше от изредка попадающихся освещенных окон, висящих над порогом фонарей и патрулей дружины с факелами и лампами, которые могли ярким светом сорвать с меня "покров тьмы", я спокойно добралась до центральной площади поселка.

Тут было большое каменное здание ратуши, где днем должны были сидеть местные чиновники, а также казармы дружины, несколько торговых лавок и пара больших трехэтажных зданий, в окнах которых до сих пор горел свет, слышался пьяный смех и какие-то не самые мелодичные песни. Последние, скорее всего, были либо местными тавернами, либо борделями. Либо и тем и тем по совместительству.

Судя по тому, что сама площадь была вся заставлена деревянными лотками, днем тут вовсю кипела торговля. Видимо, началась какая-то местная ярмарка, или просто поселок был чем-то вроде областного торгового центра. Если так, то это мне только на руку — в случае чего легче будет затеряться в толпе приезжего и торгового люда.

Так, прикинем… Если я правильно помню типичную застройку центров подобных поселков, то дома наиболее богатых жителей должны располагаться сразу за ратушей.

Обогнув площадь по краю, я быстро обнаружила улицу с искомыми домиками. Отличить их было несложно — все являлись каменными и могли похвастаться неплохими заборами и широкими дворами. Теперь осталось только проникнуть внутрь, найти какого-нибудь местного служку и хорошенько его допросить. Ну и перекусить заодно.

При мысли о крови я невольно облизнулась — судя по тому, как постепенно нарастал голод, без сознания я была никак не меньше суток, а возможно и двое.

Запрыгнув на гребень высокого каменного забора, явно рассчитанного на оборону в случае попадания противника внутрь поселения, я оглядела территорию домика. Хотя нет, скорее это был небольшой такой особняк городского типа, которые так любят строить себе в столице мелкие аристократы.

— Кажется, я попала по адресу, — не удержавшись, улыбнулась я.

Судя по обилию разномастных хозяйственных построек, прислуги тут должно быть много. И если один внезапно исчезнет, вряд ли будут поднимать панику вот так сразу. Подумают, что просто сбежал путешествовать, или заливает какое-то горе с друзьями. Ну или просто пошел по бабам. Главное, выбрать молодого мужчину, желательно паренька и победнее одетого — тогда точно не должно быть никаких проблем…

О, вооооон там должно быть что-то подходящее!

Чуть в стороне от особняка был небольшой сад с какими-то фруктовыми деревьями, цветочными клумбами и прочими маленькими слабостями аристократов. И среди всего этого зеленого недоразумения стояла небольшая деревянная хибара, больше похожая на сарайчик. Я бы приняла его за склад садового инвентаря, если бы не слабый запах крови, тянувшийся оттуда. Там был кто-то явно живой, и явно раненый.

Мммм…

Глоть.

Сглотнув наполнившую рот слюну, я легко спрыгнула на территорию особняка и быстро побежала на запах, не забывая, тем не менее, смотреть по сторонам. Дураки, как говорится, учатся на своих ошибках — несколько раз, как еще будучи человеком, так и уже после превращения в вампира я прогорала в аналогичных ситуациях на том, что в спешке не замечала расставленные в траве растяжки с колокольчиками, или притаившихся под кустом сторожевых собак.

Оп! А вот и растяжка!

На дорожке, ведущей от примеченного мною сарайчика к черному входу в особняк я едва сумела разглядеть слегка поблескивающую в лунном свете тонкую медную проволоку… А рядом, из куста роз, торчало жало арбалетного болта.

Мило, ничего не скажешь.

Воришкам тут явно не рады. А раз местный хозяин относится к ловушкам на территории столь радикально, то стоит, пожалуй, усилить бдительность. Кстати, это также доказывает, что я попала куда надо с первого раза — обычный торговец или чиновник подобного устраивать не будет. Либо хозяин дома ну очень-очень не любит гостей, либо ему есть, что скрывать…

По дороге к цели подобных "гостинцев" мне попалось еще три штуки: два с арбалетами, а одна с какой-то алхимической дрянью, в которую даже я, с присущим мне любопытством и вампирской регенерацией, усиленной ночью, не рискнула бы ничего совать.

Наконец добралась до домика.

Хм… окон нет. Вернее есть, но только две небольшие дырки в треугольной покатой крыше, в которые пролезет только змея. Меня, конечно, иногда кличут гадиной и змеюкой, но подобными талантами "просачивания" я не обладаю.

Придется ломиться через дверь, которая, кстати, оказалась без замка и ручки. Зато закрытая на задвижку с той стороны. Простую деревянную задвижку.

Хлипкая деревянная хибара. Тонкая дверь из досочек, меж которых куча щелей. Простая деревянная задвижка. И один из сильнейших вампиров старого уважаемого клана, который толчется перед этим недоразумением и не знает, как туда попасть.

Не смешно.

Окон нет, не пролезешь. Задвижка — не крючок и не замок, ее снаружи не откроешь. Дверь тоже не выломаешь — по-любому поднимется шум, на который кто-нибудь может среагировать.

Как быть? Что делать? Плюнуть и пойти поискать другую "жертву"? Или рискнуть и попытаться выломать дверь?

Дилемма.

А сладкий запах крови все сильней и сильней давит на мозги, подталкивая к поспешным опрометчивым действиям.

Плюнув на осторожность, я достала кинжал и, вставив острие между досок, надавила лезвием на видневшуюся задвижку сверху. Под напором металла и грубой вампирской силы сухая деревяшка не выдержала и с негромким треском раскололась на две части, которые с глухим стуком выпали из удерживающих их пазов на деревянный пол.

Даже без толчка дверь с тихим скрипом открылась и… на меня уставился слегка поблескивающий в лунном свете ярко-желтый глаз.

Тело среагировало раньше сознания, и я на максимально доступной без усилителей скорости метнулась вперед, зажав жертве рот и прижав кинжал к горлу.

— Рыпнешься — прирежу, — зашипела в самое ухо, оказавшееся неожиданно мохнатым.

— Уму, — слабо промычала жертва, слегка кивнув.

— Сейчас я тебя отпущу. Любой писк без моего разрешения, и ты труп. Даже если успеешь предупредить своих хозяев, то убить тебя и сбежать я сумею легко. Понял?

— Уму, — снова слабый кивок, сопровождаемый невнятным мычанием.

Осторожно убрав руку от его рта и кинжал от горла, я сделала шаг назад.

И только тут поняла, какая же я дура.

Во-первых, моя "жертва" оказалась худосочным пареньком лет четырнадцати. Одетый в какое-то бесформенное рванье, больше похожее на мешок с прорезями для головы и рук, он обессиленно сполз по стене, к которой я его придавила.

Во-вторых, он явно меня не видел — взгляд единственного желтого глаза блуждал по хибаре, тщетно пытаясь найти одну слишком импульсивную вампиршу.

Хм… Зверолюд? Да, точно. Только какой-то весь… избитый.

Невысокий, тощий, с всклокоченной гривой неровно обстриженных грязно-серых волос, из которых торчали наполовину обрезанные волчьи уши. Руки и ноги покрывали многочисленные свежие и застарелые шрамы и синяки, а все ногти были либо обломаны, либо вырваны с корнем. Левый глаз закрывала повязка из грубой серой ткани, пропитанная кровью, запах которой я, собственно, и учуяла.

Ну и довершала все это дело металлическая полоска явно великоватого рабского ошейника, по которой шла гравировка с именем и адресом владельца.

Скептически хмыкнув, я скинула "покров тьмы", так как никакой угрозы для меня этот избитый волчонок не представлял, и присела перед ним, поигрывая кинжалом.

— Хорошо, сладкий мой. Сейчас я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать на них максимально полно. Усек?

— Да, мэм, — тихо ответил зверолюд, покосившись единственным глазом на дверь.

— Вот и славно, — оскалилась я, демонстрируя вздрогнувшему мальчишке набор вампирских клыков. — Кто хозяин дома?

— Его светлость виконт Ломбис дю Пюрреш.

— Он сейчас тут?

— В отъезде, — волчонок осторожно подтянул к груди ноги и обнял колени. Его бил заметный озноб.

— Кто сейчас в особняке? Сколько слуг, господ, гостей и охраны?

— Я… не знаю точно, мэм, — тихо промямлил он, опустив взгляд в пол.

— Ладно, зайдем с другого боку. Охраны много?

— Нет, мэм. Только старый Гартис и его десяток.

— Родственники виконта?

— Молодая виконтесса с… — он замялся, явно не решаясь продолжать, но я подбодрила его помахав кинжалом перед носом. — С любовником, мэм. Братом виконта.

— Ох, не люблю я все эти каверзы аристо, — вздохнула я, присаживаясь рядом с волчонком. — Кто тебя так?

— Виконтесса, мэм.

— Понятно… — протянула я, задумчиво проведя языком по клыкам.

— Ты меня… съешь? — совсем тихо спросил волчонок.

Старый Лукий говорил, что я слишком импульсивна.

Хозяин часто ворчал, что я сначала делаю, а потом думаю.

Ну а я… А я просто делала то, что хотела. И сейчас, глядя на этого волчонка мне очень, прям нестерпимо хочется теплой крови. Крови, наполненной маной и жизнью.

— Съем, — улыбнулась я. — Но потом. Как проголодаюсь в дороге.

Зверолюд растерянно захлопал единственным глазом.

— Собирайся, — я широко-широко улыбнулась, с тихим хрустом трансформируя более-менее человеческие зубы в полную клыков пасть монстра. — Сейчас я уточню у виконтессы дорогу, и мы двинемся в путь…

ГЛАВА 179. ОПЕРАЦИЯ "МОТЫЛЬКИ" (ЧАСТЬ 3).

ТАЙНАЯ СТОРОНА СРАЖЕНИЯ

"Все сказаны слова!

Все сделаны дела!

И снова вместе на дороге мы с тобой!"

Два клинка со свистом рассекают воздух, отсекая руки стрелка, тщетно пытающегося защититься арбалетом.

"Время вдаль лететь!

Нет больше сил терпеть

пока ты в коже, на коне,

а конь стальной!"

Скольжу дальше мимо умершего от болевого шока врага.

В теле бурлит уже подзабытое чувство легкости и мощи.

В ушах звенит старая мелодия, разрываемая хрипловатым мощным вокалом.

"Я не состарюсь никогда —

в крови огонь, а не вода!

А не по нраву я кому-то —

мне плевать!"

Перед глазами из мельтешения фигур и теней возникают еще двое бойцов. Один неуклюже замахивается мечом, второй, стоя на шаг позади, пытается достать наконечником пики.

Слишком медленно. Слишком слабо. Слишком… смешно.

"Колеса есть, и есть друзья!

Горячий ветер и гроза!

Пока не сдохнем по дороге

будем гнать!"

Пропускаю жало пики на волосок от шеи. Принимаю удар меча на жесткий блок левым гладиусом. Правый клинок со свистом рассекает прикрытое только паршивым кожаным доспехом брюхо мечника.

Рывок гладиуса и человек начинает заваливаться, выпотрошенный словно свинья на бойне.

"Пробил час — не остановишь нас!

Свыше контролю не бывать!"

Вновь уклоняюсь от выпада пики. Перехватываю древко. Тяну на себя. И пинаю в живот провалившегося вслед за оружием копейщика.

Кости ноги протестующе хрустят. Но человек тряпичной куклой отлетает на метр, замирая на земле с текущей через рот кровью.

"Делай то что по душе

на своем стальном коне!

Мы здесь чтоб полночь взорвать!"

Ухожу перекатом от просвистевшей мимо стрелы. С шипением выпускаю воздух сквозь стиснутые зубы — поврежденная нога на такой маневр отозвалась вспышкой боли.

Аккуратней. Нужно аккуратней. Иначе сам сдохну от берсы.

"Каждый встречный неудачник

мажет грязью нас!

Что ж, нет ни денег, ни дворцов,

есть жизнь одна…"

Рывком достаю из-под куртки небольшой бутылек и, одним движением свинтив крышку, опрокидываю в пасть вязкую и мерзкую на вкус жидкость.

Зелье Хомы живительной волной прокатывается по организму, начав заживлять раны и трещины в костях.

"Ее я трачу как могу.

Кто любит хэви — тот мой друг!

Для меня байк —

и советчик, и жена!"

Отбиваю гладиусом стрелу. Рывком сокращаю дистанцию до следующей группы рассеявшихся по залу стрелков.

"Никто меня не понял:

ни школа, ни семья!

Мой удар учитель помнит,

и не зря!"

Пять ударов. Скорость — почти на грани прочности организма. Еще чуть-чуть и мышцы начнут лопаться от перегрузки.

Пять обезглавленных трупов.

Главное, не переборщить со скоростью и силой удара. Но это сложно. Чертовски сложно. Берса слишком сильно давит на мозги.

"Гнить в тюрьме,

болтаться в школе,

выбор мой был в пользу воли!

Больше пива, больше хэви,

и счастлив я!"

Стрелки кончились. Остались только бойцы ближнего боя, окружившие Элли. Рывок к ним. Врубаюсь со спины.

"Пробил час — не остановишь нас!

Свыше контролю не бывать!

Делай то что по душе

на своем стальном коне!

Мы здесь чтоб полночь взорвать!"

В стороны летят отсекаемые конечности. Кровь хлещет со всех сторон. Воздух разрывают крики ужаса и отчаянья. По ушам бьет боевой клич тавры.

Главное, не сорваться в окончательное безумие. Потому что живым я из него не выйду…

"Мы в прошлом победили

и не глядим назад!

Мы здесь чтоб дать пинка врагам

под зад!"

Еще один удар. Еще один труп. Блокирую клинками оружие сразу двух противников. Шаг назад. Спину обжигает предчувствие угрозы. Кто-то сейчас вонзит в нее меч. Пытаюсь уклониться. Не успеваю — ноги холодеют и плохо слушаются. Истощение маны. Слишком много ее жрут берса и малый реген.

"Хэй, почувствуй мощь колес!

И подними свой тост!

Тост за нас и этот ад!"

Тело пронзает боль. Из моего живота показывается жало чужого клинка.

Ад, да? Похоже на то.

Делаю шаг назад, насаживаясь на оружие врага еще сильнее. До самой рукояти. Спиной чувствую его тело. Нас разделяет всего пара сантиметров.

Резко бью затылком назад. Хруст вминаемой в череп переносицы. Все, труп. Его ослабевшие пальцы больше не в силах держать рукоять.

"Пробил час — не остановишь нас! Свыше контролю не бывать! Делай то что по душе на своем стальном коне! Мы здесь чтоб полночь взорвать!"

Почти балетным пируэтом ухожу в сторону от еще одного удара. Внутренности обжигает болью от застрявшего в них клинка. Тело начинает коченеть от недостатка маны. Дыхание сбивается. Мышцы и кости скрипят и ноют от перегрузки.

Просто нет сил отбить еще один удар стоящего передо мной врага.

Но оно и не требуется.

"Пробил час — не остановишь нас!

Свыше контролю не бывать!

Делай то что по душе

на своем стальном коне!

Мы здесь чтоб полночь взорвать!"

С последним аккордом затихающей музыки на злорадно усмехающегося передо мной мечника опускается тяжелый черный щит. Его вминает в землю, словно прибитую хлопушкой муху, а во все стороны разлетаются кровавые ошметки из мяса, перемешанного с костями и потрохами.

— Спасибо, — с кривой усмешкой выдавливаю из себя, глядя на тяжело дышащую Элли, с видимым трудом поднимающую покрытый кровью и налипшими кусками тел щит.

— Это мой долг, Хозяин, — глухо ответила она из-под шлема.

Привычным движением смахнул кровь с клинков и забросил гладиусы в ножны. После чего завел руку за спину и, стиснув зубы, осторожно вытянул из своей многострадальной тушки засевший в брюхе клинок.

— Охуительные, блядь, очучения, — выдохнул я, отбрасывая измазанную в крови железку и падая задницей на пол.

Горячка боя вместе с эффектами берсы начинала отпускать и тело, почувствовав "свободу слова" тут же поспешило выложить моему бедному мозгу все, что о нем думает.

— Сворачиваем операцию, — прохрипел я, чувствуя как мир вокруг начинает кружиться со скоростью аттракциона "тошниловка", что стоял в парке моего родного города, а вокруг груди постепенно смыкается холод энергетического истощения, вгрызаясь прямо в бешено колотящееся сердце.

Кое-как нашарил второй бутылек с зельем и, непослушными пальцами откинув крышку, опрокинул в себя его содержимое.

Полегчало, но не намного. Ну, хоть не сдохну прямо сейчас.

— Элли, берешь… мою тушку… на плечо, — кое-как промямлил я заплетающимся от слабости языком. — И с Акроней… валите через канализацию… на базу. А я пока улетаю в страну дивных снов…

Не знаю, сказал ли я последнее, или уже просто додумал, проваливаясь в черную пучину забытья…

***

На чердаке одного из полузаброшенных домов, что стоял в зоне прямой видимости от разнесенного в хлам притона, затаились двое. Первым был неприметный мужчина неопределенного возраста. Его лицо абсолютно не запоминалось и ничем не выделялось из той толпы народа, что любой городской человек видит каждый день. Второй была высокая красивая женщина с аристократической осанкой, холеным бледным лицом и ярко накрашенными алыми губками.

Объединяли этих двоих столь непохожих людей, кроме места сомнительного совместного пребывания, еще две вещи: одинаковые костюмы из матово-черной ткани и напряженное внимание, направленное попеременно то на лежащий перед ними небольшой красный кристалл, то на здание притона.

Вот кристалл мигнул и начал тускнеть, постепенно окрашиваясь в глубокий черный цвет.

— Не справились, — сплюнул мужчина.

— Чего и следовало ожидать, — холодно ответила девушка. — Это "трио Курсгада" не больше, чем простой мусор. Доставай свиток.

— А может… — замялся ее напарник, за что тут же удостоился полного презрения взгляда.

— Доставай свиток, смерд, — процедила девушка сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не припечатать напарника каблуком сапога.

— Под твою ответственность, — скривился мужчина, но покорно снял с пояса небольшой кожаный футляр, в котором хранился свиток с довольно разрушительными чарами.

Подобные одноразовые артефакты были крайне редки и дороги, но ценились за то, что любой человек мог использовать заключенные в них чары не зависимо от времени и места. Достаточно было просто сломать печать и прочитать короткое слово-активатор, после чего вся мощь древней магии обрушится на голову врага.

В этом артефакте было заключено заклинание "хаос земли", которое на несколько минут заставляло солидную часть земной поверхности вместе с постройками наверху и большим пластом лежащего под ней грунта быстро перемешиваться, перемалывая себя и все чему не повезло оказаться в радиусе действия в мелкую пыль. Единственным недостатком этих чар было то, что они очень медленно "разгонялись" — любое более-менее подвижное существо без труда было способно выбраться из зоны действия заклинания. Естественно, только в том случае, если оно сидит на поверхности, а не в толще земли под попавшим в зону действия чар зданием.

— Если ренегат ускользнет, Его Величество нас прикончит… — проворчал мужчина, разматывая застежку футляра.

— Так шевелись, — зашипела на него женщина, не удержавшись и отвесив пинка напарнику…

А в следующий миг они оба вдруг замерли и, резко обернувшись, напряженно уставились вглубь чердака. В свободной руке мужчины будто сам собой появился короткий клинок с черненым лезвием, а вокруг пальцев девушки забегали мутные алые огоньки, готовые сорваться к цели раскаленными кислотными шарами.

Несколько секунд напарники вслушивались в звенящую от напряжения тишину, после чего начали постепенно расслабляться.

— Видимо, что-то прошло рядом, — негромко сказал мужчина, убирая клинок в ножны и возвращаясь к хитрой застежке футляра.

Раздались два глухих щелчка и стук двух покатившихся по полу небольших латунных цилиндриков.

Два агента тайного сыска Его Величества практически синхронно упали на пол чердака. У каждого в затылке было по аккуратному отверстию, а вот лобные доли представляли собой жуткое зрелище — крупнокалиберная пуля на выходе редко оставляет черепа целыми.

На чердачной балке, что была в метре над ними, из темноты материализовался пушистый черный шарик полутораметрового роста.

— Пи, — фыркнул монстр, сверкнув зелеными глазами.

После чего открыл огромную, полную зубов пасть, в которую спокойно мог пролезть взрослый человек, и забросил в нее два черных пистолета с глушителями, которые держал в лапках.

Очень мягко для такой внушительной тушки спрыгнув на пол чердака, монстр быстро оттащил трупы от небольшого смотрового окошка и начала сноровисто их раздевать, бросая в пасть как ценный свиток-артефакт вместе с футляром, так и кольца, сережки, оружие, обувь, одежду, кошельки… Побрезговал он только грязными мужскими трусами, хотя шелковое белье девушки стянул и запихал в пасть с подозрительно заблестевшими глазками.

Полностью раздев медленно остывающие трупы, монстр пошарил лапкой в широко распахнутой пасти и выудил оттуда небольшую колбочку с дозатором, откуда тут же капнул на тела по две капли тягучей черной жижи. Трупы агентов начали с тихим шипением таять, прямо на глазах превращаясь в две солидные лужи мутного зеленоватого желе. Буквально через десяток секунд процесс был закончен и монстр, удовлетворенно понюхав получившуюся массу, вытащил из пасти огромный шприц, в который и собрал все без остатка.

Вновь спрятав монструозный шприц в безразмерном жевальнике, который тут же захлопнулся с лязгом медвежьего капкана, чудище сложило губы трубочкой и начало… дуть. Просто дуть, с едва слышным свистом выпуская из себя воздух. Вместе с этим шарообразное пушистое тело быстро уменьшалось в размерах, пока не стало ростом сначала с ребенка, потом с собаку, потом с кошку… Остановился монстрик только когда его тельце достигло всего десяти сантиметров в длину, а сам он стал напоминать обычного черного хомячка.

— Пи, — пискнул грызун и шустро засеменил лапками к выходу, растворившись в темноте…

***

Через переулок в молчании и полной темноте шел отряд из трех десятков гвардейцев короля. Впереди двигался мрачный молодой человек в матовых черных латах, с тяжелым двуручным мечом на плече. Рядом с ним шел невысокий худой человек в черном одеянии, с характерным лицом, чем-то смахивающим на воронье из-за непропорционально длинного носа, выпученных глаз и неправильного строения лба и челюстей с подбородком.

Первыми вынырнув из длинного узкого переулка, использованного чтобы срезать путь и не привлекать много лишнего внимания, эти двое уставились на полуразрушенный притон.

— Точно тут? — с сомнением уточнил капитан гвардейского отделения, которого крайне раздражало то, что его подняли посреди ночи и отправили в бедняцкие кварталы ловить какого-то там ренегата. Но что поделать — приказ.

— Точно, — облизнул "ворон" сухие потрескавшиеся губы и сверился с артефактом в виде компаса. — Да, да… точно там. Точно. Идите. И убейте выродка во славу Его Величества и Короны!

— Не кричи ты так, — скрипнул зубами капитан, отвешивая агенту хорошего подзатыльника. — Сам все знаю… Эх, ладно. Отряд, стройс…

Договорить капитан не смог, потому как буквально лишился дара речи, когда обернулся в сторону переулка.

Двадцать девять отборных гвардейцев, каждый из которых мог потягаться на равных с лучшими рыцарями королевства, лежали в переулке. И тела их представляли собой настоящую дорожку из мелко порезанного мяса и более-менее целых фрагментов доспехов. Собственно, вывод о том, что их было именно двадцать девять капитан мог сделать только потому, что прямо на его глазах добивали последнего.

Гаргольт, самый молодой его подчиненный, которому буквально вчера исполнилось двадцать два, висел в полуметре над землей и смотрел на своего капитана пустым мертвым взглядом. В следующий миг его тело беззвучно разделилось на небольшие кусочки мяса и фрагменты доспехов, которые в полной тишине улеглись на грязную утоптанную землю переулка. И только после этого из них начала сочиться кровь, словно до сих пор ее кто-то сдерживал, не давая покинуть расчлененный труп и выдать это кошмарное действо брызгами и звуками падающих капель…

В этот момент капитан гвардейцев сошел с ума. Подобного зрелища и осознания того, во что за несколько секунд превратились его подчиненные, друзья и соратники человеческий рассудок просто не выдержал.

Глупо улыбнувшись, он повернулся к застывшему в оцепенении "ворону" и одним движением свернул ему голову.

— Это все ваша вина… — пробормотал человек с горящими безумием глазами и трясущимися руками. — Это все ваша вина… Если бы не ваши чертовы игры… Да, это все их вина… И они понесут заслуженную кару…

С широко открытыми глазами и мягкой улыбкой, он ударом тяжелого латного сапога размозжил голову упавшего к его ногам трупа. После чего закинул меч на плечо и, продолжая что-то бормотать, зашагал прочь по улицам столицы.

— Хм… кажется, я слишком увлеклась экспериментами, — немного виновато потерла шею Химэ, сидящая на крыше одного из домов переулка.

Пошевелив пальцами, она заставила одно из крутящихся рядом с ней кровавых лезвий нырнуть вниз и, подцепив с трупа агента компас, принести его хозяйке.

Скептически изучив артефакт, она хмыкнула и, сжав руку, спокойно его раздавила. Ей он был не нужен. А в том, чтобы отдать его Андрею и его союзникам она особого смысла не видела — текущий баланс сил и так страдал от сильного перекоса и не зачем было облегчать жизнь Буревестнику еще больше. Достаточно и того, что она устранила идущий по его душу отряд гвардейцев.

Только через испытания и страдания Буревестник сможет полноценно раскрыть свой потенциал и занять надлежащее место в пустоте, а не стать очередной избалованной собачонкой на поводке у богов.

При мысли о пустоте Химэ невольно подняла взгляд к небу. Оттуда на нее холодно смотрели далекие звезды. Странник пустоты Мария Сазерфай умерла давным давно. Но тяга свободолюбивой девушки к звездам осталась жить в жестоком сердце биороида…

Прикрыв глаза и сжав зубы, девушка резко тряхнула головой. Усилием воли загнала всю эту тоску в самую глубину души и вновь ее там заперла.

У нее есть миссия, которую необходимо исполнить. И она от нее не отступит.

А вот после… после будет видно. В конце-концов, не зря ей "случайно" разблокировали эмоциональную матрицу. Если бы Бездне как и раньше нужен был тупой ликвидатор, то этого точно не случилось бы. А значит, с этим Буревестником у Древнейшей связаны большие планы.

Которые рано или поздно должны привести его на просторы пустоты.

И ради того, чтобы снова ощутить свободу межзвездного пространства, Мария была готова какое-то время поиграть роль терпеливой воспитательницы.

Главное, чтобы не слишком долго…

***

С крыши на землю спрыгнул высокий гибкий мужчина в темном одеянии. Его лицо было закрыто полумаской, которую он, впрочем, тут же стянул, потому что она сильно затрудняла дыхание. А дышал мужчина тяжело. Очень тяжело. Ибо даже с его тренированным организмом и высоким уровнем было сложно не сбить дыхание, промчавшись чуть ли не через полгорода из внешнего района бедняков к Внутренней стене, что разделяла районы знати и простого люда.

А причина такой спешки была проста и покоилась в его кармане — шесть потухших кристаллов, которые сигнализировали о смерти шести его "коллег".

Простая операция, во время которой они должны были выследить и различными способами устранить ренегата, обернулась геноцидом практически всего оперативного отдела преданных Его Величеству сил тайной стражи.

Пока переводил сбившееся дыхание, мужчина лихорадочно просчитывал дальнейшие действия. Он отлично понимал, что с подобным провалом ему возвращаться было нельзя — король скор на расправу и прикажет казнить "бесполезного шпиона", как только услышит его доклад.

Податься к мятежной принцессе? Нет, там его тоже рано или поздно прикончат. Перебежчиков никто не любит.

Осталось только залечь на дно. И, учитывая провал операции, это вполне могло сработать — его посчитают мертвым.

Осталось только избавиться от привязки к следящему кристаллу. Точно такому же, как лежат у него в кармане, но настроенному на него и покоящемуся в кабинете главы тайной стражи.

Мужчина кивнул своим мыслям и, достав из кармана небольшой бутылек, откинул крышку. В нос тут же ударил резкий запах смеси из миндаля и цитруса.

Эта смесь была слабым ядом, который на короткое время вызывал жуткие боли во всех мышцах, и часто использовался для экспресс-допросов. Однако, мало кто из его коллег знал, что эта смесь также сбивала настройку кристалла, если тот располагался достаточно далеко. И, по прикидке агента, расстояние до штаба тайной стражи было вполне подходящим.

Мужчина запрокинул голову и залпом опустошил пузырек.

Тут же его тело скрутило судорогами и агент, не удержавшись, упал на землю, начав корчиться от страшных мук, но не позволяя себе проронить ни стона — если его услышит проходящий мимо патруль стражи, то все будет кончено.

Через несколько минут, когда боль утихла, он все же нашел в себе силы подняться и, пошатываясь, побрел окольными путями в сторону городской стены.

Ему предстояло выбраться из города и до рассвета уйти как можно дальше. А потом и еще дальше.

— Ничего, — прохрипел он. — Не пропаду. Не впервой. Другое имя. Другая страна. Другая жизнь. Катарсис. Да, Катарсис. Давно хотел так назваться…

А с высоты ночного неба за этим мужчиной следила пара голодных алых глаз.

Нокс хотела его сожрать. Тем более, что она была в своем праве — перед ней стоял враг.

Но вот что-то ее останавливало. Словно чья-то воля не давала одной из Террор-ак-Вортуис уйти в крутое пике за вожделенной добычей.

А Катарсис тем временем в очередной раз начинал свой новый путь…

***

На окраине торгового квартала стоял храм одному из местных богов торговли — Салим-Алюру. И у храма этого была одна особенность — довольно высокая башня, на вершине которой стоял большой медный колокол. Колокол этот звенел только тогда, когда в местную гильдию торговцев, поклонявшихся этому богу, принимали нового полноценного члена.

В данный момент он, естественно, молчал. Да и в самом храме тоже никого не было. И хоть ценностей там хранилось немало, но за их сохранность никто не беспокоился — только редкостный идиот полезет обворовывать храм в мире, где божества вполне реальны и способны неплохо так настучать по голове наглому воришке.

Тем не менее, на самой вершине башенки, рядом с колоколом, находилась невысокая гибкая фигурка в черном обтягивающем костюме. Из-за активированных способностей и неподвижности ее было практически не видно, а вот сама скрытница, напротив, прекрасно видела расстилающийся за внешней стеной район бедняков. Используя достаточно редкую способность "орлиный глаз" в комбинации с еще более редкими "пронзающим взглядом" и "неощутимым наблюдением", скрытница наблюдала за всем, что происходило в злополучном притоне и его окрестностях.

Следя глазами за разворачивающимися событиями, она одной рукой держала камушек с детектором угрозы, а другой — строчила доклад.

От подобных новостей, да еще и с такими подробностями, от короля ее точно ждали премия и повышение. Но это было бы только в том случае, если доклад добрался бы до рук короля.

Детектор угрозы среагировал слишком поздно. Если знать как, то этот простенький распространенный в среде тайного сыска арт довольно легко обойти. И потому большинство оперативников очень быстро от него отказываются, предпочитая полагаться исключительно на собственное чутье. Или погибают.

Так или иначе, но когда амулет начал тревожно вибрировать, острый кинжал уже коснулся шеи агента, слегка надрезав кожу и пустив тонкую струйку крови.

Мало для смерти. Но достаточно для угрозы.

— Пароль, — раздался за спиной у Глазастика тихий голос Тай.

— Крик души в отчаянном колодце, — внутренне холодея, прошептала та.

Кинжал исчез, но поворачиваться она не рискнула. Слишком уж страшные слухи ходили в среде тайной стражи о личных оперативниках принцессы — сестрах Тай и Фай.

На колени Глазастику упал небольшой плотный конверт, а из ее рук исчез написанный о произошедших событиях доклад.

— Это сольешь своему начальству, — прошептала Тай.

— А… — начала было агент короля, но тут же получила ощутимый тычок острием в спину. — Поняла. Все будет в лучшем виде.

— Не сомневаюсь.

Тай исчезла так же незаметно, как и появилась, а агент облегченно выдохнула и потерла слегка немеющую шею. После чего развязала конверт и принялась изучать ту дезинформацию, что должна была к утру оказаться на столе у короля.

А к вечеру следующего дня Глазастик уже будет мертва из-за хитрого яда, что был на клинке Тай.

Тайный сыск очень не любит перебежчиков…

***

Высоко над поверхностью мира Висалафиаль, на его дальней орбите, парила черная платформа. На черном троне с весьма удобным мягким сидением, что стоял точно в центре платформы, сидела объемная тень весьма фигуристой девушки.

Ауттэ смотрела вниз, на происходящие в этом небольшом мире события, и просчитывала варианты. Обычно она делала это с помощью нитей вероятностей, но вокруг Буревестника они в последнее время перестали работать от слова "совсем".

Дар смертного крепчал. Как и, местами, маразм происходящего.

Тяжело вздохнув, Тень бросила эту затею и откинулась на своем троне.

Смертные думают, что боги редко посещают физический план бытия, чаще всего пропадая на "своих небесах", во всяких "чертогах падших воинов" и "лесах славной охоты". На деле же все было с точностью до наоборот.

Небожители любили просто побродить среди смертных, сменив облик аватары и наблюдая за текущей вокруг них жизнью. Потому как в глубинах варпа было невыносимо скучно… Увы, подобная возможность выпадала нечасто из-за крайней загруженности самыми разными вопросами. Но все равно, Тень даже в такие моменты приема решений предпочитала вот так смотреть на мир из пустоты, нежели наблюдать из варпа.

Раздался негромкий хлопок и рядом с троном появилась маленькая человеческая девочка с длинными каштановыми волосами, одетая в простенькое серое платьице.

— Не помешаю? — улыбнулась она Ауттэ.

— Скорее нет, чем да, — уклончиво ответила та.

Да, они в некоторой степени были союзницами, да и Мют никогда ни с кем не шла на прямой конфликт… Но все же Ауттэ было по-прежнему немного неуютно рядом со столь легендарной Древней.

— Строишь планы? — прищурилась девочка.

— Не без этого, — вздохнула Тень. — Однако Кхар опять влез не вовремя. И опять не удосужившись никого предупредить.

— Ну, тут уж ничего не поделаешь, — пожала плечами Мют. — Каждый играет свою партию…

— Угу, — скривилась Тень. — Вот только последствия его… "игры" теперь кто разгребать будет? Душа Вестника и так последние дни была нестабильна, а сейчас вообще на грани распада! И что делать я просто не представляю. Начинаю уже подумывать о личном вмешательстве, но…

— Не будь столь поспешна, — с тихим смешком улыбнулась Мют. — И тем более столь опрометчива. Есть правила. И мы же должны их хоть как-то придерживаться.

— А есть варианты? — спросила Тень. — После того, как на этого смертного потратили столько сил и времени, ты предлагаешь просто сидеть и смотреть, как он загнется? Из-за того, что у одного ид… не слишком умного существа шило в заднице заиграло?

— Вроде уже не маленькая, а все равно глупенькая, — посмеялась Мют. — И слишком импульсивная. Может быть, поэтому тот вампирчик от тебя сбежал?

Тень не ответила.

— Ладно, не буду ворошить прошлое, — подняла ручки девочка, присаживаясь на подлокотник трона. — Но сейчас тебе лучше не вмешиваться. Просто сиди и наблюдай.

— Ну да, — в голосе Ауттэ скользила изрядная доля сарказма. — Куда уж мне влезать, когда в игру вступают Древние? Что же ты такого сможешь сделать без прямого вмешательства?

— Ничего, — ответила ей Мют, скромно складывая ручки на коленках. — Просто посижу тут и просто понаблюдаю.

Тень порывалась еще что-то сказать, но одернула сама себя и задумалась. После чего со вздохом тихо уточнила.

— Все уже сделано, да?

— Угу, — улыбнулось Милосердие. — Граор отвесил взлетного пинка. Я постелила соломку. А Бездна пока строит лестницу к следующему трамплину. Теперь главное, чтобы это блудливое дитя не слишком сильно махало крыльями, пока будет падать. А то ведь и промазать может…

***

[Андрей]

Хм.

Пустота.

Знакомая пустота.

Ебаааать… Опять в астрале завис?

Ну да. Вон он, мой замок.

Вернее то, что от него осталось.

По висящему над замком шарику души змеилась здоровенная трещина, заплатка из силы богов улетела в далекие дали, а из открывшейся дырени в пустоту хлестал куцый фонтанчик маны.

От самого замка остался только фундамент, а островок, на котором он был построен, ужался в размерах наполовину, и продолжал потихоньку осыпаться вниз хлопьями невесомого серого пепла. Судя по ощущениям, маны в пронизывающих его каналах не осталось совсем…

На практически голом куске земли сидели двое: тентаклиевая хрень красноватого цвета и мелкая зверолюдка-лисица с черным хвостом и ушками.

И нагло резались в карты.

— Вы тут совсем охуели? — от такой картины мой мозг откровенно плющило. — Сидят в, прошу заметить, моей умирающей душе и нагло перекидываются в дурака?

— А что мы должны делать, Хозяин? — невинно захлопала глазками ушастая извращенка, поерзав голой жопой по холодным камням.

— Тут ты… ссссссам виноват-сссс… — прошипел Саси, шевеля тентаклями. — И ссссссделать я ничего… не могу-ссссс…

— Где хоть правила достали, дармоеды? — спросил я, присаживаясь рядом и с удивлением осматривая вполне обычную колоду карт.

— Саси у тебя из памяти выловил, — тут же сдала подельника ушастая.

— Ссссс… — зашевелил щупальцами симбионт, явно недовольный "предательством".

Я поднял взгляд на трещащий по швам шарик души, посмотрел на лениво шевелящегося Ясасайха, на невинно хлопающую глазками Доську…

— Ладно, хрен с вами, золотые рыбки, развлекайтесь. А я пойду, дела-дела…

— Х… Хозяин, — лисичка поймала свой пушистый хвост и нервно начала теребить его в руках. — А… А ты не спросишь…

— Когда и как ты пришла в себя? — ухмыльнулся я, вставая. — Или что еще вы там в моей памяти наковыряли? Или какого хрена ты столько от меня тарилась? Нет, хвостатая, не спрошу. Нафиг оно мне? — проходя мимо нее, не удержался и потрепал по лохматой головешке. — Главное, что вылезла наконец из своей скорлупы, а остальное не важно…

Не дожидаясь вполне закономерного слезливого ответа, коротким усилием воли резко "скакнул" к висящему высоко наверху ядру. Нет у меня на это времени. Как и желания.

А ядрышко-то пошло в разнос…

Дырень не только не уменьшилась, но даже словно больше стала. Да и трещина мне эта совершенно не нравилась. Того и гляди, разломится моя трусливая душонка пополам, и нет Андрейки.

Собрав текущие из ядра силы Граора и Бездны, осторожно замешал их с белой силой Мют и стал аккуратно, но уже привычно лепить новую заплату. Когда с главной утечкой было покончено, немного подумал и, свив из божественной маны что-то вроде трехжильной нити, буквально "заштопал" трещину.

— Блядский Франкенштейн, — вздохнул я, рассматривая получившуюся картину.

— И не говори, — раздался у меня за спиной смутно знакомый голос.

Повернувшись, с удивлением увидел парящую рядом Чешуйку.

— А ты что тут делаешь? — выгнул бровь, оглядывая изумрудную дракошку с обалденной фигуркой и прической-одуванчиком.

— Вообще-то, можно сказать, живу по-соседству, — оскалилась она, показывая небольшие, но вполне остренькие клычки. — И мне крайне не нравится, когда "сосед снизу" вдруг начинает долбить кувалдой по несущим стенам, с явным намерением их снести!

— Эм, прости, отвлекся… Что ты сказала? — я перевел взгляд с внушительных, натягивающих изумрудную тогу доек на ее лицо.

— Гррррр… — вполне натурально зарычала она. — Когда я говорю, смертный, следи за губами!

— Ладно, ладно! — поднял я руки, тихо посмеиваясь. — Если предпочитаешь так, то буду любоваться ротиком. Он у тебя тоже вполне рабочий инструмент…

Секунду Чешуйка хлопала глазами, а потом… я едва успел увернуться от трассирующего пламенного шарика, который со свистом улетел куда-то в глубину астрала.

— Какая же ты все-таки скотина, — вздохнула дракошка, выпуская из носика струйки пара.

— Какой есть, — развел я руками. — Но вернемся к нашему барашку. То есть ко мне. У тебя есть конкретное предложение, или просто явилась высказать свое веское "фи"?

Чешуйка по-кошачьи пошевелила носиком, после чего вздохнула и протянула мне когтистую, покрытую чешуей лапу, в которую превращалось ее изящное человеческое плечико чуть выше локтя.

— И-и-и? — уточнил я, глядя на протянутую конечность? — Ты предлагаешь услуги по "ручному массажу"?

— Како… Идиот! — зашипела девушка, гневно сверкая глазками. — Контракт я предлагаю! Что, не видишь?!

— Нет, — честно признался я, еще раз внимательно осмотрев чешуйчатую конечность. — Или ты про эту странную штуку, похожую на двух ебущихся макак?

— Про нее, — поджала губки Чешуйка. — Вот только я уже сомневаюсь, действительно ли это мне нужно…

— А мне оно нужно? — выгнул я бровь.

— Несомненно, — кивнула она, все еще удерживая когтистую конечность. — Контракт на временный энергетический канал. Я тебе ману — ты мне возможность подключения к органам чувств.

— Идет! — я без раздумий пожал лапку.

А чего тут ломаться? Если срочно не найти подпитку, то сдохну буквально через пару дней. А учитывая то состояние, в которое пришла моя душа после берсы, сильно сомневаюсь, что мне хватит энергии какого-нибудь, даже в жопу перекачанного человека.

А вот дракон — другое дело.

Тем более, когда у него такие… "выдающиеся способности".

Вокруг руки моей астральной проекции закружился небольшой вихрь изумрудных искорок и где-то в глубине сознания, на самом его темном дне, прозвучал знакомый хор тысяч голосов.

"Контракт душ подтверждаю. Можешь ее поцеловать".

— Да с радостью! — я тут же потянул лапку дракошки на себя, а сам подался губами вперед…

Удар под дых заставил согнуться даже астральное тело, ибо била она какой-то хитро закрученной вокруг руки магической конструкцией, которая прошила болью буквально все сознание, напрочь вышибая его из астрала.

Но зарыться носом и пару раз чмокнуть эти дойки я успел. Да и попку облапать тоже…

***

Открыв глаза, я долго не мог понять, где нахожусь и что, собственно говоря, происходит.

Потом в мозгу всплыли последние воспоминания.

Ну… Старушенция! Ну, погоди!

Хотя ощущения были как живые. И очень даже приятные. Вплоть до удара, который и оборвал всю малину…

Ладно, что со мной случилось в недавнем прошлом вроде более-менее понятно. Замутил очередную хуйню, за что и был бит в табло. Вполне обыкновенный ход событий.

Подробности предыдущей ночи тоже более-менее помню.

А вот то, что происходит с моим телом сейчас, было для меня загадкой о семи печатях, сравнимой с творящимся в голове тридцатипятилетних девственниц-кошатниц-романисток, пишущих ересь про "нефритовые жезлы".

Однако с ходу я могу назвать две просто замечательные новости.

Во-первых, я был жив. Жив, мать вашу! А значит, состояние души благодаря новым заплаткам и притоку энергии от Чешуйки более-менее стабилизировалось. По крайней мере, она не пойдет вразнос от любого чиха.

Во-вторых, у меня ничего не болело, а задница не ныла от желания мгновенно воспламениться в сторону надвигающихся на нее зубок северного пушистика. Говорит все это о том, что я в относительной безопасности и о моей бессознательной тушке более-менее позаботились.

Попробовал пошевелиться.

Не получилось.

Вопрос: почему?

Ответ прост — меня придавило.

Чем-то большим, мягким, тяжелым и теплым.

— Умнюююуууу…

Раков в жопу депутатским толерастам! Опять?!

С трудом приподняв голову, встретился взглядом с парой холодных сапфировых глаз.

— Уф, Химэ, харэ так пугать.

— Зато как задергался, — улыбнулась девушка, приподнимаясь и садясь на меня сверху. — Неужели Мумунька своей страстью нанесла психологическую травму?

— Вроде нет, — покачал я головой, разглядывая шикарный "вид снизу". — Но, кажется, что-то рядом. Мы на базе?

— Угу, — кивнула она. — Минули утро, день и время близится уже к закату…

— Чего это тебя на лирику потянуло?

— Не знаю, — повела та обнаженными плечами. — Наверное, на звезды насмотрелась… Ладно, вставай, Василиса просила привести тебя как только очнешься.

— Что, вот прям так сразу?! — возмутился я, удерживая девушку за мягкие соблазнительные бедра.

— Вот так, — безапелляционно заявила она, мастерски выскальзывая из моих рук. — Именно поэтому с тобой сидела я, а не Акроня или Элли. Сначала дело, а потом, если будет время…

— Будет оно, как же, — скрипнул я зубами, со вздохом поднимаясь с мягкой и такой теплой кроватки. — Сейчас опять нагрузят "гениальным планом" и отправят на амбразуру. Эх, жизнь моя — жестянка… А мне летать охота…

— Ну так прыгай с крыши, в чем проблема?

— Злая ты, Химэ, — вздохнул я, натягивая брюки. — Подразнила, а потом не только не дала, но и из кровати гонит в лапы злобных махинаторш, да еще и убиться советует.

— Ты о чем? — захлопала глазками блондинка, застегивая платье.

— Ну… про крышу… — неуверенно ответил я.

Взгляд девушки стал задумчиво-озабоченным.

— Андрюша, а как часто ты в последнем бою по головке получал? — уточнила она, подходя поближе и заботливо ощупывая мой лоб.

— Да вроде головку берег, — честно ответил я. — И голову тоже. А вот меч в печень всадили, это было…

— Да там и беречь нечего. Одни опилки, да и те прогнили.

Тааааак-с.

— Кажется, у меня завелся голос в голове, — поведал я блондинке, теперь точно поняв, что это был не ее голосок… Но все равно весьма знакомый. — Совесть, это ты?

— Тормоз… — раздалось у меня в ухе. — Какая, в Бездну, совесть?! Я это, я! Чешуйка!

— Наверное, тебе лучше все же полежать, — задумчиво протянула Химэ, делая шаг назад. — А я пока Хому позову.

— И вина прихвати, — мрачно буркнул я, ковыряясь пальцев в зудящем органе слуха. — Чую, его мне понадобиться много…

ГЛАВА 180. ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ" (ЧАСТЬ 1).

МЕЖДУ ДЕЛОМ

1.

— Очнулся? — подняла на меня глаза Василиса, когда я вошел в ее рабочий кабинет на нижнем уровне убежища.

— Нет, блядь, лунатизмом страдаю! — огрызнулся я, плюхаясь в кресло напротив сидящей за столом девушки.

— Таааак, — протянула она, отодвигая папку с какими-то очередными документами. — И чего ты такой злобный? Вроде должен был выспаться, да и Лафииль с Хомой уверяли, что тело полностью залатали.

— Пф. Тело они "залатали"! А вглубь никто заглянуть не удосужился?

— Угу, — скривился я, ковыряясь в зудящем ухе. — Злобный. Не будешь тут злобным, когда "голос в голове" чуть ли не каждое твое действие комментирует.

— Я не голос! Я, между прочим, один из сильнейших драконов Алькирана!

— Пиздишь как дышишь, — вздохнул я, когда заныло другое ухо. — Будь ты сильнейшей, хрен бы папочке пришлось тебя в этот амулет прятать.

— Андрей? — Василиса похоже не на шутку обеспокоилась, незаметно, как ей казалось, начав подтягивать к себе ножны с мечом.

— Не кипишуй, — меня ее реакция, честно говоря, даже насмешила. — Нормально все со мной. Просто засела в душе одна мечта задрота-культиватора, и трындит теперь в уши не затыкаясь.

— Странно, а до этого ты был не против моей компании! — вновь послышался голос Чешуйки.

— "До этого" ты была сексапильной недотрогой с замашками извращенки, а не личной шизофренией, не затыкающейся в течении получаса! — скрипнул я зубами. — Блядь, я точно с ума сойду! И Тай, харэ мне в спину иглами целиться, уже весь хребет чешется!

— А как нам на такое реагировать? — нервно хмыкнула Василиса. — Пришел злой как черт, ругаешься с кем-то невидимым…

— Я не "кто-то"! Смертный, объясни этой дуре с кем она имеет дело!

Я набрал полную грудь воздуха, после чего медленно и с едва слышным свистом выпустил его сквозь сжатые зубы.

— Чешуйка, я, конечно, очень благодарен за спасение моей задницы в трудную минуту, но… Скажи, тебе было бы приятно, если бы каждую твою реплику или действие сопровождал комментарий от слышимого только тебе голоса в голове?

Какое-то время стояла тишина. Тай и Васька напряженно ждали, видимо усиленно раздумывая, поехала ли у меня крыша или они просто чего-то не понимают. Ну а я ждал ответа замолчавшей Чешуйки, которая, хоть и будучи действительно редкостной милашкой, оказалась той еще занозой в жопе.

— Хорошо, убедил. Я постараюсь наблюдать молча. Но взамен, когда останешься один, будешь со мной беседовать! А то тут невыносимо скучно…

— Идет, — облегченно выдохнул я.

С одной стороны, я ее понимал — хрен знает сколько сидеть в кулоне в информационной изоляции… Такое выдержит, пожалуй, только законченный шизик. Поэтому ее тяга "поболтать" и просто сунуть свой нос везде, где только можно, вполне понятна. С самого начала она не предлагала свой контракт тоже по вполне понятной причине — кто бы стал подобное заключать с незнакомым человеком? Да и потребовал я бы от нее тогда намно-о-о-ого большего.

А с другой стороны… ОНА, СУКА ЧЕШУЙЧАТАЯ, НЕ ЗАТЫКАЕТСЯ!!! Причем ладно бы трындела по делу, или хотя бы поддерживала диалог! Так нет, это хвостатое животное со спонтанным переключателем между "цун" и "дере" льет на мой пухнущий мозг потоки словоблудия, особо даже в ответах не нуждаясь! Видимо, до этого самого контракта она еще сдерживалась, но сейчас, когда отступать мне тупо было некуда, просто с цепи сорвалась!

Прикрыв глаза, я откинулся на спинку стула и минуту наслаждался тишиной в собственном сознании.

Бляха-муха, обдолбанное брюхо… Какое же это блаженство.

— Андрей? — вырвал меня из состояния "пыхнувшего Полотенчика" голос Василисы.

— Все, я адекватен, — открыв глаза, посмотрел на героиню. — Так что я там проспал? И Тай, харэ уже! А то щас эти иголки тебе в задницу насую, и скажу что так и было!

Скрытница, так и не вышедшая из своей маскировки, все же прекратила "держать меня на мушке", о чем тут же оповестила моя расслабившаяся жопа.

— Ну, ты свою часть задачи выполнил не до конца, — усмехнулась Васька, немного успокоившись. Все же в этом ебанутом мире творится всякая дичь, и удивляться голосам в голове никто особо не будет. — Внимание твоя группа привлекла, это да. Причем столько, что слетелись чуть ли не все оставшиеся преданными королю агенты тайного сыска. Если не вдаваться в подробности, то было уничтожено шесть агентов и три десятка поднятых по тревоге гвардейцев. Кроме того, обезумевший капитан гвардейского отряда вернулся в казармы и, прежде чем его смогли убить, прикончил шестерых старших офицеров.

— А тот хмырь, за которым мы охотились? — уточнил я.

— Хозяин притона? — усмехнулась Васька. — Акроня его случайно пришибла, когда они с этой… коровой тебя вытаскивали.

Фэйспалм. Или, говоря на русском, рука-лицо. Или, говоря на матерном русском, бляяяяяяя…

— Ну, мы особо и не ставили на то, что вы его поймаете и допросите, — продолжала Василиса. — Главное, что выманили и устранили основных агентов тайной стражи. Из верных королю там остались одни новички, которые особой угрозы не представляют. Так что руки у нас, можно сказать, развязаны.

— Рад за вас, — вздохнул я. — Что по оплате?

— По две сотни каждому участнику операции, — ответила Васька.

— Угу, — цена меня вполне устраивала. Не сказать что космическая, но неплохая. — Дальше что?

— Завтра будет видно, — уклончиво произнесла девушка. — Сейчас собираем информацию. Но, скорее всего, предстоит ряд мелких акций. Будем бить точечно, но помногу.

— А меня зачем звала? — наклонил я голову к плечу. — Если никаких новостей нет?

— Ну… — Васька даже немного растерялась и смущенно зашуршала попавшейся под руку бумажкой. — Ты у нас, можно сказать, командир главного ударно-диверсионного отряда, так что… по статусу положено подобные новости получать лично.

— По статусу… — пробормотал я, покачав головой. — Нахуй мне ваш статус? От него только куча головной боли, да подгорание в районе пердака… Ладно, пойду тогда. Нужно втык одной зубастой прописать, да и зверинец свой проведать не помешает.

— Кстати о зверинце, — Васька постучала пальцем по столу, глядя как я поднимаюсь с места. — Твоя пара ушастых еще не вернулась. От Гирви новостей тоже не поступало. Если к утру ситуация не изменится, то придется отправляться на поиски.

— Надо было с ними Няшку отправить, — поморщился я. — Все равно тварюга без дела болталась…

***

Выйдя из кабинета, неспешно пошел по коридорам убежища, разглядывая обстановку и прогоняя в уме новые факты.

Убежище было пустоватым: по полутемным каменным коридорам гуляло лишь эхо моих одиноких шагов — большинство "персонала" носилось по городу, выполняя разные поручения Василисы и Ласатардии и готовя почву для будущих акций. Тут же остался только мой отряд, несколько помощников Васьки, да сама принцесса с горсткой телохранителей. Ну и по двое караульных на перекрестках коридоров каждого уровня убежища.

— Так что у вас там происходит? — опять раздался в голове поднадоевший уже голос Чешуйки.

— Можно сказать, что-то среднее между дворцовым переворотом и гражданской войной, — ответил я. — Мне надо ебнуть местного короля, его дочка преследует примерно такие же цели, а ублюдок этому, понятное дело, активно сопротивляется. Вот и играем в прятки со стражей, параллельно готовя почву для передачи власти с принудительной пропиской ударной дозы железа в прямую кишку передающего пидараста. Кстати, как там дела с моим замком?

— А самому посмотреть?

— Лень, — честно признался я. — Да и ты, готов на собственный хер поспорить, опять драться полезешь.

— Бууу… От замка пока только фундамент. А вот островок за счет моей энергии потихоньку восстанавливается. Я на тебя всего один канал перекинула, а то от большего ты просто сгоришь. Все же какие вы, люди, хлипкие…

— А эти двое там что мутят?

— Тварь и ушастая? Развлекаются. Пытались и меня подбить, но я на подобные… игры… В общем, больше они ко мне не лезут.

В моем воображении сразу же предстала картина того, как именно могли "развлекаться" Саси и Дось. Мда-а-а… Нужно будет потом все же наведаться в астрал. Только тихонечко. Чтоб не спалили.

Значит, с тайной стражей короля покончено. Теперь у него, по-сути, остались только обычные стражники и его элитные гвардейцы. Ну и еще кое-что по-мелочи.

Главное, что большинство отслеживающих артефактов теперь у нас, и можно не бояться, что на хвост сядет какой-нибудь "шпийон" как только моя тушка покинет зону действия подавляющего кристалла. Кстати, нужно будет узнать о таких поподробней — очень пригодится в будущем, потому как мне еще троих корононосцев в сортире охаживать.

— Куда сейчас? — опять влезла в мои мысли дракошка.

— В комнату, — ответил я.

— Спать? — удивилась Чешуйка. — Ты же столько дрых!

— Кто сказал про "спать"? — криво усмехнулся я. — Ебать буду одну парочку косячниц. Прямо в мозг. Долго, с чувством, толком и расстановкой. Все, помолчи.

Я остановился рядом с дверью комнаты Акрони и Химэ. Без стука толкнул тяжелую деревянную преграду. Она почти беззвучно открылась. Шагнул внутрь, оглядываясь.

С моего прошлого прихода тут ничего не изменилось: все та же пара не заправленных кроватей, тумбочки, шкафчики, дверь в ванну… приоткрытая.

Кши-ши-ши, кши-ши-ши… Мы девок тащим в камыши…

Аккуратно прикрыв за собой дверь, бесшумно прокрался через помещение к заветной дверке. Наверное, настолько тихо и аккуратно я не вел себя еще ни разу за время своих приключений. Даже соответствующие навыки тут же подскочили на единичку.

А из-за двери слышался плеск и чье-то невнятное бормотание…

Аккуратненько заглядываем в щелочку и…

— ААААААААААААА!!!

— ГРРРРРРРААААААА!!!

Упав на задницу, я схватился за бешено колотящееся сердце.

А как еще реагировать, если в щели между дверью и косяком вместо соблазнительного вида купающейся девушки, ты вдруг обнаруживаешь здоровенный алый глаз и пасть с ебучей кучей белоснежных клыков?!

Дверь со скрипом открылась, и высунувшаяся из ванны страшенная морда, оглядев меня, раздраженно цыкнула.

— Что, думала с перепугу сдохну? — прошипел я, поднимаясь с пола.

— Гррр… — рыкнула Нокс, разворачиваясь ко мне задом и вновь возвращаясь всей тушей в бассейн.

— Кошмар Бездны! — пискнула дракошка. — Какая прелесть!

— Еще какая, — я шагнул следом в ванну, критично осматривая сверкающего глазами монстра. — Когда спит зубами к стенке… Слушай, Ужастик, а чего ты не в своей комнате? И где Акроня с Химэ?

— Грррр… — было мне ответом.

По позвоночнику скатилась холодная капля пота.

Пробирает все-таки, сучка зубастая.

Я поднял вверх два пальца и загнул один.

— Монстря наружности страшенной, стань дамочкой ебабеленной.

— Пф, — фыркнула Нокс, но все же с едва различимым хлопком чудовище превратилось в облако черного тумана, который, рассеявшись, оставил после себя обнаженную привлекательную особу с атлетической фигуркой, загорелой до шоколадного оттенка кожей, короткими черными волосами и слегка раскосыми, светящимися алым огнем глазами.

— Ну так что, будем отвечать, или мне загадать второе желание? — улыбнулся я, глядя прямо в эти жуткие прищуренные глазки. — Учти, во втором случае ответы я пойду искать самостоятельно, а вот ты сегодня, скорее всего, ходить уже не сможешь.

— У меня ванна сломалась, — снизошла Нокси до ответа. Голосок у нее был низкий, с легкой хрипотцой, что только придавало образу хищной сексуальности. — А куда делись эти две извращенки я не знаю. Но дверь была открыта.

— То есть, ты забралась в чужие покои, когда хозяева были в отлучке? — потер я ладони, широко улыбнувшись. — Плохая, ой какая плохая девочка…

— Эй! Ты… Ты чего?! Не смей! Ты обещал!

— Смертный! Это же Кошмар Бездны! Ты… Ты! ТЫ! Грязный монстрофил!!!

***

— Своло-о-о-очь… — протянула Нокс, блаженно потянувшись на кровати.

— Что-то не слышу в твоем голосе упрека, — хмыкнул я, зевая и с хрустом разминая шею. — Да и особых протестов тоже в процессе не слышал. Прогресс, однако.

— Иди ты, — фыркнула Нокс и, обняв подушку, протяжно зевнула. — Сожру я тебя когда-нибудь… Вот увидишь.

— Может и сожрешь, — пожал я плечами, глядя на блаженно уснувшего монстра. — А может и тапочки в зубах таскать будешь. Годик-то на дрессировку есть…

Осторожно встав с постели, тихо оделся и выскользнул из покоев.

— Я даже не знаю как это назвать… — прозвучал в ухе голос Чешуйки. — Ты хоть в курсе, ЧТО она такое?!

— Да мне похуй, — хохотнул я. — Сиськи есть, и это главное.

— Ой, смертный… — вздохнула Чешуйка. — Дурак ты.

— Кстати, а что это за стоны я в процессе слышал? — вдруг припомнил я. — И они точно были не от Нокси.

Молчанье было мне ответом.

— Чешуйка? Ау? — я поковырял в ухе. — Особенно мне понравились два очень протяжных, в самом конце. Что молчишь? Хотя, могу и догадаться. Ты же подключаешься ко всем моим органам чувств, так? Ну и как тебе ощущения от мужского оргазма? Или ты еще женский не испытывала?

— Дурак! — раздался звук хлопающей двери и я вдруг каким-то шестым местом понял, что дракошка свалила в астральные дали.

Да неужели?!

Я уж думал, что она ко мне прилипла "двадцать четыре на семь". Так, возьмем на заметку — если ее нужно прогнать, то достаточно кого-нибудь трахнуть, и наша звезда-стесняшка на букву "П" быстро свалит со стыдливым личиком.

Ну, по крайней мере, я на это надеюсь…

2.

— Так, ладно, вернемся к нашим баранам, — тряхнул я головой. — Чего я там хотел до встречи с Нокс сделать?

Мозг со скрипом отмотал события в обратной последовательности, попутно обслюнявив полчаса кувырканий с клыкастой шоколадкой, после чего быстро нашел ответ: я искал Акроньку и Элли для прописывания начальственных пиздюлей.

И вот тут я откровенно засомневался.

Если с Акроней я еще могу действительно ограничиться строгим выговором, то вот с Элли… Боюсь, все опять кончится… не тем, чем планировалось.

Нет, все же надо!

Маг, который лупит по площади без команды, и танк, который бросается на амбразуру — это далеко не пати мечты. Пусть это их и не исправит, но хоть немного задуматься заставит.

А вот от морально-силовой поддержки при этом разговоре я бы не отказался. Кого взять? Химэ? Кроконяшку? Хому? Наверное, лучше Химэ. Особа она адекватная, должна меня поддержать.

— Но опять же встает вопрос, — пробормотал я. — Где всех этих самок, черти бы их вилами имели, носит? По запаху искать что ли?

Для пробы принюхался. Слегка пахло сыростью, немного плесенью с канализацией, оружейной смазкой, потом, шерстью… В общем, на то чтобы вычленить в этом бедламе что-то конкретное моего обоняния явно не хватает.

Решил действовать по старинке — тупо пройтись по всем комнатам и поспрашивать встречных. Методичный подход, конечно, не самый быстрый, но тем не менее он доказал свою действенность веками.

Прошелся до следующей двери и толкнул ее. Заперто. А, ну да, это комната Нокси. Туплю, однако.

Далее…

Комната Элли.

Мне почему-то страшно. Нет, я не ощущаю угрозы, просто как-то очково… Мне что, ее дойки действительно психологическую травму нанесли?

Собрав яйца в кулак, толкнул дверь. Не заперто. Ну кто бы сомневался? Мумунька обнаружилась на кровати, в состоянии блаженного сна.

— Пи… — печально пискнул полуметровый меховой шарик, которого могучая парнокопытная прижимала к не менее могучей груди.

— Чувак, расслабься и получай удовольствие, — хмыкнул я, глядя в полные тоски глаза живой "подушки-обнимашки". — А я, наверное, пойду. Пока не занял твое место…

Короче, Элли найдена. Но ее выговор отложим до утра, так как будить это животное бывает опасно для жизни. Заебет до смерти.

Опять коридор. Ощущаю себя персонажем паршивенькой рпгэшки, который между миссиями бродит от компаньона к компаньону и "налаживает отношения". Хорошо, хоть педиков и трансов среди моего зверинца не затесалось…

Быстро прошелся по остальным комнатам нашего крыла.

Моя — пусто. В комнате Хомки и Кроконяшки дрыхнет только последняя, в обнимку со своим яйцом. У Егора и Юли заперто — они так и не вернулись.

Ну и все.

— Видимо, куда-то свалили, — сделал я вывод, возвращаясь к себе.

Сел за стол. Почесал репу.

Спать не хотелось. Трахаться… как ни странно — тоже. Нокси, все же, крайне горячая штучка.

Пойти потрясти Ваську или Ласатардию на предмет ценной инфы? Не-е-е… Лишний раз мозги нагружать неохота.

— Чешуйка?

Молчок. Ну и ладно.

Так особо ничего и не придумав, я встал, потянулся, распихал по ножнам оружие, прихватил перевязь со звездочками и направился к выходу.

Пойду хоть по канализации пошарюсь, на крысках покачаюсь — всяк больше пользы будет…

***

А тем временем, в дне пути от города Оферона небольшая группа устраивалась в поле на ночевку. Место выбрали прикрытое от посторонних глаз — в низине меж двух холмов, у старого поваленного дерева.

Отряд состоял из молодого человека и трех девушек. Парень отличался белокурым цветом волос, по-девичьи красивым лицом и ясными голубыми глазами. Одет он был в простую рубаху, поверх которой была накинута стеганая куртка, и усиленные стальными вставками брюки. А вот на ногах паренька почему-то были тяжелые латные сапоги.

Шенери, а это был именно он, сидел у костра и тряпочкой придирчиво оттирал пятна с тяжелого двуручного меча.

Рядом, помешивая булькающую в котелке кашу, устроилась высокая стройная эльфийка с длинными серебристыми волосами, собранными в "конский хвост". Фарра периодически косилась на своего избранника большими фиалковыми глазами и издавала печально-томные вздохи.

Напротив этой парочки, прикрыв глаза и прикидываясь медитирующей, сидя дрыхла Виктория. За время этого путешествия ее внешний вид претерпел некоторые изменения, и теперь она напоминала скорее не сурового северного варвара с парой грудей-арбузов, а просто высокую девушку-атлета, вымазанную зеленкой. Но бицепс у нее все равно был намного больше, чем у большинства встреченных мужчин.

Последним членом небольшого отряда была еще одна эльфийка маленького роста, с салатовыми волосами, небесно-голубыми глазами и роскошной фигуркой. В данный момент она дрыхла в повозке, устав за долгий день проведенный в пути.

— Не слишком ли мы гоним? — все же решила начать диалог Фарра, откладывая деревянную ложку на стоящий рядом плоский камень. — Лошади совсем вымотались. Еще один день и они просто упадут.

Шенери оторвался от своего меча и задумчиво посмотрел на спутницу. После чего перевел взгляд на измученных коней, которые спали возле иссохшего ствола дерева.

— Наверное, ты права, — вздохнул он. — Завтра сбросим темп, все равно до столицы, судя по карте, осталось совсем чуть-чуть. За день-два доберемся.

— Я вообще не вижу смысла для этой спешки, — приоткрыв один глаз, влезла в разговор Виктория. — Ну приедем мы туда, и что? Андрей ясно сказал — с нашими силами там делать нечего.

— Но… — заикнулся Шенери, но альрауне его перебила.

— Не начинай опять, — поморщилась она, вновь прикрывая глаза. — Мы все это десять раз обговаривали. На одиннадцатый ничего не изменится. К тому же, мы все равно уже почти на месте. Лучше подумайте, как в город входить будем. Тебе-то ничего, а вот меня и, тем более, этих ушастых стража вполне способна не пустить, или, если к королю попали наши описания, попросту вздернуть прямо у ворот.

Это был больной вопрос, над которым они ломали голову вот уже несколько дней. И ладно, если Андрей и принцесса победили, тогда проблем вообще не будет. Но вот если противостояние до сих пор идет, или, того хуже, мятежники его проигрывают, то отряд Шенери действительно ожидает не самый теплый прием.

— Давайте все же сначала до окрестностей столицы доберемся? — миролюбиво предложила Фарра. — А там уже осторожно разузнаем ситуацию и будем решать.

Спорить с ней никто не стал — все устали с дороги, да и дельных предложений у них не было. Разбудив Лольку, они вместе поужинали, разделили ночные смены и лагерь погрузился в сон…

***

Ко сну, в большинстве своем, готовились и столичные жители. По крайней мере, порядочная их часть, которая работала от восхода до заката.

Но были и иные личности, чье время как раз наступало с заходом солнца — воры, убийцы, бандиты, немногочисленные, прячущиеся среди людей монстры, ну и прочий подобный народ.

На небольшой кривой улочке, на самой окраине столицы, что даже не была обнесена городской стеной, с наступлением ночи становилось еще оживленней, чем обычно. Тут и там можно было различить крадущиеся в темноте силуэты людей и нелюдей, которые по одиночке или по двое стекались к неприметному домику, теряющемуся на фоне таких же кое-как выстроенных из старых деревяшек хибар, чьи соломенные крыши периодически сносило ветром.

За открытой дверью этой халупы уже исчезло столько народу, что любой идиот уже почуял бы неладное. Впрочем, в местной среде этому самому "любому идиоту" уже была известна причина столь странного явления.

Из подвала дома вниз, вглубь земли, вела серая каменная лестница, которая заканчивалась в большом подземном зале, специально выстроенном местной преступной группировкой. Сам зал имел форму шара, с куполом-потолком и постепенно снижающимся к центру полом. Тусклые магические шары на потолке давали крайне мало света, так что помещение тонуло в темноте, но было у него и одно ярко освещенное место — небольшая круглая площадка в центре.

Вот именно на нее и вылез маленький плешивый человек, одетый в странную пародию на шутовской наряд.

— Дамы и господа! — заверещал он. — Рад приветствовать вас всех здесь! Напоминаю правила для тех, кто впервые с нами! Бойцы выходят на арену! Если вы не сделали этого ранее, то на ставку есть минуты две, пока сыпется песок в часах! А дальше будет бой до смерти! ИТА-А-А-АК! НАЧАЛИ-И-И-И-И!

Корявым кувырком плешивый шут укатился с арены в тень, а на смену ему с двух концов шагнули первые бойцы. Один был плечистым здоровяком в стеганой куртке, обшитых металлом брюках и с кузнечным молотом в руках. Второй же оказался невысокого роста худощавым мальчишкой в каком-то рванье, с парой кинжалов в руках.

Они встали на расстоянии в десять шагов друг от друга в ожидании, когда истечет отведенное на ставки время. В зале зашумели те из собравшихся, кто не успел поставить на бойцов до начала шоу, и обступили рассеянных по проходам между трибун фигурки девушек с небольшими лотками для приема монеток, и тонкими дощечками, на которых они делали записи. Впрочем, приставать к сотрудницам, так же как и красть ставки никто, несмотря на специфичность публики, не решался. Этому способствовали как вид возвышающихся за девушками мрачных верзил, так и репутация хозяев заведения — главарей одной из сильнейших преступных группировок города.

Наконец все ставки были сделаны, плешивый шут дернул за колокольчик, возвещая о начале боя, после чего громко заверещал:

— Ставки приняты! Сейчас в бою сойдутся Батрак и Молот! БОЙ!

Мальчишка, который все это время нервно озирался вокруг, вздрогнул и перевел взгляд на шагнувшего к нему здоровяка. Нервно облизнул губы. Сделал глубокий вдох. И стелящимся шагом бросился на своего противника.

Бой вышел коротким, но кровавым. Впрочем, как и большинство местных "матчей".

Мальчишка уклонился от пары первых взмахов молота, полоснул своего противника одним кинжалом по спине, а второй всадил в бок. Но это было ошибкой — того времени, что потребовалось на движение "укол-вытаскивание" здоровяку хватило, чтобы приласкать мальчишку рукоятью кувалды по зубам. Паренек упал на сероватый песок, которым присыпали доски арены, и, вместо того, чтобы сразу уйти перекатом, попытался подняться на ноги. Не успел. Тяжелый кузнечный молот с чавкающим звуком превратил его голову в кашу из крови, мозгов и костей…

— Победил Молот! — тут же заорал шут. — Сейчас бойца подлатают и вскоре он вновь покажется в круге арены! Ну а сейчас, пока с песка убирают падаль и выходят новые бойцы, спешите получить выигрыш и сделать новые ставки!

Пока плешивый надрывал голос, отплясывая странный танец на краю арены, пара верзил с оголенными торсами и красными колпаками на головах баграми подцепили мертвого паренька и уволокли его прочь, в темноту. Его соперник ушел за ними следом сам, слегка прихрамывая и держась за продырявленный бок. А кровавые следы прошедшего боя быстро присыпала песком из корзинки выскочившая на арену обнаженная рабыня-зверолюдка с кроличьими ушками и многочисленными шрамами на теле.

Дальше бои шли своим чередом. Менее чем за час на арену взошли и покинули ее два десятка человек, а здоровяки утащили баграми и того больше — не всегда победитель оказывался достаточно живучим, чтобы отпраздновать свою победу, и ложился на песок рядом с врагом.

Но вот одиночные бойцы кончились и настало время для другого… развлечения.

— А сейчас спешу представить дуэт, взорвавший вчерашние игры! — плешивый шут сделал кульбит в воздухе и приземлился на середину сцены, широко улыбаясь кривыми желтыми зубами. — Пара ушастых рабов, выставленных одним господином, пожелавшим остаться неизвестным! Встречайте! Пух и Пых!

***

[Егор]

— Вот что тебя дернуло за язык дать нам такие прозвища? — закатила глаза Юля, когда это плешивое недоразумение объявило наш выход.

— По-твоему, "Кровавая Мэри" и "Дон Кихот" было лучше? — нервно огрызнулся я. — Уж извини, что на ум пришло, то и ляпнул.

— Ну, по крайней мере это бы не звучало как клички двух обдолбышей, — не унималась девушка, нервно постукивая клинком по голенищу сапога.

— Отставить перепалку! — командным голосом рыкнул на нас Гирви, подходя сзади. — Почему еще не на арене?! Волшебного хуя в жопу не хватает?! А ну рывко-о-о-ом-м-м… МАРШ!!!

Стартанули мы одновременно и почти на равных. Почти — потому что у Юли физические показатели все же были повыше. Этот Гирви пугал нас до икающей печени. Даже выхода на арену я так не боялся, как его "ласковой" улыбки, от которой по шее пробегался холодок ровно в том месте, в котором он так любил сносить людям голову.

Да, сейчас меня окружают сплошные монстры и психи, но Андрей и его… кхм… женщины немного из другой оперы. Сам парень вызывал позывы к пачканью штанов только когда становился действительно злым. Тогда да — лучше даже рядом не стоять. А свой "зверинец" так или иначе сдерживал, не давая рычать на "своих"…

Но вот этот лысый Гирви… Это просто убийца. Каждую секунду, проведенную рядом с ним, я буквально ощущаю себя тушей на разделочном столе, над которой мясник уже заносит здоровенный тесак.

Промчавшись через небольшую арку и проход между трибунами, мы затормозили уже на песке арены. Юля с мечом чуть впереди, а я, соответственно, позади нее с посохом. Меня, как мужчину, подобное коробило, но деваться было некуда — лезущего вперед бойцов мага иначе как врожденным дебилом назвать нельзя.

— А соперником для их, надеюсь, первого за сегодня боя, — тем временем продолжал вещать шут, — будет пара дикарей из южных лесов! Сильные, ловкие, но тупые! Кстати, если наших длинноухих завалят, то мы сможем насладиться великолепным зрелищем ритуала "Акрог-Гарот", включающего изнасилование поверженного врага и последующее его поедание. Живьем.

Бля.

Я до скрипа стиснул древко посоха.

Да, Гирви говорил, что в случае чего вмешается и вытащит нас… но как-то мне в это слабо верилось. Особенно глядя на скалящиеся морды выходящих в круг арены противников. Иначе как парой двухметровых неандертальцев этих выкидышей матушки Эволюции назвать было нельзя.

Волосатые, с бугрящимися мышцами, бицухой толщиной в мою ногу, и слишком массивными для людей челюстями и надбровными дугами. Из одежды на них были только грязные набедренные повязки, из которых при виде Юли начало активно выпирать здоровенное хозяйство, а из оружия — тяжелые узловатые дубины, не уступающие по весу иному боевому молоту.

— Итак, ставки сделаны! — оповестил нас шут, кувырком откатываясь во тьму. — БОЙ!

С его криком по залу растекся густой звук гонга и наши противники с воплями и почти животным рычанием кинулись вперед…

3.

[Егор]

Юля рванула навстречу дикарям. Движения девушки для меня уже были слишком быстрыми — сказывалась разница между ее ловкостью и моим восприятием. Но в миг перед началом атаки я успел заметить у нее радостный блеск в глазах и нетерпеливо закушенную губу…

В принципе, на этих двоих должно было хватить и Юли, но просто стоять столбом и смотреть как она рискует головой было выше моих сил.

Подняв посох, я направил его в сторону левого дикаря и, используя обитый железом конец в качестве своеобразного прицела, сплел простенькую магическую стрелу. Пока это было единственное заклинание, которое у меня получалось быстро и без осечек.

Самое тяжелое в моей ситуации было то, что я являлся "истинным магом", как их называла Химэ. И учиться мне было особо не у кого — ибо магия Акрони основывалась на Системе, а сама Химэ обладала слишком уж специфическим типом магии. Так что все мое "обучение" сводилось чаще всего к тому, что приходилось разглядывать созданные Системой для Акрони плетения, и пытаться методом научного тыка сотворить что-то похожее и хоть как-то работающее. И, после нескольких дней оскорблений и ворчаний от мелкой вампирши, я все-таки сумел сделать свой аналог ее "сосульки". Магическую стрелу.

На конце посоха собрался зеленоватый туман, мгновенно оформившийся во что-то, отдаленно напоминающее наконечник копья, который тут же беззвучно полетел в противника со впечатляющей скоростью.

Получив удар в плечо, дикарь пошатнулся и взревел от боли — магическая стрела с шипением прожгла ему кожу и мясо до самой кости, полностью лишив конечность подвижности. Юля, воспользовавшись ситуацией, скользнула к противнику вплотную и точным ударом рассекла ему горло. После чего, увернувшись от предсмертных взмахов тяжелой дубины, мгновенно разорвала дистанцию.

Я тем временем сплел еще одну стрелу, которую отправил во второго дикаря, сменившего цель и теперь несущегося на меня с дикими воплями. Уклониться на набранной скорости от магического снаряда у него не получилось, и удар пришелся точно в середину груди, выжигая в ней солидную дыру с торчащими наружу обугленными ребрами. Споткнувшись, уже мертвый дикарь кубарем покатился по песку и замер в шаге от моих ног.

— И ПОБЕДИТЕЛИ — ПУХ И ПЫХ! — коснулся моих ушей вопль шута. — Но прошу наших любимых ушастых рабов задержаться на арене! Ваш хозяин дал согласие на серию боев без перерывов! Так что, пока оттаскивают падаль, отдышитесь, поцелуйтесь, и снова В БООООООЙ!!!

— Что этот ублюдок задумал? — процедила Юля, подходя ко мне.

— Видимо, дело сдвинулось с мертвой точки, — вздохнул я, лихорадочно просчитывая ситуацию. — Скорее всего, ему потребовалось сильно отвлечь внимание, раз он подобное затеял. И, исходя из предыдущего предположения… Если мы облажаемся, вытаскивать нас будет попросту некому.

— Вот ссссука, — прошипела девушка, сплюнув на песок. — Может, свалим?

— А кто нас выпустит? — нервно усмехнулся я, проверяя количество маны. — Ладно, противников тут серьезных быть не должно, так что просто постараемся выжить и набрать побольше опыта, пока Гирви шуршит у них в тылу…

— Ну окей, поиграем с ними еще немного… — Юля резким движением смахнула кровь с тонкого, чуть изогнутого клинка, и кровожадно оскалилась.

Дроу. Если верить тому, что про них говорилось в мифах нашего родного мира, а также той информации, что я собрал уже здесь, темные эльфы — весьма несдержанная раса. Коварные, хитрые, импульсивные… и, особенно, жадные до крови и удовольствий.

И с каждым днем я все больше и больше замечаю эти черты в своей старой подруге, которую и раньше-то скромницей-ангелочком назвать было сложно.

С другой стороны я. Лесной эльф.

Эта раса славилась своей терпеливостью и консерватизмом. Можно даже сказать, легкой тормознутостью. Они были способны веками сидеть в своих лесах, наплевав на все вокруг, и выращивать цветочки, периодически устраивая грызню из-за разных толкований каких-то древних канонов и прочего. Правда, судя по добытой мною информации, из-за вечных распрей между государственными образованиями в этой области, местные лесные эльфы давно отошли от своего "канонического образа"… Очень далеко отошли. Настолько, что, можно сказать, во мне было намного больше "исконно эльфийского", чем в аборигенах этого мира.

— Итак! Встречайте следующих претендентов! Одна из бойцов родом с самых вершин Железных гор, а второй с дальних южных болот! Шиша и Кррруул!

На песок арены вышли наши новые противники.

Высокая мускулистая зверолюдка с двуручным мечом. Если не ошибаюсь, из подвида медведей — очень уж характерные когти, клыки и строение лица. И зеленый чешуйчатый рептилоид с копьем-трезубцем.

И зачем я только согласился на эту авантюру?

***

Среди трибун, на одном из самых верхних рядов, которые были малопопулярны ввиду своей чрезмерной удаленности от центра действий, скромно сидели две закутанные в длинные накидки фигуры.

— Грррр… — негромко, но вполне натурально зарычала одна из этой парочки, отличавшаяся невысоким, почти детским ростом. — Черви… Толпа немытых, нечесаных ублюдочных насекомых… Одно заклинание… Всего одно, и в этом мире станет на одно гнездо бесполезных опарышей меньше…

— Успокойся, — холодно одернула ее напарница, отвесив для профилактики щелбан. — Мы здесь просто как наблюдатели. И даже если детишкам будет угрожать опасность, то вмешательство следует сделать минимальным.

— Но…

— Акронь, кто обещал слушаться, если я ее возьму? — насмешливо перебила ее Химэ. — Так что сиди тихо, и не вздумай ничего предпринимать без моей команды.

— У-ню… — понурилась вампирша. — Как скажешь.

***

[Андрей]

— Это была не самая моя удачная идея, — признался я, рассекая мечом очередную крысу.

— В этот раз я с тобой даже соглашусь, — прозвучал в ухе голос Чешуйки. — Я не для того столько мучилась с синхронизацией восприятия, чтобы "наслаждаться" запахами местной канализации и видом крысиных потрохов! Я хочу посмотреть на небо! На луну и звезды! Хотя, что еще ожидать от человека — любите вы во всяком непотребстве ковыряться.

— Слушай, давай так! — поморщился я, уже начиная ощущать головную боль от ее бесконечного нытья. — Я вылезу на поверхность, а ты заткнешься!

— Идет! — не стала она торговаться.

Впрочем, тут я чутка ее наебал — у самого этот вонючий дерьмопровод уже поперек печени встал, и я как раз собирался искать выход наверх, в город. Так почему бы еще, параллельно, не обеспечить себе немножечко тишины?

Да, изначально планировал чуть подкачаться, но от крыс опыта поступало ничтожно мало, а ничего посерьезней не попадалось. В общем, делать в этой дыре было тоже нечего.

В очередной раз поблагодарив Ауттэ за загруженную карту, быстро нашел ведущую наверх лестницу и вскоре, выломав ржавые решетки узкого лаза, выбрался в какой-то грязный переулок.

Дремавший у стены бродяга приоткрыл один мутный глаз, но, видимо, так ничего и не увидев, вновь погрузился в пучину алкогольного сна. Ну а я уже влез по стене на один из домов и, устроившись на гребне треугольной черепичной крыши, осмотрел открывшийся пейзаж…

Ночной город фэнтези-мира.

Это не стеклянный мегаполис, в котором жизнь не затыкалась ни на минуту. И это не вылизанный чистенький мини-таун какой-нибудь средней полосы гейропы.

Темный и мрачный город, освещенный только изредка пробивающимся через облака лунным светом да одинокими огоньками фонарей патрулирующих улицы стражей. Вдалеке виднелся стоящий на холме замок, обнесенный собственной стеной. Мрачная громада, на темном теле которой кое-где горели огоньки свеч да светильников несущих караул гвардейцев. Вокруг него расстилался квартал знати, обставленный каменными особняками и административными домами. И те и другие больше напоминали миниатюрные крепости, чем жилые строения. В этих же кварталах торчали башни нескольких больших храмов. Каким богам там поклонялись, я не знал, но был уверен, что явно не моим знакомым.

Высокой внутренней стеной кварталы знати отгораживались от обычного города, где жили уже торговцы, ремесленники и прочий люд. Здесь не было такого количества патрулей, совсем редко горели свечи за открытыми ставнями, а с заходом солнца жители пугливо затихали. Зато днем именно в этих районах кипела жизнь, дающая основу существования города. Ведь что такое средневековый город? Это просто большой ремесленный и торговый центр, огромная фабрика, которая производит из ввозимого сырья самые лучшие в округе товары. А уже эти продукты ремесленного мастерства продают за деньги знати, и за еду или ресурсы крестьянам.

Ну и здесь же, в городе, в центре разврата и всевозможных пороков, можно было найти развлечения на любой вкус. Были бы деньги.

За внешней городской стеной расположились кое-как слепленные районы бедняков. Кривые улочки, косые хибары, и ни огонька в ночи. Потому что на любой свет там тут же налетят толпы двуногих стервятников, желающих поживиться за счет его обладателя…

— Темновато, мрачновато, час-пик… и горы трупов, как всегда, — пробормотал я, оглядывая темный город и размышляя, чем бы заняться.

На базу не хотелось совершенно. Может быть, жопа жаждала новых приключений, а может, просто хотелось, как в старые времена, побродить без цели и оглядки на спутников.

Может, в бордель?

Нет, мимо — Нокси отработала на пять с плюсом и хер просто отказывается стоять. Да и смысла просаживать там деньги я сейчас не видел — и так баб вокруг столько, что скоро прятаться от них начну.

Поискать рынок рабов? Вроде бы они по ночам работают. Вот только денег с собой — резервная сотня в поясе. И, опять же, смысла в этом нет. Еще одну пару сисек мне точно не надо, а боевой раб стоит недешево.

Хм… Сиськи… Раб… Дешево… Нужно…

— Кхм… Вижу, ты уже и сам сообразил.

— Бляяяяяя… — выдохнул я, пытаясь запихать чуть не выскочившее с перепугу сердце из глотки обратно в грудину. — Что у вас всех за пидарская привычка, вот так со спины подкрадываться?!

Позади меня в воздухе парила объемная фигуристая тень, которую я мог разглядеть в темноте только благодаря "кошачьему глазу" и тому, что она как-то странно выделялась на общем фоне. Словно приклеенная поверх картинка.

— Ну не шипи, — со смешком прошелестела Ауттэ, плавно опускаясь на гребень крыши. — Это просто старая божественная шутка. Я тут, между прочим, задание тебе выдать пришла. Лично. Так что радуйся, смертный.

— Прям из штанов от радости щас выпрыгну, — проворчал я, понемногу успокаиваясь. — Вот дождетесь, начну с вас компенсацию за попорченные нервы требовать.

— Да? — лица я, понятное дело, видеть не мог, но вот голос у Тени прозвучал удивленно-заинтересованным. — И что же ты от меня потребуешь? Давай, удиви меня. Может быть, даже соглашусь.

Оп-па!

Хм…

Я действительно задумался.

Что можно такого попросить в качестве "компенсации". Это должно быть что-то не особо серьезное, потому как повод, по-сути, шуточный, но и достаточно весомое, чтобы ради этого вообще стоило мозги напрягать. Ну и оригинальное, иначе его не признают. А вот с последним у меня всегда были проблемы — как говорится, "эти шутки про говно самые любимые…"

Хромает фантазия на все пять лап, да дохлой вороной по кличке Логика себя погоняет.

— Что, совсем ничего? — насмешливо уточнила Ауттэ, склонив голову набок. — Ну, тогда я тебе помогу. Считаю до трех. Не озвучишь вариант, значит и претензий никаких у тебя нет. Раз… Два…

— Дай сиськи помять! — ляпнул я первое, что пришло в мой запаниковавший мозг.

Наступила тишина.

— Идиот, — раздался в ухе тихий голос Чешуйки. — Ой, идио-о-от… Покойся с миром…

Хорошо, что у Тени лица нет. Боюсь представить, что сейчас на нем отражается. Надеюсь, моя кончина будет…

— Ну вперед.

… быстрой и безболезн…

Шта?

— Говорю, вперед. Смелее, — Тень отвела руки чуть назад, оперлась на них и эротично выгнулась, выставив в мою сторону два шарика просто идеальной формы и размера. — Мне даже интересно, что с тобой будет…

В смысле "что со мной будет"?!

Что-то эта идея из разряда "дурацкая" плавно перетекла в "не влезай, один хер останется, и тот горелый".

— И-и-и-и? — протянула Тень, слегка поводив грудью из стороны в сторону. — Чего ждем? Я готова…

А, похрен!

Как говорил один бородатый танкист, мама, я пикирую-у-у-у-у!

Жамк.

Мягонькие.

Дальше не помню…

***

Открыв глаза, посмотрел на небо. Все еще темное. Под спиной, судя по ощущениям, все та же черепичная крыша. Следовательно, это все та же самая ночь.

Тело не болело. Только ныло слегка в районе затылка. А так, в принципе, я был вполне жив, цел и даже здоров. Но в ладонях все же было странное ощущение.

Сев, удостоверился, что в округе никаких опасностей не наблюдается, после чего поднял руки к лицу и внимательно их осмотрел.

Ничего. Вроде бы. Кажется.

Переключился на магическое зрение.

Какие-то остаточные завихрения и быстро рассеивающиеся линии.

— И что за херня сейчас случилась? — задал я сам себе вполне риторический вопрос.

Естественно, прозвучал ответ.

— Я поняла, кто ты — вот что случилось! Ты божественный, извиняюсь, долбоеб!

— Согласен, чешуйчатая, — кивнул я. — А поподробней можно? А то вроде есть какие-то изменения, а вроде бы ничего и не вижу…

— Угу. "Какие-то изменения"… В статус глянь. "Изменения" у него…

Я мысленно развернул системные сообщения, которые только сейчас заметил.

— Мда… Бывает, — почесал в затылке, рассматривая очередное привалившее "счастье".

***

Получен новый титул!

Познавший Тень — ты вступил в крайне "близкий контакт" с Ауттэ, Богиней-Тенью. Теперь на твоих руках ее метка, а граница между реальностью и Тенями стала для тебя еще более размытой. +10 ко всем характеристикам, способность "метка Ауттэ" получена!

Внимание!

Титул "Легендарный "жамк-жамк"" изменен на "Божественный "жамк-жамк""!

Божественный жамк-жамк — ты облапал грудь Старшей богини и остался жив.

Смертный, у тебя вообще тормоза есть? Кто следующая? Мют? Сшихара? Бездна?

Способность "Сиськи — наше все!" модифицирована до "Идем на смерть за пару доек!"

"Идем на смерть за пару доек!" — активная способность божественного ранга.

Цель: на себя.

Эффект: показывает расположение любой груди, когда-либо виденной, игнорируя любые методы сокрытия мифического и ниже рангов.

Время действия: до отмены.

Откат: нет.

Активация: фраза [Раз, два, три, клубочек к дойкам нас веди!].

Деактивация: фраза [Ладно, поищем другие].

Метка Ауттэ — активная способность редкого ранга. Доступна только служителям Богини-Тени.

Эффект: создается метка, к которой можно переместиться через план теней.

Время существования метки: 1 сутки.

Активация: для постановки метки — касание поверхности и фраза [здесь будет скрытый путь],

для активации перемещения — фраза [в объятья Тени].

Откат: сутки с момента перемещения или рассеивания метки.

Радиус перемещения: 100 км.

Внимание! Яркий свет может разрушить метку! Заклинатель не может использовать перемещение, находясь на ярком свете!

***

Внимание! Получено божественное сообщение!

"Оклемался? Хорошо.

Извини, что так вышло. Права была Мют, я все еще иногда действую слишком импульсивно.

В качестве компенсации за непроизвольное причисление к моим полуофициальным последователям, сделаю тебе небольшой подарок. Собственно, это и будет вторая услуга по нашей договоренности.

Я поставила метку в одном интересном месте. От тебя требуется активировать перемещение по ней и… Ну, дальше сам разберешься. Не буду портить тебе сюрприз. Намекну только, что там ты найдешь кое-что, что давно ищешь, а также одного моего последователя, которому срочно требуется помощь.

П.С. У "Познавшего Тень" есть одна особенность, о которой Система, скорее всего, умолчит. Ты теперь безбоязненно сможешь касаться существ с плана теней. И моей аватары тоже…"

***

Имя: Андрей.

Титулы:

Астральный камикадзе

Благосклонность Ауттэ (+ 10 к навыкам скрытности).

Богоубийца (+15 ко всем характеристикам)

Божественный "жамк-жамк" [+]

Вставший на путь самопознания

Жрец Бездны

Легендарный Герой

Личинка истинного мага

Любимец Ужаса (+10 ко всем характеристикам)

Отмеченный Милосердием

Отчаянный (+5 к живучести)

Отчаянный прыгун (+5 к ловкости)

Первый шаг в пустоту

Песочный человек

Поврежденное ядро души

Познавший Тень (+10 ко всем характеристикам) [+]

Познавший Ужас (+5 ко всем характеристикам)

Познавший Ярость

Поимевший Князя Тьмы (+ 2 ко всем характеристика)

Поцелуй Бездны

Рука-ракета!

Симбиоз с тварью

Смотревший в глаза Бездны

Тугодумище (+1 к силе мысли)

Убийца маленьких девочек

Убийца тысяч

Узревший легенду (+5 к восприятию)

Укурыш от Бога

Уровень: 39

Класс: Буревестник (миф)

Характеристики:

Сила: 73 [+13]

Ловкость: 114 [+10]

Восприятие: 82 [+12]

Живучесть: 120 [+10]

Сила мысли: 79 [+13]

Свободные очки: 0

Способности:

Астральный захват (легенд, актив, от титула "Богоубийца")

Бездна всегда рядом (легенд, от титула "Поцелуй Бездны")

Берсеркер (редк, актив, от титула "Познавший Ярость")

Буря Клинков (классовое, актив)

Буря Судеб (классовое)

Взгляд Бездны (легенд, актив, от титула "Смотревший в глаза Бездны")

Вырвать душу (редк, от титула "Жрец Бездны"

Глаз Бури (классовое)

Длань Монстра (редк, от титула "Симбиоз с тварью")

Доминирование (необычн)

Дым Блага (легенд, актив, от титула "Укурыш от Бога")

Живая Легенда (легенд, от титула "Легендарный Герой")

Игнорирование здравого смысла (уник)

Идем на смерть за пару доек! (божеств, актив, от от титула "Божественный "жамк-жамк") [+]

Калькулятор подрывника (редк, от титула "Астральный камикадзе")

Карман душ (божеств, от титула "Первый шаг в пустоту")

Контрацепция (необычн, актив)

Контроль маны (необычн)

Кошачий глаз (редк)

Малая регенерация (необычн)

Метка Ауттэ (редк, актив от титула "Познавший Тень")

Мрачный Жнец (редк, от титула "Убийца тысяч") [+]

Нарушение генерации маны (редк, от титула "Поврежденное ядро души")

Нырок в тень (редк, актив)

Оценка (необычн, актив)

Ощущение маны (необычн)

Погружение в себя (необычн, от титула "Вставший на путь самопознания")

Приманка для хищников астрала (редк, от титула "Поврежденное ядро души")

Пронзающий выпад тени (легенд, актив)

Пурген (легенд, актив)

Родство теней (редк)

Увеличение запаса энергии (обычн)

Укрепление костей (обычн)

Улучшение выносливости (обычн)

Улучшение гибкости (обычн)

Улучшенное обоняние (обычн)

Усиление артефактов Бездны (редк, от титула "Жрец Бездны")

Усиленное улучшение координации (необычн)

Ускорение прогресса (легенд, от титула "Легендарный Герой")

Ходящий по грани (редк, от титула "Поврежденное ядро души")

Свободные очки: 1

Навыки:

Анальный секс: 15 ур (подмастерье) [+3]

Верховая езда: 16 ур (подмастерье)

Взлом замков: 17 ур (подмастерье) [+3]

Владение астральным телом: 40 ур (мастер) [+4]

Владение кинжалом: 19 ур (подмастерье) [+4]

Владение копьем: 40 ур (мастер) [+2]

Владение мечом: 46 ур (мастер) [+5]

Владение щитом: 8 ур (ученик)

Метание: 18 ур (подмастерье) [+4]

Незаметность: 49 ур (мастер) [+7]

Обезвреживание ловушек: 14 ур (подмастерье) [+2]

Обнаружение ловушек: 21 ур (подмастерье) [+3]

Обоерукий мечник: 49 ур (мастер) [+7]

Оральный секс: 7 ур (ученик) [+3]

Полевая медицина: 3 ур (ученик) [+2]

Предчувствие опасности: 52 ур (великий мастер) [+1]

Рукопашный бой: 35 ур (подмастерье) [+2]

Скалолаз: 19 ур (подмастерье) [+5]

Смертельный удар: 49 ур (мастер) [+4]

Спринт: 37 ур (мастер) [+3]

Стрельба из лука: 3 ур (ученик)

Тайное проникновение: 31 ур (мастер) [+3]

Тихий шаг: 49 ур (мастер) [+3]

Эротический массаж: 19 ур (подмастерье) [+6]

ГЛАВА 181. ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ" (ЧАСТЬ 2).

ПУТИ СХОДЯТСЯ

1.

Я почесал затылок, соображая, что мне делать.

С одной стороны, нужно бы смотаться за подкреплением, ибо одному влезать в очередную жопу смысла не имеет, но… С другой стороны, как я с собой это самое подкрепление протащу? Метка, я так понял, работает персонально для меня. Эдакий личный телепорт через непонятный "план теней". Это что-то типа астрала, или еще какая-то ересь?

Ладно, разберемся.

Быстро проверил снаряжение.

Гладиусы в ножнах, звездочки на перевязи, кинжал на поясе, сотня золотом в потайных кармашках того же пояса, два комплекта метательных игл в креплениях на бедрах, набор отмычек и три пузырька с исцеляющим зельем Хомы под курткой, амулеты Чешуйки и Акрони на шее, ну а Копье Бездны и Перчатку Милосердия я при всем желании потерять не смогу.

Все, можно сказать, что джентльменский набор имени меня-любимого собран. Если занесет в какую-нибудь задницу, то жару задать есть чем. Путь к своим тоже если что найду — путеводная звезда в виде новой поисковой абилки теперь была способна работать постоянно. Ну и меня, если что, тоже найти смогут через связь с Кроконяшкой или поисковую способность Химэ. Ну или через Нокси — как-то же меня эта монстря зубастая находила все время. Да и обычных поисковых артефактов у Ласатардии сейчас тоже навалом…

— В общем, попрыгали! — решил я, поднимаясь на ноги.

— Стой, ты что, вот просто так сиганешь в тень? — тут же возмутилась Чешуйка.

— А почему нет? — удивился я.

— Но…

— [В объятья Тени]!

Я уже путешествовал через межмировой портал когда меня призвали в этот мир. В тот момент я вообще ничего понять не успел — просто вспышка, и ты уже на месте. Также я летал и через обычные "пассажирские" порталы местных магов — эдакая вихрящаяся в воздухе вертикальная алая воронка, если вступить в которую, тебя протащит через короткий алый коридор и выбросит на той стороне.

Но вот этот способ перемещения и близко не походил ни на один из них.

Сначала я просто рухнул вниз, словно подо мной внезапно вместо твердой черепичной крыши одного из домов торгового района оказалась поверхность какого-то озера. Причем с весьма тягучей и густой водой, так как ушел я без всплеска.

И оказался в весьма странном месте.

Частично это было похоже на уже привычный астрал — все то же раскинувшееся во все стороны бесконечное пространство. Вот только если астрал был чернильной пустотой, то тут запустением и не пахло. Скорее, это была не слишком темная ночь, полная теней и силуэтов от различных предметов, живых существ, и даже целых построек.

Я бы тут даже задержался посмотреть что к чему, если бы не два фактора.

Во-первых, способности на мои желания было плевать — у нее было запрограммировано доставить посылку по адресу, так что мою тушку тут же подхватила непонятная сила и понесла в неизвестном направлении, мастерски огибая различные препятствия и уходя от погони. И вот именно эти "погони" и были фактором номер два — часть теней в этом странном мире имела горящие разноцветными огоньками глаза и резко выделяющиеся в окружающей темноте зубастые пасти. Причем размеры последних достигали порой такой величины, что я ощущал себя по меньшей мере планктоном перед плывущим на него синим китом…

Вышвырнуло меня из теней так же внезапно, как и затащило — вот я тихо воздаю молитву Бездне за упокой моей дурной душонки, наблюдая как навстречу несется распахнутая зубастая пасть размером с круизный лайнер и горящими вокруг нее десятками фиолетовых буркал, а в следующее мгновение уже падаю на пол какой-то пыльной мелкой комнатушки.

Приподнявшись на руках, я глазами дикого енота, страдающего недельным запором, оглядел "место прибытия".

— Ауттэ, да чтоб тебя… — перед глазами сам собой встал образ Богини-Тени и я все-таки сдержался. — В следующий раз с тебя еще одна "моральная компенсация".

— Если ты до этого раза доживешь, — скептически хмыкнула Чешуйка. — Сам виноват. Кто же без подготовки ныряет так глубоко в тени? Там иногда такие твари могут встретиться, что даже моему отцу придется несладко.

— Ладно, не нуди, — отмахнулся я, прислушиваясь к звукам вокруг и вибрации в собственной заднице. — Судя по всему, мы на вражеской территории.

— Кто бы сомневался? — фыркнула дракошка. — Ладно, умолкаю. А то правда крылья сложишь, и где мне еще одного такого дурачка искать?

Комнатка, в которую меня закинуло, была чем-то средним между кладовкой и чуланом, заставленным явно используемыми швабрами, ведрами и тряпками, а также давно гниющими тут деревянными коробками и мешками с каким-то мусором. Запашок стоял не самый приятный.

Приложил ухо к двери. Шаги. Неразборчивые голоса. Вот хлопнула дверь. Тишина.

Хм…

Взяв в левую руку одну из метательных игл, осторожно толкнул дверь. С легким скрипом та приоткрылась, и через образовавшуюся щель я увидел пустой темный коридор с земляными стенами.

Вроде никого.

Еще немного приоткрыл дверь и выскользнул наружу. Огляделся.

Сам коридор оказался довольно длинным и чем-то напоминал шахту по добыче всяких ископаемых — квадратный, не очень широкий, да с деревянными балками-подпорами через каждые пять метров. Пахло сыростью, землей, плесенью и… кровью. Последнему я даже не удивился.

Эх, что-то я слишком часто по всяким подземельям и дерьмостокам лазаю. Я герой, или как? Где мои эпичные сражения во главе армии на полях брани? Где захваты замков и спасения принцесс? Где пиры, балы и турниры? Ползаю, как последнее чмо, по уши в говне и булькаю кровавыми пузырями…

Ладно, отставить приступы меланхолии. Нужно выполнить божественное задание, чтобы хоть немного тот воз прицепившихся к заднице квестов разгрузить, а заодно и плюшку обещанную найти. И я почти уверен, какая именно это будет плюшка…

Вопрос "куда идти" оказался как никогда актуальным — я не знал, какая сторона коридора ведет к выходу, и есть ли он вообще. А если не знаешь сам — спроси прохожих. Перед тем, как выйти в коридор, я слышал шаги и хлопок двери. Значит, кто-то тут рядом должен быть. Осталось только найти и допросить.

Дверь нашел быстро — она оказалась метрах в пяти дальше по этой странной шахте. Сразу я ее не заметил только потому, что обзор на нее перекрывали выступающие из стен подпорные балки. Кстати, за ними можно будет спрятаться, если кто-то начнет топать мне навстречу.

Дверь оказалась сколоченной из массивных досок и плотно подогнанной к косякам, так что расслышать, что за ней происходит оказалось трудновато. Но что-то явно происходило — приглушенные голоса, какая-то возня и прочие звуки были тому подтверждением.

Прикрыв глаза, я расслабился и постарался "прощупать" пространство вокруг на предмет наличия живых существ. Способность "Мрачный Жнец" я получил совсем недавно и еще не до конца разобрался, как эта странная абилка с корявым описанием работает. Да и информацию она давала как-то кривовато.

Вот и сейчас в голове появилось четкое ощущение, что за дверью есть два живых существа, еще три каких-то… полуживых, и одно почти мертвое. А еще наверху ощущалась целая толпа народа, а дальше по обе стороны коридоров — еще несколько таких скоплений живых меток разной степени потрепанности. И "белый шум" в виде мелких крыс и насекомых, который я с большим трудом "отсеивал".

— Ты еще и с Мортэмом связан?! — зазудела в ухе Чешуйка. — Не многовато ли на себя берешь, смертный? В ядре булькают силы Древнейшей, Дас-ай-Ноша и Майха-ор-Асси, сбоку прилеплены метки Ауттэ, Мортэма и… стоп, а это кто? Сайласс? Яршера?! С этими-то отморозками тебя что связывает?! Совсем жить надоело?!

— Помолчи… — тихо прошипел я сквозь зубы.

Вот только ее воплей в голове перед боем не хватает.

Наружных запоров на двери не было, только ручка. Но дверь не поддавалась ни вперед, ни назад — видимо, было заперто изнутри.

Вопрос: попробовать вломиться или прогуляться до следующей двери — судя по показаниям "Жнеца" их тут еще хватает. Ответ пришел быстро — что-то скрипнуло с той стороны.

Все, что я успел сделать это отступить на шаг назад и нырнуть в тень прежде, чем дверь начала открываться. За ней оказалась какая-то плохо освещенная комната — подробностей я не рассмотрел из-за перегородившего весь обзор здоровяка с красным колпаком на голове. Он широко распахнул дверь одной рукой, а второй начал за волосы вытаскивать в коридор покрытое ранами и синяками безногое тощее тело.

Момент для атаки идеальный. И я не преминул им воспользоваться.

Вынырнув из тени, оказался буквально в шаге от здоровяка. Он не успел меня даже заметить — сложно различить человека с моим набором навыков и способностей в темном коридоре. Да и времени у него на это не было — шагнув вперед, я ударил основанием ладони по колпаку туда, где должна была быть переносица. Тихий хруст оповестил о том, что кости успешно вмялись в мозг и туша здоровяка начала с мычанием заваливаться назад, открывая обзор на сцену за его спиной.

Из-за нехватки времени, мозг выхватил только отдельные, самые значимые детали. Еще один здоровяк с обнаженным накачанным торсом, колпаком на голове, и с огромными раскаленными щипцами в руках. Переносная жаровня с красноватыми углями посреди комнаты. Две тусклые масляные лампы по углам. Два мужских тела в кандалах на стенах. Женская тушка, растянутая за руки и ноги на дыбе перед здоровяком.

Тело первого противника еще не коснулось земли, а я уже, используя его как трамплин, запрыгнул в комнату. Две иглы полетели в последнего врага. Одна в горло, вторая в глаз. Попал только в горло. Захрипев, тот выронил щипцы и попытался достать засевший в глотке кусок металла, но не преуспел — слабеющим от алхимического яда пальцам просто не хватило сил.

Через две секунды здоровяк упал сначала на колени, а потом завалился лицом вниз.

Затащив трупы пленника и первого "красноколпачника" обратно в комнату, я прикрыл дверь и облегченно выдохнул.

А после этого прописал себе хлопок по лбу.

— Идиот… Живыми ведь брать хотел.

— Рада, что ты трезво оцениваешь собственные умственные способности, — тут же напомнила о себе Чешуйка. — Жаль, что они от этого выше не становятся.

— Засранка, — вздохнул я, поочередно осматривая тушки.

Оба здоровяка стопроцентно мертвы. Правда первый еще слегка подергивал ногами — организм оказался крепким и даже с поврежденным мозгом отчаянно цеплялся за жизнь. На всякий случай прописал ему еще и пяткой в кадык — а то я уйду, а он возьмет и зарегенит рану. С раздробленным горлом мужик затих окончательно. Из оружия у них оказалось только по мясницкому тесаку на поясах, а вещей больше вообще не обнаружилось. Из любопытства заглянув под колпаки, увидел там вполне обычные для местных жителей лица.

Безногий мужик оказался мертвым. Причем только-только отошел, видимо в тот момент, когда я добивал его мучителей. По внешнему виду ничего сказать не смог, кроме того, что его знатно избили, порезали, а потом еще и отрубили ноги чуть выше колен.

Подвешенные на стенах мужики были еще более-менее, хотя здоровыми их назвать язык не поворачивался — стандартный набор из синяков, ссадин, отметин от кнутов, ожогов и неглубокие резаные раны. Видимо, пытали их долго и со вкусом. А вот растянутая на дыбе девушка смотрела в потолок пустым взглядом и не реагировала ни на что. Короткий осмотр моим непрофессиональным взглядом выявил тот же набор ран, да плюс следы долгого жестокого насилия, что называется, во все дыры.

— Баба, можно сказать, труп, — вздохнул я. — Жаль, вроде симпатичная была…

— Ты проверь на всякий случай, вдруг кто-то из них и есть тот "последователь Ауттэ", — напомнила мне дракошка.

Опыт общения с небожителями подсказывал, что их "квестовые" посланцы обычно выделяются так, что хрен пропустишь. Но проверить все же стоило, так что быстро "оценил" все три тушки.

***

"Молодая горожанка. Человек. Угроза: нулевая. Мозговая деятельность, судя по всему, тоже нулевая. Растение, короче.

Молодой горожанин. Человек. Угроза: минимальна. Без сознания.

Молодой горожанин. Человек. Угроза: минимальна. Без сознания".

***

— Что и требовалось доказать, — вздохнул я, после чего полез снимать мужиков со стены.

Уложив освобожденных пленников на пол, напоследок еще раз оглядел комнату, после чего направился к дверям.

— Эй! А помочь соплеменникам?! — тут же возмутилась Чешуйка.

— В смысле? — я от удивления даже затормозил.

— Ну… привести их в сознание, выдать оружие, провести по этому подземелью победным маршем с освобождением всех безвинно замученных несчастных… Да и девушку просто так бросишь? Да, душа у нее почти отлетела от тела, но ведь у тебя в замке как раз есть одна!

— Это откуда же в тебе такое человеколюбие вылезло, совесть ты моя недоделанная? — хмыкнул я. — Ладно, давай я тебе один раз объясню, чтобы ты больше не встревала с таким бредом. Во-первых, кто сказал, что эти мужики "безвинно замучены"? Невинных людей нет по определению и все мы чем-то грешны. Да и нет у меня ни времени, ни желания возиться с этими инвалидами. Со стенки снял? Надзирателей прирезал? А дальше пусть сами. При наличии капли воли к жизни, чутка удачи и крохи здравого смысла, эта парочка имеет все шансы отсюда выбраться. А баба… — я бросил взгляд на девушку. — Не подходит. И не в ранах дело. Просто смотрю на нее и понимаю — не подойдет. Не приживется в ней Доська. Так что будем искать дальше.

— Нет в тебе сопереживания к собственному виду, — вздохнула Чешуйка.

— Как и у моего вида ко мне, — поморщился я. — У меня на родине говорят так: "человек человеку волк". И я с этим полностью согласен…

Осторожно выглянув в коридор, я убедился что никого там пока не видно. Выскользнул в тоннель, прикрыв за собой дверь. И осторожно отправился дальше, к следующей группе живых существ, на которую меня вел "Жнец" и собственная начавшая поднывать задняя чуйка…

2.

По кривым ночным улочкам трущоб города Оферон неспешно шагала красивая молодая девушка. Отличную фигурку и большую упругую грудь не могли скрыть ни мешковатый, побитый пылью и невзгодами брючный костюм путешественницы, ни опутывающая ночные улицы тьма. Длинные черные волосы были собраны в "конский хвост" узкой лентой, а глаза вместе с верхней частью лица красавицы закрывала широкая глухая повязка.

Кроме дорожного костюма и пыльного заплечного мешка, из снаряжения у нее был лишь длинный кинжал на поясе, что уже вызвало бы недоумение у любого путешественника — ходить с такой внешностью и таким оружием в одиночку по дорогам страны могли только наивные дурочки… либо очень опасные твари, лишь маскирующиеся под таковых.

И, скорее всего, это был как раз второй случай.

Потому что ни одна здравомыслящая живая душа не купилась бы на обворожительную внешность и кажущуюся беззащитность девушки — даже с полным отсутствием навыков по предчувствию угрозы, любой взглянувший на нее сразу же понимал одну единственную вещь.

По ночной улице идет Смерть.

Вот девушка остановилась у входа в какой-то переулок и задумчиво постучала ладонью по рукояти кинжала. Куда она смотрела было абсолютно непонятно из-за повязки на глазах, но в том, что она все прекрасно видела можно было не сомневаться — девушка имела слишком уж уверенные и четкие движения для "слепой".

Из переулка слышалась возня и невнятные всхлипывания.

Девушка покачала головой и все таким же неспешным шагом вошла в переулок.

Прошла три шага. Завернула за угол.

Открывшаяся ей картина была типична для этой части города, где обитали его отбросы, изгои и концентрировалась низшая, самая беспринципная криминальная прослойка. Три полупьяных немытых мужика, одетых в разваливающееся рванье, насиловали избитого и практически мертвого паренька явно из более-менее зажиточной семьи. Их предавшиеся животной похоти и затуманенные алкоголем мозги не сразу поняли, что рядом появился кто-то еще.

Девушка не стала даже доставать кинжал. Она бесшумно скользнула к спинам троицы и положила одну руку на рывками двигающуюся спину того, что находился "в процессе", а вторую — на мокрую от пота спину уже "отработавшего" оборванца.

Через секунду по переулку пронесся полный боли и отчаяния животный вой, в котором очень мало было от человеческого голоса.

Третий оборванец, оставшийся в живых только потому, что не успел присунуть мальчишке и еще дожидался своей очереди, упал на задницу, и безумными от ужаса глазами уставился на три иссохшие мумии, оставшиеся от его подельников и их жертвы.

Девушка равнодушно тряхнула руками, с которых слетел серый прах вперемешку с тусклыми фиолетовыми искрами, и сделала шаг по направлению к последней жертве.

— Я… Я все сделаю… — пролепетал оборванец, судорожным движением отползая от кошмарной дамы спиной вперед, пока не уткнулся в стену дома. — Только… не надо…

Девушка изобразила бледную пародию на улыбку, после чего одним неуловимым для глаза оборванца движением оказалась возле него.

Небольшая ручка Вестницы Смерти, чьи тонкие пальцы и ладонь были покрыты едва заметными мозолями от долгих тренировок и упражнений с кинжалом, мягко легла на лицо оборванца. Ногти девушки полыхнули тусклой фиолетовой вспышкой, а мужчина с отчаянным воплем выгнулся дугой. Впрочем, кричал он буквально пару секунд, пока его тело стремительно иссыхало, превращаясь в мумию.

Томирис убрала руку с лица мертвеца и уже привычно стряхнула с нее налипшую пыль и фиолетовые искры — излишки энергии.

Все, что ей было нужно знать о городе, она только что получила из памяти четырех принесенных в жертву Мортэму душ.

К сожалению, она не могла получать так боевые навыки или способности. Как не могла и сама рыться в ворохе знаний жертвы. Она могла лишь принести жертву, попросив своего покровителя в обмен вычленить для нее необходимую информацию.

— "В грешном городе людей, в глухих углах кошмарной ночи, отыщешь стража из Теней, что откроет твои очи", — пробормотала Томирис слова оракула Мортэма, который и дал ей это мутное задание.

Это была всего лишь первая наводка на ее цель. И ей пришлось постараться, чтобы получить от бога более четкие инструкции. И вот она тут. В Офероне.

Осталось только найти собрата — Несущего Бурю. А там…

— А там будет видно, — пробормотала девушка.

Пока она стояла и предавалась то ли воспоминаниям, то ли размышлениям, информация о городе "встала на место" в ее голове. Томирис оставалось только соотнести ее с собственными ощущениями и мутными намеками бога, чтобы понять, где и как ей искать Буревестника.

Что она и сделала.

После чего с некоторым удивлением посмотрела себе под ноги…

***

[Андрей]

Следующие три комнаты оказались практически точными копиями первой. Разнилось лишь количество надзирателей, число пленных и их состояние. В одной не оказалось ни одного "колпачника", зато висели три практически мертвые тушки, изуродованные до такой степени, что я даже пол не брался определить. Во второй находились сразу пятеро местных тюремщиков и две пленные бабы. Хорошо еще, что "колпачники" не стали кричать, а только невнятно мычали. Я потом проверил им рты — оказалось да, языки у ребят того… отрезаны. Ну а пленницы, которых я сдуру развязал, молча подняли оружие своих мучителей и вскрыли друг дружке горло.

Матерился я долго.

В третьей комнате меня ждал сюрприз.

Во-первых, дверь оказалась незаперта, так что стучаться, как в две предыдущие, мне не пришлось.

А во-вторых, едва я начал ее осторожно приоткрывать, мне тут же пришлось отбивать клинком летящий в горло кинжал.

— Ты что тут делаешь?! — удивленно прошипел Гирви, замирая с занесенным для броска вторым кинжалом.

— Это мой вопрос, чувырла, — проворчал я, немного опуская гладиусы. Впрочем, не настолько, чтобы не успеть среагировать, если этот лысый чебуратор опять попытается что-нибудь отчебучить. — Тебя, между прочим, уже вторые сутки найти не могут. Куда моих ушастых дел?

— Да тут они, что с ними будет? — фыркнул лысый, закидывая кинжал в ножны… Чтобы тут же выхватить меч и встать в защитную стойку. — Ты чего?

— Где мои ушастики, говоришь? Тут? — ласково уточнил я, прикидывая, какую часть потрохов из этой твари вырезать в первую очередь.

— Да не "тут"! — нервно выдохнул лысый, делая шаг назад. — В смысле, не в темнице, а на арене, уровнем выше! Внимание отвлекают, пока я делаю свою работу.

— На арене? — я задумчиво постучал клинками друг об друга, быстро анализируя новые данные и прислушиваясь к ощущениям. — Без прикрытия?

Нет, судя по докладу моей задницы, ничего ушастым не угрожает. По крайней мере, чуйка на эту тему молчит. А вот старина Гирви явно темнит.

— Да есть у них прикрытие, — поморщился тот, опуская оружие. — Несколько моих ребят среди зрителей. Если что, вытащат твоих эльфов, не переживай.

— Ладно, в этот раз поверю, — я все же убрал клинки в ножны и оставил мысль прирезать урода прямо тут. — А теперь в двух словах, что ты тут делаешь?

— С чего это вдруг я должен перед тобой отчитываться? — тут же окрысился амбал.

— С того, что в этой операции участвуют мои ребята, — "ласково" улыбнулся я в ответ. — Подозревал, конечно, что ты их потащишь в задницу, но не думал, что в столь глубокую.

Несколько секунд мы играли в гляделки, пока Гирви, наконец, едва ли не со скрипом отвел взгляд.

— Тут база одной крупной группировки, — проворчал он. — Они контролируют трущобы столицы и большую часть темных делишек в торговом районе. Принцесса приказала разыскать их главный штаб. Я пока нашел только эти подпольные бои, и надеюсь отыскать тут зацепку к другим логовам.

Опять закулисная возня. Не люблю я это. И ладно бы они хотели просто вырезать уродов, но… чую, принцесса хочет поставить местных воротил раком и заставить себе помогать. С одной стороны, это и правильно — преступность будет всегда, и если вырезать одних, то тут же вылезут другие. А когда такие синдикаты ходят под правительством и даже пукнуть без разрешения боятся, то это может быть и полезно… в некоторой степени.

Вот только хватит ли у нашей принцесски сил пережевать такой кусок и не порвать себе хавальник? Или она на меня рассчитывает? Ладно, война план покажет. Сейчас не это главное.

Я обвел взглядом комнату, в которой на стене висели три прирезанных пленника, а на полу валялся один "колпачник".

— Бесполезно их допрашивать, — поморщился Гирви, проследив за моим взглядом. — Тупые и немые. Идеальные исполнители. Готовят тут "мясо" для арены, "обрабатывают" торговцев, наказывают должников… В общем, ничего интересного.

— Угу, совсем ничего, — процедил я, ловя себя на том, что едва сдерживаюсь от материализации Копья. — Тебе тут зверолюды не попадались? Или пленники какие-нибудь… необычные?

— Что, свой зверинец ебать уже наскучило? — оскалился Гирви, осматривая труп одного из охранников. — Хочется новенького?

— Чувак, давай ты на вопрос ответишь, и разойдемся как в небе дирижабли, — как можно более миролюбиво ответил я, старательно напоминая себе, что мы пока на одной стороне. Пока…

— Не попадались, — ответил амбал, поднимаясь на ноги и обтряхивая колени. — Тут держат, в основном, людей. Клетки со зверолюдами, монстрами и всякой прочей дичью уровнем выше. Я туда забираться не стал, не люблю их вонь.

Как говорил один нигер, "нюх-нюх… расист!"

— Лестница где?

— Направо по коридору, — ответил он.

Больше не желая продолжать разговор, я развернулся и вышел из комнаты.

Бесит.

Блядь, почему же он меня так бесит?

***

Повернув в указанную сторону, я тихо, но быстро проскочил через весь коридор даже не пытаясь заглядывать в приоткрытые двери — чуйка и "Жнец" подсказывали, что ничего интересного там нет. Как и живого.

Гирви, дерьма кусок, явно не намеревался церемониться и упускать халявный опыт.

— Что делать планируешь? — раздался голосок Чешуйки, когда я уже подбирался к лестнице.

— Найти последователя Ауттэ, тушку для Дось, и валить отсюда нахуй, прихватив ушастиков.

— А этот…? — кого именно она имела в виду мне уточнять не требовалось.

— Пусть сам выкручивается, — процедил я сквозь зубы. — У него вон, помощники в зале есть. Да и я, когда буду сваливать, вряд ли смогу сделать это тихо.

Гирви, впрочем, тоже не особо скрывался, вырезая по ходу своего движения все живое. И как скоро найдут его "следы проникновения" — вопрос даже не часов, а минут.

Лестница на следующий этаж представляла собой простой винтовой пролет в двадцать-тридцать ступенек. И наверху меня поджидала небольшая площадка, от которой шла еще одна деревянная лестница и деревянная же дверь. Я вообще несколько нервно относился к едва слышно поскрипывающим под моими ногами доскам этой самой лестницы — судя по всему, тут просто вырыли глубокий колодец, поставили в него столб и натыкали спиралью ступенек. Не самая надежная конструкция. А колодец глубокий…

— Крылья отрастить, что ли? — пробормотал я, примериваясь к двери этажа с местным "зверинцем". Замка не было, зато была задвижка с той стороны.

— Рожденный ползать летать не может, — фыркнула Чешуйка.

— Ниче, сто грамм для храбрости приму, авось поможет… — вспомнились мне слова одной старой песни одного очкастого хриплого рокера. — Блядь, выбить ее, что ли? Или все же постараться по-тихому? Хммм…

Раздался скрип досок, оповещающий о том, что сверху кто-то спускался. Кто-то довольно крупный, тяжелый и крайне громко сопящий.

А деваться на этой площадке было особо некуда. Хоть ты на потолок лезь…

А, собственно, почему бы и нет?

Не, не совсем на потолок, но близко.

Упершись руками в идущий по центру колодца столб, я как раз стопами смог достать до земляной стены. Дальше — дело техники. Много раз виденный как в реальности, так и в кино трюк выполнить оказалось просто до обидного легко. Впрочем, с моими, даже в хлам порезанными, характеристиками можно и не такое проворачивать.

Перебирая ногами по стене, а руками — по деревянному столбу, я уже через пару секунд уперся спиной в потолок, который представлял собой низ следующего витка ступенек. И замер, молясь Ауттэ, чтобы моих показателей скрытности и окружающей темноты хватило для этой авантюры в стиле вечно невыполнимой миссии. Жаль только музыки не хватае…

"Сыграть?"

НЕЕЕЕТ!!! Так справлюсь! Спасибо, но в последний раз я чуть не сдох! Да и не нужно сейчас!

"Ну, как знаешь", — хмыкнул бог, удаляясь с моей "радиоволны".

Блядь, я вроде Ауттэ молился. Какого хрена товарищ Граор выполз-то? Молитвенное радио поломалось?

"Нет, просто метки рядом, а отслеживать тебя несложно — блокировки ставить не умеешь. Мал еще для такого", — а это уже, судя по ощущениям, Тень пожаловала.

Голосов в моей голове становится все больше. И все приказывают так или иначе, но кого-нибудь грохнуть.

Интересно, а в психушке нормально кормят?

"Так уж и все?" — немного обиженно подала голос Мют.

Ну, прости, прости. Ты у нас исключение. Зато Граора за троих хватит.

Пока я беседовал с "голосами" и, параллельно, всерьез раздумывал на тему "а не глючит ли меня на самом деле?", из-за витка лестницы показалась… туша. Нет, не так.

ТУША.

Не знаю, как этот шарик жира, метра полтора в диаметре, вообще держали хлипкие ступеньки отчаянно скрипящей лестницы. Серьезно, ОНО напоминало слепленный из жира кривой комок, в который криворукий ребенок воткнул спички на места ручек-ножек, а потом кое-как пририсовал харю. Ну и напялил поверх получившегося вывалянную в дерьме попону, снятую с провалявшегося неделю в теплой воде трупа лошади.

Когда на меня дыхнуло это "амбре", я едва не свалился с потолка.

Пришлось перейти на короткие, максимально редкие вдохи через рот.

Но самое печальное, что этот, судя по запаху, кусок оживших фекалий дерьмодемона, остановился прямо подо мной. После чего глубоко выдохнул, обдав окружающее пространство волной трупного зловония, и бухнул на пол лестничного пролета холстяной мешок. Утер ручьями льющийся пот. И начал неспешно, но мощно стучать в дверь этажа со "зверинцем"…

3.

Прыгать, или не прыгать — вот в чем вопрос…

Мать твою хомячью, как же он воняет!

Чем больше я разглядывал колышущуюся подо мной тушу, тем больше поражался, как такая тварь вообще жить может. Нужно, по-хорошему, как откроют дверь, быстро прирезать этого… это. Потому как человеком это назвать язык не поворачивается.

Вот только… Где я, блядь, буду клинки отмывать! И достанут ли они до жизненно-важных органов через такой-то слой жира? Хотя, если бить в шею…

Кстати, а что это у него за мешок на плече? Из-за размеров туши даже не сразу его заметил. Хм… Еще и шевелится.

Толстяк тем временем принялся колотить в дверь по второму кругу, начав что-то недовольно мычать. Бля, и он тоже немой? У босса этой "преступной группировки" довольно странные понятия о сохранении тайн. Как они хоть общаются между собой? А если продвижение по службе? Хотя нет, в последнем случае восстановить язык для этого мира не проблема — грамотный лекарь за пять минут все сделает без напряга.

От мыслей меня отвлек лязг задвижки и отчаянный скрип не смазываемых, наверное, с самого выхода из лап кузнеца, петель.

— Мммм? — промычал толстяку двухметровый "колпачник".

— Мыммммаааа, — с пыхтением ответила ему туша, снимая с плеча мешок и потрясая у того перед носом.

— Эммма? — протянул здоровяк, тыча в мешок пальцем. — Мммм?

— Мааааыыыыммм, — кивнул толстяк.

— Вы заебали.

Оба дегенерата замерли и, медленно подняв головы, уставились на потолок.

Блядь, язык мой, когда-нибудь я тебя отрежу. Какого хуя ты мелешь быстрее мозга?!

— Мммм? — уточнил здоровяк в красном колпаке, у толстяка, потыкав пальцем в сторону потолка.

— Гымамаы? — развел тот куцыми ручонками, озадаченно переведя взгляд на коллегу по диагнозу мозга.

От удивления я чуть не свалился вниз.

Это они что, меня не заметили?!

Получается, я зря пыхтел и забирался под потолок? У этих двух инвалидов, по-ходу дела, плесень с мозга начала переползать и на глазные нервы.

Я поднабрал в легкие воздуха и "возвестил" с потолка самым внушительным басом, который только мог выдать.

— Слушайте, смертные! Я Великий и Ужасный Бог Анального Угнетения! Падите ниц или будете вечность испытывать ужасающие муки! Молитесь! Молитесь! МОЛИТЕСЬ!

Не сработало.

Парочка дебилов лишь продолжала пялиться в потолок широко открытыми глазами, вызывая у меня противное ощущение принятия в их клуб.

Ну не удержался. Детство в жопе заиграло.

Зато, судя по тихому многоголосому похрюкиванию на грани восприятия, кого-то я все же повеселил.

— Ну, сами напросились, — пробормотал я, начиная падать вниз.

Через мгновение мои колени впечатались в мягкие, рыхлые плечи толстяка, а его голова оказалась зажата между бедер. Рывок корпусом с проворотом и под тихий хруст шейных позвонков туша начинает оседать на пол. Трюк, подсмотренный в каком-то замшелом файтинге оказался неожиданно действенным. Оттолкнувшись от плеч толстяка, со смачным хрустом приласкал коленом лицо только-только начавшего что-то соображать "колпачника".

Два трупа.

Выхватив гладиусы, перерезал стягивающую горловину мешка веревку. Та слегка распустилась, показывая мне… задницу.

Широкую, волосатую, истинно мужицкую ЖОПУ.

Практически символ моей жизни.

— Ну екарный бабай тебе кровать глубокой ночью… — вздохнул я, отвешивая заднице пинка.

Мешок зашуршал и из его недр на све… во тьму безбожь… хотя нет, у богов сейчас, судя по всему, аншлаг, так что безбожной эту ночь точно не назовешь. Короче, во тьму подземелья из мешка выполз забавный экземпляр.

Широкоплечий, бородатый, волосатый, нос картошкой, сам едва ли метра ростом, зато мышцы такие, что даже завидно… немного.

Короче, типичный гном.

— Гомик? — уточнил я на всякий случай.

— Ето как? — нахмурил тот кустистые брови, осматриваясь вокруг.

— Мужиков ебешь? — пояснил я по-человечески.

— Бывает, — честно ответил он со странным акцентом. — Когды в шыхте долга, а делеть большэ нечего.

У меня нервно дернулась щека.

Зарубка в склерозник. К гномам пойду в последнюю очередь. И перед этим закажу железные трусы с кодовым замком.

— Человик, ми гдэ? — тем временем уточнил гномик-гомик. — И каму я долг жизнэ должон?

— Считай что никому, — ответил я, направляясь к дверям зверинца.

Нахуй мне такой должник. Был бы кавайной грудастой бабой — еще куда не шло. На крайняк, гномьей бабой — экзотики тоже иногда хочется. Но, блядь, бородатый пидар мне под жопой не нужен!

— Пареня, а ти красивый! — обрадовало меня это… нечто, стягивая колпак с трупа врага и повязывая его на пояс на манер какой-то однобокой юбочки.

То еще зрелище.

— Выход там, — ткнул я гладиусом в сторону ведущей наверх лестницы. — Вали. Пока не прирезал.

— Харашэ, харашэ, — сделал гномик шаг назад, — нэ надо нервный бить. Но я тибэ запомнил. Когда-нибать встретить — отплучу добра. Мой имя — Кахар Борода-из-Меди! Прокай, благодатель!

Стянув с трупа толстяка длинный ржавый кинжал, гномик-гомик быстро скрылся за витком лестницы, а я смог, наконец, расслабить булки.

— Ебаный безумный мир… — выдохнув, развернулся и нырнул, наконец, в приоткрытую дверь "зверинца".

Очередной длинный полутемный коридор. Но были тут и отличия от нижнего уровня, где я проходил до этого. По стенам, в равных промежутках, висели тусклые масляные лампы. Сами стены были уже не из земли, а выложены старыми потрескавшимися кирпичами. Дверей не было, зато по бокам широкого коридора шли небольшие ниши, перегороженные решетками. Сбоку, у самого входа в коридор, обнаружился небольшой столик с одиноким стулом и порцией недогрызенного мяса самого подозрительного вида.

И тишина.

Похоже, охранник тут был только один. Не думаю, что построившее это место люди настолько уверены в своих работниках. Скорее, просто остальных вахтеров сняли для контроля проводящихся сверху боев — недаром же Гирви понадобилось так их затягивать.

Осторожно подобрался к первой решетке и заглянул вглубь ниши.

Пусто.

Следующая.

Пусто.

Цыкнув, сосредоточился и прощупал пространство с помощью "Жнеца".

