Энн Херрис

Непокорная леди

The Rake's Rebellious Lady © Anne Herries 2008

«Непокорная леди» © «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2018

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Глава 1

– Бог мой, Фредди, они поистине великолепны! – воскликнул Джордж Беллингхем, любуясь парой гнедых, которыми в то майское утро в Гайд-парке правил сэр Фредерик Рэтбоун. – Ты определенно знаешь толк в лошадях. В следующий раз, когда решу обновить свою конюшню, непременно обращусь к тебе за советом.

Джордж прогуливался пешком, и сэр Фредерик, восседавший в высоком экипаже, вынужден был склониться к нему.

– Хочешь испытать их? – спросил Фредерик, приглашая приятеля в фаэтон. – Это самые послушные лошади в Лондоне. Они из конюшни Фаррингдона. Он продал мне их после того, как чуть не разорился за карточным столом.

– Я и сам недавно едва не пошел по его стопам, – поморщился Беллингхем. – Что ж, не все же такие счастливчики, как ты! Хотя он в них души не чаял.

– Ну, знаешь, нужда придет… – рассмеялся Фредди, в его глазах блеснула насмешка. Это был чертовски привлекательный мужчина, надменный и своенравный. Не одна мать семейства втайне осыпала его проклятиями, ибо в свои двадцать восемь лет этот завидный холостяк ловко избегал ловушек, расставленных в попытке связать его брачными узами. – Если везет в картах, не повезет в любви, так теперь говорят?

Да, Фаррингдон вынужден был продать своих гнедых лошадей, чтобы расплатиться с огромным карточным долгом, однако Фредди не сказал, что предложил ему за этих лошадей сумму, во много раз превышающую их истинную стоимость.

– Только не в твоем случае! – возразил Беллингхем. – Твоя последняя подруга – настоящая красавица, Фредди. В Лондоне нет ни одного мужчины, который не завидовал бы тебе.

– Должен признаться, это увлечение обходится мне довольно дорого, – мрачно заметил Фредди. Его любовница в самом деле была ослепительно хороша, но питала прискорбное пристрастие к дорогим безделушкам. – Она ненасытна не только в постели. Честно говоря, я устал он нее. Она слишком предсказуема. Пора с ней распрощаться.

– Может быть, тебе больше по вкусу жеманные девицы из высшего общества? Если ты хочешь жениться, обрати внимание на прелестную мисс Эйвондейл.

– Боже упаси! Бесцветная внешность и глупый лепет! Да я умер бы от тоски даже не через несколько дней, через несколько часов! – рассмеялся Фредди. – Нет, я не думаю о женитьбе, Джордж. Хотя должен признаться, иногда мечтаю встретить женщину, с которой мог бы говорить так, как с тобой. Женщину, которая была бы партнером не только в физическом смысле этого слова.

– Если такая женщина существует, она моя! – заявил Беллингхем. – Это должно быть поистине необыкновенное существо. Я бы и сам не прочь жениться на такой.

– Да полно, старина. – Фредди недоверчиво покачал головой. В свои тридцать четыре года его друг был убежденным холостяком. – Нет такой женщины, которая могла бы завладеть твоим сердцем.

Джордж задумчиво кивнул:

– Ты будешь сегодня вечером на балу в клубе «Олмакс»?

– Ни за что! – сказал Фредди, решительно отвергая идею бездарной траты времени. – Если же ты когда-нибудь увидишь меня там, знай – я обнаружил тот образец совершенства, тот редкий бриллиант, о котором мы говорили. – Он рассмеялся. – Впрочем, скорее ад замерзнет.

– Не зарекайся, – пробормотал Джордж, желая поддразнить приятеля. – Между прочим, ты, случайно, не собираешься продавать этих красавцев?

– Нет, но я готов побиться об заклад и поставить их против твоих серых.

– Об заклад? В чем же суть пари? – удивленно спросил Джордж. Его серые были прекрасными лошадьми, но они не шли ни в какое сравнение с гнедыми.

– Спорим, что не родилась еще женщина, способная сподвигнуть меня на брак.

