Человек без лица

1

В окно попадал свет из дома напротив. Кто-то очень гениальный придумал выстраивать высотки впритык друг к другу. С маленьким двориком между ними и крошечной парковкой. Кто не успел приехать вовремя - паркуется чуть ли не на газоне или тротуаре. Все по-дурацки. Зато есть три лифта, консьержка и охрана на въезде. Наверное, именно поэтому цены на недвижимость в этом районе заоблачные. Но меня это мало волнует, не думаю, что в ближайшем будущем я смогу позволить себе здесь хотя бы однокомнатную квартиру. Зато она может. Но это тоже неважно.

Бледно-желтый луч света падал прямо на ее спину, и я смогла разглядеть капельки пота на ней. В комнате было жарко. Спертый воздух и запах секса.

Ее светлые крашеные волосы, накрученные на мой кулак, в темноте, как ни странно, выглядели еще белее, чем были на самом деле. А позвонки даже на изогнутой спине, казалось, выпирали, как остроконечные пики.

- Сильнее, - как в бреду, пробормотала она, продолжая насаживаться на страпон, что был пристегнут ко мне.

- Заткнись, - со злостью сказала я и резко дернула ее за волосы. Так, что она до упора прижалась ко мне задницей.

Она застонала сильнее. Нет, скорее, закричала, или завизжала, на худой конец. Тот гортанный звук, что вышел из нее, словно рык, даже с натяжкой нельзя было назвать стоном.

Еще несколько шлепков о ее задницу, несколько мощных толчков, удар ладонью по ягодице, и, главное, держать дилдо внутри нее, как можно глубже, пока она содрогается от оргазма. Так она любит.

Освобождается от моих объятий и ложится на живот. Дышит тяжело, будто кросс бежала. Сейчас перевернется на спину, согнет одну ногу и нагло улыбнется, сверкая зубами. Скажет что-то типа "неплохо" или "в этот раз куда лучше". Эта сука всегда так делает, хотя я точно знаю, что она ни с кем так не кончала. Никогда. Но она не может признать этого. Корона упадет.

Она развернулась, легла, согнула ногу, и с ядовитой улыбкой сказала:

- Это было... ничего так.

- Ты всегда будешь давать оценку? У тебя фетиш какой-то? - говорю спокойно, а сама хочу ей врезать. И я почти ненавижу ее. Но ненависть - это слишком просто для нее. Наглая, самовлюбленная сука.

- Малышка, ну, тебе же надо знать, к чему стремиться, - заявляет так, будто мне действительно интересно. А от ее "малышки" тошнит сразу, желудок вот-вот вывернет. Постоянно эти тупые уменьшительно-ласкательные. И ведь только потому, что знает, что я это терпеть не могу.

Встаю с кровати, отстегиваю страпон. Смотрит хищно, не моргая. Понятно. Еще хочет. Три часа тебя не умотали? Ну ладно. Время у меня есть.

- Переворачивайся, - говорю тоном, с которым она никогда не спорит. Знает, что дам ей то, чего хочет. Спорить - глупо.

Быстро меняет положение и опять ложится задницей кверху. Люблю трахать ее сзади. Тогда не видно ее наглой ухмылки. Задница у нее тоже красивая, так что я ничего не теряю.

- Я позвоню, - говорит, когда я уже обуваюсь.

- Как хочешь, - кидаю напоследок и открываю дорогую металлическую дверь. Она хватает за рукав куртки и дергает на себя. Как только мое лицо оказывается напротив ее, целует так, что хочется послать к черту все, и трахнуть ее еще раз. Но мне пора. Поэтому отстраняюсь, пальцем вытираю нижнюю губу и выхожу в подъезд. Она не ждет, пока я зайду в лифт, и не смотрит в окно, когда я выхожу на улицу. Никогда. Я это тоже знаю. Поэтому, выйдя из подъезда, я прикуриваю припасенную на этот случай сигарету, и иду к машине. Вообще я не курю. Но после нее мне всегда нужна сигарета. У моей плохой привычки есть с ней что-то общее. Она тоже моя плохая привычка. И пока сигарета у меня в руках - мне хочется ее скурить. Также и с ней. Пока она рядом - я хочу ее полностью. Но когда ее нет - у меня совершенно отдельная, своя жизнь, и мне иногда хочется сбежать подальше, но я знаю, что не смогу. Она мое все.

2

Я никогда не остаюсь у нее на ночь. Максимум, что было - приезжала утром. Когда она возвращалась с каких-то блядских клубов, абсолютно невменяемая, но готовая на все. Мне всегда было интересно, почему в таком состоянии она никого не цепляла там. Я знаю, что у нее нет проблем с вниманием, ее хотят все. Но почему-то она почти всегда звонит мне. Хотя откуда мне знать, может, мне как раз она звонит редко, обходясь тем, что находит в этих гадюшниках, где проебывает, наверное, каждые выходные. Но не мне ее судить. Я сама была в таком же заведении, когда мы с ней познакомились. Хотя я нечасто посещаю ночные клубы, предпочитая им обычные бары, но какой-то черт занес меня туда в тот вечер. Я ее сразу заметила. Она танцевала посреди толпы, заметно выделяясь. Было видно, что она не просто двигается, что у нее есть хороший фундамент, может, в детстве или даже позже занималась танцами. Поэтому вокруг нее было небольшое пространство. Никому не хотелось выглядеть смешно, и все старались отойти подальше. Я с улыбкой наблюдала, как девушки косятся на нее и стараются повторить движения. Хотя бы самые элементарные. А парни, которых поблизости было неприлично много, облизывали губы и наблюдали, не скрывая похоти в глазах. Было видно, что она наслаждалась этим. Вниманием, желанием, горящими взглядами. Черт, я сразу поняла, что она за птица. Таких я стараюсь обходить стороной. От них слишком много проблем. Они мне не по зубам. Постоянно хотят, чтобы им что-то доказывали, добивались, убеждали, что они лучшие. Такие игры мне не интересны.

Клуб был обычный. Но многолетний стаж "любительницы женщин" помог сразу выделить из толпы несколько возможных потенциальных партнерш.

И только я собиралась двинуться из-за барной стойки в толпу, чтобы подойти к одной из девушек, эта танцующая стерва поймала мой взгляд. Она хищно улыбнулась и сверкнула глазами. Я усмехнулась и покачала головой. Нет, девочка, ты мне не интересна.

Тут же ко мне подошел какой-то нетрезвый тип и, сально улыбаясь, предложил меня угостить. Я отрицательно покачала головой и, сказав, что меня ждет подруга, встала со стула. Обогнув барную стойку, что была в форме круга, я прошла с другой стороны. Со стаканом в руках, села рядом с девушкой с темно-русыми длинными волосами. Мои "радары" сигналили, что есть мочи, что она - отличный вариант. Хотя шифруется неплохо. Не скрою, пару раз у меня были промахи с моими "сигналами", но это было довольно давно, и они принесли мне в итоге хороших подруг.

- Извини, можно я здесь присяду? Тот лысый парень с ирокезом хочет за мной приударить. Ты не против, если я сделаю вид, что я тут не одна? - дружелюбно улыбнулась я.

Девушка подняла на меня взгляд, улыбнулась в ответ и кивнула.

- Конечно.

- Пожалуйста, сделай вид, что мы давно знакомы. Я чувствую, что он пялится на меня, - сказав это, я сделала шутливо-испуганный вид. Девушка рассмеялась, снова кивнув.

- Ладно, так и быть, я прикрою тебя.

- За свое спасение я обязана тебя угостить. Что ты пьешь?

Спустя полчаса мы общались с ней, будто действительно были давно знакомы. Ее звали Наташа, ей было тридцать, и она работала учительницей. Идеально. Скромная с виду, но внутри чувствовался огонь. Я видела это. И мои подозрения оправдались, я явно заинтересовала ее. Она производила впечатление заботливой, нежной девушки, но, исходя из моих собственных наблюдений, именно такие оказывались самыми горячими в постели. Что и хотелось мне подтвердить или опровергнуть. И я действительно собиралась сделать это.

Спустя еще какое-то время, в момент, когда Наташа смеялась над какой-то моей очередной шуткой, я почувствовала чью-то теплую руку на плече. Повернув голову, я увидела ту самую блондинку, что вытанцовывала до этого в середине зала. Я непонимающе уставилась на нее, не имея понятия, что ей тут понадобилось.

- Стоит только отвернуться, как ты уже нашла себе компанию? - сверкнув глазами и бросив недобрый взгляд на мою собеседницу, проговорила она и сильнее обвила мои плечи. Я чуть со стула не упала в тот же момент.

- Простите? - пробормотала я, растерянно переводя взгляд с нее на Наташу, - мы знакомы?

- О, малышка, ну хватит этих игр. Повздорили, с кем не бывает, это не повод сразу лезть под юбку к другим девушкам, - искусственно обиженным голосом сказала она и надула губы. Тут я вообще потеряла нить разговора, а девушка продолжила:

- Нам же было так хорошо вместе, из-за такой мелочи ты хочешь все разрушить?

- Какой мелочи? Что разрушить? Кто вы вообще? - я начинала терять терпение от этого цирка.

- Я, пожалуй, пойду, - пробормотала Наташа, хватая со стойки маленькую сумочку.

- Нет, Наташа, постой, я даже не знаю, кто это, - честно пыталась оправдаться я, и скинула с себя руку неожиданной гостьи.

Но блондинка была явно не из робкого десятка, потому что, схватив меня обеими руками за лицо, она притянула меня к себе и засунула свой язык мне в рот. Я только и смогла, что вытаращить глаза.

- Зато она тебя, похоже, знает, - ядовито бросила Наташа и, взяв сумку, быстро ушла прочь, скрываясь в толпе танцующих людей.

Через пару мгновений я смогла прийти в себя и оттолкнула назойливую барышню.

- Какого черта?! - возмущенно проорала я, вытирая губы.

Девушка ехидно усмехнулась и села на стул, где до этого сидела Наташа.

- Извини, что прервала твой сеанс обольщения, но... Она слишком... простая для тебя, - положив ногу на ногу, она повернулась ко мне лицом и одной рукой облокотилась на барную стойку.

- Тебе-то до этого какое дело?! - продолжала возмущаться я, с неудовольствием отмечая длину и стройность ее ног.

- Любишь легкую наживу? - игнорируя мой вопрос, спросила она, поднимая бровь.

- Что? Ты в своем уме? Или ты ненормальная? Хотя, исходя из того, что я уже видела, это глупый вопрос.

Девушка рассмеялась. Громко, звонко.

- Я Ира, - протянула она руку, наклонив чуть набок голову.

- Поздравляю, - буркнула я, отворачиваясь к бару.

- Ну ладно тебе, как твое имя? - она сжала мое плечо, улыбаясь.

- Какая тебе разница? Слушай, я не знаю, для чего ты это устроила, но если ты думаешь, что я буду рада с тобой пообщаться, поверь мне, ты очень ошибаешься, - сказала я и, сделав последние пару глотков, поставила стакан. Кинув на девушку презрительный взгляд, я встала и направилась к выходу.

Нет, даже мне иногда встречались немного сумасшедшие, правда. Одна девушка меня преследовала, другая устраивала телефонную атаку, третья пыталась взломать мою почту, но такого даже у меня не было.

Я вышла на улицу и огляделась в поисках такси. Тут всегда было полно автомобилей, но не в этот раз. Чертыхнувшись, я достала телефон, намереваясь вызвать машину.

- Подвезти? - услышала я насмешливый тон. Обернувшись, я обнаружила свою новую знакомую.

- Сама доберусь, - процедила я, отворачиваясь.

- Ну, я испортила тебе вечер и, по всей видимости, еще и ночь, позволь мне искупить свою вину.

- Слушай, давай ты вернешься обратно в клуб и продолжишь отплясывать, а я поеду домой, и сделаю вид, что мы даже не встречались?

Девушка отстраненно посмотрела в сторону, будто раздумывая, потом вернула свой взгляд ко мне и, улыбнувшись, ответила:

- Нет.

Я молча хлопала глазами.

- Нет? - нашла я, наконец, свой голос, но продолжала недоумевающе пялиться на нее.

- Нет, - подтвердила она, потом схватила меня за руку и потащила за собой.

Мы оказались у белой иномарки.

- Садись, - скомандовала она, открыв дверь.

- Но...

- Садись в машину, - вновь сказала она и затолкала меня внутрь. После чего обошла автомобиль и села за руль. Мне ничего не оставалось, как продиктовать свой адрес и глупо уставиться вперед.

Всю дорогу мы ехали молча, и я даже не смотрела в окно. Точнее, я смотрела, но ничего не видела. Я размышляла, пытаясь понять, что это за ненормальная, и чем это все грозит. Очнулась я, когда машина остановилась. Оглядевшись, я поняла, что это не мой район.

- Где мы? Куда ты меня привезла? - настороженно спросила я, пытаясь глазами отыскать хоть что-то знакомое.

- Расслабься, - усмехнулась она, - я здесь живу. Пойдем.

Девушка вышла из машины, оставив окончательно растерянную меня в одиночестве.

Через минуту я поспешила следом.

- Какого черта? Ты правда ненормальная? Ты какая-то маньячка, да? - пыталась я пролить хоть какой-то свет на эту историю.

- Ты действительно думаешь, что я собралась тебя... не знаю... убивать? В туфлях за двадцать тысяч? Извини, но даже для твоей милой мордашки это слишком, - сказала она и направилась к подъезду, - если хочешь свои ключи от дома обратно, советую пойти со мной, - не оборачиваясь и продолжая идти вперед, громко сказала она, и, подняв руку вверх, помахала моими ключами.

- Как ты... Когда?! - поразилась я, быстро догнав ее.

- Ты не очень внимательна, - рассмеялась она, когда я попыталась выхватить ключи.

- Зачем тебе это все? Чего ты добиваешься? - спросила я, когда мы уже стояли у подъездной двери высокого дома.

- Ты же видела меня. Когда я танцевала, - ее глаза в свете фонаря казались темно-синими.

- И что? - я не понимала, как это связано с ее действиями за последний час.

- Почему ты предпочла эту... В общем, ничем не примечательную особу?

- Ты что, не в себе? - спросила я. Казалось, что это какой-то розыгрыш.

- Нет. Мне это не понравилось, - сказала она с недовольством в голосе.

- Да мне плевать! - разозлилась я.

- Но ты не особо сопротивлялась, - тихо и вкрадчиво проговорила она, приближаясь ко мне.

- Тебе показалось, - ответила я, отступая. Сзади меня была подъездная дверь, и путей для отхода не было.

- Неужели?

Моя спина прижалась к холодному металлу, а девушка была совсем близко. Нет, такого просто не бывает. Она же не была пьяной. По крайней мере, я надеялась, что она не везла нас, будучи в состоянии алкогольного опьянения. Но от нее вроде бы не пахло спиртным. Может, наркотики? Что там сейчас популярно? Кокс, мет?

- Ты под наркотой? - высказала я свою догадку, когда ее глаза были уже напротив моих.

Она только усмехнулась и ответила с кривой улыбкой:

- У меня только один наркотик. И это секс.

После этих слов я снова почувствовала ее губы на своих, а после и ее язык, гуляющий в моем рту. Странно то, что я не хотела ее отталкивать. Да, мне хотелось ей врезать по ее наглому ухмыляющемуся лицу, но не оттолкнуть.

Ее руки зарылись мне в волосы, а одну ногу она закинула мне на бедро. Все происходящее было странно, непонятно и возбуждающе.

- Пойдем, - через несколько минут она оторвалась от моих губ, открыла дверь и потащила меня за собой в подъезд.

Так я оказалась у нее в первый раз. Я думала, это будет единственный раз. Первый и последний. Но я ошибалась. Я даже подумать тогда не могла, как я ошибалась.

Уже тогда, в первый раз, она что-то изменила во мне. Я еще не понимала, что именно, но точно знала, что что-то поменялось.

