Владислав Михеев

Неправильный демон

Серия «Наши там» выпускается с 2010 года

© Михеев В. Н., 2018

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2018

© «Центрполиграф», 2018

* * *

Глава 1

– Идея! Идея! И де я нахожуся?!

«Чёрт! Чёрт!! God Damn!!!» Э-э-э, а чего это меня на английский потянуло? Совсем уже крыша поехала. Да от такого она у кого хочешь поедет, но надо срочно приходить в себя.

А какие красивые были рекламные буклеты: самая современная реабилитационная клиника, лучшие специалисты, вирткапсулы последней модели, полный спектр услуг! Подготовительный период перед операцией вы проходите не выходя из дома, в привычной обстановке. Самые современные вирткапсулы обеспечат необходимый спектр медицинских услуг, полную диагностику, которая поступит вашему лечащему врачу, и для вас будет выбран оптимальный способ лечения, в том числе и операционный. Проведите диагностический период с пользой и весело: выберите любой виртуальный мир, и вам будет обеспечен к нему доступ. Приятной игры и скорейшего выздоровления.

Шикарный сайт с фотографиями современной клиники в ближайшем Подмосковье. Любой способ оплаты услуг. Десять процентов от внесённой суммы отправляется на счёт, привязанный к зарегистрированному аккаунту. Стоило только набрать номер, как четверо молодых парней и симпатичная медсестра привезли вирткапсулу действительно последней модели.

Пока ребята устанавливали капсулу и заряжали картриджи расходниками, девушка споро развернула свой чемоданчик, оказавшийся каким-то жутко навороченным медицинским прибором, и подсоединила ко мне датчики. Весь осмотр занял не более получаса, после чего, заполнив электронную медицинскую карту, внесла в настройки уже установленной капсулы изменения и протянула мне небольшую пачку документов на подпись.

Договор на медицинское обслуживание, договор аренды вирткапсулы, договор на последующее лечение и прочее, прочее, прочее. Нет, не глядя я это, конечно, не подмахивал, но читал наискосок – вроде всё было в порядке. Да и фирма хоть и молодая, но уже известная, и лицензия через Министерство здравоохранения пробилась на все заявленные услуги, а там внимательно следят. Лишние скандалы после дела пятилетней давности о мошенничестве, когда министр здравоохранения из министерского кресла отправился на биржу труда, а его зам – в исправительную колонию, не нужны. Так что все документы я подписал и деньги на счёт клиники перевёл: а чего особо думать, уже сто раз думал.

Монтажники и медсестра уехали. А я разделся и лёг в вирткапсулу. Коротко мигнуло окно интерфейса, последовали вспышка, темнота и тревожный зуммер с мигающей алой строчкой «Критическая ошибка. Сброс параметров. Восстановление». А затем: «Переход в автоматический режим. Сброс настроек. Восстановление заданных параметров. Ожидайте…»

Доожидался. Совсем не та игра, в которую собирался играть. Персонаж сгенерирован системой. Кнопка «логаут» присутствует, но неактивна. Какого чёрта вообще происходит? И как объяснение творящейся чертовщины – алое системное сообщение перед глазами: «В результате критической ошибки, вызванной внешним сбоем, капсула перешла в режим автоматического управления. Загружены параметры, рекомендованные по медицинским показателям. Виртуальная Вселенная выбрана в результате медицинской рекомендации, персонаж сгенерирован согласно психопатическим параметрам, характеристики сгенерированы случайным образом. Приятной игры».

Куда уж, блин, приятнее. Нет, я, как любой предусмотрительный человек, ознакомился и изучил множество предложенных вариантов, но в «Лендлордов»-то играть не собирался, а то читал бы гайды[1], а не просто описание игры и выдержки из рекламных проспектов. И, видимо, для полного счастья случайным образом сгенерированный персонаж: раса, которую ненавидят все окружающие, и неизвестно, что делать и куда идти.

Так, спокойнее, спокойнее. Такую же истерику я проходил после несчастного случая. Тут главное отвлечься и заняться делом. А там, глядишь, и выход найдётся. В конце концов, общее представление об игре я имею, да и справка доступна. Информация о сбое в клинику ушла, а это значит, что рано или поздно вытащат, ну а пока будут вытаскивать, будем играть, чтобы не сойти с ума.

Итак, что мы имеем на сегодняшний момент:

«Уровень: 1-й.

Имя: Шакс.

Раса: Демон.

Класс: Князь ада.

Сила: 17.

Ловкость: 18.

Выносливость: 16.

Сила магии: 4.

Устойчивость к откату: 2.

Ментальная выносливость: 3.

Умения: том рас – демоны, расовая мудрость – 2, истинный демон (он же – расовая нетерпимость), магия материи – 3, магия разума – 1, рунная магия – 1, рунный мастер – 1, архимаг – 1, военачальник – 2.

Классовый навык – врата ада».

Цвет флага – тёмно-фиолетовый. Герб – чёрный меч, очерченный красным, пробивает алую магическую книгу.

Чёртов рандом, это же надо было так характеристики раскидать. Не персонаж получился, а не знаю что. В принципе, меня уклон в бойца устраивает, но какого… такой кривой выбор книг? Это получается боец без умений, необходимых бойцу, зато в будущем может стать убермагом, если доживёт, конечно.

Зато с внешностью повезло: система то ли выбрала, то ли сгенерировала вполне приличный персонаж, хоть уродом ходить не придётся. Рост около 180 сантиметров, красноватый оттенок кожи, подтянутое спортивное телосложение, без огромных мышц, но с чётким рельефом. Короткие волосы цвета воронова крыла, разбавленные рыжим мелированием, словно непогасшие угли костра в остывшей саже, уложены в замысловатую причёску, с пробивающейся из-под неё четырёхрогой костяной короной. Облачена аватара в костюм, состоящий из чёрных штанов, заправленных в такого же цвета кожаные сапоги с алыми отворотами, агатового цвета жилета из плотной кожи со сложной вышивкой, искрящейся янтарными нитями, с прорезями, сквозь которые виден алый, в цвет шёлковой рубашки, подклад. На руках тонкие перчатки, поверх которых красуется перстень из чернёного серебра с мерцающим пиропом[2]. Поверх жилета перевязь из багряной кожи. И довершает образ чёрный плащ с кроваво-красным подбоем. Не сказать, что костюмчик в моём вкусе – никогда не любил излишний пафос и клише, но со стороны должно смотреться эффектно.

Глава 2

Не зовите демонов – придут

Разобравшись с характеристиками, я соизволил оглядеться. Вокруг шумел мрачный еловый лес, в свете луны причудливо метались тени, создавая какую-то сюрреалистическую картину, а на земле, покрытой старой слежавшейся хвоей, мрачным бездымным пламенем горела октаграмма, в центре которой и находилась моя аватара.

– Приветствуем тебя, повелитель!

Три фигуры за границей октаграммы, закутанные в тёмные плащи, опустились на одно колено и склонили голову.

Я лишь удивлённо посмотрел на коленопреклонённых людей.

– Приветствуем тебя, повелитель, и смиренно просим о помощи.

Смиренно – это хорошо, значит, обойдёмся без драки, а то сражаться я ещё не готов и к телу не привык, с оружием и магией разобраться бы.

– Чем я могу вам помочь?

– Чернокнижник, милорд. Избавьте нас от него!

– И вы согласны служить демону, чтобы избавиться от колдуна? – неподдельно удивился я.

– Согласны, милорд. Нам больше не к кому обратиться. – В голосах людей сквозила обречённость. – Мы просили помощи у светлых, но нам нечего им предложить, а бескорыстно… А эльфы… эльфы далеко, да и нет им до людей никакого дела.

«Вы получили задание: „Освобождение поселения людей от чернокнижника”, награда неизвестна. Желаете принять?»

Желаем, желаем. Можно подумать, мне есть куда деваться.

Похоже, ничего, нигде и никогда не меняется: светлые в их вечной гордыне не заботятся ни о ком, кроме тех, кто готов безоговорочно почитать их, отдавая себя служению. А если ты не можешь быть полезен тем, кто несёт на своих клинках добро, в идеале не требуя ничего взамен, то и свет ничего не сделает для тебя. Правильное мировоззрение, но зачем тогда притворяться и играть в хороших парней?

А вот мне этим людям есть что предложить, да и замок всё равно придётся отвоёвывать, так что на их предложение я согласился бы в любом случае.

– Я согласен и даже не требую ваших душ, достаточно безоговорочного служения.

Лица людей явно передёрнуло от страха: не думал, что моя улыбка способна вызывать такой эффект. Но если вспомнить, что пару нижних и верхних зубов мне увеличили и заострили, так что получились внушительные клыки, то удивляться не стоит, да и навык «истинный демон» наверняка играет роль.

Шаг за границу ритуального круга с перекошенным от боли лицом. Стоять неудобно, ноги нестерпимо кололо, так же как и левую руку, а для полноты ощущений ещё бросало то в жар, то в холод, потом отпускало, чтобы тут же выстрелить резкой болью. Так всегда в новых играх, но минут через десять закончится, потом при каждом новом посещении минуту-две будет поначалу накрывать – таким образом мозг адаптируется к вернувшимся ощущениям в ногах и работоспособности левой руки. Я обессиленно опустился на землю, до крови прокусив губу. Боль вновь накатила и ушла, а я расхохотался от облегчения.

– Господин?! – У людей страх и недоумение.

– Привал, готовьте завтрак. – Мне самому становится страшно от угрозы, прозвучавшей во вполне безобидной фразе. Зато отпали все лишние вопросы.

Внимательно оглядываю своих бойцов, возящихся у костра с котелком. Рослые фигуры, выправка если не воинов, то охотников; у двоих, что явно младше возрастом, широкие короткие клинки на поясе и арбалеты с запасом болтов. У того, что старше, с тронутыми сединой висками и эспаньолкой, за поясом справа боевой топор, слева небольшой метательный топорик, другого оружия или щита не видно; как по мне, так странный выбор. У всех троих есть в лицах и манерах что-то похожее, наверняка родственники.

Пока они возятся с готовкой, достаю из ножен меч. Настоящее демоническое оружие: большое и нелепое, как таким вообще фехтовать можно? Баланс явно шпажный, при этом бастардный, широкий, чуть закруглённый, фальшионный клинок, приспособленный в основном для рубящих ударов. Какие-то зубцы и выступы, которые точно будут цепляться за доспех и щиты противника, да ещё эти нелепые шипы на яблоке клинка, как бы самому не напороться случайно. Убираю это недоразумение обратно в ножны, а то, не дай чёрт, покалечусь.

Мысленный призыв – и у меня на коленях проявляется тяжёлый чёрный фолиант с застёжками и уголками из красной меди. Нежно пробегаю рукой по коже обложки, чуть касаюсь застёжки перстнем, и с мягким мелодичным звуком книга раскрывается. По мере перелистывания тонких пергаментных страниц хорошее настроение падает всё глубже и глубже, ещё чуток – и рухнет в самые глубины Инферно.

Характеристики заточены на бойца ближнего боя, а вот навыки рассчитаны на мага. Нет, потенциально билд небезынтересный, но мне-то с этим билдом замок захватывать не потом, а сейчас.

Итак, что мы имеем? А имеем мы магию, много магии, наверняка и в заклинаниях должно быть что-то интересное. Но маны на один каст самого простого заклятия. А что потом делать? Расовая мудрость – тоже неплохо, но в перспективе, когда открою другие способности. А сейчас от имеющихся у меня врат ада мне не жарко и не холодно. Чтоб кого-то призвать из пустошей Инферно, мне мало того что надо иметь в армии демонов какого-либо вида, а у меня как-то пока с ними туго, так ещё и где-то души на открытие врат раздобыть надо. Единственное полезное на данном этапе умение – военачальник: в нём и атака с защитой, и уклонение от стрелковых атак, и лидерство с дипломатией, и даже наставник. Хоть с чем-то мне повезло.

Перелистываю очередную страницу и смотрю на заклинания, которые мне достались. С рунной магией не повезло: ни одной руны. Магия материи порадовала двумя заклинаниями, почему-то оба из одной школы: «Оковы летунам» и «Попутный ветер». Магия разума – всего одним: «Иллюзией». Вот и весь скудный арсенал, который на данный момент у меня имелся.

Глава 3

Разговоры и куда они ведут

– Господин, всё готово, прошу.

Седой протянул мне миску с чем-то похожим на мясное рагу с овощами, на вкус очень даже ничего.

– Ну что ж, – зачерпывая первую ложку, я решил сдобрить завтрак разговором, чтобы не терять времени, – поговорим о делах наших скорбных. Во-первых, не зовите меня господином. Это у светлых есть рабы и господа, а у демонов все свободны и все равны в той степени, в которой эту свободу и равенство могут себе обеспечить. Поэтому обращение «лорд» подойдёт гораздо больше, или «милорд», раз уж вы поступили ко мне на службу. А во-вторых, рассказывайте, что здесь и как.

Из рассказа седовласого я понял, что деревня, а точнее, маленький городок, ставший свободным после того, как местный лорд ушёл на войну, забрав с собой почти всех, кто мог держать оружие, жил спокойно. Для того чтобы гонять расплодившуюся нечисть, был создан небольшой егерский отряд, командиром которого седовласый и являлся. Два других воина, пришедшие с ним, тоже были из этого отряда, и, как я и предполагал, приходились ему родственниками: один сыном, второй племянником. Где-то на запад от городка находился замок представительства одного из светлых орденов, которое контролировало весьма существенную территорию, но в их жизнь не лезло. То ли из-за отдалённости, то ли из-за небольших богатств поселения – неизвестно. И вот два года назад спокойная жизнь закончилась: к замку старого лорда прибыл чернокнижник и объявил эти земли своими. Поначалу всё шло хорошо. Новый хозяин распустил егерскую службу городка, зато его отряды, состоящие из чудовищ, навели порядок в округе и даже изгнали водяных элементалей и русалок из реки, открыв судоходство и позволив местным заняться рыбалкой. А потом началось страшное: новый лорд взвинтил налоги, так что жителям почти не оставалось на пропитание, потом забрал почти всю молодёжь и отправился к соседям воевать. Завоевать так никого и не смог, людей потерял, хорошо, что армию вторжения, возвращаясь, на хвосте не привёл. А потом в поселении стали пропадать люди, и пошёл слух, что их похищали и увозили в замок чернокнижника для опытов по выведению и усилению служащих ему чудовищ. А три недели назад чернокнижник нанял нового генерала, который оказался некромантом. Так что теперь не стало покоя жителям и после смерти. Некромант поднял почти все близлежащие погосты, а призванные им существа иногда вырывались за пределы кладбища, сея вокруг страх и ужас.

Чем больше седовласый рассказывал, тем больше мне не нравилась ситуация: где-то по соседству, судя по тому, что поход чернокнижника длился не так уж и долго, есть противник, который не преминет при случае отомстить. Да ещё и светлый орден, для которого проживающий рядом демон – это как красная тряпка для быка. Но это дело будущего. А сейчас передо мной стояла задача взять замок, попутно завалив героя-некроманта с армией нежити. Задача нетривиальная. Радовало одно: после войны чернокнижник не должен был успеть полностью восстановиться: война – дело дорогостоящее, да и некромант, не имея своего замка, с одних погостов сильную армию собрать не должен, хотя проще от всего этого не становилось.

Но начинать в любом случае с чего-то надо, так что пора вставать и двигаться, от сидения на пятой точке дела мои не улучшатся. Собрав хлебом остатки рагу с миски, я скомандовал окончание привала.

Глава 4

«Нормальные герои всегда идут в обход»

За два часа, что мы продвигались по лесу, я успел проклясть всё на свете: создателей игры, которые сделали её слишком реалистичной; егерей, которые мне посоветовали обойти основную дорогу, так как на ней стоит застава и можно наткнуться на некроманта; ну и себя заодно, что согласился на эту авантюру. Еловый лес – это вам не сосновый бор, гулкий, просторный, с отсутствующим подлеском, это три яруса разновозрастных ёлок, поваленные ветром стволы, устремившие вверх копья сухих веток и крючья корней, это сумрак хвои, не пропускающей в своё царство свет. Единственным утешением стала повысившаяся на единицу выносливость. С такими темпами передвижения, имеющимся обзором и полным отсутствием у меня технических заклинаний я решил пренебречь дозором. Слишком велик шанс, что кто-то из ребят нарвётся и погибнет до того, как подоспеет помощь, а юниты у меня – ресурс пока невосполнимый, чтобы просто так ими разбрасываться.

Поэтому на прогалину, продравшись через очередной бурелом, мы вывалились почти одновременно и тут же услышали злобный полурёв-полумычание. Этакую проплешину в лесном царстве для себя облюбовала семёрка минотавров, и стояли они здесь не просто так: по всей видимости, это был почётный караул для то ли памятника, то ли могилы. По крайней мере, это очень было похоже на саркофаг египетских фараонов или средневековых рыцарей, расположенный на величавом постаменте с бронзовой табличкой.

Внимательно рассмотреть саркофаг мне не дали. Отражаясь от деревьев, вновь пронёсся рёв-мычание, и куски дёрна полетели из-под бьющего копыта одного из минотавров, да и у других в глазах разгорался кроваво-алый огонь бешенства. Краем глаза я заметил, как мои егери метнулись в стороны: молодые скидывали из-за спины арбалеты и накладывали болты, старый выхватил топоры: боевой и метательный. Вот только это точно не спасёт, с семёркой минотавров нам не справиться.

И только эта мысль оформилась в голове, как где-то у сердца зашевелился какой-то злой и весёлый огонёк, на лицо выползла злая ухмылка, в сердце ухнула ударная доза адреналина, и кровь быстрее заструилась по венам. Может, из-за этого чувства, которое просыпалось в минуты опасности, я и был одним из лучших каскадёров голофильмов и трюковых шоу, и уж наверняка из-за него я и получил ту травму, которая и привела меня в эту игру. Но эти мысли придут потом, а сейчас из моей глотки вырвался глухой рык: «Пое-э-эдинок!» И, к моему удивлению, шестёрка минотавров остановила разбег, а вожак, удивлённо взмыкнув, шагнул вперёд, поднимая секиру.

В ответ я медленно потянул из ножен меч, ещё даже не понимая, что буду делать дальше, но просто так сдаваться не собирался. Меч с шелестом покинул ножны, а я, скастовав на себя «Попутный ветер» – благо заклинаний не много, и пока я изучал книгу, успел запомнить, – метнулся вперёд. Стремительный рывок, ускоренный ветром, толкнувшим в спину, был прерван широким взмахом секиры минотавра, но в самый последний момент я совершил сальто назад и так ошалел от того, что проделал, что чуть не стал жертвой нового удара. Минотавр невообразимым образом остановил начавшую горизонтальный разгон секиру и ударил по диагонали справа налево. В последний миг я успел нырнуть под этот удар и даже достал противника кончиком меча, оставив тому на плече царапину. Но у меня из головы никак не выходило сальто: такой трюк проделать на неподготовленной площадке, со скользкой травой, да ещё и в боевых условиях… Что-то, видимо, я о параметрах своей аватары не знаю.

Мысль мелькнула и исчезла, мне вновь пришлось уходить от удара и пытаться достать противника, но, несмотря на свою массивность, тот двигался легко и быстро, а огромная секира, у которой, по идее, должна быть невероятная инерция, порхала в его руках, как невесомая спортивная шпага. Новый нырок, пропустить секиру над собой, скользящий шаг вперёд… И с удивлением вижу, как минотавр вновь перекладывает удар, а секира летит в меня уже с другой стороны. Уклониться не успеваю, поэтому делаю единственное, что могу в этой ситуации, – подставляю под удар меч. Клинок с обиженным звоном ломается, остановив сокрушительный разбег лезвий и оставив у меня в руках рукоять со сломанным куском клинка. Подшаг – и вгоняю под подбородок минотавру шип на яблоке рукояти. (И тут же перед глазами всплывает табличка: «Критическое повреждение».) Из груди минотавра раздаётся какой-то жалобный всхлип. Делаю рывок рукоятки назад – и туша быка-переростка заваливается на меня, орошая землю пошедшей горлом кровью. Лишь в самый последний момент успеваю отскочить, отбрасывая бесполезный сейчас обломок, и с удивлением вижу, как оставшаяся шестёрка минотавров опускается на одно колено.

– Ты победил, мы готовы служить, новый вожак.

«Вы выполнили скрытый квест: „Победа над вожаком”. Награда: 400 очков опыта, присоединение нейтрального отряда минотавров. Вы готовы принять в свою армию нейтральный отряд минотавров, численностью 6 особей? Да/Нет».

Естественно, «да». Юниты, тем более такие, мне точно не помешают.

«Вы победили в битве. Получено 600 очков опыта.

Получен 2-й уровень, + 1 к ловкости. Выберите между навыками „Адский огонь” и „Удача”».

«Адский огонь» – отличный расовый навык демонов, он увеличивает силу всех заклятий школы огня на 10 % или на ту же десятку время их действия. При развитии этого навыка, кроме дополнительного увеличения времени и урона, снижаются траты маны. Кругом польза, вот только у меня нет ни одного заклинания огня, и когда они появятся – неизвестно. Поэтому брать его не буду, как-нибудь позже. Сейчас, раз уж мне приходится быть бойцом, возьмём «Удачу», она-то точно не помешает.

Наклонившись, я поднял секиру поверженного минотавра. Оружие было хорошее, отлично сбалансированное, по-своему даже изящное, но точно не для меня, по крайней мере, не с той силой, что есть, инерция будет просто невероятная. Так, конечно, ею тоже можно работать, но я никогда не любил инерционное оружие, хотя и умею им пользоваться. С другой стороны, если там, в саркофаге, не лежит какой-нибудь артефактный клинок, мне в следующем сражении и махать-то нечем будет, так что пока берём. Закинув секиру на плечо, я направился к постаменту.

Взглянув на бронзовую табличку, прочитал весьма короткий текст: «Алорид Горониус. Маг». Видимо, известный был человек, раз о нём и без пояснений всё знали, или наоборот. Закинув секиру наверх гранитной плиты, подтянулся и оказался у саркофага. Оглянувшись назад, заметил осуждение как в глазах минотавров, что было понятно, всё-таки недавно это был объект их охраны, так и своих людей. Но останавливаться на полпути не стал: вдруг там артефакт или сумма в золоте приличная, ни то ни другое мне не помешает. Поэтому наваливаемся на крышку и с усилием её сдвигаем.

Саркофаг на первый взгляд пуст, останков погибшего героя не видно, зато… Медленно протягиваю руку, достаю кошелёк, в котором звенят монеты, опускаю его в рюкзак и становлюсь богаче на 500 золотых. Следом за кошельком извлекаю туго свёрнутый свиток пергамента алого оттенка. С интересом смотрю на сургучную ярко-красную печать в виде языков огня, с хрустом ломаю её и разворачиваю свиток, и тут же перед глазами всплывает сообщение: «В книгу добавлено новое заклинание „Огненная стрела”».

Дьявол, нет, ну что за… Хорошо, что ругался не вслух, а то у моих людей и так боевой дух понизился из-за разграбления могилы давно почившего героя, а если они услышали бы, что их лорд ругается не хуже портового грузчика, мой авторитет упал бы вообще ниже плинтуса. Всё ж таки я не орк и не викинг. Нет, ну и где, спрашивается, была моя удача, отказаться от «Адского огня» и тут же получить огненную магию – лучше бы уж на аукционе свиток продал, хоть денег прилично срубил бы. Ладно, снявши голову, по волосам не плачут.

Подхватываю секиру, спрыгиваю с постамента и командую своему увеличившемуся отряду двигаться дальше.

Глава 5

Чем дальше в лес, тем толще партизаны

Дальше через лес мы шли каким-то подобием строя, снова неожиданно нарваться на какой-нибудь отряд монстров не хотелось – в следующий раз удача может и отвернуться. Поэтому вперёд и чуть по бокам выдвинулись егери с приказом: если что – сразу отходить. За ними двигались минотавры, а я изображал арьергард. Тем более что мне совсем не нравились взгляды, которые на меня то и дело бросали эти бычки-переростки, глядишь, найдётся кто-нибудь, готовый бросить мне вызов, и я его не переживу.

Вдруг старший из егерей поднял руку, призывая остановиться, и вновь махнул, продолжая движение. Из ельника наш отряд вышел на очередную поляну, заросшую огромными грибами, над которыми кружились миниатюрные фэйри.

– Милорд, говорят, если откусить от этих грибов, то можно получить бонус к удаче, действует недолго, но даже на короткий срок она нам не помешает.

– А не потравимся? – решил я уточнить.

– Да не должны вроде.

Уверенности в его голосе я не услышал, но решил рискнуть, местным всё-таки виднее.

Отломил кусочек от гриба и начал его жевать, приказав остальным сделать то же самое. Гриб был безвкусным и пресным, но отвращения не вызывал, и вроде никаких последствий не проявлялось – впрочем, время покажет.

Примерно через час я объявил привал. Время было обеденное, и давно было пора перекусить и отдохнуть, так как, по словам егерей, топать до городка предстояло ещё столько же, а значит, ноги посбивать успеем. Старший егерь с родственниками привычно распределили роли: один ушёл за дровами, второй – к ручью за водой, а старший остался готовить место под кострище. К моему несказанному удивлению, у минотавров припасы на один дневной переход оказались с собой. Второй раз шок я испытал, когда выяснилось, что минотавр – существо вовсе не травоядное, как я думал поначалу, а, подобно медведю, может питаться и травой с ягодами, но и от рыбки и мяса не откажется. Так что передо мной вставала существенная проблема их прокорма: если на ужин их запасов ещё хватит, то что делать на следующий день – это вопрос. Единственное, что приходило в голову, – отправить егерей охотиться.

Ну а пока суд да дело, закончили привал и помаршировали дальше к городку. Хотелось бы добраться до него до наступления темноты, глядишь, там и поужинаем. Порядок передвижения остался прежним: первыми двигаются егери, затем минотавры, ну а за ними присматриваю я, что и позволило не влететь в новые неприятности с ходу. Старший дал команду на остановку, и я выдвинулся к нему. Выглянув из-за еловых лап, обнаружил следующую картину: на прогалине, свободной от подлеска, но закрытой сверху крупными еловыми лапами так, что лучи солнца едва-едва пробивались через них, создавая сюрреалистическую картину кровавой дымки, двигались неясные тени. Наваждение как-то резко отхлынуло, вместе с лёгким ветерком, унёсшим дымку нарождающегося тумана. Картина на поляне обрела чёткость и осмысленность, и она мне совсем не нравилась. Пожухшая охристая трава прогалины как-то резко обрывалась в центре, словно натыкаясь на чёрную обугленную землю, на которой лежал ещё более тёмный неправильной формы камень алтаря, испещрённый желобками-кровостоками. Вокруг него двигались мрачные шафранового цвета скелеты, вооружённые ржавыми мечами и небольшими круглыми стальными щитами. Среди них, словно погонщики в стаде, возвышались фигуры завёрнутых в грязно-серые бинты мумий.

Лёгким хлопком по плечу старший егерь привлёк моё внимание и показал новых участников действия. Из-за какой-то грязно-коричневой горы появились три новых персонажа. Впереди мрачная рослая фигура в фиолетовом балахоне, покрытом серыми знаками, талию очерчивал пояс, составленный из маленьких черепов различных существ. На ремне с одной стороны висел тёмно-коричневый фолиант с большой серебряной застёжкой, а с другой – в чёрных ножнах кинжал с костяной рукоятью, в навершии которого пульсировал гагат.

– Некромант, – услышал я над ухом.

И тут же система услужливо подсветила: «Герой. Имя: Танат. Уровень: 8-й. Класс: Некромант».

За некромантом двигались два зомби, несущие какой-то свёрток. По мере приближения некроманта к алтарю скелеты и мумии выстраивались в какое-то подобие круга. Я уже начал прикидывать пути отступления, как моё внимание привлекли действия, творящиеся у жертвенного камня.

Мумии уложили на него свёрток и развернули его. Некромант достал из-за пояса кинжал, сверкнувший белизной костяного лезвия, сделал шаг назад, и над поляной разнёсся мелодичный речитатив то ли молитвы, то ли заклинания. И я наконец увидел то, что было в свёртке.

Резко контрастируя с камнем белизной кожи, на алтаре лежала девушка, которой суждено было стать жертвой. Я замер, так и не сделав шаг назад, как-то совсем не по-человечески было уйти, оставив её под кинжалом, и пусть она всего лишь набор цифр, всё равно неправильно. А где-то у сердца, так же, как и в бою с минотаврами, заворочалось что-то злое и колючее и закричало-зашептало: «МОЁ-О-О!»

В следующий миг, неожиданно для самого себя, командую общую атаку: егери вылетают на поляну абсолютно бесшумно, опускаются на колено, и в воздух взмывают болты. Обе фигуры, привязывавшие девушку на алтаре, отлетают назад и тут же начинают медленно подниматься. Егери судорожно перезаряжают арбалеты, старший вскидывает руку – и метательный топорик вспарывает воздух, раскалывая черепушку самому расторопному скелету. Шестёрка минотавров с яростным мычанием проламывается сквозь подлесок, секиры очерчивают яркие полукружия, рассекая кинувшиеся им навстречу скелеты и мумии. Я вылетаю следом за ними и вижу, как некромант оборачивается в мою сторону, прервав речитатив, и вскидывает руку, с которой срывается грязно-серая клякса. Взмах секирой – прикрываюсь ею от заклятия. Клякса ударяется в лезвие, и моё оружие осыпается в руках невесомой пылью.

– Дьявол, снова!

Прыгаю вперёд: падение, кувырок, пропускаю над собой ещё одно заклятие, краем глаза замечаю, как грязно-коричневая куча, оказавшаяся кадавром, взвивается в гигантском прыжке и падает на одного из моих минотавров, погребая его под собой. Встаю и вновь кидаюсь к некроманту. Долговязая фигура резко выбрасывает кисть с зажатым в ней кинжалом, а моё тело, вспоминая рефлексы из реальной жизни, заученно уходит в сторону. Не успеваю жёстко зафиксировать руку противника, одна из ладоней срывается на лезвие кинжала, которое противник постарался вывернуть в мою сторону. Но всё же захват сделан. Резко дергаю руку противника вверх и назад, следую за ней, опрокидывая некроманта на землю, ещё один рывок – и упасть на него. Слышу треск ломаемой кости и втыкаю уже отпущенный некромантом кинжал в спину. Перед глазами вылетает какое-то системное сообщение, которое тут же сбрасываю, чтобы прочитать, когда будет время. Оборачиваясь, вижу, как на меня летит какая-то серая размытая фигура, и поляну заливает нестерпимо белый свет. Вспышка длится пару секунд – и мир вновь играет чёрно-зелёными красками вечернего леса.

Перед глазами всплывает системное сообщение:

«Вы победили. Получено 2000 очков опыта.

Получен 3-й уровень, + 1 к силе. Выберите между навыками „Дань господину” и „Логистика”».

Обессиленно опускаюсь на землю, вроде и бой длился всего ничего, а вымотался, будто фуру разгрузил в одиночку. Вчитываюсь в строчки системки и задумываюсь.

Навык «Дань господину», конечно, хорош, но не сейчас, для его эффективного использования надо иметь приличное количество воинов в отрядах, ну а с учётом того, что в ближайшее время мне огромные армии точно не водить, а вот топать уже приходилось много, да по лесам и оврагам, возьмём «Логистику», может, хоть ноги так гудеть не будут.

Сделав выбор, смахиваю застилающие обзор окна системных сообщений и осматриваю поле прошедшего боя. Взгляд останавливается на старшем из егерей. Надо бы наконец узнать, как их зовут.

– Ну и что это было?

– Вампир, милорд. Соткался прямо из воздуха и к вам, по пути минотавра полоснул по шее.

Вижу тело бычка, окружённого останками скелетов и пары зомби. Горло располосовано до позвонков, и чёрная кровь впитывается в землю.

– Ну вот и пришлось применить последний довод: «Слово жизни» раньше всё равно нас не спасло бы, а тут как раз к месту пришлось.

Раскаяния в его голосе, что скрыл информацию, не слышу, но сил ругаться нет. Сейчас бы завалиться на спину и поблаженствовать, не двигаясь. Но надо собраться – впереди трофеи и жертва чёртова некроманта.

Медленно поднимаюсь, продолжая оглядывать поле битвы. Ещё один минотавр лежит под тушей кадавра, над которой словно поработал гигантский мясник, полосуя ножом. Одни куски мёртвого тела и буро-зелёная жидкость, даже не поймёшь, что представляло собой сие творение во время его нежизни.

Замечаю под ногами тусклый блеск. Нагибаюсь, опасливо разгребая пепельно-серый прах, оставшийся от вампира. На траве лежит небольшое серебряное кольцо-печатка с оплывшим гербом и меч, словно изъеденный кислотой, видимо, ему, как и вампиру, «Слово жизни» на пользу не пошло. Но что-то я сомневаюсь, что среди того хлама, которым были вооружены скелеты и иже с ними, найдётся что-то более подходящее. Поэтому поднимаю и вкладываю в ножны этот вычурный узкий четырёхгранный, лёгкий для меня клинок, что-то вроде кончара XVI века: этакий штык для пробивания доспеха, а по виду трость тростью, даже гарды не видно, зато узорной чеканки по всему клинку хоть отбавляй. Ножны, к невыразимому удивлению, стремительно трансформируются, подстраиваясь под новое оружие, – вот такая удобная игровая условность.

От праха вампира разворачиваюсь к телу некроманта: тот ещё шевелится, что не может не радовать. Наклоняюсь к нему и с каким-то садистским удовольствием, аж самого передёргивает от неправильности ощущений, вытаскиваю из его плеча кинжал. Некромант заходится в диком крике, а передо мной вновь всплывают свёрнутые во время боя сообщения:

«Кровь истинного демона обагрила ритуальный клинок из кости дракона, умершего окончательной смертью. Класс артефакта изменён на редкий».

«Вы получаете достижение „Невольный создатель”. Все творения, вышедшие из ваших рук, получают случайную дополнительную характеристику».

«Ментальная выносливость + 1».

Почему поднялась последняя, не совсем понятно, точнее, совсем непонятно, но дарёному коню в зубы не смотрят. С «Невольным создателем» надо будет разобраться. А то вдруг этот бонус ещё и отрицательным будет, да и не совсем понятно, как трактовать слова «все творения». Ладно, это всё дело будущего, а пока стоит разобраться с кинжалом.

Внимательно всматриваюсь в изменившийся клинок.

«Крис „Демоническая смерть”. Ритуальный кинжал: + 20 % к эффективности ритуалов крови и смерти, + 10 % к эффективности других ритуалов, + 15 % к вероятности срабатывания ритуала. Поражённый кинжалом теряет ману – 10 единиц в минуту. Вечный спутник: не выпадает при смерти владельца, нельзя потерять, украсть».

Кинжал больше не был ослепительно-белым. Чёрное лезвие в три волны. Бороздки долов окружены тускло-алой чеканкой. Изогнутая матово-тёмная эбеновая рукоять с навершием в виде чёрного опалового черепа с огненно-красными прожилками. Красивое оружие, жаль, ножен нет, но ещё обзаведёмся. А пока испытаем его на бывшем владельце.

Вновь наклоняюсь над некромантом и рывком поднимаю его на ноги, с удовлетворением слыша, как он скрипит от боли зубами и даже пытается делать руками какие-то пассы, что вызывает у меня лишь злую ухмылку, маны-то у него нет.

Зато есть пара вещиц, которые пригодятся мне самому. Снимаю с пальца колечко:

«Кольцо предостережения.

Малый артефакт. Кольцо.

Увеличивает „Нападение” и „Защиту” героя на + 2, но уменьшает скорость всех существ в армии героя на – 1».

А некромант был оригиналом: теперь понятно, почему удалось раскатать его войско с такими небольшими потерями. Немёртвые и так скоростью не блещут, а с таким замедлением, да против моих скоростных юнитов…

Повторять за некромантом не будем. Поэтому кольцо отправляется в сумку, туда же, где лежит не определённое кольцо вампира.

Но колечко оказалось не единственным трофеем.

«Амулет некроманта.

Реликвия – Ожерелье.

Снижает затраты тёмной энергии на поднятие нежити на 10 %.

Часть набора „Объятия смерти”».

Неплохой для некроманта амулет, но для меня абсолютно бесполезен – в сумку к уже имеющимся. При случае продам.

Ну и напоследок снимаю с пояса кошель с 1000 золотых.

Пока разбирался с трофеями, Арнис (я всё-таки узнал, как звали моих егерей: старшего – Арнис, его сына – Дакон, а племянника – Лукан) отвязал от алтаря жертву.

К крайнему удивлению, девушке даже не пришлось помогать подняться: мягким грациозно-кошачьим движением она словно стекла с алтаря, представ перед нами в своём естественном великолепии. Матово-белая, словно мраморная, кожа, плавные округлости бёдер и грудь третьего размера, изящные лодыжки и тонкие кисти. Короткие белые волосы, обрамляющие красивое лицо с коралловыми губами и пронзительно яркими зелёными глазами. Она была настолько великолепна, что я не сразу заметил короткие клыки, выступающие из-под нижней губки, и небольшие острые рожки, теряющиеся в каре волос.

На моё войско девушка произвела такое же невыразимое впечатление: все замерли, забыв о делах, а в воздухе ощутимо повисло какое-то липкое горячее напряжение.

– Р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-ра, МОЁ!!! – Я сам не понял, как из горла вырвался резкий утробный рык, заполняя собой поляну.

И тут же все словно ожили, да и с меня схлынуло наваждение.

– Господин, можно мне забрать свои вещи и одеться? Или вам так больше нравится? – И эта стервочка игриво крутанулась на месте, демонстрируя все свои прелести.

– Оденься.

Демоница, мягко покачивая бёдрами, удалилась куда-то в сторону. А я излишне резко толкнул некроманта к алтарю и скомандовал Арнису: «Укладывай!»

Тело в сером балахоне было водружено на чёрный камень алтаря, а я, повинуясь какому-то внутреннему чувству, не иначе как подсказанному системой, поднял кинжал и резкими быстрыми движениями, вспарывая ткань на теле служителя смерти, начал чертить простую фигуру, состоящую из двух пересекающихся треугольников, а потом резко вогнал крис прямо в сердце.

В меня ударила волна безбрежной силы, но при этом передёрнуло от какого-то затхлого запаха мертвечины, пробравшего до костей. И тут же перед глазами выскочил ряд сообщений:

«Вами изучен ритуал малого жертвоприношения (0 маны, время ритуала от 30 сек. до 1 мин. в зависимости от используемых реагентов и условий, 10 % шанс на восстановление случайным образом маны или жизни. Использование алтаря повышает шанс до 25 %)».

«Вами получено достижение „Ритуалист”. Все ваши ритуалы получают 3 % к эффективности».

«Резерв маны восстановлен полностью. Маны 40 ед.».

Глава 6

«Дорогой длинною, погодой лунною»

К сожалению, больше трофеев с армии некроманта получить не удалось. Не назовёшь же трофеями ту груду ржавого железа, что насобирали минотавры с во второй раз умерщвлённых тел. Хорошо хоть, все эти останки хоронить не пришлось – тела просто истаяли.

Разобравшись с собранной кучей ржавого хлама и решив оставить его здесь, я собрал своё едва отошедшее от боя воинство. И только умудрился вновь построить его в какое-то подобие походной колонны, как от того места, которое до битвы служило лежбищем кадавру, появилась суккуба. Если то, во что она была одета, и являлось одеждой, то её назначение было показывать, а не скрывать. Ну а назвать это доспехом мог бы, наверное, только геймдизайнер или продавец секс-шопа.

Я вновь рыкнул на своих бойцов, чтобы отвлеклись от созерцания донельзя довольной собой суккубы и начали движение. Себе же позволил насладиться этим зрелищем сполна. Демоница была облачена в высокие блестящие лаковые сапоги до середины бедра, хотя сапогами в полном смысле слова они не являлись. Уже от икры вверх поднималась сложная конструкция из переплетающихся ремешков с серебряными пряжками, призванная скорее подчеркнуть красоту женской ножки, чем защитить её от чего бы то ни было. Жёсткий короткий корсет тёмной кожи, усеянный стальными заклёпками, не скрывал подтянутого животика, зато приподнимал и без того высокую грудь. Шею охватывал тонкий ошейник с заколкой в виде языков пламени. Руки были затянуты в перчатки до локтя, с шипами на запястьях. Ну и довершала картинку короткая кожаная юбка и два ремня, крест-накрест перехватывающих узкую талию. На одном из них закреплено что-то вроде китайского жуаньбянь, а по-простому боевая цепь. Короткая, оплетённая сложным узором из красных, жёлтых и оранжевых ремешков рукоять. Семь стальных, отливающих красной медью звеньев, соединённых кольцами, и хищное остриё в виде четырёхгранного жала со стальными, остро отточенными лезвиями граней, способное как колоть при резком броске, так и резать при хлещущих ударах.

Поравнявшись со мной, суккубочка обернулась вокруг своей оси, демонстрируя, что наряд соблазнителен со всех сторон, и, скромно потупив глазки, пристроилась рядом.

Дальнейшее путешествие прошло, к моему удивлению, вполне спокойно, хотя ноги пришлось поломать изрядно, в том числе перебираясь через небольшой овраг с текущим по нему ручьём.

Во время пути я пообщался с демоницей, выяснив, что зовут её Искранитал, для себя сразу же сократил до Искры. Оказалось, что на замедляющем войска амулете моё везение с некромантом не закончилось: до встречи с рейдом из Инферно, которым и командовала Искра, армия некроманта была гораздо сильнее и больше. В столкновении с демонами, прошедшими спонтанным порталом из пустошей, некромант потерял две трети своей армии и самых сильных юнитов: лича и ещё трёх вампиров, да и кадавр порядком пострадал, зато смог захватить предводительницу отряда. Что за обряд он собирался проводить, суккуба не знала, но язвительно намекнула, что он наверняка должен был быть гораздо более эффективным, чем то, что проделал я. Мои самодельные камлания, как она их назвала, годились только для применения в бою на низших существах, чтобы экстренно пополнить ману или жизни, тут уж как повезёт. А от принесения в жертву целого героя можно было бы добиться гораздо большего эффекта. Сообщать ей, что у меня и этот-то ритуал получился по воле случая и то, скорее всего, благодаря алтарю и неожиданно созданному ритуальному кинжалу, не стал, мало ли.

Выходит, пока мне просто везло: сначала с минотаврами и вызовом на поединок, а потом с рейдом из Инферно – не будь его, раскатал бы меня некромант по поляне ровным слоем. Главное, чтобы везение в самый неподходящий момент не решило повернуться ко мне филейной частью.

Так за разговорами и размышлениями незаметно закончился лес, и мы наконец выбрались на дорогу. А впереди замаячил родной городок моих егерей. Отряд в ожидании вечернего отдыха заметно приободрился и зашагал быстрее, стремительно сокращая расстояние, оставшееся до поселения.

Городок встретил нас громкими и частыми хлопками запирающихся дверей и ставней. То ли жители приняли мою армию за отряд чернокнижника, увидев в составе войска минотавров, то ли на них так действовало моё демоническое происхождение вкупе с расовой нетерпимостью, но улицы города пустели с пугающей скоростью.

Мы быстрым темпом двигались через город, попутно осматривая кривые, мощённые серым булыжником улочки, зажатые меж двухэтажных домиков. Никто не лил на нас помои из окон вторых этажей, как можно было бы ожидать от средневекового городка, и улицы поражали неестественной чистотой, напоминая, что это всё же игра, а не оставленная за стенками вирткапсулы реальность.

После недолгих блужданий – городок не отличался большими размерами – Арнис вывел нас на противоположную его сторону к большому особняку, прячущемуся за увитой плющом изгородью. Миновав символические ворота, мы оказались на небольшой площадке перед домом, где и оставили минотавров, а с ними Лукана, Дакона и Искру с наказом следить за нашим воинством, чтобы те чего не натворили.

Зайдя в просторный холл особняка, Арнис двинулся по лестнице на второй этаж к дубовой двери, ведущей, как оказалось, в просторный кабинет с массивным письменным столом, за которым сидел невысокий полный мужчина в коричневом камзоле с золотой цепью на шее. Система одновременно со словами Арниса, представившего этого человека, услужливо подсветила: «Брин Трекол. Бургомистр Баэльбэга. Уровень???»

Вообще странно эта система работает: информации выдает мало и не всю, а то и вообще не выдаёт, ну или я что-то делаю неправильно. Надо бы на досуге с этим делом разобраться.

А с названием этого городка достаточно забавная история. Есть у меня друг, поклонник всего ирландского, в основном, конечно, виски и гиннеса, но также легенд и преданий Изумрудного острова, ну и чуток языка. Так он эти свои знания вдалбливал во всех своих знакомых с упорством, достойным лучшего применения. Так вот, Баэльбэг с ирландского, если не придираться к произношению, означает «маленький городок». Видимо, с фантазией у того, кто прописывал эту локацию, было туго, либо ему уже надоело выдумывать новые имена.

– Приветствуюссс, – не поднимаясь с кресла, произнёс бургомистр Маленького Городка. – Чем могусс помочь?

Ни испуга, ни почтения в голосе не было. Да и ведёт он себя неправильно, если на то пошло. Жители разбегаются кто куда при виде меня, великого и ужасного, а этот хамит, хотя и под маской вежливости.

Поэтому, недолго думая, я пододвинул к себе кресло, так что оно противно проскрежетало по наборному паркету, и уселся напротив бургомистра.

– А мне казалось, это я должен вам помочь. Или вы уже решили проблему чернокнижника?

Бургомистра явственно перекосило, то ли от моей бесцеремонности, то ли от того, как я обращался с его мебелью, а может, от всего, вместе взятого.

Арнис же застыл каменным истуканом, будто его этот разговор не касался.

– С той армией, что там за окнами? – В голосе бургомистра явно слышалась насмешка. – Да васссс ещё на подходе к замку отправит в небытие кто-нибудь из слуг лорда, да тот же некромант Танат. А потом и к нам заявится.

Я лишь вернул бургомистру его усмешку и, выудив из поясной сумки, бросил на стол амулет некроманта.

– Эту проблему я уже решил.

Перед глазами всплыло очередное сообщение:

«Вами выполнена часть квеста „Помощь Баэльбэгу”. Выполнение 1 из 3. За разъяснениями обратитесь к бургомистру Баэльбэга».

– Прошу прощения, князь… – Бургомистр сделал паузу.

Значит, мой класс ещё и титулом считается – оригинально. Не услышав от меня имени – а не заслужил ещё, нечего было хамить при встрече, – бургомистр продолжил:

– …Что сомневался в ваших силах. И всё же не думаю, что вам по силам избавить наш городок от чернокнижника. Поэтому у меня есть для вассс задание, которое будет вам под силу, раз вы смогли справиться с некромантом. Естественноссс, оно не останется неоплаченным.

– Продолжайте, бургомистр. Продолжайте.

– Как вы, наверное, уже знаете, – кивок в сторону Арниса, – нам последнее время очень докучают мертвецы, поднятые убитым вами служителем смерти. Поэтому мы были бы безмерно вамссс благодарны, если бы вы согласилисссь уничтожить заставу скелетов, расположенную на дороге, и упокоить разбуженных некромантом мертвецов обратно в склепе.

«Бургомистр Баэльбэга предлагает вам задание „Помощь Баэльбэгу”. Необходимо уничтожить немёртвых, досаждающих жителям Баэльбэга: заставу скелетов, склеп. Награда за выполнение задания: 1500 золотых, договор о взаимопомощи с жителями Баэльбэга, вариативно. Степень выполнения задания 1/3. Желаете принять? Да/Нет».

На миг задумался и нажал «да». Лицо бургомистра посветлело.

– Спасибо, князь, спасибо. Город будет вамссс безмерно благодарен. – Он почти выталкивал меня из кабинета. – Поскорее приступайте к выполнению.

– Что, и переночевать не дадите? – Добавил в голос максимально возможное количество иронии и угрозы.

Лицо бургомистра вновь скривилось.

– Отчего жессс, отчего жесс. Можете переночевать прямо на площадиссс. Уж извинитессс, для ваших минотавровссс места у меня нетссс. Дассс, нетссс. А вассс никтоссс в дом пока не пуститссс. Дассс. Не пустятссс.

Видимо, от волнения небольшое сипение в речи бургомистра заметно усилилось. И это звучало так забавно, что я даже не понял, как ему удалось вытолкать меня на улицу. И уже напоследок, когда дверь в особняк почти захлопнулась, из-за неё прозвучало:

– Можетессс переночевать в гостевомссс домике.

Глава 7

«Проснись и пой»

Гостевой домик оказался крохотным строением в яблоневом саду рядом с особняком. Одна комната, чердак и сени. Мне, как князю и лорду, досталась комната, суккуба предпочла чердак, что меня несколько удивило, ну а Арнис со своими разместились в сенях, на всякий случай установив дежурство.

Пока не улеглись спать, я выделил егерям десяток золотых для закупки припасов на сегодняшний ужин и завтрашний день, а сам с какой-то мстительной злостью разрешил минотаврам срубить несколько деревьев на организацию костров и лежанок. И с удовольствием и одновременно с тщательно загнанным в самый тёмный уголок души сожалением смотрел, как широкие секиры моих воинов валят яблони.

Утро застало меня злым и невыспавшимся. Всю ночь снился один и тот же кошмар: я пытаюсь выйти из игры, нахожу кнопку логаута, а та, словно обезумевший норовистый конь, мечется по всему экрану, убегая от курсора. А потом из тьмы появляется дракон; я не вижу его, но почему-то уверен, что это именно он, и огненное дыхание, опаляя жаром кожу, устремляется к кнопке «выход». Я просыпаюсь на мокрых смятых простынях, чтобы вновь провалиться в тот же кошмар. Под утро мне даже стало казаться, что в темноте я слышу железную поступь дракона: дзанг, дзанг, дзанг. Лишь сбросив наваждение сна, понял, что звуки идут откуда-то снаружи.

С трудом и в то же время с облегчением поднимаюсь с кровати, а в комнату влетает Дакон:

– Милорд, там эти, минотавры. Они вновь требуют поединка.

– Дьявол, они хотят поединка – они его получат.

Раздражение било через край, страх привычно ушёл куда-то на самый край подсознания, как перед исполнением опасного трюка, на который до этого никто не решался. Видимо, это почувствовал не только Дакон, выходя на улицу, в сенях я не встретил никого из егерей, суккуба тоже уже куда-то подевалась.

Тройка минотавров стояла полукругом у края площадки и равномерно била рукоятками секир о сталь нагрудной брони, именно звук этих ударов и разбудил меня. Почти по центру площадки стоял четвёртый, широко расставив могучие ноги и мерно покачивая лабрисом[3].

Я потянул кончар, злость и раздражение требовали выхода, и я собирался загнать их вместе со стальным клинком в глотку этому быку-переростку, осмелившемуся бросить мне вызов. Меч покинул ножны, я медленно и плавно двинулся по кругу, выбирая момент для начала атаки, краем глаза успев заметить егерей, занявших стратегически важные позиции на крышах домов и направивших свои арбалеты на минотавров. Хотелось думать, что и суккуба где-то там. Мы медленно сближались: хотя полубык не сделал ни шагу, зато я шёл вокруг него по всё сужающейся спирали, выписывая кончиком клинка замысловатые фигуры.

Минотавр неожиданно качнулся и завалился ничком. Из его спины торчало короткое древко джерида[4]. И тут же дождь дротиков ударил по площади, заставив остальных бычков метнуться к стенам домов, уходя с открытого пространства. Я же бросился вперёд и, проскакивая мимо своего противника, от всей души врезал ему носком сапога по голове, тот лишь как-то приглушённо простонал и отключился. В падении я подхватил дротик, тут же метнув его в одного из вылетевших на площадку кентавров, – вряд ли убил, но ранил точно. А поднимаясь, увидел, как на брусчатку падает пронзённое несколькими болтами тело грифона, на которого тут же откуда-то сверху обрушился Арнис.

Брошенный в небо взгляд заставил метнуть «Оковы летунам». Серая пикирующая глыба горгульи резко сменила траекторию полёта, это длилось всего секунду, но выправить полёт она уже не успела, врезавшись в один из домов, и, теряя обломки крыльев, обрушилась на мостовую.

– Живые, мне нужны живые. Плачу пять золотых за каждого пленника! – Мой голос накрыл всю площадку, на секунду заставив притормозить атакующих кентавров.

И тут же часть из них вспыхнула от брызжущего из-под ног пламени и заметалась, внося сумятицу в ряды остальных (уже после боя я узнал, что так сработали «Огненные ловушки», одно из заклинаний, которыми владела Искра). Добавили хаоса и опомнившиеся минотавры, наконец пустившие в ход топоры. Рванувший на меня седогривый кентавр вскинулся на дыбы, грозя затоптать передними копытами, и тут же получил удар кончаром в закрытое сталью доспеха брюхо. Четырёхгранная игла клинка с треском проткнула доспех и вошла в плоть получеловека, а я, оставив клинок в брюхе, откатился, чтобы не оказаться погребённым под падающим телом.

И только успел вскочить, как на кентавра обрушилось тело ещё одной горгульи, видимо пикировавшей на меня, но промахнувшейся. Молодой человекоконь, замахнувшийся дротиком, вдруг затормозил и медленно опустился на колени – обвивший его шею жуаньбянь притянул голову к земле, а с вскинутой руки Искры сорвалась «Стрела хаоса», ударив в горгулью, к которой уже мчались два минотавра, вскидывая над головой секиры, – тут тоже всё было кончено.

«Бой окончен. Получено 3200 очков опыта. Получен 4-й уровень. + 1 к силе магии. Выберите между „Лидерством” и „Защитой”».

Выбор был бы сложным, произойди это чуток позже, а в данный момент он был очевиден: «Лидерство» – навык очень и очень полезный, но с тем количеством войск, что есть у меня, как-нибудь справлюсь и без него, а вот «Защита» сейчас будет максимально полезна, глядишь, больше бойцов из отряда в переделках выживут, опыта поднаберутся, и будем воевать не числом, а умением.

Осмотревшись, убедился, что поле боя осталось за нами малой кровью, никто, кроме зачинщика утреннего переполоха, не пострадал. Я отдал приказ минотаврам собрать всё оружие, глядишь, пригодится, а Искре – связать пленных. Сам отправился к поверженному мной кентавру забрать меч. И недоумённо застыл над его телом. Кончар оказался повреждённым: сначала, неудачно попав под убитого, не давал ему окончательно упасть, а когда на него обрушилась промахнувшаяся по мне горгулья, клинок не выдержал общего веса и просто-напросто согнулся. Я стоял, пялился на эту картину и про себя грязно матерился – это было уже третье исковерканное оружие за те сутки, что нахожусь в игре. Смачно сплюнув на начавшие таять тела, я развернулся и отправился к куче железа, которую собирали с поверженных врагов мои воины. Ничего особенного среди собранных образчиков средневековых клинков не было, поэтому подобрал себе два более-менее приличных ятагана и на всякий случай ещё один джерид, хотя и не был поклонником метательного оружия.

Выбрав клинки, пошёл посмотреть на улов суккубы. Пленников оказалось трое: тот, который был взят в плен самой Искрой, ещё один пленён Арнисом и плюс подранок, которого записали на мой счёт. Видимо, самый первый, в которого я метнул джерид. Не задумываясь, расстался с десятью золотыми, вручив их счастливчикам.

– Арнис, приведи бургомистра. Надо куда-то сложить трофеи и запереть пленников до нашего возвращения. И готовьтесь к походу.

Раздав указания, вернулся к начавшему приходить в себя минотавру, сунул руку в инвентарь и, достав оттуда крис (надо всё-таки озаботиться ножнами), склонился над своим соперником.

– Жить хочешь? – В моём голосе появилось совершенно неожиданное для меня самого, пробирающее до самых печёнок змеиное шипение.

Минотавр обречённо кивнул.

– Больше предупреждать не буду.

И крис медленно, почти невесомо очертил на груди минотавра фигуру малого жертвоприношения. Не то чтобы мне его было жалко, но просто так терять боевые единицы не хотелось.

Прибежавший бургомистр был явно напуган, а потому все приказы выполнялись быстро и чётко. От вчерашнего пренебрежения не осталось и следа. Все трофеи снесли в подвал особняка градоначальника, туда же, только в соседние помещения, определили пленников. Минотавра споро перевязали, залив рану какой-то жутко пахнущей жидкостью, и выделили местечко, которое позволяло наблюдать за заключёнными.

Ну а я со своим поредевшим на одного минотавра войском двинулся опять через весь город к заставе скелетов: выполнять полученное от бургомистра задание.

Глава 8

«И вечный бой! Покой нам только снится»

Довольная собой Искра догнала меня, возглавившего походную колонну. Плетущийся позади своего отряда герой в городе выглядел бы странно, поэтому присматривать за не вызывавшими доверие, хотя и отлично показавшими себя в битве минотаврами отправлены были Лукан с Даконом. Арнис же остался позади меня, чтобы, как только выйдем за город, возглавить колонну.

Посмотрев на довольно, хотя и хищно, улыбающуюся суккубу, решил ещё больше улучшить её настроение, ну и заодно усилить свой отряд. Тем более что в этом неожиданном бою она показала себя с великолепной стороны. А потому, сунув руку в инвентарь, выудил оттуда колечко, снятое с некроманта, подбросив его в воздух, проследил за заинтересованным взглядом демоницы, поймал и перебросил ей.

– Носи, дарю, с условием обмена на другой подарок со временем.

Отдавать колечко навсегда не хотелось, и не потому, что было жаль. Но сейчас она не командует отрядом, и отрицательный бонус не действует, а вот потом он будет весьма некстати. С другой стороны, просто так забирать подарок тоже было бы неправильным.

Искра, поймав кольцо, надела его на палец, отставила ручку, любуясь затейливой резьбой и переливами синего и красного обода, и вдруг кинулась мне на шею, чуть не опрокинув на мостовую, впилась в губы поцелуем, да таким, что от зависти, наверное, померли все мужики, наблюдающие за нами через щели в закрытых ставнях.

Как мало, оказывается, надо некоторым девушкам: подарил колечко – и уже поцелуй, а вчера в комнату так и не заглянула.

За размышлениями не заметил, как вышли на дорогу и ускорили шаг. Егерей я отправил на разведку, не хотелось вступать в бой с ходу, – хотя моя армия и показала себя на редкость боеспособной, но лучше всё же подготовиться, чем потом кусать локти. Сам же опять сдвинулся в конец колонны, предпочитая наблюдать за минотаврами сзади: не то чтобы я прям уж так боялся удара в спину, но предпочёл перестраховаться.

Не знаю, то ли помогла взятая мной «Логистика», то ли просто по дороге идти было проще, чем продираться по дебрям, но до заставы мы добрались, не успев даже проголодаться. В бой, как и предполагалось, сразу не полезли. Оставив минотавров с суккубой в придорожном леске, мы с егерями поднялись на небольшой холм, с которого хорошо просматривался весь лагерь нашего противника.

Грозной крепостью и неприступным редутом застава не выглядела, да и её защитная функция была сомнительна – скорее она просто перекрывала и контролировала тракт. Невысокая стена с распахнутыми в сторону городка воротами. На противоположной стороне решётка в воротах была частично опущена, а на дорогу обращена наблюдательная вышка. Да и частокол с противоположной от городка стороны был повыше и срублен из более толстых ёлок. Внутри охранного периметра вырастала ещё одна стена, высотой в человеческий рост, одним концом упирающаяся в общую ограду, а другим – в небольшое строение вроде сарая или склада, крытого дранкой.

С выбранного нами места было видно два десятка скелетов, мерно шагающих вдоль частокола. Вооружение у них было абсолютно разномастное: от старых ржавых мечей со щитами до копий и двуручных топоров. На вышке, к моему удивлению, стоял человек, а на её крыше расположилась горгулья. Ещё один человек сидел, привалившись к столбу проёма ворот, и явно скучал. Судя по всему, он отвечал за проход-проезд, а может, и за сбор дани или пошлины.

Что располагалось за стеной и в самом строении, с нашего наблюдательного пункта не было видно, но наверняка там находился ещё кто-то. И хорошо, если это всего лишь зомби или мумия, хотя с другой стороны, вампиры днём будут не так уж страшны, да и личи не любят солнца, хотя оно им и не вредит.

В сильного юнита там я не слишком верил. Если следовать логике игр, это должна была быть первая встреченная мной на пути армия, не вздумай я по совету Арниса двинуться, как всякий нормальный герой, в обход. Следовательно, даже на невозможном уровне она должна быть проходима, пусть с потерями, но проходима. Поэтому будем рассчитывать на то, что там засело ещё сколько-то скелетов ну и парочка зомби или мумий, чтобы не расслабляться.

План сложился как-то сам собой. Атака с двух сторон, при этом Искра должна перекрыть выход из домика, перехватывая и уничтожая всю нечисть, что оттуда полезет. А чтобы наверняка полезла, я собирался запустить в деревянную крышу «Огненной стрелой», моей силы магии как раз должно было хватить, чтобы занялся небольшой пожар. После чего присоединяюсь к тем, кому требуется помощь. Лукан с Даконом снимают людей на вышке и у ворот, а также занимаются горгульей. При этом людей требовалось взять по возможности живьём: языки не помешают, да и кто этого некроманта знает, вдруг ещё переродятся после смерти. Ну а дальше они уже должны действовать по обстоятельствам. Со скелетами разберутся минотавры, даже троих чудовищ должно было хватить против десяти самых низкоуровневых бойцов некроманта. Арнис остаётся в засаде и при необходимости вступает в бой там, где что-то пойдёт не по плану.

Дал всем полчаса на подготовку, а сам пополз к домику, сигналом к общей атаке должна была стать моя «Огненная стрела». Слава богу, лес подходил почти к самой дороге, а оставшееся пространство заросло довольно высокой травой, так что моё передвижение осталось незамеченным.

Рывком поднявшись из травы, вскинул руку, и «Огненное копьё» вонзилось в крышу строения, тут же вспыхнув ярким пламенем. Горячие искры и куски дранки полетели в разные стороны. А затем события понеслись вскачь: Лукан и Дакон разрядили свои арбалеты одновременно, но почему-то оба в того, кто засел на вышке, пробив тому правое плечо и левое бедро. Минотавры с рёвом проскочили расстояние, отделявшее их от скелетов, и живым тараном врезались в костяшки. Искра стремительным броском оказалась у двери сарая, откуда неожиданно, словно выпущенный из катапульты, огромным прыжком вылетел упырь. И только суккуба развернулась к нему, раскручивая цепь, как в проёме показалась мумия. Спас положение Арнис – его топор ударил в грудь забальзамированного трупа, а сам он со вторым прикрыл Искру, связав боем ничуть не пострадавшую от застрявшего в груди топора мумию. Искра, раскрутив жуаньбянь, хлестала остриём что-то неразборчиво мычавшего упыря.

Человек, сидевший у ворот, быстро кувыркнулся к сараю, и, обнажая на ходу кинжалы, кинулся к строению, пытаясь уйти с траектории выстрела перезаряжающих арбалеты двоюродных братьев, а выскочил прямо на меня. Достать мечи я не успевал, зато в руке был джерид: резкий выпад в противника, который довольно легко от него уклонился и стремительно сокращает дистанцию с целью дотянуться до меня ножами. Ему это почти удаётся, но я всё же оказываюсь быстрее. Пятка копья, совершив полуоборот, ударяет его в пах, заставив взвыть от боли и согнуться, а от удара по голове древком, совершившим новый оборот, он уже теряет сознание. Больше я не успел ничего предпринять. Братья каким-то образом справились с горгульей, скелеты буквально втоптали в землю атакующие минотавры, мумия рассыпалась в прах после отсечения головы, а жало жуаньбяня оборвало жизнь упыря, пробив ему сначала сердце, а потом превратив голову в ошмётки мёртвой плоти.

«Бой окончен. Получено 1800 очков опыта».

Я обернулся, собираясь отдать приказ тушить постройку. Но пламя, так и не разгоревшись, опало само, не успев причинить крыше существенного вреда. Да уж, с такой силой магии мне только и колдовать, уж лучше махать железом, как-то вернее получается.

Ещё раз оглядел поле боя: минотавры деловито собирали с поверженных противников железо, которое в очередной раз оказалось хламом. Егери, аккуратно связав пленников, уложили их в тенёк, а вот суккуба куда-то исчезла. Впрочем, вскоре её голос раздался из-за частокола, окружавшего постройку:

– Милорд, вы должны на это посмотреть!

Чуть пригнувшись, зашёл в сарай, оказавшийся складом. Похоже, эта застава служила то ли таможней, то ли перевалочным пунктом для товаров и дани. Добычи там было не то чтобы много: три меры дерева, две меры камня, мера руды, мера серебра и по две меры серы и ртути, но для меня и это было неплохо.

– Милорд, здесь гораздо интереснее.

Засмотревшись на добычу, я не сразу понял, что суккубы в пристройке нет, а в боковой стене имеется ещё одна дверца, ведущая наружу. Выйдя из полутёмного помещения, я оказался в загоне, который и огораживал частокол. Загон был заполнен деревянными клетками, в которых сидели люди. И это было действительно интересно.

Сразу отпускать их я не торопился, сначала стоило побеседовать с пленниками, а то вдруг это местные разбойники или те, кто пытался напасть на заставу, хотя и не слишком похоже, но чем архидьявол не шутит. Да и егерям стоит показать, вдруг узнают кого.

Ну и решил, не откладывая дела в долгий ящик, отправиться на переговоры с пленниками. Тем более что они как раз начали приходить в себя, особенно тот, которому досталось от меня.

– Кровью умоешься, рвать тебя на куски будут, ты…

Дальше я слушать не стал, нанеся короткий хлещущий удар тыльной стороной ладони по лицу, на миг ногти на моих пальцах удлинились, превращаясь в изогнутые когти и оставляя на губах рваные раны.

– Искра, мне нужны ответы на кое-какие вопросы.

Суккуба хищно облизнула пухлые губки и вновь сняла с пояса свою цепь.

– Только не здесь. – И я кивком указал на помещение склада, а сам направился ко второму раненому, которого тоже уже привели в себя. Наклонился над ним и спросил: – Жить хочешь?!

От плевка увернуться не успел, поэтому просто вытер его с лица и ухмыльнулся.

– Ты сам выбрал.

Настало время проверить один ритуал, о котором мне рассказала суккуба. На земле крисом я начертил шестиугольник, в него вписал круг, внутри которого – треугольник. Фигура человека была уложена внутрь, в идеале требовалось пробить кисти рук, пригвоздив их к земле, а ноги привязать к каким-нибудь опорам, вбитым в почву, но жертва и так не сопротивлялась, словно загипнотизированная моими приготовлениями. Я склонился над человеком и произнёс пару фраз на незнакомом языке, которые просто заучил со слов Искры, и поднял руку с крисом. В последний момент в груди шевельнулось что-то похожее на жалость и немой вопрос: что же я такое творю? А потом вспомнил, что это всего лишь игра, и загнал крис в грудь жертве. Так же, как в лесу, в меня ударил поток силы и прохладной волной пронёсся сквозь тело.

«Вами использован и изучен ритуал „Малый поток маны”. При первом использовании запас маны восстанавливается полностью. При последующих использованиях запас маны восстанавливается на 30 % от общего, использование алтаря повышает восстановление до 45 %».

Словно почувствовав окончание ритуала, из сарая появилась довольная суккуба.

– Милорд, ваш приказ исполнен.

– Ну и?

Информации было не то чтобы много, но она была интересной. Пленник оказался смотрителем от воровской гильдии в городке. Какие дела были у гильдии и некроманта, он то ли не знал, то ли слишком боялся говорить, но мне это было не так и интересно. Зато он дал полный расклад по заставе: она действительно оказалась перевалочным пунктом для пары шахт, принадлежащих чернокнижнику, а также для торговых караванов, ну и именно сюда старосты пары деревенек свозили свои подати. А отсюда они уже доставлялись в замок чернокнижника. Пленниками были рабы, купленные нынешним лордом этих земель для своих опытов, и несколько мужиков и староста деревни, которые не смогли в срок привезти положенные подати, вот и дожидались своей участи.

Информация требовала как осмысления, так и принятия решения, а потому я отдал приказ готовить обед, а сам решил лично побеседовать с представителем воровской гильдии и пленниками.

Глава 9

«А вдоль дороги мёртвые с косами стоят… И тишина…»

Первым делом взяться решил за пленников, гильдеец пусть подождёт, не люблю хамов. Войдя в загон, ещё раз огляделся: судя по всему, вон в той большой клетке староста со своими мужиками, а в тех трёх, по пять человек, рабы.

Начнём, пожалуй, со старосты, тем более что Арнис его узнал, а значит, разговаривать в присутствии егерей будет проще. Лукан с Даконом открыли клетку и вывели из неё троих, которые тут же бухнулись передо мной на колени. Здоровенных мужиков трясло от страха, и это вернуло меня к размышлениям о бургомистре Баэльбэга, что-то с ним явно было не так.