Обнаружил всего пять сигнатур, из которых одна, к моему удивлению, оказалась в проверенной мною камере. Пришлось возвращаться и осматривать ее еще раз, но уже более внимательно.

Типовая фентезийная одиночка. Выложенные кривоватым кирпичом стены и пол, прикрытый подгнивающими деревяшками потолок, плесень по углам и куча вонючей соломы в центре. И ничего.

Сделав шаг к решетке, почти прижался лицом к прутьям, стараясь заметить затаившегося скрытника… и едва успел отшатнуться, когда жопа внезапно завопила о том, что щас меня будут бить, возможно страпоном, возможно через нее родимую.

Перед носом промелькнула когтистая лапа, разминувшись с ценным органом буквально на волосок. И снова пропала.

— Это че щас было? — уточнил я, осторожно ощупывая нос.

— Не уверена, но вроде бы что-то из подвида рептелоидов, — задумчиво произнесла Чешуйка. — Весьма агрессивная раса.

— Вот пусть там и остается, — резюмировал я, сплюнув под ноги и потопав дальше.

Второй живой обнаружился через три камеры. Ну как живой… Пациент скорее мертв, чем жив. Вернее, совсем мертв, но жив.

Эдакий полуразложившийся зомби какой-то то ли здоровенной псины, то ли волка. Почему "Жнец" твердил о том, что этот зомбарь — живой, хрен знает. Но к прутьям клетки я подходить не рискнул. Еще цапнет, заразит какой-нибудь хуйней, буду потом устраивать локальный Ракун-Сити с собственной Милкой и Телкой.

Следующий пациент опять же оказался почти дохлым. Темный эльф, от которого остались только кожа, да кости, а в мясе кое-где уже ковырялись черви. Запашок стоял соответствующий, но "Жнец" упорно твердил, что пациент еще был жив, хотя и осталось ему недолго. Немного подумав, я все же броском иглы прервал муки несчастного.

Ну и последние два объекта сидели в самом конце коридора, в одной клетке.

— Бинго, — улыбнулся я, рассматривая их.

В дальнем углу, вжившись в него стеной, сидел тощий зверолюд. Навскидку, чуть ниже меня ростом, с темно-рыжими, почти медными волосами, и ярко-желтыми большими глазищами. Его явно морили голодом, но вот следов насилия или еще чего я на теле не заметил. Как и у его сестры, голова которой покоилась на костлявых коленях брата. Об их родственной связи можно заявлять смело по одно простой причине — близняшки. Практически на одно смазливое лицо, только пол разный, да у парня черты чуть грубее, а тело — массивней.

Вид зверолюдов я так сходу определить не брался, но явно не кошки. Что-то из псовых — то ли волки, то ли куницы. А может и песцы.

— Кхм… — прочистил я горло, подбирая слова. Главное, это первое впечатление. От него будет зависеть дальнейший разговор и их реакция. Нужно ничего не испортить.

— А сиськи у нее маловаты, — раздался в ухе голос Чешуйки.

— Да не, даже сейчас второй размер, — не согласился я, перебирая в уме варианты диалога. — Откормить хорошенько, чтоб массу набрали, и можно еба… Блядский слон на фарфоровом балу… Ты специально, да?

В ответ раздолось только ехидное хихиканье. А брат-волчонок шутку юмора явно не оценил, угрожающе ощерив клыки и прижав уши.

— Ладно, мелкий, спокойней, — я демонстративно забросил гладиусы в ножны и показал ему пустые ладони. — До твоей сеструхи я домогаться не буду. Тем более, что она в глубоком ауте, а бревна ебать не мое.

— Кхм, — кашлянула Чешуйка.

— Ну, в большинстве случаев, — поправился я. — Я вообще тут мимоходом, по заданию одной весьма сис…

— Кхм, — кашлянула в другом ухе Ауттэ.

— …одной весьма умной, доброй и вообще замечательной богини с обалденными формами.

— Пф… — фыркнула Мют. — Я тоже могу… Если захочу.

— Блядь, да съебитесь вы из моей головы, — тихо зашипел я, растягивая губы в нервной улыбке. — С каких пор вы начали так на уши приседать?

— Да нет, смертный, все как обычно, — вздохнула Ауттэ. — Просто из-за последние полученные от меня способности еще сильней увеличили твою чувствительность к другим планам бытия.

— Ты подожди, это еще цветочки, — "ласково" пообещала мне Мют. — Вот адаптируется твоя душа к новым возможностям, тогда станет совсем весело.

— Короче, — тряхнул я головой, вновь сосредотачивая внимание на растерянно хлопающем глазами волчонке, который явно начал сомневаться в моем психическом здоровье. Впрочем, как и я сам. — Меня Ауттэ послала. Имеешь к ней какое-нибудь отношение?

Волчок пару раз хлопнул глазами, после чего неуверенно кивнул.

— Вот и замечательно, — улыбнулся я. — Кстати, раз уж ты мне все равно в ухо бубнишь, может подтвердишь сразу, чтоб не перепутать.

— Прости, милый, но права не имею…

— Бррр… — от ее "милый" в мозгу на мгновение промелькнул совсем не тот образ. — Ладно, проехали.

Чтобы открыть часть решетки, играющую роль двери, нужно было отпереть замок. Большой такой, амбарный.

— Вы меня никогда в покое не оставите, — со вздохом полез за отмычками…

Управился минуты за три. Даже ни одной ковырялки не сломал — наборчик Тай все же был не из рядовых и сталь использовалась весьма качественная. Интересно, а если я докачаю навык взлома до сотни, то смогу открывать замки одни касанием, или мне все равно придется ковыряться в них?

— Все, птички, свободны, — проворчал я, распахивая клетку. Однако волчонок только вздохнул и покачал головой, заставив меня нахмуриться. — И чего это значит?

— Ноги, — тихо прохрипел тот, показав на свои вытянутые босые культяпки.

Зайдя в клетку, я подошел к нему поближе и присел, разглядывая грязные конечности. Впрочем, там все стало ясно уже после беглого осмотра — опознать перелом хватило даже моих кривых медицинских познаний. Причем переломов было не один, а сразу три — два на правой, один на левой ноге.

— Ну и чего мы молчали? — мрачно посмотрел я на это бледную немочь, лихорадочно соображая, как быть, чем жить и на что выть.

— Ее… забери, — поколебавшись, прохрипел-пролаял волк, ослабевшими руками подпихивая мне валяющуюся в безсознанке сестру.

— Вот всегда так, — вздохнул я. — Нет бы простую миссию: вошел, порубил всех на кровавый винегрет, закатал в шаурму и скормил Няшке… Так завернут какую-нибудь Санта-Барбару с кучей соплей, самопожертвования и невъебического превозмогания…

Пока ворчал, осторожно потрогал лобик волчицы. Уж не знаю, что именно сработало из моих скиллов, а может вообще наслоились один на другой, но понимание пришло почти сразу: баба не жилец.

Душа почти отлетела, связываясь с телом лишь тонкой пуповинкой, грозящей оборваться в любой момент.

— Ох и будет щас геморрой… — покачал я головой мысленно настраиваясь на предстоящий пиздец, к которому все и шло, ибо намеки Ауттэ и ситуации были слишком уж толстыми, ни за какой ширмой не спрячешь. — Эй, голоса в голове, советы есть? А то когда надо, все разом вдруг заглохли.

— Вырывай ей душу, — послышался голос Чешуйки. — У тебя, вроде бы, была такая способность, а значит Система поможет. Усилий тут особых тоже не нужно будет — она и сама почти отвалилась. Потом нужно будет действовать быстро. Твой этот… как его… Ну с щупальцами…

— Саси, — напомнил я.

— Вот он самый. Тварь, конечно, та еще, но для тебя полезный. Просто отдай душу волчицы ему, он утащит ее в твой карман. С душой лисицы примерно так же: все манипуляции оставь на него, а сам только проведи "астральный захват", чтобы достать ее в реальности, а не тащить через астральные дали. Сопротивляться она не будет, так что все должно пройти гладко. Главное не накосяч нигде, а то коллапс души — это такая штука, после которой ничего приятного не бывает.

— Угу, спасибо за инструктаж, — кивнул я.

— Не слышу искренней благодарности.

— Вот проверну все, тогда и буду искренне благодарить. Даже метнусь в астрал и потрусь небритой щекой об твою чешуйчатую ножку.

— Фи-и-и… — я почти наяву увидел скривившуюся мордашку дракоши. — Лучше уж массаж хвоста.

— Договорились. Ей, ушастый, — я поднял взгляд на притихшего волка, которой явно раздумывал, псих я, или все же нет. — Сейчас постараемся твою сестру подлечить. Надеюсь, получится. А ты пока выпей эту хрень. На вкус как вареные в дерьме дембельские портянки, но на ноги ставит быстро.

Сунув в руки волку два из трех имеющихся пузырьков с зельем Хомки, стащил с него тушку волчицы-сестры и, уложив поудобнее на спину, потер руки.

— Ну-с, поехали…

ГЛАВА 182. СТРАННЫЕ ДЕЛА В ЛАГЕРЕ

(АНТУАНЕТТА).

1

Максим, снайпер отряда "Рыцарь-2", неторопливо осматривал вверенное ему направление, не забывая поглядывать и по сторонам. Он устроился под раскидистым кустом на склоне холма рядом с их лагерем, и, благодаря маскхалату, уже несколько часов успешно прикидывался частью зеленого пейзажа, периодически прикладываясь к идущей из ляжки питьевой трубке и оптическому прицелу крупнокалиберной винтовки.

Последняя была кустарной модификацией военного "Арт-КВ-48", до которой дотянулись загребущие ручонки одного не слишком здравомыслящего артефактора с Базы. Стрелять из нее Максу еще ни разу не доводилось, но, судя по ехидной улыбке Дамира, когда тот выдал ему этого полутораметрового монстра, и размеру снарядов, ибо "патронами" эти штуки язык назвать не повернется, у обычного человека выжить после попадания шансов нет. Даже Антуанетте, их не убиваемой барышне, будет несладко.

Винтовку доставили с базы буквально за несколько минут до того, как Макса отправили в караул. Причиной послужило то, что Бэчэ и Ситх связались с начальством и нажаловались на встреченный танк. В ответ те сказали "щаз" и спустя час им в центр лагеря откуда-то сверху с характерным свистом сброшенной авиабомбы упал небольшой контейнер. В нем-то и было это чудовище, с пятью цинками снарядов различной маркировки и короткой запиской.

"Винтовка пристреляна. Ближе, чем в двухметровом радиусе от своих пульками желательно не попадать. Сломаете или потеряете — урою идиотов. Лидия Ивановна".

Соблазн был велик. Палец Макса уже несколько раз сам собой надавливал на спусковой крючок, но… винтовка стояла на предохранителе. Патроны нынче были дорогим удовольствием и тратить их просто так никто ему не позволит. Тем более такие нестандартные.

Что-то кольнуло затылок снайпера и он недовольно скривился. Это была не ветка, не насекомое, и даже не подкравшийся враг. Это была его интуиция.

Скоро его спокойному лежанию на брюхе придет конец. А так как угрозы в этом покалывании не было, значит источником беспокойства будет кто-то из своих. А кто у них главный генератор головной боли?

Припав к окуляру, снайпер слегка повел стволом, чтобы в поле зрения попал далекий лес.

Так и есть. Из него выбирался ушедший на "тренировку" отряд из пленных мародеров, Сергея, Барбары и Татьяны. Ну и Антуанетты, конечно.

Когда в перекрестье прицела попала невысокая фигурка Шульц, по спине снайпера пробежала легкая дрожь, а взгляд невольно сместился на ее ножки.

"Бабу мне нужно" — с едва слышным вздохом подумал снайпер. — "Того и гляди, скоро на нашу Железную Леди поглядывать начну. А такая ведь сдавит в порыве страсти чуть сильнее и все, кишки наружу. Интересно, есть где-то на свете тот псих, что решится с ней покувыркаться? Хотя Сергей вроде запал, но, боюсь, ничего ему не светит…"

Быстро пересчитав отряд по головам и убедившись, что все на месте, снайпер изучил в прицел марширующую за Антуанеттой страшенную зверюгу, после чего нажал на кнопку гарнитуры.

— Ситх, прием.

— Слышу, Вспышка. Кукла вернулась?

— Тоже почуял? Она самая. Без потерь. Зато с приблудой. Какая-то зверюга. Страшная, но смирная.

— А ты, мля, попробуй с этой дамочкой побузить, — хохотнул вклинившийся в разговор сержант Васильев. — Последний вон по зеленке свой кариес полчаса собирал.

— Ладно, отставить, — вздохнул Дамир. — Еще что?

— Чисто, — доложил снайпер. — Ни огонька, ни дыма.

— Ясно. Отбой.

Связь прервалась.

Но Дамиру, сидящему за столиком под растянутым в лагере тентом, все равно было неспокойно. И не потому, что Антуанетта тащит не пойми что в лагерь — после Раф-Хас разведчик уже ничему не удивлялся. Причина была в другом. У Дамира уже несколько часов свербела макушка. Словно кто-то постоянно смотрел на него откуда-то сверху.

— Спутник какая-то зараза подключила, что ли? — пробормотал он, перекатывая между ладонями алюминиевую кружку с давно остывшим чаем и недовольно косясь на прикрывавший его сверху тент…

***

[Антуанетта]

Выбрались.

Я облегченно вздохнула, когда заросли остались за спиной и небольшой отряд вышел на простор холмистых равнин.

— Лысый, Дикий, — повернувшись к вздрогнувшим парням, я смерила их строгим взглядом.

Когда мы с Русом возвращались по моим следам, то конечно встретили спешащий "на выручку" отряд под предводительством этих двух "героев". Тогда я просто приняла командование, развернула бойцов и неспешно повела отряд по зарослям, предоставляя возможность попутно уничтожать все живое. Ну а этим двоим ничего не сказала. И теперь они вовсю потели.

Правильно, пусть побеспокоятся. Головомойку устрою в лагере, но ожидание наказания порой бывает намного мучительней самого наказания.

До заката мы все же не дотянули. Не потому, что было опасно — благодаря мне и взявшемуся прикрывать тыл Русу отряд вообще не понес потерь. И не потому, что мне надоело — тренировка важная часть личного роста любого бойца и надоесть не может в принципе. Главное, правильно ее поставить и замотивировать.

Дело было в моем новом знакомом — Рыцаре-Монстре.

Он попросил вернуться в лагерь, потому как его друзья уже прибыли, но встретиться хотят на открытом месте с командным составом нашего отряда. А опять бросать отряд посреди зарослей было бы уже откровенной глупостью — причина все же не такая срочная.

Так что из леса мы выбрались уже после обеда, а не на закате, как я планировала.

— Стройте отряд, — наконец продолжила я, когда парни начали откровенно нервничать, а остальные — поглядывать на них с сочувствием. — Как прибудем в лагерь, проконтролируете бойцов. Патроны под учет и сдать обратно Дамиру. Оружие почистить и так же сдать. У твоих ребят, Дикий, должно остаться только по ножу и пистолету. С одним патроном.

"Не слишком ли ты с ними строго?" — раздался в голове голос Рыцаря.

"По-другому нельзя", — вздохнула я, уже слегка приноровившись к этой мысленной речи. — "Бандиты. Перевоспитывать их придется долго и жестко, иначе просто никак. Где твои?"

"Сели неподалеку. Прибудут к вашему лагерю чуть позже нас. Старший Координатор хочет с тобой пообщаться и просто сказать "спасибо" за мое прикрытие. Рыцари Бастиона хорошо помнят добро и умеют быть благодарными".

Я покосилась на сидящего в стороне здоровенного монстра.

Честно говоря, я не совсем понимала, от чего именно его спасала — с большинством вылезших на отряд тварей справлялись обычные бойцы, так что Русу они были на один укус. Честно говоря, если бы он не прикрывал тыл, то пару раз мы могли не досчитаться кого-нибудь из ребят Дикого. Хотя на нас три раза выходили довольно опасные зверюги даже по моим меркам. Тогда приходилось приказывать отряду отступление и браться за меч самой. Один раз даже пришлось использовать один из эффектов меча — до того живучая тварь попалась.

Вздохнув, я повела ноющими плечами, которые еще не отошли от драки с той тварью, и оглядела отряд.

— К лагерю, трусцой, — и первой неспешно припустила вперед, слегка проваливаясь тяжелыми сапогами в мягкий грунт.

— И зачем я, блядь, только сунулась с вами? — донеслись до меня тихие причитания Татьяны, которая, пожалуй, вымоталась больше всех.

Ничего. Трудности закаляют. А работа полевого целителя трудна во всех мирах и эпохах.

***

Лагерь встретил нас ленивой суетой, как бы парадоксально это ни звучало.

Все что-то делали, чем-то были заняты, но при этом как-то устало, вяло и с неохотой. Бойцы Васильева возились с установкой лагеря и караулом, наши бородатые водители копошились вокруг танка, поминутно матерясь и поминая Шайтана, лекари посла о чем-то лениво переругивались, стоя у выволоченного на солнцепек столика с какими-то пробирками-колбами, два их охранника сидели на крыше кунга, обозревая окрестности, а Дамир, сержант Васильев и Виктор Львович, наш посол, собрались под небольшим тентом у одного из пикапов, потягивая чай, перебрасываясь ленивыми репликами и явно ожидая меня.

Прикрыв глаза, я быстро "прощупала" округу и почти сразу обнаружила отсутствующего в лагере Макса — тот устроился на холме неподалеку и периодически от него расходились такие волны угрозы, что удивительно, как я до сих пор не заметила нашего снайпера. Скорее всего, работала какая-то из его классовых способностей, притупляющая пассивное обнаружение.

Оставив Барбару, Сергея и Дикого разбираться с мародерами, я отправила Татьяну отдыхать, а сама с Русом направилась к "собранию начальства".

— И кого же ты притащила на этот раз? — проворчал Васильев, слегка нервно разглядывая переминающегося за моей спиной с лапы на лапу монстра.

— Друга, — коротко ответила я. — Он скоро уйдет.

— Я так понимаю, это его тебя попросил взять под охрану Большой Босс наших бородатых братьев? — уточнил Дамир.

Я кивнула, поискав глазами свободный стул, а то с самого утра на ногах и очень хотелось присесть. Вот только свободного в обозримом пространстве не наблюдалось, а сидящая передо мной троица мужиков и не думала проявлять галантность. Интересно, они меня хоть за девушку считают? Видимо, нет. Так что пришлось продолжать стоять с гордо поднятой головой и безразличным видом — не стряхивать же кого-то из них с нагретого места.

Или стряхнуть?

Дамир, явно что-то почувствовав, нервно заерзал. Но, видимо его способностей не хватило, чтобы точно определить, чем именно я была недовольна, потому что он сделал собственный вывод, несколько далекий от изначальной причины.

— Ладно, не злись, — улыбнулся разведчик. — Никто его не гонит. Все же на моей памяти, это всего лишь третий "божественный квест" и награды за два предыдущих, если верить слухам, с лихвой окупили все затраты. Лучше расскажи, что это за зверушка, и почему поднялся такой кипиш?

Я покосилась на Руса, который, особо не мудрствуя, улегся брюхом прямо на травку.

Тоже, что ли, растянуться? Или все же скинуть кого-то из этих хамов?

"Расскажи им, особой тайны в том нет", — раздался в голове голос Рыцаря.

— Расскажу, — слегка кивнула я, снимая с руки щит и кидая его под ноги.

Следом полетели меч в ножнах, обе латные перчатки, нагрудник и сапоги.

— Эм… Антуанетта? — Виктор Львович первый подал удивленный голос. — Что ты делаешь?

Я проигнорировала его вопрос, короткой мысленной командой посылая оставшемуся на мне костюму образ нужного наряда и приказ на трансформацию.

— Скажите, господа… — широко и искренне улыбнулась я вздрогнувшим мужикам. — Я девушка?

— Эм… — Дамир не нашел слов.

Остальные двое тоже не отличались красноречием, лишь большими глазами наблюдая за неспешно трансформирующимся костюмом. У того укоротились рукава, полностью открыв руки и плечи, втянулся воротник, образовав небольшое декольте, на талии затянулся плотный корсет приподняв грудь, втянулось платье неспешно обнажая ноги и превращаясь в короткие шорты, которые я видела у девушек на Базе, а на ступнях образовались плетеные сандалии.

Излишки массы костюм, кстати, перевел именно на сандалии — от их подошвы во все стороны раскинулась сеть тонких нитей, собирающая и передающая мне информацию о творящихся в лагере делах.

— Ну так что? — выгнула я бровь.

Дамир, который был уже более привычен к разным… ситуациям, пришел в себя первым.

— Девушка, — кивнул он. — И ты это уже не раз доказывала.

— А лидер отряда кто? — задала я следующий вопрос, медленно двинувшись в его сторону.

— Т… Ты, — парень нервно сглотнул, когда я встала прямо перед ним и невольно опустил глаза с лица на… расположенные пониже части тела.

— Так почему же я должна что-то рассказывать трем нагло сидящим передо мной мужикам, которые не удосужились ни стул приготовить, ни организовать обед для голодного уставшего командира?

Дамир пару раз непонимающе хлопнул глазами, явно "залипнув". Хм… Кажется, костюм немного перестарался с корсетом и декольте. Вываливаться, конечно, там особо нечему, но вид получился весьма… вызывающий.

— Ну? — я еще немного подалась вперед, поставив бедного разведчика перед выбором: или уткнуться носом в мое декольте, или завалиться назад вместе со стулом.

Он выбрал второе.

— Кхм… Сейчас все будет, — поднимаясь с земли, спешно заверил парень и унесся раздавать распоряжения.

Я спокойно подняла стул, установила на прежнее место и, сев, обвела изображающих восковые статуи сержанта и посла ироничным взглядом.

— У меня жена на Базе, — вдруг невпопад сказал Васильев, отводя глаза.

— А у меня… давление… высокое, — уставился куда-то в небо Виктор Львович.

Все-таки иногда приятно одерживать победу не мечом и латным кулаком, а простыми женскими хитростями…

***

После шустро организованного Дамиром перекуса, за чашкой горячего чая я вкратце рассказала этому своеобразному военному совету о произошедших в лесу событиях и о том, кто такой Рус. Впрочем, вторая часть получилась очень короткой, так как знала я немного, а понимала еще меньше.

"Рыцарь со звезд, случайно угодивший в тело монстра и дожидающийся своих собратьев", — примерно так оно и звучало.

— Со звезд… — нахмурился Васильев, покосившись на мирно дрыхнущего монстра.

— Пришелец, что ли? — скривился Дамир. — Что-то не особо верится…

— Знаете, молодой человек, — хмыкнул в усы Виктор Львович. — После апокалипсиса, Системы, богов, мутантов и самой настоящей магии, пришельцы — это далеко не самая невероятная вещь.

— Но все же, одно дело, когда всякие "чудеса" видишь своими глазами, а другое… — попытался возразить Дамир, чем вызвал еще большее веселье у старого интригана.

— "Видишь своими глазами"? — посол разгладил пальцами усы и кивнул в мою сторону. — А что это сейчас вон там потягивает чаек? Разве это не доказательство существования жизни вне нашей планеты? И только не надо делать вид, что ты не в курсе.

Я на мгновение задумалась, оскорбиться мне на его "это", или все же не стоит? Решение помогла принять подвинутая ко мне послом чашка с печеньем.

Старый лис.

— Ладно, ладно, убедили! — поднял Дамир руки, признавая поражение, и повернулся ко мне. — Когда там за этим комком шерсти прилетят его зеленые человечки?

В этот момент ожила гарнитура и в эфире раздался негромкий напряженный голос Максима.

— Вижу два тела. С севера. Камуфляжная форма. Снаряжения и оружия нет. Идут открыто, прямо на лагерь.

"Это за мной", — раздался в голове голос Руса.

— Уже прилетели, — сказала я собравшимся, быстро запивая чаем последнюю печеньку в форме хомячка…

2.

"Гостей" принимали все под тем же тентом, за небольшим складным столиком, вокруг которого уже становилось тесновато. Бойцов и всех членов отряда по переданной Русом через меня просьбе отослали подальше. Сержант с послом особо по этому поводу не беспокоились — меня для обеспечения их безопасности хватит с лихвой.

Прибывшими оказались совсем молодые на вид парень и девушка. Оба кареглазые, невысокие и отчаянно рыжие. Можно было даже подумать, что перед нами стояли брат с сестрой.

Парень казался довольно щуплым, с открытым лицом и большими наивными глазами. Явно великоватая камуфляжная форма висела на нем как мешок на огородном пугале, а форменную фуражку норовило сорвать каждым порывом ветра, из-за чего ему постоянно приходилось ее придерживать.

Девушка же, напротив, была довольно пухленькой. Не за рамками "приятной полноты", но уже где-то к этому рубежу подбираясь. Впрочем, форма на ней тоже не сидела как положено — слишком длинные и широкие рукава были кое-как закатаны, со штанинами была та же беда, в то время как на бедрах и груди ткань едва ли не трещала при каждом движении, угрожая порваться и явить миру все "скрытые достоинства" владелицы. Карие глаза хитро смотрели на нас с симпатичного лица с таким выражением, словно выискивали цель для очередной шалости.

— Позвольте представиться, — начал паренек после недолгого взаимного разглядывания. — Старший Координатор Первого Экспедиционного Корпуса Бастиона в вашей галактике, Мастер-Паладин Бастиона, Рыцарь Белого Пламени, Энцио Дэлавере.

— Эм… — шаркнула ножкой девушка, скромно потупив глазки. — Каалуси ла Фаррази, одушевленный пустотный корабль "Принцесса Глубокой Пустоты", класс ударный супердредноут. Рада знакомству.

— Это шутка? — покосился на меня Васильев. — Если да, то, мать вашу, не смешная.

— Как бы эти двое не выглядели, — пожала я плечами, — но парень вполне способен потягаться со мной в открытом бою. А против девушки шансов у меня нет. Никаких.

Думаю, это заставит сержанта и посла по-другому взглянуть на стоящих перед нами и изображающих клоунов существ, и отнестись к делу посерьезней. Дамиру ничего доказывать не нужно было — он и сам прекрасно ощущал исходящую от этих "улыбчивых детишек" угрозу и сидел напряженный как натянутая тетива, вцепившись побелевшими пальцами в свою кружку.

— Антуанетта дэ Гарсия, Герой Былых Эпох, — представилась я. — Командир отряда "Рыцарь-2", входящего в состав этой экспедиции. Это — сержант Васильев, командир нашего ударного отделения, и Виктор Львович… эм…

— Лидер дипломатической миссии, — улыбнулся усатый интриган, с любопытством разглядывая наших гостей. — Разрешите уточнить. Это ваш настоящий облик, или просто маскарад?

— Мой вполне настоящий, — Энцио улыбнулся и развел руками, но тут же был вынужден снова придержать чуть не улетевшую фуражку. — А вот эта… особа, — он покосился на вертящую головой Каалуси, — является чем-то вроде куклы с дистанционным управлением. Настоящее ее тело сейчас висит за границей вашей звездной системы.

— Ладно… Хорошо… — Васильев устало помассировал лоб. Видимо, закостенелому военному было очень непросто принять и переварить свалившуюся на него информацию. — Давайте быстро закончим с этим цирком. Вот ваша зверюга, выдавайте нашей кляч… Антуанетте награду, и растворитесь в своих небесных далях!

Я покосилась на него, но все же решила не обращать внимания на оговорку.

— Постойте, уважаемый! — тут же возразил ему посол. — Как так можно?! Это, возможно, первый контакт нашей цивилизации с инопланетным высокоразвитым разумом.

Кхм… А я, значит, недостаточно высокоразвита? Ну-ну… Как говорил Хозяин, в темном переулке твоих стонов не услышат, а если и услышат, то неправильно поймут.

— Да мне насрать, — огрызнулся сержант. — Если верить словам Куклы, то справиться с ними мы не сможем при всем желании. Да и не нужны мне тут пиздопляски еще и с пришельцами — и мародеров с мутантами да любимыми жучками Антуанетты хватает! Если хотите, сами с ними возитесь, но подальше от вверенного мне объекта, то есть этого лагеря! И моего здравого смысла…

— Кхм… — кашлянул Энцио, привлекая к себе внимание. — Мы, вообще-то, все еще тут.

— Капитан, а может разок из орудий жахнуть? — невинно захлопала ресницами Каалуси. — А то этот пузатый что-то совсем охамел.

— Я охамел?! — возмутился Васильев.

— Прошу прощения за мою подчиненную, — Рыцарь отвесил девушке широкий подзатыльник. — Ни в кого мы стрелять не будем. Да и не можем, кодекс Странников не позволяет.

Васильев хотел было что-то сказать, но не смог. Только замер, немного побледнев и покосился на меня широко распахнутыми глазами.

Ну да, сложно говорить, когда тело обвито нитями костюма, предупреждающе сдавливающими горло.

Я, конечно, отчасти разделяю его мнение — если на Энцио и Руса моя интуиция еще более-менее спокойно реагировала, давая понять, что они не опасны, то вот девчонка… Слишком импульсивна. Слишком несдержанна. И от нее отчетливо попахивает безумием. Такого "союзника" я предпочту не иметь… по крайней мере, в радиусе прямой видимости.

Но все же резкие высказывания в адрес существа, способного одним движением пальца растереть в пыль весь наш лагерь стоит попридержать. Пусть вон посол работает — это его прямые обязанности.

— Мы, в свою очередь, тоже приносим извинения, — не растерялся Виктор Львович, воспользовавшись временной недееспособностью нашего резковатого офицера, который с явной неохотой и сверкающими в мою сторону глазами сел на место. — Везде есть горячие головы, которые сначала говорят, а потом думают.

— А вот это более чем верно, — вздохнул Энцио. — Каа, где кейс?

— Тут он, — буркнула девушка и в метре над землей появился металлический ящик, с тяжелым стуком упавший на мягкую луговую траву.

— Телепортация? — тут же сделал заинтересованную стойку Виктор Львович.

— Неа, — отмахнулась от него Каалуси, наклонившись к ящику и проведя пальцем по его крышке. — Просто МД в камуфляже.

Раздалось легкое шипение, треск и смущенное "ой".

Легкое шипение — это открылась крышка ящика, позволяя нам и заинтересованно поглядывающим издалека бойцам отряда, которым в приказном порядке запретили приближаться во время переговоров ближе, чем на десять метров, разглядеть, что было внутри. Ну а треск — это не выдержала форма на бедре у разогнувшейся девушки, являя миру полупрозрачное фиолетовое белье. "Ой", соответственно, раздался от нее же.

Впрочем, чертовка и не думала прикрываться, а словно случайно повернулась ко всем боком, демонстрируя оголившееся бедро. И при этом почему-то победно посматривая на меня.

И что я должна, по-твоему, сделать? Тоже начать рвать на себе одежду?

Нет, это без меня — и так достаточно оголилась для, так сказать, "здоровой моральной поддержки". Прогуляюсь потом в таком виде по лагерю — и бойцов подбодрит, и создавшееся в последнее время ко мне напряженное отношение немного сгладит…

Не дождавшись от меня какой-либо реакции, Каа перевела внимание на мужчин, но те тоже отреагировали весьма сдержанно: посол и сержант уже были не мальчиками, чтобы выдавать какую-то неадекватно-бурную реакцию, Дамир слишком хорошо чувствовал ее настоящую природу, а Русу было откровенно наплевать — судя по всему, Рыцарь-Монстр просто дремал, так как с самого момента появления "коллег" так и не пошевелился. А может быть, втихую обменивался с ними сообщениями по той самой мысленной связи — этого точно я узнать не могу.

Единственным, кто хоть как-то среагировал на устроенное девушкой представление, оказался ее командир.

— Ой, дура, — закатил он глаза.

— Сам такой, — надула та губки, одним движением руки возвращая форме первоначальный вид. — Хотела немного обстановку разрядить, а он обзывается… Я, между прочим, хрупкое ранимое существо и хоть иногда требую к себе внимания… Цветочков там… Конфеток…

— Выговор ты у меня получишь, — вздохнул Энцио, придерживая вновь попытавшуюся улететь фуражку. — В особо строгой форме.

"Ладно, завязывайте с балаганом", — раздался у меня в голове голос Руса. — "Как дети малые".

Монстр приподнял немаленькую тушу, смешно переваливаясь прошел к "своим" и встал рядом с Энцио.

— Действительно, пора закругляться, — с непонятной тоской в голосе согласился паренек.

— Подождите, а как же… — попытался было что-то сказать Виктор Львович, но Каалуси его перебила.

— Послушайте, это все хорошо и весело, но есть Кодекс Странников, — тряхнула она головой и что-то вытащила из открытого сундука. — И он четко говорит, что нельзя нам вмешиваться в дела допустотных миров. Вот когда выйдете на просторы галактики, тогда добро пожаловать. А до тех пор — ни-ни…

— А кроме этого, есть еще и ограничения Рыцарей, — добавил Энцио, пнув подвернувшийся под ногу камушек. — Мы на задании нашего бога, и не можем отвлекаться на… лишние действия. Да и ваши местные бессмертные вряд ли будут терпеть такое вмешательство, а устраивать с ними войну только из-за того, что захотелось немного помочь вашей планете в развитии… — он беспомощно развел руками, — Сами понимаете.

"Награда", — напомнил Рус, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу.

— Да вот она, успокойся уже, пушистый, — проворчала Каалуси и, подойдя к столику, положила перед нами два предмета. — Солнечный коралл в качестве награды от дебильной ящ…

— Каа, — угрожающе нахмурился Энцио.

— От Дашдура, — скрипнула та зубами. — Коралл для всей вашей фракции, инструкции прилагаются. А это персонально от нас для посланницы Бездны.

Прозрачный сосуд, наполненный мутной жидкостью с плавающим в ней желтоватым камнем девушка толкнула по столу в сторону посла, а ко мне отправился небольшой черный прямоугольник.

— Я не "посланница Бездны", — негромко возразила я, не трогая награду.

— От тебя, плоскодонка, за парсек разит Древнейшей, — оскалилась Каалуси. — А уж кроме ее фаворитов никто в здравом уме подобные артефакты таскать не станет. Я уж молчу про меч Стражей!

Спокойно.

Не поддавайся на провокации.

~ Каа, ~ на плечо девушки легла узкая ладонь Энцио, а от его ласкового певучего голоса даже у меня по спине пробежал холодок.

— Ммм… — повернула она рыжую головку и невинно захлопала ресницами.

— Разложи аватару, — все таким же добрым голосом приказал он.

— Но… — попыталась возразить та, но парень зажал ей рот ладонью.

— Тсссс… Приказ. Активируй процесс разложения аватары. И не отключайся до полного его окончания. Рецепторы на полную мощность.

— Слушаюсь… — немного побледнела девушка, и как-то странно облизала губы. — Мой Капитан…

Энцио сделал шаг назад и от тела Каалуси раздалось негромкое шипение. Через мгновение фигура девушки начала быстро таять, словно растворяясь в сильнейшей алхимической кислоте. Буквально за несколько секунд рыжая аватара превратилась в едва заметный серый налет на траве.

Наступила шокированная тишина.

Сержант, посол, Дамир, рассредоточившиеся вокруг бойцы колонны — все не могли отвести взгляд от спокойно улыбающегося паренька, стоящего перед серым пятном.

— Не беспокойтесь, — продолжил улыбаться Энцио. — Как мы говорили, это всего лишь ее кукла. Для Каа потерять такую не болезненней, чем для человека — волос. Но зато, очень надеюсь, это хоть немного заставит ее призадуматься, а то она в последнее время становится практически не подконтрольной.

— Угу… — кивнул Виктор Львович.

Остальные промолчали, все еще не отойдя от шока.

Я пожала плечами и все же, протянув руку, взяла странный прямоугольник.

Смысла беспокоиться о судьбе Каалуси я не видела, потому что Энцио не был похож на маньяка, как и не ощущался каким-то излишне жестоким человеком. Девушка сама заслужила подобное наказание.

И, кроме того, в момент распада я отчетливо видела игравшую на ее лице блаженную улыбку…

— Как уже было сказано, — продолжил тем временем Старший Координатор, — инструкции к солнечному кораллу вы найдете в небольшом отделении в верхней части контейнера. Но если в двух словах, то это самовоспроизводящаяся кристаллическая форма жизни, способная аккумулировать солнечную энергию и превращать ее в электрическую. Мы рассудили, что подобная вещь будет в ваших обстоятельствах более чем полезна. Ну а непосредственного исполнителя операции было решено наградить устройством "глитч".

Я повертела в руках прохладный на ощупь прямоугольник примерно в ладонь длиной, два пальца шириной и толщиной с ноготь. После чего подняла на Рыцаря вопросительный взгляд.

И что мне с ним делать?

— Приложишь к руке, и он сам тебе все объяснит, — пояснил Энцио, после чего на секунду прикрыл глаза и обозначил едва заметный поклон в нашу сторону. — На этом, пожалуй, все. И хочу сразу предупредить, больше мы не будем вмешиваться в дела этого мира. Если все пройдет по плану, то где-то через декаду по местному времени "Принцесса" отчалит от этой звезды и вряд ли появится в пределах ее гравитационного колодца в течении ближайших ста лет.

Не дав явно собирающемуся что-то сказать Виктору Львовичу ни шанса, они с Русом просто растворились в воздухе. Впрочем, я еще какое-то время ощущала их присутствие — Рыцари с возрастающим ускорением взмыли в небо, быстро выйдя из зоны моего восприятия.

— Антуанетта? — покосился на меня сержант Васильев.

— Ушли, — пожала я плечами. — Куда-то наверх.

— Наверх, значит… — пожевал тот губами.

— Просрали, — вздохнул посол, и совершенно несвойственным для его возраста жестом уткнулся лбом в столешницу. — Такой шанс… просрали.

— Оно и к лучшему, — проворчал Васильев.

— Может… того? — предложил Дамир, который во время переговоров сидел практически неподвижно и только сейчас наконец "ожил". — Выпьем?

— Угу, а этих бандерлогов кто успокаивать будет? — скривился Васильев, красноречиво обведя взглядом стягивающихся поближе бойцов отряда.

— Я займусь, — сказала я, вставая.

— Э, нет, дамочка! — тут же вскочил сержант. — Они у меня и так нервные, а после твоего "займусь" вообще от каждого скрипа ссаться будут! Своими бандитами занимайся, а я как-нибудь сам…

— А я, пожалуй, выпью, — поднял голову посол, на что Дамир тут же достал из-под стола зеленую фляжку.

Пожав плечами, я действительно направилась в сторону собравшихся в кучу бойцов "Рыцаря-2" и мародеров. За мной по траве с едва слышным шуршанием волоклись подцепленные костюмом доспехи и оружие.

Немного поразмыслив на ходу, я все же приложила прямоугольник глитча на тыльную сторону левого предплечья. Слегка нагревшись, он тут же растекся, образуя тонкий черный браслет, а перед глазами высветилась надпись.

"Приветствую нового пользователя.

Я — Имитатор Интеллекта устройства "Глитч-478/75МВ".

Внимание! Нейросеть или иное аналогичное оборудование не обнаружено! Перехожу в режим псионной связи… Настройка… Выполнено. Устройство работает корректно.

Для отдачи приказа используйте голосовую или псионную связь с обращением к устройству".

Отмахнувшись от не совсем понятного сообщения, я мысленно пообещала себе разобраться со странным подарком позже. Сейчас есть и другие, более срочные дела — успокоить воинов и понять, что же делать дальше…

3.

Сергей и Дикий устало переглянулись.

— Она решила загнать нас в могилу, — устало пробормотал бывший бандит.

Штурмовик ему не ответил, но по выражению лица было видно, что он полностью согласен со своим коллегой по несчастью. Собственно, в данный момент на ногах остались только они вдвоем — дюжина бойцов "мародеров", как их прозвали в отряде, валялась на траве, не в силах больше пошевелиться. А между ними сновала миниатюрная фигурка Татьяны. Медик материлась как старый сапожник и пыталась хоть немного привести бедняг в чувства. Впрочем, главным объектом ее недовольства, на который она периодически кидала испепеляющие взгляды, была спокойно стоящая посреди этого бедлама Антуанетта.

Дело в том, что героиня запретила целительнице лечить бойцов полностью, приказав ограничиться "полумерами". Логика девушки была проста, хоть и немного странновата — солдат после тренировки должен чувствовать боль и усталость, иначе он не будет воспринимать ее всерьез.

Татьяна и трое медиков Виктора Львовича ворчали, бойцы-мародеры скрипели зубами, а солдаты Васильева делали ставки, кто из них сдохнет первым. Но возразить Стальной Королеве не решался никто.

И вот уже пятые сутки с момента отбытия "пришельцев" небольшой отряд бывших бандитов вместе с добровольно присоединившимися к ним Сергеем и Барбарой только тем и занимался, что прочесывал окраину леса, вылавливая всевозможных зверей и мутантов, да истязал себя физическими и психологическими тренировками.

— Как думаешь, сколько это еще будет продолжаться? — спросил у штурмовика Дикий, невольно косясь на лежащую рядом с ними Барбару, чья мокрая от пота тренировочная майка соблазнительно обтягивала тяжело вздымающуюся грудь.

— Она тебе яйца отрежет, — проследив за его взглядом, проворчал Сергей, после чего все же ответил. — Думаю, недолго. Если Виктор Львович ничего не добьется и сегодня, то свяжемся со штабом. А там пусть тыловики уже думают — брать нам эту шарашку штурмом или спокойно пилить на Базу.

— Штурм? — хрипло хохотнул Дикий. — Служивый, какой там штурм?! Наша Королева просто в их сторону посмотрит, и они сами штаны спустят, да очко вазелином смажут.

— И такое может быть, — вздохнул Сергей, с тоской глянув в сторону Антуанетты, которая как раз разглядывала кое-как поднимающихся старанием Татьяны бойцов, и раздумывала над тем, закругляться сегодня с тренировками, или, пока не стемнело, еще раз прогнать их через лес.

— Кончал бы ты дурью маяться, служивый, — вздохнул Дикий.

— В смысле? — не понял тот, переведя на него удивленный взгляд.

— Я про Королеву, — хмыкнул мародер.

— А сам-то! — огрызнулся Сергей.

— Так я не в том смысле! — оскалился мародер. — Она для нас что-то… сродни божеству. Но никак не "объект сексуального влечения", если говорить по-научному. Инстинкт самосохранения за ней приударить не даст — такая сожмет в порыве страсти и все, будет потом неотложка твои кишки по асфальту собирать.

Сергей тяжело вздохнул, но развивать спор не стал. Отчасти от того, что понимал правоту мародера, отчасти от того, что на общем канале связи прозвучало сообщение от Дамира.

— Кукла, завязывай истязать бедняг! Переговорщики вернулись, собираемся у штабного тента.

— Принято, — ответила ему Антуанетта. — Лысый, мародеры на вас с Диким. И… не сдавайте оружие.

— Принял, — несколько удивленно ответил Сергей.

— Что там? — тут же насторожился Дикий, которому, как и остальным его бойцам, гарнитуру никто выдавать не собирался. Да и не было лишних в запасе.

— Видимо, лед тронулся, — задумчиво ответил ему штурмовик. — И еще вам приказали не сдавать оружие.

— Это Королева приказала? — нахмурился бывший бандит.

— Угу, — Сергей тяжело поднялся на ноги, обтряхивая брюки от налипшей травы.

— Блядь, — сплюнул мародер, тоже поднимаясь. — Если так, то будет задница…

***

[Антуанетта]

Бросив последний взгляд на начавших строить мародеров Сергея и Дикого, я развернулась и неспешно направилась в сторону лагеря.

Идти было недалеко — всего лишь обогнуть холм, на вершине которого посменно дежурили Макс и снайпер Васильева. Смысла в этом я не видела, потому как любую угрозу мы с Дамиром чуяли намного раньше, но все же влезать в чужие порядки не стала.

Пока шла, пыталась разобраться в своих ощущениях.

В последнее время они все больше и больше обострялись, уже давно выйдя за рамки привычного "предчувствия опасности". Я могла, при желании, точно определить, кто и где находится в радиусе сотни шагов от меня, могла поверхностно чувствовать настроение и отношение говорящего со мной человека, а также одним лишь желанием и силой воли "надавить ему на мозги", как выразился Дамир, заставив подчиниться или просто потерять сознание.

И не сказать, что новые способности мне нравились. Да, удобно. Да, первое время было даже приятно. Но потом это стало казаться каким-то… неправильным.

Так что последние пять дней тренировались не только мародеры, но и я отрабатывала на них возможность сдерживать и контролировать свою силу внушения. Вроде бы начало получаться. По крайней мере, каждый встречный теперь не шарахался от меня с диким взглядом.

Уже войдя в лагерь и проходя мимо стоящих машин, я еще раз "прощупала" округу, внимательно следя за собственными чувствами. И снова ничего. Только лишь неясное беспокойство на грани сознания. Но опыт подсказывал, что слишком часто такое вот беспокойство выливается во внезапный и кровавый бой.

За все тем же самым столиком под тентом собрались те же люди: Дамир, сержант и посол. Ждали только меня, причем кто-то наконец потрудился заблаговременно приготовить стул.

Я сняла щит со спины и меч с пояса, прислонив их к ножке стола, чтобы не мешали. После чего села, стянула латные перчатки и, положив их перед собой, посмотрела на хмурые лица мужчин.

Даже не обладая специфическими способностями, можно было понять, как эти трое обеспокоены. Видимо, пока ждали меня, уже успели обсудить новости.

Я молчала, ожидая, пока меня посвятят в детали. Но они не спешили, как-то странно переглядываясь. Где-то через минуту мне это наскучило, и я нетерпеливо постучала пальцем по столешнице. Как ни странно, помогло.

— Эм… Антуанетта… Я даже не знаю, как это сказать… — начал Виктор Львович, забавно шевеля усами.

— Говори как есть, — подпихнул его сержант.

— А может… — старый интриган с надеждой глянул на Дамира, но тот отрицательно покачал головой. — Ну хорошо… Я скажу. Так вот… Ты помнишь Гришу? Который Григорий Семенович?

Хруп.

Я разжала кулак и на стол выпала смятая в бесформенный комок случайно подвернувшаяся под руку ложка.

— Вижу, что помнишь, — примирительно, но немного вымученно улыбнулся посол. — Так вот… Это поселение согласилось всем составом влиться в ряды нашей фракции, но… только если ты выйдешь за него замуж. Иначе они грозятся всем скопом уйти к Альянсу.

— Отказываюсь, — коротко ответила я.

Внутри при слове "замуж" подняло голову старое полузабытое чувство.

Ярость.

Я уже была один раз… "замужем". Хватило. С тех пор это слово не вызывало ничего, кроме желания убивать. Собственно, что я практически и сделала со своим бывшим мужем, если бы не Андрей…

Хозяин…

Не знаю, дело тут в рабском контракте, в его отношении или в том, что он действительно спас меня, вытащив из того ада, но Андрей был единственным, кого я могла адекватно воспринимать не только в качестве любовника, но и как… нет, не спутника жизни. Скорее, как сюзерена. Да, это подходит больше. Господин, которому принадлежит моя верность по долгу крови.

Но этот… "Гриша".

— Я его убью, — негромко озвучила я свои мысли, заставив сидящих за столом нервно переглянуться, а случайно проходящего мимо солдата — шарахнуться в сторону.

— Кхм… тоже выход, — кивнул Васильев.

— Сержант! — тут же скривился посол. — Все еще можно решить мирно!

— Мирно?! — не выдержал Дамир. — Виктор Львович, при всем уважении… Но они которые уже сутки нагло ебут нам мозги, ожидая предложение от Альянса?! И те его сделали! Теперь нам просто выставили невыполнимое условие и ждут, пока мы добровольно уберемся подальше! Я уж молчу про то, что вы все-таки отдали этим сволочам пленных! И где эти люди теперь? Наверняка уже в лапах Альянса, а ведь могли послужить и нам!

Дамир говорил про оставшихся бандитов, не пожелавших присоединиться к мародерам Дикого. Дня три назад Виктор Львович действительно обменял их на какое-то нужное Базе оборудование, с прицелом на "укрепление отношений".

Не срослось.

— В общем, Антуанетта, как и ожидалось, отказала, — вздохнул посол, разглаживая усы.

Он что, всерьез на что-то рассчитывал?

— Свяжемся со штабом, а там пусть Старик с Селезневым думают, — махнул рукой сержант. — Но лично я бы просто так не уехал. К тому же трофейный танк тоже бросать жалко.

— Ремонтная бригада с Базы приедет только завтра утром, — напомнил ему Дамир. — Да и не гонит нас отсюда никто. Будем сидеть, сколько захотим.

Что-то опять царапнуло сознание.

Я подняла взгляд к закрывающему небо зеленому тенту и прислушалась.

— Проблемы? — тут же напрягся Дамир.

— Возможно, — ответила я. — Не пойму. Но будьте настороже.

— Этого только не хватало, — скривился Васильев и нажал на кнопку гарнитуры. — Всем бойцам, желтый код. И пока не отменю желтуху, чтоб даже дрочить по одному не ходили!

— Так точно! — прозвучал на общем канале нестройный хор голосов.

— А я пошел отчитываться, — вздохнул посол, поднимаясь со стула и направляясь к кунгу, в котором стоял узел связи.

***

Проснулась я от усиливающегося чувства тревоги.

Резко сев, подтянула к себе меч и настороженно огляделась.

Тихо.

Спать я предпочитала в кузове пикапа, так ни разу и не воспользовавшись местом в общей с Татьяной и Барбарой палатке. Не из-за брезгливости или скромности — в этом плане я неприхотлива. Просто опасалась воздействия на девушек артефактов Бездны и моих способностей, которые плохо контролировала во сне.

Лагерь спал. Только слегка заметно горели зеленые огоньки на шлемах затаившихся караульных.

Судя по ощущениям, до рассвета оставалось около трех часов. Самый разгар "собачьей вахты". Идеальное время для нападения.

Понятливый костюм, во время сна превращавшийся во что-то вроде спального мешка местных военных, тут же принял форму привычного глухого платья и бесшумно подтащил поближе доспехи и оружие. Прежде чем одеться, я провела рукой по гарнитуре и, нащупав нужную кнопку, дважды ее надавила. После чего начала быстро облачаться в броню.

Сейчас все гарнитуры, настроенные на наш общий канал, приняли посланный мною сигнал и должны были будить хозяев противным писком. Это было что-то вроде "бесшумной тревоги" — весьма распространенного среди армейских магов заклинания.

Одевшись, я достала меч и спрыгнула из кузова на землю. В лагере уже началось едва слышное шевеление — люди просыпались и спешно вооружались, натягивая свои очки для ночного видения, или как их там называли…

— Кто подал тревогу? — раздался в эфире шепот Васильева. — Ситх?

— Никак нет, — подал сонный голос Дамир.

— Я подняла, — прислушиваясь к ощущениям, ответила я. — Угроза с севера. Много. Движутся. Если не увеличат скорость, то будут у нас… примерно через час.

— Опять какие-то твари, — вздохнул Васильев и уточнил: — Сильные, или справимся?

— Не уверена, — призналась я. — Слишком далеко. И слишком их много. Ощущение смазывается. Но для меня угрозы не представляют… вроде бы.

— Да я вообще не знаю, что для тебя угрозой будет, — проворчал Васильев. — Разве что термитный заряд в трусы… Колонна! Занять оборону на холме! Орудие БМП и пулеметы на огневые точки согласно направлению предполагаемого противника!

— Нужно предупредить поселок, — напомнил Дамир.

— Да в жопу я ебал этих крыс! — раздраженно рявкнул сержант.

— Тем не менее, там люди, — возразила я.

— Вспышка, на позиции? — вызвал Дамир Макса.

— Так точно! — отозвался тот.

— Блядь, делайте что хотите, — вздохнул Васильев, полностью переключаясь на раздачу приказов своим.

— Ну на то мы и спецотряд, — хмыкнул Дамир. — Вспышка, там в центре деревни должен быть стог сена. Готовили на какой-то праздник. Жахни по нему зажигающим из своей дурилки. Этого хватит чтобы их перебудить, а как начнется пальба, так сами все поймут. Выходить на связь и общаться с этими крысами действительно не хочется.

— Сделаю! — в голосе снайпера слышалась радость. Судя по всему, он уже давно ждал шанса опробовать присланную из штаба винтовку.

— Кукла, — раздался голос Сергея. — Тут Дикий с мародерами. Спрашивают, что им делать?

— Дамир? — позвала я.

— Пусть рассредоточатся на точках рядом с бойцами Васильева, — не растерялся тот. — Толку от них в ночном бою без ПНВ и коммуникаторов все равно мало, а так хоть будут знать, в какую сторону стрелять… Кукла?

— Что? — спокойно спросила я.

— Что "что"?! — раздраженно уточнил парень. — Куда тебя опять понесло?!

— Вперед, — честно призналась я, переходя с быстрого шага на легкий бег. — Разведаю обстановку.

— Вообще-то, разведчик тут я! — не унимался Хатанов. — А ты — командир, и должна стоять за спинами стрелков да отдавать команды!

— Как командир, временно снимаю тебя с должности разведчика и назначаю командующим обороной, — ответила я.

— Антуанетта!

— Дамир, — я невольно улыбнулась, наращивая скорость бега и привычно прикрываясь щитом от встречного ветра. — Я — рыцарь авангарда. И на какую бы должность меня не назначили, всегда буду впереди. На острие атаки. Так что командуйте с Васильевым, и сделайте все, чтобы выжить. А я буду делать то, что у меня получается лучше всего.

Я — рыцарь-служитель. И это не просто класс.

Мы сражаемся впереди всех. В одиночку против многих. Принимая на себя удары, предназначенные другим. Тем, кому есть, ради чего жить.

И, благодаря этому, нам есть, за что умирать…

***

Состав колонны:

Спецотряд "Рыцарь-2": 8 человек, 2 пикапа;

Боевой отряд "Мангуст-3": 11 человек, 1 БМПО-8-2У (Боевая Машина Пехоты Облегченная, 8 серия, 2 усовершенствование)

Дип-отряд "Барсук": 6 человек, 1 КУНГ-5М-18ПЗ (Кузов Унифицированный Герметизированный, 5 серия, модифицированная, 18 модель повышенной защиты).

***

Состав спец-отряда "Рыцарь-2":

Антуанетта дэ Гарсия — мэйн-танк, позывной "Кукла", уровень — 57, рыцарь-служитель.

Хатанов Дамир Султанович — разведка, сенс, позывной "Ситх", уровень — 20, темный охотник.

Костров Максим Юрьевич — снайпер, сенс, позывной "Вспышка", уровень — 13, стрелок-снайпер.

Селезнев Сергей Владиславович — штурмовик, механик, позывной "Лысый", уровень — 15, штурмовик-универсал.

Вискина Татьяна Львовна — медик, позывной "Белочка", уровень — 10, хирург-целитель.

Серикбаев Ержан Серикбаевич — водитель, радист, позывной "Равшан", уровень — 18, проклятый палач.

Серикбаев Азат Серикбаевич — водитель, механик, позывной "Джамшут", уровень — 18, святой инквизитор.

Барбара Шульц — разведчик, скрытник, позывной "Жало", уровень — 24, диверсант.

***

Штрафбат "Мародеры":

Каширов Николай Григорьевич — командир, боевик, позывной "Дикий", уровень — 17, боевик-универсал.

12 подчиненных — люди, мужчины, пока без подробностей.

ГЛАВА 183. ЭКСКОБА-1

1. ПАРАДИГМА ЯРОСТИ

[Галактика Радужной Черепахи.

Сектор А-984-ЛД-11, "Грушанка".

Территории "Свободных Княжеств".

Звездная система КаП-520-ЕФ-3, Княжество Гоцао].

Одно из небольших бедных Княжеств, что ютились на границе огромной Галактической Конфедерации уже сутки подвергалось осаде пиратской флотилией. И ситуация складывалась совсем не в пользу осажденных.

Орбитальная крепость, висевшая над полюсом планеты, доживала последние часы. Это монументальное сооружение способно было не только выдержать бой против десятка пиратских крейсеров, но и выйти из него победителем. Это прекрасно знал Князь Гоцао, потративший немало средств на его заказ в Центральных Мирах. Но это также знали и пираты.

Расчетливые "крысы пустоты" никогда бы не напали на планету, защищенную подобной орбитальной крепостью, если бы не имели возможности безопасно ее обезвредить…

И, к глубочайшей скорби Князя и всего населения аграрного мирка, эту возможность пираты получили.

Прибыв в систему сутки назад, пиратская флотилия в составе трех десятков крейсеров и сотни мелких кораблей быстро вычистила систему от торговцев, шахтеров и патрульных ВКС Княжества, не успевших убраться под защиту крепости. Впрочем, подобный налет в истории окраинного Княжества был далеко не первым и ничего бы кроме злости и досады у его жителей не вызвал… если бы пираты, как обычно, убрались восвояси.

Вот только в этот раз пиратский флот, разобрав доставшиеся трофеи, лег в дрейф за пределами эффективной работы батарей орбитальной крепости и начал чего-то ждать. А спустя пару часов жители Княжества, внимательно наблюдавшие за происходящим, поняли, чего именно. И на планете воцарилась паника обреченных.

На окраине системы из глубин варпа вышел старенький имперский линкор. С двумя тяжелыми туннельными орудиями.

Жители с замиранием сердца наблюдали как доисторическая посудина, сошедшая с верфей сгинувшей сотни лет назад Империи Ласгазо еще задолго до ее упадка, медленно выходит на позицию эффективной стрельбы, беря на прицел чудовищных орудий беззащитную против такого оружия орбитальную крепость. Будь на последней установлены хоть какие-то дальнобойные орудия, то все могло бы сложиться иначе. Но денег на покупку и содержание крепости подобного ранга у бедного Княжества попросту не было, а собственных ресурсов на масштабные производства в их аграрном мире отродясь не водилось. Покупка ударного линкора могла бы решить эту проблему, но кто же им его продаст — подобные корабли стояли на строгом учете и никогда не продавались за пределы породившего их государства…

А вот пираты где-то линкор достали. И даже эта старая посудина являлась серьезной силой, стоящей минимум четверти остального пиратского флота.

Княжество, естественно, тут же послало сигнал бедствия, но пока ближайшие системы договорятся между собой, соберут объединенный флот, пока тот долетит до Гоцао пройдет по меньшей мере несколько дней.

Княжество ждет разграбление, а тех его жителей, кто умудрится выжить и приглянуться пиратам — рабство. И это понимали все. Небольшой мирок Конфедерации замер, молясь о чуде…

А тем временем орбитальную крепость буквально дырявили разогнанные до световой скорости снаряды туннельных орудий старенького линкора. Вот заглохли последние системы, и еще недавно грозное сооружение, долгое время являвшееся щитом планеты, развалилось на несколько крупных осколков, начавших медленно дрейфовать в пустоте.

— Готово, — устало выдохнул Еремий, молодой канонир, откидываясь на кресло ложемента и отключаясь от огневой системы линкора. — Вскрыл как пентешкряк сайласу!

Капитан ничего ему не сказала, лишь недовольно поморщилась и вышла на общий канал связи.

— Мы свое дело сделали. Остальное за вами.

— Принято, Миледи! — отозвался Касителли, выбранный вожак всей этой своры. — Перечисляем остаток средств.

Капитан линкора "Барадур", молодая пиратка по прозвищу Миледи, быстро послала запрос через варп-маяк в Центральный Независимый Банк. И пришедший ответ ее сильно не устроил.

— Тут только половина оговоренной суммы! — прошипела она, недовольно стегая себя хвостом по бедрам.

— Успокойся, киса, — хохотнул ее собеседник. — Вторую половину часть капитанов решила выдать налом. Принимай бот, там курьер с кейсом.

Прошипев что-то неразборчивое на родном наречии, Миледи отключилась от канала связи и мрачно взглянула на притихший экипаж, полным составом сидящий в командной рубке.

Вообще-то, кораблю такого класса полагалась минимум сотня человек только основного экипажа, а уж абордажников можно было набрать и до пяти сотен. Но старенький линкор, как и его команда, имел свои странности, позволяя обходиться всего лишь пятью, считая капитана, членами экипажа.

— Уходим, — процедила Миледи.

— А как же деньги?! — тут же возмутился штурман Фик.

— Деньги… — хихикнула Глэр, его напарница-блондинка за дублирующим пультом. — Да абордажники там, а не деньги.

— Вот именно из-за такого отношения у тебя все счета по нулям, — проворчал парень.

— Скряга, — надула губки блондинка.

— А ну заткнулись! — Миледи, разделявшая мнение Глэр, была крайне раздражена. — Разворачиваем корабль и разгоняемся для прыжка. Если кто сунется слишком близко — угостите плазмой!

Конечно, была вероятность того, что летящий к ним бот действительно нес кейс с наличными чипами, но… была она крайне низкой. И Миледи предпочитала не рисковать уникальным кораблем. Зато мстительная дамочка сохранила на своей нейросети все имена участвовавших в налете капитанов, чтобы при случае не упустить шанса залепить им пару зарядов плазмы в борт…

Отклонив несколько вызовов, капитан "Барадура" уже прикидывала варианты следующей работы, как вдруг ее размышления прервала взвывшая корабельная тревога.

— Что еще? — Миледи злобно сверкнула глазами в сторону навигатора, который и подал тревогу.

— Фиксирую возмущения варпа! — доложил тот, параллельно отслеживая происходящее по приборам. — Прибывает объект! Класс… затрудняюсь. По размеру — линкор.

— Принадлежность? — нахмурилась Миледи, подключаясь через нейросеть напрямую к системам корабля и рассматривая неизвестного, всплывшего из варпа с противоположного от их позиции конца пиратского флота.

По размерам — и правда линкор. Вот только очень уж странный. Весь какой-то плавный, гладкий, без выступов и видимых внешних систем. Он больше походил на наконечник древней стрелы или атмосферный истребитель, чем на пустотный корабль: сигаровидная центральная часть с острыми концами, от которой в две стороны отходят тонкие треугольные "крылья", чуть загнутые назад. Ни единого зазора в броне, даже дюз не наблюдается. Тем не менее корабль достаточно плавно двигался и уверенно развернулся в сторону пиратов.

— Принадлежность неизвестна, — ответил навигатор. — Хотя, нет! Передают сигнатуру! Тяжелый линкор прорыва "Парадигма Ярости".

— Принимаю сообщение! — подал голос ИИ корабля.

— Выводи, — заинтересованно взмахнула хвостом Миледи и тут же нахмурилась. — Почему скорость не увеличивается? Наши планы не меняются — разгон и прыжок на Тарр!

— Виноват. Дурак, но уже исправляюсь, — почесал затылок штурман, вновь начав разгон тяжелой туши "Барадура".

— Он просто топливо экономит, — тут же нажаловалась на напарника Глэр.

Тем временем на проекторе рубки развернулась ростовая голограмма странного существа. Первые слова, что приходят на ум при взгляде на него — гора мышц. При внушительном трехметровом росте, гуманоид имел около двух метров в плечах, а практически обнаженное тело буквально состояло из одних бугрящихся и перекатывающихся мускулов. Единственной одеждой здоровяка была черная набедренная повязка и венчавший лысину замысловатый головной убор из перьев.

Впрочем, размеры и одежда были еще далеко не самым экстравагантным в его облике. Алая кожа, покрытая странными черными узорами. Слегка светящиеся багровым глаза без белков, но зато с огромными зрачками. Короткие загнутые когти на четырехпалых руках. Остроконечные длинные уши, чем-то напоминавшие эльфийские. Выступающие из-под губ массивные клыки. Здоровенный топор из алого камня на поясе… Весь внешний вид существа буквально дышал первобытной дикостью и силой, что было необычно даже для привычных ко всяким странностям звездных скитальцев.

— Я Грух до Грах! — проревело существо, ударив себя кулаком в могучую волосатую грудь. — Капитан корабля! Сложите оружие или умрете!

У Миледи слегка дернулась щека, а экипаж пробило на нервный смех.

Подобный ультиматум — совсем не то, что может выдвигать одинокая посудина целому флоту. И пусть "посудина" — это линкор неизвестной модели, но трех десятков пиратских крейсеров на него хватит за глаза. И это еще не считая многочисленных эсминцев, фрегатов и корветов, что роились вокруг сотнями! Против подобной силы столь безбоязненно могли выступать только корабли сверхтяжелых классов, начиная с легких дредноутов, или стационарные оборонительные системы, подобные той же орбитальной крепости. Но никак не одинокий линкор.

— Распылите идиота, — прозвучал по общему каналу приказ вожака. — И не отвлекайтесь на обломки, а то нам еще этот шарик выпотрошить нужно до подлета патруля Конфедерации.

— Добавь ходу, — вдруг побледнела Миледи.

— Но мы и так уже на полной мощности, — развел руками Фик.

— Мне насрать! — взвизгнула капитан, вперив в пирата дикий взгляд с расширившимися от ужаса зрачками. — Я вспомнила их! Парадигма Ярости! Это последователи Граора!

На секунду в рубке воцарилась гробовая тишина, после которой штурман, наплевав на все инструкции, предписания и, самое главное, на собственную жадность, запустил экстренный форсаж реактора.

— Ремонт влетит нам в копеечку, — не удержавшись, все же проворчал он сквозь зубы.

— Заткнись, — хлестнула его хвостом по щеке Миледи, нервно массируя кончики ушей и наблюдая за происходящим через системы слежения. — Шкура дороже…

Похоже, кроме осторожного капитана "Барадура" об истинной природе свалившегося на их головы линкора не догадался больше никто. Суда более легкого класса, растянувшись "сетью", двинулись в его направлении, в то время как крейсера дали залп бортовыми орудиями.

Но снаряды пронзили пустоту — алый корабль странной формы буквально с места ушел в варп, вызвав замешательство в рядах пиратов. Которое лишь усилилось, когда "Парадигма" с алой вспышкой появилась прямо посреди построения пиратских судов.

— Граор вааргх… — разнесся негромкий голос Груха в шокированной тишине эфира.

Местная желтоватая звезда на мгновение поблекла и сменила спектр свечения. Небольшая система на окраине Конфедерации галактики Радужной Черепахи заполнилась алым, словно свежая кровь, светом.

И только тут до мозгов некоторых пиратов, опьяненных видениями богатой добычи и толп прекрасных рабынь, взятых с беззащитной планеты, стала доходить одна простая истина.

"Что-то пошло не так…"

— Граооооррр ваааааарррргх!!! — эфир сотрясся от одновременного рева сотен жаждущих крови глоток.

"Парадигма" рванула с места, ломая все привычные законы астрофизики и за секунды развивая половинную скорость света. И линкор абсолютно не смущало то, что находился он среди плотного строя вражеских кораблей.

Миледи со смесью ужаса и восхищения наблюдала, как бронированный монстр уничтожил треть пиратских крейсеров. И не сделал при этом ни одного выстрела.

"Парадигма" просто таранила своих врагов, пробивая их носом и рассекая пополам острыми крыльями. Лихорадочные, не прицельные залпы беспомощно щелкали по алой обшивке. Казалось, что капитан Грух даже не посчитал нужным активировать щиты. Как и не собирался открывать огонь из собственных орудий. Вот только мало кто знал, что подобного на "Парадигме" просто не было.

Путь Ярости — это бой лицом к лицу, когда твои клинки и когти рассекают плоть врага, а уши слышат его последний крик. И даже в глубокой холодной пустоте последователи Граора будут биться именно так.

— ГРАООООР ВАААРРРГХ!!!! — древний боевой клич перебил наполнившие эфир панические вопли, проклятья и мольбы о пощаде.

По обшивке линкора прокатилась волна алого сияния. Но он не исчез. Только мигнул на мгновение. А через секунду вопли пиратов стали еще более отчаянными. Ведь теперь в бой пошел не корабль, а его бойцы — техномагические системы старого линкора переместили десант расы углук-та в недра вражеских посудин.

Всего по трое на каждую. Вооруженных одними топорами. Одетых лишь в набедренные повязки. Но с пламенем Ярости в сердцах и именем Граора на клыках.

Истинные Берсеркеры.

Быстрые настолько, что никакой усиленный имплантами глаз за ними не поспевал. Сильные настолько, что голыми руками рвали в клочья тяжелые ББС и ударом топора разрубали противоабордажные турели. И столь живучие, что спокойно принимали голой грудью выстрелы тяжелых плазмеров.

Касителли, пиратский вожак, так до конца и не смог поверить в происходящее. Словно во сне, он смотрел на монстра, будто консервную жесть вскрывшего толстую корабельную броню простым каменным топором. Вошедший в рубку углук-та, чье тело покрывало алое пламя, вырывающееся из многочисленных татуировок, лишь презрительно скривился, получив в голову заряд мощного ручного болтера.

— Кахрос лэ вани дор атар (лишь клинок способен лишить берсерка жизни), — прорычал он и движением кулака пробил насквозь тело капитана, закованного в тяжелый ББС.

После чего оторвал еще живому, благодаря впрыснутой броней дозе стимуляторов, Касителли голову. Сжав трофей в руке, он издал победный рев и вогнал топор в пол рубки. Безразлично глянув на забившийся в угол и трясущийся от ужаса командный состав, углук-та оскалился и исчез в алой вспышке варп-портала.

Но не успели выжившие поверить в свое счастье, как оставленный берсеркером топор полыхнул ослепительной белой вспышкой. Мощный взрыв разорвал флагманский крейсер на клочки, а следом подобные же вспышки поглотили и остальной пиратский флот.

За несколько минут больше сотни кораблей разлетелось на оплавленные обломки.

А "Парадигма" плавно развернулась, нацелив нос в сторону старенького линкора, пытающегося набрать хотя бы минимальную скорость разгона.

— Нам конец, — побледнел навигатор.

— Сколько до прыжка? — сквозь сжатые клыки прошипела Миледи, нервно теребя пальцами кисточку собственного хвоста.

— Пять минут! — ответил Фик, напряженно следя за двигателем через нейросеть.

— Кхм… Капитан, — привлек к себе внимание Миледи молодой оператор орудийных систем. — Это конец?

Наступила напряженная тишина, а все взгляды сошлись на неожиданно спокойном Еремии, который вдруг улыбнулся и, отключив контакты нейролинка, выбрался из ложемента главного канонира.

— Если решил застрелиться, сделай это в коридоре, — фыркнула Миледи, вновь возвращая внимание к приборам, которые уже вовсю пищали, оповещая о быстро приближающемся вражеском линкоре. — Судя по всему, нас собираются просто протаранить. Думаю, умереть от выстрела будет даже лучше, чем медленно сдохнуть в скафе среди обломков корабля от нехватки еды и воздуха.

— Угу, — согласился молодой паренек. — Вот только застрелите меня Вы, капитан.

— Это еще почему? — Миледи удивленно повернулась к подчиненному и внезапно обнаружила его буквально в шаге от себя. В ее напряженном мозгу тут же пронесся целый ворох вариантов, и она, яростно зашипев, прижала уши и выхватила бластер. — Ты предатель?!

— Нет, Миледи, — улыбнулся канонир столь искренне, что кошка невольно опустила оружие. — Вы подобрали меня на той помойке, дали кров, еду и цель. Показали жизнь за пределами мусорной кучи. Показали мне красоту и необъятность звезд. Я скорее добровольно прыгну в плазму, чем предам Вас.

— Тогда с чего я должна тебя застрелить? — окончательно растерялась капитан, покосившись на заинтересованно наблюдающими за разворачивающейся сценой членами экипажа.

— За это, — улыбнулся Еремий и, шагнув вперед, страстно поцеловал шокированного капитана, крепко прижав к себе слабо и скорее по инерции брыкающуюся тушку.

— Вот более подходящего времени он найти не мог… — вздохнул Фик, отводя взгляд. — Кстати, ты проспорила.

— Ну, бывает, — пожала плечиками Клэр, откидываясь на спинку ложемента и чуть склоняя голову набок. — Сколько я там тебе должна, старый скряга?

— Мы щас сдохнем, а эти ненормальные все о своем! — закатил глаза навигатор.

— Так как раз перед смертью лучше все долги и отдать, чтобы заемщики не тиранили твою семью и память, — наставительно произнес Фик. — На косарь спорили.

— У меня только сотня, — покачала белокурой головкой его напарница. После чего хитро улыбнулась и, сверившись с расчетным временем столкновения, отключилась от нейролинка. — Три минуты у нас есть… Хоть часть отработаю.

— Вот вечно ты так, — картинно закатил глаза Фик, вот только руки его уже выдернули мешающие шунты линков и потянулись к подавшейся навстречу напарнице.

Навигатор перевел взгляд с начавшей раздеваться прямо тут парочки на вошедшего во вкус капитана, которая уже закинула на канонира стройную ножку и, видимо, забыла обо всем на свете, отдавшись на волю своей кошачьей природы.

Поразмыслив пару секунд, навигатор поудобнее устроился в ложементе, достал из кармана сигаретку и, вопреки всем инструкциям раскурил легкий дурман прямо в рубке, с интересом наблюдая за разворачивающимся халявным зрелищем.

— И они еще обижались, когда я предлагал назвать это корыто "Кошачьим дурдомом"…

— Освальд, две минуты и тридцать секунд до столкновения, — напомнил ему ИИ корабля. — Расчетное время до прыжка составляет пять минут. Рекомендую покинуть корабль.

— Латунь, хватит чайником прикидываться, — похлопал навигатор стоящую рядом панель. — И не думай, что мы тебя одну помирать бросим. Тем более, что этих голубков уже друг от друга хрен отдерешь…

— Благодарю, Ос, — ответила ему ИИ. — И… спасибо. Рада была летать с вашей компанией.

— А вот это ты зря… — вдруг оскалился Освальд и резко затянулся, отчего косяк мигом выгорел аж до половины. Выпустив через нос сизый дымок, навигатор сделал странный пас руками и пробормотал себе под нос. — Очень зря, старушка. Мы еще полетаем… [Нужно лишь маленькое укуренное чудо].

В следующую секунду старенький линкор на полном ходу влетел во внезапно открывшиеся перед ним варп-врата…

2. СТАЛЬНЫЕ КРЫЛЬЯ

[Галактика Радужной Черепахи.

Сектор Е-436-ВФ-17, "Камчатка".

Территории "Свободных Княжеств".

Звездная система Ева-792, окраина Великого Княжества Вар-Кас].

"Красный-1 диспетчеру. Все системы в норме, к взлету готов".

"Принял, Красный-1. Взлетный коридор готов. Передаю пакет обновлений".

"Принял, диспетчер. Я тут покручусь немного, нужно к тушке привыкнуть".

"Крутись, крутись, Красный. Нужные данные я внесу. Только не затягивай, а то Кус-тя опять шипеть будет. Диспетчер, конец связи".

"Красный-1, конец связи".

— Ну что? — спросила Ирига, увидев, что напарник открыл глаза.

— Пакет получили, коридор свободен, — ответил тот, с наслаждением потягиваясь в ложементе. — Можем вылетать.

— Кто ведет? — уточнила эльфийка, поправив сбившийся на лицо белокурый локон.

— Ты бы скаф одела, — проворчал Рани, невольно скользнув взглядом по ладной фигурке второго пилота. — Взлетаешь ты, я потом подключусь. Нужно тушку обкатать, а то отвык от фрегатов.

— Да комбеза хватит, — отмахнулась та, начав подключать шунты к разъемам на затылке, пояснице, руках и бедрах через специальные герметичные отверстия серебристого летного комбинезона. — Ты же летаешь без скафа.

— Неудачная шутка, — поморщился сильф, невольно глянув на свои руки.

— Да ладно, — пожала плечами Ирига. — Зато удобно.

— А чего тогда сама не оцифруешься?

— А то ты не знаешь, — вздохнула эльфийка.

— Так ты в последний раз пробовала лет пять назад.

— А еще семь, девять, двенадцать и двадцать лет назад… И ничего так и не изменилось.

Напарники замолчали, не желая продолжать старый спор. Ирига, слившись с небольшим разведывательным фрегатом, неспешно подняла его над палубой и на силовой тяге повела к затянутому защитным полем шлюзу. А Рани следил за ее маневрами, готовый в любой момент прийти на помощь. Впрочем, последнее требовалось только в первые годы, но привычка осталась.

Дело в том, что техника Стальных Крыльев была рассчитана на возможности "цифр", а для обычных, "живых" разумных зачастую оказывалась чересчур… мощной. Не спасали даже многочисленные импланты и избыточное шунтирование — органический разум не мог выдать ту же скорость обработки данных, что и цифровой.

Но упорству и таланту эльфийки можно было лишь позавидовать. Всего за несколько лет она встала на один уровень с большинством оцифрованных пилотов Крыльев, уступая лишь настоящим виртуозам. Вроде Рани Льюиса.

Формально, она все еще была его вторым пилотом, хотя на практике чаще всего водила в бой отдельную вспомогательную эскадрилью "живых" Крыльев. Или выступала в роли канонира и вспомогательного персонала во время "специфических заданий". Как сейчас.

Аккуратно выведя юркий фрегат из ангара, Ирига дала короткий импульс маршевыми двигателями и быстро вырвалась из царившей вокруг обшивки носителя суматохи на открытое пространство.

После чего невольно "оглянулась", наведя датчики на оставшийся за кормой линкор.

Их корабль-носитель К-356-Омега-8 был далеко не самым большим в своем классе и относился скорее к легким линкорам, имея что-то около двух километров в длину. Впрочем, Стальным Крыльям много места и не нужно — подавляющее количество членов ордена были оцифрованы и большую часть времени проводили в своих машинах или цифровом пространстве корабля. Лишь пару раз в день они подгружались в "куклы" чтобы отдохнуть и развлечься. И не забывать ощущения от физического тела, потому как в последнем случае риск "выцветания" души повышался многократно…

Однако были среди Крыльев и те, кто практически постоянно находились в слиянии с куклой. Например, такие как Рани, который стал жертвой "феномена Стальных Крыльев" отнюдь не по своей воле.

Сбросив управление напарнику, Ирига отключилась от систем фрегата и открыла глаза, возвращаясь к реальности. И тут же встретилась взглядом с парой больших ярко-изумрудных глаз.

Не удержавшись, она протянула руки и ухватила напарника за длинные узкие уши с пушистыми рыжими кисточками.

— Больно, — прокомментировал сильф, впрочем, не пытаясь вырвать бедные органы слуха.

— Это хорошо, — улыбнулась эльфийка, отпуская его ушки.

— Садистка, — вздохнул Рани, падая на свое место. — И скаф все же одень. Сейчас покручусь немного и начнем разгон, а то Кус-Ти-Ши уже потихоньку шипеть начинает, почему мы все еще тут…

— Да пусть себе шипит, — поморщилась Ирига.

— Пусть, не пусть, но она все же капитан линкора, — возразил сильф, разваливаясь в ложементе и начиная потихоньку выписывать фигуры пилотажа, начиная с самых легких, чтобы "прощупать" пределы возможностей своего нового тела. Подключаться через шунты, в отличие от эльфийки, ему необходимости не было — душа и сознание пилота и так находились в постоянном слиянии с машиной.

— Просто она злится, что кое-кто не клюнул на ее синтетические "прелести", — продолжила тем временем Ирига, уже отключившая шунты и пытавшаяся влезть в выцарапанный из шкафчика легкий пилотский скаф.

— Угу, предпочитаю натуральные дойки, — невольно хохотнул сильф, покосившись на напарницу, которая как раз возилась с не желающим сходиться на груди скафандром.

— Да чтоб тебя по варпу размазало! — выругалась та, стягивая не налезающий скаф и хватаясь за другой. — Вот стопроцентно это твоя Кус-Тя постаралась! Тут же нет ни одного скафа моего размера!

— Одень тот, что побольше, — пожал плечами Рани.

— Он будет висеть как на вешалке! — возмутилась его второй пилот, демонстрируя единственный подходящий ей скафандр, который был на три размера больше…

Закатив глаза, сильф постарался абстрагироваться от причитаний эльфийки — все равно ведь выбора нет, так что поворчит и наденет. Тем более, что особой роли разница в три размера для пилотского скафа не играла — там где надо сработает автоподгонка и мешать движениям ничего не будет. Но вот вид у эльфы действительно обещает быть потешным, этого не отнять.

Закончив с полетным тестом, Рани определил выданный ему фрегат в разряд "так себе".

Нет, для большинства миров и галактических империй этот кораблик был недостижимой мыслью технического прогресса, но… для ордена Стальных Крыльев он оставался "так себе". Впрочем, причина была не в том, что одному из лучших пилотов зажали нормальное снаряжение. Тут дело было в их задании.

Им нужно было сойти за местных, уровень технического развития которых безнадежно отставал даже от Содружества Разума, где выросли Рани и Ирига, что уж говорить о Стальных Крыльях, которые подчинялись напрямую Черному Кузнецу и были одной из самых технически оснащенных сил во Вселенной. Единственным слабым местом ордена, пожалуй, являлась магия — сложновато творить всякую волшбу, будучи цифровой личностью. Нет, уникумы, конечно, находились, но они скорее являлись исключениями, только подтверждающими правило.

Вселенная не любила цифровые души.

И выражалось это не только в недоступности магии, но и в так называемом эффекте "выцветания", когда слишком долго пребывающая в цифровом виде душа начинала забывать и терять эмоции, постепенно превращаясь в полноценный ИскИн. Холодный, расчетливый и… бездушный. И такие приходилось уничтожать, потому что они не поддавались даже перекодировке, а свободный ИскИн — это потенциальная угроза как минимум для галактики, которой не посчастливилось такое породить. Слишком много примеров похоронено под водами Реки Времен, чтобы Крылья могли оставлять подобному существу шанс на выживание и саморазвитие.

Так вот, их кораблик внешне представлял собой вполне типичную для местных аборигенов посудину — небольшой полувоенный фрегат какой-то занюханной команды наемников, которую Крылья даже потрудились официально зарегистрировать в местном галанете. Но вот "начинка" была лучшей из того, что можно было воткнуть без ущерба для конспирации, и на порядок превосходила убогие поделки местной Конфедерации.

Конечно, можно было просто навесить хорошее маскирующее поле, которое из-за разницы в техническом уровне позволило бы творить любые непотребства буквально под носом у местных, но… Зачем? Всегда был шанс, что они на чем-то спалятся, а если власти прознают о существовании у них под боком линкора с подобным уровнем оснащения, то заваруха начнется совсем неслабая: кто-то попытается решить дело силой, напирая на массу против "единственного корабля чужих", кто-то начнет орать о ксенофобии и захватчиках из других галактик, кто-то полезет признаваться в вечной дружбе, пытаясь умыкнуть технологии Крыльев… Все это Стальные уже проходили и давно выработали оптимальный метод действия.

Прилетев в новую галактику, они быстро изучали местные высокоразвитые звездные государства, после чего тихо легализовывались и работали уже под видом каких-нибудь наемников, торговцев, шахтеров или пиратов. А зачастую и под личиной всех сразу. Учитывая возможность придавать куклам практически любой вид или изменять внешность живых Крыльев, сойти за местных им труда не составляло.

А после легализации они потихоньку занимались своими делами, не вызывая особых подозрений и шумихи. Чаще всего, одиноким кораблям ордена приходилось выполнять мелкие поручения своего божества, а в перерывах они просто исследовали галактики, суя свои любопытные цифровые нюхалки во все доступные щели, собирали интересные технологии и наработки, искали новых кандидатов в орден или устраняли различные угрозы галактических масштабов. Впрочем, последним Крылья занимались совсем уж редко — подобные вещи удел Истинных Героев, с которыми так любят забавляться боги…

В данный момент миссия Рани и Ириги была проста: перелететь в указанную систему и тихонько проследить за ходом археологических раскопок. Дело в том, что местные отрыли на мертвой планете какие-то древние руины и активно их изучают. А чем именно грозят подобные дела, напарникам объяснять не надо было — они на собственной шкуре испытали, что может поджидать неосторожных исследователей в подобных местах…

— Кстати, что у нас по вооружению? — спросила Ирига, занимая свое место и вновь подключаясь к кораблю.

— Ты даже этого не посмотрела… — Рани не переставлял удивляться проскакивающей местами откровенной безалаберности его спутницы. — Шестой десяток лет пошел, а ума так и не прибавилось…

— А то у тебя его больно много, электронные мозги, — фыркнула эльфа, проверяя орудийные системы. — Легкий туннельник, две плазменные турели, грави-деструктор, импульсные лазеры… Нормально, повоевать есть чем. Стоп, а в трюме что?

— Пара МД, на случай эвакуации, — пожал плечами Рани.

— Да я про вон тот ящик! Почему у меня нет доступа? — возмутилась эльфийка.

— Потому что там "аннигилятор-А", — спокойным тоном ответил сильф.

А вот Ирига от такой новости аж икнула.

— С… Серьезно?

— Угу. Но это на крайний случай. Совсем крайний.

— Последним доводом мышки оказался кварковый заряд… — пробормотала эльфа.

В этот момент фрегат начал разгон для прыжка в варп.

***

[Галактика Радужной Черепахи.

Сектор Е-436-ВФ-17, "Камчатка".

Территории "Свободных Княжеств".

Звездная система Ева-800, окраина Великого Княжества Вар-Кас].

На самом краю гравитационного колодца звезды открылся вполне себе обычный варп-переход, из которого вынырнул ничем не примечательный фрегат.

— Говорит диспетчер, неизвестный корабль, почему у вас не включена опознавательная метка? — раздался в рубке ленивый голос местного таможенника с висящей над одной из трех обитаемых планет орбитальной крепости.

— Извиняюсь, система глюкнулась, сейчас запущу, — ответил ему Рани и подключил банально забытый протокол.

— Теперь вижу, — судя по последовавшим за этими словами звукам, диспетчер зевнул и почесал пузо. — Цель визита?

— Транзит, — выдал сильф самую действенную отмазку.

— Угу, так и запишем… — и она почти всегда срабатывала. — Порядки как и везде. Пока не приближаетесь к орбитам планет и не пытаетесь на кого-нибудь напасть, нам похуй. Захотите пришвартоваться к станциям — оплатите пошлины, они у нас стандартные. На станции без габаритных грузов вход свободный. На планеты без особого разрешения и досмотра посадка запрещена. Отбо… А, стоп! Еще одно! Там на пятой планете, которая красная, толстолобые какую-то муть отрыли. Архи-блядь-важную, чтоб их по варпу размазало… Так вот, туда не суйтесь, а то военные, что их кроют, люто нервные. Сначала палят, потом спрашивают. Все ясно… как тебя там… "Крылатый"? Пидор, что ли?

— Просто романтик, — отмахнулся Рани, поглядывая на тихо ржущую Иригу. — Спасибо за информацию, диспетчер.

— Всегда пожалуйста, Крылатый! Если нужна будет справка, обращайся — я всегда на этой волне, просто позови Фильку. Самые эксклюзивные новости по самым низким расценкам!

— Хм… — Рани действительно призадумался, после чего пожал плечами. — Тогда сделай подборку по доступным к продаже кораблям. В том числе… ну…

— Я тебя понял, — хмыкнул барыга-диспетчер. — Пакет у меня готов, обновляю каждый день. За триста отдам.

— Идет, — выдохнул сильф, которому эта информация была нужна как колеса звездолету. — Еще нужна подборка по торговцам оружием и провианту…

— Не вопрос! — видно, что диспетчер уже вовсю радовался новому заказу. — Оружие — триста, продовольствие — двадцатка кредов. Могу бонусом какую-нибудь инфу дать. Но не слишком важную.

— Например? — ухмыльнулся Рани.

— Нуу… Про планеты, примерная карта ископаемых тут у меня завалялась, про наемников…

— Не особо интересно, — отбросил сильф варианты и аккуратно направил поток мыслей торговца информацией в нужное русло. — Есть что-нибудь необычное? Хобби у меня такое, всякие странности собирать.

— Ну… необычное… А, да вон та же экспедиция! Интересует?

— Если честно, не очень, но если больше ничего нет…

— К сожалению, в нашей жопе редко что-то "необычное" творится.

— Тогда давай про нее. Перечисляю деньги.

Сильф быстро связался с Единым Банком и перекинул деньги с открытого на имя их "наемничьей команды" счета по тут же подсунутым диспетчером реквизитам.

— Все, приятно иметь с тобой дело, Крылатый! Обращайся в любое время!

— Как будут вопросы, обязательно. Конец связи.

— Диспетчер, конец связи.

Отрубившись от канала, Рани довольно улыбнулся.

— Мда, все как везде, — вздохнула Ирига. — Все покупается, все продается, лишь бы платили. Я уж молчу про вербальную связь — такое чувство, что в каменный век попала… Хоть стоящее что-нибудь есть?

— Как ни странно, да, — кивнул сильф, уже ознакомившийся с документами. — Раскопки идут уже третьи сутки, но ученые даже вход комплекса пока взломать не могут. А вот прикрытие у них действительно нервное, уже три сбитых торговца и один просто любопытствующий. Родственники последнего оказались местными и попытались качать права, но тут же куда-то пропали. Видимо, работает какая-то разведконтора… Ну а остальное — чистая шелуха.

— Так что, ждем? — уточнила эльфа. — Или садимся в МД и попробуем проверить там все сами?

— Пока ждем, — откинулся на спинку ложемента сильф, одновременно направляя корабль на курс к ближайшей обитаемой планете, на орбите которой висела станция, обозначенная Филькой-диспетчером как "более-менее норм, и есть где оттянуться". — Спешить нам некуда, можно немного расслабиться.

— По магазинам?! — тут же загорелись глаза девушки.

Сильф покосился на нее странным взглядом, но обреченно вздохнул.

— Можно и прошвырнуться…

***

Вблизи станция напоминала здоровенный диск, верхняя плоскость которого, обращенная к пустоте, была похожа на пчелиные соты из-за огромного количества небольших внешних доков. По периметру же диска располагались стапели для швартовки, ремонта и обслуживания крупногабаритных судов.

К счастью, фрегат в длину был всего тридцать метров, и Рани спокойно припарковался в один из закрытых доков, оплатив аренду на двое суток.

Док представлял собой просто здоровенный контейнер с отключенной гравитацией, выход из которого закрывался герметичным шлюзом и силовым полем, а внутри были лишь двери для перехода в помещения станции. Видимо, отдыхать и ночевать странникам предлагали или в отеле, или на собственном корабле.

— Я на всякий случай не буду полноценно переселяться в куклу, — сообщил напарнице Рани, доставая из настенного арсенала пару ручных импульсников и перекидывая один ей. — А то мало ли что.

— А если в экранированное помещение попадем? — засомневалась Ирига. — Я твою тушку на себе не потащу! Я хрупкая слабая девушка, в конце-концов!

— Ну и хрен с ней, с тушкой, — ухмыльнулся Рани. — Корабль важнее. А вот что ты у нас "хрупкая и слабая" — это уже перебор! Кто на последнем чемпионате вы…?

— По магазинам! — отвесила ему подзатыльник девушка, которая то ли внезапно загорелась желанием как можно быстрее рвануть за покупками и посмотреть на кипящую жизнью космическую станцию, то ли банально стеснялась своего заслуженного звания. — И вообще, мелкий, девушка всегда "слабая и хрупкая"!

— Я не мелкий, — проворчал Рани, потирая голову.

— Да? — скептически выгнула бровь его напарница и демонстративно потрясла бюстом хорошего такого пятого размера, который как раз находился на уровне носа низкорослого сильфа.

— Это просто ты дылда, — фыркнул парень, невольно задерживая взгляд на этом "богатстве", соблазнительно обтягиваемом серебристым комбинезоном. — И вообще, это тактическое преимущество! По мне труднее попасть и…

— И проще в них зарываться? — хихикнула эльфа, подавшись грудью вперед.

— Все, второй пилот, отставить! — уперся руками в наседающие на него орудия Льюис. — Мы по магазинам собирались!

***

Станция встретила их широким, хорошо освещенным коридором, разделенным на две части высокой решеткой. С одной стороны ограды со свистом проносились кары на силовой тяге, везя грузы и пассажиров, а с другой своим ходом передвигались различные разумные, разодетые в легкие скафандры, комбинезоны и, иногда, простую одежду.

В основном тут были люди, потому как Княжество формально относилось именно к их расе, но острые глаза напарников быстро вычленили и представителей десятка других видов, среди которых встретился даже один эльф.

— И все-таки нужно было замаскироваться, — проворчал Рани, поправляя ворот темно-синего комбеза.

— Ой, да ладно! — закатила глаза Ирига. — Что с нами может случиться?

— То же, что и всегда, — укоризненно посмотрел на нее парень, сходу вспоминая с десяток подобных историй. И причиной их в подавляющем количестве случаев выступали именно легкомыслие и красота его подруги.

И если во время пилотирования Ирига становилась максимально собранной и холодной словно машина, то в любой другой момент это была та еще любопытная кошка. Пару раз Рани даже в шутку предлагал ей сменить внешний вид с привычной эльфийки на конеки, на что та каждый раз надувала щечки и не разговаривала с ним по нескольку часов.

Вообще сильф заметил, что большинство долгоживущих разумных, будь это органические, цифровые, или даже боги, в какой-то момент начинают приобретать откровенно детские черты. Когда-то он даже всерьез задался вопросом разобраться в этом, засел на умные книжки по психологии и нашел, как ему казалось, адекватный ответ.

Который, в итоге, был прост до банальщины.

Чем больше живет существо, тем скучнее ему становится. И тогда, чтобы не сдохнуть со скуки или не "выцвести", душа начинает невольно стремиться к тому состоянию, в котором все кажется новым, обостряются впечатления, упрощается восприятие действительности, а весеннее шило продвигается все глубже и глубже в анус… Иначе говоря, чем дольше живет существо, тем выше вероятность того, что оно банально впадет в детство, чтобы не сойти с ума от скуки.

— Хвала Аквотису, я пока подобным не страдаю, — проворчал он, глядя на горящие от нетерпения глаза девушки.

— Что-то сказал? — тут же повернула она к нему заинтересованную мордашку.

— Ничего, — улыбнулся Рани и, взяв напарницу за руку, потянул ее в сторону специальной площадки, где можно было взять кар.

Машинку, чтобы особо не выделяться, они взяли двухместную, о чем у Рани осталось смешанное впечатление. С одной стороны, в ней было всего одно длинное сидение, на котором они едва поместились вдвоем, а окна и хоть какой-либо сервис отсутствовал как определение. Единственным развлечением была небольшая обзорная панель, на которую транслировалось изображение туннеля с несущимися вокруг машинками. Но с другой стороны… Теснота, буквально вдавливающая напарников друг в друга, а также полное отсутствие наблюдателей, включая банальные видеозаписывающие устройства, способствует весьма приятному способу скоротать время в пути.

Минут через тридцать, когда разгоряченные ушастые уже вовсю испытывали устойчивость кара к раскачке, их прервал вежливый синтетический голос.

— Внимание пассажирам, мы въезжаем в жилую зону. Через пять минут прибываем в пункт назначения. Просьба не оставлять после себя вещи, мусор и… пятна.

— Какие предусмотрительные конструкторы, — вздохнул Рани, зарываясь лицом в мягкую грудь подруги.

— Учитывая… обстановку… — тяжело дыша, предположила Ирига, — у них… скорее всего… уже не раз были… конфузыыыыыыыыыыыы!!! Мммм!

— Угу, — согласился Льюис, сползая с эльфийки. — Так что лучше нам прислушаться к их опыту.

Ровно через пять минут, как и было обещано, кар остановился и распахнул двери, выпуская вполне довольных жизнью путешественников на жилую палубу.

— С размахом строились, ничего не скажешь, — признал Рани, оглядываясь.

— Скорее всего, переделанная пустотная колония, — задумчиво прокомментировала Ирига, поправляя рукава.

Собственно, "жилая палуба" станции мало походила на своих корабельных собратьев, и больше напоминала какой-то курорт.

Огромное пространство занимало, наверное, четверть внутреннего объема всей станции. Высокий потолок, который с помощью то ли голограмм, то ли экранов имитировал настоящее небо кислородных планет — голубое, с пушистыми облаками и немного припекающим с непривычки солнцем. Ну а площадь самой палубы составляла, наверное, больше пятисот квадратных километров, умудряясь вмещать в себя небольшое озерцо, какие-то парки, целые вереницы аккуратных квадратных домиков и, главное, самый настоящий город в центре, с высотками, офисами, супермаркетами и прочим. Именно на его окраине, на специальной бетонной площадке, кар и высадил ушастых странников пустоты среди сотен других пассажиров.

— Километра два будет, не меньше, — прикинул Рани, запрокинув голову и рассматривая "небо". — Есть где покрутиться…

— Слушай, тебя еще от полетов не тошнит? — потрепала его по рыжей шевелюре эльфийка. — Мы за последние десять лет всего пару раз на грунт спускались, и то по заданию!

— На то мы и Крылатые, — усмехнулся сильф, после чего начал уже целенаправленно оглядываться в поисках транспорта, потому как топать своими ногами ему было откровенно лень.

Прибыли они, как уже говорилось, на окраину города. Слева начинался пригород с аккуратными ровными улочками из типовых двух- и трехэтажных домиков, зеленых насаждений и небольших парков, а справа — столь же ровные "каменные джунгли", заполненные гулом каров, толпами пешеходов, запахами закусочных и баров, разноцветными вывесками и голографическими рекламами.

Тем не менее, городская часть, в отличие от остальной палубы, не казалась такой уж приветливой и светлой. Наверное, дело было в полном отсутствии зелени, преобладающем сером цвете бетонных зданий, а также в суетливых толпах людей, вечно куда-то спешащих. Даже вокруг ушастых, немного растерявшихся с непривычки, творилась та еще суетень — с большой площадки, игравшей роль перрона, улетали и садились кары, носились туда сюда люди, кто-то кого-то звал, кто-то кого-то встречал, периодически мелькали форменные фуражки стражей порядка… Даже мордобой кто-то умудрился устроить, вынудив Рани спешно потянуть подругу в сторону от двух дерущихся зеленокожих бугаев, пока она не полезла их разнимать.

— Даже не думай, — процедил сильф, видя неподдельный интерес напарницы к разгорающейся ссоре с применением уже тяжелых доводов в виде кастетов.

— Почему? Я всего лишь быстренько урегулирую конфликт, — невинно захлопала та глазками.

— Угу, а потом придется разбираться с местными властями за два избитых полутрупа… — ответил низкорослый Рани с неожиданной силой утягивая девушку сквозь толпу к краю платформы, где виднелись желтоватые крыши такси. — И вообще, кто там у нас заявлял, что она слабая и хрупкая девушка?

— Ну-у-у… — раздосадованно надула губки блондинка.

— Хэй, странники! Такси нада? — окрикнул напарников слегка гундосый голос и перед ними словно из воздуха возник высокий тощий рептилоид в веселом желтом комбезе.

— Город хорошо знаешь? — уточнил Рани, крепко удерживая напарницу за руку.

— Как свой хвост! — оскалился водила, облизывая фиолетовым языком небольшие клычки. — Если наймете на весь день, могу и гидом поработать, и места интересные показать!

— Сколько? — скорее для порядка, чем действительно интересуясь этим вопросом, уточнил Рани.

— Три сотни кредов, и я весь ваш! — оскалился чешуйчатый.

— Это у местных что, любимая цифра? — усмехнулся сильф, без торга перебрасывая на счет ящера нужную сумму, чем почему-то вызвал у того легкий перекос морды…

Дальше время для Рани слилось в одну сплошную полосу нескончаемых магазинчиков, забегаловок, лавок, парков и прочих заманух для туристов, по которым его и тихо шизеющего водилу таскала увлекшаяся Ирига. Рептилоид на подобный подвиг согласился только потому, что ему пообещали бесплатную кормежку и штуку кредов в обмен на работу полноценным гидом и носильщиком.

Рани, прекрасно знающий эту сторону натуры своей старой напарницы давно научился от всего абстрагироваться. Собственно, для цифровой личности это было не сложно — когда нужно, он кивал, поддакивал, платил, хвалил, целовал, водил за ручку и таскал сумки, сам в это время большую часть внимания сосредоточив на основном теле — их фрегате.

Стены дока совершенно не мешали с помощью установленного на корабле оборудования собирать информацию как об окружающем пространстве, так и о самой станции. Впрочем, в последнюю сильф особо и не лез — интересного там все равно не было, а лишний раз рисковать засветиться он не желал. Хотя, при необходимости имитатор интеллекта станции был бы взломан за считанные минуты — он откровенно уступал возможностям полноценного ИскИна Стальных Крыльев под руководством оцифрованной личности. И то, что Рани по специализации был пилотом особой роли не играло — за десятилетия проведенные в цифровом пространстве волей-неволей нахватаешься самых разных знаний.

Однако то, что сильф столь опрометчиво отрешился от куклы, сосредоточившись именно на наблюдении за происходящим в системе в общем и, в-частности, на пятой ее планете, сыграло с ним злую шутку.

Ведь опасность подобралась именно со стороны тихой и спокойной станции.

— Добрый день, — раздавшийся незнакомый мужской голос, обращавшийся явно к нему, заставил сильфа вновь полностью перенести внимание на куклу.

Они с Иригой и рептилоидом, которого, к слову, звали Кич, сидели в очередном кафе, перекусывая после последнего набега на какой-то торговый дом. Пред ними стояли высокие бокалы с какими-то коктейлями, пара пустых тарелок, а напротив нагло присел человек лет тридцати в аккуратном черном костюме, с зализанными назад черными волосами и мрачным, но достаточно вежливым лицом.

Быстрый взгляд, брошенный Рани по помещению кафе, подтвердил его опасения: никого из работников заведения внутри уже не было, а пятеро оставшихся гражданских косились на них с самыми сосредоточенными рожами.

"Что делаем?" — пришел сильфу вопрос от напарницы.

"Пока просто послушаем. Может быть, удастся прикинуться булыжником", — немного притормозил он явно настроившуюся на кровожадный лад эльфийку.

— Пока был добрым, — ответил Рани агенту, одновременно запуская предполетную подготовку фрегата и выводя их доспехи из консервации. — Вы что-то хотели?

— Просто уточнить, — холодно улыбнулся тот. — Зачем вам информация о раскопках?

"Я вырубаю тех, что справа!" — Ирига даже не пыталась найти компромисс.

"Сиди пока. Может быть все-таки свалят. В конце-концов, кроме как покупки вшивого файла у занюханного диспетчера мы больше ничего в сторону раскопок не предпринимали. Я вообще удивлен, что они к нам полезли… Хм… Либо в местной "конторе" совсем параноики сидят, либо я чего-то не знаю".

— Позвольте уточнить? — тщательно контролируя голос, спросил Рани. — О каких именно раскопках идет речь?

— А… м… можно я пойду? Я тут вообще ни при чем… — жалобно заскулил водитель.

Рани и агент одновременно посмотрели на бедного рептилоида, отчего тот тут же пожалел, что вообще о себе напомнил.

— Идите, гражданин, — к удивлению Рани, агент все же отпустил их гида. — Мы с Вами потом свяжемся…

— А мои вещи?! Они же в каре! — тут же возмутилась Ирига.

— Они конфискованы для обыска, — спокойно пояснил ей агент, провожая взглядом спешно улепетывающего водителя. — Вам их вернут после того, как пройдете с нами и ответите на несколько вопросов.

В этот момент Рани засек открытие дверей в арендованный ими док, а также несколько патрульных фрегатов местных ВКС, выпавших из общего мельтешащего вокруг станции потока и вставших на прикол рядом со шлюзом.

Перед Льюисом встала непростая дилемма.

С одной стороны, им все еще ничего не предъявили и была возможность, пусть и небольшая, что все обойдется.

Но с другой… Слишком уж уверенно-агрессивно вели себя агенты. Словно уже заранее все для себя решили. Тем более, что внешние камеры фрегата показывали как в док в окружении нескольких бойцов в ББС входит инженер с комплектом семенящих за ним дроидов. А проникнуть местным на их корабль Рани не мог позволить ни в коем случае.

— Если вы сейчас же отведете своих людей от нашего корабля, то мы еще можем "спокойно поговорить", — в конце-концов сильф предоставил право выбора другой стороне.

— Каких людей? — демонстративно поднял брови агент. — Ты это сейчас о чем, ушастый?

"Вырубаем остальных, этого пока не трогать", — послал сильф напарнице команду по мыслесвязи.

Дальше произошло сразу несколько событий.

Ирига с сидячего положения одним гибким прыжком преодолела несколько метров до ближайшего агента и мимолетным движением коснулась его лица. Больше ей ничего делать не требовалось — встроенный в кончики пальцев микроимплант выпустил убойную дозу паралитического вещества. Не теряя ни мгновения, гибкая фигурка очередным прыжком взвилась под потолок, оттолкнулась от него ногами и стрелой бросилась на следующего противника, припечатав начавшего подниматься со стула мужчину к полу. Сильный удар затылком мгновенно лишил его чувств.

Больше ничего сделать едва вошедшая во вкус эльфийка не успела — трех остальных Рани вырубил выстрелами из встроенного в левое предплечье станера, одновременно наводя выхваченный правой рукой импульсник на голову агента, только-только начавшего понимать, что именно произошло на его глазах.

— Вы хоть понимаете, что живыми со станции не выберетесь? — слегка дернув щекой, спросил человек.

— А вы хоть понимаете, сколько раз за свою жизнь я это слышал? — тяжело вздохнул сильф, мысленной командой втягивая излучатель станера обратно в предплечье и опуская левую руку. Рукав его темно-синего комбеза начал быстро затягивать дыру, через которую стрелял имплант.

В этот самый момент грузовой шлюз их фрегата распахнулся и одетые в средние ББС бойцы конторы вместе с инженером с удивлением уставились на пару шагнувших им навстречу пятиметровых МД.

Подобные машины в этой галактике распространением не пользовались, и увидеть их в составе москитного флота какого-нибудь носителя было большой редкостью. А тут в трюме обычного наемничьего фрегата их оказалось сразу два, да еще и странных, незнакомых моделей, уж очень сильно отличающихся от привычных аборигенам угловатых неуклюжих машин.

— Бросить оружие и покинуть скафандры, — спокойно приказал им сильф через внешние динамики доспехов.

Среди бойцов нашелся только один герой, с воплем начавший стрелять по доспехам. Демонстративно выждав несколько секунд, чтобы продемонстрировать его товарищам полную бесполезность подобных действий, Рани сжег героя выстрелом тяжелого плазмера. Больше идиотов не нашлось.

И, судя по бледнеющему лицу сидящего перед сильфом агента, ему уже обо всем доложили.

Ну и на фоне всего этого происходящего боевика, совсем уж бледно смотрелся сформированный Рани информационный пакет о произошедшем, отправленный на корабль-носитель, да начавшийся взлом ИИ станции, который уже сдавал позицию за позицией и готовился передать полный контроль вторженцам через две минуты сорок секунд.

— Квартал оцеплен, а на здание наведены тяжелые орудия, — пытаясь совладать с легкой дрожью в голосе заявил агент.

— Брешешь, — спокойно улыбнулся ему Рани. — Я уже мониторю всю городскую сеть коммуникаций. И ничего такого не вижу. Вы работаете сами по себе, поставив начальство станции раком. И с помощью оно будет тянуть до последнего, с удовольствием наблюдая, как мы раздавим заносчивых идиотов.

— Ну, или расстреляем, — с улыбкой добавила Ирига, изящным движением присаживаясь на свое место. — Или выпотрошим. Или подожжем. Или разрежем. Или…

— Ири, — сильф странно покосился на напарницу.

— Да-а-а? — захлопала та ресницами.

— Хватит придуриваться.

— Как скажешь…

"А что делать-то будем?" — тем временем уточнила она уже вполне серьезным тоном.

"Послал запрос Кус-Ти-Ши, так что ждем. Если события начнут развиваться до прихода ответа, то просто рвем когти. Доспехи я уж направил к нам, так что со станции мы выберемся спокойно. А там местные лоханки Крыльям не ровня".

Вот только события уже понеслись вскачь и останавливаться совершенно не желали.

Руины, что изучали ученые на пятой планете, сами по себе были не интересны. Это просто каменные развалины какого-то строения. Весь же переполох начался из-за того, что под ними был найден бункер с символикой одной из исчезнувших цивилизаций. Такие уже несколько раз находили в пределах этого и соседнего Княжеств, и каждый раз подобные бункеры преподносили своим исследователям настоящие сокровища в виде техники древних. Еще рабочей техники.

Буквально пара таких кладов позволила Княжеству сильно поднять знания в нескольких отраслях и серьезно вырваться вперед на галактической арене. Потому они и относились настолько параноидально к любым движениям в сторону найденного бункера.

Вот только Рани и Иригу пришли брать, так сказать, нахрапом — у них действительно были только смутные подозрения, так что большие силы на простую проверку выделять никто не желал, предпочитая концентрировать охрану на планетарной и пустотной базах пятой планеты.

И, если бы чересчур рьяные агенты не полезли в корабль, то ничего бы и не случилось — ушастых действительно бы просто опросили и, скорее всего, спокойно отпустили, поставив галочку в деле.

Но что случилось, то случилось.

И ковыряющимся у дверей бункера ученым на все эти события было глубоко плевать. Очень сомнительно, что они вообще когда-нибудь обо всем этом узнают. Зато вот что их интересовало — это мерно гудящий короб дешифратора, который только что закончил подбирать код к замку.

Глухой щелчок разнесся по ущелью, в котором располагался вход бункера. Он эхом прокатился по стенам и утих навсегда.

Счастливых ученых, бросившихся было к дверям, остановили бойцы службы безопасности в тяжелых скафандрах повышенной защиты, и первыми двинулись исследовать бункер. Ведь там могло таиться как сокровище, так и погребенная тысячи лет назад беда в виде болезней, чудовищ, излучений, свихнувшегося ИскИна…

Но, к сожалению, все это было лишь цветочками… всего лишь безобидными мошками, по сравнению с тем, что обнаружили бойцы, с натугой распахнув тяжелые двери бункера.

Небольшая каморка. Буквально два на два метра.

Вся внутренняя поверхность этой крохотной комнаты была черной, словно от копоти. И по этой черноте странной вязью струились древние письмена, от одного взгляда на которые по непонятной причине сердце пропускало удар, начинали тревожно ныть виски, а кровь густела, словно от холода.

В центре всей этой совершенно непривычной для обитателей технических миров картины, в небольшом круге, к которому сходились вязи символов, белели окаменевшие от времени кости.

Простые человеческие кости, смотрящие на удивленных солдат темными глазницами пустой черепушки. Одежда давно превратилась в пыль. Сам скелет почти развалился. Но рука мертвеца до сих пор сжимала рукоять небольшого кинжала с волнистым лезвием из темно-синего металла. В глубине которого, если приглядеться, можно было увидеть сверкание далеких созвездий, разноцветные облака туманностей и ярко-алые воронки варп-порталов…

— Голяк, — выразил общее мнение один из молодых ученых. — Просто какая-то ритуальная комната. Заберем железку, может там сплав какой-то интересный, а остальное ценности не представляет.

Ему возразили, что тут могут быть потайные отделения и нужно все внимательно исследовать. Что нужно осмотреть сами кости, провести лингвистический и химический анализ надписей… Разгорелся спор.

Один из солдат потянулся к кинжалу, собираясь забрать образец… и рассыпался невесомым серым пеплом. Не осталось ни тела, ни снаряжения… ни души. Само его существование оказалось мгновенно стерто.

Но все это было уже не важно.

Гробница была вскрыта. Печать разрушена. И во все стороны по просторам Вселенной покатился Зов.

"Я тут".

"Я пробужден".

"И у меня нет хозяина".

У оцифрованных туго с магией. Псионика им так же тяжело дается.

Но, на счастье этой Галактики, буквально через планету сидела улыбающаяся эльфийка Ирига Пакнарэль, невинно поигрывающая импульсным лазером перед лицом одного из местных агентов разведки. И, опять же на счастье Галактики, рядом с ней сидела кукла одного из асов Стальных Крыльев, Рани Льюиса.

Когда по Вселенной прокатился Зов, резко побледневшая эльфийка, обладавшая зачатками псионических сил, выронила из задрожавших рук бластер, и, схватившись за голову, упала на пол.

— Ири! — сильф тут же бросился к подруге, на всякий случай выпустив в агента разряд из станера.

Ему очень не хотелось, чтобы тот, воспользовавшись моментом, попытался что-нибудь выкинуть.

— Зов, — хрипло простонала Ирига, лежа на полу.

Сбивчивое, тяжелое и частое дыхание, расширившиеся от ужаса зрачки уставившихся в потолок невидящим взором глаз, судорожно скребущие по полу ногти… Такой Рани видел свою подругу лишь раз. Когда они оказались рядом с планетой в момент кварковой бомбардировки. Когда рядом с ними за несколько секунд погибло несколько миллиардов разумных…

Будь Ирига хотя бы в соседней системе, она бы мало что смогла почувствовать. Все же дар псиона был слишком слаб, а Зов постепенно терял силу, расходясь все дальше и дальше по Вселенной.

Но она оказалась всего лишь на другой планете…

— Ири, очнись! — Рани потряс подругу за плечи и отвесил легкую пощечину, одновременно сканируя пространство системами корабля, но не находя никаких изменений.

Эльфийка к тому времени немного оклемалась и вторая пощечина, уже посильнее, окончательно привела ее в чувства.

— Ну и что это было? — с беспокойством спросил сильф, глядя в принявшие осмысленное выражение голубые глаза подруги.

— Зов, Рани, — выдохнула она. — Это не руины. Это гробница.

— Кого? — нахмурился Льюис, уже мысленно просчитывая самые худшие варианты.

Но реальность оказалась беспощадней самых его худших опасений.

— Стража, — от одних этих слов по коже сильфа пробежал мороз. — И там его пробужденный артефакт.

Цифровой мозг еще не успел переварить случившееся, но уже формировал сообщение. Очень короткое сообщение, которое спустя несколько секунд после получения вызовет приступ паники у любого понявшего его существа.

"Код "черный-ноль-ноль". Найден объект "Экс". Статус: активен".

***

Вскоре одну небольшую систему на окраине одного из Великих Княжеств Конфедерации галактики Радужной Черепахи начало лихорадить.

Одно за другим последовали события, глядя на которые большинство разумных системы готовы были усомниться в своем здравом уме, а многочисленные секты и религии подняли настоящий вой, предвещая скорый конец их галактики.

Самое странное, что в чем-то они были даже правы — конец мог наступить весьма и весьма скоро.

Началось все с сообщения о террористическом акте на одной из орбитальных станций. По заявлению официального представителя корпорации, владеющей станцией, двое неизвестных, предположительно наемники, используя боевые машины неустановленного типа, учинили беспорядки и настоящую бойню на жилой палубе, разрушив несколько предприятий и ограбив банк на сумму в три миллиона кредов наличными чипами. После чего, жестоко расправившись с прибывшей службой СБ станции, прорвались к ангарам и скрылись в неизвестном направлении на угнанном корпоративном крейсере люкс-класса.

Далее последовало сообщение о нападении на исследовательскую базу на пятой планете. В нем говорилось о том, что неизвестное наемническое подразделение в составе пятидесяти фрегатов и двух сотен единиц москитного флота предприняли попытку захватить найденный в древних руинах ценный артефакт. В тяжелом бою доблестными защитниками было уничтожено девяносто процентов нападавших, но и сами они понесли значительные потери, оценив которые руководство экспедиции приняло решение о сдаче, чтобы сохранить жизни опытного командного состава и ценных сотрудников-ученых.

На эти два сообщения местные жители лишь пожимали плечами. Ну да, что-то происходило, но подавляющее большинство крайне скептически относилось к официальной прессе, подозревая тех как минимум в приукрашивании фактов в пользу действующих властей.

Но вот то, что началось дальше было видно не то что с космических станций, а даже с дневной стороны планет!

Рядом с пятой планетой системы завертелся просто титанический варп-шторм. Огромная воронка, по своим размерам превышающая местное светило, закрутилась в пустоте, грозя вскоре поглотить всю систему вместе с многомиллиардным населением. И, самое страшное, спасения от этого не было. Ни флот, ни орбитальные крепости, ни глубинные бункера тут не помогут. А эвакуировать такое количество разумных было просто не на чем. Да и некогда — большинство владельцев кораблей в тот момент думало лишь о том, как бы спасти собственную шкуру.

Но паника не успела разрастись во всепожирающий пожар.

Шторм угас.

Оставив после себя новую планету.

Паника сменилась шоком. Шок перерос в неверие и благоговение.

Тут же сеть наполнили выступления правительства о том, что все спокойно и ничего никому не угрожает и это всего лишь учения. В противовес им проповедники сотен религий во весь голос заверещали о конце света и пророках с "темных планет". А отдельным лагерем встали ученые, с пеной у рта доказывающие, что это лишь массовая галлюцинация или проекция с глубин варпа, потому как объект подобных размеров, а возникшая планета практически напоминала по размерам малые звезды, неизменно бы вызвал колоссальные гравитационные возмущения, которых не наблюдалось…

Но все заткнулись, когда планета вышла на связь.

Одно короткое сообщение погрузило весь местный сегмент галанета в полнейший ступор на целую минуту.

"На связи капитан супердредноута "Принцесса Глубокой Пустоты" Энцио Дэлавере. Все, у чего есть варп-привод, должно немедленно покинуть систему. Остальным забиться как можно глубже и молиться.

Это не ультиматум. Это не захват власти. Это не шутка.

Это совет.

Не пытайтесь напасть на нас. Мы вам не враги. И мы скоро уйдем.

Или погибнем".

После этого сообщения, словно чтобы остудить пыл начавшего что-то верещать правительства, этот… корабль выпустил флот.

Тысячи. Сотни тысяч. Миллионы меток наполнили пространство системы. Москитные эскадрильи, фрегаты, крейсера, линкоры… Шокированные жители не верили собственным глазам. А вскоре кроме сводок систем слежения появились первые изображения.

Флот состоял из живых кораблей…

***

Спустя час после развертывания кукольного флота Каалуси, в ее командном центре прозвучал зуммер тревоги.

— Пробужденные? — тут же вскинулся Энцио.

— Нет, не они, — с облегчением выдохнула аватара, выводя на экран прибывший корабль. — Посылаю запрос… Это линкор-носитель Стальных Крыльев. Те ушастые не соврали, они действительно тут.

— Тем лучше, — откинулся Рыцарь-Паладин на спинку кресла. — Хоть не одним этот кошмар на себе тянуть придется.

— Всего один линкор?

— Это Крылья, — усмехнулся Энцио. — Лучшие пилоты во Вселенной.

— Получен запрос на связь.

— Соединяй.

Перед ними появилась проекция красивой четырехрукой ламии с изумрудной чешуей и выдающимися… пропорциями.

— Говорит Кус-Ти-Ши, капитан несущего линкора К-356-Омега-8, орден Стальных Крыльев. Предлагаю помощь в обороне артефакта Стражей.

— Энцио Дэлавере, Рыцари Бастиона, — представился Координатор. — Будем только рады. Выбирайте место поудобней и располагайтесь. Кстати, у вас пилотов лишних не будет? А то кораблей много, но все без экипажа.

— Сожалею, — покачала головой ламия. — Но мы не дружим с органикой. Слишком… тссс… разные направления развития.

— Ясно, — вздохнул Энцио, поняв проблему. — Тогда до связи.

Ламия коротко поклонилась и отключилась.

— Начали движение, — прокомментировала Каалуси. — О, скинули информацию о диспозиции… Хм-м-м… Решили спрятать носитель в моей тени, а москитки рассредоточатся по системе. Будут поддерживать наш флот чем смогут.

Не успел линкор Крыльев занять позицию, как снова завихрились врата варпа, но на этот раз с двух разных концов системы.

— Есть метки, — оповестила Каа, наблюдавшая за происходящим. — "Парадигма Ярости" и… "Дикие котлеты"? Что за бред?! Оба посылают запрос на связь.

— Принимай, — ухмыльнулся Энцио и перед ним тут же появились еще две проекции.

Один был высоким огромным воином с красной кожей и самым диковатым видом. А второй — невысоким щуплым мужичком с кустистой бородкой.

— Грух до Грах, Большой Бабах! — проревел здоровяк. — Где драка?!

— Скоро будет, воины Граора, — Энцио уже понял с кем имеет дело. — Занимайте лучшие места, мы вам мешать не будем.

— Грррр… — довольно рыкнул здоровяк. — Умный человек. Мы поладим, — и отключился.

— Кхм… — кашлянул молчавший человек. — Я Кастрюля. Мы это… От Тени мы. От Ауттэ. Место нам где-нибудь ткните, только подальше от фронта, а то у нас тут в основном снайперский состав, да минеров немного. Так сказать, чем богаты…

— Вижу, — усмехнулся Энцио, получая через Каалуси картинку этих "воителей". — Сейчас сбросим позицию, пристраивайтесь.

— Благодарю, — выдохнул человек и отключился.

Флотилии начали маневры, выстраиваясь с учетом новых кораблей. Но вскоре вновь зажужжал тревожный зуммер.

— Кто? — встрепенулся Энцио.

— Определяю, — спокойно ответила Принцесса и тут же нахмурилась. — Органические метки. Две… нет, три. Две органические, одна… металл? Класс… Вроде линкоры… Блин, непонятно. Сейчас из варпа выйдут, скажу точнее.

Через несколько секунд ожидания из очередных открывшихся на краю системы алых воронок неспешно показались…

— Вот уж кого не ждали, — выгнул бровь Энцио разглядывая новоприбывших, после чего сам послал ментальный запрос, так как систем связи на этих гигантах, понятное дело, не было.

"Шен, каким ветром?"

"И тебе не хворать, Рыцарь", — усмехнулся металлический дракон. — "Был в гостях неподалеку и услышат тут вашу трубу. Подумал, что лишним не буду".

"А с тобой…" — намекнул Энцио.

"Карлсонис, подчиненный Граора, и Лирой, местный черный. Слушай, примешь на борт? А то глубоко ныряли чтобы успеть, силы нужно немного восстановить".

"Не вопрос. Каа, подготовь гостевую господам".

"Угу. Ты им еще баб предложи", — проворчала Принцесса, тем не менее подбирая подходящие по размерам апартаменты.

"Кстати, Рус тоже тут", — вспомнил Энцио.

"Знаю, он на параллельном канале", — ответил дракон. — "Если выживем, потом посидим. Сейчас лучше диспозицию не нарушать. Пробужденные уже рядом, мы слышим их голоса в шуме варпа".

"Тогда даю общую готовность по флоту", — Энцио сжал подлокотники и глубоко выдохнул, пытаясь унять нервную дрожь.

"Не дрейфь, Рыцарь. Такое уже бывало. И отбивались куда меньшими силами. Конец связи".

— Вот только с куда большими, при этом, потерями, — пробормотал Энцио, мысленно вспоминая все подобные случаи. — Каа, что с маневрами?

— Все на местах, Мой Капитан! — доложилась рыжая, вытянувшись по струнке и выпятив грудь. — Монстр, красные дикари и звено Крыльев на поверхности. Мои тараканы тоже там окапываются. "Парадигма" впереди, что-то там орут на своем дикарском наречии, бьют барабаны, курят грибы и славят Граора. От них столько маны прет, что находиться рядом просто невозможно — броня горит как бумага. Цифровая змеюка спряталась у нас под боком. Они там с плутами как-то скооперировались и теперь вовсю ставят минные заграждения и брандеры где только можно и нельзя. Один мой истребитель подорвали, гады… Драконы подлетают к шлюзу. А мои все кораблики вон висят, сам видишь.

— Осталось только ждать… — Энцио откинулся на спинку ложемента. — И добыть где-то нового носителя для артефакта. Подготовь доспех, кстати. Я тоже иду в бой.

— Но…

— Надо. Рыцарь всегда идет в бой.

— А командовать кто будет? — привела последний довод Принцесса.

— А ты мне на что? — усмехнулся Координатор.

— Х… Хорошо, Капитан, — скрипнула Каа зубами и тут же напряглась. — Фиксирую выброс энергии…

— Началось? — подскочил Координатор.

— Нет, это не варп… Это… Изнанка?!

Капитан и аватара его корабля недоуменно переглянулись, не зная, что им думать.

А тем временем из огромной тучи серовато-желтого дыма, что появилась прямо перед огромным дредноутом, выскользнул старенький потрепанный линкор.

Его экипаж огляделся. Тихо прифигел. После чего вежливо просигналил в общий эфир.

— Эм… Говорит Миледи, капитан каперского судна "Барадур". Мы это… От Укура. Послал он нас, значит, Вселенную защищать… Или просто послал, мы так и не поняли. Ну и вот. Ау? Чего тишина такая? Ну ладно, мы тогда тут повисим, постреляем как все начнется?

Возражать ей никто не стал. Как, впрочем, и не горел желанием поболтать.

Даже среди собравшихся не было ненормальных, готовых связываться с посланцами Укура…

ГЛАВА 184 . ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ"(ЧАСТЬ 3).

ЗОВ БЕЗДНЫ. 1

Так, ладно. Начинаем операцию по пересадке души.

Аккуратно переложив волчицу, или кто она там, с коленей брата на голый пол, размял пальцы и правой рукой осторожно дотронулся до центра грудины, аккурат между двумя упругими холмиками.

Так, Андрей, не думать о сиськах. Не думать о сиськах. И не жамкать. И не думать.

Блядь.

Тряхнув головой, отогнал того духа вечной озабоченности, что постоянно толкает на всякие непотребства, и сосредоточился на восприятии, подключая магическое зрение и пытаясь ощутить происходящее с девушкой как можно полнее.

Та еще задачка, если честно. Особенно для такого нуба во всяком вуду-шумуду, как я. Хорошо хоть пара помощников есть.

Мир вокруг слегка смазался и обрел будто бы дополнительную глубину. Словно все поверхности вдруг стали полупрозрачными, а под ними обнаружился еще один слой реальности.

Тааааак… И что это за херня? Раньше такого точно не было.

— Как и сказали бессмертные, у тебя в последнее время сильно обострилась чувствительность к иным планам реальности, — раздался терпеливый голос Чешуйки, вещавшей с интонацией лектора в универе. — Конкретно, после того безобразия что ты сотворил с собственным ядром, да метки Ауттэ. То, что ты сейчас видишь — это отражение плана Теней в реальном мире. Астрал ты через обычные предметы не разглядишь — все забивает толстый слой Теней. А вот если посмотришь через живое существо, то спокойно увидишь его астральную проекцию…

— Угу… Пасиб за разъяснения, — немного нервно хмыкнул я, разглядывая собственную правую руку, лежащую на груди девушки.

Вроде бы обычная конечность. Вот только на нее словно наложили какой-то фильтр — стоило немного сосредоточиться, как от руки оставалась полупрозрачная бледная оболочка, под которой извивался клубок из черных щупалец с кроваво-красными пульсирующими прожилками. С тыльной стороной ладони на меня пялился жутковатый алый глаз, за которым угадывался контур зубастой пасти, обращенной ко внутренней стороне руки.

Приветик, Саси. Вижу, ты обжился.

Отведя взгляд от собственной грабли, я хотел всмотреться в девушку, но случайно глянул на пол под собой.

Мать моя Ктилла! Словно сижу верхом на аквариуме!

А точно подо мной, за стеклом, из клубящейся размазанной темноты теней скалились с десяток зубастых харь явно не самого дружелюбного настроя.

Это что, каждый раз ныряя в тени, я сидел в компании вот этих любезных животин?! И почему они так пырятся исключительно на меня, а рядом с волками только по паре небольших змеек кружат?

— Видимо, ты им кажешься особенно аппетитным, — хихикнула Чешуйка. — Не волнуйся, пока в твоем пространстве обитает Тварь Бездны, мало кто из падальщиков решится напасть. Да и я, можно сказать, тут по соседству обитаю.

Аппетитный… Что-то это мне напомнило.

Быстро вызвав свой статус, я пробежал глазами по списку способностей. И тут же нащупал причину творящегося беспредела.

***

Приманка для хищников астрала — редкая пассивная способность, присущая полным дебилам. В данный момент для различных астральных падальщиков твоя душа выглядит весьма аппетитно.

Ходящий по грани — редкая пассивная способность. Облегчает скольжение между планами реальности, включая физический, теневой, астральный и верхний варп.

***

Вот оно! Хотя, блин, нашел чему радоваться…

Мысленной командой закрыв системку, вновь бросил взгляд под ноги и… и чуть не обосрался.

Потому как один из зубастых монстров вдруг начал продавливать поверхность пола. Я в оцепенении наблюдал, как буквально у меня между ног из камня темной камеры показывается размытая змеевидная голова с полной пастью зубов. Но не успела она хоть немного проявиться, а я — нормально испугаться, как раздался короткий стрекочущий звук и голова монстра оказалась отрезана и притянута черным щупальцем к ладони, в которой со смачным хрустом и исчезла.

Увидев судьбу товарища, остальные твари предпочли свалить подальше, заодно начав раздирать медленно тонущую "тушку" их более смелого собрата.

— Ну, что я говорила, — раздался хитрый голосок дракошки. — А теперь давай за дело!

Хм… А зачем мне, собственно, спешить? Подожду, пока душа волчицы сама сольется, а потом спокойно запихаю на ее место нашу лисичку. Братец, конечно, горевать будет, ну да мне с ним по кабакам не шляться — вытащу из этого бедлама, тем самым сдав задание Ауттэ, да отвешу пинка под зад…

Я поднял взгляд и увидел внимательные желтые глаза волка. Он влил в себя содержимое одного из бутыльков Хомы, а второй приберег. Видимо, для сестры.

А в голове раздался тихий вкрадчивый голос одной блондинистой особы.

"И что же ты будешь делать, Герой?"

— Ну, чего ждешь? — вновь поторопила меня дракошка. — Вытаскивай ее, пока не улетела! Будет тебе дополнительная батарейка, да и свою помощницу воскресишь.

Дополнительная батарейка, да?

— Ну нахуй! — выдохнул я, понимая, что делаю еще одну и, возможно, непоправимую тупость. Впрочем, как и всегда.

Короткий мысленный приказ Саси, на который тот удивленно уставился на меня ярко-алым глазом. Но после секундной заминки и моего мысленного стимулирующего пинка, монстр быстренько зашевелил щупальцами.

Благодаря магическому зрению, я прекрасно видел, как часть черно-алых отростков через руку погружается в тело волчицы, устремляясь вглубь, где едва различимым огоньком слабо пульсировала ее душа. А из моего чертового дяньтяня монстр осторожно извлек вторую искорку — яркую, переливчатую, со слегка заметным сероватым налетом.

Я буквально физически ощутил, как тут же просела энергия, а разбегающиеся по телу сероватые каналы маны стали стремительно иссушаться. Впрочем, длилось это всего пару мгновений, после чего таким же скачком пришло в норму, а в ухе раздалось ворчание дракошки о слишком хлипких и нетерпеливых людишках.

Скользнувшая по щупальцам внутрь волчицы, душа Дось как влитая встала рядом с захиревшей хозяйкой, после чего они на пару с Саси без моей команды начали какие-то совсем уж неразличимые отсюда операции. Зато результат я видел прекрасно — душа волчицы перестала мигать и трепыхаться, и, словно утопающий к кругу, прильнула к яркой искорке Дось.

— Не самое рациональное решение, — хмыкнула Чешуйка, когда Саси аккуратно вытягивал щупальца из тела пациентки.

— Знаю, — отмахнулся я. — Но как-то похрен. Главное, что я доволен.

Дождавшись, когда Саси окончательно покинет девушку, я отключил магическое зрение и с облегчением плюхнулся на задницу.

— Как она? — раздался обеспокоенный голос волка.

— Как, как… — попытался улыбнуться я, но, судя по вздрогнувшему блохастику, получился скорее оскал. — Жить будет. Но с заглюками. Что с вами такого случилось, что она просто решила сдаться и сдохнуть?

— Многое, — хрипло ответил волк, отводя взгляд и явно не горя желанием отвечать развернуто.

— Как хочешь, — пожал я плечами. — Суть в том, что при отсутствии травм твоя сеструха попросту отказывалась жить. Ее душа практически покинула тело. Ну и пришлось подсадить к ней кое-кого… более жизнелюбивого.

— То есть… — нахмурился волк, издав едва слышный короткий рык. — Это теперь не Асша?

— Нет, почему же? — я поднялся на ноги и отряхнул брюки. — Это все еще твоя сестра. Просто она теперь не единственная хозяйка этого тела. Да не боись, как найдем подходящий сосуд для ее… "сожительницы", сразу отселим. И не надо на меня так смотреть, я первоначально вообще хотел ее из тела турнуть и залить туда свою подругу, так что радуйтесь и целуйте ноги мне-великому! Бу-га-га-га!