Джордж улыбнулся. Они часто развлекались тем, что заключали пари, обычно речь шла о какой-нибудь безделице, и в трех случаях из четырех Фредди выходил победителем.

– Что ж, охотно поставлю своих серых против твоей пары… Однако нужно установить какой-нибудь срок.

– Рождество, – предложил Фредди, в его глазах искрился смех. Он предложил это пари из чистого озорства, как средство от скуки, которая в последнее время все чаще посещала его.

– Согласен! – воскликнул Джордж. – Но ты должен посещать все балы сезона, пока не перезнакомишься со всеми подающими надежды девицами.

– Что ж, это справедливо, – согласился Фредди. – Итоги предлагаю подвести в «Олмаксе». Если увидишь меня там, будешь знать, что выиграл пари.

– Отлично, – сказал Беллингхем, хорошо знавший своего друга. – Я вряд ли буду бывать там, если только моя сестра не привезет в город свою дочь. В этом случае мне, конечно, придется сопровождать их. Кстати, позволь сразу заверить тебя, что мисс Джулия Фэйрчайлд не та девица, о которой ты мечтаешь. Ей семнадцать, это прелестное, но очень застенчивое дитя. Я хочу сделать для нее все, что в моих силах. Впрочем, у нас впереди целый сезон, Фредди. Кто знает, что может случиться?

– Мама, неужели нам обязательно жить у тети Луизы? – спросила в то утро Каролина Холбрук у матери. Более двух лет прошло с того дня, когда скончался отец Каролины, почтенный мистер Энтони Холбрук, и его безутешная вдова лишь теперь смирилась с этой потерей. – Разве мы не можем сами снять дом на этот сезон?

– Ты ведь понимаешь, что это невозможно, – вздохнула Марианна Холбрук. Это была хрупкая женщина с бледным лицом. Подарив мужу двух сыновей и дочь, она перенесла несколько неудачных беременностей, серьезно подорвавших ее здоровье. – Твой отец умер, оставив после себя большие долги, и твоему брату нелегко управлять поместьем. Я не хочу, да и не вправе требовать у него такую крупную сумму.

– Бедный Том… он вынужден экономить на всем, – печально согласилась Каролина. Она очень любила своего старшего брата и не хотела еще больше усложнять ему жизнь.

Каролина вздохнула. Что ж, похоже, выхода нет. Ее тетя, старшая сестра матери, леди Таунтон, вышла замуж по расчету и, овдовев несколько лет назад, стала обладательницей большого состояния, что позволяло ей жить на широкую ногу. Конечно, тетя проявила доброту, предложив оплатить их расходы, но она была властной, самоуверенной женщиной, и Каролина заранее страшилась того, что ждало ее в доме родственницы.

– Прости меня, мама, – сказала Каролина, упрекая себя за то, что расстроила мать. – Наверное, мы действительно должны принять приглашение тети Луизы. Надеюсь только, что она не будет указывать мне, что делать и, в особенности, за кого выходить замуж.

– Разумеется, моя дорогая, ты сама должна сделать достойный выбор… В том случае, конечно, если тебе сделают предложение.

Марианна Холбрук окинула дочь взглядом, в котором сквозило сомнение. Она была прелестна, но в моде сейчас хрупкие белокурые девицы с изысканными манерами. Каролина же была высокой рыжеволосой красавицей с соблазнительными пухлыми губами и искрящимися зелеными глазами. В ней кипела беспокойная энергия, утомлявшая ее мать. Иногда Марианна спрашивала себя, как ей удалось произвести на свет такое неугомонное существо. Должно быть, дочь пошла в своего деда, старого маркиза. Сейчас он вел жизнь затворника, но прежде слыл повесой и игроком, по общему мнению, репутация его была весьма сомнительной.

– Ты ведь вышла замуж по любви, правда, мама?

– Да, и не раз пожалела об этом, – мрачно ответила Марианна. – Луиза вышла замуж за положение и состояние. А я выбрала младшего сына, у которого было лишь одно крошечное поместье, и вот что из этого вышло… Я не хочу, чтобы ты повторила мою судьбу.

– Бедная мама, – сказала Каролина, – но, когда папа был жив, вы ведь были счастливы?