– Ну и кто из вас староста?!

Одного из мужиков, чуть старше остальных, явственно затрясло ещё больше.

– Вот этот, Корг его зовут, – подсказал Дакон, хотя мне это и так было ясно.

– Да не трясись ты, не буду я вас убивать, пытать тоже не буду, и души ваши мне без надобности.

– А как же… Но клирики же… А церковь…

– Да заканчивай ты причитать: клирики и церковь тебе ещё и не таких сказок понаплетут, чтобы подношения побольше на алтарь нёс и молиться не забывал. – Я позволил себе ехидную усмешку. – Ты мне лучше расскажи, как в клетке оказался.

Рассказ старосты был прост и незатейлив. Их деревенька, со странным названием Крик, должна была поставлять рабочих на лесопилку, а оттуда возить на заставу древесину, и в довесок дичь, ягоды, дикий мёд и медовуху из того мёда. А на этой неделе должного количества харчей они привезти не смогли, и вроде причины для того были, но мужики не без основания ожидали, что слушать их никто не будет. Так и вышло, начальник заставы (тот самый гильдеец) приказал бросить всех троих в клетку, а с ближайшим караваном отправить в замок на суд. Ничего хорошего от этого суда деревенские не ожидали. От разговора со мной, впрочем, тоже.

– Под мою руку пойдёте? – огорошил я их предложением.

Староста яростно закивал, потом отрицательно завертел головой, вновь кивнул и испуганно уставился на меня. Да уж, то ли их так всех чернокнижник запугал, то ли так расовая нетерпимость работает.

– Ну не хотите, как хотите, тогда придётся деревню сжечь, а деревенских – в рабство.

– Нннеее нннадо, а чернокнижник? – Староста даже заикаться от испуга стал.

– А вот он – не твоя забота.

– А с церковью как же?

– А у вас что, и церковь имеется?

– А как же, всё как полагается: деревенька у нас хоть и небольшая, но часовенку поставили.

А вот что делать с церковью, я не знал. С одной стороны, её требовалось снести, я же демон как-никак, с другой, так и до бунта недалеко, перебить-то я их перебью, только вот из трупов пользу извлекать только некроманты умеют. А мне ещё проблему с продовольствием решать, демоны-то не сеют и не пашут, да и охотиться предпочитают на разумных, а не на зверьё.

– А никак. Пускай стоит, успеем ещё этот вопрос обсудить. Ломать – не строить.

Челюсти крестьян отвисли так, что казалось, ещё чуть-чуть – и начнут пыль с земли подбирать. Эк, как их от удивления перекосило.

– А налоги? – пришёл в себя староста.

А вот с этих слов и начался деловой разговор. Разошедшийся староста даже на миг забыл, что перед ним демон, пришлось рыкнуть для острастки. Но сговорились к всеобщему удовольствию, оброк на две недели я им уменьшил наполовину, а потом вновь обсудим и решим. А вот с лесопилкой вышла проблема, работать деревенские не отказывались и возить были готовы в тех же объёмах, вот только для этого необходимо было зачистить лесопилку от охраны, выставленной чернокнижником. Поделать с этим я пока ничего не мог, потому решил отложить проблему до лучших времён, а пока старосту с мужиками отпустил и приказал привести старшего из рабов.

И тут же начались странности. Стоило Арнису выпустить одного, как тот, подбежав ко мне, бухнулся на колено и затараторил что-то на незнакомом языке, да с такой скоростью, что даже система стала давать перевод только спустя полминуты. А он всё частил и частил, говоря, что рад служить младшему из повелителей и проводников, и все воины готовы встать под мою руку, чтобы отдать кровь за младшего.

Этот «младший» так резало слух, что захотелось прибить говоруна или хотя бы заткнуть.

После моего злобного рыка он сбавил обороты и заговорил уже более внятно. Выяснилось, что эти пятнадцать человек – воины племени карадаган пустынь южного каганата. В их жилах течёт кровь какого-то местного демона, а потому они считают себя чем-то вроде младших демонов и постоянно пытаются открыть проход в Инферно, чтобы призвать оттуда повелителей. Иногда у них получается, за что окружающие их очень не любят, а потому истребляют или, как поступили с этими, если берут живыми, продают в рабство. Меня они считают Адыг Сабатом, что примерно переводится как Младший из Повелителей, хотя там скорее главное слово «младший», а Сабат это не то чтобы повелитель, а что-то вроде «указующий путь» или, проще говоря, проводник.

Такое наименование мне не особо понравилось, но компенсировалось тем, что эти пятнадцать человек, вроде как воины в своём племени, хотели мне служить.

«Выполнен квест „Свобода или смерть”. К вам желает присоединиться отряд кочевников. Количество 15. Да/Нет».

Нажал на «да» и отправил кочевников вместе с Луканом вооружаться тем, что осталось от гарнизона.

– Ну что, теперь готов поговорить? – обнажив в оскале клыки, обратился я к гильдейцу.

Стоящая за его спиной суккуба демонстративно полировала коготки, вызывая у разбойника непроизвольную дрожь.

Говорил он много и жадно, но мне постоянно мерещилась в его словах то ли недосказанность, то ли какой-то подтекст. Неоднозначный разговор получился: и вроде договорились о том, что он передаст своему начальству моё предложение о сотрудничестве, и всё равно я остался с ощущением, что где-то меня обошли.

В результате в порядке мелкой мести я отобрал у него оба кинжала и так отправил в лес, пускай до своего начальства пешком добирается. Одни ножны оставил себе под крис, кинжал отдал молодому кочевнику, которому не досталось ничего из вооружения скелетов, второй же кинжал с ножнами неожиданно попросила Искра.

Закончив с разговорами и по-быстрому перекусив, построил свою несколько увеличившуюся армию и отдал приказ выдвигаться к склепу. Троих кочевников оставил на заставе с приказом перекрыть ворота и никого не пропускать до получения других распоряжений. Походный порядок не меняли. Впереди двигался Лукан с Даконом, указывая путь, за ними кочевники, следом трое минотавров, и завершали колонну я с Арнисом и Искрой.

Стоило отдалиться на пару километров от заставы, как Арнис предложил сделать небольшой крюк. Он сказал, что почти по дороге к склепу находится заброшенная шахта, работы в которой начались ещё при старом лорде, а после его ухода довольно быстро заглохли. Предложение показалось интересным, по крайней мере, стоило поглядеть, в каком состоянии она находится и пригодна ли к дальнейшей разработке.

Колонна чуть отклонилась от прежнего курса и двинулась к шахте. В мыслях я уже предвкушал, что с ходу захвачу её, и начал обдумывать, где брать для неё рабочих, но реальность разрушила все мои ожидания. Добрались до шахты довольно быстро, хотя и пришлось замочить ноги, пересекая довольно быстрый ручей, который, по словам Арниса, чуть дальше впадал в реку. Но вот захват шахты, похоже, откладывался.

Арнис, я и Искра обозревали поляну, не покидая кромки леса. Посреди неё возвышался небольшой холм с явно рукотворной пещерой, вглубь которой убегала дорожка рельсов, а перед самым входом лежала опрокинутая вагонетка. Сам вход был заколочен досками, а балки, его поддерживающие, не вызывали доверия, грозя обвалиться на голову неосторожному и любопытному путнику. Но вовсе не состояние шахты останавливало меня от взятия её под контроль, а пятеро джиннов, круживших вокруг. Атаковать я их не решился, лишь вызвал карту и внёс напротив иконки заброшенной шахты комментарий с видом и количеством противника, после чего отдал приказ продолжить движение. И уже через полчаса пришлось ускориться: хотелось добраться до склепа до наступления вечера, ночью воевать с нежитью меня совсем не прельщало.

И вот я снова лежу на пригорке и разглядываю раскинувшееся посреди старых елей и клёнов кладбище. Могилы, поросшие седым мхом, никакой тревоги не вызывают, и сам погост выглядит скорее умиротворяюще, место последнего отдыха, а не рассадник нежити. И лишь склеп в центре всего кладбища диссонирует с общей пасторальной картиной. Старые серые плиты когда-то величественного строения местами потрескались и обрушились внутрь, грозя полностью завалить единственный вход, чёрным зевом уходящий под землю. Старые проржавевшие и перекорёженные решётки ворот лежат на земле, выбитые мощнейшим ударом изнутри. Ни скелетов, ни вурдалаков не видно, хотя здесь, как сказал бургомистр, их должно быть прилично, но самое неприятное – возглавлять всё это воинство должен был, как минимум, лич, а если очень не повезёт, то и архилич. И то, что противника не видно, лишало нас возможности разработать подходящий план атаки. Так что придётся войти на кладбище и двигаться к склепу, а там уже по обстоятельствам, хотя резерв я всё же решил оставить.

Первыми отправил кочевников, честно говоря, их просто было менее всего жалко, может, верхом и со своим привычным оружием они и окажутся хорошими воинами, но пешком и вооружённые абы чем впечатления не производили. Арнис с родственниками остался у границ кладбища, с приказом действовать по обстоятельствам. Искра должна была зайти с противоположной от ворот стороны, ну а я с минотаврами двинулся чуть позади кочевников.

Первые пару минут движения прошли абсолютно спокойно. Повинуясь моим командам, кочевники создали две линии и широким полумесяцем охватывали склеп, на некотором расстоянии за ними мерной поступью двигались трое минотавров, а за ними я, пытаясь рассмотреть противника. Но несмотря на это, атака оказалась для меня полной неожиданностью. Внезапно из-под земли уродливыми цветами вылезли руки скелетов, хватая моих воинов за ноги. А следом могилы взорвались комьями земли, засыпав нас с ног до головы, и из обнажившихся проёмов полезли зомби. Только я успел порадоваться отсутствию вурдалаков, как за спиной раздался жуткий вой и щелчки егерских арбалетов.

Два болта прошили насквозь тушу огромными прыжками мчащегося на меня вурдалака, лишь немного притормозив его движение. Ещё один прыжок, и я ныряю под взлетевшее в воздух тело, сдвоенным движением клинков перерубая его передние конечности, и тут же ухожу в кувырок, чтобы не попасть под задние, которые пронеслись над самой моей головой. Упавшего на землю вурдалака дорубили минотавры и тут же занялись поднявшимися из могил зомби, которых набралось что-то около полутора десятков. Со скелетами с переменным успехом рубились кочевники. Вот в вихре двух клинков – и когда успел раздобыть второй? – скрылась фигура старшего из кочевников, разбивая на отдельные фрагменты пожелтевший костяк восставшего воина. Вот широкий листовидный наконечник копья пробивает тело одного из кочевников, а в следующую секунду его окутывает красноватое сияние, срывающееся с руки самого молодого из воинов пустынь. И раненый кочевник, не замечая смертельной раны, насаживается на копьё, голыми руками сворачивает скелету череп и, выдёргивая из груди копьё, бросается с ним в атаку на зомби, не замечая хлещущей крови. Мои сабли описывают встречные полукружия, отсекая голову очередному мертвяку и оставляя глубокую рану на животе. Изящная фигура Искры взлетает на крышу склепа, и тут же оттуда несётся зелёная зловонная волна, заставляя отшатываться моих воинов. Следом, гремя обрывками цепей, стелящимися прыжками вылетает тройка странного вида огромных вурдалаков, а за ними выплывает высокая мрачная фигура, закутанная в серый изорванный балахон.

И нас накрывает волна дикого страха. Кочевники, бросая оружие и подвывая в голос, бросаются в разные стороны. Глаза минотавров застилает мрачное багровое сияние гнева. А меня самого трясёт от резких перепадов настроения – то всепоглощающий ужас перед фигурой, закутанной в серый саван, то такой же неудержимый гнев, призывающий порвать её на клочки и выпить остатки души, что ещё держат этот костяк на земле. И окружающая картина – словно замедленное чёрно-белое кино: синхронный прыжок странных вурдалаков, плавное движение навстречу им лабрисов минотавров, фигуры егерей, бегущие словно сквозь встречный поток воды.

Вновь гнев красной пеленой застилает глаза, рука медленно вскидывает джерид, и тот, разрезая воздух, врезается в лича, пробивая худощавое тело насквозь. И тут же страх отступает, а с руки Искры срывается огненная струя, багровой рекой окутывая тело немёртвого мага. Приказываю егерям помочь минотаврам, отбивающимся от странных вурдалаков, а сам бросаюсь вперёд, на ходу кастуя на себя «Попутный ветер», и всё же, несмотря на повышенную скорость, не успеваю до конца увернуться от какого-то заклятия лича. Кожу на груди опалило жгучей болью, снимая треть хитов, и тут же клинки ятаганов ударили в лича и отскочили от вскинутого им посоха.

Жуаньбянь Искры выстрелил остриём в спину немёртвого мага, а следом с её руки сорвалась «Стрела праха». Ни то, ни другое цели не достигло, долговязая фигура с лёгкостью уклонилась, и тут же с её посоха сорвался зелёный шар, ударивший в то место, где секунду назад стояла демоница, и возвратным движением в меня устремилось остриё посоха. Пассато сотто[5]. Жало посоха проносится над моей распластавшейся в низком выпаде фигурой, а остриё меча лишь слегка касается иссушенной плоти противника, стремительно отлетающего назад, и тут же его шею охватывает цепь. Резкий рывок, вижу, как голова лича запрокидывается назад, навершие посоха разгорается злым зелёным светом. Клинки ударяют в скрытый под капюшоном балахона череп. Вспышка. Меня отбрасывает назад, волочит по земле и ударяет об одну из надгробных плит, в руках остаются лишь рукояти ятаганов, а мир на миг застилается тьмой.

Почти сразу прихожу в себя, хитпоинты тревожно мигают в красной зоне, кружится голова, а желудок пытается избавиться от своего содержимого, и лишь огромным усилием воли удаётся удержать в себе обед, чтобы не позориться перед своим войском.

«Бой окончен. Получено 3600 очков опыта. Получен 5-й уровень. + 1 к выносливости. Выберите: „Покровитель магов” или „Атака”.

Лимит уровней исчерпан, дальнейшее получение уровней до истечения суток невозможно».

А, дьявол, с уровнями обидно, да и с навыками: нужно и то, и то, но, к сожалению, «Покровителя» придётся отложить, из магов в моей армии только Искра, а вот «Атака» ни мне, ни моим воинам не помешает. Стоило признать, что выиграли мы лишь чудом. Да и потери…

Чёртов лич… Слов не хватало… Я вновь и вновь осматривал поле боя, но ничего не менялось: трупы, трупы, причём не только нежити. Из тройки минотавров выжил всего один, кочевников уцелело семеро, да и то, скорее всего, потому, что сбежали с поля боя и сейчас потерянно возвращались. Егери уцелели все, но было видно, что далось им это нелегко. Лукан сидел, откинувшись на надгробную плиту, и сквозь зубы ругался, когда Дакон, сам с повязкой на голове, накладывал ему на сломанную руку шину. Арнис красовался новым порезом через всё лицо, над ним уже склонился мальчишка-кочевник и кинжалом раскрывал края раны.

– Трупный яд, – пояснил он.

А мальчишка-то непростой, надо к нему приглядеться.

В общем, результаты боя не радовали, но ситуацию уже не переиграешь. Поэтому я отдал приказ кочевникам выбрать себе что-то более подходящее из того оружия, что осталось от нежити, а сам с Искрой решил спуститься в склеп в надежде на богатую добычу.

Глава 10

Война войной, а трофеи оставлять не стоит

Истаявшее тело лича оставило после себя лишь тёмный лучащийся неведомой силой посох. Взвесив дубовую тяжесть в руке, мрачно усмехнулся: такой можно использовать и как боевое оружие, так как пятка посоха заканчивалась тускло-багряным острым жалом, а навершие, в виде чёрного черепа, вполне подходило на роль палицы. Попробовал осмотреть внимательнее, и система подсветила: «Посох лича. Не опознано». Тёмная, злая сила, идущая от символа власти лича, откровенно настораживала, и использовать его в качестве оружия не хотелось, но я всё же решил пока оставить у себя, так надёжнее, да и воевать чем-то надо. Решив таким образом проблему, поманил суккубу и двинулся к провалу входа.

Выщербленные ступени сбегали в темноту прохода, ныряли под арку, выложенную из серого известняка, и раздавались полукруглым залом, стены которого слабо светились от избытка фосфоресцирующей плесени. На старых мшистых камнях можно было заметить обрывки ржавых цепей, а на дальней стене, там, куда не дотягивался свет, в полутьме и пляске теней терялась небольшая ниша.

Мысленно обругав себя, что не прихватил факелы (то ли мне достался какой-то ущербный вид демонов, то ли это общее правило, но живых существ и магических сущностей в темноте я видел прекрасно, а в остальном моё зрение не отличалось от человеческого), отправил за ними Искру, а сам ещё раз огляделся, стараясь понять, нет ли здесь ловушек или засады. Бой, конечно, закончен, но кто его знает.

На первый, да и на второй взгляд ничего такого обнаружить не удалось, хотя по поводу своего умения найти в этой полутьме ловушки я сильно сомневался, а вот засаду засечь должен, да и прятаться здесь негде. Разве что в той тёмной нише притаился какой-нибудь дух, другое существо туда просто не поместилось бы.

Вскоре появилась демоница с пылающим и чадящим факелом: видимо, делали наспех из свежего дерева. По пути к дальней стене, слава архидемонам, ни в какие ловушки не встряли. Да и при осмотре ниши тоже ничего необычного не обнаружилось, лишь небольшой сундук, окованный медью. Попытался сдвинуть его, и, к моему удивлению, он поддался. Если задаться целью, то можно утащить его с собой, только я решил не заморачиваться и посмотреть прямо здесь, что в нём находится. Замка у сундука не оказалось, и крышка свободно откинулась назад.

«Старый ларец позабытых тайн, возьмите 1500 золотых или взамен презренного золота получите 1000 единиц опыта».

Оригинально, и опыт других игр мне подсказывает, что лучше такие сундучки, раз уж их можно унести, складировать где-нибудь в замке, на случай если не успеваешь за сутки набрать лимит уровней. На будущее учтём, а пока раз уж на сегодня лимит уровней я выбрал, возьмём презренное золото.

Ссыпав монеты в сумку, задумчиво посмотрел, как тает сундук, и, взяв у суккубы факел, принялся со всем тщанием обыскивать нишу – какая-то бедная добыча для того боя, что я выдержал, хотелось ещё чего-то. Но ниша была пуста.

– Ага, шатается, – раздался довольный голос Искры.

Она увлечённо поддевала кинжалом чуть качающийся в стене ниши камень. Я, достав свой крис, присоединился к её занятию, и совместными усилиями мы извлекли его из стены. Под камнем обнаружился небольшой тайник, в котором лежал слиток светло-серебристого металла, подсвеченного системой как мифрил. Довольный находкой, я убрал его в сумку, со временем придумаю, куда приспособить, и занялся тщательным выстукиванием всех камней ниши, но повезло опять демонице.

В дальней стенке, в самом неудобном верхнем углу обнаружился ещё один слегка раскачивающийся камень, который пришлось выковыривать уже по очереди, так как вдвоём было не подобраться. Находка под ним вызвала некоторое недоумение – явно полезная вещь, но что с ней делать, непонятно. Небольшая шестигранная серебряная пластинка, абсолютно гладкая с одной стороны, на другой имела рисунок в виде то ли дерева с кроной из трёх веток, то ли трезубца. Символ в тусклом свете уже затухающего факела искристо поблёскивал, словно был нанесён на пластину толчёным стеклом или измельчёнными кристаллами.

«Руна „Альгиз”. Для распознания руны вашего уровня недостаточно».

Похоже, моей рунной магии первого уровня недостаточно, чтобы распознать и применить эту пластинку. Поэтому – тоже в инвентарь до лучших времён.

Какая-то неоднозначная добыча: вроде и мифрил ингредиент из редких, и руна, раз не распознаётся, потенциально сильная, и посох лича вещь явно непростая, только вот пользы мне с них никакой, зато потери – чуть ли не в пол-армии. Одна радость – задание Брина Трекола завершено, поэтому выдвигаемся его сдавать, а по дороге будем думать, что делать дальше.

Переход до Баэльбэга выдался на редкость спокойным и быстрым, так что стены городка показались перед нашими глазами ещё до того, как солнце завершило свой путь к горизонту, а сумерки только-только тронули небосвод. Оставив своих людей в саду перед особняком бургомистра, я выделил Арнису 30 золотых с приказом купить продовольствия и дров, решив на этот раз не портить сад градоначальника, а сам отправился на встречу с бургомистром.

Брин Трекол всё так же восседал в своём кабинете на втором этаже и, посмотрев на меня, не смог скрыть довольной улыбки.

– Как я понимаю, поход был удачным.

– Можно и так сказать, по крайней мере, ваше задание я выполнил.

– Отлично, отлично. – Бургомистр довольно потёр свои пухлые ладони и полез в стол.

Через минуту копошения в нём на поверхности возник кошелёк с монетами и какой-то лист бумаги, а перед глазами выскочило сообщение:

«Вами выполнено задание „Помощь Баэльбэгу” 3/3».

– Это ваша награда, – зачастил бургомистр, – и распишитесь вот здесь.

– Кровью? – не смог скрыть я иронии.

– Зачем же? – поспешно и как-то испуганно возразил бургомистр и подвинул ко мне перо и чернильницу.

Не знаю почему, но мне это показалось неправильным, и, отодвинув письменный прибор обратно к бургомистру, приложил к листку бумаги перстень с пиропом. На миг камень вспыхнул алым пламенем, а по нижней части листа пробежали горячие искры, выжигая рисунок моего герба.

«Вами заключён договор со свободным поселением Баэльбэг о взаимопомощи, при взятии под контроль замка договор автоматически трансформируется в вассальную присягу».

Бургомистр с удивлением посмотрел на чёрные и красные линии, складывающиеся в мой личный герб, перевёл взгляд на меня и, похоже что-то решив для себя, удалился в соседнюю с кабинетом комнату, попросив его подождать. Вернулся он минут через пятнадцать, протягивая мне явно старинный свиток.

В голове промелькнула шальная мысль: не убрать ли его в инвентарь, а позже выставить на аукцион, но потом любопытство пересилило жадность.

«Вами изучено умение „Метка еретика”. Нанесение требует 30 ед. маны. Существо, имеющее метку, получает + 25 % ко всем характеристикам, + 30 % уязвимости к святой магии. Может быть уничтожено повелителем только лишь желанием: действует на расстоянии взгляда, затраты маны 30 ед. Носитель метки может быть обнаружен некоторыми другими существами».

Я неверяще вглядывался в строчки сообщения: это действительно было интересно, даже очень интересно и позволяло вполне прилично усилить моих юнитов, пусть и за счёт дополнительной уязвимости перед всякими святыми заклятиями и молитвами. Жаль, что маны у меня маловато, и откат у заклятья 12 часов, а то прямо сейчас можно было бы поставить эту метку всем кочевникам, как минимум, а так придётся подумать, кого облагодетельствовать в первую очередь, а кого потом.

Довольный, я смахнул сообщение и обратился к бургомистру:

– А теперь у меня будет к вам ряд просьб, и работа не останется без награды…

Вернув бургомистру 450 монет из полученной награды на расходы, довольный собой, я отправился на ночёвку.

Лагерь укладывался спать, суккуба взяла на себя роль командира, наверное, ей тоже не слишком понравилось утреннее нападение, поэтому пара кочевников была назначена в патрули, а в гостевом домике расположились, как и в прошлую ночь.

Но стоило закрыть глаза, как моментально тёмной удушливой волной накатил страх: почему меня не вытаскивают, ведь сигнал о сбое уже ушёл в клинику, и капсулу должны вскрыть, а меня вытащить. Лишь неимоверным усилием воли сумев загнать этот страх как можно глубже, вызвал окно интерфейса и судорожно стал строчить письмо в службу поддержки с требованием объяснить, что происходит и когда меня вытащат. Стоило нажать на кнопку «отправить», и страх отступил, забившись в самые глубины подсознания, а оттуда вылезла куча причин, почему меня до сих пор не спасли. Чтобы окончательно успокоиться, решил почитать справку, но, видимо, день вымотал меня порядочно, так что прочитал не так уж и много, зато наткнулся на пункт о создании точки возрождения и подивился своему везению. А потому решил привязаться пока к этой комнатке, а то топать с места моего первоначального появления до Баэльбэга, если убьют, ну совсем нет никакого желания. Осуществив задуманное, со спокойной совестью окунулся в объятия Морфея.

Глава 11

«Но и утром всё не так, нет того веселья»

Вновь шум с улицы ворвался в мой сон. Предчувствуя неприятности, я вскочил с койки и пулей вылетел из домика, чуть не сбив по пути кого-то из егерей.

Чувства меня не обманули, на площадке перед парадным входом в особняк творилось чёрт знает что: пара трупов кочевников заливала кровью камни мостовой, оставшаяся пятёрка огромными деревянными кольями, явно из того заказа, что я сделал бургомистру, почти прижала минотавров, отмахивающихся секирами, к стене. Оглядевшись, я заметил егерей, нацеливших арбалеты на всю компанию, сзади от домика бежал Арнис, и лишь Искра демонстративно полировала коготки, ехидно поглядывая на меня.

– Какого лешего здесь происходит?! – И вновь я поразился отчётливому, почти змеиному шипению, обертонами игравшему в моём гневном рыке. – Кто зачинщик? – Я уже не рычал, но шипение в голосе проскальзывало всё сильнее, превращая вопрос в угрозу.

Ответа не последовало, если, конечно, не считать за него пальчик суккубы, коготком указывающий на предводителя кочевников, что вчера так лихо работал двумя клинками на кладбище.

Волна гнева, закипая где-то под сердцем, поднимается вверх, практически бросая меня на строй кольев, которые тут же опускаются. Рука выхватывает из ножен крис, и я надвигаюсь на предводителя кочевников, шипя ему в лицо, но этот мой шёпот-шипение слышат все.

– Вашшши жизни принадлежат лишшшь мне, и лишшшь я могу решшшить, кто доссстоин её, а кто умрёт на алтаре.

Рука взлетает ввысь, замирает, а в голове проносится мысль: «Какого я творю, во что превращаюсь?» И тут же её сметает очередной волной поднимающегося гнева: «Это всего лишь игра, и вокруг набор пикселей и символов кода. И раз уж игра сделала тебя демоном, так играй эту роль так, чтобы верили».

Кинжал стремительно несётся навстречу жертве… удар – и кочевник падает на колени, из располосованного горла толчками бьёт кровь, накладывая на камень площади новый рисунок.

– И да не вернуться тебе с пустошей Инферно! – срывается с моих губ.

Резко опустошается и вновь наполняется манобар, а перед глазами неожиданно огненными буквами вспыхивает и тут же пропадает сообщение:

«Высшие заинтересовались вами и вашими деяниями».

Тело предводителя кочевников медленно таяло на серых камнях, а я уже двинулся к следующему. Колья падают на землю, краем глаза вижу, как минотавры ещё сильнее вжались в стену. Шаг – и я стою напротив самого молодого из воинов степи.

– Теперь ты их вождь, и с тебя спрос, ещё одно неповиновение – ваши души будут вечно гореть без права на перерождение. – В голосе всё больше и больше шипения, и кажется, он накрывает всю площадь.

Глаза мальчишки округляются, рука роняет подаренный кинжал, он хочет и не может отшатнуться.

Крис вновь наносит короткий удар в район сердца – не убить, лишь пустить юшку. И тут же к набухающей кровью одежде подношу свой перстень власти, практически опустошая манобар. На миг воин вспыхивает призрачным огнём, одежда становится прозрачной, а на груди, прямо напротив сердца, проступает клеймо моего герба. Раскрытый в беззвучном крике рот – и шаман падает на колени.

– Нарекаю тебя Табором. Встань!

С трудом приходя в себя и пошатываясь от боли, кочевник поднимается, пытаясь сфокусировать на чём-то блуждающий мутный взгляд, а передо мной всплывает табличка с характеристиками юнита. Оказывается, печать действует и так. Зло отмахиваюсь от системки – успею, и так потерял время и бойцов, а за этот день мне предстоит ещё очень много сделать, как минимум отбить замок.

Нет, можно, конечно, побродить по округе, попробовать отыскать ещё квесты. Но, как показал опыт предыдущих дней, награда за них неоднозначна, а вот воинов я теряю, поэтому надо рисковать и брать замок сейчас, а то потом от моей армии вообще может ничего не остаться.

Пока размышлял, успел раздать с десяток приказов и теперь наблюдал, как все вокруг суетятся. Мой план, составленный при взбивании пыли дорог, начал претворяться в жизнь.

Появившийся с кучей помощников бургомистр пригнал телеги с моим заказом, который тут же был распределён между минотаврами и оставшимися кочевниками, и они под предводительством Арниса отправились в лес. Лукан с Даконом остались в городе и должны были выбрать подходящие места, чтобы следить за дорогой к замку. Себе и Искре я оставил самое сложное – проникновение в цитадель чернокнижника, всё как в книжках: два отважных героя тайно проникают в замок злодея и спасают… да в принципе не важно, кого спасают. Но после нанесения метки еретика начался двенадцатичасовой откат, и мне требовалось восстановить хотя бы двадцать единиц маны – совсем без магии в логово противника соваться безумие.

Только вот картина на площади была далека от геройской: на брусчатке мостовой, залитой кровью, егери деловито фиксировали одного из пленённых кентавров. Мрачно смотрю на распятое тело, вращая в руках так и не убранный крис, мне не нравилось то, что я вновь собирался делать, но и совершить это требовалось. Шаг, мозг отключается, а рука сама выводит фигуру «Малого потока маны» на груди кентавра, удар – и вновь прохладная волна омывает меня, наполняя тело лёгкостью и силой, а манобар пополняется на двадцать три единицы.

Рядом, старательно отводя в сторону глаза, стоит бургомистр и протягивает мне выкованный за ночь клинок. Меч получился далеко не таким, как я просил, но всё же лучше и привычнее, чем посох лича, да и для выполнения моей задачи гораздо удобнее. Прямой однолезвийный клинок и корзинчатая гарда, плохое подобие баскетсворда, но что ещё можно было ожидать от почти деревенского кузнеца. Ножны уже привычно трансформируются под новый меч, и я, кивнув Искре, скрываюсь в гостевом домике, чтобы выложить трофеи.

Глава 12

«На стенах стояла охрана, на башнях засели стрелки»

Я лежу на медленно нагревающихся под утренним солнцем камнях, спрятавшись за чёрным валуном, и рассматриваю тёмную глыбу замка: серые мрачные стены, взмывающие вверх башни центрального замка, а шею щекочет ментоловое дыхание прижавшейся ко мне суккубы. Чёртова демоница, и ведь понимаю, что всего лишь набор кода, а всё равно отвлекает, и мысли утекают куда-то в сторону, совсем не туда, куда следует.

Хотя надо признать, разведчик из меня аховый, вроде и большинство строений на виду, и позицию я выбрал подходящую, только толку-то: всё равно не понимаю, что для чего предназначено. А раз так, то хватит разлёживаться, вперёд – глядишь, кривая и вывезет, раньше же вывозила.

Огромная фигура минотавра неожиданно обрушивает свой лабрис на стоящего рядом кентавра и тут же на развороте пытается достать серую статую горгульи. С тревожным клёкотом страж взлетает ввысь, чтобы оттуда обрушиться на предателя. На помощь уже мчатся кентавры и выходящие из лабиринта казармы минотавры, и никто не обращает внимания на две фигуры, проскользнувшие в створ ворот и стремительными тенями мчащиеся к замку.

Одобрительно поднимаю большой палец, суккуба в довольной улыбке обнажает клыки и, сняв с пояса жуаньбянь, исчезает среди построек, в которых чернокнижник селит нанятых юнитов. У неё своя цель, мне же предстоит попробовать взять под контроль замок.

Центральная башня, можно было бы назвать её донжоном, если бы не изящество тонких форм, отличающих её от средневековых земных коллег. Камни стен выступают из кладки неровными углами – это облегчает поставленную задачу. Поднимаю глаза. Не нравится мне часовой, который ходит по стене: стоит ему увидеть меня, человеком-пауком карабкающегося вверх по стене, и я превращусь в подушечку для булавок, нашпигованную джеридами кентавров.

С рук срывается каст, и иллюзорный двойник мчится по двору в противоположную от меня и суккубы сторону к какому-то строящемуся объекту. Часовой замирает, вглядываясь в мою иллюзию, изумлённо трясёт головой, пытаясь понять, почему никто не обращает внимания на бегущего по двору чужака. Но я уже этого не вижу, подпрыгнув, хватаюсь руками за ближайший выступ, подтягиваюсь, ставлю ноги и начинаю подъём. Мне некогда оглядываться назад, бывали скалодромы и посложнее, но как же давно я не чувствовал своего тела, держащегося на стене благодаря лишь силе рук и ног. Я почти успеваю добраться до окна третьего этажа, не забранного решёткой, как вдруг снизу раздаются тревожные крики. Спиной чувствуя угрозу, втискиваю тело в проём и падаю на пол.

Система радует повысившимися на единичку силой и ловкостью. Но мне не до того: от стен башни отражается многоголосый вой, я слышу дробный цокот копыт по камням коридоров и, уже понимая, что весь план летит к чертям, оглядываю помещение, в которое попал. Достаточно большая комната, полукруглые стены, единственное окно, через которое я сюда забрался, напротив него – дверь, сейчас запертая, рядом с ней шкаф с книгами, вряд ли их часто читают, слишком уж пыльные корешки, с другой стороны – тоже шкаф, но уже с какими-то колбочками и ретортами. Рядом со мной массивный письменный стол и стул, на полу – выложенная мозаикой то ли карта, то ли схема. Судя по всему, это кабинет, может, самого чернокнижника, может, его генерала, а может, ещё от старого владельца остался.

От разглядывания помещения меня отвлекает сунувшаяся в окно морда горгульи, и я со злостью запускаю в неё каменной чернильницей со стола, а следом увесистым пресс-папье. Обиженно проклекотав обо мне что-то явно нелестное, горгулья отлетает от окна и зависает в воздухе напротив. С этой стороны опасаться нечего, ни горгулья, ни грифон в окно не пролезут, да и для минотавра с кентавром оно узковато, не влезут, даже если «птички» умудрятся поднять их на такую высоту. Поэтому мне остаётся лишь поиграть в царя Леонида, раз триста спартанцев с собой не прихватил, и перекрывать единственную дверь от армии чернокнижника. А в эту дверь уже стучат, и, судя по ударам, это лабрисы минотавров.

Баскетсворд в правой руке, крис в левой, и я прижимаюсь к шкафу с книгами. За стеной слышно сопение и мерная работа минотавров, яростно опускающих секиры на дверь, которая всё сильнее и сильнее поддаётся под их ударами. И вот я уже отчётливо слышу треск древесины, полумесяц секиры показывается из досок, ещё и ещё, и целый кусок двери обваливается внутрь, а на его месте возникает голова минотавра с алыми от бешенства глазами. Короткий укол палашом в основание черепа и тут же режущий крисом по шее. Система вновь радует, но на этот раз сообщением о критическом повреждении. Фигура минотавра с каким-то утробным стоном исчезает в проломе, а на дверь обрушиваются ещё более бешеные удары.

Упираюсь руками в шкаф и, как только дверь слетает с петель, опрокидываю его перед опешившими врагами, вновь перекрывая проход. И тут же укол в открытую грудь кентавра, отвести кинжалом остриё джерида, полукруг рубящего в проём, и на месте ещё одного трупа возникает новый минотавр. Меня спасает лишь то, что в узком дверном проёме ему не хватает места для полноценной работы лабрисом, а от первых двух ударов я успеваю увернуться. Шаг вперёд – и рог минотавра врезается мне в плечо. Секира замирает на новом замахе, зацепившись за что-то за дверью, я же сквозь боль втыкаю палаш в горло, а крис чертит на груди минотавра фигуру «Малого жертвоприношения». Удар кинжалом и пинок. Новая волна силы восстанавливает ману, а тело минотавра отлетает назад, вызвав на миг сумятицу. Кривясь от боли в пробитом плече, опрокидываю перед дверью шкаф с пробирками. Под звон разбитого стекла комнату застилает какой-то фиолетово-зелёный дым, под потолок взлетают искры, и радостный огонёк накидывается на книги.

Отскакиваю к окну, пытаясь отдышаться от лезущего в горло дыма, и тут же отшатываюсь назад, чуть не получив удар клювом в лицо. Вскидываю руку – и грифон, скованный чарами, складывает крылья и с глухим стуком падает на камни внутреннего двора крепости. В комнату огромным прыжком влетает кентавр и тут же получает удар в грудь. Вслепую кидаю выхваченный у него джерид в проём двери, за ним второй, вряд ли кого-нибудь убил, но попал точно. Не мог не попасть в ту толпу, что за дверью. А за кентавром, сметая со своего пути обломки мебели, в проём протискивается туша горгульи. Невероятным прыжком взмываю вверх, хватаюсь за люстру, выроненный палаш обиженно звенит по плитам пола и ломается под тяжёлой лапой каменного истукана. Небольшое раскачивание, и цепь, держащая люстру, с натужным скрипом обрывается. Я ногами вперёд влетаю в дверной проём, обрушиваясь на замерших там чудовищ противника, а тяжёлое стальное колесо дробит оказавшегося под ним каменного монстра. Несколько ударов кинжалом наугад, встаю, пытаюсь прыгнуть дальше. Неожиданно подламывается нога, и я опрокидываюсь на пол, пропуская над собой секиру; удар кинжалом куда-то вверх, вероятно, в пах минотавра. Последнее, что вижу, – сообщение о критическом повреждении, и меня накрывает тьма.

Глава 13

«И вновь продолжается бой. И сердцу тревожно в груди…»

Открыв глаза, некоторое время недоумённо смотрю на деревянный потолок гостевого домика. Никак не могу привыкнуть к игровой смерти: такое же недоумение было и в других играх, когда тебя вдруг засасывает в чёрную воронку, закручивает в бешеном водовороте тьмы и резко выбрасывает в том же или другом месте.

Встаю и понимаю, что из одежды на мне лишь чёрные обтягивающие боксеры и поверх них перевязь с пустыми ножнами с одной стороны и крисом с другой. Время уходит, а потому выскакиваю в сени и с удивлением вижу аккуратно сложенную на стуле одежду, видимо, постарался кто-то из егерей, я, честно говоря, и не думал, что окажусь на точке возрождения практически в чём мать родила. Надеваю белую льняную рубаху, кожаную куртку, такие же кожаные штаны, мягкие коричневые сапоги и выскакиваю на улицу.

– Милорд. – Перед домом стоит бургомистр, опираясь на полэкс, только полэксом это недоразумение можно назвать с большой натяжкой. – Ваш заказ выполнен, кузнец буквально только-только успел, специально под вас старался.

Внутренне матерясь, беру из рук градоначальника это оружие, ну объяснял же, как надо сделать элементарный рыцарский полэкс, а получил очередную демоническую несуразицу: сплошь из шипов и неровностей, с преогромнейшим лезвием топора и таким же молотом и наверняка чудовищной инерцией.

– Милорд! – Рядом со мной материализуется Дакон. – Войска чернокнижника движутся сюда.

– Показывай!

Мы практически взлетаем на крышу какого-то дома, откуда я пытаюсь рассмотреть замок. Неожиданно всплывает сообщение о полученном опыте (1500 единиц), похоже, перепало от проделок суккубы.

Из замка поднимается чёрный, как его стены, дым, а по дороге, горному серпантину, вниз летит одинокая фигурка демоницы, которую преследуют грифоны и горгульи. За ними медленно выходила остальная армия чернокнижника, где среди мелочи кентавров мне удалось разглядеть две огромные зелёные туши гидр. И это было хорошо, запасной план начал действовать.

Тройка грифонов, сложив белоснежные крылья и выпустив огромные серо-стальные когти, с бреющего полёта резко спикировала на затормозившую на поляне суккубу и споткнувшегося Лукана. А с веток ближайших деревьев на орлольвов уже падали сплетённые за ночь городскими жителями сети, спутывая крылья и опрокидывая монстров на землю. И если сети, брошенные уверенными руками егерей, попали точно, то закинутые кочевниками чуть не испортили всё дело. Спасло лежащего на земле Лукана только то, что дети пустынь послали все три сети на одного грифона. Резво вскочивший племянник Арниса воткнул свой меч в горло бьющегося на земле грифона и тут же сиганул в кусты, спасаясь от ещё двух, спикировавших на поляну. Их встретили дружным залпом арбалетов и броском трофейных джеридов. Грифонов почти не зацепило, и они, обиженно заклекотав, взмыли в воздух, уступая место атакующим горгульям.

Семеро серых, совершив над поляной «круг почёта» и рассмотрев вышедших из-под прикрытия кустов меня и двух минотавров, сделали заход на пикирование первой тройкой. Уже привычно кастую на себя «Попутный ветер» и бросаюсь навстречу горгулье, минотавры же, словно каменные изваяния, остаются на месте. Уклоняюсь от проносящейся мимо ожившей статуи и резко обрушиваю на одно из крыльев молот полэкса. Тот с ужасным треском дробящегося камня подламывается, и «птичка» обрушивается на землю, но тут же поднимается. Добить её уже не успеваю, распластываюсь на земле, чтобы спастись от удара лап новой твари. Минотавры встречают своих противников ещё одним моим нововведением, специально созданным для борьбы с каменными созданиями, – банальными кувалдами, ставшими в руках минотавров страшным оружием. Слаженный удар точно в грудь отбросил горгулий на деревья, окружающие поляну, где одна осыпалась каменным крошевом, а другая с трудом стала подниматься со сломанными крыльями и повреждённой лапой. Вторая пара, проскрипев что-то возмущённое, взлетает, избегая встречи с необычным оружием, а вслед им несутся запущенные мощным броском и превратившиеся в метательное оружие кувалды, сбивая обеих на землю. Минотавры выхватывают закреплённые за спиной лабрисы и бросаются в атаку. Седьмая горгулья уже на земле и рвёт спутавшие её сети.

Из леса вылетает Искра, жало её жуаньбяня бьёт в морду твари со сломанным крылом. Я, пользуясь превосходством в скорости от ещё не спавшего «Попутного ветра», частыми и точными ударами кромсаю напавшую на меня каменюку. Егери добивают спутанных грифонов, стараясь не подставляться при этом под удары горгулий. Ещё больший хаос вносит вылетевший на поляну десяток кентавров, тут же скрывшийся в искрах и дыму огненных ловушек, заранее скастованных демоницей. В опешивших воинов из кустов летят джериды, а следом вылетают и сами кочевники. Короткая схватка – и мы отступаем под сень ветвей, преследуемые наконец доползшими до поляны гидрами, оставляя на поле боя трупы врагов и одного из кочевников.

Уходим двумя группами, но оторваться от болотных тварей никак не удаётся. Те, ломая подлесок, ползут за нами, почти нагоняя моих ослабленных боем и ранами воинов. Ещё миг – и каждая из голов ударит в выбранную цель, и от отряда останется лишь воспоминание, но тут под тварями оседает дёрн, и набравшие скорость туши обрушиваются в выкопанные ямы, распарывая мягкое подбрюшье о колья. Головы чудовищ бессильно хлещут вокруг, лапы цепляются за обваливающийся грунт, слышен треск ломаемых кольев, мерзкое шипение. И всё же завершает бой благородный металл – лезвия полэкса и лабрисов раз за разом обрушиваются на жесткую шкуру, отсекая головы.

«Бой окончен. Получено 4700 очков опыта. Получен 6-й уровень. + 1 к ловкости. Выберите между „Магией воздуха II” и „Покровителем магов”».

Вчитываюсь в характеристики умений, система решила порадовать меня магическими способностями. С одной стороны, стоило бы взять усиление магии воздуха, «Попутный ветер» уже стал обязательным заклинанием в схватках, а с другой – маг из меня пока никакой, зато армия Инферно славится своими заклинателями, да и усилившаяся магия Искры и Табора не помешает. И хотя меня продолжают грызть сомнения, выбираю «Покровителя магов».

– Милорд, помогайте.

Поворачиваюсь на голос и с удивлением вижу Искру, спрыгнувшую в одну из ям и орудующую кинжалом и одолженным у кого-то мечом во внутренностях одной из гидр.

– Желчный пузырь и сердце гидры – ценные химические ингредиенты. Жаль, она не тёмная или гидра хаоса, тогда бы ещё ядовитые железы вырезали.

– Милорд, разрешите?

Арнис протягивает руку, показывая на мой кинжал. Получив желаемое, тоже спрыгивает и начинает вырубать какие-то куски мяса топором, а кинжалом аккуратно вырезает печень.

– Не ужин будет, а сказка, – довольно произносит Дакон.

Хмыкнув, отдаю приказ устраиваться на привал. Есть действительно хочется, хотя мясо гидры и её печень в качестве пищи вызывают у меня сомнения, как бы потом в кусты бегать не пришлось.

Костёр бросает алые блики на рассевшихся в круг воинов, которые с видимым удовольствием поглощают сочный шашлык, запивая его водой. Искра улеглась напротив меня, приняв максимально соблазнительную позу, и подхватывает кусочки мяса тонкими пальчиками, периодически проводя языком по полным губам, облизывая мясной сок. Не замечая вкуса еды, наблюдаю за садящимся солнцем, а в голове крутится мысль, что надо рискнуть и атаковать замок на закате, глядишь, успею его взять до утра следующего дня.

Глава 14

«Ещё немного, ещё чуть-чуть, последний бой, он трудный самый»

Чёрные башни замка, пылающие в свете заката, и маленькая армия, взбирающаяся по серпантину дороги, – будь я художником, писал бы картины, могло получиться не менее эпично, чем у Попова или Сурикова. Но ни времени, ни таланта у меня нет, а потому иду и думаю, что буду делать, если ворота окажутся заперты. Одна надежда на лабрисы минотавров да на то, что у чернокнижника не так много воинов осталось, активно мешать ломать ворота некому.

Последний поворот – и я с удивлением застываю, глядя на перекошенную решётку, застрявшую в пазах, и опущенный мост.

– Милорд, неужели даже не поблагодарите?

Смотрю на суккубу, изображающую полную невинность, разве что носочком ноги узоры не чертит.

– Любой артефакт с полученной добычи на твой выбор.

– И только-то, мой лорд?

Вот же стерва, только немыслимым усилием воли не произнёс это вслух. Вместо фразы из горла вырвалось какое-то неясное шипение, а со стороны демоницы раздался музыкальный смех.

Отряд входил в ворота настороженно, ежесекундно ожидая нападения. И стоило выйти на открытую площадку двора, как со второго этажа центральной башни ударила молния, один из кочевников дёрнулся в короткой конвульсии и упал замертво, и тут же с клёкотом на нас спикировали двое грифонов. Егери упали на колено и выдали слаженный залп из арбалетов. Метнувшиеся в стороны кочевники чудом избежали смерти, лишь одному из воинов рассекло когтями плечо. Из казарм на нас уже мчалось пятеро минотавров, а я, несмотря на свою демоническую расу, молился, чтобы это были последние войска чернокнижника.

– Искра, в башню!

Пояснять приказ суккубе не понадобилось. Жуаньбянь, разворачиваясь, блеснул начищенной медью, и демоница исчезла из виду.

Серое марево, словно гранитная пыль, на секунду накрыло минотавров противника, давая защиту каменной кожи. Обмен стремительными ударами, нырок под сияющий полукруг лезвия – и я вгоняю жало полэкса в раскрытую в рёве пасть. Оглянуться вокруг, оценивая картину боя: на брусчатке площади распласталось тело последнего кочевника, Табор баюкает перебитую руку, Лукан лежит у стены, отброшенный крылом грифона, из двух минотавров остался один, но площадь замка – за нами.

И вдруг всё вокруг накрывает оглушительный рёв. Поднимаю взгляд: верхняя площадка изящной башни, чуть правее основных строений, скрывается в блещущих разрядах молнии и медленно поднимающемся облаке дыма, а в камни двора бьёт жаркое пламя, и следом на нас пикирует алый дракон.

Табор вскидывает руку, метнув в крылатого ящера заклятие, бессильно стёкшее с красной чешуи. Арнис с Даконом, подхватив бесчувственное тело Лукана, устремляются к входу в какое-то строение. Вижу, как алым гневом наполняются глаза минотавра, и этот идиот, подхватив вторую секиру, устремляется к дракону. Внутренне матерясь, бросаюсь следом, забирая чуть правее, чтобы не попасть под удар. Человекобык, отброшенный ударом огромной лапы, медленно сползает по стене, я успеваю уклониться и даже рубануть в ответ. Взмах алого чешуйчатого хвоста, короткий полёт – и я обрушиваюсь на лежащего минотавра, вызывая у того болезненный стон.

Несмотря на ослабленные ощущения, гулко ноют рёбра, кружится голова, а хиты мигают в красной зоне. Каким-то запредельным усилием удаётся сосредоточить взгляд на кольце: пироп мигает в такт невидимому сердцу, залитый кровью из рассечённой груди минотавра. Манобар опустошается, будто сам собой, выжигая на человеческой груди тавро моего герба и восстанавливая моему воину жизни.

Чудовищный взрыв на миг потрясает весь двор. Верхние этажи башни, в которой скрылась Искра, взлетают каменным фонтаном. Как в киноленте, камни на миг зависают в воздухе и обрушиваются на землю дождём. Первый обломок, упав на брусчатку двора, разлетается градом осколков, каменное крошево шрапнелью ударяет в тушу ящера, пятнает кровавыми следами тело минотавра, снимает с меня очередные хиты, всё дальше и дальше загоняя здоровье в красную зону. Очередной камень со страшным свистом бьёт по крылу, ломая кости и разрывая перепонки. Град осколков вновь шрапнелью накрывает двор, разбиваясь о тушу дракона. Следующий булыжник с огромной высоты обрушивается на рогатую и клыкастую морду, снимая хиты.

Обиженный рёв разгневанного ящера, раскрытая в страшном оскале пасть. Успеваю лишь подняться на одно колено и упереть полэкс в щербатые камни площади, как на мне смыкаются ослепительно-белые клыки дракона. Мир взрывается, и я вновь проваливаюсь во тьму.

Не знаю, сколько времени прошло, но, вновь начав ощущать самого себя, я лишь спустя пару долгих минут осознаю, где я и что со мной произошло. И тут же на меня обрушивается лавина сообщений.

«Вами наложена метка еретика. Имя было присвоено автоматически».

«Бой окончен. Получено 6200 очков опыта. Получен 7-й уровень. Выносливость + 1. Выберите „Лидерство” или „Мастер древних тайн”».

«Вами единолично повержен дракон. Получено достижение „Победитель гигантов”, + 2 к силе, + 5 % к урону против гигантов».

Выйдя за дверь, я поёжился от холодного ночного ветра и только сейчас понял, что стою на улице в одном исподнем. Чертыхаясь, вернулся в гостевой домик, обыскал все закоулки и нашёл только старый рваный плащ. Укутавшись в него поплотнее, вновь отправился к замку чернокнижника.

Очередной подъём по горному серпантину принёс единицу к выносливости. Войдя в ворота, обнаружил весьма интересную картину: Искра, воспользовавшись помощью Арниса и выжившего минотавра, кромсала тушу дракона. Я стоял, смотрел на это дело, а в голове крутилась фраза из какой-то старинной передачи: «Дракон – это не только ценный юнит, но ещё 5–7 килограмм алхимических и артефактных ингредиентов». Лукан с Табором временно вышли из строя и отлёживались на специально сооружённых для них лежанках. Дакон с взведённым арбалетом сидел возле связанного, с кляпом во рту чернокнижника. Молодой мужчина в иссиня-чёрном балахоне с когда-то белым поясом бросил на меня исподлобья злой и какой-то недоумённый взгляд и вновь ушёл в себя.

Вспомнив о своём виде, весело усмехнулся и начал отдавать распоряжения. Дакон с обоими ранеными был отправлен в Баэльбэг с приказом привезти оттуда рабочие руки. Чернокнижник, получив удар по голове, отправился в путешествие по бессознательному миру, а то следи ещё за ним. Искра с Критом, такое вот банальное имя для минотавра выбрала система, продолжили разделывать тушу дракона, а мы с Арнисом отправились инспектировать замок.

Когда прибыли рабочие, они были распределены между складом и замковым подвалом. Чернокнижник оказался гурманом, в подвале хранилось несколько бочек со старым вином и отличным коньяком. А по окончании выноса всего мало-мальски ценного из замка, чтобы не погибло при перестройке, я отправился в заклинательный покой, чтобы наконец стать настоящим владельцем манора.

И вот, кутаясь в потрёпанный плащ, сижу на ещё не остывшем камне высоко поднимающегося уступа скалы с бокалом обжигающего янтарного коньяка и любуюсь на багровые потоки лавы. Вырвавшись из жерла проснувшегося вулкана, она медленно стекает по его склонам, создавая причудливое строение моего будущего замка. Лава скапливается в отдельных местах, медленно растёт вверх, переливаясь оттенками алого и чёрного, и, наконец, застывает то крепостной стеной, то основанием будущей башни.

Глава 15

Серые будни феодала

Созерцая картину рождения своего будущего замка, я не заметил, как заснул. Проснулся, судя по внутренним ощущениям, часов через шесть, всё тело болело и ломило, протестуя против сна на каменном неудобном ложе, остывшем к утру и переставшем казаться таким тёплым и уютным, как вечером. Ну а если не кривить душой, наверняка сказался и выпитый коньяк, метаболизм у демонов если и лучше человеческого, то не настолько, как хотелось бы.

Зато мои подчинённые подсуетились, и рядом со скалой, на которой я расположился, лежал ещё тёплый завтрак, новый комплект одежды и небольшой бочонок с водой. Умывшись и перекусив, я полюбовался на медленно поднимающийся замок и отправился инспектировать полученные трофеи. Кроме вышеозначенных бочек с коньяком и вином, среди трофеев насчитали восемь мер камня, семь – дерева, четыре – железной руды, по столько же серы и ртути да по две меры кристаллов и драгоценных камней.

Разобравшись с ресурсами, я перешёл к алхимическим ингредиентам: помимо внутренностей, чешуи, клыков, когтей и перепонок с крыльев красного дракона, здесь же оказался ряд компонентов из алхимической лаборатории чернокнижника, сложенных в отдельный сундук. А на сундуке лежала голова алого дракона, которую Искра отчекрыжила в качестве украшения на стену, правда, клыки повыдергала – предполагалось, что они будут заменены на искусственные. Разбор всего этого барахла я оставил до лучших времён, когда смогу нанять алхимика, или артефактора, или и того и другого вместе. За ларцом была собрана в кучу всяческая утварь – начиная с изящных стульев с фигурными ножками в виде звериных лап и заканчивая хрустальной посудой и гобеленами для стен. Видимо, хозяйственные жители Баэльбэга решили, что это всё мне наверняка пригодится, а если не пригодится, то всегда можно забрать себе. Рядом – трофейное оружие и доспехи, к моему удивлению, там оказался и мой самый первый костюм. Как сказал Арнис, его нашли в покоях чернокнижника, отведённых для охотничьих трофеев. Костюм был надет на манекен, под которым лежали обломки баскетсворда и медная табличка «Demon Idiotus Vulgaris».

Ну и напоследок оказалось самое вкусное: 5000 золотых монет из казны чернокнижника и небольшая горка артефактов: Шлем хаоса (сила магии + 4, защита –1, часть набора «Воля Ургата»), Неразменный кошель золота (+ 350 в казну ежедневно), руна пламени (огненные заклинания наносят на 10 % больше урона), Янтарный кулон Ялы (заклинания земли наносят на 15 % больше урона), Секстант Серого корсара (увеличивает скорость передвижения по морю), Щит клыков людоеда (+ 6 к защите, –1 к морали всех существ в армии).

Я вопросительно посмотрел на суккубу. Та выхватила из кучи алый шлем, который тут же исчез в её инвентаре. Хмыкнув, я достал кошель, засунул в него руку, выудил золото, став чуточку богаче, а сам мешочек отправил в инвентарь, туда же и остальную мелочовку. Щит приказал убрать в мои покои, когда замок будет достроен.

Разобравшись с трофеями, я ещё раз взглянул на медленно растущий из лавы замок, а затем, вооружив десяток вчерашних рабочих из того железа, что досталось в качестве трофеев, выдвинулся с ними к намеченным целям. Их было две: железный рудник и каменная шахта, обе располагались в горах. Поход и взятие под контроль шахт заняли около семи часов. Охрана там оказалась малочисленная, хотя, надо отдать должное чернокнижнику, она всё-таки была. Так как все рабочие были из Баэльбэга, то проблем с дальнейшим функционированием обеих шахт не возникло, и к замку были отправлены подводы с железной рудой и камнем, по две меры каждого.

Попутно заглянув в несколько тупиковых ответвлений от основной разработки, обнаружил три колбы с ртутью, столько же мер серы, правда, за них пришлось повоевать с гарпиями и горгонами, но отряды их оказались не слишком многочисленными и опытными и были сбиты без особых потерь с нашей стороны. Ну не считать же за потери царапины, оставленные когтями пернатых отродий, и пару лёгких ранений у горожан, нанесённых стрелами горгон.

Итог похода: помимо взятых шахт уровень, а с ним и прибавка к ловкости и «Уклонение». Единственным неприятным моментом оказалось то, что каменная шахта была почти выработана: ещё неделя – и количество добываемого камня упадёт.

Встречала меня из похода одинокая, уходящая ввысь башня, и больше ничего. Внимательно осмотревшись, обнаружил приземистую громаду склада, большая часть которого расположилась под землёй. Заклинательный покой также обнаружился в подземелье, а башня была Сердцем замка. Да уж, ничего общего с той внушительной громадой, что была у чернокнижника. На миг даже пожалел, что снёс.

Горожане были отправлены таскать ресурсы в помещение склада, туда же приказал отправить всё трофейное оружие и мебель, разрешив трудягам забрать по одной приглянувшейся вещи. Арнису с родственниками было поручено отнести все алхимические ингредиенты в заклинательный покой, а затем заковать чернокнижника и поместить его, пока не построятся камеры, тоже на складе. Я же, прихватив из кучи трофейного оружия моргенштерн и баклер, пошёл осматривать владения.

Заклинательный покой оказался пустым и гулким гротом, темноту в котором разгоняли дорожки лавы, продолжающие медленно течь, уходя куда-то под землю, и заливающие пещеру тёплым жёлтым светом. В центре бил ключ горячей и одновременно прохладной силы, распадающейся под потолком на отдельные шары магической энергии, которые плавали в воздухе, медленно опускаясь, чтобы вновь влиться в ключ и снова взлететь. Полюбовавшись открывшейся картиной, активировал интерфейс и отправил 60 % энергии на расшифровку новых заклятий, 30 – на развитие заклинательного покоя и оставшиеся 10 – на восполнение маны. Потом влез в интерфейс замковых построек и поставил в очередь на постройку котёл бесов, казарму разорителей, рынок и пыточные камеры. Всё это вместе мне стоило 3000 монет, 8 мер камня, 3 – руды и 10 – древесины. Правда, с рынком вышла засада: чисто теоретически, дерева мне хватало, проблема была в том, что часть из него лежала не на складе, а на разгромленной заставе скелетов, и его оттуда требовалось забрать. Именно поэтому пыточные камеры и были поставлены в очередь – материала на них мне хватало, если что, начну строить, заодно будет куда отправлять нынешних и будущих пленников. Слово «пыточные» меня на тот момент не смущало, всё равно палача не было, а сам этим делом я заниматься не собирался.

Оставив Искру с Критом в замке до окончания строительства, поставил точку возрождения в своих покоях и поехал в Баэльбэг, отправив туда же весь десяток рабочих, подарив им в качестве награды выданное ранее оружие.

Тягучее вино медленно стекало по стенкам бокала, мы с бургомистром уже полчаса как играли в гляделки, медленно цедя «кровь» винограда и перебрасываясь редкими фразами. Этот человек оставался для меня загадкой: то хамит практически на грани приличия, то в критических ситуациях выполняет поручения со скоростью и эффективностью, не доступной ни одному земному градоначальнику. И вот опять он смог меня удивить, хотя сначала всё шло довольно обычно. Наконец закрыт квест, полученный ещё в самом начале моего появления в этой игре, – «Освобождение поселения людей от чернокнижника». Как итог – новый уровень, единичка в устойчивости к откату и «Дьявольский удар» — умение на стыке расовых способностей и атаки из тома Военачальника, дающее 30 % шанса на нанесение двойного урона лично мной. Ну и договор о взаимопомощи между мной и городом Баэльбэг автоматически превратился в вассальную присягу.

А вот с наградой вышла загвоздка. Бургомистр надолго задумался, периодически бросая на меня косые взгляды да подливая в и без того полный бокал вина. Наконец, словно решившись, он поднялся и вновь скрылся за дверью, а вернувшись, протянул мне небольшой потемневший свиток и том Казначея в золотистой обложке.

Я вопросительно посмотрел на Брина. Не то чтобы награда была недостаточна: тома умений встречались не так уж и часто, да и денег стоили довольно неплохих, но лично я не собирался его изучать, хотя моему будущему сенешалю пригодится. Со свитком пока было непонятно, но, судя по прошлой награде, там должно оказаться весьма полезное умение. И всё-таки что-то было не так. Бургомистр явно тянул паузу, не решаясь начать то ли неприятный, то ли просто сложный разговор. Наконец, залпом осушив бокал, он заговорил…

Разговор вышел довольно странным. По всему выходило, что Баэльбэг был замковым городом, что было вполне логично: на скальной площадке, на которой высился замок, места для городских построек не было, но я не совсем понимал, как будет обстоять дело со стенами и гарнизоном: либо держать два, охраняя и замок, и город, либо город будет автоматически сдаваться на милость любой захватнической армии, либо делать его отдельным рубежом обороны. То ли это баг такой, то ли фича. За статус города Брин и переживал, с одной стороны, он боялся, что я лишу его поддержки и перестану в нём строить, а городу для развития требовалось многое. А с другой – бургомистра тревожил факт, что соседями горожан станут демоны, и к чему это может привести, остаётся лишь гадать. Впрочем, об этом мы с ним договорились, как и о налогах, сборах и необходимых городу постройках. Собственно, первоочередных задач было не так много: колодец (старый пересох), рынок и таверна. От себя я туда добавил бордель, были у меня на него определённые виды, да и доход неплохой, а может, если город будет развиваться, и улицу Красных фонарей организуем. Ну и бургомистр предлагал подумать о постройке верфи и ремонте старого моста, это могло способствовать развитию торговли.

Расстались мы оба вполне довольные результатом, и, уже выходя из дверей особняка, я услышал:

– Следите за спиной, милорд, староват я уже так часто менять лордов.

Не поняв, что он имел в виду, я отправился к гостевому домику. Время у меня ещё было, а потому я размялся и опробовал моргенштерн, вновь привыкая к этому не самому простому оружию, а потом проработал простой силовой и малый гимнастический комплекс. Итогом тренировки стала возросшая на единицу сила, и это не могло не радовать, вот ещё бы так научиться магию качать. Не знаю, зачем я так напрягался, видимо, хотелось загнать тело так, чтобы свалиться в кровать и проспать без всяких сновидений. Я запретил себе пять дней думать о письмах от администрации игры, бывает и так, что в некоторых играх время течёт быстрее, чем в реальной жизни, вдруг и здесь так, чего тогда волноваться.

Глава 16

«Я научился находить себе прекрасных друзей, но не могу найти по силам врага»

Мне вновь снился ужас: надвигающаяся огромная тёмная пасть с ослепительно-белыми клыками, вскинутый и упёртый в землю полэкс, и яростное горячее пламя, оставляющее от меня лишь пепел. Я просыпаюсь и опять погружаюсь в кошмар: вновь пасть дракона, вскинутый полэкс перекусывается, словно тонкая ветвь, на меня обрушивается удар хвоста, а за ним тьма. И так снова и снова: удар лапой, дробящий кости, взмах крыльями, разбивающий моё тело о стену, мах хвостом выбивает полэкс из рук, и я оказываюсь проглочен. Десятки самых разнообразных смертей, я умирал и возрождался, чтобы снова умереть… А потом что-то изменилось. Вновь пасть алого дракона стремительным броском надвигается на меня. Вскинутый полэкс упёрт в землю. Челюсти начинают смыкаться, остриё пробивает внутренности и входит в мозг. Топор и поперечные шипы рвут плоть глотки, огненная жидкость вырывается наружу и вспыхивает, клыки конвульсивно смыкаются, отправляя меня на перерождение, а тело дракона бьётся на камнях мостовой, не понимая, что уже мертво. Наконец спокойно засыпаю, чтобы не просыпаться до утра.

* * *

Я заворочался на кровати, пытаясь спрятаться от солнечного зайчика, упрямо лезущего в лицо. Попробовал отгородиться от него ладонью, но шустрый луч проскользнул сквозь пальцы и вновь забегал по лицу, и я окончательно проснулся. Полежал немного, вслушиваясь в тишину, с удивлением осознавая, что нет привычных криков тревоги и никто не пытается вытрясти из ближнего своего душу. Можно было бы ещё поваляться, но голод давал о себе знать, да и в кои-то веки, несмотря на кошмары, выспался, а потому подъём, вперёд и с песней.

Арнис с родственниками сидели в тени яблонь за небольшим столиком и поглощали завтрак.

– Милорд, присаживайтесь.

– Чуть позже. Да и вам стоит через полчасика присоединиться к тренировке.

Егери чему-то улыбнулись и быстрее заработали челюстями. Я же решил для начала пробежаться по саду, потом отжимания и прочие упражнения с собственном весом. Тело вспоминало привычную нагрузку, показывая, что может гораздо больше. Закончив с общей физической, достал моргенштерн, раскрутил восьмёрку, провёл пару атак по воздуху, жалея, что нет тренировочной балды. Крутанулся вокруг своей оси, раскручивая цепь со стальным шаром, пытаясь поймать ритм и не дать своенравному оружию зажить своей жизнью.

– Милорд! – окрик со спины.

Резко разворачиваюсь, а набравшая скорость и инерцию цепь чуть не зацепила стальными шипами ногу. Крутанув моргенштерн пару раз вхолостую, затормозил движение шара.

Егери во главе с Арнисом, обнажив клинки, обступали меня с трёх сторон. Разгоняя шар по сложной траектории, я закрутился на месте, пытаясь держать всех троих в поле зрения и не дать атаковать одновременно. Полчаса такой работы – и единичка в ловкость, и такая же в выносливость, а я устало опустился на землю.

Облившись из стоящей недалеко бадьи с водой, всё ещё хранящей прохладу ночи, присоединился к егерям за столиком, с удовольствием пробуя еще тёплое мясо какой-то местной птицы в гарнире из овощей и запивая всё это ягодным морсом.

Закончив с завтраком, выудил из инвентаря свиток, вручённый вчера бургомистром. Перед началом похода стоило разобраться с тем, что же мне такое досталось. Свиток содержал ритуал превращения алтаря во врата хаоса. Осложнялось всё тем, что для ритуала подходил только алтарь, нёсший на себе частичку силы, то есть тот, который долгое время использовался в храмах богов или в качестве жертвенника. Длился ритуал восемь часов и мог проводиться только один за раз. Ресурсы, заклятия, пента, гекса и прочие граммы зависели от того, какие врата хаоса мы создаём. Свиток, что достался мне, позволял строить врата только на бесов, гвардейцев и адских гончих. Ну а функцией у этой постройки был незначительный прирост вновь призываемых существ.

Наградой я остался доволен, осталось только найти алтари и ресурсы, и один подходящий жертвенник на примете был, нужно только придумать, как доставить его в замок. Разобравшись со свитком, заглянул в библиотеку игры, надо срочно поднимать своё образование по многим игровым моментам, но внимательно разобраться с имеющимся материалом вновь не удалось. По ушам резанул отчаянный крик горожан, люди, пришедшие на площадь, разбегались в разные стороны. Вскочив, выхватил оружие, пытаясь понять, чем вызван переполох, а осознав нелепость ситуации, вновь опустился на стул.

К дому бургомистра во главе отряда демонов подходила Искра: бесы, смешно подпрыгивая, передвигались на флангах, а между ними в колонну по двое шагали разорители, бросая вокруг мрачные взгляды из-под костяных рогатых шлемов. Замыкал шествие Крит, вооружённый двумя лабрисами.

Свернув окна интерфейса, я присоединился к армии, и мы быстрым маршем, не задерживаясь, чтобы не нервировать жителей, прошли через город. Реквизировав по дороге пару телег с возницами, я отдал приказ двигаться к заставе, оттуда, отправив телеги с ресурсами и едой, доставленной старостой Крика Коргом, в замок, отряд должен был идти захватывать лесопилку.

Ускоренный марш прервался лишь раз, когда на дорогу выскочило небольшое стадо свиней, которое тут же было уничтожено и съедено демонами, две туши для себя и своей людской команды я вырвал практически насильно.