— Несмешно, — рыкнул волк, сверкая желтыми глазами. Впрочем, на большее его не хватало — слишком ослаб, да и переломы так быстро не рассасываются даже под допингом от товарища Хомячидзэ.

— А он и не шутит, — раздался хрипловатый, но весьма счастливый голосок со странно знакомыми интонациями. — С какой начать, правой или левой?

— Губы не мыты, — хмыкнул я, наклонился и, легко подхватив почти невесомую тушку, поставил очнувшуюся девушку на ноги. — Ты как?

— Сложно сказать, — ответила Дось, дергая попеременно то одним, то другим ушком и с трудом удерживая равновесие.

— Аша? — тихим, полным боли голосом позвал ее волк.

— Нет, — покачала та головой, взглянув на "брата". — Я — Дось. Твоя сестра спит. Я пыталась ее разбудить, но она говорит, что слишком от всего устала.

— Ясно… — повесил тот уши.

— Так, завязываем с соплежуйством, — хмыкнул я, подсовывая в руки волчице последний бутылек с зельем. — Пей давай, а то придется прорываться, а ты едва на ногах стоишь, — после чего хмуро глянул на второго пациента. — А ты чего ждешь? Быстро вылакал вторую дозу!

— Да я и так уже… восстановился, — смутился он, весьма неуверенно поднимаясь на ноги. — Так что лучше отдам его Аше. Ей нужнее.

Как раз в этот момент Дось выпила свою порцию и, выпучив глаза, пыталась прийти в себя. И, увидев протянутый ей второй бутылек, отчаянно затрясла головой.

— Я… Я в норме… Правда! Хозяин, я в порядке! Смотрите!

Для демонстрации зверолюдка пару раз легонько подпрыгнула.

— Эм… Да… в норме… — кивнул я, невольно глядя на покачивающиеся холмики.

Блядь, сама тощая как велик, но сиськи остались. Это какие же у нее были дойки до вынужденной диеты, учитывая, что у девушек грудь усыхает одной из первых?

— Ладно, голозадые, убедили, — тряхнул я головой, напоминая себе, где мы, и что вообще происходит вокруг. — Давайте сюда склянку.

Бутылек с мерзкой жидкостью занял законное место в кармашке моей куртки, после чего я прислушался к себе. Что-то приближалось. И явно не с подарками. Ну, разве что с анальными…

— Так, бойцы, — в руке само собой появилось Копье, при виде которого волк вздрогнул и сделал шаг назад, а более привычная Дось лишь напряглась. — Сейчас что-то будет. Так что сидим в камере тихо, пока папка не разберется. Ферштейн?

— Я, я, натюрлих! — тут же закивала лиси… волчица, заработав полный непонимания взгляд "брата".

Кстати, как его хоть зовут-то? Блин, забыл. Или он не говорил? И откуда Дось немецкий выучила? Хотя, учитывая что они с Саси успели поковыряться в моих воспоминаниях, ничего удивительного. Главное, чтобы она в постели не начала орать "даст ист фантастиш" или "ику, ику", а то мне, честно говоря, будет стремно…

— Андрей! — прервала ход моих начавших уходить куда-то не туда мыслей Чешуйка. — Ты ничего не забыл?

Угу. Забудешь тут. Задница уже свербит так, словно в нее толпа пьяных таджиков включенный отбойник заталкивает! И, самое поганое, свинтить не получится — угроза идет именно со стороны единственного выхода на лестницу. Затихариться в тенях тоже не вариант — эту парочку я с собой не утяну.

Остается только драться.

Выйдя из камеры, я прикрыл за собой дверцу решетки и с хрустом повел плечами, разминаясь. Крутанул копье.

Черному двухметровому дрыну было явно тесновато в узком коридоре, но, с другой стороны, и обойти меня с боков будет нельзя, так что останется только контролить наконечником одно направление, держа противника на расстоянии за счет длины оружия.

Спокойно пройдя к центру коридора, встал ровно на его середине и, выставив перед собой мифическую ковырялку, замер.

Мысленно пробежался по козырям.

Берсеркер. Чит-код. Мощно, но в разумных пределах, ибо сейчас просто нет маны на его нормальное поддержание.

Взгляд Бездны. Чит-код, но с подвохом. Большим таким и черным подвохищем, так и норовящим с криком "ахалай-махалай, какой красивый попка" пристроиться сзади. Что называется, на самый крайний случай. Мало того, что эффект рандомен, так еще хрен его знает, чем обернется для меня — подселит Древнейшая еще какую-нибудь гадость, никакого дуста не хватит.

Вырвать душу. Фаталити. Ну, это на случай, если гад окажется сильным и удастся его душу захомячить. Правда, с Копьем не комбится — при ударе мифической ковырялкой тонкая астральная материя сразу улетает к Старушенции.

Длань Монстра. Уровень слияния уже переполз отметку в пятьдесят процентов, открыв способность "манипуляция с тонкими материями". А вот как нашего Йасасайха использовать в бою — так до конца и не допер. Можно, конечно, просто лупить кулаком, понадеявшись на извечный "авось", но… опять же, хрен знает, что эта тварь учудит.

Дым Блага. Растаман-стайл. Ни разу не пробовал, да и, памятуя об обстоятельствах его получения, не горю желанием начинать. И уж точно не для этой ситуации.

Игнорирование здравого смысла. Моя жопная выручалка, благодаря которой красавица Нокси, да и еще пара типусов, до сих пор мною не закусили.

Малая регенерация. Еще одна жопная выручалка, но похуже. Позволяет не сдохнуть раньше времени. Правда, имеет свойство истощать как организм, так и ману, а последнее для меня сейчас вообще фатально.

Нырок в тень. Персональный сейв, с откатом в пять секунд и мгновенным кастом. Контрит почти любую атаку. Правда, что-то мне после увиденного сегодня план теней резко разонравился…

Пронзающий выпад тени. Пожалуй, единственная атакующая способка, которую можно спокойно спамить, но и та полупассивная. То есть срабатывает раз в пять секунд при ударе. Нерфит почти любую простую броню и серьезно коцает то, что повыше рангом. В связке с Копьем, которому достаточно одной раны, чтобы отправить душу Старушке, то еще читерство.

Пурген. Это даже не фаталити. Скорее, разрывалити. Во время активации лучше рядом не стоять.

Ну и еще две способки на самом Копье: "Гей-болт" и "Уга-чага". Первое тоже своеобразное фаталити против особо сильных существ. Главное, чтобы было очко и сердце. А второе… без комментариев.

Собственно то, что ко мне пожаловал один противник, было только на руку — если смотреть чисто с технической точки зрения, то заточка у меня была именно под поединки, а в массовом замесе я резко проседал по эффективности. Еще бы места побольше для маневра, и вообще зашибись было бы…

Мои размышления прервал тяжелый бухающий звук. Гость пожаловал. Вот только почему у меня такое знакомое мерзотное ощущение? Словно второй раз наступаю в одну и ту же кучу блевоты…

И тут я увидел, что именно вползло через дверь.

Пардон. Это не блевота. Это огромная куча отборнейшего дерьма, которое можно выгрести только из-под толчков какой-нибудь пиндосской фаст-фудной забегаловки для тех, кому за триста. И имеется в виду совсем не возраст…

— На…шел… — раздельно просипел жирдяй, которого я ебнул буквально минут десять назад.

— У…бить… — вторила ему торчащая из брюха посиневшая голова "колпачника".

Собственно, этот покемон представлял собой две слившиеся в одно туши, постоянно перемешивающиеся и с омерзительным чавком выпускающие из себя новые колюще-режущие конечности, щупальца и прочую ересь, по которой так и хотелось пройтись пресвятым напалмом во славу Императора…

— Ньярлот, давно не виделись, — оскалился я, хотя внутри все сжалось от ужаса.

Слишком свежи были воспоминания о том бое и его последствиях. А тварь, судя по всему, жива-здорова и пришла брать реванш. Если это, конечно, та же самая.

— Стой, что ты сказал?! — тут же заорала в ухо Чешуйка. — НЬЯРЛОТ?! Ты… как?! Блин, что делать?! Что делать?!

— Я пришло, — пробулькало чудовище, открывая на здоровенном пузе сочащуюся гноем и слизью широкую зубастую пасть. — Ты — добыча.

Нет, это точно тот же самый ублюдок.

И, как и в прошлый раз, я даже приблизительно не представляю, чем мне его убивать. Разве что подорвать смесью божественной маны, но тогда и меня погребет вместе с тварью.

Вздохнув, я выпрямился, расслабился и опустил копье.

— Эй-эй-эй! Не вздумай! Даже не надейся, слышишь?! Он сожрет все без остатка! И тело и душу, и меня заодно! — уже откровенно запаниковала дракошка. — Ты… ты сможешь проскочить! Это же не сам Монстр, а только его часть, высунувшаяся в реальность! Уверена, он неповоротливый! Ты спокойно сможешь проскочить мимо и удрать! Ведь так?! Скажи что так?! Что молчишь?!

— Милая, — улыбнулся я. — Отставить истерику, от этого попка складками пойдет. Не уйду я. Просто не могу.

Там Дось за спиной. И сколько себя не уговаривай, но бросить мелкую я просто не в силах…

— Умная добыча… — пробулькало отвратительное чудовище, делая неуклюжий шаг вперед. — Меньше сопротивление… Меньше боль… Быстрее стать часть… Ньярлот.

Угу. Щазззззз…

Я как можно более твердым взглядом посмотрел в сочащиеся белесой сукровицей мутные глаза монстра. И улыбнулся.

— [Если долго всматриваться в Бездну…]

— То Бездна начинает всматриваться в тебя… — раздался со всех сторон вкрадчивый многоголосый шепот, перерастающий в прокатывающийся по мозгам безумный смех. — Прими же мою силу, Вестник Бури! И СРАЖАЙСЯ!

2.

Внимание!

Наложен эффект "покров Бездны".

Наложен эффект "сердце Касии".

Наложен эффект "тело Касии".

Наложен эффект "разум Касии".

Наложен эффект "дух Касии".

Внимание!

Наложен эффект "длань Милосердия". Эффект "разум Касии" ослаблен.

***

Дыхание перехватило.

Я постарался вдохнуть. Раз, другой, третий. Не получалось. Что-то не давало дышать, плотно прильнув к лицу.

Запаниковав, ощупал лицо руками.

Пластина. Гладкая холодная пластинка. И, судя по звуку, с которым поскреблись когти, сделана она была из чего-то вроде металла… СТОП!!! КОГТИ?!

Я отвел руки от лица и в состоянии полного охуевания оглядел собственные конечности.

По пропорциям — мои привычные грабли. Даже одежда осталась прежней, ничего с ней не сделалось. Вот только кожа полностью почернела и стала гладкой как задница Афродиты. Ни единого волоска. Только легкий матовый блеск. И когти, в которые превратились последние фаланги всех пальцев. Царапки были выкрашены в ярко-алый цвет, слегка светились, а вглубь пальцев, если приглядеться, от них уходили чуть пульсирующие алые капилляры.

До получившего вывих мозга даже не сразу дошел тот факт, что я все еще не могу дышать. И не испытываю по этому поводу абсолютно никакого дискомфорта.

— Была бы жива, полиняла бы от ужаса… — раздался в ухе голос Чешуйки.

Я попытался ей ответить, но ничего сказать не смог. Рта не было. Даже мычать не получалось.

— Ладно, не старайся. Касии не говорят, но хоть чувствую, что ты все еще в своем уме… Хотя и не должен бы, — продолжила дракошка. — И прекращай заниматься самолюбованием. Или ты уже забыл для чего призвал эту силу?

Для чего?

А, точно. Ньярлот.

Глаза поднимать не пришлось. Оказалось, что я и так прекрасно вижу все, что происходит вокруг. Лишь немного переместил направление восприятия на мерно ползущую ко мне тушу. Впрочем, нет. Уже не ползет. Замер и колышется. Ждет. Боится. Что-то лепечет.

От него веет голодом. Силой. Угрозой. И страхом.

Истекающие гноем губы твари что-то говорят. Но что, я не слышу. Звуков нет. Вокруг лишь тишина.

Тишина сырого подземелья. Тишина одиночества. И лишь на самой границе восприятия слышен тихий шелест сотен тысяч голосов.

— Убей. Убей. Разорви. Уничтожь. Искромсай. Изорви. Поглоти. Иссуши. Потроши. Ломай. Жги. Полосуй. Утопи. Вскрой. Вырви. Истолчи. Пожри. Убей. Убей…

В этот раз я с тобой согласен, Древнейшая. Эту тварь нужно убить.

Шаг дался с трудом. Словно все суставы разом покрылись коркой льда. Второй шаг. Легче не стало. Изменившееся тело было словно непослушная марионетка. Еще шаг. Еще…

Я шел неспешно. Едва переставляя ноги. Но Ньярлот почему-то начал отступать еще медленней. Едва полз, так что догнать его труда не составит.

Нужно лишь дойти.

— Убей. Убей…

Убью я его. Не переживай.

Я неспешно переставлял ноги, медленно приближаясь к туше Ньярлота.

Тварь не вызывала отвращения. Не вызывала гнева или страха. Это был просто кусок мяса, который следовало покромсать. Из которого нужно всего лишь вытянуть душу, чтобы он больше не докучал мне. Чтобы не мешал. Чтобы не стоял на пути. На пути следующего шага.

Куда? Не знаю. Узнаю, когда сделаю его.

Тишина, наполненная шепотом.

И картинка, медленно теряющая свои краски.

Словно я сижу за экраном монитора. И лениво держу палец на клавише, ожидая, когда неуклюжий персонаж наконец доползет до заветной точки. Вокруг темнота. Колонки выключены. Наушники лежат в стороне. В квартире никого. Да и не должно быть. Некому быть рядом. Некому поддержать, подставить плечо.

Все давно мертвы.

Остался лишь я. И мне осталось лишь слушать случайных встречных и знакомых, чьи слова сливаются в серый, ничего не значащий шум. И ждать, пока неуклюжий персонаж все-же доползет до очередного моба. Или автор допишет очередную главу. Или очередная знакомая наконец созреет до перепихона.

Серость. Унылость. Одно и то же день за днем.

И остается лишь шагать в тишине. Слушая все усиливающийся шепот тысяч голосов. Пока это Безумие, наконец, не захлестнет с головой…

А тем временем персонаж на экране дошел. Монстр попытался ударить лапой. Но как-то медленно. Неуклюже. Это что, "изи-мод"? Даже не смешно.

Жму нужные клавиши. В полнейшей тишине персонаж легко скользит вбок, уходя из-под удара. Лапа только-только начала опускаться, а я уже наношу удар когтями по туше. Вроде бы в инвентаре есть мечи да какое-то читерское копье. Но зачем? Против этого моба? Он же простейший! И базовых когтей хватит.

Удар. Удар.

Каждый росчерк светящихся царапок оставляет на туше моба глубокие раны, чьи края начинают осыпаться невесомым грязно-серым пеплом. Моб открывает пасти, вроде бы что-то ревет. Пытается попасть в ответ хоть одной из многочисленных конечностей. Но все тщетно. Слишком медлительный. И это при том, что и персонаж у меня прытким не назовешь — тоже тот еще тормоз. Едва ноги переставляет.

Туша окончательно осыпалась горсткой пепла. Вот только от нее в пол начало втягиваться что-то полупрозрачное, темное…

Скользнув по этой странной тени взглядом, я увидел глубоко под ногами персонажа огромного… спрута? Наверное, так. Вздутая голова с перекошенным лицом, куча пастей-клювов, да еще и едва шевелящиеся щупальца, одно из которых оно сейчас и пыталось вытащить из покрошенной мною туши.

Значит, это был не сам моб. А просто его миньон. Занятно.

Чуть нагибаюсь и хватаюсь когтями за еще не целиком скрывшееся в полу щупальце.

Физический урон не фиксируется. Зато вот ментальный прошел на ура — я вижу, как тварь в глубине дергается, словно от удара. А от вошедших в ее туманную плоть когтей медленно расползается красноватое свечение, под действием которого моб, начиная от самой раны, просто распадается на части.

А потом он просто откинул поврежденную конечность. Как ящерица хвост.

Нечестно. И как мне теперь его достать из-под пола?

Положил руку на камень. Ничего не произошло. Ладно, фиг с ним.

Движением мышки смещаю камеру в сторону.

За спиной обнаруживаются два живых моба. В клетке. Прижались друг к другу. Дрожат.

Что-то пытаются сказать. Хм… А что?

Взял наушники. Не работают. Покрутил настройки у колонки. Тоже глухо. Сломались, наверное.

Ну, это и неважно. Мобы, они и есть мобы. Убил — получил опыт, деньги и снаряжение. Прошел мимо — лошара.

Берусь за решетку и тяну на себя. Она прогибается и выламывается вместе с кусками кладки.

Отбрасываю в сторону. Шаг вперед. Еще. Опять шагать. Впрочем, недолго. Еще чуть-чуть и смогу дотянуться когтями до горла одного из этой парочки.

Опыт лишним не бывает.

Когти смыкаются на горле самки. Щелчок мышки и персонажу капнет еще немного опыта.

Но мышь не жмется.

Почему?

С удивлением смотрю на руку. Поверх нее лежит еще одна. Тоненькая детская ладошка.

Поднимаю взгляд и с удивлением смотрю на девочку в простом сером платье.

Как она тут оказалась? Кто? Откуда?

Странно знакомое лицо.

— Андрей, — тихо шепчет девочка. — Не слушай ее. Вернись.

Куда вернуться? Кого не слушать?

— Верни… — договорить она не смогла.

Голосок потонул в усилившемся шуме. Словно шелест. Словно давящий гул.

Поджав губки, девочка упрямо нахмурилась и покрепче сжала мой палец, не давая нажать на кнопку. Тряхнула головой. И указала второй рукой куда-то в сторону.

Я невольно проследил за ней взглядом.

Дверь. Обычная дверь в комнату.

Чуть приоткрытая. Нет, вернее, ее пытаются приоткрыть. Она дергается, словно кто-то с той стороны с натугой тянет ручку на себя. Но слишком сильная пружина не дает ее распахнуть.

Перевожу взгляд обратно. Девочки нет. Только ощущение тепла на пальце, за который она держалась, и легкий аромат цветов в воздухе.

Глянул на экран. Два замерших моба с ужасом смотрят с экрана прямо на меня. Персонаж до сих пор держит их когтями за шеи. Но кнопка не нажата.

Я невольно тряхнул головой. Слишком живые выражения лиц нарисовали дизайнеры. Слишком реалистичные. Слишком… знакомые. Откуда?

Вновь посмотрел на дверь.

Кто-то все так же пытается ее открыть. Вот только ни звука не пробивается. На уши давит белый шум.

Тряхнул головой.

Вздохнул.

Встал.

Прошелся к дверям.

И со всей силы пнул ногой ближе к ручке.

Резко распахнувшись, старенькая хлипкая дээспэшка рывком остановилась на середине пути, натолкнувшись на какую-то преграду.

Шум утих.

Зато раздались проклятья.

— Смертный, да чтоб тебя едильский червь неделями едилил! Как ты посмел?!

— И я рад тебя видеть, Чешуйка, — усмехнулся я, разглядывая сидящую на полу девушку.

Все тот же пышный шар ярко-зеленых волос в стиле рок-звезды восьмидесятых. Все та же фривольная зеленая тога, практически ничего не скрывающая. Все те же нахальные фиалковые глаза с вертикальными зрачками и покрывающая руки-ноги изумрудная чешуя. Ну и отпадная фигурка тоже, само собой, при ней.

— Долго пялиться собрался?! — оскалилась дракошка, скептически смотря на меня снизу вверх. — А встать не поможешь?

— Чтобы ты опять мне пинка отвесила? — засмеялся я, но руку все же подал.

Хватка у девушки, как и ожидалось, оказалась железной, она едва не сломала мне кисть. В который раз удивляюсь "реальности" происходящего на иных планах. Кстати, а куда меня опять занесло?

— Мы в замке, — видимо, догадавшись, о чем я думаю, проинформировала Чешуйка. — Форма Касии заперла тебя в отдельной комнате, чтобы было удобнее управлять.

Ясно. Проходили. Вот поэтому я и не хотел призывать Древнейшую — снова ее сила всякую хуйню творит, пустив мое мнение по ватерлинии.

— Так эта штука тоже живая? — кивнул я назад, в сторону темной комнатки с монитором.

— Не совсем, — нахмурилась Чешуйка. — Вернее… А-а-а-а, блин! — она раздраженно взъерошила и так пышную прическу. — Не знаю я! Я этих тварей только пару раз встречала! И каждая такая встреча заканчивалась для меня позорным бегством! Не знаю, что там с ними сотворила Б… Бездна, но убить их нереально.

— Весело, блядь, — вздохнул я, прикидывая варианты. — Восприятие ускорено?

— Конечно, — Чешуйка посмотрела на меня как на идиота. — Оно в астрале всегда ускоряется.

— Ну извините, я в тонких материях как мопс на лестнице — на одну ступень вверх, а потом по трем на яйцах вниз… — оскалился я, начиная медленно выводить сознание в реальность. — Постараюсь совладать с этой черной мракобесиной. Если что, поджарь мне мозги изнутри…

Что она там мяукнула, я услышать не успел.

Вновь навалилась тишина с едва слышным шепотком Бездны.

А в руках бились две добычи. Такие мягкие, сладкие. Они что-то пытались сказать. Одна даже кричала, плача и протягивая руку.

Но Касии не слышат. Касии не видят. Касии не говорят. Они только идут вперед.

Шаг за шагом.

Когти Бездны.

Собиратели Душ.

Шум в ушах усилился.

А. Вот. Хрен. Вам!

— Убей. Убей. Порви. Кромсай. Жги. Души. Ломай. Терзай. Режь. Бей. Рассекай…

Чудовищным усилием воли разжал пальцы со светящимися когтями.

Шаг назад.

Голоса в голове взвыли. Хор затопил сознание. Восприятие помутилось.

Тьма.

Пустота.

Не астрал.

Не тень.

Что-то другое.

Живое.

Или нет.

Тьма, полная горящих глаз.

Бездна.

Ощутил прикосновения. Мягкие. Легкие. Но очень колкие.

Сотни крохотных глазок медленно поднимались по мне.

Шепот давил на виски.

Что-то вползало в мой разум.

Такое уже было когда-то.

Гул затих.

Остался только один поток то сливающихся в единое целое, то звучащих как настоящий хор голосов.

— Буревестник. Ты призвал меня. Почему же теперь отталкиваешь? Разве мы не ладим? Разве ты не используешь мою силу? Зачем ты раз за разом отказываешься от моего дара?

— Средь оплывших свечей и вечерних молитв, средь военных трофеев и мирных костров, жили книжные дети не знавшие битв, изнывая от мелких своих катастроф…

— Зачем цепляешься за остатки слабой человечности? Почему не примешь дарованную тебе мощь? Где тот Ньярлот, с которым ты так мучился?

— Детям вечно досаден их возраст и быт, и дрались мы до ссадин, до смертных обид! Но одежды латали нам матери в срок, мы же книги глотали пьянея от строк…

— Даже слабый новорожденный монстрик заставил его сбежать и зализывать раны. А теперь я предлагаю тебе Касию. Неуничтожимого. Неостановимого. Неотвратимого. Стань им. Прими его.

— Липли волосы нам на вспотевшие лбы. И сосало под ложечкой сладко от фраз. И пьянил наши головы запах борьбы со страниц пожелтевших слетая на нас!

— Ты же любишь силу? Ты же любишь, когда все легко? А что может быть легче, чем просто идти вперед? Из мира в мир. Из галактики в галактику.

— И пытались постичь мы, не знавшие войн, за воинственный клич, принимавшие вой, тайну слова "приказ", назначение границ, смысл атаки и лязг боевых колесниц…

— Всего лишь шагать. И ничего не бояться. Ни о чем не волноваться. Ничего не слышать. Ничего не видеть. Просто идти…

— Но в кипящих котлах прежних войн и смут столько пищи для маленьких наших мозгов. Мы на роли предателей, трусов, иуд в детских играх своих назначали врагов.

— Буревестник…

— И злодея следам не давали остыть, и прекраснейших дам обещали любить! И друзей успокоив, и ближних любя, мы на роли героев вводили себя!

— Андрей…

— Только в грезы нельзя насовсем убежать — краткий век у забав, столько боли вокруг. Попытайся ладони у мертвых разжать, и оружие принять из натруженных рук. Испытай, завладев еще теплым мечом, и доспехи надев, что почем, что почем! Разберись, кто ты: трус иль избранник судьбы. И попробуй на вкус настоящей войны…

— Упрямый смертный…

— И когда рядом рухнет израненный друг, и от первой потери ты взвоешь скорбя… И когда ты без кожи останешься вдруг, потому что убили его, не тебя… Ты поймешь, что нашел, отличил, отыскал по оскалу забрал — это смерти оскал! Ложь и зло, погляди, как лица грубы! И всегда позади воронье и гробы…

— Хорошо. Ты прошел…

— Если мяса с ножа ты не ел ни куска, если руки сложа, наблюдал свысока, если в бой не вступил с подлецом, с палачом, значит в жизни ты был ни при чем, ни при чем! Если путь прорубая отцовским мечом, ты соленые слезы на ус намотал, если в жарком бою ты узнал что по чем… Значит нужные книги ты в детстве читал.

— Взывая ко мне в следующий раз, помни… Даже самые стойкие в конце концов превращались в монстров…

***

"Все эффекты сняты".

Я лежал на спине и смотрел на мигающую системку.

В голове пустота. Лишь затухающий шепот, да на автомате всплывающие из памяти слова заслушанной до дыр песни.

— Хозяин? — раздался тихий голос и в поле зрения появилась взлохмаченная голова с изможденной тощей мордахой, обрамленной медного цвета волосами. На макушке нервно дергались чуткие треугольных ушки.

— Чего? — прохрипел я, встречаясь с ней взглядом.

Дось шмыгнула носиком и, плюхнувшись на колени, уткнулась мне лицом в грудь. Стало мокро.

— Не реви.

— Я н… не реву.

— И с каких пор ты стала такой чувствительной? — пробормотал я со вздохом и, положив руку на затылок волчицы, потрепал густую шевелюру.

Хватило нас на минуту, не больше.

После чего Доська оттерла зареванную мордаху о мой костюм и… попыталась в него высморкаться. За что тут же получила подзатыльник и шлепок по голой заднице.

— Больно, — протянула она, отстраняясь и расплываясь в счастливой улыбке.

— Чертова ты извращенка, — закатил я глаза, поднимаясь с холодного пола и осматриваясь.

Все тот же зверинец, все та же клетка.

"Братишка" Доськи сидит в углу и опасливо на нас поглядывает. Вот только волосы у него теперь не медно-рыжие, а почти белые, да и взгляд какой-то… немного стремный.

— Ну, сорян, — увидев его состояние, развел я руками. — Привыкай, у нас и не такое бывает. Зато при виде других членов нашей веселой пати седеть не придется.

— У… Угу… — словно филин, выдохнул он, все еще, видимо, находясь "под впечатлением".

— Чешуйка, ты тут? — позвал я.

— Здесь, куда я денусь, — проворчала та в левое ухо.

— Осложнений нет? Сколько времени прошло?

— Я тебе что, хронометр?! Смертный, ты совсем уже оборзел!

— Да хорош, красавица, — я поковырялся мизинцем в заложенном ухе. — В одной лодке плаваем, а ты до сих пор недотрогу строишь.

— Минут пять прошло, — ответила тем временем Дось, хлопая глазами. — Но с лестницы уже раздавались шаги. Потом умчались наверх. Скорее всего, скоро вернутся с подкреплением.

— А внутри все сложно, — ворчливо доложила дракошка. — Но к тебе хотя бы никого не подселили. А вот во что выльется этот призыв Др… этот опрометчивый шаг, покажет только время. Я все же по астральным телам не специалист.

— Ну хоть Ньярлота шуганули, и то хлеб, — подытожил я, поднимаясь на ноги и проверяя оружие. После чего кинул Доське свой старый кинжал и комплект метательных игл. — Держи. Прикрываешь братца своего, а я расчищу путь.

— Да, Хозяин, — улыбнулась та, сноровисто пристегивая пояски с иглами прямо к обнаженным ляжкам и беря кинжал обратным хватом.

Я повел плечами, разминаясь.

Тело ныло, пальцы чесались, глаза немного слезились и "картинка плыла". Но в целом — терпимо. Намного лучше, чем могло быть после прямого вмешательства Старушки.

А вот с Ньярлотом нужно будет что-то решать. Тварь не отстанет в любом случае, а каждый раз звать Бездну — не выход. А то в один прекрасный момент до меня уже просто не достучатся… Уж лучше сразу себе "секир башка, лепешка яйца" сделать. Ладно, для начала выберемся, а потом будем общим советом думать…

И тут с веселым "дилиньг" у меня перед носом на половину обзора развернулась системка.

"Внимание!

В связи со смертью нанимателя принятые обязательства и договоренности по квесту "Драконий кулон" считаются недействительными.

Всего доброго".

Я тупо уставился на надпись, пытаясь понять, что за квест, каким боком я к нему подвязан и с каких пор Система вообще стала рассылать такие напоминалки…

А в ухе тем временем раздался тихий пораженный голосок.

— П… папа?

3.

— Быть не может, — продолжала лепетать Чешуйка мне в ухо все более затихающим голосом. — Папа… Как же… Кто…

Раздались всхлипывания и все затихло.

А до меня только сейчас, наконец, дошло, что именно случилось и какой дракон погиб.

Лирой Гарнихард. Древний черный дракон, отец моей изумрудной подруги, который и вручил мне кулон с ее душой. По нашему договору, я должен был носить его какое-то время, тем самым блокируя непонятную "метку Судьбы". А сам папашка собирался найти способ снять с дочери эту метку окончательно…

— Мда, прогорел мой мифический артефакт… — пробормотал я, даже не представляя, что теперь делать с дракошкой. — Чешуйка? Эй? Ты там?

Тишина. Похоже, девочка "ушла к себе".

— Хозяин, что-то случилось с зеленой ящеркой? — склонив головку набок, поинтересовалась Доська.

— Угу, — кивнул я. — Вот только времени успокаивать ее сейчас у меня нет. Как и возможности пробраться к ней в кулон, так что этот вопрос откладывается на потом, когда сама покажется. Кстати… — я оглядел хлопающую глазками волчицу и ее нервно подергивающего глазом седого братца. — Надо бы вам хоть одежду по дороге подыскать, а то трясете тут своим… хозяйством.

Особенно это касается братца, у которого оказался неожиданно здоровенный агрегат.

Тряхнув головой под тихое хихиканье Дось, я развернулся и направился к выходу, от которого уже слышались какие-то крики и слабый звон металла. Похоже, кто-то начал заварушку без меня. И как бы это не оказались мои ушастые подопечные.

Тело еще слегка ломило после превращения в этого непонятного Касию, но общее состояние было сносным. Приходилось драться и в куда более скверном виде.

Подойдя к двери, еще раз обернулся к мохнатым близнецам. Братец уже вполне сносно стоял на ногах — под действием снадобья одного пушистого жадючки следы побоев и переломы практически полностью пропали. Зато появился нервный тик.

Блядь, надеюсь у него мозги не повредились? А то Ауттэ мне за такое "спасение" еще и долг впаять может.

— Слушай, — обратился я к волчонку, который тут же уставился на меня большими желтыми глазами, — пользоваться умеешь?

Вытянув из ножен гладиусы и протянул ему рукоятями вперед.

Тот хлопнул глазами и, растерянно кивнув, осторожно взялся за оружие.

— Ну и гуд. Если по дороге найдешь что-нибудь под себя, то клинки вернешь. И смотри, — я ласково улыбнулся, заставив бедного волчонка вздрогнуть, — потеряешь, отправлю в увлекательную проктологическую экспедицию по собственной заднице. Усек?

Тот опять только кивнул, не выдавив из себя ни звука.

Хм… От близкого проявления Бездны потерял дар речи? Возможно… Нужно будет его потом, если так и не очухается, перчаткой Милосердия бафнуть — авось поможет.

— Дось?

— Да, Хозяин? — тут же встрепенулась хвостатая мелочь. Впрочем, теперь уже не мелочь — всего на полголовы ниже меня оказалась.

— Что у тебя в боевом плане?

— А-а-а… — почему-то разочарованно протянула она, резким движением руки почесав за ушком. — Почти как раньше, только с небольшими изменениями. Видимо, от этого тела тоже досталось. Но работать могу по прежней схеме.

— Большего от тебя и не требуется, — улыбнулся я. — Все, как говаривал один ефрейтор, попистофали!

Выскочили на лестницу. Благодаря расовым особенностям, у близнецов с темнотой проблем не было — видели не хуже меня, если не лучше. Дось сразу же исчезла, уйдя в скрыт, но я продолжал чуть ли не кожей ощущать ее присутствие рядом. Честно говоря, уже порядком подзабытое ощущение, по которому я успел соскучиться — хвостатая попала в мой отряд почти сразу после прохождения подземелья Ма Оу и мы с ней успели отлично сработаться.

Я невольно вздохнул.

С тех, кажущихся сейчас совершенно беззаботными, деньков, остались только я да Няшка. Хорошо, хоть Дось умудрился вернуть. Об Антуанетте и тем более Жанне я старался не вспоминать, не имея в радиусе досягаемости бутылки чего-нибудь покрепче…

На самой лестнице не оказалось никого. Но вот звуки явно разгорающейся битвы понемногу усилились. Понимая, что Копье из-за своей длины будет тут только мешать, я поднимался, можно сказать, с голыми руками — только по сюрику в каждой ладони зажал.

Да против местных остолопов мне оружие особо и не нужно — как говорится, "зубами зарэжу".

Первые противники нам попались ближе к верху лестницы.

Два "колпачника" выскочили из-за очередного витка, как им наверное казалось, совершенно внезапно. В результате один словил в горло иглу от Дось, а второй — сюрик в глаз от меня и добивающий выпад гладиусом от волчонка.

Пропустив мимо покатившиеся по ступенькам трупы, я не стал уже возвращаться за метательными снарядами — не до того, да простит меня наш щекастый самопровозглашенный главбух. Хотя, будь у них какое-нибудь оружие поприличней, еще бы подумал, но ради двух мясницких тесаков я точно напрягаться не намерен.

Быстро преодолев последние витки лестницы, мы оказались у распахнутой двери, за которой оказалась просторная комнатка по типу какого-то склада. И в ней, свалив ящики в качестве баррикады, десятка три "колпачников" успешно сдерживали пытающихся их выбить стражников. Первые орудовали длинными пиками, не подпуская вторых, прикрывающихся широкими щитами и явно не желающих лезть вперед. Правильно, чего им кипишить? Сейчас дождутся нескольких арбалетчиков или магов, и писец этой горе обороне.

Вот только этот самый северный пушистик объявился куда раньше. С тыла. В виде моей улыбчивой хари.

Метнув с обоих рук пару сюриков, рывком сократил дистанцию до стоящих ко мне спиной обороняющихся, двое из которых уже начали заваливаться с глубоко ушедшими в затылки металлическими звездочками.

Особо ничего не выдумывая, я прописал первому попавшемуся здоровяку боксерский хук в основание черепа. Не издав ни писка, туша начала оседать с неестественно согнутой шеей. Выхватив у трупа из ножен что-то, отдаленно напоминающее длинный мясницкий нож, резким движением снес голову его соседу…

Дальше завертелась привычная карусель боя, сливающаяся в одну смазанную картинку из брызг крови, вывалившихся потрохов, воплей боли и отсеченных конечностей. Хорошо хоть берса не подрубилась, хотя странную горячку и подъем сил я все же ощущал — видимо, небольшой баф способка мне все же дала.

Остановился, только когда противники в радиусе досягаемости внезапно кончились.

Огляделся.

Бляяяяя…

— Филиал скотобойни номер восемь можно объявлять открытым, — пробормотал я, пинком отправляя чью-то голову к замершим на той стороне баррикады стражникам, после чего уже громче добавил. — Ребята! А давайте жить дружно!

Люди нервно переглянулись. С одной стороны, они меня явно узнали, поэтому не могли просто отпустить. С другой — прекрасно видели на что я способен, а уж стопроцентно бродящие по городу слухи должны были возвести мою боевую мощь до ранга какого-нибудь бога-дракона-императора, столетиями полировавшего свой нефритовый жезл в какой-нибудь хрусталитовой пещере.

В этот момент кто-то осторожно потянул меня за рукав. С удивлением обернувшись, я увидел волчонка, протягивающего мне клинки обратно.

— Что, нашел подходящие? — берясь за привычные рукояти, уточнил я.

Тот кивнул и показал два коротких кривых ножа. К слову, сам волк успел где-то раздобыть слегка окровавленный то ли плащ, то ли мешок, который теперь обмотал вокруг пояса на манер трусов сумоистов, прикрывая хозяйство.

Забросив клинки в ножны, я опять глянул на стражников, перегородивших щитами выход из комнаты.

— Народ, у меня времени в обрез! Либо вы сейчас быстро сваливаете в туман, либо раком на тот свет!

Стражники зашушукались, после чего щиты дружно качнулись и весь строй храбрых хранителей порядка крабиком сместился вбок вдоль стены, открывая нам проход.

— Во, это совсем другое дело! — оскалился я, перепрыгивая через баррикаду и трусцой устремляясь к выходу.

В том, что может прилететь нож в спину, или они просто попытаются потом поджать меня сзади, я сильно сомневался — ну не чуял в этих горе-вояках угрозы. Просто усталые, слегка напуганные парни, которые ну ни в какую не хотели умирать за жизнь их "могучего и мудрого" правителя в какой-то зачуханной дыре.

Дальше был освещенный масляными лампами короткий коридор и развилка. Слева тихо. Справа звуки боя. Куда идти, понять было несложно — учитывая "везучесть" ушастиков, иначе как в центре заварухи они быть просто не могут.

— Не отстаем, — напомнил я хвостатым, рванув дальше по коридору.

В самом конце тоннеля увидел несущегося нам навстречу оборванца, что-то верещащего и бешено размахивающего ржавым клинком.

— Это вы сейчас серьезно? — пробормотал я, на бегу подныривая под руку идиота и быстрым ударом клинка рассекая его тело пополам.

Конец коридора.

Затормозив, быстро оценил обстановку.

Полутемное большое помещение. Мы в центре — коридор вывел к небольшой, покрытой песком арене. Вокруг вверх уходили зрительные ярусы, словно на каком-то стадионе. Хотя, тут скорее будет уместно слово "Колизей".

Бой был в самом разгаре: на трибунах небольшими группками увлеченно рубились стражники, "колпачники" и какое-то отребье вперемешку с вполне прилично одетыми бойцами. Кто именно с кем дрался, понять было сложно, потому как на стражу давили все, но при этом еще и между собой умудряясь выяснять отношения. А в самом центре — кто бы сомневался — на песке арены активно скакала пара ушастых гибких тушек, отбиваясь от пятерки каких-то четырехруких полуголых качков с весьма зверскими рожами и торчащим вверх рогом вместо волос. Каждый из качков держал по два щита и два меча, и они представляли бы серьезную угрозу… если бы не были такими слоупоками.

Глядя на них, я только покачал головой — если бы не количество, то ушастые разобрали бы этих дебилов за пару секунд. А так им приходилось вечно уворачиваться и отбиваться от наседающих дикарей. Хорошо, хоть больше никто в драку не лез.

— Ну можно я хоть разок чары наложу? — вдруг коснулся моих ушей знакомый голосок. — А то у меня уже ушки болят от этого звона!

— Нет, я сказала, — а вот и второй отлично узнаваемый голос, несмотря на скользящее в нем раздражение. — Пока они справляются, мешать не будем. Без трудностей крепкой личности не получится.

Покрутив головой, я быстро нашел источник голосов — на небольшой лавочке, расположенной на узкой полоске между ареной и трибунами, сидели две знакомые блондинки и наблюдали за боем ушастиков. Одна, та что поменьше, не переставая ерзала, явно желая включиться в творящееся вокруг веселье, а вторая невозмутимо взирала на происходящее, лишь иногда взмахом алой плети снося голову очередному слишком близко подобравшемуся драчуну.

— Химэ! — прозвучал радостный писк и на шее блондинки повисла голая волчица.

Та растерянно захлопала глазами, явно не понимая, откуда взялась хвостатая и как она умудрилась ее прошляпить. При этом, слава Ктулху, не предпринимая попыток отправить нахалку в мир иной — видимо, чуяла каким-то своим местом, что угрозы от нее нет.

— Кто такая? — тут же принюхалась к новой для себя знакомой Акроня.

— Дось?! Ты что тут делаешь?! — скорее всего, "считав" статус скрытницы, удивленно вытянула лицо Химэ.

— Это скорее мой вопрос, — ласково произнес я, положив руки на плечи этой парочки. — Какого хрена вы, самочки мои оборзевшие, тут забыли, да еще и меня не предупредив?

***

[Егор]

В очередной раз увернувшись от удара щитом, я кое-как отвел посохом вражеский меч и отпрыгнул на три шага. И тут же пришлось уходить от очередной атаки.

Эта жесть продолжалась уже минут пять, и я с каждым мгновением чувствовал все больше и больше наваливающуюся усталость. Ситуация была, мягко говоря, плачевной. Юля не могла одна тягаться со столькими неудобными противниками, так что мне пришлось взять на себя двоих. Но главная сложность была именно в этих самых дикарях…

Я быстро сформировал магическую стрелу и в очередной раз с разочарованием увидел только небольшую, быстро заживающую ссадину, оставшуюся на плече бросившегося ко мне врага. А сплести что-то получше, из "экспериментального" арсенала у меня просто не было времени. У Юли были похожие проблемы — меч просто не брал кожу рогоносцев, оставляя лишь неглубокие, быстро заживающие порезы. Если бы не их медлительность, то нас бы уже давно покрошили на мясной салат.

Эти пятеро были последними противниками, которых выставили против нас на арене, и как раз в момент начала боя в помещение ворвалась толпа стражников. Я сначала подумал, что это подмога от Гирви, но быстро понял, что все в точности до наоборот. Более того, на нас никто даже внимания не обратил — стражники занялись собравшимися, а пятерка четырехруков так и продолжила прессовать меня и Юлю.

В который уже раз отведя удар мечом, я вдруг почувствовал, как ногу прострелило резкой болью. Не удар. Нет.

Банальная судорога от переутомления.

Не в силах удержаться, я с коротким вскриком рухнул на колени.

Вот и все.

— Егор! — передо мной возникла гибкая фигурка девушки, с трудом заблокировавшая предназначенный мне удар тяжелого меча. — Ты как?!

— Беги… — только и смог выдавить я, хватая ртом воздух.

Грудь горела огнем, а пот заливал глаза. Я маг. У меня совсем нет такой выносливости как у моей… у моей девушки.

— Вот еще, — закусила губу дроу, затравленно глядя на неспешно берущих нас в кольцо дикарей. — Сдохнем, так вместе! Я в этом дерьмовом мире без тебя жить не хочу!

— Глупо, — хмыкнул я, приподнимаясь с помощью посоха. — Но спасибо… любимая.

— Угу, — шмыгнула та носом и, скользнув ко мне, коротко поцеловала. — Встретимся в следующей жизни…

Прежде, чем я успел ответить, она все тем же неуловимым скользящим движением оказалась у меня за спиной, прижавшись к ней своей.

Вздохнув, я поднял глаза на шагнувших вперед рогоносцев, синхронно заносящих мечи.

Вот и все.

Конец.

— Дебилы, — раздался до дрожи знакомый и очень недовольный голос, а прямо рядом с моей щекой с гулом что-то пронеслось, воткнувшись в грудь замахнувшегося дикаря.

Черное Копье.

Прежде чем исчезнуть, оно проторчало в ране всего мгновение, но мне хватило. Это оружие, просто сочащееся какой-то жуткой, чуждой всему живому силой, спутать было невозможно. Да и эффект был характерный: тело несчастного тут же начало распадаться на невесомые черные хлопья пепла.

Покрутив головой, я со смесью радости, зависти и ужаса увидел, как остальные четыре рогоносца заваливаются на песок. У одного была отсечена голова, у второго из глаз торчали концы метательных игл, а еще двоим грудь буквально смяло здоровенными кусками голубоватого льда…

А рядом с нами, на песке арены, стояли хмурый Андрей, приветливо улыбающаяся Химэ, что-то недовольно бормочущая под носик Акроня и какой-то незнакомый полуголый зверолюд с кинжалами.

— Почему это сразу "дебилы"? — надула губки Юля.

— Потому что вместо того, чтобы по-шустрому съебаться, продолжали тут изображать из себя героев Спарты, — Андрей раздраженно пнул ближайшего поверженного врага. — Только не говорите мне, что вам не хватало прыти свалить от этих утырков?!

— Хватило бы, но… — неуверенно начала растерявшаяся Юля.

— Но ты решила красиво завершить свой бой, наплевав на состояние напарника? — перебил ее наш лидер, уперев острие появившегося в руке копья в грудь побледневшей Юли. — И то, что у него банально дыхалки на продолжительный ближний бой не хватает, тебе было побоку?

— Кхм… — вдруг кашлянула Химэ и, невинно хлопая ресницами, уточнила. — А кто этих детишек отправил на задание, не разобравшись в его сложности, да еще и с не самым надежным командиром?

— Эм… Это к данной ситуации не относится, — стушевался Андрей, покосившись на блондинку. — И вообще, давайте уже выбираться, пока эти ребята друг с другом развлекаются…

Вот с этим согласны были уже все.

ГЛАВА 185. ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ" (ЧАСТЬ 4).

ВЕСТНИКИ

1.

Девушку вело ее чутье.

Это было не привычное для жителей этого мира "предчувствие опасности", или артефактные эффекты, вроде "компаса охотника за головами". Это чутье даже не отображалось в ее статусе. Вернее, оно там было, но крылось за весьма размытой строкой "псионик-интуит (легенд)". Эта же короткая строчка была ответственна и за еще целый ворох "не задокументированных" способностей странной девушки с плотной повязкой на глазах.

Чутье, подстегнутое желанием девушки и опирающееся на полученные в ходе жертвоприношения местных жителей и намеков Мортэма знания, вывело Томирис на самую окраину города, к одной из невзрачных кривых улочек. Впрочем, невзрачной она была только для простых людей. Для Вестницы Смерти тут все чуть ли не полыхало — рядом, буквально под ее ногами, в этот момент гибли или ходили по самому острию десятки разумных.

Все эти жизни представали перед ней небольшими разноцветными огнями. Зелеными, желтыми, красными… И среди этой радужной фантасмагории для Томирис резко выделялась стремительно движущаяся угольно-черная тень с красными и белыми прожилками.

— "В грешном городе людей, в глухих углах кошмарной ночи, отыщешь стража из Теней, что откроет твои очи", — в который раз пробормотала девушка, глядя на этот стремительный силуэт. — Страж Теней.

Впрочем, она не побежала вперед. Как и не стала устраивать засаду или радостную встречу. Чутье подсказывало, что ничего этого было не нужно и они уже не разминутся. Стоило ей приблизиться, и встреча двух Вестников стала неизбежной. Ей просто нужно подождать, и он сам придет.

А уж тогда…

— Тогда будет видно… — улыбнулась красивая девушка с черной повязкой на глазах, ласково поглаживая рукоять кинжала…

***

Собственно, выбраться с этой подземной арены труда не составило — народ вокруг слишком уж увлеченно рубил друг друга, чтобы обращать внимание на небольшую группку, прорывающуюся наверх. Хотя, несколько идиотов все же нашлось, но им быстро объяснили неправильность таких действий с помощью острых сосулек и метательных игл. Мне даже напрягаться не пришлось — Акроня и Дось, словно соревнуясь, выкашивали всех, кто подворачивался под руку. Чувствую, если бы мы так не спешили, эта парочка устроила бы тут тотальный геноцид.

А куда спешили? Хрен знает. Но стоит… то есть, молчит!

Честно говоря, я даже не особо понимал, зачем так ломлюсь к выходу, поминутно рыча и раздавая подзатыльники начинавшим увлекаться союзникам.

Меня словно что-то тянуло вперед, нетерпеливо подталкивая в спину.

В самом домике, откуда начинался спуск на арену, уже никого не было — вся прибывшая стража успела спуститься вниз. Прикрывая дверцей проход, я мысленно сделал себе зарубку в склерозник, узнать что там вообще случилось: по мою душу эти ребята ввалиться не могли, таковой возможности мы их должны были лишить во время предыдущей акции, когда выловили все отслеживающие артефакты. Во внезапную облаву на криминальные элементы тоже верилось с трудом. Они, эти самые элементы, тут окопались давно и надежно, а у стражи просто не должно быть времени на подобные развлечения — и так рот забит хотелкой короля по самые гланды…

Вот и шевелился у меня где-то в районе пропитой печени червячок сомнения, тыкающий слепой мордочкой в сторону одного старого знакомого. Но, опять же, это всего лишь домыслы. И их можно отложить на потом.

Как доберусь до жопы Гирви в обстановке, более располагающей к неторопливой и углубленной беседе…

Выйдя из халупы, куда нас вывел подземный ход, почти облегченно вздохнул. Почти — потому что мы все еще были не на базе. Вот доберемся — тогда и расслаблюсь окончательно. А пока…

— А вот и ты, — раздался негромкий, слегка хрипловатый женский голос, заставив всех присутствующих насторожиться.

Мало кто может подобраться к нашей банде незамеченным. А тут открыто стоящую прямо посреди дороги девушку мы заметили только тогда, когда она сама заговорила.

Среднего роста, в мешковатой дорожной одежде, с лежащим у ног пыльным заплечным мешком, она больше всего напоминала простую усталую путешественницу. Вот только мне мало верилось, что девушка с подобной фигуркой, грудью пятого размера и роскошными, хотя и слегка грязноватыми черными волосами, добровольно предпочла "романтику большой дороги", вместо того чтобы охмурить какого-нибудь богатея и жить припеваючи все оставшиеся годы.

Увы, но в чем бы ни пытались убедить нас бульварные романчики про умных, божественно красивых, но при этом "не таких, как все" барышень, реальность чаще всего с упорством твердила об одном: "красивая — значит стерва". А стервы не любят сами мыть посуду, месить пыль дорог или молоть муку на ферме. Им подавай богатого и туповатого поклонника, да чтобы было все и сразу. И исключения только подтверждают правило…

Тычок острого локотка под ребра быстро вернул меня из состояния пространных размышлений. Скосив глаза, я столкнулся взглядом с хитро прищуренными голубыми глазами.

— Я, конечно, понимаю, — тихо засмеялась Химэ, — но на сиськи залипать время немного не подходящее.

— А? — не понял я. — Ну да, грудь у нее ничего так, но…

— Хозяин, как всегда… — раздался за спиной тяжелый вздох Доськи. — Зато у меня теперь тоже грудь есть, вот! — и к моей спине тут же прижалось что-то мягонькое.

Кааааайф…

Правда ощущение тут же исчезло, зато раздался возмущенный вопль мелкой вампирши.

— А ну убрала от него свои дойки, псина костлявая!

— Ай-ай-ай! Хозяин, скажи ей чтобы сильнее тянула, а то почти не больно!

— Ч… Что-о-о?! Извращенка блохастая! Псина! Корм для червей!

— О-да… еще… еще… Я почти…!

Рука-лицо.

Я даже не хочу поворачиваться.

— Рядовой Акроня! Дось!

Перепалка за спиной тут же прекратилась и я услышал почти синхронный ответ:

— Да, сэр!

— Да, Хозяин!

— Еще одна подобная сцена во время боевой операции, и назначу испытателями Хомячьих зелий!

Судя по наступившей тишине, прониклись обе: Акроня уже по-любому должна была пробовать "шедевры" нашего полевого алхимика, а Дось только недавно выпила одну такую и отказалась от второй порции даже ради ускоренного заживления ран.

— Пф… Тиран нашелся, — фыркнула в кулачок Химэ, отводя взгляд в сторону.

Я покосился на остальных членов нашего незапланированного отряда, но Егор пока не прочухался после вымотавшего его боя, а Юля все внимание уделяла поддержке парня, что-то не переставая нашептывала ему в длинное ухо, которое, к слову, медленно приобретало пунцовый оттенок, а волк… "Братишку" Доськи периодически бил нервный тик на правый глаз, а сам он стоял какой-то уж слишком отрешенный.

Пожалуй, как доберемся до спокойного места, следует заняться им вплотную — все же такое его состояние отчасти моя вина.

— Кхм… — откашлялся я и, стараясь не опускать взгляд с лица незнакомки на выпирающие буфера, поинтересовался. — Дамочка, а я тебе зачем, собственно, нужен? Если шкурку попортить, то решительно против, предупреждаю сразу. Ну а если просто хочешь познакомиться поближе…

Тык.

— Химэ, — покосился я в сторону нашей "кровавой блонди". — Я сейчас начну думать, что ты ревнуешь.

— Ну да, конечно… — хмыкнула она, после чего добавила уже серьезным голосом. — Ты бы поосторожней с этой девушкой.

— В смысле? — я вновь глянул на все так же спокойно стоящую в пяти шагах перед нами девицу, с лица которой не сходила легкая улыбка.

— Я предупредила, — пожала блондинка плечами и умолкла, сцепив руки за спиной, вперив взгляд в небо и всем своим видом демонстрируя, что большего я от нее не добьюсь.

— Вот любишь ты такое… — вздохнул я, в который раз сталкиваясь с ее страстью к недосказанности, после чего посмотрел на черноволосую девушку уже с другой точки зрения.

Хм. На воительницу не похожа. Если и сражается, то больше на скорости, скрытности или магии — в любом случае весьма неудобный для меня противник. Оценка… Ничего не дает. Просто выводит "ошибка, объект закрыт".

— Ну и долго ты собираешься молчать? — уточнил я, так и не дождавшись каких-либо действий со стороны нашей собеседницы.

— Я нашла… — все тем же хрипловатым негромким голосом ответила та, с улыбкой склонив головку набок. — Теперь ход за тобой, Буревестник.

Эм… Чего? Странные у нее предъявы.

— И что я должен сделать? — решил я не озвучивать изначальный вариант, родившийся у меня в голове.

— Что-то, — пожала плечами девушка. — Это что-то связано со мной. И должно быть сделано в первую нашу встречу. И, в зависимости от твоего решения, я стану или другом… — сквозь повязку на мгновение просочился алый свет, — или врагом.

Я на всякий случай оглянулся назад, но Дось и Акроня только дружно развели лапками. Химэ же продолжала пялиться на звезды, начав еще и ножкой шаркать, всем своим видом говоря, чтобы я выкручивался сам.

На остальных надежды тем более не было.

И что мне делать? Странная баба, возникшая из ниоткуда посреди ночной улицы, заявляющая, что я должен с ней что-то сделать… Может быть, трахнуть? Да не-е-е-е… С такими предложениями такие красотки на ночных улочках не подходят. А если вдруг подошли, то знайте — вас считают лохом с кучей бабок и валить лучше сразу и подальше.

Сразиться?

Внимательно посмотрев на неподвижную и все так же загадочно улыбающуюся девушку, прислушался к ощущениям.

И тут же почувствовал как вдоль хребта пробежала липкая капля пота, а в голове в ответ на подобное предположение отчаянно забилась только одна мысль.

"Тронешь ее — и тебе пиздец".

Уж не знаю, что у нее там за характеристики, артефакты или способности, но меня она ушатает не напрягаясь.

Значит так… Спать с ней рано. А, учитывая только что открывшееся мне откровение, то как-то и не хочется. Я не настолько экстремал, чтобы ебать то, что может убить тебя одним движением. Сражение откладывается по той же причине.

Остается что?

Проигнорировать. Или поговорить.

— Эм… — я почесал затылок, попытавшись подобрать слова, но в голове роился один обыкновенный бред.

— Щас попросит сиськи показать, на что спорим? — раздался за моей спиной тихий шепоток.

— А ну не прижимайся ко мне так, грязная псина! А Господин не настолько мелочный! Он ее сразу завалит и поимеет прямо тут! Так что будь наготове, ловим момент и подключаемся!

Я. Их. Прибью.

Хотя мысль интересная… Так, стоп! Отставить!

— Я ими займусь, — шепнула Химэ, впрочем, не сходя с места.

Зато сзади раздался дружный возмущенный вскрик, перешедший в рассерженное сопение вампирши и счастливое мычание лис… волчицы.

— Буревестник, я начинаю терять терпение, — пальчики правой руки девушки с повязкой стали как-то недобро перебирать по рукояти кинжала, а на меня словно морозом повеяло. — Решай уже.

Помнится, совсем недавно одна особа тоже примерно так же настаивала на быстром решении с моей стороны… И закончилось все это очередной ляпнутой глупостью с последующим вырубанием моей несчастной тушки. Правда и плюшек отсыпало…

Плюшки. Тушка. Задание…

Щелк.

— О, смотри-смотри… Сейчас что-то ляпнееееееееее… о-о-о-ох!

— Мммммм…

Да что она там с ними делает?!

Переборов желание повернуться и посмотреть, так как, подозреваю, от такого зрелища меня может переклинить, я опять покосился на спокойную Химэ, с рук которой назад уходили извивающиеся алые жгуты. Мать моя… Тентакли?! Нет, все, не оборачиваюсь! Или посмотреть? Одним глазком… Нет! Нет-нет-нет! Важные переговоры с дойками пятого разм… то есть с непонятной и суперсильной чувихой!

Тряхнув головой, быстро ухватил за хвост ускользающую мысль.

— Эм… Как тебя зовут, говоришь? — уточнил я.

— Я не говорила, — улыбнулась девушка с повязкой. — Томирис.

Хм, почти как одну степную воительницу. Может быть… Да нееее… Бред.

— Так вот, Томирис… — я достал из кармашка пояса золотую монету и покрутил ее между пальцев. — Сколько стоят твои услуги… в качестве бойца?

Спрятанные за повязкой глаза теперь уже отчетливо полыхнули алым, а улыбка стала больше похожа на оскал. И я уж молчу про то, что в округе резко стало тихо-тихо. Как в могиле. Или, скорее в некрополе. Горло буквально сдавило удушливой атмосферой тлена и отчаяния, словно меня погребло под тоннами гниющих растерзанных трупов.

Ощущая, как волосы на ногах встали дыбом, а сердце пытается трусливо выпрыгнуть прямо через глотку, я коротко осмотрелся. У остальных ничего подобного не наблюдалось. Все были относительно спокойны.

Одному мне прилетело.

Когда через секунду, показавшуюся вечностью, я вдруг осознал, что начинаю медленно сходить с ума от такого давления, на мозги словно вылили чан ледяной воды, смывая наваждение и оставляя кристальную чистоту и свежесть в мыслях.

"Внимание! Активирована способность "игнорирование здравого смысла". Все негативные эффекты сняты".

Уф, палочка моя выручалочка!

Глубоко вздохнув, я призвал Копье и мысленно перебрал оставшиеся козыри, уже не сомневаясь в драке после подобной откровенной попытки втихую свести меня с ума.

Но девушка лишь задумчиво провела рукой по собранным в хвост волосам, миролюбиво улыбнулась и все тем же хрипловатым голоском почти пропела:

— Тридцать сребреников… и две души.

***

Высоко над поверхностью планеты, на огромном плоском камне черного цвета, стоял черный трон.

— И восседала на нем черная принцесса всех изгнанников и отщепенцев, — произнес соткавшийся прямо из вечной пустоты невысокий молодой человек.

Одет он был, мягко говоря, странно. Если бы не обстановка, то его можно было бы принять за обычного бездомного: старые, растоптанные туфли, мятая рубашка и серый от покрывающего его слоя пыли, изодранный деловой костюм.

Лицо можно было назвать по-своему симпатичным: зачесанные назад короткие черные волосы, грубые, резкие черты с широким носом и мощными челюстями. Глаза человека скрывали широкие зеркальные очки желтого цвета в круглой оправе, а из рта торчала зубочистка, которую он с удовольствием пожевывал. В руках человек держал столь же потрепанную на вид, как и он сам, катану, ножны которой были обмотаны какими-то пыльными лохмотьями.

— Явился, — вздохнула откинувшаяся на спинку трона Ауттэ.

— Жнец не приходит, когда его ждут, сестрица, — неторопливо растягивая слова, проговорил Мортэм.

— Вот поэтому тебя никто и не любит, — устало прикрыла глаза Тень. — Что ты наплел своей Вестнице? И почему она такая…

— Крутая? — расплылся в широкой улыбке Жнец.

— Странная, — покачала головой Ауттэ.

— Потому что так круто, — ее названный брат широко улыбнулся, показывая неестественно большие и квадратные, словно могильные плиты, зубы.

— Не увиливай, — поморщилась Тень. — Повторяю, что ты ей наплел?

— Ничего, в том то и дело, — Мортэм, продолжая улыбаться, похлопал себя по ноге ножнами старой катаны. — Просто немного туманных намеков. И пару старых пыльных свитков. И моя девочка сама себе придумала очень кррррутую историю.

— Про принца на белом ко… кислотнике, который спасет ее от доли Жнеца? — скептически выгнула бровь Ауттэ.

— Найссс, — протянул хриплым голосом ее собеседник, с лица которого все не сходил жутковатый оскал. — Но мимо. Моя девочка не настолько слаба, чтобы плакаться кому-то в жилетку. А если ваш Вестник окажется слабаком, то…

— То что? — обеспокоенно нахмурилась Тень.

— То будет не круто, — расхохотался Жнец хриплым лающим смехом, начав медленно растворяться в окружающей пустоте.

Ауттэ тяжело вздохнула и прикрыла глаза.

Ее проблемный братец вступил в игру…

2.

— Устал так, что пиздец, — сказал я, падая в кресло напротив двух девушек.

Василиса, как всегда сидевшая за заваленным документами письменным столом, вопросительно выгнула бровь, а Ласатардия осторожно поставила на журнальный столик фарфоровую чашку с каким-то травяным настоем.

Обстановка была самая что ни на есть тихая и романтичная: полумрак, негромко потрескивающий камин, уютная обстановка комнаты, напоминающей домашний кабинет какого-нибудь писателя девятнадцатого века… И единственное, что ее омрачало — это моя недовольная харя. Ну и рожа нашей страшненькой наследницы престола.

— Я уже не буду напоминать тебе про правила поведения в присутствии принцессы, — закатила глаза Василиса, — но хоть привести себя в порядок сначала мог?

— А что не так, товарищ Орлова? — почесал я щетину. — Ваш главный ударный отряд вернулся с рейда по тылам, так сказать, противника, я пришел отчитаться, а она еще и недовольна?

— Вот только тебя никто никуда не посылал, — покачала головой Васька.

— А посылать никуда и не надо, я сам прекрасно себе проблемы на задницу нахожу, — оскалился я. — Мы как партизаны, всегда готовы подгадить врагу в любое время дня и ночи. Так вот, докладываю… Этим вечером мною было совершено проникновение на территорию неизвестного бандформирования с целью совершения обрезания засранцам голов и головок тупыми ножницами правосудия. В ходе акции мною были добыты: хвостатые зверолюди в отряд, две штуки, а также отмороженная служительница Мортэма, адын штук. Гнездо порочных игрищ было частично зачищено при содействии сил местного правопорядка, поголовье коих также было существенно снижено.

Ласатардия непонимающе посмотрела на Василису, явно прося ее перевести выданный мною бред. Что она и сделала достаточно емко и коротко.

— Он опять влез в какую-то жопу.

— Истину глаголишь, дщерь самого ебильного народа, — смиренно сложил я лапки перед грудью. — А еще я там наткнулся на Гирви, который бросил моих ушастиков на арене, а сам в это время шлялся по тюремным камерам, вырезая и тюремщиков и пленников. И я очень хочу знать подробности его задания.

— Он должен был просто войти в контакт с одной из Семей, — нахмурилась принцесса. — Я не приказывала ему устраивать резню…

Повисла тишина.

Васька думала, что-то бормоча под носик, Ласатардия вновь начала потягивать свою настойку, странно на меня поглядывая, а я просто ждал, расслабившись, наконец, после долгой ночки.

Время, кстати, уже потихоньку подбиралось к рассвету, но это значения не имело — все равно днем особо по городу не побегаешь, потому как ориентировочка на мой прекрасный лик была даже у последней помойной шавки.

— Ладно, разберемся, — тряхнула головой Василиса. — Что-то еще? И о каком пополнении ты там говорил?

— Трое, но это мои заботы, — поморщился я. — Только предупреди своих, чтобы не лезли к девушке с повязкой на глазах. Это может вызвать неадекватную реакцию и гору трупов.

— Может быть ты удивишься, — негромко захихикали девушки, переглянувшись, — но такая инструкция была дана по отношению к каждому из твоего отряда.

— Ну что ж поделать? — криво усмехнулся я, разведя руками. — Не мы такие, жизнь такая…

***

Закрыв за собой дверь, я мысленно поставил галочку напротив пункта "отчет перед начальством". Собственно, зарулил я к нашим боссам в юбках только ради одного — выведать насчет старины Гирви. И частично мои подозрения подтвердились: хоть он и действительно выполнял приказ Ласатардии, но вот делал это сугубо по-своему. Что не понравилось ни мне, ни, как выяснилось, принцессе с ее стратегом.

Ладно, пусть сами разбираются, лишь бы платили и под ногами не мешались — и так своих проблем валом. Вроде бы одну решаешь, а еще с десяток выплывает.

— Хочу нажраться, — вздохнул я и поплелся к себе.

Впрочем, шел недолго — все же убежище было не таким большим.

В выделенной мне норе оказалось пусто. Не в смысле, что всю мебель вынесли, а в смысле, что никого не было.

Раздевшись, я ополоснулся в купальне и соскреб щетину кинжалом, особо не заботясь о коже — после всевозможных извращений, что проделывали с моей бедной шкуркой в этом мире, подобное казалось детским лепетом. Хотя маты все равно вызывало. Впрочем, ранки быстро зарегенятся — проверено.

Оценив результат процедуры простым ощупыванием, так как зеркала не нашлось, остался доволен и, обернув вокруг пояса какую-то простыню, вернулся в комнату. Прошлепал к кровати и уже собирался плюхнуться на нее и немного поспать, как из угла комнаты раздался чуть хрипловатый голос.

— Вестник…

По спине пробежал холодок.

Это у нее такой особый скрыт, охрененная прокачка навыков, или какая-то фича, что может вот так запросто сидеть в двух шагах от меня и хуй ее заметишь? Или это просто у меня глаза на жопе?

— Андрей, — буркнул я, садясь на кровать и осматривая прислонившуюся спиной к стене и скрестившую руки под обалденной грудью девушку.

— Можно и так, — со спокойной улыбкой тихо прохрипела она. — Но это не отменяет того, что ты — Вестник. Как и я.

— И что это должно значить? — уточнил я, разглядывая ее фигурку.

Блин, опасная баба с кучей саблезубых рад-тараканов в голове, но вот грудь и задница — просто отпад…

— То, что мы избраны богами, — ответила Томирис. — Избраны, чтобы вершить судьбу этого мира.

Еще и фанатизмом от нее попахивает. Хорошо, хоть в этот свой кружок имени Бога-Мертвителя никого не зазывает, а то вообще атас был бы.

— Угу, — кивнул я. — Вот только пока все в точности до наоборот — и Судьба, и мир, и боги имеют меня во все дыры без смазки и перерывов. Самое время напевать гимн яойщика и учиться получать удовольствие от процесса…

— Это только пока, — повела она плечиками, полыхнув скрытыми за повязкой глазами. Впрочем, последние меня интересовали мало — я залип на вызванное этим движением покачивание другой пары глаз. — Но ты можешь обрести силу в любой момент…

— Достаточно лишь продать задницу кому-нибудь из небожителей, — закончил я за нее, припомнив "щедрые" предложения богов во время сражения с незримым. — Вот только нахуй мне такое могущество не нужно.

— Совсем? — склонила голову набок Томирис.

— Представь себе, совсем, — усмехнувшись, я развел руками. — Меня тогда до конца моей собачьей жизни в покое не оставят.

— Тебя и так не оставят, — хрипло рассмеялась убийца. — Такова судьба всех Вестников.

— Знаешь, мне говорили, что я могу "убирать" Судьбу, как Буревестник. Плюшка такая особая.

— И именно поэтому я здесь, — кивнула Томирис и начала растворяться в темноте.

— Чтобы уйти от своей Судьбы? — нахмурился я.

— Нет, — последней, как у одного известного котика, исчезала улыбка девушки. Вот только она напоминала мне совсем не добрую версию той сказки, а интерпретацию одного весельчака по имени МакГри. — Чтобы ты не ушел от своей…

Я сосредоточился и, врубив на полную Жнеца и собственную чуйку, попытался нащупать грудастую засранку. И ничего. Вот только дверь не шелохнулась — так и стояла закрытой. Значит, либо эта девица стоит сейчас где-то рядом и я ее банально не ощущаю, либо у нее есть что-то вроде моей "метки Тени", или еще какого-нибудь телепорта, но точно не обычного — здоровенную алую воронку портала, что я видел у местных магов, хрен замаскируешь.

Кстати о "метке".

Я встал и, выбрав угол потемнее, коснулся рукой пола.

— [Здесь будет скрытый путь].

Конечность слегка тряхнуло, словно разрядом тока, после чего небольшой участок поверхности стал словно… более темным, что ли?

— Так, эскейп есть, а значит поставленную Ауттэ метку система не засчитала. Это радует.

На всякий случай я еще прошелся в тот угол, где стояла Томирис и поводил там руками. Ничего. С одной стороны, хорошо что она исчезла, с другой — жаль, потому как в груди теплилась надежда хотя бы пощупать эти дыньки.

— Что-то у меня приступ озабоченности, — почесал я затылок, возвращаясь к кровати. — Нужно на что-то переключить мозги.

Или сходить к кому-нибудь из девчонок.

Однако, одна часть моего организма с подобными планами была совершенно не согласна. И не та, о которой можно подумать.

— Грррр…

Я потыкал пальцем в бурчащий живот.

Блин, а когда я ел в последний раз? Что-то уже и не помню за всей этой беготней. Сев, в который раз осмотрел свой номер. Естественно, ничего съестного тут не было.

Со вздохом снова начал одеваться.

Еду в убежище можно добыть тремя способами.

Первый — это дождаться общего приема пищи в столовой, где несколько служанок готовят для всей оравы местных партизан-революционеров. Второй — это утащить со склада что-нибудь не требующее готовки, вроде хлеба с колбасой и сыром, и соорудить себе перекус самостоятельно. Третий — это подняться наверх, в особняк с которым связано убежище, и порыскать на их кухне, где всегда дежурит какая-нибудь кухарка.

Так как ждать общего перекуса и париться в очереди на раздачу мне не хотелось, а ползти наверх после ночных приключений было уже откровенно лениво, я принял решение в пользу второго варианта.

— Наделать бутеров, стащить винишка и расслабиться… — пробормотал под нос план, выскальзывая в коридор. Что еще для счастья надо?

Бесшумно прокравшись вдоль стен до лестницы, поднялся вверх на следующий уровень, где располагался продсклад. Кое-где дремавшие, а кое-где и вовсю бдящие коридорные меня вроде бы не заметили. Ну, или сделали вид, что не заметили — не суть важно.

Важно было то, что замок на складе, с которым я морально готовился выдержать тяжелейшее сражение, был уже открыт.

Прислушавшись к себе и не найдя отклика опасности, я осторожно толкнул дверь и сунул нос в просторное прохладное помещение склада, заставленное бочками, мешками и коробками, а также полное свисающих с потолочных балок вязанок грибов, трав, мяса и колбасок.

Тишина. И чуйка тоже молчком.

Аккуратно скользнул внутрь, достал кинжал и прикрыл за собой дверь.

Сосредоточился на чувствах Жнеца, пытаясь найти тут живого. Нащупал почти сразу. Прямо надо мной.

Ухожу резким перекатом в сторону, а на мое прежнее место с потолка падает мутная тень, едва различимая даже с ночным зрением. Рывком сокращаю дистанцию и пытаюсь схватить воришку, но тень шустро ускользает, чуть ли не просачиваясь меж пальцев.

Вот только воришка уже спалился. Не так много существ, присутствующих в убежище, способны на такие трюки. Да и где-то в районе затылка упорно звенит одна тоненькая, но нерушимая ниточка, соединяющая меня с метнувшейся к дверям тенью.

— А ну стоять, пушистая! — со смешком приказал я, заставляя воришку замереть на месте. — И к чему весь этот цирк?

— Простите, Хозяин, — Доська виновато прижала ушки к голове, сбрасывая скрыт. — Старая привычка. А Вы тут что, тоже еду воруете?

И такие честные-честные глаза. И здоровенный окорок, который она безуспешно пытается спрятать за тощей спиной.

— Не ворую, а получаю вне очереди, — усмехнулся я, прописывая мелкой наставительный щелбан. — А будешь жрать одно мясо, начнет шерсть выпадать от недостатка витаминов. Пошли нормальный перекус соберем.

Волчица весело зашуршала хвостиком и, подхватив какую-то плетеную корзинку, отправилась следом за мной по рядам со съестным. Вот только окорок свой так и не выпустила, втихаря начав его подгрызать.

Я лишь покачал головой, начав набирать вместо ветчины и хлеба для запланированных бутеров кучу всякой всячины для полноценного обеда. Стоило, наверное, сразу додуматься — тушку, в которую я вселил Доську, черт-те сколько морили голодом. Тут одними зельями не отделаться, требуется хороший регулярный рацион, чтобы тело восстановило силы и нарастило хоть немного мясца. Впрочем, в этом мире Системы с подобным намного проще — чем выше живучесть, тем скорее организм придет в оптимальную форму после ранений и голоданий. А учитывая завышенные показатели Дось, то прежние формы ее тело обретет буквально за пару недель. И, надеюсь, эти формы будут выгодно отличаться от ее предыдущей шкурки.

— Хозяин? — подозрительно посмотрела на меня волчица.

— А? А, нет, ничего, — тряхнул я головой, отводя взгляд от ее затянутой в плотный костюм скрытника груди и выкидывая из мозга пририсованные на их место воображением соблазнительные дойки.

И тут раздался скрип двери.

Мы переглянулись и, бесшумно поставив корзинки с честно натыренным на пол, скользнули по рядам в сторону входа на склад. И обнаружили там дружно пускающих слюни при виде открывшегося им богатства Юлю с Акроней.

— Ты по правой стороне, я по левой, — шепнула дроу вампирше, вручая мелкой корзинку из той же кучи, из которой брали мы.

— Без тебя разберусь, насекомое, — фыркнула та, но тару все же взяла.

— И чего это вы тут делаете? — ласково уточнил я, выходя из-за стены коробок как раз в тот момент, когда двинувшиеся по рядам вкусностей девушки забросили в корзинки первые свертки с едой.

— Э? А… Мммм… — вампирша сначала пораженно уставилась на меня, после чего едва ли не с мольбой посмотрела на Юлию.

— Хавчик тырим, — коротко ответила дроу, заставив вампиршу хлопнуть себя маленькой ладошкой по лбу. — А чего, нельзя?

— А Химэ с Егором? — прищурился я.

— Аааа… Там… — Акроня была явно не в своей тарелке, видимо не привыкла к подобным "рейдам".

А вот о дроу того же сказать было точно нельзя.

— У лестницы на шухере, — тут же сдала ушастая подельников.

Я тяжело вздохнул, после чего махнул рукой.

— Вы двое, тырите фрукты и выпивку. Хлеба и мяса мы уже нагрузили. Потом на оставшееся место забросим овощей и еще чего-нибудь вкусненького…

Кажется, тихий завтрак в одиночестве мне сегодня не светит.

3.

— И почему вы все набились именно в мою комнату? — проворчал я, взирая с кровати на то, как выделенная мне нора шустро превращается в помещение для гулянки.

Химэ и Егор откуда-то приволокли несколько столов. Наш хомяк и его крылатая подружка Лафииль, негромко о чем-то споря, сооружали в уголке самую настоящую газовую плитку. Причем детали для этой двухкомфорочной мечты студента доставал из пасти раздувшийся до размеров медвежонка Хома, а газ в металлической торбе подогнала крылатая алхимичка. И я совершенно не хочу знать, что за горючую смесь они там использовали!

Ну а дальше начался уже форменный беспредел — Егора и волчонка припрягли чистить овощи, а девушки дружно взялись за готовку под предводительством… Ужаса Ночи. Она, как оказалось, единственная среди всего этого цветника умела нормально готовить. На вопрос где научилась Монстря лишь загадочно улыбнулась.

Нокс, в своем неизменном бдсм-костюмчике, шипела и рычала на нерадивых кухарок, заставляя бедную Акроню икать, Химэ многозначительно проверять остроту ножа, Юлю тихо материться, Элли задумчиво почесывать рожки, а Дось периодически уходить в скрыт и пытаться сбежать от разделочной доски. Однако все дружно работали ножами, нарезая какие-то салатики и ингредиенты для супа или рагу — я точно не уверен, чем там собралась нас накормить тварь Бездны. Единственное, что было понятно — мяса будет много.

От подобной картины у меня, честно говоря, начала медленно течь крыша.

Хорошо, хоть Кроконяшка свалила в канализацию на охоту, а Томирис благоразумно не показывалась, а то бы наша красноглазая Шоколадка и их бы не постеснялась припахать.

И мой мозг тогда бы окончательно впал в коллапс.

Чтобы не казаться совсем уж бездельником, я полез смешивать коктейли. В свое время это у меня, кстати, неплохо получалось. В ход пошли вино, самая настоящая водяра и соки, которые мне втихую подогнал Хома (не за бесплатно, естественно), ну и немного "Слез Дракона". Совсем капельку. А то большинство собравшихся обычным пойлом не прошибешь.

Закончив со всем этим и поняв, что возиться девушки будут еще минимум полчаса, я тихонько сел в уголочке и решил пока "уйти в себя". Причем в самом буквальном смысле — нужно было глянуть, что творится у меня с душой после очередного пинка от Бездны, да попытаться достучаться до Чешуйки, которая так и не отзывалась с момента получения сообщения о смерти отца.

Скользнуть в астрал получилось просто. Даже слишком просто. Стоило прикрыть глаза и подумать о своем замке, как я уже очутился там.

— Ну, хоть восстанавливается, — оценил я размеры висящего среди пустоты камушка, который явно увеличился в размерах.

Руины, к слову, так и остались руинами. Вроде бы где-то трещины заросли, вроде бы булыжников прибавилось, но они все так же не шли ни в какое сравнение с изначальным строением.

Осмотр ядра тоже ничего нового не дал. Все тот же треснутый шарик с заплаткой на боку. И кучей разноцветных блямб: черная клякса Бездны, красное пятно Граора, аккуратный белый круг Мют и… тонкая черная паутинка Ауттэ, словно бы наброшенная на верхнюю часть шара.

Мда, Богиня-Тень все-таки своего добилась.

— Ладно уж, зато сиськи помял, — грустно усмехнулся я.

— И что, этого тебе достаточно для счастья? — раздался рядом знакомый томный голосок.

— На большее, уж извини, пока пойти не рискну, — развел я руками, повернувшись к теневому силуэту Ауттэ. — Кстати, раз уж пришла… Что там с заданием моим? Засчитано?

— Ну, скорее да, чем нет, — уклончиво ответила богиня, чуть покачав изящными бедрами. — Потому как дров ты наломал знатно. Постарайся третью миссию так не запороть.

— Тут уж как получится, — вздохнул я. — Сама знаешь, у меня все всегда через жопу.

— Угу, — кивнула Тень и начала неспешно растворяться. — Кстати, будь осторожен с Вестницей Смерти. Последователи моего брата, как и он сам, никогда не отличались здравым смыслом…

— Это я уже понял, — ответил я пустоте.

Еще раз оглядевшись, уже собирался отправляться на поиски Саси, но тут заметил чуть в стороне от ядра что-то странное.

Комок черного клубящегося тумана с парой алых глаз, который на фоне окружающей тьмы было заметить не так-то просто.

Это что, ко мне Бездна в гости заглянула? Да не, вряд ли. Старушка любит обозначать свое присутствие задолго до того, как ее заметят.

Может быть очередной "квартирант" закинутый Древнейшей во время обращения к ее силе? Это уже более вероятно.

Осторожно подплыв к комку тумана, я осмотрел его со всех сторон. И ничего. Если предыдущий засранец, которого я скинул в глубины варпа, просто пылал ненавистью и жаждой крови, а тот же Саси обычно транслировал чувство голода и любопытства, то эта новая хрень была… просто была.

Единственное, что я смог от нее уловить — это легкое безразличие. Что-то вроде посыла "ебитесь в пень, а мне и так неплохо". В ней не ощущалось даже силы, которая из порождений Бездны обычно бьет через край.

— И что же ты такое? — почесал я затылок. — Древнейшая, не соизволите объяснить? Нет? А хотя бы намекнуть? Молчок. Типа, сам разбирайся? Ну окей.

Понимая, что делаю очередную глупость, осторожно протянул руку и коснулся туманчика. Я ожидал чего угодно, но только не того, что случилось.

Меня просто проигнорили.

Вот честно, такое чувство, что там ничего и нет. Ну сунул руку, высунул, ну опять сунул… И ничего. Ноль внимания, фунт презрения.

Еще какое-то время поэкспериментировав, я понял только то, что ничего не понял. И ничего с этой херней поделать не могу — как бы я ни старался, даже коснуться этого тумана не получалось.

— Ну и хуй с тобой, Золотая Рыбка, — в итоге сдался я и, плюнув, спикировал вниз, к земле. — Саси? Тварь тентаклевая, ты где? Вылезай, разговор есть!

Небольшой черно-красный комок Ловца Душ выкатился из-под какого-то камня и остановился, уткнувшись мне в ноги.

— Йасасайх тут, — проскрипела тварюшка. — Что нужно?

— Чешуйку помнишь? — уточнил я. — Сможешь провести в ее амулет?

— Зеленый дракон, — фыркнул комок, вяло шевеля тентаклями. — К ней не нужно. Она тут.

— Саси! — раздался за моей спиной обиженный возглас. — Я же просила!

— Я — Йасасайх! — возмущенно вздернул вверх щупальца монстрик. — Я — Ловец Душ! Я — не подушка для слез! Пф!

И быстро втянулся в землю.

Мда. Похоже, дракошка беднягу настолько доконала, что он радостно сдал ее мне и быстро свалил из зоны видимости. А учитывая, что он вообще ее терпел, да и развлекал тут Доську, пусть и весьма своеобразно, то… возможно, тварюшка и не такое уж чудовище.

Обернувшись, я увидел Чешуйку.

В ее облике почти ничего не изменилось. Все тот же нелепый шар изумрудных волос с хвостиком и небольшими рожками, покрытые чешуей руки и ноги, чуть загорелая кожа, фривольная зеленая тога, едва прикрывающая упругую задницу и трещащая под напором пышной груди.

Вот только с симпатичной мордашки исчезло то наивное выражение, а из чуть раскосых фиалковых глаз — задорный огонек любопытства.

Я молча развел руки.

— Чего? — прищурилась дракошка.

— Ну… — я слегка потряс широко разведенными руками и пояснил. — Подставляю свою широкую могучую грудь, дабы прекрасная дева выплакалась и забыла все невзгоды в моих жарких объятьях.

Чешуйка посмотрела на меня как на ущербного дурачка, после чего отвела взгляд в сторону и фыркнула.

— Еще чего.

— Ну как хочешь, — усмехнулся я. — Только учти, сильные и независимые женщины чаще всего встречают старость в окружении десятка кошек…

— Мне до старости еще далеко, человек, — оскалилась дракошка, сверкнув в мою сторону глазами. — Зачем пришел? Шантажировать?

— В смысле? — заинтересовался я.

— Ну… — дракошка немного смутилась, но быстро взяла себя в руки. — Отец мертв, так что награду или наказания тебе ждать не от кого. Мачеха моя, если выжила, тоже вряд ли что-то будет предпринимать — не в повадках дроу заботиться о потомстве, тем более о чужом. Так что держать амулет с моей душой для тебя просто нет смысла…

— И ты подумала, что я либо буду домогаться, либо ставить еще какие-то условия, грозясь выбросить амулет? — продолжил я за нее.

Чешуйка кивнула и опустила взгляд в землю.

Ну что мне тут сказать?

— Мелькала такая мысль, признаюсь, — дракошка вздрогнула от моих слов и чуть отступила назад. — Но как-то не хочется. В смысле, ты, конечно, симпатяжка и очень даже в моем вкусе, несмотря на скверный характер и излишнюю жесткость некоторых частей тела. Но мы и до этого неплохо сработались, как считаешь?

Девушка подняла на меня удивленные фиалковые глаза.

— Сработались?

— Ну да, — улыбнулся я. — Или напомнить, кто тут вовсю давал мне весьма полезные советы, пока всякие небожители чесали задницы и тихо ржали над моим барахтаньем? Да и энергией ты меня обеспечиваешь. К тому же у нас контракт, заверенный Бездной. Не думаю, что при всем расположении ко мне, Древнейшая за своевольный разрыв соглашения просто погрозит мне пальчиком. Скорее, она этот пальчик мне в жопу до самого желудка засунет и наизнанку вывернет. Так что хватит кукситься и давай делать обнимашки!

Я повторно развел руки.

— Ну? — я призывно потряс руками. — Обнимашки!!!

Дракошка, поколебавшись, все же шагнула вперед, давая ее обнять.

— Воооот, хорошая девочка, — погладил я пышную шевелюру между рожек.

— Руку с попки убрал, — строго сказала девушка, уткнувшись носом мне в воротник. — А то оторву и скажу, что так и было.

— Ладно, ладно, уговорила, — скривился я, продолжая гладить ее волосы одной рукой, а вторую перемещая с аппетитных ягодиц на талию.

Какое-то время мы просто стояли молча.

Я ей не мешал и не торопил.

По себе знаю, каково это — терять близких. И прекрасно помню, как иногда в такие минуты хотелось просто с кем-нибудь обняться и тихо выплакаться. Вот только, чаще всего, у меня никого такого рядом не находилось, так что приходилось плакаться белочке на этикетке бутылки…

— Что дальше делать-то будем? — спросил я через некоторое время.

— Не знаю, — ответила дракошка.

— Что, прям совсем не к чему стремиться? — хмыкнул я, немного отстраняя девушку от себя и заглядывая ей в глаза. — Например, к собственному телу? По крайней мере я был бы не против подобного…

— Собираешься и меня в свой гарем монстров включить? — прищурилась Чешуйка.

— Не без этого, — засмеялся я. — А что? Вполне логичная и достойная награда за подобный подвиг! Личный дракон-горничная! Будешь тапочки по утрам носить на пару с Нокси…

— Или яйца кое-кому откушу, — оскалилась она, отстраняясь и делая шаг назад. После чего состроила вполне серьезную мордашку. — Мне нужно время на раздумья. Пока предлагаю оставить все как есть.

— Не возражаю, — потянулся я, разминая пусть и астральные, но почему-то затекшие мышцы шеи. — У самого проблем сейчас — хоть жопой жри. Кстати, ты не в курсах, что это за черная елда рядом с ядром болтается?

— В курсе, — усмехнулась рогатая девушка. — Вот только тебе не понравится ответ.

— Да мне много вещей не нравятся, — пожал я плечами. — Но они от этого не исчезают. Так что давай, рожай.

— Тень Касии, — загробным голосом возвестила она.

— И че? — я поковырял пальцем в ухе. — Ни о чем не говорит.

— Это та штука, в которую ты чуть не превратился, призвав Бездну в последний раз, — раздраженно пояснила дракошка.

— А-а-а-а… — протянул я, многозначительно кивнув. — Ну да, ну да… И че?

— Еще одно "и че", и я тебе кое-что откушу, — угрожающе клацнула клыками моя чешуйчатая подруга. — И будь уверен, в реальности они так же высохнут и отвалятся!

— Ладно, ладно — поднял руки я, на всякий случай немного отступая назад. — Просто мне это все действительно ни о чем не говорит. Эта тень опасна?

— Сама по себе — нет, — глянув на висящую над нами кляксу, ответила дракошка. — Насколько мы с Саси сумели разобраться, это скорее что-то вроде ключа-активатора. Если накачаешь эту штуку маной Бездны, превратишься в Касию. От того, сколько зальешь силы, зависит длительность превращения.

— И где подвох? — уточнил я.

— Спроси у своей покровительницы, — пожала плечами девушка. — Могу только предположить, что контролировать Касию будет весьма… непросто. Да и активация потребует времени — все же ты пока сразу на нескольких планах работать не умеешь, так что придется перемещаться сюда и проводить накачку вручную. Посреди боя это, понятное дело, сделать будет сложно.

— А ты накачать эту… Тень Касьяна силой Бездны не сможешь? — я задумчиво прикидывал варианты использования такого козыря.

— Касии, — автоматически поправила меня Чешуйка и сдула лезущую в глаза челку. — Нет уж, спасибо! Вот только в Бездну мне лезть не хватало!

— Ладно, тогда хай висит, раз есть не просит, — махнул я рукой. — Одной бомбой под моей жопой больше, одной меньше… Пойду я уже в реальность. Ты, кстати, тоже подключайся, там сейчас, чувствую, весело будет.

— А что, мой голос в ухе уже не раздражает? — засмеялась она.

— Да привык как-то, — пожал я плечами и, прикрыв глаза, вынырнул в реальность.

***

Вернулся из астральных далей я как раз вовремя.

— Хозяииииииин! Она меня обижаееееееееет! — с визгом повисла на мне Дось, виляя, пусть и не таким как раньше, но все равно довольно пушистым хвостиком.

Я перевел взгляд с красной от гнева Юли, сжимающей поварской тесак, но не решающейся подойти ко мне, на пунцового от стыда Егора, безуспешно пытающегося скрыть здоровенный засос на шее. После чего заглянул в честные-пречестные глазки повисшей на мне хвостатой извращенки.

— Шкуру сменила, а суть осталась прежней, — вздохнул я, отвешивая ей подзатыльник.

— Яй! За что?!

— За все хорошее, — ответил я, ловя диверсантку за пушистый хвостик. — Мумунька!

— А? — захлопала та большими добрыми глазами луговой коровки.

И ведь не скажешь, что эта фигуристая дамочка в скромном… ну ладно, не таком уж и скромном наряде горничной может ударом щита размазать по стене рыцаря вместе со всей его броней.

— Сюда иди, озабоченная моя, — поманил я ее пальцем.

— Ты, надеюсь, вот прям сейчас групповуху с этими хвостатыми устраивать не будешь? — раздался у меня в ухе голос Чешуйки со странной, брезгливо-заинтересованно-ожидающей интонацией.

"Прямо сейчас — нет. Но в планах что-то такое уже мелькает", — мысленно ответил я ей.

После чего встал с кровати и, держа тихо подвывающую от восторга Доську вниз головой за хвост и ноги, торжественно вручил ее ничего не понимающей Элле.

— Мумунька, это Дось.

— Мы уже познакомились, — ответила она, разглядывая покачивающуюся у нее на руках тушку.

— Твоя задача на вечер — не давать ей приставать к Егору, — после чего, подумав, добавил. — И к Хоме.

— Пи?! — поднял на меня шокированные глаза наш главбух.

— Именно что "пи", — усмехнулся я.

— Как пожелаете, Хозяин, — поклонилась тавра, демонстрируя просто примерную кротость и огромные бидоны, едва не вывалившиеся из глубокого декольте.

— Знаешь… — задумался я. — Вот еще что… Химэ!

— Мммм? — подала та голос, отрываясь от разглядывания жарящей мясо Нокс. Запах, кстати, стоял просто умопомрачительный. Не знаю, что она там готовит, но сожрать я это готов вместе с руками!

— А ты следи за ними обеими. Чтобы не лезли к Егору и Хомке.

— ПИ! — бедный хомяк схватился за сердце и изобразил обморок. Причем, я не совсем понял, это он от перспективы стать жертвой домогательств со стороны двух озабоченных самок, или от того, что я его этой перспективы пытаюсь лишить.

— Ой, бедняжечка! Ой, моя маленькая лапушка! — запричитала Лафииль, тут же зарывшись в сумочку на поясе. — Ничего, сейчас я тебя на ноги поставлю… Как раз нужно было один составчик испытать… Ты только не оживай раньше времени…

— ПИИИИИИИ!!! — заверещал ее пациент и, скукожившись в размерах до обычного комнатного грызуна, черной стрелой бросился под мою кровать.

— Куда?! — кинулась следом крылатая.

— А кто будет следить за мной? — тем временем спросила Химэ, склонив головку набок и провожая взглядом наших алхимиков.

— Надеюсь, у тебя-то мозгов хватит не делать глупостей, — усмехнулся я.

— У меня-то хватит, — вернула мне усмешку блондинка. — А вот у тебя?

— Все, готово! — прервала назревающую перепалку Нокс, снимая со сковородки последнюю порцию.

— Тогда все за стол!

Через минуту я с удовольствием отметил, что постарались девушки на славу. Два прямоугольных стола, поставленные друг к другу боком, были заставлены раздобытым где-то сервизом из тонкого фарфора (судя по печальному взгляду Хомы, "выдоенным" из его безразмерных запасов). Куча разномастных салатов, жареное мясо с овощами, какой-то супчик, бутылки с соком и вином, графины с морсом, графины с моими коктейлями… И довольные рожи, рассевшиеся вокруг.

Я обвел взглядом собравшихся.

Химэ, пристроившаяся справа от меня. Загадочная блондинка с холодным взглядом, доброй улыбкой и весьма странным отношением к жизни. Сейчас она вполне мирно и довольно что-то мурлыкала себе под нос, периодически косясь в мою сторону.

Егор и Юля. Двое не шибко везучих попаданцев из какого-то технического мира, очень похожего на мой родной. Ушастики уже мило ворковали, что-то друг другу нашептывая и явно едва сдерживаясь от более откровенных действий.

Акроня. Мелкая вампирша с убойной ледяной магией и куриными мозгами. Она сосредоточенно морщила лобик, что-то высчитывая в уме и сжимая в маленьких ладошках кружку с дымящимся супом.

Хомка и Лафииль. Довольно загадочные для меня личности, тем не менее незаметно вписавшиеся в наш маленький коллектив. Один — возникший буквально из ниоткуда хомячок-мутант с замашками жадноватого прапора, вторая — девушка из крылатой расы с маниакальной тягой к алхимическим экспериментам. Кстати, вспоминая одну нашу с Дось знакомую, я начинаю думать, что все крылатые девушки так или иначе испытывают маниакальные тяги.

Элли и Дось, устроившиеся рядышком и о чем-то уже подозрительно шепчущиеся. При этом они кидали в мою сторону ТАКИЕ взгляды, что моя задница начинала странно играть, предупреждая об угрозе здоровью и рассудку. Так, лучше на них не смотреть, а то спровоцирую раньше времени.

По другую сторону от Доськи сидел Ашур — биологический брат-близнец позаимствованного нами тела. Паренек вяло ковырялся в тарелке и затравленно оглядывался вокруг, явно не понимая, куда попал и что он тут вообще должен делать. Кстати, он так и не заговорил. И, если после сегодняшней гулянки не расслабится и его не "отпустит", то нужно будет все же покопаться у него в мозгах перчаткой Милосердия.

Ну и Нокс, скромно усевшаяся слева от меня. В последнее время Ужас стала вести себя чуть более адекватно. Или же только старается так показать, пытаясь усыпить мою бдительность? Впрочем, неважно. Если продолжит таким темпом, то может и сама не заметить, как маска станет реальным лицом.

— Ну, ладно, — я поднял бокал. — Думаю, можно…

Скрипнула дверь и в комнату ввалилась здоровенная чешуйчатая туша. Обвела нас тремя горящими желтыми глазами и возмущенно зашипела.

— А вот не надо! — возмутился я. — Вон, мы тебе в углу половину бараньей туши оставили! Специально на склад за ней возвращались!

Проследив за моей рукой, Няшка довольно рыкнула и, гибко извернувшись всем телом, скользнула к своей закуске, попутно подцепив любимое яйцо из притащенного Хомой переносного гнезда.

— Ладно, дубль два, — пробормотал я, отворачиваясь от довольно урчащей твари. — Предлагаю…

Дверь снова распахнулась.

Мы с удивлением уставились на замерших на пороге Василису и Ласатардию, за спинами которых нерешительно мялся десяток солдат в тяжелых латах.

— Нам сообщили, что вы тут переругались, собрали продукты в дорогу и решили отчалить! — нервным голосом оповестила нас Васька. — Это правда?

— Дашь мне потом того "шпийёна", я ему лично мылом сообщалку вместе с давалкой прочищу, — я многозначительно посмотрел на пустое место позади Ласатардии, где ощущал присутствие скрытника. — Мы просто решили перекусить, но немного перестарались.

— Нужно же иногда отдыхать, — "ласково" улыбнулась нашему начальству Химэ.

— Блин, напугали, — устало выдохнула Василиса, после чего махнула рукой. — Тогда мы пошли, не бу…

— Подожди, — поймала ее за руку Ласатардия, и бросила через плечо. — Вольно, солдаты. Идите по постам.

Перечить принцессе не решились и коридор быстро расчистился. Скрытник, к слову, тоже испарился от греха подальше. После этого Ласатардия аккуратно прикрыла за собой дверь и, потащив ничего не понимающего стратега следом, гордо прошествовала к столу.

— Места еще для двоих не найдется? — уточнила она.

— П… Принцесса? — Васька растерянно переводила взгляд с меня на начальство. — У нас дела! Там бумаг целый стол!

— Йорген справится, — возразила ей Ласатардия. — Как раз с задания вернулся.

Больше спорить Василиса не стала. Да и, судя по всему, не особо-то и хотела.

А я… Ну не гнать же их с вечеринки?

Пришлось потесниться. А так как за стульями бежать всем было влом, поступили по-простому: Акроню, как самую мелкую, посадили мне на колени, а Юля на своего благоверного уже сама залезла.

— Ну а теперь, наконец, можно и нажраться! — возвестил я, щелкнув по уху вампиршу, впавшую в легкий ступор то ли от счастья, то ли от возбуждения.

***

Как гласит древняя мудрость моего народа, если утром хорошо, значит погуляли плохо, а если утром плохо, значит погуляли хорошо…

Так вот, судя по моему состоянию, гульнули мы вчера АХУЕННО!

Кое-как сев, я огляделся и, обнаружив мутным взором стоящий рядом на столике тазик с водой, тут же сунул в него морду.

Брррр… Ледянющая! Кайфффффф…

Выждал минуту, пока все лицо не онемело от холода, после чего вынырнул, растер щеки руками и нырнул снова.

После пятого раза стало полегче. По крайней мере, голова начала хоть что-то соображать, а перед глазами все перестало плыть и рябить.

— Ну как, герой-любовник, ожил? — послышался в ухе голос Чешуйки.

"Не совсем", — ответил я мысленно. — "Но, по крайней мере, уже не труп. Бляяяяя… Че вчера было-то? Или сегодня?"

— Вчера, вчера… — хихикнула Чешуйка. — Уже утро. Тебе перечислить ВСЕ, или только самое важное?

"Начни с важного", — решил я, понимая, что "все" может растянуться надолго.

— Тогда скажу самое-самое важное, — как-то подозрительно захихикала дракошка. — Советую внимательно осмотреться и открыть вооон то мигающее сообщение.

Я удивленно захлопал глазами и, последовав совету своей подруги, обвел помещение взглядом.

Хм… А ведь точно, не моя нора. А чья? Бля, не помню.

Апартаменты были обставлены куда как роскошней наших "номеров": огромный пушистый ковер на полу, широкая мягкая кровать, картины и украшения на стенах, резные гардеробные и обычные шкафы, пышущий теплом магический камин…

Где-то в районе копчика зародилось очень-очень-очень нехорошее предчувствие. Прям пиздец какое нехорошее. Словно я не глядя подмахнул какую-то бумагу, а потом понял, что это был пожизненный договор на участие в "Доме-2". То есть, вроде бы как и платят хорошо, и известность на всю страну, но при этом лучше самому себе голову тупым ножом отпилить, чем вляпаться в это дерьмо!

Меееееедленно обернувшись, я увидел…

— Бляяяааааааааааааааааа…

Повернулся обратно. Схватился за голову руками. Сжал так, словно хотел выдавить из нее собственный ебильный мозг. Расширившимися от ужаса глазами уставился в пол, пытаясь развидеть увиденное. К сожалению, картина уже выжгла себя на подкорке, упрямо заявляя, что никогда ее не покинет и будет вечным источником моих глубинных фобий…

КАК?!

ДА ЧТОБ МЕНЯ НА ГЕЙ-ПАРАДЕ ОБЪЯВИЛИ КОРОЛЕВОЙ ВСЕХ МЕНЬШИНСТВ, КАК?!

Там же была толпа баб! Элли, Акроня, Химе, Нокс, Доська…

КАК?! ОТВЕТЬ, ТУПОЙ ТЫ ВЫРОДОК, КАК?! КАКИМ МЕСТОМ ТЫ ДУМАЛ?!

Причем, даже собственный хер не упрекнешь, что это он за меня все решил… ПОТОМУ ЧТО, БЛЯДЬ, ОН ТУТ ЯВНО ПАЛ ЖЕРТВОЙ, КОТОРАЯ СОПРОТИВЛЯЛАСЬ ДО ПОСЛЕДНЕГО!!!

— А ведь это еще не все… — с загадочным злорадством произнесла Чешуйка.

Как не все?!

Что может быть хуже ЭТОГО?!

— Сообщение глянь.

Поколебавшись, я бросил еще один взгляд через плечо, словно желая убедиться, что там действительно ОНА, после чего потянулся к мерцающему конвертику непрочтенной системки.

Сердце екнуло. Пропустило три удара. Задница сжалась так, что лом бы не переломился, а оказался бы спрессован до состояния лезвия, которым можно было бы спешно вскрыть себе вены… лишь бы не читать. Лишь бы не знать.

Сглотнув, я выдохнул и мысленным приказом развернул сообщение.

***

"Поздравляю, идиота кусок!

Тебе даруются новые титулы!

"Первый и единственный фаворит Принцессы!" — ты действительно первый, кто решился покуситься на эту "Королевскую Орхидею".

"Претендент на трон!" — по закону королевства Валликт, отец первого ребенка наследной Принцессы автоматически становится ее мужем и занимает ее место в очереди на Престол, если не было никаких дополнительных соглашений до момента зачатия!

Внимание! В случае смерти Принцессы до родов, данный титул аннулируется!"

***

Я посмотрел на собственные руки.

Их била крупная дрожь.

— Пиздец… — это было единственным, что я смог сказать…

ГЛАВА 186. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 1)

ШОК И ТРЕПЕТ

1.

Ближе к обеду ударный отряд Ее Величества в полном составе был собран в одном из кабинетов убежища.

Я лично с утра пробежался по всем помещениям и пинками, матом и рыком вытряхивал эти сонные помятые хари из постелей и объятий друг друга, давая два часа на то, чтобы привести себя в порядок и явиться на брифинг.

К слову, расположение тушек оказалось вполне предсказуемым. Ну, почти предсказуемым…

Химэ, Акроня и Дось обнаружились в моей комнате и, судя по доносу Чешуйки, прежде чем нажрался до невменяемого состояния и был выловлен Ласатардией, я вчера успел поразвлечься со всеми тремя. Должен признать, это хоть немного утешило мое разбитое сердце…

Егор и Юля нашлись в своей комнате, сладко посапывая в обнимку… с лежащей между ними Нокси. Честно говоря, я малость окосел от такой картины. Однако еще больший шок испытала эта троица, когда осознала и, частично, вспомнила произошедшее.

В комнате Элли обнаружились сама Мумунька и… Ашур. И зарывшаяся в сиськи тавры рожа волчонка была до того счастливой, что я ни мгновения не колеблясь вылил на обоих ведро ледяной воды. То ли от такой побудки, то ли от эпичного перетраха с озабоченной коровкой волчонок наконец заговорил. Причем матом. Правда, ровно до того момента, пока не встретился со мной взглядом… А чего ты хотел, блохастый? Пока ты тут развлекался с моей шикарной рабыней, я там… меня… ААААА! К черту!

Хомка, Лафииль и Кроконяшка, в отличие от остальных, обнаружились в довольно невинном виде. Няшка свернулась вокруг своего ненаглядного яйца, рядом с ней дрых раздувшийся до размеров медведя черный хомяк, а между ними пригрелась крылатая алхимичка, прижимая к плоской груди пустую бутылку из-под вина.

А вот с Васькой вышел казус. Я обнаружил ее в комнате, выделенной Томирис. На вопрос нахуя она к ней поперлась, внятного ответа я так и не добился. С какого перепугу следом ломанулась Тай, которая чуть позже также присоединилась к нашей гулянке, тоже объяснить никто не смог. И почему две пьяные дуры попробовали наехать на жутковатую Вестницу — это вообще загадка. Итог был закономерен. И хорошо, что обошлось без трупов. Только две обнаженные девичьи тушки, связанные "черепашкой" и подвешенные за руки-ноги к потолку, да уставшая от "трудов праведных" Томирис в такоооооом костюмчике, что я на мгновение впал в ступор и чуть не начал называть ее "Госпожой". Уж не знаю, что Вестница там делала с нашими стратегом и скрытницей, но довольными остались все…

***

Когда наш зоопарк… пардон, ударный отряд, расселся вокруг стола, я кивнул Ваське и та, откашлявшись, начала инструктаж.

— На данный момент мы почти полностью контролируем район бедняков, а также избавились от верной Королю части тайной стражи, — начала она, после чего небольшой деревянной указкой провела по расстеленной в центре стола карте. — Сейчас задача вашего отряда будет состоять в том, чтобы провести несколько акций во Внешнем и Внутреннем городе. С теми людьми, с которыми можно договориться, будут работать другие. Ваши цели — это те из ключевых персон, кто никогда не пойдет за Принцессой добровольно. Их нужно либо запугать, заставив остаться в стороне и не оказывать поддержку Королю, либо просто… устранить.

Василиса прервалась, обведя собравшихся ожидающим взглядом. Правда, чего именно она ждала, я так и не понял. Что мы начнем возмущаться? Радеть за права человека на свободу воли, или противиться подобному произволу против "мирных граждан"?

Увы, но никто из моего отряда особым человеколюбием не страдал. Разве что только в гастрономическом плане.

— Начну с самых простых, — вздохнув, продолжила стратег. — И по возрастающей, а вы уж сами решайте кто и за что возьмется… Внешний город, торговец Ругиюс Доа. Не самая важная шишка, но имеет определенный вес в торговой гильдии, так как держит монополию на некоторые виды дорогих южных специй. Живет с семьей в небольшом особнячке. Охрана — десяток слуг да пятерка верных ему наемников. Обычные вояки, хоть и достаточно опытные.

— Егор и Юлия, — тут я не сомневался, потому как задание действительно должно быть не сложным, а ребятам нужен опыт. Очень нужен. — Дось, прикроешь их.

— А… — начал было Егор, но его тут же одернула сидящая рядом подружка.

— Справимся! Причем без этой блохастой! — дроу крайне недружелюбно зыркнула в сторону невинно хлопающей глазками Доськи. — Лучше ее на какое-нибудь другое задание пошлите…

— Девочка, — "ласково" улыбнулся я, заставив Юлю опустить ушки горизонтально и вцепиться в руку Егора. — Тебя никто не спрашивал. Но для верности я уточню. Работаете исключительно сами. А "блохастая" вмешается, только если вы совсем все испортите. В этом случае задание будет считаться проваленным, и можете готовить свои длинные локаторы к порции заслуженных пиздюлей. Ферштейн?

— Кхм… Мы поняли, — ответил за обоих Егор, теперь уже сам одергивая дроу, собиравшуюся опять что-то ляпнуть.

— А… А можно я с сестрой? — неуверенно подал голос Ашур.

— Тогда не "с сестрой", а с ушастыми, — кивнул я. — За Доськой поспеть у тебя способностей не хватит.

— Вот детали, ознакомьтесь, — Василиса, взяв из стоящей рядом с ней стопки тоненькую папочку, перекинула ее ушастой парочке. Егор тут же зарылся носом в текст, а Юля, закатив глаза, всем своим видом просигналила, что полностью доверяет планировку парню. Васька, глядя на нее, лишь покачала головой и продолжила. — Вторая цель также во Внешнем городе. Один из старших офицеров городской стражи, рьяный сторонник Короля. Семьи нет, ближайших родственников тоже. С недавнего времени живет и работает в казармах, крайне редко их покидая. Скорее всего, именно там его и придется брать…

— Казармы городской стражи во Внешнем городе… — я задумчиво почесал подбородок, обводя отряд взглядом и пытаясь подобрать самый адекватный вариант исполнителей. — Хомка, возьмешься?

— Пи? — хомяк удивленно захлопал глазками-бусинками.

— Чего "пи"? У нас тут всего два адекватных варианта: ты или Химэ с Акроней. Вот только во втором случае эти казармы, вместе со всей стражей, просто перестанут существовать.

— Говоришь так, словно я монстр какой-то… — недобро улыбнулась Химэ.

— Еще какой, — буркнула Акроня под нос. — Эти жалкие черви и двух секунд против нее не протянут. Я там только мешаться бу… ОЙ-ОЙ-ОЙ!!! БОФНО-БОФНО-БОФНО!!!

— Так или иначе, но идет Хома, — усмехнулся я, глядя как наше смертоносное биооружие с наслаждением растягивает щечки старой вампирше.

— Пииииии, — вздохнул хомякоид, но кивнул.

— Отлично, — Василиса перекинула вторую папку, которая тут же была скручена трубочкой и засунута в пасть. — Далее… Внутренний город. Аукционный дом. Там живет и работает один из богатейших людей города — Критофер Нолдорн. Старый друг Короля и та еще тварь, если честно. Его следует устранить. Без вариантов. Но охрана работает на высшем уровне: десятки личных телохранителей, ловушки как физические, так и магические, да еще и договор с храмовниками — чуть затянете с атакой и в спину ударят жрецы и паладины.

— А вот тут точно Химэ с Акроней, — усмехнулся я, глядя на блондинок. — Пришли, максимально быстро прихлопнули все, что шевелится, и свалили.

— Прям все-все-все? — загорелись глазки у вампирши.

— Это же аукционный дом, — нахмурилась Химэ. — Там должны быть ценности, артефакты…

— Они хранятся на отдельном хорошо охраняемом складе, — покачала головой Василиса. — Максимум, будет какая-нибудь мелочевка. Основные лоты привозят уже непосредственно перед продажей. Кстати, этот самый склад одновременно с вами будет брать один из наших отрядов, так что шума нужно наделать побольше, чтобы они оттянули от него охрану.

— Мы уж постараемся, — кивнула Химэ.

— Детали тут, — третья папка скользнула по столу, остановившись перед девушками, а Васька взяла в руки последнюю. — И на сладкое осталось самое… неоднозначное.

— В каком смысле? — нахмурился я.

— Сопроводить Принцессу на бал, — улыбнулась Василиса, а сидящая рядом с ней Ласатардия скромно опустила глазки в пол…

У меня задергалась щека.

— Кхм… Прежде чем ты начнешь буянить, поясню, — быстро проговорила Василиса, пока остальные удивленно переводили взгляды с меня на Принцессу. — Это небольшой закрытый бал в одном из особняков древнего знатного рода. Лояльные нам аристократы требуют встречи с Принцессой, чтобы засвидетельствовать ей свое почтение, дать заверение в верности и прочее. Сам понимаешь, ловушкой это все прям разит, но и отказаться мы не можем, потому как это даст повод трубить по всем углам что Ласатардия либо мертва, либо просто трусиха, недостойная трона. Придется там показаться, так что и отряд прикрытия должен быть… соответствующим.

Я прикрыл глаза и глубоко вздохнул.

Так, все, спокойней… Дело нужно делать, а с этими двумя махинаторшами я еще разберусь. Кстати, вот прямо сейчас, после брифинга, и займусь.

— Элли, Нокс и Кроконяшка, — перечислил я оставшихся в "свободном доступе" бойцов.

— Может быть, я лучше с Химэ поменяюсь? — подала голос Нокси.

— Нет, — покачал я головой. — Но вечернее платье оденешь. А Элли идет в форме горничной. Только в "нормальной" форме, а не в этом… — я покосился на улыбающуюся тавру. — А не в этом наряде из секс-шопа.

— А я? — почти обиженно подала голос Томирис, заставив всех скрестить на ней удивленные взгляды.

— Эм… побудешь пока в резерве, хорошо? — предложил я.

Выпускать эту сумасшедшую на улицы мне точно не хотелось.

— Только в этот раз, Вестник Бури, — слегка скривилась девушка, явно недовольная подобным.

— Тогда предлагаю всем пойти отдохнуть до вечера, — улыбнулась Василиса, радуясь, что все прошло относительно тихо. — Все миссии, за исключением бала, лучше будет выполнить после заката. А вот начало приема назначено на вечер, так что после полудня нужно уже быть готовыми. Чуть позже я пришлю к Нокс, Андрею и Элли швей, чтобы сняли мерки и подогнали костюмы.

— Угу, все свободны, — кивнул я, не поднимая задницы из кресла. — А я пока переговорю с нашим начальством… касательно возникшей недавно трудности.

В кой-то веки меня послушались без пререканий и дебатов. Просто молча встали и вышли. Зато вот Василиса, криво улыбаясь, буквально примерзла к стулу, переводя нервный взгляд с меня на молчаливую Ласатардию.

— Ну что, девочки, — я оперся локтями на стол и, сплетя перед собой пальцы, обвел двух махинаторш многообещающим взглядом. — Ничего не хотите мне сказать?

— О… о чем? — отвела взгляд Васька.

— Например о том, какого хуя не сработала моя способность "контрацепции"? — уточнил я. — Я прекрасно помню, как наложил ее на всех еще в самом начале гулянки. И действовать она должна была, учитывая мои характеристики, чуть больше трех суток. Так что "случайности" тут исключены.

— Может быть, мне просто захотелось немного ласки? — улыбнулась принцесса, заставив меня поспешно отвести взгляд.

— Гнать-то не надо, — буркнул я. — "Хотелось бы немного ласки", просто затащила бы меня по-пьяни в постель. В конце концов, внизу все девушки одинаковы, а внешность не столь важна, сколь старание и навыки…

Пиздеж с моей стороны, конечно, но не лишенный доли правды. Если баба в кровати молчаливое бревно, то там уже никакая внешность не спасет…

— Так что колитесь, орешки, — продолжил я. — Нахрена была нужна эта "системная свадьба" и…? — я не договорил. Просто язык не поворачивался. Но они меня и так прекрасно поняли.

Нет, я конечно, в какой-то мере был готов к такому событию. Все же не мальчик уже. Даже, когда-то, сам этого хотел… С Галькой.

Но, блядь, не с этой же страхолюдиной! Да еще с ТАКИМИ последствиями!

Нахер мне этот трон?! И так прибитые к жопе проблемы тянут, наверное, уже к третьему дну глобальной безысходности, а тут еще и за целое королевство впрягаться?!

— По законам Валликта, — негромко произнесла принцесса неожиданно певучим приятным голосом, — без мужа я не имею права на трон. Аристократы просто не признают. Часть из них меня и поддерживает только из расчета потом выдать замуж за кого-то из своего рода. И в последствии, после родов, тихонько удавить…

— А не боишься, что они после такого поднимут бунт и переметнутся к Королю? — уточнил я.

— Пусть, — улыбнулась Василиса. — Даже лучше будет, если такие колеблющиеся вскроются сразу. Тогда мы просто оплатим тебе их головы.

Я откинулся на спинку кресла и посмотрел на двух интриганок.

— Другие претенденты на престол? — задал я вопрос, на который, каюсь, до сих пор не потрудился найти ответ. Надобности не было.

— Две сестры, — ответила Ласатардия. — Одна пропала без вести несколько лет назад. И я сильно подозреваю, что, как и наша мать, "пропала" она в подвалах моего отца. Младшую отдали замуж за наследника одного богатого рода из южных земель, причем с условием полного отказа от трона с ее стороны, со стороны ее мужа и всех их потомков. Двое младших братьев. Права на трон не лишены. Но ни они сами, ни кто-либо из более-менее весомых фигур даже не рассматривают их в качестве претендентов. Один — бабник-извращенец, садист и просто… не слишком приятная личность. В отца пошел. Второй — неплохой торгаш, но никак не политик. Таким образом, главные претенденты на трон это я и мой старший брат. У брата больше влияния, все же мужчина и первенец, но… Его больше интересуют внешняя политика и странствия, чем "протирание штанов в этом гадюшнике". К тому же, мы с ним давние союзники и против меня он не пойдет.

— Королева? — припомнил я страшноватую толстуху на троне. — Или кто это тогда в тронном зале был?

— Очередная кукла отца, — скривилась Ласатардия. — Насколько я знаю, он от нее уже избавился.

Я вздохнул и прикрыл глаза.

Мда, веселое положение, ничего не скажешь.

Может быть, просто грохнуть ее? Да нееее… Я, конечно, местами отморозок, но не настолько же.

— Что от меня потребуется в качестве "короля"? — приоткрыв один глаз, уточнил я. — И можно от этого дерьма как-то отвертеться?

— Только с моей смертью до родов, — улыбнулась Ласатардия, заставив меня тут же закрыть глаз обратно. — После этого титул будет закреплен пожизненно, или до отречения в пользу кровного наследника. От тебя же потребуется только присутствие на коронации и периодическое появление на некоторых значимых событиях. В остальное время ты свободен делать что хочешь, с управлением королевством я сама прекрасно справлюсь, — и все же вот так, с закрытыми глазами, ее оказалось неожиданно приятно слушать. Негромкий такой голосок, чарующий и мягкий. — Ну и исполнение супружеского долга. Короне нужны наследники.

Кррр.

Кажется, это мой хрен втянулся в тело, с ужасом зажимая единственный глаз и грозя отгрызть собственные яйца…

2.

В одном из темных переулков Внешнего города притаились трое.

Среднего роста лесной эльф, высокая дроу с тонкой изящной фигуркой и сутулящийся зверочеловек волчьего вида с абсолютно седыми волосами на всклокоченной шевелюре и хвосте.

Одеты они были примерно одинаково: черные тканевые костюмы с полумасками на нижнюю часть лица, сапоги с толстой мягкой подошвой и высокими облегающими голенищами, гибкие панцири из дубленой кожи с кольчужной прослойкой и наручи из легкого черненого металла. Существенно разнилось только оружие. Эльф держал в руке короткий жезл мага, больше напоминающий булаву из-за алого камня на конце, а на поясе дополнительно болтался ритуальный кинжал загнутой когтевидной формы. Дроу была вооружена легким, чуть изогнутым клинком с односторонней заточкой, и набором метательных ножей, закрепленных на поясе и плечах. Волк же несколько выделялся на их фоне более тяжелым вооружением: массивный прямоугольный щит из металла, обтянутого дубленой кожей, тяжелый двуручный меч с волнистым лезвием за спиной, короткий клинок без гарды на поясе, и массивный латный наруч с перчаткой на правой руке.

Дождавшись в глубине переулка, пока по опустевшей улице пройдет патруль стражи с магическими светильниками, троица переглянулась и бесшумно рванула через мостовую к каменной стене. За этой преградой, высотой в два с гаком метра, находился задний дворик небольшого особнячка, принадлежавшего торговцу Ругиюсу Доа.

У самой стены, несмотря на опасность быть замеченными усиленными патрулями стражи, волк вдруг придержал парочку ушастиков за плечи и прислушался к чему-то, водя треугольными ушами из стороны в сторону. После чего показал товарищам странный жест рукой и три пальца. Дроу в ответ кивнула и достала из креплений три метательных ножа, зажав их лезвия меж гибких пальчиков правой руки. Волк поставил щит на землю, прижался спиной к стене и выставил перед собой сцепленные руки, готовясь подсадить ушастых.

Первой прыгнула дроу. В момент, когда ножка с сапожком встала на ладони Ашура, тот с неожиданной для своей комплекции силой подкинул Юлю вверх так высоко, что она подлетела метра на полтора выше стены. На секунду зависнув в верхней точке, дроу одним неуловимым для простого человека движением метнула все три кинжала. Смазанные алхимическим составом Лифииль клинки попали в трех сторожевых псов. У двоих, которым лезвия воткнулись в ляжки, мгновенно начался паралич, который будет продолжаться еще часов шесть, а третья псина словила кинжал шеей, тут же ткнувшись мордой в землю и начав заливать все вокруг темной кровью.

Сделав в воздухе изящный пируэт, девушка приземлилась на узкий гребень стены и тут же вытянулась на нем животом, чтобы не привлекать лишнего внимания своим силуэтом.

Вторым наверх улетел Егор, которого Ашуру уже не было необходимости так высоко подкидывать — достаточно было и того, чтобы эльф смог уцепиться за край. Подтянувшись, ушастый маг так же улегся на живот и они с подругой свесили вниз по одной руке. Волк тут же подкинул щит Егору, который тот скинул в траву на другой стороне стены, после чего, взяв небольшой разгон, прыгнул и сам, уцепившись за руки напарников и давая затащить себя наверх.

Вниз, с едва слышным шелестом одежды и травы, спрыгнули уже втроем одновременно.

Наблюдавшая за этим цирком с крыши особняка Доська, уже давно пробравшаяся на территорию, только закатила глазки и повела хвостом, непривычно куцым по сравнению с ее прошлым пушистым предметом гордости.

"Зато тут есть сиськи", — подумала сидящая в скрыте плутовка и, не удержавшись, слегка помяла через тонкую ткань черного костюма свой второй размерчик, который в будущем, когда это тело немного откормится, грозил плавно разрастись до третьего, а то и, в мечтах пушистой воровки, до полного четвертого!

Тем не менее, проникновение прошло успешно.

Быстро прошмыгнув по жиденькому саду, троица замерла у задней двери и напряженно прислушалась. Не уловив чуткими ушами лишних или просто подозрительных звуков, они уступили место у замка Юле, которая немного неуклюже приступила к взлому. Полученный ею редкий класс, "Клинок Ночи", давал возможность освоить навык взлома, в отличие от классов ее напарников. Однако, недостаток опыта в этом деле сказывался — провозившись минут пять, она так и не сумела вскрыть замок, издевательски глядящий на них глазками-болтиками.

Поняв, что так возиться дроу будет еще долго, Егор слегка похлопал ее по плечу и подал знак рукой, приказывая перейти к запасному варианту. Юля скривилась, забавно пошевелила носиком и ушками, но подчинилась, уступив место своему парню. Эльф выудил из поясного кармашка небольшой каменный сосуд, обернутый кожей, с пробкой из материала, напоминающего резину. Аккуратно откупорив тару, маг полил содержимое на петли двери, которые тут же с едва слышным шипением начали покрываться ржавчиной и осыпаться рыжей трухой. Резко запахло едкой алхимической смесью и напарники насторожились, ожидая что кто-нибудь из случайно проснувшейся прислуги или бдившей охраны может учуять запах. Но все обошлось.

Подхватив покосившуюся дверь, троица проскользнула внутрь дома и аккуратно приладила ее на место — если не присматриваться к петлям, узнать о произошедшем теперь можно будет только если попытаться эту самую дверь открыть.

Исходя из выданной им информации, спальня торговца и его жены должна была находиться на втором этаже. Путь туда лежал через лестницу в главном холле, к которому трио и двинулось по темным коридорам, устланным деревянным паркетом и украшенным картинами и столиками с цветочными горшками. К счастью, по пути им никто не попался, хотя за некоторыми дверьми было слышно сонное сопение, а за одной — негромкие стоны в три голоса.

Добравшись до конца коридора, Юля осторожно выглянула в холл через открытую дверь. Тут уже горели масляные лампы, давая тусклое, но достаточное освещение. У главной двери, расположенной прямо напротив лестницы, стоял столик, за которым молча резались в кости двое мужчин лет тридцати, в легкой кожаной броне. Играли на деньги, азартно подкидывая в общую ставку медные монетки и прислонив рядом к стене мешающие ножны с мечами. Впрочем, хоть наемники и были увлечены, но общались исключительно шепотом, не решаясь громкими голосами нарушить сон остальных обитателей дома.

Дверь, через которую заглядывала Юля, находилась сбоку холла, как раз между главным входом с охранниками и лестницей. И проскочить дальше незамеченными у троицы не было возможности.

Вздохнув, Егор поднял жезл и почти беззвучно пробормотал что-то себе под нос, помогая сплести чары пасами свободной руки. Через пару секунд к наемникам бесшумно устремились две едва заметные в полумраке магические стрелы из сероватого тумана. Голова одного наемника со стуком упала на стол, когда нижняя часть его шеи вместе с фрагментом груди разлетелась кровавыми брызгами вперемешку с ошметками мяса и кусками костей. Его напарник, видимо более чувствительный к угрозе, успел что-то почуять и прямо со стула ушел перекатом вбок, пропуская магический снаряд над собой. Однако больше наемник ничего сделать не смог — ему в глаз по самую рукоять воткнулся небольшой метательный кинжал. Магическая стрела тем временем исчезла, чуть-чуть не долетев до стены — Егор успел развеять, избежав лишнего шума.

Не став возиться с трупами, троица быстро пересекла холл и поднялась по лестнице, оказавшись в небольшом зале, из которого вели три коридора. Заглянув в левый, товарищи увидели еще одного скучающего наемника у, судя по предоставленному плану здания, нужной им двери…

Дось проникла в здание через чердачное окно, поддев лезвием кинжала крючок на внутренней стороне ставней. Бесшумно скользнув по пыльному чердаку, плутовка оказалась у запертого люка, ведущего в жилые помещения. Замок оказался хорошим — навесной, массивный, надежной гномьей работы. Впрочем, хвостатая воровка справилась бы с ним без труда… если бы он не висел с другой стороны люка.

Выругавшись про себя подсмотренным в памяти Хозяина выражением, Дось достала все ту же алхимическую дрянь и разъела ею петли люка. После чего вцепилась в дерево коготками и, с натугой приподняв, сдвинула тяжелую преграду в сторону.

Скользнув внутрь, плутовка оказалась в закутке третьего этажа. Неуловимой тенью прошмыгнув по темным пустым коридорам, она уже собиралась спуститься по лестнице вниз, чтобы проконтролировать своих подопечных, но… Заметила кое-что странное.

Вернее, даже не заметила, а сознание запоздало просигналило о каком-то несоответствии, неправильности в увиденном ранее. Не сумев побороть любопытства, волчица уже медленнее пробежалась обратно по тому же маршруту и остановилась где-то на его середине, около неприметной двери. Сама деревянная конструкция ничем примечательным не выделялась, но вот прямо под ней, по порогу, шла нарисованная мелком вязь каких-то символов, которые вызывали у плутовки непроизвольное беспокойство. Нет, не чувство угрозы, а просто беспокойство.

Поколебавшись, Дось легла на живот и заглянула в щель под дверью. Всю картину творящегося в комнате плутовка увидеть не могла, но и того, что было видно, ей хватило.

Солдаты. Не городская стража, а закаленные в пограничных боях высокоуровневые профессионалы регулярной армии. В комнатку их набилось не меньше двадцати человек, а в центре, уперев в пол длинный резной посох, стоял бородатый маг и, прикрыв глаза, что-то непрерывно колдовал.

Почему Дось до сих пор не учуяла столь явную угрозу, она поняла практически сразу. "Круг отторжения". Довольно редкая способность, позволяющая опытному магу иллюзий скрыть себя и небольшое число товарищей. И скрыть не в визуальном плане, а от разнообразных поисковых способностей и, в частности, навыка "предчувствия опасности".

Снизу раздался едва слышный скрип, сразу же за которым в комнате прозвенел колокольчик.

Дальше события понеслись вскачь.

Солдаты одновременно рывком распахнули замаскированные в полу люки и начали шустро прыгать вниз. Дось, поняв что нужно сделать хоть что-то, пинком распахнула незапертую дверь и кинула внутрь два небольших полых шарика из обожженной глины, тут же вновь нырнув под защиту стены, крепко зажмурившись и зажав ручками ушки. Стукнувшись об пол у ног мага, снаряды разбились и наполнявшая их жидкая смесь, соединившись с кислородом воздуха, мгновенно взорвалась с яркой вспышкой и громким хлопком. Потерявший сознание маг с сожженными до черноты ногами начал заваливаться на спину, а оставшиеся в комнате солдаты, не успевшие спрыгнуть вниз, оказались ослеплены и дезориентированы.

Тут же впрыгнув в комнату, Дось крутанулась юлой, метнув во все стороны более двух десятков отравленных игл, после чего тенью шмыгнула в ближайший распахнутый люк…

Дежурившему у дверей наемнику Егор снес полголовы магической стрелой. Опавшее на пол тело они, понятное дело, подхватить не успели — оставалось лишь надеяться, что никто этого тихого стука не услышал. Впрочем, оставалось им совсем немного — буквально за этой дверью должна была быть спальная комната торговца с женой. Троице нужно было лишь войти и "убедить" несговорчивого мужика поработать на принцессу. Или просто снести ему голову — это уже по обстоятельствам.

Юля за ноги оттащила труп с порога, после чего они с Егором заняли позиции по бокам от двери, а Ашур, коротко выдохнув, аккуратно ее приоткрыл.

Внутри царила темнота, но товарищам не составило проблем рассмотреть богатую обстановку комнаты и стоящую у дальней стены огромную резную кровать с балдахином. Вот только постель оказалась пуста.

Прежде чем троица что-то сообразила, в потолке коридора впереди и позади них, а также в самой комнате распахнулись скрытые люки, из которых посыпались солдаты в тяжелой броне, с щитами и короткими мечами. Товарищи оказались зажаты с трех сторон.

Раздались короткие хлопки тетивы и два болта навылет пробили ноги Егора, заставив того вскрикнуть от боли и упасть на колени. Юля умудрилась отбить летящий в нее болт мечом, а волк — щитом.

Рыкнув, Ашур рванул в комнату, инстинктивно найдя самый короткий путь к спасению — окно в спальне, ведущее на улицу. В комнате так же оказалось самое малое число врагов — всего четверо. Попытавшись сбить ближайшего к нему солдата ударом тяжелого щита, зверолюд внезапно сам оказался отброшенным встречным ударом, да еще и получил на шее царапину от другого бойца — еще бы чуть-чуть и Ашур просто лишился бы головы.

Юля, не дожидаясь второго залпа, схватила своего суженного за шкирку и потянула в комнату вслед за волком, пинком закрыв дверь.

В этот момент по ушам трио, как и по всем остальным, ударил мощный раскат взрыва, а через люки в потолке сверкнула яркая вспышка. Не успели они опомниться, как на голову одного из находящихся в комнате солдат приземлилась Дось и со всего маха всадила две иглы ему в глаза через узкие прорези забрала. Боец умер бесшумно, начав заваливаться на спину, а хвостатая плутовка с его плеч уже исчезла, вновь уйдя в скрыт.

Егор, не теряя времени и до крови закусив губу, выстрелил в ближайшего противника магической стрелой, испарив ему латы вместе с частью грудины. Больше ничего маг сделать не смог — широкие охотничьи наконечники болтов оставили ему серьезные раны и эльф быстро терял силы вместе с кровью.

Тем временем Ашур налетел сразу на двух оставшихся бойцов, которые блокировали подход к окну и оттягивали драгоценные мгновения, ожидая, когда их товарищи ударят противнику в спину. Вот только не успели они с волком обменяться и парой ударов, как им в зазоры между панцирем и шлемом прилетело по отравленной игле.

Юля забросила Егора на плечо и рванула к окну мимо заваливающихся бойцов как раз в тот момент, когда дверь в комнату распахнулась и ей в спину разрядили два арбалета. Один болт пробил девушке плечо, застряв в кости, а второй принял на щит успевший среагировать Ашур. Арбалетчики поспешно отступили в сторону, а в комнату ринулись бойцы ближнего боя в тяжелых латах, но они уже не успевали — выбив пинком ставни, дроу с потерявшим сознание от боли и кровопотери эльфом на плече выпрыгнула на улицу, а следом за ней сиганул и Ашур.

Двое наемников, дежуривших на воротах, попытались преградить им путь, но вырвавшийся вперед волк на бегу снес им головы, а потом таранным ударом щита выбил калитку, расположенную в правой части ворот.