Я всегда занимала доминирующую позицию в сексе. Особенно, если это был секс на один раз. Я практически никогда не позволяла доставлять удовольствие себе, да это и не было нужно. Самое важное было - заставить девушку стонать подо мной. Но я никогда не практиковала какие-нибудь унижения или причинение боли. Связывание, наручники и прочая банальщина - все это достаточно просто и всегда держится под контролем. Но даже используя это, я была достаточно нежна. Щедра на поцелуи и ласки.

Но она была совершенно другой. Ее поцелуи были грубыми, дерзкими, ни намека на чувственность. Я даже страстностью это бы не назвала. Потому что в страсти полно чувственности. Но не с ней. Это просто был голый секс. Жесткий, грубый, порою грязный. Она говорила мне что и как делать, где схватить, где сжать, а где шлепнуть. Она не стеснялась и не смущалась ничего. Но это заметно смущало меня. Я ни разу не видела настолько раскрепощенной девушки. И это совсем не в том хорошем смысле. Она была требовательной и даже порой унижающей. Что только злило меня. Но потом я поняла, что именно этого она и добивалась. Достать из меня всю ярость, чтобы использовать это в своих интересах. Тогда мы трахались несколько часов подряд. Честно, с меня семь потов сошло. Но я остановилась, только когда она простонала, что больше не может.

Она лежала, согнув одну ногу, бесстыдно отодвинув вторую. На ее лице и груди были капли пота. Волосы на лбу тоже мокрые.

- У меня там все болит, - усмехнулась она, глядя на меня, - а ты не хотела идти. Эта твоя подружка, от которой я тебя избавила, сдалась бы после первого же раунда. Так что не благодари.

- Не буду, - усмехнулась я в ответ.

Я лежала рядом, пытаясь восстановить дыхание. Это был самый яркий секс в моей жизни. А я видела немало. И теперь она меня уже не так раздражала, как в самом начале нашего знакомства.

- Я Тамила, - проговорила я, решив, что после того, что между нами было, неплохо бы и представиться.

- Да уже неважно, - махнула рукой Ира и посмотрела на часы, - мне кажется, тебе пора. Я вызову машину.

Я немного опешила от такого заявления, но решила не спорить. И не знаю зачем, я подумала, что было бы неплохо встретиться с ней вне постели. Эта девушка - единственная, кто за долгое время, смог меня действительно заинтересовать. Было в ней что-то, что хотелось увидеть, рассмотреть получше, докопаться до истины.

Поэтому, накинув майку и натянув джинсы, я спросила:

- Может, как-нибудь кофе выпьем?

Она медленно перевела взгляд с экрана телефона на меня, ее бровь слегка изогнулась, и она рассмеялась. Нагло, громко, и даже вызывающе.

- Прости, малышка, потрахаться я всегда за, но... кофе? Типа свидание? Ты серьезно?

- Я подумала...

- Нет, нет, нет, - прервала она меня, - давай я тебе объясню. Я люблю секс. Но свидания, отношения - это не мое. Если бы я встречалась с каждым человеком, с кем спала, поверь, мне бы просто не хватало времени. Тем более, что... С тобой? Ты, конечно, неплоха, но, боюсь, у тебя нет того, что мне нужно, - нагло улыбаясь, спокойно сказала она, глядя мне в глаза, - машина у подъезда.

Я сама не раз отказывала девушкам, но такое хладнокровие и эта прямолинейность даже меня сбили с толку. Я пару раз моргнула и, больше не говоря ни слова, вышла в прихожую, а затем и из квартиры.

Это была самая странная девушка из всех, что я когда-либо встречала. Я была зла, но не расстроена. Я не то чтобы не искала серьезных отношений, но по крайней мере, я не думала об этом постоянно. Я рассуждала таким образом, что если встретится та, кто меня действительно заставит забыть обо всем и обо всех на свете, то тогда я и буду принимать решения относительно социального статуса наших отношений. Поэтому отказ этой сумасшедшей меня особо не задел, хотя, не скрою, было немного неприятно.

Проснувшись в обед, я поняла, что оставила у нее телефон. Видимо, выпал из штанов, когда они со скоростью слетели с меня. И если перед уходом я на всякий случай еще раз проверила карманы на наличие ключей, что все же отобрала у нее, то о мобильнике напрочь забыла. Я не знала адреса, где провела добрую половину ночи, поэтому пришлось идти к соседке, чтобы позвонить от нее себе же на телефон.

Ответила она только со второго раза.

- Алло? - голос был сонным и хриплым. В моей голове пронеслась вся ночь, и я невольно покраснела.

- Привет, это я. Я забыла телефон у тебя. Скажи мне адрес, я заеду.

- Кто "я"? - пробормотала девушка.

- Тамила, - стараясь говорить как можно спокойнее, ответила я.

- Какая Тамила? - продолжала монотонно бубнить она, очевидно, вообще не осознавая, что разговаривает по телефону.

- Черт, мы трахались всю ночь, и ты спрашиваешь, какая Тамила?! - прошипела я, стараясь говорить как можно тише, чтобы соседка не стала свидетельницей моего сексуального триумфа.

- А. Это ты. И что тебе надо? Я же сказала, что никуда с тобой не пойду.

- Ты совсем уже рехнулась? Мне нужен мой телефон, черт тебя побери, а не ты.

- Какой телефон?

Я приложила руку ко лбу и закатила глаза.

- По которому ты сейчас разговариваешь. Это мой телефон! Я оставила его у тебя. Скажи мне свой чертов адрес и я заберу его! - проорала я, забыв о всякой вежливости.

- А. Ну так бы сразу и сказала. Только приезжай часов в семь. Я хочу выспаться. Записывай адрес, - ответила девушка и зевнула в трубку.

Выдохнув, я начиркала на бумажке адрес и отключилась.

К семи вечера я приехала к ней на своей машине. Охрана не пропустила меня во двор, поэтому пришлось остаток пути проделать пешком. Оказавшись у знакомой двери, я нажала на звонок.

Она открыла через полминуты, и я удивилась тому, как девушка выглядела. Ни следа от ночных приключений, никакого намека на бессонную ночь. Как с обложки. На ней было короткое платье, из которого, того и гляди, выскочит грудь. Я задержала взгляд на этой прелестной картине, потом моргнула, и посмотрела в ее глаза. Ира поняла, что меня отвлекло, и криво усмехнулась.

- Телефон, - сказала я, стоя у порога.

- Зайди, - она отошла от двери, пропуская меня внутрь.

Я оказалась в прихожей, и поняла, что когда я была тут несколько часов назад, я не успела даже мельком рассмотреть ее квартиру. Было ясно, что денег сюда вложено немало. Интересно, она работает или у нее просто есть спонсор? Или она снимает эту квартиру? Или ей снимает ее спонсор?

- Ты его специально забыла, не так ли? - покачивая моим телефоном в руке, облокотившись о стену, спросила она, все с той же кривой и наглой ухмылкой на лице.

- Что? Я вообще поняла, что забыла его, только утром. Точнее, днем. Наверное, из кармана выпал. Отдай, пожалуйста, - протянула я руку.

- Ты меня разбудила, заставила весь день сидеть дома, ждать тебя, и думаешь, что я так просто верну его?

- Ты сама сказала приехать вечером, - напомнила я и попыталась выхватить телефон. Девушка завела руку за спину, и я оказалась с ней нос к носу. Дешевый прием.

- Чего ты добиваешься? - спросила я, смотря в ее голубые глаза. Они, в отличии от нее самой, были чисты, как у младенца.

Она ухмыльнулась и положила руки мне на шею. Я чувствовала ее дыхание на своих губах, но она не спешила с поцелуями.

Черт, я ничего не могла поделать, она заводила меня невероятно. Она была абсолютно непонятной для меня, как сложнейшая загадка, но она возбуждала меня. Движениями, запахом, взглядами. Я сглотнула и непроизвольно облизнула свои губы. Мы стояли очень близко.

Тут она с силой надавила мне на плечи, заставляя опуститься вниз. Я даже не поняла как, но уже через мгновение я оказалась на коленях у ее ног, а она смотрела на меня сверху вниз. Я опустила взгляд и, мне показалось, что я поняла, на что она намекает. Словно чтобы убедиться в этом, я вновь подняла глаза, и она кивнула, продолжая слегка улыбаться.

Я осторожно провела обеими руками по ее ногам, вверх к бедрам. Подняв платье, я увидела черные маленькие трусики из плотной ткани. Без каких-то кружев или оборок, но они показались мне самыми сексуальными на свете.

Я, неуверенно схватившись за резинку, медленно стянула их вниз. Она подняла поочередно ноги и откинула белье. Потом положила руку мне на затылок и притянула мою голову себе между ног.

Нет, такого у меня тоже не было. Точнее, сам процесс, конечно, был, но я никогда до этого не стояла в прихожей на коленях, вылизывая какую-то девушку, которую знала всего несколько часов.

Одна ее нога была на моем плече, ее руки в моих волосах, а мне приходилось держать ее за задницу, потому что она постоянно извивалась.

Когда она кончила, я почувствовала, как ее руки тянут меня вверх. Она впилась губами в мои губы, собирая остатки своей влаги.

Тогда я поняла, что она не врала, когда говорила, что любит секс. И что для нее он, как наркотик.

Она вложила мой телефон мне в руку и сказала:

- Я записала тебе свой номер.

- Серьезно? Но ты... не принимаешь мое приглашение на кофе? - решила я испытать удачу еще раз.

- Нет конечно, - фыркнула она, - малышка, даже не думай об этом.

- Пожалуйста, давай без вот этого вот.

- Тебе не нравится слово "малышка"? - подняла она бровь.

- Абсолютно.

- А мне нравится, - усмехнулась она, - и тебе пора, малышка.

Я снова не нашла, что ответить, как она уже выпроводила меня за дверь.

Это был второй мой визит к ней, который тоже закончился сексом.

Третий визит произошел через неделю. И, признаться, всю эту чертову неделю она не выходила из моей головы. Я понимала, что веду себя, как полная идиотка, что от нее нужно бежать, как от огня, но когда она позвонила, я поняла, что ждала этого звонка.

За мои двадцать девять лет у меня было пять серьезных отношений разной продолжительности. Первые две моих попытки построить что-то были еще в институте. Но так как мозги тогда были не там, где надо, оба раза я со своими девушками разбегалась довольно миролюбиво и по взаимному согласию. А вот три следующие попытки окончились весьма плачевно. Для меня. Первая девушка переехала в другой город, оставив меня и полтора года отношений, а две последующие были пойманы на измене. После этого я стала куда разборчивее. Не стремилась сразу же начинать отношения, а предпочитала просто проводить время.

И когда я встретила ее, я почти сразу поняла, что она разобьет мне сердце.

Но в тот момент, когда я увидела ее имя на экране телефона, мое сердце словно затрепетало. А я окончательно убедилась, что влипла.

Третья встреча от первых двух не отличалась. Как и от всех последующих. Я приходила, мы трахались, я сваливала обратно к себе. Ни разу она не пыталась о чем-нибудь поговорить, ни о чем не расспрашивала, да даже чая не предлагала. Честно, я пыталась вытянуть из нее хоть какую-то информацию. Узнать, чем она занимается, какая у нее семья, ее интересы, хоть что-то. Но там была такая непробивная стена, что мои руки опускались.

И вот, мы с ней регулярно трахаемся, и я не знаю о ней ничего. Она не дает мне к ней приблизиться, и сама не спешит узнать меня получше.

И бросить бы мне это все, по-хорошему, но я не могу. Она застряла в моей голове и, кажется, в моем чертовом сердце. И меня иногда посещают такие мысли, что я чуть ли не люблю ее, но я ее же и ненавижу. Меня тянет к ней с такой силой, что не устаю поражаться этому.

Она меня ломает, но только с ней я чувствую себя целой. Эти тупые отношения разрушают меня, но когда она со мной, у меня ощущение, что я живу. Это ненормально. Это плохо. И я иногда хочу, чтобы она больше не позвонила. Чтобы послала меня подальше и выкинула из своей жизни, потому что сама я это сделать не в состоянии.

3

Мои друзья стали думать, что я либо употребляю наркотики, либо подрабатываю в ночное время суток понятно кем. Потому что я часто не высыпаюсь, на выходных по ночам меня никогда не бывает дома, и вообще я "стала худая, как швабра, и странно выгляжу".

Но о ней не знает никто, кроме Самира. Мы вместе работаем и дружим около пяти лет, и иногда мне кажется, что только он меня понимает. Самир, дитя успешного не очень русского отца и очень русской матери, был моим "наставником", когда я устроилась сюда работать. Спустя пять лет - я полноценный разработчик фирменного стиля компаний, а он - мой босс и друг одновременно.

У Самира кроме имени и внешности, наверное, больше ничего нет от своих корней. Его отец сам был ребенком смешанного брака, который большую часть жизни прожил в России, полностью "обрусев". Поэтому сам Самир не имел даже малейшего намека на акцент. Зато темные волосы и почти черные глаза сразу говорили о его происхождении. Он искренне пытался за мной ухаживать, когда я только появилась в его поле зрения, мы начали общаться, подружились, и поэтому мне пришлось ему в конце концов признаться, что если только у него не появится грудь и не отвалится член - со мной ему ничего не светит. Парень недолго посокрушался, а потом сказал, что мог бы и сам догадаться. Слишком у нас с ним много общих интересов. Заявил, что если до пятидесяти никого не найдет, женится на какой-нибудь одинокой лесбиянке. Хотя бы скучно не будет.

И в мой законный выходной этот идиот начал трезвонить мне уже с утра. После четырех пропущенных я не выдержала.

- Неужели не ясно, что если человек не берет трубку, значит он не хочет с тобой разговаривать? - прорычала я, даже не открывая глаз.

- Девочка моя, ты - не человек, ты - мой друг и товарищ, - уверенно заметил он, не обращая внимания на мой тон.

- Меня это должно обрадовать?

- Даже более того, осчастливить. Я тебе звоню, чтобы сказать, что я приду к тебе вечером. Так что ничего не планируй. Будет пиво, пицца и Плейстейшен. Я купил джойстик, так что теперь тебе не скрыться от смертельного удара Тени.

- Ты - идиот. Звонишь с утра, чтобы сообщить, что припрешься вечером?! - возмутилась я.

- Чтобы ты ничего не планировала. Ладно, я понял, ты еще спишь, поэтому пока. Жди меня вечером, - сказав это, он отключился. А я, засунув телефон под подушку, продолжила досыпать свой сон.

Почти в восемь раздался звонок в дверь и я пошла открывать. На пороге стоял Самир с пакетами и в темных очках.

- Ты выглядишь, как полный придурок. На дворе вечер в разгаре. Какого черта ты нацепил очки?

Парень деловито отодвинул меня, прошел в квартиру и снял свой модный аксессуар. Я увидела приличный синяк темно-фиолетового цвета.

- О, - протянула я, - ну и кто это сделал?

- Помнишь мою подругу с института? Я тебя знакомил с ней неделю назад? - спросил парень, снимая ботинки.

- Та симпатичная девушка с ублюдской синей тушью?

- Она самая, - кивнул он.

- Это она тебя так?

- Почти. Ее муж.

- О, - снова сказала я.

- Я просто подвез ее до дома, - развел руками парень, - я не знал, что именно в этот момент он попрется в магазин за кормом для хомяка. Кто вообще вечером ходит в магазин за кормом для хомяка?!

- И что, он увидел, что ты ее подвез и дал тебе по морде? - удивилась я.

- Ну... Может, я ее еще поцеловал...

- Понятно. Ты, как козел, который лазит по чужим огородам, - вздохнула я, пропуская в комнату парня.

- Да я даже не собирался ничего такого, - пытался он оправдаться, но понял, что со мной это делать бессмысленно. Я слишком много знаю о его похождениях.

