Роман Дремичев

АЛЫЙ СКОРПИОН

…На заре времен из глубин вечного космоса, пронзая пространство и время, на землю опустился большой блестящий шар черного металла. Он рухнул, сверля облака, в глуши ночного северного леса, близ каменных руин древнего замка. И поднялся в небо огонь, и плавилась земля от мощной силы взрыва, и горели вековые деревья, и бежали все живые существа прочь, с опаской оглядываясь назад. А огненный столб взметнулся ввысь, разрезая ночной мрак, и оглушительный раскат грома пронесся над лесом. Но спустя несколько долгих часов все прекратилось, и лишь теряющее силы пламя окружало большую воронку в земле, где и нашел свое пристанище космический странник…

И было это проклятие звездных глубин. Изгнанник, брошенный своим народом, отвергнутый за кровавые преступления против иных разумных рас Вселенной, нашел себе убежище на этой сравнительно молодой планете, цветущей в зелени растений и купающейся в лучах близкого солнца. Мрачное, полное мести и желания убивать сердце древнего существа, возрастом сравнимого с годами жизни этой планеты, мерно стучало, скрытое странным металлом. И время неумолимо приближало тот миг, когда он очнется и явит себя, неся смерть и разрушение.

Спустя сотни веков существо, принявшее здесь имя Черный бог, восстало из тесной темницы. Злобный дух космоса возжелал славы и величия, но был жестоко наказан. Он не мог существовать в этом мире без телесной оболочки. А плоть, в которую был он облачен, не выдержала бы ярких пронзительных лучей дневного светила. И тогда, используя все свои силы и знания, демон призвал себе в помощь странных существ, таившихся по темным уголкам земли. И они поспешили на его зов, и построили для него замок на руинах мертвого поселения, стертого с лица земли задолго до его появления здесь, оборудовав так, чтобы Черный бог ни в чем не нуждался. Его радость была велика, когда его верные слуги случайно откопали в заброшенном лабиринте подземелья механическую лабораторию и книгохранилище. Там он узнал, что задолго до появления белковой жизни, на этой планете побывали Валгарры — странствующие монахи из глубин далеких галактик. Здесь сохранились их записи о структуре миров и данные о научных открытиях. И в них он нашел свое спасение. В одной из голографических книг обнаружились записи о богах этого дикого мирка, об их силе и возможностях. И искра надежды озарила темную душу пришельца. Собрав достаточно энергии, он сможет покинуть свою тюрьму и отправится назад к родным системам — мстить, мстить и еще раз мстить. Это он умеет делать очень хорошо.

Черный бог собрал нужный резервуар, следуя строгим указаниям древних мастеров, и теперь осталось его лишь наполнить. А где взять необходимую энергию и в том количестве, которое требуется? Здесь его порадовали легенды и мифы, собранные на старых пергаментах. Когда-то на эту планету, почти как и он сам, были сосланы старшие сыновья Великих богов Вселенной, нарушивших вечные устои мироздания. Их сила даже сейчас после их смерти пропитывает землю. Нужно лишь собрать ее. А хранится она в священных предметах их преемников. И это теперь будет его главной целью.

С помощью магии космоса он вызвал демона из ада, облаченного в сталь, и приказал ему отыскать все эти предметы и принести в замок. А ему самому, лишенному плоти, оставалось только ждать, бродя в одиночестве пустыми, полными тишины и мрака залами замка, и надеяться, что все свершится по намеченному плану и точно в срок.

С тех пор темные воинства шагали по планете, ввергая в страх целые народы, разоряя храмы и капища, и падали под их мечами сраженные бойцы, и сама земля плакала кровавыми слезами, видя гибель живых существ, которых так долго хранила и оберегала на своей груди…

* * *

На высокое черное небо, усыпанное россыпью ярких звезд, медленно выплывала в золотом челне богиня луны, светлоокая Лоала, хранительница покоя и сновидений. Бледноватый таинственный свет ее заливал раскинувшийся у подножия Серых гор темный лес — царство мрака и древних тайн. И никого больше вокруг — ни вертких птиц, парящих в вышине, ни покрытых шерстью зверей, прячущихся по кустам, не слышно ни единого постороннего звука — только тишина и умиротворение спящего мира. Но вот все-таки издалека прорвался странный звук — то ли мышь выскользнула во мраке из норы, то ли ящерица стрельнула меж стеблей травы по земле. Раздался сонный клекот пристроившейся на ветви дерева птицы, но вдруг, словно вспугнутая чем-то, ворчливо оглашая ночь своим хриплым клекотом, она сорвалась с места и смазанной тенью мелькнула сквозь кроны деревьев, исчезнув во мраке.