Вырвавшись на свободу, трио быстро затерялось на темных улицах города.

Однако эта ночь только начиналась, и маленький хомяк за городом только-только закончил собирать свою РСЗО…

3.

— Тяжелая… — с натужной интонацией пожаловалась Акроня, усиленно махая крылышками.

— Что ты сказала? — ласковым голоском уточнила Химэ, висящая под ней в хитрой сбруе, которая крепилась к поясу и ногам вампирши.

— Н… Ничего… — испуганно отвела глаза та.

— Тогда не трать силы на разговоры, — хмыкнула Химэ и глянула вниз, где далеко под ее ногами виднелись хитросплетения улочек ночного города. — Снижаемся, вон этот "аукционный дом".

— К… куда? — едва не потеряв равновесия от налетевшего порыва ветра, уточнила несчастная кровососка.

— Давай на крышу, а там просто пройдемся по этажам, — решила Химэ.

По собранным Василисой данным, Нолдорн большую часть времени обитал в личных покоях на самом нижнем подземном этаже. Логичнее в этом случае было бы вломиться прямо через парадный вход, но… Бывший капитан фрегата рассудила, что будет слишком много ненужного шума — учитывая текущий уровень нервозности в столице, охрана парадной двери по-любому будет усилена до упора и даже с их способностями без пыли не обойдется. Намного проще будет высадиться на крыше и потихонечку пройтись по всем этажам с самого верха, ведь далеко не факт, что цель обнаружится именно в подвале.

Конечно, девушка помнила, что ее просили "пошуметь", но решила сделать это перед уходом, чтобы в случае чего можно было спокойно смотаться на базу, не боясь завалить миссию.

Как Химэ и рассчитывала, пост на крыше пятиэтажного здания был совсем жиденький — всего два человека, которых она быстро сняла, сотворив из собственной крови два кристаллических летающих кинжала. Оружие, едва слышно прошелестев в воздухе, воткнулось караульным точно в подбородок, пробив мозг и мгновенно умертвив людей. После чего клинки начали медленно опускаться на камень крыши, поддерживая трупы от резкого падения с сопутствующим грохотом.

Плавно опустив Химэ рядом с жертвами, Акроня отстегнула раздражающую ее сбрую и тут же, не удержавшись, с хлюпающим звуком присосалась к шее одного из караульных, чьи души только-только готовились отлететь в объятья Бездны, а тела были полны жизни и маны.

— Что? — спросила вампирша, отрываясь от трапезы через десяток секунд. — Знаешь сколько сил тратится на полет?

— Пошли уже, — отвернулась от нее Химэ. — И рот вытри.

Вампирша с сожалением вздохнула, после чего быстро вытерла губы полой плаща убитого человека и поспешила за Химэ, которая уже открывала люк на верхний этаж здания.

В этом здании замок на чердачный люк на ночь не вешали, решив, что караульных будет достаточно. Все-таки пятый этаж, а местные люди были совсем непривычны к атакам сверху — десантируемые с воздуха войска в этом мире были крайней редкостью.

На верхнем уровне оказалось безлюдно — эти комнаты, судя по обстановке, использовались под номера для гостей аукциона и сейчас пустовали. У ведущей вниз лестницы дежурил стражник в легких латах и с самым скучающим выражением на лице.

— Стоять! Ты откуда взялась?! — запаниковал он, увидев двух приближающихся к нему уверенным шагом девушек. — Да еще и с ребенком…

— Р… Ребенком?! — у Акрони дернулся глаз и она злобно прошипела себе под нос формулу.

Караульный хотел сказать что-то еще, но беднягу снесло ледяной сосулькой и тело, выбив находившуюся за караульным дверь, с грохотом покатилось вниз по винтовой лестнице.

Химэ вздохнула и отвесила вампирше подзатыльник.

— За что?! — надула та щечки.

— За несдержанность и запоротое "тихое" проникновение, — пояснила биороид, прислушиваясь к звукам вокруг и собственным ощущениям. — Ну да, услышали. Метни на лестницу какие-нибудь чары поубойнее.

Акроня пару раз хлопнула глазками, словно не веря в то, что сейчас услышала, после чего ее губы медленно растянулись в широченную улыбку.

Вампирша повернулась в сторону лестничного проема, откуда уже слышались ругань и лязг брони. Вытянув перед собой маленькие ручки, похожее на девочку старое чудовище нараспев зачитала формулу чар.

— [Даха тай миро нот ле гсе од вира шай, Дха Тэеле асша!]

С каждым словом меж ее ладошек появлялось все больше и больше слегка светящихся серебряных снежинок, которые начинали бешено вращаться вокруг незримого центра, постепенно сливаясь в яркий искрящийся шар. Акроня дочитала формулу как раз в тот момент, когда на лестнице показались первые противники. Увидев радостно скалящееся "чудо", первая пара закованных в латы бойцов резко остановилась, явно не зная, что им делать — то ли рваться вперед, прямиком под непонятные, но по-любому очень опасные чары, то ли быстренько отступить назад, через ряды напирающих сзади товарищей.

Решить что-либо они уже не успели.

Маленькая вампирша спустила доведенные до готовности чары, и искрящийся снежный шар, оставляя за собой след из опадающего на пол инея, устремился в направлении лестницы. Пролетев через дверной проем, магический снаряд ударил в грудь первому охраннику, мгновенно обращая того в кусок смерзшегося мяса и покрытых коркой льда доспехов. Однако, на этом действие чар не закончилось.

Заморозив первую цель, снаряд распался, превратившись в ворох светящихся снежинок. Они конусом разлетелись за спиной жертвы, рикошетя от стен, ступенек и доспехов, кружась и мельтеша в воздухе… Вниз по лестнице понесся искрящийся вихрь красивого серебристо-белого цвета, мгновенно замораживающий все, что попадало в поле его действия.

— Хм! — гордо вздернула носик Акроня, не обращая внимания на стекающий по лбу и вискам пот. — "Дыхание Зимы"!

Химэ, подумав, отвесила ей второй подзатыльник.

— Теперь-то за что?! — возмутилась мелкая вампирша.

— Как нам теперь спускаться по этому катку? — ткнула пальцем в сторону обледеневшей лестницы Химэ.

— Эм… — Акроня попыталась что-нибудь быстро придумать, но, увы, на ум ничего путного не шло. Впрочем, как обычно.

Тяжело вздохнув, Химэ направила руку в пол. Спустя мгновение прямо через кожу ее ладони начала сочиться кровь, собираясь во что-то, напоминающее тонкий бур. Когда орудие сформировалось, девушка отвела руку и бур повис в воздухе. Короткое движение пальцев и кристаллическое орудие с визгом вгрызлось в пол, буквально за пару секунд просверлив небольшое отверстие на следующий этаж. Еще одно движение пальцев, больше похожее на скупой взмах дирижера, и бур потек, стал плоским, отрастил зубья… и вот уже перед Химэ воткнутое в пол полотно пилы.

Зашуршали начавшие двигаться зубья и пила, повинуясь позерскому взмаху блондинки, с умопомрачительной скоростью сделала круг почета с девушками в центре.

Раздался треск досок, визг вампирши, и вот часть пола вместе с блондинками рухнула на этаж ниже, придавив пару спешивших куда-то охранников и перепугав еще пятерых.

— Мальчики, где некто Нолдорн обитает не подскажете? — обворожительно улыбнулась им Химэ.

Парни улыбку не оценили и потянулись к висящим на поясе клинкам.

— Ну как хотите, — пожала девушка плечиками и лениво махнула рукой. Хлесткий удар тонкого гибкого шнура из алого кристалла прошелся по их шеям, заставив Акроню нервно сглотнуть, глядя на оседающие на пол и фонтанирующие во все стороны кровью безголовые трупы.

— Стой тут и следи за лестницей, — приказала вампирше Химэ. — Я быстро проверю этаж и пойдем дальше.

Окружив себя десятком летающих кинжалов, блондинка быстрым шагом направилась вперед, даже не пытаясь как-то скрываться или уворачиваться от изредка летящих в нее стрел, болтов и мечей. Ей это было не нужно — подобные раны от столь смешного оружия ее тело даже не замечало. А вот мельтешащие в воздухе алые кинжалы разили без промаха. Собирая обильную кровавую жатву…

На зачистку всего этажа у жутковатой блондинки ушло всего две-три минуты, после чего они уже проверенным способом отправились ниже, где все повторилось по кругу…

Ни какой-либо угрозы, ни опасности Химэ не ощущала и со спокойной улыбкой зачищала этаж за этажом, оставляя позади себя только изрезанные, измочаленные трупы и окровавленные коридоры, пока они с понурившейся вампиршей, которая только и сделала, что пару бросков сосулек, не добрались до входа на третий подземный этаж. Никто похожий по описанию на Нолдорна им до сих пор так и не попался, так что шансы были пятьдесят на пятьдесят: либо цель была тут, в самом конце пути, либо уже давно свалила.

Потянув на себя ручку, Химэ открыла дверь и… с удивлением увидела свежую каменную кладку. Нахмурившись, маг крови прислушалась к себе, ощущая нарастающую угрозу, непонятно откуда взявшуюся.

— Уходим, — коротко скомандовала она, резко разворачиваясь и бросаясь в обратную сторону.

Но было уже поздно. Выход с этого уровня, выложенного тесаным булыжником, был перекрыт такой же каменной кладкой. И прежде чем девушки успели что-то сделать, каменный мешок, в котором они оказались, затопила волна жаркого пламени…

Арвентур-Ши дар Камор был одним из сильнейших магов огня в Королевстве Валликт. У него был семьдесят восьмой уровень, а за спиной стоял опыт многих военных компаний и огромное количество поединков. Но кроме всего этого на его стороне было кое-что еще…

Возраст.

Арвентур-Ши был стар. В этом году ему должно было исполниться уже сто сорок семь лет — просто феноменальный для человека возраст. И по причине своей старости, маг уже давно не покидал столицу вообще, и свой особняк рядом с храмовым кварталом Внутреннего города в частности. Ему уже не было дела до политики, до войн и прочих мирских дрязг. И эти самые дрязги старательно обходили его стороной — заработанная в юности репутация весьма скорого на расправу человека работала как пугало, защищая пенсионера от большинства поползновений. А те, кто все же пытался что-то от него добиться, считая просто старым, растерявшим силы маразматиком, в один прекрасный день просто исчезали, оставив после себя только гуляющий по ветру невесомый пепел.

Впрочем, как уже было сказано, старый маг практически не покидал своего дома. Вся его родня уже давно жила своей жизнью, друзья отошли в мир иной, а враги как-то повывелись. Вот и оставалось дар Камору попивать чай у камина, листать старые фолианты, да любоваться формами трех ухаживающих за ним рабынь-служанок. К сожалению для мага, дальше любования дело не шло — возраст брал свое.

И вот в один весьма и весьма странный день к нему на порог принесло еще более странного гостя. Короля.

С заданием.

Маг, отошедший от первого удивления, уже собирался вежливо послать венценосную особу, отбрехавшись тем, что стар и давно уже ни на что не годен, но… Вот этих самых пресловутых "но" оказалось два.

Задание было всего на одну ночь, причем в пределах даже не города, а буквально на соседней улице. Но это "но" было не самым веским.

За его услуги Король выдал магу "филактерию души".

Откуда у монарха был этот артефакт, маг спрашивать не стал. Просто молча кивнул и пошел готовиться, уже мысленно обдумывая, на что он мог бы потратить свою будущую вторую жизнь. И в первую очередь в мыслях старика крутились аппетитные попки его служанок…

И вот, уже на следующий день, Арвентур-Ши сидел в потайной комнате какого-то подвала, в "круге отторжения", вместе с двумя армейскими магами — земляным и иллюзорным. Иллюзорный держал "круг", а земляной готовился поймать в ловушку их жертвы — двух каких-то девчонок. Вокруг магов, то ли для солидности, то ли для подстраховки, стоял десяток солдат-пограничников регулярной армии. Закаленные в боях с демонами, эльфами, зверолюдами и всевозможной нечистью ветераны. Все выше тридцатого уровня, с мощным артефактным снаряжением и презрением к смерти в холодных глазах.

Почему на пару каких-то девушек устроили столь изощренную западню с привлечением таких специалистов, дар Камор не знал. И, если честно, не хотел знать. Стоит только несчастным войти в заготовленную ловушку и попасть под его пламя — выжить у них шансов не будет. Против магии такого уровня не спасала защита даже мифического ранга…

Вот молодой замляной маг подал знак и движением руки опустил часть стены, ведущую на второй подземный уровень дома, ставшего смертельной западней.

Арвентур-Ши поднял руки и с улыбкой, вызванной давно забытым чувством от использования одного из высших заклинаний, метнул заранее заготовленный шарик в проход. Его коллега тут же поспешно запечатал проход, после чего они все дружно развернулись и поспешно отправились по подготовленному заранее длинному узкому коридору прочь, заделывая за собой проход. Ибо жар от "Небесного Испепеления" мог сжечь их даже сквозь толстый слой сырой холодной земли и камня…

Через несколько минут, выбравшись на поверхность, они вернулись к дому.

— Нужно проверить, — вздохнул маг земли, нервно поглядывая на стягивающиеся со всех сторон отряды стражи.

— Как хотите, — пожал плечами дар Камор, с легкой иронией глядя на своих юных коллег. — А я пошел. Моим старым костям вреден ночной холод…

— Но… — попытался возмутиться земляной маг, но иллюзорный коллега поспешно заткнул ему рот рукой.

— Благодарим за честь участвовать в сражении вместе со столь великим героем, — почтительно поклонился он, — Карета прибудет с минуты на минуту.

— Я пешком, тут недалеко, — хмыкнул старый маг, и неспешно выстукивая посохом по мостовой отправился прямо сквозь почтительно расступившиеся ряды стражи.

Но пройти он успел только метров сто вдоль улицы.

После чего с удивлением обернулся, услышав за спиной сначала жуткий грохот, а потом перепуганные крики людей. Старые глаза мага, усиленные несколькими способностями, без труда разглядели все подробности происходящего.

В стене дома, под которым была ловушка, зияла огромная дыра, из которой вырывалось пламя. Его, дар Камора, пламя "Небесного Испепеления", от которого дрожал воздух, плавился камень и осыпалось пеплом дерево.

И тут по спине старика пробежала капля пота, а сердце кольнуло давно забытое чувство страха.

Потому что из самого жерла этого рукотворного вулкана, словно из глубин легендарного Ада, о котором с упорством твердят некоторые религии, прямо по воздуху выплывала человеческая фигура.

Черный обугленный силуэт, окутанный пламенем.

Шлейф черного пепла от сгоревшей плоти.

Треск лопающихся от жара костей.

Беззвучный вопль непередаваемой боли.

Но она все еще была жива.

Пропекшийся труп, внутри которого теплилась жизнь…

Неуклюжим рывком фигура рванула по воздуху вверх, зависнув над улицей на уровне третьего этажа.

Солдаты и маги, открыв рты, наблюдали, как выжившее в пламени, способном спалить дракона, существо быстро покрывалось новой плотью и кожей.

Через пару секунд над ними висел уже не воющий от боли полутруп, а красивая обнаженная девушка, чья ласковая улыбка и холодные голубые глаза не предвещали ничего хорошего.

Чья-то дрогнувшая рука спустила скобу и арбалетный болт, с шелестом распоров воздух, воткнулся девушке прямо в лицо, пробив скулу, мозг, и показав острие наконечника из затылка.

Подняв руку, девушка демонстративно медленно, словно наслаждаясь чувством боли, вытащила из себя снаряд и продемонстрировала абсолютно невредимое лицо.

— Чудовище, — прошептал кто-то.

— Угадал, — ответила ему девушка и развела ладони. — Цветок Кровавой Луны. Божественная ступень. Активация.

С негромким хлопком она свела руки.

В тот же миг все существа в радиусе трех сотен метров умерли. Их телесные жидкости, будь то кровь, лимфа, межклеточная жидкость или клеточный сок, просто разорвали свое вместилище устремившись на зов Кровавой Луны.

Тотальная зачистка. Стерилизация. Не выжили даже бактерии.

Над головой парящей в воздухе обнаженной красавицы собрался огромный алый шар. Подняв над головой руки, она сделала плавное, почти танцевальное движение. Небольшой шар крови отделился и тонким слоем обволок ее тело, формируя длинное платье из гибкого алого кристаллита.

Еще одно движение, и вся оставшаяся масса рухнула вниз, на покрытую иссохшими трупами мостовую. Но не растеклась. Всколыхнулась, словно огромный кусок желе, и с едва слышным скрипом застыла причудливой фигурой.

Хмыкнув, девушка плавно опустилась на землю и не спеша пошла прочь, цокая по каменной мостовой алыми каблучками.

За ее спиной остался пятиметровый замок из полупрозрачного кровавого кристалла. Его изящные башенки тянулись ввысь, к холодным безразличным звездам, стены были покрыты странными потеками, напоминающими застывшие в агонии лица, а фундамент стоял на иссушенных костях десятков мертвецов.

Над запертыми воротами была выгравирована надпись.

"Акрония ла Сита дэ Лоргарэ ка Роста.

Да примет тебя Бездна, маленькая дурочка".

***

На одежде ставшего сухими костями и прахом огненного мага вдруг ярко засветился алым небольшой амулет в виде ракушки. Засветился, вспыхнул и сгорел.

А далеко на северо-востоке, в глубине эльфийского Древесного Моря, как они называют свое огромное лесное королевство, открыла глаза только что умершая от страшной раны молодая зеленоволосая и остроухая лучница. Ее рана волшебным образом затянулась, давая сочной грудке второго размера сделать судорожный вдох.

Сев, эльфийка ошарашенно огляделась, после чего ощупала себя и… выдала такой матерный загиб, какой местные леса не слышали уже лет триста.

***

Бредя некоторое время в глубокой задумчивости, Химэ вдруг остановилась, словно что-то вспомнив. После чего закатила глаза и звонко хлопнула себя по лбу.

— Блин, у нее же камень привязки остался!

Обернувшись, она посмотрела на видневшиеся вдалеке шпили "надгробия", после чего устало махнула рукой.

— Ладно, пусть стоит. Как памятник моей несдержанности.

ГЛАВА 187. ГЕРОЙ ЗАЩЕЧНЫХ МЕШОЧКОВ. ЭПИЗОД III

(ПЕЧЕНЬКА)

1. Я ЕСТЬ ГЛЮК!

— Пиииииии… — протянул я, почесывая затылок.

Передо мной лежала груда обугленного мяса.

Все, нету больше злобного монстра. Был, да весь вышел. Интересно, а в нем что-нибудь ценное осталось, или все сгорело?

Мысли прыгали с одного на другое, а перепуганный разум потихоньку успокаивался. А уж мысль о ништячках так вообще пробежала по телу освежающей волной, заставив упереть копье в землю и начать рассматривать тушу убитого чудища уже вполне заинтересованным взглядом.

И тут раздались фанфары.

Схватившись лапкой за сердце, я осел на грязный пол, тихо матерясь по-хомячьи.

***

Внимание!

Герой, ты победил "зубастую чудь" и выполнил Божественную Волю!

Награда: разблокирование уровней до 20, выбор одного из предложенных классов.

***

Интересно, а хомячки-мутанты могут с перепугу начать заикаться?

Тряхнув мордочкой, я смахнул системку и меееедленно приблизился к поверженной чуди.

— Пи, — ну и запах!

Осторожно потыкал нос чудища кончиком копья.

Оно открыло глаза.

— ПИИИИИИИИ!

Коридор, ступенька, ступенька, коридор, порог, бум… косяк.

О, звездочки!

— Пи…

Какие, к мамкам хомячьим, звездочки?!

Я покрутил головой, потирая шишку на пушистом лобике. Сердечко стучало как бешеное, лапки дрожали, а шерстка взмокла от пота. Было страшно. Было просто пи… как страшно.

Эта тварь и при жизни была жуткой, а когда эти остекленевшие глаза уставились на меня в таком вот виде…

Стоп!

— Пи!

Я ошарашенно посмотрел на собственные дрожащие лапки.

Копье!

ГДЕ МОЕ КОПЬЕ?!

— ПИ!!!

Рванул теперь уже в обратном направлении, чуть ли не быстрее. Выскочил из квартиры, в которой оказался, в подъезд. Сиганул вниз через целый пролет, едва касаясь лапками краешков пролетающих под брюшком бетонных ступенек. Второй пролет… третий…

Высоко же я с перепугу забрался…

А вот и копье. Лежит, родимое, на площадке между первым и вторым этажами… Рядом с невесть откуда взявшимся зомбарем.

— Пи…

Я попытался затормозить, цепляясь коготками за бетон, но набранная скорость увела тушку в занос. В итоге, моя пушистая задница плюхнулась на бетонный пол на последней ступеньке пролета. Прямо перед опустившим на меня голодный взгляд монстром.

Страшно…

Я их конечно убивал, но с подготовкой и оружием! А вот так, лоб в лоб, с голыми лапками… Страшно.

Зомбарь сделал шаг вперед.

Хруп.

Я мееедленно опустил взгляд вниз.

Из-под стопы этой… этой… гниющей кучи дерьма торчал обломок копья.

Моего копья.

На которое я убил кучу времени, сил, нервов… и ценнейших ингредиентов!

— Пииииии… — поднял очень нехороший взгляд на тупую тварь.

Порву.

Мерзкий кусок гнилого мяса! Да как ты посмел!

МОРГАЛА ВЫКОЛЮ!!!

Широко распахнув пасть, я бросился вперед и одним укусом оторвал монстру верхнюю половину тела, после чего принялся мстительно пережевывать, не обращая внимание на отвратительный вкус и еще более мерзкий запах…

И замер.

Э?

Это как?

Выплюнув к валяющейся на полу нижней половине зомби ее верхнюю, основательно прожеванную часть, с удивлением пошевелил носиком.

Я стал большим.

Здоровенным!

Монструозный пушистый хомяк, размером с хорошего мишку!

Ощупал лапками пасть. Большая, широкая, словно у акулы. И зубы в ней совсем не хомячьи — три ряда острейших треугольных клыков.

Тааааак…

И какого "пи" я так мутировал?

С сомнением посмотрел на ту отвратительную кашу, в которую превратился зомбарь.

Неужели все-таки из-за мяса? Я в первый день, помнится, слопал немало мертвечины, но… с тех пор ничего такого со мной не происходило. Все в рамках творящегося вокруг безумия.

Хм.

И тут я заметил мигающий в уголку зрения конвертик.

Может быть, это из-за "божественного задания"? Побочная награда или еще что?

Мысленно ткнув в конверт, прочитал развернувшийся перед носом текст.

***

Из-за затягивания с выбором класса, критической ситуации и просто потому, что я так хочу, тебе был присвоен спонтанный класс.

Радуйся, Герой!

Величайший из Древних — Укур!

***

Внимание!

Вами был выбран класс.

Мифический Вселенский Глюк — класс неопределенного ранга.

Ты — ошибка Вселенной. Ты — глюк Вселенной. Ты — то, что не должно существовать, так что отныне Вселенная будет тебя игнорировать. Особый бонус класса — игнорирование законов равновесия миров.

Получена классовая способность.

Внимание! У твоего класса всего одна способность. Больше не будет.

Жертва жадины — пассивная классовая способность неопределенного ранга.

Ты — истинный жадина с душой Великого Хомяка.

Эффект: даже что-то теряя, ты умудряешься что-то приобрести.

Откат: 1 сутки.

***

Внимание!

Задействована способность "жертва жадины"!

Получена новая способность!

Изменение размера — способность редкого ранга.

Эффект: увеличение или уменьшение размеров тела.

Активация: по желанию.

Дополнительные эффекты (от вида и класса): для увеличения размера используется биомасса, запасенная в "легендарных защечных мешочках; возможны спонтанные и управляемые изменения тела, связанные с используемой биомассой.

***

Ну все.

Теперь я точно Ужасный мутант-хомячок…

— Пиии…

И как теперь "сдуться" обратно?

Написано — "по желанию".

Желаю уменьшиться!

— Пи.

Ничего.

Видимо, просто пропищать мало. А если так?

Попробовал выдохнуть, представляя, как уменьшаюсь.

О! Сработало!

Мир начал резко увеличиваться в размерах, пока не приобрел свои привычные габариты.

Привычные?

— Пи?

С каких пор я стал считать все "это" привычным?!

Ох, жизнь моя жестянка…

Протопав к сломанному Копью Черепов, трагически поднял обломки и покрутил в руках.

С прискорбием констатирую, что для дальнейшего использования оно полностью непригодно. Ну, хоть ценные ингредиенты уцелели, можно будет другое собраааааааааааа…

КАКОГО ПИ?!

Останки копья, которые я уже собирался сунуть в пасть, начали рассыпаться невесомым прахом прямо у меня в лапках.

Как? Что? Почему?!

Догадка пришла практически сразу. Словно озарение.

Это — чертова "жертва жадины"! Если что-то приносится в жертву, то я уже никак не могу этим владеть!

УУУУУ! Моя лютует!

Не зная на чем сорваться, я подбежал к трупу зомби и от души его пнул.

Эх, тяжела доля моя хомячья…

Ладно, хоть способность полезную дали. А вот класс… Кажется, мой счет к этому укуренному божку пополнился еще на один пунктик. А в жизни начала появляться вполне четкая Великая Миссия. И она точно отличалась от той, что вручил мне этот Укур.

Отгрызть божественные бубенцы!

Дааааа…

Я расплылся в совершенно не хомячьей лыбе, которая, готов поспорить на свои щечки, могла бы довести до сердечного приступа любого среднестатистического котика.

Теперь я четко вижу цель своего существования.

Я буду стремиться к ней, верить в себя, и все у меня получится!

— Ууууу… — раздался откуда-то снизу, вроде бы из подвала, заунывный вой.

— Пи…

Я припал к полу, лихорадочно вспоминая, насколько широкая в той решетке осталась дырень. Выходило, что вполне достаточная для того, чтобы пролезла какая-нибудь проблема.

— Ууууааааауууу… — теперь звук был намного ближе.

Кажется, пора откладывать свои коварные планы и быстренько линять в безопасное место…

2. ГДЕ ЖЕ ТЫ?!

Я свободен! Словно птица в небесах!

Я свободен! Ветра свист в моих ушах!

Я свободен! Я бегу во всей красе!

Я свободен! Хомячок я в колесе!!!

— Пи.

Где-то я эту перепевку слышал, а вот где — не помню, хоть убей. Хотя нет, убивать, пожалуй, не нужно.

К чему я тут мысленно распеваю песенки про свободу? Потому что я выбрался из того осточертевшего мне дома.

А почему хомячок в песне в колесе? Потому что лучше бы я сидел в нем и дальше.

В городе творился полный пи…

— Пи, — подтвердил я собственные мысли и почесал лапкой носик.

Это был действительно апокалипсис. Вот только не совсем зомбиапокал, потому как эти твари, хоть и встречались, причем в немалых количествах, но были далеко не самыми опасными обитателями местных "каменных джунглей", которые буквально обрели новый смысл этого названия.

Оказался я в огромном, судя по торчащим со всех сторон шпилям высоток, городе. Причем явно не в родных степях, и даже не в родном мире — далеко на горизонте высилась просто циклопических размеров гора, казавшаяся колоссальной даже на фоне многоэтажек. Хоть с географией у меня было туговато, но подобных гор вблизи российских городов я не помню. Да и не Россия это, хотя язык на встреченных мною надписях и был очень похож.

И вот сижу теперь, вздыхаю.

И совершенно не знаю, что мне делать.

— Пиии…

Сижу я, кстати, на козырьке подъезда. Вернее, в козырьке — нашел тут небольшую дырочку, куда успешно и забился. А снизу меня пасет какая-то очученная страхолюдина.

Судя по всему, когда-то ЭТО было собаками: тело из трех слипшихся туловищ, торчащие как попало ноги, три сильно деформированных головы чуть ли не с крокодильими пастями, да торчащая из зад… заднего прохода скорпионья клешня. И все это сочится какой-то мутной вонючей слизью, кое-где видны гниющие куски почти отвалившегося мяса, деформированные кости торчат в разные стороны…

В общем, слезать я отсюда не хочу категорически.

О чем и заявляю своим веским твердым "пи"!

— Пи!

Чуть отполз от края, выудил из-за щечки печеньку и стал ее тихонько грызть.

Попутно строя коварные планы по упокоению несчастной животины. Схомячив печеньку, вновь вернулся к краю норки и высунул нос наружу.

— Гррррраааааф, — пробулькала тварь.

— Пи, — ответил я, сев на пушистый зад и свесив вниз лапки.

Итак, вариант первый. Спрыгиваю вниз, на лету увеличиваю размер, после чего пытаюсь прикончить зверюгу в неравном бою. Почему "пытаюсь"? Потому что биомассы у меня в запасах хватит только на то, чтобы увеличиться до размеров кошки. В тот, первый, раз была так сказать "промо-акция от системы". То есть, мне показали всю мощь плюшки, вытянули из тяжелой ситуации, а затем… А затем поставили перед фактом — хочешь быть здоровенным хомяком-медведем, запихивай в мешочки мясо. Много мяса.

А где его добыть? Да вон по двору ходит, только что "мозги" не стонет.

Но вот есть мертвых людей…

Можно, конечно, и всяких продуктов напихать в мешочки, да вот где их сейчас взять? Причем даже вернуться обратно в подъезд я не могу — из подвала вслед за "зубастой чудью" вылезло что-то совсем уж жуткое, похожее на мясной шар размером с овчарку, из которого во все стороны торчат человеческие руки, причем без кожи, да еще и с глазами в середине ладони. Я сначала думал как-то одолеть ту несуразность, а потом увидел, как она за доли секунды разорвала зомби на сотню маленьких кусочков, которые тут же "запылесосил" открывшийся зубастый рот.

— Пиии… — дилемма.

— Уууууффффха, — согласилась сидящая под козырьком тварь.

Может быть, скинуть не нее что-нибудь? Потяжелее?

Вот только, опять же, ничего нет.

Ну, может тогда попробовать что-нибудь сделать? Какая там у меня была способность? "Дикий артефактор"? Ну вот ее и попробуем использовать.

Мысленно перебрав закрома, я выудил вилку. Зачем? Пи его знает.

Просто подумал, что нужна вилка. Обычная такая. Алюминиевая.

После этого достал бумагу, напильник, и начал упорно спиливать с вилки стружку на бумагу. Опять же, зачем? Кто-бы мне самому объяснил.

Когда опилок набралось с два моих кулачка, убрал вилку и напильник, достал спичечный коробок, вытряхнул из него все спички, положил на дно фильтровальную бумагу и ссыпал на нее стружку. Затем в стружку добавил счищенную коготками серу с пяти спичек, кинул пару волосков Котофея, капнул на все это каплю клея, закрыл коробок, поджег и скинул вниз.

И только тут очнулся, выйдя наконец из состояния, близкого к какому-то трансу.

Глянул вниз. Лучше бы я этого не делал, потому что в этот самый момент огонь добрался до моей "смеси" и началось такое…

Коробок упал на спину монстрика. Тот даже не почесался, начхав на собственное поджариваемое мясо и целиком сосредоточился на мне. А коробок тем временем полыхнул синим, фиолетовым, черным… И тварь объяли клубы желтоватого дыма, в которых она благополучно и исчезла, втянувшись вместе с ним в какой-то радужный пузырь, словно запущенный из детской мыльницы.

— Пи… — здец.

И что это было?

Я секунду непонимающе хлопал глазами, пытаясь понять, что только что сделал, и чем мне все это грозит, как вдруг представление получило продолжение.

Пузырь лопнул и на землю упала… кхм… полуголая девушка.

Полежав пару секунд, она встала, отряхнулась, будто ничего особенного не произошло, после чего спокойно осмотрелась.

Я затаил дыхание, боясь привлечь лишнее внимание непонятной особы, ибо что-то мне подсказывало, что этого делать совершенно не стоит. Впрочем, я даже без этой подсказки не стал бы делать подобной глупости, ибо нормальные люди из радужных пузырей не выпадают. Да и внешне она на "нормальную, хрупкую и беззащитную деву" тянула слабо.

Под два метра ростом, сплошные мышцы, куча шрамов, самого зверского вида татуировки в виде очень реалистично нарисованных отрубленных голов, скелетов, топоров, гитар, каких-то полуголых накачанных мужиков… В общем, не девушка, а ходячая галерея артов для обложек в стиле хэви-металл.

Лицо тоже было под стать — грубое, скуластое, с крестовидным шрамом на левой щеке и яркими желтыми глазами. И дополняло образ то, что творилось на голове — окрашенные у корней в темно-фиолетовый цвет, ближе к концам ее волосы переходили в ярко-алый оттенок, и были уложены в высокий ирокез.

Из одежды на этой "дамочке" обнаружились кожаные стринги с хромированными шипами, и нечто вроде бюстгальтера, где роль чашечек выполняли две серебряные руки скелета, "держащие" ее за грудь хорошего такого третьего размера. На руках были шипастые напульсники, больше похожие на боевые наручи, на шее — строгий шипастый ошейник из черной кожи, в носу торчало небольшое серебряное колечко, а на ногах было что-то, напоминающее военные берцы с металлическими бляхами на носках и самыми настоящими ковбойскими шпорами.

Оглядев дворик, образуемый коробкой из четырех домов, это "чудо" вдруг заголосило так, что эхо ушло гулять, наверное, по всему городу.

— ГДЕ ТЫ МОЙ СУЖЕНЫЙ?! ГДЕ ТЫ МОЙ РЯЖЕНЫЙ?! ГДЕ ТЫ, О ОСВОБОДИВШИЙ МЕНЯ ИЗ ЦЕПКИХ ЛАП КОВАРНОГО УКУРА?! Я ПРИШЛА СЛУЖИТЬ ТЕБЕ, ЛЮБИТЬ ТЕБЯ, ПОЧИТАТЬ ТЕБЯ, УБЛАЖАТЬ ТЕБЯ…

— Пи… — пискнул я, падая на брюхо, пуча глазы и стараясь казаться как можно меньше…

3. СПАСИТЕ…

Трясь, трясь, трясь, трясь, трясь, трясь…

Развернулся.

Красться, красться, красться…

Зырк.

— Иди же сюда! Я тебя не обижу! И не смотри на мой внешний вид! В душе я мягкая игривая кошечка! Мурррр-рррряууууу!

"Ласковая и игривая" уже перерыла практически весь дворик, попутно порубив в фарш бедных зомби непонятно откуда взявшейся помесью электрогитары и секиры, которая при каждом ударе издавала мощные рок-н-ролльные раскаты.

Ну нахер!

Я отполз подальше от края дыры в бетонном козырьке и свернулся клубком, уткнувшись носиком в собственное пузико.

Трясь, трясь, трясь, трясь, трясь, трясь…

Часа два спустя вопли утихли и я решился повторно высунуться и оценить ситуацию.

Аккуратно подобравшись к краю дыры, высунул носик наружу. Тишина. Только горы трупов самых разных тварей, сбежавшихся на вопли этой ненормальной. Ну и разруха — по некогда тихому и уютному дворику словно тракторами прошлись, разбив и перерыв все, что только можно.

А вот этой татуированной "кошечки" с повадками Годзиллы в период течки видно не было. Уже хорошо. Жаль, что не засек, в какую сторону она отправилась, потому как валить нужно прямо в противоположную…

Еще раз внимательно оглядевшись, я уцепился коготками за верх дырки и ловко забрался на крышу козырька. Просеменил к стене дома, уцепился за трубу и, признаюсь, довольно неуклюже сполз вниз.

Тут же шуганулся, нырнул за камушек и опять внимательно огляделся.

Не, показалось… А то скребет затылок какое-то неприятное чувство. Так что лучше валить отсюда побыстрее и подал…

Нюх. Нюх-нюх…

Ни. Штя. Чки.

Я повернул мордочку к нарубленным трупам. Зомби — это фигня. Но вот среди них попадались твари посерьезней. И в их трупах явно были спрятаны весьма и весьма ценные вещи.

Но нужно валить…

Но бросать ништяки…

А если эта ненормальная вернется?

Кучи ценнейшего лута…

Или другие монстры набегут на падаль?

Халява…

Халява.

Халява!

ХАЛЯВА!!!

Уиииииииииии!

Кхм… Так, не теряем осторожности! Быстренько все осматриваем, кидаем в пасть что можно, а потом катимся отсюда колобком!

Нюх-нюх…

НИШТЯЧКИ!!!

Первая куча. Зомби, зомби, зомби… Все не то. Не к этому меня нюх вел. О, вот! Какая-то паукообразная фиговина! И от ее хитина так и веет ценностью, едва ли не золотом пахнет! А вот как всю эту прелесть запихать в пасть? Блииииин…

— ПИ!

Чего я туплю? Просто нужно раздуться! Тогда и пасть станет больше, и нишчтяков, соответственно, влезет намного больше! Гениально!

Только нужна биомасса… Но ее вокруг и так полно!

Правда зомбятину лучше не использовать — а то мало ли в кого превращусь. А вот эту мутировавшую собачку вполне можно. И это… чем бы это ни было. Но оно явно было живым — даже сейчас пытается шевелиться и слиться воедино.

Быстро запихав в пасть все более-менее приличное на вид, я начал увеличиваться в размерах. Остановился где-то на своем старом "человеческом" росте — метре шестьдесят. Больше мне в данный момент было не нужно.

Ну а дальше я пылесосом пробежался по всем трупам, быстро и четко отбирая все самое ценное, которое для меня буквально подсвечивалось ярко-красным, фиолетовым или золотистым цветом.

Остановиться я просто не мог. Да и не хотел.

Буквально за несколько минут я нагреб столько ценностей, что голова шла кругом! И это не бесполезные колечки-сережки (хотя они тоже были, причем в больших количествах), это какие-то разноцветные жемчужины, покалывающие пальцы от заключенной в них энергии, куски прочного хитина, острейшие когти, ядовитые железы, кристаллы, клыки, бьющиеся сами по себе сердца…

И эта ненормальная все оставила?! Вот просто побросала и пошла дальше?! Это же практически преступление! Ух, я бы ей за такое всыпал! Я бы ее научил, как правильно лут соби…

— На~а~а~а~а~ашла~а~а~а! — пропел у меня прямо за спиной чуть хрипловатый и довольный голосок.

— Пи… — здец.

Я замер, искренне надеясь, что мне это послышалось.

Мееедленно повернул голову.

Позади меня, ласково улыбаясь и многообещающе поигрывая своей окровавленной шестиструнной секирой, стояла та самая покрытая татуировками ненормальная.

— Так это ты, значит, мой освободитель? — прищурилась эта… дама с ирокезом. — Хм… Странная зверушка. Ацкий хома. Да еще и с героическим титулом… Да, ты мне определенно уже нравишься! Тем более, с таким набором шипов, когтей и щупалец… Ммм…

Шипов? Щупалец?

Я украдкой осмотрел себя.

Мда-а-а-а… Как там было сказано? В зависимости от используемого материала возможны побочные мутации?

На лапках у меня были внушительные серповидные когти, среди шерсти торчали острые тонкие иглы с палец длиной, судя по ощущениям, от переносицы до хвоста шел костяной гребень, а с плеч, словно плащ, свисал ворох шевелящихся щупалец…

Так, заметка на будущее. Нужно внимательно… ОЧЕНЬ ВНИМАТЕЛЬНО следить за тем, что именно использует способность для расширения организма.

Но это сейчас самая наименьшая из моих проблем.

А наибольшая медленно надвигалась на меня, чуть склонив голову набок, как-то совсем уж безумно сверкая глазами, облизывая губы и чуть ли не капая слюной.

— П… ПИ! — запротестовал я, потихоньку отступая назад.

— О-ДА! — расплылась она в улыбке. — Пищи! Это так… ЗАВОДИТ!

Буквально выкрикнув последнее слово, она впилась ногтями в собственные ключицы и с силой провела руками вниз через грудь к талии, разрывая на клочки то подобие лифчика, что на ней болтался и оставляя на коже глубокие раны, сквозь которые я отчетливо увидел белые кости ее ребер.

Раны эти тут же зажили, но впечатлений мне хватило.

— Ну же, иди сюда! — с придыханием прохрипела чокнутая на все извилины, наступая на меня и одной рукой с силой сжимая оголенную грудь, а другой продолжая наносить себе тут же заживающие ужасные раны. — Не бойся! Кентавры у меня были, и осьминоги, и даже тушканчики! Я уверена, что смогу доставить тебе максимум… НАСЛАЖДЕНИЯ!!!

Глоть.

К такому меня жизнь не готовила.

А у нормального хомяка эта женщина может вызвать только одно желание…

— ПИИИИИ!!!

БЕЖААААТЬ!!!

Я рванул сквозь горы трупов прочь, к спасительной арке, ведущей из дворика на улицы города.

— Куд… КУДА?! ЭЙ!!! А НУ СТОЙ!!! Я ТЕПЕРЬ ТВОЯ НАВЕКИ!!! НЕ СМЕЙ ОТ МЕНЯ УДИРАТЬ, КУСОК ШЕРСТИ!!!

Я только вжал голову в плечи и припустил еще сильнее, на пределе скорости перебирая всеми четырьмя лапами.

До арки осталось буквально несколько метров. Метр. Все, я под аркой. Сейчас выскочу на улицу и…

Что-то схватило меня за развивающиеся щупальца и резко дернуло назад.

Верхняя часть тушки потянулась вслед за щупальцами, а нижняя продолжила нестись вперед, в результате чего меня перевернуло и грохнуло спиной на асфальт. Из-за сильного удара затылком на несколько мгновений потемнело в глазах.

А когда пришел в себя, то обнаружил…

— Пи… — жалобно пискнул я.

— Какой ты шустрый… — облизнулась оседлавшая меня девица неестественно, практически аномально длинным языком.

Выход… Нужно срочно найти выход! Я не хочу быть лишенным девственности в форме хомяка какой-то психованной извращенкой!

Точно! Уменьшиться!

Но прежде чем я воплотил свой план в жизнь, эта зоофилка резко наклонилась к моему уху.

— Только попробуй, — прошептала она, налегая на меня грудью. — Я уже оценила твои способности, пушистик. Уменьшишься, но я все-равно получу то что хочу. Например, отправлю тебя прогуляться… внутри меня…

Спасите…

4. ЭТОТ МИР — ТА ЕЩЕ УЖАСТЬ.

Я прислушался.

Ровное, ритмичное дыхание.

Спит.

Даже таким монстрам нужно спать.

Я бы и сам с удовольствием уснул, но… нужно спасать свою шкурку. Еще один подобный безумный марафон я не выдержу. Не то, чтобы это было неприятно, но… В общем, моя психика и так не скоро оправится.

Даже интернет к подобному не готовит…

Уменьшаемся.

Потихонечку. По чуть-чуть. На выдохе…

Уменьшившись до размеров кошки, я легко выскользнул из объятий любвеобильной зоофилки. Аккуратно слез с массивной кровати. Буквально на кончиках коготков прокрался к дверям, осторожно их приоткрыл и выскользнул в образовавшуюся щель.

Ура! Свобода!

— Ум-нум-нум… — раздалось за спиной сонное причмокивание, заставившее меня тут же напряженно замереть. — Спаситель мой… Теперь я за тобой… хоть на край Вселенной…

Вот… ПИ!

Спасибо, мне такого точно не надо!

Готов на все свои запасы… ну ладно, на их половину… на четверть… Короче, готов поспорить, что этот Укур на меня ее нарочно скинул! Небось сидит сейчас и ржет!

Я приподнял голову и оскалился в потолок.

Ничего, я до него доберусь! Подумаешь, Древнее Божество! Раз Бог — значит от старости не умрет, и у меня будет много времени, чтобы добраться до его уровня! Помнится, там в самом начале, когда я только-только очнулся в этом теле, появилось сообщение, что теперь смертные могут стать равными богам. Вот это я и собираюсь проверить!

— Ум… Нюм… — раздались из спальни сонные чмокающие звуки.

Но сначала стану человеком! Хотя бы для того, чтобы уметь, наконец, нормально разговаривать, да и чтобы эта зоофилка отстала! Ну, по крайней мере, я на это надеюсь. Хотя бы, чтобы она меня просто не узнала!

Хнык-хнык…

Еще один такой кошмар я не переживу!

А если и переживу? А вдруг захочу еще?!

НЕЕЕЕТ!!!

Я не хочу становиться подобным извращенцем!

Я хочу нормальное человеческое тело! И нормальную человеческую девушку! Даже без ушей, хвостов и прочего!

Так, все! Печенька, возьми себя в руки… В лапки… Хоть во что-нибудь! И деру отсюда, пока эта… пока ЭТА не проснулась и не взяла тебя в свои!

Опустившись на все четыре конечности, я шустро скользнул на кухню, через стену которой мы и вошли пару часов назад — зоофилка с ирокезом просто выломала секирой окно вместе с частью стены.

Выскользнул на улицу.

Уже вечерело. В воздухе стоял тяжелый трупный запах и звуки рычания и возни — повылезавшие из щелей падальщики с радостью приступили к своей основной работе.

Стараясь затолкать подальше опять проснувшуюся жадность, которая учуяла в этих завалах тухлятины ценные вещи, я аккуратно, вдоль стеночки прокрался к арке и выбрался на широкую улицу…

Тяжелое серое небо. Запах гари и разлагающихся трупов. Дома с побитыми окнами. Перевернутые сгоревшие машины. Навсегда замершие автомобильные пробки. Тут и там валяющиеся кучи окровавленной одежды и вещей. Пятна засохшей крови на стенах и асфальте. Искореженные, вывернутые кусты и деревья. Крики странных летучих тварей, лишь отдаленно напоминающих птиц. Скалящиеся из темных подворотен морды. Слышные где-то вдалеке выстрелы. Бесцельно бредущие куда-то зомби. Шныряющие вдоль стен быстрые тени мутировавших животных.

И ни одного человека.

Такой картиной встретил меня этот новый мир.

— Пиии…

А не поспешил ли я выбираться из "начальной локи с зомбарями"?

***

Шаг, шаг, шаг… Бег, бег, бег… Шаг, шаг… Шажочек… Шажочек… Еще шажочек…

Прыжок!

— ПИИИИ!

— ГРААААА!

Кусь, кусь, кусь…

— Урхурух…

Победа!

Да! Я загрыз таракана!

Знаю, звучит по-идиотски.

Если только этот таракан не метровой длины тварь с воооооооот такенными жвалами, острейшими конечностями, прочнейшим хитином и… В общем, страшная жучара, к которой нужно знать, как подступиться.

А я не знал. Я просто нашел такого полудохлого, всего с двумя лапками, зато упорно ползущего к какой-то зеленоватой луже. Грызть его пришлось долго и упорно, буквально разбирая на части и засовывая в защечные кармашки прямо на ходу. Гадость редкая! Но оно того стоило! Моя коллекция пополнилась еще одним типом хитина!

Запихав в пасть последнюю лапку, я воровато огляделся.

Очередной некогда тихий дворик этого лютого города. Ничего нового. Все те же искореженные то ли излучением, то ли какими-то болезнями растения, к некоторым из которых подходить было опасней, чем к большинству "зверья" — либо отравят, либо обовьют корнями и выпьют досуха. Один раз так попался, едва вырвался!

Собственно, шишки я в этом городе набиваю вот уже третьи сутки.

И мой первоначальный вывод оказался правильным — мир этот превратился в ту еще жесть.

За эти три дня не видел ни одного "нормального" человека, только иногда слышал вдалеке эхо выстрелов, да рев машины. Зато различных мутантов и зомби успел насмотреться столько, что на три жизни вперед хватит!

Тяжело выдохнув, я уменьшился в размерах, после чего шустро, перебежками от одного "безопасного" кустика к другому, направился к подъезду. Тут у меня было что-то вроде базы. Временной, конечно.

Работал я по накатанному сценарию. Утром искал дворик потише, в нем осторожно обшаривал пару подъездов, и находил себе квартирку с крепкими дверями и, желательно, без трупов. Дальше быстрая зачистка и короткие набеги на двор, с передышками на разбор лута, зализывание ран и нервное прислушивание к собственным ощущениям.

Последние наводили меня на мысли о всяких "битвах экстрасенсов" и прочем, что так любят смотреть впечатлительные бабушки, потому как я действительно начал "чуять" угрозу.

И потому никогда не сидел на одном месте дольше, чем день и следующую за ним ночь.

Ведь по моему следу шла… ОНА.

— Пи… — невольно вздрогнул я, нервно пошевелив усиками.

Прикрыл глазки.

Прислушался.

Нет, все еще далеко. Успею нормально отдохнуть.

Но завтра утром придется сниматься с места.

В который раз осмотрев текущую "базу" на предмет нищтячков (просто так, для профилактики), я расположился на форточке, достал ссохшийся до бетонной твердости кусочек черного хлеба, и принялся едва ли не с урчанием его грызть…

Кусь, кусь… Вкусно. Кхе-кхе!!!

И тут же чуть не помер позорной смертью, поперхнувшись собственноручно добытой едой!

Потому что во дворик беззвучной стелющейся походкой влетели шестеро человек в городском камуфляже, с автоматами, разгрузками и скрытыми за масками лицами…

Через мгновение дворик наполнили звуки сухих щелчков — прибывшие просто выкосили бесцельно бродящих зомбарей и тех монстров, что были слишком туповатыми, чтобы сбежать. А вот те, что поумнее, тихонько затаились, выжидая удачного момента для атаки.

— Пи…

Я тоже затаился.

Но не для нападения, а просто из-за растерянности, лихорадочно пытаясь понять, что же мне делать. С одной стороны, это люди! Свои, родные, двуногие, без хитина, чешуи и прочего! А с другой… я же теперь не человек, так? Сунусь к ним в образе хомячка — просто не обратят внимания. Сунусь в чуть более "серьезном" виде — пристрелят ведь, как пить дать пристрелят!

И не объяснишь ничего — как бы я ни экспериментировал с мутациями, но научиться говорить так и не получилось. Словно блокировка какая-то стоит. И я сильно подозреваю, что так оно и есть.

В голову пришла другая возможность.

Если это люди, значит где-то должно быть относительно безопасное место, где они отдыхают. И вот там у "маленького хомячка" будет намного больше возможностей подружиться с более… мирной частью населения.

Зачем мне это нужно? Просто надоело быть одному все это время. В голову даже начинала закрадываться странная мысль позволить той зоофилке себя найти…

— Пи! — ударил я лапкой себя по щеке, прогоняя малодушные мысли.

Нет! Не бывать этому!

А вот за людьми проследить стоит. Хотя бы глянуть, как они живут в этом ужасном мире…

5. Я НЕ КРЫСА!

Спецназ, а вели они себя именно как войска специального назначения, зачистили двор и собрались возле одного из подъездов. О чем-то быстро посовещавшись, они разделились — четверо нырнули через повисшую на одной петле железную дверь в темноту подъезда, а двое остались снаружи, нервно водя стволами из стороны в сторону.

— Пи? — склонил я голову набок, разглядывая их из куста, в который шустро перебрался из своего временного убежища.

Видимо, пискнул я слишком громко, потому как один из бойцов резко дернулся и навел на меня ствол. Глядя в черное дуло автомата, я невольно икнул.

— Седой, спокойно, — хмыкнул его напарник, скользнув по мне взглядом. — Это всего лишь крыса.

Эй! Я хомяк!

— Тут ни в чем нельзя быть уверенным, — проворчал этот самый Седой, все еще держа меня в прицеле. — Смотри как пялится, сука пушистая.

— ПИ!

Я ХОМЯК!

— Гррррррррруууууу… — прокатился по двору не громкий, но пробирающий до глубины печенок басовитый рык, заставивший обоих спецназовцев побледнеть и мигом забыть про мою бедную тушку, сосредоточив внимание на проходе между домами, через который пару минут назад они сами и вошли.

Рык повторился и из-за угла показалась какая-то тварь. Ростом с человека, она чем-то напоминала пингвина, с которого содрали кожу, натыкали в сочащееся слизью мясо иголок, вместо крыльев влепили лапки-косы гигантского богомола, а клюв вытянули и снабдили торчащими под совсем уж оригинальными углами разнокалиберными клыками.

Я с такими точно еще не сталкивался. Но вот опасным он мне не показался — были тут твари и похуже. Намного хуже.

Спецназовцы, видимо, думали примерно так же, потому что спокойно всадили твари по пуле в голову, отчего та завалилась на спину и затихла. Однако на этом все не кончилось.

— Укруууууууу! — прокатился еще один рык и из-за угла начали один за другим вразвалочку вышагивать собратья "пингвинчика".

Один, два, пять, десять, двадцать… МНОГО!

Военные, всадив в первых по патрону, оценили несущуюся на них толпу и, чертыхнувшись, бросились в подъезд. Я, понятное дело, кинулся следом, потому как оставаться с толпой этих тварей мне совершенно не хотелось. А с людьми может что-нибудь удастся выведать…

На лестничном пролете третьего этажа их ждали остальные четверо военных с двумя чумазыми напряженными девушками лет семнадцати-восемнадцати.

— Что там? — строго спросил у подбежавших самый здоровый вояка.

— Какие-то твари, — ответил Седой. — Не живучие, но их много.

Снизу раздался многоголосый рык, и мокрые шлепки лапок по ступенькам.

— Наверх, — скомандовал, видимо, старший. — Куст, растяжки. Уходим через крышу в крайний подъезд, оттуда через окно на улицу.

— А… — попыталась что-то вякнуть одна из девушек, но командир отвесил ей звучный подзатыльник.

— А тебя не спрашивали. И так тут задницы надрываем…

Группа практически всем составом быстро понеслась наверх по ступеням, не забывая, впрочем, об осторожности — впереди с оружием навскидку бежали тот самый Седой с напарником. Хотя, я могу и ошибаться — из-за масок их легко было перепутать.

Но один задержался, прилепив к стене на уровне щиколотки какую-то пластилинообразную массу, после чего вытянул из нее тонкий шнур и закрепил за перила. Критически оглядев результат, он бросился вслед за остальными.

И никто так и не обратил внимание на маленького черного хомячка, что скромно пристроился в хвост бегущим людям…

Поднимались быстро. На двух этажах из квартир навстречу нам выскочили зомби, но их быстро положили точными выстрелами в головы, только свернувшаяся дурно пахнущая кровь по стенам разлетелась. Девушки от такого только тихонько вскрикнули, но шага не замедлили — насмотрелись за эти дни всякого.

Когда забрались на последний, восьмой этаж, снизу бухнул тяжелый взрыв, больно ударив людям по ушам, а меня так вообще заставив секунд десять пучить глазы с высунутым языком.

На люке, ведущем на чердак, висел навесной замок, который сбили двумя ударами приклада, заставившими меня схватиться за пропустившее удар сердце. Это ж так варварски обойтись с такой ценной вещью! Угрызть бы гада за такое!

Мужик, отбивший замок, дернулся, чуть не свалившись с лестницы, и с удивлением посмотрел вниз. Но я успел заныкаться за ногу одной из девушек. Стройную такую, хоть и немного грязную.

— Чего замер? Ходу! — ткнул командир застывшего на лестнице бойца дулом в задницу.

Боец что-то проворчал, но резким ударом распахнул люк и рывком в него влетел. Тут же раздался негромкий визг какой-то твари, тихие щелчки винтовки с глушителем и мат спецназовца. Следом тут же устремились остальные.

Когда я забрался на чердак, все было уже кончено: три мутировавшие кошки валялись разорванные пулями в клочья, а одному из бойцов спешно бинтовали располосованную до костей руку. Тот мычал, матерился, но признаков близкой смерти не показывал. Скорее всего, жить будет.

Их командир, похоже, пришел к тому же мнению.

— Все, пидарасы, попрыгали, пока нас тут в жопы не выебали…

Хороший у них начальник. За таким прям в огонь и воду.

— Куст, — тем временем продолжил здоровяк. — Люк заминируй и догоняй.

— Опять Куст… — проворчал боец. — Чуть что, так я крайний…

— Че сказал? — нахмурился командир.

— Есть, сэр. Приступаю, сэр, — вздохнул тот.

Пока сапер, как я понял, занимался установкой ловушки, остальные быстро прошлись в дальний конец чердака, пригибаясь под низко висящими пыльными балками и держа на прицеле особенно подозрительные кучи барахла. К счастью, больше ничего не произошло и, выломав люк ударом тяжелого берца, бойцы один за другим спрыгнули в крайний подъезд, пропустив девиц в середине группы.

Я, уже особо не прячась, шлепнулся следом, потому как ждать меня или сапера никто и не думал — отряд сразу ломанулся вниз по лестнице, тихо уничтожая по ходу движения вылезающих на шум зомби и мутантов.

До первого этажа докатились буквально за минуту. И тут остановились.

Командир осторожно приоткрыл дверь одной из квартир дулом оружия. После чего подал остальным знак рукой и первым скользнул внутрь. Остальные потянулись следом, тут же рассредотачиваясь и проверяя комнаты.

Сунувшись следом, я тут же напоролся на подозрительный взгляд одного из бойцов.

— Опять ты? — похоже, это был Седой. Командир, оказавшийся неподалеку, кинул на него вопросительный взгляд. — Да крыса эта. Всю дорогу за нами тащится.

Я. Не. КРЫСА!

— ПИ!

…

Блин. Теперь на меня уставились уже все.

И в этот момент произошли сразу три события.

Во-первых, в дверь заскочил сапер, на ходу перезаряжающий автомат и чуть не наступивший на меня.

Во-вторых, сверху раздался звук взрыва, больно шибанувший по ушам, но уже не так сильно, как в первый раз.

И в-третьих… Кое-что, что заставило остальных перенести напряженное внимание на новую угрозу, а меня — буквально наложить кучку.

Часть одной из стен с грохотом и пылью разлетелась на куски, и в коридор шагнула татуированная девушка с цветным ирокезом.

— Милый, а я тебя столько искала!

ГЛАВА 188. МЕЧТЫ СМОЕТ ДОЖДЬ.

ЭПИЗОД II

(РОУЗ)

1.

Проснулась я резко, рывком подскочив с лежанки. Мокрая холодная рубаха облепила тело, словно пиявка высасывая из него тепло. Волосы так же налипли на лицо, мешая нормально видеть.

Отбросив с глаз тяжелые черные пряди, я злобно посмотрела на стоящего рядом с лежанкой старика, с пустым деревянным ведром в руках.

— Ну что, немочь, проснулась? — усмехнулся Лукий. — Тогда марш на пробежку! Десять кругов, потом к Мартавии за завтраком и ко мне в кабинет!

— А… — попыталась было я возразить, но старик одним плавным движением уже скрылся за дверью.

А мне прилетел шлепок по заднице. Причем когда и как он это сделал, я даже не заметила. Просто зафиксировала сам факт того, что правая ягодица начала знакомо ныть.

— Старый извращенец, — прошипела я, потирая попу и оттягивая довольно дорогую рубаху, которая из-за намокшей тонкой ткани стала практически прозрачной. — А еще удивлялась, почему мне выдали такую качественную ночную рубашку…

Огляделась в поисках своего повседневного костюма, но… не нашла. Только пара старых сапог у мокрой лежанки.

Он что, предлагает мне бегать вот так?!

Я невольно поежилась.

Конечно, кроме всякого лесного зверья стесняться тут некого — кроме старика Лукия и его домохозяйки Мартавии на дневной переход вокруг не жил ни один разумный. Но все равно… Неуютно.

Вздохнув, я сунула ноги в сапоги и вышла за дверь.

Жилище старого ветерана, к которому меня лихой судьбой занесло на обучение, располагалось недалеко от южной границы королевства Валликт. Погода тут круглый год стояла теплая, не то что в северных областях. Располагалось жилище у подножия Смертельного Хребта, названного так, наверное, не из-за того, что тут было смертельно опасно, а из-за того, что было смертельно скучно — вот уже на протяжении столетий в округе не происходило ровным счетом ничего.

Тут не было городов или деревень, тут не было промысловых поселков или хотя бы просто хижин охотников и лесорубов. Не было каких-то ценных месторождений, шахт или хозяйств. Тут не пролегали торговые пути, не было никаких таинственных руин или логов опасных чудовищ. Да, с той стороны хребта раскинулись Варварские Степи, или по-простому "дикие земли", но у тамошних обитателей и своих забот хватало. Вдобавок, даже надумай они напасть, выбрали бы куда как более удобные для этого перевалы, или просто обошли бы хребет, чем сунулись в сомнительную авантюру по его преодолению.

Вот и получается, что более спокойного и скучного места, чем Смертельный Хребет на южной границе королевства было не сыскать.

И вот, на четырнадцатом году жизни… этой жизни, меня занесло сюда. Вернее, меня послали из монастыря "на обучение героическому ремеслу у самого прославленного рыцаря королевства". Вот только на деле "обучение" заключалось в постоянных измывательствах, а "рыцарь" оказался старым озабоченным пердуном, которого могла терпеть только его рабыня-домохозяйка, причем только потому, что была арахной и, собственно, рабыней.

Поежившись, я огляделась.

Мой домик, хотя его скорее можно было назвать конурой, стоял чуть в стороне от главного здания усадьбы. Со всех сторон площадь "скромного жилища ветерана" окружали деревья небольшого леса, тянущегося полосой от одного конца хребта до другого. Лес от территории усадьбы отделял высокий каменный забор, больше подошедший бы небольшому поселению, чем этому… раю старика и паучихи.

За забором начинались грядки, загоны для немногочисленной скотины, фруктовые деревья, какие-то хозяйственные постройки… Ну и в самом центре располагалось большое двухэтажное здание из белого камня, больше похожее на маленький замок. Сколько там было комнат, я даже примерно не пыталась сосчитать.

И на все это хозяйство приходилось лишь двое разумных. Старичок-хозяин и его арахна. Но вот рабочих рук им хватало с избытком…

Оглядевшись, я стянула через голову рубаху и отжала ее от лишней воды, стараясь не повредить тонкую дорогую ткань, за которую Лукий вполне мог всыпать мне розг. Этот невысокий, сутулый и лысый старичок только казался милым и безобидным, а на деле я даже приблизительно не знаю его уровень. В шестьдесят с лишним лет он умудрялся двигаться так, что я замечала только размытую тень и видела уже результаты его действий, а не сам процесс их совершения. И ко всей своей напускной доброте и заботе, он при любом случае прописывал "наказание". К счастью, при этом старикашка вполне адекватно оценивал тяжесть "преступления", так что мог как отвесить простой подзатыльник, так и огреть гибкой веткой по ягодицам так, что кровь брызгала во все стороны, а Мартавия долго ругалась на своем наречии, залечивая результат его "учений".

К счастью, в монастыре меня приучили к дисциплине… насколько это было возможно, конечно.

Натянув рубашку, я быстро размяла ноги, слегка деревянные после сна, и побежала по тропинке, которая петляла между посадок, огибая вдоль стены всю территорию усадьбы.

Десять кругов было не так уж и страшно — среди сверстниц в монастыре я была одной из лучших по физическим показателям. Да и "героический" титул сказывался. Так что неспешную пробежку я должна была закончить быстро…

Пока бежала, рассматривала кипящую на территории работу. Да, тут жили всего двое разумных, не считая меня, но они умудрялись полностью поддерживать все их огромное хозяйство без какого-либо напряжения. И дело тут в высокоуровневых способностях.

Старик контролировал целую армию деревянных марионеток, которые проворно копошились на грядках и ухаживали за цветниками и деревьями… Конечно, их деревянные пальцы не могли выполнять совсем уж тонкие работы, но для этого отлично подходили другие миньоны, довольно жутковатые на вид. Больше всего они напоминали отрубленные руки, сложенные вместе в форме паука, обросшие короткой черной шерстью, и выпустившие пару глаз на тонких усиках. И принадлежала эта мерзость Мартавии.

Я уже успела на собственной шкуре испытать боевые возможности и "паучков" и марионеток, и глядя сколько их копошилось на территории усадьбы мне становилось страшно — Лукий и его рабыня были способны только за счет них разбить небольшую армию, даже не прибегая к собственным силам. А я была уверена, что козырей у них по рукавам рассовано еще немало…

Когда я подбежала к главному входу в жилое здание усадьбы, рубаха на мне успела высохнуть и вновь промокнуть, но на этот раз уже от пота. А на крыльце меня встречала Мартавия, нетерпеливо постукивая острой передней лапкой по каменной ступеньке. Арахна, в отличие от большинства ее сородичей, имела верхнюю часть не от дроу, а от человека. Нижняя часть ее тела тоже выделялась, являясь не черным с длинными тонкими лапками, а приземистым мохнатым хищником коричневатого окраса, который явно больше привык прыгать на добычу и умерщвлять ее огромными клыками, чем плести тонкие хитрые нити паутинных ловушек.

— Долго, — поморщилась Мартавия, тряхнув тяжелой гривой вызывающе-алых волос.

Я ничего не ответила, только уперла слегка дрожащие руки в колени, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Глядя на мое состояние, арахна лишь покачала головой, после чего развернулась и, приглашающе махнув мне рукой, скрылась за дверью.

Ну да, для нее может быть и долго, но простой человек моего уровня подобную дистанцию бежал бы раз в десять дольше.

Вздохнув, я отряхнула руки и направилась следом…

После завтрака, прошедшего в гордом и молчаливом одиночестве, я немного поплутала по коридорам особняка и выбралась к кабинету старикашки. Тот встретил меня за своим письменным столом, положив ноги на чистый от завалов бумаг участок столешницы и сложив старые мозолистые ладони на животе.

— Долго, — хмыкнул он, окидывая меня весьма и весьма неприятным для девушки взглядом. — Садись, начнем…

Я с надеждой осмотрела кабинет, но, как и раньше, так и не нашла ничего более-менее подходящего на роль "стула". Здесь вообще мало что было: пара шкафов с бумагами, несколько мечей на стенах в качестве украшений, массивный стол, удобное кожаное кресло хозяина и… трехногий низкий скрипучий табурет для меня. Причем я точно знала, что обычно на месте табурета стоит такое же удобное кресло, как у Лукия, но… когда прихожу я, на его месте всегда эта проклятая табуретка!

— Итак, — убрав ноги со стола, начал дедок. — Сегодня у нас арифметика, а потом Марточка потренируется с тобой на клинках… Но для начала я хочу провести одну интересную беседу. От того, правильно ли ты ее поймешь будет напрямую зависеть твое целомудрие, так что прошу отнестись к ней со всем старанием!

Чертов старик каждый раз угрожает мне подобным, когда дело касается лекции на любую, хоть мало-мальски полезную тему. К счастью, дальше угроз дело не зашло. И не потому, что "не может" — слышала я пару раз стоны Мартавии из-за дверей, дедок еще очень даже "в силе".

— Ответь, для начала, на один вопрос, — продолжил Лукий, когда я села на шаткую табуретку. — Кто такие "чудовища"?

Я удивленно захлопала глазами.

Умеет же старик ставить в тупик, этого у него не отнять. Впрочем, я тоже не зря половину всей жизни провела в монастырской библиотеке.

— Разумные и неразумные создания, порожденные темными богами и причиняющие вред другим не из-за необходимости, а из прихоти.

— Как по написанному, — усмехнулся Лукий. — Тогда, допустим, кто является чудовищем, Ламия или пришедший за ее головой Рыцарь?

— Ламия, — не раздумывая ляпнула я, и только после этого в голове зародился червячок сомнений.

— Дура, — хохотнул старик и мне из ниоткуда прилетел ощутимый подзатыльник. — Запомни, никогда не бывает столь явных ситуаций и никогда не бывает истинной правды. Каждый прав по-своему. Допустим, Ламия истребила эту деревню, а Рыцаря послали убить злобного монстра. Тут да, "чудовищем" будет именно Ламия. А если это была деревня каннибалов-культистов, которые тщательно маскировались от остального мира и съели какого-нибудь близкого друга Ламии? Что тогда?

— Эм… — растерялась я. — Тогда Ламия… хорошая?

— А если в ходе этой расправы она настолько обезумела, что теперь представляет собой лишь тупое кровожадное животное? — продолжил накручивать старик.

— Тогда плохая… — неуверенно пробормотала я.

— Так ты уже определись, "плохая" она, или "хорошая"? — притворно-недовольно проворчал Лукий.

— Получается, зависит от условий… — уже тверже решила я. — Все в нашем мире зависит от условий и точек восприятия. И от того, насколько эти условия известны судящему.

— Хорошо, тогда давай так… — кивнул Лукий. — Ламия перебила культистов-каннибалов из-за того, что те съели близкого ей человека. В процессе она обезумела и в ее сознании осталось лишь стремление убивать всех, кто подвернется под руку. Теперь о приехавшем по ее душу рыцаре… Допустим, это бабник, который "осчастливил" рогами уже десятки мужей, и отправился на подвиги исключительно потому, что иначе его просто вздернут обиженные рогоносцы. Сам по себе это трусоватый, подленький человек, не чурающийся подставить ближнего своего под предназначенный ему удар, а потом еще и обчистить карманы умирающего. И в деревушку он попал чисто случайно, после чего был вынужден вступить в бой. Вопрос, "такого" рыцаря ты отнесешь к "плохим" или "хорошим"?

Вот же нагородил! И не отвертишься, отвечать придется…

— Выходит, чисто "хороших" в такой ситуации нет, — сделала самый очевидный вывод я. — Оба по-своему "чудовища"…

— Первая часть верна, — кивнул старик и мне тут же прилетел еще один подзатыльник. — А вот вторая — нет. Оба этих существа будут "обычными". У них свои цели, свои обстоятельства, они не стремятся к подвигам или каким-то зверствам. Они просто живут, стараясь делать то, что считают правильным. Ведь в обществе Ламий "месть" является очень и очень важным для любого представителя их вида. А у людей "измена" не является чем-то уж из ряда вон выходящим. Оба этих разумных стали такими потому, что по-другому не могло быть. Их такими воспитали, и для своего общества они "нормальные". Так что "чудовища" — это не к ним. И мы возвращаемся к первоначальному вопросу. Кто такие "чудовища"?

Так, Роуз, думай… Нужно попасть хотя бы близко, иначе он меня будет до самого вечера по полосе препятствий гонять.

Но, просидев какое-то время, я так и не смогла подобрать адекватный ответ, так что просто выдала какую-то глупость.

— Получается, что "чудовищ" нет?

— И это тоже неверно, — усмехнулся старик и я уже вжала голову в плечи, готовясь к очередному подзатыльнику, но… вместо этого ощутила щипок за сосок.

Чертов старикашка!

— Видишь ли, — продолжил Лукий, полностью проигнорировав мой испепеляющий взгляд. — К простым смертным определение "чудовища" вообще не применимо. Так называемые "монстры в шкуре человеческой" всего лишь жертвы обстоятельств или просто не дружащие с головой. Нож под ребра в корне решает их проблему. Может быть, где-то в иных мирах, откуда приходят герои, от таких и есть проблемы, но… не у нас.

Старик умолк, задумчиво закусив пересеченную шрамом губу и окинув меня совсем не веселым взглядом.

— Настоящее чудовище не остановить ни ножом, ни молитвой. Они живучи, сильны, быстры и беспощадны. Чаще всего они движимы лишь голодом. Они убивают потому что могут, потому что хотят, а не потому, что им это необходимо. И при этом прекрасно понимают, что и зачем творят.

— Например, личи? — негромко спросила я, вспоминая ту жуткую картину из далекого детства.

— И оборотни, и вампиры, и прочие твари, продавшие души темным богам в обмен на силу, — кивнул старик. — Хорошо, раз с этим разобрались, тогда вот еще один вопрос. Что самое опасное в битве с монстрами?

— Смерть? — предположила я, хотя и сама прекрасно понимала, что ответ вышел совсем мимо.

— Ладно, перефразирую, — недовольно поморщился Лукий. — Почему монстров должны убивать только люди?

— Чтобы получать опыт и становиться сильнее, — тут уж я не сомневалась.

— Частично, да, — улыбнулся старик. — А почему тогда плохо, если монстры начнут убивать друг друга? Почему людям ни в коем случае нельзя использовать чудовищ для борьбы с чудовищами? Ведь, в конце концов, как учит история, для победы все средства хороши, победители ведь потом все равно все переиначат.

Я задумалась.

А ведь и правда, почему? Официальная политика королевства по отношению к "темным тварям" была проста — убивать везде и любыми доступными средствами. Но ни в коем случае не пытаться заключать союзы. Отсюда и проистекал вечный конфликт с демонами и некромантами, которых издревле почитали за поклонников Темного и Бездны.

— Потому что, — видя мое замешательство, продолжил Лукий, — если монстры начнут резать монстров, а люди спокойно будут за этим наблюдать… В итоге останется только самое сильное, кровожадное и живучее чудовище. С которым люди уже не справятся, как бы ни старались… Итак, немочь, что же самое страшное для любого охотника на монстров?

— Самому стать одним из них, — негромко ответила я.

Старик согласно прикрыл желтые глаза с вертикальными зрачками…

***

Брат виконта и виконтесса дю Пюрреш проснулись от грохота.

Подскочив в постели, молодые любовники увидели в свете тусклого магического светильника распахнутые двери спальни.

В коридоре не горел свет, как должно было быть, так что из более-менее освещенной комнаты было невозможно понять, что творилось за порогом, в какой-то неестественно черной темноте. Но то, что что-то было не так, понял бы и последний дурак.

Особенно когда из темноты коридора в комнату влетел труп одного из охранников с кровавым месивом вместо головы.

Мужчина потянулся к клинку, но замер, парализованный ужасом. Из темноты на него смотрела пара ярко-желтых светящихся глаз, один только вид которых вызывал слабость в ногах и желание покорно преклонить колени, подставив шею под длинные острые клыки…

Баронесса, тоже увидевшая эти жуткие глаза, подавилась воплем. Молодые люди, словно парализованные, завороженно смотрели как в комнату шагнула гибкая красивая девушка с черными волосами и ярко-алыми губами.

Улыбнувшись, она подошла к кровати и, изящно наклонившись, положила руку на грудь мужчине. Раздался треск разрываемой плоти и хруст ломаемых костей. Во все стороны брызнули струи горячей теплой крови. На пол с кровати скользнул труп с остекленевшими глазами, блаженной улыбкой на застывшем бледном лице, и огромной дырой в груди, сквозь которую было видно осколки ребер и перемешанные внутренние органы. В руке девушки осталось еще бьющееся теплое сердце. Которое она с улыбкой протянула виконтессе.

— Ешь…

Довольное чавканье, издаваемое дворянкой, не смогли заглушить даже звуки блюющего в коридоре волчонка.

2.

Как выбраться из спящего поселка, да еще и с покалеченным волчонком на руках?

Ответ оказался весьма и весьма простым.

— Открывайте, идиоты! — закричала я во все горло, тормозя лошадей перед закрытыми воротами.

— Что? Кто? — захлопали глазами стражники, отчаянно размышляя, наставлять ли пики на нахальную девку, или все же не стоит, ведь она ведет дорогую на вид карету.

— Виконтесса дю Пюрреш, — ответила я, — изволила отправиться по делам!

— Так… ночь же! — окончательно растерялись стражники, увидевшие наконец герб на дверке кареты.

— А не ваше собачье дело, челядь! — я старательно цедила слова как можно презрительней и морщила нос, словно от вони. — Можете заглянуть и уточнить у самой госпожи куда и зачем она едет! Но потом на виселице не жалуйтесь, ибо настроение у нее самое паршивое!

Спрашивать, понятное дело, никто ничего не стал, но нос в окошко все же сунули и, убедившись в том, что там действительно сидит названная аристо, поплелись открывать ворота.

Если бы дело было где-то в городе, то я бы столь нагло не пробилась, но тут, на отшибе, аристократы имели куда как больше власти и влияния, даже такие мелкие.

Не дождавшись открытия ворот на всю ширину, я хлестнула коней и те, заржав, рванули в ночь. Я не особо боялась, что лошади переломают себе ноги в темноте — тракт был довольно укатанным, да и ехать нам только до ближайшей рощи. Ну а если кому-то из коняшек не повезет… Судьба не всех любит одинаково. А у меня будет свеженькая конина.

Впрочем, доехали без происшествий. Высмотрев по дороге небольшую рощицу в низине, я остановилась рядом с ней — в такой карете по темноте между деревьев не особо поездишь.

— Выходим! — хлопнув по крыше, крикнула я, и сама спрыгнула на землю.

Дверца, задрапированная тканью с вычурным гербом, открылась, и наружу грациозно спустилась аристо, стеклянными глазами смотрящая перед собой. За ней следом немного неуклюже скатился волчонок, опасливо поглядывая то на меня, то на виконтессу.

— Кстати, — подозрительно покосилась я на него, — у тебя блох-то нет?

Тот испуганно округлил единственный глаз и отрицательно замотал головой.

— А… А что Вы с ней сделали? — тихо спросил волчонок.

— Гипноз, — улыбнулась я. — Такая вампирская способность. Правда, работает не на всех, а попыток всего три за ночь.

К счастью, эта курица оказалась достаточно тупой, чтобы ее можно было зомбировать. Кстати…

Я глянула на небольшой циферблат, светящийся на периферии зрения. Осталось буквально пару минут, после чего чары спадут и она придет в себя. И до этого момента нужно решить, что мне с нею делать. Хотя… А почему я должна решать?

— Слушай, Котлета… — улыбнулась я волчонку.

— Я… Я — Арус, — неуверенно возразил он.

— Ты мой продовольственный запас, так что Котлета, — отмахнулась я, после чего ткнула пальцем в довольно большую грудь аристо. — Что с ней делать будем?

— Как… что? — захлопал Арус-Котлета единственным газом.

— Через пару минут она придет в себя, — пояснила я. — И начнет закатывать истерики. И это будет крайне плохо влиять на мое настроение. С другой стороны, свежей крови мне уже не нужно, напилась на пару дней вперед. И по этой причине я пока что добрая, так что судьба данной шалавы в твоих руках. Что скажешь, то с ней и сделаем.

Судя по растерявшейся мордашке волчонка, такого поворота событий он не ожидал. Я, впрочем, тоже. Но просто убить дуру будет не интересно. Гораздо больше меня интересовало то, какую же кару изберет этот маленький искалеченный раб для своей мучительницы…

Однако, Арус колебался.

Что же, тогда упростим ему задачу!

Протянув руку, я ухватилась когтями за ворот платья виконтессы и рывком дернула руку вниз, вспарывая дорогую ткань и выставляя на обозрение волчонка все прелести молодого ухоженного женского тела.

Мда… Я не жалуюсь, но мне бы такие пропорции не помешали.

Когти сами собой потянулись проделать такой же трюк еще раз, но уже не с платьем, а с кожей этой дряни, но я поспешно себя одернула — нужно контролировать собственные кровожадные порывы. Даже если очень хочется. ОСОБЕННО, если очень хочется.

А волчонок тем временем колебался.

— Время, Котлетка, время! — напомнила я, поглядывая на циферблат. — Решай быстрее. Хочешь, свяжем и бросим ее дикому зверью. Или можешь просто избить и изнасиловать, фигурка у нее к такому очень даже располагает. А хочешь, выпотрошим и повесим на дереве?

От каждого моего предложения бедняга становился все более и более бледным.

— Давайте просто… оставим ее тут, — в конце концов прошептал Арус.

В этот момент обсуждаемая мадам пару раз моргнула и в ее взгляд начало возвращаться осмысленное выражение.

— Где… я? — простонала девушка, пошатнувшись и, не удержавшись на ногах, упала пухлой попкой прямо на землю. — Что случилось? Почему… так темно?

А, ну да. Ночного зрения или еще чего у нее нет, а темень вокруг стояла кромешная. Да и уровень невысокий, скорее всего. Зачем ей набирать силу, с таким-то телом?

— В плену, — коротко ответила я. — А сейчас заткнись и сиди тихо, потому что один твой знакомый прямо сейчас решает твою судьбу.

— Знакомый? Плен? Что… ЧТО С МОИМ ПЛАТЬЕМ?!

Последнее было сказано уже откровенным требовательным визгом, да таким, что я не удержалась и пнула попытавшуюся встать аристо в живот. Видимо, силы немного не рассчитала, так как девушка боком завалилась на землю и, скрючившись, начала блевать.

— Как я уже сказала, — повернулась я к волчонку, — решай быстрее. Иначе я ее просто убью.

— Н… Не надо, — запричитала виконтесса, кое-как поднимаясь на четвереньки и слепо зашарив вокруг руками. — Я… Я все сделаю. Что захотите… И муж мой богат. Даст хороший выкуп… Только не убивайте.

Я поморщилась.

Садисты все такие. Обожают причинять боль, но сами боятся ее больше всего.

— Оставьте ее тут, — тихо повторил Арус, делая шаг от своей бывшей мучительницы.

— Ар? — тут же повернулась виконтесса на голос. — Это ты там, грязный комок шерсти?!

Я отвесила стоящей на четвереньках садистке еще один пинок, на этот раз в лицо, вызвав хруст ломаемого носа и брызги из зубной крошки.

— Тебе слова не давали. А ты, мелкий, хочешь, чтобы потом кого-то постигла твоя судьба? Или считаешь, что после такого "урока" она будет способна измениться?

— Я просто не хочу больше крови… — опустил голову зверолюд. — И так ее льется слишком много.

Какой милый наивный ребенок.

Вздохнув, я посмотрела на тихо хныкающую и зажимающую разбитое лицо аристо.

Терпеть их не могу. Вот только… за что? Странно… Точно знаю, что что-то было. Что-то донельзя мерзкое. Но вот что… часть воспоминаний словно в тумане.

Я нахмурилась.

Мда. Похоже, кто-то определенно покопался в моей памяти, заблокировав некоторые моменты. Судя по всему, не самые приятные.

Но это, мать вашу, моя память! И я точно никогда и никому бы не дала в ней ковыряться!

Срочно нужно в столицу! Хозяин сказал, что если я хочу прояснить этот вопрос, то нужно начать с нашего покинутого логова. Где мы находимся сейчас, я уже выяснила у виконтессы, пока та была под гипнозом. Но путь займет несколько дней…

— Мэм? — вырвал меня из размышлений голос волчонка. — Так что Вы решили?

Вместо ответа я наклонилась к аристо и, взяв ее руку за запястье, отвела ладонь от покалеченного лица.

Как бы темно ни было, но силуэт и пару моих желтых глаз она точно должна была видеть. Она и видела, судя по ужасу, отразившемуся в ее расширившихся зрачках.

— Если я когда-нибудь услышу даже просто намек на то, что ты или твой муж ищите меня или мелкого… То я вернусь. Вырву тебе ноги. Отрежу руки. Выбью зубы. Выжгу глаза. И продам в самый грязный бордель, который только смогу найти…

Ткнув дрожащую аристо лицом в землю, встала и подошла к карете. Когтями я быстро распрягла лошадей. И, пристроив на смирных животных прихваченные из особняка седла с сумками, начала быстро перегружать честно наворованное там же добро.

— Чего стоим, кого ждем? — покосившись на мнущегося Аруса, проворчала я. — Помогай давай, а то я до утра возиться буду!

В четыре руки мы закончили погрузку ценностей за полчаса, по ходу дела пересортировывая и выбрасывая слишком габаритные или трудные к продаже вещи — во время прохода по особняку я гребла все, что под руку попадется, не особо разбираясь.

Конечно, у меня была та тысяча золотых, что через Хозяина передал "неизвестный", но… деньги лишними не бывают, ведь так?

В результате, мы отъехали на двух лошадях, ведя в поводу еще по одной, груженной ценным барахлом: столовым серебром и золотом, всякими украшениями, дорогим оружием, красивыми платьями и прочим. Если что, сработает и за дополнительное прикрытие — скажем, что бродячие торговцы. Так себе, конечно, отговорка, но может сработать.

— Надеюсь, у этой курицы хватит мозгов не пытаться нас ловить, — усмехнулась я, оглянувшись на оставшуюся позади карету, в которую как раз забиралась шатающаяся виконтесса.

— Я тоже, мэм… — вздохнул волчонок, опасливо на меня покосившись. — Спасибо.

— За что? — удивилась я.

— Что сдержали слово.

— Ты лучше о другом побеспокойся, Котлетка, — оскалилась я. — Если я держу обещания, то, напомни-ка мне, что я говорила насчет твоей роли в этом путешествии?

— Я к этому готов, мэм, — слабо улыбнулся он.

— Глупый мелкий волчонок, — разочарованно покачала я головой. — Даже не интересно… И хватит мне тут "мэмкать". Чувствую себя старухой. Зови меня Роуз.

— Как прикажете, — тут же ответил он.

— И на ты.

— Как прикажешь.

Я закатила глаза. Ладно, для начала и так сойдет. И что-то у меня появилось желание сделать из этого хлюпика настоящего дикого волка. Глупая идея, но нужно же чем-то в пути заняться? А если надоест, то всегда могу его сожрать.

— Значит так, — прикинула я, направляя осторожно ступающую лошадь на тракт. — Путь у нас неблизкий, но и дальним его не назвать. Главная проблема в том, что я вампир.

— Вы… ты слабеешь днем? — осторожно поинтересовался Арус.

— Именно, — кивнула я и оскалилась, демонстрируя слегка трансформировавшиеся клыки. — Не настолько, чтобы такой хлюпик как ты смог со мной справиться, но все же довольно сильно. И если нарвемся на бандитов, то будет худо.

— Будем путешествовать ночью?

— Правильно мыслишь, — кивнула я. — Больше риска наткнуться на какого-нибудь сильного монстра, но лучше уж так. А днем будем останавливаться на отдых в укромных местах.

Какое-то время ехали молча, но после того, как мы отъехали уже достаточно далеко, до меня вдруг дошло кое-что, заставившее громко хлопнуть ладонью по лбу.

— Роуз? — удивленно посмотрел на меня волчонок. — Что значит этот странный жест?

— Да так, пережиток прошлого, — фыркнула я. — Остановимся тут ненадолго.

Свернув с тракта на небольшую поляну, я слезла с седла и жестом приказала мелкому сделать тоже самое.

Когда волчонок послушно спрыгнул на землю, я отцепила одну из сумок и бросила ее перед ним.

— Раздевайся.

— Эм… — Арус прижал обрубки ушей к голове и посмотрел на меня желтым, чуть светящимся в темноте глазом. После чего обреченно вздохнул и через голову стянул свои лохмотья, аккуратно расстелив их на земле. — Только… Я не особо опытен, мэм…

Опыте…

— Тьфу, блин! — сплюнула я, осознав двоякость ситуации. После чего пинком подпихнула к нему мешок и ткнула пальцем в сторону от тракта. — Тощие малолетки не в моем вкусе! Там ручей течет, иди помойся и подбери себе одежду из этого, а то от твоих лохмотьев уже несет! И давай бегом, нам сегодня нужно отъехать как можно дальше!

Покрасневший волчонок подхватил мешок и кинулся в указанную сторону.

Я фыркнула, провожая его взглядом.

Мелкий… неопытный… А штуковина так и торчит! Причем не по возрасту большая.

Кстати, нужно будет хоть его статус глянуть, а то собралась путешествовать не пойми с кем. Ну, хоть про одежду вспомнила, голова дырявая. Ошейник-то мы ему еще в особняке сняли, а то эта железка мешалась сильно…

— Привет, — раздался за спиной негромкий мягкий голосок, заставивший меня буквально подпрыгнуть на месте.

Обернувшись, я дикими глазами уставилась на непонятно откуда взявшегося человека. Вернее, девочку.

Лет, наверное, десяти на вид, обычная человеческая девочка в простом сереньком платье, с волосами, собранными в две смешные косички, и ласковой, просто обезоруживающей улыбкой.

— Ты что тут делаешь, дитя? — не чувствуя от нее никакой угрозы, я невольно опустила выхваченные секунду назад кинжалы.

— Тебя ищу, — шаркнула девочка босой пяткой по траве и, хитро прищурившись, сделала странный пас рукой.

Дилиньг!

"Внимание! Богиня Мют предлагает задание "Сестра Печали".

Принять?"

ГЛАВА 189. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 2)

ТАНЕЦ В ОГНЕННОМ ЛИВНЕ

1.

Уже давно прошли те времена, когда маленький бедный хомяк боялся собственной тени и с ужасом смотрел на грызущих друг друга мутантов в темных подворотнях мертвого города. Сейчас это была маленькая машина смерти, почти никого не боявшаяся. Ну, кроме пары "особых" личностей, к счастью, оставшихся совсем в другом мире…

При воспоминании о той неугомонной парочке, бедный Хома икнул и трусливо завертел головой. Однако, успокоив себя тем, что добираться от одной планеты до другой его преследовательницы будут долго, продолжил свой путь.

Солнце еще даже не начало клониться к закату и, пока все остальные члены отряда Буревестника прохлаждались в подземном убежище, Печенькин решил разведать территорию предстоящей ему операции. Ситуация осложнялась тем, что ему нужно было аккуратно проникнуть на военный объект, не поднимая шума и избегая лишних жертв.

— Пи… — раздраженно повел носиком маленький черный хомячок, забираясь по стене на крышу дома рядом с территорией казарм.

Устроившись повыше и немного увеличившись в размере, Хомка достал из своих пространственных защечных мешочков бинокль и огляделся.

Казармы Внешнего города были главными и самыми большими в столице. Конечно, у гвардейских частей во Внутреннем городе условия были куда как лучше, но на то они и гвардейцы — сильные, опытные и… малочисленные. В то время как тут квартировалось порядка пяти тысяч стражников. И это не считая тех "ветеранов", что жили в своих домах за пределами казарм…

Комплекс занимал площадь практически целого района, включая не только "спальные" здания стражи, но также и несколько тюремных строений, столовых, тренировочных площадок и залов, административных зданий и даже один бордель, содержащийся Короной и позволяющий возвращать немалую часть солдатского заработка.

Сейчас на территории казарм как обычно кипела жизнь: кто-то куда-то бежал, отряды новичков, пригнанные с деревень, тренировались, ветераны выводили через ворота свои отделения на патрулирования или в сторону ближайшего леса — повышать уровни… В общем, все было как обычно.

Почти.

В воздухе словно витало незримое напряжение, которое даже чуткий до неприятностей хомячок уловил далеко не сразу — настолько оно было хорошо замаскировано. Однако с наскока разобраться в чем тут дело не смог даже он.

Вроде бы и есть угроза, но какая-то неясная, зыбкая. Словно обрызганный дорогими духами и присыпанный золотой крошкой кусок свежего навоза — вроде бы и пахнет приятно, и блестит дорого, но стоит ткнуть пальцем и долго потом будешь отмываться.

Чихнув, хомка задумался.

С одной стороны, все тихо. Да и он — далеко уже не тот первоуровневый нуб. В принципе, можно попробовать и залезть, но… зачем? Засадой так и разит. Причем такой, что рассчитана явно не на него — на простых воров ставили бы капкан куда более топорно.

Вопрос только, откуда они узнали?

И есть ли вообще эта засада, или его все же просто глючит?

— Пииии… — вздохнул хомячок и с неохотой выплюнул на лапку небольшую резную трубку и кисет.

Поколебался. Сильно поколебался. Еще поколебался.

Вздохнул. Пискнул. Чихнул.

Взвесил все "за" и "против".

После чего покачал головой и сунул артефакты обратно.

"Уж лучше ковровая бомбардировка, чем это".

Пошевелил усами от внезапно пришедшей в голову мысли и радостно пискнул.

"А что, вполне себе вариант!" — подумал пушистый монстрик и, опять уменьшившись, с огромной скоростью и проворством запрыгал по крышам в сторону городских стен…

За час выбравшись за город, Хомка долго нарезал круги в лесу неподалеку, распугивая всех местных зверей и доводя до нервной икоты высокоуровневых чудовищ, пока наконец не нашел подходящую укромную полянку.

И начал быстро-быстро раздуваться, мутируя в кошмарную тварь восьми метров в холке, лишь отдаленно напоминающую изначального хомяка — куча щупалец с когтями вместо присосок в качестве шерсти; огромная воронкообразная пасть с треугольными, расположенными по спирали клыками; не уступающие размерами двуручным мечам когти; восемь пар разноцветных глаз, сидящих на коротких стебельках и дающих круговой обзор…

Наблюдающий за всем этим безобразием Тайшаддэс только покачал головой и нырнул поглубже в тень, чтобы ненароком не оказаться рядом с посланцем Укура во время осуществления им очередного плана. Старому Таящемуся очень и очень не хотелось вновь привлекать к себе внимание самого ненормального Древнего.

Однако, несмотря на угрожающий вид, Хомка принял эту форму отнюдь не для боя.

Да и, если честно, боевые характеристики хомячка оставляли желать лучшего — напади он в таком виде на казармы, и его просто бы разобрали на части.

Печенькин выбрал совсем другой путь развития, сделав ставку на скрытность и… огромное множество разнообразных артефактов и оружия, скрытых за его безразмерными щечками.

Гигантский монстр пошире открыл пасть и аккуратно выплюнул на поляну кучу странных деталей. После чего уменьшился в размерах до своего привычного полутораметрового роста и, вооружившись набором инструментов, принялся за работу.

Закат хомячок встречал на все той же полянке, усталый, но довольный.

Перед ним высилась раскрашенная в лесной камуфляж новенькая самоходная реактивная установка залпового огня "Фак-4 Строт ХРН-ВАМ", поступившая на вооружение Прорусской Республики мира Ор-Ла перед самым началом апокалипсиса.

Комплекс был способен работать в режимах ручного наведения, автоматическом и по удаленному контролю. Его боекомплект составляли три сотни управляемых реактивных снарядов класса "земля-воздух-земля", с радиусом действия в сотню километров и спутниковым наведением на цель. Однако, ввиду отсутствия оного спутника, Хомка задействовал резервную систему наведения из пяти легких развед-дронов.

Забравшись в бронированную кабину самоходки, Печенькин запустил проверку системы и направил стартовавшие из гнезд дроны в сторону столицы.

Ну а дальше все было делом техники.

Маленькие машинки бесшумно перелетели через городскую стену и зависли над спящими казармами, выпустив стайку совсем мелких роботов-разведчиков, состоящих из пропеллера, электромоторчика и камеры. Обшарив с их помощью здания, насколько это было возможно, Хомка сразу же нашел три притаившихся отряда с довольно грозными на вид бойцами, замершими внутри странных магических контуров.

Довольно потерев лапки, Печенькин мстительно навел на их расположения по ракете. К тому времени обнаружилась и его цель, мирно спящая на верхнем этаже одного из административных зданий в обнимку с двумя весьма потасканного вида дамами.

Повесив на моделируемой карте последнюю метку, Хомка отозвал всех мини-разведчиков и поднял дроны повыше, чтобы их не зацепило взрывом. После чего с большим удовольствием откинул пластиковую крышку-блокиратор и ударил по большой красной кнопке.

С направляющих РСЗО, оставив за установкой черные выжженные пятна от реактивного следа, с характерным ревом стартовали четыре ракеты. Широкой дугой прочертив ночное небо, они подрулили закрылками и устремились каждая точно на обозначенную для нее цель… И взорвались на высоте ста метров над казармами, перебудив звуками взрывов всех в радиусе нескольких километров.

Это был тот самый редкий случай, когда наука сталкивается с магией — в свете полыхнувшего взрыва было четко видно радужный купол защитного поля, сработавшего на прямую угрозу одной из важнейших точек столицы.

Выругавшись про себя на хомячьем, Печенькин мстительно оскалил резцы, увеличил количество снарядов до пяти на цель, после чего вновь вдавил кнопку пуска.

И вновь магия достойно выдержала удар, хотя от силы взрывов магические накопители казарм просели наполовину, заставив наблюдающих за ними дежурных магов срочно сливать в кристаллы всю ману и посылать за помощью, потому как они затылком ощущали, что это был далеко не конец…

И оказались правы.

Сидящий за пультом полутораметровый черный хомяк нервно дернул усом, посмотрел через камеры дронов на бессильно стекающее по радужному щиту пламя, на выбежавшего из здания администрации мужика, являющегося его целью, на суетливо бегающих стражников, на магов, устремившихся из своих теплых спален к башенкам с кристаллами-накопителями, и…

Одним движением выставил в качестве цели всю территорию казарм.

Лес был разбужен ревом старта двухсот семидесяти шести оставшихся в боекомплекте ракет.

Ночное небо осветилось настоящим огненным ливнем. Огненный молот войны цивилизации, шагнувшей по техническому прогрессу далеко вперед, обрушился на магический щит фэнтезийного королевства. С треском, радужная преграда разлетелась на двадцать третьем снаряде. С хрустальным звоном в башенках взорвались кристаллы-накопители, изрешетив осколками собравшихся вокруг них королевских магов.

А разбуженные страшным грохотом и тряской жители столицы с ужасом наблюдали, как падающие с неба один за другим снаряды превращали целый район города в пылающие руины…

***

[Андрей, за несколько часов до описываемых выше событий].

— А это обязательно? — скривился я, разглядывая свое отражение в серебряном зеркале. — Может быть, я все же в своем костюме?

— Скажи еще, что при полном вооружении! — скривилась Васька, наблюдающая за процессом моих пыток.

Я закатил глаза, покорно поднимая руки по команде портнихи, придирчиво разглаживающей на костюме несуществующие складки.

— Все, готово! Главное, не помните в дороге! — наставительно произнесла эта мучительница и, поклонившись Ваське и Ласатардии, выскочила из кабинета.

— Хозяин такой элегантный, — мечтательно улыбнулась Элли, теребя подол платья и с глухим стуком копыт переминаясь с ноги на ногу.

Я покосился на Мумуньку.

Сегодня она сменила свою обычную порно-пародию костюма горничной на классический черно-белый наряд с длинным платьем, рукавами, высоким воротом и чепчиком. Вкупе с невинными фиалковыми глазищами и кроткой позой тавра казалась практически воплощением целомудрия.

— Угу, — фыркнула Нокс. — Как алкаш на параде.

— Что, Зубастая, давно копье в заднице не ощущала? — хмыкнул я, переводя взгляд на Ужас и не без удовольствия разглядывая ее спортивную фигурку, завернутую в обтягивающее черное платье с длиннющим вырезом на бедре, открытыми плечиками и небольшой серебряной тиарой в кое-как уложенных черных волосах.

— Смотри, смертный, скоро время моего служения истечет… — многообещающе оскалилась она.

— Ну, если вы все готовы, то пора выдвигаться, — поспешно встряла между нами Василиса. — Андрей, от Принцессы ни на шаг!

— Да знаю я, знаю, — испустив обреченный вздох, я шагнул к Ласатардии и критически оглядел демонстративно потупившую взор девушку.

Высокая. Слишком, мать ее, высокая и тощая принцесса возвышалась надо мной на целую голову. Хоть платье ей подобрали хорошо — куча объемных завитушек и бантиков с пышной длинной юбкой скрадывали ее дистрофичность, делая хоть немного похожей на человека. А вот морду лица не спасала даже полупрозрачная вуаль — покрытое оспинами вытянутое лошадиное рыло нещадно резало глаза и топтало лежащий глубоко в сердце каждого мужчины стереотип "Прекрасной Прынцессы".

Неужели в этом фэнтезячьем царстве нет никакой алхимической приблуды или артефакта, меняющих внешность? Нужно будет Лафииль с Хомкой этим вопросом озадачить. Иначе, чую я, если в будущем дело, не приведи Бездна, дойдет до "супружеских обязанностей", то придется для нее заказывать черную кожаную маску. А себе — побольше вина. Иначе у меня просто не встанет.

Вздохнув, протянул руку, в которую принцесса вложила длинную узкую лапищу в тонкой перчатке из розоватого шелка.

Первыми за дверь двинулись мы. К слову, я с удивлением отметил, что Ласатардия мгновенно подстроилась под мой шаг, переставляя ноги ровно на ту же длину и в идеально синхронном темпе. Скорее всего, с танцами у нас проблем не будет…

За нами, гордо вздернув нос, потянулась Нокси, а следом за ней скромно пристроились Элли и Кроконяшка.

С последней был вообще тихий пиздец.

Мы долго спорили, какую роль отвести моей кислотной зверюге: тяглового животного или домашнего любимца. Я голосовал за последнее. Василиса за первое. Элли, естественно, приняла мою сторону, а Нокс, как всегда, выступила против. Решающий голос был за Ласатардией, которая тихонько и весьма мелодично посмеявшись, все-таки проголосовала за "домашнюю зверушку" и лично взялась руководить подготовкой "наряда".

В результате, восьмилапая тварь потом долго сидела у того самого серебряного зеркала и тупо пырилась на свое отражение, капая на каменный пол кислотной слюной из шокированно распахнутой пасти. А я мысленно отметил, что любимый цвет Ласатардии, похоже, розовый.

Туловище нашей Няшки укрывала симпатичная такая розовая попона со стразиками. На макушке красовался здоровенный розовый бант. Точно такой же бант был повязан у основания жала. Лапки были одеты во что-то вроде помпончиков пиндосских черлидерш, таких миленьких, пушистеньких и, естественно, розовых. Ну и в довершение на лоб зверюге какой-то алхимической дрянью прилепили витой белый рог, блестящий от обилия страз так, что глаза резало.

Когда Кроконяшка немного отошла от шока, она не стала сдирать все это безобразие, но при этом начала как-то странно на меня коситься. Словно мучительно решая, что будет болезненней: сожрать меня живьем, или медленно растворить в кислоте…

Хотя лично я ее недовольства не понимал. Девочки ведь должны любить розовое и стразики? Или она не "она"?

Хм… А яйцо тогда как получилось?

Кстати да, так кто же все-таки папаша? Или у Кислотников долгий период созревания и "залетела" Няшка еще до встречи с моим отрядом?

Пока раздумывал, мы успели подняться наверх, в особняк, загрузиться в две кареты и отчалить в неизвестном для меня направлении…

Глядя через зашторенное полупрозрачной тканью окошко на вечерний город и клонящееся к закату светило, я вдруг ощутил пробежавший по спине озноб, который дополз аж до колен, развернулся обратно и по бедрам медленно заполз в начавшую нестерпимо свербеть задницу.

Кажется, предстоящая ночь будет, мягко говоря, веселой…

***

Тем временем сидящая за заваленным бумагами столом Василиса откинулась на спинку кресла, устало потерла глаза и с хрустом размяла затекшую шею.

С печальным вздохом штатный стратег и личная героиня Ее Высочества оглядела горы не разобранных бумаг.

Тут затылок девушки кольнуло чувство угрозы, но было уже поздно.

Дверь слетела с петель и в комнату вошли двое мужчин, одетых в тяжелую броню. Убедившись, что кроме нахмурившейся девушки, в комнате больше никого не осталось, они разошлись по сторонам от входа, пропуская внутрь массивную фигуру своего хозяина.

— Гирви, как это понимать? — холодно спросила Василиса, глядя на неспешно приближающегося к ней мужчину.

Хотя она уже и так все поняла.

— Смена власти, — ухмыльнулся лысый здоровяк и, больше не давая Василисе сказать ни слова, одним молниеносным движением обнажил клинок и вогнал его точно в сердце девушки.

— Сукин сын… — выдохнула героиня и безвольно повисла на клинке.

— Может быть. Но я, по крайней мере, живой сукин сын, — ответил Гирви, выдергивая клинок и стряхивая с него кровь. После чего обернулся к ожидающим его бойцам. — Пошли, парни. Работы у нас сегодня будет еще…

Договорить он не успел.

Раздался скрежет брони и треск ломаемых костей.

Ощутив очень и очень странное чувство, предатель опустил взгляд вниз и увидел торчащую из своей груди хрупкую женскую руку, сжимающую его еще бьющееся сердце…

2.

Особняк семьи ле Зав-Ланчестер возвышался темной громадой даже на фоне немаленьких строений квартала знати. От остального города территория особняка закрывалась трехметровой стеной из гранитных блоков, толщина которых спокойно позволяла выставлять сверху дозорных и всяческие изыски фортификации, вроде защитных зубьев и смотровых башен. За стенами располагалась довольно обширная, даже по меркам столичной знати, территория с небольшим садом, прудиком, различными хозяйственными постройками и, конечно же, самим особняком.

Особняк был разделен на четыре крыла: центральное, хозяйское, гостевое и служебное. Центральное представляло собой цилиндрическую тумбу высотой примерно в пять этажей. Три других крыла расходились от нее в разные стороны на манер лучей и внешне отличались только количеством этажей: в хозяйском — пять, в гостевом — четыре, в служебном, соответственно, три.

Бал, куда была приглашена Ласатардия, как и все остальные подобные встречи, проводился в центральном крыле, которое изнутри делилось на этажи лишь условно, с помощью широких кольцевых террас, поддерживаемых массивными колоннами. На этих террасах стояли столики для уставших гостей, книжные полки, бары с напитками и закусками, а также находились выходы в другие крылья особняка.

Однако центральная часть цилиндрического строения не была занята ничем, и представляла собой одну большую бальную площадку, встав на которую и задрав голову, можно было разглядеть высоко наверху крышу здания из прочного и прозрачного горного кристалла — дорогого материала, которым также были прикрыты все окна особняка, что уже говорило о небывалом богатстве местных хозяев.

В этот раз гостей в этом необычном помещении было относительно немного — всего чуть больше трех сотен, в которых перемешались аристократы самых разных мастей: и богатые бароны, и надменные графы, и только-только получившие титул шевалье… Большинство из них, особенно те, кто победнее, носили вычурные полумаски и костюмы без особых отличительных признаков, однако завсегдатаи подобных сборищ могли чуть ли не с закрытыми глазами сказать кто и где находится, что выпивает и к кому сейчас направится подбивать клинья.

Люди начали собираться уже с обеда и сейчас, когда время плавно приближалось к закату, все приглашенные оказались в здании.

Почти все.

Ждали только принцессу. Но так как она была особой королевских кровей, то подобную вольность ей готовы были простить. Особенно не печалилась по этому поводу молодая часть участников бала, большинству из которых были даны весьма однозначные инструкции: во что бы то ни стало привлечь внимание принцессы. Ну а если случится такое чудо и она окажется с кавалером (во что не верилось никому), то дождаться пока этого самого кавалера отвлекут девушки, после чего опять же попытаться захомутать принцессу.

Нужно ли говорить, что юноши-аристо отнюдь не плясали от счастья, получив подобные ультимативные инструкции от родителей.

Старшее поколение от подобного тоже пребывало не в восторге, но деваться некуда — все присутствующие были свято уверены, что дни старого короля сочтены. Конечно, каждый из них уже давно готовился к подобному и активно налаживал мосты с… первым принцем. А вот принцессу всерьез никто в расчет принимать не хотел.

И, как оказалось, зря.

Ибо совсем недавно, словно гром средь ясного неба, сначала поступило заявление принца об отречении от престола в пользу его сестры. Но не успела знать хоть как-то переварить эту новость, как началась кутерьма с "убийцей королей", после чего Король под шумок объявил Ласатардию изменницей, потом началась "тихая" гражданская война в столице…

В общем, только сегодня аристократы наконец смогут нормально "пообщаться" с будущей Королевой. И под шумок попытаться охмурить неизбалованную мужским вниманием девицу с помощью своих красавцев-наследников…

И вот наконец отворились массивные двери бального зала, и внутрь вошли последние гости.

И стоило им переступить порог, как все разговоры сразу стихли, сменившись сначала недоуменным, а после и шокированным молчанием, когда сам не верящий в то, что он читает герольд, срывающимся голосом скорее пропищал, чем прокричал на весь зал текст с небольшого врученного ему кусочка пергамента.

— Первая наследная Принцесса рода ре Женьон, Ее Высочество Ласатардия ре Женьон, с му… му… кхм… Мужем! Легендарный герой, Андрэ ре Женьон!

По ступенькам от входа начали неспешно спускаться будущие Король и Королева Валликта.

Высокая, страшная, но неизменно гордая и невозмутимая Ласатардия, которую в лицо знал каждый из присутствующих, хотя некоторые предпочли бы такое позабыть. Правой рукой принцесса поддерживала пышное розовое платье, не давая ему запутаться в ногах, а левой… А левую держала согнутой в локте, с выставленной вперед ладонью, которая лежала на грубой мужской руке.

Конечность эта принадлежала вышагивающему рядом молодому человеку. Он не был столь красив, как собравшиеся тут молодые аристо, не имел невозмутимости принцессы, гордой аристократической осанки, так же как и мощной рыцарской фигуры.

Это был простой черноволосый и кареглазый молодой человек, заметно нервничающий от подобной обстановки.

Вслед за этой странной парой, спускалась не менее шокирующая троица, на которую, впрочем, впавшая в прострацию знать не особо и обращала внимание: одетая в длинное вечернее платье загорелая черноволосая красавица с ярко-алыми глазами, служанка-зверолюдка с кротким личиком и вызывающей обильное слюноотделение фигуркой, а также… что-то, отдаленно напоминающее результат насильственного союза светящегося рад-скорпиона и розового единорога. Один только взгляд в сторону этой несуразной и отталкивающе-пугающей зверюги вызвал обморок сразу у нескольких малохольных барышень.

В полной тишине процессия достигла нижних ступенек, сошла с них и остановилась на небольшом, чуть возвышающемся постаменте, заложенном архитектором в этом месте специально, чтобы собравшиеся могли осмотреть новоприбывших из любой точки зала и террас.

Вперед вышел встречающий гостей старый граф Рашер ле Зав-Ланчестер, нынешний глава этого богатого семейства и лидер самой большой партии среди поддерживающих принцессу аристократов. Это был грузный, бочкообразный мужчина лет пятидесяти-шестидесяти, который, впрочем, еще не полностью растерял былую хватку — за слоем возрастного жирка угадывалась фигура некогда могучего воина, прошедшего не одну компанию и имеющего немало боевых наград и шрамов. Он один из немногих собравшихся носил при себе меч на поясе — в этом зале оружие могли иметь при себе лишь ветераны, остальные же сдавали его на входе или вообще оставляли дома. Это была старая и осуждаемая многими традиция семьи ле Зав-Ланчестер, которая, впрочем, помогла немалому числу разразившихся в этих стенах скандалов не перерасти в дуэль или банальную поножовщину.

— Ваше Высочество, — коротко поклонился граф, окинув парочку весьма странным взглядом. — Не соизволите ли объяснить, как так вышло, что на… Вашей свадьбе не присутствовал ни один из нас? И, более того, почему Ваш… суженый даже отдаленно не напоминает носителя "голубых кровей".

Принцесса на мгновение задумалась, подбирая слова для "правильного" ответа. И этого мгновения, естественно, хватило, чтобы кое-кто дал максимально "неправильный" ответ.

— Потому что я ее обрюхатил. А что рожей не вышел, так уж извините, из голубого во мне только затраханная всеми встречными богами задница.

Судя по раздавшимся в наступившей тишине охам и звукам падающих тел, еще несколько барышень решили на время покинуть аристократическую тусовку. Причем, было не совсем понятно, вызвано ли это сквернословием "будущего правителя" или богатым воображением, споро нарисовавшим им картину "обрюхачивания".

Ласатардия закатила глаза и неодобрительно посмотрела на своего нахохлившегося "мужа", которому сзади прилетел незаметный пинок от Нокс и ментальная затрещина от души дракошки.

Старик Рашер, заинтересованно прищурившись, осмотрел наглого юношу, после чего… рассмеялся. Громко, в голос и от души.

— Браво, парень! — слегка успокоившись, заявил он, демонстративно похлопав в ладоши. — Я ожидал чего угодно, только не подобного заявления! Принцесса, я заберу на минутку у Вас этого хулигана? Хочу немного пообщаться с ним наедине.

Дождавшись облегченного кивка от Ласатардии, граф приобнял Андрея за плечи словно старого приятеля и с неожиданной силой поволок немного выбитого из колеи парня в сторону ведущей на террасы винтовой лестницы.

— Нокс, Элли — охрана, Няшка — со мной! — только и успел крикнуть пришедший в себя герой, неожиданно осознавший, что ему банально не хватает сил вырваться из медвежьих объятий старика.

— Да не дрейфь, все с твоей ненаглядной будет в порядке, — негромким серьезным тоном, совершенно не вязавшимся с его улыбкой, сказал парню ветеран. — А вот тебе бы не помешало за языком следить. Чуть скандал мне тут в первую же секунду не устроил.

— Сорян, перенервничал, — поморщился Андрей. — Вот и ляпнул не подумав.

— Ладно, Ласи девочка крепкая, сейчас быстро все замнет, — проворчал старик, шустро поднимаясь по лестнице и буквально волоча за собой героя. — А вот зверюгу свою мог бы и оставить, а то сейчас к девочке местные курицы полезут…

— Нет, старик, — Андрей бросил взгляд через плечо, на идущую следом и недовольно скалящуюся Кроконяшку. — Боюсь, без моего постоянного присмотра эта тварь кого-нибудь сожрет. Ничего, там и Нокси в случае чего хватит — один раз зыркнет и все ваши курицы снесут полные корзинки коричневых яиц.

— Да? — выгнул бровь ветеран.

В этот момент они как раз поднялись на террасу второго этажа и он, глянув вниз через невысокие перила, окинул заинтересованным взглядом красавицу в черном платье. Нокс с натянутой улыбкой стояла за спиной принцессы, окруженной полукругом из сыплющих вопросами аристократов.

— Что-то я не вижу в ней ничего необычного… — пробормотал старик, одновременно приветливо улыбнувшись и помахав рукой кому-то внизу.

— Ничего, надолго ее не хватит, — парень расплылся в улыбке, больше похожей на оскал. — Как только к ней начнут слишком навязчиво подкатывать, потекут коричневые реки. Главное, чтобы не красные… И отпусти уже меня, никуда не денусь! А то чувствую себя последним педиком-геронтофилом!

Разомкнув, наконец, жаркие объятья, старый ветеран и юный герой прошлись к стоящему рядом с перилами столику и удобно за ним расположились. Сейчас на террасах было только несколько скучающих стариков, симпатичных зверолюдок в роли барменш и разносчиц, а также несколько напряженных охранников, замерших по темным углам.

Андрей чуял еще и с десяток рассредоточившихся вокруг скрытников, но особой угрозы они для него не представляли. Гораздо больше его заинтересовала короткая юбочка и глубокое декольте подскочившей к ним крольчихи-официантки.

— Чего желают господа? — робко спросила она, невинно улыбаясь и слегка оттопыривая попку, да выгибая немаленькую грудь.

"Тебя, да прямо тут", — чуть было не ляпнул герой, но был вовремя остановлен чувствительным ментальным подзатыльником от Чешуйки.

— Мяса и слабого эльфийского вина, — хмыкнул старик, со смехом в глазах глядя на своего молодого собеседника.

— Кшиии… — раздалось из-под соседнего столика недовольное шипение обиженной зверюги.

— И кого-нибудь пожрать, — спохватился Андрей. — А то она уже часа три ничего не ела.

— Кого-нибудь? — непонимающе захлопала глазками симпатяшка-зверолюдка.

— Ну или что-нибудь, ей без разницы, — отмахнулся парень, вновь залипая на покачивающуюся перед ним грудь.

Словно в подтверждение его слов, кислотник подгреб себе хвостом стоящий рядом стул и аппетитно захрустел его металлической ножкой.

— Эм… я… поищу, — слегка окосела от такого официантка и быстро ускакала прочь.

— Занятный у тебя питомец, — хмыкнул граф, наблюдая как в пасти твари исчезает уже второй предмет мебели. После чего встрепенулся и, повернувшись к герою, хитро прищурился. — Ну, давай, молодой, колись. Как тебя угораздило?

— Как-как… — поморщился Андрей, краем глаза следя за происходящим внизу. Все же его обязанности телохранителя никто не отменял. — Хером об косяк… Решили после очередной операции немного расслабиться, нажрались всей компанией… а потом проснулся с ней в одной постели с сюрпризом в виде титула "наследник престола". Она специально какую-то алхимическую дрянь выпила, чтобы залететь в обход моей "предохранялки". Причем оба наших алхимика так и не сознались, кто эту гадость сварил, хотя одному я долго выдирал шерсть, а второй — перья.

— И большая у тебя "компания"? — заинтересовался граф.

— Достаточная, старик, — усмехнулся герой. — Достаточная. И силенок хватит, чтобы прямо сейчас разнести замок ее папашки по камушку. Единственное, что нас сдерживает, это мое обещание принцессе сделать все "правильно". Чтобы без гражданской войны, передела власти и прочих прелестей…

— А не преувеличиваешь? — хохотнул Рашер. Вот только его серые глаза оставались, как и в самом начале разговора, напряженно-серьезными. — У замка крепкая защита, да и городская стража с королевской гвардией в сторонке стоять не будут.

Вместо ответа парень с насмешливой улыбкой чуть склонил голову к плечу и посмотрел прямо в глаза старому графу. Тот, подумав что это обычная "игра в гляделки", взгляда не отвел.

И тут же понял свою ошибку.

Ведь через полностью почерневшие глаза парня ОНА с любопытством взглянула на этот мир…

Ветеран тут же зажмурился и, тяжело дыша, откинулся на спинку стула.

За свою жизнь он уже не раз оказывался у самой черты, из-за которой ощущался этот пронзительный взгляд.

— Успокойся, старик, — раздался голос Андрея. — Я редко прибегаю к ее силе. Только если меня действительно прижмут к стенке, или приставят кинжал к горлу моих близких. Слишком она непредсказуема… Хочешь знать, хватит ли нам сил? Так вот, те две милашки, что сейчас играют роль мебели рядом с Ласатардией, являются монстром Бездны и берсерком Граора. Знаешь таких? А у меня в теле тихонько булькает сила четырех далеко не самых безобидных богов. Мы втроем способны не напрягаясь вырезать все живое в этом особняке. Включая тех сусликов, что сейчас сидят по укромным норкам соседнего крыла…

Герой замолчал, давая собеседнику переварить информацию и прийти в себя.

— Господин? — раздался спустя несколько секунд неуверенный милый голосок.

Граф открыл глаза и через силу улыбнулся подошедшей официантке.

— Туги, — сказал он. — Передай ударным отрядам, что я меняю цели операции.

— Господин, вы о чем? — захлопала глазами зверолюдка.

Граф бросил напряженный взгляд на тихо посмеивающегося парня, в глазах которого все еще плескалась пугающая тьма.

— Возьми этого молодого человека и проведи к нашим "королевским гостям", — продолжил граф. — И окажи всяческую поддержку.

— Главное, чтобы под ногами не мешались, — проворчал Андрей, вставая. — Эй, Няшка, хорош мебель портить! Тут для тебя нарисовалась закуска пожирнее.

— Кша?

— Прошу за мной, — уже без улыбки и заигрываний сказала зверолюдка и, бросив на графа последний, слегка недоумевающий взгляд, повела странного человека и его не менее странную зверушку в сторону прохода в гостевое крыло.

Старик вздрогнул, когда в руках почти скрывшегося в проходе парня прямо из воздуха начало появляться длинное черное копье, поверхность которого, казалось, поглощала падающий на нее свет и сочилась пугающим черным дымом. И еще ему почудился внимательный алый глаз, следящий за ним с ладони парня…

— Слишком стар я для всего этого дерьма, — вздохнул граф и протянул руку в сторону. — Чеф, дай-ка свою фляжку.

Стоящий рядом старый скрытник отстегнул от пояса небольшую плоскую тару с ядреной гномьей настойкой и молча отдал ее господину. Тот взял два принесенных Туги фужера и выплеснул прямо на пол дорогое фруктовое вино, после чего разлил по освободившимся посудинам крепкую дрянь.

Скрытник, знакомый со своим хозяином еще со времен бурной молодости, скинул маскировку и молча уселся напротив, взяв один из фужеров.

— Ну что, приятель? — спросил граф, глядя на исчерченное шрамами и морщинами лицо старого друга. — Король мертв. Да здравствует Король.

— А не рановато? — хмыкнул скрытник, тем не менее соприкасаясь с господином дорогим хрусталем.

— Поверь мне, друг, — граф залпом опрокинул в себя все содержимое фужера. — Уф, забористая… Следующий рассвет королевство встретит с новым Правителем.

— Главное, чтобы мы его тоже встретили, — негромко проворчал скрытник, выпивая свой бокал. — И да здравствует Король!

3.

— Туги, да? — закинув копье на плечо, благо размеры коридора это позволяли, я с удовольствием рассматривал стройные ножки идущей передо мной крольчихи.

— Да, господин, — ответила она, дернув ушком и с опаской покосившись на мою правую руку.

— Не бойся, пока я не скажу, он тебя не тронет, — я тоже глянул на кроваво-красный глаз Саси, вылезший на тыльной стороне ладони. — Ну… вроде бы.

Если честно, выглядит моя несчастная конечность как тот еще писец: кожа почернела, кончики пальцев заострились, а начавший сочиться черный дымок складывался в форму самых настоящих щупалец, которые с любопытством шевелились в воздухе.

И на периферии зрения висела небольшая системка.

***

Длань Монстра — способность редкого ранга. Описание заблокировано до полного слияния с симбионтом. Текущий уровень слияния: 54 %.

Активные эффекты:

— Глаз Твари — Йасасайх, Ловец Душ, смотрит на них;

— Высасывание души — Йасасайх, Ловец Душ, жаждет их.

— Кожа монстра — Йасасайх, Ловец Душ, проявляет себя.

— Призрачные щупальца — Йасасайх, Ловец Душ, тянется к ним.

***

— Кстати, Саси, ты хоть теперь отключаешься? — поинтересовался я у глаза. — А то мне не улыбается бегать с гипсом на лапке, как та подделка под Данте.

Зверушка неопределенно пошевелила щупальцами и перевела куда-то свой взгляд. Я тоже посмотрел в ту сторону. Наши взгляды сошлись на попке вышагивающей впереди крольчихи.

Зачетная такая задница, ничего не скажешь.

— Интересно, а если я очень хорошо попрошу графа, он мне эту попку в отряд одолжит? Какая там у тебя специализация, красавица?

— Отравитель, — ответила она, обернувшись с милой улыбкой.

Хм…

Хммммм…

"Андрей, хватит на нее пялиться!" — не выдержала Чешуйка.

"А чего? Ревнуешь что ли?" — мысленно хмыкнул я.

"Тут вокруг полно врагов, а ты опять не тем местом думаешь!" — от сопровождающего этот вопль ментального посыла у меня слегка дернулась голова, словно от подзатыльника.

И когда только Чешуйка этому трюку научилась?

"Если я буду постоянно думать только головой, то сдохну от тоски и безысходности", — вздохнул я. — "Кстати, ты не в курсе, чего это Саси на физический план высунулся?"

"Думаю, из-за Копья", — через пару секунд раздумий ответила Чешуйка. — "И подскочившего уровня слияния. Зря ты все же силу Бездны использовал — это не та вещь, с которой можно играться. Каждая ее крупица что-то да меняет в тебе. Нужно было просто словами на старика давить".

"Я не такой хороший переговорщик", — возразил я. — "Тем более в столь форс-мажорных обстоятельствах. Уже хорошо, что он оказался не таким упертым бараном и сразу смекнул что к чему. Я, если честно, уже настроился на очередной глобальный пиздец с горой расчлененки".

"Скажи просто, что тебе было жаль эту крольчиху убивать", — вздохнула дракошка.

"Ну, не без этого", — мысленно развел я руками, опять залипая за попку зверолюдки.

— Господин, мы на месте, — вдруг остановилась она, разворачиваясь так резко, что ее дойки чуть не ушли в отрыв из-за центробежной силы. Причем, вместе с моими глазами.

— А? — я с трудом оторвался от этих мягких гор, едва ли не пинками заставив мозг вернуться из мира розовых фантазий к осмысленной деятельности. — А, да, пришли! Ну и где эти урки-укурки? Там?

Я кивком указал на массивную закрытую дверь, рядом с которой мы, собственно, и остановились. По обе стороны от нее замерли по два рыцаря в тяжелых латах со щитами, а рядом я ощущал присутствие еще шестерых скрытников.

А вот за дверью не ощущал практически ничего. Только весьма и весьма смутную угрозу. Если бы не общий угрожающий фон, наводки Чешуйки да банальная логика, хрен бы я заподозрил хозяина бала в двойной игре, с такой-то маскировкой ударных сил.

Нужно будет, кстати, узнать про эти "круги отчуждения", или как они там, поподробней…

— Отряд из десяти королевских гвардейцев и мага-иллюзиониста под скрывающими чарами, — кивнула Туги, смешно при этом поведя вертикально торчащими длиннющими ушками. — Будем атаковать в лоб? Или Господин справится сам?

Последние слова она произнесла с откровенной насмешкой, которая меня, если честно, слегка задела.

Ну окей, ушастая самочка, посмотрим что ты скажешь на это.

"Ой, началось…" — простонала в ухе Чешуйка. — "Мужики что, вообще перестают соображать при виде пары стройных ножек?"

"Ножки — это вторично", — наставительно ответил я, подходя к тяжелой двери под заинтересованными взглядами бойцов графа. — "Сиськи — наше все! А если к ним еще и жопа, да пара столь миленьких ушек прилагается…"

"Тебе что, своего зверинца мало?"

"Сисек много не бывает! Тем более, что я давно хотел испытать одну штуку…"

— Там есть окна? Или еще какая-нибудь вентиляция? — поинтересовался я у Туги, садясь на задницу прямо перед дверью, прислонив копье к плечу, словно усталый воин, и подняв левую руку с растопыренными пальцами на уровень груди.

— Окно есть, но оно закрыто и зашторено, — ответила та, немного непонимающе следя за моими действиями.

— Отлично, — улыбнулся я. — [И да пребудет с нами Великое Благо…]

На моей ладони появился маленький шарик размером с теннисный мяч. Его стенки были сделаны из чего-то вроде тончайшего стекла. Примерно такое мы в школе на уроке биологии использовали в качестве покровного во время работы с микроскопами — любое неосторожное движение и все, пиздец котенку… А внутри шарика клубился густой желтоватый дымок…

— Не дышите… — едва слышно прошептал я, берясь за ручку двери.

Резко приоткрыл дверь. Забросил туда шарик. Закрыл дверь. Раздался хрустальный звон, крики, в дверь что-то ударилось… И тут до меня кое-что дошло.

— Плащи! Мать вашу за ногу, дайте мне плащ и фляжку! Быстро! — закричал я, видя как из-под двери начала сочиться тоненькая струйка желтоватого дымка.

К чести бойцов графа, они сразу же сообразили в чем дело, поэтому дырка под дверью оказалась заткнута смоченными тряпками буквально в ту же секунду.

И наступила тишина.

— Это отравляющий газ? — нахмурилась Туги.

— Не совсем, — улыбнулся я, глядя на тикающий таймер. — Подожди еще пять секунд и увидишь. Самому интересно, потому как ни разу эту штуку еще не юзал.

А тем временем у меня в голове стало появляться "ощущение" одиннадцати человек за дверью. А потом оттуда начали раздаваться стоны, голоса, бормотания… В общем, что-то там происходило, но наружу никто не рвался. Дверь, хоть и получила в первые секунды после закрытия пару увесистых ударов, стояла абсолютно спокойно.

Вот таймер истек и я, поднявшись на ноги, кивнул.

Тряпки из-под двери тут же исчезли и один из бойцов в латах рывком ее распахнул, готовясь влететь с мечом наперевес… но замер на пороге, не в силах сделать шаг в то место, в которое превратилась обычная комната.

Прямо у порога в полном молчании один голый накачанный мужик с лицом белокурого младенца счастливо плел венки, сидя на миниатюрном лугу. Над ним висела маленькая тучка, поливая ему на плечи дождь из спагетти, которые, упав на лужайку, тут же стремительно уползали под землю.

Одной этой картины нам уже хватило, чтобы окосеть.

А ведь там таких было одиннадцать…

Второй голый мужик был прикован к невесть откуда взявшейся на стене дыбе и с самым счастливым видом пускал слюни, получая хлесткие удары от фиолетовой демоницы в черном латексе. Третий порхал под потолком на белых крылышках аки ангелочек, наигрывая на арфе. Четвертый, в желтой костюмчике с улыбкой счастливого идиота бил в бубен собственным гипертрофированно-огромным хреном. Пятый и шестой с самым задумчивым видом сидели рядом с невесть откуда взявшимся прудиком и… рыбачили. Седьмой плавал в висящем в воздухе огромном водяном шаре, лихо гоняясь за пышногрудой русалкой. Восьмой и девятый покрылись чешуей и блаженно загорали на каком-то камушке под светом миниатюрного солнышка. Десятый висел на потолке вниз головой и беззвучно распевал серенады столь же беззвучно аплодирующим ему десяти призрачным силуэтам. Одиннадцатый бегал на четвереньках по кругу со счастливым лаем пытаясь ухватить крокодильей пастью собственный страусиный хвост…

И в самом центре всего этого безобразия, на парящем желтоватом облаке, восседал тощий заросший хипарь в желтых зеркальных очках и мешковатой радужной одежде, с заплетенными в дреды с радужными бусинками длинными черными волосами, которые венчала столь же веселая радужная шапочка. Меж пальцев хипаря исходила желтоватым дымком слегка приплющенная самокрутка.

— Йооооооооуууу… — протянуло это чудо низким укуренным голосом. — Чуууууувааааакиииии… Каааааак чееееееее?

Я потянул застывшего на пороге рыцаря на себя и поспешно захлопнул дверь.

Ну нахуй.

Тут даже экзорцист не поможет.

— Что. Это. Было? — с абсолютно круглыми глазами спросила Туги, выражая, видимо, общий вопрос всех присутствующих.

— "Дым блага", — нервно икнув, ответил я, чувствуя как моя крыша медленно куда-то уплывает. — Способность легендарного грейда. В описании сказано только то, что вдохнувший дым познает Величайшее Благо…

"Это был ОН" — раздался у меня в голове шокированный голос Чешуйки.

"Кто?" — не понял я. — "Тот хипарь?"

"Это не просто "хипарь"! ЭТО — УКУР. Древний бог. Причем из самых отмороженных. Не приведи Древнейшая оказаться в его лапах. Уж лучше и правда в объятья Бездны…"

"И что теперь с этими королевскими гопниками будет?" — заинтересовался я.

"Не знаю", — ответила дракошка. — "Может быть, через пару дней придут в себя. Может быть, останутся такими навечно. Может быть, Укур их куда-нибудь забросит "чисто по-приколу". А может быть, прочухаются через полчаса в качестве лягушек-педиков и будут до конца жизни есть мух и оприходовать друг друга в попки. В том-то и опасность Укура. В отличие от остальных богов, клал он на все договоренности и творит что хочет. И никто ничего ему сделать не может — силенок не хватает".

Бог без тормозов?

Вот теперь меня пробрало.

Я опасливо посмотрел на закрытую дверь, после чего мысленно поставил этот дымок на строчку выше "Взгляда Бездны" и опечатал его семью цепями с надписями "не использовать ни в коем случае". И хорошо что я эту дурь на себе не испытал, хотя несколько раз порывался.

— Поставьте у двери пару человек в охрану, — скомандовал я бойцам. — И через пару дней загляните. Может быть, кто-нибудь и прочухается. А может быть, они все просто исчезнут… Туги? Эй, Туги?

Видя, что крольчиха впала в полную прострацию, я фыркнул и… ухватил ее за выпирающий из-под блузочки сосок, потянув его на себя.

"Андрей!"

"Сорян, не удержался".

— Ай! — дернулась девушка, мигом отскочив на пару шагов назад и рефлекторно прикрыв грудь.

— Это не я, это он! — я с невинной улыбкой ткнул пальцем в возмущенно заморгавший глаз Саси. — Ну а раз все пришли в себя, то пойдем к следующей партии.

— Кша? — раздалось с потолка возмущенное шипение.

— Поверь, этих тебе лучше не жрать, — хмыкнул я, задрав голову и глядя на висящую на потолке Кроконяшку…

***

Второй отряд королевских гвардейцев был неподалеку от первого.

Пять минут ходьбы по запутанным коридорам и мы вновь остановились у еще одной массивной двери. Вот только на этот раз на меня уже смотрели с большой долей опаски, видимо ожидая, что я еще могу выкинуть.

А я что? Я ничего.

Я белый и пушистый.

"Ага. Как драко-лич", — проворчала дракошка.

"А вот нефиг мои мысли подслушивать", — огрызнулся я, в отместку представляя, как начинаю стягивать с нее изумрудную тогу и…

По чайнику опять прилетела ментальная затрещина.

Больно, блядь.

Совсем самки распоясались. То женят без спросу, то мысли подслушивают…

Вздохнув, я поудобней перехватил копье, потянулся до хруста в спине и тряхнул головой.