– Да, возможно, – с губ Марианны сорвался еще один тяжелый вздох, – однако мне невыносимо тяжело видеть сына, изнуренного заботами. А теперь еще и Николас вступил в армию. Я не сплю ночей, думая, что он постоянно подвергает свою жизнь опасности.

– Но война с Бонапартом окончена, мама, он заключен в тюрьму на Эльбе, – улыбнулась Каролина. – Кроме того, Николас все равно не остался бы дома. Ты же знаешь, его с детства влекло к приключениям.

Между Каролиной и Николасом было одиннадцать месяцев разницы. Внешне совершенно не похожие друг на друга – Николас пошел в мать, – брат и сестра были родственными душами. Это Николас научил Каролину лазить по деревьям, плавать в реке, ездить верхом, что доставляло много неприятностей гувернантке.

– Ты всегда поощряла его безумства, – с упреком сказала мать, – но в чем-то ты права. Мать не может вечно держать сына при себе. Однако я считаю своим долгом устроить твою судьбу. У тебя должны быть муж и собственный дом. Следовательно, мы примем приглашение Луизы. Мы поедем на следующей неделе.

Каролина оставила попытки переубедить мать. Миссис Холбрук редко настаивала на своем, но, когда это случалось, спорить с ней было бесполезно.

– Совершенно другое дело, – сказала леди Таунтон, одобрительно глядя на племянницу. – Да, я была права, когда настояла на том, что в твоем наряде, Каролина, должен преобладать белый цвет. То изумрудное платье, что ты выбрала, слишком вызывающе смотрелось бы с твоими рыжими волосами. Жаль, конечно, что ты не похожа на свою мать, но тут уж ничего не поделаешь.

Каролина стиснула зубы и промолчала, оставив свои мысли при себе. Она жила в городе всего три дня, но уже успела в полной мере ощутить на себе властность леди Таунтон. Тетка не терпела возражений, особенно если дело касалось выбора наряда. Здесь последнее слово должно было остаться за ней. Каролине казалось, что белое платье ей совсем не к лицу, но, поскольку большая часть ее нарядов была оплачена тетей, девушка вынуждена была смириться. Миссис Холбрук больше всего страшилась скандалов, и Каролина, постоянно помня об этом, сдерживала себя.

– Что ж, нам пора, Каролина, – заключила леди Таунтон и направилась к ожидавшему их экипажу. Племянница покорно последовала за ней.

Мать выезжала с ними несколько раз – на музыкальный вечер и два скромных обеда, после чего заявила, что все эти визиты утомили ее. Было совершенно очевидно, что задачу поиска супруга для своей дочери она решила переложить на плечи сестры и что сама она предпримет какие-либо действия, только если в этом возникнет необходимость.

По пути в дом леди Мельбурн, принимавшей у себя один из самых престижных балов сезона, Каролина вынуждена была выслушать еще одно поучение от тетки.

– Надеюсь, мне нет нужды напоминать, Каролина, что не следует вести себя слишком вольно, – бубнила Луиза Таунтон. – Я заметила в тебе этот недостаток, когда ты была еще подростком, однако теперь ты, наверное, научилась хорошим манерам.

Каролина ничего не ответила. Она чувствовала, что, если откроет рот, с ее губ сорвется какое-нибудь грубое слово, и сочла за благо промолчать.

Если ей постоянно придется терпеть эти нравоучения, лучше уж уехать домой, смирившись с мыслью, что она никогда не выйдет замуж! В душе у Каролины все кипело от ярости, и, когда ее представили хозяйке дома, она смогла выдавить из себя лишь вежливую улыбку. Однако, пройдя вслед за тетей в гостиную, Каролина повеселела.

Откуда-то издалека, должно быть из бального зала, доносились звуки музыки. В гостиной царило возбуждение, передавшееся и Каролине. Она оглядела комнату, восхищаясь прелестными платьями некоторых дам и их драгоценностями, искрящимися в свете свечей, горящих в массивных подсвечниках.

– Каролина, обрати внимание, – сказала леди Таунтон, прерывая размышления племянницы, – этот джентльмен – сэр Генри Форсайт, он только что пригласил тебя на танец.