Через несколько мгновений в глуши раздались новые звуки, не свойственные ночному лесу, — видимо это и было причиной, помешавшей птице провести ночь здесь, спугнув ее. Вот уже различим топот босых ног по сырой земле, хлюпанье воды в ручье, что течет за небольших холмом среди кустов, и частое дыхание уставшего человека. Во тьме среди прямых стволов деревьев показалась тень — черный сгусток темноты — кто-то стремительно и почти не разбирая дороги мчался по освещенному скудными лучами луны лесу, лишь трещали сломанные ветки кустов и сучья под ногами.

Вот человек выбежал на открытое пространство поляны — это оказался мужчина лет сорока с черной кустистой бородой, одетый в серую рваную рубаху и темные штаны. Он затравленно оглядывался по сторонам, вслушиваясь во все нарастающий за спиной шум.

Его кто-то упрямо и целенаправленно преследовал.

Но силы были почти на исходе. Беглец остановился, облокотившись рукой о ствол дерева, переводя дух от долгого бега по пересеченной местности. Он крепко прижимал что-то к своей широкой груди — странный сверток, словно скатку небольших одеял. И он был живой — одеяла зашевелились и чуть слышный тонкий зевок раздался из недр их. Как оказалось, мужчина нес ребенка, еще совсем малыша. Он что-то ласково прошептал ему, улыбаясь, и прикрыв краем ткани, продолжил путь. А за спиной гомон разделился на отдельные звуки, превратившиеся в громкие крики и ругань. Преследователи нагоняли беглеца медленно, но неумолимо. И он знал лишь одно место, где сможет найти убежище и стремился к нему с надеждой обреченного. Там на краю леса, на берегу мелководной горной реки высится древний храм, обитель его бога, и там он попытается найти спасение, пусть не для себя, так хоть для сына.

Вот и подлесок, старые деревья остались позади, их сменили молоденькие ели и сосенки; еще несколько витков звериной тропы и человек выбрался из леса, не переставая оглядываться, но не остановился, а продолжил путь. Впереди возвышался храм. Величественное, сложенное в незапамятные времена из больших каменных блоков здание занимало собой почти пол небосвода, черной тенью нависая над мрачным лесом. Формой оно напоминало пирамиду, царапающую острым конусом вершины темные небеса. Почти триста истертых временем и непогодой ступеней из серого камня, покрытых растениями и мхом, вели к небольшой площадке наверху, где раньше облаченные в шкуры жрецы проводили свои ритуалы и встречали солнце и луну, приносили жертвы и общались с богами. Где каждую ночь зажигали они огни, но теперь там царил лишь мрак. Теперь это место было обителью пустоты и печали. Безжалостное время почти ничего не оставило от былого величия. Но даже сейчас, даже через столько веков боли, кровавых убийств и разрушений — эти руины были обителью бога, его священным местом. И мужчина, надеясь на его милость, начал свое восхождение. Он торопился, часто спотыкался и оскальзывался, разбив в кровь об острые углы плит свои колени, но упрямо шел к своей цели.

И вот он наверху. Справа и слева стоят две большие черные чаши-жаровни — много лет они уже не чувствовали тепла огня и света, и теперь в них лишь собиралась дождевая вода, покрываясь тиной и мхом. Своеобразный парапет без бортиков и бордюров окружает главную ступень храма — небольшое помещение с конусообразной крышей, украшенное плитами из серого песчаника с вырезанными на них древними письменами. Сейчас уже никто не ведает их смысл, мертвый язык изначального племени навечно застыл в камне, и время неумолимо и безжалостно уничтожает его.