— В этот раз без изысков, — ответил я на невысказанный вопрос. — Откройте дверь, я зайду, закройте дверь. Как все стихнет, можете входить следом.

— А… — попыталась что-то спросить нахмурившаяся Туги, но я резко крутанул копье, едва не чиркнув острием ей по носу. Девушка побледнела, почувствовав пронесшуюся в миллиметре от нее силу Древнейшей. — Я поняла, Господин.

— Няшка, прикрываешь сверху, — не поднимая головы скомандовал я.

В ответ была тишина, но я знал, что затаившаяся на потолке кислотная тварь, давно избавившаяся от своего розового костюма, готова в любой момент меня поддержать.

Как в старые времена. Еще бы Жанну за спину, да Антуанетту впереди…

Глубоко вздохнув, тряхнул головой и пошел вперед.

Кто-то из скрытников резко распахнул дверь.

Рывком нырнул в открывшийся проем.

Восприятие обострилось. Мгновенно накачавшаяся адреналином кровь зашумела в ушах.

В центре довольно просторной комнаты, за чертой широкого круга, прямо на полу расселись обряженные в тяжелые латы гвардейцы. Посередине горящей призрачным огнем магической фигуры замерла молодая чародейка с сияющим посохом в руках.

Брошенное с порога копье с шелестом рассекает воздух и вонзается в первого находящегося на моем пути гвардейца, угодив тому точно в лицо. Словно в замедленной съемке вижу, как лезвие мифического артефакта входит ему точно в рот, разбивая зубы и вонзаясь глубоко в горло. Но даже не успела брызнуть кровь, как тело начало распадаться на невесомые хлопья черного пепла, больше похожего на сажу.

Копье исчезло вместе с трупом врага, а на пол упало покрытое черными жирными пятнами пустое снаряжение.

Расстояние слишком маленькое. А рывок у меня быстрый. Второй раз призвать и метнуть копье не успеваю. Я уже возле следующего противника, преграждающего путь к магине. До нее нужно добраться в первую очередь. Чароплетка — самая опасная тут.

Гвардейцы уже на ногах. Пригибаюсь, пропуская лезвие меча на волосок от макушки. И с силой бью правой ладонью на манер копья в открывшуюся подмышку противника. Там нет брони — только тонкая кольчуга.

Когти преобразованной руки с трудом пробивают слой стальных колец и стеганку. Едва-едва надрезают кожу. Но Саси большего и не нужно.

Тварь Бездны мгновенно вытягивает душу врага и тело замирает с остекленевшими глазами. Левой рукой выхватываю из ослабевших пальцев меч еще до того, как бездушный кусок мяса начинает падать.

Отбиваю новым оружием летящий в спину удар. Справа слышатся шипение и хрип — это Няшка плюнула кислотой в подскочившего ко мне сбоку бойца. Бросаю на него короткий взгляд. Лицо плавится, обнажая кости черепа. Зеленовато-алая пузырящаяся жижа стекает за ворот, лопнувшие глаза вытекают двумя бело-желтыми потоками… Не жилец.

Срабатывает "игнорирование здравого смысла", отражая какую-то посланную чародейкой иллюзию. Повезло, что решили сначала ударить по разуму.

Кручусь на месте, отрубаю голову еще одному бойцу.

Отталкиваю его тело с пути. Напрягаю ноги, готовясь прыгнуть на мага.

Короткая яркая вспышка предчувствия опасности заставляет нырнуть в тень. Сквозь то место, где было мое тело, пронесся брошенный кем-то меч. Вновь выныриваю в реальность и рывком преодолеваю последние шаги до магички.

Девушка. Совсем молодая. Но серые холодные глаза смотрят прямо, не боясь смерти. Руки продолжают плести кружево каких-то чар, даже когда я оказываюсь практически вплотную к ней. Настолько близко, что ощущаю тепло ее разгоряченного адреналином тела и запах душистых трав от пепельно-серых волос.

Заклинание она не закончила.

Без изысков бью под дых правой рукой.

Короткая команда Саси.

"Эту — мне".

Чувствую его недовольство, но в тот же момент что-то горячее устремляется из тела девушки по руке и растворяется где-то в районе сердца.

Прокручиваюсь юлой, уходя вбок от удара подобравшегося сзади гвардейца. Промазавший по мне меч бойца рассекает оставшееся без души тело магички от левого плеча до правого бедра. На искаженное злобой лицо солдата плещет густая алая кровь. А в следующий миг его голову прямо сквозь шлем пробивает длинное острое жало, глубоко уходя в его тело, через мозг и шею дотягиваясь до самого сердца. От такого удара глаза бойца наливаются кровью и вываливаются из орбит. Кровь алыми потоками хлещет через рот, нос и уши. Хвост засевшей на потолке твари изгибается и уже мертвое тело взлетает вверх, попадая прямо в широкую жадную пасть…

Вновь "мерцаю", на мгновение проваливаясь в тень и пропуская сквозь себя арбалетный болт. В ответ летит призванное копье, пробивая стрелка насквозь и обращая в горсть черного пепла.

Осталось четверо гвардейцев. Пока я отвлекался на арбалетчика, они окружили меня с разных сторон и одновременно рванули, нанося удары.

На миллиметр разминулся с одним клинком, принял на жесткий блок еще два, а последнему позволил глубоко войти в правое плечо, взамен дотягиваясь до его обладателя кончиками пальцев "Длани Монстра". Миг, и его тело оседает, лишившись души, а я рывком ухожу в образовавшуюся брешь.

Замираю, переводя дыхание и выдергивая из плеча засевший меч.

Теперь у меня их два. Нормально.

Так привычней.

Рана глубокая, но проблем не вызывает — и не такое бывало.

Кровь уже остановилась, спасибо регенерации.

Но вот правая рука будет пока работать хуже из-за рассеченных мышц. Но это тоже терпимо.

Трое оставшихся врагов, коротко переглянувшись, рванули ко мне.

Им слишком мешают тяжелые доспехи, которые не дают от меня почти никакой защиты.

Прыгаю навстречу. Один из них резко меняет траекторию, уходя от ударившего сверху хвоста кислотника. Пытается ответным выпадом отрубить настырное жало, но Няшка шустро одергивает драгоценную конечность и плюет во врага кислотой. Тот уворачивается перекатом и… оказывается погребен под тушей прыгнувшего с высокого потолка монстра.

Принимаю в жесткий блок клинки двух оставшихся гвардейцев под жуткие крики их заживо сжираемого товарища. Пришедшие в ярость люди отчаянно давят на клинки, пытаясь дожать меня грубой силой. Правая рука из-за раны начала сдавать.

Скалюсь им прямо в лицо и вновь ныряю в тень. Внезапно потеряв опору, оба бойца проваливаются на шаг вперед, давая возможность появиться точно у них за спинами.

Двойной выпад. При соприкосновении с закрывавшей спину рыцарей броней, клинки на мгновение покрылись тенями и прошли сквозь толстую сталь даже не заметив сопротивления — "пронзающий выпад тени" активировался весьма вовремя. А кольчуга и стеганка не смогли сдержать удар, позволяя клинкам погрузиться глубоко в тела гвардейцев.

Отпускаю рукояти. Делаю два шага назад.

Бойцы медленно поворачиваются ко мне. Шлемы без забрал. Я вижу два уже немолодых лица, покрытых шрамами и искаженных гримасами боли. Но в глазах горят лишь ненависть и решимость.

Они упорно делают шаг ко мне.

И сбоку на них налетает здоровенная чешуйчатая туша…

Комнату наполняют отчаянные вопли боли, быстро сходящие на нет, оставляя лишь довольное урчание зверя и хруст разгрызаемых вместе с броней костей.

Оборачиваюсь и вижу замершие в дверях шокированные лица бойцов графа. Видимо, ребята собирались броситься мне на помощь.

— Как мило… — пробормотал я, направившись к ним. — Ну что, орлы, где там третья команда паразитов? Сейчас моя Няшка доест и двинем. Не волнуйтесь, много времени это не займет — она сегодня какая-то особенно голодная. Как бы второе яйцо не отложила.

— Кшаааа? Кха… кха… — судя по звуку, зверюга от шока чем-то подавилась.

Пройдя сквозь расступившийся отряд, по пути потрепал по голове ошалело прижавшую ушки зайчиху, оставив на ее черных волосах кровавый след, который она даже не заметила, после чего спокойно пересек коридор и сел у противоположной стены, прислонившись спиной к прохладному камню.

Достал из кармана зелье Хомки и опрокинул в глотку, стараясь не обращать внимания на отвратительный вкус.

Блядь, из чего он эту бурду варит?!

Да, можно было заставить бойцов графа самих справиться с королевскими гвардейцами, которые устроили столь милую засаду. Они бы их уложили, я в этом уверен. Но с большими потерями. А что-то мне подсказывает, что люди нам потом еще понадобятся…

Так что мне проще самому прогуляться по этим милым ребятам. Заодно и способности свои протестирую, а то давно всерьез не дрался.

Плюс, есть еще две очень веские причины так рисковать собственной шкурой.

Гвардейцы Короля — довольно высокоуровневые противники. И маги у них тоже неслабые. И теперь одна из этих магов служит мне отличной "батарейкой".

Ну и вторая причина тоже кроется в высоком уровне противника, ставка на который уже дала мне отличный результат в виде мигающей в углу зрения небольшой надписи.

"Внимание! Достигнут 40 уровень!"

Ебаный стыд, ну наконец-то!

Новая классовая абилка и пять очков характеристик!

Поинты я не задумываясь залил в ловкость, добив значение до ста девятнадцати единиц.

А вот открыв описание способности, малость подвис, не зная, плакать мне, смеяться, или крыть матом всех, кто под руку подвернется.

Нет, я привык, что в мой класс всякую муть напихали… Но чтоб настолько!

***

Буря Звездного Ветра — активная классовая способность.

Цель: любая зона текущей звездной системы радиусом от 0.1 до 1 а.е.

Эффект: создает локальный энергетический шторм из случайных излучений.

Откат: 1 сутки.

Продолжительность: случайно.

Активация: [Ты не пройдешь].

ГЛАВА 190. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 3)

ТАНЕЦ С ТЕНЯМИ

1.

— Чудовище… — сквозь зубы прошипела довольно красивая девушка, с ненавистью глядя на меня.

Она явно относилась к какому-то тяжелому рыцарскому классу, о чем свидетельствовали массивные доспехи, внушительный широкий щит, почему-то напоминающий надгробную плиту, и одноручная массивная булава, называемая, если мне память с печенью не изменяет, моргенштерном. Шлема на ней не было — слетел, когда я достал ее голову очередным выпадом клинка. Тогда же оставил ей над бровью небольшую рану, кровь из которой залила ей половину лица, надежно залепив один глаз. Оттереть ее она не решалась, потому что стоит девушке хоть на секунду отвлечься, и я тут же атакую.

А вообще ничего так бабенка, симпатичная.

Строгие черты лица, прямой нос с едва заметной горбинкой, суровый взгляд внимательных карих глаз, чуть тронутые ранней сединой короткие черные волосы… Про фигуру ничего не скажу, но если она столь легко таскает столько железа, то "пышечкой" тут и не пахнет. Скорее всего, что-то вроде Нокс или Элли — подтянуто-подкачанная спортсменка.

Чем-то эта девушка напоминала мне Антуанетту. Возможно, именно поэтому я не стал использовать копье, а дрался с ней на клинках?

— Детка, а что ты думала я буду делать, обнаружив на себя засаду? — выгнул я бровь. — Покорно подниму лапки и буду ждать, пока меня прирежут?

Она ничего не ответила, только стиснула зубы и до скрипа сжала рукоять булавы.

— Давай, завязывай, — вздохнул я, чуть разводя подобранные с тел ее товарищей клинки в стороны. — Времени у меня тут с тобой играться уже нет. Или сдаешься, или просто прирежу, как остальных.

Она была последней из этой засадной группы в частности и единственной выжившей из всех посланных за нами королевских гвардейцев вообще. Ну, не считая тех жертв "укуренного божества", о близком соседстве с которым я предпочитал не думать.

— Мы гвардейцы, мы поклялись служить Короне! — заявила она, используя заминку чтобы перевести дух. — А рыцарь-служитель всегда стоит до конца!

Значит, я не ошибся — класс такой же, как у моей знакомой терминаторши. Вот только до дури Антуанетты она явно не дотягивает, больше взяв уклон в защиту, а не в атаку. Однако, если она хотя бы вполовину столь же упертая, то я лишь зря теряю время. А жаль. Баба-то реально симпотная…

Перехватив клинки обратным хватом, чуть пригнулся и с места рывком ушел вперед. В самый последний момент чуть изменил траекторию рывка, уходя от вертикального удара булавой, после чего на короткий миг провалился в тень, пропуская сквозь себя широкий взмах тяжеленного щита. Девушка, провалившая обе атаки, на доли секунды подставила бок. Этого мне хватило.

Покрывшийся тенями клинок легко вспарывает броню, но импульс удара вязнет в тяжелой кольчуге и толстом поддоспешнике, в итоге едва войдя в тело девушки самым кончиком острия. Больно, конечно, но для ее класса это пустяк. Отпускаю рукоять меча. Свое дело он сделал — прочно засевший в броне клинок будет порядком мешать ей двигать рукой со щитом.

Пропускаю над головой очередной взмах тяжелого моргенштерна и бью основанием ладони по рукояти торчащего из ее бока меча. Тихонько лязгнув, оружие глубоко входит в рану, вырывая у девушки крик боли. От нахлынувших не самых приятных ощущений она на секунду теряет равновесие.

Тут же выпускаю из рук вторую рукоять и делаю шаг вплотную к рыцарю. Моя правая нога оказывается за ее ногой, голень к голени, ставя банальную подножку, а раскрытая ладонь хватает за лицо, со всей силы толкая вперед и вниз. С глухим стуком впечатываю затылок упрямой девушки в деревянный пол.

Сила удара такова, что толстые доски трескаются, а под затылком жертвы быстро растекается небольшая лужица крови.

С трудом сдерживаю Саси от попытки выудить ее душу, и проверяю чувством "Жнеца".

Жива.

Уф…

Рискованный трюк, но он сработал, капнув пунктик в навык "рукопашного боя".

В отличие от остальных гвардейцев ублюдка, эту дамочку мне почему-то не хотелось убивать. Вот не хочу и все! Может быть, боги что-то в мозгах подкрутили, может быть просто мордашка ее понравилась, а может быть какое-то предчувствие грядущего проснулось, но факт остается фактом — эта рыцарша должна жить.

А зачем и почему — мне по барабану. Хотя, если бы этот трюк сейчас не удался, то я бы уже взялся за нее всерьез, стараясь не просто выбить дурь, а конкретно укокошить.

Встав, с хрустом размял спину и легонько пнул морду Няшки, сунувшейся было к тушке моей оппонентки с самыми явными намерениями.

— Фу, эту нельзя! Нельзя, я сказал!

— Живая? — даже несколько удивленно спросила подошедшая сзади Туги, подергивая ушком. — Зачем она Вам, Господин? Неужели собрались "овладеть ей по праву сильного"?

— Было бы неплохо, особенно если еще и тебя подтянуть, — насмешливо фыркнул я, с трудом отводя взгляд от груди отравительницы, после чего уже серьезней добавил: — вот только и так бабский батальон собрал, не знаю куда всех этих маньячек теперь девать. Повернутая на патриотизме железнолобая мне там точно не нужна.

— А зачем тогда? — явно непонимающе спросила зверолюдка.

— Зайка, вот честно, хуй его знает, — развел я руками. — Просто захотелось и все. Киньте ее пока в свои казематы, подлечите и не издевайтесь. Как вся эта лабуда закончится, найдешь меня и напомнишь о пленнице. А если не сможешь найти, то просто выдайте ей несколько золотых, простенький меч и отпустите на все четыре стороны.

— Это Ваша личная просьба? — нахмурилась ушастая, явно подсчитывая что-то в уме. — Или просьба Короны?

— Считай это моей личной просьбой к графу, в счет того, что я не стал тут все разносить по камушкам, — оскалился я, заставив ту вздрогнуть и прижать к голове милые ушки. — А сейчас пошли. Мне нужно быстро переодеться во что-нибудь приличное и бежать к своей "ненаглядной", чтоб ее…

***

Обратно меня вывели через тот же проход, через который и уводили "на охоту".

И, насколько я увидел, ничего за эти минут тридцать-сорок не изменилось. Ну, почти ничего…

Граф сидел все на том же месте, неспешно потягивая что-то из высокого бокала. Людей на втором ярусе вроде бы прибавилось, но ненамного — человек десять упитанных старперов перебрались сюда с бальной площадки, явно устав толкаться вокруг королевской особы.

Игнорируя заинтересованные взгляды, я в сопровождении Туги прямо прошлепал к старику Рашеру и остановился рядом, не присаживаясь.

— Проблема с "грызунами" решена, — стараясь откровенно не скалиться, оповестил я. — Если я тебе тут не нужен, то лучше присоединюсь к своим, а то Нокси, как вижу, уже потихоньку подходит к точке кипения.

— Только слишком резких заявлений не делай, Твое Будущее Величество, — хмыкнул старик, обведя меня подозрительно осоловелым взглядом.

— Постараюсь, — поморщился я. — В крайнем случае, просто тихонько прирежу недовольных.

— Вот этого-то я и опасаюсь, — вздохнул граф. — Пойми, тут все "свои" и искренне стремятся поддержать Ласси.

— Угу, — кивнул я. — Прям как ты…

— Ну, не без этого, — ничуть не смутившись, пожал он плечами и перевел взгляд на стоящую позади меня зверолюдку. — Туги, от него ни на шаг. Если что выкинет, либо быстренько замни сама, либо пошли за мной.

— Да, Хозяин, — поклонилась ушастая, старательно скрывая недовольную мину на мордашке, после чего положила на стол свернутый трубкой кусок пергамента. — Это краткий отчет. Полный предоставлю позже…

Я их больше не слушал, быстрым шагом направившись к лестнице. Кроконяшка, сыто щурясь, неспешно потрусила следом.

Стоило мне начать спускаться, как разговоры в зале попритихли и, судя по ощущениям, на моей тушке сошлись взгляды всех присутствующих. Далеко не самое приятное чувство, скажу честно. Боязнью сцены хоть и не страдаю, но от такого интенсивного внимания меня почему-то так и тянет сотворить какую-нибудь херню. И желание это только подогревали начавшие доноситься до моего чуткого уха перешептывания местных олигофр… олигархов, имеющие не самое приятное содержание. Будь я более цивилизованным человеком, то вниз бы уже полетело с десяток вызовов на дуэль. Но, увы, кто сказал, что я цивилизованный, да еще и культурный?

Спустившись до середины винтовой лестницы, резким движением вскочил на перила и, оттолкнувшись ногами, сделал длинный прыжок с позерским тройным сальто, благо показатель ловкости позволял и не такое вытворять.

— Оп! — приземлился так же позерски, точно на ноги, с широко расставленными руками, лыбой от уха до уха, от которой, казалось, рожа сейчас треснет пополам, и…

— АААА! Сууу… дарь! Что Вы себе позволяете?!

И прямо на ногу какому-то холеному хлыщу с напомаженными губами и таким убойным запахом духов, что казалось, будто он выкупался прямо в чане с ними. Собственно, приземлился я не пятками, а всего лишь носками шлепнул ему по пальцам, потому как в другом случае он бы не шипел, а валялся с переломами ступней.

— А че? — не меняя улыбки, я вытащил наружу своего уже слегка запылившегося "внутреннего гопника" и глянул вниз. — Ой, пардон, братуха, я случайно! Ничего не сломал? Нет? Ну и ладно! В знак извинения позволю тебе попросить прощения.

— За что? — захлопал он глазами.

— За то, что предположил, что моя мамка жирная портовая шлюха, — "ласково" улыбнулся я.

Парень слегка побледнел, но все же продолжал держать "морду кирпичом" и процедил сквозь зубы.

— Вам послышалось…

— Андрей! — раздался сбоку встревоженный голос Ласатардии.

А я… А что я?

С этой публикой можно общаться лишь тремя путями.

Я могу лизать всем задницы, раздавая "наделы, вольницы и богатства", тем самым склоняя их на свою сторону. И этот способ мне категорически не подходит. Не выдержу, сорвусь и перебью всех нахуй.

Я могу плести интриги, стравливая разные фракции и партии, шантажируя, вымогая… Но, опять же, это не ко мне. Не то, чтобы "не хочу", скорее "не умею". Это вон, моя "ненаглядная половинка" вполне способна на подобные трюки, у меня же на всякие интриги тупо мозгов не хватит.

Ну и последний путь.

Запугать их до усрачки. Так, чтобы даже пернуть в мою сторону боялись, не то что интриги плести или думать о "левых телодвижениях".

Террор и диктатура — самые недолговечные виды правления. Но зато самые, как показала наша история, эффективные.

Я не стал его бить. Я не стал сворачивать ему шею. Или натравливать шипящую где-то за спиной Няшку.

Я просто выдохнул и перестал сдерживаться.

Благосклонность Ауттэ, Жрец Бездны, Отмеченный Милосердием, Познавший Тень, Познавший Ярость, Поцелуй Бездны, Симбиоз с тварью, Смотревший в глаза Бездны, Укурыш от Бога… Все это не абстрактные виртуальные строчки в статистике, дающие какие-то плюшки. Все это отметки реальных и очень грозных сил, любая из которых способна раздавить зарвавшегося смертного как промышленный пресс замешкавшегося таракана.

Как сказала как-то раз Чешуйка, количество проходящей через меня божественной маны способно расщепить душу обычного человека. Выжечь ее, а пепел распылить невесомой пылью по астралу. Но то ли из-за моего особого класса, то ли из-за постепенного "накручивания" всего этого добра, позволяющего к нему привыкать, я вполне неплохо адаптировался к подобному давлению. Тем более, что, за это спасибо малышке Мют, часть этих сил уравновешивала друг друга.

В обычное время я рефлекторно сдерживаю разрушительную мощь Бездны и Граора, уравновешивая их маной Милосердия. Разделяю их этой белой силой, обволакиваю, успокаиваю, не даю хлестать фонтаном, а потихоньку стравливаю из тела в астрал.

В обычное время…

А сейчас я просто снял "блокады", позволив этой чудовищной смеси свободно течь по каналам, выплескиваясь не в астральные дали, а во вполне физическую реальность.

Восприятие мира исказилось. Само собой подрубилось магическое зрение, показывая плывущие во все стороны черные, красные, белые, желтые, фиолетовые и серовато-туманные пылевые потоки. Кое-где они сталкивались, вызывая странные завихрения и искривления в воздухе, а попавшие под раздачу люди тут же падали в обморок, начиная конвульсивно подергиваться.

Пол под ногами стал полупрозрачным, открывая вид на план Теней, с копошащимися тут и там разношерстными тварями. Ручейки божественной мощи потекли и туда, сжигая попавшихся на пути мелких монстриков и отпугивая тех, что покрупнее. Зато откуда-то из глубины Теней начало медленно подниматься что-то колоссально-огромное, старое и очень-очень… нет, не голодное. Скорее, любопытное.

В голове тут же даже не "дилиньгнула", а буквально взвыла Система.

***

"Внимание! Превышение нормы божественной маны в локальном пространстве!

Рекомендуется немедленно прекратить выплеск во избежание искривления физической реальности и спонтанного открытия врат на другие планы бытия!

Короче, кончай хуйней страдать, а то взорвешь все к Екарной Бабке!"

***

— Присоединяюсь! — закричала в ухе Чешуйка. — Андрей, еще чуть-чуть и сам ведь себя поджаришь! У тебя душа для подобных трюков еще слишком слаба! Хотя бы ядро восстанови сначала!

"Ладно, ладно, уговорили", — хмыкнул я, действительно начав ощущать странное онемение и все усиливающуюся давящую на плечи тяжесть.

Вдох… выдох…

Начал погружаться в астрал. И намеренно остановился на полпути.

Открыл глаза, старательно поддерживая это хрупкое промежуточное состояние. Откуда взялось знание об этом трюке — вопрос довольно интересный. Просто взялось. Скорее всего, навык "владение астральным телом" получил очередной левел-ап.

Суть в том, что я наконец могу одновременно рулить как астральными процессами, так и реальным телом. Единственное, что характерное для "полного погружения" субъективное ускорение теряется, да и детализация хромает. Я не могу увидеть всех подробностей в своем замке, только общие черты, словно смотрю на него высоко сверху.

Аккуратно подкрутив все "краники", я снизил количество поступающей в каналы тела божественной маны и перевел ее на рассеивание в окружающей меня пустоте астрала.

Чувство давления стало постепенно исчезать, оставляя после себя слабость во всем теле, магическое зрение вырубилось, а окружающие задышали намного легче. К счастью, задышали все, хотя некоторые делали это очень и очень слабо…

Однако, судя по сиплому возбужденному дыханию, раздававшемуся у меня чуть ли не за плечами, кое-кто был бы не прочь продолжения подобной херни.

Слегка повернув голову, я увидел Нокс и Элли, заслонивших собой Ласатардию. Девушки честно отрабатывали роль "охраны", приняв на себя большую часть "божественного излучения". И, судя по блестящим возбужденным глазкам, достались им, а возможно и просто "притянулись", силы прямых покровителей. Элли била копытами по полу, оставляя в начищенном мраморе глубокие борозды, и явно искала с кем бы подраться. А Нокси, сверкая улыбкой жуткой трансформировавшейся пасти, полной игольчато-острых клыков, так же рыскала взглядом вокруг, распространяя ощущение смертельной угрозы и едва сдерживаясь, чтобы не кинуться на ближайший кусок мяса в лице какого-нибудь аристо.

Надеюсь, эта парочка сможет удержать себя в руках.

Тряхнув головой, я посмотрел под ноги.

На полу, в луже мочи и с явно полными подштанниками сидел тот самый хлыщ. Стоит признать, хоть он и обделался, но сознание не потерял.

— Ну что, дарагой? — с улыбкой и характерным акцентом поинтересовался я. — Извиняться будем? Или я свой "палка-анальный покаралка" в твой задниц пихать буду?

— Буду, — кивнул он.

— Что "буду", дарагой? — присел я на корточки. — Извиняться, или палка принимать?

— Палка, — второй раз тупо кивнул он и все-таки вырубился.

Мда, кажись и правда перестарался. Вот только дальше взрывоопасной "пугалки" эта штука на практике не уйдет. Слишком выматывает, чтобы подрубать подобное в бою в моем текущем состоянии — буквально десять-пятнадцать секунд и каналы манотока попросту выгорят. Хотя, можно попробовать поэкспериментировать с одной-двумя силами — так я продержусь подольше, да и подпитка от них должна идти неслабая… Вот только, как показывает практика, может и крышу сорвать. Особенно от Бездны и Граора. А если Мют и Ауттэ? Хм… А ведь и правда, что будет, если пущу чисто силы Мют? Стану белым и пушистым?

Мои размышления прервал раздавшийся за спиной довольно мелодичный голосок, вызывающий почему-то странное чувство угрозы и далеко не самые приятные, хоть и дорогие воспоминания.

— Ми-и-и-илы-ы-ый… Можно тебя на пару слов…

Судя по легшей на плечо и слегка дрожащей руке Ласатардии, девочки все же не целиком "экранировали" ее от устроенного мною безобразия. Впрочем, ни голосом, ни, судя по звукам шагов, походкой, она своего испуга не выдавала.

— Не волнуйся, я б… — встав и повернувшись к принцессе я заткнулся на полуслове.

Прямой взгляд. Чуть поджатые губы. Слегка дергающийся глаз. Лихорадочный румянец на щеках. Одна рука сжата в подрагивающий кулак. Вторая, так же слегка дрожащая, с силой впилась пальцами мне в плечо…

Ой-ей.

Она была не напугана.

Она была в ярости…

2.

— Закат багровым цветом красил небо в тишине… — пробормотал я, глядя вверх, где сквозь хрустальный купол было видно стремительно темнеющее небо.

Местное светило уже село и в бальном зале зажглись огни множества небольших магических светильников, дающих ровный белый свет. Играла медленная плавная музыка, пары неспешно кружились в затейливом танце на большой площадке из начищенного серого мрамора.

Потребовалось около получаса, чтобы откачать и привести всех в порядок после моей выходки. Благо, толковых целителей у графа оказалось достаточно.

А тем временем на втором этаже мне общим фронтом полоскали мозг. Я, наверное, в первый раз увидел нашу невозмутимую принцесску в таком состоянии. Причем, судя по большим-большим глазам графа и нескольких других престарелых аристо, сидевших неподалеку, они тоже не подозревали о такой стороне "малышки Ласси".

— …семейство ле Фругер является владельцем самых крупных золотоносных шахт королевства, и если бы что-нибудь случилось с их отпрыском, то… — продолжала зудеть она над моим несчастным ухом.

— …то за моей головой бы выслали еще один гвардейский полк профессиональных головорезов, — не выдержав, перебил я ее. — Да понял я уже, понял!

— Нет, не понял, по глазам вижу! — прошипела моя страшненькая "суженая", цапнув за ухо и как-то по-особому вывернув мочку так, что я буквально взвыл от боли уже, наверное, в десятый раз за вечер.

"Поделом тебе, долбодятел", — прошипела в другое ухо Чешуйка, дополнительно отвешивая ментальную затрещину.

Две мегеры.

Одна клюет мозг через уши, а вторая прямо изнутри!

Причем, я бы давно съебался, если бы не Элли и Няшка: первая держит руки на моих плечах, не давая встать со стула, а вторая обернула свой длиннющий хвост вокруг туловища, мешая нормально двигать руками и ногами. Причем, твари такие, хоть бы моськи виноватые сделали, так нет, явно наслаждаются моим положением. И плевать они хотели на мои робкие команды — обе числятся моим имуществом, а так как Ласси является женой, то также и их совладелицей. И по странной логике магии и Системы, они, оказывается, "вправе выбрать приоритетный приказ исходя из наиболее полезного для их основного хозяина".

Сучки.

Даже нырок в тень не поможет — все равно сдвинуться не смогу и буду и дальше выслушивать это мозгоебство в два уха.

— Ну да, да, признаю, накосячил! — мотнул я головой, вырывая многострадальный орган слуха из цепких пальчиков принцессы. — Зато теперь вся эта кодла десять раз подумает, прежде чем на меня буром переть!

— Как об каменную стену головой… — вздохнула Ласатардия, устало опускаясь на свое место.

"Ты что, чему-нибудь можешь научиться, только если тебе зад подпалить?" — проворчала дракошка.

"Нет, только если в эту задницу тентакля полезет", — мысленно огрызнулся я.

— Да отпустите меня уже! — завозился я, пытаясь вырваться из цепкой хватки компаньонок. — Самки неблагодарные!

— Кша! — почему-то фыркнула Няшка, замотав трехглазой башкой.

— Почему же "неблагодарная"? — ласковым голоском пропела Элли. — Я готова отблагодарить своего Господина в любое время и место.

— То есть, "в любом месте"? — зачем-то уточнил я.

— И в любом месте тоже, — ответила рогатая, как-то подозрительно проведя одной рукой по моей спине в сторону задницы…

Ктулху фтанг! Алярм, алярм!

Так, с рогатой больше не пью! Надеюсь, у меня не поэтому после последнего раза задница болела…

— Отпустите его уже, — вздохнула Ласси и поболтала в воздухе пустым бокалом.

— Сей момент, Ваше Величество… — тут же поняла этот жест стоявшая рядом Туги и умчалась за выпивкой и закусками. Судя по положению ее ушей, последние полчаса зверолюдка тихонько охуевала от происходящего.

Меня наконец освободили.

Няшка, что-то шипя под нос, забралась под ближайший столик и смачно захрустела куском его столешницы. Элли же встала чуть сбоку от меня, слегка покачиваясь на копытцах так, чтобы ее грудь постоянно колыхалась. Вверх-вниз, влево-вправо, вверх-вниз, влево-вправо… Я честно пытался не залипать. Но глаза сами собой съезжали на эти горы, которые однажды чуть не даровали мне погибель.

"Опять пялишься", — вздохнула Чешуйка.

— Опять пялишься, — вздохнула Ласатардия.

— Опять пялюсь, — вздохнул я, продолжая пялиться.

— Нюуууу… — довольно протянула Элли.

— Кхм… — кашлянула все это время сидевшая с отрешенным видом Нокс. — Если вы закончили страдать фигней, смертные, то тут один… гость просит его выслушать.

— Гость? — я бросил взгляд на принцессу, но та только пожала плечами. — В смысле аристо?

— Если бы… — вздохнула Нокси, устало массируя виски. — Это тварь покрупнее.

— Я не тварь, я — Монстр, мой маленький Кошмарчик, — раздался мягкий мужской голос и из-за широкой спины Мумуньки показался вполне себе благовидный джентльмен.

Одет он был в черный строгий смокинг классического покроя, шелковую черную рубашку, серебристый галстук и до блеска начищенные туфли. На голове красовалась короткая аккуратная шевелюра черных с проседью волос и столь же педантично-аккуратная бородка. В руках мужчина держал трость из черного дерева с вычурной серебряной ручкой в форме головы какого-то монстра.

Уже все это плохо вписывалось в окружающее меня "темное фэнтези". Казалось, что этот тип только что вышел из своего небольшого особнячка где-нибудь на просторах чопорной старушки-Англии и направился на прием к Королеве, да по дороге совершенно случайно заглянул к нам на огонек.

Но самыми примечательными были две вещи, которые тут же с головой выдали нашего гостя.

Первое — это глаза. Ярко-алые, слегка светящиеся. Я уже не раз видел такие, хотя бы у той же Нокс. Глаза монстра Бездны.

Второе — это его тень. Она не вытягивалась, как у остальных, и не была бледно-рассеянной из-за многочисленных светильников. Она собралась в угольно-черный круг прямо у него под ногами и словно… шевелилась. Будто была даже не тенью, а каким-то покрывалом, или очень черной плотной жидкостью, под поверхностью которой извивались и так и жаждали вырваться на волю то ли змеи, то ли… щупальца.

— Тайшаддэс, временно исполняющий обязанности Хранителя вашего мира, — улыбнулся мужчина, демонстрируя набор слегка заостренных и явно нечеловеческих зубов.

— И самое старое из ныне живущих чудовищ, — негромко добавила Нокс.

— Ну и это тоже, — развел тот руками.

***

Томирис сидела на небольшом коврике в своей комнате и дремала.

По идее, девушка должна была медитировать, но это занятие никогда нормально ей не давалось. Чаще всего она просто засыпала.

В какой-то миг Вестница резко распахнула глаза.

Странные, очень странные глаза. Поверхность белков была покрыта черной вязью разнообразных символов, которые постоянно перемещались, перемешивались и даже изменялись, создавая отталкивающее ощущение бегающих по глазам девушки мелких насекомых. Радужка тоже не отставала в своей необычности — бесцветную, полностью выгоревшую, словно у бесконечно древнего старика, ее покрывала сеть тонких алых линий, складывающихся в правильной формы паутинку. Ну и самым выделяющимся элементом были зрачки — две небольшие застывшие точки, абсолютно не реагирующие на смену освещения, в глубине которых горел алый огонь легкого безумия. Причем "горел" совсем не в переносном смысле…

Девушка на секунду замерла, даже перестав дышать, и старательно прислушалась к себе. Впрочем, что именно ее разбудило, Вестница поняла практически сразу.

Рядом начали умирать разумные. Один за другим гасли огоньки жизней воинов и слуг, квартировавшихся в этом убежище. Одни люди убивали других. Третьи дрожали и старались забиться угол. Хорошо знакомая и любимая Томирис картина резни.

Но самым сладким было НЕЧТО, что неспешно шло по самому нижнему уровню и вырезало все, что не успевало убраться с дороги.

Вестница Смерти провела язычком по чувственным губкам и шумно сглотнула набежавшую слюну. В ней начали разгораться нетерпение, страсть и жажда охоты.

Спустя столько времени она наконец встретила подходящего противника. Конечно, в отряде ее собрата хватало сильных существ, но… их пока трогать было нельзя. Но только пока…

Подскочив на ноги, девушка подхватила повязку и привычным движением обвязала ее вокруг глаз. Впрочем, проклятому артефакту, в который превратилась эта часть ее тела, подобное не было преградой. Она видела все, что происходило перед ней и вокруг. В радиусе двадцати метров для Вестницы Смерти не существовало такого понятия, как "скрытое". К сожалению, дальше этого расстояния она вынуждена была полагаться исключительно на "чутье душ" и "чувство направления".

Старый верный кинжал отправился на пояс. Это не был какой-то артефакт, как можно было бы подумать. Это был просто старый кинжал "редкого" ранга с единственным свойством — "укрепление". В последнее время девушка им пользовалась только если было нужно разделать мясо или порезать хлеб с сыром. Настоящим оружием Вестницы с недавних пор было само ее тело.

С хрустом размяв затекшие за время "медитации" плечи, девушка бесшумно скользнула в коридор. Тут царил хаос. Кто-то кричал, слышался звон сталкивающихся мечей и щитов, хлопки магии…

Пробегавший мимо нее воин в тяжелых латах попытался на ходу рубануть шею девушки. Выгнув спину под неестественным углом, Томирис легко ушла от удара меча и в следующее мгновение одним гибким движением оказалась за спиной воина. Пока тот недоумевал, куда делась его противница, тонкие пальчики девушки скользнули ему между воротом и шлемом и почти нежно коснулись шеи. Ногти Вестницы полыхнули фиолетовым и мужчина, дернувшись, стал быстро иссыхать, превращаясь в подобие мумии.

Очередная жертва ее безумному богу.

В ответ ей пришла информация о том, что происходит.

Пока основные силы "ударного отряда" вместе с принцессой находились на задании, Гирви начал действовать. Ему уже давно было неважно, кто победит в "тихой гражданской войне". Все, чего хотел лысый гвардеец, это хапнуть побольше и свалить подальше, туда, где он сможет спокойно править каким-нибудь своим небольшим болотом, в окружении красиво квакающих "лягушечек" с глубокими жадными глотками и виртуозно работающими язычками.

План Гирви состоял в том, чтобы набрать себе бойцов среди городских банд, выход на которые нашел во время задания с подпольными боями, и договориться с одним из магов городской портальной службы. И то, и другое пройдохе удалось без труда. И только что ему представился отличный шанс умыкнуть всю казну "восставшей принцессы", вместе с частью ее обслуги и артефактов из хранилища. После этого он планировал свалить через портал в людское королевство, что простиралось за Железными Горами на севере, и спокойно прожить остаток дней в достатке и неге…

— Вот только смерть порой бывает так игрива… — почти пропела Томирис, без труда вычленяя среди бушующей вокруг резни ее главного зачинщика.

Который лежал на уровень ниже, разорванный пополам.

К слову, на нижнем уровне живых уже не осталось — НЕЧТО постаралось на славу, выгрызая человеческие души вместе с сердцами и наслаждаясь агонией разорванных тел. И сейчас оно неспешно поднималось по лестнице сюда. К Вестнице.

Пока Томирис искала Гирви и отслеживала перемещение чудовища, к ней в тыл зашли еще два бандита. Но девушка даже не шелохнулась, когда они молча заносили дубинки, чтобы раскроить ей череп. Ведь опустить свое оружие эти двое так и не успели — один упал с торчащей из шеи иглой, а второй лишился головы от удара простого солдатского меча.

— Встала посреди коридора, словно сама напрашиваешься, — проворчал Йорген, отпихивая ногой тела бандитов к стене. — Хотя, скорее всего так и есть… Тай, что там?

— Я зачистила этаж от мусора, — ответила ему проявившаяся скрытница. — Но выше не пройду. Там кто-то сильный. Умру в одиночку.

— Ясно, — закусил губу старый солдат и покосился на Вестницу. — С ней должны пройти спокойно… Мортэм слабых героев не держит.

— Сначала Орлова, — покачала головой скрытница, вновь растворяясь в полумраке подземелья. — Надеюсь, эти твари до нее еще не добрались…

— Моя маленькая куколка, — пропела Томирис, заставив скрытницу вздрогнуть. — Не хочу рушить твои мечты, но Гирви побывал у нее в первую очередь.

— Гирви, — нахмурился Йорген. — Вот сука… Значит, это он.

Тай же ничего не сказала, но рванула с места вперед, в сторону конца коридора, где располагалась дверь на ведущую вниз лестницу. Но прежде, чем она пробежала хотя бы половину пути, эта самая дверь сама распахнулась.

И в коридор спокойным шагом вошла Василиса.

— Г… Госпожа? — пораженно произнесла скрытница, осматривая внешний вид своего босса.

Орлова была практически обнажена — те лохмотья, что оставались на ней, трудно было назвать одеждой. Руки чуть ниже локтей превратились в две мохнатые звериные лапы с огромными черными когтями. Глаза девушки были абсолютно пусты и смотрели прямо перед собой, а расширенные зрачки никак не реагировали на освещение. Нижняя часть лица полностью видоизменилась: челюсть расширилась, стала более массивной, а растянувшийся от уха до уха рот наполнился острыми игловидными клыками, созданными только для одной цели — рвать еще живую, трепыхающуюся плоть. И, судя по количеству покрывающей девушку крови, именно этим она и занималась последние несколько минут.

Тай стиснула зубы.

Она не была дурочкой, не способной принять реальность. Подобные люди в ее профессии не задерживаются. Но… Сначала сестра. Теперь любимый босс. Даже зачерствевшее сердце выросшей на улице сироты не способно безболезненно пережить подобное.

В чудовище полетели отравленные иглы, а сама скрытница рывком отступила за спину прикрывшегося щитом старого солдата.

Монстр чуть качнулся вперед и исчез в зеленоватой вспышке за миг до того, как в него воткнулись бы смертоносные снаряды.

Резанувшее затылок предчувствие угрозы буквально швырнуло скрытницу на Йоргена, но… недостаточно быстро. Появившееся рядом с ней чудовище ударом когтей располосовало спину Тай, оставив четыре страшных рваных раны, столь глубоких, что в них отчетливо белели кости ребер и позвоночника.

Девушка, вскрикнув, мгновенно потеряла сознание от болевого шока.

Монстр с урчанием слизнул длинным раздвоенным языком кровь с когтей и вновь замахнулся, но вынужден был тут же исчезнуть в зеленоватой вспышке, оставив Томирис лишь загребать воздух пальчиками, светящимися ровным фиолетовым оттенком.

— Тц, — поморщилась Вестница и повернулась к вновь появившемуся в нескольких метрах от них монстру, после чего указала Йоргену на одну из дверей. — Там та крылатая дура, тащи к ней пока не сдохла. Тварь блинкует только в пределах видимости…

Йорген, не понаслышке знакомый с избранниками Мортэма, лишь кивнул и, подхватив скрытницу на руки, быстро скрылся за указанной дверью.

— Зеленый цвет… — пробормотала Томирис, вставая в боевую стойку: согнутые в локтях руки перед собой, кисти свободны, напряженные пальцы растопырены подобно когтям, левая опорная нога прямая и напряженная, а правая выставлена вперед и чуть согнута в колене. — Кто-то из природников… Афасишель? Нет, у этой шлюхи на такое кишка тонка. Слишком правильная…

А монстр тем временем рыкнул и вновь исчез во вспышке зеленоватого света. Вестница напряглась, отслеживая выход твари из блинка. И та не заставила себя долго ждать, буквально через секунду появившись… прямо рядом с дверью, ведущей к лестнице на следующий этаж убежища.

Одним ударом вынеся хлипкую преграду, чудовище рвануло наверх.

— Не круто, — покачала головой Томирис и кинулась следом…

***

А тем временем, где-то высоко-высоко в ночном небе столицы усердно работала крыльями одна очень-очень фигуристая особа.

И невнятно бормотала себе под нос довольно странную ахинею:

— Лысый-лысый, волосатый, бритый-бритый и… горбатый? Пузатый? Нет-нет… Хи-хи… Не то. Где же ты, страшное небритое чудовище с лысым одноглазым монстром, что так любит бритые пещерки небритых юных дев…?

3.

За большим круглым столиком у самой стены второго этажа центральной башни особняка графа ле Зав-Ланчестер собралась группа весьма и весьма разношерстных разумных. От остального зала их отделяла тонкая стойка-ширмочка, с наложенными довольно экзотическими чарами, препятствующими подглядыванию и подслушиванию.

За самим столиком сидели: Ласатардия ре Женьон — далеко не самая красивая представительница правящей королевской династии; Андрей Веселухин, или Андрэ ре Женьон — ее очень мрачный и что-то бурчащий себе под нос супруг; граф Рашер ле Зав-Ланчестер — один из самых влиятельных аристократов столицы, приглашенный на это собрание по просьбе принцессы; и Тайшаддэс иф Хассад — старейший Лидэ-ва-Тар, теневой демон и, по-совместительству, временно исполняющий обязанности Хранителя мира Висалафиаль. Чуть позади и правее от каждого стояли разумные, исполняющие роль то ли слуг, то ли секретарей, то ли просто статусной мебели: за принцессой скромно хлопала большими фиалковыми глазами Эллаторра, дочь Урраторра Большого, сына Караторра Очень Большого — секс-рабыня, горничная и, по-совместительству, танк-берсеркер из расы степных тавров; за спиной графа стояла, нервно дергая длиннющими ушами и старательно пытаясь казаться невозмутимой, Туги — слуга-зверолюдка подвида зайцеухих, умница, красавица, отравительница и шпионка; за старым Таящимся с кислой миной стояла Нокс Террорэм — легендарный монстр Ужас Ночи, молодой Кошмар Бездны, раньше занимавшая пост местного Хранителя, а ныне пытающаяся окончательно не скатиться до звания ручной собачонки Буревестника; ну и за спиной Андрея во всю зубастую пасть зевала Кроконяшка — в прошлом подающий большие надежды пустотный пехотинец по имени Кердан Шелл, прошедший полный курс обучения в элитной академии Содружества Разума, а ныне представитель кардарсийских кислотников, редчайшего вида местной фауны, делящий тело с никак не желающим угомониться осколком Пожирателя.

Вот такая вот развеселая компания…

***

[Андрей]

— Ну и? — выгнул я бровь, глядя на скромно улыбающегося Тайшеддэса.

Честно говоря, этот дядька вызывал у меня легкую дрожь в коленках и очень-очень неприятное ощущение поданного на стол цыпленка-табака.

Чуть раньше, подрубив магическое зрение и глянув под ноги, я едва удержался от того, чтобы не завизжать как маленькая сучка, которая очнулась после анастезии и увидела хромого, косого, пьяного и икающего хирурга, заплетающимся языком сообщившего ей, что операция по удалению аппендикса прошла успешно, и она теперь не тракторист Михалыч, а девочка Машенька.

Все обозримое пространство Тени было занято одним колоссальных размеров существом, представляющим смесь из когтистых щупалец, алых глаз и зубастых пастей. И один из отростков этой кошмарной твари просачивался через границу реальности и сидел передо мной в виде скромно улыбающегося джентльмена.

Малютка Ньярлот по сравнению с этим Монстром казался просто миленькой ручной собачонкой, которая только и может, что пучить глазки и лаять на прохожих из хозяйской сумочки.

И мои подозрения полностью подтвердила Чешуйка.

"Не вздумай его злить", — тихо, словно он мог нас услышать, зашипела она мне в ухо. — "Я слышала про Тайшаддэса. Этому чудовищу вполне по силам сожрать с десяток Младших богов разом и на равных пободаться с двумя-тремя Старшими. И это исключительно за счет собственных сил, не прибегая к помощи Древнейшей".

— Собственно, зачем я выполз… — улыбнулся Таящийся, демонстрируя набор впечатляющих клыков, и остановился взглядом на мне. — Мой юный друг… Извини, конечно, но ты окончательно охамел.

— В смысле? — напрягся я, буквально жопой ощущая, как где-то в тенях прямо подо мной открылась здоровенная зубастая пасть.

— Ты зачем мне тут локальный разрыв реальности чуть не устроил, юноша? — тоном старого препода, вынужденного объяснять студенту-долботрясу прописные истины, продолжил Монстр. — Если ты вдруг сам еще не додумался, то поясню: божественная мана не игрушка. Фейерверки для толпы смертных из нее делать не стоит. Тем более, замешивая столько разнополярных сил сразу. Думаешь, почему я сразу не выполз прочищать тебе мозги? Ждал, пока с этим закончит твоя милейшая женушка? Так вот, нет. Я просто был слишком занят, выправляя искривление. Собственно, я даже сейчас продолжаю это делать. И на полное устранение всех последствий мне потребуется еще минимум трое суток. Я могу это дело, конечно, бросить, но за открывшийся прямо посреди города провал на нижние слои варпа меня по головке не погладят.

Нижние слои?

Я припомнил ту самую дыру, что была в центре моего замка, куда скинул одного красноглазого мудака, и по спине невольно забегали табуны мурашек.

Фейерверки из маны действительно откладываются.

"Пф", — фыркнула в ухо Чешуйка. — "То есть должно было вылезти древнее чудовище и пригрозить откусить задницу, чтобы это дошло до твоего сознания?"

"Уймись, рогатая", — огрызнулся я.

— Вижу, осознал наконец, — улыбнулся монстр. — Это хорошо. Буревестник, не осознающий возможных последствий своих действий рано или поздно становится чьей-нибудь закуской.

— То есть мои слова до тебя не дошли? — прищурилась Ласатардия.

— Дошли, милая, еще как дошли, — натянуто улыбнулся я.

Как говорят, до свадьбы все девушки — лапочки. А после начинают показывать зубки и кусать ими за хрен…

— Хорошо, раз с этим прояснили, то перейду к следующему вопросу… — хмыкнул Тайшаддэс. — Вам знакомо имя Ньярлот?

Я напрягся. А вот остальные, кроме Нокс, удивленно захлопали глазами.

— О, вижу нужную реакцию, — с легкой улыбкой кивнул Монстр. — Наш юный Вестник с этим… в общем, даже знает его по имени. Уже легче.

— Уточню, — я невольно хрустнул пальцами. — Это такая головоногая хуйня, которая сидит в Тенях и любит запихивать свои щупальца в трупы?

— Он самый, — Тайшаддэс задумчиво постучал пальцем по столу. — Значит, видел его истинное тело? Тем легче, меньше придется объяснять… Так вот, это существо призвал сюда одним любопытным ритуалом ваш любимый монарх с целью охоты на небезызвестного Вестника. Единственное, чего я пока не понял, это как к нему в руки попало описание этого ритуала — штучка-то весьма редкая и доступная далеко не каждому. Но с этим я еще разберусь… Суть в том, что тварь мне не нравится. Но сам я с ней ничего сделать не могу — не имею права. Все-таки пост Хранителя, политика прямого невмешательства и прочее, — Монстр раздраженно дернул щекой, но тут же вернул себе обыкновенную миролюбивую улыбку. — Однако терпеть этого падальщика под боком и дальше просто выше моих сил. Вот я и подумал… Если вы, ребятишки, все равно должны его прикончить, то я могу немного вам в этом помочь. Да, напрямую мне атаковать нельзя, но… Думаю, Буревестник видел наши тела и может сравнить размеры. Так вот, я больше. Намного больше. И места мне нужно немало. Намек понятен?

"Эм… не совсем. Чешуйка?"

"Оооооох", — обреченно простонала дракошка в ухо. — "Он намекает, что может выпихнуть основное тело Ньярлота на этот план реальности, чтобы мы могли его прикончить. У тебя для чего голова на плечах, только чтобы в нее есть?"

"Нет, еще чтобы на сиськи пялиться", — честно признался я.

— Юная ящерка все правильно поняла, — негромко хохотнул Тайшаддэс, чем вызвал у большинства собравшихся очередной приступ непонимающих переглядываний и испуганную икоту у Чешуйки. — Напомню только, что падальщик далеко не слаб и придется с ним повозиться. Впрочем, на этот случай у тебя есть средство, не так ли?

— Тень Касии, — немного хрипло ответил я из-за внезапно пересохшей глотки. — Но она неуправляема…

— Нашел проблему, — фыркнул Монстр. — Развернешься в сторону Ньярлота и потихоньку начнешь вливать в Касию силу Древнейшей. Ты, вроде бы, освоил одновременное управление реальным и астральным телом? Вот и все. Держи тварь в полуактивном состоянии, и этого должно хватить. Бежать же падальщику в этот раз будет некуда. Главное, точно контролируй поток маны. При ее определенном уровне ты сможешь использовать часть сил Касии, при этом оставаясь в здравом уме. Относительном, конечно, но тебе и не задачки по астронавигации решать. Главное, помни: нащупай нужную интенсивность потока и держи ее. Чуть сбавишь и Ньярлот мгновенно тебя сожрет. Чуть увеличишь и рискуешь полностью потерять контроль. Древнейшая, конечно, будет печалиться по этому поводу, но не сильно — Буревестники птахи редкие, но полноценные Касии по раритетности им не сильно уступают.

Все в этом ебанутом мире как всегда. Или сдохни, или стань монстром.

— Разрешите уточнить? — вдруг подал голос до сих пор молчавший граф. — Большой этот самый Ньярлот? И насколько разрушительно будет сражение с ним?

— Дайте подумать… — Тайшаддэс откинулся на спинку кресла и посмотрел на потолок, беззвучно шевеля губами, видимо высчитывая размеры. — Что-то около этого особняка. А по разрушениям, это уж как получится у нашего юного Вестника.

— Значит, нужно будет эвакуировать район схватки, — пробормотал нахмурившийся старик Рашер. — Или, если удастся, вообще провести ее за городом…

А я же почувствовал, как холодеют ноги.

Размером с особняк?!

Да как мне с такой дурой бороться?! Я же вам, блядь, не японский робот-ниндзя и даже не супер-очкарик из Пиндостана!

"Да нормальные размеры, не паникуй. Меня вот другое больше интересует", — подала голос Чешуйка. — "Какого размера сам Тайшаддэс?"

Мой мозг выудил из глубин памяти картинку с Ньярлотом, которого я видел не так давно. Потом достал картинку с Таящимся, которого прямо сейчас ощущаю буквально подергивающимся от напряжения анусом. Сравнил. Аккуратно отложил в сторону. И ушел в бессрочный отпуск, заявив, что рядом с писцом настолько невъебических масштабов он исполнять свои обязанности отказывается.

— Хорошо, раз с этим тоже разобрались, то остался самый последний вопрос, — видя, что больше никто ничего спрашивать у него не рвется, продолжил Тайшаддэс. — Мне тут одна почившая богиня поручила приглядеть за ее птенчиком. Честно говоря, желания особого нет, но я привык выполнять свои обещания. Так что, Буревестник, как ты относишься к женской груди?

— Резко положительно, — тут же встрепенулся я. — Причем желательно, чтобы ложились сразу в руки!

"О Создатель! Тебе что, все мало?!" — раздалось в ухе.

Туги рефлекторно дернула руки прикрыть свои горы, граф понимающе усмехнулся, Ласатардия опустила печальный взгляд на собственную грудь, Элли утешительно похлопала ее по плечу, зашептав на ухо что-то такое, отчего невозмутимая принцесса залилась стыдливым румянцем, а Нокс… А ей было глубоко пофиг. Она просто смотрела перед собой, находясь явно где-то в астральных далях.

— А если к груди прилагаются еще и страстный темперамент, море усердия и океан старания? — почему-то посмеиваясь, задал следующий вопрос Монстр.

— Главное, чтобы член не прикладывался, остальное не так важно, — пожал я плечами.

— Тогда вручаю тебе свою юную подопечную и откланиваюсь, — картинно щелкнул Тайшаддэс пальцами, после чего за моей спиной послышался короткий визг, глухой стук упавшего тела и матерное шипение Кроконяшки. — И смотри, — пригрозил Монстр пальцем, уже растворяясь в воздухе черным туманом. — Можешь делать с ней что хочешь, тело у этой курицы выносливое, а мозги и так уже набекрень. Но если она помрет, то я буду обязан тебя сожрать…

Курица с большими сиськами и мозгами набекрень?

Бэрримор, что-то меня терзают смутные сомнения, что на завтрак у нас опять овсянка…

Осторожно глянув через плечо, я увидел отползающую в сторону и недовольно шипящую Няшку, а также растянувшегося на полу мордой вниз белокрылого ангелочка.

Застонав, это чудо в перьях приподнялось на руках, кое-как село и обвело нас ошарашенным взглядом ясных голубых глаз.

— О! — увидев меня, "ангелочек" тут же расплылась в самой дьявольской улыбке и тут же обвиняюще ткнула пальцем. — Лысый монстр! Я, Эссалитэль Фив, вновь бросаю тебе вызов!

— Создатель, за что ты меня так ненавидишь? — простонал я, сползая с кресла под стол…

***

[Тайшаддэс]

Уф, отстрелялся!

Вяло пошевелив щупальцами, я опустился поглубже в тени и позволил себе немного расслабиться.

После чего подвел итоги.

Буревестнику, вроде бы, мозги вправил. Во всяком случае, теперь он так необдуманно раскидываться божественными силами не будет. Вечно с этими молодыми проблема — как дорвутся до бабахи побольше, так сразу и тянут за спуск. Конечно, масштабы трагедии были далеко не те, которыми я их запугал, но все равно приятного мало. Ведь напортачить он может, а чинить пока ума не хватает…

От "наследства" Яршеры тоже, хвала Древнейшей, избавился. Как же я с ней намучился, кто бы знал! И где они только такую дуру откопали?! Ладно, пусть теперь с ней Вестник нянчится — не прибьет и ладно. Ну а сдохнет случайно… Ладно уж, жрать его не буду, еще несварение получу. А вот мордочкой придется потыкать.

Как справиться с падальщиком тоже до их скудных умишек донес. Пришлось, правда, чуть ли не разжевывать все. И очень надеюсь, что у Буревестника хватит контроля, чтобы не сорваться. Все-таки Касии — те еще занозы. Если станет полноценной тварью, то ее даже не сожрешь — подавишься. Придется выкидывать куда-нибудь в пустой мирок и пусть Древнейшая сама разбирается.

Так, ладно… Напротив Буревестника ставим галочку, что план выполнен.

Теперь Ньярлот… А ну иди сюда, вонючка! Ай! Покусайся мне еще тут! Щас сам как укушу, и будет Вестник с огрызком воевать!

Так, пока спеленаем засранца, пусть повисит. Как смертные более-менее подготовятся, так скину им эту "радость".

Теперь по столице в общем… Что у нас там творится?

Так, игрушка начальства из капкана выкрутилась. Это хорошо. Правда, свою способность целиком задействовала, что плохо. Но ей вроде бы хватает ума слишком своим Цветком не светить, а то Вестник совсем разленится, а этого нам не надо. Он должен прогрессировать. А вот напарница ее почила вечным сном. Или нет? Хм… А, вон, вижу! Полетела душенька в сосуд, сейчас Вестнику будет жаловаться. Ну и пусть — меньше отряд, больше напряг, лучше прогресс.

Далее… Мелкие сошки все выжили, даже не интересно… Хомяк… Ну, тут как всегда. Посланец Укура. Даже лезть не хочу. Но ракеты хорошо пошли. Красиво.

А что там в убежище этой принцесски творится? Ну-ка, ну-ка…

Хм… Оборотень? Нет, тут что-то другое. Вроде какая-то способность. Захват тела? Паразит? Не пойму. А если через Систему глянуть? О, вот так лучше!

Так, что ты мне тут пишешь…

Контроль души, контроль тела… Некромантия? Или магия жизни? Все равно непонятно. А контролирующая нить куда тянется?

Так, ползем, ползем, ползем…

А вот и маг! Ого! Даже так? Сожрать его, что ли? Хотя нет, пока не стоит. Пусть сами со своими проблемами разбираются. И так влезаю сверх меры.

А что там с Вестником Надежды? Все воюет за "силы света". Мда. А эти самые силы опять "страну света и чистоты" строить начали. Ничему их история не учит.

Ну, вроде все. Можно и…

— Чуууувааааак! Пыхнешь?

Матушка Бездна.

ЧТО. ОН. ТУТ. ДЕЛАЕТ?!

— Вестник призваааал… Прикооооольный чееееел.

Когда?! Как?! Почему я не заметил?!

— Нуууу так чтоооо?! Пыыыыыхнем?!

Уйди от меня!!! Не трогай!!!

Я жаловаться буду!!!

БЕЗДНА!!! СПАСААААААЙ!!!!

ГЛАВА 191. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 4)

ТАНЕЦ РАЗРУШЕНИЯ

1.

— Бейся!

— Нет.

— Бейся! Бейся, лысый монстр!

— Отъебись, ненормальная!

— Почему?! Ставка маленькая? Я могу повысить! Ставлю все! Ты тоже ставь, нелысый лысый монстр! Ставь лысого небритого, я ставлю бритую нелысую!

У меня начал дергаться глаз.

— Ебаться в жопу колобком! Дура пернатая, поймешь ты наконец, что сейчас тупо некогда еще и с тобой дуэлиться?!

— Бу… Я не дура.

Я устало помассировал виски, а уши уловили негромкий, сдерживаемый, но весьма отчетливый смех.

— Че ржете? — огрызнулся, поднимая взгляд на свою "верную команду" с "преданной супругой".

— Бейся! Ну бейся же, лысый монстр! — уже в который раз начала ныть крылатая мечта узкоглазого тридцатилетнего волшебника, вцепившись мне в рукав и раскачиваясь взад-вперед, отчего ее дойки едва ли не брали мой рассудок штурмом. — Я требую реванша! Я требую мести!

— Сасай мой пушистый хвост, дура, — я попытался вырвать рукав из цепких изящных пальчиков, но куда там! Блондинка вцепилась в меня крепче, чем дотер в мышку после летней дачной повинности.

"Да прими ты ее вызов, чего ломаешься?!" — взвыла в ухе Чешуйка. — "Достала уже со своими лысинами, курица белобрысая!"

"В прошлый раз она меня чуть по земле не размазала", — мысленно пожаловался я. — "И это было до того, как мне статы порезали. Только берсой и выкрутился тогда".

"Что, настолько все серьезно?" — заинтересовалась дракошка.

"Угу", — мрачно кивнул я, глядя на обтянутые тонкой тканью дойки Фив, продолжающей канючить и лепетать что-то про лысины.

— А?! Ты согласен?! ДА, ДА, ДА!!! — по-своему истолковала мой кивок эта блондинистая курица.

Ну, Тайшаддэс, я это тебе еще припомню! Пусть вломить в зубы не получится, но вот тихо насрать в кашу постараюсь обязательно!

— НЕТ! — рявкнул я, на секунду проваливаясь в тень, чтобы вырваться из хватки этой ненормальной.

Как только та удивленно уставилась на опустевшие руки, тут же проявился обратно и рывком вылетел из кресла, мигом оказавшись в паре метров от стола.

— Э? Лысый монстр освоил новые приемы? — склонила Фив головку набок, после чего тут же гордо ударила себя по заколыхавшейся груди. — Фив тоже освоила! Супер-секретные супер-лысые супер-разрушительные техники Лысого Кулака Семи Боевых Звезд!

Блядь.

Эта фанатичная дура стала еще сильнее?!

Что-то я чувствую себя как в той бородатой геймерской присказке — пока ты спишь, кореец качается.

Я беспомощно оглядел спокойно сидящую за столом компанию.

Элли и Нокс неспешно что-то жевали и с интересом наблюдали за развитием событий, Туги куда-то свалила, Няшка что-то грызла чуть в сторонке, а граф и принцесса вполголоса обсуждали какие-то, судя по доносящимся обрывкам фраз, политические вопросы. Ну а остальные участники бала вовсю "развлекались" там, за блокирующей ширмочкой, скорее всего перемывая кости "будущему Королю".

Короче, всем насрать на меня и нарисовавшуюся проблему.

Пати мечты, чтоб вас…

Я перевел взгляд на Фив. Ебанутая на всю голову "бывшая Божественная Дева Мудрости и Целомудрия" почему-то облизнулась и, откинув стул, встала в какую-то боевую стойку.

— Так ты принимаешь вызов, лысый монстр?!

— Нет! — в который раз ответил я.

— Нападаю! АТА-ТА-ТА-ТА!

С воплем эта бешеная кинулась вперед.

Быстрая.

Очень быстрая.

Я едва успел нырнуть в тень, пропуская сквозь себя хрупкий на вид кулачок.

БУМ.

Удар пришелся на оказавшуюся позади стену. По серому мрамору пошла сетка трещин.

— Больнооооооо! — тут же затрясла крылатая ушибленной рукой.

Мда. Дури у нее хватает. А вот с мозгами дефицит.

— Дом мне не рушить! — подал строгий голос граф Рашер. — Идите сражаться на улицу!

Нужно этот дурдом срочно заканчивать. Пока реально не прибили.

— Так, лысая! — как можно более командным тоном произнес я, вновь проявляясь в реальности. — Я на дуэль не соглашался!

— Но ты же кивнул! — возмутилась она, продолжая трясти рукой.

— Я кивнул своим… эм… мыслям! А официальное согласие на схватку не озвучивал!

— Так озвучь, лысый монстр! — топнула она ножкой. — Я требую реванша! Я хочу покарать тебя за все, что ты сделал со мной! С моей бедной грудкой, шейкой, щечками, талией…

— Стоп, стоп, стоп! — замахал я руками, потому что одновременно с перечислением эта ненормальная начала с горящими глазами демонстрировать все "опороченные" части тела. Учитывая, что ее одежда состояла из подобия узкого кожаного броне-лифчика, короткой синей юбочки-разлетайки с черными кружевными трусиками, да кожаных сапожек, а фигурка была под стать ангелочкам из китайских порномультиков… Моя крыша начала медленно капитулировать, сдавая бразды правления совершенно другому органу. — Я буду с тобой драться, но не сейчас!

— Почему? — надула пернатая щечки, но тут же просияла от посетившего "озарения". — А! Ставка в один день слишком маленькая? Ненасытный лысый монстр… Хорошо, я согласна на неделю! Неделю мое бедное тельце будет в твоих грязных небритых руках, а твой лысый монстрик будет…

Мне захотелось разбить голову об стену. Причем, не свою.

— Да нет сейчас на это времени!

Будто в подтверждение моих слов в воздухе резко пахнуло озоном.

Раздался короткий свистящий звук и прямо на стол, за которым сидели остальные, из раскрывшейся под потолком алой воронки с грохотом упали три тела.

— Великий Мортэм, видимо я совсем растерял сноровку… — выдохнул один из прибывших, скатываясь со стола и быстро осматриваясь. — Ну, хоть навелся правильно.

— Йорген? — Ласатардия удивленно перевела взгляд со старого солдата на Лафииль и Тай. — Что случилось? Как ты тут оказался?

— Что с Тай? — присоединился я к вороху вопросов, подскакивая к столу и принимая у Лафииль находящуюся в бессознанке скрытницу. Одежда у нее была изорвана, окровавлена, но вот ран я не заметил. Только огромный шрам от чудовищных когтей на всю спину, которого у нее раньше точно не было.

— Попал с помощью специальной способности, — ответил бывший стражник, помогая крылатой алхимичке спуститься на пол. — У нее серьезные ограничения, так что на еще один такой фокус не рассчитывайте. Мортэм и так с меня много снял за этот прыжок… А случилось то, что нашего убежища больше нет.

Принцесса замерла, переваривая информацию, а граф Рашер уже было открыл рот, чтобы задать какой-то вопрос, как вновь раздался нарастающий свистящий звук. И на этот раз это был явно не телепорт.

Моя задняя чуйка шевельнулась, как бы намекая, что ничем хорошим все это не кончится.

А в следующий момент где-то неподалеку прозвучала целая серия взрывов такой мощности, что здание пошло ходуном как от землетрясения! Отделявшая нас от основного зала зачарованная стойка-ширма упала, и тут же на мои бедные уши хлынули крики, вопли, мат и прочее музыкальное сопровождение толпы перепуганных людей.

Я каким-то чудом устоял на ногах, держа тушку Тай, а навернувшуюся со стула Ласатардию пришлось спешно ловить Элли. Рядом со мной шмякнулась носом в пол Фив. Где-то раздался звон бьющейся посуды…

А взрывы все продолжались, стихнув только спустя секунд десять.

— И что это было? — я точно не понял, кто задал вопрос, потому что в ушах все еще стоял дребезжащий звук.

— Какое-то очередное блядство, по-любому, — ответил я, тряхнув головой и, оглядевшись, увидел рядом довольно широкое окно, правда закрытое хрусталем, сейчас треснувшим, и металлической решеткой. — Но выяснить надо… Нокси, Лафи, воздушная разведка.

Больше им ничего объяснять не пришлось. Понятливо кивнув, обе бросились к окну, после чего Нокс легко вырвала решетку и, пропустив вперед крылатую, окуталась черным дымом, превращаясь в монстра. Граф, смотрящий как кошмарная тварь, еще мгновение назад бывшая загорелой красоткой, выпрыгнула в окно его дома, не удержался от короткой нервной дрожи и как-то странно покосился на меня, словно бы спрашивая: "и ты это ебешь?"

В ответ я пожал плечами и аккуратно опустил так и не пришедшую в сознание Тай в мое поставленное на место кресло.

— Кшиииии…

Повернувшись на шипение, увидел как Няшка села прямо перед Йоргеном и, скалясь, требовательно уперла жало хвоста ему в грудь.

— Хорошая зверушка, — нервно пробормотал тот, осторожно открывая болтавшуюся на боку объемную перекидную сумку. — Не надо так давить на старика, я все прекрасно помню…

Солдат достал из сумки и протянул Кроконяшке… ее яйцо. Которое она тут же сцапала передней парой лап и осторожно уволокла в дальний угол.

Йорген облегченно выдохнул, а я показал ему большой палец.

Молодец старик, иначе даже не знаю, что эта зверюга бы сделала, узнав что ее драгоценное потомство осталось на разоряемой базе.

— Где Василиса? — тем временем нахмурилась Ласатардия. — Осталась с Томирис организовывать оборону?

— Эм… — замялся Йорген. — Не совсем…

Что-то мне его тон совершенно не понравился.

***

Когда Вестница Смерти выскочила на следующий этаж, чудовище продвинулось по коридору уже довольно далеко, оставляя за своей спиной кошмарную картину. Кровь щедро заливала стены, пол и даже потолок, а под ногами валялись части разорванных тел, вперемешку со склизкими внутренними органами.

В этот момент монстр исчез в очередной вспышке зеленоватого света и появился за спиной очередной жертвы — одного из солдат, замерших в защитном построении поперек коридора. В этом строю плечом к плечу стояли как бойцы принцессы, так и только что увлеченно рубившиеся с ними бандиты. Демонстрация монстром своей убийственной силы мгновенно объединила людей в единый фронт. Вот только это мало им помогало.

Удар руки с огромными острейшими когтями вошел человеку в правый бок, легко сминая прочные стальные латы и разрезая плоть. Вопль несчастного мгновенно захлебнулся хлынувшей через рот кровью. Оскалившийся монстр исчез в зеленой вспышке прежде, чем кто-то успел среагировать, и вновь появился в нескольких метрах от строя бойцов вместе со своей корчащейся в агонии и блюющей кровью добычей.

Еще один удар второй лапы разворотил и содрал со спины человека броню как бумагу, после чего монстр демонстративно нанес еще несколько точных ударов когтями по жертве. Под отвратительный звук рассекаемой плоти и треск костей неудачник затих, сломанной куклой повиснув на лапе чудовища. Бывший стратег принцессы уперла ногу в поясницу жертвы, пошевелила когтями в ране, словно хватаясь поудобней, и резко дернула руку на себя, одновременно ногой отталкивая тело вперед.

На пол, заливая все вокруг кровью и ошметками внутренностей, упало обезглавленное тело с развороченной спиной, из которой наружу торчали вывернутые ребра. А монстр победно вскинул над головой лапу, с зажатым в ней человеческим позвоночником и болтающейся на нем головой.

От прокатившегося по подземелью рева сердца бойцов окончательно ушли в пятки и они беспорядочной толпой бросились в сторону выхода.

Они были храбрыми воинами и безжалостными бандитами. Но вот сражаться с подобными чудовищами их точно не учили.

В этот момент триумфа в окровавленную и практически обнаженную изящную спину монстра пришелся резкий удар открытой ладони. Василиса покачнулась и резко выгнулась, словно ее пронзил сильный электрический разряд. Впрочем, длилось это всего секунду, после чего монстр яростно взвыл и с разворота наотмашь ударил по обидчику зажатым в лапе позвоночником с головой.

Но Томирис там уже не было.

Под действием центробежной силы голова мертвого воина оторвалась от остатков позвоночника и, пролетев пару метров, с хрустом разбилась об стену, разбрызгивая вокруг осколки костей вперемешку с кровью и ошметками мозга.

Томирис, застывшая в низкой боевой стойке в паре метров от чудовища, слегка тряхнула кистью правой руки, на которой затухало фиолетовое сияние.

"Иссушение не работает", — мысленно констатировала она. — "Блокирующая способность или наложенная защита? Неважно. Остается только бить эту штуку пока не сдохнет".

Коротко рыкнув, монстр выпустил из окровавленной лапы позвоночник, позволив ему с влажным шлепком упасть в лужу крови на полу, после чего вновь исчез в зеленой вспышке.

Томирис, ведомая инстинктами и отточенным боевым чутьем, сделала шаг вперед и, резко крутанувшись на одной, опорной ноге, высоко задранной второй ножкой нанесла по пространству за своей спиной сокрушительный удар.

С гулом рассекающая воздух нога врезалась подъемом стопы точно в шею телепортировавшегося монстра, опрокидывая того на землю. Впрочем, ожидаемого хруста костей Вестница не услышала — чудовище оказалось на удивление крепким.

Не давая противнику опомниться, Томирис загнала ступню под грудину лежащего монстра и резко задрала стройную ногу в обтягивающем трико вертикально вверх. Вложенной силы хватило, чтобы подкинуть тушу в воздух. Не дожидаясь, пока противник упадет сам, Вестница возвратным движением опустила занесенную ногу, буквально вбивая тело монстра своей пяткой в пол.

Из чудовищной пасти, в которую превратился рот Василисы, хлынула кровь, сигнализируя о серьезных внутренних травмах. Впрочем, Томирис не питала иллюзий, прекрасно осознавая, насколько живучими и упрямыми могут быть подобные противники.

Оттолкнувшись ногами, Вестница отпрыгнула на пару метров назад и замерла, переводя дыхание и оценивая нанесенный противнику ущерб. Последний, как она и подозревала, практически отсутствовал — своими проклятыми глазами девушка "видела", как быстро срастаются поврежденные органы, кости и мышцы монстра. Разорванное последним ударом буквально в клочья сердце срослось в одно целое за три с половиной секунды и вновь забилось, прогоняя черную кровь по жилам поднимающегося на ноги чудовища.

Хрипло выдохнув и сплюнув на окровавленный пол сероватый кусок собственных легких, Василиса оскалилась и в ее "оживших" глазах загорелся огонек заинтересованности.

— Вест-ни-ца… — по слогам прохрипело чудовище, явно не предназначенной для подобного глоткой. — Он при-ка-зал те-бя не тро-гать…

— "Он"? — выгнула бровь Томирис.

— Хо-зя-ин, — пасть монстра растянулась еще шире и издала каркающий звук, отдаленно напоминающий смех. — Гув-та-рус.

Сердце Вестницы Смерти пропустило удар, а по рукам пробежала легкая дрожь.

"Жив", — пронеслось в ее голове. — "Гувтарус. Жив".

— Очень хорошо, — губы девушки, подрагивая словно в припадке, медленным дерганым движением растянулись в безумную пародию на улыбку. — Очень… Хорошо. Значит, я просто убью его во второй раз. Ха. Ха-ха-ха… ХА-ХА-ХА!!! [ДА РО КО ГА]!!!

Четыре коротких гортанных слога, выкрикнутых девушкой последними, отозвались яркими фиолетовыми волнами, кругами разошедшимися от центра груди по всему ее телу.

От концентрации божественной маны Мортэма вокруг тела Вестницы начал искажаться воздух, а ее руки и ноги покрылись ровным фиолетовым сиянием, чьи отблески блуждали по стенам и накладывали странную тень на лицо, делая его еще более безумным.

Василиса поняла свою ошибку.

Недаром Хозяин предупреждал ее не упоминать его имя и не лезть к Вестнице. Но монстр не удержалась. Слишком любопытно ей было. И вот второй раз с момента своего "рождения" чудовище почувствовало реальную угрозу собственному существованию со стороны другого существа. Первый раз она испытала подобное только от Буревестника…

Исчезнув в зеленой вспышке, Василиса появилась в самом конце прямого тоннеля, перед следующим подъемом. Сотня метров. Немногие из живых существ способны преодолеть это расстояние за секунду, необходимую монстру для наведения на следующую телепортацию. Ей достаточно было поднять взгляд и посмотреть на дверь, что располагалась наверху длинной прямой лестницы. И дать короткую мысленную команду в два слога.

Но даже этого она не успела.

Нанесенный сзади мощный хук врезался ей в шею справа. Уже сам по себе удар имел такую силу, что прочный позвоночник монстра хрустнул и искривился под прямым углом, а последовавшая за ним фиолетовая вспышка отправила тушку Василисы в короткий полет до ближайшей стены.

От столкновения тело монстра деформировалось, половина костей переломалась, разрывая острыми концами внутренние органы, мышцы и кожу, черная дурно пахнущая кровь волной хлынула во все стороны, а сама душа чудовища начала корчиться в муках от маны Мрачного Бога, выдавливая сквозь раздробленную и порванную глотку глухие булькающие стенания.

Не успела Василиса сполна "насладиться" ощущениями, как заработавшая регенерация начала заращивать страшные раны, вызывая еще большие муки, буквально разрывающие разум молодого монстра на части.

Полностью восстановившись за какие-то шесть-семь секунд, Василиса судорожно втянула воздух в обновленные легкие и открыла глаза.

На пол с едва различимым шорохом упала снятая повязка.

Взгляд Чудовища встретился с взглядом Вестницы Смерти.

Черные символы на белках неестественно широко распахнутых застывших глаз носились со скоростью перепуганных тараканов. Древнее волшебство из последних сил сдерживало горящее в глубине зрачков пламя столь же древнего Безумия.

Прежде чем едва успевший придти в себя монстр успел не то, что что-то сделать, а даже начать думать, последовал прямой удар в левую часть корпуса. Только что восстановившиеся ребра вновь смешались в кашу с мышцами, а последовавшая за этим фиолетовая вспышка пронеслась по телу Василисы, дробя кости, разрывая внутренние органы, лопая сосуды и причиняя чудовищную боль самой душе девушки.

Но на этот раз Томирис не стала ждать пока чудовище регенерирует, а ударила левой сразу, как только затихли сокрушающие волны божественной маны.

Дальше последовал пинок. Снова хук. Прямой левой. Прямой правой. Лоу-кик. Удар локтем. Коленом. Хук…

Вестница отрабатывала на туше монстра удары, словно на груше. Вот только каждое движение было не механическим действием профессионального бойца, а животным порывом, полным первобытного безумия. И это самое Безумие помогало Вестнице контролировать и направлять колоссальный поток божественной энергии, преобразуя его в сокрушительные ударные волны, разрывающие тело и душу противника.

В какой-то момент кусок перемолотого в фарш мяса, в глубине которого пряталась балансирующая на грани распада от невыносимых страданий душа, просто исчез.

Растворился в яркой зеленой вспышке.

А Вестница Смерти остановилась только нанеся по стене еще три-четыре удара.

Медленно упала на колени, в лужу смердящей черной крови.

— Убью… — шептала девушка, смотря невидящим взором прямо перед собой.

"Я помогу", — прошептал ей желтый огонек запертого в глубине глаз Безумия.

2.

Темный зал без окон и с единственными дверями, сделанными из тяжелых каменных плит.

Тусклый свет гнилостного зеленоватого оттенка шел от свисающих на цепях с высокого потолка человеческих черепов, в чьих глазницах горело жутковатое изумрудное пламя.

Тишина заливала темные углы, заваленные костями разумных самых разных рас. Их выбеленные дочиста кости были свалены беспорядочными кучами, словно мусор, который отмели к стенке просто потому что лень было выкидывать.

У противоположной от дверей стены в нише стоял небольшой алтарь. Это был просто постамент с лежащей на нем открытой книгой. Страницы старинного гримуара, обтянутого кожей людей и эльфов, пожелтели от времени, но были абсолютно чисты. А рядом с книгой звучал странный шепот, напоминающий шелест листьев или камышей на ветру…

Перед алтарем, спиной к нему, сидел полуголый человек, одетый лишь в странное подобие желтых семейных трусов и плетеные из соломы шлепанцы. У него была загорелая до черноты кожа, отдающая легким зеленоватым отливом, обветренное плоское лицо с узкими глазами и небольшим крючковатым носом, и недовольно искривленные тонкие губы. На гладко выбритой, словно отполированной голове резко выделялись два больших оттопыренных уха, придавая человеку слегка комичный вид, несмотря на всю мрачность окружения.

Вдруг человек открыл неестественно яркие зеленые глаза и, протянув перед собой руку, выдохнул три неразборчивых слова. Через мгновение в двух шагах от него с изумрудной вспышкой появился истекающий черной кровью кусок мяса, отдаленно напоминающий человеческую фигуру.

Полежав несколько секунд без движения, словно не веря в окончившийся кошмар, этот полу-труп с легким потрескиванием начал восстанавливать свою изначальную форму высокой девушки с короткими черными волосами. Ее лицо или обнаженная фигура не могли похвастаться какой-то исключительной привлекательностью, но и не отталкивали взгляд, больше всего подходя под определение "обычная".

Процесс регенерации шел медленно — дарованные новым Хозяином и его мрачноватым божеством силы можно было смело списывать в разряд "читерских", но даже они не выдержали столкновения с мощью одного из Вестников.

Наконец мучительный процесс был закончен и Василиса, тяжело дыша, приняла сидячее положение.

— Я так понимаю, порадовать меня нечем? — спокойно произнес человек.

Девушка поспешно, насколько позволяло ее состояние, приняла сидячую на коленях позу. Ее шатало, все, казавшееся таким бессмертным, тело ломило от фантомных болей, а проклятая душа продолжала болеть, едва удерживаясь от распада.

— Я подвела Вас, Хозяин, — хрипло ответила девушка не поднимая головы. — Как могла я скрывала свою изменившуюся природу от Вестников, и, как Вы приказывали, старалась уничтожить отряд "убийцы короля" с помощью людей человеческого монарха. К сожалению, напрямую их атаковать не получилось, чересчур высока чувствительность к угрозе, а силы Короля людей оказались… слишком незначительны. А потом произошел… — Василиса нервно дернула щекой. — Произошел один непредвиденный инцидент и мне пришлось раскрыться. К сожалению, монстр возобладал и вступил в бой с Вестницей Смерти.

Человек кивнул и махнул рукой в сторону двери.

— Отдыхай, ты сделала что могла. Позже я дам тебе новое задание.

Проводив безразличным взглядом обнаженную фигуру девушки, шаткой походкой скрывшуюся за каменными створками выхода, человек устало вздохнул и, прикрыв глаза, с головой погрузился в построение нового плана, изучая стекающуюся к нему по ментальной связи информацию от многочисленных разведчиков-миньонов…

А Василиса, встреченная за дверью молчаливой служанкой в виде маленькой милой девочки в пышной черно-белой униформе, прошла за ней по пустынному темному коридору, вырубленному прямо в толще скалы, в выделенные ей апартаменты. Даже не разглядывая богатое убранство комнаты, она шатающейся походкой прошла к огромной кровати и обессиленно рухнула на мягкий перьевой матрас.

Впервые как за свою бытность человеком и героиней, так и за короткую жизнь монстра, она так вымоталась. Даже те пытки и унижения, от которых она в конце-концов скончалась в королевской темнице, не шли ни в какое сравнение с рвущей душу яростью обезумевшей Вестницы…

— Зато я жива… Ведь так? — пробормотала она, проваливаясь в спасительный сон.

***

[Андрей]

После короткого, но очень яркого рассказа Йоргена, у меня в голове билась только одна мысль. Причем весьма односложная.

Гирви — сучка.

Уж не знаю, что он сотворил с Васькой, но предатель получил, что называется, по заслугам.

Вот только в полный рост вставал другой вопрос.

— Где, блядь, моя снаряга?!

Все присутствующие посмотрели на меня сначала удивленно, а потом на их лицах появилось понимание.

Ну да. Золото, эликсиры, одежда — все это осталось в разграбленном убежище. И ладно только бы это! Самое главное, мои любимые артефакты — Костюм Висаны и гладиусы!

Захотелось сесть прямо на пол и разреветься как маленькой девочке.

— Наша Маша горько плачет, — пробормотал я, лихорадочно размышляя над тем, что делать. — Запихали в попку мячик. Тише, Машенька, не плачь, вазелин подгонит врач…

"Метка Ауттэ", — негромко подсказала Чешуйка.

— Точно! — хлопнул я себя по лбу и посмотрел на с опаской следящих за мной Ласатардию, Элли, Йоргена и Кроконяшку. — Значит так, вы тут разбирайтесь и ждите Нокси с отчетом и дальше по ситуации. Уже большие девочки, сообразите что к чему. А я пока быстренько смотаюсь в убежище, хоть наиболее ценное барахло утащу, если удастся.

— Подожди, Андрэ, а как же… — начала было Ласатардия, но я уже ее не слушал.

— [В объятья Тени]!

Ух!

Ауттэ-экспресс, приветствует Вас! Пожалуйста, не высовывайте конечности во избежание их потери через отгрызание местными милыми зверушками. Приятного полета.

Примерно такие мысли промелькнули у меня, когда шарик с моей драгоценной тушкой "нырнул" прямо в пол, уйдя глубоко в тень.

Это путешествие почти не отличалось от прошлого. За исключением того, что в этот раз я не вопил как маленькая самочка чихуахуевины при виде разных чернильно-черных крокозюбров с зубастыми пастями, а просто старался не обосраться. И, на всякий случай, высматривал тушу Тайшаддэса. Не высмотрел.

Зато попалось по дороге нечто очень… странное.

Мне показалось, что я видел девочку в черно-красном готическом платье, плывущую с блаженной физиономией на желтом облаке. Впрочем, эта картина мелькнула слишком быстро, а учитывая ее абсурдность и наличие подозрительно знакомого желтовато-золотистого дыма… я постарался поскорее выкинуть ее из головы.

Стереть из памяти, как значок интернет эксплорера с рабочего стола — один раз, зато окончательно, бесповоротно и больше никогда о подобной херне не вспоминая.

И вот в один совершенно не прекрасный момент я очутился в своей привычной реальности. Почему "не прекрасный"?

На то есть две причины.

Во-первых, способ, которым меня вышвырнули из тени. Вот я лечу вперед в пузыре, а в следующую секунду оказывается, что лечу я, собственно, не "вперед", а "вверх". В результате чего, когда меня на огромной скорости выкинули в реальность прямо из пола моих апартаментов, я по инерции преодолел еще пару метров, шмякнулся мордой о потолок, после чего был сдернут вниз коварной гравитацией и так ебнулся затылком о каменный пол, что пару секунд видел только темноту и кровавые круги перед глазами.

Во-вторых, стоило мне более-менее прочухаться и оглядеться, как пришло простое осознание. Меня обокрали.

— Чтоб вам в жопы папуасы пальмы вбили, пидарасы… — пробормотал я, беспомощно осматривая пустые апартаменты.

Уволокли, что называется, все, что не прибито гвоздями к полу. А что не пропихнули в дверь, например, кровать и шкаф, просто разломали до состояния дров.

Тяжело вздохнув, я встал и пощупал намечающиеся шишки на лбу и затылке. Хорошо, хоть живучесть высокая, кости просто так не сломаешь, а то подобная жалкая смерть после всего пережитого, пройдет по меньшей мере в качестве "глобального божественного подъеба". Еще небось и воскресят меня после этого в теле какой-нибудь принцессы-малолетки с ебучей тучей пузатых великовозрастных ухажеров…

"А что, вполне интересная идея", — раздался в ухе задумчивый голосок.

Вот только это была не Чешуйка. Слишком сладостно-томные интонации. У дракошки, конечно, порой прорывается ее "интересная сторона" натуры, с которой я был бы не прочь познакомиться поближе, но чаще всего она довольно строго относится к любым заигрываниям.

Копье я пока призывать не стал, потому как развернуться тут с этим дрыном сложно, а прямой угрозы я не чуял. Нет, конечно жопа немного подгорала от степени опасности локации, но все это было общим "фоновым" явлением, не направленным непосредственно на мою несчастную тушку. Покрутив головой и быстро проверив пространство "Жнецом", я так никого и не нашел.

Почесал затылок.

Показалось, что ли? Или это на мою несчастную психику еще какую-то астральную сучность навесить решили?

— А вот за подобное можно и головку оторвать, — вновь раздался голос, но на этот раз не "в голове", а вполне себе в реальности.

Из темного угла вышла весьма… занимательная личность. От одного вида которой мне захотелось икнуть и оказаться как можно дальше отсюда.

Настоящая грива пышных шелковистых, чуть вьющихся и мягких даже на вид черных волос свободно спускалась до поясницы, обрамляя едва прикрытую тонким черным шелком изящную фигурку. Кожа нежно-белого цвета, как сказали бы любители доить лысого в дянь-тяни, была подобна чистейшему нефриту. Гладкое, способное свести с ума своей хрупкой красотой лицо озарялось мягкой доброй улыбкой. Грудь аккуратного третьего размера имела просто идеальную форму и заявляла о себе миру парой вздернутых острых сосочков, шаловливо просвечивающихся сквозь тонкую ткань то ли лифчика, то ли экстремально короткой блузки. Животик с изящной талией плавно переходил в округлые бедра… которые продолжались восемью изящными белыми щупальцами. Эти тентакли постоянно извивались, чпокали присосками и скребли об пол большими серповидными когтями, которые то выскакивали то втягивались в их кончики.

Многое мне пришлось переебать за это время, но такого я еще не встречал.

Хотя нет, что-то подобное все же было. И на это недвусмысленно намекала собственная задница, сжавшаяся от самых шокирующих в ее жизни воспоминаний, которые пробудили эти щупальца.

Наверное, я с минуту стоял и с абсолютно пустой башкой пялился на это чудо-юдо, а она явно наслаждалась произведенным эффектом, постоянно перетекая из позы в позу и чарующе хлопая длинными ресничками.

"Андрей! А ну возьми себя в руки, тряпка героическая!" — гневный вопль Чешуйки в правом ухе сопровождала чувствительная затрещина.

— Ну вот, всю атмосферу испортила, — хмыкнула девушка-кальмар, прекратив свои явно гипнотические шевеления и скрестив руки под грудью. После чего внимательно оглядела меня полностью черными, без белков, глазами. — Хм… Слабоват. Но ничего, если не помрешь, то быстро это исправим…

— Не помру от чего? — меня и так нервировала вся эта ситуация, а тут еще такие заявы.

Впрочем, я уже знал кто стоит передо мной, и только поэтому еще не задал стрекача — на плече кальмарки красовалась татушка из скрещенных гитары и секиры, а от самой стремной бабы так и тянуло очень уж знакомой божественной маной.

Посланница Граора.

Видимо, Бог-Берсерк все-таки решил сбросить на меня обещанный ступенчатый квест по столицам королевств. И сделал он это прям писец как вовремя — ну вот просто сижу, понимаешь ли, и стопку херов из дерева вырезаю, чтобы потом с наслаждением их пинать…

— Не помрешь от жизни своей тяжелой и умишка недалекого, — тихим и просто таки призывным тоном ответила кальмарочка. Или осьминожка? — Предпочитаю именоваться "Багровым Спрутом".

Я нервно дернул щекой, глядя на мягкую улыбку жутковатой особы.

И эта мысли читает…

Создатель, да что ж за монстров ты начал мне в последнее время подсовывать, а?! Сначала Тайшаддэс, теперь этот Спрут… А ведь я того укуренного божка еще в расчет не беру! И все это, блядь собачья, котами по кругу пущенная, всего за один день! Даже не день, вечер!!!

— Ох, чую, дальше будет только хуже… — пробормотал я, опуская руки и смотря на шевелящую щупальцами дамочку самым печальным взглядом.

Хотя… Сиськи у нее ничего так.

— Пф… — фыркнула… Спрут.

Багровый Спрут. Звучит как имя персонажа какого-то третьесортного китайского романчика про дядей с большими дянь-тянями и тетей с глубокими сунь-вынями.

— Ну, знаешь… — даже, по-моему, обиделась дамочка. — Это не я придумала. Титул такой.

— А нормальное имя тогда тоже есть? — тут же уточнил я, полностью начхав на то, что мои мысли читают как открытую книгу.

Все равно кроме голимого порева она там нихуя не сыщет, а "скрывать намерения для тайной атаки"… Я что, ебанат, на такое нападать?! Мне жизнь дорога! А, учитывая щупальца и фривольную одежку, явно намекающую на раскрепощенность данной самочки, она, перед тем как размазать мою тушку ровным слоем по стенам, еще и тентаклю мне в жопу загонит. И хорошо, если одну. И хорошо, если не глубоко. А то пропихнет до самого желудка, потом небось еще и выпустит в него какую-нибудь белую жидкость, да столько, чтобы даже через рот пошла, а сама в это время будет бить меня грудью по щекам, да насаживаться до самой матки, а возможно и дальше, на мой длинный, толстый…

"Андрей!" — взвыла Чешуйка.

— Смертный!!!!!!!!

Кальмарочка стояла, шокированно хлопая глазами и смотря на меня так, что даже как-то неудобно стало.

— Чего? — спросил я, скромно шаркнув ножкой, хотя в мыслях все еще стояла пара сцен, подсмотренных в одном весьма недурственном творении узкоглазых аниматоров в жанре "гуру-хентай-бдсм" с моей новой знакомой в главной роли. — Сами виноваты. Эти щупальца слишком будоражат мою больную фантазию.

Кстати о ней… Не удержавшись, я в представленную сценку еще и одну знакомую дракошку вплел. Очень уж ее изумрудные чешуйки гармонировали с блеском бледных щупалец, извивающихся и заползающих…

— ВСЕ!!! СТОЙ!!! ХВАТИТ!!! ХВАТИТ, Я СКАЗАЛА!!! — Кальмарочка, зажав уши ладонями, отчаянно зажмурилась и чуть ли не плача замотала головой. — И где ты только такой пошлятины нахватался! И это Буревестник?! Будущая гроза всей галактики?! Да ты просто грязный извращенец!!!

— Ну зачем же так сразу? — теперь уже я обиделся. — Между прочим, только перед балом мылся. Да и одежда на мне чистая. И вообще, нехрен чужие мысли читать, если к такому не готова! Сомневаюсь, что тебе попадались исключительно "чистые и добрые" личности.

— Ну, всякое бывало, но… — подняла на меня посланница полностью ошарашенный взгляд. — Но не настолько же! Я же, в конце концов, Монстр! Сцилла! Полу-осьминог! Боевой Берсеркер, мать его! От одного моего присутствия ты должен наложить в штаны от ужаса и омерзения, и корчиться на полу от давящего ощущения стоящей за мной божественной мощи!

Эм…

Я покосился на мигающую на краю зрения системку.

***

Внимание! Способность "игнорирование здравого смысла" активирована. Псионическое воздействие на разум заблокировано.

***

— Да как-то похуй, — пожал я плечами, чихнул и, демонстративно вытерев об рукав соплю, вновь уставился на ее грудь.

Интересно, а куда ее натягивать? Дырочка спрятана вот под этой юбочкой, что скрывает нижнюю часть талии и место стыка ее двух половинок, или между щупальцами, там где у осьминогов клюв? Или у нее и там, и там? Тогда это оставляет такую свободу для фантазии…

"Шлеп", — я почти воочию увидел, как Чешуйка хлопнула когтистой ладошкой по собственному же лбу.

— Так что, как тебя называть? Багровый Спрут, Кальмарочка…

— Лило, — ответила чуть успокоившаяся дамочка с щупальцами, когда я не без помощи ментальных пинков Чешуйки все-таки сумел взять себя в руки. — Кажется, я поняла, почему старина Карл так отбрыкивался от столь простенького задания… Вернемся к делу, — она поправила чуть сползшую юбочку и нервно пошевелила щупальцами, оставив на каменном полу еще пару глубоких следов от когтей. — Я назначена Кхаром курировать твои миссии. Сейчас будет первый этап, он весьма короткий, но от того не менее сложный. Вот.

Закончив говорить, Лило чуть тряхнула рукой и из образовавшегося под потолком небольшого алого смерча, из которого отчетливо дохнуло варпом, на пол с грохотом упала металлическая плита.

— Это, типа, волшебный металл, из которого я должен что-то создать? — уточнил я, опасливо косясь на "фонящий" божественной силой кусок хрен знает чего.

— Зачем? — удивленно захлопала глазами кальмарочка. — Это уже готовое оружие. Тебе всего-то нужно его подчинить.

Эм… Шта?

Я осторожно обошел кусок металла и только с другого ракурса наконец понял, что передо мной лежал… топор.

Толщиной примерно в три-четыре сантиметра, в полметра шириной и метр длиной, черное рубило, или как там называется металлическая часть топора, имело грубую заточку с одной стороны. А с другой каким-то непонятным образом крепилось к весьма изуверской рукояти, сделанной из массивного хребта какого-то существа, которая шла вдоль всего рубила и выдавалась вниз чуть больше, чем на полметра.

Абсолютно, на мой взгляд, неудобное, дебильное и просто стремное оружие.

— Угу, — кивнула Лило. — Он о тебе примерно такого же мнения. Просил передать, что большего… кхм… дурачка, скажем так, ему не сватали в хозяева за всю тысячелетнюю историю.

— Рад, что у нас все взаимно, — хмыкнул я.

Пиздец, что еще сказать?

Судя по всему, Граор твердо решил замутить из моей бедной тушки-душки настоящего грозного берсеркера и устроил подгон подходящего, по его мнению, оружия. Здоровенной железки на палке. При попытке удаленной оценки которой Система только материлась не распознаваемыми символами.

И ведь хрена лысого отвертишься! Задание я уже принял, а обижать Бога-Берсеркера, при всей его отбитости, не хотелось. Все же слишком полезные у него плюшки, да и мужик он более-менее адекватный.

В общем, повздыхав для галочки, я плюнул на ладони и ухватился за рукоять.

И тут же руки пронзила острая боль, меня пару раз жестко тряхнуло и пальцы непроизвольно разжались.

ЭТА ТВАРЬ ЕЩЕ И ТОКОМ БЬЕТСЯ!!!

А на краю сознания послышался дребезжащий старческий смех.

— У тебя десять минут, — демонстративно зевнула Лило. — Если не сможешь взять и удержать его в руках до истечения этого времени, то я засчитаю задание как проваленное.

Я злобно покосился на кальмарку и мстительно представил несколько особенно развратных сценок с ее участием, чем вызвал шокированный вскрик и гневное пыхтение. Хм… мне показалось, или оно было не только гневным?

— Показалось! — сквозь зубы прошипела сцилла.

Ну-ну. Учитывая, как она тут описывала обычную реакцию на ее появление, то с кавалерами у дамочки должен быть полный штиль. Так что…

Хлобысь!

Рядом со мной по полу стегануло щупальце, оставив на камне заметную вмятину.

— Ладно, ладно, я просто так собираюсь с контрацеп… тьфу, бля, с концентрацией! — вздохнул я, оставив в покое посланницу и задумавшись над тем, как мне взять в руки зловредный артефакт.

"Чешуйчатая, есть идеи?" — позвал я.

"Пхым!" — пришел ответ.

"Эй, ты там что, опять ревнуешь?"

"Да вот еще! Кому ты нужен, кобелина озабоченная?! И вообще, как ты только можешь позариться на эту… На это…"

"Ой, да ладно тебе", — вздохнул я. — "А то первый день меня знаешь? Давай лучше помоги этого маразматика приручить, пока товарищ Древний нам по шапке не надавал. И вообще, что это такое?"

"Одушевленный артефакт", — пояснила дракошка, тут же соскальзывая на свой привычный лекторский тон. — "Обычно такие делаются лишь богами, потому что только у них есть доступ к достаточно могущественным душам и редким материалам, а также необходимые знания и навыки для работы с ними. Такие артефакты редко оказываются по рангу ниже мифического, а также обладают целым набором гибких способностей и собственным разумом".

Мифическое? Если я правильно помню, то выше только божественный ранг… Хм… Божественный?

Я задумчиво посмотрел на свои руки, после перевел взгляд обратно на лежащий топор и нервно облизнулся.

А почему бы и нет? Артефактик-то Граора.

Не спуская глаз с рукояти топора, плавно соскользнул в то самое "полуастральное" состояние, в котором мог одновременно работать как в реальности, так и управлять тонкими процессами в ядре и своем теле.

Теперь переключаем два канала божественной маны на мои основные манотоки.

Граор и Мют.

По телу пробежала короткая судорога, а разум на мгновение погрузился в знакомую лихорадочную пучину горячки боя. Хотелось рвать все вокруг голыми руками, проливать реки крови и плясать по горе трупов поверженных врагов… Впрочем, уже в следующую секунду по мозгам прошлась волна успокаивающей энергии, заглушая эти дикие порывы.

И в очередной раз, спасибо тебе, Мют. Просто за то, что ты есть.

Вдох-выдох.

Глянул на собственные руки.

Они буквально горели алым огнем, от которого по телу расходилась легкая дрожь, периодически переходящая в судороги.

"Перерасход энергии", — влезла в мои мысли Чешуйка. — "Большая часть божественной маны просто не находит применения и рассеивается в пространстве, отсюда и такой эффект. Однако обычному разумному к этому огню лучше не прикасаться. Душу не выжжет, мощность не та, но вот оставить вечный ожог или свести с ума оно вполне способно".

Интересно.

Нужно будет потом поэкспериментировать.

А сейчас к главному.

Протянув руки, я уверенно ухватился за рукоять топора. По телу тут же пробежал разряд энергии, похожей на электрическую, заставив тело задергаться, а пальцы — попытаться разжаться.

Но именно что "попытаться".

Стиснув зубы, я усилием воли начал вливать энергию в артефакт. И буквально почувствовал, как тот припал к потоку словно терзаемый переходным возрастом подросток к дыре, просверленной в "рабочую комнату" борделя.

Что, оголодал? Ну так и быть, вот тебе добавка!

Невольно растянув лыбу "на все тридцать два зуба", я по максимуму открутил краник и сила потоком хлынула через мои многострадальные манотоки к оружию.

Тело на подобное издевательство тут же отозвалось болью, а в воздухе запахло паленым — от обилия протекающей энергии мясо в моих руках и груди начало в буквальном смысле поджариваться!

"Андрей, стой! Не так сильно!" — тут же заволновалась Чешуйка.

"Да похуй! Пусть подавится, старый хрен!" — оскалился я, совершенно не ощущая ничего, кроме боли и азарта.

Чувство самосохранения отшибло напрочь.

Держащие рукоять топора пальцы начали потихоньку обугливаться. На самых кончиках уже были видны белые кости. Черная обгорелая плоть поднялась почти до запястий. Боль постепенно пересиливала, все больше и больше стремясь захватить внимание и разрушить концентрацию, но… Что такое боль?

Я уже слишком много ее перенес, причем в любых формах. Так что нехуй пугать ежа голой жопой!

И в этот момент моя затея наконец начала приносить плоды. Я почувствовал, как заключенная в артефакте душа начала банально "захлебываться".

Ну да, не каждый выдержит столько маны! Я ведь даже не пытаюсь ее сдерживать, просто пропускаю через себя. И то уже начинаю напоминать поджаренную головешку.

Вскоре артефакт начал барахтаться. Потом, вроде бы, молиться. Потом начал дымиться.

Лило что-то кричала.

Чешуйка тоже.

Мои руки вовсю чадили смрадным дымом, по локоть превратившись в черные обугленные кости.

Но мне было насрать.

Это пламя было таким краси…

Крак.

Что-то треснуло.

В останках моих рук покоились две половинки мифического артефакта, которые медленно осыпались невесомым серым пеплом.

Я поднял взгляд на круглые-круглые глаза Лило и, что-то пробормотав, плавно уплыл на хлынувших в сознание волнах боли куда-то в забытье…

***

Пустое черное пространство.

Подо мной черно-белая площадка, напоминающая гигантскую шахматную доску.

Передо мной, не спуская с моей бренной трусливой душонки тяжелых взглядов, сидят знакомые морды.

Здоровенный байкер на продавленном старом диване, перекатывающий меж лопатообразных лапищ жестяную банку из-под пива.

Объемная тень девушки с обалденными пропорциями на мрачном каменном троне.

Сидящая прямо на "полу" маленькая девочка в простеньком сером платье.

Черное облако с парой пугающих алых глаз.

И один "новенький", в виде какого-то оборванца в сером изодранном офисном костюме, со старой катаной в руках и солнцезащитных очках на улыбчивой морде.

— Он опять сдох, — первым нарушил тишину Грор.

Я попытался что-то ответить, но обнаружил, что рта у меня банально нету. И на попытки достучаться до небожителей мысленно они никак не реагировали.

Ну и пофиг.

— Угу, — кивнула Ауттэ. — Причем самой дурацкой смертью, которую только можно представить. Спалил свое тело по собственной глупости.

Ну уж извините, увлекся малость.

— Хорошо, хоть душа осталась… — прошелестела Бездна. — Можно будет его воскресить в теле какого-нибудь неудачника.

Эй-эй-эй! Древнейшая, почему сразу "неудачника"?! Вы и так тут мне такой аттракцион устроили, врагу не пожелаешь! Может, немножко снисхождения? Ну там в тушку принца, или хозяина фермы девушек-монстров.

— Ну почему сразу "неудачника"? — оскалился "новенький" в очках, показывая впечатляющий набор заостренных зубов.

Вот-вот! Чувак, ты мне уже нравишься!

— Можно и в "неудачницу"! — продолжил он.

Я передумал.

Уберите от меня этого извращенца!

— У меня тут есть одна кандидатура, — негромко произнесла Мют.

Малышка, ну давай! Ты меня всегда выручала, солнышко мое!

— Принцесса одного захудалого королевства, — безжалостно зарезала девочка мои мольбы и растоптала последние надежды. — Возраст около пятнадцати и по полсотни килограмм и сантиметров веса и роста соответственно. Тупа как пробка, но последняя надежда своего рода. На днях у нее как раз свадьба с овдовевшим соседом-королем. Ему уже за восемьдесят, но он весьма и весьма активен.

Я оцепенел.

Вы охуели?

— Неплохое наказание для проштрафившегося Буревестника, — хмыкнул Граор. — Пусть пока в этом теле наводит порядок в королевстве…

Нет, вы что, серьезно?!

— Если справишься и приведешь свое новое царство к процветанию, — прошелестела Бездна, — то мы подумаем над возможностью вернуть тебе прежнее тело. Провалишься… и мы придумаем что-нибудь "поинтересней".

Люд… То есть, Боги! Вы чего?! Вы же шутите, да?! ДА?!

— Будь верной своему мужу и нарожай побольше детишек, — искренне пожелала мне Ауттэ. — От их количества будет зависеть и количество полагающихся тебе при следующем перерождении "плюшек".

НЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!

— Держись, братан! — оскалился самурай-оборванец и показал мне большой палец. — Ну, или скорее, сеструха! Мха-ха-ха!!!

ДА ТЫ ВООБЩЕ КТО, БЛЯДЬ, ТАКОЙ?! Я ТЕБЯ ЗАПОМНЮ, ТВАРЬ! СЛЫШИШЬ?! ЗАПОМНЮ!!!

— Ну, раз решили, то я его забираю, — прошелестела Бездна и чуть подалась вперед.

В черном тумане открылась огромная алая пасть, полная острейших зубов, в которую меня тут же начало затягивать.

Я сопротивлялся.

Я цеплялся за пол площадки.

Я плакал.

Я молил их.

Я просил просто прикончить, распылить, развоплотить…

Но Древнейшая неуклонно втягивала меня в распахнутую пасть.

И наконец страшные зубы сомкнулись на моей жалкой душе, визжащей как последняя портовая шлюшка…

— Доброе утро, Ваше Высочество, — раздался услужливый мужской голос.

Открыв глаза, я увидел высокого мужичка в строгом смокинге, пенсне и с подносом в руках.

Медленно повернув голову, увидел в стоящем рядом шкафу свое отражение.

— КЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯАААААААААААА!!!!

ГЛАВА 192. РЫЦАРЬ-СЛУЖИТЕЛЬ

( АНТУАНЕТТА )

1.

Выскочив на очередной холм, я притормозила и огляделась.

Предчувствие опасности и, как я поняла, псионика, работая одним единым комплексом, уже и так давали мне представление о происходящем. Но одно дело просто знать, а другое — увидеть собственными глазами.

Отсюда до поселения и лагеря было километров десять-пятнадцать. Преодолела я их буквально за пару минут, даже особо не сбив дыхания. Мое тело и раньше отличалось хорошей выносливостью, но после попадания в этот странный мир оно будто бы укрепилось еще сильнее. А недавно взятая способность "равновесие силы" серьезно подняла мои общие возможности — все же практически однобокое развитие в параметр "силы" иногда сказывалось на мне не самым лучшим образом.

Но сейчас все эти размышления были не важны.

За спиной люди. Впереди враг. И я должна проредить его как можно сильнее.

Это все, что мне было нужно

Врагами были зомби.

Огромная многотысячная толпа мертвецов. Они одним сплошным потоком быстро брели вперед, пожирая все, что не успело сбежать и ломая то, что не могли сожрать. Среди этого волнующего моря смердящей плоти я четко ощущала присутствие куда более серьезных тварей, скорее всего являющихся следующими этапами развития безмозглых мертвецов.

Но вот что я начала ощущать только подобравшись почти вплотную к наступающей армии, так это странное явление, накрывшее всю орду. Словно легкое свечение, укрывающее их тонким покрывалом и касающееся головы каждого зомби.

Контролирующая сеть.

Что-то или, скорее всего, кто-то всем этим управлял.

Сосредоточившись, я "нащупала" три контролирующих узла. Один впереди, другой в центре и третий позади. Какие-то устройства и… живые люди.

Кто, как и зачем это делал для меня не важно.

Они ведут эту армию чтобы уничтожить мирных беженцев и мой отряд. Этого достаточно.

Воткнув меч в землю перед собой, я тут же сжала пальцы на артефакте, поданном понятливым костюмом. Довольно странная и страшная вещица с дурацким названием "Ка-Бум палка-шаталка". И не менее идиотскими активаторами.

Но сейчас она подходила как нельзя лучше.

С вершины холма открывался отличный вид на бредущую в ночи мертвую армию.

Подумав, я решила все же не использовать последний эффект артефакта — слишком уж он вызывал нехорошие предчувствия. Боюсь, что взрыв будет такой мощности, что не выживу ни я, ни оставшиеся за спиной люди.

Так что остановилась на проверенной третьей способности, начав негромко зачитывать заклинание.

— [Бум-быды-быщь, бум-бум! Да прибудет с вами алый Бада-Бум].

Почувствовав, как одновременно с формулой в артефакт хлынул поток моей силы, я не стала его сдерживать. Наоборот, постаралась залить как можно больше, держа взгляд на том месте, где вдалеке, почти на пределе видимости, должен был находиться самый крайний контролирующий узел.

Логика была проста — если затеявшие это люди попытаются сбежать, то больше всего шансов будет именно у самых дальних.

Артефакт нагрелся. Кончик складной палочки полыхнул зловещим багровым светом. И глаза обожгло белой вспышкой, болезненно-яркой для уже привыкших к ночной темноте глаз.

Вместо хвоста марширующей армии и "контролера" осталась только глубокая полукруглая воронка с оплавленными краями.

Где-то десятая часть наступающей орды была уничтожена одним ударом.

А я всеми доступными способами начала отслеживать изменения в огромной армии нежити. И они были. Примерно треть идущих позади монстров на несколько секунд лишилась контроля и остановила свой бег. Но на них тут же набросили свои сети другие "контролеры" и орда, немного поколыхавшись, продолжила движение.

Вот только уже не так шустро.

Я улыбнулась одним краем губ.

Способ найден.

Костюм уже втянул ушедший на перезарядку артефакт куда-то в свои недра, а я освободившейся рукой взялась за рукоять старого меча.

Поправила щит.

Глубоко вдохнула холодный ночной воздух.

Это другой мир. Он живет по другим законам и использует другое оружие. Тут другие люди и нравы. Другая история и география.

Но я осталась прежней.

Снова одна против многих.

Снова на острие атаки против многотысячной орды монстров.

Прикрывшись щитом от ветра, мощным толчком ног послала тело в длинный прыжок с вершины холма. Три сотни единиц силы и высокая стартовая точка позволили на несколько долгих секунд едва ли не лететь, преодолевая десятки метров. Чуть вытянутая вперед правая нога первой коснулась земли. Рефлекторно сгибаю колено, стараясь погасить импульс рывка, но чувствую как подошва латного сапога начинает вспахивать жесткую землю, оставляя за мной все углубляющуюся борозду. Начинаю заваливаться вперед. И в этот момент подошва второй ноги, согнутой в колене, касается земли. Резко распрямляю левую ногу. И тело, получив новый импульс, со свистом уходит в новый рывок. Почти стелющийся над землей и не такой высокий и длинный как предыдущий, но не менее быстрый.

Преодолев несколько десятков метров, вновь касаюсь земли подошвами и делаю новый рывок, еще больше увеличивая скорость…

Врезаюсь в толпу монстров.

Визг и рычание. Глухие стоны. Тошнотворный запах. Омерзительный вид полусгнивших тел с посиневшей кожей, которая сползает пластами, оголяя зеленоватое мясо с копошащимися в нем белыми личинками. Волочащиеся по земле внутренности. Гнилые оскаленные зубы. Побелевшие, лишенные даже намека на жизнь и разум глаза…

Все это не вызывает никаких эмоций. Это всего лишь монстры. Бездушные оболочки, которые следует уничтожить. Они мне не опасны. Даже сражайся я обнаженной и голыми руками, я запросто перебью тысячи тысяч подобных тварей — единственным для них оружием являются собственные руки и зубы, которыми мне даже кожу не оцарапать.

Первые несколько метров я еще пролетела на импульсе рывка, буквально размазывая тварей по выставленному щиту. Но строй был слишком плотный и набранная чудовищная скорость очень быстро погасла, увязнув в толпе.

А дальше я просто шла, расчищая дорогу ударами щита и меча. Топчась по залитой смердящей черной кровью земле. Давя упавших под ноги тварей, не замечая их попыток вцепиться мне в обувь. Как не замечала и тех, кто пытался остановить, повиснув на ткани платья и броне доспехов. Что они могли? Укусить? Не смешно. А их вес я просто не чувствовала. Мне даже стряхивать всю эту мелочь не было необходимости — артефакты, хоть и не слишком охотно, вытягивали энергию из тварей, быстро лишая их жалкого подобия жизни и заставляя разжать потерявшие силу пальцы…

Вдруг монстры расступились. Им явно приказали приостановить атаку. А на пути стоял первый отличающийся от остальных мертвец.

Два с лишним метра ростом и полтора шириной. Гора измененных мышц, прикрытых толстыми костяными пластинами. Широкая голова практически целиком состоящая из одной огромной зубастой пасти.

Его шкуру не возьмут ни пули, ни мой меч. Он не знает боли, усталости или страха. Не знает осторожности или сострадания. Он просто жаждет съесть что-нибудь живое.

Это я узнала, всего лишь заглянув в маленькие, подернутые пленкой глаза.

Сколько жизней погубила эта мертвая тварь? Много. Очень много.

Сколько погубит еще? Ни одной. Я не позволю.

Медленно занеся руку, монстр со всей силы ударил по мне кулаком. Подставленный под удар щит слегка задрожал, а меня сдвинуло на десяток сантиметров назад.

Сколько у него силы? Сотня? Две? Скорее всего, где-то между.

Чудовищный показатель для местных людей.

И лишь небольшая помеха для меня.

Выпустила рукоять меча, который тут же подхватил нитями костюм. До скрипа сжала кулак. И ударила навстречу вновь летящей на меня бронированной лапы. Быстрый резкий выпад, с воем рассекающий воздух, пришелся точно в центр кулака противника. Тяжелый густой звук пролетел над полем боя вместе с улетающей прочь конечностью монстра.

Не давая твари опомниться, делаю шаг вперед. Бью раскрытой на манер копья ладонью, по запястье вгоняя руку в открытую рану, образовавшуюся на месте оторванной лапы. Две секунды и доспехи полностью "выпивают" энергию твари, оставив лишь окончательно умершую гору смердящего мяса.

Вытаскиваю руку, вновь берусь за рукоять поданного платьем меча и продолжаю путь. Твари, словно опомнившись, опять бросаются со всех сторон…

Еще раз шесть попадались подобные бронированные зомби. И хотя они оказались послабее первого, но справиться с ними было несколько тяжелее — обычные мертвецы в это время и не думали прекращать атаки, продолжая пытаться дотянуться зубами до лица и горла, или повиснуть на платье, хоть на секунду замедлив мой шаг. С первым я немного помучилась, но в итоге просто пробила ему кулаком брюхо, так же выкачав энергию. А вот уже ко второму нашла подход для быстрой победы. Всего лишь сбивала их на землю щитом и, пока мечом рубила наседающую мелочь, в два удара пробивала здоровяку грудину латным сапогом.

В какой-то момент я ощутила что армия мертвецов остановилась, а потом и вовсе целиком сосредоточила внимание на мне. А два оставшихся контролера тем временем начали неспешно продвигаться сквозь толпу монстров в обратную, противоположную мне сторону.

Это было плохо.

Нужно было их захватить. Или, по крайней мере, не дать уйти. Подобная сила в этом мире слишком опасна.

Я попыталась ускорить шаг, но… не смогла. Попросту вязла в огромном количестве монстров. Да, они были слабы. Но их было слишком много и каждый шаг приходилось прокладывать ударом клинка. И взять разгон тоже не получится — я, хоть и не перышко, но все же не великан и такая плотная толпа тел тут же сводит на нет импульс любого рывка. Вдобавок, все чаще стали попадаться бронированные монстры, к которым присоединились еще и какие-то поджарые твари с длинными когтями, похожие на вурдалаков. Шустрые сволочи резко выскакивали из-за спин обычных зомби и пытались полоснуть когтями по неприкрытым броней местам: голове и рукам. Получив первые кровоточащие царапины на лбу и щеке, я отдельно сосредоточилась на этих ловкачах, отслеживая их своими способностями и нанося упреждающие удары мечом. Хорошо хоть, что в отличие от здоровяков эти брони не имели.

Но все же я не успела.

Два оставшихся контролера вырвались из плотного строя мертвецов раньше и быстро стали удаляться прочь, пока полностью не исчезли из зоны моего восприятия.

И все бы ничего, ведь контролирующая зомби сеть также исчезла, но… Но перед этим она словно бы полыхнула красным цветом. После чего остановившаяся и сосредоточившаяся в последнее время исключительно на мне армия мертвецов вновь пришла в движение.

Да, они продолжали атаковать меня, но только те, кто находился в непосредственной близости. Остальные же, мыча, подвывая и волоча по земле выпавшие внутренности устремились вперед.

В сторону поселка.

Выдохнув, я закусила губу и, прочесав восприятием окружающее пространство, направилась в сторону самых сильных тварей. Нужно выбить хотя бы их, прежде чем эта орда докатится до позиций отряда.

***

Дамир нервничал.

Его предчувствия так и шептали, что скоро тут будет ад.

С тех пор как Антуанетта умчалась вперед, одна половина бойцов спешно сворачивала лагерь, подготавливая транспорт для экстренного отступления, а вторая — не покидала своих огневых точек, наблюдая за медленно сереющим небом.

Близился рассвет.

Вот только он не смывал ночные страхи. Наоборот, каждый, даже самый толстокожий из бойцов, начинал ощущать давящую ауру приближающегося к ним кошмара.

Минул час. Второй.

Несколько раз их вызывали по рации из поселка, запрашивая объяснений тому, почему они утроили взрыв на их территории. И каждый раз Васильев все подробно им объяснял, причем так, что даже у его привыкших к крепкому мату подчиненных начинали пылать уши.

Все вопросы отпали сами собой спустя полтора часа, когда их штатный снайпер, занявший доминирующую высоту на ближайшем холме, вдруг без предупреждения начал стрелять из своей новой чудовищной винтовки. Снаряды скрывались где-то вдалеке, за складками рельефа, но звуки мощных взрывов доносились аж сюда.

Чего там намешала их безумный гений в эти снаряды Дамир даже предполагать не брался.

— Вспышка, доклад! — рявкнул Васильев по общему каналу. — Почему стрельба без команды?!

— Потому что там жопа, — прошипел сквозь зубы Максим, меняя массивный магазин крупнокалиберной винтовки, и ответил уже зажав кнопку гарнитуры. — Виноват, господин сержант. Готов понести наказание. А стрельба в зомби. Много-много зомби. Прям до греческого хуя как много.

— Все патроны только не переведи, — проворчал сержант, который уже и сам увидел показавшуюся на гребне очередного пригорка толпу мертвецов. — Кукла, прием? Ты там?

В отличие от нескольких предыдущих попыток вызвать Антуанетту, в этот раз расстояние оказалось достаточным, чтобы ее слабенькая гарнитура приняла сигнал.

— Тут… — раздался в эфире ее запыхавшийся голос, едва ли не перекрываемый воплями мертвецов на заднем фоне. — Васильев… Ситх… Снимайтесь с… позиции. И отступайте. Иначе просто… сметут.

— Подтверждаю, — вклинился в разговор Макс, которому сверху было видно намного лучше. — Нас просто мясом завалят. К тому же вижу среди обычных несколько зомби-мутантов. Обычные пули таких не возьмут. Только пушки вашей черепашки, да моя винтовка.

— Блядь… — выдохнул Васильев. — Отходим! По машинам и двигаем по направлению к базе! Связной, достучись до ремонтной бригады, а то припрутся и вместо танка получат толпу этих мозгоебов!

— А Кукла? — возмутился Сергей. — Мы что, ее вот так бросим?!

— Лысый, ты правда думаешь, что ей нужна помощь? — нервно хохотнул Васильев.

— Приказ. Идите… — подтвердила его слова Антуанетта, тоже вполуха слушавшая эфир. — Я вырвусь… без проблем. Встретимся… на базе.

Повторять никому не пришлось и уже через минуту экспедиционная колонна на всей возможной скорости покидала обжитую позицию. Подсвечивая фарами дорогу, они спешили на встречу с ремонтной бригадой, с которой удалось установить связь, с крайне неприятным чувством оставив за спиной обреченный поселок. Оставалось утешаться только тем, что те люди сами сделали свой выбор, решив положиться на Альянс, а не на Армейцев. Так что пусть о них теперь заботятся другие.

За Антуанетту они, конечно, беспокоились, но… за последние дни все получили весьма хорошее представление об истинной мощи этой холодной красавицы в жутких доспехах. Так что их вера в то, что она спокойно выкрутится из любой передряги и оторвет голову даже самому жуткому монстру была непоколебима.

А вот для них самих обратный путь будет далеко не столь безопасным…

2.

Я не видела, но чувствовала, как колонна машин спешно уезжает прочь.

Ну, хоть на этот раз они меня послушались и не стали лезть следом в самое пекло — все же местные успели хлебнуть горя и понимали разницу между героическим риском и самоубийством…

Одним ударом меча разрубила двух стоящих на пути зомби. В лицо ударил омерзительный запах гнилой плоти. Впрочем, за последний час я к нему привыкла. Человек ко всему способен привыкнуть. А запах — это далеко не самое ужасное, что было в моей жизни.

Ударом щита встретила прыгнувшего зомби-мутанта. Шустрая тварь. Но хрупкая. Изломанной куклой монстр улетел куда-то за спины обступивших меня мертвецов.

Орда подобралась почти к самым стенам поселка. Сквозь вой и хрипы нежити слышались раскаты винтовочных выстрелов и захлебывающийся визг тяжелых пулеметов. Где-то подступающие утренние сумерки распарывали огненные цветки — защитники поселения использовали какие-то зажигательные снаряды, забрасывая их в толпу монстров с помощью несуразных подобий катапульт. Сами метательные машины я не видела, но четко ощущала их за стеной.

И точно так же ощущала страх и отчаянье людей.

Альянс не придет им на помощь — база группировки слишком далеко. Да и не захотят они терять своих воинов ради спасения чужаков. А Армейцам они отказали сами, так что помощи от группировки генерала Карпатова тоже ждать не стоит.

Нельзя сказать, что я не понимала лидеров и тех, и других. Каждый в этом мире выживал как мог. Так что теперь беженцам придется рассчитывать исключительно на свои силы.

Ну и на меня.

Вот только я мало что могла сделать — всего лишь упрямо продолжать рубить тварей, стоя в самом центре бушующей орды.

Обычно, чтобы убить низшую нежить вроде того же зомби, нужно поразить их прогнивший мозг, где сосредоточены управляющие контуры магического плетения. Это мне когда-то объяснил один некромант. Также, говорил он, можно нанести достаточное количество повреждений, распыляя питающую монстра энергию. Или просто вытянуть из него эту самую энергию, превратив в обычный труп.

Мой костюм и доспехи отлично справлялись с последним методом, осушая любую дотронувшуюся до них тварь за десяток-другой секунд. Хотя, судя по накатывающим волнам дискомфорта, они были совершенно не в восторге от подобной "закуски". Я же иногда ускоряла процесс, вбивая латные сапоги или перчатки в туши монстров, тем самым нанося повреждение контролирующей магии и увеличивая "степень контакта" артефактов с монстром.

Но все это мой рассудок подмечал вскользь. Скорее, просто ощущал на интуитивном уровне. А тело продолжало механически перемалывать одного монстра за другим, не останавливаясь ни на секунду.

Взмах меча. Удар щитом. Латный сапог с хрустом проламывает голову упавшему под ноги зомби. Еще один удар мечом… И не забывать самое главное — не останавливаться. Стоит лишь на секунду задержаться на месте, как меня просто погребет под грудой смердящих тел. Такое уже было пару раз за этот бой. Едва смогла выбраться, чуть не погибнув от удушья и отвратительного запаха гнилой плоти.

В поселке начали умирать люди.

Вот на краю сознания горят огоньки живых. Я ощущаю их даже сквозь это море гниющей мертвечины. И тут один из этих огоньков вспыхивает ярче обычного, после чего начинает стремительно тускнеть. Рассеиваться, пока не превратится в маленькую бледную тень. И эта тень медленно начинает подниматься куда-то вверх, теряясь за границей моего восприятия.

Возможно, они уходят к тем богам, которым молились. Возможно, попадают в лапы жадной Бездны. Это не важно. Важно, что их путь в этом мире закончился, вызывая скорбь и чувство утраты у близких им существ.

Стена поселка пала прежде, чем я успела прорубиться к ней сквозь толпы оживших мертвецов. В трех местах ее продолбили мощными руками бронированные здоровяки. Люди до последнего не верили, что умрут. Они ждали помощи от союзников. Молились богам. Надеялись на чудо. Верили в своих воинов.

А когда опомнились, было слишком поздно.

Поселение оказалось в окружении. Монстры хлынули через проломы.

Началась резня.

Пир мертвых и ужас живых.

Несколько тяжелых военных машин попытались вырваться, но увязли в бросающихся под гусеницы мертвецах, а потом более сильные мутанты вскрыли их как консервные банки.

Вскоре в округе осталось всего восемь живых. Четверо людей в увязшей бронемашине, до которой я успела добраться и прикончить здоровяков, пытающихся вскрыть люк. Трое каких-то везунчиков, сумевших спрятаться в захваченном нежитью поселке. И я, нарезающая круги вокруг броневика, выкашивая лезущих со всех сторон тварей…

***

Внутри броневика было темно и тесно.

По сути, это был небольшой микроавтобус, переделанный местными умельцами. Его усиленные борта обычным зомби были не по зубам, но и выбраться наружу сидевшие тут люди уже не могли, даже если бы вдруг захотели — находящийся сверху люк был чем-то заблокирован и не открывался, как они ни пытались. А через смотровые окошки были видны только тела тварей.

Словно их небольшая машина была погребена под горой трупов.

— Жень, ты как? — рядом с совсем молодой девушкой лет семнадцати, устроившейся у заднего борта, сел ее ровесник.

Девушка была, не сказать что красивой, но и не страшной — обычная невысокая серая мышка с черными волосами, каре-зелеными глазами и худощавой плоской фигуркой. Паренек же, в отличие от своей подруги, мог претендовать на звание настоящего красавца: широкоплечий, высокий, с рельефной мускулатурой, плавными чертами лица, ясными голубыми глазами и собранными в хвост золотистыми кудрями.

Оба были одеты во что-то среднее между спортивной и военной формой: зеленые футболки, камуфляжные легкие брюки и потрепанные кроссовки.

— Никак, — ответила девушка парню безразличным, практически мертвым голосом.

— Будешь? — протянул тот ей небольшую жестяную фляжку.

— А просто воды нет? — скривилась она.

— Это компот, — лучезарно улыбнулся паренек. — Знаю же, что тебя даже под страхом смерти пить не заставишь.

— Угу, — вздохнула Женя и, взяв фляжку, сделала два вялых глотка. — Кирь…

— Ммм? — отозвался ее старый друг.

— Это конец?

— Не знаю… — ответил он после недолгой паузы.

Не выдержав, девушка захлюпала носом и, прижавшись к плечу парня, тихо расплакалась.

— И эта туда же… — проворчал сквозь зубы сидящий в кресле у правого борта бородатый мужик лет сорока на вид, одетый в потрепанный охотничий камуфляж.

— Потому что девушки — хрупкие ранимые создания, — прозвучал не менее ворчливый ответ от лежащей головой на его коленях молодой женщины. — Не то что ты, чурбан старый.

— Так что же ты тогда тут со мной забыла? — хохотнул мужик, поглаживая топорщащуюся во все стороны черную, с проседью, бороду. — Нашла бы кого помоложе да по "чуфстфеннэй".

— Ну и найду, — скривилась женщина и, приоткрыв веки, стрельнула хитрыми зелеными глазами в сторону паренька. — Кирилл, не хочешь поразвлечься напоследок?

— Зинаида Ивановна, ну как можно? — демонстративно закатил глаза парень, хотя в-принципе ничего против не имел. Даже наоборот, их бывшая черноволосая учительница с яркой восточной внешностью в свое время будоражила фантазию всех без исключения парней школы. Вот только время и место были неподходящими. К тому же Женька точно бы его отлупила, ответь он хоть как-то иначе. Да и мужик этот, Михаил, вроде как считался ее парой…

Вдруг размышления молодого человека прервал странный скрежет.

Еще недавно витавшая атмосфера обреченной расслабленности мгновенно испарилась, а попавшие в ловушку люди тут же насторожились и потянулись за оружием: Кирилл и Женя подхватили с пола легкие пистолеты-пулеметы, бородатый Михаил передернул затвор армейского барабанного дробовика, а Зинаида гибким движением извлекла откуда-то из складок одежды два массивных боевых ножа.

Эти люди не выжили бы в изменившемся мире, если бы не умели вовремя отбросить сопли и взять в руки оружие. Вот и сейчас, даже чувствительная Женечка пару раз глубоко вздохнула и, чмокнув в щеку Кирилла, приготовилась дать свой последний бой.

Скрежет повторился.

Потом переделанный под броневик микроавтобус качнулся и… поехал вперед. Медленно, натужно, но довольно уверенно.

Снаружи послышался звук падающих тел, какой-то скрежет, шелест… и все затихло.

Люди затаились, не зная, чего им ждать дальше.

Секунды тянулись медленно, сменяя друг друга, но все еще ничего не происходило.

Не выдержав, Зинаида дернулась было к одному из смотровых окошек, но Михаил тут же поймал ее за руку и покачал головой. Та уже собиралась рассерженно что-то прошипеть в ответ, но в этот момент в люк вежливо постучались.

Люди переглянулись.

В их глазах читалось одно и то же.

"Зомби не умеют стучать".

— Кто там? — неуверенно спросил Кирилл, но тут же понял, что сделал глупость, потому как сквозь толстый слой металла расслышать его голос было весьма проблематично.

Тем не менее, его услышали.

— Не враг, — прозвучал в ответ спокойный женский голос, сильно приглушенный броней. — Выбирайтесь. Все кончено.