Мы пили пиво, рубились в приставку и заедали все это горячей вкусной пиццей. Наконец, после очередного проигранного раунда, Самир отложил джойстик и вздохнул.

- Я знаю, почему ты всегда выигрываешь.

- И почему же? - подняла я бровь, делая глоток из бутылки.

- У тебя пальцы лучше работают.

- О, конечно, - усмехнулась я.

- Нет, правда. Ты с тем же успехом могла играть языком и тоже явно бы победила. Это нечестно.

- Скажи еще, что я, как лесбиянка, тебя дискриминирую.

- Именно так. Редкий случай унижения натурала.

- Можешь пойти поплакать в ванной, - улыбнулась я.

- Обойдусь, - махнул рукой он, - скажи лучше, что там у тебя с этой горячей блондиночкой? - в глазах этого извращенца появился неподдельный интерес.

- Ничего, - пожала я плечами, - все также. Секс и ничего более.

- Разве это не идеальный вариант? Я был бы доволен.

- Ты думаешь только о члене! Вот скажи, вы все такие?

- Мы - это мужчины?

- Они самые.

- Нет. Честно - не все. Просто пока мы не встречаем "ту единственную", мы не особо озабочены отношениями. Хотя ты сама это знаешь. И судя по тому, как ты возмущаешься, ваш "только секс" тебя не очень устраивает? - сделал выводы он, откидываясь на кровать.

Я сидела на полу, спиной оперевшись о ножку постели.

- Не знаю, просто... - я никак не могла понять, как лучше выстроить предложение.

- Эй, я же твой друг, - сказал парень, вновь принимая сидячее положение, - ты можешь мне рассказать абсолютно все.

- Да не знаю я, что рассказать. Просто иногда мне кажется, что эти отношения... странные. Они будто опустошают меня, - проговорила я и отвернулась.

Несколько минут Самир молчал, потом прочистил горло и тихо сказал:

- Знаешь, если тебя что-то не устраивает, ты не обязана это терпеть. И ты достойна куда большего, чем она тебе дает. Честно сказать, я... не в восторге от всей этой истории. Нет, если бы мне красивая и сексуальная девушка предложила самый горячий секс в моей жизни, не требуя при этом каких-то обязательств, я был бы счастлив. Но...

- Что "но"? - спросила я, как только парень задумался и сделал паузу.

- Это только если я не испытывал бы к ней никаких чувств.

- Эм... Ты считаешь, что у меня к ней чувства?

- Девочка моя, ты еще глупее, чем я думал, если ты считаешь иначе, - резюмировал парень, - по-моему, это очевидно.

- Но... - я растерянно смотрела в пол, - черт, я же даже не знаю о ней ничего. Как можно влюбиться в то, чего не знаешь? Может, она по выходным животных мучает? Или носит леопардовые лосины?

- Это так ужасно? - засмеялся парень.

- Лосины? Леопардовые? Это просто уничтожение либидо.

- Но тем не менее, что-то ты к ней чувствуешь? - уже серьезным голосом спросил он.

- Это сложно. Иногда я ее почти ненавижу. Ее эту наглую ухмылку, эти высокомерные высказывания... Но я знаю, что я всегда жду, когда она позвонит.

- Но стоит ли это все душевных терзаний?

- Меньше пафоса, Самир, - усмехнулась я, услышав от него нехарактерные и непривычные слова.

- Ладно, надо ли оно тебе вообще? - улыбнулся он. - Я имею в виду, может, просто лучше найти хорошую девушку, которая ответит тебе взаимностью?

- Да уж, - хмыкнула я, - говоришь так, словно это так просто. Будто где-то устраивают распродажи хороших девушек, которые ответят мне взаимностью.

- Но ты даже не ищешь. Ты понимаешь, что эти отношения ненормальны, но ничего не делаешь, чтобы что-то изменить.

- Знаешь, кто-то отношения между женщинами считает ненормальными. Так что понятие "нормальности" очень относительно, - заметила я, допивая бутылку и открывая следующую.

- С этим трудно спорить. Просто... Ты немного изменилась, - неуверенно заметил парень.

- В самом деле?

- Да. Ты стала... жестче, что ли. Более сурова... Как-то так. То есть ты уже не та простушка, которой я объяснял, как правильно рисовать логотипы и в чем их отличия для разных сфер деятельности компаний.

- С тех пор прошло пять лет! Конечно я изменилась.

- Нет, ты оставалась довольно милой и до недавнего времени. Но когда ты связалась с ней... Мне кажется, она как-то странно действует на тебя, - поделился парень довольно грустным голосом.

- Не знаю. Может, ты прав. В любом случае, я уже давно раздумываю над тем, что надо что-то менять. Я имею в виду наши с ней недоотношения.

- О, правда? И что же?

- Я пока не буду посвящать тебя в детали, но, поверь мне, что-то это изменит. Только не ясно еще, в какую сторону.

Я была благодарна Самиру, что он не стал допытываться, что же я там задумала. Не потому, что ему было не интересно, а потому, что он знал, что я сама все расскажу, когда буду готова.

Она позвонила через три дня. Была середина недели, и я знала, что она позвонит. Но я решила, что пора добавить в игру своих правил, поэтому, когда я зашла к ней в квартиру, я была сдержана и мало эмоциональна. Она сразу поняла, что что-то не так. Даже не начала снимать с меня одежду и не стала раздеваться сама. Встала напротив и сложила руки на груди.

- Что? - поднимает бровь, смотрит так, будто я ребенок, и ее вызывают в школу из-за меня.

И я совершенно не знаю, как закончится наш разговор. Я догадываюсь, но я не знаю. И мне страшно. Страшно, что мои догадки оправдаются. И все будет кончено.

- У меня есть условие, - говорю твердо, а у самой ладони потеют.

- У тебя? - хмыкает и насмешливо поднимает бровь.

Какая же сука. Красивая, но невероятная сука. Одним жестом, интонацией умудряется напомнить, где чье место. Ненавижу ее за это. И черт бы побрал тот клуб, где я ее встретила.

- Да, - стою на своем, а в голове уже шумит. Не понимаю, почему она так действует на меня. Может, лучше было сначала потрахаться? А то вышвырнет, и никакого прощального секса.

- А ты смешная. Ну, давай, мне даже интересно, - опирается спиной о стену и с вызовом смотрит. Типа "попробуй, рискни".

- Сходи со мной на ужин.

- Что? - резко выдыхает, улыбаясь. - Я же тебе говорила - никаких свиданий, никаких встреч, никаких "провести вместе время".

- Это не свидание, - я не собираюсь отступать так быстро, - просто ужин, где мы будем разговаривать.

- Зачем тебе это? Что за чушь?

- Хочу узнать поближе ту, с кем сплю уже полгода.

- О, ты не единственная, кто этого хочет.

Говорит так просто, будто это само собой разумеющиеся вещи. Неприятно, но виду не подаю. Знаю же, что я не одна у нее. Для таких, как она, найти кого-то не проблема. И она не создает лишних балластов в виде отношений или привязанности.

- Знаю. Так что?

- Нет, - хмыкает, пожимая плечами, - даже не надейся.

- Тогда... - собираюсь с духом, и иду до конца, - мы больше не будем спать. Я уйду и... - что я хочу сказать? Уйду и не вернусь? Будто мы разводимся. - В общем, я не буду больше приходить.

- Пожалуйста. Твое дело. Непонятно, кого ты больше этим хочешь напугать, - говорит не задумываясь, легко. Нет, мне непонятно не это, а на что я рассчитывала.

- Ладно, - киваю, разворачиваюсь и выхожу. Дверь тут же закрывается.

Сижу в машине, а самой хочется вернуться, сказать, что "забыли", и снова все по кругу. Зато с ней. Да, никаких перспектив, никакого будущего, но зато ее губы, ее запах, ее кожа.

Нет. Так не может продолжаться. Ей нужен только секс, а мне нужно немного больше. Ведь я не просила ее быть со мной, не просила бросить всех тех, кто еще ее трахает, просто ужин. Просто разговор. Но даже этого она не может мне дать.

Но, может, оно и к лучшему. Сама уйти я все равно бы не смогла. А она может. Причем легко и даже не задумается.

4

Самир ворчал, что я стала медленнее работать, что я невнимательна и рассеянна. Я не могла объяснить ему всего, только обещала, что исправлюсь.

Он предлагал куда-нибудь сходить, развеяться, съездить отдохнуть на выходные, но я отказывалась, ссылаясь на занятость. Я знала, что он не верил. Он всегда знал все до того, как я ему что-то говорила. Может, поэтому мы так легко с ним и поладили. Сначала как коллеги, а потом и как друзья.

Она не позвонила ни разу за две недели. А я чуть ли не силком заставляла себя убирать телефон подальше, и, зарываясь головой под подушку, засыпать.

А просыпалась я без ощущения, что вообще спала. На автомате вставала на работу, хотя в голове была только эта чертова сука, которая привязала меня, как собаку. Хотя она не делала ничего для этого.

Я не из тех, кто влюбляется в глаза или голос. Я не из тех, кто может довериться человеку, зная его неделю. Я не из тех, кто тешит себя мечтами о любви "раз и навсегда". Поэтому я вообще не понимала, как она пробралась в мое подсознание, в мой разум и мою жизнь, прочно осев там.

Более того, я, как чертов мазохист, гадала, кто развлекает ее вместо меня. Под кем она стонет и потеет. Кто сжимает ее в своих объятьях, и кто приезжает к ней среди ночи, просто потому что она позвонила. Мне было не по себе от этих мыслей, но они упорно не хотели покидать мою голову. Так, в виде зомби я и жила. Или, скорее сказать, существовала? Так же называется процесс жизнедеятельности без каких-либо эмоций?

Я пыталась заставить себя если не забыть, то хотя бы на какое-то время выкинуть ее из своей тупой башки. Доходило до такого бреда, что меня начала раздражать коллега, только потому, что ее тоже звали Ира и она была блондинкой. Я вела себя как настоящая идиотка, и я была в полной заднице.

Она позвонила в пятницу. Почти три недели прошло с нашей последней встречи. И я чуть не упала со стула, сидя на работе, когда увидела ее имя на телефоне. Дрожащими руками я схватила трубку и прочистила горло. Помедлив пару секунд, я ответила:

- Алло?

- Где ты хочешь поужинать? - с явным недовольством в голосе, без приветствия сказала она.

- О. Ты серьезно? - даже если бы она сказала, что не собирается идти мне навстречу, и просто предложила к ней приехать, я бы согласилась. Я слабая и безвольная. Лишь она может руководить мной, как марионеткой. И она знает это.

- Слушай, не собираюсь извиняться или уговаривать тебя, ладно? Второй раз я тоже предлагать не буду. Я согласна на твое... В общем, где?

- Есть один ресторан, в центре, у моста. Там рядом салон красоты или что-то в этом роде.

- Ладно. Там, в восемь. Сегодня.

- Я могу за тобой заехать, - предложила я.

- Доберусь, - фыркнула она и отключилась.

Я минут пять еще молча смотрела на телефон, не веря тому, что только что произошло. Она действительно позвонила? И согласилась? Что с ней там произошло за это время?

На всякий случай я решила проверить. Вот, входящий. От нее. Значит, не привиделось. Я была рада и очень взволнована. Надо было еще успеть заехать домой.

В восемь я была за столиком. Я раздумывала, стоит ли поддаться традициям, и припереть ей букет, но потом вспомнила, с кем именно у меня встреча, поэтому, скорее, она мне этот же букет в задницу и засунет. Я ждала ее, потирая ладони, потому что мои руки дрожали.

Она пришла в десять минут девятого. На ней были обтягивающие джинсы и легкая кофта. Вечером было уже прохладно, поэтому зря я надеялась на развратную майку, сквозь которую было бы видно половину ее тела. Но я поняла, что она специально выбрала самую обычную одежду, чтобы подчеркнуть, что у нас не свидание.

- Привет, - чуть улыбаюсь, потому что осознаю, что я действительно рада ее видеть.

- Здоровались, - чуть ли не сквозь зубы. Понимаю, что она не счастлива от того, что ей пришлось согласиться. Ведь все условия выставляет она. Я, наверное, первая, кто рискнул выдвинуть свои требования. Интересно, почему она согласилась? Сомневаюсь, что закончились потенциальные любовники. Почему тогда?

- Что закажешь? - поинтересовалась я, разглядывая меню.

- Что угодно.

- Ладно, - я позвала официанта и заказала пару салатов и горячее нам обеим.

- Ну, и в чем была необходимость этого ужина? - лениво спрашивает она, оглядывая других посетителей.

- Чтобы поговорить, - пожимаю плечами. Понимаю, что разговор будет не самым легким. Она совершенно не собирается идти на контакт и откровенничать.

- Зачем?

- Ну, знаешь, люди иногда общаются. Язык для этого и предназначен, - говорю без какого-либо намека на пошлость, но тут же понимаю, что она сейчас выдаст что-то едкое.

- Твой язык мне нужен не для общения, - ухмыляется и берет стакан воды.

- Предсказуемо, - парирую, - расскажи мне о себе.

Смотрит так, будто я попросила решить какую-то задачу из высшей математики.

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, чем ты занимаешься, увлекаешься, что любишь? - как могу, пытаюсь выдавить из нее хоть слово.

- Ты знаешь, что я люблю, - опять ухмылка.

- Я не об этом.

- Тогда не знаю, что тебе рассказать, - откидывается на спинку стула и смотрит в глаза. Пронзительно, будто что-то знает про меня.

- Ладно. Сколько тебе лет?

- Двадцать девять.

- Ты... работаешь?

- Да.

- Отлично, кем? - я удивлена. Что это за работа, которая ей позволяет постоянно кутить и трахаться?

- Следующий вопрос.

- Поняла, - выдыхаю, чувствую себя прокурором, - у тебя есть семья?

- Следующий, - качает головой.

- Как сложно, - я нервничаю все больше, - у тебя... были отношения? - спрашиваю неожиданно даже для самой себя.

- Да, - отвечает после паузы.

- С кем? - радуюсь, что нашла ниточку, за которую можно потянуть. Но она быстро уничтожает это еще в самом зачатке.

- Не твое дело, - огрызается, глаза холодные, злые.

- Ладно... Какая... твоя любимая книга? - совершенно не знаю, о чем спрашивать. Не думала, что это будет в форме допроса.

- "Маленький принц".

Я опять удивляюсь. Экзюпери? Трогательный роман? Ее любимая книга? Что, серьезно?

- Фильм? - анкетные вопросы тоже неплохо.

- "Форрест Гамп", - отвечает, слегка улыбаясь. Смотрит куда-то в сторону, будто вспоминая о чем-то хорошем. Наконец-то, бинго.

- "Форрест Гамп"? Обожаю этот фильм, - искренне улыбаюсь я, - Том Хэнкс был поистине великолепен. Я полфильма чуть не рыдала. Когда эта сука от него ушла - особенно.

- Тут соглашусь. Это было сурово. Искренняя любовь никогда не ценится.

- Так уж и никогда? - понимаю, что нашлось что-то общее. И, может, хоть немного врата ее души приоткроются.

- Этот фильм напоминает мне, что... ты можешь быть богатым или бедным, умным или глупым, но пока ты любишь - ты слаб.

- Ты точно внимательно смотрела фильм? - улыбаюсь, наклонив голову и добиваюсь улыбки в ответ.

- Поверь, очень внимательно.

- Не знаю, мне кажется, любить - это прекрасно, - мое заявление звучит так, будто я нас обеих пытаюсь в этом убедить.

- Значит, тебя не бросали. Или не предавали. Обычно после этого все перестают считать любовь прекрасной, - недобро усмехается.

- Да нет, - пожимаю плечами, - меня бросали. И даже изменяли. Я просто... стала разборчивее.

- Или осталась дурой, - безапелляционно, грубо, но искренне.