Мужчина оглянулся на лес, темнеющий внизу, крепко прижимая к себе спящее дитя. Там у горизонта пылал ярким светом его дом, сожженный беспощадными убийцами в шкурах диких зверей, вылезших, казалось, словно из недр самого страшного, сводящего с ума кошмара. Там он жил несколько десятков лет, не думая о страхе и боли. Он построил все, что только мог желать, он любил и был счастлив. Но мечты о красивом будущем рухнули в один миг, когда на горизонте у реки появился отряд всадников, черных, как сама ночь, и они принесли с собой лишь смерть на остриях своих клинков. И огонь.

Его прекрасная жена Иллирет, красавица, подарившая три луны назад ему сына, стала первой жертвой кровожадных тварей. И больше ее не будет рядом. Острый меч слуги Черного бога сразил ее, а он не смог ей ничем помочь. И поэтому с болью в сердце и с горячими слезами на бородатом лице он схватил своего спящего сына, завернул в какое-то тряпье и бросился в лес. Он не ведал куда бежать и выбрал единственный путь, какой знал. А враги не отставали, задержавшись на время у пожарища, они со смехом и громкими криками ринулись в погоню за ним. И теперь яркие точки факелов с трех сторон приближались к храму.

А бежать дальше некуда… Здесь его дом, его земля. И здесь место его бога. Ибо этот мужчина-беглец был последним из племени Вотала — Алого Скорпиона. И спасаясь от смерти, он пришел сюда, чтобы бог, которому он служил столько лет, помог ему избежать гибели. Так как с его смертью и со смертью его сына больше никто не будет верить в Скорпиона и век его угаснет тогда навсегда.

Мужчина в гневе сплюнул на стылый пол, бросая проклятия на головы своих врагов, и погладив по головке спящего мальчика, юркнул в узкую щель — дверь, что вела внутрь храма. Он отвернулся и уже не мог видеть, как из под полога ветвей выскользнула черная тень. Огромная, вселяющая ужас, она замерла на краю поляны, осматривая залитый лунным светом храм. Это был воин Тьмы — верный слуга проклятого богами и людьми Черного бога — огромного роста, в стальных доспехах, прикрывающих ноги, руки и грудь. На спине тяжелый панцирь из множества стальных пластин, скрепленных меж собой. Шлем, выполненный в форме рогатого человеческого черепа, внушает панический страх. За плечами развевается темных цветов плащ. А в ладони, скрытой в шипастой перчатке, демон сжимает тяжелый двуручный меч. И кровь темной рекой стекает по лезвию, орошая траву.

Не теряя времени, пока его дикие слуги, родом из племен нижнего мира, рыскают с громкими криками по кустам, титан устремился к храму. Сухая земля скрипела под тяжелыми сапогами, и серый туман стелился за ним. Воин знал, что человек больше нигде не найдет убежища, кроме как в этих руинах, и это было ему лишь на руку.

* * *

Из главного зала наверху пирамиды скрытая в стене винтовая узкая лестница змеей скользила во тьму. Мужчина осторожно, стараясь не упасть, соскользнул по ней и оказался в еще одном зале, гораздо больше первого, внутри храма. И здесь тьма расступилась, горел свет.

Ровные багровые колонны подпирали высокий потолок, глухие тени застыли на испещренных трещинами и сколами стенах, украшенных разноцветными фресками из мелких камней и песка. Разломанные плиты пола скрывались от глаз человека под ковром разросшихся растений и целых плантации разноцветного мха. В углу справа видимо через какие-то щели натекла вода, и теперь эта лужа с маслянистой поверхностью благоухала затхлостью и тленом, покрываясь тиной.

А впереди у дальней стены возвышался на постаменте алтарь из синего камня, окруженный, словно ножками насекомого, резными изогнутыми прутами из потемневшего золота. Несколько узких ступеней вели к нему, а по краям их через ступеньку в камень были утоплены резные шесты из темной стали, на вершине которых в ажурной подставке сверкали желтым светом прозрачные камни величиной с кулак, освещая все вокруг мягким недвижимым светом. На стене за алтарем было выложено изображение Вотала — Великого бога Скорпиона, ярко-красной расцветки. И тишина склепа вокруг.