Выжившие посмотрели на Михаила, как на самого старшего и опытного. Бывший солдат лишь пожал плечами и поставил дробовик на предохранитель. После чего закинул оружие за плечо и поднялся по небольшой лесенке к люку.

Дернув две запорных ручки, он спокойно откинул тяжелую крышку и высунул голову наружу.

— Твою мать, — не выдержал мужик, ошарашенно уставившись на открывшуюся картину.

— Что там? Да поднимайся же быстрее, чурки кусок! — подпихнула его снизу в задницу Зинаида, которой тоже не терпелось осмотреться.

— Да трупы тут, — выдохнул Михаил. — Дохрена трупов.

Под давлением снизу мужчина все же поднялся на скользкую от крови и ошметков гнилой плоти крышу бусика. Выбравшиеся следом люди так же не сдерживались в выражениях, пораженно глядя на представшую перед ними картину.

Поселка не было. Остались лишь руины, от которых в ясное синее небо поднимался черный жирный дым, образующийся от горы тлеющих трупов.

Наверное, все пространство вокруг в радиусе километра было завалено настоящими холмами из смердящих останков нежити, на которые уже слеталось воронье и выползали падальщики из ближайшего леса. Тут и там слышались возня и рычание лесных мутантов, дерущихся за кусок пожирнее. Порой мимо броневика пробегали такие твари, что у людей от одного их вида волосы вставали дыбом, а руки начинали непроизвольно трястись даже не пытаясь тянуться к оружию — оно все равно не поможет против этих монстров.

Вот только лесные мутанты не приближались.

Даже самые кошмарные порождения изменившей мир катастрофы лишь с опаской косились на сидящую рядом с броневиком фигуру, и предпочитали обходить это чудовище стороной.

На небольшой кучке мертвых тел лежал здоровенный, покрытый костяной броней зомби. В его груди зияла огромная дыра, а неподалеку валялась грубо оторванная уродливая голова. Ну а на спине монстра, поверженного одним из последних, сидела та самая фигура, от одного взгляда на которую становилось не по себе как людям, так и лесному зверью.

Абсолютно черные доспехи из нагрудника, латных сапог и перчаток пережили сражение, длившееся более шести часов, без единой царапины. Тут попросту не было никого, способного повредить артефактную броню мифического ранга. А вот платью досталось по полной — оно и рангом было пониже, и защитными свойствами не обладало. Так что юбка и рукава сейчас представляли собой изорванные окровавленные лохмотья, которые заключенная в артефакте душа, под аккомпанемент астрального мата, чистила и восстанавливала, придавая себе прежний мистически-черный цвет и лоск.

Сама же героиня, в отличие от своей одежды, в текущей ситуации подобное сделать не могла. Распущенные и растрепавшиеся волосы, слипшиеся от крови, свисали сосульками, лицо и шею покрывала черно-красная корка из засохшей смеси крови и грязи, а сгорбленная спина и опущенные плечи выдавали крайнюю степень усталости.

Она сидела, тяжело опираясь на покрытый кровью меч и глядя на лежащий на земле расколотый щит. Редкий артефакт, прошедший с ней через долгие странствия, войну с демонами, годы рабства, путешествие с Андреем и приключения в этом странном мире, в конце-концов превысил свой лимит прочности, расколовшись на четыре измятых куска.

Вздохнув, Антуанетта медленным, усталым движением поднялась на ноги и посмотрела на замерших в нерешительности людей.

— Эм… Может Вам водички? — нерешительно спросила Женя. — Умыться там…

Антуанетта задумчиво провела когтем перчатки по щеке, после чего посмотрела на отвалившийся в ладонь кусок засохшей корки и молча кивнула.

Молодая девушка тут же спрыгнула обратно в броневик и спустя несколько секунд появилась с двухлитровой пластиковой бутылкой воды. После чего немного помялась и вручила тару Михаилу.

— А чего я-то? — негромко возмутился бородатый ветеран.

— Ты старый, тебя не жалко, — ответила ему вместо Жени Зинаида, подпихивая друга в спину. — К тому же самый обаятельный.

— Сволочи, — закатил глаза мужик, но спорить не стал.

Все же в их команде он действительно обладал самым большим уровнем и реальным боевым опытом.

Спустившись, он как можно более спокойно подошел к жутковатой женщине и, отвинтив крышку, полил в подставленные ладони, давая воительнице умыть лицо, а потом и просто ей на голову, помогая хоть немного смыть с волос и шеи мерзкую корку из кровавой грязи.

— Тут неподалеку от опушки течет ручей, — подал голос Кирилл. — Если проедем туда, то сможете нормально помыться.

Антуанетта на секунду задумалась, после чего кивнула.

Подхватив с устланной трупами земли осколки разбитого артефакта, она спокойно забралась на переделанный бусик и уселась на передней части его крыши, спиной к выжившим людям. Не обращая на них никакого внимания, воительница закрепила на поясе осколки верного щита и принялась подолом платья чистить меч…

Люди же, переглянувшись, полезли обратно в люк и вскоре броневик тронулся, осторожно объезжая завалы трупов и особенно большие скопления вылезших на пир монстров.

Вскоре они покинули поле боя. В поселок Антуанетта заглядывать не стала — из тех троих выживших, что она ощущала в середине битвы, двоих все-таки нашла нежить, а один просто покончил с собой…

3.

Устала…

Я и раньше участвовала в долгих сражениях, но редко когда соотношение сил было настолько неравным.

Одна против многих тысяч. Я даже не уверена, сколько именно их было.

Часть нежити после уничтожения поселка все-таки разбежалась по округе. Часть перебили прибежавшие на запах крови мутанты. Но больше половины орды полегло от моей руки.

Была мысль взорвать поселок, но я от нее отказалась. Трупы постепенно вычистит природа — она тут крайне агрессивна и живуча. А оставшиеся от погибших беженцев припасы потом могут спасти чью-то жизнь…

События в этом мире идут своим чередом, и вклиниваться в них сверх меры я не видела необходимости. В конце-концов, я тут чужая. Спасу кого смогу, дам шанс на выживание, и на этом моя роль в их жизнях закончится.

У меня есть свои цели. И нужно сосредоточиться на их достижении.

Мои мысли прервал запах и шум воды — мы подъезжали к опушке и тут действительно тек небольшой чистый и довольно глубокий ручей. Скорее даже маленькая речка с каменистым дном.

Не дожидаясь остановки машины, я спрыгнула с крыши на землю и легким бегом понеслась в сторону небольшого песчаного пляжа, на ходу стаскивая с себя и кидая под ноги фрагменты брони и оружие. Костюм скидывать не пришлось — он сам стек с фигуры у самой кромки воды, прихватив с собой коммуникатор, осколки щита и браслет глитча.

Упав в воду, тут же нырнула с головой, ощущая как прохладное течение смывает с тела грязь, кровь и усталость прошедшего сражения. Отмокнув, я песком и найденным шершавым камнем начала остервенело оттирать кожу…

Выбралась из воды только минут через двадцать. Чистая, довольная и даже немного веселая.

Разве что тянущая тело усталость никуда не делась, но это можно быстро поправить какой-нибудь едой. Причем, я даже знала какой…

— Эм… Гражданка… Мисс… Мадемуазель… или как Вас там? — на берегу меня встретил бородатый мужик и его зеленоглазая подруга из той четверки выживших. Их более молодые товарищи тем временем о чем-то спорили у броневика.

— Антуанетта, — представилась я, припомнив, что так и не назвала им своего имени.

— Хорош пялиться! — пихнула мужика под бок зеленоглазая.

— Кхм… — кашлянул тот, отводя глаза и продолжая. — Рады знакомству. Я Михаил, это моя… подруга Зина. А там Женя и Кирилл. У нас есть несколько вопросов и, если Вам не трудно, не могли бы Вы ответить? Но сначала…

— Оденьтесь уже! — фыркнула Зина, во второй раз пихая своего друга локтем под бок.

— Можно на "ты", — негромко сказала я, мысленной командой подзывая костюм.

Тому не требовалось повторять дважды и артефакт, черной кляксой метнувшийся по песку, быстро заполз по моим ногам, превращаясь в привычное черное платье. Того времени, что я купалась, костюму хватило для восстановления и чистки, так что он выглядел как новенький. На запястье так же скользнул подарок Рыцарей Бастиона, на ухо костюм повесил коммуникатор Армейцев, а с еще мокрых волос одним движением черной ленты слизнул всю воду и закрутил их на затылке в привычный пучок, зафиксировав двумя черными спицами.

Губы сами собой приподнялись в легкой улыбке.

С каждым днем я все больше и больше привыкала к этому артефакту, вызывавшему поначалу лишь отвращение. Да, у него были свои "темные стороны", но и достоинств хватало.

А вот стоящие передо мной люди от этого зрелища нервно сглотнули и немного попятились.

— Оделась, — сказала я, движением плеч слегка поправляя рукава. — Вопросы?

— Это что было? — Зинаида настороженно следила за моим притихшим костюмом.

На столь глупый вопрос я отвечать не собиралась, попросту его проигнорировав.

— Огонь есть? — спросила я у Михаила.

— Смотря для чего, — почесал тот затылок, опасливо поглядывая мне за спину. — Есть зажигалка, газовая горелка, паяльник…

— Разведи костер, — я ткнула пальцем в показавшееся наиболее удобным место на пляже.

— Для чего? — на всякий случай уточнил мужик, хотя по его взгляду было видно, что он уже догадывался.

— Готовить обед, — подтвердила я его опасения и пошла к своему лежащему чуть в стороне мечу, волоча следом, собственно, этот самый обед.

— А оно вообще съедобно? — спросила Зинаида.

Я лишь пожала плечами.

Впрочем, при мысли о том, чтобы приготовить и съесть напавшую на меня в воде пятиметровую змею мое чутье безразлично отмалчивалось, так что никакой опасности быть не должно.

***

— Вы уверены, что это можно есть? — в который раз спросила Женя, уставившись на поданное ей мясо гигантской змеи, нанизанное на палочку.

Мясо истекало все еще скворчащим жиром и аппетитно пахло специями, найденными Михаилом среди багажа броневика.

— Если не хочешь, там есть консервы, — пожал плечами Кирилл, потянувшись уже за третьей порцией. — Блин, знали бы, что мутанты могут быть такими вкусными…

— И глотали бы слюни, — хохотнул Михаил, раскладывая над углями новую партию. — У этой твари был сороковой уровень.

Остальные на секунду прекратили жевать и широко распахнутыми глазами посмотрели на меня.

— После этого сражения у меня пятьдесят восьмой, — пожала я плечами, не видя смысла после всего произошедшего скрывать эти цифры.

Кстати, о них…

Дожевывая очередную порцию, я мысленной командой забросила полученные очки характеристик в силу и открыла новые системные сообщения.

***

Внимание! Получены новые титулы!

Отчаянная одиночка — ты вышла одна против целой армии и… победила! Способность "Аура подавления" получена.

Аура подавления — активная способность легендарного ранга.

Цель: все ближайшие противники.

Радиус: до 97 метров (от силы мысли).

Эффект: накладывает состояния: "снижение боевого духа", "страх", "упадок сил", "паника", "галлюцинации".

Внимание! При разнице в "силе мысли" более 50 единиц возможна потеря сознания, а при разнице в уровнях более 50 единиц — летальный исход.

Возможна синергия с другими способностями подобного типа. Время действия: до отмены.

Активация: фраза [Вы все — лишь жалкий мусор…]

Палач нежити — в общей сложности, за свою жизнь ты уничтожила более 10 000 не-мертвых!

Доступна смена класса на легендарного "Святого Рыцаря".

Доступна новая способность "Святая земля".

Святая земля — активная способность редкого ранга.

Цель: враждебная нежить и неразумные монстры.

Эффект: создает стационарное поле святой силы, причиняющее боль монстрам и высшей нежити, и постепенно разрушающее поддерживающую магию обычных не-мертвых.

Длительность: 6 часов.

Радиус: 10 метров.

Откат: 1 сутки с момента деактивации.

Активация: фраза [Свет оградит нас].

***

Аура подавления казалась довольно полезной. Особенно если совместить с моей собственной псионической силой, которая почему-то кроме как способностью "Псионик" больше никак в статусе не отображалась. Если правильно их использовать, то можно сломить волю врага и закончить сражение без боя.

Святая земля так же выглядела полезной, особенно в текущих обстоятельствах.

А вот смена класса…

Я прочла описание этого "Святого Рыцаря". Что-то среднее между щитоносцем и жрецом, сулящее способности для усиления себя и своих последователей. Очень и очень хорошие усиления. Если я правильно помню, то среди героев демонической войны был один призванный с подобным классом. Чем больше рядом с ним было союзников, тем сильнее он становился сам, а взамен накладывал на последователей какие-то совсем уж умопомрачительные ауры.

Вот только крылись тут два подвоха. Первый — это необходимость принять покровительство одного из светлых богов, а я сильно сомневаюсь. что кто-то из местных захочет взять меня под крыло. Как выразилась та малявка Каалуси, от меня за версту разит Бездной. Но это еще ладно. Что-нибудь можно было бы придумать.

Но тут в полный рост встает второй минус этого класса — стоит Святому Рыцарю оказаться в одиночестве, как его характеристики тут же начинают стремительно падать.

А я слишком часто остаюсь одна на передовой.

От размышлений меня отвлек странный звук.

Переведя взгляд с висящей в воздухе таблички с текстом, видной только мне, на четверку выживших, я довольно быстро определила источник звука — это был выпавший из рук замершего с открытым ртом Кирилла прутик с недоеденным мясом.

Остальные, впрочем, замерли в не менее живописных позах, смотря стеклянными глазами куда-то сквозь меня. Я на всякий случай обернулась, но никого не обнаружила. После чего, пожав плечами, продолжила трапезу.

Через какое-то время мои новые знакомые "отвисли" и начали тихо перешептываться, как-то странно на меня поглядывая. Я старалась не прислушиваться, но часть разговора невольно уловила. Они обсуждали, что я за чудовище и из какой бездны вылезла.

Обидно, между прочим.

Хотя, вынуждена признать, в чем-то они были правы.

Пока я размышляла, стоит ли их забросить в речку, или все же нет, вдруг сама собой включилась уже по-привычке нацепленная на ухо гарнитура.

— …ием? Говорит спецотряд "Ястреб-3". Вызываем Куклу. Прием? Говорит спецотряд "Ястреб-3". Вызываем Куклу. Прием?

— Это Кукла, вас слышу, — не сразу найдя нужную кнопку, отозвалась я, попутно расширяя радиус восприятия и пытаясь отыскать вышедший на связь отряд Армейцев.

— Хвала Создателю! Думали, придется тут несколько часов круги нарезать! — раздался радостный женский голос.

А я тем временем нащупала говорящую и поняла, почему отряд так назывался — со стороны Базы высоко в небе ко мне летела какая-то большая машина с тремя десятками людей на борту.

— Так, Кукла, не отключайся. Перевожу тебя на прямую линию с генералом Карпатовым.

Я несколько удивленно кивнула, позабыв, что собеседница вряд ли может меня видеть.

— Что происходит? — тут же заволновалась Зинаида.

— Тише, ты! — положил ей лапищу на голову Михаил, не давая встать с места. — Видимо, Армейцы спас-группу выслали.

— Угу, как будто такую надо спасать… — проворчала его подруга, но все же затихла.

Тем временем в гарнитуре через непродолжительный шум помех раздался спокойный голос генерала Армейцев.

— Антуанетта, девочка, коротко доложи ситуацию.

— Хм… — я честно призадумалась, как все покороче обрисовать. — Орда нежити мною практически уничтожена. Незначительная часть выживших тварей рассеялась по окрестным территориям, но их вылавливает местное зверье. Поселение полностью вырезано, выживших четверо, сейчас они со мной.

— В округе опасно? — уточнил Карпатов.

— Есть риск эпидемии, но невысокий — падальщики активно растаскивают тела. Сами животные тоже вряд ли нападут, если лишний раз не провоцировать — их хоть и много, но еды тут еще больше.

— Инфраструктура поселка?

— Не поняла вопроса, — честно призналась я.

— Извини, девочка, забылся… — с легким смешком вздохнул генерал. — Насколько поврежден поселок? Дома, припасы, оружие?

— Мертвым все это ни к чему, генерал, — пожала я плечами. — Они сожрали защитников и пошли дальше.

— Хорошо, хоть и ничего хорошего, — вздохнул старик. — Я выслал транспортный вертолет с отрядом поддержки. Они погрузят наиболее ценное и выживших жителей, после чего останутся там дожидаться транспортной колонны, которая заберет остальное. Обеспечишь ребятам поддержку?

— Да, генерал, — ответила я.

— Замечательно…

— Но есть проблема.

— Слушаю тебя, девочка, — тут же напрягся генерал.

— Орда не пришла сама. Ее контролировали люди с помощью каких-то машин. Одного контролера я уничтожила, но двое успели сбежать.

— Это плохо, девочка, — после небольшой паузы крайне напряженным тоном ответил Карпатов. — Это очень и очень плохо… Направление знаешь? Сможешь их выследить?

— Только примерное, генерал, — вздохнула я, тоже понимая, насколько серьезная это была проблема для местных. — Поэтому ничего не обещаю.

— Гонять вертолет я не могу, слишком ценная техника, да и топлива на этого проглота не напасешься… — задумчиво проговорил Карпатов. — Пойдешь со своим спецотрядом, они прибудут с транспортной колонной. Задача: разведка местности по предполагаемому направлению отступления противника. В усиление дам "Мангуста-3" Васильева, а то вы с ним неплохо спелись, и… твой этот штрафбат, — при последних словах старик совсем по-юношески хихикнул. — Они тут на "Стальную Королеву" чуть ли не молятся, словно фанатики какие-то. Что ты там с ними сделала? Нормальное снаряжение этим бандерлогам хоть выдать можно?

— Просто дала шанс исправиться, — улыбнулась я. — Выдайте. А какое именно пусть решают Сергей с Диким.

— Распоряжусь, — хмыкнул генерал. — Еще что-то?

— Мой щит сломался…

— Можешь не продолжать, — перебил меня Карпатов. — Дам команду хозчасти, что-нибудь придумаем.

Я на секунду призадумалась, пытаясь понять, что еще упустила. Что-то важное. Что сильно могло помочь в борьбе с ордой нежити. Ведь отряды Дамира, Васильева и Дикого — это хорошо… Но против целой армии зомби они все равно… Вот оно!

— Генерал, с колонной также двинутся воины Раф-Хас.

Мне показалось, или я услышала как кто-то поперхнулся на той стороне связи?

— Ты уверена, девочка? — серьезным тоном спросил Карпатов.

— Да. Я свяжусь с Королевой, она выделит бойцов. Они пойдут своим ходом, главное, чтобы люди были предупреждены.

— Хочешь выставить против орды мертвых собственную армию… — негромко проговорил генерал, скорее больше для себя. — Что ж, это может сработать. Главное, не рискуй понапрасну. Это только разведка.

— Вас поняла, генерал.

— Карпатов, конец связи.

Отключив устройство, я обвела взглядом притихшую четверку выживших.

— Скоро вас заберут в безопасное место. Если вы не против.

Молодежь дружно замотала головами, а вот Михаил как-то странно прищурился. Зинаида, увидев этот взгляд у своего друга, закатила глаза и обреченно фыркнула.

Впрочем, все это уже не мои проблемы.

Прикрыв глаза, я глубоко вздохнула и сосредоточилась.

Нужно было оценить состояние гнезда Раф-Хас и отдать команду королеве. Вот только обычным способом я с ними связаться не смогу — слишком далеко.

Придется действовать немного по-другому. Более радикально.

— [Во славу Роя…]

***

Имя: Антуанетта дэ Гарсия

Возраст: 26 лет.

Титул:

Герой Былых Эпох

Дева-воительница

Несгибаемая воля (+5 к живучести)

Отчаянная одиночка [+]

Палач нежити [+]

Преданная слову (+5 ко всем характеристикам)

Презревшая Смерть

Стальная Королева (+40 к силе мысли)

Уровень: 58 [+1]

Класс: Рыцарь-служитель (редк)

Характеристики:

Сила: 310 [+10]

Ловкость: 67 [+2

Восприятие: 97 [+2]

Живучесть: 138 [+2]

Сила мысли: 97 [+2]

Свободные очки: 0

Способности:

"Мы выстоим!" (актив, классовое)

Аура подавления (актив, легенд, от титула "Отчаянная одиночка") [+]

Великое увеличение силы (уник)

Всесокрушающая сила (редк, актив)

Дух рыцарства (актив, классовое)

Жертвенность (классовое)

Клинок истины (актив, редк, от титула "Дева-воительница")

Кошачий глаз (редк)

Крепкая духом (легенд, от титула "Презревшая Смерть")

Малая регенерация (необычн)

Ментальный контроль (пассив-актив, редк, от титула "Стальная Королева)

Непробиваемый щит (активн, классовое)

Острый слух (обычн)

Оценка (необычн, актив)

Преданность (актив, классовое)

Псионик (легенд, от титула "Стальная Королева)

Равновесие Силы (миф)

Святая земля (актив, редк, от титула "Палач нежити") [+]

Стальное тело (легенд, от титула "Герой Былых Эпох")

Укрепление костей (обычн)

Улучшение выносливости (обычн)

Улучшенное динамическое зрение (обычн)

Усиленное улучшение выносливости (необычн)

Хватка титана (легенд)

Свободные очки: 3

Навыки:

Анальный секс: 5 ур (ученик)

Верховая езда: 25 ур (подмастерье)

Владение булавой 21 ур (подмастерье)

Владение копьем: 23 ур (подмастерье)

Владение мечом: 52 ур (великий мастер) [+1]

Владение топором: 27 ур (подмастерье)

Владение щитом: 56 ур (великий мастер) [+1]

Оральный секс: 12 ур (подмастерье)

Полевая медицина: 21 ур (подмастерье)

Предчувствие опасности: 38 ур (мастер) [+1]

Рукопашный бой: 15 ур (подмастерье) [+2]

Спринт: 29 ур (подмастерье) [+1]

Эротический массаж: 2 ур (ученик)

***

Состав разведывательной экспедиции:

Спецотряд "Рыцарь-2": 8 человек, 2 пикапа;

Боевой отряд "Мангуст-3": 11 человек, 1 БМПО-8-2У (Боевая Машина Пехоты Облегченная, 8 серия, 2 усовершенствование;

Штрафбат "Мародеры": 12 человек, 2 пикапа, 1 ТВГ "Шиншилла" (Тяжелый Военный Грузовик);

Стая Раф-Хас "Пауки сумерек": 300 крыланов, 200 сверчков, 50 малых пауков, 30 больших пауков, 2 гусеницы, 1 мутатор, 1 антроп.

***

Состав спец-отряда "Рыцарь-2":

Антуанетта дэ Гарсия — мэйн-танк, позывной "Кукла", уровень — 58, рыцарь-служитель.

Хатанов Дамир Султанович — разведка, сенс, позывной "Ситх", уровень — 20, темный охотник.

Костров Максим Юрьевич — снайпер, сенс, позывной "Вспышка", уровень — 14, стрелок-снайпер.

Селезнев Сергей Владиславович — штурмовик, механик, позывной "Лысый", уровень — 16, штурмовик-универсал.

Вискина Татьяна Львовна — медик, позывной "Белочка", уровень — 13, хирург-целитель.

Серикбаев Ержан Серикбаевич — водитель, радист, позывной "Равшан", уровень — 20, проклятый палач.

Серикбаев Азат Серикбаевич — водитель, механик, позывной "Джамшут", уровень — 20, святой инквизитор.

Барбара Шульц — разведчик, скрытник, позывной "Жало", уровень — 26, диверсант.

—--

Каширов Николай Григорьевич — командир, боевик, позывной "Дикий", уровень — 20, боевик-универсал.

Васильев Лев Викторович — командир, тактик, позывной "БэЧэ" (Большая Черепаха), уровень — 12, тактический стрелок.

Ксулукс Кха-Ру — командир, антроп Раф-Хас, позывной "Клык", уровень — 6.

ГЛАВА 193. ЭКСКОБА-1. СОЮЗ ПУСТОТЫ

ПЕРЕД БОЕМ

На краю ущелья покрытой красным песком планеты замер шестиметровый гуманоидный робот. Плавные обтекаемые формы изящного корпуса в тон окружающей пустыни отливали кроваво-алым цветом. В каждом манипуляторе он держал по укороченному стрелковому комплексу, на поясе дождалась своего часа рукоять-излучатель плазменного клинка, а за спиной виднелась странная конструкция, больше всего похожая на сложенные крылья.

Огромные стальные крылья.

Рани в очередной раз протестировал все системы доспеха, но, как обычно, неисправностей не было. Да и не могло их быть.

Серия доспехов "Алый Блик" считалась лучшей среди машин ордена, а Крылья крайне бережно относились к собственной технике. Ведь, в конце-концов, от этих машин не просто зависели их жизни. По сути, они и были смыслом их существования.

"Стальные Крылья могли раскрыться лишь у тех, кто бредил пустотой, кто был рожден для вечного полета в межзвездной тишине". Эта фраза была выжжена на небольшой металлической табличке, что стояла в центре гигантского сада Главной Цитадели Ордена.

Рани невольно перенес фокус сенсоров на замерший рядом серебристый доспех Ириги. "Живая Сталь", так называлась эта серия, разработанная на основе его "Блика" под живых пилотов. И хотя корни у их доспехов были общими, но по техническим характеристикам "Сталь" все же уступала — как бы ни модифицировала себя эльфийка, каким бы огромным талантом ни обладала, но она все еще была привязана к органическому телу. И пусть девушка стояла вровень с большинством цифровых членов ордена, но это был ее предел.

А у Рани, обладающего даже большим талантом, подобного предела не было.

За ними клином выстроились их звенья. Девятка "Бликов" и девятка "Стали". Цифровые и живые души. Но на подобные мелочи в ордене всегда было глубоко плевать. Товарищ, он и есть товарищ — тот, кто прикроет в бою, и кто подставит крыло во время долгого полета. И без разницы, будь то человек, цифровая ламия или… монстр.

Да, в этот раз среди них затесался самый настоящий Монстр.

Люди привыкли к словам "монстр" и "чудовище", называя так любое отличное от них существо, будь то хищное животное, представитель другой расы или вида. То же самое чаще всего относится и к другим разумным. Только выходя за пределы своей планеты и понимая, насколько многообразные и причудливые формы может принимать жизнь, они постепенно начинают осознавать истинный смысл слова "Монстр".

Тот, кто сейчас стоял чуть поодаль от Крыльев являлся именно им. Чудовищем.

Но при этом, как ни парадоксально, одним из самых надежных товарищей.

"У меня от него мурашки", — пожаловалась Ирига, тоже, видимо, периодически наблюдавшая за их соседом по позиции.

"Не у тебя одной, подруга", — хмыкнула ее ведомая, конеки Дас-Кай с позывным "Серебро-3".

"Отставить разговорчики! Лучше за небом следите", — проворчал Рани, пресекая назревающее кудахтанье, потому как слишком хорошо знал членов обоих звеньев.

"Бу-у-у…" — протянула конеки, но замолкла.

Рус, занявший позицию неподалеку, тихо фыркнул.

Его ментальные способности позволяли без труда настроиться на канал Крыльев, которые, в общем-то, ничего и не шифровали — перехватить их разговоры тут могли только союзники, потому как Пробудившиеся подобным баловством не занимались. Незачем оно им.

— Дети, — покачала головой стоящая рядом с ним Прима.

Для этого боя она особо ничего менять не стала, потому как боевая форма королевы жупи уже давно была выверена и обкатана в сотнях сражений.

Утонченная гуманоидная фигурка, покрытая тонкой, но необычайно прочной хитиновой броней, усиленной ее магическими способностями и дарами Бастиона. Впрочем, хитин смотрелся не отталкивающе, а скорее наоборот: гладкий, с легким коричневатым отливом и мягким внешним слоем, он успешно имитировал загорелую человеческую кожу. Поверх хитина на точеную фигурку жупи было накинуто вычурное платье с плащом из многослойного полупрозрачного материала с сетчатыми прожилками. Вот только, понятное дело, никакой это был не плащ, а хитрым образом сложенные крылья.

Лицо тоже максимально мимикрировало под человеческое — правильные, немного резковатые черты с чуть раскосыми узкими глазами тускло-золотистого цвета, ярко-алые мягкие губки и грива зачесанных назад необычайно толстых серых волос. Вот только внимательный глаз сразу же цеплялся за три тонкие то ли шрама, то ли трещинки, два из которых шли от уголков губ через скулы к ушам, а один от середины нижней губы через подбородок к изящной шейке…

— Как будто ты такая уж старушенция, — покосился на нее одним глазом Рыцарь. — Я еще помню, как кое-кто жужжал мне в ухо и копошился в потрохах. Когда это было? Циклов сто назад?

— Сто шестьдесят четыре, — поправила его напарница, издав едва слышное недовольное жужжание.

— Ну да, очень взрослая, — хрипло рассмеялся Рэндар лающим смехом.

Впрочем, сейчас он был скорее не Рэндаром или Русом, а Пожирающим. Осколком древнего чудовища, чей голод и алчущая души ненасытная натура за тысячелетия свела с ума не одну сотню носителей. И лишь сейчас обрела, наконец, подобие равновесия.

Большую часть времени Рыцарь-Монстр предпочитал жить как Рус, искусственная личность, образованная на стыке двух душ. Когда дело доходило до планирования и хитростей, вперед выходил Рэндар — старый матерый агент Содружества Разума из галактики Спящего Дракона. Но вот когда начиналась какая-нибудь заварушка…

Они оба уступали место Пожирающему, лишь наблюдая из глубины сознания и стараясь хоть как-то ограничить его голод. И со временем у них это получалось все лучше и лучше. Но менее ужасающим древний Монстр от этого не становился.

За прошедшие несколько дней с момента прибытия в эту галактику Рыцарь успел с помощью Принцессы сменить тело, а также почти полностью восстановить свои колоссальные запасы маны. Но перед этим боем ему еще раз пришлось сменить шкуру, чтобы дать Пожирателю максимальные возможности.

Сейчас рядом с Примой стояла туша, не уступающая размерами доспехам Крыльев. Вот только размерами их сходство и заканчивалось. Полностью вверив другим участникам сражения пустотный и воздушный бои, Рус решил сосредоточиться на наземной битве.

За основу нового тела были взяты самые живучие и беспощадные хищники природы — насекомые. Три пары ног удерживали продолговатое брюшко, над которым возвышался грудной отдел с еще двумя парами конечностей. Верхняя пара была длинней и заканчивалась своеобразными косами, складывающимися их четырех длинных пальцев, так что при необходимости толстые жесткие косы в одно мгновение превращались в набор длинных тонких клинков. Нижняя пара конечностей имела вполне привычное гуманоидное строение, но служила совсем не для того, чтобы держать оружие. Все-таки Рыцарь был еще и опытным боевым магом с богатейшим набором всевозможных чар и огромным запасом маны. А чтобы колдовать как раз нужны манипулирующие конечности. Ну и сверху все это венчала довольно уродливая голова с огромной пастью, парой внушительных жвал и десятком расположенных кольцом фасеточных глаз.

Броня, покрывающая тушу Монстра, являлась своеобразным произведением искусства: мягкий амортизирующий слой служил основой, на которую мозаикой крепились мелкие сегменты хитина. Поверх него шел еще один противоударный слой, на который крепились уже толстые цельные куски хитиновой брони. И словно вишенкой на торте, прямо на внешних пластинах нарастали отливающие матовым блеском черные чешуйки.

Из-за столь массивной брони Рус сильно терял в маневренности, но не слишком по этому поводу печалился — прыгать и скакать вокруг должны были миньоны Примы, да огромная толпа воинов-кукол Принцессы, забивших собой практически все пространство вокруг ущелья. Последние, правда, казались туповатыми — из-за огромного количества задействованных кукол Принцессе пришлось сильно урезать выделяемое каждому отдельному воину внимание, ограничившись простейшими функциями, вроде "иди", "стой", "кусай", "плюй" и т. д. Впрочем, их количество было столь велико, что качество исполнения уже играло не столь важное значение — вся эта шевелящаяся масса жупи и инсектоидных кукол и не была предназначена для тонких маневров. Им просто нужно будет сдерживать не менее многочисленных Пробудившихся, пока остальные отбивают основную атаку в пустоте.

Глубоко под землей, сообщаясь с поверхностью сетью переходов, были расположены биофабрики Принцессы, где планировалось быстро перерабатывать погибших воинов и порождать новых. К сожалению, Прима подобным похвастаться не могла — ее жупи были не бездушными куклами и, хоть и могли порождаться с пугающей любую гуманоидную расу скоростью, но все же не столь быстро. Хотя и качество у них было заметно выше, чем у пустоголовых марионеток.

Далеко в стороне от ущелья, по которому должен был прийтись основной удар, спешно разворачивались оборонительные батареи Крыльев и Принцессы. Эти комплексы хоть и не могли внести существенный вклад в грядущую битву из-за своей малочисленности, но все равно способны были сбить немало нападающих.

В итоге, оборона ущелья состояла из нескольких пунктов.

Сначала по десантирующемуся противнику, который прорвется через пустотный флот, должны были отработать дальнобойные орудия оборонительных батарей. После чего, их на низкой орбите и в воздухе перехватывали два звена асов Стальных Крыльев. Выжившие бойцы Пробудившихся, все-таки достигшие поверхности, сразу после высадки должны были оказаться в окружении кукол Принцессы, за спинами которых второй стеной стояли более опасные воины жупи и сами Прима с Русом.

Ну и, так сказать, на сладкое, у самого входа в гробницу стояли тринадцать закованных в рунные латы Истинных Берсеркеров Граора. С огромными топорами в руках, больше похожими на могильные плиты, они одним своим видом внушали чувство страха и неуверенности даже такому матерому Рыцарю, как Рус, что уж говорить о простых смертных…

***

Рядом с красной планетой, чуть выше плоскости эклиптики, висел исполинский супердредноут Каалуси. В глубине этого полуорганического корабля, по размерам не уступающего некоторым звездам, тихо фырчали системы грави-компенсаторов, аннулирующие вызываемые столь массивным телом гравитационные аномалии. Вся поверхность колоссального корабля сейчас пестрела многочисленными излучателями, эмиттерами, стволами и башенками орудий, провалами ракетных шахт и ангаров. Суммарный залп всего этого богатства был способен разорвать в клочья любую планету этой Вселенной. И это не считая главного калибра Принцессы…

Створки одного из небольших ангаров медленно, словно неохотно открылись и на просторы пустоты выпорхнул небольшой биодоспех. Небольшой, конечно, если сравнивать с висящими рядом линкорами и крейсерами кукольного флота Принцессы.

— И я все равно против этого, — в который раз проворчала Каалуси по внутренней связи.

— Ворчишь будто какая-то старуха, — вздохнул Энцио, наблюдая, как вокруг выстраивается небольшой отряд сопровождения.

Впрочем, "небольшим" оно было по меркам Каалуси. На деле же это оказались два тяжелых линкора прорыва, похожих на утолщенные в передней части огурцы, десяток серповидных ударных крейсеров, количество вооружения на которых просто зашкаливало, и три звена по сотне мобильных доспехов самых разнообразных видов и модификаций. И, суда по тому, как четко и плавно все эти суда выполняли маневры, они находились под самым внимательным контролем Принцессы.

— Хотя нет, ты не старуха, — закатил глаза Энцио, глядя на все это. — Ты нянька-наседка.

— Я терять Капитана не собираюсь, — раздался в ответ ворчливый голос корабля. — И если он сам о своей безопасности не печется, то позаботиться о ней придется мне.

— Правильно, девочка, — вмешался в их разговор мягкий мужской голос. — С этими Рыцарями по другому нельзя. У меня вообще возникает такое ощущение, что героический суицид — это смысл их существования. Хотя Бастион Бездной клялся, что ничего подобного в них не закладывал…

Через створки одного из ближайших предназначенных для линкоров ангаров в пустоту плавно вылетел огромный дракон. Вот только это был не самый обычный представитель расы древних ящеров.

Вместо чешуи его массивное тело, не уступающее по размеру иным линкорам, покрывали плотно подогнанные друг к другу шестигранники из странного серебристого металла. Будучи размером с ноготь человека, они казались совсем крохотными по отношению к размерам гиганта, так что казалось, что дракона покрывала не обычная чешуя, а просто кожа серебристо-стального цвета. Четыре поджатых под брюхо коротких лапы монстра венчали полупрозрачные, словно выточенные из алмазов, когти. Из того же кристалла были выглядывающие из-под верхней губы клыки и массивное копьевидное жало на конце длинного гибкого хвоста. Глаза же этого древнего существа не имели белков и зрачков, а состояли из одних только радужек, хаотично переливающихся всеми мыслимыми и немыслимыми цветами и оттенками.

Он летел плавно, словно скользя по просторам пустоты. Сквозь сомкнутые челюсти просачивались струи густого серого дыма, будто бы внутри дракона что-то постоянно полыхало, а по алмазному гребню, тянущемуся от основания шеи до самого жала на кончике хвоста, иногда пробегали хищные разряды прекрасных золотистых молний.

В пустоте не было звуков, ведь они распространяются через колебания материи. А вакуум не колеблется… Вот только, глядя на это существо, возникало странное ощущение, что ты "слышишь" мерные взмахи его крыльев, тихое рычание металлической глотки, шипение плазмы в жилах и биение искры первородного Хаоса, заменяющей ему сердце…

— Остальные? — поинтересовался Энцио у дракона, невольно любуясь переливами металлической шкуры в свете местной звезды.

— Карл полетел к своим берсеркам, — раздался в ответ все тот же мягкий голос в голове Рыцаря. — А Лирой сейчас появится. Готовит там какие-то чары… А вот и он!

Из другого ангара так же плавно вылетел антрацитово-черный дракон, чей силуэт был едва уловим на фоне глубокой черной пустоты. Лишь изумруды глаз, да периодически испускаемые телом огромного ящера красные и зеленые всполохи позволяли четко отследить этого монстра.

По размерам Лирой где-то на четверть уступал своему металлическому собрату. Впрочем, проигрывал он не только в этом. Мощь, излучаемая черным драконом подавляла, вызывая желание скорее убраться подальше, но при этом не шла ни в какое сравнение с силой Шена. Дракон Хаоса, как его иногда называли, хоть и сдерживался, но каждый всполох золотой молнии заставлял окружающих испытывать крайне сложные и не самые приятные ощущения — словно они обнаруживали рядом с собой гигантский реактор на легендарной темной материи, готовый вот-вот взорваться и аннигилировать все в радиусе нескольких парсек…

— Хороша эскадра, ничего не скажешь, — нервно хохотнул Энцио, поведя жесткими надкрыльями брони. — Бионические куклы, Рыцарь Бастиона и два древних дракона.

— Ну так ты как обычно в самое пекло сунешься, — проворчала в ответ Каалуси, а к Рыцарю и двум ящерам подлетел еще один доспех, отделившийся от взявших их в сферу охранения кукол эскадры. Чем-то он внешне походил на медузу — пятиметровый голубоватый купол с развевающимися десятиметровыми щупальцами, между которыми периодически проскакивали электрические разряды. Почувствовав на доспехе заинтересованные взгляды, Принцесса пояснила. — Это дублирующий командный доспех эскадры. Внутри одна из моих главных кукол.

— В этом есть необходимость? — подозрительно спросил Энцио.

— Абсолютно никакой, — вынуждена была признать Каалуси. — Но мне так спокойней.

Подумав, Энцио решил махнуть на своенравный дредноут рукой. Он уже давно заметил, что Каа постоянно старается тереться рядом с ним "физической" оболочкой, игнорируя то, что на борту Принцессы он, по-сути, находится буквально внутри нее. Так же, как и во время полета в доспехе, который также был частью подвластного Каалуси кукольного флота и мог в любой момент перейти под ее прямой контроль.

— Где займем позицию? — уточнил Шен, вертя головой и "осматривая" всю солнечную систему, в которой не осталось буквально ни одного не контролируемого флотом участка.

— Думаю, встанем чуть выше плоскости, над местной звездой, — задумчиво ответил Лирой. — Неясно с какой стороны нападут Пробудившиеся, так что это лучшее место, так как оно равноудаленное от границы гравитационного колодца местного светила. Да и магией оттуда будет удобней бить…

— Только если снизу, из-под звезды не зайдут, — кивнул Шен огромной головой. — Но, в-общем, согласен…

Приняв решение, эскадра развернулась в сторону выбранной позиции и быстро начала набирать маршевую скорость, разрывая черную пустоту изумрудными плазменными шлейфами. Драконы, хоть и обладали только лишь крыльями, спокойно держали заданный темп. Более того, им явно приходилось сдерживать свою скорость, чтобы не нарушить образовавшееся подобие строя. Каа же заранее расчистила им летный коридор от многочисленных кораблей своего флота…

А в это время улетающую на позицию эскадру провожали сенсоры сравнительно небольшого линкора-матки К-356-Омега-8.

Разведывательный линкор Стальных Крыльев серии "К", класса "Омега". Иногда в Ордене их называли "Ищейки", за повышенную автономность, а также за гипертрофированные двигательные и сенсорные системы. А вот системы вооружения и защиты у данного класса существенно страдали. Это был типичный разведчик.

Но даже в подобной конфигурации линкор Стальных Крыльев в одиночку стоил целого флота местных цивилизаций — слишком огромный технологический разрыв у древнего Ордена живых машин и обычных межзвездных государств. Ну а если у него вдруг появятся какие-то сложности, то линкор мог просто сбежать, уйти в невидимость или… выпустить москитный флот. И вот тогда тесно станет всем, потому как лучших пилотов, чем Крылья в этой Вселенной было не сыскать — Аквотис очень тщательно относился к подбору и воспитанию своих любимчиков…

Помимо звеньев Рани и Ириги, которых определили в помощь последней линии обороны, корабль-матка нес еще двадцать три звена по десять мобильных доспехов, а также три десятка небольших фрегатов.

По сравнению с кукольным флотом Каалуси — крохи. Капля в бушующем океане.

Вот только это была капля первородного пламени из горна самого Аквотиса! И попади такая в любой планетарный океан, и он будет просто испарен, не в силах затушить этот упрямый огонек.

Пару звеньев Крыльев можно с уверенностью выпускать против миллионного кукольного флота. И результат будет непредсказуемым…

Тем не менее, Крылья не любители сражений. Их цель — исследование. Они бороздят просторы океана пустоты, странствуют от галактики к галактике, собирая новые знания, составляя карты, оттачивая свое мастерство пилотирования… Пожалуй, из всех смертных существ только представители Ордена могут похвастаться наиболее полными знаниями о Вселенной. Ну, по крайней мере на уровне "реальности", потому как для путешествий по астралу и теням нужна магия, доступа к которой подавляющее большинство Крыльев не имело. Но кое-какими знаниями о тех планах бытия они обладали. А самые отчаянные решались даже на исследования пространства варпа и изнанки. Но первый был опасен сам по себе, являясь обителью богов и прочих высших сущностей, а вторая… А вторая была творением Укура. Со всеми вытекающими…

Сейчас линкор Крыльев прятался в тени колоссального дредноута Рыцарей. Отсюда Кус-Ти-Ши, капитан корабля, приняла решение следить за ситуацией, чтобы корректировать позиции своего москитного флота и перенаправлять их на наиболее опасные участки. Сами же звенья, разбившись на пары, равномерно рассредоточились по всей системе, прячась в скоплениях кукольного флота, ведя ленивые переговоры между собой и болтая с небольшой эскадрой последователей Ауттэ. А, собственно, с кем еще? Не с Берсерками же, или, храни Создатель, с посланцами Укура?!

Эскадра Ауттэ, с несуразным названием "Дикие Котлеты", состояла из настоящих последователей Богини-Тени. Это были изгои, отщепенцы, заядлые странники, мстители, охотники за головами и просто те, кому не давало спокойно сидеть на грунте здоровенное шило в одном месте. Тем не менее, бандитами или полными отморозками они не являлись — таковых Ауттэ не терпит.

Когда богиня бросила клич, многие из них крайне удивились, но охотно ответили на зов.

Всего эскадра насчитывала чуть больше сотни судов самого разнообразного класса: от легких эсминцев до тяжелых крейсеров. Единственный линкор в ее составе в данный момент выступал флагманом и принадлежал, собственно, капитану-наемнику по кличке Кастрюля.

Это был невысокий сутулый мужичок лет сорока на вид, с забавно торчащей бородкой и добрыми глазами необычного фиолетового цвета. Правую руку ему заменял механический имплант, в зубах он обычно держал старомодную деревянную трубку, а одеваться предпочитал в простую одежду и длинный черный плащ, который одновременно служил и хитрым скафандром повышенной защиты.

Среди скитальцев пограничных зон местных звездных государств о Кастрюле ходили самые разные слухи. Одни говорили, что он живет уже тысячи тысяч лет и застал еще рассвет легендарной Священной Аскальской Империи, где служил фронтовым офицером. Другие с пеной у рта доказывали, что это и не человек вовсе, а хитро замаскированный пришелец из другой галактики. А третьи всерьез верили, что он продукт секретной лаборатории все тех же аскальцев, собственно и ставший главным виновником краха древней цивилизации…

Как много было в этом правды — не знала даже команда, уже не первый десяток лет летающая с ним на одном судне. Даже его первый помощник, звездная эльфийка Дайанис, являющаяся, несмотря на свою сногсшибательную юную внешность, самым старым членом команды, и та разводила руками на вопрос, сколько же лет ее капитану и откуда он вообще взялся. Единственное, что могла сказать, что тот принял ее на службу простым стрелком почти семь сотен циклов назад, но уже тогда это был все тот же сорокалетний сутулый мужичок с вечно дымящейся трубкой и в несуразном для космического волка наряде.

То же самое касается и линкора Кастрюли — Полтины. На вид это была самая настоящая древняя развалина, будто бы небрежно сшитая из нескольких десятков судов самых разных времен и производителей. Тем не менее, точно такой же эта развалина заходила в порты уже сгинувших государств и сто, и двести, и триста, и тысячу циклов назад. Единственное, что на ней менялось — это команда, да кое-какое оборудование. Сама же несуразная Полтина, как и ее не менее странный капитан, оставалась неизменной.

Хотя нет, пожалуй была еще одна вещь, которая не менялась из века в век. Это были широко распахнутые глаза новых членов команды, когда они видели ЧТО вытворяла эта древняя развалина и мысленно сравнивали с заявленными по документам ТТХ корабля. А потом напивались вдрызг в попытках спасти остатки собственного рассудка, когда заглядывали в потроха вверенных им приборов.

Этот корабль не мог работать. Но он работал.

Этот корабль не должен был выдавать даже половину показателей своих самых плохоньких современников. Но он с легкостью затыкал за пояс целые флотилии, неизменно вводя в шок окружающих.

Это было судно-легенда.

Это была Полтина.

Первый в этой галактике корабль с техномагической начинкой.

Ныне вся прибывшая эскадра Ауттэ так или иначе использовала техномагию. Не с таким размахом, как на Полтине, но все же достаточно, чтобы вогнать в ступор любого техника из местных. Источниками же этой странной технологии были сама Богиня, раскрывавшая секреты магии обращающимся к ней звездным скитальцам, да капитан Кастрюля, у которого большинство из них впоследствии проходили обучение.

Разместились "Дикие Котлеты" намного ниже плоскости эклиптики. Ну, или выше — в океане пустоты это не имело решающего значения. Для прямого боя большая часть их кораблей не подходила, да и не было в этом необходимости — на то был кукольный флот и Крылья. "Дикие" же занялись тем, что умели лучше всего — устраивать засады и ловушки, бить исподтишка и вообще всячески портить жизнь своим врагам, при этом оставаясь вне зоны их загребущих рук.

Буквально за пару часов систему наводнили многочисленные "умные мины", начиненные взрывчаткой муляжи кораблей, а также ловушки всех мастей, включая вычурные порождения больного разума техномагов, вроде взрывающихся астероидов, гравитационных воронок, астральных капканов, варп-поглотителей и прочего.

Сами же суда настроили дальнобойные орудия и вошли в режим маскировки, причем весьма недурной даже по меркам Крыльев, которые тут же заинтересовались ее технологией. О чем они, собственно, и общались последние полчаса, сравнивая технику и техномагию и хвастаясь друг перед другом различными наворотами.

И эту трескотню в эфире с постной миной слушала капитан каперского линкора "Барадур" по прозвищу Миледи, раздраженно подергивая кошачьим ухом.

Конеки пребывала не в самом лучшем расположении духа. Команда это прекрасно чувствовала и не решалась подавать голос. Еремий, штатный оператор орудийных систем, лишь периодически вздыхал, глядя на желанную фигурку кошечки в обтягивающем скафандре, штурманы Фик и Глэр опять о чем-то спорили по мыслесвязи, добавляя к беззвучному диалогу еще и странную, но весьма экспрессивную жестикуляцию, а навигатор Освальд просто безмятежно дымил какую-то самокрутку, постепенно заполняя капитанский мостик желтоватым пахучим дымком. Когда этот дым превышал пороговую концентрацию, система очистки воздуха негромко материлась грубым мужским голосом и на пару секунд включала турбо-продув, очищая помещение. А Освальд спокойно продолжал дымить свой косячок, который почему-то никак не желал кончаться…

Наконец молчание было нарушено последним членом небольшой команды огромного судна.

— Проверка всех систем завершена, — раздался спокойный, почти бесстрастный голос их бортового компьютера Латунь. — Составляю отчет… Отчет составлен. Загружаю на нейросети коман…

— Хорош прикидываться поленом, — нервно дернула хвостом Миледи. — Давай в двух словах, что там эти двое… существ сделали с МОИМ кораблем?!

— Да, капитан, — в голосе ИИ послышалась усталость, а спустя мгновение посреди рубки появилась голубоватая полупрозрачная голограмма высокой симпатичной эльфийки с длинными волнистыми волосами и в странной старомодной флотской форме. — Корабль был полностью восстановлен до заводской комплектации по программе "экстра".

— До заводской… — пробормотала капитан, после чего ее вертикальные зрачки пораженно расширились. — Постой, это же ИМПЕРСКИЙ линкор! Ты что, хочешь сказать…

— Так точно, капитан, — ударила голограмма эльфийки кулачком в грудь с самой серьезной мордашкой, отчего Освальд расплылся в умильной улыбке. — В данный момент я представляю из себя максимально укомплектованный и готовый к бою корабль Империи Ласгазо. Словно вчера сошла со стапелей…

— Нас уебут… — обреченно выдохнула Миледи, прикрыв глаза ладошкой. — Как только об этом станет известно, на нас откроют сезон охоты все, от последнего попрошайки до верховных главнокомандующих всех окрестных цивилизаций… Сколько их там? — последний вопрос был явно не про количество охотников, что ИИ корабля прекрасно поняла.

— Тысяча восемьсот шестьдесят три образца технологий, считающихся на данный момент утраченными, — спокойно доложила Латунь, вызвав приступ нервного кашля у всей команды. — Также двести восемьдесят четыре образца, не имеющих современных аналогов и на порядок превосходящих технологический уровень Великой Империи Ласгазо. И дополнительно, сорок шесть образцов технологий, которые я затрудняюсь классифицировать ввиду противоречия результата их действия законам физики и здравого смысла.

— Например? — заинтересовалась Глэр.

— Технология номер тридцать шесть, — голограмма эльфийки мигнула и, к неудовольствию скривившегося навигатора, сменилась объемной проекцией какого-то странного снаряда к кинетическим орудийным турелям. — Снаряд с маркировкой "Д. Вурхез". Оболочка из неизвестного вещества полуорганической природы, заполненная неизвестным газом. В прилагающейся документации сказано, что при попадании вовнутрь вражеского корабля данный снаряд преобразуется в биомеханического абордажника с трехчасовым сроком автономной работы.

— Бред, — дернула щекой конеки, а вот Освальд почесал ухо, после чего подозрительно уставился на собственный косяк.

— Технология номер пятнадцать, — продолжила тем временем Латунь, показав голограмму… их корабля. — Система трансформации. Доступные формы: стандартная, ближний бой, средний бой, дальний бой, защитная. К сожалению, просмотр форм, как и технические характеристики заблокированы. Единственное, стоит приписка. "Просто сделайте это. Укур".

При упоминании этого имени в рубке на несколько секунд повисла тишина, во время которой взгляды присутствующих сошлись на навигаторе, отчего тот только улыбнулся и развел руками.

— Не надо так на меня смотреть. Либо это, либо мы все там бы и сдохли.

— И то верно, — обреченно вздохнула Миледи, припоминая не самые приятные события, произошедшие после того, как их корабль провалился во внезапно возникшую воронку…

Странное пространство, заполненное желтоватым туманом. Разговор с двумя подозрительно хихикающими существами, назвавшимися Укуром и Аквотисом, потом чудесное восстановление их корабля и вручение "Великой Миссии"…

И вот они уже тут.

В одной из систем какого-то захудалого княжества, коих в последнее столетие расплодилось сверх всякой меры. Ждут непонятно чего рядом с ужасающих размеров кораблем, окруженные со всех сторон флотом, от размеров которого просто ум за разум заходит.

А ведь рядом еще крутится корабль тех самых Берсеркеров, что чуть не отправили их к праотцам, где-то неподалеку висит местная легенда — Полтина, а совсем недавно мимо пролетела пара самых настоящих драконов…

— Я надеюсь, мне все это снится… — пробормотала Миледи, устало проведя тонкой ладошкой по лицу. — Ладно, давайте попробуем эту… снайперскую форму.

— Начинаю подготовку к трансформации… — раздался голос Латунь. — Запрашиваю подтверждение?

— Разрешаю, — капитан махнула рукой и покосилась на сосредоточившегося на приборах Еремия. При этом ее хвост странно дернулся, а губки невольно вздрогнули. Впрочем, это было единственное, что она себе позволила. Сейчас не место и не время. А вот позже…

Раздался оглушительный скрежет, заставивший всех пригнуться и спешно зажать уши. После чего корабль затрясся, стены завибрировали так, будто вот-вот развалятся, а из щели в стене рубки отчетливо потянуло горелой проводкой.

Все это безобразие продолжалось несколько мучительных минут, в ходе которых от пришедшего в движение линкора убрались на почтительное расстояние все, включая безмозглых кукол Принцессы. А уж когда процесс закончился… На "Барадур" и раньше-то косились их "союзники", но теперь они вообще поспешили о нем забыть, старательно делая вид, что знать не знают этот… Укуренный Линкор.

А тем временем в рубке этого самого корабля повисла тишина, потому как весь экипаж с вытянутыми лицами и нервно дергающимися глазами уставился на показанную Латунь голограмму их текущей… формы.

Вытянутый цилиндрический корпус, имеющий чуть овальную форму среза. Всю его поверхность покрывали бугры бронелюков, под которыми прятались оборонительные турели и маневровые двигатели. Один конец цилиндра венчали два здоровенных шара, густо утыканных длинными тонкими антеннами чуткой и сверхдальней сенсорной системы, соединенной с системой наведения чудовищного оружия. Внутри шаров находились колоссальных размеров и мощностей генераторы и системы накачки. Другой же конец длинного бугристого цилиндрического корпуса оканчивался полукруглым утолщением с широкой вертикальной щелью посередине, служившей дулом для энергетического оружия просто абсурдной, чудовищной мощи, в корпус которого по факту был превращен весь линкор.

— Кто-нибудь, убейте меня… — закатила глаза Миледи, бессильно обмякнув в капитанском ложементе.

— Мдааааа, — протянул Освальд, почесав затылок. — В настолько "хреновую" ситуацию мы еще не попадали…

— Зато теперь действительно можем засадить врагам по самые помидоры, — хихикнула Глэр.

Однако в следующую секунду им стало не до шуток.

На всех кораблях, присутствовавших в системе, взвыл сигнал тревоги.

На расстоянии в четверть светового часа от звезды, в безмолвии пустоты зародилась маленькая алая точка, быстро начавшая разрастаться.

Приборы слежения безучастно отсчитывали радиус обращенной к системе аномалии.

Одна световая секунда… Две… Пять… Минута…

На отметке в пять световых минут воронка замедлилась. На шестой — остановилась.

Через пятнадцать минут рождение этого явления можно будет наблюдать невооруженным взглядом из любой точки системы.

Воронка из клубящегося алого тумана, радиусом в две трети астрономической единицы.

Ничтожная величина по меркам Вселенной.

И необъятная для сознания простого разумного.

И из нее, едва пролезая, словно в узенькую форточку, показалось что-то, отдаленно похожее на лицо.

ОНО осмотрелось.

И скрылось обратно.

А взамен со всей площади воронки нескончаемым плотным потоком хлынули небольшие туманные объекты…

Прежде, чем разумные успели осознать масштабы надвигающейся на них армады, в их головах раздался хор голосов.

"ВЫБИРАЙТЕ!"

— ГРАОР ВААААААРГХ!!! — первыми взревели Берсеркеры. Их тела покрылись кровавым пламенем и "Парадигма Ярости", объятая столь плотным слоем божественной маны, что от нее стонала и искривлялась сама реальность, рванула вперед, навстречу показавшемуся противнику. А следом за ними рассекал пространство огромный огненный дракон.

— Dha’t’Elle, juiro ka’tren de lashah, — прошептал Пожирающий, и сила древней эльфийской богини, что когда-то сотворила план Теней и добровольно стала частью Бездны, объяла его тело.

— Сшихара, наши жизни лишь тень на нитях Великой Паутины, — прожужжала Прима Инджени, пропуская через себя и своих жупи ману Древней Паучихи.

— Аквотис, во славу твою мы расправляем наши Крылья! — грянули общим хором живые и цифровые души Ордена, вливая в машины божественную ману.

— Ауттэ, укрой нас Тенью от страданий… — неровным гулом прокатилось по эскадре изгоев.

— Майха-ор-Асси, уповаю на милосердие твое, — смиренно прикрыл глаза черный дракон, впуская в свою мечущуюся душу исцеляющий свет Милосердия.

— Кас Ар Тор, — прорычал металлический дракон не имя бога, но древние слова Хаоса, распаляя его частичку в груди до всепожирающего пожара.

— Бастион, Энцио Дэлавере, Рыцарь Белого Пламени, к бою готов, — проговорил Мастер-Паладин не слова "Последнего боя", но обращение к своему богу, принимая в ответ поток обжигающей силы.

Ну а Миледи с командой, переглянувшись, обреченно выдохнули:

— Укур, чтоб тебя…

ВРЕМЯ, КОГДА УМИРАЮТ И РОЖДАЮТСЯ ЛЕГЕНДЫ (1).

— ГРАООООР!!! ВААААРГХ!!!

В пустоте нет звуков, а углук-та рычали совсем не в системы связи.

Тем не менее, воинственный вопль бросившихся в атаку Берсеркеров услышали все. Он разносился по системе не через материю — боевой клич сходящих с ума воинов заставлял колебаться саму энергию Вселенной, расходясь кругами по другим планам бытия. Даже местные аборигены, далекие от магии и войн подобного масштаба, и те невольно задрожали, когда несущаяся через астрал энергия Древнего Бога, выплеснутая впавшими в неистовство воинами, коснулась их душ.

Углук-та не были магами, хотя их предки всегда имели предрасположенность к чародейским искусствам. Смотря на этих трехметровых лысых краснокожих дикарей, скалящих здоровенные звериные клыки и готовых когтями разорвать любого врага, трудно было представить, что эта раса произошла от обычных лесных эльфов.

Когда-то давно корабль колонистов ушастого народа потерпел крушение на весьма негостеприимной планете на самых задворках одной далекой галактики. Эта планета была полна лесов и морей, пригодных для жизни. И жизнь на планете кипела. Кипела, бурлила, рычала, грызла и жрала сама себя. Даже трава и та старалась убить и сожрать все, до чего могла дотянуться. Этот мир был полон самых причудливых тварей, которые бесконечно и стремительно эволюционировали, пытаясь выбить себе место под жарким солнцем…

Увидевшие этот кошмар колонисты взмолились своему богу.

Но тот махнул на них рукой.

Эльфы гибли тысячами. За пару дней умерло больше половины колонистов. И тогда один из старых друидов обратился к "темным" богам. И на его мольбу ответил Кхар…

Десять поколений потребовалось долгоживущим эльфам, чтобы закрепить за собой право жить на той опасной планете. Даже с учетом всех их знаний, огромного жизненного опыта расы и силы самого воинственного бога во Вселенной они сумели только встать вровень с местными хищниками. Но уже тогда потомки колонистов, постоянно питаемые маной Ярости, мало походили на своих прекрасных, стройных предков…

Тысячелетия спустя родилась новая раса. Углук-та.

Те, которые буквально дышат маной Древнего Бога.

Те, кто живут лишь ради новых битв и ищут смерти лишь с именем Граора на устах.

И вот сейчас, "Парадигма Ярости", огромный тяжелый линкор прорыва, несся навстречу орде порождений Пробудившихся. Его экипаж бил в барабаны рукоятями кристальных топоров и запитывал корпус старого корабля огромным количеством божественной энергии…

Полыхающий пламенем Ярости линкор с алой вспышкой исчез, чтобы через секунду появиться прямо перед волной мелких порождений. Не сбавляя скорости, корабль врезался в несущийся вперед поток. Сияние достигло пика. Словно маленькая звезда, линкор выбрасывал во все стороны протуберанцы энергии, сжигая врагов тысячами. Всё, что попадалось на пути "Парадигмы" превращалось в топливо для их яростного пламени.

На борту линкора стучали барабаны. Рычали старые воины. Пел свою песню шаман. Воля капитана Груха вела их корабль, возможно, в последний бой.

Там, впереди, за волной этой жалкой мелочи, их ждал настоящий враг.

В битве с которым они смогут, наконец, закончить свое долгое путешествие меж звезд к славной смерти…

Пока "Парадигма Ярости" выжигала поток тварей изнутри, далеко перед ним завис красный дракон, больше похожий на гигантского феникса из-за объявшего его алого пламени. Хищно оскалившись, Карлсонис поднял передние лапы и начал плести кружево чар.

Граор не любит магов. Не потому, что они слабы физически или часто противопоставляются классу воинов. Нет, совсем не за это. Он не любит магов потому, что те редко сражаются лицом к лицу, предпочитая убивать с безопасного расстояния.

Но вот воинов-магов Граор уважал. Тех, кто вносил опустошение на поле боя, разя одного врага клинком, а другого подрывая огненным шаром, стоя буквально в шаге от взрыва, ощущая жар огня и запах опаленной плоти…

Карлсонис был сравнительно молодым драконом. Намного младше Лироя и, уж тем более, Шена. Но природный талант, дикий, необузданный нрав и сильная душа позволили ему встать вровень с такими монстрами. Правда, было еще кое-что, не менее важное, чем все перечисленное…

Чары, что плел огненный дракон, не были обычными. Это была не "недомагия" Системы, и даже не то, что принято называть "истинной магией". Это было нечто, выходящее за грань обычного здравого смысла.

Он сплетал воедино первородный огонь, что пылал в самом сердце Вселенной, пламя искры Создателя, что теплилась в центре ядра его собственной неспокойной души, и пламя Древнего Бога, что текло по драконьим венам и окутывало его фигуру. Опаляющий жар еще не сформированных чар был столь велик, что трещала огнеупорная чешуя, а лапы мага покрылись черной коркой сгоревшей плоти. Но он упорно продолжал плести свое ужасающее заклинание, вглядываясь в его узоры широко раскрытыми глазами одержимого безумца.

И вот, когда волна порождений Пробудившихся преодолела уже половину расстояния, заклинание было готово.

Дракон победно скалился, глядя на маленький яркий шарик, висящий меж его опаленных до костей лап. То, что он сделал, из присутствующих смог бы понять, наверное, только старик Шен. Даже сам Карлсонис не совсем понимал как и что именно он сплел. Просто поддался вдохновению.

Безумному вдохновению гениального… идиота.

Да, последним, что позволило ему встать вровень с самыми сильными существами этой галактики было то, что Карлсонис обладал гениальностью и вдохновением настоящего чудотворца, и упорностью самого непрошибаемого идиота.

В следующий миг дракон широко открыл пасть и проглотил этот маленький шарик.

Чары пришли в движение.

По раскалившейся добела чешуе пошли узоры, суть которых могли постичь только Древние Боги.

Молодой дракон с безумным хохотом начал испускать сияние столь сильное, что оно затмило местную звезду. Магия, что древнее этой галактики, ответила на зов гениального идиота.

Магия не разрушения, но созидания.

Узоры мигнули и погасли. Обессилевший дракон, тяжело дыша, с улыбкой смотрел на свое деяние.

В пустоте, меж флотилией защитников гробницы стража и первой волной порождений Пробудившихся… вспыхнула звезда. Яркая, огромная, обжигающая звезда кроваво-алого спектра, лишь вполовину уступающая размерами местному светилу.

Качнувшись, небесное тело пришло в движение, со все большей и большей скоростью устремляясь прямо сквозь волну врагов в сторону воронки варпа. Миллиарды порождений сгорали на его пути. Миллиарды гибли, просто пролетая рядом. Миллиарды умирали, слизанные расходящимися во все стороны протуберанцами.

Под шокированными взглядами остальных защитников звезда набрала скорость света и скрылась в воронке варпа, на фоне которой казалась маленьким камушком, брошенным ребенком в пруд. Однако, даже от камня по водной глади идут волны. Что уж говорить о столь внушительном снаряде?

Варп-воронка съежилась наполовину, резко сократив поток продолжавших вылетать тварей. А по сознанию разумных ударил рев существа, прячущегося по ту сторону; рев полный непонимания, изумления, обиды и боли.

Маленький муравей внезапно оказался обладателем очень больших раскаленных жвал, которыми и тяпнул за задницу посмевшего покуситься на их муравейник туриста.

Устало взмахнув крыльями, огненный дракон теневым порталом ушел далеко в тыл. Ему потребуется несколько часов, чтобы восстановить боеспособность. Но одной своей атакой он сильно облегчил задачу защитникам — ужавшийся вдвое портал, чье плетение было буквально выжжено безумным снарядом, теперь пропускал намного меньше порождений, чем изначально рассчитывали Пробудившиеся.

А как известно, горстка сильных воинов способна сокрушить куда большее число противников, если те не будут иметь возможности ударить всеми силами сразу…

Тем временем, первая волна порождений, изрядно прополотая атакой Карлсониса и бушующей в их потоке "Парадигмой Ярости", достигла отметки в шесть световых минут до крайней оборонительной линии защитников.

Через пару минут они войдут в зону эффективной стрельбы тяжелых дальнобойных орудий. Кукольный флот, повинуясь воле Каалуси ла Фарризи, чуть изменил свое положение, открывая коридоры для ведения огня как линкоров, так и самой Принцессы. "Дикие котлеты" так же начали расчет упреждения, готовясь к ведению беглого огня.

Однако первыми сделали выстрел те, от кого этого никто не ожидал.

Прямо перед волной порождений, из внезапно образовавшегося портала изнанки выскользнул огромный сгусток, отдаленно напоминающий каплю белесой жижи, и с приличной скоростью понесся вперед. Встретившись с первым порождением, странный снаряд сдетонировал, буквально аннигилируя цель и распадаясь на огромное количество небольших белых комочков, которые, оставляя за собой смазанный трассерный след, напоминающий хвост кометы, разлетелись в разные стороны, самостоятельно наводясь на другие цели и полностью уничтожая их при соприкосновении.

Один такой выстрел прикончил за раз больше тысячи вражеских единиц. А перед волной порождений начали один за другим открываться новые желтоватые облака врат изнанки, выплевывая в эту реальность странные снаряды.

И виновником этой экзотической сцены стал висящий неподалеку от Принцессы линкор "Барадур", все еще находящийся в своей… снайперской форме. Его экипаж с полными скорби лицами вел обстрел из своего… "орудия", закидывая вылетающие из ствола сгустки странной энергии в возникший перед ними портал изнанки. Скорострельность впечатляла — за минуту они выдали около сорока выстрелов, после чего накопители орудия опустели и линкор "ушел на перезарядку".

Как раз к этому моменту волна тварей вошла в зону работы орудий "Диких Котлет".

Большая часть кораблей изгоев не подходила для использования тяжелых туннельных пушек, которые требовали большого пространства для установки разгонной шахты и боеукладки, а также массивных систем накачки. Тем не менее, эти суда обладали кое-чем другим, способным соперничать по дальности стрельбы с электромагнитными орудиями.

Эстения, или Копье Тени. Так они назвали это оружие. Энергетическая пушка, созданная техномагами Ауттэ, представляла собой две плоские крыловидные параллельные направляющие, сужающиеся к концу и в основании имеющие что-то вроде полукруглого резервуара, в котором специальным артефактом удерживалась энергия. От типа залитой энергии и зависели такие характеристики орудия как дальность, точность и скорость стрельбы.

И сейчас в резервуарах покоилась сила самой Богини-Тени.

— Огонь по готовности, — спокойно сказал Кастрюля, дымя своей извечной трубкой на весь капитанский мостик Полтины.

— Есть, огонь по готовности, — бесстрастно повторила Дайанис, слегка дернув кончиком длинного белоснежного уха и передавая по нейросети команду на остальные суда.

Эстении были орудиями сравнительно малого размера — всего двадцать метров длиной для самого крупного калибра. Это позволяло устанавливать их на внешней подвеске, словно большие турели.

Вот и сейчас два Копья Тени, установленные по правому и левому борту Полтины, пришли в движение — канониры проводили последнюю корректировку прицела. После чего отдали системе команду на выстрел.

Корпуса двух эстений покрылись вязью странных черных символов, резко выделяющихся на их хромированной поверхности. После чего небольшая часть таящейся в артефактном резервуаре энергии Ауттэ прошлась по направляющим и беззвучно улетела в пустоту в виде небольшого черного шарика, разогнанного почти до трехсот тысяч километров в секунду.

Не было отдачи, потому как стрельба велась не материей, а энергией. Не было вспышки или росчерка — снаряд был угольно черного цвета, сливающегося с окружающей тьмой пустоты. Не было звука — его в вакууме вообще не бывает.

Эстения — оружие, отлично подходящее своим хозяевам, больше всего ценящим скрытность…

Через трехсекундную задержку направляющие эстений вновь покрылись вязью рун и к волне приближающихся тварей ушел еще один снаряд. Еще через три секунды улетел третий. Потом еще и еще…

При попадании черная энергия богини гарантированно уничтожала одно порождение. Вот только на этом эффект снаряда не заканчивался. В месте подрыва пространство искривлялось и открывался небольшой провал на план теней. Воронка этого портала существовала недолго — всего пару секунд, но этого было достаточно, чтобы туда затянуло несколько сотен пролетающих рядом порождений, попутно разрывая их на части. Ну а если кто-то из тварей выживал в этом вихре, то на той стороне его ждали вечно голодные обитатели теней…

Обычно объема энергии в резервуаре хватало лишь на десяток выстрелов, но сейчас в артефакты через капитанов поступала энергия Богини, постоянно пополняя израсходованную ману. Так что вести огонь "Котлеты" могли еще очень и очень долго — тут вопрос стоял больше в выносливости капитанов кораблей, пропускающих через себя столь плотный поток божественной энергии.

Объем волны порождений, докатившейся до зоны огня кукольного флота Каалуси, сократился почти наполовину.

Все же это были небольшие сущности около двух метров длиной, больше похожие на алых изломанных кальмаров. Единственным их оружием был пучок щупалец, который мог разорвать не слишком крепкую броню или выстрелить слабосильным зарядом энергии варпа. Поэтому все, что они могли — это продолжать свой безумный полет вперед, повинуясь воле породившего их существа.

Каалуси спокойно следила за всем происходящим через системы обнаружения флота и "Принцессы", мерно отсчитывая секунды до открытия огня основными силами по все редеющему противнику, да периодически постреливая из чудовищных размеров туннельных орудий супердредноута, снаряды для которых по размерам не уступали небольшим крейсерам и прошивали волну тварей насквозь, миллионами обращая их в перегретую космическую пыль.

Принцесса была единственной из участников обороны, кто не выбрал себе покровителя. Причина была, наверное, в гордости. Ведь стоит один раз принять в себя божественную ману, и ее отпечаток останется на всю жизнь, вплоть до очищающих объятий Бездны. А жить Каалуси планировала еще долго. Очень и очень долго. И привязываться к какому либо богу, даже если это Бастион, которого она считала кем-то вроде старшего брата, Каа не хотела.

Она хотела развиваться сама. Учиться, искать новые интересные вещи и знакомства, постигать тайны этой Вселенной.

И при этом не слишком уж сильно зависеть от бессмертных, играющих в свои непонятные игры.

А еще она хотела когда-нибудь вернуться в родную галактику. И собственными силами распылить по глубинам варпа один желтоватый огонек…

Волна порождений вошла в зону эффективного огня.

Каалуси слегка подкорректировала положение флота, прикрывая подход к дредноуту, носителю Крыльев и "Барадуру".

После чего синхронно открыла огонь из всего, что только могло стрелять…

Расстояние между границей системы и краем волны порождений составляло уже меньше световой минуты. Задний край казавшейся бесконечной волны тварей только-только показался из варп-воронки. А радиус этого потока был настолько широк, что мог поглотить всю звездную систему как удав мышку.

И навстречу этой чудовищной волне хлынула не менее плотная волна смертоносных снарядов.

Биокорабли кукольного флота мерно отстреливали огромный боезапас. Сначала открыли огонь туннельные орудия и дальнобойные лучевые пушки. Потом присоединилось ракетное и торпедное вооружение. Кинетические орудия. Шарометы. Биоплазма. Тахионные пушки. Осколочные орудия. Фотонные излучатели. Гравитационные орудия. Пространственные искажатели…

Чем ближе подбиралась волна, тем больше становилась плотность огня. Построение рассредоточенного флота было скорректировано таким образом, чтобы даже самые дальние из кораблей с другого конца системы могли бить через небольшие зазоры между корпусами судов.

В итоге, казавшаяся бесконечной и несокрушимой волна врагов оказалась полностью аннигилированной, не добравшись даже до первого ряда судов кукольного флота. Они разбились об эту стену огня как выплеснутая из ведра вода бессильно разбивается о бетонную кладку…

Пространство между варп-воронкой и условной границей системы заполнилось медленно расплывающимися в сторону останками кальмароподобных тварей, сквозь которые на позицию возвращался линкор прорыва берсеркеров…

— Это что, все? — удивленно спросила Миледи, осматривая побоище поистине галактических масштабов. — Что-то как-то…

— Фиксирую всплеск активности у воронки! — прервала ее Латунь. — Экипажу советую подготовиться ко второй волне.

— Могла бы и догадаться, — вздохнула конеки. — Что с накопителями?

— Фулловые, — улыбнулся Еремий. — Орудие, конечно, стремное, но стрелять из такого одно удовольствие.

— Главное, потом никому об этом не говорить, — проворчал Фик. — Но хоть боеприпасы не требуются, уже радует. А то болванок на эти туннельники хрен напасешься.

— Кстати, у меня тут один трюк в запасе есть, — вдруг улыбнулся навигатор, обводя товарищей подозрительно заблестевшим взглядом и поигрывая дымящим косяком…

***

А тем временем Шен, висевший всю первую волну неподвижно, встрепенулся и тряхнув огромным металлическим телом, связался с Лироем.

— Ну что, Черный, вот и наш выход?

Висящий рядом с ним Гарнихард молча кивнул массивной головой, после чего оба дракона синхронно ушли в тень. Перемещаться через варп они сейчас не рисковали — слишком близко к поднявшимся с нижних слоев Пробудившимся.

Энцио же, в окружении эскадры прикрытия, остался неподвижен — он находился в резерве, ожидая прорыва второй волны вглубь системы. В том, что этот прорыв будет не сомневался никто. И хоть тварей там должно быть куда как меньше по численности, но вот по качеству следует ожидать тех еще монстров.

Каалуси зафиксировала первый всплеск врат.

Из алого тумана варпа медленно выплыло нечто, напоминающее уродливую пародию на костяного дракона с остовом из алого блестящего стекла. Размером тварь была сравнима с небольшой планетой и буквально пылала энергией варпа, искажая пространство вокруг себя.

Алый костяной дракон парой взмахов огромных крыльев поднялся к верхнему краю воронки и продвинулся чуть-чуть вперед. Ну, "чуть-чуть" по его меркам. На деле же, это было расстояние в десяток световых секунд. И далеко перед ним, примерно на середине расстояния между воронкой и системой, вынырнули из тени два его дальних собрата — металлический и черный драконы.

Они молча смотрели друг на друга, не обращая внимания на происходящее под ними…

А ниже продолжали идти довольно странные события — из центра воронки начали один за другим появляться корабли. Искаженные, покореженные, местами собранные из разных частей, это были корабли самых разных рас и эпох, корабли, которым когда-то не повезло повстречать в бескрайних глубинах варпа тех, кого не следует. Или нырнуть слишком уж глубоко…

Появившийся из глубин варпа флот строился ровными порядками, словно на учениях. Впереди тяжелые бронированные крейсера и линейные корабли прорыва. Позади них легкие истребители и мобильные доспехи москитного флота. Дальше рассредоточились суда огневой поддержки и носители. И последними стояли эскадры снайперских линейных и крейсерских кораблей, вперемешку с тяжелобронированными десантными судами.

Словно по учебнику.

На этот раз порождения не рванули одной бездумной массой. Пробудившиеся уже прощупали оборону смертных. Теперь пришло время ее взломать.

Каалуси оценила соотношение сил и пришла к выводу, что оно было вполне приемлемым — флот противника хоть и был втрое больше ее кукольного, но вот по качеству явно проигрывал. С другой стороны, если хоть один из бойцов противника прорвется к артефакту Стража…

Флотилия врага неспешно начала набирать ход, стараясь не терять порядки. И неспешность эта выглядела крайне подозрительно. Словно они ждали чего-то еще…

Чего именно, защитники поняли уже спустя несколько секунд.

Взвыли тревожные сирены на кораблях изгоев, полетели кодовые сигналы по каналам Крыльев, а в общем эфире раздался забористый мат Каалуси.

С противоположной стороны системы, ровно в пятнадцати световых минутах, начала раскрываться вторая воронка варпа. Поменьше, всего в две световые минуты диаметром. Но и этого уже было достаточно.

Через варп-врата в реальность выполз дредноут. Огромный корабль, не уступающий Принцессе массой, ровной призматической формы и с флотом сопровождения, числом вполовину флотилии обороняющихся.

— Ну, хоть второго Пробудившегося нет, — выдохнул Энцио, оценивая ситуацию через сканеры Принцессы. — Каа, есть предложения?

— Придется кидать кукол против их основных сил, — после небольшой задержки ответила ему Каалуси. — А я сама двинусь навстречу второму флоту.

— Одна? — Энцио, конечно, был уверен в своей напарнице, но все же невольно беспокоился. И она это заметила.

— Я справлюсь, — в сознание командующего пришло ощущение легкой игривой улыбки. — Но вот лишняя мотивация не помешает, не думаешь?

— Ладно, языкастая, — вздохнул Рыцарь, проверяя вооружение доспеха. — Будет тебе "награда".

— УРЯ!!! — сотряс флот в буквальном смысле "крик души" их флагмана, заставив некоторых Крыльев и изгоев сбиться с боевого настроя и удивленно полезть проверять состояние флота.

— Детишки, хватит шуметь не по делу, — раздраженно рыкнул на них по мыслесвязи Шен, которому уж точно было не до шуток.

— Старая ящерица, — вздохнула Каа, и начала перегруппировку флота.

— Я пошлю два звена доспехов тебя прикрыть, — пришло Принцессе сообщение от Кус-Ти-Ши. — И встану позади. Буду вылавливать тех, кто попробует прорваться мимо.

Каалуси с сомнением отнеслась к этой идее, но спорить не стала. В конце концов, это были союзники, а не подчиненные. Да и ее капитан неплохо отзывался о Крыльях, так что, решила она, лишним не будет.

Намного больше вражеского дредноута Принцессу беспокоил младший Пробудившийся, готовившийся к бою с двумя древними ящерицами. Его силы не поддавались анализу — мешала какая-то защита. Если драконы не справятся, то надежда останется лишь на ее главный калибр, после выстрела из которого она какое-то время окажется не боеспособна…

Энцио следил за полем боя, параллельно так же меняя дислокацию и перемещаясь с эскадрой прикрытия поближе к линии фронта. Как боевая единица он сейчас действительно был намного ценнее, чем как командующий — с последним Каа, даже нагруженная управлением огромным кукольным флотом, справлялась прекрасно, раздавая всем приоритетные цели и указывая лучшие позиции. Впрочем, ей с этим помогали цифровая ламия и старик с Полтины, мягко поправляя душу дредноута. Энцио же являлся одним из немногих истинных магов флота, да и пилотом был не из последних. Конечно, ему было далеко до уровня тех же Крыльев, но вот с небольшой эскадрой местных судов он мог справиться даже не прибегая к магии…

Тем временем флот Пробудившихся пришел в движение, начав сближаться с оборонительной линией защитников.

***

— Похоже, начинать будем мы, — вздохнул Лирой, ощущая приближение противника.

Они с Шеном были ближе всех, почти неподвижно зависнув в пустоте меж двумя флотилиями. И на подобное их перемещение были свои причины.

— Нельзя дать твари добраться до основного флота, — голос металлического дракона по мыслесвязи клокотал, словно готовый взорваться вулкан. В нем совершенно отсутствовали те мягкие интонации, с которыми он обращался к смертным. — В том наша роль и заключалась. Желательно его, конечно, прикончить, но…

— Но пойди справься с Пробудившимся Палачом, — закончил за него Лирой. — Красного ждать будем?

— Нет, — качнул мордой металлический дракон. — Рано ему в такое влезать. Глупый еще. Хоть и талантливый.

— И то верно…

Больше они не разговаривали. Стало не до того — враг почти вошел в зону их досягаемости.

Скелет огромного дракона из алого кристалла летел вперед даже как-то лениво. Если бы не скорость в две трети световой, с которой он перемещался, то можно было бы подумать, что Пробудившийся вышел на прогулку. Точно так же, как и драконов-оппонентов, в данный момент две идущие на сближение флотилии мало его интересовали. Если бывший Палач сумеет прикончить двух древних ящеров, то сражение будет выиграно. А если нет… то вряд ли после боя с ним старые ящерицы будут еще на что-то способны и дело решит противостояние двух гигантских флотов.

Шен, внимательно следивший за приближением Пробудившегося, вдруг расплылся в хищной улыбке, обнажая огромные алмазные клыки.

— Шак-литур, — его мысль разнеслась волной искажений по пространству, порождая вибрации тени, астрала и варпа. — Алый Разрушитель.

— Да, это было моим именем… — пришла волна ответа от начавшего торможение противника. — Мы знакомы, маленькая ящерка?

— О, да… — пламя разгорающейся искры Хаоса начало выплескиваться из пасти металлического дракона, буквально прожигая дыры в слоях бытия, обращая в ничто саму ткань этой Вселенной. — Шенлажссеррос имя мне.

Лирой опасливо отлетел чуть в сторону от товарища, пышущего энергией, враждебной самой сути упорядоченного мироздания.

— Не припомню, — ответил ему Алый. — Но это и не важно… Просто умрите.

Кости искореженного скелета налились сиянием варпа и Пробужденный с рычанием устремился вперед.

Навстречу ему полетело хитрое заклинание, дробящее метрику пространства, заставив Палача тут же изменить траекторию, уходя от страшного снаряда — даже ему не поздоровится от подобного. И тут же в бок Алого врезался снаряд из темного пламени, практически незаметный на фоне пустоты. Кости, пораженные этим огнем, стали стремительно бледнеть и рассыпаться прахом — коварные чары, спрятанные в пламени черного дракона, вытягивали и распыляли в пространстве любую коснувшуюся их энергию.

Впрочем, Пробудившийся Палач быстро восстановился, вытянув энергию прямо из варпа, и дал ответный залп волной алого пламени. Металлический дракон встретил эту волну собственным всеуничтожающим огнем Хаоса, буквально стерев перед собой часть мироздания вместе с атакой Алого. А черный закрылся от энергии варпа огромными крыльями с засиявшими на них белыми рунами божественной защиты Майха-ор-Асси…

Три дракона, схожие по форме, но столь разные по своей природе, словно начали шахматную партию. Они кружили в пустоте на ничтожном для нее расстоянии в одну-две световые секунды, и чередовали защиту с самыми изощренными и смертоносными заклинаниями из своего обширного арсенала. От обилия разнообразной энергии и искажений, сама ткань Вселенной начала истончаться и было уже совершенно непонятно, на каком именно плане бытия идет сражение. Но вот что было однозначно ясно — смертным в этом аду не место. Да и Младшим из бессмертных тоже…

А тем временем флотилия порождений потихоньку подходила к зоне поражения дальнобойных орудийных систем.

Первым, как и в прошлый раз, открыл огонь самый… хреновый корабль флота защитников. Дальность и точность его орудия заставляла здравый смысл скукожиться и сделать вид, что он их не знает — остальные снайперские суда только-только начали расчет упреждения, а перед одним из плетущихся позади десантных судов противника появилось облако желтоватого дыма, из которого вылетел сгусток белой энергии.

Снаряд, угодивший точно в центр "ножки" странному грибовидному кораблю, исчез в белоснежной вспышке, мгновенно продавливая щиты противника и забирая с собой больше половины структуры немаленького корабля. Но, как и в прошлый раз, на этом дело не кончилось — разлетевшиеся в разные стороны белые "шрапнелины", оставляя за собой змеевидные энергетические хвосты, поразили все ближайшие суда, просаживая щиты, выкашивая москитный флот прикрытия и кое-где добираясь до обшивки больших кораблей. Тем не менее, общий эффект от этого выстрела был даже не крохотным, а микроскопическим. Что такое потеря одного десантного крейсера для миллиардного флота? Враг от этого даже не почесался бы, если бы…

Вот именно, что "если бы".

В прошлый раз, когда Пробудившиеся проводили разведку боем своими простенькими миньонами, "Барадур" стрелял без поддержки своего покровителя.

Теперь же, командный мостик "Укуренного линкора" заполнял ароматный желтоватый дымок. Еремий, главный канонир, внес нужные поправки от пристрелочного залпа и, затянувшись косячком, отдал самокрутку сидящей на его коленках Миледи.

Капитан так же затянулась и издала блаженный "мяв". После чего взмахнула исходящим желтоватым дымком "вечным" косяком, выданным их навигатором, и, поерзав на коленях парня, облизнула алые губки.

— Давай, Ерема! Залей их там так, чтобы этот эпизод войны врезался в память всех этих игнорящих нас засранцев!

— Так точно, капитан! — радостно ответил канонир и мысленной командой запустил протокол "потоковой стрельбы"…

В глубине корабля что-то бухнуло, хренькнуло, в головах немногочисленного экипажа раздался полный наслаждения стон их бортового ИскИна, а из дула "ствола" линкора в желтоватую воронку портала изнанки полился самый настоящий поток белой энергии. И самое страшное было в том, что этот театр абсурда и не думал заканчиваться спустя десяток секунд вместе с опустевшими накопителями орудийной системы! Стоило запасам энергии опуститься ниже половины, как в окружающем укурившийся экипаж кумаре замерцали желтоватые знаки, больше похожие на неприличные надписи водостойким маркером, и хлынувший через их одурманенное сознание поток энергии начал пополнять накопители, стабильно удерживая планку в районе половины.

А в задних рядах наступающего флота разверзся белый ад.

Из открывающихся в хаотичном порядке на несколько секунд порталов изнанки во все стороны летели настоящие потоки бело-желтой энергии, буквально прожигающей крупные суда противника насквозь и уничтожая "шрапнелью" более мелкие корабли. За ту минуту, что понадобилось флоту порождений, чтобы подойти к линии эффективной стрельбы снайперских судов, их миллионные задние порядки потеряли четверть своей численности.

А "Укурки от Бога" и не думали останавливаться…

Видя этот беспредел, взревели и забили в барабаны углук-та на "Парадигме Ярости", вновь заставляя поутихший было корабль сиять алым пламенем своего бога.

После первой волны берсеркеры отступили обратно к позициям флота — их можно было назвать несдержанными дикарями, но не дураками. Дураки на их родной планете долго не живут.

Грух до Грах дал отмашку шаману и тот, оценив расстояние до вражеского флота, начал плести чары портала. Как и в прошлый раз, начавший набирать разгон линкор прорыва мигнул и исчез в яркой алой вспышке. На этот раз они использовали не привычный варп, в котором из-за близости поднявшихся с глубин Пробудившихся можно было мгновенно умереть безо всякого боя и чести, а тень.

Через несколько секунд "Парадигма Ярости" оказалась прямо перед авангардом флота порождений.

Храбрые воины не прыгнули в относительно беззащитный тыл противника — пусть им занимаются последователи самого странного бога. А берсеркеры тем временем начнут бой с самыми крепкими из них — с линкорами и крейсерами прорыва…

ВРЕМЯ, КОГДА УМИРАЮТ И РОЖДАЮТСЯ ЛЕГЕНДЫ (2).

Тактика сражений в пустоте у углук-та не менялась уже веками: сократить расстояние прыжком и таранить врагов, попутно скидывая десант на те корабли, до которых они не дотягивались корпусом. Вот только в этот раз к их тактике добавились еще и щедро изливающиеся в пустоту протуберанцы божественной энергии, служившей заодно и защитой для их линкора.

Разогнавшись, "Парадигма" под бой барабанов врезалась в нос первого вражеского линкора, вдвое превосходящего ее по размерам. Чистая энергия варпа, наполняющая корабль порождений, вступила в короткую реакцию с энергией Древнего Бога и… проиграла наплыву чудовищной ярости. Нос линкора углук-та еще не успел показаться с другой стороны, как корабль противников исчез в ослепительной вспышке, превращаясь в облако перегретого газа. Впрочем, прочный корпус "Прадигмы" был способен выдержать еще и не такое, а вот окружающие суда порождений — нет.

Высвободившаяся после взрыва энергия перегрузила энергощиты двух ближайших крейсеров и те лопнули как мыльные пузыри, оставляя корабли без защиты перед опасностями пустоты. И та тут же доказала, почему летать на таких скоростях невозможно без должной страховки — каждый из крейсеров моментально словил по паре метеоритов, которые разорвали их не хуже той самой "Парадигмы", превращая в бешено вращающиеся обломки, по цепной реакции полетевшие сталкиваться с другими судами плотного авангарда флота порождений…

А тем временем, линкор капитана Груха уже таранил другое судно, так же исчезающее в ярчайшей белой вспышке взбесившихся энергий. Конечно, "Парадигму" пытались остановить, ведя по ней плотный огонь со всех ближайших кораблей, но вот пробить веками пропитывающийся божественной маной корпус тяжелого линкора прорыва, не предназначенный ни для чего больше, кроме как таранных ударов по судам противника, было нелегкой задачей даже для сверхсовременных орудийных систем Крыльев, что уж говорить об устаревших пушках этих сгинувших когда-то в глубинах варпа кораблях-призраках.

Пока капитан уверенно направлял корабль на очередной таран, шаман начал отсылать десант на окружающие их суда. Из-за высоких скоростей сделать это было непросто, но опытный старик занимал пост бортового шамана уже больше четырех веков, и за все время промахивался с телепортом лишь дважды… дважды по тысяче раз. Но это же не должно волновать могучих воинов углук-та, ведь так?

Кусай Кривой Рог был одним из десантников, которые первыми полетели через портал теней на идущий рядом с ними корабль порождений. Как и всегда, на его могучем теле была лишь набедренная повязка и повешенное на шею украшение из перьев птицы ахо. В руках же воин держал по огромному топору из алого кристалла, что рос прямо у них в трюме — этот священный минерал являлся кристаллизованной с помощью хитрого ритуала божественной энергией. Такие топоры были прочны, остры и имели приятную возможность делать ОЧЕНЬ БОЛЬШОЙ БАБАХ, если дать им соответствующую команду.

Воин привычно сгруппировался, пролетев через черноту пространства теней, заполненную хищно скалящимися тварями — творениями древней обезумевшей богини Dha’t’Elle, поглощенной Бездной много миллионов лет назад. Впрочем, привлеченные творящимся вокруг хаосом демоны теней так и не рискнули попробовать на зуб защиту берсеркера — слишком уж плотный слой создавала вокруг него кипящая Ярость.

Прорвав ткань бытия, Кусай вывалился в реальность прямо посреди палубы незнакомого корабля, находящегося чуть более, чем в трех световых секундах от беснующейся посреди строя порождений "Парадигмы".

Перекатом ушел от выстрела какого-то тяжелого оборонительного орудия.

Вообще, с текущей защитой воин мог и просто принять подобный выстрел могучей грудью, но старые привычки никуда не делись. "Нельзя считать себя неуязвимым даже в сражении с простым муравьем" — эту истину десятилетиями вбивал в него старый учитель, а Кусай привык полагаться на слова матерого воина, который являлся одним из немногих выживших еще с первого поколения тех легендарных колонистов…

Оттолкнувшись от противно чавкнувшей поверхности палубы, берсеркер мгновенным рывком преодолел десяток метров до своего врага и с яростным рыком ударил топорами сверху вниз. Оружие легко рассекло странную турель, похожую на трехметрового вросшего в пол жука с длинным алым хоботом, уйдя глубоко в пол палубы. Кусай выдернул топоры и, отпихнув ногой мерзкую сочащуюся слизью груду плоти, быстро огляделся.

Что-то, похожее на залитую скудным алым светом техническую палубу — тут и там сновали какие-то мелкие жучки, тянулись провода, а по темным углам шевелились непонятные массивные твари. Может быть, когда-то тут все и выглядело более-менее гармоничным, но сейчас ничего кроме омерзения это помещение у старого воина не вызывало: мало того, что напоминало пульсирующие внутренности какой-то огромной твари, так оно еще и было искажено долгим влиянием энергии варпа и Пробудившихся.

Тем не менее, воин покрепче сжал топоры и покосился на висящий на груди амулет. Небольшая ровная пластинка из черного камня, на поверхности которой мерно сменяли друг друга алые руны, подсказывала, что у него есть всего минута, чтобы пробиться в центр корабля и оставить там один из своих алых топоров. После чего артефакт создаст портал тени, который утянет берсеркера обратно на "Парадигму".

Кусай оскалил огромные желтоватые клыки и, выпустив из тела огромное количество божественной маны, понесся прямо на ближайшую стену из мерно пульсирующей плоти, сочащейся какой-то белесой субстанцией. Плечом проломив метровый слой прочнейшей биомассы словно гнилую бумагу, берсеркер понесся дальше по коридору в направлении, куда вело его чутье, попутно кромсая выскакивающих навстречу тварей — дикие помеси гуманоидов и каких-то насекомых, источающие из тел легкую алую дымку энергии варпа. Эта самая энергия придавала им колоссальную для смертных существ физическую силу и ловкость, но она же отбирала у их душ волю и боевой дух. Они были похожи на бездушных кукол, чьи искореженные тела чья-то чужая воля безразлично кидала на путь яростного воина, прорывавшегося прямо сквозь переборки корабля к его центру…

Выбив плечом очередную бронированную дверь из какого-то похожего на хитин материала, Кусай попал в небольшое, по меркам пустотных кораблей, помещение. Весь пол был разделен на секции с кубическими резервуарами, между которыми шли узкие мостики. Сами емкости заполняла зеленая полупрозрачная жидкость, по которой гуляли зеленые и алые всполохи.

Кусай уже нацелился было пробежать дальше, пробив следующую переборку из пульсирующей живой плоти, как что-то его остановило прямо посреди комнаты. Берсеркер даже не сразу понял, что именно, но спустя секунду все же осознал: он был на месте.

Это и был командный мостик странного корабля. Вот только где же защита?

Кусай посмотрел на амулет. Двадцать секунд. Более, чем достаточно.

Негромко рыкнув, берсерк с размаху вогнал один из топоров в пол под собой. Тяжелый кристалл с хлюпающим звуком проломил слой хитина и вошел в неподатливую органику. Из "раны" тут же начал струиться алый дымок энергии варпа, стремясь прикончить и растворить наглого нарушителя, но лишь бессильно сметался прочь волнами Ярости, расходящимися с каждым ударом могучего сердца воина углук-та.

Пятнадцать секунд.

Кусай Кривой Рог замер. Вся его натура требовала что-то крушить и ломать. Все его естество стонало от желания рубить и рвать на части все, что он видел. Звучащий в сознании грохот боевых барабанов толкал в спину, призывая нестись вперед и давить врагов как жалких насекомых…

Но углук-та стоял неподвижно.

Берсеркер должен контролировать свою Ярость. Он должен понимать, когда следует дать ей волю, а когда остановиться и отступить. Иначе эта же Ярость поглотит его и превратит в безумное животное, которое быстро выжжет изнутри неконтролируемое божественное пламя…

Чутье заставило берсеркера сделать резкий скользящий шаг в сторону. С потолка на то место, где он только что стоял, упала липкая тонкая сеть паутины, с блестящими на ней капельками кислоты.

Кое-кто на "мостике" все же был.

Развернувшись, воин коротко рубанул по воздуху возле себя.

Он попал по цели. Просто не мог не попасть — старый Кусай не промахивался уже больше ста лет. Но в этот раз берсеркера ждало нечто удивительное.

Его алый топор, артефакт из концентрированной энергии Древнего Бога, был парирован. Страшный удар, способный вскрыть обшивку боевого крейсера как консервную банку, был принят на тонкий узкий клинок и слегка отклонен в сторону, не давая разрубить пополам гибкую тонкую фигурку.

— ГРААААААОООООРРРР! — взвыл берсеркер, с которого мгновенно слетел весь самоконтроль.

Кто-то сумел отбить его удар. ОТБИТЬ!!! УДАР!!! БЕРСЕРКА!!!

От расходящихся волн силы вскипела и мгновенно испарилась зеленая жижа в резервуарах, пошел трещинами хитин пола, стен и потолка, а сунувшихся в этот момент через дверь местных защитников просто распылило в кровавую взвесь, мгновенно унесенную вглубь коридоров поднявшимся ураганным ветром.

Но стоящая перед пришедшим в ярость берсеркером фигура была молчалива и неподвижна. Лишь чуть трепетали полы длинного плаща, словно обдуваемые не яростным потоком сметающей все силы, а лишь легким морским бризом.

Кусай взорвался вихрем ударов, от каждого из которых корабль содрогался и стонал, словно картонная лоханка на волнах бушующего шторма. И каждый чудовищный удар, несущий волну испепеляющей Ярости, попадал в цель… чтобы быть мягко отведенным в сторону тонким изящным клинком.

В какой-то момент старый углук-та забыл обо всем в этой чертовой Вселенной. Был просто он, его топор и противник. Нет, не так. Был Враг. С большой буквы.

Единственный, кроме собратьев-берсеркеров, кто смог выстоять против него. Пусть фигура в плаще безбожно проигрывала в силе. Пусть наносимые в ответ удары Врага не могли даже оцарапать алую кожу с черными татуировками, но он продолжал упорно сражаться с ним, принимая и отводя по касательной все удары пышущего Яростью гиганта.

Их схватка длилась чуть больше десяти секунд. Но за это время сердцевина корабля превратилась в горящие руины, наполненные черным вонючим дымом и оплавленной, истерзанной плотью живого судна.

Но вот произошло то, о чем впавший в ярость берсеркер успел позабыть — засиял алым пламенем его отброшенный в сторону второй топор. Начал испускать всполохи теней артефакт обратной телепортации. А Ярость с рассудка берсеркера смыло холодное понимание — он не успеет закончить этот бой.

Слишком мало времени. Слишком искусный противник.

Да, можно сорвать артефакт и продолжить, но… запущенную реакцию во втором топоре уже не остановить. И если он сам сможет худо-бедно пережить подобный взрыв, то вот его Враг — уже нет. И это берсеркер понимал слишком отчетливо.

Враг.

Впервые за долгие столетия воин встретил того, с кем мог выложиться на полную. С кем мог не сдерживать свои удары и целиком отдаться яростной натуре.

И им не дадут завершить этот поединок.

Видимо, его противник тоже понял, что это был конец. Тонкий, словно тростинка, сияющий клинок скрылся в ножнах под глухим серым плащом. Враг повернул скрытую капюшоном голову в сторону сверкающего топора, готового вот-вот взорваться в ярчайшей вспышке, после чего посмотрел на пышущего жаром красного дикаря перед ним, и… поклонился.

Не как признавший поражение. Лишь как сожалеющий о незаконченном бое.

Да, этот воин когда-то сгинул в глубинах варпа. Сам ли, или вместе с каким-то кораблем. Его заставили служить Пробудившимся. Его меч обернулся против Жизни, следуя воле ведомых энтропией Палачей. Но вот разум каким-то образом остался нетронутым.

По крайней мере, большая его часть.

— ГРРРРРРРА!!! — зарычал берсеркер, глядя на эту смирившуюся со своей судьбой фигуру в сером плаще.

После чего вогнал второй топор в обнажившееся пульсирующее мясо пола, и, шагнув вперед, схватил не ставшего на этот раз ускользать противника за шкирку.

— Это честь, закончить свой путь от руки такого воина, — прозвучал из-под капюшона тихий и мелодичный, словно лесной ветер, голос Врага, чья шея безропотно дала сомкнуться на ней огромным мозолистым пальцам дикаря.

— Оставь эту честь для НОРМАЛЬНОГО поединка! — взревел Кусай и ударил кулаком по артефактной пластинке на груди.

Короткий всполох теней поглотил их обоих.

В следующий миг первый брошенный берсерком топор взорвался, превращаясь в ослепительно яркую вспышку чистой энергии. Второй, попав под эту вспышку и поддавшись цепной реакции, повторил и двукратно усилил эффект первого. После чего живой крейсер, набитый порождениями Пробудившихся, перестал существовать, исчезнув в вихре алой энергии Древнего Бога, затянувшей и разорвавшей на части еще три идущих рядом судна…

Тем временем порядки двух флотилий подошли на дистанцию уверенного снайперского огня дальнобойных орудийных систем. Пространство между двумя флотами вспарывали росчерки несущихся на околосветовой скорости болванок туннельных орудий, сгустки энергий лучевых пушек и разноцветные всполохи самых экзотических излучений. Кораблей порождений было больше. Намного больше.

Но кукольный флот "Принцессы Глубокой Пустоты" уверенно держал удар.

Эти живые корабли были спроектированы гениальными биоинженерами расы Кса-Графака для противостояния сокрушительной мощи флотилий Падшего Буревестника, выжигающим огнем Безумия пронесшихся по галактике Свернувшихся Змей. В течении тысячелетий Каалуси ла Фарризи странствовала по пустоте своей погибшей родины, собирая уцелевшие технологии разных рас, изучая и модифицируя свои войска.

Флот Принцессы был огромен, силен и бесстрашен.

Порождения, миновав дистанцию снайперского огня, вошли в зону работы основных орудийных систем. И без того фантастическая картина цветущей взрывами и всполохами энергий пустоты меж двух сходящихся флотов оказалась полностью замазана остаточными следами от выстрелов. Казалось, что между двух колоссальных стен, надвигающихся друг на друга, обычно холодная и безразличная пустота натянула широкое радужное полотно.

Однако корабли порождений не сбавляли скорости и вскоре поредевший авангард должен был на полном ходу влететь в порядки кукольного флота, среди которых прятались редкие эскадрильи Крыльев…

С другой же стороны системы, на расстояние стрельбы дальнобойных орудий только-только начали выходить два гиганта: шаровидный супердредноут Каалуси и ее веретеноподобный оппонент. И то, что другой дредноут немного уступал ей по размерам, еще не делало его слабее — корабли подобного класса скрывали в себе немало сюрпризов, а масса у них была примерно одинаковой. К тому же, рядом с дредноутом порождений роился солидный флот прикрытия, в то время как Принцессу прикрывало только два звена МД Крыльев и идущий в арьергарде легкий линкор-носитель Кус-Ти-Ши.

Одним из звеньев прикрытия Принцессы командовал ветеран Крыльев — цифровой пилот Лоргус Ниф под позывным "Чешир-лидер". Или просто "Чешир".

Лоргус был своеобразной легендой среди Стальных — бывший пилот-наемник Доминиона Человечества, он оказался невольной подопытной свинкой Аквотиса, подвернувшись в качестве души для испытания прототипа МД принципиально новой серии.

"Темный кварк". Так звался небольшой доспех, на котором летал Лоргус. Всего три метра в высоту, он имел абсолютно черный матовый корпус, отлично маскирующий его среди темного пространства пустоты. Из-за размеров и отсутствия каких-либо внешних устройств, "Темный кварк" больше походил на тяжелый ББС, чем на МД.

Тем не менее, это был именно доспех.

В маленьком, наглухо запаянном корпусе, кроме места для пилота, пряталась огромная масса техномагичекой начинки, сделанной лично самим Кузнецом. Этот доспех мог летать без дюз и топлива, используя одну лишь энергию управляющей им души и поступающую через нее энергию Древнего Бога. Пропитанная божественной маной броня корпуса не имела собственного защитного поля, зато была способна выдержать прямое попадание пятитонной металлической болванки из тяжелого туннельного орудия. От самого пилота при этом мало что останется, но данный момент был и не важен — все равно доспехом управляла цифровая душа.

К сожалению, на этом плюсы прототипа заканчивались. Это был техномагический артефакт с огромной автономностью и абсурдным запасом прочности. Но для Ордена он оказался абсолютно бесполезен и в серийное производство так и не вышел.

Причин было две. Первая — это слишком большое напряжение, испытываемое душой, вынужденной постоянно поддерживать пусть и слабый, но все же поток божественной маны для питания доспехов. Подобное испытание выдержит далеко не каждый, да и "избранные" рискуют в горячке боя "взять" у бога слишком много силы и попросту сгореть в ее потоке, безвозвратно распылив собственное ядро души. Но если с первой причиной еще можно было как-то бороться путем подвесных генераторов или душ-сателлитов, то вот вторая причина окончательно ставила крест на амбициозном техномагическом проекте.

Из-за особенностей строения и передачи маны артефакту, душа-оператор буквально прирастала к своему доспеху. Стоило разделить их более, чем на сутки, и она начинала медленно распадаться на части. Такой феномен шел вразрез с основном доктриной Крыльев о постоянном совершенствовании себя и своей технической оболочки, так что дальше прототипа серия "Темный кварк" не ушла, а в единственном образце навсегда застряла душа Лоргуса, который лишь периодически выбирался из него на короткие прогулки в квази-органической оболочке для предотвращения эффекта "выгорания души".

Сейчас Лоргус вел свой доспех в двух световых секундах правее огромной туши Принцессы. Размером с небольшую звезду, этот корабль внушал уважение и трепет даже у бесстрашного наемника, немало повидавшего за свою органическую жизнь, и еще больше — за столетия существования в теле "Кварка".

Следом за ним шло звено из девяти его ведомых. Словно подражая своему легендарному лидеру, они летали на сравнительно небольших пятиметровых доспехах серии "Шорох пустоты", отличавшихся высокой маневренностью и отличными системами маскировки. Оружие на доспехах звена стояло исключительно ближнего боя — стрелковый комплекс с тяжелым фотонным излучателем, способным проделать дырку даже в самой прочной броне, и массивный силовой меч. Это же вооружение нес на себе и "Кварк" Лоргуса. Звено делало ставку на быстрые мощные атаки с последующим отходом под маскировкой. Впрочем, если приходилось "крутиться" с противником, то тут у них тоже проблем не возникало — мощные двигатели и маневровые системы позволяли перевиражить практически любого оппонента даже из их родного ордена, что уж говорить о простых смертных пилотах, а мощное вооружение — сжечь противника одним единственным выстрелом.

В противовес быстрому звену Лоргуса, с другой стороны Принцессы летело звено Диф-Ти. Состояло оно всего из пяти тяжелых десятиметровых машин, в которых парами сидели живые и цифровые Крылья. Их доспехи были из серии "Молот звезд" и мало напоминали классические МД гуманоидной формы — это были "безногие" широкие туши с тяжелыми маршевыми двигателями и мощными щитами. Один из пилотов, чаще всего цифровой, оперировал самим полетом, в то время как его напарник вел огонь из целого арсенала тяжелого вооружения, которым был буквально увешан мех, превращаясь в подобие мобильной огневой точки.

— Сбрасывайте скорость, букашки, — пришло не сильно ласковое сообщение от дредноута. По недолгим наблюдениям Лоргуса, поселившаяся в био-компьютере дредноута душа была той еще занозой. Но хоть приказы отдавала дельные, и на том спасибо.

— Вас понял, "Принцесса", — отозвался "Чешир".

Пилот "Кварка" выкрутил мощность висящей на спине системы маскировки на максимум и, заложив крутой вираж, повел звено чуть в сторону от начавшего торможение дредноута — ему совершенно не хотелось оказаться рядом с этой махиной, когда начнется перестрелка с так же тормозящим гигантом противника.

Лоргус постоянно мониторил ситуацию, большую часть внимания уделяя двум вещам — положению флота сопровождения вражеского дредноута, корабли которого и были главной целью Крыльев; и положению самих дредноутов, чтобы случайно не попасть в зону обстрела их орудийных систем.

"Расстояние до объектов — 8,357 световые минуты. Скорость — 0,38 световой", — промелькнул в сознании Лоргуса комментарий системы слежения.

В следующий миг, пилот "Кварка" даже на расстоянии в пять световых секунд ощутил нарастающее напряжение вокруг Принцессы. За доли секунды она выплеснула на странные излучатели колоссальное количество энергии, которой бы хватило, чтобы несколько лет обеспечивать целую планетарную цивилизацию среднего пошиба. И вся эта мощь сконцентрировалась на огромном фиолетовом кристалле, показавшемся из открывшейся орудийной шахты. Кристалл, размером с небольшой мегаполис, коротко мигнул и черноту пустоты прорезал тонкий фиолетовый луч. Тонкий, конечно, с точки зрения двух огромных дредноутов. А для маленького "Кварка" этот бешеный поток энергии был сродни океану для головастика. Даже со своим укрепленным божественной энергией корпусом, Лоргусу лучше было не попадать под подобный залп — доспех даже не распылит, а мгновенно превратит в чистую энергию, которая на миллиардную долю процента усилит луч этого ужасающего оружия.

Поток фиолетовой энергии, наполняя реальность фантомным гулом, а смежные слои мироздания — вполне себе настоящими вибрациями, устремился к своей цели, растянувшись на несколько сотен тысяч километров. Лететь до цели ему было почти восемь минут. Но уклониться вражеский дредноут не мог — слишком большая масса и набранная скорость практически лишили его маневренности.

Однако уходить от удара гордый корабль и не собирался. Дредноут порождений выплюнул два стреловидных снаряда из алого кристалла, которые по размерам не уступали линкору-носителю Крыльев. После чего оба корабля сверкнули эмиттерами, концентрируя защиту в передней полусфере и приготовились принять вражескую атаку.

Это был еще не поединок. Всего лишь вежливый обмен ударами, прощупывающий вражескую защиту. Смысла перестреливаться на таких дистанциях ни Принцесса, ни капитан дредноута порождений, кем бы он ни был, не видели — для пробивания защиты судов такого класса требовался массированный огонь, а большое число пустотных орудийных систем работали на расстоянии до двух световых минут. Вот когда они сблизятся до этой дистанции, тогда и начнется настоящее сражение двух гигантов, из которого живым выйдет только один.

А до тех пор они просто впустую тратили энергию.

Однако, это не касалось их сопровождения.

Звено Диф-Ти рвануло высоко вверх, расходясь веером и начиная расчет упреждения тяжелых дальнобойных орудий, а звено Лоргуса, разбившись на пары, в режиме маскировки рвануло по пологой дуге в сторону набирающего скорость вражеского флота.

Десять машин против нескольких миллионов.

"Суицид" — скажет любой разумный.

"Трудовые будни" — пожмет плечами любой боевой пилот Крыльев.

Лоргусу не требовалось отдавать приказ — все его бойцы и так прекрасно знали свои цели. Тактика для подобных сражений была выработана давно — выследить и уничтожить "офицерские" суда, координирующие действие эскадр. Начиная с лидеров москитки, и дальше по восходящей. Выследить их было не сложно — даже если каким-то чудом вражеская система связи могла сопротивляться дешифрующим алгоритмам Крыльев, то опытные пилоты без проблем находили в эскадрах ведущие корабли "на глазок".

Напарником Лоргуса в этот раз, впрочем как и всегда за последние полвека, был "Чешир-3" — бывший человек по имени Мив-Тар. Простодушный парень, любитель крутых виражей и не менее крутых доспехов. Он мог часами читать окружающим лекции о плюсах и минусах различных серий МД Крыльев, сравнивая их между собой.

Звено за секунду увеличило скорость втрое, почти дойдя до максимальной для их реальности скорости — световой. Будь в доспехах живые люди, даже напичканные имплантами, от подобного трюка им пришлось бы очень и очень худо. Но следом за Лоргусом летели только цифровые души, не обремененные проблемами физического существования. "Темный кварк" сам по себе не оставлял в пространстве пустоты демаскирующего плазменного следа — артефактный прототип двигался за счет столь редкой среди Стальных Крыльев магии. Остальные же МД в этом плане так же были на высоте — серия "Шорох пустоты" не даром считалась одной из самых быстрых и незаметных среди современных доспехов. Их маршевые и маневровые двигатели выбрасывали не стандартный плазменный факел, а черный, незаметный на фоне пустоты выхлоп, который достигался с помощью хитрого движка нестандартного топливного элемента.

Флот прикрытия дредноута порождений разделился на три формирования. Два из них начали обходной маневр, надеясь зайти во фланги медленно приближающейся Принцессе, а третье плелось за собственным гигантским флагманом, прикрывая ему тыл, откуда во время боя с Каалуси будет стянута вся энергия для обеспечения защиты передней полусферы корабля.

С последней, защитной флотилией Крылья решили разобраться в последнюю очередь. Сейчас звено Лоргуса заходило для атаки на одну из маневрирующих флотилий, а звено Диф-Ти готовилось встретить вторую флотилию.

Лоргус со своим напарником ворвались в строй кораблей порождений в тот момент, когда те начали сбрасывать скорость для проведения очередного маневра поворота. Скорость флотилии противника составляла всего треть от световой и шли они с широкими, просто гигантскими зазорами в построении. Относительно крошечных МД Крыльев, конечно же.

Кто хоть раз видел сражение асов Стальных, тот навсегда запомнит это зрелище. Если выживет.

При сражении корабли москитного флота обычно сбрасывали скорость, идя максимум на одной десятой от скорости света. Подняться выше этой отметки им не позволяли как технологии, так и банальная скорость реакции — даже далеко не все ИскИны могли обрабатывать тот объем информации, который нужен для боевого маневрирования легкого МД на скорости хотя бы в треть от световой. Что уж говорить о мозгах простых разумных? Для напичканных различными имплантами и генными модификациями, прошедших годы обучения и суровые десятилетия военной службы, боевых пилотов самых продвинутых звездных империй потолком для маневрирования в гуще москитной свалки или в строю крупных кораблей было две десятых от скорости света.

В то время как даже живые пилоты Стальных без напряжения перескакивали этот потолок. Для цифровых Крыльев нормой было сражение на скоростях в сто пятьдесят тысяч километров в секунду. Асы ордена обычно сражались, носясь по пространству на скоростях в двести — двести пятьдесят тысяч километров в секунду.

И единицы среди них, истинные гении пилотирования, были способны пройти вражеский флот на полной световой скорости, успевая маневрировать, расстреливать корабли противника и отслеживать окружающую ситуацию.

Лоргус Ниф не был одним их этих гениев. Но вот асом он был неоспоримым.

"Темный кварк" лишь немного сбросил скорость перед тем, как влететь прямо в порядки вражеского флота. Дальше он уже мало чем походил на обычного разумного. На таких скоростях и с такой плотностью объектов на единицу пространства не было места страху или сомнениям. Была лишь информация, которую его цифровая личность, спаянная с ИскИном доспеха, должна была обработать в кратчайшие сроки.

Боевой полет тех, кто называет себя Стальными Крыльями, не похож ни на что. Это безумное кружево из тонкого расчета, реакции, что опережает реальность, многомиллиардного потока обрабатываемых в секунду данных и… чего-то, чему нет названия.

Это что-то сродни вдохновению. Что-то, что дает Крылатым возможность заглянуть куда-то за грань. Увидеть краешек того, что таится там, за световым барьером.

Некоторые говорят, что это те самые Руины Снов. Кто-то упорно твердит, что это загадочная Река Времени. А еще кто-то утверждает, что там нет ничего. Только изначальная пустота и хаос, ждущие тех, кто рискнет попытаться покорить вечность…

И именно это нечто и подталкивает каждого Стального лететь дальше, пытаться стать быстрее и лучше… Просто чтобы понять, что же там. Что лежит за гранью света и пустоты? Что за тайну так упорно скрывает от них Вселенная, при этом продолжая дразнить и махать ею перед носом у самых отчаянных и талантливых бойцов ордена?

"Темный кварк" врезался в построение противника.

Сознание Лоргуса тонуло и захлебывалось от объема поступающей информации. Разогнанный слиянием с мощнейшим ИскИном, разум работал в миллионы раз быстрее своей нормальной скорости, за тысячные тысяч долей секунд определяя нужную цель. После чего практически в упор следовал выстрел из тяжелого фотонного деструктора, взмах огромным силовым мечом, выпускающим концентрированную божественную ману, или самый банальный таран. Последнее было личной фишкой Лоргуса, безумством, достойным берсерка Граора, за что темный Древний часто обращал на этого смертного свой взор. До абсурдности прочный доспех, выставив перед собой напитанный маной клинок, пробивал насквозь броню самых прочных судов, атмосфера в которых взрывалась яркой вспышкой при контакте с объектом, несущимся на столь сумасшедшей скорости.

ВРЕМЯ, КОГДА УМИРАЮТ И РОЖДАЮТСЯ ЛЕГЕНДЫ(3).

Всего за несколько секунд маленький черный доспех насквозь пролетел плотные порядки многомиллионного флота порождений. Его не успели заметить визуально. Матовая черная броня, с едва выделяющимися более темным оттенком черными рунами, была практически невидима для сканирующих систем ближнего действия.

Единственное, что свидетельствовало о наличии врага в порядках противника — это тянущаяся с одного конца флотилии в другой ломанная кривая из исчезающих во вспышках взрывов кораблей.

И таких "взрывных лент" через флот порождений тянулось ровно десять штук.

Стрелять по столь вертким и быстрым целям в собственном строю противник не мог — снаряды бы просто изрешетили его собственные корабли. Москитный флот, обычно защищающий крупные суда от подобных атак, лишь бесполезно погибал, не в силах не то что перевиражить, а даже просто уследить за этими монстрами.

Командованию флота порождений оставалось лишь скрипеть зубами и продолжать выполнять обходной маневр дредноута Каалуси, смотря на стремительно растущий список кораблей, уничтоженных десятком крохотных мошек…

Тем временем, звено Диф-Ти тоже сошлось со своими целями. Тактика у них была несколько иная, но так же базирующаяся на подавляющем превосходстве в скоростном маневрировании. В отличии от звена "Чеширов", эти тяжелые МД кружили не в гуще вражеского строя, а вокруг него. Стрелки поливали суда из огромного числа тяжелого оружия, а пилоты закладывали противозенитные маневры такой скорости и сложности, что вражеские расчетные системы буквально выходили из строя и вспыхивали от перегрева, в попытках высчитать упреждение для ведения адекватного ответного огня.

Боевые звенья Стальных Крыльев отлично знали свое дело, отвлекая, задерживая и нанося ощутимый урон порождениям Пробудившихся. Если бы на месте их противника был обычный флот разумных, то даже самый недалекий адмирал уже давно бы объявил капитуляцию, не в силах смотреть на подобное избиение.

Каалуси, впервые увидевшая Крылья в действии, была неприятно удивлена их силе. Неприятно — потому что проведенная на скорую руку симуляция столкновения всего ее многомиллионного кукольного флота с двумя сотнями МД Стальных, что базировались на прикрывающем ее линкоре Кус-Ти-Ши, показала не самую радостную вероятность победы — всего каких-то двадцать четыре целых, пятнадцать сотых процента. И эти цифры больно били по самолюбию Принцессы, которая привыкла видеть угрозу только в существах, соизмеримых по силе как минимум с Младшими Богами.

А тут всего эскадра каких-то смертных могла разогнать весь ее флот.

Утешали лишь две вещи. Во-первых, Стальные Крылья вряд ли когда-нибудь выступят против нее — слишком уж они не любят влезать в прямую конфронтацию, предпочитая заниматься своими делами и исподтишка таскать у остальных интересные технологии. Во-вторых, симуляция боя с самой "Принцессой Глубокой Пустоты" показала лишь пятипроцентную вероятность победы эскадрильи Стальных — слишком неравные были возможности у корабля класса "супердредноут" и крохотных доспехов даже без учета некоторых личных козырей Каалуси, вроде той же магии, к которой она очень не любила прибегать.

И, скорее всего, именно поэтому Крылья даже не пытались что-то предпринять относительно вражеского дредноута, оставив битву с ним Принцессе.

Тем временем, первые пробные снаряды, выпущенные гигантскими кораблями, преодолев огромные расстояния, наконец врезались в свои цели.

Длинный поток фиолетовой энергии ударил в мерцающий щит призматического корабля. Часть этого чудовищного заряда уже успела рассеяться по пустоте во время полета, но даже оставшегося хватило бы, чтобы распылить на элементарные частицы любой корабль классом меньше линкора. Да и линейным судам подобного хватит за глаза.

Но не дредноуту.

Частично приняв удар, большую его часть энергетический щит просто отразил по наклонной плоскости. Поток фиолетовой энергии распался на отдельные лучи, скользнувшие вдоль бортов гигантского корабля и окончательно рассеявшиеся в жадном холоде пустоты.

Алые снаряды Каалуси без особой опаски приняла прямо на свою защиту. И хоть энергощиты были слабоваты против физических тел, но стреловидные кристаллы просто разбились о замерцавший радугой барьер, рассыпавшись на разлетевшуюся в разные стороны алую пыль.

Каалуси быстро прогнала анализ полученных данных и пришла к очередному неутешительному выводу — качество защиты вражеского дредноута пусть и уступало ее собственным щитам, но ненамного. Вопрос в том, насколько прочным и живучим был сам корпус ее оппонента, и насколько мощными были основные орудийные системы.

— Похоже, придется зайти сразу с козырей, — вздохнула сидящая на подлокотнике кресла кукла в откровенном наряде служанки.

Она могла бы занять капитанское место в стратегическом центре, что располагался в ядре ее корабля, но… Не хотела. Можно назвать это капризом существа, которое долгое время пробыло в одиночестве среди звезд холодной пустой галактики, но в данный момент Каалуси ла Фарризи не хотела видеть в кресле капитана никого, кроме Рыцаря Белого Пламени.

Благородный, сильный, красивый и… чертовски упрямый. Он походил на того самого Рыцаря из прочитанных в далеком детстве сказок. И ей хотелось и дальше играть роль его послушного кораблика, насколько это было возможно. К счастью, пока ее цели совпадали с планами Бастиона, так что полетать по этой наполненной жизнью и приключениями галактике она была совершенно не против. Ей нужно было набраться опыта, знаний и новых технологий. Первое с лихвой обеспечивали приключения, генерируемые Энцио, второе она потихоньку тянула из сетей местных цивилизаций и получала от Бастиона по их договору, а третье планировала раздобыть у новых союзников — тех же Крыльев или "Диких Котлет". Хотя их технологии и мало подходили к ее биотехническому пути развития, но уж она-то найдет способ ими распорядиться. Также для своей цели Каалуси требовалось потихоньку "нарастить мясца", переведя дредноут в титанический класс. И это была, пожалуй, самая тяжелая и долгая часть ее плана.

Тем не менее, Принцесса умела ждать.

Долгие века одиночества были в этом деле лучшими учителями.

И она постепенно накопит необходимое. Соберет по крупицам в своем долгом путешествии между звезд. А потом, когда через тысячи тысяч лет в ее родную галактику вернется жизнь и Безумие вновь покажет свою рожу из той норы, в которую забилось…

Хорошо, что в этот момент Энцио не видел лица ее куклы.

— Правильно, Принцесса… — послышался в темноте центра низкий, хриплый голос со странными лающими интонациями. — Эта месть — все, что нам осталось. Все, что не дало тебе сойти с ума…

— Пошла прочь! — скривилась Каалуси, с ненавистью глядя на что-то, что скрывалось в темных углах ее огромного тела.

В ответ раздался тихий лающий смех.

— Боюсь, это невозможно, Принцесса. От самой себя избавиться невозможно…

Кукла прикрыла глаза и мгновенно превратилась в стекшую на пол лужицу зеленоватой отвратительной субстанции. А все внимание она едва ли не насильно заставила себя сосредоточить на происходящих вокруг событиях. Просто чтобы не слышать блуждающий по пустым коридорам собственного корабля тихий лающий смех…

Принцесса достигла дистанции огня основными орудиями.

На обращенной к противнику стороне огромного корабля начали открываться многочисленные люки, шлюзы и мембраны, из которых в пустоту высунулись батареи тяжелых плазмеров, излучателей и лучевых орудий.

Дредноут порождений от нее не отставал.

В следующее мгновение, словно по команде, тьму пустоты расчертили всполохи самых экзотических расцветок. Между двумя гигантами словно протянули полотно с нанесенной на него "умной краской", что постоянно перемещалась и перемешивалась, меняя цвет и яркость… Завораживающее зрелище. Особенно если знать, что каждый из этих маленьких прорезающих тьму огоньков был способен превратить в ничто целый город, населенный миллионами разумных.

Вздумай один из этих кораблей напасть на какую-то планету, и пары его суммарных залпов хватило бы, чтобы превратить ее в выжженную пустошь, на которой вряд ли уже самостоятельно возникнет какая-нибудь жизнь. Впрочем, для того, чтобы уничтожить целый мир, Каалуси и стрелять-то не нужно. Достаточно просто подлететь поближе и отключить грави-компенсаторы. Ее огромной массы будет достаточно, чтобы вызвать губительные гравитационные катастрофы на любой планете, а уж небольшие миры она и вовсе способна сместить с постоянной орбиты, что равносильно быстрой, но очень болезненной смерти для всего живого…

И сейчас два гигантских корабля посылали друг в друга залп за залпом, пытаясь продавить щиты и добраться до корпуса. Вот только по оценке Каалуси, на преодоление только этой стадии боя у них уйдет чуть больше суток… но это только если она будет играть "честно".

В глубине корпуса Принцессы, в огромных помещениях, по площади превышающих континенты на небольших планетах, строились ровные ряды самой настоящей армии. Пехота покрытых хитиновой броней инсектов, имитирующих воинов давно погибшей расы Кса-Графака. Шагающие пятиметровые паукообразные био-машины, играющие роль тяжелой техники. Быстрые приземистые ящероподобные твари с хищными очертаниями и растущими из спины стрелковыми комплексами биоплазмы. Мощные бронированные панцирники с огромными клешнями, толстыми лапами и фокусными линзами фотонных деструкторов прямо на спинах. Маленькие летающие серповидные насекомые-камикадзе, несущие в себе изрядную порцию взрывчатки…

Перед колоннами этого кошмарного воинства открылись туманные завихрения теневых порталов и миллиарды бездушных кукол, управляемых простейшими алгоритмами и волей Каалуси, начали плотными потоками покидать родной корабль.

Мало кто из живущих смертных был способен на подобный трюк. Обычная душа просто не могла выдавать то колоссальное количество маны, которое необходимо для стабильных порталов в таких масштабах и количествах. Те, кто попытался бы использовать для подобного божественную ману, сгорели бы в ее потоке, лишь добравшись до десятой доли необходимого объема. Ну а те, кто использовал бы для сотворения подобных чар ману других душ… Что же, такие разумные уже вряд ли могут называться смертными…

Душа Каалуси, за счет дара "расширения", отделения от изначальной физической оболочки и долгих веков тренировок, приобрела просто абсурдные масштабы. На астральном плане она сияла подобно солнцу, аккумулируя в себе не только обычную ману, но и окружающую ее энергию Океана Пустоты, в котором провела практически всю свою долгую жизнь. Да, она уже не была смертной в классическом понимании этого слова, но и одной из богов она тоже не являлась.

Ближе всего к ней был Бастион — точно такой же обладатель дара "расширения души", но гораздо более старый и продвинувшийся на этом уникальном пути намного дальше. Именно этим Каалуси и привлекла к себе внимание странного божества из галактики Спящего Дракона, который, узнав от Древних о ее существовании, потратил немало сил и средств и задействовал все свои связи, чтобы вытащить медленно лишающуюся рассудка от одиночества Принцессу в обитаемую галактику…

Тем не менее, несмотря на огромные магические способности, Каалуси крайне редко к ним прибегала, предпочитая решать проблемы с помощью технических средств, которые во многом не уступали магическим фокусам. Все-таки Принцесса была истинным ребенком своей техногенной цивилизации.

Но вот наступил случай, когда и ей пришлось со скрипом поступиться своими принципами и поднять из глубин памяти те знания, что долго и нудно вдалбливал в нее Бастион на их нескончаемых сеансах связи…

Не трудно догадаться, куда вели эти порталы. Прямиком по координатам пространства, занимаемого ее оппонентом.

Была, конечно, одна сложность. Телепортация — весьма деликатная штука, а Каалуси даже примерно не представляла себе план внутренних помещений дредноута противника. По этой причине существовала вероятность забросить десант, скажем, в работающую камеру реактора или попросту вплавить бойца в стену, снаряд или какой-нибудь прибор. Были, конечно, способы сканирования, облегчающие подобные операции. Причем как чисто технические, так и магические, но… Легкие и быстрые блокировались слишком плотной защитой противника, а с долгими Каалуси было попросту лень возиться. Да и время поджимало — на другом фронте все шло не столь гладко, как хотелось бы.

Так что Принцесса пошла по самому простому из возможных путей.

Открыла порталы вслепую.

А чтобы "уж наверняка", она еще этими порталами принялась водить, безостановочно высыпая из них свой десант. Ей было глубоко плевать, что половина абордажников на выходе попадала в стены и прочие объекты — она легко наклепает себе новых кукол. Главное, чтобы другая половина огромного войска оказалась в самых различных помещениях корабля противника.

Когда враг осознал, что дела плохи, было уже поздно. Рвались снаряды в оружейных комнатах, "сплавившись" с очередным не слишком удачливым абордажником, в перегородках образовывались дыры от сдетонировавшего боекомплекта а на важных узловых палубах вовсю хозяйничали солдаты Каалуси, поливая все вокруг из ручного оружия и, бывало, подрывая эти самые палубы вместе с собой.

Конечно, даже столь огромная армия не могла нанести вражескому гиганту фатального урона — слишком велик был корабль, да и его внутренняя система безопасности начала активно противодействовать вторженцам, активируя охранных роботов, турели и попросту доставляя отряды живых бойцов к местам зафиксированного проникновения. Вот только вражеский командующий уже понимал, что жить его кораблю осталось считанные минуты.

Причина была очевидна и просчитать следующий ход Принцессы мог и бы простой доисторический калькулятор, не то что навороченный ИскИн супердредноута.

Если можно было отправить живых абордажников с оружием, то почему нельзя закинуть внутрь корпуса противника пару бомб?

Собственно, именно это Каалуси и начала делать.

Абордажную армию она выслала с двумя целями. Во-первых, составить хотя бы примерный план внутренних помещений противника. Во-вторых, если у него окажется слабоватая охранная система или пара ее солдат удачно свалится в командный центр, то она могла бы попытаться захватить судно.

Корабль такого класса, взятый в качестве "приза", стоил любых усилий.

Вот только второй вариант ее плана прогорел. Слишком уж быстро среагировала система безопасности, изолируя и уничтожая вражеский десант. Тем не менее, расположение реакторных отсеков и оружейных палуб Каалуси вычислила…

Абордажная армия в ее собственных отсеках замерла, после чего расступилась, пропуская спешащую к портальной зоне сотню крупных гусениц, перемещающихся на множестве коротких лапок. Тела этих существ были метров десять в длину, под два метра в высоту и покрыты жестким многослойным хитином. Но вот никакого оружия на себе эти куклы не несли. Они сами были оружием.