А вот на самой заставе произошло неожиданное: пройдя сквозь открытые, как и в прошлый визит, ворота, мы наткнулись на трупы кочевников. Все трое умерли одинаково – кто-то весьма профессионально вскрыл им горло, судя по всему, они даже не успели оказать сопротивление. И этот кто-то всё ещё был на заставе…

Арбалетный залп ударил по моему отряду, ранив нескольких бесов, а одного пригвоздив к земле. Второй залп приняли на себя разорители, и болты бессильно скользнули по их прочным шкурам и костяным шлемам в виде черепов. Верчу головой, пытаясь понять, где враг. Табор вскидывает руку, выкрикивая какую-то фразу на гортанном наречии. Мир подёргивается рябью, и вот перед нами двор и крыша сарая, заполненные бойцами в чёрных плащах и капюшонах и взводящими небольшие арбалеты.

Ответные выстрелы егерей, разорители, бросающиеся в атаку, бесы, громадными прыжками взвивающиеся в воздух. Стоило только спасть иллюзии – и чаша весов не просто склонилась, а буквально опрокинулась на нашу сторону. Жертв больше не было, правда, и в плен удалось взять всего двоих.

У склада обнаружились две телеги, гружённые ресурсами, а вот провианта от Крика не было, и этот вопрос требовал разбирательства. К ресурсам на телегах добавились пленные и трое раненых бесов, они вместе с Луканом отправлялись в замок. Мне срочно требовался кастелян, чтобы не гонять в цитадель чуть что своих бойцов. И так пришлось пятерых бесов оставить в качестве гарнизона.

Пока разбирался с делами, Дакон с Искрой зажарили свиные тушки, но вкуса мяса я почти не ощутил. Голову занимал вопрос с этой чёртовой засадой и отсутствием продовольствия на складах. Пленные даже не предполагали, что на складе должно было быть продовольствие, а кочевников уже не расспросишь.

Перекусив, выдвинулись к лесопилке, в этот раз я выставил охранение вокруг отряда – может, и не поможет, но мне так спокойнее. И, вероятно, благодаря этому до лесопилки добрались без приключений, даже дикие звери не беспокоили. Гарнизон, оставшийся от чернокнижника, сдаваться отказался и был уничтожен. По итогам боя я получил уровень, единичку в ловкость, из навыков не предложили ничего нового, и, помня о заставе и залпе арбалетов из засады, решил взять «Уклонение» второго уровня.

На одну из оставшихся телег сгрузили шесть мер оказавшегося здесь дерева и отправили в замок. Взяв под контроль лесопилку, двинулись дальше по тропинке, причудливо извивающейся между елей, в сторону Крика, там были ответы на кое-какие вопросы, ну и рабочие для лесопилки.

Лес неожиданно расступился, и перед нами раскинулось поле, по которому, весело журча и подпрыгивая на перекатах, бежал ручей. А за ручьём, утопая в садах, вольготно расположилась небольшая деревенька, дворов на пятнадцать – двадцать. И над всей этой пасторальной картиной раздавался перезвон малых колоколов. С удовольствием вслушался в нежный переливчатый голос бронзы, плывущий над нами. К моему удивлению, демоны недовольно морщились, особенно забавны были гримасы бесов, а вот отмеченным меткой еретика звон, казалось, причинял физическую боль.

– Эльрасовы отродья, – прошипела Искра, добавив такое, что не принято говорить в приличном обществе вслух.

Деревня была пуста той странной пустотой, что может быть только в человеческих селениях, из которых ушли жители. Во дворах тявкали собаки, из свинарников и хлевов неслись привычные запахи и звуки, лишь отсутствие человеческих голосов давило противоестественной тишиной. Я сам не заметил, как ускорил движение, проклиная медлительность разорителей, хотелось быстрее понять, что же здесь происходит. И вот, плавно изогнувшись, улица вывела нас к одинокому холму, на котором возвышалась деревянная церковка.

С высокой звонницы продолжал нестись чарующий перелив бронзы. А толпа, собравшаяся на холме, испуганно хлынула в стороны, образуя проход для меня и моей небольшой армии. И там, впереди, на острие этого прохода, стоял невысокий седовласый священник с восьмиконечным крестом Эльраса на груди. А его голос продолжал литься над толпой, призывая её сплотиться и не пускать в души свои искушение демонов, не верить их лживым речам и прочую чепуху, которую слуги света так любят рассказывать своей пастве.

– Эй, святоша, а клятва твоего старосты уже ничего не значит? – Мой голос сочился ехидством.

– Клятва, данная демону, ничтожна, и правом давать таковую староста не облечён.

Удивительно, но голос этого человека не дрогнул даже на миг, не передо мной, так перед мрачными внушительными фигурами разорителей у меня за спиной.

– Вот даже как? Значит, то, что я спас ваших односельчан, да и вас, от чернокнижника, чего не сделали паладины, тоже ничего не значит?

– Да, не значит! – почти прокричал священник. – Изыди, нечистый, не смей бросать тень на сияющие крылья Эльраса, не омрачай… – Его голос взвился, обрёл силу.

Священник вскинул руку, и небо раскрылось сияющей золотом аркой. Народ восторженно ахнул, а мои демоны во главе с Искрой отшатнулись. Колокола запели какую-то новую бравурную мелодию, и из портала появился ангел.

Я поражённо застыл, глядя на величественную фигуру, распахнувшую огромные белоснежные крылья и медленно спускающуюся на землю. А в голове бился вопрос: как какой-то деревенский священник умудрился вызвать самого сильного юнита паладинского замка, на это же способны только прелаты?

Трёхметровый гигант величественно опустился на землю и повернул голову к священнику.

– Он мой! – зло и обречённо сорвалось с моих губ.

Мне показалось, что каждый в моём войске испытал облегчение, услышав эту фразу, – сражаться с ангелом не хотел никто. Да я и сам не горел таким желанием, но шансов у разорителей против небесного посланника никаких, а мне, может, удастся потянуть время.

В воздухе вновь на миг вспыхнули пылающие буквы:

«Высшие с любопытством взирают на вас».

Ангел бросил на меня презрительный взгляд и поднял огромный двуручный клинок.

– Крылатый, это не твоя битва! Эти люди уже дали клятву, и их жизнь принадлежит мне! – оскалился я в полубезумной ухмылке предвкушения безнадёжного боя.

На миг даже поверил, что удастся его разговорить, но воин Эльраса не удостоил меня ответом. Стремительный прыжок, на миг распахнутые крылья – и клинок обрушивается на то место, где я стоял секундой ранее. Подхваченный «Попутным ветром», успеваю отскочить, а шар моргенштерна устремляется к сияющей белым фигуре. Ангел играючи отбивает его и тут же обрушивает на меня серию стремительных ударов: справа, слева, сверху, укол. Нырнуть под первый, лишь чудом отшатнуться от второго, шаг в сторону, отвести летящий в грудь клинок баклером, скривившись от боли во вмиг занывшей руке, и отпрыгнуть назад, разрывая дистанцию. Дыхание тяжёлым хрипом разрывало лёгкие – это всё далось мне нелегко. Всё, что я успевал, – лишь защищаться: мой противник не давал мне ни малейшего шанса для ответа.

Вновь стремительная атака ангела, заставляющая меня отступать. Удар, ещё удар, перекатом ухожу в сторону, а сияющее лезвие цепляет плечо. Горячая кровь, пахнущая серой, окропляет землю, пятная её чёрными проплешинами пожухшей травы. Хиты проседают на треть. Пытаюсь перейти в контратаку, раскручивая шар моргенштерна во всё ускоряющемся смертельном узоре, но ангел даже не считает нужным защищаться от моих ударов, просто поднимаясь в воздух на недосягаемость для ударов. Зло и бессильно хриплю. Очередной взмах белоснежных крыльев – и приземлившийся ангел, подняв клинок, шагает ко мне. Цепь описывает очередной круг в бесполезной попытке достать врага. Подставленный меч, наматывающиеся на сталь клинка звенья цепи, рывок – и цепь с хрустом рвётся, оставляя в моих руках бесполезную рукоять.

Обречённо метаю её в белоснежную фигуру, перехватываю баклер двумя руками, разбег, прыжок – и малый щит ударяет ангела в лицо. И тут же взмах крыла бросает меня на землю. Удар. Непроизвольное шипение. Боль во всём теле. Вновь просевшие хиты. На остатках даже не сил, а злости кувырок и тут же перекат, чтобы уйти от двуручника. Вскакиваю, припадая на подвёрнутую при падении ногу, но всё равно торжествующе улыбаюсь, смотря, как по некогда идеальной щеке посланника Эльраса медленно стекает струйка крови. Всё-таки я его достал.

Ангел вскидывает меч, наступая на меня. Шаг – боль в немеющих руках и зарубка на щите. Ещё один – и зарубка превращается в трещину. На третьем баклер раскалывается, ангел заносит клинок для решающего удара и вдруг исчезает в сияющей вспышке. А на меня обрушивается град сообщений.

«Бой окончен, получено 5500 очков опыта».

«Выполнено скрытое задание „Встреча с истинным врагом”, получено 4500 очков опыта. Награда + 1 к силе магии, + 1 к ментальной выносливости, + 1 к устойчивости к откату».

«Выполнено скрытое задание „Выстоять против истинного врага”. 7500 очков опыта. Награда + 2 к выносливости, + 2 к силе, + 2 к ловкости».

«Получен 11-й уровень. + 1 к ловкости. Выберите между „Пожирателем душ” и „Конклавом магов”».

«Получено достижение „Выстоявший”. + 3 % устойчивости к святой магии».

Смахнул всё, не читая, разбираться будем потом, у меня тут толпа, и демоны, которые толпу готовы сожрать. А мне это сейчас совсем ни к чему, хотя наказать примерно их стоит.

– Взять его!

Искра словно только и ждала приказа: короткий удар под колени и жуаньбянь, захлёстывающий шею священника.

Толпа резко качнулась назад, стараясь оказаться как можно дальше от площади. Только что их защитник исчез, так и не повергнув злобного демона. Но разорители и бесы стояли за их спиной, и толпа вновь вынуждена качнуться назад, и в наступившей испуганной тишине над ними раздался мой голос:

– Меня призвали, чтобы защитить вас. Я не требовал ваших душ, не повышал налогов, не запрещал вашей веры. А чем ответили вы?! Подлым предательством, ударом в спину, именно таков ваш свет и ваш Эльрас?! Я нёс вам свободу, истинную свободу, свободу выбора любого пути, свободу доказать, что ты достоин лучшей жизни. Я не требовал от вас ничего, кроме того, чтобы быть верным слову, слову, которое дал ваш староста. Где он?!

Толпа вновь заколыхалась, как загнанное животное, и вытолкнула насмерть перепуганного Корга. Он прошёл на негнущихся ногах пару шагов и упал на колени.

– Я разве требовал от вас чего-то такого, что противоречило вашему укладу или вашей вере?!

Староста испуганно затряс головой и что-то захрипел, пытаясь сказать, но так и не смог выдавить из себя ни слова.

– А теперь я покажу вам, что значит слово лорда и что будет с теми, кто решил, что может бросить мне вызов!

Я не знал, откуда во мне эта высокопарная чушь, но, похоже, слова достигли цели. Толпа заворожённо внимала и на последних словах вновь испуганно качнулась назад. Но там по-прежнему мрачными глыбами стояли разорители, а меж ними гримасничали и шипели бесы.

Я уходил из Крика, оставляя за собой пылающую церковь. Разорители и бесы охраняли караван из телег, на первой из них лежал вынесенный, перед тем как поджечь церковь, алтарь, в остальных – провизия и пленники, а точнее, аманаты. Как оказалось, не зря я в своё время изучал древнюю историю: тактика генерала Ермолова во время кавказской войны должна была сработать и здесь. А пока деревня была обложена максимальным налогом, а лояльность жителей должны были обеспечить заложники, которые будут работать в замке в качестве обслуживающего персонала.

Глава 17

«Утро начинается, начинается, солнце поднимается, поднимается»

Жаркий огонь пляшет дикий танец, кидая блики на деревянные стены склада. Солнце медленно катится к горизонту. В котелке парит почти готовая уха, а в специально отсыпанных чуть в сторонку углях доходит картошка. Сижу, откинувшись на стену, а в груди какое-то странное ощущение из детства: такой же светлый по-летнему вечер, река в деревне у бабушки, закинутые удочки, и мы с братьями жарим на палочках выловленных окуней.

Вот только нынешняя компания отличается от той из далёкого босоногого детства. Справа высится, словно высеченная из камня, туша минотавра с отсвечивающими алым огромными рогами, что являются таким же оружием, как и секира у него на коленях, которой он с мрачным упорством вот уже полчаса правит лезвие. Слева в лёгких кожаных доспехах Арнис, периодически помешивает уху, то докинет в неё соль, то каких-то приправ. Напротив выгнулась изящной статуэткой суккуба, пальцы перебирают падающие на лицо волосы, а глаза лукаво поблёскивают. Чуть в стороне в темноте спряталась фигура Табора, что-то шепчущего себе под нос, сухо щёлкают перебираемые в руках чётки.

Четверо разорителей остались на улице, играя роль живого щита на случай неприятностей. Остальные во главе с Даконом сопровождают телеги в замок с добычей, среди которой оказалось ещё несколько мер дерева, руды и кристаллов, что нашли по пути сюда в брошенной у дороги телеге.

Бесов я отправил в разные стороны для обследования территории, с приказом в драку не лезть, но по возможности посчитать количество противников, которые охраняют интересующие меня места. Правда, не уверен, что из этого выйдет что-то толковое: эти мелкие демоны оказались не самыми разумными существами, да и к тому же весьма непоседливыми.

А я сейчас блаженствовал, периодически скользя взглядом по аппетитной фигурке суккубы, лишь иногда заглядывая в интерфейс, раздумывая, что поставить в очередь построек. Вариантов было не слишком много. Чуть меняю очерёдность: сразу за рынком ставим строиться Псарни преисподней, а следом уже пыточные камеры. А вот затем… Хотелось всего и сразу, но, к сожалению, даже стратегию развития нормально выстроить не могу – всё упирается в деньги и ресурсы. Прикинув основные пути развития, переключился на навыки, которые мне достались после боя с ангелом. Не думая, взял давно ожидаемого «Пожирателя душ», без него практически невозможно заполучить души, которые необходимы, в том числе и для активации навыка «Адские врата». Да и вторичные навыки «Пожирателя» в бою весьма полезны. Завершив все дела с интерфейсом, свернул его, тем более что Арнис начал разливать по глиняным мискам ароматную уху.

Наконец оторвавшись от сытного ужина, я посыпал печёную картошку крупной деревенской солью и, с удовольствием откусив от неё, начал чертить на раскиданной золе остывающего костра карту той местности, что уже была известна. После чего передал прутик Арнису и предложил нанести известные ему важные объекты на этот импровизированный план. Егерь задумчиво посмотрел на карту, обстоятельно подправил сделанные мной огрехи, а потом начал делать отметки. С одной стороны, бывший Глава городских егерей знал много, с другой – круг его служебных обязанностей ограничивался весьма небольшой территорией, большую часть которой я и так уже посетил лично. И всё же несколько достаточно интересных мест он обозначил.

Поблизости оказалась водяная мельница, правда, Арнис не знал, работает там кто сейчас или нет. В том же направлении располагалось крупное поселение Яска, но там были достаточно большие силы самообороны, возглавляемые отошедшим от дел сержантом имперской армии, вернувшимся после службы в родные пенаты, и местным священником. А вот священников я уже начинал тихо ненавидеть. На болотах располагались избушка ведьмы и один из дольменов. Где-то на северо-востоке от города скрывалась алхимическая лаборатория, но её судьба егерю тоже была неизвестна. За горной грядой, судя по рассказам торговцев, существовала гладиаторская арена, но ни подтвердить, ни опровергнуть эту информацию Арнис также не мог.

Неожиданно в разговор влезла Искра. Суккуба сменила позу, приняв ещё более соблазнительную, и промурлыкала, ткнув изящным коготком в нарисованную карту:

– Место силы.

– Что?

Как я умудрился затолкать обратно в горло рвущийся крик, сам не знаю. Игровая энциклопедия говорила, что в начальной локации может быть только одно место силы, а здесь…

– Ну да, когда мы появились из прокола, там явственно чувствовалась магия.

С недоверием взглянул на демоницу, ну а чем архидьявол не шутит. Энциклопедия энциклопедией, а вдруг какой баг? Сделав отметку на карте, решил подумать над этим на досуге, но на завтра у меня были другие планы, тем более что ресурсов на развитие ещё и второго источника сейчас всё равно не было.

Глава 18

«И у чёрта, и у бога на одном, видать, счету, ты, болотная дорога, – семь загибов на версту»

Проснулся я рано и как-то сразу. Открыл глаза с мыслью: какого чёрта владелец замка и цельный князь вынужден спать на деревянных полатях, укрываясь плащом? С мысли меня сбило чьё-то дыхание, щекочущее шею. На одних рефлексах кувырком скатился на пол и вскинул руку, готовясь ударить единственным боевым заклинанием, которое у меня было. И тут же, чертыхаясь, поднялся, начав облачаться. На моём ложе, раскинувшись, лежала обнажённая суккуба. И когда только успела забраться, точно же помню, что ложился один. Всегда испытывал несколько смешанные чувства, когда друзья рассказывали о своих похождениях в различных виртуальных симуляторах, особенно о приключениях с НПС. Хотя сейчас, глядя на изящные изгибы этой дочери порока, начал задумываться, что что-то в этом есть, тем более что и организм требовал.

Внутренне похохотав над самим собой, закончил сборы и вышел на свежий воздух. Ветер нёс терпкий запах елового леса и цветов. С удовольствием потянувшись, глянул на вернувшиеся телеги, в которых спали егери, и не смог отказать себе в удовольствии вспомнить армейские времена: вытянулся по стойке смирно, как когда-то давно на тумбочке, и заорал во всю глотку: «Ро-о-о-ота, подъё-о-о-ом!!!»

Подорвавшиеся бойцы, так же как и я пять минут назад, скатились с телег, а руки инстинктивно потянулись к тем местам, где обычно было закреплено оружие. Расхохотался уже в голос, заработав хмурые и злые взгляды подчинённых, я приказал готовить завтрак, а сам с чувством «сделал гадость – сердцу радость» отправился разминаться с короткими разбойничьими клинками, даже перестав считать, какое по счёту это оружие за то время, что я в игре.

Пока завтракали и готовились к выходу, вернулись бесы. Весьма потрёпанные и с оборванными перепонками на крыльях, но все живые. Обнаружить им ничего интересного не удалось, разве что скопления разных монстров.

Четверо бесов, среди которых были вернувшиеся раненые, и пара разорителей назначались в отряд к Искре, она же забрала с собой пару телег. Задачей отряда было доставить в замок алтарь, на котором чуть не закончилась жизнь суккубы в день нашей встречи. В стычки вступать им разрешалось, только если будут уверены в победе без потерь. Остальных демонов и всех егерей забирал я.

За то время, что потребовалось на дорогу до мельницы, дважды пришлось вступать в схватки, а ещё раз заложить крутой вираж, избегая встречи с фениксом, мирно сидящим на ветке и чистящим перья.

На подходе к цели завидели отряд мертвяков, пытающихся сломать дверь в это поистине удивительное строение. Глядя на него, понимаешь, что мельник – бывший военный да наверняка служил в рыцарском замке, слишком уж мельница походила на этот замок в миниатюре. Может, потому ещё и держалась. Среди многочисленных зомби и скелетов, составляющих армию мертвецов, затерялась пара мумий, но никаких сильных юнитов среди них не было, потому битва для меня особого труда не составила. Шестеро разорителей, возглавляемые Критом, приняли на себя основной удар, позволяя егерям безнаказанно расстреливать наиболее опасных неумерших. Я подождал, когда мертвяки окончательно завязли в сражении, и с остальным войском ударил в спину нежити, что и довершило разгром. Добыча была копеечная, но всё же 75 монет бесы с трупов окончательно упокоенных мертвяков насобирали.

Мельник действительно оказался отставным десятником латной пехоты. Разговор с ним вышел по-армейски коротким, и я, получив продовольственный паёк на сутки и половину дневного налога, двинулся с отрядом в сторону болот.

Подходя к болоту, наткнулись на костерок, судя по брошенным вещам, квартировались тут до нашего прихода разбойники, и их дозор оказался лучше, чем мой, потому как сбежали они совсем недавно. У ещё горящего костра остались заготовленные дрова, которые были загружены нами на телегу. А один из бесов обнаружил прикопанную заначку с монетами и, неожиданно, клевец со щитом, спрятанные в той же захоронке.

Болота встретили негостеприимно: угрюмый пейзаж, хлюпающая под ногами вода, слава богам, разработчики не додумались добавить в игру гнус, а то оставалось бы уповать на крепость демонической шкуры, ну или на то, что кровь демона не самая подходящая пища для кровососущих. Правда, встретиться с летающими тварями всё же пришлось: недалеко от границы болота нас атаковал гибрид змей со стрекозами, обошлось без потерь только благодаря способности бесов к прыжкам да егерям, с неимоверной точностью отстреливающим выродков. Мне с разорителями оставалось только добивать змеек, сшибленных на землю метким выстрелом или взвившимся в прыжке бесом.

А около дольмена опыта попали в самую жесткую переделку за сегодняшний день. Неожиданно из болотной тины вынырнули трое василисков – скользящее, почти змеиное движение навстречу моей армии и распахнутые, наполняющиеся золотым светом глаза. Егери дружно падают в болотную жижу, тело Табора на миг покрывается серебристой амальгамой, бесы взмывают в воздух, уходя от завораживающего взгляда. Один не успевает, и на болотный мох падает серая глыба статуи, тут же скатываясь в тину. Разорители, и не думавшие останавливаться, добегают до ящериц, но первым успевает Крит, взрываясь вихрем ударов. Чувствуя спиной непонятную угрозу, резко разворачиваюсь, вижу раскрытый капюшон с алыми прожилками сосудов и наполняющиеся янтарным светом глаза. Выброшенные вперёд короткие клинки на лету превращаются в камень и врезаются в полыхающие нестерпимым светом глаза. И тут же с натужным хеканьем на голову василиска обрушивается топор.

– Да вы счастливчик, милорд.

Арнис с довольной улыбкой пытается стереть с лица болотную грязь, а я с непонятными чувствами разглядываю серый базальт, в который превратилась сталь. Еле слышимый лёгкий хруст – и камень, победив сталь, падает в грязь, с тихим всхлипом засасываемый трясиной. Чертыхаясь, отправляю туда же рукояти клинков, а перед глазами всплывает сообщение о получении двенадцатого уровня. Вместе с ним неожиданно прибавляется ментальная выносливость. Из предложенных умений выбираю «Мастера древних тайн». Меня же продолжает потряхивать от пережитого. И вроде понимаю, что игра, но стынущая в жилах кровь и немеющее лицо в янтарной вспышке зрачков рептилии никак не дают успокоиться.

Дольмен оказывается небольшой стелой тёплого коричневого цвета с чуть шершавой поверхностью, неожиданно кольнувшей холодом, и тут же перед глазами выскочило сообщение о получении 1000 очков опыта, и с чувством выполненного долга разворачиваю отряд к новой цели.

Узкая тропинка, вьющаяся посреди трясины, вдруг резко пошла вверх, кривые и обросшие мхом деревья расступились, и мы увидели поднимающийся из воды холм, вокруг которого, словно в огромной водяной клумбе, плавали разноцветные кувшинки. Сам холм был укрыт цветущим шиповником и боярышником, и посреди этого бело-розового великолепия виднелись две высокие остроконечные черепичные крыши. Тропинка, повиляв среди кустов, привела нас к небольшому дворику с колодцем.

Оставив своих бойцов отдыхать и отмываться от болотной грязи, я направился к высокому деревянному крыльцу и уже был готов постучать в дверь, как услышал глубокий красивый грудной голос:

– Входи, входи, только ноги вытереть не забудь.

Мелодично скрипнула дверь, и я оказался в неожиданно светлой комнате, заполненной запахами сушёных трав и ещё каким-то неуловимо пряным ароматом. Высокая остроконечная шляпа скрывала лицо сидевшей за столом женщины, лишь рыжие волосы с искристо-белой прядью выбивались из-под полей. Изящные пальцы с серебряным кольцом в виде вставшей на хвост кобры, держащей в пасти шерл, перебирали коричневую шёрстку ласки. Маленький зверёк злобно сверкал глазками, скалил зубы и шипел.

– Ты ему не нравишься, – улыбнулась колдунья.

– Ну, я ж не мышь, чтоб ему нравиться.

Колдунья вновь улыбнулась и пальчиком второй руки указала на стул напротив себя. Развернув его задом наперёд, я уселся верхом и сложил руки на спинке.

Ведьма задумчиво отбила пальцами какой-то ритм по столешнице, и тут же из камина вынырнул маленький нечёсаный брауни, подбежал к столу, выудил прямо из воздуха большой самовар, поставил его на стол. Следом из воздуха появились две чашки, небольшая вазочка с вареньем и вторая со сдобными сухариками.

– Угощайся.

Ведьма задумчиво наблюдала, как я разливаю по чашкам чай, макаю сухарик в варенье из шиповника и с видимым удовольствием пробую.

– Странный, очень странный демон, хотя кто вас, вечных, поймёт, – задумчиво произнесла девушка. – Дай руку.

Протягиваю. Она расправляет мою ладонь, всё так же задумчиво проводит ноготком по узору линий, в которых, говорят, зашифрована наша судьба, и вдруг из её широкого алого рукава появляется изящный маленький ножик, полоснувший по моей ладони. Боли почти нет, лишь с удивлением вижу, как выступает алая кровь, которая тут же с шипением испаряется, оставляя в воздухе явственный запах серы. Перед глазами выскакивает сообщение: «Вами изучен новый навык „Знающий руны”».

– Странный способ передавать знания. – В голосе вновь появляются змеиные нотки.

Ласка злобно шипит в ответ и дыбит на загривке шерсть.

– Какой есть. Да не зыркай на меня так, не зыркай, по-другому всё равно не умею.

Чуть улыбаюсь и, выловив из инвентаря янтарный кулон Ялы, вкладываю его в ладошку ведьмы.

– Давно мне подарков не дарили, давно… – протянула ведьма. – А твоя демоница ревновать не будет? – Голос лучится лукавством.

– Суккуба-то?

– Да ты пей чай, пей.

И тёмный, заваренный на травах чай вновь полился в мою и её чашку. Опять вынырнувший из камина брауни сменил на столе варенье и вместо сухариков поставил вазочку с печеньем.

– Не хочешь заключить сделку, демон?

– Для такой очаровательной колдуньи всё, что угодно.

– Что, и плату не потребуешь?

– Я демон или где?

– Ну, о цене договоримся, – чему-то улыбнулась ведьма…

И вот мне вновь приходится тащиться по болоту, а впереди переваливается маленький зелёный болотник с фонариком на поясе. С таким проводником даже по трясине мы шли почти как посуху, да и опасных мест он избегал. Поэтому до цели добрались быстро и без особых приключений, хотя пару раз и пришлось вступить в скоротечные и не слишком сложные схватки.

На небольшом сухом островке возвышалась алхимическая лаборатория: серые каменные стены в подпалинах, две трубы, смотрящие в небо и чадящие разноцветным дымом, огромный медный раструб, из которого в болотную воду льётся серебристо-стальная жидкость. Довершали картину десяток гремлинов и большой пузатый голем. Болотник ткнул пальцем в этих уродов, что-то проверещал на своём языке и вдруг исчез.

– Что будем делать, милорд? Не нравится мне этот голем, – произнёс незаметно оказавшийся рядом Арнис.

Мне он тоже не нравился, хотелось бы договориться с хозяином лаборатории, но если не получится, придётся драться. Правда, поступать, как просила ведьма, я не собирался. Устранить угрозу болоту можно и без уничтожения лаборатории, надо только придумать, как через трясину переправлять в замок ртуть.

Стоило нам только вступить на островок, как гремлины заверещали что-то явно угрожающее, а голем, громко пыхтя, направился в нашу сторону. В окне лаборатории полыхнуло алым, раздался грохот, из одной трубы повалил угольно-чёрный, а из другой – молочно-белый дым, и на порог выскочил всклокоченный старик в прожжённом балахоне из когда-то зелёной кожи с ретортой в руках.

Не замечая нас, он что-то злобно заорал на гремлинов, которые тут же прыснули в разные стороны, исчезая из виду. Алхимик же подошёл к голему, активировал артефакт, висящий на шее, и залил в резервуар на спине стального монстра какую-то жидкость. Голем странно заскрипел, засвистел, на миг окутался голубоватым сиянием и рухнул на землю. Старик в раздражении пнул железный бок, схватился за ушибленную ногу и только тогда заметил меня и моих бойцов. Реакция алхимика поразила, наверное, даже демонов. Он подскочил ко мне, ударил сухеньким кулаком мне в грудь и прокашлял:

– Принесёшь мне сердце гидры, коготь дракона…

Список был достаточно внушительным, но часть этих ингредиентов у меня была, другую, думаю, можно купить, но от наглости и бесстрашия старичка я так опешил, что даже не сразу нашёл что сказать. Лишь отойдя от шока, потребовал оплаты своих услуг. В результате условились, что я доставляю старику требуемые ингредиенты и договариваюсь с колдуньей, что болотные твари перестают его беспокоить, а он больше не сливает ртуть, которая оказалась отходами от его опытов, в болото, а доставляет её на сушу.

Только мы с алхимиком разошлись, как словно из ниоткуда возникли гремлины, которые взялись присоединять к раструбу какую-то замысловатую конструкцию. А следом за ними явился болотник, махнул рукой и вновь повёл нас через трясину, насвистывая себе под нос что-то о дороге, которая на одном счету и у ангела, и у дьявола.

– Всё-таки сделал по-своему, высшие тебя раздери, – с порога встретила меня ведьма.

В ответ я лишь развёл руками и состроил покаянное лицо. Не выдержав, ведьма рассмеялась и выставила на стол обещанные за работу зелья. И тут же выскочило сообщение о получении опыта, нового уровня и повышении силы магии. Прикинув так и эдак, из предложенных навыков выбрал «Стойкость».

Тепло распрощавшись с ведьмой и пообещав иногда заглядывать на огонёк, вышел за дверь и отдал приказ выступать. Но не успел отряд отойти от островка и пары шагов, как буквально взвыло чувство опасности. Рванул с петли на поясе клевец, и в ту же секунду чёрный короткий болт ударил в горло, а второй вошёл прямо в сердце, отправляя меня во тьму.

Искранитал рассерженной кошкой шипела на медленно идущих разорителей. Демонические воины стоически переносили гнев начальства, продолжая мерно шагать под скрип тележных колёс.

– Истуканы, выкормыши бездны.

Выругавшись, Искранитал вновь вернулась к мрачным мыслям. Как он смеет, как он смеет сокращать её имя! Она – демоница, а не какой-то прислужник, которым раздают клички! Этот тифлинг (глаза видели истинного демона, но все остальные чувства буквально кричали, что перед ней презренный полукровка) даже кровь правильно пролить не может, впустую расходуя ресурс и силы. А ещё, ещё он смеет игнорировать ЕЁ, одну из рода Ур-Траггана[6], её, суккубу, чей взгляд заставляет вожделеть не только презренных людишек, но истинных демонов, до которых этому тифлингу, как бесу до архидьявола! Но ведь есть в нём какая-то непонятная сила, облизнулась суккуба, как сражался с ангелом, если его правильно направить…

– Уршраг, даркар торэн! – вновь выругалась Искранитал, вспомнив, что не смогла до конца выполнить приказ, и хотя помимо алтаря в телегах лежало ещё множество ресурсов, собранных и отбитых у тварей в лесу, она умудрилась потерять троих бесов, тех самых, что уже были ранены.

Глава 19

«Вершился чёрный ритуал, что в манускриптах описали»

Вынырнув из тьмы небытия, ошарашенно огляделся, никак не могу привыкнуть к смерти и возрождению в совсем другом месте. Опрометью выскочил из подземелья и метнулся вверх по лестнице к Сердцу замка. По дороге чуть не сбил какую-то испуганно завизжавшую девку, но осознав, как я выгляжу, оскалился и прорычал: «Одежду в главный зал!»

Влетев в Сердце, открыл интерфейс с доступом к аукциону. Не зря строил рынок, требовалось срочно разжиться техническими заклинаниями и лучше в полном объёме. Судорожно пролистываю предложения, пока не натыкаюсь на подходящее: кто-то умный и рачительный сделал подборку и продавал их скопом, возможно, цена и окажется выше, чем если бы торговался за каждое по отдельности, но сейчас было не до того. Купив, рассчитался из тех 10 % доната, что пришли мне после оплаты услуг клиники.

Открываю карту и перемещаюсь к отряду, бегло пересчитываю юнитов и облегчённо вздыхаю: кто бы ни убил меня, особых проблем моему войску он не доставил, всех потерь – один бес.

– Арнис, что произошло?

Егерь завертел головой, пытаясь определить, где я.

– Милорд, это вы? – прозвучал его удивлённый и обеспокоенный голос.

Получив подтверждение, Арнис сообщил, что после моего убийства противник, скрывавшийся до этого в зарослях осота и камыша, отступил, а при преследовании сразил из арбалетов беса. Егери сумели пленить одного из нападавших, остальные буквально растворились в болоте. Опасаясь засады, взявший на себя командование егерь приказал прекратить преследование.

Мысленно одобрив решение егеря, отдал приказ спешным маршем возвращаться в замок. Затем поискал на карте отряд суккубы, который тоже двигался к замку. Позволил себе выматериться, увидев, что та умудрилась потерять трёх бесов, и тем самым в очередной раз напугав служанку, сунувшуюся в залу с новым комплектом одежды.

– Неси сюда.

Девушка осторожными шажками приблизилась ко мне, положила стопку одежды на кресло и стремительно выскочила из комнаты. «Какой вы страшный, милорд», – голосом Карабаса Барабаса, пробубнил внутренний голос. Расхохотавшись в голос, сбрасывая накопившееся напряжение, я напялил простые холщовые штаны и такую же рубаху. Да, надо что-то с этим решить, заказать пару комплектов на замену, а то хорош князь, щеголяющий в крестьянской одежде да ещё с чужого плеча.

Закончив с облачением, я отправился в заклинательный покой. Раз с войсками всё нормально, есть время разобраться с расшифрованными заклинаниями, а заодно посмотреть, что из алхимических ингредиентов мне досталось от чернокнижника, глядишь, ничего на рынке и докупать не придётся.

За прошедшее время заклинательный покой сильно изменился: стены выровнялись, и кроме дорожек сбегающей лавы появились обычные светильники. У одной из стен вырос чёрно-зелёный базальтовый столик, на котором лежал примитивный набор для алхимической работы, а также простой набор мастера-рунолога. Осмотрев оба, поставил себе отметку поискать на аукционе что-то более подходящее для работы с рунами. Сундуки с алхимическими ингредиентами оказались убраны в нишу в стене, задрапированную чёрной портьерой, так что в полутьме помещения не сразу и разглядишь, я бы так и прошёл мимо, если бы не увидел свой герб. Заглянув в сундуки, обнаружил почти всё, что потребовал алхимик, думаю, докупить остальное не составит больших проблем.

Разобравшись с алхимией, уселся в кресло за рабочим столом и распахнул интерфейс, чтобы проверить успехи в расшифровке заклинаний. Руны порадовали знаком Ир (контроль), к сожалению, это оказалась младшая руна, сама по себе абсолютно бесполезная. Заклинания порадовали больше: мне открылся «Ужас» и «Чужие глаза» из магии разума и практически бесполезный для меня «Водяной доспех». Ну не любят существа Инферно воду, не всем она причиняет вред, но некомфортно практически любому.

К счастью, всё необходимое для ритуалов, которые описывались в списке, подаренном бургомистром Баэльбэга, я помнил, так что можно было попробовать сделать ход конём и попытаться увеличить завтрашний наём гончих, не в моей ситуации пренебрегать возможным усилением.

Отряд Искры медленно втягивался в замок. Суккуба входила последней, контролируя перегруженные и вот-вот готовые развалиться телеги. И вдруг замерла, вытянувшись в струну, словно принюхиваясь или вслушиваясь в воздух, в мир вокруг себя. В замке явственно ощущался дух Инферно, ароматы первозданного хаоса смешивались с жаром адского пламени. Демоница резко сорвалась с места, рванув к источнику, не понимая, что происходит, и вновь замерла. Этот недоделанный демон стоял посреди гексаграммы, и ветер Инферно рвал его огненно-чёрные волосы, а вокруг бушевало угольно-багровое пламя, и чёрные лезвия обсидиана прорастали сквозь строящуюся Псарню преисподней, поднимая над ней арку портала. Та наконец застыла в шатком равновесии, превратившись в гагатовою дугу, перевитую жёлтыми, медленно остывающими потёками лавы, с оскаленной пёсьей головой, венчающей конструкцию. Потоки энергии свились в ураган, закрутившийся вокруг фигуры князя, и вдруг втянулись в оскаленную пасть обсидиановой гончей и уже из неё пролились вниз, заполняя арку и превращаясь на миг в проход в Инферно. И в следующую секунду исчезли.

* * *

Хотелось упасть на том месте, где стоял, и остаться лежать. На остатках воли добрался до Сердца замка и рухнул в кресло, ужасно хотелось спать. Мутным взглядом обвёл сменившийся интерьер, стены были завешаны конфискованными из замка чернокнижника портьерами, мягкое кресло, в которое я свалился, стояло у дальней от входа стены, а над спинкой красовалась голова дракона с оскаленной пастью и вставленными зубами. Подумалось, что надо поблагодарить суккубу, наверняка она постаралась, больше просто некому. Вновь распахнул интерфейс, вылез на аукцион, чтобы найти нормальный набор инструментов для работы с рунами, выбор сделал в пользу не самого дорогого, зато наиболее подходящего для работы такому неопытному мастеру, как я.

Неожиданно открылась дверь, в неё заглянула симпатичная мордашка одной из служанок, которую не портил даже ужас от общения со страшным демоном.

– Милорд, ваше вино, и там прибыла госпожа Искранитал и господин Арнис, они хотели бы видеть вас.

– Зови.

Сорвав пробку, я жадно припал к горлышку. Вино обжигающей рекой пронеслось по пищеводу, позволив чуть расслабиться. Не ожидал, что, казалось бы, простой ритуал так вымотает меня.

Арнис в дверях пропустил Искру и тут же ревниво догнал, поравнявшись.

– Слушаю.

Стоило, наверное, по окончании доклада отчитать Искру за потерю бесов, но, честно говоря, на это просто не было сил, да и, по правде, жалости я к ним не испытывал, а войны без потерь не бывает. Допрос приведённого Арнисом пленника тоже решил отложить, а поэтому отдал обоим приказ ужинать и отдыхать.

Сам же, забрав у егеря свой костюм и снаряжение, что выпали после смерти, вновь залез на аукцион и выставил на продажу часть имеющихся артефактов, глядишь, пополним стремительно пустеющую копилку.

А после отправился в заклинательный покой, перед сном необходимо завершить ещё одно дело. Зайдя в покой, достал из инвентаря имеющиеся у меня руны «Альгиз» и «Пламя», подбросил их вверх. Обе пластинки, сверк нув в лавовом свете, упали в поток поднимающейся маны. Руна «Пламя» тут же исчезла, проявившись в книге заклинаний, а вот вторая осталась плавать в потоке энергии. Примерно через двенадцать часов следовало ждать её расшифровки.

Устроившись поудобнее за столиком, приготовился к работе. Все необходимые ингредиенты уже были доставлены, правда, затаскивать пришлось самому, не хотелось давать никому доступ внутрь помещения, а как только появятся свободные бойцы, ещё и пост организую. Достал из инвентаря серебряное кольцо, когда-то снятое с вампира, – основа для будущего артефакта более чем подходящая. При помощи специальной магической горелки и шлифовальных принадлежностей выровнял оплывшую поверхность печатки. Потом достал набор штихелей и тщательно вырезал на серебре нужную руну, периодически поглядывая в магическую книгу, чтобы не ошибиться в начертании. После этого подготовил ингредиенты: для данной руны ими оказались мера серы, две меры ртути и мера драгоценных камней. Тщательно растёртая сера тонкой струйкой посыпалась в вырезанную руну, тут же с шипением испаряясь и наполняя помещение смрадным ароматом. Следом, закрепляя, вылил из одной колбы ртуть, которая серебристой амальгамой застыла на всей поверхности перстня. За ней последовал порошок из драгоценных камней: цветная пыль, оседая на кольце, наливалась багровым цветом с редкими всполохами жёлтого и оранжевого. И потом вновь ртуть. Яркая вспышка – и у меня в руке остался немного изменившийся перстень. Серебро потемнело, покрывшись благородной чернотой, а сверху на печатке рубиновым светом горел язычок пламени, в который превратилась руна.

Посмотрев на свойства, улыбнулся, до последнего боялся, что не сработает, но у меня получилось: на ладони лежал перстень, дающий 10 % прироста к силе заклинаний огня. К моему удивлению, я уже успел забыть о своём первом достижении «Невольный создатель» – у кольца появилась ещё одна характеристика, к тому же нерасшифрованная. Впрочем, чёрт с ней, разберёмся, зато будет что завтра подарить Искре в обмен на «Кольцо предостережения».

А теперь спать.

Глава 20

«Опять разрежут воду вёсла ветрам и холоду назло»

Проснулся в отвратном настроении: оказывается, спать в кресле даже в игре неудобно, да к тому же вчерашний ритуал, а затем и нанесение руны на кольцо вытянули все силы. А сегодня предстояло его повторить, теперь уже над казармой разорителей, увеличив завтрашний прирост. И предстоящая работа не способствовала моему хорошему настроению.

Первом делом залез в интерфейс и нанял гончих, практически ополовинив имеющиеся на счете деньги, если не продадутся выставленные на аукцион артефакты, завтра я едва-едва наскребу на выдачу жалованья. А у меня ещё не прояснён вопрос с оплатой работы егерей, Табора, Крита, да и суккуба, думаю, своё спасение уже отработала. С такими невесёлыми мыслями вышел во двор, где, пугая людей, носились серо-красные тени гончих: стремительные хищные силуэты, мощные загривки, на которых дыбилась жёсткая шерсть, оскаленные пасти с мощными клыками, длинные голые хвосты, заканчивающиеся костяной иглой.

Одна из теней резвым прыжком подлетела ко мне, ткнувшись мордой в колени. Я потрепал горячий загривок, если бы не перчатки, наверняка рассадил бы руки в кровь, шерсть оказалась ещё жёстче, чем я предполагал, что-то вроде игл дикобраза.

Тут же рядом материализовалась Искра, из-под телег вылезали мои егери и Табор – с ними тоже что-то срочно требовалось решать: когда замок разовьётся так, что появится достаточно помещений для всех жителей, я не знал. Можно попробовать построить временное жильё, но пока не появятся стены, непонятно, где это жильё ставить, да и при постепенном росте замка и постоянных рейдах не слишком выгодное вложение денег.

Тряхнул головой, отгоняя лезущие в голову дополнительные проблемы, и занялся раздачей приказов. Дел хватало и без обустройства жилья, а вот денег и времени нет.

– Договор помнишь? – улыбнулся я, бросая суккубе колечко.

Демоница подхватила серебряный перстенёк, вгляделась в характеристики и, улыбнувшись в ответ, возвратила предыдущий.

Отдав Искре четырёх разорителей, столько же бесов, двух гончих и Лукана, отправил отряд за горный кряж в двухдневный рейд исследовать новые территории, напомнив о недопустимости потерь. Попутно набросил на одну из гончих заклятие «Чужие глаза» – пока я в замке, подкачаю магические характеристики.

Дакона с оставшимися бесами отправил на болота к алхимику отдать ингредиенты и забрать подготовленную ртуть, потом надо будет заглянуть к бургомистру и договориться о её доставке от болота. Арниса послал за пленными разбойниками, а сам занялся подготовкой к ритуалу. К тому моменту, как закончил возиться с площадкой, появились старший егерь и трое разорителей, конвоировавшие пленных.

Разбойники исподлобья бросали взгляды на расчерченный двор, тёмную глыбу алтаря в одном из углов фигуры, на конвоиров, словно примеривались, как бы сбежать. Со злой улыбкой я смотрел на их бесплодные попытки скрыть зарождающийся страх. Вот не люблю, когда меня убивают. А голос вновь обретал шипящие змеиные нотки:

– Ну что, господа, добровольцы будут?

Вся троица дружно отшатнулась, упёршись в мощные фигуры разорителей.

Я специально медленно потянул кинжал из ножен. Злости не было, было чёткое понимание, что так надо, иначе не заговорят, а постоянно умирать не хочется, даже во временной смерти нет ничего приятного.

– Не слышу ответа, господа душегубы. Арнис, давай вон того.

Егерь выталкивает одного из разбойников, хватаю его за шкирку и швыряю в ритуальную фигуру.

– Остальных обратно, пусть думают, чем могут быть полезны.

Удар ножа – и с первыми каплями крови волна энергии вновь ударила в меня, грозя то ли снести, то ли затянуть в адские пустоши. Кровь заполняла линии узора, энергия то опадала, то вновь захлёстывала, стоило огромных трудов удержать её и перенаправить на формирование арки портала. А в голове периодически звучали тревожные колокольчики сигналов интерфейса, вот только отвлечься на них не было ни времени, ни возможности. Потом, всё потом, сначала закончить ритуал. И вновь волна, бьющая в костяную маску, венчающую портал, стекающая в арку, открывая врата и тут же угасая.

С трудом переставляя затёкшие от долгого стояния в одной позе ноги, отхожу к стене казармы и бессильно сползаю по ней, устало прикрыв глаза. Сил хватает потребовать еды и вина да открыть интерфейс, чтобы проверить логи.

– Твою ж… – Увиденное моментально выметает из головы мысли об отдыхе.

Пара тревожных сигналов была об атаке на отряд Искры, но, бросив на карту взгляд, я обнаружил, что у суккубы всё в порядке, потери отсутствуют. А вот следующие сообщения были гораздо тревожнее: перехвачены и разграблены караваны с древесиной и с продовольствием. Отряд Дакона также подвергся нападению, в результате короткой схватки он потерял беса, но смог уйти в замок, даже сохранив взятую у алхимика ртуть.

Мысленно проклиная всех богов, я заставил себя подняться и направился к складу. С разбойниками требовалось поговорить, и поговорить обстоятельно. Но осуществить задуманное мне не дал крик одного из дозорных – Арнис приспособил к этому делу мальчишек из аманатов.

– Корабли-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и!!!

Взлетев на один из скальных уступов, вгляделся в даль, и с губ помимо воли вновь сорвалось:

– Твою ж…

По реке двигалась пара красавцев драккаров и столько же чуть меньших по размеру, но оттого не менее опасных снеккаров.

Особых вариантов у меня не было: отсидеться в замке не получится, стены я ещё не отстроил, да и терять город было нельзя, с учётом пропавшего каравана с продовольствием, уже завтра меня ждёт голод. Мельком глянул на карту: отзывать Искру бессмысленно, всё равно не успеет. Командую общий сбор, и тут меня озаряет сумасшедшая мысль.

Вновь разворачиваюсь к реке, мысленно прикидываю расстояние до впереди идущих драккаров и кастую на один из них «Попутный ветер». Парус корабля наполняется взявшимся из небытия ветром, и драккар, прибавив скорости, вырывается из общего строя. А я стою и жду отката, отсчитывая время. Новый каст на второй драккар. На миг отрываюсь от происходящего на реке и отдаю Арнису и остальным приказ выдвигаться к Баэльбэгу.

И снова взгляд на реку: вижу как оба драккара, подталкиваемые ветром и вырвавшиеся далеко вперёд, дружно пытаются развернуться. Первый, заложив вираж, уже почти лёг на обратный курс. Новый каст – и порыв ветра бросает не завершивший манёвр корабль на скалы. Второй драккар меняет курс, предпочитая уйти из-под магического удара. Дождавшись отката, добавляю ему вдогонку ещё один «Попутный ветер». Оба снеккара, вспенивая вёслами воду, стремительно несутся к берегу, и трюк с «Попутным ветром» против них уже не пройдёт.

Соскакиваю с уступа и несусь за своим войском.

Мы успели, хотя и пришлось оставить разорителей догонять основное войско, но мы успели. Отряд вывалился на берег в тот момент, когда викинги начали высадку. Ещё бы чуть-чуть, захвати они плацдарм на берегу, – и всё, кончен бал. А так повоюем.

С ходу кастую на противника массовый, недавно выученный «Ужас» и командую своим атаку. Жаль, у демонов нет стрелков, а Дворец пороков у меня ещё не отстроен. Мысль мелькает и ту же исчезает. Вижу распахнутые в ужасе глаза какого-то ражего детины в кольчуге и с топором – удар клевцом в голову, добавить ногой под колено и оставить его бесам, мчащимся сзади. Вихрь стальных топоров, утробный рёв, это Крит в самой гуще свалки рубит не успевших выйти из воды воинов. Дакон всаживает в ещё не пришедшего в себя противника один болт за другим. Серыми смерчами стремительным броском гончие настигают свои жертвы, впиваются зубами в горло, костяные иглы, венчающие хвосты, хлещут, нанося удары на открытые части тела.

Вскидываю руку – и в щит впивается сулица, и тут же на противника обрушивается одна из гончих, глаза её горят бешенством и жаждой убивать. Викинг замахивается копьём, но – удар ногой под нижнюю кромку щита, и его рот окрашивается кровью. Сбить копьё вниз, удар клевцом в руку, добить же не успеваю – удар отбрасывает меня. Огромный воин с обнажённым торсом, покрытым сеткой старых шрамов, вращая молотом, бежит ко мне, в ногу ему впивается болт, а следом мне застилает глаза багровая пелена, а в жилах словно взрывается огненный смерч, бросая на противника. Табор стоит рядом с Даконом и то и дело бросает заклятие берсеркера на раненых воинов.

«Попутный ветер» на себя, нырнуть под удар, щитом врезавшись в противника и отбрасывая его назад, следом летит клевец, точно в оскаленное лицо, прыжок, а рука уже сжимает рукоять криса. Обрушиваюсь на противника, погребая его под собой, и, не давая вынырнуть из-под воды, наношу удар за ударом куда-то в район шеи. Наконец противник обмяк и перестал сопротивляться. А меня охватывает лёгкий озноб, словно холодный зимний ветер забрался под куртку или запихнули за воротник снежок, и тут же перед глазами всплывает системное сообщение: «Произведено успешное пленение души. Душ 1/2». На автомате сворачиваю, не до того сейчас.

Поднимаюсь, пытаясь понять, как проходит бой, и вижу огромные фигуры разорителей, втаптывающие противника в воду, а между ними силуэты жителей городка, вооружённых чем попало.

– Господин, – какой-то мужик в рваной стёганке машет куда-то в сторону дороги к заставе, – мэр просил сообщить, там ещё один отряд.

С рыком поднимаюсь, передо мной всё ещё багровая пелена, хочется свернуть мужику голову или всадить в живот кинжал. Под руку попадается недобитый противник, со звериным рыком всаживаю в него костяной клинок. Новая волна отрезвляющего холода срывает с глаз багровую пелену берсеркера, и вновь системное сообщение: «Произведено успешное пленение души. Душ 2/2». И тут же перед лицом всплывают сообщения об окончившемся бое, получении уровня и единицы к ментальной выносливости. Из предложенных навыков выбрал «Мастер ментального воздействия», в новом бою пригодится.

– Стройся! – раздаётся над берегом мой рык.

Городским приказываю остаться охранять снеккары и вытащить из воды трупы. Один десяток ополчения в приличной бригантной броне забираю с собой. Разорителей вооружаю щитами и подходящим под их комплекцию оружием из трофеев, и топаем по направлению к новой битве.

Подхватываю у одного из убитых противников топор и закидываю его в ременную петлю на поясе, зубами выдёргиваю пробку у зелья маны, а следом выпиваю зелье «Малое здоровье».

И снова я успел, успел даже возвести пару баррикад, благо разорителям силы не занимать. Бесов и Дакона отправил на ближайшие крыши, чуть подумав, туда же послал Табора. Городских построил за второй баррикадой, гончих спрятал в домах, сам же с Критом и разорителями жиденькой стеной выстроился за первой баррикадой, защищать я её не собирался, но видимость создать стоило.

Цепочка воинов стальной змеёй вилась по дороге. Да, это не простые бонды со снеккаров, на нас двигалась дружина ярла, а впереди – высокий воин в чешуйчатом ламелляре, кольчужная бармица спадает на огромные плечи, из-под полумаски выпирает великолепная рыжая борода.

Завидев моих воинов, викинги неспешно перестроились. Короткая команда – и бойцы противника бросились на нас. Изображаем поспешное бегство, эта баррикада и нужна-то была, чтобы задержать противника и дать время нам организованно отступить.

Хирдманы, словно не замечая нагромождения всякой всячины, сметают преграду и влетают на улицу, где упираются в очередное укрепление. Вновь массовый «Ужас» – не верится, что он продержится долго, но должно хватить и этого. С крыши в противника ударяет болт, опрокидывая кого-то на спину, бросок копий горожан не приносит видимого результата. Вскидываю руку: новая холодная волна захлёстывает, грозя смыть за собой в неведомые дали, система истошно выбрасывает сообщения об использовании душ, об удачном открытии врат в пустоши Инферно, о бонусе за первое открытие врат, дополнительном бонусе за использование второй души. Одним движением смахиваю перекрывающие обзор таблички, а за спинами противника открывается арка портала, откуда мерной поступью, чеканя шаг, выходит четвёрка разорителей, закованных в багровую сталь доспеха. С крыш на противника падают бесы, из домов вырываются гончие. А разорители, сомкнув щиты, дружно идут вперёд. План работал, но работал недолго: ужас, на мгновение сковавший противника, прошёл, и бой превратился в свалку.

Удар топором, разминуться с летящим в лицо копьём и торцом щита врагу в живот, коленом в лицо. Подставить под удар щит, толкнуть противника навстречу топорам минотавра. Арнис во главе разорителей, вышедших из врат, отступает, часть бойцов противника развернулась, сомкнула щиты и давит на него. Не все из бесов успевают вновь взлететь на крышу, кого-то сбивают во время прыжка, осатаневшие от ран и от заклятий берсеркера разорители голыми руками рвут противника.

В меня вновь врезается мощная фигура, обнажённый торс, перевитые мускулами руки сжимают горло, топор при падении отлетел куда-то, пытаюсь ударить противника рукой в висок и тут же получаю удар лбом в переносицу. Перед лицом оскаленные зубы и смрадное дыхание, перед глазами всё плывёт. С трудом выдергиваю из ножен крис, каким-то запредельным усилием вывожу на спине противника фигуру «Малого жертвоприношения», удар в центр рисунка, руки берсеркера подгибаются, и он всем весом обрушивается на меня. Напрягая остатки сил, сбрасываю тело и с трудом поднимаюсь. Мутным взглядом оглядываю улицу: бой разбился на отдельные схватки – вон Арнис и пара разорителей отбиваются от нескольких хирдманов во главе с дородным детиной в рассечённой кольчуге, вот Крит прижался к стене, защищаясь от копий, Табор кинжалом отмахивается от какого-то раненого викинга, ярл с несколькими воинами добивает городскую дружину.

Зато у меня вновь есть мана. Каст – и оглушающий рёв несётся над улицей. Вливаю в себя последнее зелье восстановления маны. На меня смотрят все, но викинги видят огромного, охваченного пламенем Муспельхейма Сурта[7]. Замысловатый жест – и в ярла влетает стрела пламени, отбрасывая его на обломки баррикады, обрушиваю на подранка меч, отправляя его в небытие, подхватываю чьё-то копьё, и оно врезается ещё в одного викинга. Откат, и новая «Огненная стрела» летит в какого-то хирдмана, позволяя Криту прорваться меж копий, убивая окружившего его противника. Прийти в себя северяне уже не успевают, слитный удар остатков моего воинства завершает бой победой демонов.

Глава 21

Следи за своими мыслями – они становятся словами. Следи за своими словами – они становятся поступками

Остатки моего войска двигались к реке, туда, где на карте маячил драккар и охранявший его десяток викингов. А в голове всё крутились мрачные мысли: «Да уж, повоевали. От моего войска остался один разоритель, две гончие. Бесы погибли все. Из десятка городских ополченцев выжило трое, да и те в ближайшее время не бойцы. Счастье, что егери и шаман уцелели, а Крит отделался шрамом от меча через всю морду. Ещё парочка таких побед – и тушите свет».

С деньгами тоже были проблемы, мне их катастрофически не хватало, разорять заначку не хотелось, а не разорять – тоже, судя по всему, не получится. Тысячу пришлось выдать бургомистру, примчавшемуся сразу после окончания битвы и так жалобно стонавшему о загубленных людях и разрушенной улице… Можно было, конечно, и послать его, но хорошие отношения с этим поселением важнее, так что пришлось выдать денег семьям погибших да на городские нужды. Зато тот без ругани согласился собрать все трофеи и отвезти их к причалу, где стояли снеккары, и выделить повозки с работниками, чтобы доставить их в замок. Доверять бургомистру полностью я не решился, поэтому оставил там раненого Табора присматривать, чтобы не прихватили, что плохо лежит.

Наконец отбросив мрачные мысли, вывожу перед собой выскочившее по окончании боя сообщение о получении очередного, уже 15-го уровня, а вместе с ним повышение силы магии. Над предложенными вариантами способностей пришлось задуматься. Система предложила «Дипломатию» и «Тактику». В итоге остановился на «Дипломатии», что-то мне как-то слабо верится, что от того, что я возьму «Тактику», стану грамотнее распределять войска в бою. Да и не с моими демонами устраивать баталии и строевые перемещения, не любят они этого, разве что разорителей заставлю строй держать, но для этого не тактик нужен, а совсем другое.

Я лежал с Даконом в кустах и тихо радовался: насколько хорошими воинами викинги оказались в бою, настолько плохими солдатами они были на привале. Это же надо себя так вести на чужой территории: разожгли костёр, сидят, жарят кабанью тушу на огне да накачиваются чем-то из стоящего рядом бочонка. Из всех постовых – какой-то мальчишка на марсе (или у драккара эту штуку правильнее назвать «вороньим гнездом» – пришла в голову непрошеная мысль), да и тот скорее спит, чем бдит.

Вернувшись к своему войску, приказал гончим сделать фланговый обход, а с остальными бойцами – атака в лоб. Доведя до всех сей немудрёный план, напомнил, что берём по возможности живьём, а то грести самим придётся. Кажется, прониклись даже демоны.

Стремительная атака: тупой болт Дакона бьёт какого-то викинга в лоб, навешивая дебафф «Оглушение». Удар щитом с ходу, и тут же прыгаю на сидящего рядом, он успевает вскочить и даже выхватить меч. Короткая схватка, и тяжёлый кулак Крита опускается на затылок вояке. Оглядываюсь вокруг и понимаю, что воевать больше не с кем: четверо оглушены, ещё трое лежат с покусанными ногами. От гончих приходит мысль, что грести это не помешает, – мрачно усмехаюсь своеобразному юмору моих собачек. Ну а троим не повезло, или может, наоборот, повезло, пируют, уже в Вальхалле. Марсового отловил Дакон, он только-только спустился с мачты.

Моё войско с удобством расположилось вокруг костра, ожидая, когда дожарится кабанья туша: с гончими незаметного приближения врага можно не опасаться, а отдых бойцам требовался. Марсовый, мальчишка лет двенадцати, смотрел на меня испуганно-восторженными глазёнками и вдруг спросил:

– Дядя, а вы правда демон?

– Демон, демон, гляди, сейчас съест, – со смехом ответил Арнис.

– Не-е-е, не будет, – уверенно ответил малец.

– Почему это? – В голосе Арниса было столько удивления, что мы с Даконом заулыбались – Кабан-то вкуснее.

После этой фразы лицо Арниса выдало такую гамму чувств и гримас, что мы с Даконом заржали в голос. И лишь разоритель сохранял полную невозмутимость, разделывая тушу.

Драккар с трудом выгребал против течения, шестерых гребцов и рулевого явно не хватало, чтобы идти на вёслах, а ставить парус я не рискнул. Поэтому корабль двигался к месту высадки снеккаров очень медленно, к тому же по пути зашли к месту, где разбился первый корабль северян, там до сих пор плавали пара сундуков и два уцелевших викинга. Подобрав всё, что казалось полезным, я стал богаче на двух дополнительных гребцов, 2200 золотых и 15 мер дерева. Ещё час – и драккар наконец пристал к берегу, осталось разобраться с полученной добычей, и на сегодня – всё.

А вот добычи оказалось неожиданно много, если бы не огромные, по моим меркам, потери, то можно было бы сказать, что я сорвал джекпот. Помимо кольчуг, шлемов и прочих частей доспеха, где в отличном состоянии, где посечённые и порванные, но вполне годные к починке, мне досталось огромное количество оружия, которым я планировал вооружить хотя бы своих разорителей. С капитанов кораблей и ярла были сняты неплохие, хотя и не все подходящие мне артефакты: Секира нордов: + 3 к силе, + 10 урона холодом; Копьё льда: + 2 к ловкости, + 1 к силе, + 5 урона холодом, только для викингов; Кольцо жизненной силы: + 10 единиц жизни всем существам в армии героя; Малый кулон ледяных объятий: увеличивает на 10 % урон, наносимый заклинаниями стихии воды; Старый щит: защита + 10; Птица познания: увеличивает навык «Орлиного взгляда» на 5 %. К тому же, обыскав корабли, мы обнаружили 5250 монет, слиток серебра в резной шкатулке из волшебного дерева, пару мер кристаллов, меру драгоценных камней, пять мер серы и меру ртути, два закрытых сундука, вроде того, что я обнаружил в захоронке лича, ещё один сундук, забитый разными алхимическими ингредиентами, и это не считая недельного запаса продовольствия – видимо, ярл северян уже успел кого-то ограбить.

Но самой неожиданной находкой оказались пятеро избитых грязных гномов весьма болезненного вида – плавание для них явно оказалось тяжёлым испытанием. Но, несмотря на потрёпанный вид, это было поистине чудесным приобретением, потому что передо мной стояли мастер-оружейник, мастер-бронник, подмастерье кузнеца, мастер-портной (видимо, у программистов язык не повернулся обозвать гному мастером-портнихой). Не хватало для полного счастья только мастера-архитектора, но и так было неплохо, хотя, конечно, жаль, что у пятой гномы специализации не было.

Приказав отправить в замок добычу и гномов, поручил привести последних в порядок, накормить, напоить и спать положить, глядишь, посговорчивее будут.

Нагретый за день песок приятно грел спину. Я лежал, глядя в ярко-синее небо с невероятно белоснежными облаками, медленно и безмятежно ползущими по небосводу, и пытался думать, что делать дальше. Прошла почти неделя, как я в игре, от администрации ни слуху ни духу, а события подхватывают и волокут за собой стремительным течением, наваливая одну проблему за другой. И я уже не знаю, хочу ли я бросить эту игру и выбрать какой-нибудь другой проект, но то, что хочу выйти из капсулы, позвонить кому-нибудь из старых друзей, пригласить в гости и напиться – это точно.

Открыл карту: отряд суккубы продолжал движение по залитой солнцем степи, и вроде бы у демоницы всё было в порядке, по крайней мере, потерь в отряде не было, а телеги, накрытые холстиной, пополнились какими-то ресурсами. Ничего интересного у неё не происходило, а потому я закрыл карту и, прикинув, сколько денег у меня уйдёт на наём новых и оплату гонораров старых бойцов, развернул интерфейс строительства: что строить дальше, в голове уже сложилось. Первым в очередь была поставлена таверна, почему-то без неё нельзя было построить Адские конюшни. Благодаря наличию неплохо развитого призамкового города мне позволили выбрать продвинутый вариант с каменным первым этажом, винным подвалом и вторым деревянным этажом, где располагались комнаты для постояльцев. Правда, и обошлось это дороже, чем стандартная постройка, зато Брин будет доволен.

Затем поставил собственно конюшни, а вот дальше задумался: для постройки Дворца пороков мне требовались как залы заклинателей, так и бордель, строительство в первую очередь любого из них имело как свои достоинства, так и недостатки, поэтому пока отложил решение этого вопроса.

– Дядь, а дядь, рыбу будешь?

Я ошарашенно поглядел на марсового, который протягивал мне огромную жареную рыбину.

– Ты чего здесь делаешь? – задал я вопрос и задумался: отправлять мальчишку к остальным пленникам душа не лежала, а что с ним делать, было совершенно непонятно.

– Держи. – Мальчишка положил мне на колени тарелку с золотистым, одуряюще вкусно пахнущим карпом. А сам он свалился на песок и уставился в небо. – Дядь, а дядь, а можно я с вами останусь? – через минуту спросил он.

Я чуть не поперхнулся истекающей соком рыбой.

– Чего?

– Можно я с вами останусь, не хочу туда. – Мальчишка кивком указал на драккар, при этом скорчил такую гримасу, что стало понятно: у викингов малец был так же, как и гномы, не по своей воле.

– Дьявол с тобой, оставайся.

– Я ж говорил, разрешит, – весело усмехнулся Арнис, подсаживаясь к нашей компании. – Только больше никаких дядь, для тебя он милорд.

Но я не слышал этих слов, ошарашенно смотря на ворох всплывших передо мной сообщений и заслоняющую их всех пылающую надпись: «Высшие с усмешкой наблюдают за вами!»

Смахнул надпись и углубился в чтение сообщений.

«Получено достижение „Неправильный демон”: у вас появился шанс, что представители других рас, прежде чем напасть, выслушают вас. Репутация с вольными демонами снижена, вам предстоит доказать, что вы достойны, прежде чем к вам присоединяться».

«Получено 1000 очков опыта. Лимит получения уровней в настоящий момент исчерпан».

«К вам присоединился Алтрама, класс отсутствует. Для получения класса проведите инициацию».

– Да уж, всё страньше и страньше, всё чудесатее и чудесатее, как говорила небезызвестная Алиса.

Где-то в серверной

– Серёг, что там с учёткой 235lmm324243593?

– Да там ни черта не понятно. Игрок завис, представляешь, завис.

– Сорвался?

– Если бы, – тяжёлый вздох, – тогда хоть понятно было бы, что к чему и почему. Он именно завис.

– Эм-м-м…

– Вот тебе и эм-м-м. А всё чертова доставка, это ж надо было привезти вместо стандартной медицинской капсулы её экспериментальный вариант!

– И чего теперь делать? У меня запрос от игрока уже в красной зоне висит.

– А я знаю?! Напиши что-нибудь, типа сбой системы, исправляем, просим не беспокоиться. А, да, у него диагност выдаёт положительную динамику и успех операции с пятидесятипроцентной вероятностью, и она растёт – обрадуй парня. Ну и заодно подари что-нибудь от корпорации в качестве извинений за неудобства.

Глава 22

«Мне снился сон. Я был мечом. Людей судьёй и палачом»

Мне опять снился сон: стальной клинок в моих руках пытался пробить шкуру дракона, но каждый раз падал в пустоту, а в меня снова и снова устремлялось тяжёлое жало драконьего хвоста, молниеносный удар, уворачиваюсь, новая атака и вновь в пустоту. Но я почему-то был уверен: стоит мне пропустить удар, и уже не проснусь, одна промашка, и на этом всё закончится. Новый удар, и какой-то посторонний звук на грани восприятия разрывает оковы сна, выкидывая меня в раннее утро.

С облегчением открываю глаза и понимаю, что звук не почудился, в голове продолжает биться назойливое треньканье, а перед глазами маячит конверт непрочитанного сообщения. Интересно, кто мне в такую рань пишет. Открываю конверт, и тут же пропадает зуммер, позволяя облегчённо вздохнуть.

«Уважаемый игрок, Администрация приносит вам свои извинения и прочее, прочее…»

Наискосок пробежал текст, ничего интересного, одно словоблудие, всё, что удалось вычленить полезного, – так то, что моя проблема в скором времени будет решена, а в настоящий момент передо мной извиняются за доставленные неудобства и в качестве возмещения предоставляют возможность видоизменить конфигурацию замка в режиме платинового аккаунта. Каталоги возможных изменений прилагаются.

Достал остатки вчерашнего ужина, настрочил в администрацию гневное письмо с требованием сообщить, когда меня конкретно извлекут, и принялся изучать предоставленные каталоги – времени, думаю, займёт не так уж много, а получить платиновый замок совсем неплохо, глядишь, наконец кровать появится, и не придётся спать в кресле.