Мужчина быстро пересек зал и поднялся к алтарю. Он склонил колени и со слезами на глазах оторвал рукав рубахи, обнажая плечо, на котором алым пятном был нанесен скорпион — знак древнего бога. И заговорил.

— О, Великий Вотал, бог и защитник племени айра! Я пришел к тебе, последний из тех, кто верит в тебя, и молю о помощи, ибо ждать ее больше неоткуда. Моя жена мертва, родные покинули этот мир давно. И все, кого я знал, канули во тьме Серых стран… Я боюсь, и страх грызет мой мозг. Поведай же, Великий, что мне делать? Что?

Он склонил голову в рыданьях, откинул ткань с лица спящего сына и продолжил:

— Это Кенрик, мой единственный сын. Он и я — последние из людей племени айра. И с нами умрет память о тебе. Так ответь же мне, Великий Скорпион! Яви милость… Что же мне делать?

— Я отвечу на твой вопрос, — громкий тяжелый голос наполнил собой все помещение, оттолкнулся с силой от стен и, взмыв к потолку, рухнул на плечи тяжелым бременем.

Мужчина затравленно оглянулся и увидел своего врага. И сердце наполнилось болью и безысходностью. Теперь он один против этого демон, рожденного неведомой преисподней.

— Черная Тень, — чуть слышно прошептал беглец, и страх уколол в сердце, все тело покрылось липким холодным потом. Руки человека опустились.

— Да, так меня прозвали люди, — воин медленно двигался к возвышению и меч холодным блеском сверкал в его руке. — Ты знаешь, зачем я пришел. И я заберу это с собой. И никто не помещает мне. Твой отец был последним жрецом Вотала. И я знаю, что перед смертью он успел передать тебе часть своих знаний и умений, раскрыв тайны твоего племени. И ты отдашь мне то, что я хочу. Иначе…

Стальное лезвие острием задело камень плит под ногами, противный скрежет резанул слух, брызнули искры. Мужчина же лишь вскочил с колен, еще сильнее прижимая младенца к груди.

— Никчемные жизни — твоя и твоего отпрыска — в обмен на корону. Так, где же она? — тяжелая стальная тень приближалась, словно черное неумолимое облако, несущее смерть и боль. — Все из твоего племени мертвы, пощади хоть сына. Поведай мне о тайне, что хранят твои уста. Или умрешь!!! — Черная Тень замер у ступеней алтаря и взглянул вверх. — Тебе больше негде укрыться. Это твой единственный шанс. Я жду!

— Нет, нет, никогда, исчадие ада, — в голосе мужчины слышались паника и безнадежность, он не знал куда бросится и как спастись, и это терзало его мозг сильнее боли. — Вотал, помоги!!!

— Твой бог не придет, он давно уже мертв. И ты скоро отправишься к нему, — Тень двинулся вверх по ступеням.

И тут древний алтарь озарился ярким светом, осветив все вокруг, послышался громкий треск и звон металла. Беглец испуганно обернулся и увидел, что на алтаре лежит прекрасной работы клинок голубой стали. И блики света ласково касались его поверхности, словно нежно поглаживая.

— Возьми меч, сын верный мой, и дерись во славу твоих предков, — раздался в тишине величественный голос. — Это твой шанс.

И последний из мужчин племени айра воспрял духом, ибо с ним говорил его бог, и он верил ему. Он улыбнулся и, не обращая внимания на стонущие под тяжелой стопой врага каменные ступени, осторожно положил своего сына на алтарь и, схватив клинок, развернулся навстречу демону и бросился в атаку. Сверкнула сталь и две молнии сшиблись во мраке подземного храма, громом наполнив зал, брызнул фонтан оранжевых искр и начался бой. Звездная сталь схлестнулась со сталью божественной. И неизвестно чей метал крепче.

Удар, удар, еще удар и только мрачные тени на стенах танцуют свой дикий танец. Воины не произнесли больше не звука, только свистящее дыхание человека вплеталось в симфонию острой стали.