- Скорее, просто оптимист, - стараюсь не реагировать на злые слова, потому что знаю, кусается она всегда. Также понимаю, что девочку кто-то обидел. Как банально. И что теперь, всю жизнь никому не доверять? Интересно, девушка это или парень? Какой она была до этого? Простой и веселой? Или она всегда была такой сукой? Вряд ли.

Когда нам принесли еду, мы разговаривали о фильмах и книгах. Это было безопасно. По крайней мере, для нее.

За это время мы сказали друг другу больше слов, чем за полгода, что трахались. Я слушала ее, отмечая в ней все до самой крошечной мелочи. Начиная от движения бровей и глазных яблок, до того, как менялся ее взгляд, в зависимости от эмоций, или как приподнимались уголки губ.

Когда с едой было покончено, она вновь откинулась на стул и посмотрела на меня. Снова холодный, чужой взгляд.

- Теперь мы можем поехать и заняться тем, что нравится мне? - выделив интонацией последнее слово, намекает, что для нее это была чуть ли не пытка. Но она выполнила свою часть сделки.

- Да, - киваю, а сама понимаю, что вляпалась еще больше.

Как только мы оказываемся у нее в квартире, резко разворачивается и целует меня. Как всегда грубо, глубоко и влажно. Ее язык знает каждый миллиметр моего рта, и она в курсе, что я будто плавлюсь от этого. Поэтому я даже сквозь поцелуй чувствую ее ублюдскую ухмылку.

Парой движений расстегивает свои джинсы и засовывает туда мою руку. Она уже влажная. Даже очень. А я удивляюсь, как можно так быстро намокнуть, ведь мы только что зашли. Сомневаюсь, что у нее, как и у меня, было трехнедельное воздержание.

Ее пальцы уже давно в моих волосах и она сжимает пряди до боли. Мстит, что ей пришлось согласиться поужинать со мной?

Только я собираюсь войти в нее, как она останавливает мою руку и вытаскивает ее из своих штанов. Отстраняюсь и непонимающе смотрю на нее, не моргая. Разве она не этого хотела? Она снова ухмыляется, берет меня за руку и ведет в спальню.

Здесь все также, как было три недели назад. У нее есть еще две комнаты, но моя нога ни разу не переступала порог дальше этой.

Усаживает меня в кресло, что напротив кровати. Тупейшая расстановка мебели, честно. Не знаю, на кой хер тут нужно кресло.

Сама подходит к изножью кровати и поворачивается ко мне лицом. Смотрит так, будто что-то задумала.

- Не вставай, - говорит твердо, даже приказывает.

Я послушно остаюсь в кресле и наблюдаю. Ни хрена не понятно, но интересно, что она решила устроить.

Медленно снимает с себя верх, потом стягивает джинсы. Остается в нижнем белье. Смотрит прямо в глаза, знает, что хочу ее, сука.

Легко расстегивает бюстгальтер и кидает его в сторону. Подходит ко мне. Вижу, что ее соски твердые и напряженные. Она возбуждена не меньше. Встает между моих ног и кладет руки мне на плечи. Прижимаюсь к ее коже, целую живот. Ее хочется целовать. У нее невероятно приятный запах. Ни духов, ни туалетной воды, а ее самой.

Через пару минут она отталкивает меня и вновь возвращается к кровати. Садится, продолжая меня гипнотизировать, и, стянув с себя последнюю часть гардероба, раздвигает ноги. Она абсолютно голая, сидит и, ничего не стесняясь, смотрит на меня. Чего она добивается? Что делает?

Засовывает один палец в рот, облизывает его и опускает руку. Проводит между ног, чуть надавливая, и я слышу первый стон. Все мои чувства обострены. Я слушаю, наблюдаю и вдыхаю запахи. Мне хочется прикоснуться к ней, но я не могу. Остается лишь облизывать губы и ждать, когда она позволит мне подойти. Я не знаю, как она мной управляет, но я бы ей премию дала за эту дрессировку.

Продолжает ласкать себя, не отрывая взгляда от моих голодных глаз. Я еле сижу на месте.

Когда она входит в себя, мы выдыхаем одновременно. Движения плавные, но глубокие. У меня уже гудит в голове и я готова повторить за ней же, если только это снимет то напряжение, что у меня между ног. Но у меня никогда не хватит на такое смелости. Я не как она. Я так не умею. Никогда не умела.

Ее глаза уже прикрыты, а по звукам, что слетают с ее рта, я понимаю, что она скоро кончит. Без моей помощи. Это даже обидно, но глаз я оторвать не могу.

И вот еще несколько минут, и, выгнув спину, она облегченно выдыхает, несколько раз содрогнувшись.

Выпрямляется и смотрит на меня. Я молчу.

- Думаю, сегодня ты мне не понадобишься, - говорит с этой блядской ухмылкой, а я приложить ее о стену хочу. Головой. И еще трахнуть. Но врезать - больше.

И я не нахожу ничего лучше, как хмыкнуть, и встать с кресла, бросив по дороге к прихожей:

- Чертова сука.

Она издевается надо мной. Но я не понимаю, почему. Наказывает за то, что я пыталась узнать ее получше? Или за то, что выдвинула условие? Или за то, что она его приняла?

Когда я захожу домой, мне приходит от нее сообщение.

"В пятницу в девять. У меня".

Я поражаюсь ее наглости, но знаю, что поеду.

Мой босс и друг по совместительству угомонился, когда я сдала ему проект, который очень понравился заказчикам. Мы сидели в офисном кафетерии, и он делился своими планами на пятничный вечер.

Я слушала его в пол уха, потому что думала о своем вечере. Она снова все сделает сама или это просто было показательное выступление, чтобы я не забывала, кто я, а кто она?

- Через три недели будет открытие нового клуба, и мы должны будем пойти! - восхищенно сказал Самир, когда я посмотрела на него, сделав вид, что внимательно слушала все то, что он говорил до этого.

- Почему "мы"? Тебе надо, ты и иди. Я не рискую больше бродить по клубам. Я еще с тем разом разобраться не могу, - не поддержала я его инициативу.

- Да ладно, это будет самая крутая вечеринка за последние... - глаза Самира возбужденно расширились, - не знаю, несколько лет! Там будут только самые сливки общества! "Золотая молодежь"!

- Тогда зачем туда собрался ты? - сделав ударение на последнем слове и скептично подняв бровь, поинтересовалась я.

- Ха-ха, - медленно, с натянутой улыбкой проговорил парень, - очень смешно. У меня два пригласительных.

- Самир, я не в "сливках" и не считаю себя такой уж молодежью, серьезно. Давай без меня?

- Нет. Мы идем, - твердо сказал парень и для убедительности добавил, - я выпишу тебе премию.

- Это превышение полномочий, - усмехнулась я.

- Если это заставит тебя притащить туда свою задницу - я готов рискнуть.

- Ладно, - сдалась, наконец, я.

Пока я ехала к ней, я гадала, на кой черт я все это терплю? На что я надеюсь? Лелею мечты о нашем совместном будущем? Но я уже давно не верю в сказки. Тогда что?

Я не могла ответить на этот вопрос, но знала, что мне надо ее увидеть. Я скучала по ней, как собака по хозяину. Я и правда чувствовала себя каким-то псом. Сколько бы она не била меня "по носу", я продолжала доверчиво и даже жадно заглядывать ей в глаза. Безвольная, слабая тряпка.

В этот раз все было как обычно. Снова секс, снова стоны, вздохи, переплетенные тела, заломанные пальцы. Я наслаждалась каждой секундой, но, честно, больше всего мне нравились обычные поцелуи. Чувствовать вкус ее губ, будто мы не просто трахаемся, а занимаемся любовью.

Я сама не понимала, что за ванильная ебатня в моей голове. Никогда не страдала особо романтическими желаниями или чем-то подобным. А с ней хотелось. Всего этого хотелось. Чертова сука.

Но я также не забывала о своем плане. После секса я обычно просто уходила. Тут я решила завязать разговор:

- Около моего дома есть кинотеатр. Он очень старый и, честно говоря, не знаю, как он еще не обанкротился, но там показывают фильмы, которые уже давно есть в прокате...

- И к чему ты мне это говоришь? - прервав мою тираду, спросила она так тяжело, будто устала слушать мою речь.

- В общем, в среду там будут показывать "Терминал". Ты же любишь Тома Хэнкса. Может... сходим?

Она пару минут смотрела на меня, не произнося ни слова. И я уже готовилась снова услышать кучу дерьма в свой адрес, как она ответила:

- Если я откажу, снова начнешь говорить, что больше не появишься?

- Нет, просто...

- Ладно. Во сколько? - прервала она меня, странно усмехнувшись.

- Эм... - я даже растерялась, настолько было маловероятно, что она согласится, - в девять начало. Я могу заехать за тобой в половине девятого.

- Не надо, я доеду сама. Скинь адрес. Без десяти девять я буду там.

- Отлично, - широко улыбнулась я.

- Это не свидание, так что убери эту ебланскую улыбку со своего лица.

Вот она, моя стерва, с возвращением.

- Ладно. Тогда до встречи.

Я думала, что не досижу до вечера. Никогда не волновалась так перед не свиданием. Поэтому в половине девятого я уже маячила в широком прохладном холле. Одна. В кассе сидела милого вида бабуля, которая была счастлива меня видеть. А когда я купила два билета, а не один, она так обрадовалась, что всучила мне плакат с рекламой старинного фильма, который я даже не смотрела.

Она пришла ровно без десяти минут, и первое, что заявила, было совсем не приветствие.

- Какого хрена тут так холодно?! У меня соски аж затвердели!

Я не нашлась, что на это ответить, поэтому молча показала ей рукой в направлении зала, и пошла за ней следом.

5

Мы прошли в полутемный зал, где не было никого. Нет, серьезно, я ни разу не ходила в кино, где была, можно сказать, единственным зрителем. Она шла впереди меня и села в первом ряду. Честно говоря, я рассчитывала на места для поцелуев.

- Хочешь воды или что-нибудь перекусить? - спросила я, усаживаясь рядом.

- Тут есть буфет? - подняла она бровь, одновременно пытаясь понять, почему не поднимаются подлокотники.

- Не думаю, но я видела автомат у входа. Они не поднимаются. Это старый кинотеатр, - подсказала я, - тут все старое - сиденья, скамьи, кассирша.

- Понятно.

- Так что, хочешь чего-нибудь?

- Нет. Что это? - она кивнула на рулон, что я все еще держала в руках.

- О, да это мне в кассе подарили. Плакат какого-то старого фильма. Я даже не слышала о таком.

Я развернула плакат, с которого на нас смотрели лица двух девушек, а внизу было название фильма.

- Это же "Обвиняемые"! - воскликнула Ира, и я с удивлением наблюдала, как ее зрачки возбужденно расширились. - Я даже не знала, что этот фильм в кино показывали!

- Ты его смотрела?

- Конечно. Молодая Джоди Фостер и... имя второй не вспомню.

- И как фильм? - поинтересовалась я.

- На любителя, честно говоря, но мне понравился. Я его раз пять смотрела. Слушай, тебе же не нужен этот плакат, отдай его мне.

- Забирай, - ответила я и, улыбаясь, протянула его ей.

- Здорово, - она разглядывала его, держа в своих руках все еще развернутым.

- Спасибо, Тамила, это очень мило с твоей стороны. Пожалуйста, Ира, - пробубнила я.

Помимо того, что у нее с самооценкой и наглостью явные проблемы, еще и с воспитанием беда.

- Да-да, - кивнула она, сворачивая плакат.

Фильм начался через пять минут после того, как я вручила ей этот киношный постер. Тут не было рекламы других фильмов, которую я так любила, а сразу началась заставка.

В середине сюжета я поняла, что искоса поглядываю на девушку. Она спокойно сидела, положив руки на подлокотники, и смотрела на экран. Свет от него падал на ее лицо, заставляя меня все чаще кидать на нее взгляды. Я когда-нибудь привыкну к ее красоте, или постоянно буду вести себя, как дура, роняя слюни?

На широком экране кадры сменяют друг друга, а я не могу вникнуть в сюжет, хоть уже и смотрела этот фильм. Думаю о том, что хочу взять ее за руку. Искоса бросаю взгляд и вижу, что ее руки также лежат на подлокотниках. И ладонь так близко. Медленно выдыхаю и иду ва-банк.

Осторожно кладу руку поверх ее ладони, и свои пальцы переплетаю с ее. Она вздрагивает, но головы не поворачивает. Неужели не выдернет руку?

Но снова ошибаюсь. Мне никогда с ней не удается просчитать всевозможные шаги. В этот раз тоже.

На ней юбка и тонкая кофта. И она берет мою ладонь, что лежит на ее руке, и кладет ее себе на бедро. Поднимает ее выше, и вот моя рука уже у нее под юбкой.

Я медленно поворачиваю голову и тихо спрашиваю:

- Ты серьезно? Здесь?

- Зачем ты шепчешь? Тут больше никого нет.

- А как же оператор? - я киваю головой назад, указывая на будку наверху.

- Да там если и кто-то есть, то он занимается своими делами. Давай.

Она требовательно прижимает мою ладонь к себе.

- Блин, а если зайдет кто-нибудь? - продолжаю я сопротивляться, хотя у самой уже руки чешутся.

Она хватает меня за шею и притягивает к себе. Кусает, целует, оттягивает мою нижнюю губу, при этом тяжело дыша через нос. Это срабатывает.

Я пальцами отодвигаю ее белье и прикасаюсь к самому горячему месту на ее теле. Она шумно выдыхает и чуть съезжает с кресла, шире раздвигая ноги, чтобы мне было удобнее. Хотя, скорее, чтобы было удобнее и приятнее ей.

Она никогда до этого так быстро не кончала. То ли небольшой адреналин, то ли осознание, что оператор может нас все-таки увидеть, но она застонала мне в рот уже через несколько минут.

Когда кончился фильм, мы вышли на улицу. Я все же решила у нее спросить:

- Почему ты... согласилась?

- В каком смысле? - недовольно спросила она, повернув голову.

- Ну... Почему ты приняла приглашение в кино? - я прочистила горло, снова начиная нервничать.

- Хотела заняться сексом в кинотеатре. Хорошо, что мы были там одни. Иначе пришлось бы идти на последние ряды. А я терпеть не могу сидеть так далеко.

- Только из-за этого? - я уверена, что не смогла скрыть расстройства в голосе.

- Малышка, ты же не думала, что я пошла, чтобы просто провести с тобой время? - снова наглая ухмылка, снова поднятый подбородок, снова глаза в глаза.

- Знаешь, необязательно всегда быть такой сукой, - сказала я, даже не подумав.

- А что? Раздражает?

- Немного.

- Злит?

- Совсем чуть-чуть.

Мы подошли к моей машине и открыли двери.

- Ну ты же можешь отыграться, чего тебе жаловаться, - расхохоталась она и села на переднее сиденье, кинув плакат на заднее.

- В самом деле, - пробормотала я себе под нос, и тоже уселась в машину.

Мы как обычно ехали в полной тишине, как неожиданно она стукнула меня по плечу и заорала:

- Стой! Останови машину!

Я резко нажала на тормоза и испуганно посмотрела на нее.

- Что?! Что случилось?!

Она ничего не ответила, лишь резко открыла дверь и выскочила из машины. Я ни хрена не понимала, поэтому просто смотрела, что она делает. Может, ей плохо стало? Укачало?

Но нет, девушка присела у травы на обочине и что-то там делала. На протяжении дороги стояли фонари, которые освещали местность, но я все равно не могла разглядеть, чем она там занимается, пока Ира, наконец, не поднялась на ноги, и не направилась обратно, при этом странно держа руки у груди.

Когда она села в машину, у меня чуть глаза не выпали. Она прижимала к себе маленького серого щенка. Щенка!

- Как ты... Как ты увидела его вообще? - только и смогла выговорить я, наблюдая, как она ласково держит этот маленький дрожащий комок с испуганными глазами.