Так, что тут у нас. Инфернальный классицизм: какие-то устремлённые ввысь под разными углами башни с выступами и шипами, даже смотреть на это жутко, не то что жить в таком. Неошиональная готика: ага, какая-то пародия на готику, видимо, взяли за пример вампирский стиль и испохабили его на демонический манер. Цитадель Инферно – а вот это уже интереснее: высокие стены, рвы с лавой, барбаканы и мосты над пропастью. Такой замок брать сложно, вот только и жить там будет не слишком удобно. Я листал страницу за страницей, поражаясь креативности и многообразию дизайнерских решений, а также ценам, которые за все эти художества просили, покупай ты их себе отдельной опцией, пока, наконец, не наткнулся на то самое. Замок пламени: массивные внешние стены, подпираемые четырьмя круглыми разновеликими башнями, центральный донжон устремлялся ввысь, разделяясь на башни и башенки, словно языки пламени, разбегающиеся в стороны и соединённые арочными переходами. Замок окружал ров, за ним было свободное пространство, на котором полагалось возводить строения, и новая линия стен, уже не таких массивных. Угловые и надвратные башни, на которых можно было расположить как бойцов, так и боевые артефакты или машины, ещё ров, над которым изгибался изящный мост. Увидев это произведение архитектуры, я даже не стал листать дальше. По комнате пронёсся звон гонга, и система оповестила, что замок будет изменён в течение 12 часов.

Ну, с подарками разобрались, пора и к делам приступать, тем более что и завтрак закончился. А потому я встал, подхватил трофейную артефактную секиру и такой же щит и отправился к выходу, по пути открыл интерфейс и просмотрел, что нового появилось из магии. За прошедший день расшифровались трофейная руна «Альгиз» (даёт 10-процентную защиту от двух типов магии в зависимости от использованных ресурсов) и заклинание «Каменный шип».

У дверей меня встречала затянутая в алую кожу повелительница боли, с огненно-рыжей шевелюрой, заплетённой в сложную косу, в кончик которой был вплетён небольшой костяной клинок. Тонкие руки в лакированных перчатках держали изящный хлыст, а пояс украшали зловещего вида, хоть и изящно выполненные инструменты.

– Приветствую, милорд, – обозначила лёгкий поклон. – Разрешите представиться: мастер боли и наслаждения Фиан.

– Мастер, – чуть улыбаюсь.

– Разрешите показать свои владения? – вопросительный взгляд.

Киваю, и мы отправляемся к неприметному входу чуть в стороне от складов.

– Ал!

Бывший марсовый Алтрама, словно чёрт из табакерки, появляется рядом.

– Скажи Арнису, чтобы доставил всех пленных со складов во владение мастера Фиан.

От хищной улыбки суккубы меня внутренне передёрнуло.

– А вот и мои владения, – повела изящной ручкой мастер боли и наслаждения после того, как мы, преодолев несколько изгибов спиральной лестницы, оказались в подземелье. – Мои покои, – указала она на одну из дверей, многообещающе улыбнувшись.

Следом шли низкие казематы, вход в которые был забран то стальной, тяжёлой дверью, а то решёткой, за которой виднелись низкие неудобные помещения с кандалами на стенах.

– Если милорд и дальше будет развивать замок, у нас появятся камеры для значительных пленников с более подходящими условиями, – сладко улыбнулась демоница. – А это сердце моих владений. – Улыбка повелительницы лучилась такой радостью и счастьем, что меня вновь внутренне передёрнуло, настолько нелепо это смотрелось в столь страшном помещении, достойном испанской инквизиции. – Милорд желает осмотреться? – Голос демоницы излучал елей и довольство.

– Милорд желает допросить пленных, Арнис знает кого.

Суккуба склонила голову и щёлкнула пальцами. Рядом тут же материализовались два беса. Вглядевшись в их характеристики, я аж присвистнул, у обоих был 30-й уровень.

– Мои помощники, к сожалению, привязаны к пыточным.

Не прошло и пары минут, как оба беса вернулись, волоча упирающихся разбойников. Толкнули их к мастеру Фиан, которая тут же начала споро закреплять их в какой-то сложной конструкции. Один из бесов исчез и вновь появился, но уже с мягким стулом для меня.

Мне совсем не нравилось то, что предстоит сделать, и присутствовать при этом я тоже не собирался. А вот ответы на вопросы были нужны, поэтому, посмотрев на пленников, я постарался изобразить самый зверский оскал и прошипел им в лицо:

– Ну что, господа, не желаете облегчить совесть и рассказать всё, что знаете?

В ответ глухое молчание, лишь капля пота сбежала по лбу одного из представителей теневой гильдии.

– Ну, раз не хотите, тогда я, пожалуй, пойду, а вопросы вам задаст эта очаровательная особа. Да, и даже не думайте, что умрёте на одном из этих приспособлений. – Ещё одна хищная улыбка. – Ваша жизнь закончится под ритуальным ножом. Или всё-таки желаете? – Посмотрев несколько секунд в перекошенные от страха лица и до боли прикушенные губы, я повернулся к демонице. – Приступай! – отдал приказ и вышел из помещения.

С одним важным делом почти разобрались, предстояло решить ещё несколько. Отправил Ала за егерями, поручив вместе с ними привести в тронный зал гномов. А сам, добравшись до Сердца замка, опустился в кресло и распахнул окно интерфейса. Мне повезло, через рынок ушёл амулет некроманта, дав мне прибавку в 7000 золотых, так что денег хватало на всё, что задумал.

Разом выплатил жалованье имеющемуся войску, не забыв и Искру, егерей и Табора с Критом. Нанял всех, кто был доступен, получив приличную прибавку к войску, но и кошелёк опустел на солидную сумму, практически показав дно, оставалось чуть менее трёх тысяч. Что-то с доходами надо решать: надеяться на продажу артефактов, конечно, можно, но, как показала практика, процесс это не самый быстрый, мне ещё повезло, что в Баэльбэг заглянул караван, потому, видимо, амулет и ушёл, так бы пришлось ждать гораздо дольше. Это не ингредиенты или ещё какая мелочовка, которую купцы-одиночки и всякие коробейники таскают. К сожалению, демонам доступ к представительству торговой гильдии закрыт, иначе всё было бы гораздо проще.

– Милорд, разрешите, – в залу заглянул Алтрама, принявший на себя обязанности моего ординарца.

– Заходите.

Чуть подталкиваемое в спину, в Сердце, насупившись, вошло всё семейство гномов: отмытые и в выстиранной одежде они смотрелись более представительно – уже не бродяги, но ещё и не уважаемые мастера. По тому, как гномы выстроились, можно было определить иерархию семейства. Впереди стоял седобородый кряжистый гном, чьё лицо было изборождено морщинами, а при сосредоточении взгляда над головой появлялась табличка «Мастер-бронник», позади парой – «Мастер-оружейник» и «Мастер-портной», то ли сын с женой, то ли дочка с зятем, а за ним два совсем моложаво выглядевших гнома. Мальчишка уже успел стать подмастерьем кузнеца, а вот девушка, кроме миловидного личика и весьма соблазнительной фигуры, никакими другими достоинствами не обладала – эти, видимо, были внуками патриарха.

– Чего звал? – буркнул старший.

Я удивлённо посмотрел на гнома: вот даже как, похоже, благодарить за спасение меня никто не собирается.

– Могу вернуть обратно под замок, у меня как раз одиночные казематы достроились, думаю, уважаемым гномам под каменными сводами будет комфортно, – позволил себе добавить в голос насмешку.

– Говори, демон, чего надо, или думаешь, Трор Каменный Молот будет перед тобой унижаться?

– Унижаться. – Я поднялся с кресла и надвинулся на низкорослого гнома, шипя ему в лицо: – Унижаться. Значит, поблагодарить того, кто вызволил тебя из плена, значит – унижаться. Сказать спасибо тому, кто накормил и одел, значит – унижаться. Я что-то не знаю об унижении, гном?

Седобородый ещё больше набычился, врос ногами в землю и вперил в меня яростный взгляд существа, готового до последней капли крови отстаивать своё мнение, каким бы глупым и нелепым оно ни было.

Не отводя взгляда, я убрал из голоса шипение и как бы задумчиво произнёс:

– Что ж, гном, я дам тебе возможность отработать твоё спасение, а потом вали на все четыре стороны, и пусть тебя с семьёй дикие твари сожрут.

– Я не буду на тебя работать, отродье ада.

– Правда?

Скользящий шаг вперёд, хлёсткий удар тыльной стороной ладони по лицу, так, что кровь из разбитых губ брызжет на грудь, схватить за грудки мальчишку и впечатать в грудь, туда, куда упали капли крови, перстень, активируя метку еретика. И тут же отпустить парня, позволив ему упасть на камни пола и забиться в судорогах. Семейство тут же кинулось к нему, а тот уже приходил в себя, хотя дыхание оставалось тяжёлым, а на лице выступил холодный липкий пот.

– Ты-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы! – взревел отец мальчишки и бросился на меня.

Короткий отступ – и тело озверевшего гнома пролетает мимо меня. А я вновь активирую связь с парнем, заставляя мальчишку забиться в новом приступе.

– Мне убить его? – В голосе холод и равнодушие.

Гномы со страхом смотрят на меня: умоляющий взгляд матери, и слёзы по лицу, юная гнома бьётся в истерике над братом, тяжело дышащий отец, но я смотрю только на патриарха семейства.

– Так мне убить его или мы договоримся?

Я вижу, как гному трудно на что-то решиться.

– Уведите в камеры, поближе к пыточному залу, пусть подумают, и мастера Фиан ко мне.

Глава 23

«Работники ножа и топора – романтики с большой дороги»

Невзрачный двухэтажный домик в окружении ещё более невзрачных построек больше походил на жильё зажиточного фермера, чем на логово воровской гильдии.

– Если обманул, ты знаешь, что тебя ждёт, – посулил я одному из пленных воров.

Мужчина суетливо закивал, а по виску сползла крупная капля пота. Я мрачно усмехнулся и принялся раздавать указания. Войска кольцом охватывали все строения, пытаясь перекрыть возможные пути отступления. У одного из показанных пленником тайных ходов остались дежурить трое разорителей при поддержке четырёх бесов, у второго – пара гончих, тоже с четвёркой бесов.

Закончить окружение мы не успели: над поляной раздался пронзительный залихватский свист и лязгнули засовами ставни второго этажа. Из узких бойниц появились жала арбалетных болтов, из окружающих строений выскочило несколько разбойников, метнувшихся серыми тенями в основное здание.

Пришлось пересмотреть расстановку штурма и всех бесов отправить усиливать отряды, охраняющие тайные ходы – здесь был слишком большой шанс их потерять.

Разорители вскинули трофейные щиты и ринулись в атаку. Звонко ударили болты, завязнув в обрывках кольчужного плетения, натянутых на мощные торсы демонов. Под прикрытием атакующего их клина без потерь добежали до дверей дома, демоны тут же рассредоточились по периметру строения, оказавшись в мёртвой зоне для стрелков, засевших на втором этаже. Крит, подхватив секиры, устремился к двери, обрушив на неё сдвоенный удар, от которого во все стороны полетели щепки. Удар, ещё удар. В двери распахивается не замеченное нами окно, и в грудь минотавра ударяет копьё, отбрасывая его назад. Подлетаю на место Крита и швыряю в не успевшую закрыться створку «Огненную стрелу». Крик боли за дверью. Прыжок в сторону, уходя с траектории живого тарана, и мощная фигура разорителя врезается в дверное полотно. Петли, порубленные Критом, не выдерживают, и дверь обрушивается внутрь, придавив какого-то неудачника.

Тут же, перепрыгнув через упавшего демона, в коридор с грозным рыком врывается гончая, опрокидывая не успевшего сбежать разбойника. Влетаю вслед за ней и вижу пустой коридор, труп с перегрызенным горлом и гончую, медленно поводящую носом из стороны в сторону. Табор молча указывает пальцем вниз. Киваю, показывая, что понял. Этого следовало ожидать – начальство пытается сбежать. Короткий приказ, Арнис с парой гончих и разорителей поднимаются на второй этаж, Дакон с другой парой начинает обыск первого, Крит с разорителями перекрывает выход, а я с оставшимися гончими, Табором и тремя разорителями устремляюсь в подвал.

Узкие, низкие, ветвящиеся переходы с массой тупиков и ловушек, в них с трудом протискиваются огромные туши моей демонической пехоты, зато нюх гончих позволяет избегать западни и уверенно двигаться по следу. Поворот, ещё поворот, особо низкий коридор, по которому приходится передвигаться чуть ли не ползком, и темнота, остающаяся сумраком для моего зрения. Деталей не видно, но направление держать можно, не натыкаясь на выступы.

Коридор неожиданно обрывается, и мы вываливаемся в огромную залу. Гончие замирают, тревожно поводя носом, Табор вскидывает руку, готовясь сотворить заклятие. Но я успеваю раньше, и волны ужаса накрывают помещение, рассеивая иллюзию. Глухо лязгают, падая на пол, мечи и арбалеты. Гончие взвиваются в воздух, обрушиваясь на тех, кто не поддался беспричинному страху.

«Живьём!» – успеваю послать мысль-приказ.

И всё же, несмотря на липкое, густое, как желе, чувство страха, заполнившее помещение, есть те, кто пытается сопротивляться. Короткая схватка, нож, ударивший в бок разорителю и не смогший пробить шкуру, взмах трофейным каролингом[8] – и голова разбойника покатилась по полу. А за мной сгущается тень, обретая очертания закутанного в плащ убийцы с занесённым ножом, по кромке которого пробегают зелёные всполохи. Почувствовав опасность, успеваю обернуться и вижу распахнувшиеся от боли глаза этого уже несостоявшегося убийцы. Табор резко выдёргивает засевшее по рукоять лезвие, пробившее снизу вверх шею ассасина, и изогнувшееся в судороге тело заваливается назад. Удар секиры отделяет голову от тела, а система сообщает об успешном захвате души.

Нагибаюсь к поверженному врагу и вынимаю из его рук кинжал. Система услужливо подсвечивает: «Клинок ассасина: Смертельный яд: раны, полученные этим клинком, не поддаются исцеляющим заклинаниям. Урон: уровень + ловкость + 10 ед.; раз в сек., в течение 5 сек.». Богато украшенный кханджар оказался поистине смертоносным оружием, особенно если им пользуется опытный убийца. Подкинув его, полюбовался на зеленоватые всполохи яда на тёмном клинке и игру света на нефритовой рукояти, протянул его Табору:

– Заслужил.

Шаман молча принял клинок, нагнулся, снимая с убийцы ножны, и так же молча повесил кханджар себе на пояс.

Дверь с лёгким скрипом открылась, и все четыре мастера не спеша вошли в комнату. Шагаю следом и тут же резко поворачиваюсь направо, туда, где краем глаза отмечаю непонятное движение. В поднятый щит ударяет крупный серо-стальной болт, раздаётся шипение, и поверхность щита покрывается буро-зелёной слизью. Оттеснив меня, в комнату врываются мои демоны, а отброшенный щит растворяется, поглощённый огромным слизняком, вытекшим из полости болта. «Да твою ж… Это же артефакт».

Обрушиваю на слизня секиру. На миг его тело покрывается ледяной коркой, которая тут же пропадает, а лезвие секиры словно погружается в густое желе, не причиняя существу никакого вреда. Тело слизняка замирает, изгибается, и в мою сторону устремляется тёмно-зелёный сгусток. Буквально в последнюю секунду успеваю убрать с его пути голову, и он расползается уродливым пятном по стене, пятная резные деревянные панели, которые тут же начинают чадить.

Слизняк вновь оживает и целеустремлённо ползёт в мою сторону. Медленно пячусь, думая, что делать: маны нет, сталь его не берёт, урон холодом от секиры практически не оказывает воздействия. А слизняк опять замирает, приготовившись исторгнуть очередную порцию яда. Широкий шаг – и Арнис бросает в эту мерзость масляный светильник, сорванный со стены, и сразу второй. Вспышка, языки пламени, шипение, в воздухе разносится запах палёной резины, желеобразное тело бьётся в судорогах, разбрасывая вокруг себя капли, которые тут же начинают проедать всё, на что попадают. Секунда, другая – и на полу остаётся непонятное тёмное пятно, а я зло оборачиваюсь.

Взгляд успевает охватить обстановку комнаты: четыре мягких кресла, каждое в своём углу, так, чтобы можно было контролировать остальные, рядом с каждым небольшой столик, прямо напротив двери огромный камин, пол укрыт чудесным пушистым ковром, сейчас обезображенным чёрной проплешиной, из стены торчит дуга скорпиона.

Перед глазами всплывает сообщение об окончании боя, получении уровня и единицы устойчивости к откату. Смахиваю его.

Натыкаюсь взглядом на всех четырёх мастеров – они лежат, придавленные тушами гончих, чей низкий утробный рык сейчас наполняет комнату, а прямо перед ними – полуоткрытая дверь очередного тайного хода.

– Что, господа жулики, хулиганы и тунеядцы, по-хорошему, значит, не хотите?!

Сижу в кресле, чуть наклонившись вперёд и положив подбородок на сложенные кисти, смотрю на связанных мастеров воровской гильдии, каждое движение которых контролируют мои гончие, и думаю. А подумать было о чём. Всеми своими действиями, что в течение недели, что при сегодняшнем штурме, воровская гильдия просто напрашивалась на то, чтобы её уничтожили. В подвале меня чуть не убил подмастерье пути душегубов, а Арнис при зачистке мог получить болт от мастера разбоя, спасла гончая, повисшая на руке, держащей арбалет. Даже после захвата они активизировали ловушку, из-за которой я потерял артефактный щит, и попытались сбежать.

И всё же идти по самому простому пути, который нам завещал товарищ Сталин (нет человека – нет проблемы), не хотелось, да и сулил он немало бед в дальнейшем. Кое-что о воровской гильдии я успел прочитать в энциклопедии и понял, что это весьма полезная организация.

– Ну, так что будем делать с вами, дамы и господа? Как видите, убивать меня бесполезно. – Я выдал самую ехидную улыбку, на которую был способен, блеснув клыками и перстнем лорда.

Пока я распинался, мои подданные споро усаживали гильдейцев в кресла и прикручивали руки к подлокотникам.

К немалому моему удивлению, мастером пути обмана оказалась девушка с явной примесью эльфийской крови, и она сейчас попыталась заговорить.

Мысленный посыл – и грозный рык гончей заставил квартеронку вжаться обратно в кресло.

– Я уже разговаривал с тем, кто идёт по пути обмана, – выдохнул я. – Как вы можете заметить, это плохо кончилось для всех. Я потерял несколько караванов с ресурсами и даже умер, а вы находитесь не в очень завидном положении.

На некоторое время повисло молчание.

– Мы готовы выкупить свою жизнь, – раздался тихий голос мастера пути душегубов, между тем отчётливо слышимый всеми.

– А мне кажется, всё ваше имущество и так принадлежит мне.

– Не совсем. – Мастер сделал многозначительную паузу. – К тому же мы готовы поделиться информацией.

– Вы мне и так всё выложите, ваш человек может подтвердить, – расхохотался я, и в комнату вошёл Лукан, подталкивая пленённого после моего убийства разбойника. – Есть у меня для этого подходящий специалист.

– Если хотел бы, убил бы сразу, – влезла в разговор квартеронка, пересилив свой страх.

– Лёгкую смерть вы не заслужили.

– Ну, в этом случае разговор был бы совсем в другом месте.

– Ещё не поздно исправить сие досадное упущение. – Медленно подхожу к девушке, заглядываю в глаза, рука ложится на длинную гриву её волос, захватывает их в горсть и рвёт голову назад.

Появившийся в другой руке крис скользит по шелковистой коже лица, оставляя за собой алую полоску, набухающую кровью.

– Кажется, я запретил тебе говорить, – шепчу ей в ухо.

Крис исчезает в ножнах, а я задумчиво провожу по щеке вслед за стекающей каплей крови пиропом перстня, который начинает мерцать в ритме её сердца.

– Хочешь, я оставлю свою метку прямо у тебя на лице, думаю, для того, кто вечно меняется, это будет хорошим уроком, да и красивое личико испортит? – шепчу почти нежно.

Вижу, как она испуганно вздрагивает, и я впечатываю перстень в ключицу, туда, куда срывается капля крови, активирую метку еретика. Девушка выгибается дугой, и лишь верёвки не позволяют ей упасть с кресла. Кровь из прокушенной губы пятнает кружевную блузку, а широко раскрытые глаза удивлённо взирают на меня.

Возвращаюсь к креслу и вновь усаживаюсь в него.

– А вот теперь поговорим серьёзно.

Глава 24

«Эх, дороги, пыль да туман»

Вновь над головой огромная бледно-жёлтая луна, отблески костра, аромат похлёбки, романтика – романтика, которая начала надоедать. Нет, поначалу даже было весело побродить по лесу, ночёвка под звёздами, костёр и прочие прелести походной жизни, но любой турист знает, как неудержимо начинает тянуть в комфорт после недели похода. А у меня из удобств ни палатки, ни пенки, ни даже спальника, и магазина с туристическим оборудованием поблизости как-то не наблюдается.

С кряхтением откинулся на одиноко стоящее посреди огромного поля мощное раскидистое дерево, под которым моё войско устроило лагерь, и вывел логи прошедшего дня. Уровень я за сегодня успел поднять только один, взяв за него «Мастера иллюзий». После марш-броска, совершённого от воровской гильдии, неожиданно получил 2-й уровень «Логистики», видимо, наконец все мои пути-дорожки сложились в развитие навыка.

Трофеи и итоги разгрома воровского логова тоже оказались весьма неплохими: 5 мер камня, 4 – серы, ветвь мэллорна (редкий ингредиент артефакторики), 5 слитков проклятой стали и 2 – кровавого золота, тоже довольно специфические ингредиенты для кузнечной работы или артефакторики, эссенция жизни – что это такое, мне ещё предстояло разобраться, и пара тюков с эльфийскими тканями. На артефакты добыча оказалась гораздо беднее, мне достались: арбалет Ночной убийца: + 5 к меткости, двойной выстрел, + 10 урона огнём, и странный камешек, больше всего похожий на крупную гальку серо-зелёно-фиолетовой расцветки, испещрённый тонкими пересекающимися прожилками, зато определялся он как «Неопознанный магический накопитель ёмкостью 0/300». Осталось зарядить в замке, и я наконец почти настоящий маг. Арбалет подарил Лукану, оставив того в качестве своего эмиссара в гильдии, а заодно пройти обучение по пути душегубства. Ну и последним трофеем стал презренный металл – 3750 золотых.

Разобравшись с накопившейся информацией, с чувством потянулся, зевнул, и вдруг сзади эхом раздался ещё один зевок, а я чуть не упал на спину, внезапно потеряв опору, лишь чудом сохранив равновесие.

– Приходи завтра, спать мешаешь, – послышалось в шуме листьев.

Развернувшись, я ошарашенно уставился на проступившее в коре лицо, а система подсветила растительного гиганта: «Древо познания».

– Не отстанешь, да? – сонно спросило дерево. – Ну давай плати – и получишь свой уровень.

Соблазн был велик, догнать сегодняшний день до двух уровней, не потеряв темп. А с другой стороны, если я сейчас уже начинаю не успевать набрать два уровня за день, что будет дальше, поэтому решил не торопить события и отложить получение уровня до конца третьей недели, благо дерево не так уж и далеко от замка.

– В следующий раз.

– Ходют тут всякие, спать мешают, – недовольно проворчало дерево.

Узор коры расправился, и вновь ничто не напоминало о том, что дерево живое.

Я хмыкнул, чуток отодвинулся от ствола, а то мало ли что, лёг на траву и погрузился в сон.

* * *

После лёгкой разминки и завтрака выдвинулись к старой отметке на карте – источнику магии, как его назвала в своё время Искра. В сам источник я не слишком верил, да и денег на его развитие тоже особо не было, но проверить стоило, тем более что крюк предстоял не такой уж и большой.

После получения второго уровня «Логистики» идти стало гораздо легче, и даже, казалось, разорители прибавили шагу. Это не помешало мне выставить дозор из бесов, благодаря чему удалось не пройти мимо небольшого стада кабанов, обеспечив себе неплохой обед, а также с ходу снести неизвестно как здесь оказавшийся десяток гремлинов с тремя стальными големами. После последней битвы я получил очередной уровень и единицу в ловкость, а из предложенных навыков выбрал «Мастера огня».

Ещё полчаса пути, и местность, до того ровная, как стол, начала постепенно подниматься, превращаясь в небольшой пологий холм, усыпанный разноцветьем трав и цветов, а посреди холма в небо устремлялась беломраморная башня, украшенная узором из переплетающихся цветных линий-прожилок в камне. На вершине башни горел, переливаясь цветами радуги, огромный кристалл.

Приказав войску остановиться, обошёл строение по кругу, пытаясь найти вход. Дверь так и не обнаружилась, зато на одной из стен висел вычурный бронзовый молоточек. Слегка качнул его, ударив бойком в стену, и над холмом понёсся переливчатый звук чистой бронзы. Где-то на верхних этажах раскрылось окошко, из него по пояс высунулась долговязая фигура, закутанная в небесно-голубой балахон, с торчащей седой нечёсаной бородой. Фигура взмахнула руками, на миг меня выгнуло дугой, рот наполнился привкусом железа, но на ногах я всё же удержался. А перед глазами выскочила табличка: «Сила магии увеличена на 1».

– Проваливайте, не до вас!

И окно захлопнулось. Как-то мне последнее время везёт на не слишком вежливых и разговорчивых неписей – пришла в голову мысль. Пряча улыбку, я вернулся к отряду, и мы продолжили путь на восток, правда обходя заросли ежевики, расползшиеся под холмом, чтобы потом повернуть на юго-запад к Баэльбэгу и замку. И вот уже почти перед самым разворотом Арнис увидел макушку обелиска, из-за зелёного цвета практически сливающегося с разнотравьем луга, по которому мы шли.

Оставив отряд отдыхать и готовить обед, я в сопровождении Арниса и пары гончих отправился к обелиску. И лишь дойдя до него, понял, почему Искра назвала это место местом силы. Как и школа волшебства, обелиск фонил в магическом диапазоне, причём фонил так, что любое магическое существо должно было его почувствовать, так же как и школу волшебства, видимо, именно их проявления она и приняла за источник магии.

Обойдя обелиск вокруг и полюбовавшись на зеркально отполированную зелёную поверхность, приложил к камню руку, и перед глазами стал медленно проступать рисунок незнакомой местности: водная гладь, деревья. Полностью проявившись, карта повисела перед глазами около минуты и растаяла, оказавшись ещё одним кусочком в будущем пазле моего могущества.

Плотно перекусив, выдвинулись к Баэльбэгу. Я шёл с мыслью об обновлённом замке, горячей ванне, мягкой постели и, может, поэтому проворонил сигнал тревоги от дозора бесов. В воздухе свистнули зелёные стрелы, впиваясь в жёсткие шкуры разорителей. Словно почувствовав тревогу, гончие стремительными прыжками вылетели из зоны поражения и понеслись к кустам, туда же метнулись бесы, оставив пару своих с пробитыми крыльями. Не имея запаса маны, я выдернул из петли на поясе секиру и припал к земле в круге, образованном разорителями, рядом со мной находились Табор, Арнис и Дакон. Первый чертил на земле какую-то замысловатую фигуру, а егери вскинули арбалеты, выцеливая противника в кустах, но на спусковую скобу пока не нажимали.

Новый ливень стрел – и гончие влетают в кусты, а в голове мелькает паническая мысль: «Эльфы» – и тут же уходит, слишком уж неэффективен обстрел. Из кустарника, медленно пятясь, выдвигается коробочка пикинёров, прикрывающая едва ли десяток егерей. Вокруг беснуются гончие, опасающиеся прыгать на острия выставленных копий. Но стоило противнику выйти из-под прикрытия зарослей, он уже был обречён, слишком малые силы против моего войска. Командую общую атаку. Бесы взвиваются в прыжке, обрушиваясь в середину строя противника, и лишь один остаётся висеть на вскинутых пиках, а разорители стальным клином врезаются в общее построение, горя налившимися кровью глазами. Табор активизировал начерченную фигуру, наложив эффект массового «берсеркера». Арнис с сыном разрядили арбалеты, выбив фигуру рослого сержанта, командующего бойцами, а моя секира, пролетев серым росчерком, раскроила голову командиру егерей противника.

Добычи после короткой стычки практически не было, не считать же за неё 150 монет, набравшихся со всего отряда противника, и амуниции с вооружением. Оставшийся путь до города прошёл без приключений, разве что один из разорителей зарубил какого-то сумасшедшего волка, кинувшегося на отряд из кустов.

Глава 25

«Давай поговорим о самом важном в тиши ночи или в таверне за столом»

Таверна тихо гудела, от дальних столиков раздавались азартные крики гоблинов, играющих в некую странную игру с костяными кубиками, перьями и двухцветной доской, ватага мастеровых за двумя сдвинутыми столами голосила какой-то простой и не слишком музыкальный мотив.

– Неплохо, – оторвался от тарелки Арнис, – совсем неплохо, – прокомментировал он местную кухню.

Я был полностью согласен, с удовольствием уплетая мясное рагу, щедро посыпанное свежей зеленью, и запивая это великолепие тёмным пивом.

– Милорд, – раздалось за спиной.

– Присаживайтесь, бургомистр. Как вам новая таверна?

Тут же перед нашим столиком появилась весьма колоритная личность хозяина озвученного заведения: темнокожий цверг с огненно-рыжей бородой и такими же волосами, заплетёнными в косы, перехваченными кольцами из чёрного серебра, и двумя маленькими рожками, торчащими сквозь уложенные волосы.

– Чего изволите, господа? – обозначил он полупоклон.

Пока местный градоначальник делал заказ, я достал и бросил на стол два кошеля, в каждом из которых было по 500 монет.

– Брин, к сожалению, я не могу в данный момент заняться рытьём колодца, но зато готов профинансировать два их, а не один, чтобы у города больше не было проблем с водоснабжением.

Бургомистр задумчиво потёр подбородок, смахнул кошельки в карман и лукаво улыбнулся. В результате получасового обсуждения городских проблем под бочонок пива, притащенный обслугой, мы сошлись на том, что я выделяю городу дополнительно по 100 золотых на каждый колодец, две меры камней, меру руды, меру дерева и трёх пленных для рытья колодцев. Разобравшись с этим, я передал Треколу вооружение убитых пикинёров и выделил городу 1000 золотых на создание подразделения городской стражи для защиты, в том числе и от моих демонов в случае возникновения проблем.

Идея с городской стражей возникла у меня сразу после сражения с викингами, но тогда было не до разговоров с бургомистром, да и с деньгами в преддверии найма войска были трудности, так что руки дошли только сейчас. Глядишь, в будущем при повторении такого же неожиданного нашествия город сможет продержаться некоторое время и сам. Ну и, положа руку на сердце, тут я бургомистра чуток обманул, как и положено демону. Выделенная мной тысяча будет потрачена на снаряжение, вооружение, обучение, а вот содержать стражу городу придётся самому, а я на гарнизоне сэкономлю.

Стоило только нам ударить по рукам, как перед глазами выскочила табличка:

«Выполнено задание „Водоснабжение Баэльбэга”, степень выполнения 150 %. Награда: повышение репутации с городом, получено 4500 очков опыта». «Выполнено задание „Городская стража”. Награда: повышение репутации с населением города, получено 7500 очков опыта».

И сразу следом:

«Вами получен 18-й уровень, + 1 к силе. Выберите между „Мастером управления” и „Адским жнецом”».

Не задумываясь взял последнего: расовый навык, позволяющий за счёт душ восстанавливать ману. Активация жестом, один труп – одна единица маны, с больших существ, вроде гидры и дракона, можно восполнить до пяти единиц. Правда, как почти со всеми расовыми навыками демонов, есть нюанс: мана восстанавливалась за счёт поглощения души противника, а потому навык не работает на большей части некромантских отродий, големах и прочих механизмах, а заодно и на паладинах, прелатах и им подобных, чьи души защищены Эльрасом.

Из размышлений над полученным навыком меня вывел голос бургомистра. Протянув мне небольшой свиток, он распрощался с нашей компанией и покинул таверну.

С удивлением развернул подарок, или этот свиток стоило рассматривать как дополнительную награду за два выполненных задания? Оказалось, я стал обладателем карты, указывающей путь к Кровавому храму. Убрав её в инвентарь, поднялся из-за стола и направился к дверям, пора возвращаться домой.

Входные ворота распахнулись, и мы поражённо застыли, глядя на преобразившийся замок. Больше всего он поминал дикую, но при этом невероятно изящную, пламенеющую смесь замка Райхсбург, до сих пор украшающего германские земли, и замка Бутрон, что в Испании. Точнее, почему-то именно эти замки приходили в голову, когда я представлял, во что превратится моё жилище, когда будет достроено.

– Милорд, разрешите показать вам ваши владения. – Словно из-под земли рядом со мной вырос невысокий седовласый бес с маленькими рожками, наряженный в фиолетовый камзол с алым шитьём и опирающийся на тонкую изящную трость с фигуркой сидящего демона в навершии.

Экскурсия не заняла много времени. Жилая территория была пока ещё не слишком большой, но зато у меня появилась спальня, кабинет и много чего другого. На других этажах центрального донжона расположились кухня с личным поваром, огромный обеденный зал, оружейная, сокровищница, гостевые покои, комнаты для слуг, а прямо при входе в донжон – небольшая кордегардия с горящим магическим фонарём, способным выявить даже шпиона под скрытом.

После экскурсии я прошёл в тронный зал и уселся на трон. Но не успел расслабиться, как раздался голос:

– Милорд, там к вам посетитель.

В тронный зал одновременно вошли Ал и дворецкий, и если первый чуть не подпрыгивал от радости, то бес сохранял на лице абсолютную невозмутимость.

– Там Искра, – вставил Ал и тут же выскочил за дверь, прячась от осуждающего взгляда беса.

Хмыкнув себе под нос, я затребовал вина, а все аудиенции перенёс на утро, мне ещё требовалось разобраться с ресурсами, деньгами и постройками, да и день выдался не простой.

Дождавшись, когда симпатичная горничная принесёт бутыль и бокал, раскрыл интерфейс. Первым делом залез в аукцион: с молотка ушёл щит клыков людоеда, существенно пополнив мою копилку. Затем заглянул в изученные за прошедшее время заклинания. Расшифровалась одна младшая руна «Сар», задающая направление заклятию, а также четыре заклятия: «Зеркала» из магии разума, «Лезвие ветра» из магии воздуха, «Создание родника» из магии воды, «Огненное оружие» из магии огня. Разобравшись с магией, перешёл к строительству: несколько пересмотрев концепцию своего войска, решил в первую очередь озаботиться усилением тех, кто есть, сократив потери. Потому поставил строиться Алтарь возвышения, он обошёлся мне в 5000 золотых, 5 мер дерева, 3 – руды, 2 – серы и 5 – ртути, изрядно опустошив склад, затем Залы заклинателей и последним Бордель, на который, кроме стандартных ресурсов, пришлось потратить ещё кристаллы и драгоценные камни. Склады почти показали дно, зато на ближайшие дни строительством голову можно не забивать.

Раскидав все срочные дела, направился к неприметной двери в углу Сердца замка, ведущей в мою спальню, чтобы наконец почувствовать себя настоящим феодалом, вытянувшись на огромной кровати, покрытой почему-то чёрными шёлковыми простынями, и провалиться в сон.

Утро встретило меня осторожным стуком мажордома и ароматом свежесваренного кофе, доносящимся из-за двери. Просыпаться совершенно не хотелось, организм, за последнюю неделю отвыкший от перин и кроватей, требовал поваляться ещё и как можно дольше. Но воображаемая труба пела и звала на подвиги, поэтому, рывком вырвав себя из объятий подушек и одеял, впустил в комнату беса и начал облачаться.

– Милорд, ваши указания выполнены, вас ожидают, – чопорно поклонился дворецкий, ставя на стол поднос с кофе и булочками. Как бы не привыкнуть к такому сервису.

Позавтракав, вышел в тронный зал, взгромоздился на весьма удобный трон, над которым всё так же скалилась голова дракона, и отдал команду заводить посетителей. Первой влетела Искра, и, к моему удивлению, она была не одна. Эта рогатая бестия тащила за руку высокого тифлинга с чешуйчатой кожей и тонким хвостом, увенчанным костяным жалом. Не доходя пары шагов до меня, парочка остановилась, и если Искра состроила умильную рожицу, то тифлинг изящно поклонился и произнёс мягким вкрадчивым голосом:

– Разрешите представиться: мастер-артефактор Брокк. Рад буду служить вам, милорд.

Искра нашла этого тифлинга в развалинах города Инферно, где тот, сидя в полуразрушенной мастерской, продолжал что-то увлечённо создавать. Почему мастерская стояла в развалинах, Искра так у мастера и не смогла выяснить. Тифлинг оказался личностью чрезвычайно увлекающейся и за своими изысканиями в области артефакторики не замечал практически ничего вокруг себя. А сговорились они потому, что у Брокка почти закончились заготовки и ингредиенты, вот он с радостью и согласился пойти работать на местного лорда за возможность творить, 1500 золотых одноразовой выплаты и 500 золотых еженедельно.

Наняв тифлинга, я взял себе на заметку вопрос об оборудовании артефакторной мастерской, которой у меня пока не было, и вызвал к себе семейство гномов – до кондиции они уже должны были дойти, так что оставалось только дожать. Но перед ними вошла мастер Фиан, протягивая мне пару небольших пергаментных свитков. Разворачиваю листы, и перед глазами всплывают строчки новых заклятий – «Сталекожа» и «Оглушение». Вот и первый плюс от постройки пыточных камер. Мне совершенно не хотелось думать, каким образом Фиан получила заклинания от чернокнижника, который был отправлен в её владения, но результат показателен.

За мастером боли и наслаждений разорители втолкнули всё семейство гномов.

– Ну, что скажешь? – обратился я к патриарху семейства.

– Я готов отработать долг за спасение, но потом ты нас отпустишь.

– Через три месяца валите ко всем чертям. – Я даже не стал скрывать усмешки. – А теперь слушай…

Семейству гномов было выделено 2450 золотых, 5 мер руды, 3 – камня и 5 – дерева. На эти деньги и материалы они должны были оборудовать в свободных помещениях, появившихся во дворе моего замка, кузницу со всем необходимым, портняжную и артефакторную мастерские. На инструменты для мастерских пришлось потратить часть донатовской заначки. К сожалению, гномы затребовали не менее суток на дооборудование помещений и лишь после соглашались приступить к работе. И тем не менее эльфийская ткань и доспехи, доставшиеся мне после победы над викингами, были отправлены бородачам с необходимыми указаниями, что из них делать после возведения мастерских.

Я было расслабленно откинулся на спинку трона, но не успел поднести к губам чашку со свежим кофе, принесённым Алом, как в комнату ворвалось мелкое зелёное ушастое существо в лимонно-жёлтом дублете и алых башмаках, потрясая свёрнутыми в рулоны бумагами.

– Как, как вы смеете отказывать в аудиенции представителю торговой гильдии! – заверещало оно с ходу.

Я от удивления даже поперхнулся, чуть не заляпав кофе вычищенный за ночь наряд. Причём удивился я не столько этому визиту и нелепому виду существа, сколько тому, что, судя по возникшей над его головой надписи, гоблин действительно являлся полномочным представителем торговой гильдии в моих землях.

– Я требую возмещения причинённых вами гильдии убытков! А иначе…

– Что-о-о-о-о-о-о-о?! – Мой рык на высокой ноте сорвался в шипение, и я начал подниматься, заставив карлика резво отпрыгнуть.

– Возмещения всех убытков и покрытия неустойки! – вновь заверещало это существо, размахивая бумагами.

– Бэрримор, какого дьявола творится в моём замке?! – Казалось, мой голос заполнил собой весь тронный зал.

Бес вновь возник словно из ниоткуда. Следом за ним в зал влетела Искра с Арнисом, а у Ала в руках неожиданно появилась пара квилонов[9].

– К мастеру Фиан это недоразумение.

– Но вы не можете, я полномочный представитель гильдии торговцев!

– А у нас нет отношений с гильдией, – раздался над самым ухом гоблина ласковый шёпот Искры, а её коготок заскользил по тонкой шее гоблина, заставив того испуганно замереть.

– Но… но… – Кажется, гоблин опешил от такого пренебрежения организацией, которая была огромной силой в Землях.

Резко успокоившись, я вновь откинулся на спинку кресла и произнёс:

– Теперь поговорим серьёзно. – А в голове возникла мысль: «Кажется, я начинаю повторяться».

Глава 26

Минуй нас пуще всех печалей и божий гнев, и божия любовь

«Степь да степь кругом, путь далёк лежит», – стала крутиться в голове старая, давно позабытая песня, когда перед глазами открылся бескрайний зелёно-голубой простор, где разноцветье степи слилось с голубизной неба. Под копытами кошмара качались алые, как кровь, маки и разноцветные тюльпаны, а цветы шалфея наполняли воздух, звенящий от пения жаворонков, неописуемыми остропряными ароматами.

Наклонившись в седле, сорвал один из тюльпанов и протянул едущей рядом Искре. Суккуба лукаво улыбнулась и сунула носик в цветок, вдыхая аромат… Но уже через пять минут её коготок указал налево, в сторону поднимающихся тёмно-зелёных холмов. Отряд разделился: дальнейший путь я продолжил в обществе молчаливого Табора, а с Искрой отправился Арнис, которому перед походом пришлось поставить метку еретика, иначе адский жеребец не то что в седло не позволял сесть, а при его приближении норовил поддеть на свой рог или ударить копытом.

Кошмар мерно шагал, то и дело фыркая и кося глазом на размеренно шествующих разорителей и не спеша трусивших по сторонам гончих. Всех бесов вместе с Даконом я оставил в замке на случай непредвиденного нападения, вопрос с возведением стен и рва становился всё актуальнее. Но в данный момент я думал не о нём, а заново прокручивал в голове разговор с гоблином из торговой гильдии, пытаясь понять, всё ли я выжал, что возможно, и не прогадал ли.

Да и сам по себе разговор вышел весьма интересным. Оказывается, несмотря на то, что официального представительства торговой гильдии в землях демонов никогда не существовало, слишком ненадёжными партнёрами мы являемся, но прибыль – прежде всего, и на любой территории, где нет официального представительства, есть неофициальное. Чёрный рынок и контрабанда неистребимы даже в игровых мирах, а потому артефакты, редкие товары, оружие и материалы тонкой струйкой поступают на склады воровской гильдии, которая обеспечивает прикрытие и охрану всех сделок. Разорив воровскую гильдию, я невольно залез в карман гильдии торговой.

Додумать мне не дали: из травы, вереща и подвывая, неожиданно выскочили низкорослые сородичи представителя торговой гильдии, потрясая копьями и какими-то пародиями на мечи, и, перекрывая путь к отступлению, словно из-под земли возник десяток орков во главе с шаманом, который тут же начал бить в бубен.

Кошмар всхрапнул и поднялся на дыбы, а пространство вокруг него заполнилось липким удушливым страхом, заполняющим самые потаённые уголки души. Оружие посыпалось из рук гоблинов, а сами они бросились врассыпную. Отряд разорителей врезался в орков, а Табор, разогнав своего кошмара в галоп, нанизал шамана на рог адского жеребца. Гончие, очухавшиеся от какого-то заклятия, не дававшего им учуять врага, кинулись на гоблинов, разрывая на части их мелкие тельца. К тому моменту, как я пришёл в себя и поднялся из травы, в которую слетел, когда мой скакун поднялся на дыбы, всё уже было кончено.

Выдав мысленно длиннющую тираду, описывающую всё, что я думаю о решившем показать свой характер кошмаре, принял у Ала поводья и взлетел в седло, отдав приказ продолжить движение.

Через час, когда я в очередной раз начал проклинать медлительность разорителей, отряд вышел к горам, и впереди замаячила обнаруженная Искрой каменная шахта. Охрана шахты, пятеро земных элементалей, при нашем приближении прекратила хаотичное движение и собралась в подобие строя. Прикинув расклад, я не стал выдумывать ничего особого: клин разорителей начал разбег, а я скастовал на самого первого из демонов недавно полученную «Сталекожу», обеспечив ей запас прочности против мощных ударов воплощений стихии земли. Кошмары рванули в карьер, заходя противнику во фланг, за ними мчались гончие. Табор на земле начал чертить какую-то замысловатую фигуру, а я стоял и ждал отката заклятия, наблюдая за битвой. Разорители сошлись в схватке, секунду, а может, две казалось, что они и сами справятся, но их клин прогнулся и стал медленно пятиться назад. И тут же две крайние фигуры элементалей взметнуло в воздух и отбросило на несколько метров от таранного удара кошмаров, а на оставшуюся тройку накинулись гончие, вгрызаясь в жёсткую плоть. Миг – и свора псов разлетелась в разные стороны. Кошмары, описав дугу, начали новый таранный разбег, а гончие завертели карусель вокруг элементалей. Откат, и «Лезвие ветра» срезает одну из рук воплощения стихии земли. Удар в бубен – и элементалей оплетают тонкие струи лавы, поднявшиеся из земли, сковывая движения, а трофейные каролинги с секирами срубают куски отвердевшей земли с мощных торсов элементалей.

Ещё один удар кошмаров, бросок гончих – и от элементалей остаётся только груда камней, определяющихся как пять мер соответствующего ресурса. Загрузив их на предусмотрительно взятую с собой крестьянскую телегу и захватив шахту, двинулись дальше.

Через некоторое время в голове возник какой-то назойливый шум, от которого никак не получалось избавиться, он мешал сосредоточиться на дороге и дальнейших планах. Чтобы отвлечься, решил раскрыть карту и посмотреть, как там дела у Искры. Стоило распахнуть интерфейс и переместиться к демонице, как шум тут же пропал, оказавшись криво настроенным оповещением о нестандартной ситуации. А передо мной раскрылась занятная картина. Отряд Искры стоял на небольшой поляне, усеянной выбеленными временем и ветрами костями и окружённой холмами, а перед ними разлеглось странное существо – каменный истукан с телом мантикоры и лицом женщины. Распахнув огромные крылья и вздыбив хвост с ядовитым жалом, существо смотрело на Искру и чего-то ждало.

Суккуба шастала из стороны в сторону и тихо бурчала себе под нос: «Принадлежит мне, пользуются другие; мне принадлежит, другие им пользуются чаще».

– Искра, – обратился я к суккубе. – Искра… Искра… да Искранитал, чёрт тебя дери!

– Точно, имя, моё имя! – воскликнула она. – Спасибо, милорд.

– Правильный ответ, – безжизненным голосом произнёс каменный сфинкс.

– Следующий вопрос: «Чего становится больше, если перевернуть его вверх ногами?»

В воздухе разлилась напряжённая тишина, суккуба уставилась в небо, видимо ожидая от меня подсказки. Я думал и чувствовал, как сквозь пальцы утекает песок отпущенного на ответ времени. Песок тонкой струйкой сбегал вниз, отсчитывая оставшиеся секунды, тихо шелестя и образовывая небольшую горку. И в какой-то миг меня осенило.

– Время, Искра, это время, уровень песка в колбе часов.

– Время, песок в колбе часов, – послушно повторила демоница.

– Правильный ответ, – вновь раздался безжизненный голос сфинкса.

– Может ли всемогущий бог создать камень, который не сможет поднять? – Мне показалось, или в голосе сфинкса прорезались какие-то эмоции.

– Молчать! – заорал я на демоницу, вознамерившуюся дать ответ.

– Но почему? – обиженно надула та губки.

– И что ты хотела ответить?

– Ну, может, конечно, всемогущий бог всё может… – В голосе столько ехидства, словно она прописные истины бесу объясняет.

– То есть, не подняв камень, который сам же создал, он перестанет быть всемогущим или всё же он сможет поднять камень, который поднять нельзя?

Искра уставилась в одну точку и впала в ступор. А я задумался над ситуацией. Сфинкс играл не по правилам: заданная им задачка была парадоксом всемогущества, который мог быть разрешён только в философском смысле с рядом допущений и обоснований и не имел однозначного ответа да или нет. И почему-то мне думается, что философские разглагольствования в стиле Фомы Аквинского или Августина Блаженного не пройдут, да и в устах демоницы звучать будут несколько парадоксально. Нужно срочно что-то придумать.

– Искра, а спроси этого льва-переростка, о каких всемогущих богах идёт речь, об Эльрасе, Ллос или УрГате.

– О всемогущем боге, – прозвучало в ответ на вопрос суккубы.

– Ага, а какой из богов более всемогущ?

Но ответить сфинксу не дали. С небес на каменное изваяние обрушился огненный метеорит, одновременно его фигуру затопило обжигающе-ярким светом, окутало ядовитым туманом, оплело странными лианами и паутиной, и тут же всё пропало, оставив на месте грозной фигуры лишь горсть щебня.

Искру окутало золотым сиянием повышения уровня, она довольно улыбнулась, деловито вступила на ещё горячую, почерневшую землю и начала копаться в останках сфинкса. Через минуту поиска вытащила из-под груды песка и щебня сначала сундук с сорванной крышкой, в котором лежало 20 000 золотых, а потом ожерелье победы, дающее + 3 к нападению и силе магии героя. Но на этом трофеи не закончились, разгребая горячие угли, она вдруг наткнулась на пять крупных разноцветных и тёплых яиц. А перед моими глазами выскочило сообщение: «Вами получено уникальное задание „Наседка”. Степень выполнения задания 0/5». И всё, больше никаких пояснений.

– Искра, уложи их в какой-нибудь котёл и засыпь углями с этого места, а потом уж в инвентарь, в замке будем разбираться, что такое нам досталось и что с этим делать.

Услышав подтверждение того, что мой приказ понят, я свернул карту, тем более что подъехавший Табор, впереди которого восседал донельзя довольный Алтрама (мальчишку кошмары, к общему удивлению, подпускали и даже давали покормить себя яблоками, которых юркий парень утащил с кухни целый мешок), коснулся моего плеча и указал вперёд, на поднимающиеся из травы песчаные стены Колизея.

Глава 27

«Не стоит скорби ни жён, ни друзей жизнь гладиатора – колизей»

Трибуны восторженно ревели, а на белый песок арены летели монеты, цветы и разноцветные шёлковые ленты. Огромный орк нагнулся, подбирая ленту, и, красуясь, поднял над головой, вызвав новый шквал оваций. Но даже этот шум перекрыл восторженный крик какой-то молодой орчанки с такой же лентой на плече.

«Кажется, повезло нарваться на местную звезду», – промелькнула мрачная мысль.

Я встряхнулся, поднял одолженный у одного из разорителей щит и под зычный голос то ли судьи, то ли кого-то вроде конферансье вышел на арену.

Удар гонга – и орк разъярённым носорогом рванул в мою сторону; замах шипастой палицей, но удар уходит в пустоту. Затормозив и взметнув тучи пыли, орк разворачивается и мягкой кошачьей походкой скользит ко мне, в весёлой усмешке обнажая пожелтевшие клыки. Снова удар, отскакиваю назад, ныряю и кувырком ухожу от следующего. Свист и улюлюканья летят мне вслед, а орк, вновь красуясь, поднимает руки, приветствуя толпу.

Зло усмехаюсь, шаг, ещё шаг и пируэтом ухожу от удара за спину противнику, а секира впивается в щит, орк невероятным образом успевает развернуться и остановить мой удар. Нырок под новый замах палицы, секира рассекает пустоту, а удар палицы, раскалывая щит, заставляет меня взмыть в воздух и с высоты обрушиться на песок. Полоска жизни проседает на четверть, а трибуны вновь кричат и рукоплещут.

Тяжело поднимаюсь, скидывая с руки обломки щита, выдёргиваю из ножен крис и бросаюсь в новую атаку. Обмен ударами, уход, ещё уход, полукружье взмаха – и секира цепляет обнажённое плечо орка. Ледяная корка обхватывает бицепс, секунду не давая поднять руку, шаг вперёд – и крис, рассекая плоть, уходит под рёбра, а удар щита отшвыривает меня назад, вновь снимая хиты.

Орк неожиданно замирает на месте, и его дубина, ударяясь о щит, начинает отбивать странный размеренный ритм. Пытаюсь сократить расстояние и атаковать, но вокруг меня уже кружатся какие-то неясные тени, а воздух становится тягучим и тяжёлым, будто кто-то обрушил на плечи стотонную глыбу. Рывок – и туша орка врезается в меня, вновь отправляя в полёт, который останавливает стена арены.

«Твою ж, – лезут в голову злые мысли, – магия же запрещена в поединке стали». Вскидываю руку, но «Стрела огня» бессильно гаснет, впустую тратя ману. Новый каст, и надо мной нависает оскаленная пасть орка, а в душе разгорается весёлая злость.

– Что, демон, не работает твоя магия? Зато мои духи отзываются, а знаешь почему?

Скалюсь в ответ, пытаясь нашарить отлетевшую в момент падения секиру. Вокруг мчится неведомый серый хоровод, затягивая в инфернальную воронку портала духов, вызванных орком. А система радостно верещит об использовании дополнительных душ для открытия внерангового портала.

– Оглянись, зелёный.

В глазах орка появляется недоумение, а за его спиной отчётливо слышно утробное рычание. В следующую секунду, вгрызаясь в плоть, на его плечах повисает одна из адских гончих, вторая впивается в обнажённую ногу, а третью он успевает встретить щитом, остановив прыжок, нацеленный в горло. Ещё миг, могучее движение всего тела – и гончие разлетаются в разные стороны. Но я уже на ногах и прыжком взмываю вверх. Орк, словно что-то почувствовав, начинает разворачиваться, но не успевает. На миг зависаю в верхней точке прыжка и, обрушиваясь всем своим весом, вгоняю крис в основание шеи. Каким-то запредельным усилием орк отшвыривает меня; хиты мигают в красной зоне, но гончие вновь набрасываются на зелёную тушу, чтобы уже больше не дать ей подняться.

Трибуны оглушительно свистят и орут. Голова кружится, перед глазами плещется сиреневая муть, но заставляю себя подняться и вздымаю вверх руку с кинжалом, обагрённым кровью, как некоторое время назад орк – алую шёлковую ленту. Над трибунами повисает гробовое молчание. А я демонстративно стряхиваю кровь на песок, вкладываю крис в ножны, подбираю секиру и ухожу с арены, а в спину вновь несутся свист и улюлюканье.

Устало опускаюсь на скамью, прикрывая глаза, к ногам жмутся горячие тела гончих, слышу их глухое и злое ворчание.

– Убирайся, немедленно проваливай отсюда!!! – Голос наполняет собой небольшое помещение, бьёт по ушам и вызывает желание придушить его обладателя.

Открываю глаза: в зале под трибунами стоит невысокий орк в шаманском одеянии и с посохом в руке.

– Убирайся, посмевший нарушить правила, магия на арене воинов запрещена!

– Правила, – шиплю в ответ, а гончие с глухим ворчанием начинают наступать на орка. – Какие такие правила? – раскрываю ладонь, на которой, не успев распуститься, потухает цветок будущей «Огненной стрелы». – Кажется, запрет на магию действует до сих пор.

Орк пятится, а вокруг посоха, направленного на гончих, сгущаются серые тени духов, танцующих свой потусторонний танец.

Медленно поднимаюсь, правая рука тянет из ременной петли секиру, а в левой обнажённый крис, матово отсвечивающий алым и чёрным.

– Соблюдаем правила? – Моё шипение вновь наполняет комнату, отражаясь от стен, ему вторит низкое, горловое ворчание гончих.

– Это расовая способность, а не магия. – В голосе орка нет паники, лишь злая решимость.

– Так и это не магия, – усмехаюсь я, проводя ладонью по вздыбленной шерсти на загривке одной из гончих.

Орк внезапно замирает, тени постепенно гаснут и исчезают. Целую минуту его пронзительные жёлтые глаза, с вертикальным кошачьим зрачком, меряются со мной силой взгляда.

В конце концов орк не выдерживает, смачно сплёвывает на пол, а под ноги мне падает алая бархатная планка с золотым ромбом, на котором перекрещиваются рубиновые мечи: «Медаль доблести. Мораль всех войск + 1». Тут же перед глазами всплывает табличка: «Выполнено задание „Победа на Арене клинков”. Получено + 2 к силе, + 2 к ловкости, + 2 к выносливости. Получено 13 000 очков опыта. Получен 19-й уровень, + 1 к ловкости. Выберите между „Мастером воды” и „Мастером рунной магии”».

Не задумываясь, взял второго, ну не любят демоны воду, а рунная магия многогранна и по-своему сильна.

Усмехнулся в спину удаляющемуся орку и не смог сдержать себя:

– Я как-нибудь загляну на магический турнир. – И с чувством выполненного долга вышел из здания Арены к своим войскам.

Отряд Искры тщательно обшаривал руины заброшенного города Инферно; в прошлый раз суккубе было не до того, спешила вернуться. Сейчас время было, а значит, стоило осмотреться внимательнее, вдруг что-то упустила при прошлом беглом осмотре. В основном поиском занимались гончие, серыми тенями метавшиеся между строениями, а сама демоница удобно устроилась на крыше одного из зданий, наблюдая рабочую суету низших демонов. Мрачные мысли вновь бродили в её прелестной головке, блуждающий по окрестностям взгляд то и дело останавливался на подаренном лордом кольце: «Рунное кольцо пламени. + 10 % к силе огненных заклятий. 0,05 % призыва неизвестной божественной аватары». Последняя характеристика неожиданно появилась, а точнее, раскрылась после божественного вмешательства, да и сама Искра до сих пор не отошла от того буйства сил, что стёрли с лица земли существо, способное расправиться со всей её армией. А теперь не знала, то ли радоваться ей, то ли печалиться, шанс, конечно, не велик, но пришествие аватары Эльраса её точно не обрадует.

Поднявшийся на крышу разоритель с лёгким поклоном поставил у ног суккубы сундук. Искра мазнула по нему взглядом, кивком отпустила низшего и вернулась к своим размышлениям. Ей всё никак не давал покоя лорд, она не понимала многих его поступков: игры в доброго повелителя для того мяса, что жило рядом с замком, пренебрежение ею и другими самками, что бегали по коридорам цитадели. Но больше всего ей не давало покоя и пугало внимание богов: казалось бы, невинный вопрос в разговоре со сфинксом, который он приказал ей задать, вызвал вмешательство в дела мира высших сущностей. И ей было страшно, страшно, что в следующий раз удар великих придётся не по противникам, а по лорду, а она окажется рядом.

Так ничего для себя и не решив, Искра убрала в инвентарь найденный сундук и спустилась на площадь, командуя общий сбор. Подхватив из клыков гончей колбу «Эссенция инфернального хаоса», она довольно улыбнулась и влетела в седло кошмара.

Солнце на миг выглянуло из-за облаков, и как из воздуха соткались алые шатровые купола и шпили храма, бросая на нас кровавые блики. Казалось, в небе парит рубиново-алая кровь, будто бьющий из-под земли фонтан, переливающийся всеми оттенками красного. Но стоило солнцу скрыться за тучей, и храм вновь исчез, точно его и не было. Я ошарашенно потряс головой, пытаясь понять, куда могло деться это невероятно страшное и при этом красивое строение. А Табор собрал пальцы в пучок и словно дёрнул на себя покрывало, пытаясь развеять иллюзию, которой не было.

Я приказал замедлить движение и спешиться, и мы медленно двинулись дальше, внимательно обшаривая взглядом окрестности. Ещё с десяток метров вверх по пологому склону холма, и среди сине-фиолетовых цветов лимониума появилось каменное основание храма, до сей поры скрытое гранитными клыками, торчащими из земли, и поистине гигантскими метёлками кермека.

Одноэтажный круглый фундамент с чёрным зевом входа был украшен разнообразием барельефов и горельефов. Казалось, всё здание покрыто паутиной, на которой сидели в засаде, перемещались, пожирали жертву различные пауки, а арка входа представляла собой огромные антрацитовые хелицеры чёрной вдовы. И только здесь мы увидели секрет исчезающего храма: устремлённые вверх башни, увенчанные шпилями и шатровыми куполами, были сделаны из абсолютно прозрачного кристалла или кристаллов, которые по какой-то неведомой прихоти в свете солнечных лучей начинали играть всеми оттенками алого цвета, создавая невероятно реалистичное ощущение бьющей фонтаном крови.

Местность вокруг храма была пуста, хотя я уже не был на сто процентов уверен в надёжности нюха гончих, но проверять по третьему разу было бы глупо. Но рисковать своими бойцами всё же не решился, а потому, поставив точку возрождения у одного из тёмных камней, окружающих храм, сдав все вещи, кроме кинжала, Алу и переодевшись в запасной комплект одежды, прихваченный как раз на такой случай, направился к входу. При моём приближении ворота храма распахнулись. Но стоило вступить в темноту за створками, как воздух взорвался блеском стали, и я осознал себя вновь стоящим около каменной глыбы.

Снова подошёл к арке входа и скастовал массовый ужас. В ответ в плечо ударил арбалетный болт, оказавшийся к тому же ядовитым. Выдернув его из раны, вернулся к войску, забрал своё снаряжение и первым делом прикоснулся к накопителю, почувствовав, как остывает камень, а в меня лёгким потоком вливается мана. Видимо, придётся захватывать храм по всем правилам военного искусства.

Кошмаров оставил охранять точку возрождения. Не думаю, что в переходах храма от них будет польза, тем более что противника почти не берут ментальные заклятия. Разорителей выстроил клином в недосягаемости от ворот. Командую атаку. Демоны поднимают щиты и рвутся вперёд. Со звоном ударив в сталь, отскакивают арбалетные болты, лишь изредка глухо щёлкая по прочной чешуе моей демонической пехоты. Но перед самым входом на клин разорителей обрушиваются заклинания ослабления, заставив демонов замедлить стремительность разбега и опустить щиты. Что-то такое я и предполагал. Каст – и подхваченная попутным ветром гончая влетает в зев прохода, а за ней рывком туда же несутся остальные четыре. Удар бубна – и тройка тёмных эльфов опутана струями лавы, вдруг вырвавшимися из-под мощёного каменного пола, и в их неверном свете я вижу, как отряды тёмных эльфов отходят вверх и вниз по лестницам, а на полу остаются лежать трое воинов-дроу.

Каст «Сталекожи» на одного из разорителей – и я с половиной отряда устремляюсь по лестнице вверх, а Табор и оставшаяся половина – вниз, преследуя отступающего противника. На каждом пролёте приходится замирать, гончие устремляются вперёд по радиальным коридорам, обнюхивая закоулки, но второй и третий этажи абсолютно пусты, лишь запертые двери, на которые гончие никак не реагируют, приходится верить их нюху, и так теряю драгоценные минуты, позволяя тёмным оторваться.

Последний пролёт. Взмах кисти – и под ноги разорителям падает оглушённая тёмная.

– Живьём!

У соблазнительной фигурки затянутой в кожу ведьмы замирает с открытым ртом Алтрама. На ходу отвешиваю мальчишке подзатыльник, и тот, очнувшись, начинает связывать приходящую в себя дроу.

Разорители врезаются в высокую двустворчатую дверь и врываются в помещение, оказавшееся огромным круглым залом на самом верху центральной башни. Самый первый из них попадает под слаженный удар магии и клинков эльфов, опадая на пол изрезанной тушей.

Массовая иллюзия опустошает резерв, тянуться к накопителю времени нет. Несколько коротких жестов – и на трёх противниках появляется моя метка, а возникшая в центре зала Ллос на миг отвлекает дроу от демонов, давая ворваться в зал гончим.

– Нечестивец! – на высокой ноте разносится по залу, отражаясь от стен.

Слаженный магический удар нескольких ведьм вышвыривает меня обратно за дверь, и лишь природная стойкость к урону хаосом позволяет выжить. А мои войска, воспользовавшись заминкой врагов и тем, что все заклятия жриц обрушились на меня, бросаются в наступление. Заставляю себя подняться, ноги подкашиваются от слабости, кружится голова. Гаснут поставленные несколько мгновений назад и до сих пор маячившие где-то на периферии зрения метки, а манобар пополняет мана. Приказываю Алу охранять жрицу, а сам, превозмогая боль и слабость, практически вваливаюсь в зал и окидываю помещение взглядом: несколько дроу лежат с перегрызенным горлом, воины отбиваются от наседающих разорителей, а гончие гоняют кого-то невидимого.

У дальней стены, там, где оказался ранее не замеченный алтарь, из тьмы возникает изящная фигура с кинжалом в руке. Моё лезвие вспарывает её горло, и на алтарь падает бездыханное тело, заливая его тёмной кровью.

Пространство на миг погружается во тьму, скручивается воронкой портала, и, разрывая ткань мира, в зал вваливается драук. Восемь паучьих лапок поддерживают огромное иссиня-чёрное тело с красными пятнами на круглом, как шар, брюшке, из которого вырастает закованный в серебристую сталь женский стан. Изящные руки сжимают древко глефы.

Неожиданно тело драука немыслимым образом изгибается, и одна из гончих катится по земле, опутанная белой паучьей сетью. Каст – и арахнида отбрасывает вырвавшимся из пола каменным шипом, из раны на брюхе течёт голубая кровь, пачкая чёрные плиты пола. Зал накрывает воплем на невыносимо высокой ноте, заставляя опускаться на пол и зажимать уши руками. Достаётся всем: и демонам, и дроу. Я всё же успеваю прийти в себя и распластаться по полу, пропуская над собой лезвие глефы. Драук нависает надо мной, глефа вздымается для нового удара. Выбрасываю руку, крис впивается в брюшко, застревая в паучьем теле, и драук вновь поднимается на дыбы, оглашая залу неистовым воплем. Глефа ударяется в пол, высекая искры – я каким-то чудом успеваю откатиться в сторону.

Прыжком поднимаюсь, в руках только секира, а драук вновь надвигается, выписывая глефой сложные восьмёрки. Пячусь, краем глаза замечаю взмывшую вверх гончую. Резкое движение драука – и подток глефы ударяет ту в брюхо, отбрасывая назад.

Ныряю под диагональный удар, разворотом ухожу от вертикального, наклониться, пропуская над собой лезвие, прыжок назад, цепляюсь за что-то ногой, падаю, кувырок. Драук продолжает семенить за мной. Ещё одна гончая взмывает ввысь, пытаясь запрыгнуть на спину противнику, но лезвие глефы врезается в грудь адского пса, опрокидывает его на землю и, описывая дугу, готовится ударить ещё раз, чтобы отсечь голову. Полукружье, стремительный росчерк – и секира впивается в драука, на миг покрывая его ледяной коркой, которая тут же исчезает и через пару ударов сердца вновь окутывает паука. Тот выдёргивает секиру из груди и, ускоряясь, вновь бросается ко мне.

Вдруг на пути драука натягивается цепь. Передние лапы, держащие паучье тело, подламываются, и туша обрушивается на пол, скользя к моим ногам. Белоснежные волосы, точёные черты лица, коралловые губы, раскрытые в оскале, под пальцами бархат кожи подбородка и шёлк волос на затылке, резкий рывок – и хруст шейных позвонков.

Обзор заслоняют выскочившие таблички, а руки скручивает неимоверной болью, словно сквозь них пропустили электрический ток, а потом начали рвать на части, за раз выдёргивая по микроскопически малой частице. Мир гаснет, вновь скручивается пространство, хлопок, отбрасывающий меня назад, и лишь чёрная кость криса на том месте, где секунду назад был мой противник.

Глава 28

«Хлоп! Стоп! Вот тебе в лоб! глядь! Хвать! Как тебя звать? Живут гоблины тут. Эй, смелей, сюда!»

Голову вновь кружили запахи летней степи – неповторимое сочетание аромата прогретой земли и цветущего разнотравья, ложащегося под ноги моей маленькой армии. В прозрачном голубом небе чертили замысловатые узоры жаворонки, сладкоголосо и переливчато выдавая разнообразные оттенки трели. Кровавый храм остался за спиной и пропал за очередным холмом. А я, сидя в седле кошмара, задумчиво вертел в пальцах крис, вчитываясь в таблички характеристик и перебирая в памяти всё, что произошло после исчезновения драука.

«Проклятый крис „Демоническая смерть”, – гласила надпись, появившаяся над кинжалом, а со сменой названия изменилось как описание, так и характеристики. – Ритуальный кинжал был создан слугой Безликой из кости умершего истинной смертью дракона. Вкусив крови демона, кинжал обрёл способность пить силу жертвы, но был проклят кровью младшего слуги Ллос: + 25 % к эффективности ритуалов крови и смерти, + 15 % к эффективности других ритуалов, + 20 % к вероятности срабатывания ритуала. Поражённый кинжалом теряет ману, 50 ед. за 30 сек. – 50 % урона по подданным Ллос, – 75 % вероятности срабатывания ритуала, если жертва под защитой Ллос. Вечный спутник – не выпадает при смерти владельца».

Убрав кинжал обратно в ножны, извлёк из инвентаря кольцо, снятое Табором с одной из жриц в подземельях храма, вчитался в характеристики и надел на палец. «Кольцо „Глаз Дракона”. + 1 ко всем характеристикам героя. + 5 % к скорости передвижения существ в армии героя». Там же, в подвалах храма, Табор со своим отрядом обнаружил и 3000 монет золотом, 2 колбы ртути, 3 меры кристаллов, столько же драгоценных камней и какой-то странный кристалл тёмно-фиолетового цвета без свойств, зато имевший наименование «Глаз паука».