— Это все, что ты можешь, — нарушил монотонность звуков Черная Тень. — Слабак, я возьму твою жизнь, и никто тебя не спасет.

Последовал молниеносный удар и сила его была такова, что отбросила человека на пол. Мужчина рухнул как подкошенный лицом в мох. Но подняться уже не успел. Звездный меч обрушился на него со всей мощи, отсоединив голову от измученного тела. Она откатилась в сторону, исчезнув в полумраке за одной из колонн. Тело мужчины, постояв еще несколько мгновений на коленях, обрушилось на плиты пола, зазвенел о камень меч богов, выпавший из мертвой руки, и тут же исчез, мелькнув искрой, словно растворился в воздухе.

— Вот и все, Вотал, — громыхнул чуждый этому миру голос. — И пусть я не найду то, за чем пришел, знай, — я уничтожу тебя и сила твоей плоти наполнит мой сосуд. И я вернусь к хозяину не с пустыми руками.

Тень воздвигся над алтарем и поднял свое оружие над младенцем. Еще миг и острая сталь уничтожит такую хрупкую, но наполненную жизнью плоть.

Мальчик вдруг пошевелился и открыл глаза, и странно посмотрел на своего врага, и во взгляде его читалось презрение. Он не боялся этого убийцу из бездны ада, и на плече, словно символ свободы, алел багровым цветом знак Скорпиона. Но тут облако серого тумана накрыло камень алтаря, скрыв младенца от глаз смерти. А из недр его вылетел золотой обруч, украшенный самоцветами и золотыми вензелями, — корона бога Скорпиона. С громким звоном она подкатилась к ногам Пришельца из Тьмы и, завертевшись волчком, остановилась, сияя радужными огнями. А ребенок исчез. Великий бог забрал его в обмен на свою реликвию.

— Вот оно как, — сказал демон, опуская меч. — О, Великий, ты поистине бог. Ха-Ха! Я же сказал, что возьму то, зачем пришел. — Он поднял корону, повертел в руках, осматривая ее со всех сторон. — Прекрасная вещь. Жаль, что почти бесполезная.

И больше не сказав ни слова, он отвернулся, взмахнув багровым плащом, и отправился к выходу, где его уже ждали верные слуги.

Черный бог будет доволен!

* * *

В дверь, обитую стальными пластинами, кто-то очень громко стучал, так что сотрясались почти все стены Обители.

— Кто бы это мог быть? — шептал старый монах-служка Храма Огня, торопливо направляясь к воротам. — Иду, иду, да что же это такое?

Скрипнул ключ в замочной скважине, и, отворив дверь, монах вышел на улицу. Темные серые тучи низко висели над головой. Холодный ветер трепал кроны растущих ниже на склоне холма берез.

А у дверей никого не было. Старик посмотрел по сторонам — только листья взметал ветер и накрапывать стал мелкий дождик. Никого.

И вдруг у ног на земле он разглядел подслеповатыми глазами какой-то сверток. А из него раздаются мерные звуки. Старик склонился, кряхтя, над ним и развернул ткань.

— Так, что же тут у нас. О, малыш, откуда же ты? Да что же это? О боги! Ребенок! И никого, — он с любовью на морщинистом лице улыбнулся. — Что ж, я позабочусь о тебе, малыш. Как же тебя зовут, а?

'Кенрик' вдруг мелькнуло в его мозгу, и он едва не вспотел, услышав это. Кенрик.

— Что ж, пусть будет Кенрик, — он закутал найденыша в тряпки. — Думаю, настоятель тоже будет рад. О-хе-хе.

И закрыв за собой дверь на ключ, растворился в переходах Обители.

* * *

Так все и случилось. И даже сами могучие боги иногда готовы пойти на жертвы ради жизни людей, особенно если это ребенок, последний в древнем роду. И Вотал, отдав в жадные лапы слуги Черного бога самое ценное, что было у него, не прогадал — и однажды младенец повзрослеет, а возмужав и набравшись сил, отомстит за боль и смерть, что принесли его дому враги. Но это все еще впереди.

Content

Роман Дремичев
АЛЫЙ СКОРПИОН