- Я его в свете фар заметила. Он дорогу хотел перебежать, видимо, да испугался. Тут я его и увидела, - она так искренне улыбалась этой маленькой собаке, что я даже ему позавидовала. Наверное, это был чуть ли не первый раз, когда я увидела ее искреннюю настоящую улыбку. И она была прекрасна.

- И что теперь? - спросила я, снова вернувшись на дорогу. - Ты его оставишь себе?

- Я не могу, - грустно ответила Ира, почесывая щенка за ухом, - у меня аллергия на шерсть.

- А куда мы его везем тогда? - не поняла я.

- Я же не могла оставить его там! - сердито ответила девушка. - У меня есть знакомая, у нее свой приют для животных. Отдам ей, а она его пристроит. Он такой милый.

Она подняла его чуть выше и посмотрела в его смешную морду. Щенок лизнул ее в лицо, и она засмеялась. Это был самый прекрасный звук. Нет, правда, я никогда не слышала ее смеха. Ее, настоящего.

Я поняла, что если до этого я еще сомневалась в своих чувствах к ней, то теперь мне все стало совершенно ясно. Я влюбилась. Как последняя дура, как школьница, но влюбилась. Только что теперь со всем этим делать - оставалось загадкой, потому что ей моя любовь вообще никуда не уперлась.

Мы заехали в ночной супермаркет, купили пеленки, миски, корм, шампуни, ошейники, какие-то игрушки. В общем, все то, что понадобится подрастающей собаке.

Когда мы подъехали к ее дому, я сама предложила помочь все это занести в квартиру. Она попыталась отказаться, но я слабо представляла, как она одна попрет собаку, два пакета и еще плакат.

Мы зашли в квартиру и она чихнула.

- Будь здорова, - вежливо сказала я.

- Черт, аллергия проснулась. Блин.

Она шмыгнула носом, а я только в этот момент заметила, что у нее красные глаза.

- Это... Это не опасно? - недоверчиво спросила я.

- Нет. Ничего страшного. Просто мне нужны таблетки, и немного побыть от него... на расстоянии.

- Давай я его искупаю, а ты пока примешь свои таблетки и положишь ему еды. Договорились?

- Нет, не надо, я справлюсь, - покачала головой она и снова чихнула.

- Ты хочешь завтра выглядеть так, будто всю ночь проревела?

Она смотрела на меня с сомнением. Я понимала ее. Принять мою помощь, пропустить куда-то кроме спальни, значит пустить меня в свою жизнь больше положенного.

- Это единственный раз. И только потому, что у меня аллергия, - серьезно, и даже немного грубо проговорила она.

- Нет проблем.

Я взяла щенка, шампуни и, получив от нее полотенце, направилась в ванную, по дороге разглядывая все вокруг.

Увидела я немного, но лишний раз убедилась, что ее квартира стоит как десять моих. Если не больше. Откуда у нее деньги? Что это за таинственная работа?

Щенок начал лаять и играть, когда я щедро намылила его шампунем. Еще больше развеселился, когда я вытирала его.

- Мы помылись и хотим есть! - крикнула я, открыв дверь в ванную.

- Давай я его отнесу, - она так неожиданно появилась у дверей ванной комнаты, что я даже немного испугалась.

Я снова наблюдала картину, от которой мое сердце сжалось. В ее движениях было столько нежности. Она заботливо поддерживала щенка обеими руками и улыбалась.

Я не пошла следом за ними на кухню, решив вымыть руки.

Как она может так меняться? Это же два разных человека. Со мной она холодная и наглая сука, а тут чуть ли не сюсюкала стояла. Может, не такая уж она и стерва? Все напускное, показное.

Но я засомневалась в этом уже через минуту.

- Ты еще здесь? - она заглянула в ванную и недовольно уставилась на меня.

- Знаешь, есть такое слово "спасибо". Его люди используют, чтобы поблагодарить за помощь, - ответила я, вытирая руки полотенцем.

- Я запомню это, - кивнула она без единой эмоции на лице, - уже поздно, так что тебе пора.

- Ты выпила таблетки? - спросила я, направляясь в прихожую.

- Со мной все в порядке.

Опять стена. Опять барьер. Опять стерва.

- Ладно, - вздохнула я, сунув ноги в ботинки, - спокойной ночи.

- Пока.

Я села в машину и задумалась. Как она это делает? Ее глаза светились, когда этот крошечный щенок просто лизнул ее. И тут же она вновь ведет себя, как последняя сука, хотя я просто помогла ей. Ее действия какие-то нелогичные. Но теперь я видела ее настоящей. И я уже не выкину это из головы. Я хочу узнать ее такую.

Следующие пару раз, когда я была у нее, я старалась завязать хоть какой-то разговор. Пыталась спросить про щенка, но она только сказала, что отдала его подруге, что его на следующей неделе забирают в дом, и что с ним все в порядке.

Максимум, что мне еще удалось, это как-то перед уходом попросить воды, потому что мне действительно хотелось пить. Она посмотрела на меня недовольно, вытянув губы в тонкую кривую линию, но воды принесла. На этом все.

Я приехала к ней в четверг. Она написала с утра, и я поняла, что на выходных она не позвонит. Так было не раз. Если она приглашала к себе в конце недели, значит наши вечера на выходных проходили порознь.

Когда мы были уже в спальне, она протянула мне три шелковых черных ленты. Я не раз их уже использовала, и знала, чего она хочет. Когда она оказалась привязанной к изголовью кровати и с завязанными глазами, меня посетила гениальная мысль. Я решила в этот раз действовать так, как хочется мне. А именно - быть нежной.

Я целовала ее тело, замечая, как она слегка вздрагивает. Проводила языком по ее гладкой коже, не торопясь опуститься вниз и перейти к основному действию. Я просто хотела насладиться ей. Она старалась вести себя как можно тише, и даже закусывала губу, прежде чем, наконец, сказала:

- Что... Что ты делаешь?

- То, зачем ты меня позвала, - ответила я, ласково обводя языком напряженный сосок.

- Не надо делать это так... - она замялась, подбирая слово.

- Как? Нежно? - догадалась я.

- Да.

- Тебе же нравится. Твоему телу нравится.

- Слушай, если ты не...

Я поцеловала ее, только чтобы она заткнулась. Я не хотела слушать ее угроз, приказов и прочей херни. Я хотела любить ее, и я любила.

Я мучила ее довольно долго, пока ее бедра не приподнялись над кроватью и не сжали мою голову у нее между ног.

Когда я развязала ленты, она сама стянула с лица повязку и тут же врезала мне по лицу. Это было не столько больно, сколько неожиданно. Я молча уставилась на нее, потирая щеку после звонкой оплеухи. Она выглядела злой и рассерженной. Выставив перед моим лицом указательный палец, она прошипела:

- Никогда больше так не делай! Поняла меня?!

- Тебе же понравилось! - возмутилась я.

- Мы трахаемся! Мы занимаемся сексом. Обычным сексом. Мне не нужна вся эта ванильная хрень с поцелуйчиками и прочей ерундой, тебе понятно?!

- Да хватит уже строить из себя неприступную стерву! - не выдержала я. - Ты мне нравишься! Устраивает тебя это или нет, но это так! И если ты будешь немного проще, это не значит, что я попытаюсь тебя тут же обидеть! Я не знаю, что там у тебя была за несчастная любовь или еще какая-то грустная история, но тебе уже не шестнадцать! Ведешь себя, как ребенок. "Мне сделали больно, я больше никого к себе не подпущу." Что за хрень?! Вырасти уже!

Она смотрела на меня самыми злыми глазами, которые я только видела.

- Выметайся отсюда.

- Ира...

- Пошла. Вон.

По ее виду я поняла, что если не уйду, она не только ударит меня еще раз, но еще и отпинает наверняка. Поэтому, тяжело вздохнув, я встала с кровати, быстро оделась и вышла из дома.

Всю пятницу этот идиот по имени Самир трещал о предстоящей вечеринке. Честно, у меня даже малейшего желания идти туда не было. Но я уже дала свое согласие, поэтому только кивала и сдержанно улыбалась на его восторженные восклицания.

Он заехал в половину одиннадцатого, и ровно в одиннадцать мы заходили в клуб, пафосом от которого несло за два квартала.

Охрана в костюмах, на входе металлические ограничители с красными канатами, и парень с девушкой с двумя списками приглашенных в руках. Серьезно, я ждала Джима Керри на лимузине, потому что это напомнило мне клуб "Коко Бонго" из фильма "Маска".

Мы без проблем прошли внутрь и уселись за столик. Шампанское, канапе, настолько крошечные, что мне пришлось бы съесть два подноса, чтобы утолить аппетит. Коктейли, какие-то закуски, разносимые официантками в юбках, еле-еле прикрывающих половину бедра. И все это среди грохочущей музыки и мерцающего света.

- Ну и как тебе? Нравится? - Самир наклонился ко мне, широко улыбаясь.

- Скорее, я все еще не могу отойти от того, что вижу тебя в костюме, а не в какой-нибудь ебланской майке как обычно, - спокойно ответила я.

- Это элитное заведение, - возмутился парень, - а я удивлен, что ты все же пришла. Думал, что опять будешь у своей блондиночки, и забудешь про меня.

- Нет, - махнула я рукой, - я бы, может, и не против провести время с ней, вместо того, чтобы сидеть тут, но...

- Но тебя не вызвали, - закончил за меня Самир.

- Эй, она меня не вызывает. Я же не... девочка по вызову, - проворчала я.

- Да? А похоже на это, - хохотнул он, - так скажи мне, как у вас дела?

- Ну... Это сложно. Мы ужинали, мы ходили в кино...

- Серьезно?! - перебил меня парень. - У вас были свидания?!

Я думала, его глаза выпадут прям в тарелку с канапе, и мне придется их выковыривать оттуда.

- Нет, это были не свидания. По крайней мере, не для нее.

- Интересно.

- Я просто ее не понимаю. Недавно мы ехали к ней, и она каким-то совершенно невероятным образом увидела на обочине щенка. Боже, и она была такой... счастливой. Потом мы заехали в магазин, набрали там всего, приехали к ней, я помыла эту крошку...

- "Помыла эту крошку"? Ты о собаке, или это какое-то ваше лесбийское извращение? - усмехнулся Самир.

- Придурок, - фыркнула я, - я про собаку. И потом она выставила меня за дверь. Как обычно. Но в тот момент она была совсем другой, понимаешь? И я не знаю, как она так меняется. Но буквально позавчера... В общем, мы с ней трахались, и это было... по-другому. Я старалась быть нежной, а в итоге она дала мне пощечину и разозлилась. Сказала больше так никогда не делать, и выперла меня из квартиры.

- Просто за то, что ты была... нежной? - удивился он.

- Ну, возможно, я еще кое-что ей наговорила, и сказала, что она мне нравится, - тяжело выдохнула я.

- О. Это неожиданно.

- Да. Для нее это тоже было неожиданным, я уверена.

- И что ты собираешься со всем этим делать? - Самир придвинулся ко мне ближе и спиной откинулся на диван.

- Я не знаю, Самир, - я вытянула руки перед собой на столе и покачала головой, - очевидно, у нее там была какая-то печальная история, но... Но у кого их не было? Черт, меня бросали и изменяли, но это не сделало из меня какую-то суку. Она просто... Знаешь, она как "человек без лица". Я не знаю, какая она настоящая. Она так прячет себя от всех, что я не уверена, что даже она сама знает, кто она на самом деле.

- Это грустно.

- Это глупо. Ладно, - я выпрямилась и повернулась к Самиру, - давай просто выпьем.

- Это я поддержу. Давай выпьем и, возможно, ты сможешь присмотреть себе здесь кого-нибудь.

- Обязательно, - скептично ответила я и подняла стакан.

6

Я не знаю, честно, где и в какой именно период своей жизни я что-то натворила, но я понимаю, что, наверняка, какой-то "косяк" есть, потому что иначе я никак не могу объяснить то, что происходит у меня сейчас.

Мы сидели уже около двух часов и я начинала засыпать, фигурально выражаясь. Самир уже несколько раз таскался на танцпол, возвращался радостный и с номерами телефонов каких-то девчонок. Я же только ела и пила по большей части, наблюдая за остальными посетителями.

- Пойдем потанцуем? - Самир орет мне прямо в ухо, и я морщусь от громкого голоса.

- У меня нет чувства ритма, забыл? Я тут посижу еще немного, и скоро свалю домой. Так что ищи себе компанию на остаток ночи.

- Какая ты зануда, а ведь...

Но я не слышу, что он говорит. Потому что мои глаза и все остальные органы чувств, как только могут, сосредотачиваются на стройной фигуре, что идет от входа вниз по ступенькам, в самую толпу танцующих людей. И я не знаю, какого хрена она здесь делает, но я не могу перестать сверлить ее глазами.

Самир, понимая, что я не обращаю на его слова никакого внимания, следит за моим взглядом и тоже смотрит на нее.

- О, какая штучка, - выдыхает он, - я бы... с ней познакомился.

- Еблан, - шикаю я, - это Ира.

- Какая... Ира?! - он еще сильнее вперивается в нее взглядом. - Та Ира?! Блондиночка, с которой ты трахаешься уже несколько месяцев?!

- Она самая.

- Ничего себе, - невольно присвистнул парень, - и что она тут делает? Она знает, что ты тут?

- Не думаю, - качаю головой, не отрывая от нее взгляда.

Проходит через танцплощадку к бару. Все эти блядские выродки и мажоры оборачиваются ей вслед. Я вижу эти взгляды, понимаю, что они в своих мечтах уже присунули ей по несколько раз. Чертовы выблядки, тусующие на родительские деньги. И я знаю, что меня не должно это трогать или волновать, но я хочу врезать каждому, кто на нее смотрит. И я не могу перестать ненавидеть этих уродов. И ее тоже. Потому что знаю, что ей это нравится. Нравятся эти обожающие и восхищенные взгляды, эти намеки, все эти пошлые комментарии.

Она подходит к бару и что-то заказывает. Около нее тут же оказывается какой-то хер в дорогих туфельках и, сверкая зубищами, что-то говорит, склоняясь над ее ухом. Она поворачивает голову, на ее лице знакомая ухмылка. Что-то отвечает и этот хер быстренько отсаживается от нее подальше. Да, моя стерва умеет отшивать. И поскольку она повернулась в мою сторону, я вижу, что она замечает меня. Смотрит, не моргая, прямо в глаза. Я даже не могу описать эмоции на ее лице. Удивление там точно было. Я неловко чуть поднимаю руку, в знак приветствия, и киваю. Она просто отворачивается к бару, берет стопку и опрокидывает ее.

- Это точно она? Она даже не поздоровалась, - бубнит мне на ухо Самир, а я его ударить хочу. Вечно лезет со своими дохуя умными комментариями.

- Точно, - поворачиваюсь к нему и допиваю сладко-кислый коктейль.

Минут двадцать я ищу ее взглядом в толпе. Самир возвращается с новой порцией алкоголя и выглядит при этом весьма странно.

- Что с твоим лицом? - спрашиваю я, хотя, честно, мне плевать. Не могу ни о чем думать, кроме как о ней.

- Ну... А вы... Ну, вы же не встречаетесь? - спрашивает он, стараясь сделать безразличное лицо.

- Нет. А что?

- То есть можете с другими там видеться, да?

- Ты сейчас к чему это?

- Может, тебе стоит присмотреться к здешней аудитории? Тут есть очень милые девушки. Я уверен, кто-то из них явно из твоей "команды", - говорит он и нервно почесывает подбородок.

- С чего это ты так озаботился моей личной жизнью? - с подозрением смотрю на него, но чую недоброе.

- Ладно, я пытался, - вздыхает он и кивает в сторону танцпола.