Но на этом моя добыча не заканчивалась. Под мерный шаг кошмара я провалился в воспоминания. Тёмная зала на последнем этаже Кровавого храма, трупы дроу, бледное зелёное свечение, испускаемое кристаллами на стенах, и тусклое пятно света, пульсирующее на алтаре, там, где пролилась кровь жрицы. Смахиваю системные таблички, оповещающие об окончании боя, получении опыта и нового достижения, это всё потом. Шаг к алтарю, ещё, рука сжимает рукоять криса, но я не чувствую силы, исходящей от алтаря: ни тёмной, горячей, с привкусом крови, как было возле алтаря, на котором чуть не принесли в жертву Искру, ни яростной обжигающей алтаря Эльраса в деревеньке Крик. Зато на чёрном ониксе лежит, мягко пульсируя, обломок меча, над которым тут же всплыла надпись: «Остриё „Седьмого когтя Эльраса”. Когда-то меч принадлежал одному из паладинов ордена Светоносного, но рыцарь был подло убит, а меч сломан, и обломки разбросаны по свету. Урон по сущностям тьмы, смерти и хаоса 300 ед., наложение эффекта кровотечения: 25 ед. в сек. в течение 5 сек. Изгнание: шанс 2,5 %». А следом ещё две: 1. «Найти все обломки меча и собрать их воедино. Состояние 1/3. Награда: улучшение отношений с фракцией Эльраса. Дополнительная награда: вариативно. Первая часть цепочки заданий. Принять задание: да/нет». 2. «Уничтожить обломок меча. Награда: улучшение отношений с тёмными фракциями. Дополнительная награда: вариативно. Принять задание: Да/Нет».

Смахнув таблички, отложив решение на потом, я взял обломок и, помянув всех демонов Инферно, спрятал в инвентарь. Остриё меча жгло, словно раскалённое, так что на миг захотелось немедленно выполнить второе задание, но всё ж решил не торопиться, обдумать на досуге, что делать с этим клинком, может, за уничтожение собранного меча награда будет гораздо выше.

Оглянувшись на свой отряд, мерно шагающий по дороге, но явно ускорившийся по сравнению с обычным размеренным шагом разорителей, вновь погрузился в воспоминания. От удара об стену ныла спина, перед глазами прыгали разноцветные пятна, а руки болели так, будто их пропустили через мясорубку, прижгли по свежему мясу и вновь собрали, не особо заботясь о порядке, и теперь каждая косточка, каждый сустав возвращались на положенное место. С удивлением смотрел на сведённые судорогой пальцы, предплечья, покрытые сегментной костяной бронёй, и три коротких чёрных лезвия между костяшками кулака. Но стоило мне моргнуть, вспышка боли – и наваждение исчезло.

Из воспоминаний меня вырвал зуммер оповещения. Открыв карту, переместился к мерцающему значку, обозначающему отряд Искры. Мои демоны стояли посреди укрытой холмами маленькой ярко-зелёной долины, по колено проваливаясь в упругий бархатный мох, изредка расцвеченный какими-то мелкими цветами. Прямо перед ними возвышался пологий зелёный кратер, из которого то и дело вырывались грязно-оранжевые, подсвеченные жёлтым струи, обрушиваясь в воронку, чтобы там исчезнуть. Кое-где из мохового ковра вырывались чёрные клыки базальта, разбавляя его яркую зелень. Правее отряда с небольшой возвышенности весело прыгал по обсидианово-чёрным уступам поток воды, звеня и переливаясь на перекатах весёлыми солнечными бликами.

И лишь оторвавшись от красот открывшегося пейзажа, я обратил внимание на то, что отряд суккубы стоял перед чёрным зевом входа в рукотворную пещеру. В темноте его стоял ряд гномов, перегородив узкий проход стеной щитов, а их предводитель, рыжий длиннобородый коротышка, что-то яростно втолковывал моей демонице.

На миг захотелось вмешаться в разговор. Поймал себя на мысли, что если бы я был там, то точно смог бы убедить гномов пропустить отряд внутрь строения, опознававшегося как Храм горячих недр. А потом в голову пришла другая мысль: «Какого лешего! Смог убедить, не смог, это ещё неизвестно, а вот то, что я всё равно не смогу оказаться в десятке мест одновременно, это точно. Поэтому пусть мои генералы свои проблемы решают сами, как могут и умеют, а я буду решать, поощрять их за это или наказывать».

И, словно услышав мои мысли, или ей просто надоела перепалка, демоница рванулась в атаку. Слитное, плавное, танцующее движение, суккуба словно перетекла к застывшему гному, короткий поцелуй – и тот неожиданно бросается на строй своих же бойцов, а над коротышками взмывают гончие. И следом за ними в стену щитов живым тараном друг за другом влетают кошмары, распространяя вокруг себя волны страха. Разорители втаптывают в пол не успевших прийти в себя гномов, и отряд рвётся дальше. Арнис вскидывает руку, с которой срывается метательный топор, и из тёмной ниши с коротким булькающим всхлипом вываливается гном с коротким арбалетом. Коридор заполняют яркие вспышки взрывов, и что-то грохочет – это Искра, рискуя обрушить своды, активирует огненные ловушки, на которых подрываются медленно пятящиеся гномы, всё ещё сохраняющие подобие строя и перекрывающие проход. Вот они скрываются за поворотом, а за ними исчезают и мои воины. Картинка пропадает, затерявшись в темноте храмовых переходов.

Сворачиваю карту и, чтобы отвлечься от мыслей об идущем бое, раскрываю лог полученного в Кровавом храме достижения: «Вы голыми руками убили противника, превышающего вас по уровню, получено достижение „Палач I”. Урон по любому противнику оружием ближнего боя + 5 % от основного, шанс критического повреждения при использовании оружия ближнего боя + 15 %. Для получения „Палача II” убейте голыми руками противника, превышающего вас по уровню в 2 раза».

За спиной началась какая-то возня и шум. Обернувшись, увидел, как Табор склоняется к повозке: лёгкий удар бубном – и тёмная эльфийка вновь проваливается в небытие. Любопытно, откуда у него такие интересные умения? Как, оказывается, я мало знаю о своих подданных.

«А тебе оно надо? – тут же пришла в голову мысль. – Это игра, парень, игра, вот и играй в своё удовольствие, пока тебя вытаскивают. И нечего забивать голову лишними проблемами, так и до соскальзывания в этот мир можно доиграться».

За такими размышлениями я не заметил, как местность начала понижаться, трава приобрела насыщенный зелёный оттенок и ещё больше вытянулась вверх, иногда скрывая моих демонов с головой, а в воздухе ощутимо запахло влагой. Как показывала карта, встретиться с отрядом суккубы я должен был минут через десять – пятнадцать, если продолжу двигаться тем же курсом. Солнце медленно катилось к краю горизонта, вытягивая тёмные косые тени.

Вдруг тревожно зарычали гончие, вскинулись на дыбы кошмары, а из травы в поднятые разорителями щиты ударили короткие кривые копья, и следом на толстую шкуру демонов обрушился град камней. Метнувшиеся гончие вспугнули гоблинов, которые, вереща и размахивая ржавыми зазубренными мечами, ринулись в атаку. Короткие взмахи клинков разорителей, клацнувшие зубы адских псов – и толпа зеленокожих карликов помчалась в обратную сторону, а следом за ними с места в карьер рванули кошмары. Ал радостно заорал что-то воинственное и прижался к рыжей, как пламя, гриве кошмара. Жеребцы набирали ход, но, к моему удивлению, никак не могли нагнать гоблинов, которые развили поистине потрясающую скорость, попутно избавляясь от оружия и выпрыгивая из того, что заменяло им штаны, видимо, для того, чтобы быстрее бежать.

Гончие стремительными прыжками вырвались вперёд, но тоже не смогли нагнать испуганно верещащих карликов. Я, следуя примеру Алтрамы, прижался к гриве адского жеребца, чтобы не вылететь из седла. Разорители безнадёжно отстали, а ситуация начинала напоминать анекдот об Изе и о том, что все бегут туда, где дают по морде[10]. Вот слева осталась голубая гладь озера, в обрамлении алых и жёлтых маков, из-под ног кошмаров взметнулись фонтанчики брызг, по правую руку начались стебли и коричневые шапки рогоза, а в просветах замелькала голубая гладь ещё одного озера, с маленькими кораблями кувшинок, качающимися на волнах.

Не останавливаясь, мы пролетели низкий частокол, состоящий из кое-как натыканных кольев, украшенных выбеленными черепами мелких животных. На землю упали ворота, собранные из кривых неструганых жердей, отрезая нас от отставших разорителей. Кошмары взвились на дыбы, копыта ударили в землю местной площади, гончие злобно взвыли, пугая коротышек, которые всё же нашли в себе силы, чтобы обернуться к нам и, выставив вперёд свои короткие копья, окружить площадь.

Спешившись, с усмешкой оглядел нестройные ряды гоблинов, обступавшие нас. Смелости в коротышках не прибавилось, но, видимо, был тот, кого они боялись больше, чем меня. Через секунду я в этом убедился: расталкивая копейщиков, в круг зашёл рослый гоблин, закованный в чёрную пластинчатую броню, со щитом, украшенным клыками различных животных. За хобгоблином, боязливо озираясь, семенил коротышка, закутанный в грязную потрёпанную хламиду, расшитую всяческими побрякушками, с черепом крысы вместо шлема и с палкой, которую венчала сложная конструкция из оленьих рогов и мелких косточек.

– Моя убить демона, моя сожрать его сердце на обед, – прорычал вождь гоблинов, потрясая сучковатой палицей.

– Подавишься, – хмыкнул я.

– Моя не подавится, моя сын Всех Заховаю, моя жрать твоё сердце и стать сильнее.

Я демонстративно извлёк из ножен только кинжал и, оскалившись, развёл руки, предлагая начать. В ответ прозвучало что-то неразборчивое, и гоблин бросился в атаку, вскидывая вверх дубину и прикрывшись щитом. Разворотом ухожу от его стремительной, но чересчур прямолинейной атаки и одновременно с ударом палицы о землю, туда, где секунду назад стоял я, резким секущим движением подрезаю жилы на ногах противника. Хобгоблин заваливается на колени, опрокинуться ничком ему не позволила его же палица. Короткий подшаг, в горло врага впивается чёрная кость криса, и тут же выдергиваю клинок. Алая струя крови, хлынувшей горлом, бьёт в землю, смешиваясь с грязью и пылью местной площади.

– Отправляйся в ад, – бросаю я.

И тут же перед глазами всплывают огненные буквы: «Высшие довольны вами», а следом: «Произведён успешный захват души».

Смахиваю таблички и разворачиваюсь к толпе. Зелёные коротышки медленно отступают, оружие дрожит в руках, а от ворот деревни уже слышен какой-то шум и редкие, тяжёлые удары дерева о дерево.

Вновь наступаю на испуганно пятящуюся толпу, и лишь шаман замер, словно прикованный к месту, и что-то бурчит, потрясая своим посохом. Вкладываю кинжал в ножны и вместо него извлекаю один из эльфийских клинков, сталь в лучах заходящего солнца отсвечивает кроваво-алыми бликами. Медленно провожу ладонью по клинку, и лезвие вспыхивает жадным рыжим пламенем. Шаман хочет отступить, но спиной натыкается на остриё кинжала оказавшегося позади Табора. Присаживаюсь на корточки, заглядываю в тёмно-коричневые зрачки с ярко-жёлтой радужкой.

– Жить хочешь?

В ответ мелкие и частые кивки, так что трясутся побрякушки на хламиде и костяшки посоха. Вдруг на площадь влетает совсем мелкий гоблин, испуганно вереща, что демоны ломают ворота, и тут же уносится прочь.

– Тогда вместе со своим поселением пойдёшь под мою руку.

Испуганное отрицательное мотание головой, дрожащие чёрные губы и какой-то хриплый, придушенный всхлип, из которого следует вывод, что шаману не нравится моё предложение.

– А у тебя, собственно, нет выхода, – мрачно усмехаюсь я, обнажая клыки и поднося пылающий меч к крючковатому носу гоблина. – Или пойдёшь под мою руку и станешь вождём племени, или подождём, когда моя суккуба выломает ворота и я отдам всё ваше племя ей для тренировок.

Глаза гоблина округляются, занимая пол-лица, то ли от испуга, то ли от надежды стать вождём. Утвердительный кивок, и тут же перед глазами всплывает очередная табличка. «Выполнено задание „Право сильного”, степень выполнения 1/100. Выполнено задание „Право хитрого”, степень выполнения 1/99». «Задание модернизировано в „Силу и хитрость”, степень выполнения 1/50. Вы не идёте прямыми путями силы, но и извилистые пути хитрости – не единственная дорога для вас. Следуйте своими тропами, и, возможно, вы добьётесь, гораздо больше, чем все остальные. Награда вариативно. Выполнено задание „Присоединение поселения гоблинов”. Получен новый уровень. + 1 к силе магии. Выберите между „Мастером рун” и „Мастером земли”».

Немного подумав, остановился на «Мастере рун»: использование более сильных рун могло в будущем пригодиться, а в стихийной магии я предпочитал опираться на огненные заклятия, к которым у меня рано или поздно должен появиться бонус от расового навыка.

Глава 29

Если неприятность может произойти, она обязательно происходит

Утро ну никак нельзя было назвать добрым. Вчера на радостях, оттого что остался жив да ещё стал вождём, шаман устроил в поселении празднество. А какое празднество без выпивки? По такому случаю новый вождь гоблинов распечатал для дорогих гостей бережно хранимый особый самогон, и я сдуру, из чистого любопытства, решил его попробовать. Нет, похмельем я не страдал, потому как сделать успел лишь один обжигающе мягкий глоток, а потом эта ошибка природы сообщила, из чего он его гонит. Не убил на месте уродца лишь потому, что пришлось бороться с рвотными позывами. Оказывается, это недоразумение делает первачок из навоза каких-то местных животных, потом при помощи духов ветра вымораживает его и на выходе получает прозрачную жидкость без цвета и запаха. Знал бы раньше, точно прибил бы мерзавца. А вот мои разорители самогон оценили, так что пришлось оставить их гулять с гоблинами, а самому отправиться залечивать сном душевные раны.

При воспоминании о вчерашнем вечере воображение подсунуло картинку браги из навоза, и меня вновь перекосило. Тряхнув головой, избавляясь от маячащего перед глазами образа, скомандовал построение и выдвинулся к серной шахте. Это можно назвать единственным положительным моментом вчерашних посиделок. Опьянев, шаман разоткровенничался и рассказал о расположенной на другом берегу озера серной шахте, к которой сами гоблины предпочитали из-за охраны не соваться.

Неожиданно возник вопрос с рабочими на каменной шахте, захваченной вчера, и серной, которую планировалось захватить сегодня. На первое время решил поставить гоблинов, но что-то мне подсказывало, что, если в ближайшее время их не заменить, они не только сами покалечатся, но и шахту разнесут. Но так как этот вопрос по-другому всё равно не решался, то оставил его до возвращения в замок.

Шахта оказалась близко, всего в каком-то часе быстрого марша. Чуть в стороне от озера располагался карьер: небольшой серо-жёлтый провал со спиральной тропинкой, уходящей вглубь. Вокруг провала прыгали, передвигаясь с места на место, бесы. Арнис насчитал около пяти десятков, а возглавляли эту маленькую армию трое гвардейцев и суккуба.

Стоило попробовать присоединить их к своему отряду, поэтому вместо команды к общей атаке я спешился и направился в сторону суккубы, посчитав её командиром этой банды. Демоница бросила на меня ленивый взгляд и осталась сидеть на облюбованном янтарно-жёлтом камне, поигрывая кожаной плетью, а мне наперерез выдвинулись мощные фигуры гвардейцев.

– Проваливай, слабак, – прорычал один из них, – тебе здесь не место.

Позади раздалось насмешливое фырканье кошмаров, правда, я так и не понял, в чей адрес: то ли мой, то ли гвардейцев.

И так плохое настроение ухудшилось ещё больше, мне уже осточертело, что каждый местный считает нужным указать, что и как мне делать. Для одних недостаточно добр, для других – зол, достали окончательно. Утреннее раздражение выплеснулось через край, превратившись в скастованную на себя иллюзию архидьявола. Суккуба было дёрнулась, но, видимо разглядев обман, расправила плеть и осталась сидеть на месте, зато гвардейцы дружно отшатнулись.

Шаг вперёд, замах, и рука неожиданно покрывается костяной бронёй, а из кулака выдвигаются короткие чёрные лезвия. Удар – и один из гвардейцев падает на серо-коричневую землю, обагряю её кровью из располосованного горла. Прыжок, новый замах, и кулак впечатывается в живот второму демону, вскрывая природную броню. Лезвия проникают внутрь, ещё один взмах, и клинки на второй руке врезаются под подбородок. Короткий рычащий всхлип, и демон грузно оседает на землю.

Всплывает и тут же отбрасывается системное оповещение: «Получено достижение: „Ярость лорда”. 25 % вероятности нанесения критического повреждения демонам».

Вижу вскочившую суккубу, отведённую для удара плеть, поспешно отступающего последнего гвардейца и атакующую лаву бесов. Тут же первые ряды опутывают взметнувшиеся из-под земли струи лавы, а в единственного из тех, что избежал этой участи, врезается франциска[11] Арниса. Секундная заминка – и в толпу бесов влетают гончие, а следом за ними разорители. Рядом с суккубой материализуется Искра: удар в голень – и демоница падает на колени. И тут же словно сам собой прекращается бой, оставшиеся демоны опускаются на одно колено. Искра склоняется над противницей, что-то произносит, и перед моими глазами всплывает сообщение: «Бой окончен. Получено 2750 очков опыта. К вам желает присоединиться отряд демонов: суккуба, гвардеец Инферно, 20 бесов. Желаете принять? Да/Нет».

Подтвердив присоединение, захватил шахту, оставив десяток бесов в качестве рабочих. Производительность с них, конечно, не большая, но вдесятером стандартную норму должны будут дать, а там что-нибудь придумаем. И скомандовал возвращение в замок.

Через полчаса со мной поравнялся кошмар Искры. Демоница, весело улыбаясь, протянула мне захваченные за вчерашний день трофеи. Мельком глянув, убрал большую часть в инвентарь, а вот несколько заинтересовали меня особо. Небольшая золотая пластинка с руной, которую я не смог опознать, отправим в источник, должно быть что-то интересное. Следом за руной в моих руках оказался стальной круг величиной с голову человека, усыпанный россыпью алых камней. «Неугасимое пламя. Пока вы питаете круг маной, он будет источать жар, способный плавить металл». Оригинальная находка, идей по применению я даже с ходу мог назвать порядочно: от походного костра до тигиля в кузнечной мастерской – в инвентарь. И последней и, наверное, самой интересной была кипа бумаг, найденных Арнисом в заброшенном городе Инферно. На них были чертежи доспехов, клинков, каких-то механизмов, устройств, способов улучшения металлов и много ещё чего.

– Милорд, там много фантастического, ну, или того, что сотворить могут только гремлины. – Её палец указывал на чертёж магического цепеллина. – А вот это – просто невероятная находка. – Она ткнула пальчиком в очередной листок.

И в ту же секунду наш разговор прервал тревожный зуммер. Стоило мне оторвать взгляд от папки с документами, как всё было закончено. Демоны не оставили никакого шанса каким-то сумасшедшим кабанам, решившим атаковать мой отряд. Посмотрев на результаты короткого боя, вернулся к чертежам, спрятал основную часть в инвентарь и углубился в чтение того листка, на который указала Искра. Листок был озаглавлен: «Доспех „Чешуя дракона”, разумный артефакт». Дальше шли какие-то малопонятные термины, описание необходимых материалов и прочее, прочее, прочее.

– Милорд, это же… – Суккуба мечтательно закатила глаза. – Такие доспехи есть не у каждого из лордов Инферно. Чем сильнее становитесь вы, тем сильнее становится доспех. А самое главное, что у вас есть почти всё необходимое.

«Масштабируемый доспех, – у меня, наконец, сложилась в голове картинка, – мечта всех игроков в любой игре». Это действительно было шикарное приобретение, тем более что в замке меня ожидали мастер-бронник и мастер-артефактор.

Глава 30

Дела казённые, дела торговые

Стоило въехать в замок, как тут же, словно из ниоткуда, материализовались Бэрримор и Дакон.

– Чуть позже, – бросаю им на ходу, устремляясь к воротам главной башни. – Обед через полчаса в главный зал. Через час туда же всех посетителей. Демонов накормить и на отдых.

Неожиданно перед глазами выскочило сообщение о полученном опыте, а из пыточных камер появилась довольная мастер боли.

– Милорд. – Очаровательно улыбаясь, Фиан протянула мне два пергаментных свитка.

Вернув улыбку обворожительной демонице, указал в сторону повозок:

– Там новая пленница, думаю, она вам понравится. – И, развернувшись, продолжил путь в замок, оставив повелительницу боли наслаждаться подарком.

Оказавшись в заклинательном покое, вынимаю из инвентаря золотой ромб с неопознанной руной и кидаю его в источник магии. Сверкнув отсветом лавы, пластинка с магическим знаком погружается в фонтан энергии и начинает сиять тёплым ласковым светом. Бережно достав накопитель, погружаю его в источник магии, чувствуя, как в камень возвращается тепло. Минуту любуюсь игрой серебристых искорок, пробегающих по странному рисунку камня, пока система не извещает о наполнении артефакта.

Котелок с неопознанными яйцами отправляется в одну из скрытых ниш, угли продолжают хранить тепло, поэтому особого беспокойства он у меня не вызывает. Что с ними делать, пока непонятно. Думаю дождаться постройки залов заклинателей и обратиться к их смотрителю, авось, что подскажет. Если нет, будет повод навестить болотную ведьму. Оставшиеся артефакты также нашли своё прибежище на свободных полках.

Потом я приступил к тому, ради чего сюда и пришёл: стал разгребать, что же мне расшифровалось за вчерашний и сегодняшний день. Но для начала открыл свитки, переданные мастером Фиан. В них оказалось «Землетрясение» магии земли и «Призыв огненного элементаля», на который мне совсем чуть-чуть не хватало маны. Сам же заклинательный покой одарил «Молнией» — воздух, «Болотом» – вода, «Пылевой бурей» – земля и младшей руной «Вэр», руной взрыва.

Разобравшись с заклятиями, вернулся в Сердце замка. Рядом с троном на столике уже стояла тарелка с парящим красным супом. На миг меня передёрнуло: дурное воображение показало, из чего, по мнению разработчиков, мог быть сделан обед для демона. Подумав, решил не заморачиваться, едят же тухлые яйца, червей и прочую экзотику, так почему бы и не попробовать местной готовки. Суп оказался всего лишь харчо, но при этом давно я не ел такого вкусного, обжигающе острого пряного супа. На второе – фасоль по-мексикански, и я совсем не удивился, запив всё это острой, пробирающей до печёнок «Кровавой Мэри». Надо будет сообщить повару, что блюда великолепны, но вот острое подавать каждый раз совсем не обязательно, да и алкоголь без специального заказа тоже лишний.

Закончив с обедом, откинулся на спинку трона, принимать посетителей не хотелось. Будь у меня выбор, точно не стал бы играть в «Лендлордов»: во-первых, предпочитаю игры, где всё зависит только от тебя, а во-вторых, административная работа – это точно не то, что я хотел от игры. Приступ жалости к себе, любимому, пришлось задавить в зародыше и вызвать мажордома. Тут же, словно по мановению волшебной палочки, исчезли пустые тарелки, а на столике рядом со мной появился поднос с чайником и вазочка с какими-то сладостями. А в дверь уже входил Дакон.

С ним вопрос решился быстро: оплатил 3760 золотых за развитие своих воинов. Возвысил всех бесов до импов, а всех разорителей до гвардейцев, исключение сделал только для гончих: до церберов возвысил половину, в надежде на естественный приплод. Довольный Дакон ушёл контролировать процесс, а Бэрримор пригласил следующего просителя.

В зал, потрясая какими-то бумагами, вновь влетел гоблин-торговец. Не дав ему начать говорить, оскалил клыки в самой паскуднейшей улыбке, которую только смог изобразить, и произнёс:

– Бэрримор, прежде чем наш гость начнёт говорить, пригласи к нам мастера Фиан, а то мало ли чем наше общение может закончиться, возможно, понадобится её мастерство.

Гоблин замер, бумаги опустились сами собой, а большие зелёные уши испуганно задрожали. Но всё же торговец собрался с духом и протянул мне заранее составленный договор на покупку обоих снеккаров и драккара.

Пробежав глазами по тексту, я не смог сдержаться и весело захохотал, откинувшись на спинку трона.

– Ну, нельзя же так шутить, могу и оскорбиться, и тогда всё-таки придётся привлечь мастера Фиан. – Переход к серьёзному тону был настолько резок, что Руырк в испуге отшатнулся. – Я, конечно, готов поверить, что гоблины отличные торговцы, когда надо надуть партнёра. Но пытаться облапошить демона – это либо незаурядная смелость, либо такая же глупость.

И так напуганный гоблин попытался было возразить, но писк замер, так и не покинув горла. Короткая вспышка «Огненной стрелы» – и жаркое пламя жадно накинулось на пергамент договора, который через секунду осыпался жирным чёрным пеплом на камень пола.

– И тем не менее, мастер, в вашем предложении есть рациональное зерно. Но поступим мы иначе: как говорили когда-то давно и в совсем другом мире, создадим купеческую кумпанию. Мои снеккары, водные пути, при случае редкие товары и ваши капиталы, вложенные в проект и инфраструктуру. Думаю, это принесёт нам существенные дивиденды.

Гоблин уставился в одну точку, просчитывая варианты и задумчиво теребя мочку уха.

– Бэрримор, принесите достопочтимому мастеру… – немного грубой лести не повредит, – стул и что-нибудь выпить из запасов бывшего владельца замка. Ну и перо с пергаментом.

Бес исчез и уже через пару секунд материализовался вновь вместе с необходимой мебелью, прихватив стул и переносной столик для себя. С удобством расположившись на стуле, мажордом откинулся на спинку и меленьким оселком стал править короткий острый клинок.

– З-з-зачем. – Голос гоблина чуть дрожал, а палец показывал на нож.

– Договор кровью скреплять будем, – скаля клыки в доверительной усмешке, как о чём-то очевидном, сообщил мой управляющий.

– Не стоит бояться, мастер, мой слуга проявляет излишнее рвение, на первый раз поверю чернилам.

Следующий час мастер Руырк ругался, порывался порвать бумаги, взывал ко всем богам и демонам ада, но в конце концов мы всё же заключили соглашение. Обошлось без подписи кровью, хотя Бэрримор причитал, плакал и голосил о «попрании традиций и устоев».

Как только припечатал договор перстнем, как тут же выскочили таблички оповещения:

«Вами выполнено задание бургомистра Баэльбэга „Пристань”. Получено 3500 очков опыта, отношение с бургомистром увеличено до „уважение”, отношение с горожанами увеличено до „равнодушие”».

«Выполнено задание „Сила и хитрость”, степень выполнения – 2/50».

«Получено достижение „Бог торговли”. Вы совершили то, что до вас удавалось лишь немногим демонам. Следуйте этим путём, и, возможно, когда-нибудь демоны смогут основать свой торговый дом. Награда 7500 очков опыта, повышено отношение с торговой гильдией до „неприязнь”».

«Получен уровень, получено 1 очко ментальной выносливости. Выберите между „Стражем грани” и „Инфернальным искуплением”».

А тут было над чем поразмыслить. Беспощадный рандом предложил мне выбрать из второстепенного классового навыка «Адских врат» и второстепенного расового «Пожирателя душ». И если первый позволял увеличить время нахождения на плане призывателя демонов, прошедших вратами ада, то второй, при убийстве противника, вырывал из души противника грехи, соответствующие специализации демона, освобождая душу и восстанавливая демону жизни. Так я узнал, что моя аватара – демон невыполненных обещаний, заставляющий людей поверить в то, что любые слова пусты и их можно нарушить, демон, который делает своих врагов слепыми и глухими. Становилось понятно наличие ментальной магии в моём арсенале. Зачем разработчики прикрутили в игру Гоетию, я так и не понял, но грех мне достался подходящий. Невыполненные обещания есть у любого, так что проблем с восстановлением жизни точно не будет.

Ещё раз всё взвесив и прикинув, остановился на «Инфернальном искуплении», минуты призыва мне пока хватало, а восстановление жизни во время боя лишним не будет, я всё же остаюсь бойцом первой линии, а не полноценным магом.

Когда очнулся от размышлений, мастер Руырк уже скрылся, унося с собой одну из копий договора. Вторая исчезла в тайном хранилище Бэрримора, а я стал обладателем невиданных прибылей в будущем и больших проблем в настоящем. Теперь требовалось организовать разведку и патрулирование реки имеющимся у меня драккаром, и если команду, используя свои связи, должен был нанять мастер Руырк, то капитан оставался за мной. К тому же, если торговая гильдия узнает о наших с гоблином махинациях, мало нам не покажется, могу и чёрный рынок потерять, да и с обычным рынком проблемы начнутся. Я лишь надеялся, что прибыли перевесят риски, а мои корабли смогут пройти завесу уже сейчас, так как отвечать за торговые маршруты и прочее будет представитель торговой гильдии.

Выдохнув, встал с трона и отправился к гномам и тифлингу: требовалось проинспектировать, как там успехи с организацией мастерских, а заодно обсудить будущий доспех. Уже привычно за спиной, словно телохранители, пристроились Арнис и Крит, а рядом с ними в образе ординарца Алтрама, не хватало только где-то пропадающего Табора.

Мастерские встретили меня гулким эхом полупустых необжитых помещений и звоном молота о наковальню. По стенам было развешано кольчужное полотно, видимо, из разобранных викинговских доспехов. Под ними в кучах лежало трофейное оружие, щиты и шлемы. А патриарх семейства отчитывал внука, периодически прерываясь, чтобы бросить пару фраз тифлингу. Присутствие мастера Брокка во владениях гнома вызвало у меня немалое удивление, но так было даже лучше, можно обсудить все вопросы сразу с обоими.

Увидев меня, патриарх скорчил кислую мину и отправил внука к наковальне, тифлинг же, напротив, улыбнулся и изобразил изящный полупоклон. Я кивнул в ответ. Ссориться с гномом в преддверии тех заданий, что собирался ему поручить, не хотелось, поэтому сделал вид, что не заметил выражения его лица.

– Мастер, я вижу, вы освоились и даже приступили к работе.

– И для этой работы вам был нужен гном? – скривился патриарх. – Тут и косорукие человеки справятся.

Посмотрев на гнома, оскалил в улыбке клыки и протянул ему листы с описанием живого доспеха.

– Думаю, вам тоже будет интересно, – сделал приглашающий жест тифлингу.

Минут двадцать спустя шёпот мастеров, обсуждающих доспехи, сменился негромким говором, а ещё через десять они уже начали кричать друг на друга, сыпя непонятными терминами и ругательствами.

Устав от брани, выдернул кипу листов из их рук и, спрятав её в инвентарь, с усмешкой уставился на мастеров.

– Ну что, теперь мы можем обсудить работу, с которой справятся и косорукие человеки.

Гном гневно сопел, глаза тифлинга метали молнии, но видно было, что живой артефакт заинтересовал их так, что они готовы были заняться скучной работой, если потом им позволят вернуться к прерванному изучению чертежей.

Из мастерских я вышел довольным собой, правда, с поредевшим на пару артефактов складом. Прежде чем заняться живыми доспехами для меня, мастера должны были из кольчужных полотен собрать доспехи для гвардейцев. Из остальных трофеев сковать десяток фальшионов и щитов и ещё пяток гизарм. Основным же заказом были доспехи из проклятой стали для Арниса и Крита, на что ушли все пять слитков, также пришлось пожертвовать слиток кровавого золота и, самое главное, кольцо «Предостережение» и копьё «Лёд» для переноса эффектов, а также ряд редких ингредиентов из тех запасов, что мне достались от чернокнижника и предводителя викингов. Данные доспехи должны были послужить своеобразным тестом, я опасался без проверки доверять гномам и артефактору драконью чешую и редчайшие ингредиенты, которые требовались для создания масштабируемого доспеха. Ну и заодно сделал заказ на пошив артефакторной мантии из эльфийской ткани и на заготовку под боевой посох из ветви мэллорна для Табора.

Размышляя над следующими шагами, я чуть не уткнулся в спину стоящего перед алтарём и что-то нашёптывающего Табора. Молодой кочевник задумчиво смотрел на тёмное каменное строение, увитое постоянно перемещающимися, создающими ощущение вечно изменчивого хаоса горельефами и барельефами. Из вершины алтаря короткими всплесками прорывалась энергия пустошей и падала в огромную чашу основания, чтобы тут же исчезнуть. И в такт этим всплескам пульсировали метки еретиков моих воинов, а где-то на самой грани восприятия билось сердце Алтрамы.

Арнис из-за моей спины задумчиво уставился на вершину алтаря, играющую разнообразными оттенками чёрного и алого. Наконец Табор, словно приняв какое-то решение, достал подаренный мной кинжал и, полоснув по ладони, направил струйку крови прямо в чашу.

Глава 31

Думы и договоры

Оторвавшись от позднего ужина, расслабленно откинулся на спинку высокого резного стула и, мелкими глотками потягивая холодное тягучее пиво, стал осматривать зал таверны в поисках подходящих наёмников, продолжая размышлять о том, что произошло у алтаря, и о странном решении Арниса. Я откровенно не понимал его мотивов, всегда казалось, что первым эту черту пересечёт Табор, но юный шаман лишь пролил на алтарь кровь, после чего окрасился кроваво-красным сиянием и неожиданно для меня получил уровень, а всплеск силы подарил мне 1500 очков опыта.

А вот егерь заговорил что-то сбивчивое и бессвязное о долге, о необходимости защиты, ещё о чём-то… И лишь на миг его речь обрела чёткость и какую-то требовательную надежду, когда он обратился ко мне с мольбой, чтобы Дакон и Лукан служили мне как обычные люди, но не пошли его путём. И лишь получив обещание выполнить эту просьбу, он как-то облегчённо вздохнул, и чёрная тень, вырвавшись из тела, растворилась в камне алтаря, а само тело воина, покачнувшись, опрокинулось в чашу.

От мыслей меня оторвал скрип входной двери и тяжёлый топот существа, вошедшего в таверну. Высокая согбенная фигура, закутанная в лохматый жёлто-коричневый плащ, с широкополой шляпой, надвинутой на лицо, замерла в проходе, словно принюхиваясь или прислушиваясь к чему-то потустороннему. Наконец что-то для себя решив, странный гость повернулся в мою сторону и, тяжело опираясь на сучковатый посох, направился к столу.

Не спрашивая разрешения, он опустился на стул напротив меня и, издав облегчённый то ли вздох, то ли скрип, неуловимо преобразился. Плащ и шляпа расправились, превратившись в ветви с пожухшей охряной листвой. Сама фигура мгновенно увеличилась, чуть-чуть не достав потолка, бугристая плотная кора, мох и мелкие ветви сложились в маску, отдалённо напоминающую человеческое лицо, откуда-то сверху, из переплетения листьев, на стол спланировали, жужжа крылышками, три миниатюрные пикси и сердито запищали.

Взглянув на маленьких фей, я вдруг почувствовал короткие требовательные мысли-желания, лезущие мне в голову. Удивлённо перевёл взгляд на существо напротив и позвал официанта.

– Остатки былой магии, – проскрипел незваный гость. – Об этом я и хотел бы поговорить.

Появившийся официант выставил на стол большой жбан пива для гостя, несколько рюмок с вином, тарелку с разнообразными фруктами для пикси и ещё один кувшин тёмного для меня. Сделав внушительный глоток, гворн тяжело опёрся на столешницу и заговорил, изредка останавливаясь, и тогда его повествование поддерживали яркими ментальными образами феечки.

Рассказ оказался весьма интересным, и я в очередной раз поймал себя на мысли, что упустил и время, и возможности на старте игры. Мой гость рос посреди огромного лесного массива, и если я правильно его понял, то место произрастания находилось не так далеко от точки моего появления в игре. Гворн прервался, а в моих мыслях появились мрачные тёмные картинки. Жертвенный алтарь и бьющаяся в крике эльфийка, грудь которой вспарывает обсидиановый нож, а льющаяся кровь сворачивается в тугую воронку, открывающую вход в Инферно. Октангл, усеянный пожелтевшими костями, и бьющий через край поток хаоса, втягивающийся тонкими струями в окружающие деревья, вгрызающийся в их души, меняющий их. Стайки миниатюрных пикси, стремящихся покинуть перерождающийся лес, и те, кто по каким-то причинам остался.

Гворн заговорил вновь, а вместе с его словами в меня опять начал вливаться поток образов. Белые плащи, украшенные золотыми и алыми восьмиконечными крестами, копья с белыми и сине-золотыми флажками, плюмажи паладинов и кольчуги мечников, сутаны священников и багровое ревущее пламя, сжигающее лес, обращая его в пепел вместе со всеми не ушедшими и изменёнными обитателями. И молодой гворн, которому лишь благодаря проснувшейся в нём странной изменчивой силе удалось избежать огня, и три маленькие феи, испуганно дрожащие в его ветвях.

А потом долгая дорога туда, где чувствовались всплески хаоса (видимо, тогда, когда я вплетал врата хаоса в свои строения), потому что именно эта сила позволила ему спастись и продолжала поддерживать жизнь и проснувшуюся магию. А потом он почувствовал источник, к которому и стремился, который мог позволить ему выжить и сохранить жизнь его маленьким спутницам.

Гворн прервался и внимательно посмотрел на меня. Пикси, до сего момента перепархивающие с места на место, замерли на его ветвях и также вперили в меня взор своих чёрных как угольки глаз.

– И что же ты хочешь от меня, гворн?

– Зерно Хаоса, – последовал короткий ответ.

И я чуть не поперхнулся пивом. И не потому, что знал, о чём речь, но очень уж внушительно это прозвучало, прямо с большой буквы. Резко нырнув в интерфейс, залез в библиотеку, отыскал нужный материал и вчитался.

Никакого подробного описания этого артефакта не было, но судя по тому, что о нём писали на форумах, гворн запросил большую цену, не факт, что она мне по карману. И никто, кроме демонов, ну, может, ещё тёмного паладина, ему этот артефакт достать не мог.

– А плата?

Гворн развёл руки-ветви, как бы предлагая назначить цену или показывая, что ему нечем со мной рассчитаться за зерно.

И тут я задумался, задумался надолго. Уже закончилось пиво, а я всё смотрел на своего визави, и зверски хотелось послать его подальше с такими предложениями. На умильные мордочки пикси, которых посылать совсем не хотелось, что-то такое трогали в душе (если есть у демонов душа) их кукольные грустные личики и поникшие стрекозиные крылышки.

– Зерно Хаоса не требуется немедленно, пока достаточно источника, – прервал тишину гворн, а феечки, подлетев ко мне, с надеждой уставились в глаза.

– Готов открыть характеристики?

Тут же передо мной открылось окно свойств гворна.

А улыбка невольно выползла на моё лицо: кажется, я нашёл себе каштеляна. Нет, гворн не был идеальным управленцем, но у него была масса других полезных свойств, а у меня был подходящий том, чтобы сделать его тем, кто мне нужен.

«Тиоманай.

Уровень: 18-й, Герой.

Раса: Гворн.

Класс: Лесной погонщик.

Классовое умение: Пастух растений.

Интеллект: 25.

Сила: 40.

Выносливость: 50.

Ловкость: 2.

Сила магии: 5.

Устойчивость к откату: 3.

Ментальная выносливость: 5.

Умения: частичная трансформация, древесный панцирь I, лесные путы II, лесной химеролог III, семя вождя, магия хаоса, мастер мутаций I, мастер магии разума II, мастер управления I, мастер ментального воздействия I, симбионт III (3 существа), дистанционная атака I, агроном II.

Частичная подвижность. Зависимость от источника хаоса.

Уязвимость к магии огня, уязвимость к магии света, уязвимость к белой магии, устойчивость к магии хаоса, устойчивость к магии жизни.

Заклинания: „Метка хаоса”, „Голос”.

Здоровье: 1150, запас маны: 50, устойчивость к магии: 13.

Книга магии: нет».

– Ну что ж, завтра жду в замке, там и заключим договор, – сказал я, оставляя на столе плату за ужин и ночной постой гворна, и вышел в надвигающуюся ночь.

Глава 32

Что такое не везёт и как с этим бороться

Проснулся я с ощущением какой-то внутренней пустоты. Заниматься делами совершенно не хотелось, бездельничать тоже, а вот каких-то привычных развлечений в этом мире не было. Банально нажраться в таверне – скучно, нет подходящей компании, да и неуместно князю, ещё не так поймут. Завалиться в только что построенный бордель – идея не плохая, но что-то сомневаюсь, что там даже банальное стриптиз-шоу есть. Одна дорога – в графы Шереметевы: организую театр, научу суккубочек танцевать «Лебединое озеро» с дьяволом в роли Ротбарта. Представив себя хореографом, изображающим перед труппой фуэте, внутренне рассмеялся и отправился завтракать. Дел было запланировано предостаточно, когда-нибудь и до театра руки дойдут. А может, и бильярд замучу, а потом и свой лунопарк с блек-джеком и продажными девками.

Повар после прямых приказаний перестал готовить исключительно острые блюда, так что сегодня мне изжога не грозила, да и завтрак был достаточно лёгким, чтобы можно было провести утреннюю тренировку.

Закончив разминку, решил попробовать себя в бою, а заодно и узнать способности суккуб на новой подопечной Искры. За неимением боевой арены вполне подходил небольшой внутренний дворик, скрытый среди построек замка. И сейчас мы стояли с демонессой друг против друга: я, чуть разведя руки с лёгкими эльфийскими клинками, а вокруг суккубы змеился тонкий кожаный бич, с вплетённой в кончик свинчаткой.

Резкий свист рассекаемого воздуха, успеваю пригнуться и метнуться вперёд, прыжок, уход в сторону, ещё и ещё. Едва успеваю за быстрыми и хлёсткими ударами демоницы, а та, словно танцуя, перемещается по кругу, не давая мне приблизиться и безостановочно атакуя. Прыжок, кувырок, разорвать дистанцию и выдохнуть. Суккуба, улыбаясь, отводит руку с бичом за спину, расправляя хвост плети, словно приглашая меня самому проявить инициативу.

Короткий шаг, ещё один, стараюсь зайти со стороны руки, держащей бич, так ей придётся сделать лишнее движение, чтобы начать атаку. Прыжок, полёт, пропуская под собой хвост кнута, перекат и выпад. Но суккуба уже плавным движением ушла в сторону, а бич вновь разгоняется для атаки. Удар. Подставляю меч – и кожаный ремень закручивается вокруг клинка. Рывок, всё же превосходство в силе очевидно, и суккубу бросает на меня. Довольно оскалившись, выбрасываю вперёд второй меч, но демоница каким-то неуловимым движением взмывает в воздух, сальто, рывок – и меч заскользил по камням мостовой.

– Ар-р-р, – вырывается из горла рык.

Бросаюсь в новую атаку. Опять свист рассекаемого воздуха, подставленная под удар рука – и обжигающая боль, от которой хочется взвыть. Схватив намотавшийся на руку ремень, рванул на себя, ещё раз, и, взметнувшаяся в сальто, суккуба падает прямо в мои объятия. Чувствую одуряюще-пряный запах волос, мягкие и чуть терпкие губы, медовый вкус поцелуя и костяное жало хвоста, упирающееся в затылок.

Демоница, довольно рассмеявшись, одарила меня ещё одним поцелуем и, выдернув из разжавшихся пальцев свой бич, скрылась среди построек.

Встряхнул недовольно головой – это же надо было так попасться! – и отправился к кузнецам. Требовалось проверить, как идут дела у моих мастеров, да и гворн должен был вскорости появиться.

По пути к кузнице меня перехватил Ал, сообщив о приходе Тиоманая. Пришлось разворачиваться и идти к алтарю возвышения.

Подходя, с удивлением увидел пикси, весело порхающих вокруг каменной чаши, то и дело ныряя в фонтан хаоса, бьющий из вершины алтаря. Возникло странное ощущение неправильности происходящего. Я даже не мог представить, во что могут превратиться эти создания, последовательницы магии жизни, подвергаясь воздействию энергии хаоса.

– Приветствую, милорд, – обозначил поклон гворн.

– И я вас. – Чуть улыбаюсь, глядя на прекративших полёты и рассевшихся в кроне гворна феечек. – Ну что ж, поговорим об условиях.

Внезапно двор крепости взрывается брызгами земли, окатив всех нас жидкой грязью, а рядом с алтарём забил небольшой прозрачный ключ.

– Твою ж…

Но до конца выругаться так и не успел, из маленького фонтанчика родника соткалась прозрачная фигура, ткнула в меня пальцем и пробулькала:

– Князя Шакса ты есть?

– Ну… – всё еще офигевая от произошедшего, произнёс я.

– Великая шамана велела передать, сказать ты знашь.

И водяной дух, взорвавшись, исчез, окатив нас очередной волной и забросав озёрной рыбой.

– Бэрримор, какого демона здесь происходит?!

Появившись в тут же секунду, бес тростью брезгливо оттолкнул пузатого карпа, перескочил, взмахнув крылышками, образовавшуюся лужу, и замер передо мной.

– Милорд, я предупреждал, что нужно замкнуть периметр вокруг замка, иначе здесь так и останется проходной двор. А это, – он обвёл бьющуюся в лужах рыбу, – дань от гоблинского поселения.

Я недовольно скривился: он действительно говорил что-то такое, но сейчас было не до того. Войско важнее, чем стены. Но и с такими визитами надо что-то решать.

– А какого… таким… способом?!

Бес лишь пожал плечами.

– Убрать в кладовые. Ужин у нас, так понимаю, будет из рыбных блюд?

Бес согласно кивнул и исчез, а через пять минут появился в сопровождении замковых слуг и занялся сбором рыбы.

– Могу помочь, – проскрипел Тиоманай.

После короткого разговора с ним моя армия пополнилась ещё одним героем, к сожалению, ограниченной подвижности, а я лишился тома «Казначей». Зато наконец было на кого свалить дела по организации и управлению манором[12].

– Ал, передай Искре, чтобы готовила армию к выходу. В гарнизоне остаются десять импов, две гончие и цербер. Гвардейцев – к мастерской, будем снаряжать.

Мальчишка сорвался с места и, сверкая пятками, умчался куда-то вглубь замка искать суккубу.

Наконец добравшись до мастерских, я увидел вывешенные в ряд юшманы[13]. Там же стояли прислонённые к стене гизармы[14], павезы[15] и массивные эрзац-фальшионы[16].

Из кузницы высунулся самый младший из гномов, прыснул в кулак и исчез. Звон молота о наковальню стал тише, на миг прервался тонкий голос ручника[17] и снова зазвенел, заголосил, задавая ритм кувалде.

Через открытую дверь, вытирая крупные раскрасневшиеся от жара ладони о коричневый кожаный фартук, вышел мастер Куланн и, в удивлении замерев, через секунду расхохотался в голос, глядя на мою мокрую фигуру, всю, как в кольчуге, в рыбьей чешуе.

– Хамиш-ш-ш-шь, мастер. – Голос привычно сорвался в шипение.

Гном, замолчав, огладил бороду, заплетённую в две косы, перехваченные простыми стальными кольцами, посмотрел на меня и спросил:

– С чем пожаловал?

– Поинтересоваться, как идут дела.

– Ну, как видишь, заказ твой мы выполнили, а доспехи из проклятой стали, – почти выплюнул он слово «проклятой», – будут готовы к вечеру, с одним уже мастер Брокк возится, тогда же и заготовку к посоху получишь, да и одеяния для твоего шамана будут готовы. Мастер ждёт, что укажешь ему, чем чаровать.

– Хорошо. Скоро прибудут гвардейцы, подгонишь на них снаряжение.

– Будет сделано, – с деланым смирением произнёс гном и скрылся за дверью, откуда раздался новый взрыв хохота.

– Твою через седло да вожжами по хребту, – сплюнул я на землю и отправился переодеваться.

Глава 33

Битвы и ритуалы

Всё чаще и чаще приходилось пригибаться, тяжёлые еловые лапы так и норовили ударить по лицу. В очередной раз увернувшись от колючей ветки, спешился, отпустив кошмара. Неожиданно накатили воспоминания. Так же я пробирался по буреломам этого ельника в свой первый день игры. Только тогда со мной были трое егерей, а теперь Лукан в воровской гильдии, Дакон командует замковым гарнизоном, а Арнис… чёрт его знает, когда я увижу Арниса.

Пробравшись через переплетение ветвей и корней вывороченных из земли деревьев, вышли на поляну фэйри, где перекусили местными огромными грибами – удача лишней не бывает. И вновь дорога, и тени веток исполняют причудливый танец, а лучи солнца, найдя прорехи в шатре ветвей, скользят по массивным фигурам разорителей, выхватывают серые тени гончих, носящихся вокруг отряда в поиске противника.

Ещё полчаса пути по пружинящему ковру старой хвои и зелёного мха, и войско вышло к точке моего появления в игре. Осмотрев поляну, развернул перед собой карту, пытаясь сориентироваться и понять по рассказу гворна, куда двигаться дальше. Учитывая, что местность вокруг практически не разведана, сделать это было сложно. Спас меня тонкий свист. Из гигантских кустов черники весь перемазанный ягодным соком появился Алтрама.

– Здесь тропинка, милорд. Гончие «говорят», нахоженная.

Я мрачно сплюнул под ноги, вот кто мне мешал исследовать поляну повнимательнее, когда начал игру, ведь неспроста же есть нахоженная тропинка, да и егерей надо было поподробнее расспросить, почему вызывали демона именно в этом месте. Но сделанного не воротишь, потому махнул рукой, и отряд двинулся по петляющей среди тёмных старых ёлок и молодых нежно-зелёных елей тропинке, всё глубже и глубже уходя в лес.

В какой-то момент стало понятно, что мы достигли границы места, о котором говорил гворн – привычная, чуть мрачная атмосфера старого ельника сменилась. Старая хвоя и мох под ногами обращались невесомой серой пылью, а зелёный цвет елей сгустился до черноты обугленных, но так и не упавших стволов. И какая-то странная неживая тишина повисла над головой. И тем не менее мои демоны приободрились, уловив родные ветра пустошей, наполненные силой хаоса. Гончие, словно что-то почувствовав, начали забирать правее, а вскоре и я ощутил обжигающий и невесомый ветер Инферно, дующий в нашу сторону. А следом за ветром пришла песня, злая, недобрая, тянущаяся на одной долгой ноте и отражающаяся от еловых стволов, чтобы эхом разнестись по сожжённому, изменившемуся, но выстоявшему лесу, пропитанному огнём и хаосом.

Пара коротких жестов, и отряд взял находящуюся впереди поляну в клещи. Так же жестами отдал команду всем оставаться на местах, суккубам и гончим с церберами замкнуть окружение, а сам вышел на прогалину и остановился, поражённый увиденным зрелищем. В центре поляны синим пламенем горела пентаграмма, и чёрный жирный пепел сгоревших деревьев кружился над ней. Багровые искры играли то ли в кристаллах, то ли в огромных драгоценных камнях, расположенных по углам магической фигуры. А в центре крутилась багрово-чёрная воронка, втягивая в себя пепел, то уменьшаясь, то вновь увеличиваясь в размерах, в такт какому-то неведомому сердцу. Семь тёмных фигур окружали пентаграмму, продолжая тянуть на одной ноте то ли песню, то ли гимн, покачиваясь в такт мелодии.

Воронка в центре пентакля сжалась в точку и взорвалась, волны пепла накрыли поляну, закрывая её от света солнца, и наступила тьма. Лишь различными оттенками красного продолжали гореть фигуры живых, а багровые искры в камнях, окружавших пентагерон призыва, разгорались мрачными кострами. И вновь воронка сжалась, превращаясь в тусклый багровый шарик, и опять взорвалась, разбрызгивая вокруг тёмно-алые огни, повисшие японскими фонариками на окружающих поляну деревьях.

На миг зрение отказало мне, а когда восстановилось, я увидел, что на месте вихря портала возвышается огромная иссиня-чёрная фигура, отливающая маслянисто-алым блеском на изящном рисунке чешуи. Огромный демон напоминал помесь Горо и Баракки из старой компьютерной игрушки: такой же мощный торс, разве что закрытый бронёй чешуи, четыре руки, перевитые жгутами мышц, алые костяные лезвия, торчащие из предплечий, частокол изогнутых острых, как иглы, зубов, а вместо оселедца два огромных изогнутых рога.

Два бездонных горящих глаза обвели поляну, на миг задержавшись на тех, кто призвал демона в мир, и остановились на мне. Пасть открылась, и чудовищный рёв опрокинул стоявшие вокруг пентаграммы фигуры, снося с меня десяток хитов.

– Взя-а-а-а-а-а-а-а-а-ать его!!!

Короткий высверк меча, и бросившийся ко мне демонопоклонник упал, держась за рассечённое горло.

«Произведён захват души», – колокольчиком прозвенело над ухом. Совсем недавно нашёл опцию по замене текстовых оповещений голосовыми и сменил вид части оповещений, чтобы не отвлекали в бою.

Из кустов на поляну вылетают мои бойцы, культисты ошарашенно откатываются, прижимаясь к пентаграмме, которая вспыхивает абсолютно чёрным пламенем, и оттуда навстречу моим войскам вырывается пяток гончих и десяток гвардейцев.

Демоническая пехота противника смыкает большие шипастые щиты, которые тут же окутываются каким-то потусторонним сиянием. Поверх щитов ложатся то ли копья, то ли мечи, больше всего напоминающие нагинаты[18]. Строй делает первый шаг, второй и начинает медленный разбег.

Командую кошмарам фланговую атаку и с удивлением вижу, как адские кони вязнут в каком-то чёрном тумане, щупальцами обвивающем моих жеребцов. Бесы до сих пор не пришли в себя после чудовищного рыка призванного демона и лежат полубезжизненными телами на земле.

Две короткие вспышки – струя огня и стрела хаоса, это вступили в бой суккубы, но их заклятия бесполезной кляксой растекаются по щитам противника. Новый каст, с таким же результатом.

Бег демонов набирает силу приливной волны, потом мощь цунами, способное смести любого противника. Успеваю отдать приказ, и мои гвардейцы расступаются в стороны, позволяя атаке противника пропасть втуне. Проскочив несколько метров, строй гвардейцев распадается на два, чётко разворачивается, чтобы атаковать сразу в две стороны, а на моих демонов уже обрушиваются мчавшиеся вслед за гвардейцами гончие.

Взгляд выхватывает, как в стелющийся по земле силуэт адского пса врезается гизарма, прибивая гончую к земле, и тут же на моего воина обрушивается другая псина, чтобы отлететь от мощного пинка гвардейца со щитом. Цербер с глухим рычанием рвёт гончую противника, а челюсти второй головы щёлкают перед щитами строя противника, в который в следующую секунду врезается Крит, разбивает ему самому пасть, с тяжелейшими ранами. Второй строй опутывают вырвавшиеся из-под земли струи лавы, а следом врезаются щиты моих бойцов, и тяжёлые фальшионы обрушиваются на хитиновую броню.

Весы судьбы медленно, но безостановочно клонятся в мою сторону, вот уже очнулись бесы и со спины обрушились на гвардейцев противника, стремясь добраться до уязвимых мест. Но все звуки битвы перекрывает звон разбившегося стекла и резкий хлопок оборвавшихся цепей.

Вижу, как взрываются, разлетаясь мириадами осколков, кристаллы, ограничивавшие пентаграмму, и с довольным хохотом на меня бросается мощная фигура лорда-демона. Доселе незамеченный хвост вздымается, и ко мне устремляется лезвие костяного меча. Размазанный в прыжке силуэт, и клинок входит в грудь закрывшего меня мальчишки. Тело Алтрамы на миг застывает в воздухе… Движение хвоста – и мальчишка сломанной куклой падает на землю.

Глаза застилает алая пелена гнева, весь мир куда-то пропадает, словно растворившись в злости и какой-то потусторонней боли. «Это мои люди, и никто не смеет их убивать» – лишь эта мысль бьётся эхом в абсолютно пустой и кристально чистой голове. Взмах руки, каст «зеркал», и двенадцать моих фигур бросаются к противнику, обнажая на бегу парные эльфийские клинки. Слаженное движение лезвий хвоста и рук, и пять фигур с лёгким хлопком растворяются в воздухе.

Но я уже рядом, и мечи сливаются в смертельную мельницу, обрушиваясь на противника. Удар, и пируэтом уйти из-под лезвия, ещё удар, нырнуть под клинок, сдвоенный удар, и шаг назад, пропуская перед собой несущуюся смерть. Исчезает ещё пара фигур, отвлекая и рассеивая внимание демона. Удар, и лапа противника перехватывает в полёте меч, эльфийская сталь ломается под сжимающимися пальцами, а воздух взвихряется в пламенеющей крови из рассечённой когтистой лапы. Удар, ещё один, отвести клинок, взвиться в воздух, закрутившись вокруг оси, а под ногами проносится костяное лезвие хвоста, и рубящий удар в оскалившуюся морду. Приземлиться, увернувшись от костяного лезвия, и хлёсткий удар, который успеваю парировать лишь в последний момент. И тут же второй удар, меч взвивается в воздух и улетает куда-то во тьму, а мой корпус оказывается сжат в стальной хватке двух из четырёх рук. Демон вздымает меня к оскаленной морде, а в лицо несётся дикий хохот.

– Щенок, решил показать зубки?!

Чувствую, как когти на пальцах рук рвут на мне одежду и впиваются в тело, оставляя кровавые борозды. Руки словно сами собой покрываются костяной сегментной бронёй, а между пальцев выдвигаются короткие чёрные лезвия. Воздух поступает в сжимаемые стальной хваткой лёгкие редкими болезненными толчками, а перед глазами прыгают багровые точки в такт уходящей жизни.

– Получи, – рвётся изо рта полубезумный всхлип.

И костяные лезвия одной руки погружаются в нёбо противника, а второй, рассекая бездонно-чёрный зрачок, в мозг, и тут же меня охватывает горячее пламя крови лорда. Я захлёбываюсь собственным криком, чувствуя бегущий по рукам огонь. Костяные пластины ещё продолжают сопротивляться, но пламя уже лижет лохмотья одежды. В секундном озарении кастую «Водяной доспех», который тут же с противным шипением начинает испаряться под продолжающим бить огненным фонтаном.

В какой-то миг я потерял сознание, очнувшись уже на земле перед поверженным противником. Всё тело горело нестерпимым огнём, звуки доносились словно сквозь вату, густая чёрная кровь сочилась из носа и ушей, подняться на ноги мне позволила только так никуда и не ушедшая злость.

Перед глазами маячит множество табличек оповещения, сметаю все единым усилием воли, не до того: всё, что я сейчас хочу, – это убивать. А в голове выкристаллизовывается странная мысль, что этот гнев не настоящий и принадлежит не мне, и вообще вокруг всё ненастоящее. Блуждающий взор окидывает поляну, не замечая ни демонов, ни культистов, окружённых моими воинами. Взгляд натыкается на фигурку Алтрамы с огромной раной в груди и пенящейся ярко-алой кровью у рта.

Безумный хохот разрывает лёгкие, мысль о том, что всё это игра, всё это ненастоящее, кажется неимоверно глупой и ничего не стоящей. Делаю шаг в сторону одного из демонопоклонников, и так и не исчезнувшие лезвия вспарывают хрупкое человеческое горло. Трель оповещает меня о захвате очередной души. Ещё один шаг, взмах руки и отчаянный крик.

– Я знаю, как его спасти, мессир. Я помогу, – слышу испуганный, торопливый, сбивчивый лепет.

– Не вреш-ш-шь? – Кажется, я начинаю привыкать к этому змеиному шипению, в которое периодически превращается мой голос.

Культист срывает с пояса аюдха катти[19], не успеваю ударить в ответ, а он уже опустился на колени, начав чертить на земле какую-то фигуру, затем из мешочков на поясе посыпались травы, камешки, свечи, занимая свои места на границах фигуры.

– Мальчика надо положить в центр, – скороговоркой бубнит демонопоклонник, продолжая чертить линии и знаки.

– Табор! – срывается с губ какой-то полузвериный рык.

Шаман бережно подхватывает тело Алтрамы и заносит его в декангл. Культист взмахивает рукой, и свечи начинают чадить каким-то прогорклым зелёным пламенем.

– Мессир, вот эту фигуру на грудь.

На земле появляются новые линии. А я, выхватив крис, вспарываю пергаментно-жёлтую кожу и прямо по ране черчу линии, кривясь от отголосков своей и его боли.

– А теперь нужна сильная кровь. Кровь демона.

Обвожу безумным взглядом поляну, вижу хрипящую гончую, пришпиленную гизармой к земле. Кивок, и разорители бросаются к адской псине, а через минуту в звезде декангла лежит спутанная по рукам и ногам истекающая кровью гончая.

Культист кладёт на грудь Ала и на грудь демонической твари по кроваво-алому прозрачному камню, которые, напитавшись крови, начинают пульсировать в такт их сердцам. Пульсация набирает частоту, вспышка – и оба камня соединяет парящая дорожка крови.

– Убейте её, – доносится словно издалека.

И чёрное лезвие криса погружается в глазницу, обрывая жизнь гончей. А следом удар по ладони, и моя кровь, дымя на воздухе, падает на губы паренька. Перстень погружается в рану на груди, манобар, лишь недавно пополненный из запасов накопителя, опустошается в ноль. Горячий порыв ветра ударяет меня в грудь, выкидывая за пределы ритуальной фигуры. Тельце паренька, изгибаясь в болезненной судороге, переворачивается на живот. Ал с трудом встаёт на колени, и тут же изо рта выплескивается горячая чёрная кровь, и он снова обессиленно падает.

Глава 34

Демоны и демонологи

Я сидел, откинувшись на почерневший от копоти ствол вековой ели, и мрачно читал одно из оповещений. Чёртов демон повесил на меня двенадцатичасовой дебафф «Сломанные рёбра»: снижение на 15 % выносливости и на 10 % ловкости, к тому же это было реально больно. Я в который раз проклял реализм полного погружения, при любом повороте корпусом рёбра нещадно ныли.

Культистов согнали в одну кучу и оставили под охраной пары гвардейцев, отобрав у них весь магический реквизит, хотя тут я уже перестраховывался, с момента уничтожения лорда-демона система отмечала демонопоклонников как нейтралов. Остальные воины под командой суккубы и Табора занимались ранеными и трофеями. А я рассматривал полученные системные сообщения, приходя в себя после боя.

А посмотреть было на что, я получил очередной уровень, а вместе с ним + 1 к силе магии. К моему удивлению, выбора мне на этот раз не предоставили, предложив только один навык: «Адский огонь», то ли баг, то ли фича, сразу и не поймёшь. Расовый навык, вместо которого я когда-то выбрал удачу, давал усиление заклинаний огня на 10 %, при этом имел и отрицательную сторону, а именно – 10 % дополнительных повреждений от заклинаний водяной стихии.

На этом сюрпризы не закончились, одна из системок гласила: «Вы сразили лорда-демона, сделав ещё один шаг на пути к величию. (Как же, сразил, судя по логам, основной урон по этому выкидышу бездны пришёл от таранных атак освободившихся от пут кошмаров, хотя последние хиты с демона снял прошедший от моего сдвоенного удара дот[20].) Победив одного из младших владык Инферно, вы получаете часть его силы: + 5 к силе, + 2 к ловкости, + 7 к выносливости, + 1 к силе магии, + 1 к устойчивости к откату, + 1 к ментальной выносливости. Вами открыта уникальная цепочка квестов: „Тропою владык”, выполнен шаг 1. Сделайте следующий шаг на пути к становлению лордом Инферно. Награда: доступ к следующему заданию цепочки квестов, книга магии хаоса». Вполне неплохой довесок от боя, за который можно было простить и дебафф, и потерю трёх импов. Только как-то меня в последнее время стали напрягать открытые квесты с непонятными условиями.

На миг закрыл глаза и перевёл дыхание, один неловкий поворот, и повреждённые рёбра напомнили о себе, к тому же начало саднить обожжённую кожу. Это стало неприятным довеском к поднявшейся на 2,5 % защите от огня и хаоса, при этом на мне повис странный трёхдневный дебафф «Огнебоязнь»: при попадании огня 75 % вероятность 5-секундного оцепенения. Надеюсь, гореть мне в ближайшее время не придётся.

На этом раздача плюшек не закончилась. Поднялось лидерство, описание было какое-то длинное и путаное, сводилось к тому, что кто-то из воинов решил пожертвовать собой ради своего сюзерена, жертва была ненапрасной, а месть скорой. Перескочило на вторую ступень достижение «Ритуалист», добавив 2 % к эффективности ритуалов.

От изучения логов меня отвлёк подошедший Табор. Выслушав его, вспомнилась расхожая фраза: «Есть две новости – хорошая и плохая, с какой начать?»

Хорошая новость была о трофеях. В бою с гвардейцами младшего лорда мои демоны потеряли почти все тарчи, изрубленные клинками противника, источенные магией еретиков, да и часть гизарм пришлось выбросить, сталь оказалась изъедена кровью демонов. Зато доставшиеся нам от противника щиты превосходили тарчи по всем характеристикам. Высокие чёрные скутумы[21] с шипом на выступающем по центру умбоне превосходили изделие гномов по всем параметрам. Из чего сотворили мастера Инферно эти щиты, я не представлял, больше всего материал был похож на расплавленный и застывший камень или на сверхпрочный хитин. Кроме щитов, мы получили ещё и нагинаты, превосходившие выкованные из трофейных клинков гизармы в той же степени, в какой скутумы были лучше тарчей. Жаль, содрать доспех с противника не получилось, он представлял единое целое с телами воинов.

Кроме оружия, мне достались небольшие абсолютно чёрные, буквально впитывающие в себя свет кристаллы, определяемые системой как осколки камней хаоса – видимо, то, что осталось от взорвавшихся камней, ограничивавших пентаграмму призыва. Для чего нужны эти кристаллы, я не имел ни малейшего понятия, но на всякий случай ссыпал все в инвентарь.

На этом хорошие новости закончились. Среди плохих были тяжёлые ранения Крита и Алтрамы. На мальчишке висел двенадцатичасовой дебафф «Без сознания», на Крите – восьмичасовой «Тяжёлые раны», и тот и другой были не то что не бойцами, даже передвигаться самостоятельно не могли.

Но дело требовалось доделать, поэтому, оставив с ними Искру, пару гвардейцев и пяток импов с одной гончей в качестве разведчицы, остальным отрядом выдвинулся к появившемуся на карте пятну, подсвеченному системой как скит демонопоклонников.

Всех семерых выживших еретиков взял с собой, они почему-то до сих пор определялись как нейтральные войска – загадка, которую я надеялся в скором времени разрешить.

Марш-бросок через лес вымотал меня окончательно. Тяжело спустившись с кошмара, опёрся на гизарму, которую забрал у одного из своих гвардейцев. Чёрный демонический конь лишь насмешливо фыркнул и перевёл взгляд на открывшийся вид. Впереди лежала холмистая долина, заросшая молодыми липами и багульником. Деревья и кусты сбегали к самой воде, купая в ней руки-ветви, и розовые лепестки маленькими корабликами опускались на синюю водную гладь.

Проводник из демонопоклонников жестом указал направление, на вытянутый и чуть изогнутый холм, горевший багрово-розовым пламенем цветущих кустов.

Вновь неловко взобравшись в седло, чем заслужил ещё одно насмешливое фырканье, я отдал приказ двигаться дальше. Гончие привычно заняли свои позиции, вынюхивая опасность, невысокие импы затерялись среди кустов, и лишь башни гвардейцев возвышались над этим цветущим великолепием. А в голове из какого-то забытого далёка зазвучала старая мелодия Шаинского со словами Морозова:

Где-то багульник на сопках цветёт,

Кедры вонзаются в небо…

Кажется, будто давно меня ждёт

Край, где ни разу я не был.

Возле палатки закружится дым,

Вспыхнет костёр над рекою…

Вот бы прожить мне всю жизнь молодым,

Чтоб не хотелось покоя.

Знаю, что будут, наверно, не раз

Грозы, мороз и тревога…

Трудное счастье – находка для нас,

К подвигам наша дорога.

Вот только подвигов почему-то совсем не хотелось, желалось покоя, да и вечная молодость в игре мне обеспечена. А вот от палатки и костерка, как в юношеские годы, я бы не отказался, и чтобы не орава демонов рядом, а старые друзья, которых не видел целую вечность, и какая-нибудь очаровательная девушка напротив, да горячий чай, булькающий в котелке и пахнущий травяным сбором.

Из мечтаний меня вывел треск ломаемых веток. Лепестки цветов искрами пожара взметнулись в небо и опали на землю, устилая её персидским ковром, а в холме открылась арка прохода, ранее скрытая кустами.