Огромные тела этих гусениц служили лишь одной цели — перенести в больших внутренних пустотах специальные контейнеры с темной материей, более известной как "нулевой элемент". Это не кварковые заряды, но весьма и весьма опасные игрушки. А если знать, как их правильно взрывать, то эффект просто потрясал воображение.

И Каалуси прекрасно знала, как с такими обращаться.

Гусениц-камикадзе по одной проглотил портал.

Био-электронные "мозги" Принцессы за долю секунды просчитали необходимые координаты для каждого из сотни своих гостинцев. Не самая простая задача на самом деле. Ведь нужно было учесть не только скорость движения двух кораблей, но и их вращение, возмущения окружающих гравитационных полей, творящийся в варпе и тенях хаос… В общем, "математика магических ритуалов". Но проводить все эти вычисления Каалуси все же пришлось, потому как глупо терять гусениц-брандеров, в отличие от обычных кукол, она не могла себе позволить — помимо своего оружейного назначения, "нулевой элемент" был стратегически важным ресурсом, который в таких количествах был способен питать реакторы всего супердредноута в течении нескольких месяцев…

Как только ее брандеры прибывали на место, то сразу же сворачивались в клубок, после чего начинали ждать сигнал инициации критической реакции темной материи. Трое так и не дождались — хоть промежуток времени был небольшим, но системы безопасности противника успели вычислить местонахождение и прикончить кукол Каалуси до активации. Поэтому когда все гусеницы высадились, Принцесса испытала самое настоящее облегчение.

И спокойно отдала приказ на подрыв.

Девяносто семь гусениц-мин осыпались жирными черными хлопьями под воздействием энергии распада темной материи. Называлась "темной" она не просто так — в ней содержалась частичка маны самой Бездны. Но не той, которую знают посвященные смертные. Нет, совсем не ее.

Астиана, Пустота, Ро-шай-Лиэнь. Древняя, ставшая Смотрящей.

Та, чей шепот сопровождает странников в их долгих скитаниях по холодному межзвездному пространству.

Та, чей шепот слышат души, слишком долго смотрящие в черноту пустоты.

Та, кто принимает последний вздох умирающих в безразличной глубокой тьме…

Вступившая в реакцию с материей реальности, энергия начала раскручиваться, создавая… нечто.

Этому нет названия. Потому что ни один нормальный маг или ученый не решится исследовать подобное. А "безумные гении", коих предостаточно во Вселенной, не переживут даже первого опыта по попытке создания и изучения этого.

Это выглядит как темная воронка, практически незаметная на фоне окружающей пустоты. Она не фиксируется никакими приборами, невидима для магического зрения и не ощутима для псионных сил. Словно там и нет ничего.

Словно там всего лишь ПУСТОТА.

И эта холодная безмолвная тьма начинает пожирать само пространство, уничтожая все, что попадется в радиусе действия воронки…

Спустя томительную минуту два гигантских корабля продолжали висеть на огромном расстоянии друг от друга. Сферический и призматический. Два супердредноута, каждый из которых сам по себе стоил целого флота. Сражения кораблей такого класса были редкостью и могли длиться неделями, пока один из них полностью не выходил из строя. Он не был уничтожен, нет, а только лишь лишен возможности продолжать сражение. И победитель обычно выглядел ничуть не лучше проигравшего.

Тут же сражение не продлилось и пары минут.

Принцесса Глубокой Пустоты сверкнула накопителями и в ее противника ушел длинный поток фиолетовой энергии. Он пронесся по холодному межзвездному пространству и врезался в нос вражеского дредноута. Но, в отличие от прошлого раза, не распался на лучи, разбившись о прочные энергетические щиты колоссального корабля. Не встретив никакого сопротивления, энергия прожгла корпус летящего навстречу своей судьбе древнего корабля.

Озарившись изнутри ярким фиолетовым свечением, гигантское боевое судно начало разваливаться на куски.

Вернее, разваливаться начала его обшивка, потому как внутри уже ничего не было.

Внутри корабля осталась лишь пустота…

"Все, букашки", — раздался в сознании вышедшего из очередного маневра Лоргуса голос Каалуси. — "Сейчас добиваем то, что там осталось от флотилий прикрытия и возвращаемся обратно".

"В каком смы… Молот Аквотиса мне в корму, что там случилось?!" — увлеченный истреблением порождений, пилот только сейчас заметил разлетающиеся по пустоте обломки вражеского дредноута.

"Подрыв темной материи", — в переданной Каалуси мысли скользило самодовольство и легкая грусть по поводу растраты ценного ресурса. — "Настоятельно не советую летать в той области пространства еще лет сто"…

К этому моменту, флотилии на другом фронте подошли уже на расстояние "пустотного клинча" — меньше половины световой минуты. Каких-то жалких девять миллионов километров. И флот порождений продолжал стремительное сближение, несмотря на огромные потери.

На подобной дистанции смысл в высокоточных орудиях, вроде лучевых и ракетных систем, отпадал. На их место пришли менее дальнобойные, но более разрушительные кинетические болтеры и шарометы, прошивающие щиты вместе с броней едва ли не насквозь, гравитационные излучатели, корежащие корабли не взирая ни на какую защиту, плазменные орудия, плюющиеся сгустками перегретой материи, ионные излучатели, раздирающие попавшие под них вещества на элементарные частицы…

Местные жители, напряженно наблюдающие за битвой со своих планет, смогли воочию увидеть то, что многие боевые пилоты называют "адом пустоты".

Плотность снарядов на единицу пространства между двух флотилий на этом рубеже достигла таких высот, что даже виртуозные Крылья и непробиваемая Парадигма вынуждены были отступить в тыл кукольного флота. Пустота в этом локальном пространстве на короткий миг перестала существовать как явление — ее заполнили обломки сотен тысяч кораблей, замерзающие тела выброшенных за борт разумных, рассеивающиеся облака газов и жидкостей, росчерки пролетающих снарядов и сияние различных искажений…

Однако флотилии держались.

Передовые тяжелые суда прорыва рвались одно за другим, но упрямо продолжали накачивать щиты энергией и латать возникающие одну за другой дыры в корпусе. Фронтовые корабли порождений мерно продвигались вперед, словно строй древних легионеров, укрывшийся щитами от падающего на них ливня стрел. В этом плане судам прикрытия кукольного флота было легче — органические системы Кса-Графака, усовершенствованные Каалуси, были куда более живучими, нежили полуорганика и "мертвый металл", используемый в большинстве кораблей порождений, а экипажи бездушных кукол работали как единое целое, мгновенно реагируя на возникающие аварии. К тому же, обороняющимся не нужно было тратить энергию на работу маршевых двигателей, что освобождало значительные мощности генераторов для подпитки защитных и орудийных систем…

Чем ближе подходила волна флота вторжения, тем яростнее и плотнее становилась перестрелка.

Энцио, чей доспех прикрывали сразу три туши тяжелых линкоров прорыва, полностью сосредоточивших энергию на защитных системах, наблюдал за ситуацией этого фронта и, в целом, оценивал ее как "умеренно-опасную". Но оценка эта была весьма посредственной, потому как самое главное начнется только сейчас.

Каалуси и Кус-Ти-Ши были оттянуты сражением с вражеским дредноутом. И если линкор Стальных особой роли в массовой драке не играл, то вот отсутствие дредноута сильно подрывало боевую мощь флота защитников. Драконы напрочь увязли в собственном сражении, причем таком, что даже сюда доносились отголоски творимых там разрушительных чар.

А флотилия противника перешла из зоны клинча уже практически вплотную — фронтальные корабли противников разделяло каких-то несколько световых секунд.

Энцио Дэлавере глубоко выдохнул, очищая разум и уходя в глубокое слияние с доспехом. Благодаря тому, что тот был органической природы, он абсолютно никак не препятствовал Рыцарю плести чары. Другое дело, если бы тот сидел в доспехах Стальных Крыльев, которые предлагали ему одну из своих машин "на погонять". Все же мертвая сталь являлась не самым хорошим проводником маны, чем можно было частично объяснить принципиальную неспособность Стальных пользоваться какой-либо магией.

Рыцарь Белого Пламени открыл уже не веки, но хитиновые бронепластины, прикрывающие сенсорные модули доспеха.

Высокоадаптивный гвардейский мобильный доспех расы Кса-Графака, модифицированный Каалуси, имел шесть лапок, из которых две задние пары были опорно-маневровыми, а передняя представляла собой пару длинных клинков-кос с мономолекулярным лезвием и подключаемыми плазменными дугами. На спине биодоспеха крепился стрелковый комплекс с парой мощных фотонных излучателей для дальнего боя. Наружная броня с фиолетовым отливом имела огромный запас прочности за счет использованных Каалуси редчайших металлов, а покрывающие ее шипы-эмиттеры выдавали защитное поле такой силы, что позавидовал бы и иной линкор средних цивилизаций. Собственная система жизнеобеспечения и маломощный варп-привод обеспечивали МД хорошей автономностью, позволяя несколько месяцев путешествовать по пустоте без пополнения запасов.

Если просто взять ресурсы, затраченные Принцессой на выращивание этого маленького чуда, и продать в том самом Великом Княжестве, где они сейчас вели сражение, то хватило бы на покупку у местных внушительного боевого флота со всем экипажем.

Однако одними атакующе-защитными характеристиками тут дело не ограничивалось. Доспех, который Энцио ласково называл "Жучара", был адаптирован конкретно под него, как под боевого мага — кончики средней пары лапок МД раскрывались в нечто, отдаленно напоминающее восьмипалые манипуляторы. Их гибкие длинные пальцы хоть и были немного непривычны Рыцарю, но позволяли с легкостью плести магические узоры любой сложности. Конечно, Энцио мог выдавать неплохие боевые чары и так, без помощи рук, но все же высшая магия всегда требовала от разумного максимальной концентрации и помощи жестов для направления потока маны в сложнейших магических узорах…

Флотилии столкнулись.

Не было скрежета металла и грохота взрывов. Не было лихих криков и воплей умирающих. Это все остается там, на грунте. Сражения в пустоте проходят беззвучно, а разумные чаще всего умирают молча, либо не успев вскрикнуть, либо просто не имея для этого воздуха.

Флотилии столкнулись.

Корабли не шли на таран, а расстояние между судами составляло десятки, а то и сотни, и тысячи километров. Волна кораблей порождений вошла в замерший на позициях кукольный флот Каалуси как один косяк рыбы входит в другой.

И вот тут начался настоящий хаос битвы.

Корабли порождений рвались вперед, к склепу Стража на мертвой планете, не считаясь с потерями и не жалея боезапаса. Биокорабли кукольного флота так же выжимали из орудийных систем все, что могли, снизив приоритет защиты. Каалуси могла позволить себе потерять хоть весь флот. Главное — не дать ни одной твари добраться до артефакта, покоящегося в склепе.

Энцио практически собственными глазами видел разгорающееся вокруг безумие. В сражениях таких масштабов ему еще участвовать не приходилось. Впрочем, как и большинству разумных, собравшихся в этой небольшой системе.

Коротко помянув Бастион, Рыцарь отрезал от восприятия большую часть поступающих извне данных, чтобы не мешали. Остались только личные да аварийный каналы связи. Его роль как командующего операцией и так была чисто номинальной — полководец из Энцио был весьма посредственный. Рыцарь Белого Пламени больше напирал на дипломатию и тонкие манипуляции, чем на грубую силу и тактико-стратегическое планирование.

Но вот бежать от сражения он совсем не собирался.

Рыцари Бастиона никогда не бегут от трудностей. Ну, почти никогда…

Заложив вираж, "Жучара" вылетел из-под защиты эскадры сопровождения. Впрочем, одного его никто отпускать не собирался — следом тут же увязались аватара Каалуси и три звена МД кукольного флота.

Короткий анализ ситуации. Выбор ближайшей цели.

Мимо них через три секунды должен был пролететь тяжелый крейсер прорыва порождений. Скорость — около ста тысяч километров в секунду.

Энцио разложил среднюю пару лапок в манипуляторы и, поджав косы чтобы не мешались, сплел чары огненной сети.

Магия далась ему легко и непринужденно. Все же ему не приходилось ограничиваться вычислительными способностями только собственного мозга — к его услугам был шустрый ИИ доспеха и часть мощностей эскадры прикрытия. А уж про источники маны вообще лучше не заикаться — хоть он и остался верен Бастиону, выбрав на этот бой его в качестве покровителя, но вот астральное пространство рядом с магом буквально кипело от выплеснутой силы самых различных божеств — пользуйся как душе угодно. Главное, не перебарщивать, иначе рискуешь сгореть или схлопотать чужую метку, которая совсем не обрадует Бастион.

Впрочем, Рыцарю заемная сила была не особо и нужна — после повышения Бастион сильно модифицировал его душу, одарив и так сильного талантливого мага дополнительным "допингом".

Растянувшееся точно на пути крейсера прорыва заклинание было невозможно обнаружить с помощью технических приборов. Но даже будь у них на борту маг, вряд ли он успел бы хоть что-то предпринять прежде, чем корабль на полном ходу влетел в расставленную ловушку. А как только это случилось, чары активировались и атмосфера внутри судна нагрелась до температуры в несколько тысяч градусов.

Судно беззвучно взорвалось, с яркой вспышкой развалившись на оплавленные части.

А Энцио рядом уже не было — он с доспехами прикрытия уже вовсю виражился с вражеским звеном легких перехватчиков. Последние прожили недолго — разница в технологическом развитии была слишком ощутимой. К тому же Энцио в самом начале еще и магией ополовинил количество нападавших, выпустив поток юрких стрелок ослепительно-белого пламени…

Но это были только "первые вестники" накатывающей на их позицию армады. Все же флот порождений был в разы больше сил защитников и перестрелять всех на подлете у них не было никакой возможности.

В результате, внутри системы началась настоящая свалка.

Каждую долю секунды погибал какой-то корабль, через один и тот же кубический километр пространства могло проноситься одновременно с десяток снарядов, а снующим вокруг крупных судов букашкам "москитного" флота попросту не было числа.

Сражение за артефакт Стража вступало в новую, самую хаотическую фазу…

ВРЕМЯ, КОГДА УМИРАЮТ И РОЖДАЮТСЯ ЛЕГЕНДЫ ( 4 ) .

Персонажи "Союза Пустоты" — организации защиты галактики Радужной Черепахи.

Энцио Дэлавере — Рыцарь Белого Пламени, Мастер-Паладин Бастиона, Старший Координатор ЭксКоБа-1. Капитан супер-дредноута "Принцесса Глубокой Пустоты".

Каалуси ла Фаррази — одушевленный ИИ супер-дредноута "Принцесса Глубокой Пустоты". Подчиненная Энцио.

Рэндар Пожирающий — Рыцарь-Монстр, Паладин Бастиона. Один из старших офицеров ЭксКоБа-1.

Прима Инджени — подчиненная Рэндара. Один из офицеров ЭксКоБа-1. Отвечает за разведку и тактическое планирование.

Карлсонис — старый пламенный дракон. Немного "течет чердак". Последователь Граора. Приписан в качестве старшего офицера к тяжелому линкору прорыва "Парадигма Ярости".

Грух до Грах, Большой Бабах — капитан тяжелого линкора прорыва "Парадигма Ярости". Последователь Граора.

Кус-Ти-Ши — капитан и, по-совместительству, ИИ линкора-матки Стальных Крыльев К-356-Омега-8.

Рани Льюис — лидер "Красного" звена МД Стальных Крыльев.

Ирига Пакнарэль — второй пилот Льюиса.

Лоргус Ниф — оператор техномагического доспеха "Темный кварк", позывной "Чешир-лидер".

Флот "Дикие Котлеты

Кастрюля — что-то вроде адмирала "Диких Котлет", капитан линкора "Полтина".

Дайанис — помощник капитана Кастрюли.

Линкор "Барадур".

Миледи — капитан

Фик — первый штурман.

Глэр — второй штурман

Еремий — канонир

Освальд — навигатор

Латунь — ИИ.

Краториссисрох Шенлажссеррос "Шен"

ГЛАВА 194. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 5)

ТАНЕЦ АЛОГО ВО ТЬМЕ

1.

Я открыл глаза.

Простое действие. Но, блядь, какую же оно вызвало во мне бурю эмоций!

Просто открыть глаза и увидеть этот чертов каменный потолок и обеспокоенную мордаху Кальмарочки. Как ее там, кстати? Лило?

— Это что же там с тобой начальство делало, что ты за минуту мое имя забыл?

— Минута? — я почувствовал, как лицевые мышцы свело нервной судорогой.

Судя по реакции Кальмарочки, которая отшатнулась от меня как от прокаженного и агрессивно замахала щупальцами, морда лица у меня при этом получилась… по меньшей мере стремной.

Минута, да?

"Ты в порядке?" — раздался участливый голос Чешуйки.

"А ты в мою память загляни, рогатая, и скажи — могу ли я быть в порядке после того пиздоблядства, что мне эти божественные хари устроили?!"

"Кхм…" — раздался у меня в голове посторонний голос. — "Эти божественные хари могут и повторить".

— Сволочи вы, — хмыкнул я, блаженно потягиваясь прямо на полу и наслаждаясь ощущением собственного тела. — Первосортные божественные сволочи. Ну сломал какую-то железку, подумаешь?

"КАКУЮ-ТО ЖЕЛЕЗКУ?!" — взревел густым басом Граор прямо в мое многострадальное ухо. — "ЭТО, ХРЕНОПРИЕМНИК ТЫ ЕБАНУТЫЙ, БОЖЕСТВЕННЫЙ АРТЕФАКТ БЫЛ!!! С ДУШОЙ ИСТИННОГО БЕРСЕРКЕРА!!!"

— Да мне похрен, — огрызнулся я, поднимая глаза к потолку. — Засунуть нормального, здорового мужика на полгода в тело малолетней толстухи с престарелым озабоченным мужем — это совсем не то наказание, которое полагается за подобное! Да и вообще, хуйня это, а не божественный арт, если его простой смертный за минуту раздолбал! А если бы у меня крыша поехала от всего произошедшего?!

"Ой, чел, да не заливай…" — вмешался насмешливый хрипловатый голос, чем-то неуловимо напоминающий прокуренный бас какого-то джазмена.

Этот голос я теперь узнаю из тысячи тысяч.

— Мортэм, сууууука, — зашипел я, невольно скалясь.

У меня к этой сволочи появился личный счет.

Мало того, что он послужил одним из зачинщиков моей "кары", так этот выродок еще и являлся мне изо дня в день, откровенно подъебывая и насмехаясь. Мют вон хотя бы поддерживала и давала советы. Меньше я на нее из-за этого не злился, но и желания наложить богине здоровенную кучу в тапки тоже не испытывал.

— Кхм, — вмешался в мой мысленный разговор с божественными шутниками-затейниками вежливый кашель Лило. — Смертный… Давай я тебе головку немного поправлю, а? А то голоса в ней — это не совсем… нормально. Видимо, за время, пока я тебя штопала, мозг немного повредился и начались галлюцинации.

"Йоу, детка! Сама ты глюк! Граор, эта цыпа из твоих?"

— Да свалите уже из моей несчастной башки! — взвыл я, не выдержав. — Вам полугода было мало?!

— Подожди, ты же не хочешь сказать, что действительно общаешься с богами? — подозрительно прищурилась Кальмарочка.

"ЛИЛО АННА ФОН ЗАЛУЙТАЙЛО!!!" — взревел в левом ухе голос Граора. — "Я ТЕБЕ УЖЕ ВЫДАЛ ИНСТРУКЦИИ!!! ТАК КАКОГО ПЕНЧЕКРЯКА ТЫ ЖДЕШЬ?!"

Судя по тому, как стремительно расширились зрачки Кальмарки, а ее и без того бледная кожа приобрела пепельно-серый оттенок, она поверила. Сразу и безоговорочно.

— А тут не только старик Граор, — подлил я масла в огонь, ковыряя в слегка оглохшем левом ухе. — Еще засранец Мортэм, его сестрица Ауттэ, лапочка Мют и Старушенция.

— С… Старушенция? — пришибленно выдавила из себя Лило… фон Залутайло.

Интересно, это совпадение, или кто-то у нее в роду знатно постебался?

— Бездна, — широко оскалился я, поднимаясь на ноги.

А вот Лило села.

Похоже, мысли-то она читать умеет, но глубоко закапываться в воспоминания, в отличие от той же Чешуйки, уже нет.

— А что тебе вообще про меня рассказали? — поинтересовался я, разглядывая нервно шевелящую щупальцами девушку.

— Только минимум, — она посмотрела на меня как на неизлечимо больного придурка: со смесью жалости и опаски. — Что нужно проконтролировать выполнение задания одного немного необычного смертного.

— Немного необычного… — повторил я, припоминая всю ту поебень, что со мной случилась в последнее время.

"Андрей, у тебя точно все нормально?" — опять раздался голос Чешуйки. — "Я тут быстро просмотрела твои недавние… приключения".

"Да нормально все, не парься", — вздохнул я, поднимая руки ладонями вверх и внимательно их рассматривая. Все же отвык за субъективные полгода от собственного тела. — "В том, что меня засунули в своеобразное виртуальное пространство эти засранцы сознались почти сразу. Честно говоря, оторвался я по полной. Да и отдельное спасибо Мют, она регулярно прочищала мне мозги, чтобы с ума не сошел, да подробно объясняла за что они меня так "покарали". Если коротко, то игры с божественной маной имбецилам противопоказаны. Заодно заставили разучить пару трюков по ее контролю, чтобы опять не случился приступ самосожжения. Кстати, подруга дней моих суровых, не знаешь как подобный фокус провернуть самому? А то это же такой чит — закрыл глаза на минутку и свалил в астральные дали на полугодовую тренировку!"

"Губу закатай", — хмыкнула Чешуйка, хотя в ее голосе все еще слышалось беспокойство. — "Степень ускорения восприятия в астрале зависит от твоего мастерства работы с этим планом бытия. А чтобы создать настолько правдоподобный и большой иллюзорный мир нужно быть как минимум Старшим божеством, иначе просто пупок развяжется".

"А жаль", — вздохнул я и вернулся к реальности.

А в реале тем временем все так же сидела и молча пялилась на меня шокированным взглядом наша подруга с тентаклями.

Хм… может, ее по-быстрому того? Поиметь немножечко. Или хотя бы полапать. Пока в себя не пришла.

— Эй! — тут же возмутилась Кальмарочка, словно сбрасывая какой-то транс.

— Ну, твои проблемы, недотрога, — пожал я плечами.

Поскорей бы до моего маленького гарема добраться. А то соскучился по ним…

Так, а вообще, что я тут делал? А то подзабыл уже.

— Не знаю где мы и что вам тут было нужно, — шевельнула Лило щупальцами. — Но пока не сдашь тест Граора, то я тебя отсюда не выпущу!

— Стой, я же его завалил, — нахмурился я.

— ОН милостиво дает вторую попытку, — криво улыбнулась Кальмарочка и прямо с потолка, чуть не разрубив меня пополам, свалился новый металлический дрын.

— Чертов старикашка, — вздохнул я, осторожно трогая нос. Вроде бы цел…

Посмотрел себе под ноги.

В полу, воткнувшись в него чуть наискось, торчало… очередное нечто.

Нет, не топор. Но оружие, судя по дизайну, от того же производителя.

Двадцатисантиметровая рукоять, рассчитанная под двуручный хват. Гарды нет. А лезвие — это что-то с чем-то. Словно кто-то взял метровый металлический брусок с квадратным сечением, сантиметров по пять на сторону, после чего этот неизвестный кузнец, явно приняв каких-то грибочков, приварил к каждому ребру этого дрына по двухсантиметровому зазубренному лезвию. Ну и на конец, вместо стандартного жала, присобачил здоровенный шипастый шар.

Я даже затрудняюсь классифицировать этот шедевр. То ли меч, то ли дубина, то ли потомок дубины, которую изнасиловала толпа мечей…

— И что, мне снова надо вот это укрощать? — нервно дернул я глазом, подняв взгляд на Лило.

— Угу, — печально кивнула она. — И если не справишься, то шеф клянется, что на этот раз уже по-настоящему засунет тебя в тело безногой и беззубой портовой шлюхи.

— Бляяя… — почему-то я не сомневался в обещании Граора.

Сделает ведь. Он мне все мозги за это время выебал своими угрозами.

Я осторожно тронул пальцем рукоять этого странного меча.

Ничего не произошло.

Неужели мне решили подсунуть более-менее вменяемый артефакт?

Обрадованный, я уже уверенней ухватился за него рукой.

Ну и что же могло случиться? Правильно.

Меня опять наипали.

Рука словно приросла к рукояти, а сознание резко швырнуло куда-то вниз…

Прочухался я, как и следовало ожидать, в астральных далях.

Опять, мать вашу! Надеюсь, хоть не сдох.

Огляделся.

Нет, не сдох.

Вон слева висит мой замок. Вернее, его развалины.

А вот справа образовалось нечто новое. Небольшой такой островок черного цвета, в центре которого бил самый настоящий фонтан из алой жидкости. Методом гениальной дедукции мною было определено, что это была божественная мана Граора, стилизованная под кровь.

Как я пришел к такому выводу? Элементарно, Ватсон! От нее "пахло" как от маны Граора. Она ощущалась как божественная мана. И она соединялась тонкой струйкой с той частью моей души, висящей над руинами замка, в которой была здоровенная алая клякса силы Бога-Берсеркера.

К слову, ко мне от фонтана шла только одна струя, в то время как остальные густыми тягучими потоками стекали с островка вниз и рассеивались во мраке астрала.

Я, хоть и успел попривыкнуть ко всякой жести и просто укуренной херне, но от вида этого кровавого водопада невольно содрогнулся — настолько сильной от него веяло жестокостью и жутью. А еще сильнее мне стало не по себе, когда часть этой густой алой жидкости всколыхнулась и приподнялась над потоком.

Всплеск.

Летящие во все стороны капли.

И рядом с фонтаном силы появилось новое действующее лицо.

Огромная массивная фигура в черных доспехах, а-ля "Большой Злой Супер-Темный Супер-Властелин": куча шипов и рогов, скалящиеся черепа, сочащаяся прямо из доспехов кровь, глухой высокий шлем, в прорезях которого горят два холодных изумрудных огонька…

— Увижу такого в темной подворотне и за пять секунд нарожаю кирпичей на хороший замок, — резюмировал я, ощущая бегающие по астральной коже астральные мурашки.

— Я так полагаю, это душа, заключенная в том артефакте, — раздался рядом со мной негромкий шепот. Покосившись, я увидел висящую рядом Чешуйку. Она мерно покачивалась в пустоте астрала, помахивая здоровенными изумрудными крыльями, и не сводила напряженного взгляда с нашего гостя. — Опять ты сначала делаешь, а потом думаешь…

— В смысле? — не понял я.

— В прямом, — вздохнула она. — Кто тебя просил хвататься за рукоять? Для начала бы "оценил" артефакт, попробовал бы связаться с богами, прощупать его магией, потрясти эту бабу с щупальцами на предмет информации… Так нет же! Сразу тянешь руки к незнакомому мощному артефакту, потом творишь какую-то неадекватность, после чего удивляешься, за что это тебя тычут мордой в какую-то кучку!

— Виноват, исправлюсь, — скромно шаркнул я ножкой по "воздуху".

— Да тебя даже могила не исправит, — закатила глаза Чешуйка.

— Может быть, — пожал я плечами и неспешно полетел вперед, так как наш гость и не думал что-либо предпринимать. — Пошли, хоть поздороваемся с человеком.

— Что-то я сильно сомневаюсь, что это человек… — пробормотала дракошка, но за мной полетела.

На наше приближение стоящий по колено в потоках крови и истекающий ею же Темный Властелин отреагировал истинно по-королевски. То есть никак.

Кажется, ему вообще было глубоко похуй, что это за две мошки тут летают.

— Кхм! — прокашлялся я, пытаясь привлечь к себе внимание. Не вышло. — Уважаемый! Нет? Не уважаемый? Чувак? Друг? Берсерк? Дух? Дембель? Отрок? Идиот? Пидар? Казанова? Секс-машина? Черный Властелин? Навуходоно…

Дыц.

Ай.

— Ты чего? — спросил я у Чешуйки, потирая ушибленную, несмотря на всю свою астральность, голову.

— Иногда мне хочется тебя поджарить на медленном огне, — прошипела она.

— Ну так вперед! — обрадовался я. — Отжарь меня, красавица!

Дыц.

Ай.

— Кончай придуриваться и будь хоть немного серьезней! — уже не шипела, вполне себе угрожающе рычала дракошка, явно примериваясь, куда бы еще засадить свой маленький, но очень жесткий и тяжелый кулачок.

— Если бы я был "хоть немного серьезней", то давно бы уже умом тронулся, — вздохнул я, на всякий случай отлетая от этой изумрудной садистки чуть подальше. — Это у меня защитная реакция такая на все получаемые от жизни пиздюли!

— Вот только твоя "защитная реакция" генерирует половину из них! — между пальчиками Чешуйки забегали огоньки зарождающихся огненных шаров.

— И такое бывает, не спорю, — пожал я плечами и, пока девушка раздумывала какую часть моего астрального тела поджарить первой, полетел на сближение с продолжающей нас игнорить мрачной фигурой.

На то, чтобы не приземляться прямо в текущий поток кровавой энергии даже у меня мозгов хватило — завис в десятке сантиметров над ним, прямо перед нашим гостем.

Надо бы как-то с ним контакт наладить. Вот только этот Темный Властелин Всея Страпонов меня нагло игнорит, а до того, чтобы пытаться привлечь его внимание ударами по голове я пока не дошел. Но только пока…

— Кхам-кхам! — прочистил горло, собираясь с мыслями. — Слышь, чувак, район не попутал?

Ноль реакции.

— Месье, бонжур?

Опять тишина.

— Сударь, не будете любезны ответить?

Хм… Кажется, у него глазки немного поярче загорелись?

— О, Изумрудоокий воитель! Что привело тебя в мою обитель? — не знаю, какой черт меня за язык дернул, но это сработало.

— Я пришел по зову Силы, вырвавшись из лап могилы! — пророкотал мой гость из-под своей кастрюли густым и неожиданно красивым басом.

Мде.

И что, блядь, мне с ним стихами общаться? Граор, у тебя все последователи немного "ку-ку", или ты мне специально подсовываешь особенно неадекватные личности?

— Блин, как же зарифмовать… Ты дух меча, что Древний бог спихнул ко мне? Не хочешь снова… оказаться на коне?

Блядь, что я несу? Надеюсь, он не поймет это как-нибудь буквально?

— Я рад служить за реки крови, — пророкотала эта кастрюля в ответ столь пафосно, что у меня начало сводить скулы. — Я рад служить за крики боли. Что обещаешь для меня, Предвестник Бури и Огня?

— Обещаю кровь и пламя, обещаю смерти пир. Мы удержим наше знамя, пусть против будет целый мир!

Кажется, неплохо получилось. Правда, я не совсем понял, что сморозил…

— Тогда скрепим наш договор! Мое имя Иль-Сафор!

Стоящий передо мной дух впервые шевельнулся и негромким лязгом протянул в мою сторону тяжелую латную перчатку, покрытую шипами и сочащуюся тягучей алой жидкостью.

— Предвестник Бури я, Андрей. Мы трон построим из вражеских костей!

Потянувшись, я пожал лапу духа.

Надеюсь, этот парень будет более адекватен, чем старина Сайласс…

2.

Иль-Сафор — уникальный клинок мифического ранга. Лично выкован Саш-ал-Ра в Горниле Первородного Огня. Заключена душа Иль-Сафора — одного из легендарнейших берсеркеров Дас-ай-Нош по прозвищу "Кровавый Поэт".

Пассивный эффект "слияние с душой" применим только для несущих метку Дас-ай-Нош.

Пассивные эффекты:

"Связь душ" — заключив договор с новым владельцем, клинок остается верен ему до тех пор, пока один из них не сгинет в Котле Душ.

"Одушевление" — оружие обладает собственной душой и разумом и способно на самостоятельные действия.

"Презрение слабых" — оружие не любит слабых и не получает повреждений от вещей, чар, явлений или способностей ниже мифического ранга.

Активные эффекты:

"Разрушитель барьеров" — удар гарантированно разрушает любую преграду ниже его по рангу. Выше тоже разрушает, но уже не гарантированно.

Активация: фраза "Я твой дом труба шатал!" для зарядки и нанесения удара по нужной преграде.

Откат: сутки.

"Разряд" — усиливает кинетическую энергию удара. Степень усиления зависит от количества влитой маны

(Внимание! Количество энергии для каждой следующей степени возрастает по экспоненте!).

Активация: по желанию.

Откат: 10 секунд.

"Фаталити" — при ударе по серьезно раненому или слишком слабому существу есть шанс мгновенного и крайне жестокого убийства.

Активация: автоматически при ударе.

Откат: 1 секунда.

Оставшиеся эффекты будут доступны только по достижению 51+, 61+, 71+, 81+, 91+ значений во "владении мечом".

Внимание! Выполнено условие для специального эффекта!

"Призыв Иль-Сафора" — Древний Истинный Берсеркер обретает плоть и является на поле боя.

Активация: "Обещаю кровь и пламя, обещаю смерти пир. Мы удержим наше знамя, пусть против будет целый мир!"

Откат: 1 неделя.

Продолжительность: 1 час.

Внимание! Не рекомендуется использовать против простых смертных!

Серьезно. Не надо. Это как водородной бомбой тараканов глушить.

Понял, Буревестник? НЕ НА-ДО!!! Не тронь! Забудь вообще об этой способности!

Если что — я предупреждала.

***

Внимание!

Получены новые титулы!

"Криворукость божественного уровня!" — ты разрушил уникальный одушевленный артефакт наивысшего (божественного) ранга! Отныне ни один мастер не подпустит тебя к своему рабочему месту и не даст свое творение "на подержать".

"В душе я — лоли!" — ты выполнил эпический составной квест от целой плеяды бессмертных! Способность: "лолиформация" получена!

"Лолиформация" — активная способность божественного ранга.

Активация: фраза "Пи-пи-ру-пи-ру-би! Пони с рогом вас еби!"

Эффект: превращение в свою внутреннюю лоли.

Продолжительность: 1 час.

Откат: 1 сутки.

Внимание! Перед активацией просьба выключить мозг.

***

Я пролистал вот это вот безобразие и удрученно почесал затылок.

Мда.

Иль-Сафор — рулит.

А вот остальное можно закопать поглубже в недра памяти и постараться забыть как страшный сон. Особенно эту самую "лолиформацию". Вот честно, небожители, вы там не боитесь, что я когда-нибудь, через пару мульенов лет прокачаюсь и приду мстить? Нет, я не злопамятный. Просто я злой, а память у меня хорошая…

Ладно, с этим разобрались. С самим Илюхой можно побеседовать и позже. Сейчас меня больше интересует, что я тут забыл?

"Мечи", — напомнила мне Чешуйка. — "А также много-много золота, костюм Висаны и прочие радости жизни, которые пропали. И кстати, Базу эту сейчас должны грабить".

— А ведь точно! — хлопнул я себя по лбу, вытаскивая наружу кажущиеся теперь такими далекими воспоминания до моего отправления в иллюзорное царство имени меня.

Поднявшись, осмотрел помещение.

Если я правильно помню, то это моя комната. И она пустая — даже Кальмарочка свалила в туман, видимо, выполнив свое поручение. Надеюсь, мы еще встретимся…

Взявшись за рукоять Илюхи, я с некоторым трудом выдернул этот дрын из пола. Веса в нем, наверное, килограмм пятьдесят. А может и больше — я не особо разбираюсь, сколько сейчас могу поднять с моим показателем силы. Сколько там у меня уже? За семьдесят перевалило?

Но одно ясно точно — в долгой схватке им не особо помахаешь. Только если призывать для пары ударов против самых крепких гадов.

Тем не менее, сейчас этот довольно короткий клинок с шипастым шаром вместо жала был в узких коридорах бывшего убежища принцессы намного предпочтительней длинного Копья.

Но я его все равно отозвал — слишком уж тяжелая зараза. Напорюсь на кого-нибудь — тогда достану.

— Ладно, двинули… — пробормотал я и скользнул к дверям, привычно переводя сознание в режим стелс-пихоты.

Что ни говори, а привык я уже шляться по всяким подземельям и напихивать встречным перца со спины да в задницу.

***

Коридор встретил меня далекими криками и звуками капель.

Капала кровь. С потолка.

Пол был завален трупами. Разорванными, выпотрошенными, с частично срезанной кожей и развешанными по стенам внутренностями. Лежали все вперемешку — и люди Принцессы, и городская стража, и какие-то непонятные чмыри в латах с самыми бандитскими рожами.

Впрочем, мертвые люди все одинаковы.

Неподвижны и безмолвны. И если рядом нет некроманта или какого-нибудь темного артефакта, то еще и безвредны.

А вот того, кто способен сотворить подобное, безвредным точно не назовешь.

Интересно, это постаралась переродившаяся в монстра Василиса или Томирис? Судя по характеру ран, первая. Вот только о стиле боя второй я тоже ничего не знаю — не приходилось еще ее в деле видеть.

"Слева", — шепнула Чешуйка.

Я чуть перевел взгляд в сторону и едва не запрыгал от радости.

Мои гладиусы! И узелок с костюмом!

Грабители убежали недалеко — их встретили буквально в паре шагов от дверей и намотали кишки на собственное оружие, воткнутое в порванные глотки. Не самое приятное зрелище.

К сожалению, нашел я не все. Только гладиусы в ножнах, завернутый узлом костюм да сложенные в него Меч Света и Замок Лунной Принцессы. А вот все остальное имущество где-то сгинуло. Жаль, конечно, но… После полугода в шкуре принцессы, пусть и иллюзорной, но я как-то по-другому стал относиться к деньгам. И раньше-то не особо за ними бегал, а сейчас вообще смысла в крохоборстве не видел.

В этом мире спокойно можно прожить и в лесу, на подножном корме. А с моими талантами заработать копеечку на ужин тоже труда не составит. В крайнем случае, всегда можно влезть в дом побогаче и стибрить пару монет из сейфа.

Кстати, о монетах…

Срезав с трупов пару кошельков пожирнее, я их перетряхнул, выбросил всю мелочь и пересыпал золото в один из них, сунув в сооруженный из костюма узелок. Получилось там чуть больше двадцати золотых. Не мало, но и не много. В самый раз в качестве запаса на черный день.

Времени переодеваться не было, так что я просто пристроил свернутый костюм за спину, завязав рукава на груди. Клинки в этот раз пришлось цеплять к поясу — благо их сбруя позволяла такие манипуляции.

Двинулся дальше, стараясь ступать потише.

К сожалению, бальный наряд в качестве "одежды ассасина" был так себе — поскрипывал, короткие сапоги, напоминающие туфли, слишком клацали каблуками, а приталенная рубашка стесняла движения рук. Казалось, пару резких движений и вся эта парадно-выходная одежонка просто порвется…

До лестницы на следующий этаж добрался быстро — по пути просто никого не встретил. Из живых. А вот мертвых было — хоть жопой жуй, если у какого-то извращенца возникнет такое желание.

Этаж выше встретил меня примерно той же картиной.

Но вот крики стали громче — видимо наверху все еще шла заварушка. А вот кто именно буянит — Василиса или Вестница — оставалось загадкой. Но это только пока.

Скользнув по темной лестнице на еще один верхний уровень убежища, я наконец попал "в эпицентр событий". Все еще было ничего не видно, но вот все чувства, включая разные магические навороты, говорили о том, что впереди, в первом же широком зале, идет отчаянная бойня.

И да, судя по ощущениям, это была Томирис.

Можно было, конечно, выскочить из-за угла с мечом наперевес да ломануться… куда-нибудь. На кого-нибудь. Но что-то мне подсказывало, что не стоит.

"Наверное, мозг" — хихикнула моя чешуйчатая подруга.

"Иди ты", — фыркнул я, осторожно выглядывая из-за угла.

Полутемный зал. Пол и стены заляпаны человеческими останками. Бедняг словно огромной мухобойкой расплющило, неровным слоем размазав по поверхностям. Вонь страшная. Запах крови смешался со смрадом содержимого разорванных кишок и желудков. В углу стояло несколько человек, прикрывшихся отчаянно дрожащими щитами. Ребята явно были из городской стражи. На побелевших лицах — ужас. Из-под сбившихся шлемов торчат пряди седых волос. От них несет терпкой смесью из запахов крови, страха и мочи.

Перед людьми, перегораживая пути к отступлению, стояла Томирис.

Одежда девушки была заляпана кровью, словно у заправского мясника. А руки и ноги так вообще казались черными от ее обилия. Вокруг фигуры Вестницы вилось знакомое фиолетовое пламя, отбрасывая довольно жуткие тени, а из-под глухой повязки пробивался желтоватый свет…

Девушка пнула лежащую под ногой оторванную голову и та, просвистев в воздухе, шмякнулась об стену над дрожащими стражниками, размазавшись по ней с мерзким чавкающим звуком.

— Ну, кто следующий? — почти пропела Томирис чуть хрипловатым низким голосом. — Неужели больше не осталось храбрецов? Нет? Тогда может быть ты, Вестник?

Стоп, она что, меня спалила?! Как?! Мало того, что я ловок, скрытен и умел как помесь мангуста и ужа, так еще стою в темноте, где от Ауттэ идут бонусы! Да и стоит она ко мне спиной!

Получается, либо у нее восприятие перекачано, либо…

"Есть какая-то хитрая способность", — продолжила мою мысль Чешуйка. — "Вспомни, от кого ты получил "Жнеца" и чьей божественной маной сейчас пылает эта девица?"

"Мда, тут ты права, подруга".

— Так мы, вроде бы, на одной стороне были, — примирительно поднял я руки, выскальзывая из укрытия.

Она обернулась и посмотрела прямо на меня спрятанными под повязкой глазами.

Жуть. Не столь сильная, как от взгляда той же Бездны, но… Глазами Вестницы на меня сейчас смотрело явно не простое смертное существо. Если учесть, что фиолетовое пламя, что сейчас облизывало окровавленные конечности девушки — это от Мортэма, чтоб ему собственный язык жопой с кактусом сожрать, то желтое — это должно быть цвет другого покровителя. Но кого? Укура? Нет, ощущения совсем не те.

И вообще, такое чувство, что это не божественная сила, а что-то другое, но сопоставимое ей по ядрености.

"Чешуйка, мысли есть?"

"Возможно, какое-то проклятье", — неуверенно ответила дракошка. — "Но это не точно. Вселенная — слишком большая штука. Даже в нашей отдельно взятой галактике водится немало могущественных сил и помимо богов".

Мне невольно вспомнился Тайшеддэс и любимая басня узкоглазых нагибаторов про квакающую на дне колодца лягушку.

— Ты немного ошибаешься, брат Буревестник, — от Томирис отчетливо потянуло какой-то жутью и жаждой крови, но вот опасный желтый огонек, как и божественная мана, начали утихать. — Нам пока просто по пути.

— АААААА! — вдруг раздался вопль и один из забившихся в угол стражников с перекошенной рожей бросился на повернувшуюся к ним спиной девушку.

Идиот, что еще сказать.

Вестнице Смерти даже напрягаться не пришлось — один с трудом различимый для меня удар кулаком, фиолетовая вспышка и тело уже мертвого неудачника разлетелось кровавыми ошметками, словно разорванное изнутри динамитной шашкой.

Круть. Я тоже так хочу!

"Так в чем проблема, чел?!" — раздался в ухе хрипловатый обрадованный голос. — "Давай лапу, контракт подпишем и пользуйся! Будет кррррррууууто!"

"Иди нахрен, золотая рыбка", — отмахнулся я от этого засранца с жуткой улыбкой.

Томирис же, повернувшись к оставшимся стражам лицом, на секунду задумалась, после чего махнула рукой.

— Валите.

Короткое слово. Но сколько же радости оно способно доставить людям.

Громыхая по каменному полу латными сапогами, остатки нападающих ломанулись прочь со скоростью несущегося вниз рейтинга пиндосского политика, ляпнувшего в прямом эфире, что ку-клукс-клан — это лучшее, что случалось с ниггерами.

Судя по моим сканирующим системам "Жопа-чуй-чуй 3000" и "Жнец-цап-цап 500", это были последние живые люди в убежище. Где-то наверху, скорее всего вокруг выхода на поверхность, толпились какие-то войска, но вниз они спускаться явно не спешат.

— Ну и что дальше? — поинтересовался я, глядя на окровавленные руки девушки, которые она скрестила на груди.

"Да ну?" — ехидно поинтересовалась в ухо моя личная чешуйчатая совесть.

Ну ладно, на сиськи я опять пялюсь. Тебе легче от этого?

— Откуда я знаю? — пожала плечиками Томирис. — Ты у нас лидер, вот и командуй.

Опять все валят на мою больную головешку…

— Только сначала ответь на один вопрос, — продолжила Вестница и по моей коже вновь забегали нехорошие такие мурашки. — Тебе знакомо имя Гувтарус?

— Впервые слышу, — честно ответил я.

Томирис несколько секунд разглядывала меня из-под повязки, вызывая ощущение бегающих по коже муравьев. Блядь, у этой бабы взгляд как у рентгеновского аппарата! Ощущаю себя как та лягушка, которую растянули на столе садисты-студенты и самый криворукий из них, вооружившись скальпелем, примеривается как бы получше вскрыть мне брюхо…

Наконец она фыркнула и тряхнула черными волосами, собранными в длинный хвост.

— Допустим, это так… Если услышишь это имя вновь, дай мне знать.

— Обязательно, — пообещал я.

Девушка вздохнула, с хрустом размяла шею и вновь выжидательно уставилась на меня.

А что я? Я ничего.

"Кончай придуриваться и думай что делать дальше!" — тут же получил ментальную затрещину от своей чешуйчатой паразитки.

"Как ты меня назвал?!"

"Зеленоглазой умницей, красавицей и просто лапушкой!" — улыбнулся я.

Ладно, шутки-шутками, но делать что-то надо.

— У нас есть два пути, — поскреб я непривычно гладкий подбородок. — Либо наверх, с боем прорываться через кучу стражи. Либо вниз, по-тихому пробежаться через канализацию. Я думаю, что разумнее будет пойти вниз.

— Рада слышать, — оскалилась Томирис, у которой уже окончательно погасли все ее божественные спецэффекты и она начала заваливаться вперед. Причем не меняя позы и выражения лица.

Я на автомате скользнул вперед и поймал барышню на руки.

— В отключке, — резюмировал я, глядя на обмякшую тушку.

"Эй! Ты куда уже руками полез?!" — тут же возмутилась Чешуйка.

"Проверяю пульс", — ответил я.

"На груди?!"

"Ну, сердце же там?"

Вдоволь полапав внушительные дойки, я действительно произвел быстрый осмотр. Благо, навык "полевой медицины" и студенческое ОБЖ заложили достаточные для этого знания.

И состояние этой самки терминатора я оценил как откровенно хуевое: переломаны все пальцы, куча синяков и ссадин, прерывистое дыхание, легкое обезвоживание, сильное переутомление…

Короче, еще одно подтверждение того, что мне вдалбливали целых полгода: божественная мана смертным не игрушка.

Влив в рот девушке одну из склянок с зельем Хомы, я закинул ее на плечо и отправился на уровень ниже, где был тайный проход в городскую канализацию.

3.

— Свобода!

"Тише ты!"

"Да ладно, все равно никто не слышит", — фыркнул я, но вопить на весь переулок прекратил.

Ну не смог не порадоваться маленькому счастью — эта городская канализация у меня уже в печенках сидит. Казалось бы, полгода ее не видел, должен был соскучиться… Ага, щазззз!

Вонь. Нет, не так. ВОНЬ!

Примерно так, только раза в три слабее, пахло, когда я случайно на месяц забыл на балконе плотно закрытую кастрюлю с супом, а когда ее обнаружил, сдуру открыл крышку…

Впрочем, в переулке пахло не намного лучше.

Усадив все еще не пришедшую в себя Томирис у стены, размял затекшее плечо и полез ставить на место тяжелую решетку, а то мало ли какая дрянь полезет следом. После этого вновь закинул девушку на плечо и, придерживая ее рукой за упругую задницу, начал по стене забираться на крышу дома.

Задачка оказалась та еще, но перекачанная ловкость позволяет вытворять и не такие трюки.

Влез.

Осмотрелся.

Выматерился.

Судя по тому, что часть города горела, в другой высилось какое-то странное сооружение, а по улицам с факелами словно муравьи под спидами носились стражники, то мои ребята накосячили везде, где только можно.

Надеюсь, хоть сами живы остались…

"Что делать будем?" — раздался в ухе голос Чешуйки. — "Собираем отряд и…"

"Долго", — поморщился я, глядя на возвышающуюся на фоне зарева пожара мрачную громаду замка.

"Стой, ты что, хочешь залезть туда в одиночку?! Совсем мозги отбил?"

"Ну почему же?" — усмехнулся я. — "Стража вон носится по городу со скипидаром в задницах. Среди них куча гвардейцев. Все ищут зачинщиков диверсий и улизнувших из убежища предателей Короны. Готов на собственный хер поспорить, что сейчас в замке осталась хорошо если половина от нормального гарнизона".

"Считаешь местного монарха таким идиотом?" — скептически фыркнула дракошка. — "Будь это правдой, он бы долго на троне не удержался".

"А сейчас его, типа, не свергают?" — улыбнулся я. — "Плюс, мне тут пару новых козырей подогнали, так что должен справиться".

"А если нет?" — все не унималась Чешуйка.

"Тогда я просто сдохну", — флегматично пожал плечами.

Поднявшись на ноги, подошел к лежащей на спине Томирис и похлопал ее по щечкам.

— Красавица, подъем.

По моей многострадальной шкуре тут же пробежался знакомый озноб, говоря о том, что Вестница открыла глазки.

— Где мы? — к ее и без того хриплому голосу прибавились откровенно скрипучие нотки.

— На крыше какого-то дома, — пожал я плечами. — Рядом со стеной купеческого квартала.

— Ясно… — Томирис с тяжелым стоном села и медленно разжала-сжала уже восстановившиеся, но все еще непослушные пальцы.

— Ты давай, приходи в себя, а я пока переоденусь, — зевнув, я сделал пару шагов в сторону и начал стягивать парадно-выходной прикид.

Что ни говори, а мне в нем просто неуютно. Зато стоило влезть в привычный костюм Стражей Висаны, так словно рассольчика по-утру после попойки хлебнул!

С наслаждением запихав дорогущий бальный наряд в трубу дымохода, я потянулся и принялся затягивать все ремешки и пристраивать за спину сбрую с гладиусами.

Собственно, в этот раз снаряга оказалась непривычно легкой — пропал весь "золотой запас" из пояса, дополнительное оружие в виде кинжала и метательных игл, да прочие навороты. Сейчас при мне были только сам костюм, пара клинков, пара оставшихся склянок с "зельем от Хомы", да повешенные на пояс Меч Света и Замок Лунной Принцессы.

Все, готов!

— Ты там как? — уточнил я у Томирис.

— Не круто, — честно призналась она.

Девушку била заметная дрожь, да и выглядела она намного бледнее обычного.

— Тогда отдыхай. А я побежал сводить старые счеты.

— Удачи, брат-Вестник, — слабо улыбнулась она.

— И тебе… сестра.

Не знаю, почему я все же ее так назвал. Но сейчас это не имеет большого значения.

Разбежавшись, перепрыгнул на соседнюю крышу. Оттуда — быстро спустился в темный вонючий переулок.

— А мы уйдем на север, а мы уйдем на север, — почему-то вспомнились слова одного шакала. К ситуации не подходили совершенно, но… что-то на ностальгию пробило.

"У тебя хоть план есть, гений?" — влезла Чешуйка. — "Или как всегда?"

"Конечно есть!" — возмутился я. — "Пробраться в замок, ебнуть утырка и свалить".

"Как всегда", — вздохнула дракошка, а я почти наяву увидел, как она прикладывает лапку ко лбу. — "Папа, пусть твоя душа получит достойное перерождение, но никого более адекватного ты найти не мог?"

"Какой есть", — фыркнул я…

***

Путь был неблизкий, но канализацией в этот раз я пользоваться отказался чисто из принципа. Да, благодаря Ауттэ я знаю эти катакомбы как свои пять пальцев. Да, там по-любому нет столько патрулей, сколько сейчас носится по улочкам города.

Но!

Я уже терпеть не могу этот въедливый запах городских отходов!

"Кстати, о патрулях", — задумчиво сказала моя чешуйчатая подруга, когда я, свернув в переулок и нырнув в тень, пережидал проход очередной пачки фэнтезийных вояк. — "Тебе не кажется, что их стало меньше?"

"Нихрена", — честно признался я, поскольку даже примерно не представлял, сколько их должно быть в таком случае.

"Явно больше, чем сейчас ходит по городу", — без труда прочитала мои мысли дракошка.

"Слушай, а ведь из тебя получится охрененная жена".

"Это еще почему?!" — в ее голосе я отчетливо уловил нотки паники. — "Ты это сейчас о чем вообще?!"

"Ну смотри", — усмехнулся я. — "Ты читаешь мои мысли, прекрасно знаешь все мои наклонности и желания и, тем не менее, не пытаешься сбежать, поджав хвост, а терпеливо возишься с неразумным самцом. А то, что иногда подзатыльники отвешиваешь, это нормально. Другая бы давно уже прибила".

"Это потому, что бежать мне особо некуда", — взяв себя в руки, фыркнула Чешуйка. — "Да и потом, становиться еще одной девочкой в твоем гареме я не намерена. У нас чисто партнерские отношения, причем, только до тех пор, пока не найдется адекватный способ окончательно снять с моей души Метку Судьбы. И вообще… ты не в моем вкусе, отморозок небритый".

"Сегодня я как раз бритый", — хмыкнул я, выныривая из тени. — "Все, кажется можно двигать…"

В следующую секунду ко мне на плечо легла рука.

— А вот я так не думаю.

Голосок юный, даже не женский, а скорее девчачий. Вот только интонации вкрадчивые до жути. До дрожи в коленках.

Стоял я в темном переулке. Узком, грязном и вонючем. Тут бы едва разминулось три человека, но вот мне места более чем хватало. До сих пор.

Как только раздался этот голосок, у меня появилось стойкое ощущение того, что тьма вокруг буквально давит, не давая не то что шевельнуться, а даже вздохнуть!

И это была не привычная темнота, а именно что-то хищное, темное, голодное и жутко… злое. Не по природе своей. А злое именно на меня. Злое настолько, что хотело разорвать мою тушку на тысячи маленьких бедненьких Андреек, а потом поочередно заставить их жрать друг друга.

Только что ко мне подкрался ПИЗДЕЦ.

Именно так. Самыми большими буквами.

БОЛЬШОЙ ЗЛОЙ ПИЗДЕЦ.

Я медленно обернулся.

Никого.

Не понял?

— Я внизу, — раздался раздраженный голос.

Опустил взгляд.

Миловидное детское личико с белоснежной кожей.

Пухленькие алые губки, искривленные в саркастической ухмылке.

Стройное маленькое тельце, прикрытое пышным черно-белым платьем с огромным количеством рюшечек-цветочков.

Черный чепчик с белой живой розой.

Черные ботиночки с закругленными носками.

Да-да. Именно так.

Передо мной во всей красе стояла, едва доставая мне макушкой до пупка, классическая готик-лоли, мечта всех узкоглазых педобиров.

Маленькая и чертовски миленькая.

Вот только неестественно большие глаза этой крохи прямо таки светились в темноте ровным кроваво-красным сиянием.

— Гот-гот, лоли-лоли? — невольно пробормотал я.

Глазки лольки недобро сощурились, а в следующий миг моя многострадальная тушка куда-то провалилась.

И пришла БОЛЬ.

Не знаю, сколько я пробыл в темном, влажном месте, мягкие стенки которого плотно обволакивали мое тело, но это ощущение я не забуду никогда!

Не пошевелиться и не вскрикнуть. Даже оружие не призвать — оно тупо не появлялось.

Я мог только ощущать, как зеленоватая слизь медленно разъедает мое тело, как вытекают глаза и растворяется нос, как слезает кожа и размягчаются мышцы. Как трещат кости и жизнь покидает тело с неспешно вытекающей кровью, которая тут же жадно впитывается мягкими стенками… желудка.

МЕНЯ, БЛЯДЬ, ПЕРЕВАРИВАЮТ ЗАЖИВО!!!

АААААААААА!!!

***

Пришел в себя я лежа на земле.

Все тело было целым, но чудовищно болело и чесалось, а живот терзало жесткое ощущение голода. Все эти симптомы были мне хорошо знакомы — именно так себя ощущает организм после процедуры быстрой регенерации. Не чар исцеления, когда в тебя вливается чужая сила, а именно регенерации, когда тушка восстанавливается за счет собственных ресурсов.

Сел.

Огляделся.

Какой-то сад. Меня окружают то ли яблони, то ли еще какая-то хурма — я их не особо без плодов различаю. Сквозь густую листву едва пробивается лунный свет, а за стволами видно высокий каменный забор и какой-то особняк.

Ну а рядом со мной, прислонившись спиной к дереву, стоит все та же лоля и злобно сверкает алыми глазками.

— Ну как, понравилось в моем желудке, Буревестник? — спросила она. Недобро так спросила. Явно намекая на повторение аттракциона.

— Не очень, — честно признался я, пытаясь унять бьющую тело дрожь. — А ты кто?

— Ах, так ты еще и не поооооонял… — протянула девочка, и тени вокруг нас буквально забурлили.

В следующий миг не стало ни сада, ни особняка за ним. Был только крохотный пятачок земли, на котором сидел я. А вокруг стеной скалились черные морды, словно вылезшие из кошмаров товарища Лавкрафта. Их горящие алые глаза смотрели прямо мне в душу, буквально выворачивая наизнанку и заставляя ощущать себя единственным ящиком водки на свадебном столе…

— Тайшаддэс? — я встречал только одно существо с подобным давлением и такими "особыми приметами".

— Угадал, смертный, — стена скалящихся теней расступилась и я увидел отряхивающего юбку древнего монстра.

— А почему в таком… виде? — я на всякий случай приготовился призвать Копье и Меч, хотя и понимал всю тщетность и смехотворность подобного сопротивления. — И за что ты на меня так взъелся?

Лицо прелестной девочки на миг исказилось, представ жуткой мордой с оскаленными игловидными зубами. Впрочем, через секунду она вновь мило улыбалась.

Вот только моей жопе стало резко некомфортно сидеть на паре кирпичей.

— Укура в этот мир кто вызвал? — ласково пропел монстр, делая шажок вперед.

— Эм… — очень хотелось соврать. Вот только он, судя по всему, уже знал правду. А если сказать "я", то меня в порыве чувств могут опять начать переваривать. Поэтому решил поступить по-еврейски. — Это он тебя так?

— Угу, — кивнул монстр и задумчиво постучал пальчиком по подбородку. — Знаешь, я, пожалуй, еще разок тебя проглочу…

Ам.

ААААААААА!!!

***

Внимание! Получен новый титул!

Вернувшийся из-з-ада — ты познал на собственной шкуре чувства бедного бифштекса!

Способность "не перевариваемый" получена!

"Не перевариваемый " — пассивно-активная способность легендарного ранга.

Пассивный эффект — повышенное сопротивление кожи желудочному соку и различным кислотам.

Активный эффект — ты начинаешь выделять вещество, вызывающее рвотные позывы даже у тех, у кого их в принципе быть не может.

Активация: фраза "Я не вкусный!"

Радиус: 100 метров.

Продолжительность: пока не проблюются.

Откат: 1 сутки.

***

Система… Вот иди нахрен. Честно. Второй раз уже за эту чертову ночь награждаешь какой-то мутной хуетой…

Открыл глаза.

Все еще темное небо. Ночь и не думала кончаться, хотя казалось, что с ее начала прошла уже целая вечность.

Я сел и осторожно себя ощупал.

Жив, цел, орел…

"Ощипанный", — съязвила Чешуйка, после чего уже более участливо поинтересовалась. — "Ты как?"

"А как может чувствовать себя человек, которого только что дважды прожевал, проглотил, почти переварил, выплюнул и, судя по всему, подлечил древний монстр?" — глядя на собственные дрожащие конечности, спросил я.

"Боюсь разрушать твои иллюзии, но он тебя не выплевывал", — раздался сочувствующий голос Чешуйки. — "Ты прошел… полный путь".

Слов нет.

Даже матерных.

Зато появилась еще одна зарубка на доске моих долгов. Убить или ранить подобное чудовище я и через столетия бесконечного кача вряд ли сумею, но вот в тапки при случае точно насру.

"Он тебе еще сообщение оставил", — вновь влезла в мои мысли дракошка. — "До рассвета три часа. Ты находишься в пустующем сейчас поместье квартала аристократов. Через час Хранитель вышвырнет Ньярлота прямо в центр главного внутреннего двора королевского замка. И либо ты убьешь тварь там, либо она в конце-концов достанет тебя из теней, потому как Тайшаддэс больше с ним помогать не намерен".

— Какой обидчивый тип, — вздохнул я, поднимаясь с земли и разминая ноющее тело. — Я вот вообще полгода в шкуре лольки скакал и ничего. Причем там была страшенная свиноматка…

Продолжая негромко ворчать себе под нос, трусцой пробежался к стене, окружающей территорию заброшенного особняка, и взобрался на нее.

Открывшийся вид не предвещал ничего хорошего.

Потому как прямо перед стеной, на которой я опрометчиво выпрямился во весь рост, стояла другая стена. Из щитов.

Человек двести пехоты.

Тяжелые латы с белыми накидками, разукрашенные в красно-белые цвета щиты, блестящие в свете факелов копья с алым плюмажем… Короче, настоящие рыцари-храмовники, за спинами которых выстроились аскетично-тощие священники в простых серых рясах.

И только тут я, наконец, осознал, что все время с момента прихода в сознание мою задницу буквально разрывало пополам крайне нехорошее предчувствие. Оно было настолько сильным, что казалось еще чуть-чуть, и вырвется из своей законной обители, чтобы набить морду глуховатому хозяину.

Но у хозяина было весомое оправдание — меня только что дважды сожрали, переварили и… а вот про это "и" я думать совершенно не хочу! Так что на тревожные звонки со стороны тетушки Интуиции мой мозг класть хотел, пребывая в состоянии глубокого депрессняка.

— ВОТ ОНО!!! — заверещал самый высокий мужик в рясе. — ВОТ ЭТО ИСЧАДИЕ ЗЛА, ОТРЫГНУТОЕ САМОЙ БЕЗДНОЙ!!! УБЕЙТЕ ЕГО, БРАТЬЯ!!!

"Ну, технически, не Бездной, и совсем не отрыгнутое…" — пробормотала Чешуйка.

— Да похуй, — оскалился я, призывая в правую руку верную мифическую палку-пырялку. — [Щас будут бить морды]…

ГЛАВА 195. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС

(ЧАСТЬ 6)

КОРОЛЕВСКИЙ ТАНЕЦ

1.

Абилка сработала.

Жаль, конечно, один из козырей, но лучше так, чем рвать жопу против двух сотен отборных храмовых воителей при поддержке кучи священников. До "нерфа", да под берсой, я бы еще мог попробовать, но сейчас… Номер даже не дохлый, а смердящий мертвечиной, как городская канализация во время зомби-апокалипсиса.

Стена из щитов рассыпалась словно карточный домик, и стоящие передо мной люди кинулись в бой… друг с другом.

Уж не знаю, что и как выворачивает эта классовая способность, но применял я ее всего один раз и был в тот момент не совсем в адекватном состоянии, так что не мог с уверенностью сказать, что запечатленное в моей памяти не есть плод больной фантазии контуженного по-жизни мозга.

Так вот, теперь могу.

Весь тот сюр, что творился в бандитском притоне — чистая и незамутненная никакими глюками правда. Попавшие под воздействие способности люди просто слетели с катушек и бросились друг на друга кто с чем.

На небольшой площадке перед стеной особняка в свете луны и факелов разразилось настоящее побоище. Люди, еще секунду назад бывшие верными соратниками, сейчас с искаженными яростью лицами и истекающими тьмой глазами увлеченно потрошили друг друга, изливая на камни мостовой потоки крови и кучи потрохов. Пока я рывком сокращал дистанцию до распавшегося строя, мозг фиксировал только отдельные картины. Вот один из латников с размаху вгоняет кинжал в бок соседа, зубами вгрызается в глотку другому и сам получает лезвие меча в спину. Удар столь страшен, что пробивает прочную кирасу и глубоко погружается в тело, в то время как рука напавшего, молодого паренька, с хрустом сгибается под неестественным углом, ломаясь от приложенного в порыве ярости запредельного усилия. Вот стоящий позади строя священник с размаху проламывает череп лучнице и продолжает бить ногами упавшее тело, пока его самого не обезглавливает удар меча…

В первые ряды дерущихся врубаюсь на полном ходу, пробивая длинным копьем сразу троих. Они рассыпаются черным жирным пеплом, а на мостовую падают пустые доспехи.

Подныриваю под удар меча какого-то усатого мужика. Его шлем сорван. Левая рука кончается кровоточащим обрубком. Половина лица — жуткая рана. Но он скалит кривые желтые зубы и смотрит на меня глазами, полными ярости и клубящейся тьмы, что мутит рассудок и не дает отличать вымысел от реальности.

Выпускаю из рук Копье, которое тут же выпадает из реальности, перемещаясь куда-то в астральное пространство моей души, а в правой руке появляется Иль-Сафор.

Длинная рукоять без гарды и толстый квадратный клинок с ребрами-лезвиями, что оканчивается не жалом, а шипастым шаром. Я до сих пор не уверен, к чему это "чудо-юдо-рыба-кит-что-на-дереве-сидит" относится больше — к мечу или дубине.

Пока в глубинах сознания проносятся эти не слишком уместные мысли, с размаху припечатываю голову усатого храмовника тяжелым клинком. Чувствую, как через руку в оружие ушло немного маны. Метровый меч-дубина проламывает голову человека, словно мокрую картонку. Но на этом не останавливается. Не может остановиться. Руку просто тянет следом, за проваливающимся вниз тяжелым клинком, который разрывает плоть и кости человеческого тела с той же легкостью, что и обычный воздух. Удар прерывается только тогда, когда шипастый шар на конце с искрами втыкается в мостовую.

Будь это обычный, пусть и тяжелый, но меч, то тело несчастного бы просто рассекло напополам. А в данном случае, я имел сомнительное удовольствие лицезреть практически в "слоу-мо", благодаря высокой ловкости и восприятию, что происходит с телом человека, на которого сверху падает топорщащаяся четырьмя лезвиями рельса.

Кровь, осколки костей, ошметки мяса и потрохов разлетелись во все стороны, окатывая сражающихся вокруг людей тошнотворной смесью из человеческих останков и покореженной амуниции. Но больше всего, конечно, досталось мне.

Из-за такого эффекта тело на мгновение впало в ступор, пока мозг пытался как-то все это переварить. И за эту долю секунды я чуть было не лишился головы. Спас только рефлекс, заставивший в ответ на взвывшее чувство угрозы резко сместить тело в сторону, выпуская из рук "Кровавого Поэта".

Тяжелый двуручный клинок пронесся в миллиметре от моего плеча, обдав потоком воздуха, несущим тяжелый запах людской крови. Без особых изысков, просто бью нападавшего кулаком в искривленное оскалом лицо. Короткая вспышка силы и он превращается в черный пепел, а с тыльной стороны ладони довольно щурится глаз Йасасайха.

Ныряю в тень, пропуская сквозь себя сразу две стрелы и один бросок топора. Впрочем, все снаряды находят себе цели, обрывая жизни сражающихся вокруг людей.

Уже хотел вынырнуть обратно, но… решил просто пересидеть. Да, опыт и прогресс навыков, что можно было тут срубить — дело совсем не лишнее. Вот только за сегодня, чует моя задница, еще успею помахать клинками, так что силы нужно поберечь.

"Это что такое было?" — поинтересовалась Чешуйка, пока мы наблюдали из теней, как люди в припадке режут друг друга.

"Я думал, что ты там уже все мои мозги разобрала по болтикам", — хмыкнул я. — "Классовая способность. Буря Клинков, если мне память с печенью не изменяет".

"Жуткая штука", — пробормотала моя подруга.

"Вот тут я с тобой полностью согласен", — не стал возражать я, занося в склерозник, что эту способность в присутствии союзников использовать не рекомендуется. Перережут друг друга к чертям хомячьим. — "Вот только в описании было сказано, что она просто увеличивает вероятность драки, но никак не сводит людей с ума и не провоцирует подобную резню".

"А ты ничего странного сейчас не заметил? Например, в глазах этих людей?" — намекнула Чешуйка на то, что я и так уже понял. — "Силы Кхара и Древнейшей. В последнее время ты слишком часто пропускаешь их через себя. И они постепенно начали влиять на твои способности".

"Ты мне лучше скажи, чем все это грозит?" — вздохнул я, прислушиваясь к происходящему вокруг.

"Честно — не знаю. Я ни разу не слышала, чтобы кто-то из обычных смертных так долго подвергался влиянию Древнейшей и оставался в относительно здравом уме, не превратившись в какого-нибудь монстра".

"Вроде Касии?"

"Вроде Касии".

Мда.

А тем временем скоротечная схватка подошла к концу и я аккуратно вывалился в реальность.

Луна освещала картину побоища. Тишина. Запах крови, что уже въелся даже не в кожу, а в саму мою жизнь. Наверное, если я хоть на секунду остановлюсь и начну размышлять о происходящем, о том, сколько людей гибнет вокруг и куда катится моя скулящая и трясущаяся от страха душонка… то просто сойду с ума.

— …и Бездна начнет всматриваться в тебя, — пробормотал я слова одного умного мужика.

Вытащив гладиусы из ножен, тяжело вздохнул и быстрым шагом прошелся по залитой кровью мостовой, добивая выживших. Их было много. Очень много. Порядка полусотни. Израненных, полумертвых, но все еще тянущих руки друг к другу и ко мне, чтобы вцепиться во "врага" хотя бы зубами…

Безумие, которое прерывал удар черного гладиуса.

Выследить всех выживших было просто — чутье "Жнеца" безошибочно наводило на трепещущие души, вокруг которых уже смыкались темные лапы Древнейшей.

Уходил я с той небольшой площади в полной тишине, оставляя кровавые следы на каменной мостовой. Впрочем, вскоре и они исчезли, растворившись в темноте сгущающейся ночи…

***

— Тили-тили-бом, закрой глаза скорее, — пробормотал я, оценивающе глядя на высоченную стену замка с крыши одного из ближайших к нему особняков. — Кто-то ходит за окном и стучится в двери…

"Будешь взбираться?" — поинтересовалась Чешуйка.

"Буду", — кивнул я, прикидывая возможные маршруты. — "А потом нужно будет попасть на главный двор, ебнуть Ньярлота, после чего найти Короля и засунуть ему Копье в горло через анус".

"Не слишком у тебя богатая фантазия на кары", — хмыкнула дракошка.

"Так я и не палач, и удовольствия от чужих страданий не испытываю", — пожал плечами. — "Блин, как же туда забраться? Кажется, там стражей торчит больше, чем зубьев!"

"Ну, это уже сам решай!" — фыркнула Чешуйка. — "Не я предложила лезть сюда в одиночку".

"Предательница", — вздохнул я.

Тем не менее, делать было нечего. Не идти же через парадный вход?

Остается только понадеяться на собственную скрытность и начать долгий подъем на высоченную замковую стену. Интересно, сколько в ней метров? Пять? Шесть? Десять? Глазомер чего-то сбоит.

Скользнув к краю крыши, бесшумно спрыгнул с нее на балкончик второго этажа небольшого пустующего особнячка. Оттуда — на землю. И, перекатом нырнув в куст, быстро добежал до невысокого заборчика.

Этот особняк в качестве смотровой площадки выбрал не случайно — чутье подсказывало, что тут никого нет, причем уже довольно давно. Заброшен. Как и примерно половина подобных строений в квартале аристократов — далеко не всем было по вкусу сидеть в столице, когда она стала похожа на пороховую бочку, рядом с которой десять негритят играются с китайской пиротехникой.

Повезло, кстати, отыскать в зарослях местного сада бочку с дождевой водой и смыть с тела кровь, которая уже начала ссыхаться противной коркой…

Перемахнув заборчик, окружающий особнячок, сразу же нырнул в тень, выжидая пока мимо пройдет патруль стражи. Причем патрульные то тут не простые — сплошь гвардейские части в тяжелых латах да с парой магов в придачу. Если просто схоронюсь за стенкой, то могут и заметить, так что приходится каждый раз нырять в тень.

Выждав, пока доблестные стражи порядка протопают мимо, злобный агрессор-диверсант, представленный моей угрюмой харей, выполз на… нет, не на свет, а просто выполз из тени и змеей пересек последние улочки, плюхнувшись на брюхо в заросли на краю рва, что опоясывал замковые стены.

Кстати, прямое нарушение правил фортификации — насколько помню, вокруг рва и замка не должно быть никаких растений, чтобы умники вроде меня не могли подобраться незамеченными. Вот только местной доблестной страже, похоже, в лом все это выкорчевывать, поэтому берега широкого рва заросли хорошим таким кустарником и даже молодыми деревцами.

Принюхался. Прислушался.

Вроде магии никакой не ощущалось, следовательно, охранных чар быть не должно. Зато вот между лопаток явно чувствовался какой-то зуд, словно мне в спину кто-то смотрел.

Весьма нервирующее ощущение. И я бы давно уже бил тревогу и, заодно, в бубен смотрящему, если бы все та же жопная чуйка не подсказывала, что злых намерений этот наблюдатель не несет.

Вопрос только в том, кто это?

Кто-то из небожителей? Нет, вряд ли. Этих ребят я не ощущаю до последнего, пока они демонстративно не похлопают по плечу. К тому же в последнее время бессмертные повадились просто болтать мне прямо в ухо, если что-то вдруг нужно, или банально станет скучно.

Прикрыл глаза, постаравшись расслабиться и как можно более полно погрузиться в собственные ощущения.

Вот люди вокруг. Неясные серые огоньки. Ходят по стене замка. Патрулируют улицы города. Спят по домам. Дрожат по темным углам.

Вот животные. Крысы. Собаки. Кошки. Летучие мыши. Внизу, в канализации, жутковатая тварь схватилась с отрядом стражников, за каким-то хреном туда полезшим.

Это все хорошо, но не то.

Зато есть две очень и очень интересные точки. Одна зависла высоко в ночном небе. Вторая подбирается ко мне со спины. Даже удивительно, что эту "вторую" я засек только сейчас. Но, видимо, для перегруженного мозга это слишком.

— Прыгнешь на меня, оставлю тут, стеречь какой-нибудь куст, — негромко проворчал я, открывая глаза.

— Я и не собиралась, Хозяин, — сделала честные-честные глаза появившаяся из темноты Доська.

Впрочем, появилась она явно только для меня, так как подошла практически вплотную, едва ли не прижавшись ко мне тощим трепещущим тельцем, да и то оставалась какой-то полупрозрачной. Скорее всего, если бы не наша связь, то фиг бы я ее вообще заметил.

— Как прошло? — поинтересовался, припоминая, что хвостатая плутовка должна была приглядывать за ушастой парочкой во время какой-то операции.

Что там было конкретно, если честно, уже замылилось в памяти — хоть и было только накануне, но для меня прошло добрых полгода.

Хреновы бессмертные с их шуточками.

— Не особо, — скривилась Доська, махнув хвостиком и устраиваясь под раскидистым кустиком рядом со мной. — Но все живы и относительно целы. Задание тоже выполнено… в некотором роде.

— Да это уже не столь актуально, — усмехнулся я. — Надеюсь, хоть не в убежище отправились?

— Нет, — фыркнула плутовка, сверкнув желтыми глазами. — Спрятались во Внешнем городе, зализывают раны. А я пошла искать тебя.

Ну хоть с Егором и Юлей все в порядке. Блохастый братик нынешней тушки Дось тоже вряд ли пострадал — паренек оказался на удивление крепким. Другое дело, чтобы эти три калеки не вздумали нос высовывать из норы до утра. Надеюсь, у нашего ушастого начинающего мага хватит мозгов и терпения удержать свою импульсивную подружайку, а то только их трупиков мне для полного счастья не хватает…

— Хозяин, — вывел меня из раздумий голос Доськи.

— Что?

— В замок нужно, да? — захлопала та глазищами.

— Прям обосраться как, — кивнул я.

— И остальных ждать не будем? — уточнила плутовка с улыбкой. — И плана нет?

— Как всегда, — со вздохом признался я и посмотрел наверх, откуда плавно и бесшумно планировала на крышу ближайшего особняка едва заметная в ночном небе тень. — Но, кажется, что-то уже вырисовывается…

2.

— Убью… к Проматери… и потомков… Кузнецу… во веки…

— Ты чего там бормочешь, зубастая? — поинтересовался я, разбирая сквозь свист ветра только отдельные слова ругающейся Нокси.

— Смеррррртный… Когда-нибудь я сожру твои потроха, а кожу отдам отцу на какой-нибудь артефакт! — прорычала кошмарная тварь, чуть повернув массивную голову и сверкнув горящими во тьме огромными алыми глазами.

— Ну-ну! — усмехнулся я, обняв ее за шею и, не удержавшись, укусив за длинное ухо.

— ЯЙ! СМЕРТНЫЙ!!!

— Тише, услышат! — шикнул на тварь, продолжая жевать кончик жесткого органа слуха. — И вообще, завязывай шипеть, пикировать пора.

— Пи… пикировать?! — раздался сзади меня испуганный писк Доськи. — Я… Я не хочу!!!

— Гррр… — прорычала тварь Бездны и, сделав "бочку", сложила крылья, уходя в крутое пике.

Дось тут же вцепилась мне коготками в бока, кажется, проткнув шкуру до самой печени. Но мне было похрен.

Я наслаждался коротким ощущением полета на умопомрачительной скорости.

Как-никак, падали мы с километровой высоты. Прямо в центр сравнительно небольшого двора замка. А забрались на такую верхотуру просто для того чтобы нас лучники со стен не спалили.

План был прост как лом, и столь же тяжел для "поломки".

Пункт первый. Оседлать так кстати свалившуюся нам на головы Нокси.

Пункт второй. Взлететь повыше и перелететь через заборчик замка.

Пункт третий. Спуститься вниз, во двор, желательно при этом не привлекая внимания кирпичами, падающими из задницы Доськи.

Пункт четвертый. Приземлиться, не превратившись в полуфабрикат для шавермы.

Пункт пятый. Затихариться до появления Ньярлота.

Пункт шестой. Дать пизды Ньярлоту.

Пункт седьмой. Дать пизды Королю.

Пункт восьмой. Не отхватить пиздюлей от стражи, Ньярлота и Короля.

Пункт девятый. Выбраться из замка.

Пункт десятый. Найти какой-нибудь укромный уголок, где запереться на всю следующую неделю с Химэ, Акроней, Доськой, Элли и Нокс, прихватив гору бухла и закусона…

"А вот последнее было явно лишним", — проворчала Чешуйка, перебивая даже завывания ветра.

"Ничего, рогатая, и тебя вылечим…" — мысленно усмехнулся я, прикрывая лицо и как можно крепче держась за импровизированную сбрую из кожаных ремней и заклепок, что мы с Дось соорудили для Нокси за пару минут. Особой веры этому чуду кривых рук не было, но держаться за что-то все-равно надо было.

Пролетев примерно полкилометра таким образом, Нокс начала потихоньку расправлять крылья, уменьшая скорость спуска. В итоге, ближе к земле мы уже не пикировали, а бесшумно спускались. Причем практически вертикально, что заставило моего внутреннего физика едва не впасть в состояние "бешенства ботаника". Пришлось успокаивать его тем, что тут фэнтезийная хрень, а Нокси вообще никакая не птица-пальма-самолет, а самое настоящее чудовище самой настоящей Бездны, которое только и ждет случая, чтобы вцепиться в мою многострадальную задницу.

К счастью, пока мне удавалось успешно ее наебывать. Причем во всех смыслах.

"Смотрю, ты очень этим гордишься?" — проворчала Чешуйка.

"А то как же!" — улыбнулся я. — "Потихоньку собираю гарем из фигуристых красоток!"

"И побоку, что половина из них при желании способна спокойно оторвать тебе голову и утопить в крови средних размеров королевство?" — продолжила язвить моя внутренняя дракошка.

"Как говорил один занятный тип, у каждого свои недостатки", — вспомнился мне момент из старого черно-белого кино про переодетых мужиков в женской джазовой группе. К счастью, никто из моего гарема хер пока отращивать не собирался. И надеюсь, в будущем не станет, хотя от этого долбанутого мира всего можно ожидать…

Центральный двор был освещен и тоже патрулировался. Но, в отличие от тех же замковых стен, скорее "для галочки", чем всерьез: освещали его факелами и только входы-выходы из разных строений: конюшен, складов, какой-то башни, самих тяжелых ворот замка… А пара патрульных вяло ползала от одного факела к другому скорее чтобы просто заменить отгоревшие, чем всерьез занимаясь охраной территории. Судя по тому, что рожи у патрульных были совсем молодые, это должны быть новобранцы гвардейского корпуса, которые либо недостаточно тренированные, либо пролезшие туда "по блату". Ну и, соответственно, ими и заткнули самые "безопасные" дыры, пока основные силы гвардейцев носятся по городу в попытках поймать мой скользкий зад.

Мы бесшумно спланировали в темный проулок между двумя каменными складами.

Как только Нокси села на землю, она повернула голову и так на нас зыркнула, что Дось кубарем скатилась с ее тушки, тут же растворившись в темноте, а я сглотнул, невольно почувствовав себя чихуа-хуевиной на празднике некро-педо-зоофилов.

— Спокойней, милашка, — прошептал я, примирительно улыбнувшись. — Хорошая девочка… Можешь завтра мне тапочки не приносить.

"Ты не исправим…" — вздохнула Чешуйка.

— Ухххххо… — прошипела-проухала Нокси, скаля несколько рядов острых игольчатых клыков пасти столь широкой, что моя тушка легко пролезет целиком.

— А? — я посмотрел на свою руку, в которой продолжал рефлекторно сжимать длинное ушко твари. — А, это ухо. Все, все, отпускаю.

Поведя крупом, Нокси легко скинула меня со спины и сложила огромные крылья двумя компактными буграми на спине, наводящими на мысли о том, что, либо там совсем нет костей, либо их очень-очень много, либо… либо я чего-то сильно не понимаю.

Фыркнув, Ужас практически растворилась в темноте, оставив даже для моих чувствительных глаз с перекачанным восприятием лишь темный силуэт и пару горящих алых буркал, которые, впрочем, тут же спрятала за опустившимися веками.

— Х… Хозяин… — раздался чуть в стороне, у стены склада, тихий полустон-полувсхлип. — П… простите…

Тааааак! А вот это мне совсем не нравится!

— Дось, что с тобой? — обеспокоенно прошептал я, осторожно двинувшись туда, где ощущал присутствие скрытницы, перебирая в уме все возможные варианты и на всякий случай даже отдав команду Саси быть наизготовке и ловить, в случае чего, душу плутовки. — Ловушка? Сигналка? Яд?

— Укачало… Буээээээ…

Бляяяя…

***

Так-с…

Не без эксцессов…

"Надо же, какие слова знаешь!"

Чешуйка, не перебивай тяжкие думы Вождя Народа!

Так вот… Не без эскессов… бля, эксцессов мы таки попали на территорию двора королевского замка. И не надо мне в ухо ржать!

Осталось только затихариться и дождаться, когда товарищ Тайшаддэс вытолкнет своей тощей лоли-задницей Ньярлота из теней прямо сюда. В общем, все тихо-мирно идет по пла…

— Кто здесь?!

Бляха-муха. Да чтоб тебе, имбецилу любопытному, раки в сраку строем занырнули!

У входа в образованный двумя складами узковатый переулок стоял молодой гвардеец с факелом и, высоко поднимая свой осветительный прибор, с суровой моськой вглядывался во тьму.

Я, недолго думая, нырнул в тень… и сразу же оттуда вылетел пробкой, едва не лишившись хера вместе с ногами! Какая-то змеевидная тварь чуть не отгрызла мой второй по ценности орган! Да и вообще, на другом плане творилась какая-то невероятная свистопляска из бурления сотен монстров — видимо, Таящийся взялся за дело всерьез, попутно вместе с Ньярлотом выдавливая в реальность целый ворох зверушек калибром поменьше! Только так можно было объяснить присутствие такого числа крупных монстров тени в пограничном слое реальностей, куда я нырял.

Да, за полгода в иллюзорном мире я никаких навыков и прочего не получил, но вот изрядно нахватался знаний о всякой херне от зудящих в оба уха небожителей.

А мальчишка тем временем поступил как настоящий герой… из дешевого ужастика. То есть, храбро двинулся вперед, наплевав на товарищей, здравый смысл и прочую поебень.

За что и поплатился соответствующим образом — когда до моей жмущейся к стене узкого проулка тушки оставалась пара шагов, на него сверху упала Нокси.

Не было даже вскрика. Просто голова несчастного целиком исчезла в пасти монстра. Короткий хруст, брызнувшая кровь и шорох бьющегося в конвульсиях на земле тела, из обрубка шеи которого хлестала густая алая жидкость…

Упавший нам под ноги факел был тут же затушен тяжелой лапой монстра.

— Плохо дело, — раздался тихий шепот Доськи. — Хозяин, сейчас замковый кристалл оповестит всех о смерти одного из защитников.

— Твою мать… — выдохнул я, с укором глядя на Нокс. — А просто оглушить его нельзя было?

В ответ чудовище лишь оскалило серые окровавленные клыки, меж которых еще свисали обрывки кожи и куски шлема.

Мда.

Тем временем со стороны замка уже слышались топот, брань и бряцанье оружием — из огромных двустворчатых дверей центрального входа высыпала сотня закованных в латы гвардейцев.

Прелестно, бля. Попали как те копы в Голубую Устрицу. И, чую, примерно то же со мной эти ребята и собираются сделать. Вот только для начала меня еще нужно будет найти… Хотя нет, не так!

— Нокси, — я поймал уже было ломанувшуюся вперед тварь за хвост, чем вызвал очередной приступ недовольного шипения. — Цыц, не сейчас. Поднимай свою корму в воздух, сделай пролет над этими ребятами, цепани кого-нибудь когтями, долбани аурой, или что у тебя там, после чего улетай прочь. Наберешь высоту, сделаешь кружок и вернешься.

Ужас посмотрела на меня сначала с непониманием, но через секунду до нее дошло и наспех слепленный план удостоился неохотного кивка.

В полной тишине чудовище взяло разгон и, выпрыгнув из проулка, развернуло огромные кожистые крылья на всю ширь. Закричали люди. Захлопали луки на стенах. И одновременно с этим во все стороны ударила такая волна ужаса, что у меня невольно волосы на голове зашевелились, а система отчиталась об очередной активации "игнорирования здравого смысла", блокировавшего какую-то ауру.

Впрочем, гвардейцы тоже были не пальцем деланы. Дрогнули, начали лихорадочно пытаться перестроиться… но не побежали.

Пролетая мимо ощетинившегося копьями строя, Нокс сделала над ними крутой вираж, каким-то образом умудрилась выхватить лапами одного солдата и оторвать головы еще парочке, после чего под вопли несчастного круто ушла вверх, быстро затерявшись в ночном небе.

И лишь через несколько секунд на строй гвардейцев со свистом начали падать останки их товарища: сначала голова, потом конечности, а следом куски туловища и целый дождь из ошметков потрохов…

— Жестко, — пробормотал я, лежа брюхом на сене под потолком одного из сараев, куда мы с Доськой оперативно забрались.

"На то она и монстр", — хмыкнула Чешуйка.

— Может быть, разумней было бы отправить ее за подкреплением? — спросила Дось шепотом, при этом прижавшись так близко, что едва ли не касалась моего уха губами.

По спине невольно пробежала дрожь, а мысли начали смещаться совсем не в том направлении, которое должно быть у человека, рядом с которым рыщет сотня жаждущих крови прокачанных головорезов.

"Я вообще удивлена, что у тебя хоть какой-то мыслительный процесс присутствует", — проворчала дракошка.

"Блин, Чешуйка, ты с чего такой язвой в последнее время стала?" — закатил я глаза.

"Защитная реакция психики", — с саркастическим тоном ответила она. — "Если не буду хоть как-то выплескивать накопившийся из-за тебя негатив, то просто свихнусь от всего того безумия, что ты творишь!"

"Ну, в какой-то мере ты права", — вынужден был согласиться я.

— Бу… — надулась Доська. — Хозяин меня игнорирует…

— Ничего подобного, — вздохнул я. — Просто Чешуйка опять в мысли влезла. Так что ты там спрашивала?

— Чешу… А-а-а, — демонстративно "вспомнила" волчица. — Та старая дева-ящерица.

"Старая?! Ящерица?! ДЕВА?!"

"Цыц, самка", — поковырял я пальцем в оглохшем ухе.

— Говорю, не нужно ли было отправить зубастую за подкреплением? — с невинными глазами прошептала Дось.

Я задумчиво посмотрел в широкую щель между досок крыши, через которую было прекрасно видно снующих по двору замка гвардейцев. Впрочем, они не проявляли особого энтузиазма, видимо действительно подумав, что монстр был один.

— Нет, — в итоге покачал я головой. — И вас двоих хватит за глаза. Нечего остальным лишний раз голову подставлять, учитывая, что я буду в форме Касии…

— Тссс… — вдруг оборвала меня волчица, прижав палец к губам и взглядом указав куда-то в сторону.

Скосив глаза, я с высоты стога сена увидел сунувшихся в приоткрытую дверь двух гвардейцев. Они настороженно осмотрели сарай с порога, только после этого не спеша двинулись внутрь. Осмотрели пустующие загоны для какой-то скотины, потыкали мечами в сено и со спокойной совестью свалили восвояси.

Ну а мы выдохнули, убрав клинки обратно в ножны.

Вскоре переполох затих и гвардейцы убрались обратно в замок.

Прикрыв глаза, я облегченно уткнулся лицом в пахучее и явно свежее сено. Очередная поножовщина отменяется. По крайней мере, до тех пор пока не появится Ньярлот…

Что-то мягко коснулось моих волос. Повернув голову набок и приоткрыв один глаз, я увидел Доську, сидящую рядом и с улыбкой гладящую мои отросшие космы.

— Немного неподходящее время, не находишь? — прошептал я, выдав слабую улыбку. — К нам с минуты на минуту должна свалиться матерая магическая тварь, а вокруг бродят сотни вражеских солдат…

— Я знаю, — шевельнула она ушками, продолжая меня гладить. — Хозяин… спасибо.

— За что?

— Да просто так, — загадочно улыбнулась она.

Женщины. Хуй поймешь, хрен избавишься, но и без них так тоскливо, что пиздец…

Махнув рукой на очередные закидоны плутовки, опять прикрыл глаза.

Не знаю, сколько прошло времени. Вроде бы я даже умудрился задремать. А разбудил меня противный голос в ухе.

"Ну что, смертный, шоу начинается? Постарайся сдохнуть как можно более круто, а то я на это неслабую ставку сделал! Му-ха-ха-ха!!!"

Мортэм, сука…

Когда-нибудь, я засуну тебе собственный меч промеж булок!

А тем временем что-то действительно начиналось — ощущение надвигающегося пиздеца архиебических масштабов грызло мозг в районе мозжечка сотней взбесившихся нано-хомячков!

Сев, я обнаружил рядом напряженную Доську с двумя кривыми кинжалами в руках.

А в следующий миг, под аккомпанемент из криков людей и треска каменной брусчатки, прямо на середину двора, словно из земли, выбрался угольно-черного цвета гигантский осьминог…

3.

— Операцию "такояки" объявляю открытой, — пробормотал я, глядя на творящееся во дворе королевского замка.

А посмотреть там было на что.

Магическое зрение — довольно странная штука.

С одной стороны, я вижу все как обычно. Вот пол, на котором мы с Дось стоим. Он твердый, деревянный, слегка рассохшийся от времени и покрытый грязными следами сапог и копыт. Меж досок проглядывает серая земля и какой-то мох.

Но одновременно с этим я вижу и вторую картинку. Полупрозрачную, словно наложенную на привычную картину мира.

Пол — это лишь тонкое стекло. Зыбкая призрачная грань, что отделяет нашу реальность от плана теней, наполненного темным туманным маревом и шевелящимися в нем неясными силуэтами…

И сейчас эта грань была порвана прямо в центре королевского двора, соединяя оба плана бытия тонкой пуповиной. И именно через нее сюда, в нашу реальность, выползали чуждые этому миру создания.

Огромная угольно-черная тварь, шевелящая дюжиной длинных гибких щупалец, с шаром-головой и уродливым клювом, края которого больше походили на пилу. Размером с хорошую пятиэтажку, монстр практически не обращал внимания на попытки местной гвардии и стражи как-то его атаковать. Они просто не могли пробить склизкую шкуру гиганта. А сам он вылез в реальность и замер, словно… в облегчении.

Наряду с тошнотворным запахом гнили и смерти, от него прямо таки разило безмерным чувством радости и расслабленности. Как будто человек, только что долго бежавший от ужасающей смерти и, наконец, добравшийся до безопасного места.

Вот только то, что Ньярлот не отвечал на атаки стражи, не сделало их жизнь легче. Ведь вместе с тварью из разлома хлынули монстры поменьше. И вот они-то как раз не отказались подзакусить подвернувшимися людишками…

А я, вместо того чтобы выйти из амбара, зачем-то посмотрел вниз.

В глубину тени, откуда бежали эти кошмарные монстры.

Наверное, просто стало любопытно, что могло напугать такую тварь, как Ньярлот, до состояния полнейшей усрачки.

И увидел.

Тайшаддэс. Древний Таящийся-в-Тенях.

Раньше я думал, что представляю себе его возможности и размеры.

Я ошибался.

Тень под нами была черна и пуста. Словно вымерла.

Но вот, прям промеж моих ног, появилась тонкая белая линия. Я скорее не "увидел", а "почувствовал", как она начала удлиняться вперед и назад. От горизонта до горизонта. От одной границы королевства, до другой.

А потом начала раздаваться в ширь.

И вот я уже стою над ЭТИМ.

Полный зубов глубокий провал, где-то на дне которого горит алый огонек.

Монстр, способный за один укус сожрать целое королевство. Ему достаточно лишь чуть податься вверх, прорывая ткань бытия, и тысячи кубометров земли, реки, озера, леса, поля, города, сотни тысяч разумных… Все это само свалится в пасть древнего чудовища.

Лишь одно движение отделяет всех нас от долгой и мучительной смерти в его брюхе.

В голове родился простой вывод. Те немногие твари, что выбрались из разлома, были единственными выжившими. Остальных он просто сожрал.

"Как сожру и тебя, Вестник Бури", — раздался в голове тихий вкрадчивый голос, ничуть не похожий ни на мягкий тон джентльмена с тростью, ни на звонкую речь готической лольки. Это был пробирающий до самых глубин моей пропитой печени голос Монстра, что древнее всего этого мира. Монстра, что прожил дольше, чем большинство этих идиотов, возомнивших себя бессмертными Богами. Монстра, что пожирал целые миры, вместе с их цивилизациями, технологиями, космическими флотами и богами. — "Проиграешь Ньярлоту или Касии, и я сожру тебя и все это маленькое королевство. И не надейся на своих покровителей. Древних такой исход устроит. А на Старших мне плевать…"

Можно было бы, конечно, поспорить… Но как-то не хочется. Сильно сомневаюсь, что даже новоприобретенная способность поможет против такого чудовища, если оно всерьез вознамерится мною перекусить…

— Хозяиииииин… — нервно дернула меня за рукав Доська. — Что бы ты там ни делал, но можно побыстрее?

Кхм… Проблема в том, что я до сих пор ничего не сделал, немного выпав в осадок от очередной творящейся вокруг херни.

Окей, Гугл. Где тут у нас Касия зарыта?

Соскользнуть в то самое пограничное состояние получилось без особого труда. Видимо, наличие здоровенной раскрытой пасти под сральником и сражающейся с гвардейцами толпы демонов за хрупкой стенкой послужило достаточным стимулятором для моих куцых навыков общения с астралом.

И опять это странное ощущение двойственности. С одной стороны, я стоял внутри амбара, через щель глядя на разворачивающуюся баталию между толпой монстров тени и небольшой армией гвардейцев, а с другой стороны, я парил посреди тьмы астрала, над своим полуразвалившимся замком.

Так недолго и мозги покалечить.

— Нельзя покалечить то, чего нет, — фыркнула Чешуйка, появляясь рядом.

— А ты все язвишь, — вздохнул я. — Лучше помоги, а то ведь дедушка Тай и тебя сожрет до кучи.

Чешуйка закатила глаза, но очередной, явно желающий сорваться с языка комментарий сдержала. Ну а я направился в сторону Касии.

Собственно, вот и оно. Небольшое черное облачко чуть в стороне от серого шарика моей души. Протяни руку — и все. Эта огромная сила станет твоей… Попутно спалив мозги, сожрав душу и отправив в Бездну всех окружающих.

Так, спокойно. Вдох-выдох. Хи-хи-фуууу… Хи-хи-фуууу… Стоп, или это так роженицы перед схватками дышат? Хотя, блядь, мне тут сейчас впору кирпичи рожать от такого давления.

Вытянув астральную руку, я прикоснулся к темному шару Касии. Но пока туда не "подвели" маны Древнейшей, то он относительно безвреден.

Вытянув другую руку в сторону ядра души, мысленно попробовал протянуть к себе шланг из маны, наподобие того, что шел от Иль-Сафора. Как ни странно, получилось. Сила Древнейшей охотно отозвалась на мысленный зов и тонким жгутиком выстрелила из черной кляксы на ядре, довольно болезненно пробив оболочку души.

Надеюсь, она там попутно ничего важного не пожгла. Хотя, какая разница? Все равно половина воспоминаний — порнуха из сети, а вторая — из жизни.

Так. Одной рукой держусь за туманчик Касии. Во второй астральной клешне конец шланга к силе Древнейшей. Осталось только как следует присунуть второе в первое, и первое выебет все, что не успеет съебаться из радиуса прямой видимости. А что успеет, потом догонит и все равно выебет.

Но сначала…

— Дось.

— Да, Хозяин?

— Я тут сейчас отчебучу очередную дурь. Тебе при этом желательно не попадаться мне на глаза. Можешь даже не прикрывать. Просто стой подальше и следи, чтобы король под шумок не сбежал. Понятно?

— Да, Хозяин…

В голосе немного грусти. Когда поворачиваю голову, ее уже нет. Лишь слегка покачивается на сквозняке форточка под крышей амбара.

Впрочем, о ней можно не волноваться — хвостатая может о себе позаботиться.

Ну и напоследок, чтоб уж наверняка…

— Андрей, ты же не собираешься… — заволновалась дракошка в астральном пространстве.

— Чешуйка, тут или все, или ничего. Так что смысла держать еще пару козырей в запасе я не вижу.

Вытягиваю физическую руку и призываю в нее клинок.

— [Обещаю кровь и пламя, обещаю смерти пир. Мы удержим наше знамя, пусть против будет целый мир!]

Говорю быстро, но чеканя каждое слово, словно военный присягу.

И с каждым словом странной формы клинок все сильнее меняет свои очертания, будто плавясь от нестерпимого жара. С последним звуком ключевой фразы он выскальзывает из пальцев и тяжелой каплей падает на пол, чтобы через секунду встать, подобно жидкому терминатору из бессмертного фильма, в форме уже знакомых мне тяжелых шипастых лат с горящими изумрудными глазами. Огромная масса металла, выше меня на недобрых две головы. Откуда только взялось такое количество — непонятно. Скорее всего, преобразовалось из энергии божественной маны Граора.

Однако, если в астральном пространстве Иль-Сафор просто внушал, то в реальности Кровавый Поэт ДАВИЛ. Буквально подавлял одним своим присутствием, вызывая стойкое желание убраться подальше от этой мрачной фигуры, из сочленений доспехов которой медленно истекала тягучая, почти черная жидкость. И именно из этой кровавой маны он одним движением и сотворил себе огромный алый топор, наподобие того, что мне первоначально подкинула Лило.

И вот от этого агрегата у меня по-настоящему зашевелились волосы на заднице, словно колоски пшеницы под леденящим северным ветром.

Вокруг этой дуры пространство стонало и сминалось, буквально продавливаясь его "тяжестью" и грозя порваться, открывая дыру в такие глубины мироздания, что… что лучше, наверное, попытаться жопой чужого сожрать, чем хотя бы краем глаза заглянуть за эту грань.

— Я чую кровь, и честь, и славу, — пророкотал гигант, прожигая меня взглядом зеленых глазищ. — Я чую смерть и древнюю отраву. Я чую монстров, падальщиков, тень… Кого топор пожнет за этот день?

Так… эм… Стихи, стихи, стихи… Мозг, ну выдай ты хоть какой-то адекватный ответ, а то этот маньяк меня самого сейчас располовинит от избытка чувств — по глазам его нехорошим вижу!

— Людей и монстров, что подняли клык и меч. Ждет нас лютая лихая сечь. Пройдем сквозь строй, и кровь, и бой, чтоб Король попрощался с головой.

Илюха чуть склонил голову набок, а сияние его глаз слегка сузилось, словно берсерк прищурился. Поглядев на меня так пару секунд, он кивнул и, развернувшись, тяжелым шагом вышел из амбара. Прямо через стену. И с ходу снес половину туловища какой-то твари, напоминающей гнаара из одной старой игрушки про одного серьезного мужика с шестиствольным пулеметом и полным отрицанием такого природного явления как "перезарядка".

Так, мне тоже уже пора.

Выдохнув, я астральной рукой сунул конец энергетического шланга с силой Бездны в облако Касии…

Реальность мигнула и стала стремительно выцветать.

Пропали запахи. Пропали звуки. Пропали вибрации. Пропал свет.

Осталась лишь тьма, в которой серыми полями были обозначены очертания предметов. Остался вид других реальностей под ногами, которые надежно закрывались тушей Хранителя.

И остались разноцветные огоньки бьющихся вокруг душ.

Серые шарики — люди.

Бесформенные черные комки — монстры тени.

Ярко-алое с изумрудными языками пламя — Иль-Сафор.

Огромная грязно-коричневая клякса — Ньярлот.

Даже с точки зрения бесстрастного Касии он походил на кучу дерьма. Здоровенную, опасную, но вонючую кучу дерьма.

Поднял руку. Все тот же костюм стражей. Но сама ладонь стала полностью черной, с алыми загнутыми когтями.

Провел пальцами по лицу. Как и в прошлый раз, на его месте была глухая гладкая пластинка, не дающая дышать. Но мне теперь воздух и не нужен. Мне теперь ничего не нужно.

Покой. Тишина.

И шаги.

— Слишком сильно… — раздался далекий слабый голос.

Но в полнейшей тишине и безмятежности он казался раздавшимся прямо над ухом раскатом грома.

— Сбавь поток! — продолжал кричать голос.

Поток? Поток чего?

И как сбавить?

Это что-то важное. Я в этом почему-то уверен.

Но что? И чем оно важно?

— Сожми руку! — вновь закричал далекий голос.

Я сжал.

Трепыхающийся в когтях серый комок выскользнул сквозь пальцы и просочился куда-то вниз. Туда, где глубоко под слоями этого мироздания, рядом с Руинами Снов кипит Котел Душ.

— Не эту, идиот!

Тогда какую? Может быть, эту?

Астральный кулак сжался, сдавливая длинный черный шланг.

Питающий Касию поток маны уменьшился.

Сознание рывком прояснилось, словно вынырнув из глубокой безмятежной дремы…

И я прямо перед собой "увидел" оскаленную пасть какой-то твари.

Монстр был похож на помесь человека и сколопендры. Кажется, что-то такое было в мифологии узкоглазых любителей всякой жути.

Тварь обвилась вокруг меня и попыталась отгрызть голову.

Она была сильна и стремительна. Наверное, двигалась со скоростью гадюки, которой коллега прищемил хвост офисной дверью.

Но одновременно с этим тварь казалась невероятно медленной.

Я мог бы успеть пять раз пожамкать ее здоровенное вымя, пока распахивалась уродливая искаженная пасть, чтобы заглотить мою голову.

Что я, собственно, и сделал.

Вот только стоило моим алым когтям коснуться кожи монстра, как она резко выгнулась и исчезла, оставив лишь горсть пепла и довольно мерзкую по ощущению душу, которая быстро скрылась в глубине слоев бытия.

Мне не нужно было крутить головой и ломать мозги долгим анализом, чтобы понять, что я на некоторое время все же отключился от контроля Касии и тот ломанулся в самую гущу боя, раздавая люлей всем без разбора.

И, судя по тому, как косился на меня Илюха, и по четырем характерным длинным царапинам на топорище его оружия, досталось даже берсеркеру.

Шаг в сторону. Пропускаю мимо себя выпад какого-то гвардейца. Наотмашь бью когтями, словно отмахиваясь от мухи. Человек исчезает, превращаясь в невесомый черный пепел, а его душа присоединяется к остальным мигрантам в Бездну.

Я стою прямо в центре главного королевского двора. Слева неровный строй людей. Их чуть больше трех десятков душ. В округе, в стенах замка, я чую еще несколько сотен. Но от них несет страхом. Эти, что передо мной, тоже боятся. Но боятся по-другому. Тем страхом, что человек крепко держит за горло и не дает ему вцепиться в свое, превратив в тупое перепуганное животное.

Справа толпа монстров тени. Их тоже осталось не так много. Всего дюжина. Но это старые, матерые твари, которые прожили уже немало, и надеются прожить еще больше. Я чую это по их трепещущим душам, которые совершенно не хотят умирать непонятно где и непонятно за что. Они бы с радостью сбежали отсюда, но…

За их спинами стоит тот, кто одним своим присутствием внушает страх и уважение всем остальным.

Ньярлот.

И мы с Иль-Сафором ровно между ними.

Поворачиваюсь спиной к людям.

Они сейчас не интересны.

Ньярлот.

Гордая древняя тварь.

Хрень, называвшая меня добычей.

Короткий мысленный приказ Иль-Сафору.

"Этот — мой. Бери остальных".

И шаг в сторону Падальщика.

Если бы не он…

Монстр Бездны, дремавший во мне, не выбрался бы на волю.

И Жанне с Яр не пришлось бы жертвовать собой, чтобы усмирить его.

Того монстра уже нет.

Я сбросил его в самые глубины варпа, не пожалев для этого куска собственной души.

Как думаешь, что я сейчас сделаю с тобой?

Слышишь, здоровенный кусок дерьма?

Слышишь. Я знаю.

Это шаги Касии. Это МОИ шаги.

Ты их слышишь.

И дрожишь.

Но отступать тебе некуда.

Потому что ради этой мести я снова не пожалею собственной души.

А потом отправлюсь за тем ублюдком, что призвал тебя в этот мир…

ГЛАВА 196. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 7)

ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!

1.

Шаг вперед.

Касия никогда не бежит. Не прыгает. Не крадется.

Касия только шагает.

Мерно. И неотвратимо. Как сама смерть.

Касия и есть ее воплощение. Альтернатива Палачам, которую Бездна натравливает на миры в совсем уж безвыходных ситуациях.

Вот только я не полноценный Касия.

Так что, дорогие правила-условности, сосите мой пушистый кошачий хер!

Рывок.

Одно слово, за которым кроется просто нечеловеческая мощь этого черного тела.

Всего лишь одним усилием мышц правой ноги послал свою тушку вперед со скоростью танкового снаряда. Звуковой барьер порвало как тряпку, шибанув по окружающим людям и монстрам тяжелой ударной волной. Особенно непросто пришлось последним, потому как они оказались на пути.

В первую, огромную бесформенную тварь, словно состоящую из миллиона маленьких червей, врезался выставленными перед собой когтями. В форме человека, скорее всего, у меня бы с ним были проблемы. Но сейчас душа твари была видна даже лучше, чем его шевелящийся силуэт.

Вот она, черная клякса чуть ниже центра торса монстра.

Чуть смещаю левую руку, чтобы во время удара алые когти вошли именно туда.

Странно. Цвета физических объектов вокруг не различаю, но вот палитру душ и их взаимодействия вижу яснее, чем гопота светящийся экран яблокофона в темной подворотне. А еще яснее "вижу" свечение собственных когтей.

Черная рука глубоко погружается в шевелящуюся массу личинок. Алые загнутые когти смыкаются на черной кляксе. И тут же приходит осознание.

Это — Мерзость.

Не знаю, откуда выползла эта тварь. Не ведаю, кем она была в прошлом. Не представляю, как докатилась до подобного существования.

Но сейчас всю ее суть можно описать всего лишь одним словом — Мерзость.

Не задумываясь, сжимаю когти. Алые, светящиеся, загнутые когти, пропитанные силой Бездны настолько, что способны рвать саму ткань бытия. Оружие, что намного страшнее ядерных ракет и смертоносных вирусов.

Просто одного касания этих царапок достаточно, чтобы отправить в Котел Душ большинство смертных существ. Вот только эту штуку я никуда отправлять не собираюсь.

Когти Касии протыкают трепещущую кляксу насквозь. Им плевать, что она находится на другом плане бытия. Им глубоко похуй на мнения и планы богов. Они просто уничтожают свою жертву. Рассеивают саму душу на невесомые частицы энергии, что уже никогда не соберутся в одно целое…

Все эти знания пришли мне от самого Касии.

Монстр не обладал привычным сознанием или волей, потому и не стремился захватить тело, в отличие от прошлой подсаженной мне твари. Касия был сродни стихии. Он просто шел вперед, выполняя то единственное, что умел и ради чего его сотворили.

Он собирал души. И развоплощал подобную мерзость, которая прогнила уже настолько, что даже Бездна не в силах ее очистить.

Тело монстра, чью суть я порвал на части, осыпалось невесомым черным пеплом.

А окружающие меня твари теней шарахнулись в стороны, словно от невероятно жуткого чудовища. Скорее всего, они почувствовали, что их собрата именно уничтожили, а не просто убили.

Впрочем, эта мелочь была мне не интересна. Да и есть кому ими заняться — на стоящую сбоку от меня собаковидную черную тварь опустился огромный алый топор незаметно появившегося рядом Иль-Сафора…

Шаг вперед.

Восприятие сконцентрировалось исключительно на Ньярлоте.

Сейчас есть только эта тварь и я.

Судя по тому, что трусоватый Падальщик, привыкший атаковать из тени, даже не пытался сбежать, он прекрасно понимал свое положение. Бежать от Касии по реальности бесполезно. Рано или поздно, но он тебя нагонит. А в тенях Ньярлота ждало лишь падение в огромную жадную пасть Тайшаддэса.

— Не расслабляйся, — прозвучал рядом голос Чешуйки. — Этот монстр смертельно опасен. А ты все же не полноценный Касия. К тому же, продолжай следить за стабильностью потока. Дашь ему чуть больше, и снова начнешь растворяться в этом порождении Бездны.

Помню, дракоша. Пока все помню…

Шаг.

Гигантский осьминог стремительно выбрасывает вперед щупальце с острым костяным шипом на конце. Словно распрямившаяся пружина, черная конечность рассекает воздух. Скорее всего, у этого удара низкий гудящий звук. Но я его не слышу.

Касия глух ко всему. К мольбам. К проклятьям. К совести. К чести.

Шаг в сторону.

Толстое, словно вековое дерево, щупальце проносится в паре сантиметров от моего тела. Поток воздуха толкнул в бок, словно удар тяжелой кувалды. Пришлось сделать еще шаг, чтобы не потерять равновесие.

Протянул руку, впиваясь когтями в не успевшую отдернуться конечность.

До души отсюда не добраться. Но вот здоровье попортить можно изрядно — когти пусть и небольшие, буквально в три-четыре сантиметра длиной, но состоят из кристаллизованной маны Бездны.

Плоть Ньярлота, отвратительная даже для безразличного Касии, начала медленно осыпаться черными хлопьями.

Падальщик был очень старым монстром. Не древним, как тот же Тайшаддэс, но намного старше большинства своих "коллег". Он не умрет, пока я не доберусь до его ядра. Пораженные же касанием Бездны части монстр просто отбрасывает, как ящерица попавший в ловушку хвост.

По щупальцу пробежала короткая судорога и часть его отделилась вместе с рассыпающимся куском.

У Касии нет глаз. Но нет и слепых зон.

Еще шаг вперед и в сторону.

На том месте, где я только что стоял, из земли вверх ударили сразу два щупальца, стремящихся нанизать меня на острые шипы.

Полноценный монстр Бездны такой удар выдержал бы играючи. Но меня он проткнет насквозь. Я знаю это. Оттуда же, откуда и все остальное.

От Касии.

Сверху падает еще одно щупальце. Расплющит, если попадет.

Перекатом ухожу в сторону.

Чувствую слабый, едва заметный отголосок недовольства от монстра во мне. Для существа, которое по определению должно быть лишено воли и сознания, это настоящее море эмоций.

Касия никогда не уклоняется от удара. Он всегда принимает его со спокойной неотвратимостью первозданной пустоты, поглощая и растворяя в себе. И мои кульбиты вызывают у монстра чувство, сродни стыду.

— Даже безразличному ко всему монстру стыдно за тебя, — прокомментировал голос в голове.

Голос… Какой голос? Чей?

— Сожми руку, идиот! Сжимай!

Сжал. Чуть-чуть.

Этого хватило.

Все, Чешуйка, не паникуй. Я снова с тобой.

— Больно надо! И смотри, эта каракатица что-то задумала!

Пока я уходил кувырком от нового удара щупальца, Ньярлот спешно передвинул свою массивную тушу, торчавшую почти посреди двора, к одной из внешних замковых стен. Двигался он невероятно ловко для такой несуразной махины, перебирая всеми свободными от боя конечностями.

Я же просто шагнул следом, готовясь к очередному рывку.

Нужно достать его прежде, чем эта скотина опять выкинет какой-нибудь номер…

Не получилось. Не успел.

Между нами встало небольшое войско. Три сотни марионеток, слепленных из кусков его собственной плоти и останков погибших тут людей и монстров.

Мне придется прорываться через них.

Или не придется? Вообще, откуда он столько трупов достал?

Осматриваюсь.

Монстры мертвы. Люди мертвы. Из их разбросанных по двору трупов Ньярлот и взял биомассу.

Падальщик целиком оправдывает свое прозвище.

А позади меня, словно изваяние, молча застыл Иль-Сафор, держа на плече свой чудовищный топор — Кровавый Поэт давно закончил данное ему глупым смертным задание.

Он убил всех, кто находился во дворе королевского замка, кроме меня и Ньярлота. За несколько секунд.

Дось… цела. Сидит на одном из подоконников королевского замка, на высоте четырех метров. Либо ей хватило смекалки выйти из зоны поражения, либо у берсеркера все же сработала опознавательная система "свой-чужой". В то, что он не смог заметить скрытницу, я не поверю ни на миг.

Нокс парит где-то высоко сверху. Ей работы тут не нашлось. По крайней мере, пока…

Стоит ли натравливать Иль-Сафора на мертвых?

Не думаю. Он сделал свою работу. Устранил всех, кто мог помешать моему бою. Эти трупы — часть Ньярлота. Часть моей… добычи.

Вот только когтями драться слишком непривычно. Для мертвых кукол нужно что-то другое.

Правая рука смыкается на Копье Глубокой Бездны. Мифический артефакт слегка вибрирует, отзываясь на силу Касии. Что-то в нем меняется. И я понимаю что.

Система.

Копье выпадает из ее рамок.

Вот почему Касия не отображается в списке способностей. Вот почему Система не дает описания его эффектам.

Этот монстр находится вне ее. Она не имеет над ним власти. Как и никто другой. Кроме Бездны.

Копье изменилось. Не внешне. Внутренне.

Упали все искусственно возведенные барьеры. Исчезли дурацкие правила и рамки.

Оружие стало тем, чем должно было быть изначально.

Артефактом Бездны.

Холодным, темным и безразличным, как сама пустота космоса.

Не знающим ни жалости, ни компромиссов. Одно его присутствие заставляет смертных сжиматься в комок и седеть от ужаса. Одно его касание отправит жертву в Котел Душ…

Привычно крутанул древко. Одна рука скользнула по резному черному древку чуть назад, а вторая — вперед. Острие направлено вперед и вниз. Из этой позиции удобно как блокировать, так и наносить короткие колющие удары широким листовидным наконечником.

Я готов.

А ты, Ньярлот?

Монстр зашевелил щупальцами и его маленькая армия качнулась в мою сторону, скаля измененные клыки в широких жутких пастях.

Рывок вперед.

Я не слышу гул воздуха. Не ощущаю его вибраций, когда мое тело на огромной скорости продавливает атмосферу. Я просто знаю, что они есть.

Первая кукла.

Торможу перед самым ее носом. Резким выпадом копья пробиваю грудь. Во все стороны разлетаются хлопья тяжелого черного пепла. Не останавливаясь, тут же раскручиваю артефакт вокруг, сметая и превращая в пепел тварей, начавших брать меня в кольцо.

Из земли выскакивает кончик щупальца с шипом.

Проворонил. Не успел. Слишком увлекся.

Костяное оружие Падальщика пробивает левое предплечье насквозь. Кость шипа тут же начинает чернеть и распадаться, не в силах выдержать контакт с губительной силой Бездны. Но и мое тело повреждено.

Дыра размером с кулак чуть ниже левого локтя. Половина руки держится буквально на кровавых соплях.

Боли нет. Есть только сожаление. Боевая эффективность сильно снизится, потому как быстро восстановить подобную рану я не смогу.

Перехватываю копье правой рукой.

Шаг.

Почти балетным пируэтом ухожу в сторону — из-под земли бьет еще одно щупальце. Нужно ударить его копьем. Но понимаю, что не успею — со спины и с боков кидаются еще три марионетки. Ньярлот озаботился прикрытием своей драгоценной конечности.

Отбиться от всех трех не успею. Максимум, заколю одного, а остальные войдут в "слепую зону" копья — все же слишком длинное это оружие для боя на короткой дистанции.

Вот только у меня оно не единственное.

Разжимаю ладонь. Артефакт исчезает. Пятерня распахнута и напряжена — когти полыхнули алым. Сам делаю шаг навстречу одной из кукол.

Когда-то это была красивая девушка. Воительница в прочных латах, с широким щитом и сверкающим мечом. Сейчас же — бездушная искаженная пародия, смахивающая на снятую кожу, в которую влезло нечто бугристое, пульсирующее и донельзя мерзкое. Оно просматривается сквозь местами лопнувшую кожу. Смотрит сквозь дыры на месте пустых глазниц. Тянет гнущиеся в разные стороны пальцы. Нетвердо стоит на подгибающихся, словно лишенных костей, ногах.

Я не хочу знать, что там внутри.

И я рад, что не чувствую запахов, потому что торчащие изо рта этой "девы" личинки говорят сами за себя.

Брезгливости нет. Ее, как и страх, подавляет Касия. Постепенно отступают и другие эмоции. Значит, нужно торопиться.

Алые когти легко пробивают толстый нагрудник. Души нет. Есть только кусок гниющего мяса и управляющий контур чар. Но для Бездны нет никакой разницы — вновь по ночному воздуху разлетается черный пепел…

На оставшихся двух не обращаю внимания. Не догонят.

Просто рвусь дальше. К основному телу Ньярлота.

Я уже дрался с подобной тварью. Слуга Незримого. Такой же кукловод, хотя и слабее. Нужно лишь прикончить главного. Тогда все кончится…

По пути призываю копье. Острие выставлено вперед. Нанизываю подвернувшихся миньонов. Из-за их распадающихся тел кажется, словно бегу сквозь черную дымку. Или оставляю ее за собой.

Но видеть мне это не мешает. Я смотрю не глазами.

Прыжок вперед и вверх.

На каменной мостовой двора в месте старта остается небольшой кратер, в котором нет ни единого целого кирпича — сила этого тела ужасает. Так и подмывает разжать руку и дать Касии напиться маной до упора. Но нельзя. Это будет конец. Не только для меня, но и для всех, кого я знаю в этом мире — не верится мне, что старик Тайшаддэс шутил.

Скорость прыжка немалая. Но в ушах нет свиста ветра. Нет "размазанной" картинки в глазах. Нет ощущения сопротивления от воздуха. Нет перехватывающего дыхание и бьющего в лицо потока.

Есть просто знание.

"Я прыгаю".

Словно нажатая кнопка контроллера.

Есть просто вид на все происходящее вокруг. Словно детально нарисованная картинка.

Но нет чувства реальности. Как будто это происходит не со мной. Словно кто-то другой сейчас там, медленно, но одновременно невероятно быстро рассекает воздух в длинном прыжке, метя Копьем в тушу моего врага.

Бьющийся в астральной руке призрачный шланг с силой Бездны сейчас кажется намного более реальным, чем жаркий бой, что ведет мое тело.

Я… как-будто не нужен.

— Андрей! — знакомый ментальный подзатыльник мигом приводит сознание в порядок.

Выныриваю из накатившего странного состояния, словно из густого тягучего киселя. Еще бы чуть-чуть и я действительно бы разжал пальцы.

Тело завершило свой полет.

Копье пробило одно из щупалец, которым Ньярлот попытался защититься и глубоко в нем увязло. Эти конечности расщеплялись не так быстро, как тела марионеток.

Отозвал Копье.

Увернулся от удара костяным шипом одного из щупалец, и скользнул по нему дальше. К ненавистной роже.

Места, где мои ступни касались тела гигантского осьминога окрашивались в черный цвет. Ньярлот извивался и пытался поймать меня, со страшной силой хлопая своими щупальцами по собственной же туше.

Неприятно? Но это только цветочки. Всего лишь разминка перед настоящей болью.

Останавливаюсь у самого глаза твари.

Огромный, словно блюдце. Выпуклый. Смотрит на меня не мигая.

Он знает, что сейчас будет. Он всеми силами противился этому, но понимал неизбежность подобного исхода намного лучше меня.

Он сражался с Касией.

Пытался сражаться.

Когти целой руки глубоко погружаются в глаз Ньярлота.

Мне не нужно дотягиваться до его сердца, чтобы нащупать душу. Сила Бездны сама притянет ее к алым когтям.

Выдергиваю конечность из начавшего распадаться трупа.

Спрыгиваю со стремительно дряхлеющего и словно сдувающегося тела на землю.

"Смотрю" на то, что зажато меж когтями.

Черный трепещущий комок. Жирный кусок силы.

Душа Ньярлота.

"Ты — добыча", — мысленно передаю этому комочку. — "Вот только я не охотник. Я — Палач".

Душа слегка пульсирует.

Когти сами собой стремятся сжаться. Раздавить. Разорвать.

Этому не место в Котле Душ. Оно должно быть развеяно. Раствориться в пустоте в виде изначальной маны.

Я почти соглашаюсь.

Почти сжимаю пальцы.

Но приходит мысль.

Крик. Мольба. Стон.

"Я — раб. Повелевай".

2.

Смотрю на комок тьмы в когтях.

Ощущаю все вокруг.

Распадающийся труп гигантского монстра рядом.

Кучи гниющего мяса, в которые превратились поднятые Ньярлотом марионетки.

Медленно впитывающаяся в землю кровь, заливающая двор. Она все еще фонит живой маной.

Стоящий за спиной Иль-Сафор. Внешне берсеркер спокоен. Но внутри, через нашу связь и магической взор Касии я ощущаю бушующую бурю. Его переполняют эмоции. Пусть бой был быстрым, а противник — слабым, но… это был бой. Сражение. То, чем живут все последователи Бога-Берсеркера. А он очень давно не обретал физического воплощения…

Дось где-то наверху, над нами. Девушке страшно. Очень страшно. Простая смертная, она испытывает почти физическую боль от кровожадной ауры Иль-Сафора, подсознательное омерзение от чужого ее миру Ньярлота, и… и страх по отношению к Касии.

Ко мне.

Дось боится до умопомешательства. Все ее чувства вопят о том, что нужно бежать. Как можно дальше, как можно быстрее, и забиться в максимально глубокую дыру. Но она слишком долго находилась рядом с носителем силы Бездны. Рядом со мной. Она побывала внутри моего астрального кармана. Общалась с Ловцом Душ…

В конце-концов, она уже УМИРАЛА.

Она заглядывала в Бездну. Самым мельком. Краешком. Но этого было достаточно.

Хвостатая уже накрепко связана с теми силами, о которых простым смертным лучше даже не задумываться. Через смерть. Через воскрешение. Через наш Пакт Душ.

Она не сможет сбежать от всего этого, даже если захочет.

Как и я.

Вновь "посмотрел" на бьющийся в когтях комок.

Я долго отвергал очевидное.

"Я — человек". "Не хочу быть монстром". "Никто не будет мной управлять". "Идите нахуй со своей ответственностью". "Я — человек".

Я — ЧЕЛОВЕК!

До сих пор считал себя таковым. Слабым, полным пороков и противоречий, но гордым и свободным человеком.

Истина же проста.

Я стою посреди залитого кровью людей и тварей тени королевского дворца. В моей руке бьется в ужасе старый монстр, умоляя не убивать его. За спиной стоит древний берсеркер, ожидающий приказа. Над головой парит легендарный Ужас Ночи, смотря вниз холодным хищным взглядом. Под ногами скалится тварь, способная пожрать целую цивилизацию. Вокруг, спрятавшись за стенами зданий, дрожат люди, не в силах даже посмотреть в мою сторону — до того им жутко от вида черной молчаливой фигуры с алыми светящимися когтями…

Истина проста.

Я — монстр.

Ведь так, Чешуйка?

— Сложно сказать, — со вздохом отвечает дракошка, положив покрытую чешуей руку на мое астральное плечо. — Но если смотреть с точки зрения смертных… То да. Ты уже давно не человек. Любой, кто связывается с Бездной, рано или поздно становится чудовищем. И ты еще очень неплохо держишься.

В том не моя заслуга. Я бы уже давно стал какой-нибудь тварью… или просто мертвецом. Если бы не ты. Если бы не Дось. И Антуанетта. Жанна. Яршера. Химэ. Даже боги, и те несколько раз буквально за уши вытаскивали меня из задницы.

— В которую сами же и засунули.

Хотелось бы согласиться, но… Не всегда. Да и никто меня веником на подобные "подвиги" не гнал. Сам с радостным улюлюканьем несся туда. В Бездну. Начиная с того хренова мгновения, когда вместо того, чтобы свалить из разгорающегося круга призыва, просто спокойно остался стоять в его центре…

И сейчас передо мной очередная развилка.

Вот она, зажата в когтях Касии. Моих когтях.

Душа Ньярлота. И как раз один "слот" в астральном кармане. Уверен, можно легко обезопаситься от его бунта. Печатью богов, договором, да и просто банальной дубинкой в лице Иль-Сафора или Касии. Количество маны, которую будет производить эта тварь, должно быть просто колоссальным. Ее должно хватить, чтобы со временем залатать трещину в моем ядре. Ее хватит и на поддержание всех способностей. На укрепление и развитие моего астрального замка. В моем распоряжении будут знания, собираемые этим монстром в течение тысячелетий. Уверен, можно будет научиться выпускать его "порезвиться", как того же Иль-Сафора…

Идеальная батарейка. Сильный и преданный союзник. Вон, уже рассчитал и зачитывает мне ритуал, обеспечивающий его лояльность и безопасность.

Чертов рояль в кустах.

Бери и пользуйся.

Человек бы так и поступил. Как и монстр.

Первый не привык задумываться о последствиях. А второму на подобные мелочи попросту плевать.

Вот только я уже не человек. Но и чудовищем становиться не желаю…

Сжал когти.

Навязчивый шепот Ньярлота в голове утих.

Черная клякса души разлетелась мельчайшими осколками силы, что быстро смешались с окружающим магическим фоном.

Сжал астральный кулак и выдернул питающий Касию шланг. Тот быстро втянулся в ядро души.

С тела черным пеплом слетела броня.

Палач Бездны вновь уснул.

Накатились звуки. Крики людей, капающая где-то кровь, уханье птиц.

Полночная прохлада мягко прошлась по коже.

В нос ударил резкий запах скотобойни.

Диапазон восприятия рывком сократился: отключилось магическое зрение Касии и мое собственное, а разум выбило из астрального пространства.

Левую руку терзала сильная боль.

О чем-то навязчиво пищала система.

"Чешуйка?"

"М?"

"Я дурак, да?"

"Несомненно. Объяснишься?".

"Все просто. Буду искать собственный путь. Не человека. Не монстра. И не бога. Есть же в этой чертовой Вселенной и другие существа?"

"Даже больше, чем ты можешь себе представить…"

"Вот и отлично".

Сняв с пояса бутылек с зельем, опрокинул мерзкое варево в рот и проглотил, почти не чувствуя вкуса. Боль тут же начала затихать. Но даже так второй рукой я пользоваться не смогу еще долго.

Впрочем, это роли уже не играет.

Вытягиваю из-за спины один гладиус и указываю острием на массивные двери замка.

— Иль-Сафор, ты впереди. Кто кинется, секи, — берсеркер молча ударил латной перчаткой в грудь и неспешно направился в указанном направлении. Я поплелся следом. — Дось, прикрываешь тыл. Нокс, рядом.

— Я тебе не собачонка, смертный, — проворчала Ужас, бесшумно приземляясь рядом со мной.

— Угу. Приказ. Тявкай.

— Тяф! Гррррррр…

— Умница.

Криво улыбнувшись, я перевел взгляд с пылающей яростью Нокси, скалящей ряды острейших клыков, на Иль-Сафора.

Мы как раз неторопливо подошли к запертым дверям. Большие, тяжелые, из толстого дерева, скрепленного металлическими полосами. Такие могут довольно долго выдерживать и тараны, и горючие смеси, и даже магию.

Илюха отпустил топор, и тот просто завис в воздухе рядом с ним. После этого, призванный воитель просто положил ладони на створки и… начал их толкать.

Послышался треск, скрип, чьи-то вопли и ругательства, скрежет каких-то механизмов… Но две массивные створки спокойно открывались, словно фанерные двери в какой-то студенческой коммуналке. Иль-Сафора не смущали ни переломленные пополам запорные бревна с той стороны, ни со звоном лопнувшие цепи страховочных механизмов, ни полетевшие в его широкую фигуру стрелы. Впрочем, последнее продлилось недолго — юркнувший внутрь топор сам разобрался с рассредоточившимися по огромному холлу стрелками.

А мы просто вошли через распахнутые двери.

— Так, а вот где искать нашего венценосца… — почесал я затылок. — Кто-нить знает? Нет? Хреново. Тогда просто поищем самое большое скопление человечиков и поспрашиваем…

Определить при помощи "Жнеца" расположение людей в замке было трудновато, но вполне осуществимо.

Длинный темный коридор встретил нас относительной тишиной и темнотой. Относительной тишиной потому, что мы прекрасно слышали далекие крики людей, бренчание железа, а также тяжелое, напряженное дыхание из расставленных в нишах "декоративных" доспехов. Ну а темнота ни для кого уже давно не была помехой — скорее, наоборот.

— Высунетесь, сдохнете, — громко и четко сказал я, обращаясь к сидящим в засаде людям.

Никакого желания убивать еще и их у меня уже не было. Навоевался на сегодня.

Иль-Сафор тяжелым шагом двинулся вперед. Я следом. Нокс, рыча что-то под нос и зыркая алыми глазами в сторону трясущихся доспехов, замыкала.

Никто так и не напал.

Зато пару раз отчетливо пахнуло говном.

В конце коридора обнаружилась еще одна массивная двустворчатая дверь. Не столь внушительная, как у входа в замок, но тоже весьма приличная.

По бокам от нее стояли два гвардейца в золоченных латах, с тяжелыми алебардами и глухими шлемами. Они держали перед дверьми свое скрещенное оружие, но стоило нам приблизиться, как караульные подняли алебарды вертикально вверх, стукнули тупыми концами в пол и громко бухнули кулаками в металлических перчатках по металлическим же кирасам.

— Слава Принцессе Ласатардии ре Женьон! — синхронно гаркнули оба.

— Люди, — фыркнула Нокс, обводя обоих нехорошим взглядом и облизывая клыки длинным черным языком. — Грррр…

"В этот раз я согласна с Кошмаром", — вздохнула Чешуйка. — "Люди такие люди…"

Иль-Сафор, не обращая на пару предателей ровным счетом никакого внимания, спокойно толкнул дверь и прошел дальше. Мы следом.