Перевожу взгляд туда, и через пару мгновений нахожу ее. Танцует с какой-то рыжеволосой мадам на высоченных каблуках. Как только ноги не переломала. Обнимает ее, даже нет, откровенно лапает. Рыжая довольно смеется, а та что-то шепчет ей на ухо и, сука, смотрит на меня при этом. Рыжая ко мне спиной, а эта стерва хватает ее за задницу и не отрывает от меня глаз. Прекрасная прелюдия. И я знаю, что эта рыжая поедет к ней. Потому что она ее выбрала на сегодняшнюю ночь. Сука. Чертова сука.

Но я снова не просчитала все. Продолжая пытать меня взглядом, ведет ладонью вверх по телу рыжей. Доходит до шеи и притягивает ее к себе. Смотрит на меня и засовывает свой язык ей в рот.

Слышу, как Самир закашлялся. У него, бедняги, поди встал уже от этой картины. Рыжая красивая. По крайней мере, насколько я ее успела разглядеть, пока Ира не развернула ее ко мне спиной, чтобы видеть мое лицо. И они стоят и сосутся, как подростки, а я с силой сжимаю стакан в руке, и даже не осознаю этого. В горле появляется какой-то горький привкус, и я понимаю, что больше не хочу на это смотреть.

Почему мое сердце выбрало именно ее? Эту шалаву, которой без разницы, с кем спать? Не знаю. Но знаю, что это все. Это была последняя точка. И я больше не хочу прикасаться к ней. Точнее, я, конечно, хочу, но я не буду. Я пыталась, старалась, но, наверное, надо было ее слушать внимательнее. Когда она говорила, что это только секс. Я же не могу ее влюбить в себя насильно. Хочет трахаться - пусть трахается. Но только не со мной.

- Водички выпей, - поворачиваюсь к уже красному парню, - я пойду.

- Да ладно, Тамила! Из-за нее?! Да пошла эта шлюха к черту! Зачем портить вечер...

- Самир, - обрываю его на полуслове, - я поехала домой. И это был не вопрос.

- Ладно. Я понял, - вздыхает парень и добавляет, - я заеду к тебе завтра?

- Позвони, договоримся, - бросаю, когда уже встаю и направляюсь к выходу.

Прохожу мимо них и вижу ее блядскую ухмылку. Чертова, чертова сука.

Приезжаю домой и только там разрешаю себе выдохнуть. Нет, у меня нет слез, никакой истерики, мне даже не особо больно. Нет, больно, конечно, но я понимаю, что смысла пускать сопли нет, как и скулить в подушку.

Тем не менее, через час чертовы слезы все же находят выход, и мне грустно от самой себя. На что надеялась и рассчитывала? Все же было очевидно, и, самое печальное, что я даже ее не могу в этом полноценно обвинить. Она же говорила. Она предупреждала. Она не несет ответственности за мои чувства. Только я.

7

Самир, наверное, думает, что обязан строить из себя доброго эмоционального "мецената", и поддерживать меня морально. Помочь бедной дуре, с которой так бесчувственно обошлась эта стерва. Но я другого мнения, и поэтому на все его предложения приехать отвечаю отказом. Не хочу никого видеть и ни с кем разговаривать. Хочу быстрее понедельник и окунуться в работу. У меня накопилось слишком много дел, на которые вечно не хватало времени. Теперь время есть. Мне больше не надо будет кататься по ночам к ней, и тащиться с красными глазами в офис. Поэтому я думаю только о том, чтобы быстрее наступило утро и я могла приехать на работу.

Я - наивная идиотка. Нет, правда. Я искренне надеялась, что херова туча работы меня хоть как-то отвлечет. Хуй там. Я работала, параллельно думая о ней. Даже удивилась, что мой мозг и руки могут так слаженно выполнять дела и генерировать идеи, не выбрасывая эту суку из головы. Наверное, я гений с неиссякаемым потенциалом.

Самиру не удалось вытащить меня на обед, хотя желудок просил пищи. Не хочу расспросов, не хочу говорить о ней. Пусть катится к черту.

Была среда и я осталась одна в офисе, когда часы показывали половину девятого.

- Ты меня избегаешь? - неожиданно услышала знакомый голос.

- Какого хрена ты еще здесь?

- Ну, не у одной тебя есть дела, - пожал плечами Самир и, пододвинув стул к моему рабочему столу, сел рядом.

- Ну так иди и делай свои дела, - пробурчала я, вновь обращая взгляд к экрану монитора.

- Тамила, ты меня несколько дней игнорируешь. Я хочу знать, что с тобой происходит.

- Слушай, я сдала все горящие проекты, их все приняли, все довольны. Что тебе не нравится? - я вновь посмотрела на парня, который сидел, сложив руки в замок. Ну прям психотерапевт.

- Да к черту проекты, ты сама как?

- Я плохо выгляжу?

- Нет, - смущенно ответил он.

- Я кажусь больной или что-то еще?

- Да нет же, просто...

- Что "просто"? - прервала я его. - Со мной все в порядке. Ничего не произошло.

- Но я же видел твою реакцию там, в клубе, - не унимался этот недоделанный психолог.

- Самир, пожалуйста. Я не хочу об этом говорить.

- Она не звонила?

- Ладно, - я вздохнула, - я так понимаю, фразу "я не хочу об этом говорить" ты не расслышал. Нет. Не звонила. Она слишком гордая. И сильная. Я, конечно, не такая, но даже дураку ясно, что я не настолько идиотка, чтобы снова с ней связываться.

- Но что-то тебя держало рядом с ней столько времени.

- Я не знаю, - честно ответила я, - мне просто хотелось ее еще. Не в том пошлом смысле. Просто... Как бы это по-еблански ни звучало, я рядом с ней чувствовала себя иначе. И мне это нравилось. И я понятия не имею, что нашла в ней. Я сама напридумывала себе какой-то херни, построила в голове воздушные замки. А она вернула меня в реальность. Да, возможно, несколько жестким способом, но по-другому я бы, наверное, не поняла. Я не знаю, кто был у нее, пока была еще и я, и я не хотела об этом думать. Но когда я это увидела - поняла, что не могу. Она никогда не будет моей, а по-другому я не хочу.

- Значит, все?

- Значит, все. И давай больше не будем об этом.

- Ладно. Я понял. Может, сходим куда-нибудь на выходных? - ободряюще улыбнулся Самир, а я почувствовала себя последней задницей. Ведь он действительно хотел помочь.

- Конечно. Я не против, - ответила я с улыбкой. Надо просто снова жить дальше.

Прошло две недели с той ночи в клубе. Когда мои мечты были окончательно растоптаны и разрушены. И все было бы вполне неплохо, если бы она то и дело не всплывала в моей голове, и не приходила в моих чертовых снах. Я не умела контролировать сновидения, но, честно, я бы отдала любые деньги, чтобы этому научиться.

Как говорят, пиздец подкрался незаметно. Она позвонила в субботу вечером.

Сначала я даже глазам не поверила. Потом поняла, что для нее-то все было в порядке. Все как всегда. Это у меня жизнь перевернулась с ног на голову.

Первый звонок я пропустила. Просто смотрела на ее имя, горящее на экране, и слушала стандартную мелодию вызова. И впервые я сознательно не ответила.

Но она набрала во второй раз, что меня очень удивило. До этого, если я по какой-то причине пропускала вызов, она никогда не перезванивала. Всегда я. Тут я подумала, может, с ней что-то случилось? С ума сошла, например.

Набрав в легкие побольше воздуха, я медленно выдохнула, и приняла звонок.

- Алло?

- Привет, - знакомый голос. Как всегда со стальными нотками, твердый и уверенный.

- Привет.

- Слушай, мне нужна твоя помощь.

- В самом деле? - я пальцами перебирала шнур от зарядного устройства.

- Да. У меня сломалась машина, и... В общем, я забыла деньги дома, не могу даже эвакуатор вызвать.

- И чем я могу помочь?

- Забери меня! - восклицает она, будто раздражаясь, от того, что я сама не догадалась, что ей от меня требуется.

- Ладно. Где ты? - сама не знаю, зачем соглашаюсь. Ведь есть такси. Можно доехать до дома, попросить подождать, сходить за деньгами и оплатить. Зачем ей я? Но эти мысли приходят уже позже, после того, как я соглашаюсь. Дура.

- Я скину адрес.

Я приезжаю к какой-то стоянке, неподалеку от городской больницы. Какого черта она тут делает в такое время?

Садится в машину, кивает в знак приветствия, и даже не смотрит на меня. Да и неважно. Я больше не играю в эти игры. Надоело.

- У нас, к слову, очень популярна служба такси, ты в курсе? - говорю спокойно, не отрывая глаз от дороги.

- Я же сказала, что забыла деньги дома.

- Можно попросить их подождать и сходить за деньгами. Все мы люди.

- Я... не подумала об этом. Обычно я оплачиваю поездку сразу. По карте, - говорит искренне, понимаю, что не врет. Правда не подумала. Странно, у нее и друзей нет, чтобы могли ее забрать? Впрочем, это не моего ума дело.

- Что ты делала в больнице? - спрашиваю просто, из банального любопытства. Чтобы не молчать всю дорогу.

- Не твое дело, - снова огрызается. Ладно, не мое, так не мое.

Не пытаюсь больше начать разговор, просто везу ее по знакомому адресу. Даже не смотрю в ее сторону. Кажется, она это замечает, потому что чувствую, как изредка поглядывает на меня. Что, удивлена, что я не пялюсь, как обычно?

Въезжаю за шлагбаум, останавливаюсь у ее подъезда. Всегда тут оставляю машину на те несколько часов, что провожу у нее. Но сегодня не буду.

Она открывает дверь и ставит одну ногу на асфальт. Потом оборачивается ко мне и смотрит непонимающе:

- Ты так и будешь сидеть здесь?

- Да, - отвечаю спокойно.

- Пойдем, - делает лицо, будто ей надоело меня уговаривать, - и так время много. Я еще выспаться хочу.

- Тем более. Спокойной ночи.

- Постой, - она чуть прикрывает дверь, еще больше поворачиваясь ко мне, - ты сейчас серьезно? Ты себе цену набиваешь или что? В чем проблема? - я вижу, что ей не нравится ни этот разговор, ни сама ситуация.

- Нет. Просто не хочу. Нет никаких проблем, - мне самой не нравится все то, что происходит, потому что я знаю, что победителем я здесь не выйду. Максимум, на что я могу рассчитывать - это "ничья".

- Зачем тогда ты приехала? - смотрит так, будто у меня рога выросли. Хотя, зная ее, наверняка выросли.

- Тебе нужна была помощь, я помогла. Все, - хочу уехать. Не хочу сидеть и объясняться. Не хочу выглядеть какой-то чертовой жертвой или обиженной бабой. Потому что это не так. Трудно быть жертвой, когда сама во всем виновата.

- Ты решила построить из себя альтруистку, чтобы я почувствовала себя последней сукой или что? - поднимает бровь и наклоняет голову. - Малышка, давай закончим с этим дурацким разговором, ты перестанешь строить из себя неженку и давить на жалость. И просто пойдем ко мне, ладно?

Я смотрю на нее и действительно не понимаю, что я нашла в ней? В этой суке, которой плевать на всех, кроме себя.

- Ира, иди домой, - говорю на выдохе и отворачиваюсь от нее. Будто отпускаю. Нет смысла пытаться удержать то, что тебе никогда не принадлежало.

Ничего не отвечает, несколько секунд сидит молча. Потом снова открывает дверь шире и выходит. Хлопает ею так, чтобы я точно поняла, что разозлила ее. Ничего, в твоей записной книжке наверняка еще много номеров. И надеюсь, после сегодняшнего мой ты удалишь.

Приезжаю к себе и чувствую себя абсолютно пустой. Но знаю, что так лучше. Сколько еще эти недоотношения убивали бы меня? Год? Два? Пока я не стану старой или ей не надоест трахаться? Не лучшая основа для семейной жизни. Хотя о чем я. Какая семейная жизнь. Секс сутки через трое - вот и весь график. Так себе перспектива, честно говоря.

Самир практически насильно водит меня по разным местам. Рестораны, кино, сраный бильярд. Этот придурок даже на балет хотел меня затащить. Но я сказала, что лучше я буду сидеть затворницей, чем пойду на балет.

В итоге мы нашли крутое заведение с игровым залом. Там мы провели несколько вечеров, наслаждаясь вкусным пивом и приставкой.

Внешне я великолепно справлялась со всем тем дерьмом, что со мной произошло, но внутри мне было все равно грустно и тоскливо. Моя душа просилась к этой чертовой суке, а я не понимала, почему мое безмозглое сердце не осознает этого факта саморазрушения?

Вероятно, потому что я в течение долгих месяцев тешила его надеждами о счастливом совместном будущем. Думала, что в конце концов, она примет приглашение и придет ко мне. Что мы будем не только трахаться, но и проводить вместе время. Что я узнаю больше о ее жизни и о ней самой.

Но максимум, что у меня вышло - это только поведать ей о себе. Где живу, работаю, чем занимаюсь. Она не делала особо заинтересованный вид, но и не затыкала меня. А большего я и не требовала. Но к себе она так и не подпустила. Лишь пару раз я узнавала какие-то обрывки, но это ничто по сравнению с тем, что она могла бы дать мне, абсолютно ничем не жертвуя и не рискуя. Просто мне не удалось ее убедить, что не ей меня надо бояться, а скорее, наоборот. Это она могла причинить мне боль, а не я ей. Что, к слову, и произошло.

Странно, но она звонит через неделю. Потом еще раз через пару дней. И еще. Но я не отвечаю. Я бы поменяла номер, чтобы она не могла дозвониться, но у меня слишком много важных рабочих контактов, и это лишние заморочки, сообщать всем новые цифры.

Я могла бы заблокировать ее номер и никогда больше не видеть ее входящего, ведь современные технологии это легко позволяют, но почему-то не делаю этого. Глупо, но так мне кажется, что у нас есть с ней какая-то связь. Пусть и неосязаемая, пусть безответная, но есть. И мне так легче. Своей слабости я уже не удивляюсь. Я к ней привыкла. Я смирилась с мыслью, что эта гордая самовлюбленная сука всегда меня будет переигрывать, но пока я пропускаю ее звонки и вижу увеличивающееся количество неотвеченных, мне кажется, что у нас с ней что-то, хотя бы отдаленно напоминающее "ничью".

И я люблю ее. Это правда, и я это знаю. Это смешно и абсолютно нелепо, но это так. И я не собираюсь говорить кому-то об этом, потому что это такой сопливый бред, что даже какие-нибудь тоскующие влюбленные дурочки пятнадцати лет засмеют меня, если узнают. Пусть лучше все это дерьмо останется со мной.

А я буду надеяться, что она просто проебет свой мобильник в каком-нибудь очередном блядском клубе, и перестанет звонить.

8

Я ехала домой, радуясь, что очередная рабочая неделя позади. Эту пятницу я ждала, начиная с самого понедельника. Потому что в прошедшие пять дней работы было невероятно много, а заказчик невероятный придурок. Мне казалось, что мы с Самиром даже сбросили пару килограмм от всех этих нервов и постоянных тупых замечаний клиента. Но дело сделано, и я еду к себе, зная, что впереди два дня выходных. И я собираюсь тупо спать эти два дня, потому что я ни хрена почти не спала всю неделю.

Самир обещал позвонить вечером, сказать финальное слово клиента. Поэтому когда зазвонил телефон, я тут же приняла вызов.

- Если ты скажешь, что ему не понравилось, я найду его адрес и сожгу его машину, - сказала я, как только ответила на звонок. В трубке пару секунд висела тишина, и я уже снова открыла рот, чтобы что-то сказать, как, наконец, услышала знакомый голос.

- Эм... Прости, ты о чем?

Я не поверила ушам и тут же посмотрела на экран. Вот же идиотка. Я тихо чертыхнулась и снова приложила трубку к уху.

- Извини, я думала это... Впрочем, неважно. Думала, по работе.

- Я невовремя?

Мне снова подумалось, что я ослышалась. Ее в кои-то веки волнует, вовремя она или нет? Ее что, инопланетяне там похитили?