Серые молнии гончих метнулись в проём, сразу за ними туда же протиснулись церберы и застыли по краям, прикрывая от возможных опасностей, следом за ними туда вошла оставшаяся армия, оказавшись в очередной долине, окружённой со всех сторон холмами. Сквозь зелень трав, перепрыгивая с камня на камень, бежал звонкий озорной ручей, чтобы, скрывшись среди холмов, укрывающих долину, вынырнуть где-нибудь у озера и, скатившись с горки, присоединить свои струи к его водяному простору.

Демонопоклонник снова показал на центр поляны и первым отправился в том направлении. Отряд и без моих приказов образовал поисковый порядок, но всё же нападение мы прозевали. Вокруг взметнулось и тут же опало чёрное пламя, обозначив посреди разнотравья долины огромную гексаграмму, внутри которой очутился отряд. На каждом из лучей звезды стояла безликая чёрная фигура, а мои воины были заключены каждый в отдельную n-грамму, из которой по каким-то причинам не могли выбраться. И лишь я и семеро пленных еретиков оказались свободны, хотя кошмар подо мной тоже не мог сдвинуться с места.

Спрыгнув с адского жеребца, я опёрся на гизарму и потянул из ножен крис.

– Не стоит этого делать.

– Это ещё почему? – зло ощерился я, разворачиваясь на голос.

На границе гентакля стоял высокий седобородый мужчина, затянутый в чёрную кожу с тускло мерцающими заклёпками из алой меди. Тёмный плащ с капюшоном скрывал лицо, лишь белоснежные пряди волос и окладистая борода, по гномьей традиции заплетённая в несколько кос и перехваченная медными кольцами, выбивалась из него. В руке мужчина держал посох, собранный из костей то ли чудовища, то ли демона, с багряным навершием в виде треугольного кристалла.

– Я хочу поговорить, и от того, придём ли мы к согласию, будет зависеть всё остальное.

Мне показалось, что мужчина улыбнулся, а плащ вдруг взметнулся чёрными крыльями, подхваченный ветром хаоса, взвихрившимся вокруг его одинокой фигуры. От злого речитатива тёмных фигур, стоявших по углам гексаграммы, потянулись ниточки силы, впитываясь в кристалл посоха и заставляя его разгореться кровавым багрянцем. Сияние перекинулось на фигуру моего оппонента, укутывая его в кокон силы, плещущий языками хаоса в разные стороны.

Демонстративно медленно я вложил крис обратно в ножны.

– Прошу. – Мужчина жестом указал на возникший, словно по мановению волшебной палочки, стол с парой резных кресел рядом. Чёрную с золотыми прожилками столешницу украшал медный поднос с бутылью вина и двумя стеклянными кубками.

Не дожидаясь повторного приглашения, покинул пентаграмму и, стараясь не кривиться от боли, уселся за стол, самостоятельно налив себе вина и тут же пригубив божественно вкусного напитка. Мой собеседник уселся напротив и откинул капюшон, обнажив смуглое правильное скуластое и совсем не старое лицо с небольшой россыпью морщинок у глаз, наполненных какой-то неземной чернотой.

– Угощайтесь, угощайтесь, – с улыбкой произнёс он, продолжая внимательно меня разглядывать.

Я не торопился отвечать. Откинулся на спинку кресла и, постаравшись расслабиться, медленно цедил вино, оценивая свои шансы. Попробовал я также понять, кого подкинула мне судьба, но, кроме класса «Демонолог», вся информация оказалась скрыта.

– Надо сказать, вы мне испортили ритуал, – прервал возникшее было молчание мой собеседник.

– Надо сказать, это мои земли, – скопировал я манеру оппонента.

– Номинально, – усмехнулся в ответ еретик. – Впрочем, не важно, приди ты на недельку-полторы раньше, откупились бы от тебя какой-нибудь призванной суккубочкой, ну, в крайнем случае, ифритом, и спокойно завершили бы ритуал, а теперь придётся оплачивать мои расходы и усилия на повторный.

В ответ я только рассмеялся, но тут же пришлось оборвать смех, тупой болью отозвавшийся в рёбрах.

– Ну, я могу вас, например, – пауза, – уничтожить, – задумчиво произнёс демонопоклонник, видимо обидевшись на такой мой ответ.

– Сомнительно. – Я сделал глоток из бокала. – Скорее уж изгнать. Ну и кто мне тогда помешает вернуться через недельку и спалить здесь всё к чёртовой бабушке?

– А ты не безнадёжен, – хмыкнул седовласый, – у тебя, конечно, ни беса не получится, но к чему мне эти трудности?

– А перейти под мою руку? – закинул я удочку.

– А на черта мне, ты только не обижайся, такой слабак?

Демонова игра, пыжишься, пыжишься, стараешься, только завалишь какую-нить мощную тварь, почувствуешь себя героем, как обязательно найдётся кто-то, кто ткнёт тебя мордой в твою слабость и покажет, кто есть кто на местном олимпе.

– Забываешшшься, человечишшшшка. – Думаю, моя роль требовала именно такой реакции.

– Ладно. – Голос собеседника стал вдруг невероятно серьёзным, будто он решил для себя какую-то трудную дилемму. – Посмотрим, может, на что-то ещё и сгодишься.

Вычурный жест кистью – и за нашим столом вспыхнуло четыре портала, из которых вышли рослые гвардейцы Инферно, направившись в нашу сторону.

– Энвой, возьмёшь ещё четверых, поступаете в услужение мессиру Шаксу.

Мой проводник и спаситель Алтрамы низко поклонился странному еретику и отошёл к остальным демонопоклонникам, выбирая себе людей.

– Теперь с тобой, – вперил в меня тяжёлый взгляд седовласый. – Сила моих людей зависит исключительно от силы демона, которому они служат, или от силы тех демонов, которых удаётся пленить. – Последние слова он произнёс многозначительно и с лёгким нажимом. – Ты у нас даже не лорд, так что многого не жди, ну и последний подарок…

Он вдруг оказался рядом с одним из призванных гвардейцев, и пятка посоха ударила в грудь демона, пробив её насквозь.

Кровь из разорванной грудной клетки закрутилась туманным вихрем вокруг древка, исчезла в кристалле навершия, и оттуда лучом сила ударила в меня, опрокидывая на колени.

А система тут же радостно сообщила: «Получен 23-й уровень, + 1 к силе. Выберите между навыками „Магическое сопротивление” и „Тактика”».

Глава 35

Суета сует и большие неприятности…

Наконец-то кровать. В блаженстве откинулся на подушки, прикрыл глаза и протянул руку за стаканом со свежезаваренным чаем. Пальцы наткнулись на латную перчатку из драконьей кости и алых чешуек, матово поблёскивающих в свете магических светильников. Гномы отлично над ней потрудились, создав почти совершенство, осталось нанести задуманную руну, и можно отдавать мастеру-артефактору. Но это завтра, а сейчас – глоток чаю и развернуть панель управления, удобная всё-таки штука, жаль, нет таких в реальном мире.

В первую очередь следовало разобраться с будущей застройкой и развитием замка. Посоветовавшись с гворном, понял, что мне нужна хотя бы минимальная стена. А дальше он брался вырастить на ней дополнительную защиту из колючих и ядовитых растений, подняв обороноспособность замка на уровень, равный цитадели, а где-то даже и замку, разве что без башен и стрелковых артефактов. Подобную защиту он готов был возвести и вокруг города, если обнести его хотя бы изгородью, а внутри разбить парк, выращенный из специально подготовленных семян, что позволило бы при помощи феечек управлять ростом растений. Против планомерного штурма такая защита не устоит, зато вполне способна удержать низкоуровневых бойцов, да и других задержит, дав время защитникам на перегруппировку. Будь такая живая изгородь у меня при штурме викингов, может, не пришлось бы городить баррикады. Да и облагородить город не помешает, всё же я почти лорд-демон, а не бес какой-нибудь.

Но первым в застройку определил Дворец пороков, чтобы до конца недели успеть нанять суккуб, а следом уже стену первого уровня. За всё это с меня списали 10 000 золотых, 5 мер дерева, 5 – камня, 3 – руды, 5 – ртути, 5 – кристаллов, 5 – серы и 5 – драгоценных камней. И теперь ртути на складе не осталось совсем, к тому же система сообщила об истощении ближайшего каменного рудника, что тоже не добавило мне хорошего настроения, хотя не так давно был найден аналогичный.

Ещё раз прошёлся по наличным заклинаниям. Из чернокнижника мастер Фиан выжала всё, что можно, и бывший владелец этих земель отправился к праотцам, напоследок одарив меня «Меткой мук». Заклинательный покой выдал два заклинания огненной школы: «Стена огня» и «Огненный щит», а также руну «Атур» (младшая руна возврата). Завершив все дела, свернул панель и провалился в сон.

– Мессир, проснитесь. – Настойчивый голос никак не хотел уходить из сновидений.

Открыл глаза и тут же закрыл. На меня смотрел комедийно важный бес с алой кожей и маленькими рожками на голове. Повторное открытие глаз не помогло – бес никуда не делся, он навис надо мной, вертя в руках чёрную трость с фигуркой сидящего демона вместо набалдашника.

Ошарашенно потряс головой и, окончательно проснувшись, вспомнил, что нахожусь в Землях и передо мной не похмельный бред, а всего лишь управляющий замком, которому сам и отдал приказ разбудить с утра пораньше.

Бросив мрачный взгляд на не заслужившего этого Бэрримора, я вскочил с кровати. Завтрак в обеденном зале – оказывается, в моём замке есть и такой – поднял мне настроение, которое не испортил даже повар, решивший устроить рыбный день. Симпатичная служанка, заинтересованно стреляя в меня глазками – как же, господин появляется раз в сто лет, надо же поглазеть, – подала рыбную солянку и пирог с рыбой и ароматный кофе.

Как ни хотелось после завтрака предаться благословенной лени, но пришлось сделать над собой усилие и отправиться в подвал. Заклинательный покой вновь встретил меня полумраком и живой энергией магии, бьющей фонтаном и заполняющей своими эманациями всё помещение. Сразу же слетела сонливость и захотелось творить. Приказав Бэрримору каждые полчаса доставлять мне кофе, занялся тем делом, ради которого и встал в такую рань.

Перчатка легла на столик открытой ладонью вверх. Алхимические пузырьки перемигивались цветными бликами в свете лавовых светильников – хорошее наследство досталось от чернокнижника и ярла викингов. Плеснув на кожу перчатки по очереди из трёх разных пузырьков, дождался окончания реакции – теперь кожа выдержит жар расплавленного металла, а потом вновь вернёт свою эластичность. Тщательно разметил линии руны, а затем из специальной пластинчатой массы начал создавать объёмную форму, в которую будет залит металл. Три раза пришлось переделывать, пока меня наконец не удовлетворил результат.

Подготовив всё к процессу, достал «Неугасимое пламя» и, влив в него немного маны из резерва, разогрел до нужной температуры. Бросил на артефакт кусок кровавого золота, отсечённый от последнего слитка, а затем, повинуясь какому-то наитию, один из осколков хаоса. Оставив золото плавиться, растолок меру кристаллов и засыпал получившийся порошок в форму, залив его матово-чёрной алхимической дрянью, мысленно поблагодарив систему за то, что процесс создания руны после её расшифровки максимально подробно воспроизводится в книге заклинаний.

Закончив с предварительными манипуляциями, подхватил с артефакта тигель с плавкой, и алая струя металла, вспыхивая чёрными искрами, потекла в объёмную форму, заполняя её и образуя руну. Остался последний штрих: горсть серы ровным слоем легла на незастывший металл. Неожиданно полыхнуло ослепительно-голубым светом, и по помещению поплыл удушливый запах тухлых яиц. Влив в тёмные, почти чёрные линии металла весь наличный запас маны, прикрыл глаза, спасая их от очередной, на этот раз фиолетовой вспышки, а когда открыл, увидел, что ограничитель рассыпался невесомой пылью, а металл впитался в кожу и медленно истаивал, не оставляя после себя следа.

«Получено 3500 очков опыта. Вы создали уникальную часть будущего целого. Характеристики предмета будут открыты после создания сета».

А вот и награда. Потянувшись, с удивлением уставился на четыре пустые чашки кофе, оказывается, за верстаком я провёл два часа с гаком. Пора и другими делами заняться. С этой мыслью заглянул на кухню, прихватил пару пирожков с рыбой и, поедая их на ходу, отправился в мастерские.

Кошмар не спеша рысил по дороге к городу, на моём плече восседала донельзя довольная феечка и весело болтала ножками, а я по устоявшейся привычке обдумывал итоги, в этот раз посещения мастеров. Инвентарь полегчал на последний и единственный слиток мифрила, а мастер-оружейник обзавёлся обломком клинка паладина и секретным поручением.

А вот от посещения мастера-артефактора осталось двойственное впечатление. В его мастерской пришлось распрощаться с посохом лича – мастеру понадобился адамант для живого доспеха. А древко и навершие пойдут на запчасти, которым Брокк обещал найти применение. Также расстался с половиной запаса осколков хаоса, мастер собирался усилить ими комплект для Табора, как одежду, так и посох. Решил я посмотреть и уже готовые комплекты для Арниса и Крита, и вот тут меня ожидала настоящая подстава: мастер создал сетовые артефактные доспехи. И всё бы хорошо, если бы не одно но: носить их мои воины смогут лишь после полного преображения духа и тела, то есть тогда, когда перестанут быть обычными людьми, пусть и с меткой еретика, а станут полноценными воинами хаоса.

Оторвавшись от размышлений, с удивлением осознал, что нахожусь в конечной точке своего пути, на городском рынке. Спешившись, отправил кошмара в замок, нечего ему пугать население, а сам пошёл по рядам, разглядывая товары, выставленные на прилавках.

Засмотревшись на заморские фрукты, не заметил, как феечка, спикировав на один из прилавков, подхватила гроздь винограда и с довольной мордочкой вновь устроилась на моём плече. Кроха повертелась, усаживаясь поудобнее, и, уморительно раздув щёки, запихнула в рот одну из ягод. Возмущённый толстый торговец в халате и тюбетейке явно приготовился выдать длинную и весьма экспрессивную тираду, но, натолкнувшись на мой взгляд, как-то разом сник. Но, получив десяток золотых с приказом доставить ягоды и фрукты на замковую кухню, повеселел и засуетился, отдавая распоряжения маленькому босоногому мальчишке.

Внимательно осматривая прилавки в поисках чего-нибудь интересного, я медленно шёл по проходу, наслаждаясь вкусом винограда, который мне то и дело пихала в рот феечка. На пятнадцать минут задержался у одного из шатров, в котором седой раскосый каганатец торговал артефактами. Осмотрев кулоны, кольца и плащи, остановил взгляд на ожерелье из клыков дракона, которое словно просилось в комплект к моей будущей броне. В результате непродолжительного торга сменял его на «Малый кулон ледяных объятий» и, довольный сделкой, двинулся дальше.

Вдруг феечка взвилась в воздух, замелькали крылышки, и миниатюрная фигурка опустилась на один из прилавков.

– Что желает господин? – Словно из ниоткуда возник стройный невысокий полуэльф.

Изящные ножки феечки промаршировали по прилавку, а пальчик поочерёдно указал на ряд мешочков: эльфийская роза, багровый барбарис, чингиль серебристый, шиповник, яблоня, вишня… Дальше я не стал читать, решив, что Тиоманаю видней. Нагрузившись мешочками, феечка тяжело взлетела и направилась к замку, а я достал из кармана кошелёк и отсчитал продавцу девяносто золотых монет и пошёл в центр города.

Таверна встретила привычным шумом обеденного зала и запахом жарящегося мяса. Остановившись в дверном проёме, оглядел помещение, невольно задержавшись взглядом на троице полурослиц, или как там правильно называть девушек-полуросликов. Присмотревшись, обнаружил, что одна из фигур с синим платком, перехватывающим волосы, – мужик весьма разбойного вида, а со спины и не скажешь. Направился к их столику, попутно перехватив подавальщика и сделав ему заказ.

Опустившись на стул, взял с подноса подлетевшего мальчишки бокал с морсом, впереди были ещё дела, и, дождавшись, когда парень расставит кружки с пивом и водрузит в центре стола огромный жбан, произнёс:

– Угощайтесь.

Синий платок подхватил кружку и единым глотком осушил половину. Девушки же внимательно уставились на меня, не притрагиваясь к угощению, а подавальщик тем временем расставлял на столе тарелки с жареным мясом и зеленью.

– Чем обязаны? – прервала паузу черноволосая, затянутая в бело-синий камзол, полурослица.

Над её головой проявилась надпись «капитан Жанна де Бельвиль». Мысленно усмехнувшись своеобразному юмору разработчиков, сразу показавшему профессию сей милой дамы, перевёл взгляд на её рыжеволосую спутницу, ожидая увидеть табличку с чем-то вроде Мэри Энн Блэйд. И оказался недалёк от истины, над головой рыженькой светилась надпись «боцман Грейн О’Мэлли». А вот мужик был ничем не примечателен.

Не успел ответить, как рядом со столом появился бургомистр.

– Брин, подождите меня вон за тем столиком, скоро буду… А к вам у меня вот какое предложение… – Я вновь повернулся к команде полуросликов.

Через пятнадцать минут с похудевшим на 1500 монет кошельком и нанятой для драккара командой я подсел за столик к бургомистру. За наём капитана и команды система расщедрилась, засчитав мне выполнение скрытого квеста «Основы флота» с наградой в 2300 очков опыта.

С бургомистром разговор также много времени не занял, и снова моя казна полегчала, в этот раз на 500 монет, 5 мер дерева, 3 меры камня и меру руды. Работы по расчистке и подготовке территории к созданию охранной рощи должны выполнить горожане, а завершающий штрих поставить гворн и его феечки.

Как только бургомистр встал из-за стола, система мигнула сообщением о завершении квеста «Мой дом – моя крепость»: «„Кто сказал, что стены должны быть из камня, а повелевать растениями могут лишь эльфы? Ядовитый плющ и шипы кустов могут с этим справиться не хуже, став преградой для ваших врагов”. Награда 2700 очков опыта».

Окликнул официанта, затребовав себе обед. Но не успел сделать и глотка из нового стакана с ягодным морсом, как передо мной словно из воздуха материализовалась невысокая изящная фигурка.

– Милорд, разрешите? – приятным голосом поинтересовалась миниатюрная девушка, затянутая в чёрную кожу. Тёмный капюшон, надвинутый на глаза, скрывал верхнюю половину лица, а чёрная тканевая повязка – нижнюю.

«Везёт мне сегодня на полуросликов», – мелькнула в голове мысль, а рука между тем указала на стул напротив.

– У меня послание от мастера Лукана, – прошелестел нежный голосок.

Выслушав доклад разбойницы, я замер, осознавая информацию, и взлетевшая рука, на миг отрастившая костяные лезвия, рассекает столешницу на две половинки, выплескивая накативший от дурных вестей гнев. Хотелось и дальше рвать и метать, но ситуация требовала срочных мер и холодной головы: по моим землям двигался экспедиционный корпус инквизиции во главе с охотником на демонов.

Глава 36

Огнём и мечом

Выдохнув, я принялся за обед – как минимум полчаса у меня есть, пока армия доберётся до города. И распахнул окно управления. Вызвав Табора, приказал собрать все наличные силы, оставив в замке только Дакона и пяток бесов, и немедленно спешным маршем выдвигаться ко мне. Затем переместился к Искре: её отряд зачищал степи по новому маршруту, а заодно должен был произвести смену рабочих на серной шахте, доставив туда людей с истощившейся каменной и забрав бесов.

– Да, милорд, – соблазнительно улыбнулась суккуба, услышав мой голос.

– Искра, у нас проблемы, срочно возвращайтесь.

Я свернул окно и удивлённо уставился на никуда не ушедшую разбойницу.

– Я и мои люди в вашем распоряжении, милорд, приказ мастера Лукана.

– Твои люди?

– Стандартная боевая тройка.

Хоть одна хорошая новость. У меня появилась разведка и понимание, что делать в ближайшую пару часов.

Разбойница исчезла так же незаметно, как появилась. А я, закончив поздний обед, вышел из таверны как раз к своей армии. Влетев в седло кошмара, оглянулся, ещё раз, уже визуально, прикидывая силы.

Впереди отряда шествовали трое кошмаров. На одном – я, на двух других восседали Табор и Алтрама. Крит как-то сам собой возглавил пехоту, состоявшую из дюжины гвардейцев. Перед латниками мягко стелилась по земле пара церберов, и такая же пара гончих жалась по бокам колонны, но, как только выйдем на простор, они займут место дозора. Замыкали колонну демонологи, в бою их я ещё не видел, а из описания класса, честно говоря, мало что понял. И среди этого строя то и дело мелькали фигурки импов, числом пятнадцать. Войск у меня было не так уж и много, но большинство успели получить статус бывалый, а пара-тройка бойцов даже ветерана. Да и воины из демонов гораздо лучше, чем из людей, так что шансы в предстоящей схватке у меня были, осталось дождаться сведений от разбойников и понять, какие силы мне противостоят.

Ускоренным маршем добрались до бывшей заставы скелетов. По пути я распечатал два из трёх имеющихся сундуков древних тайн и, выбрав опыт, добил 24-й уровень, получив при этом единичку к ментальной выносливости. Из предложенных навыков выбрал «Мастера ментального воздействия», усилив одну из имеющихся у меня школ магии.

Сообщение от гильдейцев получил, когда отряд уже миновал бывшую заставу скелетов. Противник становился на ночёвку, и это был мой шанс. Отдав необходимые приказы основному отряду, сам с наиболее быстрыми из демонов прибавил скорости, стараясь быстрее достичь противника.

– Уршраг, даркар торэн!

Искра была вне себя. Что себе позволяет этот тифлинг, или он думает, что она какая-то гончая, чтобы метаться туда-сюда по его идиотским приказам?! По приказам, которые этот недодемон даже не удосуживается объяснить! Она – истинная суккуба, и поступит так, как считает нужным, тем более что до шахты осталось всего ничего, а только потом уже повернёт назад и, может быть, даже спешным маршем, если будет в настроении. С этой мыслью Искранитал приказала отряду ускориться и с довольной улыбкой откинулась в седле.

После двухчасовой гонки я обессиленно вывалился из седла кошмара и упал в траву. Нет, такие скачки – не моё. Подайте сюда джип с музыкой, климат-контролем и мягкой подвеской. Пожаловавшись самому себе, вопросительно посмотрел на разбойницу, чьё появление и стало окончанием гонки.

– Милорд. – Полурослик обозначила лёгкий поклон и тоже опустилась на траву.

Расчистив небольшой пятачок земли, веточкой набросала план лагеря и примерную численность противника. К сожалению, данные разбойницы были неточными – герой противника своё дело знал туго[22], и охрана была организована на высшем уровне.

Открыв панель управления и вызвав Табора, приказал, выйдя к мельнице, становиться на привал. Завтра мне нужны отдохнувшие бойцы, а ночную вылазку совершу и имеющимися силами. Это будет красивая атака, которая войдёт в легенды. Дожидаясь заката, отдал распоряжение на полуторачасовой отдых.

Общий подъём – и моё маленькое войско, состоящее из кошмаров, гончих с церберами и Табора с Алтрамой, изготовилось к атаке. Противник расположился у самой границы болота, оставив между собой и лесом открытое пространство, так что подойти незамеченным было практически невозможно. Именно поэтому люди и адские псы лежали в высокой траве и ждали сигнала от боевой тройки воровской гильдии. Томительно тянулись минуты, я вглядывался в образцовый, словно по линейке выровненный лагерь противника, разве что не хватало стены и вышек, чтобы полностью соответствовать когда-то виденной диораме походного лагеря римского легиона.

– Мессир, – раздался у самого уха горячий шёпот разбойницы, – устранили двух егерей, у нас есть две-три минуты, а затем их пропажу обнаружат.

И когда успела нахвататься, мелькнула в голове неуместная мысль. Вставать не хотелось, так хорошо было лежать на травке и наслаждаться вечерней тишиной, а солнце как раз коснулось горизонта, бросая на лагерь противника кровавые блики.

Преодолеваем ещё десяток метров ползком, оказываясь на самой границе лагеря, поднимаемся во весь рост, и заходящее солнце, бьющее в спину, очерчивает нас чёрными страшными силуэтами. Рядом вырастают гончие, адским пламенем вспыхивает гизарма, начиная отсчитывать время до следующего каста. Разбег, лезвие чиркает по одной палатке, второй, оставляя за собой разгорающиеся костры. Гончие с грозным воем влетают в лагерь и атакуют ближайшие цели. Нанести как можно больше урона, пока противник не очухался, и отступить – безумный план, но пока он работал. Из леса вылетели кошмары и, разгоняясь, преодолели полсотни метров до лагеря противника, таранным ударом опрокинули бросившихся им наперерез латников. Волны ужаса ударили по ещё не пришедшему в себя противнику, заставляя бестолково метаться.

Время утекает, я буквально чувствую, как песчинки сочатся в стеклянной колбе. Ещё чуть-чуть – и враг опомнится, тогда мало нам не покажется. Удар – и голова пехотинца страшным снарядом улетает к горящей палатке, а вокруг рваные картинки боя. Вот цербер сбивает лапой на землю латника, а пасть сжимается на руке какого-то пехотинца. Гончая падает на спину ещё одному копьеносцу. Меч латника опускается на круп кошмара, брызжет ядовитая кровь, и в следующую секунду копыто раскраивает смельчаку череп.

Внезапно ужас, который всё ещё удушливым смрадом висит вокруг коней Инферно, словно туман под ударами ветра расползается клочьями и исчезает. Командую отступление, а из земли взлетают лавовые струи, опутывая ближайших противников. Табор на ходу влетает в седло кошмара, следом то же самое проделывает Алтрама, церберы живым тараном сносят несколько палаток, открывая путь. В пасти адских псов оглушённые и истекающие кровью воины охотника на демонов.

Но мы не успеваем, совсем чуть-чуть не успеваем. Из центра лагеря стремительным галопом вылетела пара рыцарей. Тяжёлые дестрие[23] набирают ход, словно в замедленной съёмке опускаются лэнсы[24], беря на прицел моих демонов. Повторная команда отступать громовым раскатом проносится над лагерем. Вскидываю руку, начиная шептать заклинание. Сорвавшаяся в полёт и всё ещё пылающая гизарма алым росчерком мелькает над полем и ударяет одного из рыцарей в латный горже[25], выбрасывая из седла. Второй почти уже настигает одного из церберов, но сорвавшийся с пальцев каст образует под ногами жеребца болото. Дестрие проваливается по колено, и рыцарь кувырком летит на землю и остаётся лежать оглушённым.

Кошмар Алтрамы взвивается на дыбы, странный огненный росчерк плетью срывается с руки парня, воздух взвихряется выбросом хаоса, а рядом со мной открывается портал, из которого, скаля пасть, вылетает гончая. Кошмар разворачивается и уносит мальчишку, а бросившаяся в самоубийственную атаку гончая даёт мне пару секунд приготовиться. За спиной сдавленный стон. Бросаю короткий взгляд назад и вижу, как фигура в зелёном плаще с составным луком оседает на колени, а из шеи егеря торчит короткий арбалетный болт. Но больше оглядываться нет времени. Гончая с огромным трудом отбивается от трёх латников и поддерживающих их пехотинцев с копьями, и спасает её пока только ловкость.

А вокруг меня начинает сгущаться какая-то странная аура, давя на плечи тяжёлым молотом.

– Твою ж через седло да чеканом по хребту, – позволил я себе выругаться вслух.

Высокая мощная фигура, облачённая в алую с золотом то ли рясу, то ли сутану – никогда не различал эти церковные одеяния, – мягким шагом профессионального воина направляется ко мне. Справа и слева от инквизитора, прикрывая его щитами, идут одинаковые, как механизмы гремлинов, латники, закованные в алый доспех. Чувствуется, что им не раз приходилось работать вместе, и сработанная двойка не будет мешать друг другу и подставляться под двуручный молот инквизитора.

Прыжок в сторону, рука, выхватившая из ножен крис, отводит удар копья, чёрное костяное лезвие вспарывает живот пехотинца, под самый край кирасы, а крис ударяет в горло. Подхватываю из рук умирающего копьё и, щерясь в злой улыбке, разворачиваюсь к псам церкви и вижу, как клинки латников добивают гончую. А в следующую секунду тупой удар стрелы под лопатку разворачивает меня к новому врагу. Горящая стрела врезается в грудь, и жаркое алое пламя за секунду взвивается вокруг меня адским плащом. Перед глазами возникает хохочущая морда убитого лорда-демона, а тело сковывает непонятной силой, не дающей пошевелиться. Я словно со стороны вижу багровые языки, бегущие по рукам, лижущие лицо, трескающийся хитин чешуи, закрывающий предплечья. А следом удар в затылок и багровая холодная тьма.

Глава 37

Вечные хлопоты

Я очнулся от громкого, захлёбывающегося крика, своего крика, мечущегося под сводами заклинательного покоя. Кожу нестерпимо жгло, а может, мне только казалось – уже через секунду от ощущения заживо сгораемой плоти не осталось и следа. Тряхнул головой, отгоняя наваждение, поднялся и достал из одной из ниш простой чёрный камзол, радуясь, что наконец завёл себе запасную одежду. Натянул сапоги, убрал в перевязь один из трофейных каролингов. Развернул панель управления – раз уж оказался в замке, требовалось пополнить заклинания. В магическую книгу добавились «Зыбучие пески» и «Путы земли», и на этом заклинательный покой исчерпал возможности расшифровки.

Открыл карту и вслух, благо меня никто не слышал, высказал всё, что я думаю об этой заразе суккубе. Её отряд уже давно должен был быть в замке, тогда как, судя по карте, им до города предстояло идти ещё два часа спешным маршем. Поставил себе отметку задать трёпку одной очаровательной демонице, чтобы неповадно было ослушиваться приказов, и отправился в залы заклинателей – давно нужно было познакомиться с их обитателями. Заодно захватил котелок с полученными у сфинкса яйцами, может, получу ценный совет.

На ходу открыл логи и полюбовался на результаты: невосполнимых потерь не было, зато у противника минус четыре егеря, столько же латников и семнадцать пехотинцев – результативный получился рейд.

За разбором логов не заметил, как дошёл до одной из угловых башен замка. Чёрные стальные двери подпирали две химеры. И если вы подумали о фантастическом животном или греческой мифологии, то оказались правы лишь частично. Эти химеры были статуями, как на соборе Парижской Богоматери: две мощные фигуры демонов с обнажёнными торсами, огромными рогами и копытами. Стоило коснуться створок, двери распахнулись, и передо мной предстала винтовая лестница, ведущая вниз и освещённая где факелами, а где, так же как и в заклинательном покое, потёками лавы.

Миновав несколько витков, я оказался в просторном круглом зале, вдоль стены которого высились влажно поблёскивающие полированным мрамором стеллажи. Огромные тома в тяжёлых кожаных переплётах, какие-то колбы с заспиртованными чудовищами и с химическими ингредиентами, странные камни и артефакты лежали на полках в абсолютно хаотическом порядке. Из центра зала медленно и величественно выплыл старый даже на вид ифрит, пламя его хвоста не играло яркими языками огня, а казалось подёрнуто пеплом. Длинный оселедец на гладко выбритом черепе был белоснежен, как первый снег, и даже медные кольца, перехватывающие его в нескольких местах, выглядели будто потускневшими от времени. Ифрит склонился в неглубоком поклоне, обозначив приемлемую для себя долю почтения к хозяину замка.

– Чем могу служить, милорд?

– Я считал, что ифриты – воины, пусть и с магическими способностями, а вы…

– Милорд слишком молод и не знает, – пустился в объяснения огненный дух, направляясь к противоположной стене. – Достигнув определённого возраста и силы, ифриты открывают в себе магические способности, как правило, это магия огня, реже – хаоса. Ещё реже бывают случаи, когда ифрит становится хранителем знаний. В этом случае он призывает в услужение джаннов, чем сильнее ифрит, тем больше джаннов он может контролировать. Джанны помогают нам разбираться с заклинаниями незнакомых стихий, составлять каталоги, ну и выполнять прочие обязанности хранителя знаний и управляющего зала заклинателей.

– И каковы твои силы?

– Мои? – Аль’Лазир (именно так в этот момент система обозначила имя ифрита) на миг задумался, а потом произнёс: – Мои силы скованы этим местом, силой владетеля, уровнем залов, отсутствием Врат хаоса и много ещё чем, так что я не знаю своих истинных сил, но в данный момент мне подчиняются четверо джаннов, а сам я владею магией огня и хаоса… Так всё же чем я могу помочь? – после небольшой паузы вновь обратился ко мне ифрит, остановившись перед большим каменным столом и таким же креслом в уютном закутке, скрытом шкафами с книгами.

Я протянул кошель с тремя тысячами золотых монет, собираясь приобрести две магические книги, одну для Искры, другую для её напарницы. К сожалению, денег в казне было не слишком много, поэтому те трое суккуб, что будут наняты после полуночи, обойдутся родной магией.

– Что-то ещё? – поинтересовался Аль’Лазир, выложив на стол два среднего размера фолианта в переплёте из красной кожи с чёрными уголками из проклятого железа. Короткое движение кистью – и на каждой из них замерцал мой герб.

– Даже не знаю. – Я, честно говоря, не очень представлял, чем он может ещё помочь и какие возможности предоставляют залы заклинателей – пробел, который срочно надо было восполнить. – Хотя есть одно дело. – Выудив из инвентаря котелок, поставил его на стол. – Что скажешь?

Аль’Лазир не спеша доставал одно яйцо за другим, внимательно изучал их и откладывал на стол, затем на миг его руки окутались пламенем и погрузились в угли опустевшего котелка. После чего он так же не спеша вернул яйца на место.

– Я продлил жизнь углям, теперь они будут греть ещё неделю, потом перестанут. Могу добавить, что в яйцах существа огромной силы, но их надо правильно высидеть и воспитать, к сожалению, я не обладаю знаниями, как это сделать. И если это всё, то разрешите вернуться к исполнению моих обязанностей, а книги будут ждать тех, кому они предназначены, чтобы осуществить привязку. – Может, мне показалось, но в голосе ифрита прозвучала лёгкая насмешка.

Стоило мне отвернуться от хранителя, как перед глазами всплыла табличка: «Провалено задание „Собрать обломки меча”. Ухудшены отношения со всеми последователями Эльраса. Частично выполнено задание „Уничтожить обломок меча”. Получено 2500 очков опыта». Смахнул табличку и затребовал себе в покои ужин.

Насладившись очередными кулинарными шедеврами повара, вышел во двор замка и направился к мастерским. По пути меня перехватила феечка, уселась на плечо, а в голову полезли мысли-требования. Решив выяснить, что она от меня хочет, отправился к границам замка, туда, где через сутки должна была вырасти стена, и с удивлением уставился на взрыхлённую посреди камней скальной гряды полосу жирной мягкой земли, заросшей мелкой зелёной травкой и жёлтыми цветочками. Феечка просто лучилась от гордости и самодовольства, а я смотрел на эту картину и недоумевал, пока не получил чувствительный тычок маленьким кулачком в скулу, и посланница гворна взвилась в воздух и рассерженной стрекозой умчалась к алтарю возвышения.

Так и не поняв, чего от меня хотели, вновь повернул к мастерским, но, не дойдя до них, получил сообщение об окончании строительства Дворца пороков и тут же нанял всех доступных суккуб. Открыв карту, посмотрел на передвижение Искры и принял решение выдвигаться к городу на перехват её отряда.

– Господин. – Лёгкий изящный поклон, искушающая улыбка и лукавые стреляющие глазки.

Если не обращать внимания на небольшие рожки и хвост, три чрезвычайно миловидные девушки, как по заказу, брюнетка, блондинка и шатенка.

– Предпочитаю, чтобы меня называли милорд, – поморщился я от режущего слух обращения.

Да и вид только что нанятых суккуб не внушал трепета. Полное отсутствие оружия, никакой брони, лишь лёгкие кожаные бикини и широкие пояса. Грозными магами они не выглядели, но выбирать мне всё равно не приходилось.

Отдав приказ демоницам следовать за мной, отправился в город навстречу возвращающемуся отряду.

* * *

– Искранитал! – Мой голос звенел металлом и раздражением.

Несмотря на неспешную прогулку по серпантину дороги, ведущей к Баэльбэгу, всё же пришлось дожидаться суккубу, которая не особо спешила исполнять мои приказы. Поэтому, когда её небольшой отряд всё же доплёлся до города, я выдернул суккубу из седла и сам взлетел на кошмара, скомандовав отряду продолжить движение. С кривой ухмылкой посоветовав демонице и её подопечной забрать из залов заклинателей подарок и догонять отряд, отправил кошмара лёгкой рысью вперёд.

Каким-то чудом Искра уже через полчаса смогла нагнать отряд и, не останавливая бега, взлетела в седло позади меня, прижавшись к спине. Следовало отправить её пешком, но раздражение прошло, да и как-то это не по-джентльменски, что ли.

Через три часа мой отряд достиг основных сил.

Глава 38

Явление народу

На противоположной стороне луга, словно из тумана, вырастала людская армия. Вздыбленные пики двух пикинёрских баталий[26] колыхались синими и золотыми флажками. Лучи восходящего солнца весело играли на полированных стальных доспехах латников, заставляя гореть огнём алые кресты, украшающие кирасы[27]. В промежутках строя ветер, набежавший со стороны реки, вздымал сутаны аколитов и плащи егерей. Справа и слева стальными башнями возвышались рыцари, гордо подняв лэнсы, украшенные флажками с личными гербами. И в голове крутились строчки Константина Симонова:

На шапках – перья птиц весёлых,

На шлемах – конские хвосты.

Над ними на древках тяжёлых

Качались чёрные кресты.

Оруженосцы сзади гордо

Везли фамильные щиты,

На них гербов медвежьи морды,

Оружье, башни и цветы…[28]

Мои войска на фоне этого великолепия смотрелись откровенно бледно. Центр занимал плотный строй гвардейцев, зеркально повторяющий баталии противника – впереди щитоносцы, а позади бойцы с нагинатами. На флангах заняли места вперемежку кошмары и гончие с церберами. Где-то рядом с ними, справа и слева расположились пары суккуб – магическое прикрытие моего войска, они же дальнобойная артиллерия. Табор и демонологи позади строя чертили какую-то фигуру, готовя ритуальную магию. Импы прятались в высокой траве, надежды, что святоши противника их не почуют, было мало, но а вдруг?

Разрывая полуденную тишину, запел, переливаясь, рожок, белое знамя перемирия взметнулось над строем, размеренно качнувшись из стороны в сторону. Брызги солнца вспыхнули на алой накидке с золотым знаком Эльраса, и в нашу сторону направились пятеро бойцов во главе с героем.

Недоумённо переглянувшись с Искрой, кивнул Алтраме и двинулся навстречу противнику, скомандовав гвардейцу и двум импам следовать за мной, накинув на последних иллюзию.

– Демон! – скривилось красивое лицо героя рыцарского замка, охотницы на демонов, а изящные пальчики, затянутые в алый шёлк, легли на изящную рукоять меча.

– Это что-то меняет? – усмехаюсь в ответ.

– Это меняет ВСЁ! – Голос налился силой и властью.

Рука со сжатыми на манер когтей пальцами выброшена вперёд, в меня ударяет какая-то странная молния, свитая из белых и алых жгутов. Неведомая сила толкает в грудь, и, кажется, ещё чуть-чуть – и я провалюсь в пустоту или растворюсь в небытие. Неподъёмная тяжесть давит на плечи, не давая даже сдвинуться с места, не говоря уже о том, чтобы атаковать. Резко проседает уровень маны, словно та тратится на борьбу с этой неведомой силой. Никогда не думал, что доведётся ощутить на себе экзорцизм.

С импов слетают личины, и тут же подскакивает уровень маны. Аколиты недоумённо смотрят на осыпавшиеся каплями силы неактивировавшегося заклинания. Секунда промедления – и один из них падает, пронзённый сразу двумя квилонами Алтрамы. Гвардеец сдерживает натиск двух латников, на третьего набросились импы, полосуя воздух и доспехи короткими когтями. Второй аколит попытался выхватить короткий меч, но, захрипев, упал на колени, а в следующую секунду его глаза остекленели, и влюблённый взор впился в суккубу. Изящный пас – и в охотницу ударяет огненная струя, отшвыривая от меня.

Неведомая сила, сжимающая в тисках и словно выдавливающая из этого мира, выбив последние остатки маны, исчезает, как капли воды на металле в жаркий полдень. Падает пронзённый мечом имп, а вокруг его тела закручивается зелёно-жёлтый смерч, втягивая в себя остатки пламени с одежды охотницы, и, закручиваясь всё быстрей и быстрей, взрывается, разбрасывая всех в разные стороны. А на выжженном пятачке земли, поводя вокруг фасеточными глазами, остаётся стоять НЕЧТО.

Огромное тело, возвышающееся даже над демоническим гвардейцем. Приплюснутая маленькая голова с небольшими жвалами, сочащимися ядом, и огромными рогами, растущая из мощной груди, прикрытой хитиновым панцирем. Волосатое брюшко, опирающееся на четыре сегментные лапы, увенчанные страшными шипастыми когтями, а из груди торчат ещё две пары конечностей: нижние – мощные, как у медведок, лопаты, а верхние, вооружённые скошенными хитиновыми косами, напоминают лапы богомола. За спиной этого безобразия размеренно гудят прозрачные парные стрекозиные крылья в серых и коричневых разводах.

Обведя взглядом валяющиеся тела, это чудо развернулось всей тушей и засеменило в мою сторону.

– Да что, УрГат, происходит?!

Поднимаясь, я выхватил меч и сунул руку в сумку, хватаясь за накопитель, чтобы спешно восстановить ману.

Совершенно не вовремя пришла в себя охотница, которую взрывом отбросило в мою сторону. На одних инстинктах я забросил её себе за спину и выставил вперёд меч, пытаясь закрыть от страхолюдины, горой возвышающегося над нами. Взмах чудовищной лапы, короткий хруст в руке, и меч улетает куда-то в сторону. Ещё один взмах – моё тело взмывает в воздух и, пролетев пять метров, обрушивается на землю. На миг теряю сознание, а когда прихожу в себя, вижу стоящее на коленях обезглавленное тело гвардейца, отрубленная человеческая рука, закованная в латный доспех, летящие от строя противника рыцари, а чудище, жужжа и поскрипывая, движется в сторону моей армии. Гвардейцы вместо того, чтобы единым монолитным строем встретить противника, распадаются на два отряда и начинают пятиться, расходясь в разные стороны.

Жужжащие крылья чудища вздымают клубы мелкого сора, передние верхние лапы подняты. Воинственно вереща, ветапунга[29], именно такое название высветилось над этим существом, всё ближе и ближе подбиралась к моим бойцам. Из-за спины разваливающегося строя доносится болезненный вскрик, и чёрная туманная волна с редкими всполохами багровых искр ударяет в грудь насекомого-переростка. Гигантское тело, теряя 10 % жизней и повторяя мою судьбу, взмывает в воздух и обрушивается на одного из рыцарей, погребая его под собой.

Надо отдать бойцам рыцарского замка должное: ни гибель одного из них, ни то, что они лишились своих скакунов, сбросивших всадников и в испуге разбежавшихся, не умерило их боевого пыла. Четверо закованных в латы воинов разошлись в стороны, образуя круг, в центре которого, грозно треща, поднималась ветапунга, и дружно обрушили на неё удары разнообразного оружия.

Голова кружилась после падения, грозясь отвалиться, в ноздри ударил терпкий запах травы, тут же обернувшийся рвотными позывами. Перед глазами расплывалось сообщение о двенадцатичасовом дебаффе и пониженной на 30 % силе. С трудом поднявшись на одно колено, вскинул руку, прошептав ключ активации. Система отозвалась сообщением об использовании души, а рядом с битвой начало медленно разрастаться пятно портала. Где-то на периферии зрения мелькнула яркая вспышка, и рядом с моим порталом появился ещё один. С яростным рыком из него вынырнула серая тень гончей и бросилась в битву, а следом за ней, вереща и подпрыгивая, на ветапунгу обрушились восемь импов, всё, что я мог призвать на этот момент.

Несколько ударов сердца казалось, что ещё чуть-чуть – и совместными усилиями рыцарей и демонов чудовище будет побеждено, но из пасти твари хлынула зелёная кислотная волна, и несколько импов исчезло в яркой вспышке. Удар нижней лопатообразной лапы – и один из рыцарей опрокидывается на спину с безобразной дырой в груди. Я стою на ногах, хотя меня всё ещё шатает от удара, губы произносят слово-ключ, и прямо под монстром образуется чавкающее грязью и тиной болотце, а манобар проседает сразу на шестьдесят пунктов. Ветапунга сердито верещит и машет лапами, её крылья натужно гудят, поднимая тварь из болота. А я стою и жду отката, мысленно отсчитывая минуту. Пришедшие в себя рыцари вновь бросаются в бой, гончая скалит клыки, стараясь выбрать момент для атаки, а импы, раскрыв крылья и взвившись в гигантском прыжке, обрушиваются на мутанта, вновь опуская его в болото.

Тридцать девять, тридцать восемь, тридцать семь… Медленно текут секунды, а в бой вмешиваются новые участники: уже привычная тройка латников в алых доспехах с золотыми восьмиконечными крестами и инквизитор-герой, которого они, судя по всему, защищают. Высокий священник в алой сутане упирает в землю огромный молот, брызжущий протуберанцами нестерпимо-белого света. Тридцать пять… С хлопком исчезают выжившие импы, исчерпав время пребывания на этом плане. Тридцать… Латники падают на колено, вскидывая краникены[30], стрелы, начинённые какой-то божественной магией, устремляются к вновь начавшей выбираться из болота ветапунге. Двадцать семь… Монстра окутывает слепящий свет, резко просаживая уровень жизни. Двадцать… Резко выстрелившая верхняя конечность пробивает ногу рыцаря, а челюсти смыкаются на голове, с противным скрежетом сминая шлем. Восемнадцать… Двое латников усиленно крутят вороты, перезаряжая арбалеты, а третий со щитом застыл рядом с инквизитором, готовый в любой момент прикрыть его. С рук пса церкви срывается белый луч, ударяя в небеса, раскалывая тучу и сминая её в какое-то подобие кулака, сияющего божественной силой. Двенадцать… Кулак срывается с неба и сокрушающим тараном врезается в ветапунгу, прибивая её к земле и вновь окутывая неестественным светом. Десять… От строя моих доносится захлёбывающийся болью крик, и огромная стрела хаоса врезается в чудовище. Восемь… Очередной залп из арбалетов, которые тут же отбрасываются, а латники бегом несутся к противнику, закрывая щитами также сорвавшегося с места инквизитора. Четыре… На монстра обрушивается удар уцелевших рыцарей и истекающей кровью гончей. Ноль… Вскидываю руку и ору прямо в небо, с которого срывается ветвистая молния, ударяя тварь в голову. Латники в огромном прыжке обрушивают своё оружие на истошно верещащего монстра, и следом на неё опускается брызжущий яркими протуберанцами молот.

Взрыв… Меня неудачно опрокидывает на сломанную руку и тащит по траве. Неимоверным усилием воли остаюсь в сознании, а система победно звенит: «Захвачен осколок божественной души». Перед глазами прыгают багровые всполохи, меня затягивает в чёрный омут, в котором слышен скрип хитина, треск жвал и мягкий шорох лапок насекомых. Водоворот неясных и пугающих образов, взмахи крыльев, незнакомые и тревожные запахи, неповторимо сладкий вкус, непонятные картины в калейдоскопе тысячи глаз. Меня крутит и растворяет в этом водовороте, засасывая, словно в зыбучие пески или болото, и только боль в сломанной руке не даёт окончательно рухнуть в эту пучину и раствориться там насовсем, и одна за другой всплывающие таблички, в которых, наверное, что-то важное, что-то очень важное для меня… Новая вспышка боли – и я вновь проваливаюсь в водоворот бесконечных образов.

Глава 39

«И вновь продолжается бой»

Сквозь треск хитина и назойливый шелест маленьких лапок, сквозь жужжание крыльев и стрекотание жвал прорвались злые, раздражённые, о чём-то спорящие голоса. Я, как ныряльщик, переоценивший свои возможности, еле вынырнул из омута, в который угодил, и жадно хватал первые и самые сладкие глотки воздуха.

– Заткнитесь. – Мой голос казался чужим: хриплый и злой, как с похмелья.

Честно говоря, я и чувствовал себя точно так же. Голова раскалывалась от любого звука или движения, желудок крутило и выворачивало. Свет нестерпимо жёг глаза, так что хотелось смежить веки и забыться, но стоило это сделать, как мой мир вновь наполнялся звуками и ощущениями тысяч и тысяч насекомых. Если это испытывают все играющие за Единение инсектов, то я им не завидую.

Рывком поднявшись, отчего меня ощутимо повело и вновь затошнило, с удивлением обнаружил себя в залитой кровью октаграмме, рядом с которой лежал высушенный до состояния мумии труп импа. А за её границами застыли Алтрама и Искра, напряжённые и вот-вот готовые вцепиться друг в друга.

– Мессир, нам пришлось пойти на экстренные меры. – Рядом со мной Табор.

Интересно, о чём это он.

– Вы не приходили в себя, пришлось использовать ритуал вливания сил с жертвой из демонической сущности.

– Проще было добить, – бурчу себе под нос.

– Я так и предлагала, – доносится до меня голос Искры.

– Да как ты… – это уже Алтрама.

– Заткнулись оба.

Чужая речь приносит почти физическую боль. Но тон, с которым Искра произнесла эту фразу, мне не нравится, откровенно не нравится. Но потом, это потом, сейчас надо понять, что там с армией противника и что вообще происходит. Может, мы разбиты, и надо принимать экстренные меры, а я тут над тонами и полутонами размышляю.

– Табор, доклад по войскам. – Как же хрипит пересохшее горло!

Лицо шамана на миг скривилось, пальцы нервно пробежались по рукоятке трофейного кинжала, словно он собирался с мыслями. Ситуация выглядела просто и в то же время странно. Сразу после взрыва строй противника качнулся вперёд, отрезая от нас место гибели ветапунги, а Искра скомандовала отступление. Алтрама, не слушая суккубу, влетел в седло кошмара и умчался за мной, а гончие и церберы почему-то последовали за ним. Прорыв мальчишке удался, он умудрился вытащить меня из-под самого носа у святош. А вот дальше, с точки зрения Табора и Искры, которая присоединилась к докладу, началось самое странное: противник отступил, забрав с собой трофеи с ветапунги.

– Велла.

– Да, милорд. – Разбойница словно соткалась из воздуха: ещё секунду назад рядом никого не было, и вот уже миниатюрная изящная девичья фигурка стоит напротив меня, ожидая указаний.

– Разведка, я должен знать, сколько войск у инквизиции осталось и куда она направляется. Алтрама, забираешь гончих, с тебя связь между мной и разбойниками, я должен быть в курсе любых изменений ситуации. – На миг прервался, стараясь унять внезапно возникшую во всём теле дрожь. – Остальным общее построение, через полчаса выдвигаемся.

– Мессир, что делать с пленницей?

– Пленницей?

– Да, мессир. Алтрама, спасая вас, прихватил и охотницу на демонов.

– Не до неё, усыпите, и пусть кто-нибудь из гвардейцев таскает. Разберёмся с противником, тогда ею займёмся. И дайте уже кто-нибудь воды!

Оставшиеся полчаса я потратил на то, чтобы окончательно прийти в себя. Получилось лишь частично. Но, как ни хотелось отрешиться от всего, пришлось, сидя в седле кошмара, разбираться с характеристиками и сообщениями системы, которых после боя с ветапунгой было порядочно. Сразу отбросил все сообщения о травмах и дебаффах, после ритуала, проведенного Табором, все негативные эффекты пропали, слава всем богам и демонам, что не появились какие другие. Следом шло сообщение о получении уровня и повышении на единичку силы магии. Из предложенных навыков выбрал вторичку «Адского огня» – «Пламя Инферно», которая увеличивает урон от огненных заклинаний при попадании в уже горящую цель.

Далее говорилось об усилении навыка «Пожиратель душ» сразу на два уровня. Скорее всего, это было связано с захватом осколка божественной души. Чем мне это грозило и что с этим делать, предстояло ещё разобраться. А пока просто свернул сообщение, тем более что до пятого уровня навыка никаких эффектов не предвиделось, о чём мне услужливо пояснила справка по навыку.

Последняя табличка гласила: «Получено достижение „Поглотитель”. Поглотив осколок божественной сущности, вы вступили на опасный путь величия или забвения. Знайте, кто высоко взлетает, тому больно падать. Не стоит привлекать к себе внимание богов и демонов». Честно говоря, над этим сообщением я завис: абсолютно непонятно, что за достижение и к чему оно в итоге может привести. То ли застрелиться с горя, то ли прыгать от счастья, тем более ни положительных ни отрицательных характеристик оно вроде не давало. Поэтому смахнул с экрана и выбросил из головы.

По сообщениям разбойницы, противник целеустремлённо двигался к месту, где река делилась на два рукава, образовывая весьма внушительный остров, на котором стояло крупное рыбацкое село. Велле, несмотря на выставленные противником дозоры, удалось произвести подсчёт войск. Так что я уже представлял, с чем мне придётся иметь дело. У врага оставалось два рыцаря, трое егерей, чуть меньше 25 мечников, около полусотни пехотинцев, пара аколитов и столько же инквизиторов во главе с героем.

Разделяющее войска расстояние мои бойцы покрыли за полтора часа. И вот впереди штандарты противника, а я довольно скалю клыки. Нам исключительно везёт, мы смогли застигнуть противника в момент переправы. Ещё бы час, может, меньше, и мне пришлось бы штурмовать реку или возвращаться несолоно хлебавши, а приди я чуть раньше, и на нашем берегу было бы достаточно войск, чтобы оказать сильнейшее сопротивление. А сейчас есть шанс, разбив противника, отделаться малой кровью.

Перестраивать войска и совершать сложные подготовительные манёвры не пришлось, да я бы и не смог, в армии командовал лишь отделением, да тут и генерал не факт что справится. Так что с демонами мне, можно сказать, повезло: сильные, выносливые, а сложные тактические ходы не для них: напор и атака, вот их стихия. Поэтому командую общую атаку, а сам, выпрыгнув из седла, решаю в кои-то веки побыть исключительно магом, тем более что меч остался где-то на поле боя с ветапунгой. Для ритуалов демонопоклонников у меня нет подходящих жертв, все использованы в бою с насекомым-переростком, поэтому побудут простыми батарейками, благо у меня есть архимаг, позволяющий скидывать откат от заклинаний на других магов.

Вскидываю руку, шепча на ходу заклинание, растягивая объём так, чтобы захватить мост. Короткий жест, сотня пунктов маны растворяется в объятиях мира, почти обнуляя мой манобар, а под ногами противника пробегают трещины, земля вздымается горбом, опрокидывая воинов. Существенно тряхнуло мост, сорвав в воду перила, вслед за которыми обрушивается пятеро переправляющихся пехотинцев и один из мечников. Рыцари пытаются сдержать испуганно ржущих и встающих на дыбы коней, а мои бойцы всё ближе.

Скидываю откат на одного из демонопоклонников, рука опускается на накопитель, манобар медленно наполняется, а с вскинутой руки срывается новый каст, и пленённая душа растворяется в мире, получая возможность переродиться. Арка портала открывается прямо на мосту, и восемь бесов врезаются в пытающихся вернуться на поле боя пехотинцев, увеличивая сумятицу и хаос. Ещё одна арка портала, – а я так и не посмотрел, что же за класс проявился у Алтрамы, – и из неё вылетает гончая, присоединившись к остальным демоническим псам.

Неожиданно меня скручивает боль, яркими всполохами вскипая перед глазами, и тут же всплывает табличка: «Получен дебафф „Отторжение”. Вы не можете производить захват душ».

Секунда, другая, третья, манобар заполнен лишь частично, но мне должно хватить: каст – и один из атакующих кошмаров превращается в целый табун, иллюзорные, но такие реальные двойники от заклинания «Зеркало» вырываются вперёд, подставляясь под удар. Откат на второго демонопоклонника. В воздух взмывают стрелы, и один из импов, не завершив прыжка, обрушивается на землю с оперённой смертью в груди. И тут же егерь рыцарей, захрипев, откидывается назад, словив три коротких арбалетных болта. Волны ужаса ударяют в строй противника, но начавшаяся было паника мгновенно прекращается, видимо, аколиты противника имеют уровни выше, чем у адских жеребцов.

А затем две армии сталкиваются, и уже невозможно контролировать бой. Кошмары сцепились с рыцарями, церберы, врезавшись в строй противника, опрокинули первый ряд мечников. Трёхголовые псы, выдёргивая бойцов из строя, позволяют моим гвардейцам ворваться в бреши и завязать общую свалку, где демоны, благодаря своей силе, имеют подавляющее превосходство. То тут, то там адские факелы горящих людей, спасаясь, прыгают в реку – работа суккуб. Гончие насели на егерей и аколитов во главе с инквизитором. Довершили разгром противника импы. Задержавшись по каким-то одним лордам ведомым причинам, они окончательно склонили чашу весов на мою сторону, заставив противника отступить на мост.

В образовавшуюся при отступлении святош пробку врезается Крит. Каст, откат скинут на очередного демонопоклонника, и фигура минотавра окутывается огненным щитом, а он, словно живой таран, снося противника, рвётся вперёд. Десять секунд – и огненный щит спадает. Каст – и Крита покрывает сталекожа, а у меня в запасе остаётся только один демонопоклонник, на которого можно скинуть откат, и около ста единиц маны, которая медленно перетекает из накопителя.

Массовый ужас. Скинуть откат. Треньканье входящего сообщения где-то на границе слуха. Словно от назойливой мухи, отмахиваюсь от него, спеша за своими бойцами. Строй противника на секунду отступает от моста, куда тут же врывается Крит и несколько гвардейцев, расширяя плацдарм. А в почти перестроившиеся войска противника врезается град огненных заклинаний, заставив сделать ещё несколько шагов назад. На плацдарм таранным ударом влетает тройка кошмаров, а через голову адских жеребцов, взвившись в прыжке, на противника обрушиваются импы.

Солнце, растворяясь в горизонте, окрашивает тьму багровым светом, и воды безымянной реки текут, словно алая кровь. Я медленно иду по повреждённому землетрясением мосту, а губы расплываются в злой и довольной усмешке. Победа, первая крупная победа. Система радостно верещит о получении очередного уровня и + 1 к устойчивости к откату. Между «Мастером воды» и «Силой рун» выбираю последнюю. А передо мной поверженная армия противника вперемешку с трупами демонов и каменные стены села, за которыми стоят настороженные крестьяне, сжимая в руках то, что можно назвать оружием.

Глава 40

Но и ночью «всё не так, всё не так, как надо»

– Поговорим? – Подхваченный ветром с реки, мой вопрос несётся над каменной преградой.

– Демон, проваливай в свой ад!!!

– Неправильный ответ. Велла!

Стремительно вскинутый арбалет, и кричавший заваливается назад с болтом в шее.

– Ну так что, поговорим?

– Что ты хочешь? – донеслось со стены, вот только кричавшего уже не было видно.

– Сдавайтесь, и будете помилованы. Сопротивляйтесь, и я вырежу всех женщин и детей, разрушу мосты, сожгу все ваши лодки, и живите как хотите. У вас полчаса на размышление.

Тягостная тишина была мне ответом. Развернувшись к своим войскам, отдал приказ Криту и его гвардейцам, тем, кто получил больше всего ранений, собрать трофеи, отправив с ними парочку суккуб для контроля. А сам опустился на землю, на меня вновь накатила тошнота, дрожь и головная боль.

Через полчаса мои войска входили в деревню, а жители, захлопнув двери и ставни, испуганно жались по своим углам, позволив мне творить всё, что угодно, лишь бы не трогали лично их.

– Милорд, что делать с трофеями? – возникла рядом со мной Искра.

– Я думаю, староста одолжит нам телеги. Грузите на них, завтра отправим в замок. Заодно отберите аманатов, не верю я этим селянам.

Устало откинулся на спинку кресла-качалки, стоявшего в большой комнате дома старосты, безумно хотелось спать, но оставались ещё незаконченные дела. Пленницу отправил в одну из комнат, посадив с ней гвардейца и парочку импов, чтобы лишить возможности колдовать. Ал с гончими патрулировал окрестности, дабы у крестьян не возникло желания попробовать напасть на моих бойцов.

Я же запасся местным сидром, так как без допинга голова отказывалась работать, и решил разобраться с входящими сообщениями и итогами боя. Потери у меня были, и, с моей точки зрения, существенные: кошмар, гончая и цербер, пятеро гвардейцев и восемь импов. Зато выжили все те из гвардейцев, что получили оружие и щиты после боя с лордом демонов, а также почти все демоны получили повышение уровней, а заодно и статуса как минимум до уровня бывалого, а некоторые и ветерана. С трофеями было не совсем понятно, их всё ещё собирали. В плен взяли всего с десяток бойцов, да и те из раненых, которые не смогли продолжать бой: пара латников, остальные пехотинцы.

Потом залез в почту и открыл сообщение, которое пришло во время боя.

Стеклянный бокал с сидром брызнул градом осколков, и янтарная жидкость пролилась на пол, пятная ковёр. Кресло, скрипнув в очередной раз, застыло, а я вчитывался в строчки письма, не веря и не понимая. С жалобным звоном разбилась о стену бутылка, стол развалился на две половинки под ударом чёрных лезвий, а следом слетела с петель дверь в соседнюю комнату. Подчиняясь моему рыку, гвардейцы и импы буквально исчезли, оставив меня наедине с охотницей.

Взмах руки, срывается каст «Стрелы хаоса», манобар абсолютно пуст. Стремительный шаг, чёрные костяные лезвия вновь рвут кожу, вырываясь на свободу. Взмах – и рука, не достигнув вжавшейся в стену охотницы, опускается, из меня словно выпустили весь воздух. Шаг назад, опускаюсь на пол, откинувшись на стену. Взгляд впивается в сине-серые глаза Иалы.

– Отпустить тебя – и сможешь уйти домой, вернуться туда, где, наверное, ждут. А я, багамут вас всех задери, застрял, понимаешь, застрял. – Голос начисто лишён эмоций. Я всё ещё не верю.

– Да кто тебя держит? Проваливай в свой Инферно! – срывается на крик девушка.

– Инферно… – Каркающий смех наполняет комнату. – А кто тебе сказал, что мой дом – Инферно.

Рывком поднимаюсь и выхожу, но через минуту возвращаюсь, держа в руках две бутылки сидра. Одну вручаю охотнице, а со второй вновь опускаюсь на пол, откинувшись на стену.

– Пей… За дом, в который можно вернуться! – Салютую бутылкой и в два глотка осушаю половину.

Девушка недоумённо смотрит на меня и неуверенно делает первый глоток.

– Да пей, пей. Не отравлено. – Делаю очередной глоток. – И вот что прикажешь делать? Я теперь и отпустить тебя не смогу. – Мрачная усмешка наползает на лицо. – Ты же с новой армией вернёшься убивать такого злого демона. А мне твоя смерть не сдалась ни к чёрту, ни к дьяволу. Не хочу я тебя отправлять ни в пыточную, ни на алтарь… Ладно, разберёмся. – Одним глотком допиваю бутылку и выхожу из комнаты, оставляя охотницу недоумевать.

И уже в другой комнате меня настигает сообщение системы: «Получен дебафф „Отторжение II”». Тело скручивает судорогой и бросает на пол. Бар жизни резко ополовинивается, а перед глазами возникают зелёные и чёрные всполохи. Голова вновь наполняется шелестом тысячи лапок и треском хитина. Стрекот какого-то насекомого барабанным боем заполняет весь мир. Жизни рывком уходят в красную зону. Рот наполняется кровью, я не то что кричать, говорить не могу. А в следующую секунду хиты уходят в ноль, и я проваливаюсь во тьму.

Очнулся в заклинательном покое. Непонимающе трясу головой. Открытие интерфейса не помогает. Пояснения к дебаффу «Отторжение II» отсутствуют. Вот он появился, и вот мои жизни обнулились за какой-то десяток секунд. Пошатываясь, поднимаюсь на ноги: связаться с Искрой, раздать приказы. Каким-то чудом добираюсь до своих покоев, валюсь на кровать и проваливаюсь в сон.

Глава 41

«Мне снился сон, короткий сон, длиною в жизнь…»

Ночь ушла словно вода во время отлива, слизнув влажным языком воспоминания и оставив меня на солнечном берегу нового дня. Недоумевая, открыл глаза и уставился в тёмный потолок своей спальни. Какие-то обрывки сновидений тяжёлым туманом плавали в голове и не давали сосредоточиться. Усевшись на кровати, встряхнулся, отгоняя остатки ночных видений. Взял чашку кофе и сделал первый обжигающий терпкий глоток, окончательно прогнав сон. Распахнул окно интерфейса, вновь открыл письмо администрации и дважды внимательно перечитал, а потом задумался.

Вчерашний шок от сообщения не прошёл, но отступил на задний план по сравнению с извечным русским вопросом: кто виноват и что делать? По всему выходило, что админы не знают, что со мной случилось и как решать проблему. При этом ещё и спихивают вину на поставщика оборудования, который доставил мне то ли экспериментальный вариант капсулы для медицинских учреждений, то ли произошёл какой-то непрогнозируемый системный сбой в ней же из-за введённой медицинской программы. Отношения к делу вся эта муть не имела, важно было лишь то, что в данный момент мою капсулу должны переместить в клинику и совместно с врачами решать, как меня выводить из погружения. Разрешение на эти действия я не раздумывая подмахнул своей виртуальной подписью, другого выхода всё равно не было. Сколько всё это может продлиться, никто спрогнозировать не мог. И, как я понял из путаного и тщательно завуалированного текста, на той стороне не могли даже дать гарантию, что хоть что-то получится.

С тем, кто виноват, будем считать, разобрались, а вот что делать дальше, не совсем понятно. Можно просто напиться и забыться, только проблем это не решит, лишь увеличит их, а потому думаем. С учётом того, что завис я здесь надолго, обустраиваться надо с максимальным комфортом и безопасностью. Значит, играть как раньше, в своё удовольствие, больше нельзя, при этом у меня остаётся всего неделя до падения границ, а дел не просто много, а очень много. Но, прежде чем за что-то браться, требовалось понять, что мне нужно и какого результата я хочу добиться. Следовательно, выделяем пару часов на более подробное ознакомление с расой демонов по средствам игровой энциклопедии и думаем, как жить. Решив совместить приятное с полезным, оделся и отправился в столовую завтракать. На ознакомление с информацией отвёл себе полтора часа с утра и часа два-три, как получится, вечером перед сном.

Вчитываясь в строчки энциклопедии, даже не замечал вкуса запечённого карпа. С учётом захвата ещё одной рыбацкой деревушки, чувствую, скоро меню замка будет состоять исключительно из рыбы. Анализ того текста, что уже успел прочитать, приводил к однозначным выводам: встрял я крепко. Демоны были одной из сложнейших для игры рас, для мужчин сложнее только дроу. Враждебные отношения со всеми расами «Лендлордов» усугублялись моей расовой нетерпимостью, и «неправильный демон» особой роли в данном случае не играл. Несмотря на небольшую популяцию, демоны весьма прожорливы, что я уже и так заметил, а производство продукции питания у них практически отсутствует, единственный способ, который есть, – «Кровавые сады». И этот способ мне откровенно не нравился, слишком много жертв требовал – сады поливались кровью разумных. Поэтому ставку на захваченные деревни я сделал правильно, осталось обеспечить их максимальную лояльность. Кроме того, как я понял, скоро повторно возникнут проблемы с воровской гильдией, ушлые ребята из неё должны Лукана или устранить, или перетащить на свою сторону, поэтому его позиции стоило усилить, а Веллу оставить при себе, обеспечив контроль и лояльность.

Проблем выше крыши, но полтора часа истекли, а значит, надо начинать работать и решать проблемы. Единственным итогом моих размышлений стали поставленные в очередь на строительство Очи властелина и Огненное озеро. За первое с меня списали 2000 золотых, 3 меры руды, 5 – камня, 3 – дерева, 2 – кристаллов и 2 – драгоценных камней. За второе – 5000 золотых, 3 меры ртути, 10 – камня, 3 – серы, 3 – драгоценных камней.

Выйдя во двор, услышал короткие команды Искры и какое-то рыканье Алтрамы, гоняющего гончих, чтобы не мешали проезду тяжело гружённых телег, из-за которых мой отряд так задержался с возвращением.

– Дакон! Займись приёмом, разгрузкой и распределением грузов, через полтора часа жду с докладом.

– Да, милорд. Будет исполнено.

– Искра, пленных в темницы. Передашь мастеру Фиан, что троих в одну камеру, это запас жертв для людей Энвоя. Охотницу в отдельные апартаменты, не трогать до особых распоряжений, и пусть накормят. Остальные пленные в её полном распоряжении.

– Всем остальным два часа на отдых, и пошлите кого-нибудь за капитаном драккара.