Тронный зал.

Его вид уже порядком истерся из памяти.

Именно сюда, в это просторное помещение с тремя тронами и колоннами по периметру, меня и призвали. И хотя времени прошло не так много, но, казалось, минула целая вечность.

Картина была… и ожидаемой, и неожиданной одновременно.

На возвышенности в конце зала, на золоченном троне сидел Король.

Усталый лысый старик, с холодными глазами и морщинистым лицом.

На пути к нему стояли люди.

Гвардейская сотня в золоченных латах. Их ровный строй ощерился в нашу сторону стеной тяжелых пик. Вот только в воздухе витал отчетливый запах страха, металлические наконечники дрожали, сталкиваясь друг с другом, а сами гвардейцы не решались сделать шаг вперед.

Все правильно.

Самые смелые остались там, во дворе королевского замка, да патрулируют улицы Внутреннего города. Тут же новобранцы и те, кто хочет быть поближе к королю, чтобы было удобней лизать ему зад.

Только четверо из всей этой оравы чего-то стоили. Они стояли у самого трона, между королем и его дрожащей гвардией. Закованные в тяжелые глухие латы, высокие фигуры с белыми плащами и явно артефактными, чуть светящимися мечами.

— Явился, — в полной тишине раздался скрипучий, хриплый голос монарха.

Можно было ответить. Вступить в перепалку. Выслушать его "злодейский план" и хитро вывернутую философию.

Но зачем?

Я тут, чтобы прикончить его. Только и всего. Никакого иного исхода ждать не приходится.

Рука сомкнулась на материализовавшемся древке Копья.

— Прежде чем ты умрешь, я хочу… — начал старик, но не договорил.

Черным росчерком Копье Глубокой Бездны пронеслось через освещенный магическими лампами тронный зал прямо над головами гвардейцев. Но телохранители успели среагировать. Трое мигом заслонили Его Величество тяжелыми щитами и собственными массивными телами, а один встал на пути копья, небрежным ударом меча отбив артефакт. Обиженно звякнув, Копье Бездны упало на мраморный пол и тут же исчезло, вновь появившись у меня в руке.

— Какая подлость! — раздался звонкий голос одного из четверки телохранителей. — Напасть посреди переговоров!

— Так я и не играю тут в рыцаря или героя, — развел я руками, выдав, наверное, самую свою вымученную и усталую улыбку. — Я тут в качестве убийцы и гнусного узурпатора. Скоро сюда прибудет Принцесса. К ее приходу советую освободить трон от трупа, а замок — от излишне оголтелых сторонников. У меня всем этим заниматься уже просто нет никакого желания.

— Трупа? — непонимающе переглянулись телохранители и, явно словив озарение, быстро обернулись назад. — ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО!!!

— Уходим, — устало скомандовал я Илюхе и Нокс, разворачиваясь. — Если кто кинется мстить, убейте.

— Недостоин воина удар в спину, — проворчал Иль-Сафор, не двигаясь с места.

— Он не был воином, — ответил я, устало глядя в пылающие зеленые глаза. — Вот его и закололи словно псину.

С секунду берсерк играл со мной в гляделки, после чего, все же с явной неохотой, кивнул.

— В этот раз я соглашусь. Но в следующий уже не отступлюсь.

— А НУ СТОЙТЕ!!! УБИЙЦЫ!!! — раздался все тот же звонкий, явно бабский голосок одного из телохранителей. — А ВЫ ЧЕГО СТОИТЕ, СУКИ?! УБЕЙТЕ ИХ!!! СЕЙЧАС ЖЕ!!!

Гвардейцы зашевелились, подталкивая друг друга, но не решаясь сделать в нашу сторону и шага.

Правильно, им и раньше было страшно до усрачки, а тут уже и воевать-то, собственно, не за кого.

— ДА ЧТОБ ВАС ТЕМНЫЙ УТАЩИЛ!!! — продолжала надрываться телохранительница, проталкиваясь через ряды топчущихся "воинов" вперед.

За ней шел только один из ее коллег, а двое других так и остались у трона, переводя взгляд с меня на труп короля. Его посиневшее лицо уставилось в потолок пустым взглядом, а богатый камзол был весь залит кровью, которая продолжала вытекать из рассеченного до самого позвоночника горла.

Из-за спинки трона было видно два других трупа, одетых в черные тканевые одежды — анти-стелс команда. Они умерли на мгновение раньше своего повелителя, когда я только-только начал замахиваться копьем.

Дось, хоть и плутовка, но с кинжалами обращается мастерски.

Двое закованных в латы охранников, готовых яростно мстить за дохлого короля, встали между строем гвардейцев и нами.

И что с ними делать?

Прикончить? Видимо, придется.

— Задрали, — вздохнул я. — Нокс.

— Гррр…

Что могут сделать два человека против Кошмара Бездны?

Настоящего монстра, который лишь прикидывается человеком? Ответ прост.

Ничего.

Силуэт черной твари размазался по реальности. Вот она была тут, а вот уже перед двумя рыцарями.

— А как же дуэ…? — начала было их заводила, но огромные серповидные когти вскрыли ее как консервную банку. От горла до пояса.

На белый мраморный пол упал комок алых склизких кишок.

Крик так и не смог покинуть горла — трахея оказалась повреждена. В наступившей тишине слышались лишь булькающие звуки пузырящейся на губах крови. И хруст костей черепа — голова второго верного телохранителя исчезла в наполненной клыками пасти вместе со шлемом.

Руки упавших на пол тел мертвой хваткой держались за рукояти оружия, что так и не покинуло ножны.

Нокс с урчанием выгрызла сердца, поглотив с ними и души несчастных, после чего обвела оставшихся противников голодным взглядом огромных алых глаз.

— Уходим, — повторил я.

В этот раз нам уже никто не мешал…

ГЛАВА 197. ГЕРОЙ ЗАЩЕЧНЫХ МЕШОЧКОВ.

ЭПИЗОД IV

(ПЕЧЕНЬКА)

1. МЫ ПОЕДЕМ, МЫ ПОМЧИМСЯ…

Картина кунжутовым маслом.

Небольшая комнатка. Шесть здоровенных рыл в городском камуфляже, бронежилетах, разгрузках и с автоматами. Две чумазые тощие девчушки лет так восемнадцати, в не самой чистой и целой одежде. И стоящая в свежеобразованном проломе стены массивная фигура двухметровой бодибилдерши в кожаных шипастых стрингах, лифчике в виде двух серебряных рук, шипастых напульсниках и ошейнике, да еще и с фиолетово-алым ирокезом на голове и с множеством татуировок в стиле особенно зверского хеви-металла на теле. Ну и с дикой окровавленной помесью электрогитары и секиры в руках.

Перепуганные девицы прячутся за спинами спецназа. Спецназ держит на прицеле "обладательницу самой незаурядной внешности". А последняя с ласковой улыбкой голодного крокодила не сводит глаз с прижавшегося спиной к стене маленького, ничем не примечательного черного хомячка.

— Пи… — выдохнул я, понимая масштабы трагедии.

А если у кого-то еще остались сомнения в том, что это именно трагедия, то спешу кое-что напомнить… Эта милая особа с ирокезом — чертова конченная извращенка-зоофилка!

— Спаситель мой! — счастливо рявкнула она во всю луженую глотку так, что задрожали стекла в окнах. — Сколько же я тебя искала?! С той самой нашей первой и незабываемой встречи!

Бойцы спецназа напряженно дернулись, но стрелять не стали.

Зато проследили направление взгляда этой сумасшедшей и… недоуменно уставились на меня.

— Пи…

И что делать?

Ответ очевиден.

БЕЖА…

— Не в этот раз!

Не успел взять низкий старт, как на моей бедной пушистой шкурке сомкнулись пальцы "суженой", сдавив так, что в голове помутилось, а глаза, судя по ощущениям, начали стремительно покидать глазницы.

Что делать? Что делать? Что делать?

В помутившемся рассудке, словно наяву возник образ какого-то немытого, нечесанного хиппи в радужной шапочке и с желтыми зеркальными очками. Выпустив в мою сторону струйку дыма, глюк загадочно улыбнулся и протянул прокуренным, но довольно мелодичным голосом:

— Расслаааааааабься, броооооо… И получай удовоооооольствие.

Кажется, я начал догадываться кто это. Но послать его не успел.

Сознание окончательно покинуло мою сдавленную в страстных тисках бренную тушку…

***

Пришел в себя рывком. Словно кто-то взял за шкирку и вытащил из блаженного Ничто обратно в этот темный и страшный мир с монстрами, зомби и неадекватными зоофилками.

Хотя нет, вру. Зоофилка только одна. И хвала небесам, а то второй такой моя искалеченная душа точно не вынесет.

Так вот, придя в сознание, первое что я почувствовал, это жар. И мягкость. Я был со всех сторон зажат чем-то мягким и очень горячим.

Открыл глазки.

Мимо проносился типичный загородный пейзаж типичного апокалипсиса. Асфальтированная дорога с умеренным количеством выбоин и брошенными машинами на обочине. Вдалеке тихонько чадящие остовы какого-то сгоревшего дачного поселка. Оборванные ЛЭПы, на столбах которых сидят какие-то небольшие крылатые мутанты. Поросшие травой невысокие холмы, на склонах которых глаз периодически цеплялся за белые пятна костей. Человеческих и не только.

Ну, по крайней мере тут лучше, чем в городе.

Вопрос только в том, где это "тут"?

— Пи?

— Проснулся, мой маленький гигант? — раздался сверху сладострастный голос.

Только тут мозг включился окончательно, не просто пропуская через себя информацию, но и проводя хотя бы минимальный ее анализ с определенными выводами.

Мягкое нечто, сжимающее меня с боков — это женская грудь. Третий размер, под которым отчетливо ощущались могучие бугрящиеся мышцы.

Я вот даже не знаю, радоваться мне, или ужасаться.

— Пиии…

Хорошо, попробую успокоиться. Мыслить нужно здраво и позитивно.

Эта дамочка — конченная извращенка. Мазохистка, нимфоманка, зоофилка, фетишистка… список длинный, и это только то, что я успел узнать за те недолгие, но очень насыщенные часы нашего "близкого знакомства".

Но в боевом плане она настоящий монстр. Вырваться силой или сбежать просто так не получится. Следовательно, нужно усыпить ее бдительность и тихонько свалить в туман, как в прошлый раз.

План такой.

Сижу смирно, не кусаюсь и не провоцирую. Как подвернется случай, уношу лапки.

Кивнул собственным мыслям.

— ПРАВДА?! ОЙ, КАК ЗАМЕЧАТЕЛЬНО!!! КАК Я ЖЕ ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!!!

— Пи?!

А?! Что?! Как?! Что происходит?!

А что-то явно происходило, потому как я был вынут из, следует признать, уютной ложбинки и на ладошках поднесен к сияющему радостью желтоглазому лицу воительницы с ирокезом.

— Я знала, что ты согласишься! Правда, не думала, что так скоро… Но это ничего! Быстрые решения — признак уверенного в себе мужчины!

Согласился? На что?! И когда? Когда кивнул, что ли?!

Вроде бы она что-то там говорила, но я думал, что не мне…

— Водитель, стой! Стой, кому говорю!

— Но, мэм, мы все еще в красной…

— Я твою баранку тебе же в задницу сейчас засуну, если не остановишься!!!

— Седой, тормози, похоже она не шутит…

Только сейчас я осознал еще одну вещь.

Мы неспешно ехали на большом электромобиле, вроде минивэна, раскрашенном под цвет хаки. Девушка сидела на его крыше в позе лотоса, а внутри, судя по звукам разговоров, которые не скрывало тихое жужжание двигателя, находились те самые военные и две девицы. Вот только они все были очень напряжены и, кажется, немного напуганы.

Как и я, только по другому поводу.

Мое хомячье чутье подсказывало, что радость этой зоофилки не может обернуться для меня ничем хорошим.

Как я там решил? Ждать и надеяться на лучшее?

К чертям хомячьим такой план!

Напряг мышцы лапок.

Она держала меня на открытых ладонях. До проносящегося внизу асфальта метра два — два с половиной. К тому же дорожное покрытие — далеко не самое мягкое место для посадки. Вот только…

Вот только, глядя на улыбающееся лицо накачанной татуированной воительницы с цветным ирокезом, решение было принято мной незамедлительно и без каких-либо возражений.

— ПИИИИИИ!!!

— ЛЮБОВЬ МОЯ!!!!

Шмяк.

Больно. Просто пи как больно! Пузиком-то на асфальт.

— КУДА?!!

Так, боли нет!

Боль — это всего лишь иллюзия разума.

Разума у меня тоже нет ввиду того, что я хомяк. А хомяки, как известно, существа совершенно неразумные… Но очень-очень жизнелюбивые!

Так что на боль пофиг.

Главное, бежать! Как можно быстрее и дальше.

Чап-чап-чап-чап-чап…

По асфальту лапками и коготками.

Нужно быстро добраться до придорожной травы. Она довольно высокая, так что спрятать мое маленькое тельце труда составить не должно. Главное — добраться. Главное — успеть.

— Попался!

— ПИИИИ!!!

Отпусти меня, женщина!

Кусь!

— Ой, какой игривый! — умилилась эта ходячая катастрофа для маленьких животных.

И я не миленький! Я свирепый и злобный Аццкий Хома!

— ПИ! ПИ-ПИ-ПИ!!!

Пусти меня! Пи с ушами!

Кусь! Кусь-кусь-кусь-кусь…

— Щекотно!

Мда. Тут кожа вроде бы и мягкая, а начнешь кусать — так словно бетон грызть пытаешься! Из чего она сделана?!

— А, я поняла! Ты поцелуйчик хочешь, шалунишка? — расплылась в улыбке эта… в общем, ЭТА.

А я замер, повиснув на ее пальце.

Нет.

Нет-нет-нет!

Разжал челюсти, попробовав свалиться в траву, но вновь был пойман в руку. После чего она поднесла мою мордочку к лицу. И… И…

Чмок.

Я по пояс оказался в теплом влажном ротике.

ОЧЕНЬ ДОЛГИЙ ЧМОК.

Дышать нечем! А эта извращенка еще и языком меня облизывает!

Мою хомячью мать!

Кажется, я снова теряю сознание…

ВОЗДУХА!!!

Чпок.

Меня вынули из пасти.

Я лежал на могучей мозолистой ладони и, тяжело дыша, смотрел на ясное голубое небо.

Весь покрытый слюнями.

Боже, что я сделал не так? Где оступился? За что ты так со мной?

— Эм… — послышался деликатный мужской голос. — Мэм… Мы не укладываемся в график операции. Не могли бы Вы побыстрее?

— Гррр… — вполне натурально зарычала моя "обворожительная" до мокрых подштанников "суженая".

— Понял, молчу, — печально вздохнул военный.

Кажется, я пропустил что-то интересное. Впрочем, оно мне надо?

Нет, не надо. Мне нужен только план, как сделать от нее лапки. Желательно побыстрее, пока меня не засунули в… другую дырку.

— Сейчас быстро проведу ритуал бракосочетания, и поедем, — коснулся моего уха ласковый голосок этой мучительницы.

Стоп.

ЧОООО?!

— ПИИИИИ?!

Но могучая рука нежно сжала меня в кулак.

— Так, смертные, кто побудет шафером?

2. СЧАСТЬЯ, ЗДОРОВЬЯ…

Небольшая полянка рядом с разбитой трассой, на которой можно было заметить отчетливые следы гусениц. И что-то мне подсказывало, что это был не трактор.

Но не суть. Суть в том, что я сидел на ладони своей "суженой" и пучил глазы.

Позади нас, на фоне электрокара, стояли семеро человек с выражениями лиц первоклашек, попавших на спонтанную студенческую гулянку по поводу выпускного. Пятеро военных и две девицы стояли в полной растерянности, явно не понимая, что вообще происходит и почему они должны при этом извращении присутствовать.

Почему извращении?

Потому что держащая меня особа не может реагировать на что-то нормальное с ТАКОЙ улыбкой!

Перед нами мялся последний, или как говорят вояки, крайний спецназовец. Впрочем, в этот раз он действительно оказался крайним, беззастенчиво вытолкнутым вперед товарищами-сослуживцами.

Тот самый Куст-сапер по имени Август.

Это был молодой паренек со стрижкой "под нолик", лихорадочно блестящими и бегающими серыми глазами и странноватой улыбкой, что вкупе создавало выражение легкого безумия на лице.

Хотя, наверное так оно и было.

Потому как ни одно здравомыслящее существо не станет проводить странный брачный ритуал между человеком и хомяком!!!

— Мы все собрались сегодня здесь, — откашлявшись, начал читать Куст по бумажке, — чтобы скрепить узами вечного притяжения эти две души.

Я попытался спрыгнуть с ладони, но задние лапки были крепко зажаты меж пальцев… пальцев… пальцев…

Кстати, а как ее зовут?!

— Дева, чистая… — паренек запнулся и посмотрел на невозмутимую девицу скептическим взглядом. — Дева чистая и… непорочная… — еще один, ну ооооочень скептический взгляд, словно говорящий "и кто-то в это поверит?!" — Нареченная в этой жизни Лайлой Рагтьорн, согласна ли навсегда связать свою жизнь и душу с… существом Хомкой Печенькиным?

— Согласна! — страстно выдохнула эта ненормальная.

Я сглотнул и вновь попытался вырваться. В результате чего был просто сжат в кулак до состояния вывалившегося языка и крайней степени пучеглазости.

— Нареченный в этой жизни Хомкой Печенькиным, согласен ли ты связать свою жизнь и душу с Лайлой Рагтьорн?

— ПИ!

НЕЕЕЕЕТ!!!

— Он согласен, — донесся до моего полупридушенного сознания голос этой извращенки.

— Именем покровителей ваших скрепляю этот союз. Именем Древнейшей, пусть будет так.

Стойте! Это ведь не действительно, так?! "Священник" липовый, невеста в неадеквате, жених всеми лапками против! Так что Вселенная должна укуриться, чтобы…

***

"Внимание! Древний Укур ответил на зов и одобрил этот союз! Древний Кхар ответил на зов и одобрил этот союз. Древнейшая ответила на зов и засвидетельствовала этот союз.

Бонус от ритуала "союза душ": + 10 ко всем характеристикам, пассивные внеранговые способности "зов второй половинки" и "направленная эмпатия".

Внимание! При расторжении ритуала оба участника будут досрочно переправлены в Котел Душ.

***

Я глотал пастью воздух, ощутив наконец разжавшиеся вокруг моего тельца тиски смерти. И попутно пробегался глазами по сообщениям Системы.

Просто… пи какой-то.

Это вообще законно?! Или высшим силам все побоку?

Поднял печальный взгляд на лицо своей "невесты". И тут же получил по мозгам такой волной преданного обожания, что глазки сошлись на переносице!

Это что, та самая "направленная эмпатия"?

Перевел взгляд на все еще мнущегося перед нами Куста, но ничего. Тишина в мыслях. Хотя, судя по его выражению лица и слегка шевелящимся губам, мыслительный процесс шел полным ходом.

— А теперь можно ехать, — скомандовала Лайла и первой, развернувшись, направилась к машине, по дороге негромко прошептав мне. — Сейчас время не подходящее, но скоро у нас будет первая брачная ночь…

Я прикинулся дохлым.

***

И почему хомячки не говорят?

Я задавал себе этот вопрос вновь и вновь, глядя на проносившиеся мимо километры.

Мы все так же продолжали ехать по колдобинам. Судя по положению солнца, время потихоньку шло к закату, но цели нашего путешествия видно не было.

И спросить тоже было не у кого. Вернее, осведомленные личности-то были, но вот со способом общения — затык. Хомячки не разговаривают.

Были, конечно, и другие способы добычи информации, но… Пассажиры внутри салона либо ехали молча, либо спали, либо общались таким шепотом, что мой слух не способен был его уловить за шумом встречного ветра. Последний был, кстати, не особо сильный — ехал электрокар со скоростью максимум тридцать километров в час. Спуститься к ним и попытаться пообщаться жестами или записками — тоже номер с душком, потому как Лайла молниеносно пресекала любые мои попытки покинуть ее плечо, на которое я перебрался.

Пообщаться же с самой носительницей оригинальной прически тоже не представлялось возможным — она с самым мечтательным выражением на лице что-то тренькала на шестиструнной секире и периодически косилась на меня, обдавая такой смесью эмоций, что лапки сами собой подгибались, а сознание начинало капитулировать.

Итог.

Мои знания о текущей ситуации, как и ее саму можно было сравнить с числом "пи". Не в смысле, что они беспредельны, а в смысле, что это полный бесконечный пи…

Вроде бы я и в безопасности, но предпочел бы остаться в городе с мутантами, чем наедине с этой… "девой чистой и непорочной". Вроде бы я и двигаюсь к людям, но с другой стороны — фиг поймешь, что это за люди, что им нужно от жизни нынешней печальной, да как они относятся к хомячкам-мутантам с миссией по спасению мира.

Отдельный вопрос, что случилось, пока я был в отключке. Как Лайла сумела договориться с местными военными, если это конечно военные? Или чем она их так запугала, что они покорно везут ее на свою базу? И действительно ли мы едем к ним? А то вполне может статься, что "покорные" овечки таковыми лишь прикидываются, а на деле везут нас в ловушку или в совершенно другом от их дома направлении, героически жертвуя собой, чтобы защитить родных и близких от неадекватной бабы с топором-гитарой…

В общем, мысли были далеко не самыми радостными.

Незаметно с головой погрузившись в размышления на тему коварства и тяги к саморазрушению человеческой расы вне зависимости от мира и времени, я не сразу заметил, что минивэн остановился. Из странного подобия мыслительного транса, которым, видимо, мое сознание спасалось от сумасшествия, меня вывел хлопок двери.

Встрепенулся и огляделся.

Мы заехали в небольшую низину, по которой тек узенький ручей, выбегающий из виднеющейся вдалеке рощицы. Поселений отсюда видно не было, как и хоть каких-то вменяемых ориентиров, кроме насыпи с трассой чуть в стороне.

Стараясь не обращать внимания на Лайлу, увлекшуюся своей шестиструнной секирой, спецназовцы начали быстро разбивать лагерь. Пока двое сноровисто ставили три довольно большие палатки цвета хаки, один набрал воды, четвертый начал разводить костер, а двое последних разошлись в разные стороны, быстро растворившись в складках местности. Девушки же сели у разгорающегося костра и начали опасливо озираться, явно неуютно чувствуя себя на открытой местности.

Я покосился на Лайлу. Та продолжала что-то наигрывать. Тихонько соскользнул с ее плеча.

В отличие от прошлых раз, она меня не поймала.

Тихонечко подобрался к краю крыши электрокара.

— Дорогой мой муж, — заставил меня замереть тихий, ласковый, но очень ЖУТКИЙ голос. — Тут не город, и долго прятаться не получится. К тому же, я теперь намного лучше чувствую тебя. Учти это.

— Пи-и-и-и… — печально вздохнул я.

После чего спрыгнул вниз и пошелестел через траву к костру.

Побег пока откладывается.

Ну хоть попробую узнать что-то у наших попутчиков…

3. ПООБЩАЕМСЯ?

Начать я решил именно с девушек, потому как те были не заняты, да и вряд ли отнесутся настороженно к милому пушистому хомячку.

Прошуршав по травке, я сел рядом с девицами и деликатно кашлянул, привлекая к себе внимание. Вернее, попытался кашлянуть, но получился лишь очередной стремный писк.

Ноль внимания.

То ли не слышат, то ли прикидываются.

Еще пару раз пискнув и не добившись даже взгляда в свою сторону, я начал немного раздражаться.

Набрал в грудь побольше воздуха и громко фыркнул, рывком раздуваясь до размеров средней кошки.

Мир сразу стал выглядеть по-другому — трава и люди немного уменьшились, так что не приходилось теперь задирать мордочку вверх, а спектр зрения вроде бы слегка расширился, окрашивая окружение в несколько иные тона.

В голову пришло знание прошедших в организме изменений.

В шерсти опять появились иголки, зубы увеличились и заострились, а хвост удлинился и стал больше похож на крысиный — чешуйчатый и облезлый.

— ЙАААААААА!!!

О, а вот теперь меня заметили!

Правда, в следующую секунду мне пришлось сначала уворачиваться от брошенной одной из девиц банки консервов, а потом еще и пригибаться, пропуская над головой пистолетную пулю от разводящего костер бойца.

От дальнейших неприятностей меня спас командирский рык Лайлы.

— ОТСТАВИТЬ СТРЕЛЬБУ!!!

Людей, уже готовящихся палить из автоматов, словно заморозило — они замерли в самых нелепых позах, будто боясь пошевелиться.

— Еще раз выстрелите в моего мужа, головы откручу! — уже спокойней добавила девушка с ирокезом, возвращаясь к бренчанию на секире-гитаре. — Если он сам их раньше не откусит…

При последних словах люди "отмерли" и опасливо покосились уже на меня.

— Пи-пи-пи!!! — я отчаянно замотал головой, поднимая лапки и стараясь казаться как можно более безобидным.

Не буду я никому головы отгрызать! Не слушайте эту сумасшедшую! Я вообще за мир во всем мире! Наверное, более мирного существа на этой планете и не найти!

По крайней мере, пока не наткнусь на что-нибудь ценное и бесхозное…

Люди немного успокоились и начали возвращаться к своим делам. Но все же нет-нет, но я ловил на себе настороженные взгляды солдат.

Облегченно выдохнув, опустил лапки и подполз поближе к севшим на место девушкам, которые смотрели на меня теперь со смесью страха и любопытства. Брезгливости не было — хотя я и представлял собой не самое аппетитное зрелище, но этот мир должен быстро отбивать у выживших чувство пренебрежения и высокой эстетики.

Так, допустим, первичный контакт налажен. Они смотрят на меня, я смотрю на них.

Одна была тощей блондинкой, под метр шестьдесят ростом, с маленькой грудью, узкой талией, стройными ножками и смазливым личиком. Впечатление портила общая чумазость — последние несколько дней ей явно было не до мытья. Вторая девушка не сильно отставала в этом вопросе от первой, являясь такой же грязнулей в поношенной джинсовой одежде. Внешними данными она с одной стороны проигрывала подруге, являясь брюнеткой с заурядным лицом и слегка великоватым носом с горбинкой, но с другой стороны, фигура была несравненно шире в груди и бедрах.

Теперь нужно как-то добыть из этих молчуний информацию.

Для начала попробуем самый простой вариант, который первым приходит в голову.

Открыв пошире пасть, под взглядом вздрогнувших от неожиданности девушек, выплюнул на траву блокнот и ручку.

Конечно, такими лапками писать было не особо удобно, но и мне не в конкурсе каллиграфии участвовать…

На мгновение задумавшись, я начал с нейтрального.

"Привет. Меня зовут Печенька. А вас как?"

И вот тут меня ждала небольшая странность.

Оказывается, я писал на незнакомом языке!

Вернее, язык-то был родной, русский, но вот лапки сами собой выводили совершенно непонятные закорючки, которые тут же воспринимались мозгом как родной и могучий.

Пораженный этим открытием, я на пару секунд замер и только ошалело хлопал глазками. Из ступора меня вывел мягкий голос блондинки.

— Я Алиса. А это Раушан.

Хм… Имена вполне обычные. Вот только закралось у меня сомнение — это они так на самом деле звучат, или просто мозг их "обрабатывает", подгоняя под привычное мне звучание вместе с автопереводом языка?

Фыркнув, я решил не затягивать и вывел в блокноте первый интересующий меня вопрос.

"Прошу прощения, но я не помню, что случилось после появления Лайлы. Она меня слегка придушила на радостях. Не могли бы вы рассказать?"

Девушки переглянулись, потом покосились на безразлично продолжающую сидеть на крыше зоофилку, и стали сначала осторожно, а потом все более эмоционально и перебивая друг друга чирикать сначала о том самом явлении полуголой носительницы ирокеза и странной секиры, а потом и вообще обо всем, что только могли вспомнить.

От обилия вываленной информации начала кружиться голова, но я честно старался все это запомнить и проанализировать.

Если обрезать эмоциональный выплеск и словесную шелуху и уложить все в двух словах, то получалось примерно следующее.

Блондинка Алиса — дочка какого-то высокопоставленного местного военного, а брюнетка Раушан — ее соседка и лучшая подруга едва ли не с пеленок. Во время "конца света" они гостили у одного из родственников Раушан, который вместе с большей частью гостей превратился в зомби. У девочек оказалась довольно крепкая психика и хорошая физическая подготовка, так что они кое-как сумели отбиться и слинять в соседнюю квартиру, откуда и позвонили отцу Алисы пока еще работала сотовая связь. Ну а после этого они несколько дней прятались в той самой квартире, делая вылазки к соседям и магазинчик на первом этаже за едой и припасами.

В общем, выживали. Причем весьма успешно. Успели набить десять уровней и упереться в первый потолок, который никак не могли преодолеть — Система говорила, что для возможности выбора класса и разблокировки второго десятка уровней Алисе нужно убить за день три десятка зомби, а Раушан — пять мутантов выше десятого уровня.

Задачи, понятное дело, невыполнимые для вооруженных чем придется девочек, пусть и обладающих определенной "боевитостью" и опытом.

Ну а потом их нашел посланный отцом Алисы отряд военного спецназа, свидетелем появления которого я и стал… А вот что случилось после моей отключки — это вопрос интересный и немного непонятный даже для непосредственных участников тех событий.

Сначала военные попытались атаковать Лайлу. Естественно, закончилось это шестью бессознательными тушками разной степени помятости.

И хорошо еще, что не трупами — видимо, какие-то тормоза в голове у этой ненормальной все же присутствуют. Или просто было такое настроение — пи ее знает.

Пока бойцы лежали без сознания, она порылась в их вещах, нашла рацию, вышла на связь с их начальством и, приказав девочкам заткнуть уши, провела недолгий разговор с кем-то "на том конце провода". По итогу, когда люди начали приходить в себя, их уже ждал приказ из Штаба, предписывающий поступить в полное распоряжение этой зоофилке и всеми силами способствовать ее дороге на базу. Приоритет отдавался даже больший, чем жизням девочек, о чем те не преминули нажаловаться раз пять.

Вот такая вот странная ситуация…

4. ПРИЕХАЛИ.

— Пи-и-и…

Скучно.

Просто пи как скучно.

Ехали мы почти полдня. И ничего не происходило.

Нет, пару раз показывались какие-то твари, но они либо успевали свалить с паническим визгом, либо взмахом волшебного топора Лайлы превращались в бесформенные кучи мяса.

Правда, несколько раз машину приходилось останавливать, потому как я чуял в останках убиенных тварей, да и просто во всяких подозрительных кучах мусора разного рода ништячки. Первые два раза, когда я вылавливал странные камушки и просто украшения, бойцы еще ворчали, но вот стоило мне достать из припаркованной у обочины машины чемоданчик с золотыми слитками и противотанковый гранатомет с двумя снарядами, они заткнулись. А уж когда я, раздувшись до размеров человека, начал запихивать себе базуку в пасть, то люди на какое-то время впали в глубокий ступор…

Так или иначе, но к вечеру, без особых приключений, мы добрались до военной базы.

Подобные вещи я видел только в фильмах, потому судить о грамотном расположении или особенностях фортификации объекта не могу в принципе. Да и не видел я территорию целиком — мы все же на машине подъехали, а не на вертолете.

Но в глаза сразу бросились высокие бетонные стены с явно свежеприкрученной колючей проволокой. Через равные промежутки над стенами возвышались вышки со внушительными орудиями — что-то крупнокалиберное, скорострельное и очень мощное. Хотя я могу и ошибаться.

Ворота представляли собой литые стальные пластины, которые как-то сдвигались в стороны, пропуская нас внутрь небольшого бетонного кармана. Своеобразная шлюзовая камера, где нас внимательно рассмотрели под прицелом нескольких пулеметов, и только после подтверждения пары каких-то странных паролей открыли вторые ворота, ведущие уже на территорию самой базы, предварительно закрыв внешние.

База эта, скорее всего, раньше либо была аэропортом, либо под эти цели отводилась солидная часть ее площади — насколько хватало глаз, по ровной земле пролегали длинные бетонные дороги, похожие на ВПП самолетов, вдалеке торчала пара диспетчерских вышек с кучей антенн, а также наличествовало огромное количество ангаров, складов и бараков, меж которыми довольно большое количество людей строило какие-то здания из дерева и бетона.

Стоило Лайле спрыгнуть с крыши электрокара, придерживая меня ладонью на плече, как к нам подъехала небольшая машинка с наглухо тонированными стеклами.

Дверцы с легким щелчком открылись и наружу с передних сидений выскочили два двухметровых амбала в черной военной форме, с какими-то массивными короткоствольными автоматами.

— Лайла Рагтьорн, я полагаю? — ослепительно улыбнулся один из них, так и лучась позитивом и гостеприимством, что никак не вязалось с угрожающей одеждой и оружием.

— С мужем! — гордо ответила эта зоофилка и ткнула в меня пальцем.

— Эм… — оба на мгновение зависли, разглядывая мою пушистую тушку.

— Пи, — печально вздохнул я, разведя лапками в стороны.

Простите, парни, но я в ахрене не меньше вашего.

— Ну… с мужем, так с… мужем, — кивнул один из них, видимо, с более устойчивой психикой или большей степенью пофигизма. — Прошу проехать с нами. Вас уже ожидают.

Важно кивнув, Лайла… одним прыжком оказалась на крыше новой машины, заставив ту жалобно скрипнуть подвеской.

Я закатил глазки.

— Ну, что стоим? — выгнула бровь девушка, глядя сверху вниз на растерявшихся секьюритронов. — Тронули!

— Тут так не принято… — предпринял один слабую попытку воззвать к ее здравому смыслу.

— Насрать, — коротко ответила та, зевнув.

Выделенные сопровождающие переглянулись, сделали друг другу пару непонятных жестов руками, после чего обреченно полезли в салон. О том, что машина завелась, я понял только по едва заметной вибрации крыши — это тоже был какой-то бесшумный электрокар.

По лагерю мы ехали около получаса. Только тут я наконец осознал масштабы этой базы — забор терялся где-то за горизонтом, а все пространство, насколько хватало глаз, было занято либо старыми бетонными постройками, либо спешно возводящимися новоделками. Причем не времянками — люди строились всерьез и надолго, разбивая огороды, роя колодцы и пруды, удобряя и засеивая поля…

У меня сложилось впечатление, что я попал в какую-то миниатюрную страну. Они отгородились от внешнего враждебного мира высокими стенами и усиленно налаживали быт.

Конечно, без "ляпов" не обходится — я успел стать свидетелем трех серьезных драк, которые разнимали местные военные в такой же черной форме, как и у наших сопровождающих. Причем в двух случаях хватило просто вида стражей порядка, чтобы драка сама собой рассосалась, а в третьем — им пришлось приложить двух самых отчаянных драчунов шоковыми дубинками, после чего бессознательные тела запихали в небольшой бусик, который быстро затерялся среди нагромождений построек.

И что-то мне подсказывает, что ничего хорошего по приходу в сознание эту парочку не ждет…

— Пи… — мне как-то расхотелось знакомиться с этой цивилизацией.

Может вернуться обратно к монстрам? Там все просто, тихо и почти мирно: нашел, оценил, сожрал. Или удрал — в зависимости от длины зубов в пасти и величины циферок в статусе мутанта.

Или найду какую-нибудь маленькую коммуну людей и стану их пушистым ангелом-хранителем… Угу. Ровно до тех пор, пока меня не найдет эта шизанутая зоофилка, или не вспомнит то укуренное божество с его "Великой миссией".

— Пиииии… — тяжела жизнь хомяка-мутанта.

Ладно, выкрутимся. Это не курсовую за ночь без справочного материала сочинить.

Тем временем машина подъехала к неприметной серой двухэтажке, у входа в которую и остановилась.

— Прошу за мной, — сказал один из амбалов, выгружаясь из салона.

Дождавшись, когда Лайла гибким движением спрыгнет вниз, он зашагал внутрь здания.

Я ожидал, что зоофилка выкинет еще какой-то фортель, но… та просто послушно пошла следом, с любопытством осматриваясь.

А внутри… А внутри нас ждал сюрприз.

Двери входа вели в тупиковое помещение без окон и дверей. Только столик посередине, да покачивающаяся под потолком лампочка.

— Присаживайтесь, — улыбнулся провожатый, указывая Лайле на единственный стул за этим столом. — Вас уже ожидают.

У меня зародилось нехорошее предчувствие.

Нет, не угрозы. Просто… словно надо мной навис хлипкий карниз с огромной кучей смазанных органическими удобрениями булыжников. Одно неправильное движение — и все это посыпется на тебя, грозя или раздавить, или удушить запахом.

— ПИ! — я куснул девушку за ухо, выказывая свой категорический отказ от идеи покорно сесть на предложенный стульчик.

— Не волнуйся, сладкий мой, — мило улыбнулась та. — Сейчас тут с формальностями закончим, и порезвимся сколько и как захочешь!

— ПИИИИ! — а вот это уже серьезный повод для беспокойства!

Я не хочу! Я против! Пустите меня!

АААААА!

— ПИИИИИ!

— Оп! Плохой мальчик! Не убегать!

Меня поймали и сунули в декольте.

Просто пи.

Лайла спокойно села на стул, положив на стол перед собой шестиструнную секиру. Провожатый вышел из комнаты, закрыв за собой входную дверь. Что-то скрипнуло. За стенами раздался приглушенный треск и шелест.

И мы плавно поехали вниз.

Я попытался вырваться из мягкого плена. Но все тщетно.

А ощущение чудовищного давления тем временем продолжало нарастать.

Раздался приглушенный грохот, после которого стены и потолок просто исчезли.

Испарились, словно их и не было.

А вокруг нашего маленького столика обнаружилась довольно большая рукотворная пещера метров сто в диаметре.

И в ее полумраке замерли сотни коленопреклоненных фигур в массивных черных доспехах.

К столику шагнул высокий седовласый человек с неестественно огромными черными глазами и каким-то вытянуто-утонченным лицом.

— Предсказание сбылось, — мягко улыбнулся он, с теплотой глядя на невозмутимую Лайлу.

— Да, старик, — ответила она. — Я вернулась. И привела вам Вождя!

Ощущение нависшей тяжести осыпалось вниз, погребая меня под завалами.

ДА ЧТО ТУТ, ПИ ВАМ В УШИ, ПРОИСХОДИТ?!

ГЛАВА 198. МЕЧТЫ СМОЕТ ДОЖДЬ.

ЭПИЗОД III

(РОУЗ)

1.

Задание "Сестра печали".

Ранг: божественный.

Награда: скрыта.

Заказчик: Древняя Мют.

Срок: год.

Штраф: нет.

Цель: найти "Вестника Бури".

***

— И на кой только согласилась? — пробормотала под нос, рассматривая висящий перед носом текст, видимый лишь мне.

— В… ты о чем? — захлопал Арус единственным уцелевшим глазом.

— Нос не мешает? — оскалилась я.

— Эм… нет, — покачал тот головой.

— А по-моему мешает, раз суешь его куда не просят, — резким движением руки я ухватила подъехавшего слишком близко волчонка за обсуждаемый орган.

— Б… больно… — жалобно пропищал он, поднимаясь на стременах вверх вслед за вытягиваемым органом обоняния. — За что?

— За лишние вопросы, Котлетка, — клацнув клыками, отпустила беднягу и осмотрелась.

Приближались утренние сумерки и постепенно становилось все светлее.

Мы ехали бок о бок по широкому лесному тракту, а ветви деревьев смыкались сплошным темным сводом высоко над нашими головами. Это была торговая дорога, ведущая из западных областей Валликта в столицу, которая из-за часто проходящих тут караванов являлась излюбленным местом засад всякого отребья.

— А ну стой, милашка!

Что и требовалось доказать.

Поперек дороги натянулась самодельная сеть из толстой, но местами прогнившей веревки, а из кустов выбралось с десяток мужиков самого отвратительного вида: немытые, нечесаные, с криво обрезанными сальными волосами, заросшими харями и каким-то вонючим тряпьем вместо одежды. В руках у них тоже позорище, а не оружие: кривое дубье, пара палок с кусками дрянного железа, которые копьями назвать было просто стыдно, да несколько ржавых кинжалов. "Доспехи" также не блистали. Хотя бы потому, что были сделаны из каких-то деревяшек, перевязанных шнурками из травяных стеблей.

— Вам самим не стыдно? — скривилась я, осматривая этих "воинов".

— Стыдно, — ухмыльнулся самый большой и бородатый мужик, скорее всего, главарь. — Стыдно, что чуть не пропустили такую крошку! Но ничего, сейчас мы тебя по кру…

Дальше раздалось лишь хриплое бульканье.

Я скептически посмотрела на дергающееся под ногами тело с разорванной глоткой. Из раны толчками выбивалась почти черная густая жидкость, быстро впитываясь в придорожную пыль.

— Как?! — выдохнул стоявший рядом с главарем бородатый здоровяк в вонючей безрукавке и рефлекторно попытался ткнуть в меня копьем.

Даже не смешно.

Движение было откровенно неуклюжим и дико медленным.

Сомневаюсь, что хоть кто-нибудь из этих "бойцов" успел заметить, как я спрыгнула с лошади, приблизилась к их вожаку и ударила его в горло. Вот только скоро рассвет, так что тянуть даже со столь слабыми противниками нельзя — с первыми лучами солнца я стану значительно слабее.

Скользнув вдоль древка, ткнула пальцем здоровяку в глазницу. Коготь, пробив упругий шарик глаза и тонкие кости, глубоко погрузился в мозг. На всякий случай чуть согнула палец и резко дернула на себя, вырывая кусок черепа вместе с переносицей.

По воздуху разнесся сладковатый запах крови. Даже у такого грязного отребья она продолжает оставаться пьяняще-желанной…

Так, не время. Взять себя в руки, пока инстинкты не взяли свое.

Главная опасность для вампира — это не охотники, не герои и даже не солнце. Это он сам. Стоит лишь раз утратить себя, окунуться в ураган жажды крови с головой, и ты уже никогда не станешь прежним. Я видела это не раз. Как вчерашние здравомыслящие братья и сестры превращались в кровожадных безумцев. В тех самых монстров, о которых так любил рассуждать старый Лукий.

Но и против своей натуры идти нельзя — если долго отказываться от крови, то жажда становится нестерпимой и так же туманит рассудок.

Вся жизнь вампира — это тонкий баланс на грани кровавого безумия. Ешь столько, сколько нужно. Меньше — сойдешь с ума. Больше — сойдешь с ума. А агрессивную кровожадную тварь очень быстро выследят и убьют люди, если она сама не сдохнет по глупости.

Из груди невольно вышел тяжелый прерывистый вздох.

Сглотнула.

Но я пока сыта. И слишком хорошо умею держать себя в руках.

А вот свидетели мне не нужны…

Все закончилось за несколько секунд. Наш клан не даром специализируется на скорости — даже без активации усиливающих способностей, я убила семь человек прежде, чем они успели хотя бы осознать происходящее. Без затей рвала им горла когтями. И нарочно оставила последнего.

Довольно хлипкого вида молодой парень с покрытым оспинами лицом. Одежда — вонючее тряпье без намека на защиту. Оружие — длинный ржавый кинжал с самодельной деревянной рукоятью. Он стоял посреди залитой кровью дороги, меж еще теплых трупов своих подельников, и мелко дрожал, не сводя с меня расширенных от ужаса глаз.

Я демонстративно облизала окровавленные пальцы.

Вкусно.

Чертовски вкусно, Темный вас подери.

Аж дыхание на мгновение сбилось, заставив сладко трепетать сердце и издать прерывистый томный выдох.

— Хочешь жить? — я улыбнулась бандиту, показав полный набор измененных клыков.

Тот дернулся, будто бы только придя в себя, и яростно закивал.

— Хорошо, — я облизнулась и посмотрела назад, где с лошади слез Арус, обводя участок дороги перепуганным и полным сожаления взглядом. — Котлетка, иди сюда.

— Да, мэм! — он вздрогнул словно от удара и торопливо приблизился, с опаской поглядывая на мои окровавленные руки и с печалью — на тела бандитов и их последнего выжившего.

Ну-ну. Добросердечный ты мой.

Я вытащила из ножен два своих кинжала и с самой обворожительной улыбкой протянула их волчонку рукоятями вперед.

— Бери.

— З… зачем? — заикнулся Арус, с легкой паникой посмотрев на оружие.

— Гррр… — я негромко зарычала и он, сглотнув, дрожащими руками ухватился за кинжалы. — Молодец, — отпустила лезвия, на которых остались следы крови с когтей, и сделала пару шагов назад, чтобы видеть всю картину целиком. — А теперь убей его.

— Кого? — волчонок посмотрел на меня взглядом травоядного.

Закатив глаза, я ткнула пальцем в сторону даже не побледневшего, а начавшего синеть от ужаса бандита.

— Н… не могу, — тихо выдавил блохастый, опуская оружие. — Так… нельзя.

— Тогда что же? — мои губы невольно растянулись в оскале. — Отпустить его?

— Если можно, — слабо кивнул зверолюд, смотря в землю.

— Угу… Почему же нет? Конечно можно, — услышав эти слова, Арус поднял на меня полный удивления и надежды единственный желтый глаз. Но я уже смотрела на другого участника сцены. — Ты свободен. Вали куда хочешь, но… Сначала выпотроши этот блохастый коврик.

Дважды его просить не пришлось.

Человек — это тварь. Тварь живучая, быстро плодящаяся и приспосабливающаяся. Не до абсолюта, нет, но… Посади на один остров людей и, скажем, эльфов, и через сто лет остатки остроухих будут играть роль секс-игрушек для людских правителей. Это не хорошо, и не плохо. Это просто правда. Борьба за существование собственного вида, которая не приемлет конкурентов.

И в этой борьбе люди способны на многое — инстинкт выживания в них очень силен. Вот только чаще всего получается так, что этот самый инстинкт толкает людей на те поступки, которые другие расы с презрением отвергают.

Человек — это тварь.

И из тварей рождаются самые ужасные монстры…

Бандит прыгнул вперед, замахиваясь кинжалом.

Не молниеносно. Даже не быстро. Но для его уровня двигался он вполне неплохо. И в движении не было ни грамма колебания или неуверенности. Его не смущало, что перед ним практически ребенок, да еще и покалеченный. И вряд ли он сейчас думал о мести за павших товарищей, или еще хоть о чем-то, кроме выживания.

Все мысли человека в такие моменты заняты одним — его собственной шкурой.

Это видно по лихорадочному блеску в глазах. По искривленному в гримасе лицу. По направленному прямо в шею волчонку клинку кинжала…

Арус в последний момент успел сделать шаг назад, одновременно чуть отклоняя корпус. Лезвие пролетело в паре сантиметров от его горла. В глазах моей Котлетки зажегся огонек страха.

И кое-чего еще.

Жажда жизни.

Да, мелкий все-таки хотел жить.

Каким бы белым и пушистым он ни прикидывался, но жить хотят все. И ради своей шкуры многие пойдут на что угодно.

— Роуз, пожалуйста! — пискнул Арус, отпрыгивая от тяжело дышащего бандита.

— Либо ты, либо он, Котлетка, — улыбнулась я. — А если один из вас не сдохнет до первых лучей солнца… то я убью обоих.

Человек вновь бросился вперед. Арус чуть пригнулся, готовясь опять отскочить в сторону и не сводя взгляда с лезвия приближающегося кинжала. Это и была его ошибка — бандит шаркнул ногой и в лицо волчонка полетела дорожная пыль, заставив того зажмуриться и на мгновение потерять концентрацию.

Удар человека был хорош.

Нож вошел точно в подбородок зверолюду. Его длины как раз хватило, чтобы жало кинжала показалось из макушки. Такой удар практически целиком исключает вероятность "предсмертного взмаха", в отличие от удара по горлу или корпусу. Поврежден мозг — тело обвисает безвольной куклой.

Да, волчонок должен был умереть мгновенно.

Если бы удар достиг цели.

Но вместо лезвия в подбородок Аруса ударил пустой кулак бандита, который сразу же после этого с криком боли упал на колени, прижимая к животу тот самый кулак — все пальцы были беспощадно сломаны.

Он слишком сильно держал кинжал, а у меня не было никаких основания забирать его деликатно.

Я подкинула и перехватила за лезвие оружие, вырванное из рук человека в последний момент.

— Ты… обещала… — выдавил из себя мужчина, дикими глазами смотря на меня снизу вверх.

— И что? — мои губы невольно сложились в кривоватую улыбку. — Арус, добей его.

— Но…

— Кончай жевать сопли, малявка, — я покосилась на мгновенно заткнувшегося волчонка. — Перед тобой не барышня из высшего общества. И даже не простой крестьянин, который тяжелым трудом обеспечивает жену и ораву детишек. Перед тобой мусор. Грязная накипь жизни, что собирается у обочин торговых дорог. Сколько своих и твоих сородичей он прикопал в местных кустах? Скольких изнасиловал, замучил, искалечил? А сколько еще прикончит, если сейчас уйдет? Такого уже не исправишь, как ни старайся, и подобное… существо не имеет права на прощение.

— Я… — попытался подать голос человек, но я слегка пнула его по печени, заставив заткнуться и скрючиться в пыли. Будет он мне тут еще в воспитательный момент влезать.

— Но виконтессу же мы отпустили? — Арус неуверенно перебрал пальцами по рукоятям кинжалов. — В чем между ними разница?

— Та шлюха была просто садисткой, — поморщилась я. — Извращенкой, изменницей, избалованной мразью… но не убийцей. У нее еще есть шанс. В отличие от этого дерьма.

— Это лицемерие, — тихо проговорил волчонок, с грустью глядя на человека.

— Я монстр, — оскалилась, демонстрируя измененные клыки, — который когда-то был человеком. Лицемерие — это мой способ выживания. Удобный способ оправдать свои капризы и пожирание чужой плоти. Тем не менее, сейчас я говорю на полном серьезе, Котлетка. Человек перед тобой — кусок дерьма, что ради собственной шкуры без колебаний пустит кишки ребенку и намотает их себе на стоячий хер. И либо ты его прикончишь, либо он изнасилует, искалечит и убьет еще, возможно, несколько десятков или сотен разумных. И их смерть и поломанные судьбы будут висеть на твоей шее. И все из-за твоей неспособности в нужный момент собрать яйца в кулак и ударить кого-то ножом.

Волчонок сжал губы в тонкую полоску и до скрипа стиснул кинжалы, лезвия которых и так были измазаны кровью с моих когтей.

— По… подождите… не убивайте… — простонал человек, опять поднимаясь на колени. — Я исправлюсь. Я…

Его оборвал короткий удар ножом в горло. Точно такой же, который должен был достаться его очередной жертве — снизу вверх в подбородок. Так, чтобы лезвие пробило мозг и показало окровавленное жало из макушки.

Горячая свежая кровь начала стекать по клинку на побелевшие от напряжения пальцы Аруса. А он неотрывно смотрел в глаза умирающего человека, чья душа начала свой путь к очищению.

Дернув кистью, зверолюд с трудом вытащил застрявший в костях черепа кинжал, давая уже мертвому куску мяса упасть на землю, и посмотрел на подрагивающую окровавленную руку.

— Кинжалы помоешь и вернешь.

— Да, мэм, — тихо отозвался он, не меняя позы.

— И не "мэмкай" мне тут.

— Прошу прощения.

Я критично осмотрела замершую фигуру мелкого волчонка и подняла взгляд к небу, которого не было видно из-за переплетенных крон деревьев. Тем не менее, совсем близкий рассвет я ощущала буквально кожей, что начала противно зудеть.

Нужно торопиться.

Вновь посмотрела на Аруса.

Котлетка не сводил глаз с окровавленной руки.

— Первый раз убиваешь? — поинтересовалась я.

— Нет, — коротко и безжизненно ответил он, чем вызвал у меня короткое замешательство.

— Так какого хрена ты мне тут драму устроил, словно девственница в первую брачную ночь?! — я от всей души отвесила мальчишке пинка по заднице, заставив потерять равновесие и едва не свалиться на свежий труп. — А ну быстро яйца в зубы, и обшмонал кошельки этих идиотов! А потом валим в чащу, мне пора окапываться на день!

— Д… да, мэ… Ой… То есть, хорошо, сейчас все сделаю! — пришел волчонок в себя и начал спешно метаться от трупа к трупу, занявшись быстрым обыском.

Смысла в этом, конечно, особого не было, но нужно же чем-то нагрузить бойца, чтобы его мозги не страдали всякой фигней. А я пока быстро поймала разбредшихся лошадей и отыскала следы разбойников, которые вели в глубину леса. Конечно, следопыт из меня так себе, но вот их запах я чуяла более чем отчетливо.

Надеюсь, до рассвета успеем дойти до их лагеря и вырезать оставшихся, иначе могут быть проблемы…

2.

Я сидела с головой завернувшись в длинную черную мантию, добытую еще в особняке той шлюхи-баронессы. Одежда была мне великовата, но это даже к лучшему — можно плотнее закутаться, спрятав ладони в длинных рукавах и надвинув глубокий капюшон практически до подбородка.

Было жарко, душно, от плотной ткани попахивало плесенью и мышами, но… это было намного лучше, чем попасть под лучи солнца, которые иногда все же пробивались через кроны лесных деревьев. Конечно, от одного луча я не умру, но вот ожог будет держаться до следующего "перекуса", а маны светило выжжет столько, что останется только едва волочить ноги.

Эх, хорошо старым вампирам — за пять-шесть веков они отъедаются настолько, что могут практически не бояться солнечного света. И пусть я в бою могу, при определенной удаче, положить и двухсотлетнего кровососа, но по-сути все еще остаюсь только-только вылупившимся птенцом.

— Которого еще и вышвырнули из родного гнезда, — пробормотала я.

— А? — повел обрубками ушей сидящий напротив волчонок.

— Говорю, быстрее давай! — рыкнула я. — Нам еще отдохнуть нужно.

— А, да-да, сейчас… — виновато пискнул он и вернулся к сортировке.

Аруса я озадачила довольно легкой, но нудной работой — нужно было перебрать доставшуюся нам добычу, после чего погрузить наиболее ценное в седельные сумки наших лошадей.

Всего наш маленький караван ныне насчитывал пять кляч: на двух ехали мы, а еще три были грузовыми, таща на горбу наиболее ценные и малогабаритные вещи, уворованные из особняка баронессы. Да еще сейчас добавится неопределенное число ценностей от разбойников. Впрочем, число это было весьма смешным — несколько кошельков с мелкими монетами, пара драгоценных камней, да один неплохой меч. Все остальное — откровенный мусор, который не стоил возни с его транспортировкой. Это я и так видела, но нужно было чем-то занять мелкого, пока мой засыпающий мозг пытался решить, что делать дальше.

Нет, общее направление было понятно — двигаться в Оферон. Но вот стоило ли продолжать рисковать, двигаясь по дороге, или все же нужно было взять самое необходимое и идти лесом? С одной стороны, второй вариант безопасней, но с другой — такую гору ценностей мне совесть не позволяла бросить посреди дороги.

— МММММ!!! — раздалось справа возмущенное мычание, пытающееся привлечь наше внимание.

— Не отвлекайся, — пришлось отвесить Котлетке очередного легкого пинка, чтоб не отрывался от работы.

Волчонок покосился на источник звука, вздохнул, но вновь послушно взялся за прерванное дело.

Впрочем, его внимание было вполне понятно — в паре шагов от нас под деревом лежала связанная девушка.

Очередная идиотка-аристо. И в ее умственных способностях я была более чем уверена — ни один разумный, если у него есть хоть капля мозгов, не попался бы в плен к этим дегенератам…

Собственно, события последнего часа можно было описать парой предложений.

Прошлись по следу разбойников до их лагеря, который представлял собой полянку с несколькими безалаберно связанными из веток шалашиками, и сваленным в кучу под деревом мусором. Я быстро вырезала ту пару увальней, что сидела "на страже", после чего Арус оттащил их тела в кусты и принялся за осмотр лагеря. И в одном из шалашей нас и ждал тот самый мычащий сюрприз с кляпом во рту.

Молодая человеческая девушка, чуть младше меня, с породистым аристократичным лицом, холеной кожей, ясными голубыми глазами и роскошными золотистыми волосами до пояса.

И фигуркой, от которой когти чесались выпустить ей кишки каждый раз, как эта идиотка попадалась на глаза: грудь, бедра, талия — все это словно вылепил талантливый до божественного уровня скульптор, задавшийся вопросом создать максимально соблазнительные для мужчин формы и размеры.

И все это было упаковано в полупрозрачный пеньюар, похожий на тот, в котором элитные проститутки встречают своих гостей в столичных борделях.

Короткий осмотр пигалицы дал следующие результаты: фамильный перстень, указывающий принадлежность к роду, не снят; рабской татуировки нет; следов изнасилования и побоев нет; узлы, стягивающие руки и ноги за спиной так, что девка была вынуждена лежать соблазнительным кренделем, выполнены профессионально и очень щадяще; а вот кляп оказался грязным носком, который поверх для надежности был грубо повязан каким-то вонючим платком.

Как она тут оказалась? Почему в таком виде? Почему с ней не "поигрались"? Вопросов возникало много. Легче всего было развязать эту дуру и спросить, но…

Мне не хотелось. Будь там какой-нибудь симпатичный паренек, я бы еще подумала, но взбалмошная полуголая девица голубых кровей, которая даже с кляпом во рту умудрялась мычать громче и требовательней чем я — думать, определенно не принесет мне ничего хорошего.

Перед уходом, может быть, я ее развяжу. И даже не сломаю ей ничего, когда дам пинка под зад. Но не более того.

— ММММММ!!!

— Закончил, — покосившись на извивающуюся и пытающуюся что-то сказать девушку, доложил Арус.

— Что, нравится ее вымя? — поддела я мелкого, отчего тот залился краской и поспешно отвел глаза от соблазнительной пленницы. — Ну так чего ждешь? Иди, засади ей, да успокойся уже.

Мальчишка поперхнулся. Девка заткнулась.

Наконец-то! Так, немного закрепить успех…

— И если хочешь, то делай это сейчас. Потому что через пару часов я проголодаюсь и выпью ее досуха.

Повернувшись к побелевшей девчонке, я улыбнулась и демонстративно облизала губы. Учитывая, что из-за капюшона ей было видно только нижнюю половину лица, утопающую в тени, а улыбалась я видоизменившимися клыками… Любая девка должна была быть уже в полуобмороке от ужаса, но эта сволочь начала мычать и извиваться еще сильнее!

Просчет.

— Роуз, съешь тогда меня, а ее отпусти, — раздался обреченный голос Аруса. — Пожалуйста…

Я едва удержалась от того, чтобы не заржать в голос — до того мученически-героическая была моська у мелкого. Прям рыцарь с обрезанными ушами! Того гляди, и я в него влюблюсь! Шутка…

Протянув руку, схватила волчонка за горло и притянула его захрипевшую тушку вплотную к провалу капюшона, чтобы он видел мои глаза всего в паре сантиметров от своего лица.

Вот только на его одноглазом лице читались страх и решимость, но никак не вызов мне или желание просто выпендриться. Он действительно был готов без колебаний обменять свою жизнь на жизнь незнакомой бабы.

— Неужели так на нее запал? — усмехнулась я.

— Нет, — прохрипел Арус сдавленным горлом. — Просто… она должна жить.

— А ты, значит, нет? — я сжала горло еще сильнее.

— Мне… не… зачем… — прохрипел он, уже на грани потери сознания.

Разжала когти.

Волчонок упал на землю и зашелся хриплым кашлем, держась за шею, на которой начали медленно проступать синяки от моих пальцев.

Незачем жить, значит?

— Как же ты меня бесишь, мелкий, — злобно прошипела я, присаживаясь рядом на корточки. — Свернуть бы твою хлипкую головку… У тебя есть две попытки. Убеди меня оставить ей жизнь. Или я сожру вас обоих.

Арус откашлялся, поднялся на колени и из этой молящей позы посмотрел на меня снизу вверх единственным желтым глазом. Облизал пересохшие губы. Опустил взгляд и обреченно расслабил плечи.

— Это просто предчувствие… — едва слышно просипел он. — Ей нельзя умирать.

— Она что, какой-то "спаситель мира"? — вынуждена признать, он меня заинтересовал. — Или очередная героиня? Неужели принцесса?

— Нет, не столь глобальное, — волчонок наморщил лоб и чуть склонил голову набок, словно к чему-то прислушиваясь. — Если она умрет… будет много крови. Человеческой.

Хммм…

— Малыш, а малыш, — я кончиком когтя подняла его подбородок, чтобы волчонок вновь посмотрел мне в глаза. — Ты знаешь, кто я?

— Вампир, мэ… Роуз.

— А как люди называют вампиров?

— М… Монстрами.

Его вертикальный зрачок, сжатый в щелку, слегка расширился. Видимо, до этой тугодумной Котлетки наконец дошло.

— Правильно. Так какое мне будет дело, если где-то сдохнет несколько сотен, тысяч, да пусть хоть миллионов людишек? Это точно не то, чем можно отговорить меня пощадить эту шлюху с выменем, — я отпустила его подбородок и, встав, сделала шаг назад. — У тебя осталась еще одна попытка.

Интересно, что он придумает? Сдастся? Может быть. Но так будет совсем не интересно. Начнет молить? Тогда я точно ее прикончу. Попытается напасть? Вряд ли. Он не настолько отчаянный.

И все же, он сумел разжечь мое любопытство — что там за дело с этой бабой, что волчонок так в нее вцепился? И что за "предчувствие"? Неужели дар провидца прорезался? Если так, то убивать его точно нельзя — такие способности крайне полезны.

Тем временем Арус продолжал молчать, вновь опустив взгляд в землю. Через минуту это мне надоело.

— Хорошо, раз у тебя нет больше аргументов, то…

Я неспешно направилась к елозящей по земле и отчаянно мычащей девушке. Села рядом с ней и криво оскалилась из-под капюшона.

Создатель, как она себе такое вымя отожрала?! Так, стоп, Роуз! Не надо вновь поспешных действий. И так последнее время слишком импульсивна.

За спиной послышался легкий шорох.

Неужели решил напасть?

Но мои радостные надежды не оправдались. Мелкий всего лишь аккуратно подошел сбоку и посмотрел на девушку грустным взглядом, словно говорящим: "прости, но я сделал все, что мог".

Бесит.

Нет, я выбью из него этот фатализм! Не знаю зачем, без понятия как, но выбью! Он у меня будет рычать, бороться и цепляться за жизнь как голодный лютый волколак за пышный зад домашней коровы!

Кстати, а это мысль!

Чуть закатав рукав, чтобы из-под мантии показались мои пальцы с когтями, я распорола удерживающий кляп платок. Девушка тут же выплюнула изо рта грязный носок и горделивым тоном, совершенно не вяжущимся с ее положением "связанной креветки", произнесла:

— Я баронесса Айфи Аркийская, невеста Эура ре Женьон, Первого Принца Валликта!

— Нет, милая, — я уже откровенно оскалилась, предвкушая очередное шоу. — Сейчас ты просто голая связанная шлюха в глубоком лесу. К тому же рядом с голодным вампиром женского пола, для которого твои прелести — всего лишь раздражающие куски жира.

— Эм… — похоже, она была уверена, что одной этой фразы хватит, чтобы мы с блохастиком пали ниц и молили ее о снисхождении.

Типичная аристократка.

— Значит так, Закуска, — я провела кончиком когтя по шее девушки, оставляя на белоснежной коже тонкую длинную царапину. — Ты все прекрасно слышала, если не была, конечно, занята исключительно собственным мычанием. У блохастого идеи кончились. Но одна попытка у вас осталась. Попробуй убедить меня, что нет смысла убивать вас двоих.

Коротким резким движением на максимально доступной мне днем скорости, я когтями разорвала стягивающую ее веревку. Надеюсь, этой демонстрации должно хватить, чтобы она не думала напасть на меня. По крайней мере сейчас. Потом, после того как я выполню свою задумку, может нападать когда захочет — я буду только рада выпить эту шлюху.

— Я вам зап…

— Тшшшшш… — я прижала ей коготь к губам и ласковым голосом предупредила. — Подумай. Попытка всего одна. Деньги у меня есть. Власть и слава монстру не нужны. Как и слуги. Кровь я добуду себе сама — слабых идиотов в этом мире хватает.

— Артефакты? — тут же предложила она, стоило мне убрать палец. — Мой род очень богат и знатен, а в нашей сокровищнице хранится огромное количество артефактов! Есть даже…

— Тц! Что и ожидалось от идиотки-аристо. Вечно пытаетесь купить все властью и деньгами, — я расплылась в широкой улыбке. — Ты лишь зря потратила свою попытку… Последние слова?

— П… подожди! Ты ведь не серьезно?! — До Айфи, видимо, наконец дошло, что ее сейчас на полном серьезе буду убивать.

Баронесса все из того же сидячего положения попыталась отползти назад, но уткнулась спиной в дерево. Вскочить и убежать я ей не дала — ухватила за длинную изящную ножку и потянула на себя, заставив вновь хлопнуться спиной на землю, ударившись затылком о тот самый ствол дерева. И потащила на себя, с наслаждением слушая ее жалобный писк, когда прячущиеся в лесной подстилке камешки, шишки и ветки расцарапывали ее изнеженную спинку.

Черт, это как надо жить, чтобы быть настолько нежной? У меня такое не то что царапин, даже ощущение щекотки бы не вызвало!

Подтащив эту тушку к себе, подняла ее за горло, поставив на ноги.

Она хрипела, дергала ногами, хваталась за мои запястья, пытаясь оторвать душащие ее руки…

Вот только я ее и не душила. Только слегка сжала горло. И это днем, когда моя сила едва превышает показатель среднего человека.

— Насколько же ты слаба? — со вздохом спросила я, глядя на ее постепенно синеющие лицо и закатывающиеся глаза.

— Роуз, — моего плеча аккуратно коснулась рука Аруса. — Пожалуйста… не надо…

Да, пожалуй пора ее отпускать, а то и правда сдохнет.

Я разжала пальцы и девушка рухнула на землю. Она тут же свернулась калачиком, держась за горло и заходясь тяжелым хриплым кашлем.

— Знаешь, — оскалилась я, глядя на немного пришедшую в себя и прекратившую кашлять девушку. — Я передумала. Сегодня уже был неплохой перекус в лице твоих похитителей, так что с вами двумя можно и повременить… Если вы меня развлечете.

— В каком… кха… смысле? — прохрипела баронесса, смотря на меня слезящимися покрасневшими глазами.

— Благодаря кому ты все еще жива? — подтолкнула я ее размышления, если они, конечно, в этой головке вообще протекают. — Кто твой спаситель?

Айфи пару раз хлопнула длинными ресницами и перевела взгляд на начавшего нервничать волчонка.

Правильно, малой, подергайся. Я покажу тебе "мне незачем"! Ты у меня пройдешься по всем кругам человеческих пороков!

— Правильно, — слегка закусила губу, чтобы не расхохотаться и сохранить как можно более зловеще-серьезный тон. — А чем может отплатить герою практически обнаженная красивая молодая девушка в глубокой чаще дремучего леса?

— Вы… — побледнела баронесса. — Это… Возмутительно!

— Скажи, — ласковым шепотом спросила я, демонстрируя удлинившиеся клыки. — Ты хочешь жить?

ГЛАВА 199. ЭТО КОНЕЦ?

1.

Рассвет.

Солнце медленно поднималось над горизонтом, освещая эти неприветливые, но от того не менее красивые земли.

Королевство людей Валликт раскинулось на холмистой местности между Железными горами на северо-западе, которые переходили в высокий неприступный хребет, опоясывающий территорию людей полукругом с западной, юго-западной и южной стороны, создавая своеобразную естественную границу.

Южнее королевства лежали дикие степи, в которых властвовали кочевые народы зверолюдов. На северо-востоке холмы людей переходили в равнины и суровые пустоши демонов — Кахран, царство Божественного Ма Оу. Ну а на востоке высился огромный лес — Древесное Море, королевство эльфов.

Что именно лежало по ту сторону Железных гор или Кахрана, людям Валликта было неведомо. О том, что творится за дикими степями ходили лишь слухи. Но вот в том, что за Древесным Морем лежит братское королевство людей, знал даже последний пастушок.

Кахтир, Святое Царство.

Оно не входило в древний пакт Ма Оу об Убийце Королей, потому и развязало войну с Древесным Морем во время всеобщего перемирия на окружающих Кахран землях…

Но об этом позже.

Над королевством Валликт поднимался рассвет.

Рассвет нового дня, полного надежд и великих свершений…

***

— Черный вооооооорон… Черный воооорон… Что ж ты вьеб… вьеооооооошься надо мноооооой… Ты ж добыыыыыычииии не дождеоооооошься… Сука чеооооооооорный, я не твоооооой.

Нокси открыла один огромный алый глаз, посмотрела на меня и облегченно выдохнула.

"Давай ты больше горланить не будешь?" — прозвучал в ухе умоляющий голос Чешуйки.

— Да нормально пою, — обиделся я, поднимая бутылку и на свет проверяя уровень оставшегося пойла. — Это просто у вас слуха нет.

— Пф, — фыркнула Ужас.

— Хозяин… — рядом из скрыта вывалилась Дось. — Нужно уходить.

— Почему? — удивился я.

Вместо ответа, хвостатая ткнула пальцем в сторону края крыши.

Я мысленно положил на одну часть весов терзающую тело лень, а на другую — любопытство. Перевесило все же второе.

Оторвав задницу от нагретого места, залил в себя остатки какого-то не слишком благородного и не очень крепкого местного бухла, нагло спизженного с чьего-то подоконника, и осторожно подошел к невысокому кирпичному бордюрчику, опоясывающему плоскую крышу двухэтажного домика.

Снизу, на широкой улице, собиралась толпа.

Хоть было раннее утро, а в городе по вполне понятным причинам отсутствовали поля, но в руках люди несли горящие факелы, серпы, вилы и кузнечные молоты. На лицах стягивающихся со всей улицы мужчин, женщин, стариков и даже молодых детишек играла самая настоящая жажда крови.

И, судя по ласково защекотавшему мой зад холодку, направлено смертоубийственное настроение толпы было исключительно на меня. Вдалеке показались несколько мужиков, тащивших самые настоящие приставные лестницы, как в фильмах про штурм крепостных стен — с крючьями наверху.

— Внимание, вопрос, — почесал я репу, глядя на эту картину. — А какого хуя лысого тут творится?

— Пришли послушать пение Хозяина? — предположила Дось, невинно хлопая ресницами.

— Угру, — рыкнула Нокс, поднимаясь на лапы и потягиваясь. — Скорее, прекррратить его. Путем перерррезззания глотки певтсссса.

— А чего я им сделал? — возмутился я, прикидывая пути к отступлению. — Ну поорал немного народных песенок. Это же не повод для убийства?

"Твое "немного поорал" продолжается уже три часа", — влезла в мои мысли Чешуйка. — "Скорее всего, они сначала пытались вызвать стражу, но так как у тех сейчас забот хватает, то людям просто сказали разбираться с нарушителем спокойствия самостоятельно. Вот они и готовятся… разобраться".

— Че замолчал, сучара?! — раздался крик снизу. — Ты пой, пой! Наслаждайся голосом, а то мы его сейчас тебе ломать будем вместе с яйцами, ногами и хребтом!

— Да сжечь эту сволочь! — взвизгнула какая-то тощая девка с явными симптомами недотраха. — Полночи уже спать мешает!

— Какие нервные, злые люди пошли, — пробормотал я, с размаху запуская бутыль в лобешник визгливой бабы.

Убить не убил, но вот судя по растянувшейся на брусчатке тушке — вырубил надолго.

Развернулся к нюхающей воздух твари Бездны и уже привычно запрыгнул на самодельную сбрую. Нокси повернула массивную голову и смерила меня убийственным взглядом.

— Давай, давай, кобылка ты моя зубастая, — хмыкнул я, — Вывози из этой жопы, а то воевать с местным населением нет никакого желания. Дось, а ты чего ждешь? Пристраивайся!

— Хозяин… — пискнула стремительно зеленеющая волчица. — А может я своим ходом?

— И ищи тебя потом по всему городу?! — возмутился я. — Давай, запрыгивай! Но если блеванешь мне на спину, то я всему отряду наделаю шапок из твоего хвоста…

— Ум… — всхлипнула плутовка, но покорно устроилась сзади и вжалась носиком в мою спину.

— Грррр… — рыкнуло наше транспортное средство, явно недовольное таким положением вещей, после чего расправило огромные крылья и одним взмахом свечкой ушло в небо так, что тошно стало даже мне, не говоря уж о застонавшей сзади Дось.

Зависла зверюга на высоте примерно двух-трех сотен метров над землей, давая осмотреть людскую столицу с высоты птичьего полета. Нельзя сказать, что город был красивый, но определенной привлекательностью все же обладал.

Если не вспоминать, как часто мне приходилось ползать по канализации по пояс в его отходах. Тогда вся симпатия к этому средневековому муравейнику пропадает сразу и надолго.

— Куда? — рыкнула Нокс, плавно паря навстречу утреннему ветру.

— Тьфу, бля, — сплюнул я попавшего в рот жука. — Протеинчики, чтоб вас… Давай пролет над замком! Думаю, моя дражайшая супруга уже должна была взять там все под свой контроль.

— А если нет? — пискнула Доська, не отрывая мордахи от моей спины.

— То мы выступим в роли волшебного пенделя, чтоб они не затягивали со сменой власти, — хмыкнул я, слегка ударяя Нокс пятками в бока. — Эх, пошла, залетная!

— Я скорее себе глотку перережу, чем от тебя залечу, — проворчала зверюга и слегка сложила крылья, отправляя нас под визг Доськи по наклонной к земле…

***

Первый бреющий заход над замком привел его в полную боеготовность. То есть, на стены высыпали бравые защитники, по внутреннему дворику в панике забегала прислуга, убиравшая следы ночного побоища, а нас взяла на прицел, судя по зуду в моей заднице, минимум пара сотен стрелков.

Мда.

— И что делать? — почесал я затылок, глядя со спины Нокси на этот кавардак.

Насчет волшебного пенделя я вообще-то шутил — желания доказывать, что я не левое яйцо Гильгамеша, и даже не правое, а практически их законный правитель, не было никакого. Как не было и желания устраивать вторую кровавую резню, когда от первой-то еще не до конца отошел.

Да, собственно, и править этими ублюдками я не собирался. Просто думал собрать тут свою расползшуюся по щелям команду, снарядить их за счет казны и быстренько отчалить в сторону эльфийского леса, резать второго венценосца. Ну и пару эльфийских доек повнушительней можно по дороге зацепить…

— А оно вона как, Михалыч, — пробормотал я, спешно продумывая очередной план "Гэ".

"Не спеши с выводами", — влезла Чешуйка. — "Смотри, вроде бы успокаиваться начали".

И действительно, по стенам побежали какие-то клоуны в цветастых нарядах, что-то горланя солдатам, которые тут же в растерянности опускали взведенные арбалеты и прочие стрелковые прибабахи.

Через пару минут, из распахнувшихся ворот замка показалась высокая тощая фигура в сопровождении десятка стражников в алых доспехах и двух крылатых кур… то есть, фигур. Последние тут же взмыли в воздух и устремились в нашу сторону.

Вскоре перед Нокс, буквально положив на физику свое огромное вымя, зависла на едва покачивающихся крылышках Фив, а вокруг радостно нарезала круги Лафииль.

— Кхм! — откашлялась пришибленная блондинка, отчего ее грудь гипнотически заколыхалась. — Нелысый лысый монстр! Тебя просит спуститься вниз, на лысую землю, твоя нелысая… супруга!

Похоже, ее до сих пор клинит. Может быть, Перчаткой Милосердия ее обласкать? Или просто по голове постучать? Или трахнуть пару раз? Думаю, лучше всего будет начать со второго, а потом перейти на третье и первое.

"Напомнить, кто от нее не так давно вокруг стола бегал?" — захихикала Чешуйка.

"Больше такого не повторится!" — мысленно ударил я себя в грудь. — "Я зело могуч, пахуч и волосат! Негоже такому храброму мужу бегать от какой-то ненормальной!"

"Ну, я посмотрю, как ты будешь это ей объяснять", — съязвила дракошка, но больше в мысли не влезала, давая сосредоточиться на происходящем.

— Спускаемся, — вздохнул я.

Две крылатые дурочки заложили вираж и понеслись к земле головой вниз. И если Лафииль носила брюки, то вот Фив светанула мне вызывающее черное белье с алым кружевом.

И где они только в этом мире такое берут? Ведь никаких фабрик нет, один ручной труд! А вот откуда вообще взялась такая мода и некоторые не вписывающиеся в фэнтезятину наряды местных барышень, догадаться было несложно даже моему ущербному мозгу — завезли попаданцы, которых тут расплодилось больше, чем всяких однополых жопоебов в моем родном мире…

Нокс, скорее всего, чисто из вредности, сделала бочку и круто ушла вниз, заставив Дось отчаянно завизжать, а меня — недолго и грязно материться. Недолго, потому что в пасть опять попал жук. Вот только на этот раз я его проглотил…

Зверюга расправила крылья практически у самой земли, резким торможением едва не заставив меня родить ртом собственные яйца. Перед глазами так и встала картинка в стиле старых пиндосских мультяшек, где из пасти вылетают два шарика с визжащим на них недавно проглоченным жучком.

Дось отвалилась практически сразу, мгновенно уйдя в скрыт. Я уже было хотел ее мысленно похвалить, но она, судя по моим "следящим системам", унеслась за угол ближайшего амбара, где и явила свой богатый внутренний мир миру внешнему.

Вздохнув, кое-как слез со спины Нокси и щелкнул ее по носу, глядя на величественно спускающуюся по ступенькам процессию с принцессой… пардон, теперь уже Королевой… или все же еще принцессой? В общем, с Ласатардией ре Хреньен во главе.

"Женьон, башка тупая", — отвесила мне ментальную затрещину Чешуйка. — "Постарайся запомнить, теперь это и твое родовое имя!"

— Нокси, облик смени, не пугай народ, — игноря Чешуйку, попросил я Ужас. — Они и так нервные.

— …вырву… замариную… печень… ноги… — потирая нос лапой, пробурчала тварь что-то про себя, но все же превратилась в облако черного тяжелого дыма, из которого сформировалась высокая девушка с короткими черными волосами, шоколадным загаром, ярко-алыми глазами и БДСМ-костюмом из кожаных ремешков, поверх которого осталась висеть сделанная нами с Доськой неуклюжая сбруя.

Брезгливо стянув с себя последнюю, явно лишнюю деталь гардероба, Нокси гневно сверкнула глазами, вызвав икоту у ближайших стражей, уже опасливо взявших нас в кольцо. Впрочем, стояли они на почтительном расстоянии в десяток шагов и предусмотрительно держали мечи в ножнах, а арбалеты болтами вниз.

Тем временем Ласатардия спустилась на нижние ступеньки идущей от главных дверей замка пологой лестницы, где и остановилась, сохраняя величественную осанку и вдохновенное выражение морды лица. Ее охрана в красных латах встала полукругом по бокам и позади нее.

Ну прям алая гвардия из той дойной коровы злобной мыши. Только легендарного марша не хватает. И где она их отрыть успела? Или это граф Рашер выделил в качестве телохранителей?

Впрочем, тем что встали слева тут же пришлось потесниться, когда мимо них ломанулась фигура в массивных доспехах со здоровенным башенным щитом и закинутым на плечо тяжелым боевым молотом.

— Хозяин! — радостно прогудело это чудо из-под глухого шлема, останавливаясь передо мной и падая на одно колено. — Жду Ваших распоряжений!

— Встань позади, — хмыкнул я. — Если увидишь нигера или писца, то бей сразу и насмерть.

— Э-э-э… — кажется, Элли немного подвисла, но все же через секунду ударила латной перчаткой по нагруднику. — Будет исполнено, Хозяин!

"Ты бы поаккуратней с приказами", — заволновалась Чешуйка. — "А то пришлепнет еще кого-нибудь не того…"

"А нехрен ко мне сзади подкрадываться", — отмахнулся я, глядя на еще одну фигурку, до этого скрывающуюся за могучей спиной тавры.

— Ну и каково это, быть Монстром, Герой? — с насмешливой улыбкой склонила голову набок Химэ, хотя ее голубые глаза источали просто убийственный лед.

— Не понравилось, — скривился я. — Бухать нельзя, трахаться тоже. Только идешь и жрешь души.

— Рада это слышать, — взгляд блондинки чуть потеплел, и она плавно скользнула мне за спину, встав рядом с Элли.

Втихаря вытер о штанины вспотевшие ладони.

Видал я уже немало жути в этом ебанутом мире, но взгляд Химэ в такие моменты продолжал пробирать до глубинок печени, заставляя ее выворачиваться наизнанку и в ужасе прогрызать себе путь наружу через анус, прихватив одну из почек в качестве подруги для долгих бессонных ночей…

Я почему-то свято уверен, что превратись моя тушка в Касию, эта блонди раскатает тварь в блинчик, свернет трубочкой и заставит жрать собственный конец, как того Уробороса.

"Так чего не свалишь?" — спросила Чешуйка. — "Хотя нет, стой. Дай я угадаю. Грудь?"

"Сиськи правят миром и мужским сознанием", — вздохнул я.

"Нет, это просто ты идиот".

Я мысленно отмахнулся от чешуйчатой подруги и поднял взгляд на Ласатардию, терпеливо ожидающую, когда мы закончим "воссоединение отряда".

Кстати, нужно будет остальных найти.

Егор, Юля и Ашур должны зализывать раны в каком-то тихом месте на окраине. Пошлю потом за ними Доську. Кроконяшка и Хомка сто процентов пропадают где-то в районе замковой кухни. А вот то, что Акроня не бегает хвостиком за Химэ — довольно странно. И не забыть уточнить, куда делись Томирис с Тай. Первую без контроля оставлять чревато, а вторая… толковый скрытник в отряде никогда лишним не будет. Да и Шенери с его гаремом должен уже скоро прибыть в столицу. Сомневаюсь, что с ними что-то…

— Зал для коронации готов, муж мой, — прервал мои мысли голос Ласатардии. — Ждем только тебя.

Бляяяяя…

Вот умеет же одной фразой вызвать эффект взорвавшегося ананаса в мозгах окружающих и моей заднице.

Может быть, съебаться?

Взгляд соскользнул с лица, как выяснилось, все еще принцессы, и остановился на ее животе.

Ладно, чувак, поздняк метаться. Боком, матом или раком, но ответственность брать придется. Пообещал я себе когда-то, еще когда Галька была жива, одну хуйню. А дед учил, что даже криво ляпнутое слово нужно держать до конца…

— Веди… жена моя.

2.

По пути от дверей замка до входа в тронный зал мы завернули в какую-то комнату, где две слегка напуганные и явно нервничающие служанки попытались переодеть меня в какой-то шутовской наряд, именуемый "официальным платьем для коронации".

Это… платье больше напоминало швейный "шедевр" узкоглазого гея-педобира, обдолбавшегося ЛСДэшками и свято уверовавшего, что отныне он избранная школьница, которая будет насаждать везде мир и порядок во имя Луны посредством удовлетворения всех нуждающихся своей задницей…

В общем, потыкав пальцем в это розовое пышное нечто, я повернулся к невозмутимой Ласатардии и высказал ей все, что думаю о местной моде и обычаях. Уложился буквально в четыре предложения, но цензурными в них были только предлоги, и то не все.

Она спокойно все это выслушала, кивнула и велела заменить традиционный костюм на современный.

Я сдержался.

Но очень хотелось что-нибудь сделать с ней прямо там.

В результате, мне вручили тяжеленную мантию из алого меха, с широкими рукавами и белой оборкой. Она волочилась по полу, цепляясь за все подряд и вызывая у идущих за мной самок непреодолимое желание на нее наступить. В ней было дико жарко, так что я потел как молодой повар на кухне у шефа Рамзи, и благоухал как толчок во дворе у дяди Степы. Мех так и лез в нос, вызывая желание чихать чуть ли не поминутно, а в голове навязчиво роились мысли о том, нет ли в этой алой морилке блох, клопов или каких других паразитов.

Но выбирая между накидкой и розовой ересью, я предпочту накидку. Тем более, что моя паранойя могла вздохнуть свободно — под мантией спокойно спрятано все мое снаряжение, которое я теперь зарекся оставлять вне поля зрения. А ересь, когда служанки отвлеклись, я мстительно выкинул в окно…

— Чет мне очково, — заключил я, когда процессия, пройдя по знакомым коридорам, добралась до дверей тронного зала.

— Хозяин, мы с тобой! — сжала кулачки Доська, все еще слегка зеленая после полетов на Нокси.

— Без меня, — подняла руки кверху Ужас Ночи. — Могу только пинка дать.

Я поглядел на Элли и Химэ, но те лишь развели руками. Мол, "А мы че? Мы ниче, это твои проблемы, сам и разбирайся"…

Предательницы.

— Кхм… — кашлянула Ласатардия, ожидая меня у закрытых дверей.

Вздохнул и, поправив тяжелую и жутко неудобную мантию, шагнул к ней.

— Что хоть делать надо? — уточнил я.

— Просто иди рядом и, по-возможности, молча кивай, — с самым серьезным видом ответила принцесса.

В ухе раздался скептический смешок.

"Что, чешуйчатая, не веришь, что я способен на такой подвиг?"

"Угу. Обязательно что-нибудь испортишь. Мы тут даже уже поспорили, что именно".

"Мы?"

"Я, Иль-Сафор, Саси, Акроня и Дюсаль".

Стоп-стоп-стоп!

Ладно первые трое, но вот Акроня что там у меня делает?!

Бросил быстрый взгляд на Химэ, но та стояла с видом невинной овечки. Дотронулся до груди, где под мантией и костюмом, на ремешках висели амулеты дракошки и вампирши.

Я, конечно, торможу местами, но не до такой степени, и сложить два плюс два еще способен…

Кажется, не все нынешней ночью прошло так гладко, как могло казаться.

Ладно, главное — душа мелкой косячницы при мне, а там тушку подберем, не в первый раз. Но если она действительно так часто дохнет, как можно судить по ее статусу, то следует озаботиться подстраховкой — амулетик-то был одноразовый.

"А кто такая Дюсаль?" — уложив мысли по полочкам, зацепился я за еще одну странность.

"Да та девка, душу которой ты у Саси отобрал, когда еще у графа гостили".

"А, эта… Стоп, а чего она у вас там, просто так по округе бродит что ли?!"

"Ну… есть немного…" — в голосе Чешуйки прозвучали виноватые нотки.

Вашу Машу, да хреном в глотку через нос!

Так, все, спокойней… В конце-концов, недомаг от системы вряд ли что-то способен мне сделать. Тем более, что там есть кому приглядеть. Но за самовольное извлечение ее души из "кармана", где она должна была тихо дремать, я своим "квартирантам" еще всыплю!

Но позже.

А сейчас нужно разобраться с реалом, а то Ласатардия уже нехорошо щурится и начинает притопывать ножкой — слишком надолго я замер, "уйдя в себя".

Снова поправил мантию. Вздохнул. Подал руку "супруге" и кивнул двум стражам, стоящим у дверей и готовящимся их открыть.

Кстати, вроде бы это те самые морды, что стояли тут во время нашей ночной прогулки… Надо бы уточнить, и если так, то гнать подобных перебежчиков из внутренней охраны! Ну, или устроить им стресс-тест с Нокси, чтоб знали, кто их будет жрать в случае какого-нибудь косяка.

Хотя, стоп! О чем я думаю?! Оно мне надо?! Я тут вообще задерживаться не собираюсь! Сейчас формальности улажу, убежусь что у Ласатардии "все схвачено", и валю дальше — мне еще трех дебилов нужно грохнуть, пока те не выслали по следу очередную зондер-команду или группу бородатых гомиков!

Тем временем двери открылись и я вновь, как и несколько часов назад, шагнул в тронный зал. Но на этот раз не в роли злобного убийцы, а на правах практически полновластного хозяина.

Красная дорожка тянулась от дверей до самого возвышения с уже двумя тронами: одним массивным, вторым чуть более… изящным, что ли. Зал освещали лучи утреннего солнца, что пробивались через узкие решетчатые витражи у самого потолка. По стенам свисали какие-то гобелены с изображениями суровых дяденек и кровопролитных битв. По обе стороны дорожки стояло человек сто разнаряженных дворян. Может быть, среди них были даже люди, участвовавшие во вчерашних посиделках у графа Рашера. Вот только опознать их я не мог — слишком много минуло моего субъективного времени, пока участвовал в том… развлечении богов.

Ласатардия плавно двинулась вперед, увлекая меня следом. И пусть назвать принцессу "симпатяжкой" не повернется язык даже у самого закоренелого извращенца, но вот в грации и стати ей проиграет и мировая звезда балета. Покосившись на нее краем глаза, невольно и сам выпрямился, расправил пошире плечи, стараясь при этом ступать как можно тверже.

Так и протопали до самых тронов. В полной тишине. Практически гробовой.

И это не слабо действовало на нервы, из-за чего меня так и подмывало что-нибудь отчебучить. Пернуть там, или задрать платье какой-нибудь дворянке посимпатичней.

Но я держался. А то объясняй потом этой шайке, что король у них не придурок, а просто творит всякую хуйню, когда у него мозг перегружается из-за излишне нервозной атмосферы.

Поднялись по ступенькам возвышенности, подиума, или как эта штука называется, и оказались прямо перед двумя тронами. Ласатардия слегка подтолкнула меня к тому, что побольше, а сама шагнула ко второму.

Не трудно было догадаться, что именно от меня требуется.

Просто устроить свою задницу на этом стульчике, тем самым получая титул и кучу прилагающегося к нему геморроя.

Я замешкался буквально на секунду.

И отнюдь не из-за осознания груза ответственности — с этим я уже давно смирился и был морально готов послать его в глубокую задницу, если совсем уж станет невмоготу.

Я замешкался из-за запаха крови, донесшегося от резного трона. Причем не только свежего, но и очень застарелого. Словно эта монаршья табуретка была выкупана в крови тех, чьи задницы хоть раз ее касались.

Интересно, сколько царьков нашли на нем свою смерть? Вон даже виднелось несколько дырок и сколов. Как раз на уровне груди и шеи сидящего человека.

Ждет ли меня такая же судьба?

Не думаю.

Скорее я сдохну где-нибудь за решеткой, в канаве или пытаясь подобраться к яйцам очередного местного правителя. Есть еще вариант, что доиграюсь с божественной маной и сожгу себе душу к чертям кошачьим. А могу вообще потерять контроль над Касией, или стать какой-нибудь другой буйной зверушкой. Тогда меня прихлопнет Химэ или какой-нибудь узкоглазый любитель лолек.

Но этой табуретке моей крови однозначно не видать. Просто потому, что ни задницей, ни хотелкой я за него цепляться не собираюсь. Вот родит Ласи наследника, вобью ему в голову пару "житейских премудростей от деда Микая", дождусь пока в мозгах что-нибудь появится, и спокойно отрекусь этого пропахшего кровью стульчика.

Если буду еще жив к тому времени…

Пока все эти рассуждения проносились в голове, тело словно само собой сделало шаг вперед, развернулось лицом к толпе этих аристократов и плюхнулось задницей на трон.

Обвел всех взглядом.

Все такая же напряженная тишина — они явно чего-то ждали.

Покосился на Ласатардию. Принцесса сидела невозмутимо, с полностью пофигистическим выражением на морде лица. Ни подсказки, ни намека, ни даже взгляда.

И это, типа, "просто иди рядом и молча кивай"?

Ну, окей, я так и сделал. Но чего они все продолжают на меня молча пыриться? Проверка такая на вшей, блох и анальные зонды от наших добрых соседей ми-го с планеты Юггот, да продлит Шуб-Ниггурат их нелегкие года?

Ждут от меня чего-то? Я ведь щас отчебучу! Под таким давлением моя крыша улетает в неадекват! Я серьезно! Слышите?! Ласи, сделай что-нибудь, а то ведь реально щас прикажу Дось и Элли исполнить танец маленьких утят с БДСМ-стриптизом!

Но принцесса оставалась неподвижной.

А придворные продолжали молча пыриться.

И Чешуйка молчала.

Ну, окей.

Сами напросились.

Вот только хрен вам, а не стриптиз. Давите на нервы? Я тоже так умею…

Вдох. Выдох. Скользнул в пограничное состояние. Пустил по каналам немного силы Бездны.

Зарекся, конечно, так делать, но совсем чуть-чуть можно. Для эффектности.

Откинулся на спинку трона.

Ноги пошире. Вот так. И позу порасслабленней. Вальяжную. Типа, я тут хозяин положения.

В правую руку призвать Копье. И немножко силы Бездны в нее. Чтоб начало сочиться черным туманом. Не смертельно, но для впечатлительных и чувствительных хватит.

И Саси, ты давай, не спи там! Вот-вот, выбирайся, открой глазик, взгляни на публику! А вот щупальца далеко тянуть не надо, эти мудозвоны мне тут живыми нужны! Вот, на полу ими шевелить можешь, нормуль.

А в левую руку призываем Илюху. Тоже немного силы в него, но уже Граора. Ух, как запел! Нет, нет, а вот тянуть из меня не надо! У самого прямой канал с богом, так что не жадничай, а то опять реальность начнет искажаться и вылезет добрый дедушка Тайшаддэс, раздаст всем пиздюлей и анальных морковок, никого не обделит. Он такой, на собственной драгоценной шкурке узнал.

Ну и финальным штрихом немного силы Бездны прямо в район глаз. Так, совсем чуть-чуть, а то, не приведи Ктулху, еще заглянет Старушенция через них на этот цветник раффлезий посмотреть, и обвинят меня потом в тотальном геноциде местной знати в первый же день правления…

За спиной раздался едва слышный шорох.

Я скорее почувствовал, чем увидел, как из-за трона с одной стороны вылезла Нокс в облике Ужаса, а с другой Кроконяшка с самой счастливой лыбой.

Молодцы, чувствуют атмосферу! Нокси надо будет выдать пряника, а моей Няшке еще потом какую-нибудь лошадку в качестве закуски подогнать…

Так, саспенса нагнал, вроде бы кто-то даже успел обгадиться и слинять в обморок. Но большинство стоит и смотрит выпученными глазами и явно не в силах сделать и шага. Значит, можно закруглять цирк и проводить добивающий удар по психике и бунтующему нраву местных аристо. Чтоб при одной мысли о бунте против текущих правителей у них начинался неудержимый кровавый понос по причине лопнувшего от страха очка.

— Итак… — начал я негромко, натянув на лицо самую широкую и "ласковую" улыбку. Тишина из просто мертвой стала абсолютно замогильной. — Отныне, я — ваш Король. Вы редко будете видеть меня на троне, на пирах и балах. Я не буду издавать указы. Я не буду устраивать охоты и развязывать войны. Для всего этого есть Королева… — так, старательно изображаем злодейский свистящий шепот и немного новой порции божественной маны в глаза и копье. И да, Саси, не халтурь! Шевели щупальцами! — Но если вдруг вы задумаете измену… Если посмеете оспорить МОЮ власть… Если хотя бы словом пойдете поперек решений Короля и Королевы… То вы увидите меня. Прямо у своего порога. И души ваши будут вечность стенать в плену этого Копья.

Так, вроде бы нормально получилось.

"Нокс, махни крылышками, чтоб факелы затушить. Не все, но полумрака хватит. Чтоб мы оказались в тени, и было нормально видно только горящие глаза. И яркость у себя подкрути… Вооот, молодец, в самый раз!"

Я раньше не пробовал общаться с Ужасом вот так, но почему-то был уверен, что сейчас она меня услышит. Наверное, все же перебрал с маной Бездны. Пора завязывать, а то начнется не шоу, а уже действительно что-то нехорошее…

И тут открылись двери зала.

Осторожно так.

Но с ооооочень громким и противным скрипом.

В тронный зал вошел седой как лунь старик, одетый в нечто вроде британского фрака. В руках он бережно держал две алые подушечки, на которой лежали тонкие короны: серебряная с тремя алыми камнями, и золотая с пятью черными.

С застывшим на лице чопорным спокойствием он обвел взглядом тихо ссущую в тапки публику, после чего неторопливым, исполненным торжественного достоинства шагом направился по ковровой дорожке в мою сторону, бережно транспортируя свою ношу.

Поднявшись по ступенькам на возвышенность с тронами, он невозмутимо подвинул морду охреневшей от подобного Нокс и, встав между монаршими табуретками, положил серебряную корону на подлокотник Ласатардии, а золотую — на мой.

Критично осмотрел их. Чуть-чуть поправил подушечки. Удовлетворенно кивнул.

Откашлялся.

И совершенно невозмутимым голосом заявил.

— Дамы и господа, прошу прощения за задержку. Надеюсь, Вы не скучали. Древние короны Валликта извлечены из сокровищницы, проверены на подлинность и подготовлены к срочной коронации.

Эм…

Упс?

ГЛАВА 200. НУ ДА, РАЗМЕЧТАЛСЯ…

(ЭПИЛОГ 5 КНИГИ)

1.

— Все могут короли, все могут короли… — мурчал я себе под нос, стоя на миниатюрном, буквально в шаг шириной, балкончике одной из башенок замка и смотря на раскинувшийся внизу город. — И судьбы всей Земли вершат они порой. Но что ни говори, жениться по любви не может ни один, ни одни король…

— Слишком грустные слова для такой веселой мелодии, — раздался сзади голос Ласатардии.

— А мой народ всегда славился здоровой легкомысленностью, — ответил я, не оборачиваясь. — Мы готовы посмеяться над любой бедой. А потом дать ей в рожу. Ну или наоборот, сначала утопить в ледяной воде пришлых рыцарей, а потом несколько веков над ними ржать… Что там с подвалами?

— Разбирают, — вздохнула ныне уже не Принцесса, а Королева. — Слишком много оказалось замурованных комнат. Кости телегами свозят за город, на захоронения. Найти останки матери и сестры в этом некрополе вряд ли удастся… Кстати, Элли и Нокс сильно помогли с самоподнявшейся нежитью. Думаю наградить их каким-нибудь орденом.

— Пф… — фыркнул я, оборачиваясь и садясь на перила. — Можешь, конечно, но вряд ли это будет иметь для них какое-либо значение. Особенно для Нокси — не того калибра существо, чтобы радоваться наградам от смертных.

— Тоже верно, — согласно кивнула Ласатардия.

Королева сидела в резном кресле за застеленным белоснежной скатертью столиком и попивала чай из тонкой фарфоровой посуды, прикусывая какими-то печенюхами. Осанка, поза, движения — все было отточено до идеала. Само воплощение грации и изящества, рядом с которым я невольно ощущал себя медведем, проснувшимся с тяжелого бодуна. А уж голос при желании могла сделать такой, что пробирал до мурашек и вызывал каменный стояк… До тех пор, пока на глаза не попадалось ее лицо.

Мдаааа…

— Слушай, неужели нет какой-нибудь косметической магии, или способности? — задал я давно не дающий покоя вопрос.

— Какой магии? — захлопала моя… супруга ресницами, явно не совсем поняв вопрос.

— Ну… чтоб поправить… — я неопределенно помахал рукой перед своим лицом.

"Идиот", — тут же раздался в ухе вздох Чешуйки.

— Все же в тебе ни грамма такта, — спокойно констатировала Ласатардия, продолжая попивать свой чай. — Но такая возможность действительно есть.

— А чего не воспользуешься? — удивился я.

— Единственный способ, доступный в столице, это специальный ритуал жрецов Ану-Нааха. Но он по ресурсам дороговато выходит, — вздохнула Королева. — Дешевле еще пару героев призвать.

— Ану-Наах, — я напряг ту мышцу, что была у меня между ушей, но припомнить подобное божество так и не сумел. — Это что за пень с горы?

"Местный Младший", — раздался в левом ухе шепоток Тени. — "Специализируется на обмане. Покровительствует ворам и убийцам. Не самая приятная личность, хотя как и я считается нейтральным божеством".

— Спасибо за пояснение, — хмыкнул я, заработав вопросительный взгляд от Ласи, которая, видимо, только-только собиралась пуститься в долгий просветительский монолог о данном Великом и Ужасном Божестве и его роли в сложной местной мифологии. — Да получил я уже ответ, так сказать из первых рук. Только вот не верю, что ты не смогла бы собрать нужные для ритуала компоненты. Давай, родная, колись, куда собаку зарыла?

Ласатардия вздохнула и аккуратно поставила кружечку на блюдце. Окинула меня странным взглядом.

— Вот не пойму я тебя, Андрэ… — начала она, постучав пальцем по столешнице. — То ты не умнее деревенского увальня, а то вдруг становишься каким-то всезнающим и до раздражающего проницательным.

— Просто стараюсь пореже пользоваться мозгом, — оскалился я. — Так жить намного проще. Но иногда этот говнюк все-таки включается и начинает анализировать происходящее. Так что там с твоей мордой лица, птичка моя не летающая?

— Это курица что ли? — криво усмехнулась Ласи. — Выгодна мне была такая внешность. Большинство дворян дальше собственного носа не видят. Вот и считали меня просто страшненькой глупышкой. Не брали в расчет. Игнорировали. Все ставки делались на старшего брата и, пока он был в центре внимания, я спокойно плела свои интриги из его тени.

Ну, в целом понятно.

— Тогда вот мой Королевский указ, — улыбнулся я, глядя на эту спокойную, хитрую и местами довольно жестокую женщину. — Чтобы к следующему моему возвращению прошла через этот самый ритуал. И, желательно, не только лицо, но и фигурку поправь на что-нибудь попышнее.

Ласатардия задумчиво накрутила на палец тонкий локон и, после небольшой паузы, кивнула.

— Думаю, я сумею достать нужные компоненты, — она слабо улыбнулась. — Но тогда уже и ты от супружеского долга не отвертишься.

— Да с радостью, — оскалился я. — Главное, чтобы к тому моменту уж совсем пузатенькой не была, а то фетишем на беременных не страдаю.

— А вот это уже от тебя зависит, муж мой, — слабая улыбка Королевы стала куда более искренней, когда она осторожно дотронулась до своего живота. — Как долго ты собираешься странствовать?

— Пока не грохну оставшуюся тройку наших венценосных соседей, — пожал я плечами. — На все про все мне сроку дали в пять лет. А потом на мою жопу обещали спустить кого-то из драконов постарше.

— Так может останешься? — спросила Ласи с какой-то странной интонацией. — Лето кончается. Скоро начнутся дожди, дороги развезет, похолодает… Спокойно переждешь зиму в замке, а по весне тронешься в путь.

— Вот именно в этом "спокойно переждешь" и заключается главная загвоздка, — вздохнул я, перебирая пальцами по перилам балкона. — Учитывая просто феноменальную способность моей задницы притягивать всякую хрень, то тихая-мирная жизнь мне точно не светит. Плюс, я не хочу давать оставшимся жертвам дополнительное время на подготовку. Еще напризывают всякой хуйни, разбирайся с ней потом.

— Твое решение, — вздохнула Ласи.

— Но еще на пару дней точно задержаться придется, — улыбнулся я. — Пока наш хомяк соберет припасы в дорогу, пока все восстановятся, да еще и Акроньке нужно тело подобрать… В общем, дня два-три мы тут. Если возникнут какие-то проблемы, то можем по-быстрому решить.

— Главная проблема сейчас была в нежити в собранном отцом некрополе. Слишком много людей там умерло самой страшной смертью, вот они и поднялись в замурованных комнатах. Но с этим и так уже почти справились, осталось только жрецам провести обряды очищения.

— Дворяне? — уточнил я главный беспокоящий меня фактор.

— Тихи как мыши, — не удержалась от смешка Ласатардия. — По закону, только за то, что ты устроил во время коронации, тебя уже можно подать на отречение от престола, но… Половина из них и так была ко мне абсолютно лояльна, а вторую ты запугал до такой степени, что они выгребли все свои закрома с компроматами и уже на следующее утро у меня на столе лежала целая пачка доносов и заверений в вечной верности.

— Ну, не такой уж я и жуткий… — мне даже как-то неудобно стало.

— С твоей точки зрения, может быть и нет, — пожала плечами Ласи. — Но вот на взгляд простого человека… У тебя вышло СЛИШКОМ убедительно, — и уже чуть тише добавила, — Мне до сих пор снятся эти красные глаза. И шепот, зовущий из холодной тьмы…

— Тебе все это хотя бы просто снится, — вздохнул я, покосившись на собственную руку, на которой в магическом зрении был отчетливо виден алый глаз Йасасайха.

— Как ты живешь… с этим? — во взгляде Королевы отразилось откровенное сочувствие.

— Как и всегда, — оскалился я. — Иду вперед и стараюсь не смотреть вниз…

Какое-то время мы молчали. Ласатардия, судя по отрешенному взгляду и немного рассеянным движениям, глубоко о чем-то задумалась. А я просто наблюдал за ней, наслаждаясь тихой минутой покоя.

— Дальше к эльфам? — спросила Королева, наконец "вернувшись к реальности".

— Угу, — кивнул я.

— Я отдам распоряжение, чтобы обеспечили вам телепорт до границы, — Ласатардия налила себе еще отвара из небольшого чайничка. — Ты же всех берешь с собой?

— Ну, Дось, Химэ и Кроконяшку однозначно да, — прикинул я. — Элли тоже не оставлю, эта корова слишком дорого мне обошлась. Да и танк нужен, без этого никак. С Нокси аналогично — уж лучше я эту зверюгу буду при себе держать, под контролем. Хомка сам по себе, но пока что с нами, а гнать насильно я его не собираюсь — хоть и жмотяра редкий, но полезный. Акрония со мной в любом случае — хоть в новом теле, хоть без него. А вот остальные под жирным вопросом… Томирис куда-то пропала, но если объявится и будет напрашиваться, то придется взять. Шенери и его компанию хочу отправить до Древесного Моря своим ходом, но, боюсь, не получится. Они меня просто осадой возьмут и устроят групповой вынос мозга пока не соглашусь. Ашур этот, который Доськин братец, увяжется следом в любом случае. Но вот вопрос, а нужен ли он мне… Наши неправильные эльфы, Егор с Юлей, вроде бы изъявили желание повидаться с местными сородичами, но без энтузиазма — могут и отвалиться в самый последний момент. Хорошо хоть Лафииль отморозилась сразу, у тебя остается. В отличие от ее родственницы…

— А чем тебе Фив не нравится? — криво усмехнулась Ласатардия. — По-моему, она как раз в твоем вкусе.

— Ну да, сиськи у нее что надо, в отличие от некоторых, — я демонстративно покосился на грудь Королевы. — Зато мозгов меньше, чем у курицы. Да еще и драться постоянно лезет. Вот уж кого точно хотелось бы оставить тут, или придушить во сне подушкой…

— Так в чем проблема? — выгнула бровь Ласатардия. — Яд в вино, или просто вытяни из нее душу.

— Не все тут так просто… — вздохнул я. — Если с этой дурой что-то случится, Тайшаддэс с меня семь шкур спустит, забыла?

— Что-то такое было… — нахмурилась Королева.

— Вот-вот, что "что-то", — я поежился, вспоминая непередаваемые ощущения от процесса переваривания в желудке огромного монстра. — Какие-то там у него обязательства есть насчет этой пернатой дуры. Так что придется тащить ее с собой, если не удастся уговорить по хорошему… Ну и вроде бы все. Как итог, семеро едут однозначно, и еще девять — под вопросом в той или иной степени.

— Десять, — поправила меня Ласи. — Ты про Тай забыл.

— А что с ней? — я озадаченно захлопал глазами, пытаясь припомнить, когда в последний раз видел скрытницу. Кажется, после ее выздоровления ни разу, хотя иногда и ощущал ее в своей "зоне покрытия".

— Она на грани, — вздохнула Ласатардия. — Девочка одного за другим потеряла двух самых близких людей. Сначала сестру, потом друга. Причем душу первой сожрали монстры, без шанса на возрождение, а вторая сама стала чудовищем и почти убила ее… Тайтора только кажется спокойной, на деле же девочка просто не умеет нормально показывать свои чувства. Они копятся внутри нее и вот-вот взорвутся…

— Ты настолько хорошо знаешь своих подчиненных? — невольно удивился я.

— Тай одна из моих лучших скрытников. И при этом абсолютно мне преданна. Так что естественно, что я о ней забочусь, — Ласи невинно улыбнулась и отпила пару глотков отвара. — Так что возьми ее с собой. Постарайся расшевелить и вытянуть из нее всю эту боль. Это моя личная просьба.

— Ага. И заодно подсовываешь мне в постель своего "шпийона", — я почесал двухдневную щетину.

— Не без этого, — согласилась Ласи.

— Ладно, пофиг, — вздохнул я и, оторвавшись от перил балкончика, направился к кровати. — Только не жалуйся, если потом она вдруг воспылает ко мне "незззными чуйствами".

— Сильно в этом сомневаюсь, — почему-то хихикнула Ласи, наблюдая как я сбросил тапки и рухнул на мягкую перину, не утруждаясь стягиванием со своего туловища мягкого махрового халата.

Кааааайфффффф…

Все, блядь, могут короли…

Даже послать всех нахуй через пару дней после коронации и трое суток не вылазить из верхней комнаты башни, предаваясь сну и лени.

Единственными, кого я пускал сюда за эти дни, были Ласатардия и "ближний круг": Химэ и Дось. Ну еще Элли, которая выступала скорее в роли самой настоящей служанки, таская мне еду и делая уборку. Всех летуче-крылатых я на подлете сбивал подушками и отборным матом, а остальным просто не открывал дверь. Шенери, бедняга, уже вторые сутки дежурит этажом ниже в ожидании "аудиенции у Моего Величества".

Свинство, конечно, но мне тоже нужен отдых.

Лежа с закрытыми глазами, я по звукам и сигналам чуйки прекрасно знал, что происходит вокруг.

Вот тихонько звякнуло блюдечко — Ласатардия поставила чашку.

Едва ощутимый порыв ветра и запах шерсти — Дось вышла из скрыта.

Легкое колебание матраса — ушастая мягко легла рядом, обдавая меня потоками воздуха от виляющего пушистого хвоста.

Скрип дерева и шорох юбки — Ласатардия встала с кресла.

Четкие и едва сдерживаемые от бега шаги — Королева направилась к выходу.

— Ласи, — позвал я, не открывая глаз.

— Что-то еще, муж мой? — чуть дрогнувшим голосом спросила она.

Королева остановилась у самого порога. Почти неподвижная. Но я слышал легкий скрип, когда пальцы Ласатардии со всей ее невеликой силой стиснули дерево дверной ручки. И предательски бешеный стук ее сердца, которое шло вразрез с требованиями, доводами и обещаниями разума.

— Иди сюда, — я похлопал по кровати рядом.

— Мы вроде бы все уже… — начала она.

— Ласи, — перебил я. — Просто замолчи и иди сюда.

Королева еще несколько секунд колебалась, а я был готов в любой момент отдать приказ обманчиво-расслабленной Дось на захват цели. Но в итоге Ласатардия все же отпустила дверную ручку и, медленно подойдя к кровати, села на ее край.

Легкий шорох одежды. Характерный звук, с которым ногти цепляются за кожу и ткань. Легкое покачивание мягкой перины. Судя по всему, Королева нервно мяла в руках подол платья, не зная, что ей делать дальше.

Выдохнув, я резким рывком сел и обнял дернувшуюся девушку за талию.

"Дось".

Короткая мысленная команда хвостатой скрытнице через нашу связь, и та уже вихрем пронеслась по комнате, задергивая тяжелые шторы и оставляя только небольшой зазор на балкончике, через который открывался прекрасный вид на кроваво-алое светило, уже наполовину скрывшееся за горизонтом.

Хотя для нас с Дось само понятие темноты сильно искажалось, но для Ласатардии комната должна была быть погружена практически в полумрак.

Закончив со шторами, скрытница так же проворно поставила перед нами давешний столик, но только уже без чая. Теперь на нем стояла чуть запотевшая бутылка в ведерке со льдом и пара высоких хрустальных фужеров с алой полупрозрачной жидкостью.

— Считай это моим подарком на коронацию, — хмыкнул я, беря один фужер.

Ласатардия слегка дрожащими руками взяла второй.

С легким звоном хрусталь соприкоснулся.

Выпили.

Чувствительный язык тут же засигналил об инородной примеси в вине.

Это были не утерянные "драже безумной страсти", но, по заверениям Лафииль и Хомы, нечто, ничуть им не уступающее…

2.

(Для особо одаренных, вроде моего редактора: статус Андрея вставлен в СЕРЕДИНУ главы, и она на нем не кончается)

***

— Я пришел к тебе с приветом, рассказать что солнце встало. Что оно горячим светом… жарит как печь. — протянул я хрипловатым с перепоя голосом, глядя на свернувшуюся клубком под одеялом Доську, от которой наружу торчали лишь хвост и уши.

Ласатардия уже убежала, сославшись на кучу важных встреч. Впрочем, я особо и не возражал.

— На вопросы нет ответов. Можешь думать что попало, но меня прибил сушняк, и негде прилечь…

Королева была, мягко говоря, неопытна. Впрочем, этого и стоило ожидать, с такими-то внешними данными. Зато с лихвой компенсировала свою неумелость страстью и энтузиазмом. Ну а мы с Доськой просто направляли ее энергию в нужное русло.

— Мы с Серегой-самураем третий год как мир спасаем. Сна себя лишаем от темна до темна…

Интересно, что сказали бы дед с отцом, если бы увидели мою "любимую супругу"? Вряд ли бы были в восторге от ее внешности.

— Я пробился сквозь кордоны. Я убил и съел дракона, и по случаю такому даже выпил вина.

С другой стороны, у нее высокое положение, безупречное образование и воспитание. И еще, как показала практика, весьма жаркий нрав в постели. В конце-концов, мордашку ей можно поправить магией, а внизу женщины все одинаковы…

— Утро красит нежным светом. Впрочем, стоит ли об этом… Я спешу к тебе с приветом, пивом звеня.

Как итог, все не так плохо.

— Выпьем, бедная подружка? Где моя большая кружка? Что же ты, моя старушка, снова пьешь без меня?

Промурчав под нос последние строчки старой нехитрой песенки, откинулся на спинку кресла и мысленно прогнал дальнейшие планы.

Получилось на удивление мало пунктов.

Собственно, всего один: сидеть на жопе ровно, пока отряд заканчивает сборы, а потом через телепорт прыгнуть на границу эльфийского королевства. Ну а там по обстоятельствам.

Все-таки придется брать с собой "Шенери и Ко". Поставлю их охранять Лольку, потому как жопой чую, что эта ушастая аристократка должна сыграть немалую роль в грядущем. Зря я, что ли, ее столько раз спасал? Вот пусть папашка и отрабатывает дочкины долги. Насколько я понял, он немаленькая шишка, да еще и выступает ярой оппозицией нынешнему правящему режиму…

Вздохнув, я прикрыл глаза.

Тяжко.

"Ой, совсем умотался, бедненький!" — тут же раздался в ухе язвительный голос дракошки.

"Смотри, переименую из Чешуйки в Колючку", — зевнув, ответил я. — "Как там дела на внутреннем фронте?"

"Скучно", — призналась чешуйчатая. — "Играем в карты, смотрим твои воспоминания, травим байки".

"Зашибись, бля", — тихо заржал я, представив себе эту картину. — "Как там та волшебница? Адекватная?"

"Более-менее", — неопределенно ответила дракошка. — "Иль-Сафора и Саси явно побаивается, а вот с вампиршей уже успели подружиться. Ко мне относится нейтрально. Сама по себе вполне здравомыслящий человек, без фанатизма, но что-то религиозное в ней иногда проскальзывает. Смотри, как бы кто из богов потом по голове не настучал за уведенную душу".

"Да пусть стучится", — фыркнул я. — "Встанет сразу за долбанутым братцем Ауттэ".

"Уважаемый", — тут же прозвучал в другом ухе знакомый до колик в почках наглый голос. — "Да ты ходишь по охуенно тонкому льду!"

"Вот это я и имел в виду"…

Пару минут сидел в тишине.

После чего шило в заднице не выдержало и руки зачесались что-нибудь поделать. Например, разобраться наконец со своим статусом.

Честно говоря, я его не открывал с той самой ночи, когда завалил Ньярлота. Вот просто не хотелось лезть во все эти цифры и очередной троллинг от Системы. А то, что он будет, я не сомневался.

Набрал в грудь воздуха. Выдохнул.

И мысленной командой развернул несколько давно мигающих на границе зрения системных сообщений.

***

Внимание!

Получен новый уровень!

Получен новый уровень!

Получен новый уровень!

Доступно для распределения очков характеристик: 15.

Получены новые титулы!

"Второй шаг в пустоту" — ты увидел предел смертных и заглянул за грань этого мира. Часть системных ограничителей снята.

"Главное не размер, а умение!" — ты уничтожил существо, во много раз превосходящее тебя размерами.

Отныне все крупные противники не станут тебя недооценивать.

+5 ко всем характеристикам.

"Король людей" — хоть на час, хоть на день, хоть на всю жизнь, но ты стал Королем. Ну… удачи.

+10 ко всем характеристикам.

***

И че?

И все?!

Три уровня и пара титулов, один из которых вообще бесполезен!

Чувствую себя обманутым, как подросток после первого неумелого перепихона.

На всякий случай еще раз пробежался глазами по системкам. Но нет. Все те же вшивые три уровня.

Хотя-я-я-я…

Сколько у нас там видов характеристик? Пять? Да к каждой по пятнашке статов с титулов… Семьдесят пять поинтов. Делим на пять за урове… Бля, математик из меня херовый.

Получается, мне отсыпали эквивалент пятнадцати уровням?!

Да еще три чистыми…

Восемнадцать уровней с куста!

Беру свои слова назад.

Нормальная такая награда за один вечер боевых действий.

Так, а что у меня со статами вообще творится? А нормально все. Сила, восприятие и сила мысли перевалили за девять десятков. Можно, конечно, влить в них свободные очки и получить со всех плюшки прямо сейчас, но… лучше подожду, пока сами докачаются до капа. А вот ловкость и живучесть остановилась на ста тридцати четырех и ста тридцати пяти. Вот в них-то и надо вливать. Причем профитней сейчас будет именно в живучесть — там сразу бонус дадут за сто пятьдесят очков характеристик. А потом уже буду добивать ловкость.

Сказано — сделано.

Вся пятнашка свободных очков улетела в живучесть и выскочила уже знакомая мне табличка с двумя редкими пассивками на выбор: "идеальный иммунитет" и "укрепленное тело".

И вот тут-то я задумался.

С одной стороны, "иммунитет" уже проверен, но… я помню ту подставу, которую он давал. Если в трех словах: бухло не пашет. Но и бонус был сладким — любая отрава редкого и ниже ранга на меня не действовала. А это было очень актуально для Короля.

С другой стороны, усилок для тела, в потенциале, давал возможность дольше сражаться под берсой. Учитывая, что у меня сейчас не было такой мощной регенерации, то подобные меры становились как никогда актуальными. В итоге, "укрепленное тело" выступало не только как защитная, но и косвенно как атакующая способность, давая возможность легче переносить перегрузку "берсеркера". А в том, что берса мне понадобится я не сомневался.

Еще немного поколебавшись, я все же выбрал укрепление тела.

***

Имя: Андрей.

Титулы:

Астральный камикадзе

Благосклонность Ауттэ (+ 10 к навыкам скрытности).

Богоубийца (+15 ко всем характеристикам)

Божественный "жамк-жамк"

В душе я — лоли! [+]

Вернувшийся из-з-ада

Вставший на путь самопознания

Второй шаг в пустоту [+]

Главное не размер, а умение! (+ 5 ко всем характеристикам) [+]

Жрец Бездны

Король людей (+10 ко всем характеристикам) [+]

Криворукость божественного уровня! [+]

Легендарный Герой

Личинка истинного мага

Любимец Ужаса (+10 ко всем характеристикам)

Отмеченный Милосердием

Отчаянный (+5 к живучести)

Отчаянный прыгун (+5 к ловкости)

Первый и единственный фаворит Принцессы! [+]

Песочный человек

Поврежденное ядро души

Познавший Тень (+10 ко всем характеристикам)

Познавший Ужас (+5 ко всем характеристикам)

Познавший Ярость

Поимевший Князя Тьмы (+ 2 ко всем характеристикам)

Поцелуй Бездны

Рука-ракета!

Симбиоз с тварью

Смотревший в глаза Бездны

Тугодумище (+1 к силе мысли)

Убийца маленьких девочек

Убийца тысяч

Узревший легенду (+5 к восприятию)

Укурыш от Бога

Уровень: 43

Класс: Буревестник (миф)

Характеристики:

Сила: 91 [+18]

Ловкость: 134 [+15]

Восприятие: 98 [+16]

Живучесть: 150 [+30]

Сила мысли: 95 [+16]

Свободные очки: 0

Способности:

Астральный захват (легенд, актив, от титула "Богоубийца")

Бездна всегда рядом (легенд, от титула "Поцелуй Бездны")

Берсеркер (редк, актив, от титула "Познавший Ярость")

Буря Звездного Ветра (классовое, актив)

Буря Клинков (классовое, актив)

Буря Судеб (классовое)

Взгляд Бездны (легенд, актив, от титула "Смотревший в глаза Бездны")

Вырвать душу (редк, от титула "Жрец Бездны"

Глаз Бури (классовое)

Длань Монстра (редк, от титула "Симбиоз с тварью")

Доминирование (необычн)

Дым Блага (легенд, актив, от титула "Укурыш от Бога")

Живая Легенда (легенд, от титула "Легендарный Герой")

Игнорирование здравого смысла (уник)

Идем на смерть за пару доек! (божеств, актив, от от титула "Божественный "жамк-жамк")

Калькулятор подрывника (редк, от титула "Астральный камикадзе")

Карман душ (божеств, от титула "Первый шаг в пустоту")

Контрацепция (необычн, актив)

Контроль маны (необычн)

Кошачий глаз (редк)

Лолиформация (божест, актив, от титула "В душе я — лоли!") [+]

Малая регенерация (необычн)

Метка Ауттэ (редк, актив от титула "Познавший Тень")

Мрачный Жнец (редк, от титула "Убийца тысяч")

Нарушение генерации маны (редк, от титула "Поврежденное ядро души")

Не перевариваемый (легенд, актив-пассив, от титула "Вернувшийся из-з-зада")

Нырок в тень (редк, актив)

Оценка (необычн, актив)

Ощущение маны (необычн)

Погружение в себя (необычн, от титула "Вставший на путь самопознания")

Приманка для хищников астрала (редк, от титула "Поврежденное ядро души")

Пронзающий выпад тени (легенд, актив)

Пурген (легенд, актив)

Родство теней (редк)

Увеличение запаса энергии (обычн)

Укрепление костей (обычн)

Укрепление тела (редк) [+]

Улучшение выносливости (обычн)

Улучшение гибкости (обычн)

Улучшенное обоняние (обычн)

Усиление артефактов Бездны (редк, от титула "Жрец Бездны")

Усиленное улучшение координации (необычн)

Ускорение прогресса (легенд, от титула "Легендарный Герой")

Ходящий по грани (редк, от титула "Поврежденное ядро души")

Свободные очки: 1

Навыки:

Анальный секс: 16 ур (подмастерье) [+1]

Верховая езда: 16 ур (подмастерье)

Взлом замков: 18 ур (подмастерье) [+1]

Владение астральным телом: 44 ур (мастер) [+4]

Владение кинжалом: 19 ур (подмастерье)

Владение копьем: 45 ур (мастер) [+5]

Владение мечом: 48 ур (мастер) [+2]

Владение щитом: 8 ур (ученик)

Метание: 19 ур (подмастерье) [+1]

Незаметность: 51 ур (великий мастер) [+2]

Обезвреживание ловушек: 14 ур (подмастерье)

Обнаружение ловушек: 21 ур (подмастерье)

Обоерукий мечник: 50 ур (мастер) [+1]

Оральный секс: 7 ур (ученик)

Полевая медицина: 3 ур (ученик)

Предчувствие опасности: 57 ур (великий мастер) [+5]

Рукопашный бой: 39 ур (подмастерье) [+4]

Скалолаз: 25 ур (подмастерье) [+6]

Смертельный удар: 52 ур (великий мастер) [+3]

Спринт: 42 ур (мастер) [+5]

Стрельба из лука: 3 ур (ученик)

Тайное проникновение: 36 ур (мастер) [+5]

Тихий шаг: 52 ур (великий мастер) [+3]

Эротический массаж: 24 ур (подмастерье) [+5]

***

По мышцам пробежала судорога, а кости странно заныли. Но все это продолжалось от силы пару секунд и по сравнению с тем, как мне иногда доставалось, вызвало только чувство легкого дискомфорта.

Подождав, пока тело успокоится, я встал с кресла и, скинув с себя так полюбившийся халатик, пополз в "ванную комнату". Конечно, на деле это было слишком громкое название для небольшой кладовки, в которой установили бадью, пару нагревающих артефактов и подвели трубу с чистой водой.

Причем сделали это буквально за полдня, получив волшебный царский пендель.

Открутив простенький кран, я набрал воды. Потыкал пальцем в пару рун на стене, нагрев ледяную жидкость до состояния приятного кипяточка. Стянул шорты и плюхнулся в бадью.

Кайфффф…

Закрыв глаза, нырнул с головой.

Вот чего мне точно будет не хватать во время путешествия. Все-таки мытье в холодной речке или под дождем — это совсем не то.

Вынырнул, отфыркиваясь и расплескивая воду на каменный пол…

АЛЯАААААРМ!!!

Чуйка взвыла дурниной, предвещая огромную черную задницу, грозящую поглотить меня с головой!

Тело начало действовать не дожидаясь решения тормознутого мозга.

Ухватившись обоими руками за края бадьи, рывком взвился чуть ли не к потолку… Вернее, почти. На полпути врезался носом в невидимый барьер и рухнул обратно, подняв тучу брызг.

Готов поклясться собственными яйцами, что в этот момент услышал уже знакомый многоголосый смех.

Бездна.

— Что происходит?! — закричал, пытаясь отогнать пляшущие перед глазами искры.

И тут понял, что искры-то не глюк, появившийся от удара, а самые настоящие магические огоньки, закружившиеся вокруг.

А задница тем временем едва ли не напополам рвалась от беснующейся внутри чуйки, верещавшей матами на русском, японском, французском, английском и итальянском.

Еще раз попытавшись выбраться из бадьи, я опять наткнулся на невидимый барьер. Попробовал призвать оружие, но материализацию словно что-то блокировало. Лихорадочно попытался найти другой выход, но… не успел.

Яркая зеленая вспышка резанула глаза и… Я как сидел голышом в наполненной горячей водой бадье, так и сижу.

Вот только сама бадья оказалась совершенно в другом месте.

Осторожно приподнялся.

Огляделся.

Я в ебучем колизее…

Ровно в центре присыпанной желтым песком арены! Вокруг вверх, на приличную высоту, поднимались заполненные людьми трибуны, а в паре шагов в стороне пятеро здоровых ниггеров в набедренных повязках и каких-то странных шлемах рубили в фарш десяток вороватого вида оборванцев.

И, конечно, с моим появлением они это дело прекратили и всей толпой дружно уставились на меня.

Я икнул.

Сел обратно.

Схватился за голову.

ЧЕ ЗА ХУЙНЯ?!

"КАКОГО ХРЕНА?! БЕССМЕРТНЫЕ, ВЫ ТАМ СОВСЕМ ОПУХЛИ?! И НЕ ГОВОРИТЕ, ЧТО НЕ ИМЕЕТЕ К ЭТОЙ ПОЕБЕНИ НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ?!"

А в ответ тишина…

Суки.

И че делать?

А если меня вообще в другой мир закинуло?

А если мне еще и все статы опять порезали?

А если оружие заблокировали?

А если…

"Дзынь".

О, аллилуйя, боги скинули кусочек хуя!

Система работает, значит — жить буду. И есть вероятность, что я все еще в том же самом долбанутом мире, просто закинут в какую-нибудь Моржовию за три-девять земель, чтобы жизнь медом не казалась, а короли успели напризывать всякой ереси и подготовиться к теплой встрече…

"Дзынь!"

Система, да ты какая-то особенно настойчивая. И мне это не нравится. Жопой чую, что подставы не кончились.

"Дзынь-дзынь! ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ! ДЗЫНЬ-ДЗЫЫЫЫЫЫЫЫНЬ!!!"

Все, все, все! Хорош звенеть, показывай, что там у тебя?

Ой… Ну… Ебааааааааться в дырку телефона…

***

Конец шестой арки "Оферон, столица людей. Да здравствует Король!"

Конец пятой книги.

Content

Вы призвали не того книга 5

АРКА 6. ОФЕРОН, СТОЛИЦА ЛЮДЕЙ ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!

ГЛАВА 173. ПЛАН "ГЭ" (ПРОЛОГ 5 КНИГИ)

ГЛАВА 174. СТРАТЕГИЧЕСКИЙ СОВЕТ

ГЛАВА 174. 5. ДРОВА

ГЛАВА 175. ОПЕРАЦИЯ "МОТЫЛЬКИ" (ЧАСТЬ 1). ЯРОСТЬ И ЛЕД

ГЛАВА 176. ОПЕРАЦИЯ "МОТЫЛЬКИ" (ЧАСТЬ 2). ЗОВ БИТВЫ

ГЛАВА 177. ГЕРОЙ ЗАЩЕЧНЫХ МЕШОЧКОВ. ЭПИЗОД II (ПЕЧЕНЬКА). ЧАСТЬ 1. ОХОТА НА ЗОМБИ.

ГЛАВА 178. МЕЧТЫ СМОЕТ ДОЖДЬ. ЭПИЗОД I (РОУЗ).

ГЛАВА 179. ОПЕРАЦИЯ "МОТЫЛЬКИ" (ЧАСТЬ 3). ТАЙНАЯ СТОРОНА СРАЖЕНИЯ

ГЛАВА 180. ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ" (ЧАСТЬ 1). МЕЖДУ ДЕЛОМ

ГЛАВА 181. ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ" (ЧАСТЬ 2). ПУТИ СХОДЯТСЯ

ГЛАВА 182. СТРАННЫЕ ДЕЛА В ЛАГЕРЕ  (АНТУАНЕТТА).

ГЛАВА 183. ЭКСКОБА-1

ГЛАВА 184 . ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ"(ЧАСТЬ 3). ЗОВ БЕЗДНЫ. 1

ГЛАВА 185. ОПЕРАЦИЯ "ПАРТИЗАНЫ" (ЧАСТЬ 4). ВЕСТНИКИ

ГЛАВА 186. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 1) ШОК И ТРЕПЕТ

ГЛАВА 187. ГЕРОЙ ЗАЩЕЧНЫХ МЕШОЧКОВ. ЭПИЗОД III (ПЕЧЕНЬКА)

ГЛАВА 188. МЕЧТЫ СМОЕТ ДОЖДЬ. ЭПИЗОД II (РОУЗ)

ГЛАВА 189. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 2) ТАНЕЦ В ОГНЕННОМ ЛИВНЕ

ГЛАВА 190. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 3) ТАНЕЦ С ТЕНЯМИ

ГЛАВА 191. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 4) ТАНЕЦ РАЗРУШЕНИЯ

ГЛАВА 192. РЫЦАРЬ-СЛУЖИТЕЛЬ ( АНТУАНЕТТА )

ГЛАВА 193. ЭКСКОБА-1. СОЮЗ ПУСТОТЫ ПЕРЕД БОЕМ

ГЛАВА 194. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 5) ТАНЕЦ АЛОГО ВО ТЬМЕ

ГЛАВА 195. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 6) КОРОЛЕВСКИЙ ТАНЕЦ

ГЛАВА 196. КРОВАВЫЙ ВАЛЬС (ЧАСТЬ 7) ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!

ГЛАВА 197. ГЕРОЙ ЗАЩЕЧНЫХ МЕШОЧКОВ. ЭПИЗОД IV (ПЕЧЕНЬКА)

ГЛАВА 198. МЕЧТЫ СМОЕТ ДОЖДЬ. ЭПИЗОД III (РОУЗ)

ГЛАВА 199. ЭТО КОНЕЦ?

ГЛАВА 200. НУ ДА, РАЗМЕЧТАЛСЯ… (ЭПИЛОГ 5 КНИГИ)