- Нет, все в порядке, - соврала я. Ни хрена не в порядке. Я не должна была брать от тебя трубку, и вообще, на кой черт ты мне звонишь?

- Ты не отвечаешь уже несколько дней. Много дней. Ты... меня избегаешь?

Могу поспорить, это чуть ли не самый долгий наш телефонный разговор.

- Нет, просто много работы, - снова вру.

- Настолько много, что даже перезвонить времени нет? - слышу недовольство. Конечно, как я посмела игнорировать ее. Как додумалась вообще до этого.

- Я не думаю, что нам есть, о чем разговаривать, на самом деле, - вот это честно.

- О, вот как? То есть до этого несколько месяцев нам было, о чем разговаривать, а теперь стало не о чем? - нет, честно, это выглядит, как семейная ссора. И мне становится немного смешно. Я бы хотела с ней ругаться. Быть с ней, любить ее, ссориться, мириться, потому что это все по-настоящему. Но то, что между нами - это не настоящее. По крайней мере, для нее.

- Мы не особо много и разговаривали. Так, или иначе, меня это больше не интересует, - мне трудно это говорить ей вслух, но я понимаю, что должна.

- О, - снова тянет она, - даже так?

- Именно.

- Ты бы хоть... Не знаю, предупредила бы. В известность там поставила.

- Я думала, ты все поняла, когда я подвозила тебя со стоянки. Когда сломалась твоя машина. К слову, все в порядке? Починила? - что я вообще сейчас несу? Какая машина? Какое мне вообще дело?

- Все в порядке. Это из-за той рыжей дуры? Ты серьезно? Потому что если...

- Ира, - прерываю ее, потому что не хочу слушать. Знаю, что она скажет, знаю, что мы не встречались и у нас был только секс. - Это неважно, ты можешь продолжать трахаться с теми, с кем хочешь. Ходить по клубам, находить новых партнеров, вести тот образ жизни, который тебя устраивает. Мне больше нет до этого дела. И до "этой рыжей дуры" в том числе.

Несколько секунд она молчит в трубку. Не знаю, о чем думает, может, в себя приходит после моего заявления. Готова поспорить, до этого ей никто такого не говорил. Не хочу, чтобы она отвечала мне в своей привычной манере, поэтому добавляю:

- Мне пора. Извини, и... - это самое сложное, но только так я смогу излечиться, - не звони мне больше. Я больше не приеду. Пока.

Не дожидаясь ответа, отключаю телефон и медленно выдыхаю. Я сделала это. Я поставила эту точку. Я должна была избавиться от последней нити, что нас связывала. Может, теперь, наконец, смогу свободнее дышать.

Она стала воспоминанием. Реальным, граничащим с сумасшествием воспоминанием. Я знала, что я не отделаюсь от ее образа в моей голове слишком быстро, знала, что за пару дней не забуду месяцы наших блядских встреч. И ведь самое обидное было то, что она даже шанса не давала. Не знаю, сколько у нее всего было таких, как я, но я была почти уверена, что я - единственная, кто ее не использовал. Да и не так уж мне и много было надо. Или много? Наверное, много. Мне нужна была она вся. А этого она дать мне не могла. Она никогда мне не принадлежала. Даже те часы, что мы проводили вместе - со мной было только ее тело. А ее душа, разум, все неосязаемое - оставалось ничьим и свободным.

Через две недели раздался звонок. Я не понимала, зачем она звонит, мы же все выяснили. Я смотрела на экран телефона, в нерешительности держа палец у клавиши принятия вызова. Ладно, мне все же интересно, что ей понадобилось от меня.

- Алло? - мой голос звучит хрипло и я готова отпинать себя за это.

- Привет. Есть время?

- Ну да. Что-то случилось? - ее голос звучит странно. И если бы я не была с ней знакома достаточно, я бы подумала, что она волнуется. Но она никогда не волнуется. Она этого просто не умеет, мне кажется.

- Помнишь ту стоянку у больницы?

- Да, - я все еще ни хрена не понимаю.

- Можешь подъехать туда?

Я смотрю на часы. Шесть вечера, суббота. Какого черта?

- Зачем?

- Боже, просто сделай это, - знакомые недовольные нотки.

- Что-то случилось? Тебе нужна помощь? - я готова часами задавать ей вопросы, если это внесет хоть какую-то ясность.

- Просто сядь в свою чертову машину и доедь до туда.

- Я никуда не поеду, если ты будешь разговаривать со мной в таком тоне, - черт, мы больше не спим с ней, значит я не обязана терпеть такое отношение. Я и раньше не была обязана, конечно, но почему-то терпела.

- Ладно, извини, - вздыхает, - ты приедешь или нет? Я все объясню тебе здесь, на месте.

Трубка чуть не вываливается у меня из рук. "Извини"?! От нее?! Я смотрю еще раз на экран, чтобы убедиться, что разговариваю именно с ней. Нет, все верно. Это ее номер. Странно.

- Ладно. Я буду через полчаса, - хочу ударить себя за эту слабость, но все же соглашаюсь. В конце концов я же наверняка смогу удержать себя в узде и не сделать чего-нибудь такого, о чем потом буду долго сожалеть. По крайней мере, я надеюсь.

- Отлично, - отвечает она и отключается.

9

И я сажусь в машину и еду туда, где мы встречались в последний раз. Она стоит у своей машины, оперевшись на нее спиной. Руки сложены на груди, брови нахмурены. Я паркуюсь рядом и открываю дверь. Подхожу и тихо выдыхаю. Я слишком долго ее не видела, чтобы не отреагировать совсем. А она слишком красива, чтобы не вызвать у меня вообще никаких эмоций.

- Привет, - я все еще не понимаю, что я здесь делаю, но ловлю момент, чтобы полюбоваться ей.

- Привет. Пойдем.

Она выпрямляется и идет в сторону главного входа в больницу. Я в растерянности следую за ней.

- Куда мы идем? Зачем мы здесь? Ты заболела? - вопросы из меня сыпятся, как из рога изобилия, но я ничего не могу с этим поделать.

Она ничего не отвечает, и через пару минут мы в белом просторном зале. Она подходит к автомату, достает оттуда две пары бахил, потом идет к регистратуре, о чем-то беседует с седой бабулей в белоснежном халате и возвращается ко мне.

- Надевай, - протягивает мне бахилы и садится на скамейку, чтобы нацепить эту полиэтиленовую "обувь" на свои туфли с каблуками.

Я молча выполняю указание и, нацепив бахилы поверх кроссовок, встаю и вопросительно смотрю на нее.

Она возвращается к регистраторше и берет у нее два халата, один из которых отдает мне.

И вот мы, как две моли, поднимаемся на третий этаж. Она не говорит ни слова, а я даже не знаю, как спросить, какого хрена мы тут забыли.

Палаты. Идем по длинному коридору мимо множества комнат с больными. Видимо, травматология. Потому что полно людей с перебинтованными головами и поломанными конечностями. Доходим до так называемой "комнаты отдыха". Небольшое расширение коридора, где стоит длинный диван и пара кресел. А у окна на тумбочке широкий телевизор. Несколько человек смотрят какую-то передачу, тихо переговариваясь, несколько играют в карты, шахматы и шашки за небольшими столиками, размещенными у стены. Удивляет то, что вся мебель, да и вообще состояние самой больницы очень хорошее. Привыкли же все видеть ободранные стены, диваны, как с помойки, и черно-белые телевизоры, от которых даже бомжи откажутся. А тут нет, все чисто, красиво и довольно дорого. Может, какое-нибудь особое отделение? Для богатых там, например. Я продолжаю осматриваться и иду за ней. Наверное, мужское отделение, потому что ни одного человека, даже отдаленно напоминающего женщину, я не вижу.

Проходим дальше и коридор снова сужается. Снова палаты по обе стороны. Доходим почти до конца и оказываемся у белой двери.

Она слегка стучит, скорее, для вида, и открывает дверь. И тут ее лицо озаряется искренней улыбкой. А я вообще перестаю понимать, что происходит.

- Привет, мужичок, - она улыбается кому-то внутри палаты и шире открывает дверь. Потом поворачивается ко мне. - Заходи.

Я послушно захожу внутрь и вижу молодого парня. Лет семнадцати. Такой же светловолосый и с голубыми глазами. Лицо худое, вытянутое. Губы тонкие, но довольно красивые. Только дурак не поймет, что они родственники. У него загипсованная нога и пластырь на брови.

- Привет, - у него низкий голос и он смотрит на меня изучающе, но по-доброму.

- Привет, - киваю я и перевожу взгляд на Иру.

- Это мой брат. Семен. Это Тамила. Моя... подруга, - она делает заметную паузу, а я заржать хочу. Вот уж подругой я бы точно себя не назвала.

- Привет, Тамила. Красивое имя, - он улыбается, и я узнаю эту улыбку. Черт, они как близнецы. Только он младше значительно.

- Спасибо, - снова киваю.

- Семен у нас герой-любовник. Подрался, защищая девочку, и теперь уже месяц отдыхает тут, вместо того, чтобы ходить на пары, - с неудовольствием говорит она и, пододвинув мне стул, садится на кровать к пацану.

- О, правда? - я удивленно вскидываю брови. Я думала, современную молодежь вопросы чести мало волнуют.

- Да это ерунда, - отмахивается парень, - им тоже досталось.

- Им? - спрашиваю, вновь удивляясь. - Их было несколько?

- Четверо! Четверо амбалов, - восклицает Ира.

- Да ладно, сколько можно меня пилить, - закатывает глаза парень, а я усмехаюсь. Снова ее жест. - Ничего страшного же не произошло. Я в порядке. Уже почти здоров. Между прочим, ко мне Света каждый день приходит. Сказала, что ее родители хотят познакомиться с тем, кто спас их дочь, - гордо заявляет он, довольно щурясь.

- Отлично. Когда вы познакомитесь, они поймут, что у тебя мозгов нет, - усмехается она, но я впервые вижу, что это по-доброму. Она не хочет его обидеть или задеть. Скорее, это обычная издевка старшей сестры над братом.

- Отстань, ненормальная, - хохочет парень, - купи мне водички, пожалуйста. Я пацану из палаты напротив свою проиграл в шахматы.

- Больше ты ничего не проиграл? - недовольно замечает она, но поднимается с кровати.

- Мои честь и достоинство при мне, - улыбается он и убирает волосы со лба. А я замечаю его перебинтованную кисть.

- Ладно, я сейчас вернусь.

Она выходит за дверь, а мы остаемся с ним наедине. И я не знаю, надо ли мне что-то говорить или можно посидеть молча.

- Давно дружите? - он решает первым нарушить молчание, а я даже немного вздрагиваю от неожиданности.

- Мы? С Ирой? - готова спорить, он слышит мое волнение в голосе.

- Ну да, - пацан смотрит на меня также пристально, как это всегда делает она.

- Ну... - тяну время, пытаясь хоть что-то придумать. Не говорить же ему всю правду. - Несколько месяцев.

- Я никогда не видел ее друзей, - признается он.

- Правда?

- Да. Ну, с тех пор, как мы переехали, - пожимает плечами.

- Переехали? - они что, не отсюда?

- Ну да. Ира что, не говорила? - даже если бы я не видела его лица, поняла бы, что он удивлен.

- Честно говоря, как-то не упоминала, - натягиваю улыбку. А что я скажу? Извини, парень, мы с твоей сестрой только трахались несколько месяцев, да в кино разок сходили. И на ужин. И больше я ни хрена не знаю.

- Интересная дружба, - бормочет он и, на мое счастье, дверь открывается, и заходит Ира.

- Я взяла воду и сок. Вдруг захочешь, - ставит бутылку и коробку на тумбочку и вновь садится на кровать, потрепав при этом его волосы.

- Спасибо, - улыбается он и смотрит на сестру с абсолютно честной и искренней любовью. С преданностью, с уважением и доверием. Наверное, я смотрю на нее также. Поэтому специально опускаю глаза, чтобы этого никто не видел. Это ни к чему.

Мы проводим в больнице больше часа, и когда выходим, на улице уже довольно темно, хоть всего восемь вечера.

- Я не думала, что так поздно пускают посетителей, - замечаю я, когда мы спускаемся по массивным ступеням от двери главного входа.

- Ну, когда ты регулярно перечисляешь на счет больницы круглую сумму, можешь требовать некоторых привилегий, - спокойно отвечает она, - например, отдельную палату или посещение в неприемные часы.

- Постой, - останавливаюсь посреди стоянки, - ты спонсируешь больницу?

- Ну, не совсем я, но я имею к этому некоторое отношение, - пожимает плечами и идет дальше. Я за ней.

Подходит к своей машине и замирает, стоя ко мне спиной.

- Мне было девятнадцать, когда наши родители погибли. Семену восемь. Он плохо понимал, что происходит, но осознавал, что папа с мамой больше не вернутся. Мы тогда жили в другом городе. Я собиралась замуж, за сына друзей родителей. Не знаю, зачем я вообще хотела это сделать, может, чтобы их порадовать, - пожимает плечами и поворачивается ко мне. - Перед тем как их не стало, за пару дней до этого, отец подошел ко мне и сказал, что если я не уверена, что хочу этой свадьбы, то я не обязана это делать. Но я знала, что это будет отличная возможность для него. Для его работы. Он занимался строительством, а этот мудак был сыном одной шишки. И наш союз был, скорее, отличным вложением в процветание бизнеса, чем шагом, которого я действительно хотела. Он мне нравился, казался хорошим, но я не была в него влюблена или что-то в этом роде, - она замолкает и отводит глаза. И я вижу, что они блестят.

- Что... Что с ними случилось? - голос хрипнет, и я осторожно пытаюсь прочистить горло, только чтобы не спугнуть ее.

- Авария, - пожимает плечами, - якобы отец был пьяный. Но он никогда не пил перед тем, как сесть за руль. Тем более с мамой. Я уверена, что это было все подстроено.

- Но... Кем? - я искренне ужасаюсь услышанному и мне хочется присесть.

- Когда ты богат, помогаешь детским домам, больницам, жертвуешь часть денег на благотворительность, и при этом не берешь взятки и играешь по-честному, рано или поздно найдутся те, кто захочет запятнать твою репутацию. И предложить что-то не очень хорошее. Просто мой отец не согласился. И помешал тем, кто хотел сбывать часть "черных" денег через его счета на благотворительность. И его убрали.

- Мне... Мне очень жаль, - ничего умнее мне в голову не пришло.

- Спасибо, - она слабо улыбнулась и продолжила, - а потом многие сняли маски. И так называемые "друзья" семьи, и жених, и многие коллеги отца. Каждый хотел урвать свой кусок. Распотрошить все, что осталось, и отхватить побольше. Как падальщики. Я тогда мало что понимала в бизнесе, да и не могла хладнокровно думать в тот момент - мы с Семой остались вдвоем. Ни родственников, никого больше не было, поэтому некоторым удалось обвести меня вокруг пальца. Когда дошло, что происходит, нашла хорошего юриста со стороны, подняли все документы. В общем, она и посоветовала нам переехать подальше и начать все заново в новом месте. Продали две большие квартиры, дачу, машины, какие-то деньги были на счету, плюс компенсация. На это можно было жить, поэтому мы переехали в город в три раза меньше чем тот, где жили до этого. Я сразу оформила покупку двух квартир, себе и Семе, и часть денег вложила в бизнес. Тоже строительство, но в основном муниципальных объектов. Сначала была просто одним из учредителей, но потом выкупила контрольный пакет акций. Не зря пошла на экономический, видимо, да и от отца хватка, наверное, передалась, - грустно усмехнулась она. - Сложно было только с оформлением опекунства над Семой. Но деньги помогли получить нужные бумажки. Мы стали жить вдвоем. Он был совсем маленький, но уже тогда был настоящим мужчиной. Помогал мне во всем. Я заканчивала институт, перевелась в местный и параллельно работала, и изучала тонкости управления. А он готовил, стирал, убирал. Когда в шестнадцать сказал, что нашел работу, и будет совмещать ее с учебой, также заявил, что хочет жить отдельно, в своей квартире. Чтобы я уже занялась личной жизнью, так как воспитывать его уже не надо. И... вот мы здесь. Теперь ты... знаешь всю мою гребаную жизнь.