* * *

Мастера Брокка в мастерской я не застал, голос артефактора доносился из внутреннего дворика, где тифлинг, склонившись над землёй и шепча себе что-то под нос, чертил сложную n-грамму. Тщательно выведенные линии уже покрывали большую часть грунта, и, судя по всему, работа мастера подходила к завершению, поэтому я прислонился к стене и решил подождать.

Наблюдая за переплетающимися линиями, неожиданно почувствовал укол в висок, и уровень маны вслед за уровнем жизни медленно пополз вниз. Мир вокруг перевернулся и поплыл, а я обнаружил себя стоящим на коленях. Хорошо, что это всё же игра, а то мой завтрак был бы на траве. Сознание медленно возвращалось, тьма, ещё секунду назад застилавшая глаза, отступила, а вот мана и жизнь застыли в красном секторе. Сплюнув горькую слюну, наткнулся взглядом на артефактора. Тифлинг задумчиво изучал мою фигуру и не спешил прийти на помощь.

– Милорд, вам нехорошо? – спросил вроде бы участливо, но после чтения энциклопедии мне мерещилась фальшь.

– Всё в порядке, мастер. Что это? – Наверное, говорил я излишне сухо, но настроение испортилось, и расшаркиваться не хотелось.

– О, милорд, это фигура для вселения души в доспех, предпоследняя операция для изготовления живого доспеха. – Голос мастера звенел от восторга, граничащего с безумием. – Тот, кто придумал живые артефакты, был настоящим гением и наверняка демоном. – Тифлинг заливисто рассмеялся. – Только демон мог додуматься вселить в артефакт душу, наделив его жизнью и разумом.

После слов о вселении в артефакт души словно что-то щёлкнуло в голове, показывая решение вопроса с наследием ветапунги.

– И как она работает?

– О, всё очень просто. – И тифлинг пустился в пространные объяснения.

Внимательно выслушав его, шагнул в центр n-граммы и кивнул артефактору. Мастер Брокк схватил алый изящный шлем с костяным хищным забралом и шипастым гребнем и установил в специально отведённую фигуру. Вынув из ножен крис, я медленно провёл им по ладони, позволяя крови алым ручейком пролиться на ритуальную фигуру, тут же загоревшуюся чёрным бездымным пламенем. В глазах вновь помутнело, тупая боль пронзила затылок, но прежде чем сознание покинуло меня, я вогнал волнистое лезвие себе в сердце. Багровая вспышка накрыла внутренний двор артефакторной мастерской, а я вновь очнулся в заклинательном покое.

Едва отойдя от смерти, стал отдавать приказы и утрясать первоочередные дела. В результате драккары и снеккары начали готовиться к переброске на другой берег реки боевого рейда во главе с Искрой и Алом. Самых симпатичных девушек из аманатов отправил в бордель, остальных заложников под командой Дакона, которому в помощь дал отряд Веллы, отрядил вслед за рейдом для организации нового поселения прямо напротив Баэльбэга. На организацию временного поселения пришлось выделить дерево, камень и руду, но в будущем эти расходы должны были оправдаться. Одна из феечек, нагрузившись монетами, умчалась на рынок закупать семена. Тиоманай обещал поколдовать над ними, чтобы обеспечить ускоренный рост и повышенный урожай.

Потом выплатил жалованье войскам и части героев, обнулив казну. С мыслью, что необходимо набрать денег для выплаты оставшимся героям, а также на наём пополнения, приступил к разбору трофеев.

По итогам боя с инквизиторами я стал обладателем 5 ларцов древних тайн и 8000 золотых из походной казны. Кроме озвученного, мои доблестные демоны вывезли из Яски 3 меры камня, 2 – руды, 2 – дерева, к сожалению, редких ресурсов не нашлось. Ну и как дополнительный бонус достаточно большой сундук с частями ветапунги, которые опознавались как редчайшие компоненты для алхимии, артефакторики и изготовления доспехов и оружия.

Восемь трофейных тысяч ушли на оплату жалованья, и всё равно я остался в минусах, хотя теперь ситуация была не так критична. Поэтому все пять ларцов использовал для получения опыта, благодаря чему добрал 27-й уровень и получил + 1 к ловкости, а из предложенных навыков выбрал «Мастерство начертания».

Из имеющихся артефактов забрал себе белую жемчужину, дающую + 1 к силе магии и ментальной выносливости, и браслет кровавого когтя на + 4 к силе. Арбалетный болт с кристаллом, начинённым божественной магией, отправился в оружейную. Теперь я понимал, как инквизиторы смогли завалить ветапунгу, хорошо, что последний болт то ли не успели, то ли не смогли применить против меня. Оставшиеся артефакты я выставил на продажу: мантия инквизитора: + 20 % к силе всех заклинаний белой и святой магии; меч правосудия: + 3 ко всем характеристикам, но только для охотников на демонов; молот божественного гнева: снижение на 15 % затрат маны на белую магию; кольцо истинного священника: + 35 % к силе святой магии, + 10 к силе белой магии, – 50 % к силе всех остальных школ.

Закончив с артефактами, отправился в заклинательный покой. Наверное, меня настиг откат, кипящая утренняя энергия и жажда деятельности куда-то исчезли, захотелось упасть в кровать и заснуть, чтобы забыть о той щемящей пустоте, что поселилась в душе после письма администрации, но это тоже был не выход. А потому решил заняться простой и монотонной работой, но при этом требующей полной сосредоточенности и внимания к деталям, чтобы не оставалось времени на всякие посторонние мысли.

Расположившись в кресле, притянул к себе набор рунолога и шкатулку, которую недавно принёс Бэрримор. Открыв её, бросил на стол первый из простых стальных кинжалов. Я не собирался делать ничего сложного, руна возврата, и только.

За работой незаметно пронеслось пять или шесть часов. Из сорока кинжалов, сделанных для меня гномами, на столе осталось пятнадцать, а я щеголял опалёнными волосами и кучей мелких ожогов на руках. Если бы не природная защита от стихии огня, всё могло закончиться гораздо печальнее. Во время работы не раз возблагодарил великий рандом за свои предыдущие успехи, не представляю, что могло бы быть, если бы рвануло кольцо или перчатка. Наградой за труды стало возросшее на единицу только что взятое «Мастерство начертания», а также на второй уровень перескочил мой «Невольный создатель», но что изменилось в этом сомнительном достижении, система не сообщила. Зато при нанесении рун на метательные ножи выяснилось, что это достижение меняет каждую пятую вещь, хотя в данном случае могло сказаться то, что я вносил минимальные изменения в первоначальную вещь. В результате у меня было три ножа со случайными характеристиками: + 1 к точности, + 3 к атаке и 5-процентный шанс на промах.

Потянувшись, расслабленно выдохнул. Проверив расшифрованные за предыдущий день руны, добавил их в книгу и свернул окно системы. Ещё чуть-чуть – и надо будет перераспределять режим магического источника.

Выйти из заклинательного покоя не успел – прямо за дверью стоял Бэрримор, протягивая мне драконий доспех.

Глава 42

Враги предать не могут, предают только друзья

Захлопнув дверь, задвинул засов, хотелось, чтобы никто не беспокоил. Для любого игрока масштабируемый доспех – это любимая игрушка, а с учётом того, что в Землях я застрял, да и сражаться в основном приходится в первых рядах, он становился просто необходимостью.

Разложенные на полу алые латы поражали хищной красотой и выверенностью каждой детали. Растягивая удовольствие, не спеша надел чешуйчатые сабатоны[31], застегнул наголенники, удивляясь идеальной посадке, затем латно-чешуйчатые бёдра – оригинальная конструкция местных мастеров, непривычно, но очень удобно и полностью закрывает ноги, не оставляя мест, куда можно ткнуть точёной железкой. Накинул мелкочешуйчатую длиннорукавную кольчугу – я просто не смог подобрать более удачного названия для этого произведения искусства бронников, обтянувшего моё тело, словно вторая кожа. Чешуйки матово играли в свете лавовых светильников, и я стал похож на истинного демона, или драконида, как посмотреть. Поверх кольчуги застегнул что-то вроде короткой бригантины из костяных разноразмерных пластинок. Вес доспеха, идеально распределённый по телу, абсолютно не ощущался, а мне уже хотелось увидеть итог: плечи, шипастые локти, наручи заняли положенное им место, следом перчатки, к изготовлению одной из которых я сам приложил руку. На миг замер, рассматривая своё отражение в алой полированной кости забрала, и, наконец, надел шлем.

Короткий укол в основание затылка, иглы, вгрызающиеся в запястья, и дикая боль, заставляющая упасть и свернуться в позе эмбриона. Мой вопль заполнил заклинательный покой, отражаясь от стен и тысячекратно множась, а следом за эхом пришла тьма. Практически тут же очнулся и вновь почувствовал терзающие плоть крючья. Пальцы бессильно царапали драконью кость, пытаясь стянуть шлем, и словно в насмешку, перед глазами засветилась надпись: «Вами надет доспех Демонического дракона. Живой, разумный, НЕСНИМАЕМЫЙ, вечный спутник – при смерти не спадает». И вновь сознание накрыло тьмой.

Думаете, бессмертного нельзя убить? Да, вы правы: бессмертного убить нельзя, но можно заставить умирать вечно. Я приходил в себя, и тут же рождалась боль, вгрызающаяся в тело, заставляющая гореть адским огнём кожу. Адамантовая игла, вошедшая в основание затылка после того, как я надел шлем, жгла, порождая безумие. А потом приходило забытьё, каждый раз длящееся всё дольше и дольше.

Тело корёжило в агонии, заставляя метаться по полу, в какой-то момент меня просто бросило на один из столиков, стоящих вдоль стен, опрокидывая с него склянки с алхимической дрянью. Печальный звон и искры от сотен осколков, брызнувших по помещению, которое тут же начало заполняться смрадом и дымом. Мутная пелена вновь накрыла сознание, к уже привычным ощущениям добавилось что-то непередаваемо новое, такое же мучительное, но почему-то принесшее облегчение. Я вновь умер и воскрес. Сквозь слёзы, застилающие глаза, увидел маленький пузырёк восстановления жизни, полученный ещё от ведьмы и так и забытый здесь. Забрало послушно поднялось, и я влил в себя живительную и чуть горьковатую микстуру. Скакнувший вверх уровень жизни позволил оглядеться. Я схватил и, недолго думая, выпил одно из увиденных зелий регенерации. Меня вновь скрутил приступ, выворачивая суставы и заставляя захлёбываться собственной кровью. Агония длилась и длилась, тело, подстёгнутое регенерацией, цеплялось за жизнь дольше обычного. Очнувшись, вновь с упорством маньяка влил в себя второе, и последнее, зелье. Уровень жизни в нерешительности застыл где-то на середине, дёргаясь вперёд-назад, словно в припадке. «Смена статуса доспеха, смена статуса доспеха, смена статуса доспеха», – вопила система, а меня вновь накрыла спасительная тьма.

Очнулся, но мир всё ещё был погружён в ночь, боли не было, лишь её призраки бродили в воспоминаниях. С трудом открыв глаза, слепо уставился во тьму, из которой соткалась туманная фигура Арниса.

– Месссссир, в замке бунт, – лёгкое, почти неслышное сипение.

До меня долгую минуту доходил смысл слов призрачного егеря. Мозг больше занимало его появление в закрытом заклинательном покое и фантомные боли, всё ещё терзающие тело.

Ноги отказывались слушаться, но я заставил себя подняться. Шар магического накопителя словно сам прыгнул в руку, загоревшись багровым. Обзор застилала системная надпись: «Смена статуса доспеха: Безумный доспех Демонического дракона. Требуется инициация кровью».

«Кровью, кровью, кровью!!! – билась в голове сумасшедшая мысль. – Они получат кровь, зальются кровью».

Шаг, ещё шаг, рвануть засов, и я выхожу в коридор.

«Великие предлагают помощь!!!» – заполняет всё пространство огненная надпись, а в голове шарахается безумное эхо: «Помощь, помощь, помощь…»

– Да идите вы… – позволяю вырваться наружу гневу и отступающему страху.

«Вы сделали очередной шаг по Тропе владык. Сделайте следующий, и величие ждёт вас. Но помните: чем выше вы, тем меньше вокруг друзей и больше тех, кто готов предать!»

«Великие запомнили ваш отказ», – закрывает обзор очередная табличка, и я смахиваю её.

На периферии зрения остаётся мигать иконка баффа, отсчитывающая последние полчаса из двенадцати. «Ярость владыки» сопровождает пояснение: «Кто-то из ваших подданных оказался слишком слаб, чтобы бросить вам вызов, но достаточно умён, чтобы организовать заговор. И недостаточно удачлив, чтобы захватить источник магии. Сердце ваших земель даёт вам силы покарать наглеца. В течение двенадцати часов все ваши характеристики в пределах территории замка усилены на 100 %».

А я ещё думал, как лорды-демоны умудряются удерживать власть и уничтожать заговорщиков? Вот только мой противник оказался слишком умён, сумев сделать так, что почти всё время, отведённое мне баффом, я был не в состоянии им воспользоваться.

Какие-то тени шарахаются от моей мчащейся фигуры. Вызванная карта показывает удручающий результат: море серых нейтралов, видимо, аманаты из числа людей, и зелёный островок союзников во дворе, там, где пророс гворн. Что удивительно, алых пятен противника много, но сами противники не так уж и многочисленны. Одна из отметок врага сразу за поворотом. Арнис летит следом, а я, набирая скорость, устремляюсь к противнику, поворот – и предо мной предстают ошарашенные гвардейцы. Удар ногой, и тело одного из них, впечатавшись в стену, оседает безвольной тушей. Прыжок импа встречаю ударом кулака, из которого выдвигаются костяные лезвия. Крит, горячая, пахнущая серой кровь фонтаном бьёт в забрало шлема, и демон осыпается на пол горкой пепла. Остальные фигуры ударяются в бегство, а карта окрашивает их значки серым.

Следующих противников встретил на выходе из замка, метнувшуюся ко мне гончую перехватил Арнис. Туманное тело ударило об адскую псину, та рухнула на пол, но, подскочив и поджав хвост, метнулась прочь. Кидаю в толпу импов с парочкой гвардейцев пылевую бурю и, не снижая скорости, проношусь сквозь них, раздавая удары направо и налево. Уходя от встречи с кошмаром, влетел в пыточные и замер – камеры были пусты, куда-то исчезла мастер Фиан, отсутствовали даже её импы. Заглянул в одну камеру, вторую, из третьей неожиданно в меня вылетает стрела хаоса, растекается по доспехам. Вспыхивает боль, глаза застилает алая пелена. От моего удара решётка повисает на одной из петель. Гигантским прыжком влетаю в помещение, уклоняюсь от очередного заклятия. Лезвия рвут живот ведьмы, и, выпрямляясь, я вгоняю клинки второй руки под подбородок. Кровь тёмными каплями пятнает доспех, а чешуйки и костяные пластинки приобретают насыщенный пунцовый цвет.

Следующая камера и ещё одна, в очередной раз на меня кидается какая-то толпа. Лезвия вспарывают чужую плоть, рвут сосуды и ломают кости.

Залитый чужой кровью, в мягко сияющих багрянцем доспехах врываюсь в очередную камеру и… застываю, напоровшись на испуганный и непокорный голубой взгляд. Чреда каких-то воспоминаний пролетает за миг: тонкие нежные руки, тёплая кожа, щека, прижавшаяся к шее, голубые глаза.

– ГАР-Р-Р-Р-Р!!! – Сердце заполошно останавливается, и хоть здесь хочется стереть этот взгляд из памяти, разорвать, выкинуть вместе с занозой в сердце. – Проваливай!

– Что? – Голос Иалы дрожит, но в нём чувствуется вызов.

– Я ска-зал: про-ва-ли-вай! Не факт, что я у-дер-жусь, – зло и с трудом цежу слова, борясь с жаждой крови. – А без меня тебя будут убивать, и убивать о-чень мед-лен-но.

Короткий удар – и цепи обрывками опадают на серый камень тюрьмы. Разворачиваюсь и, не смотря на охотницу, выхожу.

У выхода меня встречают. Каст – и посреди демонов вырастает огненный элементаль, убить никого не убьёт, но задержит, а я рвусь дальше, туда, где среди красной волны противников вижу зелёный островок союзников. Ещё один из импов застывает в прыжке, так и не долетев до моей спины, словно в желе, завязнув в призрачном теле Арниса. Три росчерка костяных лезвий – и ещё одна горстка пепла под ногами.

Перед алтарём творилось чёрт-те что: зелёные лозы, когда-то образовывавшие беседку, обзавелись шипами и хлестали во все стороны, не подпуская восставших демонов к алтарю; то и дело среди вакханалии спятивших растений вспыхивали лавовые фонтаны, ударяя в особо настырных.

Меня замечают, и редкая цепочка красных точек, отмечающих враждебных демонов, отхлынула назад, охватывая полукругом, упирающимся в зелёный сектор. Противников не так много, но среди них все мои суккубы, сильнейшие бойцы замка на данный момент. Они стоят отдельной кучкой и о чём-то бурно спорят.

Изумлённо отмечаю чуть в стороне окрашенных серым Искру, мастера Фиан и Аль’Лазира.

– Я запомню это… – произношу, проходя мимо них.

Ифрит беззаботно улыбается, глядя на меня, словно старик на непонятливого внука.

– Мастера боли и наслаждений всегда хранят нейтралитет, нам нет дела до внутренних разборок, – пожимает плечами Фиан.

В глазах Искры какое-то странное недоумение, но с этим можно разобраться и потом.

– Кто к нам пожаловал… – звучит мягкое сопрано, и в мою сторону направляется одна из демониц.

– Потанцуем, милорд? – Свистнув, расправляется кнут, а в другой руке загорается алое копьё огненной струи.

Арнис скользит в сторону фигурок, окрашенных зелёным: Табора, Крита, Тиоманая. С удивлением вижу, как вслед за призраком егеря к ним присоединяется Иала, когда только успела?

– Мессир! – Чуть не долетев до меня, в траву падают два прямых клинка из тех, которыми были вооружены латники инквизиторов.

Кастую зеркала и кувырком ухожу к мечам. Огненный поток оставляет чёрную проплешину на том месте, где я стоял секунду назад, а плеть рассекает одну из иллюзий. Подхватываю мечи и рывком поднимаюсь, от моих зеркал остались одни воспоминания, а суккуба, усмехаясь, отводит кнут назад, в изящной кисти вновь разгорается огненная струя.

Резкий свист рассекаемого воздуха, успеваю пригнуться и метнуться вперёд, прыжок, уход в сторону, пропуская струю пламени, довернуть плечо от росчерка кнута. Едва уворачиваюсь от быстрых и хлёстких ударов демоницы, а та, словно танцуя, перемещается по кругу, не давая мне приблизиться и безостановочно атакуя.

У меня какое-то безумное ощущение дежавю, вот только магии тогда не было.

Всё же стремительно сокращаю дистанцию. Демоница вскидывает руку, и в меня ударяют оковы боли. На лицо сама собой наползает сумасшедшая улыбка: умирая раз за разом, я успел сродниться с болью – её можно терпеть, с ней можно бороться, можно даже не замечать. Несмотря на удивление, суккуба быстро уходит от колющего удара в голову и фляком от сдвоенного на разных уровнях. И тут же в моё плечо впивается свинчатка на кончике кнута.

Выпадом с траверсом ухожу от следующего росчерка кнута. Суккуба скачком назад успевает отскочить от несущегося клинка. Продолжаю атаку скрестным выпадом с уколом в голову. Росчерки кнута следуют один за другим – отклониться, прогнуться, довернуть корпус. Слишком долгий замах, прыжок, суккуба мягким пируэтом уходит назад. Удар кнута – и его хвост обвивает подставленное запястье. Захват, рывок на себя. Всё как в том тренировочном бою, только на этот раз суккуба, не успев взвиться в воздух, ударяется о пластины доспеха. И вновь одуряющий запах волос, полуоткрытые полные губы, язычок, хищно и соблазнительно очерчивающий их линию. Рука, уже собравшаяся ударить в такое красивое и желанное в эту секунду лицо, замирает.

– Ничего личного, милорд…

Тонкий хвост оплетает мою шею, сжимаясь с невероятной силой и перекрывая воздух, а какая-то непонятная магия сковывает тело, так что не могу завершить удар.

Тихий щелчок – и, сияя нестерпимым белым светом святой магии, превращая перчатку в своеобразную пату[32], вылетает короткий узкий клинок, пробивая лицо суккубы и ставя окончательную точку в этом бою.

Алая кровь тугим фонтаном ударяет в забрало, на миг застилая обзор. «Доспех инициирован, – верещит система. – Произведён захват способности противника».

– Ничего личного, просто надоело умирать, – хриплю, глядя на труп своей противницы, а карта стремительно окрашивается зелёным.

Глава 43

Дела, пойми, дела, дела

Забрало куда-то само собой исчезает, открывая полубезумную кривую ухмылку. В единый миг преодолеваю расстояние до компании серых, никто не успевает даже отшатнуться. Левая рука сжимает изящную шею Искры, мысленно напитываю руну на ладони маной, и тело демоницы изгибается в пароксизме боли. Не оглядываясь на остальных, устремляюсь к замку, по дороге чуть ослабляю хватку, чтобы суккуба не задохнулась раньше времени.

Гулкие коридоры замка, а я даже не ощущаю веса демоницы, хотя бафф отсчитывает последние минуты. Кабинет, спальня, тело суккубы взлетает и падает на кровать. Нависаю сверху, и в демоницу выстреливает обломок меча паладина, освещая тьму сиянием святой магии, вновь превращая латную перчатку в пату. Кончик острия замирает в каких-то сантиметрах от лица суккубы, та вжимается в кровать, пытаясь оказаться как можно дальше от ненавистной магии.

– Я не-на-ви-жу, ког-да ме-ня пре-да-ют, – цежу по слогам, а клинок, мягко скользя, рассекает облачение демоницы, оставляя на коже жгучую кровоточащую дорожку.

– Я не…

Пата врезается рядом с виском, отсекая прядь белокурых волос.

– Так что ты тогда делаешь в замке, мой генерал? Приказа возвращаться я не давал…

– Я не…

– Ещё одно слово, и моё терпение лопнет.

Наваливаясь на демоницу, впиваюсь в губы долгим поцелуем. Доспех исчезает, при этом я продолжаю его ощущать. Сумасшествие прошедшей ночи вновь накрывает, снося барьеры воли, а время танцует в такт мелодии безумия, накатывающей на меня. Искра вскрикивает, изгибается и окутывается кровавым сиянием. Доспех, шелестя чешуйками, вновь обтягивает тело, пытаясь защитить от опасности, которой нет. Тело суккубы поднимается в воздух, на лопатках обнажаются кровавые раны, кровь парит, наполняя комнату запахом серы, а сквозь раны прорастают чёрные крылья, неожиданно удлиняются локоны волос, образуя пушистую гриву, водопадом спадающую на обнажённую грудь. Сияние исчезает, и на шёлк простыней падает уже не суккуба, а повелительница боли.

Сбрасываю приходящую в себя демоницу с кровати.

– Проваливай. Мастер Фиан уже заждалась. Погостишь в её владениях, а я пока подумаю, что с тобой делать. Бэрримор!

Дворецкий в ту же секунду оказывается около меня.

– Чего-нибудь покрепче к гворну и перекусить. И найди мне Руырка.

– Да, мессир, – короткий ответ, и бес исчезает.

А мне предстоит посетить ещё одного демона.

Тифлинг болтал не достающими до пола ногами и пытался разорвать хватку, перекрывшую ему кислород, руна боли полыхала заёмной силой, даруя мастеру Брокку непередаваемые ощущения. Кончик паты выписывал восьмёрки, словно выбирая часть тела, в которую воткнуться. Вначале эта отрыжка бездны даже пытался оправдываться, но последнюю пару минут только хрипел. Его, конечно, следовало убить, но жаль было терять хорошего артефактора.

– Будешь работать бесплатно, пока я не передумаю.

Кончик паты коснулся скулы, прорвал прочную кожу и, оставляя кровавый след, пополз вниз.

– Ещё одна ошибка – и я выкину кое-какого демона в пустоши. Почему-то мне кажется, что тебе это не понравится…

* * *

Откинувшись на спинку плетёного кресла, сделал первый глоток и отправил в рот кусочек копчёной, пахнущей можжевеловым дымом рыбы. В принципе, и здесь жить можно, особенно если залить эту ишхе бяху, как назвал её Бэрримор, в бочки из обожжённого дуба или из-под хереса. Кажется, в таверне Баэльбэга продавали подобное вино. Через три года получится вполне приличный виски, а с учётом ускоренных производственных процессов получим его даже раньше. А подвалы у меня в замке большие.

Оторвавшись от бокала, перевёл взгляд с тома хаоса, который притащил мой дворецкий, на гоблина. Мастер Руырк с кислой миной жевал рыбу, отказавшись от предложенных напитков, и поглядывал по сторонам. Вновь погладил обложку книги, ставшей мне наградой за очередной шаг по Тропе владык.

– Не беспокойтесь, мастер, – произношу с усмешкой, – проблемы замка вас не касаются.

Гоблин тоскливо посмотрел на тёмную фигуру гворна и перевёл взгляд на меня, понимая, что деваться ему всё равно некуда.

Я наслаждался редкими минутами отдыха. Смущала только Иала: стройная фигурка девушки застыла на краю чащи, глядя на бьющий источник хаоса. Почему она осталась, я не представлял, впрочем, это было дело охотницы, вот только держаться ей надо поближе ко мне, а то мало ли, инквизитор среди демонов – как овца в волчьей стае.

Разговор с представителем торговой гильдии вышел не слишком долгим, мастеру Руырку не нравилась атмосфера, царящая в замке, потому торговался он не слишком активно, а уходил явно довольный, что вырвался и остался не только при своих, но и с возможным прибытком.

Все полученные в битве артефакты я продал торговой гильдии, в цене, конечно, чуток потерял, зато деньги получил сразу. Гоблин должен был нанять мне отряд для обороны замка, такова была официальная версия, на самом же деле после ночных событий нужна была нейтральная сила, способная, если что, обуздать бунтующих демонов. Следовало начинать создавать систему сдержек и противовесов, а то следующий заговор может и удаться. Кроме того, мастер Руырк взялся подыскать замковые артефакты: запоры на дверь, фонари, обнаруживающие невидимок, а также какой-нибудь артефакт, не пропускающий сквозь стену бесплотных. Появление Арниса сегодня было, конечно, к месту, но моя новоприобретённая паранойя говорила, что так может быть не всегда.

Обсудив с Тиоманаем план дальнейшего развития замка, а также новое поселение за рекой, потянулся и встал, пора было навестить Очи властелина и познакомиться с его обитателями.

– Прошу, мессир. Я вижу, вы спешите, поэтому слушаю. – Щеголеватый франт, в дорогом изящном камзоле с коротким клинком на боку и ослепительно-белыми волосами, указал мне на одно из кресел, стоящих вокруг стола, и с лёгким поклоном уселся в противоположное.

Усмехнувшись, внимательно присмотрелся к новому жителю моего замка. Тот оказался весьма занимательной личностью: выглядел как обычный человек, разве что белые волосы выбивались из общего не слишком запоминающегося образа, а вот в его характеристиках я ничего, кроме имени, рассмотреть не смог, даже уровня. Имя у него, кстати, было чем-то знакомое – Омежник.

– Что ж, к делу так к делу. Мне от вас нужны два демона: один будет направлен в местную воровскую гильдию для поддержки моего ставленника там, второй – в торговую, внедриться он должен сам. И я хотел бы пройти обучение.

– Раз мои люди будут работать на территории владений мессира, то они вам обойдутся в пятьсот золотых в неделю каждый. И да, мессир, вы очень предусмотрительны, в таких организациях всегда следует держать кого-то из нашей гильдии. Как желаете пройти своё обучение и какую дисциплину выбираете?

– Полиморфизм, и, к сожалению, в замке я буду только наездами, потому…

– Полторы тысячи в неделю, больше начальный курс не займёт. Мой человек сам вас найдёт.

Суммы, конечно, были существенными, но уж больно интересные навыки давались при прохождении обучения, да и шпионы в торговой и воровской гильдии мне действительно были нужны, паранойя требовала тотального контроля над любыми существенными силами.

Оставив на столе необходимое количество монет, которых после продажи артефактов, слава Эльрасу, хватало, направился к выходу и уже у самых дверей обернулся.

– Мейстер, ваше имя…

– Да, мессир, вы угадали, меня назвали в честь цветка. Когда-то я был просто убийцей. С этим будут какие-то проблемы? – На губах этого демона играла загадочная улыбка, а в глазах царил холод.

– Нет, но я бы хотел взять у вас пару персональных уроков.

Ответом мне был лёгкий кивок.

Выйдя из Очей властелина, я с удивлением уставился на Арниса – егерь был вновь в своём человечьем обличье.

– Мессир, вновь готов служить вам мечом и кровью.

– Забери у мастеров новые доспехи и сбрую, и я рад, что ты снова рядом.

День был полон сюрпризов, и, как оказалось, не только приятных. Если Арнис завершил своё преображение, став истинным еретиком, то на путь преображения почему-то именно сегодня решили встать Крит и Табор. И теперь их тела сидели в темнице, а от духов в ближайший день толку не будет, слишком сильное влияние преображения, они сейчас привыкают к своему новому существованию и учатся владеть появившимися силами. Мысленно чертыхнувшись, отправился нанимать пополнение. Затем – город и ведьма, а по пути надо ещё успеть уровень набрать.

Глава 44

Неожиданные приобретения и потери

Брин Трекол задумчиво вертел в руках бокал с вином, обдумывая моё предложение. А я себя чувствовал демоном-искусителем. На столе перед бургомистром уже лежала горстка монет, что-то около пятисот золотых, на наём инструктора для городской стражи. Прежде чем что-то предлагать, я выполнял старые обещания.

– Интерессно, очень интерессно. – Бургомистр сделал глоток. – Решили, значит-с, королевство организовать-сс?

– Для начала княжество, князь я всё-таки или не князь? – Я пригубил из бокала сока и весело поглядел на трактирщика, который продолжал удивлённо таращиться на своих работников, грузящих пустые бочки из-под вина для отправки в замок. А один из бесов унёсся к Тиоманаю с приказом доставить в трактир телегу рыбы в обмен на пустую тару.

– Интерессное предложение, но…

– Бургомистр, я спешу. Поэтому: да или нет? – Немного раздражения в голосе, можно было и поубеждать, но совсем не то настроение.

– Хорошо, я принимаю предложение. И первый человек для вас у меня уже есть.

– Вот и отлично.

Моя армия стала на пять импов меньше, зато Дакон вернётся в замок, команда Веллы отправится по особому заданию, а в поселении за рекой появится новый староста.

– Мессир, этот человек не тот, за кого себя выдаёт.

– Это я и сам знаю. Ты мне скажи, кто он на самом деле. – Я обернулся к невысокому, невзрачному демону с постоянно плывущими чертами лица.

– Нужно больше информации, мессир, но я бы посоветовал приглядеться к нему внимательнее.

На это я лишь усмехнулся. Тайна Брина Трекола была задачей важной, но не первоочередной, хотя, вероятно, придётся нанять ещё одного демона-шпиона для слежки за губернатором. Вот только недельный лимит уже выбран.

Отряд прошёл через деревню Крик: следовало продемонстрировать жителям присутствие власти, а заодно приказал старосте отправиться в Баэльбэг на встречу с бургомистром. В результате к болоту я подходил совсем с другой стороны, что тоже было неплохо. Встреча с несколькими отрядами лесных тварей позволила набрать опыта, так что до получения 28-го уровня оставалось совсем чуть-чуть.

На границе меня ждал болотник. Маленькое зелёное существо зло зыркало на демонов и всем своим видом давало понять, что к хозяйке их не пропустит. Решив не ссориться с его повелительницей, отдал приказ своим «людям» организовывать лагерь, а сам отправился вслед за болотным духом, вновь доставшим фонарик и заскакавшим с кочки на кочку.

В домике ведьмы всё так же в камине горел огонь, на столе пыхтел самовар, а брауни в синем колпаке выставлял вазочки с вареньем и булочками. Ласка развалилась на столе и рассерженно шипела на меня. Показав зверьку в ответ свои клыки, достал из одного из подсумков кусочек копчёной рыбы и положил на стол. Зверёк придирчиво обнюхал угощение, фыркнул и, подхватив рыбу зубами, вернулся к хозяйке.

Рыжая улыбнулась и сама разлила по чашкам ароматный чай.

– С чем пожаловал?

– Ну, я же обещал заглядывать на огонёк.

По дому колокольчиком разнёсся смех, который мгновенно прервался, как только я снял с вынутого из мешка котелка крышку. Камин ярко вспыхнул и рассерженно, словно подражая ласке, зашипел под пролившейся водой. А маленький брауни взглянул на стол и нырнул за камин.

– Так, так, так. – Ведьма придвинула котелок поближе и, сексуально прикусив нижнюю губу, принялась изучать его содержимое.

Чтобы не мешать, я откинулся на спинку стула и, достав накопитель маны, принялся подбрасывать его в воздух. Шарик, играя узорами на своих боках, взмывал вверх, делал оборот, падал в подставленную руку и вновь взмывал в воздух. Ведьма бросила на меня заинтересованный взгляд и вернулась к котелку. Одно неловкое движение – и накопитель, упав на стол, покатился в сторону хозяйки болота.

Стремительное движение, вспыхнувший в пасти кобры шерл, и алый ноготок ударяет в шар накопителя. Лёгкий, чуть слышимый треск, сеть трещин покрывает узорчатую поверхность, и шар распадается на две неровные части.

– Дымка, назад! – Но команда ведьмы запоздала.

Ласка, вздыбив шерсть и оскалившись, бурой молнией метнулась вперёд и тоже не успела. Алый росчерк метнулся в мою сторону, чешуя доспеха начала проявляться, пытаясь защитить от неведомой угрозы, а что-то маленькое и горячее взлетело по руке, оказалось на плече, и мелкие зубки впились в ухо. И сразу же с плеча раздалось радостное и грозное верещание в сторону остановившейся ласки.

Захлопнувшееся забрало завершило процесс проявления доспеха, а выскочившее лезвие паты угрожающе смотрело в сторону ведьмы. За её спиной, словно из воздуха, соткались четверо рассерженных брауни, а в руках самой Лианны горело зелёное пламя. Скосил взгляд на плечо и обнаружил там маленькую крылатую ящерку с длинным хвостом и грозно раскрытыми крыльями.

– Спокойно. – Ведьма погасила пламя и что-то сказала косматым духам.

Те, бросая на меня подозрительные взгляды, исчезли.

– Ему надо было помочь, сам бы он не вылупился, а уже пора.

Лезвие паты скрылось в своём ложе, а вот чешуя доспеха исчезать не торопилась, я лишь поднял забрало шлема.

– Объяс-с-с-с-снись. – В голосе вновь прорезалось гневное сипение.

Неожиданно со стороны дракончика пришло сначала несмелое ментальное касание, а потом прохладная успокаивающая волна.

Ведьма задумчиво взглянула на меня, вновь запустила изящные кисти в котелок и заговорила.

– Ну и что мне с тобой делать? – обратился я к псевдодракончику, выходя из дома ведьмы.

Горячий нос ткнулся мне в щёку, волна каких-то неясных, но добрых чувств окатила прохладным душем. А я с тоской смотрел на медленно проседающий уровень маны.

Глава 45

По другую сторону реки

Я сидел на взгорке, глядя на языки пламени маленького костра, над которым скворчала зажариваемая рыба. Демоны добивали засевший в развалинах отряд нежити из скелетов и мумий. От призраков, атаковавших первыми, остались только воспоминания, суккубы показали, что магия хаоса и огня вполне справляется с их призрачной плотью, да и огненное касание гвардейцев оказалось достаточно эффективным. Лич успел произнести только одно заклинание, ранив кошмара, после чего потерял под общим напором импов всю ману и отступил вглубь развалин.

Бросив очередной взгляд на происходящее и убедившись, что помощь моим бойцам не нужна, вернулся к разбору трофеев. Марш-бросок по противоположному берегу реки принёс мне 28-й уровень и + 1 к устойчивости к откату, опыт добил, прикоснувшись к обнаруженному дольмену. Кроме того, была захвачена шахта кристаллов, и теперь охранявшие её големы лежали недалеко от костра 4 мерами оплавленного железа. Там же находились и 5 мер кристаллов, которые ранее были сложены рядом с входом в шахту. Компанию им составляли обнаруженные в брошенной телеге доски и мера серы, найденная под старым навесом. А три склянки ртути были убраны в один из подсумков вместе с таким же количеством драгоценных камней. Со старого пожелтевшего скелета был снят абсолютно бесполезный для меня амулет, дающий 20 % усиления заклятий света.

Рассортировав трофеи, я перевернул покрывающуюся румяной корочкой рыбу и закопался в характеристики доспеха. Надпись над ним гласила: «Безумный доспех Демонического дракона». Доспех оказался действительно безумным, он умудрился поглотить все мои артефакты, имеющие в своём составе драконьи части: ожерелье из клыков дракона, кольцо «Глаз дракона», браслет «Кровавый коготь» и теперь имел следующие характеристики.

«Безумный доспех Демонического дракона.

Вечный спутник: не выпадает при смерти владельца, нельзя потерять, украсть.

Демонические оковы: невозможно снять.

Паразитизм: восстанавливает прочность за счёт жизни владельца.

Разумный, саморазвивающийся: поглощает до 10 % набираемого владельцем опыта, при достижении уровня меняет характеристики.

Вторая кожа: по желанию владельца скрывается, сохраняя все свои свойства, кроме защитных.

Зерно хаоса: 5 % шанс неконтролируемого преобразования кастуемого заклинания в случайное, аналогичной стоимости.

Скрытое оружие: правая перчатка имеет скрытый клинок „Коготь света”. Урон по сущностям тьмы, смерти и хаоса 150 ед., наложение эффекта кровотечения: 15 ед. в сек. в течение 5 сек. Изгнание: шанс 1,5 %».

Наказующая длань: на левую перчатку нанесена руна „Боль”. Причиняет боль и страдание касанием. Необходима подпитка маной.

На 10 % увеличивает все основные характеристики владельца (без учёта надетых артефактов).

+ 5 к силе магии,

+ 5 к силе,

+ 1 к выносливости,

+ 1 к ловкости,

+ 1 к ментальной выносливости,

+ 1 к устойчивости откату.

+ 5 % к скорости всех существ в армии».

Я уже и не знаю, рад ли, что получил такой доспех, или лучше было бы обойтись чем попроще. Но при этом рост характеристик был существенным, особенно с 2-процентной прибавкой от мастера древних тайн.

Снял с огня рыбу. Почистил одну и сложил филе на лопухе, приглашая дракончика попробовать, и принялся за вторую, заодно рассматривая характеристики моего питомца.

«Детёныш псевдодракона (имя отсутствует).

Уровень: 1-й.

Способности и умения:

Детёныш: до полного взросления (10-й уровень) поглощает ману своего владельца. Поглощённая мана расходуется на рост уровней.

Неизвестно до получения имени».

– Ну что, давай знакомиться. Я Шакс, а как тебя зовут?

Дракончик оторвался от поглощаемой рыбы и внимательно уставился на меня, чуть склонив голову набок. А в мыслях почему-то понеслись образы каких-то украшений, статуэток, камей в красно-коричневых тонах.

– Сердолик? Карнеол? – Гиацинт я откинул сам, мне бы ещё и цветок показали. – Сард?

От дракончика пришло тепло и узнавание, а перед глазами развернулась новая табличка характеристик.

«Детёныш псевдодракона.

Имя: Сард.

Уровень: 1-й.

Способности и умения:

Детёныш: до полного взросления (10-й уровень) поглощает ману своего владельца. Поглощённая мана расходуется на рост уровней.

Полёт.

Телепатическая связь.

Инфразрение.

Взгляд сквозь иллюзию.

Ядовитое жало I (погружает противника в летаргический сон на 5 сек.)».

Ну вот и познакомились. Дракончик вернулся к окуню, а я взглянул на своих бойцов и, получив сигнал от одной суккубы, что всё нормально, развернул окно построек замка: следовало решить, что ставим следующим на очередь строительства. Вариантов у меня было не так чтобы много. Можно было увеличить высоту стен, заодно будут заложены будущие охранные башни, но для них нужны демоны, чью сущность необходимо в них заточить, и чем сильнее демон, тем лучше. На Дворец боли не хватало ни денег, ни ресурсов, развивать другие постройки, не имея полностью отстроенного замка, было несколько самонадеянно, потому решил поставить в постройку то, что доступно, и начать срочно собирать на здание, производящее дьяволов. Запустил в очередь Врата в Инферно, за что с меня списали 2000 золотых, 2 меры ртути, 2 – серы, 2 – драгоценных камней и столько же кристаллов, а ещё по мере руды и камня.

В этот момент ко мне подлетела одна из гончих, сигналя о том, что в руинах проведена зачистка. Дракончик взобрался по руке и вновь устроился на плече, довольно засопев.

Развалины встретили меня затхлостью и запахом старого склепа. Под ногами скрипели кости поверженных скелетов, куски полусожжённых бинтов странными гирляндами повисли на почерневших балках. Останки лича, сжимая чёрный двуручный меч, лежали посреди зала.

Наклонившись, я подобрал клинок, прочитав в характеристиках: «Меч мёртвого рыцаря. Урон тьмой + 50 ед.». Отправив клинок за спину, благо игровые условности, в отличие от реального мира, позволяли выхватить его оттуда одним движением.

– Мессир, прошу, – склонилась в полупоклоне суккуба.

Пригнувшись, чтобы не задеть головой полуобвалившийся свод, зашёл в маленькую комнатку и замер от удивления. Никогда не думал, что в личах есть что-то от драконов, но сейчас я начал в этом сомневаться. В углу небольшого помещения была сложена пирамида из золотых слитков, покрытая россыпью драгоценных камней, венчал всё это сооружение череп. Самое смешное, что череп был всего лишь артефактным ингредиентом, не более, а вот золотых в этой куче было целых 8000, и драгоценных камней 6 мер.

– Мессир. – Суккуба протянула мне грязно-серый плащ с капюшоном и застёжкой в виде кистей скелетов, цепляющихся друг за друга. «Плащ Смертоносной тени. Уменьшает „Боевой дух” и „Удачу” существ противника на – 2. Часть набора „Объятия смерти”».

Накинув его на плечи, отдал приказ ещё раз внимательно здесь всё осмотреть и вышел на воздух. Через десять минут появились суккубы и гончие, так больше ничего и не обнаружив. Нагрузив трофеи на гвардейцев, вновь двинулись вдоль реки к строящемуся посёлку. По пути пришло сообщение о захвате шахты драгоценных камней и пополнении склада на 5 мер самоцветов. Вот что значит новые территории, день оказался богат на добычу.

Во временный лагерь мы входили под стук молотков и визг пил. Поселение уже было обнесено частоколом по утвержденному плану, а феечки гворна постарались, засадив линию перед частоколом шириной в метр какими-то растениями, которые уже давали всходы. Я отправился к пристани, оценивая по дороге проведённые работы.

Пристань поражала творящимся на ней хаосом: вокруг валялись какие-то тюки, мешки, разбросаны доски. Гвардейцы таскали на один из снеккаров сегодняшние трофеи для отправки в замок. Кинув взгляд на эту вакханалию, задумался о срочной постройке разводного моста и нормальных пирсов со складами, где бы на это всё денег, ресурсов и мастеров достать. Столкнувшись с этой стороной игры, начал понимать, почему стратегии проигрывают в популярности обычным РПГ.

В голове родилась сумасшедшая мысль, и я, приказав одной из суккуб следовать за мной, взбежал по сходням подвернувшегося судна и махнул рукой, чтобы переправлялись.

По прибытии в Баэльбэг отправил суккубу в бордель. После случая с Искрой возникла идея апгрейдить демониц именно таким образом. Устанавливаем дежурство: одна суккуба – один день, глядишь, и демониц повышу, и доходы борделя возрастут…

– Бургомистр, мастер. – Я с удивлением обнаружил в кабинете градоначальника представителя торговой гильдии. – Хорошо, что вы здесь, обсудим сразу все вопросы.

Остатки средств из тех, что были перечислены на мой аккаунт при оплате операции, ушли торговой гильдии, а гоблин пообещал, что через час артефакты доставят в замок и установят, куда я прикажу.

– Что с наёмниками?

– Есть недорогой отряд моих соплеменников и орков.

Честно говоря, я даже не знал, что на это ответить, поэтому просто расхохотался. А потом, оскалив клыки, уставился на гоблина.

– Милейш-ш-ший, вы прямо-таки напрашиваетесь на поход в пыточные. Они же передерутся с моими демонами, в результате у меня не будет ни денег, ни наёмников, да и часть своих бойцов потеряю. Ещё предложения есть?

– Дроу. Но они прилично просят.

– Кто командует?

– Жрица.

– Хорошо, пусть приходят завтра в замок, предупреди жрицу, что командовать её отрядом будет мужчина. С тобой всё.

Гоблин выскочил за дверь.

– Может, не стоило так резко, – улыбнулся Брин Трекол.

– Что с нашими делами, бургомистр? – оставил я без ответа его реплику.

– Ваш староста вполне подходит. Можете ставить ему метку. Для Яски человека подбираю. Как вы понимаете, нам нужен мост на другой берег, корабли справляются, но…

– Я вас услышал, Брин, давайте старосту, разберёмся с меткой, а импов я ему пришлю из замка…

Замок встретил меня шипастыми чёрно-зелёными побегами, покрывшими всю стену, с нераскрывшимися бутонами будущих цветов. Довольно сюрреалистическая картина, особенно когда при моём приближении они разошлись в стороны, открывая проём ворот.

Первым делом я отправился в заклинательный зал, вызвав рабочих, присланных Руырком. Пока мастера-цверги растягивали по стенам какую-ту тонкую алую проволочную паутину, носились по переходам и залам замка, расставляя и монтируя артефакты, я разбирался с тем, что расшифровалось из заклинаний за время моего отсутствия. В книгу заклинаний добавились руна «Скер» (руна остроты) и магическая нестабильность школы хаоса.

Следующими в череде дел были гномы, к ним же был вызван тифлинг-артефактор. Оказывается, прислуга – это очень удобно, а благодарная за жизнь прислуга удобнее вдвойне. Гномы получили в своё распоряжение часть ингредиентов, полученных с ветапунги: панцирь, клешни и шипы с конечностей. Панцирь пойдёт на кирасы для гвардейцев – собственная шкура, конечно, хорошо, но лишняя защита, особенно из божественного хитина, лишней точно не будет. Шипы и клешни пойдут на оружие для тех, кто не получил его с демонов. Артефактор должен был всё это зачаровать, а также он получил заказ на лёгкий доспех и маску для Алтрамы, я даже набросал простенький чертёж того, что хотелось, взяв за основу картинку, виденную когда-то во Всемирной сети. Тифлинг, покрутив в руках чертёж и поняв мою задумку, задумчиво произнёс:

– Для полного эффекта нужна кровь сильной гончей.

Честно говоря, убивать гончих не хотелось, но проблему крови можно отложить на потом, пока не к спеху. Поэтому доспех с маской приказал делать, а сам отправился к Тиоманаю.

Подходя к гворну, обнаружил сидящих в беседке у родника и о чём-то беседующих Арниса и Иалу, удивлённо хмыкнул и направился в их сторону. Но тут за спиной раздался ехидный голос:

– Я гляжу, ты не торопишься обрести настоящую силу?

Крутанувшись на месте, вперил взор в непонятно как очутившегося в моём замке главу демонологов. Тёмная фигура демонстративно развела руки, и между ними вспыхнуло багровое свечение. Ощутимо повеяло опасностью. Ещё не понимая, что происходит, на инстинктах бросился в атаку. Мысленный приказ – и дракончик срывается с плеча. А я, чувствуя, что не успеваю, рванул в одну сторону, в другую, срывая прицел и сокращая расстояние. Но алое свечение обрело плоть, превращаясь в магическую сеть, взметнулось в воздух и упало, став пентаграммой изгнания. Яркая вспышка узора на миг ослепила меня, швырнув в багровое ничто…

Глава 46

Лабиринт Трикстера и багровые пустоши

– Дьявол! – с хрипом вырвалось из груди.

– Гораздо хуже, – раздался зловещий смех откуда-то сверху.

Зрение наконец вернулось. Бросив взгляд вокруг, пытаясь понять, куда я попал, тут же перевёл его наверх, разглядывая хозяина голоса.

Надо мной в позе восточных йогов витала гротескная фигура шута в колпаке с бубенчиками в виде черепов различных разумных. Рот был распахнут в подобии улыбки, обнажающей частокол клыков, а в глазах плескалось чёрное пламя. «Трикстер, хозяин лабиринта», – высветилась надпись над затянутой в чёрно-красное шутовское облачение фигурой.

– Какая интересная игрушка… – надвинулось на меня лицо, раздвинув губы в гротескной улыбке.

Щелчок выдвигаемой паты, ослепительное сияние клинка. Трикстер элегантным курбетом отлетает назад, вновь замирая в воздухе. А между тонких изящных кистей начинают мелькать игральные карты, тасуемые с мастерством шулера. Картинки изящной дугой перелетают из руки в руку.

– Кусачая игрушка. – Голос Трикстера весел, но задумчив. И вдруг веер карт устремляется ко мне, на лету обращаясь десятком импов.

В ту же секунду в руках оказывается двуручник, а с губ срывается заклинание, и атаку импов встречают воздушные лезвия, режущие перепонки и обрубающие крылья. Передо мной падает один из демонов, и меч, перевернувшись остриём вниз, входит ему в грудь, словно булавка в тельце бабочки, пришпилив того к полу. Клинок совершает широкий полукруг, снося слишком близко подскочивших новых тварей, ещё один круг, и возвратным движением срубить крыло атакующему демону. А дальше они навалились толпой, не давая возможности использовать длину клинка. Рука привычно ложится на лезвие хватом полумеч, короткий тычок – и остриё входит в распахнутую пасть. Рвануть клинок назад и в сторону, и тяжёлое яблоко ударяет в висок очередную жертву. В грудь бьют короткие и острые когти, оставляя отметины на чешуе доспеха, а из-под небес несётся хохот Трикстера:

– Беги, игрушка, беги!

Во всех четырёх стенах помещения, в котором я оказался, открываются проёмы, ведущие в неизвестность.

– Беги, игрушка, беги! Быстро беги! – И из рук хозяина лабиринта вновь веером вылетают карты, а на пол приземляются уже суккубы и гвардейцы.

Порыв ветра очередным кастом взметнул всю пыль и сор, какие были на каменном полу комнаты, накрывая демонов мутным облаком, а я рванул в ближайший из проходов. Поворот, ещё поворот, развилка, тупик, вернуться назад, где уже нет развилки, лишь прямой коридор, уходящий в неизвестность, и преследующий меня хохот.

Поворот, развилка, ещё поворот, и я буквально влетаю в гвардейца. Выскочившее из перчатки остриё ударяет в чешуйчатую грудь. Оттолкнуть демона ногой, полукружье замаха, и чёрное лезвие, вспарывая жёсткую шкуру, оставляет глубокую рану на шее. Добить не успеваю, откуда-то сзади прилетает струя огня, бросая меня вперёд и окутывая, словно жидким напалмом. Набросить водяной доспех, и снова бег. В какой-то момент потерял счёт времени и убитым врагам. А сумасшедший хохот сопровождал этот безумный забег, отражаясь от стен.

Замираю, пытаясь перевести дух и осознать, где я и что творится вокруг. Высокие стены вздымаются справа и слева, чуть впереди развилка, позади поворот направо. Медленно отхожу от сумасшедшего бега, развилка вдруг исчезает, сменяясь тупиком, а поворот, что остался позади, прямо на моих глазах изгибается в другую сторону. Да что, дьявол вас всех подери, здесь происходит?!

Накатывает волна весёлого безрассудства. Сам собой выскакивает клинок паты, и со всей дури наношу удар по одной из стен. Лезвие погружается неожиданно глубоко, по каменной кладке змеится трещина, превращаясь в рисунок пикового валета. А небеса наполняются маниакальным смехом.

– Какая интересная игрушка. И какой оригинальный выбор.

На миг мир заполняет тьма, но тут же сменяется красноватым светом, льющимся отовсюду, и какой-то горячей эйфорией, заполняющей всё моё существо. Резко подскакивает регенерация маны и жизни.

На периферии маячит системка о выполнении задания «Лабиринт Трикстера», получении очередного уровня и + 1 к ментальной выносливости. И, видимо, в награду от хозяина лабиринта я обретаю сразу два навыка: «Мастер разрушения магии» и «Мастер разрушения разума», правда, оба относятся к школе хаоса. Вот вроде и полезный подарок, но у меня всего одно заклинание этой школы, и то весьма своеобразное.

А между тем передо мной расстилается абсолютно новый пейзаж, словно сошедший с голофильмов или фотографий Марса. Алая песчаная пустыня изломанными линиями базальтового основания простирается всюду, куда хватает взгляда, смыкаясь с таким же алым небом, по которому бегут чёрно-жёлтые облака, и багровое светило бросает блики на чёрные клыки скал и утёсов, то там, то сям разбросанных по равнине. Я стою на одном из таких утёсов, а подо мной изломанная линия лавовой реки и каменный природный мост, ведущий на красный песок равнины.

«Вы вступили в земли лорда Тур-зала хаоса. Желаете бросить вызов владыке домена? Да/Нет».

Твою ж, куда меня, чёрт возьми, занесло? Какой ещё к архангелам вызов. Вспомнилась прошлая встреча с одним из лордов-демонов, и меня передёрнуло, так везти всё время не может. Поэтому ну их к демонам, такие вызовы. Жму «нет», а сзади меня раздаётся голос:

– Ну, тогда тебя убью я. Не бойся мальчик, я сделаю это нежно.

Медленно разворачиваюсь, понимая, что спешить некуда: если бы меня хотели убить сразу, давно убили бы. И практически упираюсь взглядом в шикарный бюст повелительницы боли. Поднимаю взгляд на красивое и хищное лицо, вчитываясь в надпись над головой: «Ис-Ссара. Повелительница боли. Седьмая наложница Тур-зала хаоса». Её глубокие чёрные глаза ловят мой взгляд, и ноги начинают сами собой подгибаться, роняя меня на колени.

«Глупая и скучная игрушка», – звучит в голове.

Губы расплываются в хищном оскале, это всё мы уже проходили, и сил бороться хватает. Я пригибаюсь чуть сильнее, будто всё ещё выполняя чужую волю. Подхват демоницы за ноги, рывок – и её тело опрокидывается на землю, вздымая клубы пыли. Наваливаюсь сверху, прижимая повелительницу боли к земле. Рука выхватывает крис, и волнистое лезвие входит в глазницу демоницы, раз и ещё. В какой-то момент её тело просто исчезает, а на его месте остаётся только небольшой чёрный камень с багровой искрой в центре – камень демонической сути, и два чёрных браслета с таким же ошейником, которые тут же отправляются в поясную сумку.

И вновь перед глазами надпись: «Вы убили наложницу повелителя домена. На вас объявлена охота». Весёлый сумасшедший хохот обрушивается на меня отовсюду, а на горизонте десятки точек загонщиков.

И снова бегу, а фонтанчики пыли отмечают мой путь. Пытался затеряться среди удачно подвернувшихся чёрных острых обсидиановых пиков, но меня нашли импы. От пятерых противников сразу отбиться было сложно, но справился, срубив одного «Лезвием ветра», второго и третьего зарубив двуручом, четвертого насадив на него же, а пятого пронзив «Ледяным копьём» и добив «Когтем света», и это было ошибкой. Сияние ненавидимой демонами магии привлекло остальных демонов. И снова приходится бежать, надеясь оторваться и найти новое укрытие.

Мне это почти удалось. Метнув в преследователей «Пылевую бурю» и невероятным прыжком перелетев лавовую реку, увеличил разрыв, и даже показалось, что ещё чуть-чуть… как дорогу мне пересёк гвардеец, над которым светилась надпись: «Тар-Тарак, лейтенант гвардии Турзала хаоса». Бой был коротким. Стремительные росчерки огромного меча моего противника, а я отступаю, понимая, что мне просто не хватает длины клинка. Пытаюсь нырнуть под ниспадающий клинок и сблизиться и напарываюсь на чудовищный удар ногой. Отлетаю назад, кувырок через спину, и снова в стойке. Удар в ногу, и клинок опускается остриём вниз в позицию айрон до[33]. Движение кистями, и ложное лезвие[34], крутанувшись, бьёт гвардейца в голову. Противник успевает отклониться, и меч, вместо того чтобы раскроить череп, оставляет глубокую царапину на костяной маске лица. Укол, и остриё входит в глазницу. Рывок назад, и тут же с подвешенной защитой нырнуть под диагональный удар противника. Полукружье взмаха – и клинок рассекает плоть на ногах. Гвардеец только начинает заваливаться, как получает удар справа яблоком в висок, и тут же остриё входит в тело уже поверженного противника.

Поднимаю с противника очередную пару браслетов и камень демонической сути. И вновь забег по алой безжизненной равнине. Обессилев, падаю в каком-то овраге, губы шепчут каст. Мана стремительным потоком ухает в никуда, а из песка начинает бить тоненькая струйка родника. Одним глотком осушить зелье регенерации маны и тут же наполнить колбу водой, припасть к живительной влаге.

Эта остановка стоила мне отыгранного расстояния. В этот раз меня нагнали гончие. Над вожаком всплыла надпись: «Раитаррр, предводительница адских псов Турзала хаоса». Гончая взвивается в прыжке, вскинутая рука влетает в пасть адской псине – это всё, что я успел сделать, едва поднявшись от родника. Щелчок паты в пасти твари, и гончая опадает на меня очередным камнем и шипастым ошейником. В сумку успеваю закинуть только ошейник, как в меня врезается следующая псина. Хвост с костяной иглой на конце врезается в грудь и, пробив доспех, застревает в плоти.

Ледяное копьё бьёт одновременно с росчерком клинка. Гончую отбрасывает на несколько метров от меня, а кусок хвоста с костяной иглой остаётся в груди. И тут же на меня обрушивается третья тварь. Меч отлетает куда-то в сторону, правое предплечье оказывается сжато страшными клыками, не давая применить пату. Демонический пёс погребает меня под собой, придавливая к земле, челюсти сжимаются всё сильнее, грозя оторвать руку. Уровень жизни начинает медленно ползти вниз. Левая рука слепо шарит вокруг в поисках отлетевшего меча и нашаривает камень. Сжав его в кулаке, начинаю наносить удар за ударом по черепу гончей. Раз, второй… и перед глазами вспыхивает сообщение: «Желаете разрушить камень демонической сути? Разрушение камня приведёт к открытию портала в родной домен. Да/Нет».

Можно подумать, есть выбор. Жму «да», и алая вспышка вновь поглощает меня.

Глава 47

Дела большие и малые

Спиной рухнул на мостовую, в глазах потемнело от удара, обрушившаяся сверху гончая клацнула зубами буквально в миллиметре от лица. И вдруг пёс взлетел над землёй, вздёрнутый колючей лозой, обвившей его тело. Тяжело поднявшись, сплюнул кровью, которая тут же зашипела, въедаясь в камень.

– Где этот демонолог?! Прибью!!! – вырвался из горла почти звериный рык.

Алая молния метнулась в мою сторону. Я присел на корточки, подставляя дракончику руку, и тут же в палец до крови мелкими острыми зубами вцепился какой-то мохнатый серый комок, мчавшийся вслед за Сардом.

– Дьявол! – замахнулся рукой, чтобы отшвырнуть меховой шар, но меня накрыло прохладной успокаивающей волной, а дракончик, успевший взобраться на плечо, что-то запищал в ухо.

Присмотревшись, с удивлением обнаружил, что передо мной сидит серый щенок и озадаченно вертит мордочкой, переводя взгляд с меня на псевдодракончика.

– Бэрримор, ангелы тебя забери. Какого беса здесь происходит, почему по МОЕМУ замку шляются кто ни попадя, от демонологов до щенков? И багамута на ваши головы, позовите уже кто-нибудь артефактора, кажется, ему кровь гончей нужна была.

Возникший словно из ниоткуда бес склонил голову в лёгком поклоне.

– Мессир, я не понимаю, как мог проникнуть демонолог, даже с нынешними укреплениями он не должен был сделать этого незаметно. А по поводу вот этих, – ткнул он тросточкой в щенка, – потомство гончих, и где-то ещё двое бегают.

А в следующую секунду рядом со мной оказался Алтрама, радостно и удивлённо уставившийся на меня.

– Мессир, вы живы. А когда вы успели приручить щенка?

– Что?!

Ответить Алтрама не успел: чуть не сбив его, на площадь влетел запыхавшийся тифлинг.

– Что угодно мессиру?

– Забирай гончую, кажется, тебе нужна была её кровь.

– Но как?

– Мы поможем, – раздался спокойный голос, и на площади появились пятеро демонологов.

– Вас-то мне и надо, – зло оскалился я. А сквозь перчатки так и не сошедшего доспеха проросли чёрные костяные лезвия.

Энвой с достоинством поклонился.

– Мессир, мы служим лишь вам и не имеем никакого отношения к действиям учителя. Но вы в своём праве. – И он опустился на одно колено.

За ним последовали остальные демонологи.

– Милорд, а можно щенку тоже крови гончей, это сделает его сильнее, – влез Алтрама.

– Ты вообще что здесь делаешь?! – переключился я на новую цель.

– Мессир, я волновался, когда пришло известие, что вы пропали.

– Кто командует вместо тебя?

Алтрама замер, глядя на меня.

– Гидру тебе на голову, а ну, марш к армии.

– Арнис, ко мне. Остаёшься за главного, и смотри мне!

Всё. Достали все. Резко захотелось скинуть на кого-нибудь дела и просто поспать хотя бы пару часов…

Ровно через четыре часа меня разбудил Бэрримор. Что хорошо в виртуальных мирах – просыпаешься сразу, а так я вытаскивал бы себя из кровати не меньше получаса. Вый дя из спальни, обнаружил у двери всё того же щенка. Кутёнок встал и последовал за мной, смешно покачиваясь на коротких лапах. Так вместе мы и добрались до алтаря возвышения.

Опустившись на колени у чаши алтаря, поместил в неё «неугасимое пламя», – решить вопрос обогрева можно было и по-другому, но это был простейший вариант. Следом из котелка высыпал остатки углей и расположил среди них яйца. Открыл колбу эссенции инфернального хаоса и аккуратно вылил её. В воздухе с каким-то потусторонним шорохом поднялся чёрно-красный дымок, а скорлупа яиц окрасилась странными узорами. Туда же отправилось пять капель крови ветапунги, впитавшихся в угли, заставив их на миг вспыхнуть потусторонним зелёным светом. Покончив с этим, отправился к Тиоманаю, а за спиной живые лозы гворна укрыли кладку от посторонних взоров.

Щенок забрался за мной в беседку, принюхался к ароматам, доносящимся со стола, и требовательно тявкнул. Усмехнувшись на эту неприкрытую наглость, кинул ему кусок рыбы и приступил к завтраку. Спокойно поесть, как обычно, не дали. Первым явился мастер Руырк. В этот раз коротышка трусил меньше, так что даже позволил себе поторговаться. В результате за срочность я ему накинул чуток монет, и гоблин обещал уже сегодня отправить три бригады рабочих на новые шахты, а также подобрать два-три десятка крестьянских семей, еретиков либо не слишком фанатично верующих, для заселения в посёлок на той стороне реки. Также пообещал поискать не слишком дорогого архитектора. В результате этой сделки я стал беднее на 2000 золотых.

Следом явился наставник и, усевшись напротив, вперил в меня взор. Я вопросительно поднял бровь и, не дождавшись ответа, продолжил завтрак. Наставник заговорил минут через десять. Этот странный демон из Очей властелина заявил, что на мне метка Трикстера, но чем мне это грозит, точно сказать не мог. С одной стороны, в лабиринт попадают или по глупости, или неудачники, и даже лорды испытывают некое уважение к тем, кто смог из него выбраться. При этом почувствовать метку могут только демоны, да и то далеко не все. С другой стороны, для мастера полиморфизма прохождение лабиринта скорее плюс, чем минус. Природа лабиринта накладывает свой отпечаток на любом, кто побывал в нём, следовательно, тренироваться в искусстве изменений должно быть проще. Напоследок он оставил наставления по тренировкам, причём почему-то с доспехом. Он советовал научиться контролировать его проявления по частям и сразу, в идеале до отдельных чешуек. За сим поклонился и покинул беседку.

Тут же вошёл мастер-артефактор. Доложив, что все задания выполняются по плану, замер в ожидании поручений. Я извлёк из подсумка два браслета и ошейник из странной кожи, те, что достались мне от наложницы Турзала, и бросил их тифлингу.

– Можно ли на них наложить метку еретика, и будет ли она работать?

Артефактор надолго задумался, а я, положив ещё пару кусков жареной рыбы щенку и один соизволившему явиться дракончику, вернулся к завтраку. Брокк наконец отмер и попросил разрешения удалиться, ему надо проверить кое-что, после этого он будет готов дать ответ.

Противоположное место пустовало недолго, стоило мне перейти к кофе, как в кресло опустилась точёная женская фигура, поигрывая тонким серебряным жезлом с фиолетовым пауком, венчающим навершие.

– Господин… – ехидная улыбка, обнажающая небольшие клыки.

Эта ведьма уже где-то успела раздобыть обо мне информацию.

– Я не люблю это наименование, но лично для вас сделаю исключение, – вернул ей клыкастую улыбку.

Дроу закинула ногу на ногу и, приняв ещё более соблазнительную позу, спросила:

– И сколько мессир готов платить?

– Уже мессир? – усмехнулся я, делая очередной глоток кофе. – А сколько запросит уважаемая жрица?

Названная тёмной сумма ничего, кроме недоумения, не вызвала. Поэтому, отставив кофе, я сложил руки в замок, опустил на них подбородок и, уставившись на дроу, начал медленно проявлять на себе доспех. Заодно и тренировка будет. В какой момент тёмную проняло, не понял когда, слишком увлёкся контролем процесса, но предо мной сидела уже не уверенная в себе красавица эльфа, а напряжённая, готовая к бою жрица Ллос.

Откинувшись в кресле, заставил доспех исчезнуть.

– А хочешь пари?

– Пари? – недоумённо переспросила дроу, не успевшая прийти в себя от резкой метаморфозы.

– Да, пари: если побеждаю твоих воинов, мага и бойца, то сам устанавливаю цену. Проиграю – добавляю пять тысяч золотых поверх запрошенного. По рукам?

– Нет, ещё по пять тысяч сверху в виде ставки – и по рукам. – Жрица оказалась неожиданно азартной.

И вот утоптанная поляна, которая когда-нибудь станет тренировочной ареной, и только щенок и дроу вокруг. Всех подданных я разогнал, не хватало ещё проиграть на глазах у собственных демонов, бунтов мне больше не нужно. Когда заключал пари, был практически уверен в победе, а сейчас, глядя на спокойного мага-дроу, вооружённого боевым посохом, на меня напал мандраж.

Опустился на корточки, ссадив дракончика на землю, выпрямился и шагнул в круг, держа в руках одолженную по пути нагинату.

– Бой! – разнёсся над площадкой крик жрицы.

Изящный полупоклон заставляет дроу последовать моему примеру. Выпрямляюсь и тут же с криком «Лови!» кидаю магу своё оружие.

«А игроделы молодцы, даже такие вещи прописали», – мелькает в голове, когда вижу, как тёмный, вместо того чтобы скастовать что-то убойное, ловит плашмя летящую в него нагинату. Прыжок – и чешуйчатый бронированный кулак впечатывается в донельзя удивлённое лицо, отправляя мага в нокаут.

Скупые хлопки жрицы знаменуют мою победу, а навстречу уже выходит воин с двумя изогнутыми клинками. Подцепляю древко мыском саббатона и, чуть красуясь, подбрасываю ногой своё оружие, подхватив на уровне груди.

Эльф обозначает издевательский полупоклон, тряхнув гривой длинных волос, явно копируя меня, и резко бросается в атаку. Шаг, прыжок, и сабли обрушиваются в пустоту. Дроу очень быстр, но меня спасает длина оружия. Быстрые уколы с предельной дистанции не позволяют противнику приблизиться. Видимо, в какой-то момент дроу надоедает эта игра в пятнашки, и с коротким выдохом с его руки срывается «Стрела тьмы». Спасло меня то, что как только я увидел причёску эльфа, внутренне был готов к чему-то подобному. Доворот корпуса – и магия проносится в опасной близи, и тут же приходится кастовать на себя «Попутный ветер». За то время, что мне потребовалось, чтобы увернуться и наложить чары, дроу успел сократить расстояние, и его сабли двумя скорпионьими жалами атаковали меня. Пришлось уйти в глухую защиту. Вот только я не собирался играть по предложенным правилам. Резкий рывок на противника, стремительно сокращая дистанцию, сдвоенный удар, принять на древко нагинаты, и резкий пинок ногой в грудь воина. Эльф, отлетая назад, уходит в кувырок с выходом в стойку, рука взлетает в жесте очередного каста, но в это время в ногу дроу впивается маленькое драконье жало. Пять секунд сна, от сработавшей способности дракончика, мне хватило, чтобы приставить к горлу противника нагинату, обозначая свою победу.