Она замолчала, но я знала, что она сказала не все. Через пару минут тишины, она продолжила.

- Все эти годы у меня был только брат. Он единственный, кому я верю и доверяю безоговорочно. Я пыталась строить нормальные человеческие отношения, но меня ждали неудачи. Мне врали, изменяли и пытались получить с меня выгоду. Я и до переезда видела, как предают те, кого ты считал чуть ли не семьей. Я видела, как из-за денег люди способны на невероятно гнусные вещи. И поняла, что если самые близкие способны на такое, то... какого черта? И решила, что в моей жизни больше не будет разочарований. Но зачем лишать себя физического удовольствия? Поэтому... - тяжело выдыхает и поднимает на меня глаза, - в общем, я решила, что просто не подпущу к себе никого. Не пущу в свою жизнь, в свою семью. Оставшуюся. Потому что любая привязанность влечет боль. Я это прошла и снова всего этого не хочу.

Я смотрю на нее и больше всего мне хочется обнять ее.

- Но я никогда не хотела причинить тебе боль, - говорю честно, не отводя взгляд.

Я все еще немного в шоке. Я ожидала сопливую историю о разбитом сердце, но никак не это.

- Я знаю. Теперь знаю. Прости, что я обращалась с тобой, как с дерьмом, просто... - слышу, что ее голос начинает дрожать и срываться, поэтому делаю шаг к ней и сжимаю в объятиях.

- Я знаю. Я все понимаю, - прерываю ее, потому что не могу слушать ее извинения. Она сказала достаточно, чтобы просто забыть это все.

Прижимается ко мне сильнее, и я чувствую ее слезы на своей шее. Кажется, я сегодня увидела и услышала слишком много.

Не знаю, сколько мы так стоим. Пять минут или полчаса. И я не хочу ее выпускать из своих объятий, но мы не договорили. Я понимаю, почему она так себя вела, но не понимаю, зачем она все это рассказала. Облегчить душу? Дать нам шанс? Это слишком самонадеянно с моей стороны. Отстраняюсь и держу руки чуть ниже ее плеч.

- Ты в порядке?

- Да. Извини, что я тут... устроила, - прочищает горло и отстраняется. Минутка слабости окончена.

- Давай я отвезу тебя домой? - я, правда, думаю, что в таком состоянии ей лучше не садиться за руль, - а потом вернусь за своей машиной, идет?

Вздыхает и молча кивает.

Паркуюсь там, где она говорит, и выхожу из машины. Протягиваю ключи и понимаю, что мне надо что-то сказать, но не знаю, что именно. Она опережает меня.

- Зайдешь?

- Я... - запускаю руку в волосы и чешу затылок, - я не думаю, что это хорошая идея.

- Не заставляй меня уговаривать. Ты же знаешь, я не буду, - знаю, конечно знаю, - пойдем.

Я не нахожу ничего лучше, как пойти за ней.

Поднимаемся, заходим в квартиру. Я разуваюсь и понимаю, что я не была здесь очень давно. Но если раньше смысл моего нахождения здесь был очевиден, то зачем я тут сейчас?

Она подходит вплотную ко мне и притягивает меня за воротник куртки. Лбом упирается в мой лоб и закрывает глаза. Не целует, не лезет под майку, мы просто молча стоим. И я понимаю, что еще ни разу я не была к ней так близко. И могу представить, как сложно ей было переступить через себя. И в очередной раз поражаюсь ее смелости. И силе. И понимаю, что я должна отплатить ей если не тем же, то хотя бы быть честной.

- Я благодарна тебе, что ты мне все рассказала.

- Почему ты перестала приезжать? - ее голос звучит глухо, и я знаю, что ее это действительно интересует.

- Просто... Я не могу делить тебя с другими. Не хочу быть частью твоего графика и "одной из".

- Но раньше же...

- Раньше, - прерываю ее. Не понимаю, зачем она опять это говорит. Неужели не ясно, что мне больно думать о том, что она с кем-то еще? - Я люблю тебя, Ира. И я не буду довольствоваться малой частью. Мне нужна ты вся. Но я знаю... Уже знаю то, что ты думаешь насчет этого, и не буду ничего требовать. Мы просто смотрим на это по-разному. Может, когда-нибудь ты встретишь того, кому сможешь доверять, - говорю тихо, будто прощаюсь. Хотя на самом деле так и есть. Она не собирается строить настоящие отношения, а эта фикция мне больше не нужна.

Зарывается носом мне в шею и выдыхает.

- Какая же ты дура, - говорит так тихо, что мне приходится чуть ли не задерживать дыхание, чтобы расслышать.

- Прости? - удивляюсь подобному заявлению, но знаю, что это вполне в ее стиле.

- Ты - дура, - отстраняется и смотрит мне в глаза.

- Эм... Ладно, - опять ничего не понимаю. Что я опять сказала?

- Ты думаешь, я бы познакомила тебя со своим братом или рассказала бы всю свою подноготную, будь ты просто "одной из"?

- Ну...

- Не "ну", - прерывает меня и смотрит серьезно, - после нашей второй встречи, точнее, можно считать, что после первой, там разница в несколько часов была, я ни с кем больше не была. Кроме тебя.

Таращусь на нее, не веря ушам.

- Но... Ты же... Ты говорила... - из моего рта доносятся только обрывки мыслей, и я не могу собрать их в единое целое.

- Я не могла в этом признаться, - пожимает плечами и смотрит пристально, как всегда, - знаешь, ты меня как-то привлекла, когда подошла не ко мне, а к этой курице, когда пыталась меня "отшить". Что-то меня тянуло к тебе, и я ничего не могла с этим сделать. Мне не хотелось ничего другого. А когда ты в первый раз сказала, что больше не придешь, пока я не поужинаю с тобой, я сначала даже выдохнула с облегчением. Потому что понимала, что привыкаю к тебе. А этого нельзя было допустить. Но не выдержала. Решила, что ладно, я все равно все держу под контролем. Потом кино, не знаю, зачем согласилась. Наверное, правда, хотелось. Но я не могла сказать об этом. А потом, когда мы... Ну... В тот раз... Занимались... - она не могла выдавить из себя это слово, и я решила помочь.

- Любовью?

- Да, - с облегчением выдохнула она, - именно ей, а не просто трахались, и твои слова, что я тебе... нравлюсь... В общем, я испугалась. И поняла, что весь контроль исчезает. Я не могла этого допустить.

Я молча смотрю на нее, боясь задать главный вопрос о произошедшем, который волнует меня. Но все же решаюсь.

- А тогда, в клубе...

- О, - прерывает прежде, чем я заканчиваю фразу, - я пришла тогда просто выпить и потанцевать. Не более того. А когда увидела тебя, поняла, что это отличная возможность, чтобы дать тебе понять, что между нами ничего не будет. Нашла эту рыжую, и... Дальше ты знаешь.

- Вы с ней...

- Нет, - снова обрывает, - я ушла, наверное, сразу после тебя. Чувствовала себя последней тварью, но знала, что так надо. Только не ожидала, что больше не увижу тебя. Точнее, что ты больше не придешь.

- Так мы... - начинаю после небольшой паузы, - что мы теперь будем делать?

- Не вынуждай меня говорить все эти романтические штуки, я этого не умею. Но... я хочу попробовать. Может, действительно, из этого что-то получится.

- О, ты мне встречаться предлагаешь? - игриво поднимаю бровь и смотрю на нее.

- Идиотка, - бурчит и снова утыкается носом мне в шею.

Я прижимаю ее к себе и вдыхаю ее запах. Она приподнимает голову и, чуть наклонив ее, смотрит мне в глаза. Приближается к губам и целует. Так, как никогда до этого. А у меня голову сносит. Разворачиваю ее и прижимаю к стене. Я слишком соскучилась по ней, чтобы тянуть. Действую напористо, но нежно. Она стонет мне в рот, обнимая за плечи. Потом отрывается от моих губ и набирает в легкие воздуха.

- Я люблю тебя, - я не могу молчать, не могу удерживать это в себе. Я долго все это глушила, и теперь мне хочется произносить эти слова.

Она смотрит на меня как-то по-особенному. Не так, как раньше. Я знаю, что она не ответит мне, но я также вижу, что ей нравится это слышать.

- Я хочу как в тот раз, - выдыхает мне прямо в губы, сильнее сжимая плечи.

- Как в тот раз?

- Да, - кивает, чуть улыбаясь, - люби меня. Пожалуйста.

Слова действуют мгновенно, и я даже сама не понимаю, как мы уже оказываемся в ее спальне. И в этот раз это не просто секс или любовь только с моей стороны. Мы действительно занимаемся любовью. Нежной, чувственной, грубой, долгой и разной. Открывая друг друга, и открываясь сами.

Я впервые провела с ней всю ночь. Не в том смысле, что мы всю ночь с ней только и делали, что занимались сексом, а в том, что я заснула в ее кровати. С ее головой на плече. И ее руками и ногами, что обвили мое тело. А проснувшись утром, я даже не поверила глазам, увидев ее рядом.

Был первый совместный завтрак и первый утренний секс. Первое прощанье у дверей, которое длилось не менее получаса.

Первое настоящее свидание, первые настоящие поцелуи на ее нелюбимом заднем ряду того самого кинотеатра.

Первый мой букет для нее.

Потом был ее первый визит ко мне и первая ночь у меня.

Первая ссора и первое примирение.

Первая небольшая дата, первое наше личное, совместное событие.

И много первого. Вообще, и с ней конкретно. Но мне нравилось это, и я видела, что это нравится и ей.

Мы были знакомы довольно долго, но не знали друг о друге почти ничего. Но мы узнавали. Понемногу, не спеша, порой даже с осторожностью.

Мы все чаще проводим вместе ночи, и каждый раз перед сном я обнимаю ее, целую, и прижимаю к себе. И я знаю, что я сделаю все, что от меня зависит, чтобы со мной она чувствовала себя любимой, ощущала себя в безопасности и доверяла мне. Безоговорочно и без сомнений. Потому что я люблю ее. Я действительно люблю ее. И я знаю, что она меня любит, хоть она мне этого почти никогда не говорит. Да я и не требую, на самом деле. Я знаю, что когда она переступит этот барьер, я буду это слышать регулярно. А пока мне достаточно ее взглядов, в которых я все читаю, ее движений, в которых я все чувствую. Того неосязаемого, что говорит лучше слов.

Она все такая же стерва, но не позволяет себе прежнего поведения в мою сторону. Она знает ко мне подход и знает, что иногда эта стервозность меня даже заводит. Мы периодически ругаемся, но никогда не переходим границы. Мы притираемся и изучаем друг друга.

И даже если кто-то меня разозлил, или у меня просто был плохой день, я забываю обо всем дерьме, что вообще есть, когда она ночью прижимается ко мне сильнее, и шепчет:

- Я тебя люблю.

Она это почти бормочет и делает это, только когда думает, что я уже сплю. А я в такие моменты действительно понимаю, насколько я счастлива, и, обнимая ее, просто улыбаюсь.

10

Я несла горячее и вкусно пахнущее мясо на шампурах прямо к накрытому столу. Самир семенил за мной с решеткой, где также были мясные куски в маринаде.

- Наконец-то! - Света поднесла нам широкие тарелки, чтобы мы выложили все на них.

- Мы бы пришли быстрее, если бы этот придурок не решил проверить каждый кусочек, - проворчала я, снимая мясо.

- Я должен был убедиться! - возмутился Самир, открывая решетку. - Сами бы потом опять ворчали, что еще не готово.

- Конечно. Один раз сто лет назад кому-то просто показалось, повторяю, показалось, что мясо немного сыровато, так все. Он теперь каждый раз его чуть ли не до углей готов зажарить, - пробубнила я, отставляя тарелку с мясом.

- Кто-то?! Это была ты!

- Ладно. Я уже сто раз пожалела об этом.

Света засмеялась и покачала головой. Из дома вышли остальные участники нашего летнего мероприятия.

- Что вы опять спорите? - Ира подошла ко мне и, встав сзади, обняла меня за плечи.

- Да она опять наезжает на меня, - надул губы Самир и обиженно посмотрел в мою сторону.

- Ты еще поплачь, - усмехнулась я, наблюдая, как беременную Свету нежно приобнимает Семен.

- Обойдусь. Я просто потом скажу Ире, чтобы она тебе отомстила, - прищурился парень и хитро посмотрел на меня.

- Извини, но, боюсь, я на ее стороне, - Ира поцеловала меня в щеку и улыбнулась.

- Как всегда, все против меня. Ладно, давайте садиться, все готово.

Это был ежегодный наш сбор на даче Самира, по случаю наступившего лета. Мы регулярно собирались третий год подряд в июне все вместе, только в этот раз нас на одного маленького человека было больше.

Семен все также встречается со Светой, точнее, они уже два года как женаты. И теперь ждут еще прибавления.

Самир все такой же придурок, но вроде бы встречается с какой-то женщиной. Я лишь знаю, что она его старше, но это даже хорошо. Он взялся за ум, и я уверена, что скоро он всех нас с ней познакомит.

Когда я рассказала ему про Иру, он поначалу с опаской относился к нашим отношениям, но потом они поладили. Он понял, что меня никто не использует, никто мной не манипулирует, и в итоге сказал, что искренне счастлив за нас.

Мы также с Ирой вместе. Уже три года. И с каждым днем я становлюсь все счастливее.

Это было непросто. Мне действительно приходилось доказывать, что мне можно доверять. Даже Семену она про нас рассказала только через полгода. Хотя пацан поржал и сказал, что сразу догадался, еще когда она меня в больницу притащила.

У нас были некоторые трудности, которые со временем сошли на нет. Она мне доверяет, и я благодарна ей за это.

Спустя год отношений, мы решили жить вместе, причем это была ее инициатива, которую я поддержала. Я старалась на нее не давить, и это дало свои плоды. Я люблю ее и я счастлива. Она тоже.

Стоя у костра, я наблюдала, как искры отскакивают от деревяшек и гаснут в траве. Теплые руки обняли меня за талию и прижали к не менее теплому телу.

- Что ты тут делаешь одна? Прячешься от меня, да? - она целует меня в ухо, и это вызывает у меня смех. Разворачиваюсь к ней лицом и провожу пальцем по линии челюсти.

- От тебя - никогда, - улыбаюсь и обнимаю ее в ответ.

- Самир сказал, что на следующей неделе придет к нам не один, - говорит она и шевелит бровями так, что это снова вызывает мой смех.

- Неужели он покажет нам свою таинственную возлюбленную? Интересно, она красивая? - говорю без задней мысли, но тут же вижу, как ее брови смещаются к переносице.

- И какое же это имеет отношение к тебе? Красивая она или нет?

Смешно, но она действительно ревнивая. Не как какая-нибудь ненормальная, в меру, но ревнивая. Но мне нравится.

- Никакого. Просто любопытство, - невинно пожимаю плечами и смотрю на нее.

Закатывает глаза и усмехается. Но это правда. Мне никакой другой не надо. Она мое все.

Поднимаю ее подбородок и смотрю ей прямо в глаза.

- Я люблю тебя. Ты же знаешь это? - я знаю, что она больше не боится этих слов. Не боится их произносить и делает это каждый раз с такой искренностью, что я просто с ума схожу.

Она смотрит на меня пару мгновений, потом чуть наклоняет голову и прижимает меня к себе. Целует медленно, нежно и чувственно. Знает, что такие поцелуи мне просто голову сносят. Отрывается через пару минут и пристально смотрит на меня.

- Знаю. Также, как и ты знаешь, что я люблю тебя.

Content

Человек без лица

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10