– Обман! – накрыл площадку возмущённый ропот дроу.

– А с каких это пор фамильяр не является частью хозяина? – задал я закономерный, с моей точки зрения, вопрос.

– А с каких пор является? – выступила вперёд жрица.

– С тех самых, как воины становятся магами, – весело усмехнулся я.

– Хорошо… Ну и каков контракт? – Предводительница отряда умела проигрывать.

– Пять тысяч за наём, со своими бойцами рассчитаешься сама, а выигранные деньги я не требую. И четыре тысячи золотом еженедельно. Плюс казарма, еда, отличившимся – бордель за мой счёт.

– Почему?

Вопрос эльфы не застал меня врасплох.

– Потому что предпочитаю, когда мне служат не за страх, а за совесть, а вот когда пытаются кинуть, очень не люблю… Бэрримор! – Моментально появившемуся бесу скомандовал: – Познакомишь миледи с Даконом, она поступает в его распоряжение, пусть организуют караулы. Сам подберёшь одно из пустующих помещений под казарму. Передай Тиоманаю, что выделяю из казны тысячу золотых на обустройство нового гарнизона. И пошли кого-нибудь к Алтраме, пусть отправит сюда отряд. – Задумался, прикинув необходимые силы, после чего озвучил мажордому цифру.

Бес поклонился и пригласил дроу следовать за ним, а я отправился к Аль’Лазиру. Следовало прояснить ситуацию с камнями истинной сущности демонов, коих у меня было два. По дороге открыл интерфейс: пока ещё были и деньги, и ресурсы, поставил в очередь на строительство Дворец боли. Это обошлось мне в 12 000 золотых, 5 мер ртути, 5 – серы, 5 – камня, 5 – кристаллов и 10 – руды. Наличности оставалось кот наплакал, но на ифритов всё же хватило.

Оставив камни хранителю залов заклинателей, вышел во двор, где обнаружил искавшую меня Веллу. Так как отряд от Алтрамы ещё не подошёл, отправился обедать, пригласив с собой разбойницу. Расположившись напротив меня, Велла прямо на столе куском угля набросала карту моих земель и обозначила найденные ею и её людьми объекты.

Глава 48

Сражения на земле и под землёй

Миновав пригорок, отряд вышел к старой заброшенной шахте и, оставив позади телеги, начал разворачиваться в боевой порядок. По центру двумя шеренгами восемнадцать гвардейцев: в первых рядах щитовики, за ними – бойцы с нагинатами. На флангах по три цербера и по паре кошмаров с суккубами. Десяток импов следовал позади гвардейцев. Непосредственно в сражении они были не нужны, задача была проста – лишить противника маны. Обоих ифритов поставил среди гвардейцев, учитывая ненависть джиннов, направление атаки противника сюрпризом не станет. Гончие остались в тылу в качестве резерва. Сам занял место посреди импов и откупорил одно из малых зелий маны. Я, конечно, не самый сильный волшебник, но в этой битве любая магия лишней не будет.

Медленным шагом отряд двинулся к шахте, а когда до цели оставалось десяток метров, джинны выстроились клином и атаковали. Вскидываю руку, посылая в переднего «Метку мук» (она накладывается на цель, увеличивая входящий урон и добавляя ментальный урон), и тут же выпиваю зелье. Одновременно с атакой джиннов ринулись и суккубы. Не долетев пяти метров, противник ударил по моему войску какой-то дикой смесью заклятий, после чего бросились врукопашную. При этом двое были вынуждены развернуться и направиться на правый и левый фланги, откуда стрелами огня и хаоса их поливали суккубы, но были встречены церберами и кошмарами. Гвардейцы приняли заклятия на щиты и дружно шагнули вперёд, слаженный удар мечей и нагинат – и отмеченный мной джинн опадает на землю. Ифриты схлестнулись со своими противниками один на один. Шестой, воспользовавшись заминкой гвардейцев, расшвырял их и бросился ко мне. Вскидываю руку, но вместо «Ледяного копья» в того ударяет «Ужасом», не причинившим никакого вреда. Зато в меня тараном влетает «Воздушный кулак», отшвыривая назад. Одновременно с этим и другие джинны кастуют каждый что-то своё, исчерпав последние запасы маны. Импы, скинув сворованную ману мне и суккубам, разбегаются в разные стороны. На продолжившего атаку джинна набрасываются гончие, позволяя мне подняться и, выщелкнув пату, броситься в бой. Короткая схватка – и противник исчезает во вспышке, а передо мной, ошарашенно вертя головой, застывает кошмар, чей рог положил точку в этом бою.

И тут же система сообщает о получении очередного уровня и единицы к силе магии. Из предложенных навыков выбрал «Неугасимый огонь», вторичный навык от мастера Магии огня и Адского огня, накладывающий «Усиленное горение»: «Увеличение ДОТа на 10 ед. и времени горения на 1 ед. в сек. за каждый уровень навыка».

Всех трофеев было: эссенции духа и неопределяющиеся браслеты – везёт мне последнее время на эти изделия ювелиров.

Активировал перстень, но шахта отказалась переходить под мою руку. Пришлось лезть внутрь, где бесцельно бродило два десятка скелетов, за несколько секунд уничтоженных ифритами. В глубине вырубки под слоем пыли и паутины откопали сложенные стопкой золотые слитки, помимо них там же лежал клинок проклятий – короткий меч, что-то вроде польских и литовских средневековых кордов. Особенностью этого клинка было то, что при нанесении раны он накладывал на противника случайное проклятие. С убийством скелетов шахта тут же взялась под контроль. Оставив одну из телег с крестьянами приводить её в порядок, я двинулся обратно к городу.

У Баэльбэга отряд разделился. Часть воинов возвращалась под команду Алтрамы. Со мной остался десяток гвардейцев, столько же импов, по тройке гончих и церберов, три кошмара, четверо суккуб и один из ифритов. Там же ко мне присоединился Арнис, облачённый в новый артефактный доспех из проклятой стали. Вынув из ножен корд, кинул его своему «проклятому егерю», как после завершения становления еретика значилось в статусе Арниса.

– Дарю.

Поблагодарив, егерь закрепил меч на поясе и взлетел в седло одного из кошмаров. И только он тронул поводья, как с громким лаем из повозки выскочил щенок и помчался за нашей колонной. Сард восторженно запищал на ухо. Пришлось наклониться с седла и, схватив кутёнка за шкирку, посадить перед собой.

К отмеченной Веллой цели добрались только на следующий день. Посреди зелёного разнотравья возвышался заросший кустами холм. Как разбойник умудрился обнаружить среди переплетения ветвей вход в пещеру, осталось для меня тайной.

Кошмаров с церберами под командой Арниса оставил снаружи. Вход всего один, и неизвестно, кто может пожаловать сюда, пока я брожу по подземелью, лучше уж перестраховаться.

Неспешной гусеницей отряд, возглавляемый парой гончих, втянулся в тёмный зев прохода. Багровые огнистые блики от огненного хвоста ифрита играли на тёмных земляных стенах, выхватывая из тьмы белёсые корни, свисающие с потолка. На плече настороженно посвистывал дракончик, а серый щенок, не пожелавший остаться с егерем, путался под ногами, хорошо, что вперёд не лез. Он всё так же отказывался покидать меня, правда, почти всегда слушался.

В какой-то момент под ногами захрустели кости и старый хитин, а коридор изогнулся и явно пошёл вниз. Внезапно демоническое зрение выхватило из тьмы что-то неправильное. Резко развернувшись, полоснул проявившимися когтями (вызывать их становилось всё легче и легче) воздух, и под ноги упала какая-то тушка, обдав меня чем-то зелёным и вонючим. С яростным рычанием щенок схватился с какой-то мелкой тварью под ногами. Ярко вспыхнул вокруг ифрита пламенный щит, из воздуха соткались два огненных ятагана, и мощная фигура закрутилась в вихре пламени, поддерживаемая парой гончих. Гвардейцы с импами схватились с каким-то противником, незнамо как очутившимся позади отряда, и лишь суккубы, находясь в середине строя, остались не у дел. А в следующий момент сверху посыпались твари, величиной с мою ладонь. Ифрит закрутился во всё ускоряющемся танце огня, я безостановочно полосовал когтями воздух, всё больше и больше покрываясь зеленоватой слизью. Псевдодракончик спрыгнул на землю и помогал щенку рвать тех, кто избежали моих ударов, вспышки огненных касаний освещали место боя гвардейцев. И вот тут-то в полной мере себя проявили суккубы: по очереди поливая потолок струями огня, они вызвали на нас настоящий дождь из хрустящих прожаренных тушек. Две минуты – и поток противника закончился. Больше всего пострадали импы, хотя, слава высшим, никого не потеряли.

Зато по окончании боя демоны устроили настоящий пир из прожаренных жуков, восстанавливая потерянные хиты. Хорошо хоть, мне в своих поездках по Азии приходилось бывать в местных ресторанчиках и даже пробовать блюда национальной кухни, потому как для непривычного человека вид потрескивающих на клыках разнообразных насекомых – зрелище мало аппетитное.

Дальнейший спуск по кишке прохода прерывался четырежды, дважды приходилось отбиваться от разнообразных тварей. В первый раз это были четырёхлапые крупные жуки, плюющиеся кислотой. Гончие почуяли их вовремя и отошли за гвардейцев. Трофейные демонические щиты кислота практически не брала, так что разделались с этим выводком достаточно быстро. Вторая стычка чуть не привела к гибели всего отряда. Тогда проход пошёл слегка вверх, и неожиданно на нас покатился крупный пластинчатый шар, а чуть отставая, за ним следовало ещё два таких же. Бросить на пути противника «Болото» я успел в последний момент, когда разогнавшемуся катку жука до гончих с ифритом оставалось не больше пяти метров. Шар ухнул в образовавшуюся грязевую лужу, обдав демонов, отходящих за спины гвардейцев, водопадом мутной илистой жижи. Запоздавшая пара тараном врезалась в него, выбрасывая из болота, где застряли сами. Но скорость была потеряна, и гвардейцы с гортанным рыком рванули навстречу, остановив этот живой каток. А добить с трудом разворачивающиеся шары жуков не составило труда. С них сняли броневые пластины, опознаваемые системой как материал для изготовления доспехов. К тому же система сообщила о повышении ментальной выносливости. Видимо, постоянно откачиваемая из меня псевдодракончиком мана была засчитана за тренировки.

Ещё две задержки были связаны с обследованием ответвлений от основного коридора. И если в одном обнаружился труп рыцаря, облачённый в неплохой доспех, который был тут же реквизирован, то во втором только разрушенный стальной голем.

В какой-то момент гончие тревожно заводили носом, беспокойно поскуливая, словно впереди была непонятная им опасность. Приказав одной из суккуб следовать за мной, а гвардейцу придержать щенка, скользнул вперёд. Через полтора десятка метров коридор резко вильнул в сторону, и за ним раскрылась огромная пещера, покрытая странными, словно живыми, наростами и светящимся то ли мхом, то ли плесенью на стенах. С потолка свешивались коконы разной величины и расцветки, на земле шевелился ковёр мелких насекомых, а посреди всего этого возвышалась огромная безобразная туша матки.

Я почти проворонил вторжение инсектов. Судя по всему, ещё два-три дня – и у матки будет выводок. Что бы они успели натворить, пока я перебрасывал бы сюда отряды и вылавливал их поодиночке, только высшим известно. Я начал медленно отступать, как вдруг с оглушительным звуком треснул старый хитин, который то и дело попадался на полу.

И тут же события понеслись вскачь. Живые наросты оказались ралисками и бегунками, в едином порыве рванувшими ко мне. Со всей возможной скоростью мы бросились назад, на ходу я выдернул из подсумка малое зелье маны и одним глотком опорожнил колбу, восстанавливая запас.

– Суккубы, залп!

Они рыбкой нырнули вперёд, упав у ног гвардейцев, а с рук троих суккуб словно ударил огнемёт, сжигая атакующих. Скрывшись за щитами гвардейцев, обнуляя ману, я скастовал призыв огненного элементаля. Алая туманная фигура полыхнула багровым, обретая странную гротескную форму и сжигая всё вокруг, и покатилась вперёд, хлеща плетями огня направо и налево, выдавливая жуков из прохода обратно в пещеру, где благополучно исчезла, погребённая под десятком хитиновых тел.

– Матку не трогать, суккубам огонь не использовать! Только хаос!

Возникла идея использовать пещеру как полигон для раскачки бойцов: еженедельный приплод инсектов, пару-тройку дней, чтобы подрасти, и свеженанятое пополнение получает почти халявный опыт.

– В атаку!

Гвардейцы дружно шагнули вперёд, слаженный удар нагинат, на миг окутавшихся огнём, снёс последний заслон противника, и тут же в пещеру ворвался огненный вихрь ифрита, а за ним метнулись гончие. Щенок радостно лаял от входа, гоняя лапами какого-то мелкого насекомыша, ему заливисто вторил псевдодракончик.

Отслеживать бой не было никакой возможности. Прыгнувший на меня бегунок напоролся на пату, и тут же в основание его головы врезались демонические когти, с треском разрывая хитин и вспарывая внутренности.

– Стоять!

Но мой крик запоздал. «Стрела хаоса» ударила под потолок, сбивая засевшего там жука, а вместе с ним разорвав осколками, обрушившимися на матку, сталактит. Высверк огненного меча опасно приблизившегося к матке ифрита прошёлся по её брюху, и в довершение сразу два костяных жала гончих врезались в грудь.

Смерть матки подействовала на жуков странным образом: кто-то сразу же впал в спячку, кто-то бросался на оружие в самоубийственной атаке. Ещё минута – и демоны додавили последние очаги сопротивления. Но дьявол всех забери, как же я ненавижу такие провалы. И ведь ни черта не сделаешь, этот один из основных недостатков демонов, с которым приходится мириться. Практически полное отсутствие дисциплины, и если до начала боя их ещё как-то можно контролировать, то во время сражения бойцам сносит крышу, так что иногда они уподобляются берсеркам, уничтожая всё вокруг, и обуздать их могут только «погонщики».

Система сообщила об уничтожении малого роя, уничтожении матки, получении очередного уровня и единицы к силе. Из навыков выбрал «Силу рун» (увеличивает силу рунескриптов).

– Чёрт, чёрт, чёрт!

Лезвия когтей били по стене пещеры. Хотелось хоть на ком-то выместить накопившееся, мало того, что убили матку, так я ещё и пару импов в этой схватке потерял. И вдруг со стены, чуть не засыпав меня целиком, сполз целый пласт земли, обнажая старинную каменную кладку. Провел ладонью, ощущая шершавость камня. Странно, мне казалось, что эта естественная пещера, максимум вырытая инсектами, а оказывается, они только заняли то, что когда-то уже было построено.

– Всем искать, – короткий приказ, и мои демоны засуетились, обыскивая пещеру, а за теми, которые вышли в коридор, увязались щенок и псевдодракончик.

Маны оставалось кот наплакал, хотя адского жнеца я использовал на полную катушку, но при его уровне толку особого не было, что такое пять полученных единиц? Странно, но, оказывается, у инсектов есть что-то вроде души, раз навык работал. Зато насекомышей можно признать безгрешными, ибо инфернальное искупление работать отказалось, не восстановив ни одной единицы жизни. Ну, или как минимум, обещания они исполняют всегда.

Суккубы ловко разделывали матку на алхимические ингредиенты, неприятное, надо сказать, зрелище. Отвернувшись, наткнулся взглядом на гончую, обнюхивающую углы в поисках чего-нибудь полезного и при этом дожёвывающую ногу инсекта.

По углам обнаружились сложенные пара мер ртути в каких-то странных кожистых бурдюках, 3 – серы, 2 – камней и по одной – кристаллов и драгоценных камней. Также обнаружились два больших надкрылья, видимо, матка собиралась ставить ворота то ли в пещеру, то ли в сам холм, да так и не успела.

Попробовал провести когтями по их поверхности, и по залу разнёсся противный скрип, а вот на чёрной лаковой поверхности не осталось даже следа. Только собрался испытать на них пату, как пришла радостно-требовательная мысль от псевдодракончика. Приказав выносить обнаруженные трофеи на воздух, сам двинулся туда, где на карте светилась метка моего фамильяра. В одной из ниш пройденного нами коридора дракончик со щенком обнаружили довольно широкий проход, закрытый ранее переплетёнными корнями, землёй и чем-то ещё. Судя по всему, инсектам этот коридор чем-то не понравился.

Нырнув в проход, с удивлением отметил чистоту и сохранность кладки. Пропустил впереди себя ифрита, двинулся следом. Идти пришлось около двадцати минут, а коридор привёл в очередную залу: справа и слева в каменной кладке тёмными провалами зияли ниши, а напротив входа серебром отсвечивала запертая дверь.

В первую очередь решил проверить ниши. В одной из них была наполненная водой чаша в руках женской фигуры с завязанными глазами. «Источник случайной характеристики», – гласила надпись. Зачерпнув горстью прохладную, пахнущую ментолом жидкость, сделал глоток. Система тут же сообщила о повышении на 3 единицы выносливости.

Неплохо, конечно, но не то. Надо будет потом сюда всех остальных героев отправить. Во второй нише была статуя карлика, который держал в руках рог, из которого лилась вода, исчезая в нише под ногами. Подставив ладони, набрал горсть и выпил. Система тут же отозвалась, высветив передо мной таблицу и предложив выбрать два умения, уровень которых я могу повысить на единицу. И тут же начала обратный отсчёт пяти минут. Почему-то сильно сомневался, что повторный глоток мне что-то даст, поэтому судорожно развернул таблицу своих умений и задумался над выбором. Остановился на «Адском жнеце»: восстановление маны не помешает никогда, а в моей ситуации особенно. Вторым выбрал «Покровителя магов», суккубы неплохо показали себя в этом бою, да и скоро в армии дьяволы появятся.

Осталось только осмотреть дверь. Даже на вид прочная, она мягко серебрилась в багровом свете ифрита. Всю её поверхность занимал горельеф паучихи из чернёного серебра, плетущей чёрную же паутину. В самом центре была выемка, изображающая кристаллический глаз. В голове забрезжило какое-то узнавание, но, так и не вспомнив, что он мне напоминает, попробовал открыть дверь силой. Та не поддалась, даже когда выбить её попытался ифрит. А заклятия просто растворялись, ударяясь о поверхность. Поняв, что мне здесь делать нечего, пока не вспомню, что же мне напоминает эта выемка в центре паутины, отдал приказ отряду на выход.

У входа обнаружил гору трупов инсектов и Арниса с наставником полиморфизма, поджаривающих на углях какие-то части насекомышей. Демоны выглядели потрёпанными, но живы были все и сейчас с аппетитом хрустели тушками бегунков.

– Угощайтесь, мессир. – Егерь протянул мне деревянный прут с насаженным на него хорошо прожаренным мясом.

На вкус инсекты оказались вполне аппетитными: хрустящий пережаренный бекон. Насытившись, выделил часть отряда Арнису, приказав навестить поселение гоблинов. Стоило напомнить им о своём существовании. Сам с остальным войском решил посетить храм магических чар, после чего выдвигаться к замку, а то ещё одно столкновение с учётом оставшихся у моих воинов хитов может закончиться существенными потерями.

Глава 49

Воры и торговцы

– Мессир, это не я! Я не виноват! Я тут ни при чём! – ворвалась в кабинет голосящая зелёная фигура в лимонно-жёлтом жилете и фиолетовом камзоле.

– Стоять! Молчать!

Гоблин замер, вытаращив на меня глаза, и даже, кажется, позабыл, как дышать.

– А теперь спокойно и без эмоций. В чём не виноват?

– А вы не…

Руырк не успел ничего толком сказать, как в кабинете появился Бэрримор.

– Мессир, Дакон просит принять его. Важно. Срочно.

«Багамут вас всех задери», – мелькнула в голове раздражённая мысль. Отодвинул в сторону надоевшие за утро бумаги – баланс следующей недели никак не желал сходиться. Не хватало буквально всего: денег, ресурсов, специалистов, поселенцев и просто рабочей силы. Желающих ехать в земли лорда-демона было не просто мало, количество таковых измерялось буквально исчезающей величиной. Да и кузнечную с артефакторной мастерской нужно расширять, они уже не успевали за моими заказами.

– Пусть заходит. Мастер Руырк, останьтесь.

Дакон вошёл в помещение, чуть ли не печатая шаг и держа в руках какой-то кожаный мешок. Бросив косой взгляд на гоблина, начальник гарнизона заговорил:

– Мессир, Лукан благодарит вас за своевременное сообщение и передаёт подарок.

Мешок лёг на стол и явил своё страшное содержимое: отрубленную голову того, кто когда-то был мастером разбоя. Меня аж передёрнуло – насколько проще смотреть на такие картины с экрана монитора, могли бы и не так реалистично делать, чёртовы дизайнеры.

– Бунт подавлен, но Лукан просит вас срочно прибыть в гильдию.

– Это не я, я не виноват, не виноват… – вновь запричитал гоблин.

– Да твою ж… В чём не виноват-то?

Гоблин сглотнул ком, подступивший к горлу, и зачастил:

– Мессир, я не участвовал в принятии этого решения и даже не был поставлен в известность…

Он говорил и говорил, а передо мной складывалась весьма неприглядная картина. Срочно стоило посетить Очи властелина, возможно, доклады пришли Омежнику из-за моего отсутствия.

– Я понял вас, мастер. Бэрримор, проводите достопо чтимого представителя торговой гильдии в отдельные покои, предоставьте ему всё необходимое и гвардейца к дверям.

– Мессир, я как раз хотел идти к вам с докладом: только что получены письма от шпионов, к сожалению, на данный момент мы не обладаем артефактами быстрой связи, поэтому сведения несколько запаздывают, – оторвался от бумаг беловолосый демон.

– Я вас слушаю, мейстер.

Выслушав доклад, я задумался: ситуация складывалась сложная и неоднозначная, надо было что-то предпринимать, но что? Вариантов было много. Ноги сами собой принесли меня к гворну – беседка становилась привычным для принятия решений местом, к тому же можно было услышать совет Тиоманая. Заказал Бэрримору кофе, задумался. Не вовремя это всё, очень не вовремя, и оставить ситуацию в том виде, в котором она была, нельзя – посчитают за слабость и сожрут. Затребовал к себе Руырка, доклады шпионов его совершенно оправдывали, и отправил в торговую гильдию депешу с требованием о встрече. Дакона отправил к Лукану с приказом отпустить пленного, всучив тому подарок для хозяев – мешок с головой, и пусть договаривается о встрече. Сам егерь после этого должен был остаться в воровской гильдии – я решил, что ему не помешает пройти по пути душегубства, особенно с тем гарнизоном, каким предстоит командовать.

Наскоро перекусив, я взял отряд и отправился на другой берег. Там, передав большую часть воинов Алтраме с наказом к завтрашнему утру вернуть мне всех суккуб, с малым отрядом отправился по всем открытым за эти дни объектам.

День получился продуктивным: удалось получить + 2 к силе магии, + 1 к ментальной выносливости и + 1 к удаче в будущей битве. Напоследок, вычистив казну от сундуков древних тайн, добрал-таки уровень и получил единицу к выносливости. Между «Мастером воды» и «Мастером воздуха» выбрал последнего. Хотя с учётом моих проблем с маной оба умения были неудачными.

Въезжая в ворота замка, мечтал только о том, чтобы поскорее добраться до постели, но надо было решить вопрос с Искрой. В завтрашних делах её помощь будет не лишней, заодно и лояльность проверим. Тем более что усилиями мастера Брокка у меня имелась подстраховка. А потому, захватив браслеты и ошейник наложницы Турзала, отправился в пыточные подвалы.

* * *

– Мессир, вы просили разбудить, завтрак накрыт.

Выдернув себя из кровати, надел лёгкий камзол, вложил в ножны один из трофейных рыцарских клинков и широкий егерский нож: кто знает, что меня может ждать. Все артефакты, кроме неснимаемых и метательных ножей, оставил в заклинательном покое: случиться может всякое, а лишаться их не хотелось. Пока завтракал, отдал необходимые распоряжения, в том числе Арнису – присмотреть за щенком, который за эти дни подрос и даже прибавил в уровнях, но рисковать им, как и артефактами, не счёл нужным. Надо бы встретиться с Алом и разобраться, что теперь мне с этим негаданным счастьем делать и почему его поведение так сильно отличается от остального приплода гончих. Таинственная фраза о приручении ничего не говорила, а на форуме информации было крайне мало, да и та ничего не объясняла, будто никто не хотел делиться секретами. Но в ближайшее время встретиться с Алом не удастся, закончив с делами на том берегу, он поведёт армию на неисследованные территории, охваченные вилкой реки. Со мной оставались все суккубы, пара кошмаров, тройка Веллы да призраки Табора с Критом, их тела всё ещё сидели в казематах мастера боли, возиться с ними времени не было, а без души они хуже големов.

Покончив с завтраком и приказав Бэрримору переправлять сведения от Руырка в гильдию воров, вскочил в седло и отправился навестить Лукана, надеясь, что у того есть новости.

Мастер разбоя встретил меня на пороге гильдии, за его плечом стояла мастер обмана, и понимающему человеку это говорило о многом.

– Поздравляю с повышением, – улыбнулся я, спрыгивая с седла.

– Благодарю, мессир, исключительно благодаря вашему своевременному извещению.

– Свои люди, сочтёмся, – подмигнул я мастеру обмана.

Та смущённо улыбнулась и прижалась к широкой спине бывшего егеря.

– Докладывай, что тут у тебя.

– Бунт подавили, но, к сожалению, на следующей неделе предоставить наём мы не сможем. Людей не хватает. Дакон уже тренируется, я рад его видеть.

Перед глазами всплывает табличка: «Выполнено скрытое задание „Тайны и заговоры 1/4”, награда 80 000 очков опыта».

Видимо, Лукан после бунта не особо доверял даже стенам гильдии и о главном заговорил, только когда мы вошли в совещательные покои, где уже ожидал мастер душегубства.

– Мессир, пришло сообщение от гильдий, они готовы встретиться. Но…

Я, усевшись в одно из кресел, вопросительно изогнул бровь и взял со стола бокал с прохладным соком, самое то после долгой скачки.

– Слишком легко они согласились, мессир. Закон на нашей стороне, но не нравится мне это, – сказала мастер обмана, занимая одно из кресел.

– Считаете, что меня будут убивать?

Мастер душегубства развёл руками:

– Скорее уж попытаются взять в плен. Правда, не думаю, что за такой короткий срок они могли найти специалистов экстра-класса.

– Засада? – подал голос Лукан.

– Наверняка, – кивнула мастер обмана, – хоть это и не по закону, но нарушивший раз…

– На сколько назначена встреча? Какие условия?

Услышав ответ, на миг задумался.

– Ну что ж, у нас есть время подготовиться.

Костерок слегка потрескивал, впиваясь языками пламени в сушняк и выбрасывая в воздух сонм искр. Я лежал на зелёном ковре поляны и беззаботно смотрел в небо, наслаждаясь минутами покоя. Всё было сделано, оставалось только ждать. Сард возился в траве, то и дело поглядывая по сторонам, а Искранитал вперила взгляд в огонь, пытаясь разобраться в себе и в сложившейся ситуации. Недалеко, насмешливо пофыркивая, паслась пара кошмаров, изображая собой обычных ездовых животных.

– Моё почтение хозяевам. – Сухой голос лучился ехидством.

Я медленно поднялся. Дракончик уже сидел на плече и тревожно посвистывал на ухо. А в следующее мгновение в голове забрезжили образы скрывающихся за кустами людей. Сард сквозь иллюзию рассмотрел восьмерых, плюс на поляну вышли трое.

Одна из закутанных в тёмное фигур с глубоко надвинутым на глаза капюшоном, не дожидаясь приглашения, уселась на бревно возле костра. Две остались стоять, настороженно поглядывая то на кошмаров, то на суккубу.

– Кажется, мы договаривались об одном спутнике, – осуждающим голосом произнёс посланник гильдии.

– Прикажете князю пешком ходить? – насмешливо фыркнул я, усаживаясь напротив.

Искра, поймав мой взгляд, протянула гостю флягу с вином и приняла донельзя соблазнительную позу. А я, воспользовавшись моментом, распахнул интерфейс, командуя сближение бойцам и указывая цели. Приказ: по возможности брать живыми.

– Ну и что вы хотели от нас?

Я невольно усмехнулся, обнажая клыки, а голос вновь превратился в змеиное шипение.

– Я? Х-х-хотел? Боюсь, вы ш-ш-што-то путаете. Это вы х-х-х-хотели мне ш-ш-што-то предлож-ш-ш-шить, чтобы я з-з-забыл об инциденте и наруш-ш-ш-шении законов гильдии.

– Чёрный, прирезать его вместе с крылатой – и дело с концом, – прошелестела из-за спины посланца фигура, затянутая в кожу, с полумаской на лице.

А в моей голове возникли образы арбалетов, направленных на меня, демоницу и обоих кошмаров.

– Успеется, – нагло усмехнулся сидящий. – Уж больно смешные предъявы нам кидают. Хочу послушать, что ещё скажет.

– Закон невмешательства.

– Так за всё отвечает заказчик. Я-то тут при чём, – демонстративно развёл руками посланец.

– Ой ли? И с каких пор гильдия берёт заказы на своих, да ещё и от посторонних? Давно ли можно прикрываться заказом за убийство или покушением на убийство своего? – вернул я наглую усмешку.

– Умный… думаешь, да? Бессмертный… думаешь, да? Законы знаешь? – Голос противника стал опасно тих. – И что ж ты хочешь?

– Виру. Большую виру: деньгами, ресурсами, товарами, артефактами. Чтобы всё забыть.

– А иначе?

– Иначе в любой области, куда приду, первым делом уничтожу воровскую гильдию, забрав души. Пощажу лишь мастеров и сообщу, почему я так поступил и кто в этом виноват. А вас даже пальцем не трону.

– Зря ты так, мог бы и свободным остаться, – скривился посланец. – Взять!

На «Массовый ужас» маны хватило. Секундная заминка противника на сопротивление заклятию, удар копыт кошмаров в землю, и новые волны ужаса накрывают поляну. Падая спиной с бревна, вскидываю руки, с которых слетают рыбки метательных кинжалов, впиваясь в противника. По доспеху чиркнул одинокий болт, не причинив вреда. Жуаньбянь Искры оплетает шею посланника, дёргая его на себя, и демоница впивается поцелуем в разбойника.

Две чёрные призрачные тени ударяют в арбалетчиков, болты с визгом уходят куда-то в сторону, а оба разбойника вылетают на поляну, и тут же оказываются сбитыми на землю могучими жеребцами. Шестеро суккуб, появившихся словно из ниоткуда, атакуют остальную засаду разбойников, и лишь двоим удаётся уйти, но через секунду попадают под ножи тройки Веллы…

Демоницы споро распинают на земле одного из разбойников, а я смотрю на посланника. Его глаза не отрываются от кончика кинжала, который кровавыми полосами чертит на обнажённой груди человека фигуру. Короткий удар – и манобар пополняется на треть.

– Знаешь, я очень не люблю, когда меня убивают. Ещё больше не люблю тех, кто пытается взять меня в плен. Шансы выкупиться у тебя остались, но вира возросла. Сам виноват, – медленно цежу я слова, глядя посланцу в глаза. – Давайте следующего.

Пленник некоторое время бьётся на земле. Но суккубы чёткими движениями фиксируют его так, что вытянувшееся тело не способно сопротивляться.

– Давно хотел попробовать один ритуал, «Пленение души» называется. Правда, не уверен в точности его выполнения. На схеме некоторые элементы отсутствовали. Но материал для экспериментов у меня теперь есть.

И вновь глаза посланца неотрывно следят, как чёрное волнистое лезвие заставляет кричать бьющееся на земле тело. А затем удар в сердце обрывает человеческую жизнь.

– Не получилось, – констатирую очевидный факт. – Следующий.

– Хорошо, вира, только отпустите всех. – Голос посланца тих и зол.

«Выполнено скрытое задание: „Тайны и заговоры 2/4”. Награда 120 000 очков опыта».

– Ты меня за дурака держиш-шь? – шиплю ему в лицо. – Пойдёт твой телохранитель. Когда прибудет вира, тогда отпущу и тебя, и твоих прихвостней. И смотри, я должен быть доволен. Иначе… мясо для экспериментов мне ещё нужно… Развяжите вон того, – киваю на одну из фигур.

А меня медленно отпускает, из-под горла уходит желчный ком – как же я не люблю эту сторону игры! Но расслабляться рано, пока ещё рано.

– Жёстко вы, – улыбается вышедшая на поляну мастер обмана.

Её люди забирают связанных разбойников, чтобы доставить в замок, попутно раздавая тычки и зуботычины – никому не нравится, когда в их монастыре чужаки пытаются наводить свои порядки. За этих я могу быть спокоен.

Появившийся Лукан протягивает письмо от мастера Руырка. Вчитываюсь в строчки, а перед глазами очередная надпись: «Получено задание „Тайны и заговоры 3/4. Встретиться с представителями торговой гильдии”. Награда 180 000 очков опыта».

– По коням! – звучит короткая команда.

И мой отряд выдвигается к новой точке на карте, обозначенной как место встречи с представителями торговой гильдии.

* * *

– И как это понимать? – От удивления я произнёс вопрос вслух.

Карта привела меня к берегу озера и настойчиво показывала на выброшенный на берег галеон как на конечную точку маршрута. И что-то мне подсказывало, что галеон обитаем и его нынешним хозяевам мой визит не понравится. Вот и багамут его знает, то ли глюк системы, то ли какая-то проверка от гильдии торговцев: справится – значит, будем говорить, а не справится – и общаться не стоит. А я, как назло, с минимальным войском и ожидать помощи времени нет.

– Велла, аккуратно проверьте, кто там засел, на сам галеон не лезть, – скомандовал я разбойнице, а остальным отдал приказ отдыхать.

Лезть с бухты-барахты к непонятному противнику дураков не было.

Разведка ничего не принесла: палуба оставалась пустой, пушечные порты задраены, лишь ветер колышет обрывки оснастки и порванные паруса, да поскрипывают доски сходней.

Поставив точку привязки в сторонке от чужих глаз, я вынул из подсумка зелье регенерации маны, снял оба метательных и егерский нож и передал всё это одной из суккуб. Оставил только рыцарский клинок. Дракончика посадил на кошмара и приказал за мной не соваться. «Ну вот почему всё всегда приходится делать самому?» – задал себе вопрос и, так и не найдя на него ответа, отправился к кораблю.

Галеон, словно памятник прежних эпох, высился над жёлтым песком пляжа, отбрасывая чёрную тень, а остатки парусов и такелажа создавали мрачную картину тяжелораненого бойца, раненого, но ещё живого. Щёлкнуло захлопывающееся забрало. Я не спеша поднялся на палубу. Тихо поскрипывали под ногами растрескавшиеся доски, мачты, словно вековые сосны, взлетали в небо, раскинув руки рей. И пустота. Шаг, ещё шаг, замереть, вслушиваясь в тишину. Повернулся вокруг своей оси, осматривая палубу, и направился к корме.

Удар в спину бросил на мачту, развернувшись, прыгнул в сторону, полоснув мечом воздух, там, где секунду назад стояла переливающаяся на солнце фигура. Гибкая водяная плеть сдавила шею, перекрывая кислород. Пата, сияя ослепительно-белым светом, перерубила гибкий хлыст. Разворот к новому противнику, и в грудь ударил «Водяной кулак», отбрасывая назад. А затем на меня обрушился десяток гибких хлыстов, разбрызгивая вокруг радужно бликующую водяную взвесь. И свет погас.

– Сколько? – глубоко вздохнув, с трудом выдавил я из себя, всё ещё отходя от короткой схватки.

– Пятнадцать, больше мы не видели.

Я задумчиво посмотрел на галеон. Против созданий из воды шансы у меня были. Огненная магия суккуб должна быть особо эффективна, главное, не спалить судно и самим не подставиться. Кошмарам и призракам придётся побыть танками, перекрывая сходни и не давая противнику добраться до демониц. Жаль, неугасимый огонь работать не будет, вода, к сожалению, не горит. Глотнул горчащее зелье регенерации маны, оглядел своё маленькое войско и скомандовал атаку.

В этот раз стихиали появились, стоило только кошмарам ступить на доски сходней. Текучее движение, словно ручей, устремляющийся по новому руслу, и стихиали рванули вниз по сходням. Слаженный удар суккуб заставил отхлынуть их назад, образуя полукольцо в недосягаемости атак моих магов. Лезть под совместный удар противника не хотелось. Бросил на виднеющиеся фигуры весь десяток меток «Адского жнеца» – вдруг прокатит и смогу восстановить ману? Скастовал призыв огненного элементаля и шагнул вперёд, обнажая широкий егерский нож и прикрывая суккуб от возможной атаки.

Огненный вихрь, вспыхнувший на палубе и обратившийся человекоподобной фигурой, в нерешительности замер и в следующую секунду был атакован стихией-антиподом. Элементали дружно рванули вперёд, буквально затапливая негаданного врага, и тут же зашипели от очередного слаженного удара семёрки суккуб, в том числе и в огненных ловушках, брошенных Искрой.

И всё же пятеро прорвались, ударив в кошмаров с призраками. Горячая вода разбилась о доспех, а мои демонические когти вспороли бурлящий кипятком поток. Откат, метки не сработали, а вот регенерация восстановила три единицы маны. Каст – и нож окутывает пламя, в следующую секунду вонзающийся в противника. Из-за спины ударяет поток огня, и элементаль сменяется собратом. Фигура Табора сталкивается со стремительно атакующим стихиалем, притормаживая его, а мой клинок вновь полосует водяную плоть, окутывая нас клубами пара. А на других сходнях слаженный удар сбрасывает кошмара с досок на песок пляжа, и тут же элементаль заходится в пронзительном крике, словно перегретый чайник со свистком.

Вновь врываюсь на доски палубы, ступаю по пузырящимся горячим лужам, держа рукоятку ножа – клинок расплавился в окутывавшем его пламени. Зло озираюсь в поисках противника и не нахожу. А система спешит известить об окончании боя, очередном, 33-м уровне и единице к ментальной выносливости. Не задумываясь выбираю из предложенного «Дух саламандры»: расовый навык уменьшает время отката между активированными подряд огненными заклинаниями (не работает на иных заклинаниях, обнуляется при применении после огненного заклинания заклятия, не относящегося к стихии огня).

Устало сажусь, облокачиваясь спиной о мачту, а по сходням поднимается моё маленькое, но победоносное войско, возглавляемое горделивой фигурой кошмара, а позади всех ковыляет, прихрамывая, его собрат…

Полумрак каюты разгонялся парой светильников. Я вертел на пальце найденное на корабле кольцо стремительности, увеличивающее скорость всех моих воинов на 10 %, и то и дело поглядывал на дверь. Разведка донесла, что к кораблю приближается небольшой караван.

Дверь приоткрылась, в неё, рисуясь, зашла Искра.

– Мессир, к вам посетители. – На мой кивок распахнула дверь: – Прошу.

Посторонившись, пропустила четвёрку торговцев: плотного кочевника в полосатом халате и тюбетейке, с пальцами, унизанными кольцами; тифлинга с синеватым оттенком кожи и маленькими рожками, гнома с окладистой седой бородой, разделенной золотыми кольцами на три косички, и, что меня удивило больше всего, шестирукую нагу.

– Вы просили о встрече. Имеете к нам какие-то вопросы? – с усмешкой обратился ко мне гном, устроившись на одном из стульев.

– Да какие могут быть вопросы к представителям самой могущественной организации срединного мира? Хотел только униженно просить…

По мере моей речи в глазах гильдейцев проявлялось удивление, а рты расползались в довольных улыбках, и только тифлинг кривил лицо, всё больше и больше хмурясь.

– Мессир, – вновь открылась дверь, впуская Искру, – ваш приказ выполнен.

– Так, что ли, вы хотели, чтобы я говорил? – обвожу взглядом гильдейцев.

Нага вдруг зашипела рассерженной кошкой или гадюкой, и руки её потянулись к клинкам, закреплённым в золотой чеканной перевязи, охватывающей изящное змеиное тело.

– Не стоит, – растянул я рот в довольной усмешке, а чешуя доспеха охватила тело, оставляя открытым лишь лицо, и чёрные когти угрожающе легли на стол.

– Вы ответите за это, вы не смеете! – заполнил каюту негодующий голос кочевника.

– Вы ответите перед гильдией! – веско припечатал гном. Я лишь весело расхохотался на это, скаля клыки.

– Глупо угрожать демону гильдией, – вдруг произнёс тифлинг, внимательно рассматривая меня. – Что с нашими людьми?

– Убивать приказа не было, но если кто попытался оказать активное сопротивление… – развёл я руками.

– Вы понимаетьсссе, что вам это не ссссойдёт сссс рук? – раздалось тихое шипение наги.

– Я понимаю, ш-ш-што у вас-с-с и так был какой-то план на меня, инащ-щ-ще не ссстоило и затеватьссся ссс воровссской гильдией, – прошипел я в ответ.

– А при чём здесь гильдия? – вперил в меня взор тифлинг.

– Искра, разговор с господами закончен, отправляйте их к мастеру Фиан.

– Не будем горячиться: если вы имеете претензии к гильдии, хотелось бы их услышать. – Пальцы, унизанные кольцами, стучали по столу в такт словам.

Коротким жестом остановив повелительницу боли, я ещё раз окинул взглядом компанию купцов.

– Я не собираюсь с вами играть в словесные игры. Я знаю, о чём говорю, вы это тоже прекрасно понимаете. Не будете говорить вы, скажут ваши последователи.

– Гильдия не разговаривает с убийцами своих людей, – тяжело бухнул гном.

– Гильдия и так со мной не разговаривает, гильдия сместила своего представителя, с которым я нашёл общий язык. Гильдия оплатила убийство моих людей. – Медленно роняя фразы, я поднялся из-за стола и навис над сидящими. – Может, мне проще на всех территориях, которые были и ещё будут под моим контролем, просто уничтожать всех представителей торговой, а заодно и воровской гильдии? Объявить охоту за вашими караванами во избежание, так сказать, дальнейших проблем и покушений?

Торговцы молча переглянулись.

– Может, не стоит принимать скоропалительных решений, – осуждающе произнёс тифлинг.

– Это вам стоит передать тем, кто принимал скоропалительные решения об оплате услуг воровской гильдии на атаку на моих людей, – вернул я ему аргумент.

– Ну и что же вы хотите? – вновь зазвучал тихий голос наги.

– Я хочу возмещения морального ущерба, причём предпочитаю получить его картами соседних территорий, магическими книгами для моих суккуб, томами знаний и лишь в последнюю очередь деньгами. Я хочу создать Торговый дом на моей территории под началом мастера Руырка.

– Это несерьёзно. К тому же мы всё равно не обладаем полномочиями для принятия таких решений.

– Тогда прошу прощения, можете возвращаться в свои Дома. И передайте хозяевам, что мне неинтересно общаться с теми, кто меня настолько не уважает, что присылает людей, не способных принимать решения.

– Но постойте, – вновь сверкнули золотые перстни, отбивая дробь по столу, – мы могли бы обсудить другие вопросы.

Меня не интересуют другие вопросы. Ответа от тех, кто уполномочен принимать такие решения, жду до понедельника. Последствия отказа я озвучил. Искра, пусть охрана сопроводит господ торговцев домой.

Когда за торговцами закрылась дверь, а их сапоги застучали по сходням, я устало откинулся на спинку кресла и растёр лицо ладонями. С элементалями воевать было проще, ни к чему не приведшие переговоры вымотали так, что хотелось лечь в кровать и часов восемнадцать не вставать, но до замка ещё несколько часов скачки.

Глава 50

Битвы и размышления

«Утро начинается, начинается, скачка продолжается, продолжается», – ещё секунду назад пели копыта адских жеребцов. Искра и Ал с четвёркой кошмаров, парой суккуб и гончих были отправлены пройтись по всем объектам на карте, повышая свои характеристики. Алтраме для верности было вручено кольцо стремительности, а в спины отрядам я скастовал по «Массовому попутному ветру». Я стою, разглядывая найденную Алом сокровищницу. Хранилище горгулий он зачистил вчера сам, а вот с магами предстояло разбираться мне.

Невысокое строение с несколькими маленькими башнями, увенчанными потрескивающими снежно-искристыми молниями, занимало единственный холм в округе. К изящным резным медным воротам вела неширокая каменная лестница. На попытку приблизиться шары выстрелили молниями, а громыхающе-металлический голос произнёс: «Прочь, недостойный!»

После этой фразы стало скучно. У того, кто прописывал мою локацию, явно не хватало фантазии, здесь каждый второй пытается намекнуть, что я недостоин, слаб и т. д. и т. п. Надоели.

Пара коротких команд – и моё войско перестроилось. Четверо гвардейцев, прикрывшись щитами, начали подъём по лестнице, за ними грациозно вышагивали суккубы с разгорающимися в руках стрелами огня и хаоса. Ифриты медленно плыли по склонам холма, остальное войско осталось внизу, готовое атаковать или отступить и перегруппироваться.

Хлопок распахиваемых створок – и три мощные фигуры под треск бьющих молний в несколько прыжков преодолевают пустое пространство и, врезавшись в гвардейцев, покатились вместе с ними вниз по склону. Ещё пара ударила в ифритов и, зашипев рассерженными котами, отлетела назад. Сверкнули обнажённые клинки – ракшасы бросились в новую атаку.

Клубок тел у подножия холма рассыпался: гвардейцы взлетели и рухнули на землю, а жёлтые полосатые кошаки гигантским прыжком взмыли в воздух. Один, приземлившись, вскинул мечи, обрушивая их на одного из церберов, а в следующую секунду за ним мигнула вспышка телепорта, и двуручный фламберг[35] обрушился на загривок. Куда приземлился ещё один четырёхрукий, рассмотреть я не успел, в меня влетело массивное тело, и мы покатились по траве. Очередной рыцарский клинок улетел куда-то в траву, а я вонзил в бок противнику демонические когти. Щелчок паты пропал втуне: одна из рук твари перехватила мою, и лезвие пронзило воздух, вместо того чтобы войти под горло.

Картинка крутанулась от очередного переворота, я только и успел, что поджать ноги, упёршись стопами в живот кошака. Удар спиной о землю, резко распрямить ноги, практически идеальный бросок через спину. Прыжком поднимаюсь (гимнасты это называют подъём разгибом). Глаза выхватывают отдельные картинки: парящее кровью растерзанное тело гвардейца, суккубы, огнём поливающие кого-то на холме, церберы, вцепившиеся и рвущие ракшасов. Разворот к противнику. Миниатюрная серая тень бросается на скалящего клыки кошака, но не успевает… Две серые молнии повисают у того на загривке. А в следующую секунду очередное мигание телепорта, и чёрный волнистый клинок выныривает из груди четырёхрукой твари.

Но бой ещё не окончен. Какая-то гончая медленно поднимается в веере радужных брызг, стряхивая остатки ударившего в неё «Водяного кулака», а я уже бегу по холму туда, где перед хранилищем выстроилось несколько десятков магов. Рядом появляется чуть поблёкшая фигура одного из ифритов, а суккубы, перемещаясь, продолжают поливать противника огнём. Вверх ударяет волна ужаса, это всё, чем могут помочь кошмары, завязшие в болоте. «Стрела хаоса» взрывается, раскидывая нескольких магов. Мигание телепорта, голова в чалме покатилась по склону, а дьявола сковали каменные цепи. Вскидываю руки, один из магов замер, прикрывшись щитом, второй падает на колени, зажимая рану в пробитой ноге. Прыжок, и воздух загустевает патокой. Ифрит врезается в противника, неожиданно ему на помощь приходит несколько гончих. Вижу, как маг кастует призыв элементаля. Метательные ножи не успели вернуться, манобар пуст. Чёрный размытый полукруг пущенного в полёт криса, и система верещит о захвате души. И в ту же секунду поток заклятий противника начинает истощаться. Размётанные ураганом в начале боя импы пришли в себя, начав откачивать ману. Ещё минута – и моё войско может праздновать победу, а я 220 000 очков опыта.

Отправив в ножны крис и приняв от одного из гвардейцев трофейный клинок ракшаса, что-то вроде непальской коры[36], шагнул к воротам. Створки заперты и отказываются открываться.

– Обыскать!

И уже через пять минут у меня в руках ключ, найденный на теле одного из магов. Двери с лёгким скрипом отворились, открывая две лестницы – одна ведёт вверх, другая вниз.

– Что-нибудь чуешь, Аш? – наклонился я к щенку гончей.

Дымчато-серая шёрстка (за которую щенок и получил своё имя: Ash – пепел) вздыбилась на загривке, обнажая чёрный шипастый ошейник, наследие гончей Тур-зала (+ 5 % ко всем основным характеристикам, 50-процентная защита от магии разума). Нос смешно сморщился, втягивая воздух, и щенок отрицательно замотал головой.

(Я всё-таки выяснил у Алтрамы, что значили его слова о приручении. Существовал довольно нестандартный способ обзавестись питомцем, для которого необходимо сложение ряда факторов, среди которых: питомец должен быть детёнышем, вкусить крови будущего хозяина, при этом не испытывая к нему агрессии. И как закрепление всего процесса, получить от будущего хозяина кличку и ошейник, который и становился «лампой джинна» (объектом, через который производится призыв питомца после смерти). Правда, в моём случае ошейник был скорее формальностью, призывался питомец через врата ада за душу.)

Кивок, и дьявол медленно поднимается вверх по лестнице до первого пролёта, откуда приходит сигнал: «Всё чисто». Приказав армии охранять проход, я поднимаюсь вслед за ним в сопровождении ифритов и двух суккуб. Ещё три лестничных пролёта – и мы в небольшой комнатке на самом верху. На полу тело очередного мага, разрубленное фламбергом, и ухмыляющийся дьявол. Посреди пустого зала небольшой белый кристалл управления и четыре синих накопителя маны, связанные друг с другом золотистой сетью. В настоящий момент накопители пусты, но только я прикоснулся к центральному кристаллу, как в центре него появляется изображение окрестностей и четыре точки со знаком молнии. Видимо, это система управления шарами, метавшими электрические разряды. Надо будет прислать сюда специалистов для демонтажа оборудования, такая система в замке пригодится.

Я направился вниз. Впереди всё так же дьявол, если что, он всегда мог телепортироваться. Вернувшись к входу, начали спуск в подвал. Пролёт, ещё один, и узкая кишка коридора, уходящая куда-то вниз. Щенок у ног фыркает и чихает, в нос лезет едкий алхимический запах, а от основного коридора начинают ветвиться новые, заводящие в тупики, с расположенными в них кельями, в других местах более просторные помещения, наверняка предназначенные для ракшасов. Наконец коридор выводит в пустующую залу. Гулким эхом в огромном помещении раздаются наши шаги, а я, отдав приказ обыскать его, как заворожённый направляюсь к центральному постаменту, на котором лежит гигантская книга.

Медленно и осторожно открываю старинный фолиант, и в меня впиваются синие потоки энергии, охватывая тело, пробегают ласковыми пальцами по доспеху, касаются книги магии и впитываются в неё, а старый фолиант рассыпается трухой. Удивлённо раскрываю свою книгу магии и обнаруживаю в ней два новых заклятия: «Огненное начало» и «Облако хаоса».

«Ну вот и обзавёлся лечилкой, – была первая мысль. – Кажется, я знаю, как буду выигрывать битву магов на арене», – пришла вторая.

Заклятия были весьма неплохие: первое позволяло, посвятив юнита школе огня, лечить его огненными заклятиями, правда, выходило весьма дорого; второе накрывало область магией хаоса, в результате все заклятия производили случайный эффект, отличный от того, на который рассчитывал маг.

– Мессир, – обратилась одна из суккуб, отвлекая от размышлений.

На пол передо мной легли два ларца древних тайн, несколько слитков золота на общую сумму 5000 золотых, 5 кристаллов и лорнет. Повертев в руках занятную штуковину, положил её на место. Я всё больше и больше «люблю» эту игру. Всё, что система соизволила сообщить об этом оригинальном артефакте, – определитель магических артефактов. И вот как хочешь, так и понимай.

Тихий шелест и поскрипывание чешуек известили меня о появлении хозяйки хижины пророка. Зелёное платье второй чешуёй обтягивало стройное женское тело, шлейф ниспадал на землю, частично скрывая кольца змеиного хвоста. Из-за плеча выглядывали крутые рога лука и оперение стрел. Дракончик на плече возбуждённо зашипел, раскрыв крылья. Тугие чёрные дреды на голове медузы изогнулись и метнулись в мою сторону, оскалив пасти. Женщина ласково провела по змеиным головкам, и они вновь улеглись сложной причёской. Алые губы раскрылись, обнажая клыки, и воздух наполнился вибрирующим шипением, медленно превращающимся в стихотворную речь.

Найди старинный град,

В нём скрытые пути.

Там, где был срублен сад,

Разрушены дворцы.

Там стража ждёт,

Вода бежит.

Там тот пройдёт,

Кто ключ хранит.

– Ключ? – Кажется, вопрос возник в воздухе сам собой.

Где храм руды, где шёлк и сеть,

Свистит во мраке жрицы плеть.

Там око-ключ, паучий глаз.

Найди его, вот мой наказ.

Новое четверостишие было мне ответом, и шипение стихло. На миг воцарилась тишина.

– Принеси то, что прячет разрушенный град, и получишь награду. – И горгона, развернувшись, исчезла в хижине.

Проводив её взглядом, я вскочил в седло кошмара. Получается, для того, чтобы сложился пазл, нужна была такая подсказка.

Над замком плыли чистые печальные звуки рока. Оказывается, если покопаться в платных услугах, можно найти много чего интересного. Например, приобрести обстановку для комнаты практически в любом известном стиле или музыкальный плеер, транслирующий музыку на территорию замка, а к нему мелодии по 10 золотых за трек. Не так уж и дорого, если подумать.

Аккорды рвали воздух, и демоны, оставив свои дела, вслушивались в голос, который пел:

Мы не ангелы, парень. Нет, мы не ангелы.

Там, на пожаре, утратили ранги мы.

Нету к таким ни любви, ни доверия,

Люди глядят на наличие перьев. Мы не ангелы, парень!..[37]

Люди в Баэльбэге поднимали голову, вникая в слова и пытаясь понять, чем это может грозить лично им. Замерла, привстав в стременах, Искра, вслушиваясь в странную чарующую мелодию…

А я полулежал на широком ложе, опершись спиной о стену, отделённый от пропасти над рекой вместо четвёртой стены лишь небольшим ажурным бортиком, и, грея в руках бокал с коньяком, смотрел на медленно бегущие волны, вспыхивающие белыми бурунами у подножия скал. Глоток – и янтарная жидкость полилась огнём по пищеводу. Напряжение прошедших недель медленно отступало. На сегодня всё: устал, ничего не хочу. На меня наваливалась какая-то потусторонняя тяжесть, словно лавина, сознание погребала чреда воспоминаний из прошлой жизни.

Мелодия сменилась, и снизу раздался радостный вопль импов. Я лишь усмехнулся, вновь пригубив из бокала. Над чёрной глыбой замка зазвучали «Бесы» группы «Ария».

Щелчок пальцами – и огненная стрела рыжим метеором ударила в зев камина, затрещавший жарким пламенем, бросающим блики на резные деревянные панели и каменную кладку моей новой комнаты в одной из угловых башен, нависающих над пропастью.

Багровый шар солнца медленно скатывался по небосклону всё ниже и ниже, и река уже окрасилась пожаром бликов, и тьма медленно сгущалась за окном. Я встал с ложа, чтобы достать из бара новую бутылку. Проходя мимо асимметричных книжных полок, плод больной фантазии какого-то дизайнера, между тем отлично вписавшихся в интерьер, ласково погладил корешки книг. Всегда любил читать. Оказывается, мир «Лендлорды», несмотря на всю его сырость и забагованность, во многих вопросах продуман гораздо лучше популярных игр. Здесь, например, было множество книг, написанных специально для этого мира, как профессиональными писателями, так и игроками уже в самих «Лендлордах».

Поставил на столик новую бутылку и поднос с закуской. Рука, покрывшись чешуёй доспеха, выхватила из камина раскалённые угольки и уложила их над чашей кальяна. Опустившись на мягкие подушки, я взял мундштук и затянулся ароматным табаком, выдыхая дым, поплывший по комнате. А непрошеные мысли продолжали лезть в голову.

Может, всё это просто попытка спрятаться. Не получилось скрыться среди приключений, битв и магии, так укроюсь за комфортом и привычными способами расслабиться?

А над замком плыла очередная мелодия, и голос Кипелова пел:

Я – свободен, словно птица в небесах.

Я – свободен! Я забыл, что значит страх.

Я – свободен, с диким ветром – наравне.

Я – свободен, наяву, а не во сне.

Надо мною тишина, небо, полное огня,

Свет проходит сквозь меня, и я – свободен вновь!

Тяжёлый дым наполнял комнату. Солнце коснулось горизонта и зажгло мир кровавым пламенем. Янтарная жидкость вновь наполнила бокал, а мягкий стук в дверь оторвал от тяжёлых мыслей.

– Мессир, разрешите? – заглянула в комнату Иала.

– Проходи. – Я протянул ей бокал, а сам приложился к бутылке.

Словно решаясь, девушка залпом опрокинула обжигающую жидкость и выдохнула:

– Я ухожу.

– Уходи.

Я вновь затянулся и отвернулся, глядя на скалы, алую гладь реки и подёрнувшийся дымкой город.

Инквизитор опустилась в одно из кресел, облокотилась на руки и, пытаясь поймать мой взгляд, спросила:

– Что, даже не будешь пытаться запугать, убедить, обмануть, заставить, искусить?

В комнате повисла тишина. Выдохнув ароматный дым, я посмотрел на неё, отложил мундштук и усмехнулся:

– Знаешь, какое самое большое искушение?

Иала откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди.

– Какое?

– Искушение свободой выбора.

Я отсалютовал ей бокалом и вновь отвернулся. Хлопнула закрываемая дверь, оставляя меня в одиночестве.

Я закрыл глаза, вызывая интерфейс и находя кнопку «Выход», и прошептал прочитанную когда-то давно фразу: «Глубина, глубина, я не твой… Отпусти меня, глубина…»[38]

Приложения

Приложение 1

Характеристики героя

Получение 34-го уровня в книге не было озвучено, между тем герой его получил, за счёт ларцов древних тайн и опыта от пыток пленников. С ним было получено + 1 к ловкости. Из навыков выбрана «Сила узора рунической магии».

Умения, навыки: Расовая нетерпимость. Магия материи (мастер огня, мастер воздуха). Магия разума (мастер иллюзий, мастер управления, мастер ментального воздействия). Рунная магия (мастер рунной магии, мастерство рун, сила рун). Рунный мастер (мастерство начертания II, сила узора, знающий руны). Магия хаоса (мастер разрушения разума, мастер разрушения магии). Архимаг (покровитель магов II, мастер древних тайн). Военачальник (лидерство II, атака, защита, уклонение II, стойкость). Адские врата. Удача. Логистика II. Защита. Атака. Метка еретика. Лидерство II. Дьявольский удар. Пожиратель душ III. Дипломатия. Адский жнец II. Инфернальное искупление. Адский огонь. Магическое сопротивление. Пламя Инферно. Неугасимый огонь. Дух саламандры.

Достижения: Невольный создатель II, Ритуалист II, Победитель гигантов, Выстоявший, Неправильный демон, Палач, Ярость лорда, Поглотитель, Бог торговли, Метка Трикстера.

Приложение 2

Герои и войска

Искра (класс: заклинатель ада, раса: повелительница боли). Алтрама (класс: псарь пустошей, раса: еретик). Тиоманай (класс: лесной погонщик, раса: гворн). Жанна де Бельвиль (класс: корсар, раса: полурослик).

Импы – 33, гвардейцы Инферно – 21, адские гончие – 7, церберы – 7, кошмары – 8, суккубы – 6, ифриты – 2, дьявол – 1, демонологи – 5.

Наёмный отряд дроу – 3 жрицы, 2 мага, 15 воинов.

Разбойники – 3.

Шпионы (строение Очи властелина) – 2.

Именные юниты: минотавр Крит, шаман Табор, мастер разбоя Лукан, егерь Дакон, проклятый егерь Арнис.

Мастера: мастер-артефактор Брокк (тифлинг); мастер брони, мастер оружия, мастер-портной, подмастерье кузнеца (гномы).

Питомцы: псевдодракон Сард, щенок адской гончей Аш.

Приложение 3

Замок и прилегающие строения

Замок: Сердце замка, заклинательный покой, склад, котлы бесов, казармы разорения (+ портал разорителей), пыточные камеры, псарни преисподни (+ портал гончих), Адские конюшни, Алтарь возвышения, бордель, таверна, залы заклинателей II, Дворец пороков, цитадель (стены II уровень), Очи властелина, Огненное озеро, Врата Инферно, Дворец боли.

Сопутствующие здания: пристань, железный рудник, каменная шахта, лесопилка, лаборатория алхимика, серная шахта, кристаллическая шахта, шахта драгоценных камней, золотая шахта, водяная мельница, воровская гильдия.

Населённые пункты: город Баэльбэг, деревня Яска, деревня Крик, деревня гоблинов, поселение за рекой (городок напротив Баэльбэга).

Приложение 4

Деньги и ресурсы

Золото: 22 200. Руда: 9. Камень: 9. Дерево: 7. Ртуть: 6. Сера: 2. Кристаллы: 8. Драгоценные камни: 10.

Примечания

1

Гайд (guide, англ.) – инструкция, руководство.

2

Пироп (от др. – греч. жирсолос; – подобный огню) – разновидность граната.

3

Лабрис – древнегреческий двусторонний боевой или церемониальный топор.

4

Джерид – метательный дротик, короткое копьё.

5

Пассатосотто – приём в фехтовании, низкий выпад под укол противника со встречной атакой.

6

Повелителя боли.

7

Муспельхейм Сурт – предводитель огненных великанов в скандинавской мифологии.

8

Каролинг – тип меча, характерный для викингов.

9

Квилон – тип средневекового европейского кинжала, появившийся в XIII в. Сравнительно узкий симметричный обоюдоострый клинок, развитая крестовина гарды, обычно цилиндрическая рукоять.

10

– Изя, куда все бегут? Шо там дают?

– По морде!

– По целой?

11

Франциска – метательный топорик франков.

12

Манор – феодальное поместье в средневековых Англии и Шотландии.

13

Юшман – кольчато-пластинчатый доспех, кольчуга, усиленная стальными пластинами.

14

Гизарма – вид алебарды с длинным узким, слегка изогнутым наконечником, имеющим прямое, заострённое на конце ответвление.

15

Павеза – тип щита, широко применявшийся пехотой в XIV–XVI вв. Ширина павезы составляла от 40 до 70 см, высота – 1–1,5 м.

16

Эрзац – фальшион – европейское клинковое оружие с расширяющимся к концу клинком с односторонней заточкой, без яблока и отдельной гарды.

17

Ручник – кузнечный молоток.

18

Нагината – японское холодное оружие с длинной рукоятью овального сечения (именно рукоятью, а не древком, как может показаться на первый взгляд) и изогнутым односторонним клинком. Длина рукояти – ок. 2 м, лезвия – ок. 30 см.

19

Аюдхакатти – индийский боевой меч.

20

Дот – сокр. от Damage Over Time, урон с течением времени.

21

Скутум – ростовой щит с центральной ручкой и умбоном (металлическая бляха-накладка полусферической или конической формы, размещённая посередине щита, защищающая кисть руки воина от пробивающих щит ударов. Под умбоном часто находится ручка, за которую воин держит щит), применялись в римских легионах.

22

Знать своё дело туго – идиоматическое выражение, означающее «знать своё дело хорошо».

23

Дестрие – порода рыцарских коней.

24

Лэнс, в некоторой транскрипции ланс – рыцарское длинное копьё.

25

Горже – латный или кольчужный воротник, закрывающий шею средневекового воина.

26

Пикинёрская баталия – боевое построение XIII–XV вв. из пикинёров и алебардщиков в форме каре, в среднем имеющее около 6 шеренг.

27

Кираса – воинские доспехи для защиты туловища воина, состоящие из двух пластин, выгнутых по форме спины и груди и соединённых пряжками на плечах и боках.

28

Поэма «Ледовое побоище».

29

Ветапунга, «божество уродцев» с маори, она же гигантская вета – самое тяжёлое насекомое в мире.

30

Краникен – арбалет с немецким воротом для натяжения тетивы, один из самых мощных ручных арбалетов.

31

Сабатоны, или соллереты, – латные ботинки.

32

Пата – индийский клинок, представляющий собой прямое лезвие, совмещённое с перчаткой.

33

Айрондо («железная дверь») – защитная позиция в средневековом фехтовании, когда остриё направлено вертикально вниз.

34

Ложное лезвие – лезвие клинка, при вертикальном его положении направленное на того, кто его держит.

35

Фламберг – двуручный, реже одноручный или полуторный, меч с клинком волнистой (пламевидной) формы.

36

Непальская кора – тяжёлый ударный меч из Непала и Северной Индии, используемый как в боевых, так и в ритуальных целях.

37

Алексей Пономарёв.

38

С. Лукьяненко. «Лабиринт отражений».

Content

Владислав Михеев
Неправильный демон

Глава 1 – Идея! Идея! И де я нахожуся?!

Глава 2 Не зовите демонов – придут

Глава 3 Разговоры и куда они ведут

Глава 4 «Нормальные герои всегда идут в обход»

Глава 5 Чем дальше в лес, тем толще партизаны

Глава 6 «Дорогой длинною, погодой лунною»

Глава 7 «Проснись и пой»

Глава 8 «И вечный бой! Покой нам только снится»

Глава 9 «А вдоль дороги мёртвые с косами стоят… И тишина…»

Глава 10 Война войной, а трофеи оставлять не стоит

Глава 11 «Но и утром всё не так, нет того веселья»

Глава 12 «На стенах стояла охрана, на башнях засели стрелки»

Глава 13 «И вновь продолжается бой. И сердцу тревожно в груди…»

Глава 14 «Ещё немного, ещё чуть-чуть, последний бой, он трудный самый»

Глава 15 Серые будни феодала

Глава 16 «Я научился находить себе прекрасных друзей, но не могу найти по силам врага»

Глава 17 «Утро начинается, начинается, солнце поднимается, поднимается»

Глава 18 «И у чёрта, и у бога на одном, видать, счету, ты, болотная дорога, – семь загибов на версту»

Глава 19 «Вершился чёрный ритуал, что в манускриптах описали»

Глава 20 «Опять разрежут воду вёсла ветрам и холоду назло»

Глава 21 Следи за своими мыслями – они становятся словами. Следи за своими словами – они становятся поступками

Глава 22 «Мне снился сон. Я был мечом. Людей судьёй и палачом»

Глава 23 «Работники ножа и топора – романтики с большой дороги»

Глава 24 «Эх, дороги, пыль да туман»

Глава 25 «Давай поговорим о самом важном в тиши ночи или в таверне за столом»

Глава 26 Минуй нас пуще всех печалей и божий гнев, и божия любовь

Глава 27 «Не стоит скорби ни жён, ни друзей жизнь гладиатора – колизей»

Глава 28 «Хлоп! Стоп! Вот тебе в лоб! глядь! Хвать! Как тебя звать? Живут гоблины тут. Эй, смелей, сюда!»

Глава 29 Если неприятность может произойти, она обязательно происходит

Глава 30 Дела казённые, дела торговые

Глава 31 Думы и договоры

Глава 32 Что такое не везёт и как с этим бороться

Глава 33 Битвы и ритуалы

Глава 34 Демоны и демонологи

Глава 35 Суета сует и большие неприятности…

Глава 36 Огнём и мечом

Глава 37 Вечные хлопоты

Глава 38 Явление народу

Глава 39 «И вновь продолжается бой»

Глава 40 Но и ночью «всё не так, всё не так, как надо»

Глава 41 «Мне снился сон, короткий сон, длиною в жизнь…»

Глава 42 Враги предать не могут, предают только друзья

Глава 43 Дела, пойми, дела, дела

Глава 44 Неожиданные приобретения и потери

Глава 45 По другую сторону реки

Глава 46 Лабиринт Трикстера и багровые пустоши

Глава 47 Дела большие и малые

Глава 48 Сражения на земле и под землёй

Глава 49 Воры и торговцы

Глава 50 Битвы и размышления

Приложения

Приложение 1 Характеристики героя

Приложение 2 Герои и войска

Приложение 3 Замок и прилегающие строения

Приложение 4 Деньги и ресурсы

Примечания