– О… благодарю вас, – ответила Каролина, с облегчением отметив, что джентльмен не стар и довольно привлекателен. Она присела в реверансе. – Вы очень любезны.

– Что вы, мисс Холбрук, – молвил сэр Генри с легкой улыбкой, – это вы оказали мне честь, согласившись танцевать со мной.

Каролина подала ему руку, и сэр Генри увлек ее в бальный зал. Стоило ей закружиться в танце, и черная туча, сгущавшаяся над ней, бесследно рассеялась. Каролина вдруг почувствовала себя совершенно счастливой. Ощущение счастья не покинуло ее и после того, как танец закончился, джентльмены буквально осаждали ее, и совсем скоро в бальной книжечке Каролины не осталось ни одного свободного танца. Она улыбалась своим партнерам – большинство из них были молоды, а некоторые еще и красивы.

Незадолго до ужина к Каролине подошел джентльмен, на которого она обратила внимание еще раньше, когда он приглашал ее на танец.

– Джордж Беллингхем, – сказал он, поклонившись. – Вы были так любезны, что согласились подарить мне этот танец.

– Да, я помню, – ответила Каролина, послав ему ослепительную улыбку. – Я ждала вас.

– Неужели? – Беллингхем удивленно приподнял бровь. – Но вы были так заняты, мисс Холбрук, танцевали с этими франтами. Боюсь, я не могу соперничать с Брэкли или Эсбери.

– Позвольте мне с вами не согласиться, – ответила Каролина, позабыв о тетушкиных наставлениях. – Не думаю, что вы должны опасаться их… Ведь все они просто оболтусы, разве не так? О да, они очаровательны, но интересуются только лошадьми и спортом.

– Однако один из этих, как вы изволили выразиться, бездельников унаследует титул графа, а другой – наследник своего дяди, маркиза Нортбрука, – заметил Беллингхем и усмехнулся – Каролина довольно метко охарактеризовала молодых людей.

– Правда? И что же? – Она махнула рукой. – Мне нет до этого дела. Я думаю, что такой джентльмен, как вы, должен интересоваться не только спортом, но также литературой и поэзией. Однако я не против всех этих мужских занятий, мой брат Николас был настоящим сорванцом, мне очень нравилось ловить с ним рыбу.

– Да что вы говорите? – Джордж был заинтригован, эта девушка была совсем не похожа на остальных. Он вспомнил о своем пари с Фредди Рэтбоуном и улыбнулся про себя. – Вы должны мне рассказать о себе… – Музыка вдруг смолкла, и Джордж разочарованно вздохнул: – О, время пролетело незаметно…

Ему очень хотелось пригласить Каролину на ужин, но, едва танец закончился, ее окружила целая толпа юных джентльменов, одетых по последней моде. И у всех на устах был один и тот же вопрос:

– Мисс Холбрук, могу ли я вас пригласить?

– Не обращайте внимания на Брента, мисс Холбрук, я готов поклясться, что вы обещали этот танец мне.

– О, Эсбери, она ничего подобного не говорила, она обещала танцевать со мной, – вступил в спор еще один молодой человек.

– Нет-нет, джентльмены, – сказала Каролина и рассмеялась, в ее глазах плясали веселые искорки. – Я никому не обещала этот танец, но готова подарить его тому, кто процитирует мне Ричарда Лавлейса… только учтите – без ошибок!

Она выжидательно посмотрела на стоящих перед ней джентльменов. Воцарилось неловкое молчание. Молодые люди усердно морщили лбы, стараясь припомнить хотя бы строчку. Они были неплохо знакомы с современными авторами, но о поэзии семнадцатого века не знали почти ничего.

…Уму и сердцу не страшна

Решетка на окне:

И в клетке мысль моя вольна,

Любовь моя – при мне,

Ей нипочем любой засов,

Любая западня…

Лишь ангелы средь облаков

Свободнее меня![1]

– Прекрасно, сэр! – Услышав за спиной глубокий голос, читающий строки Лавлейса, Каролина обернулась, хлопая в ладоши. – Это было замечательно…

Одного взгляда на стоящего перед ней джентльмена было достаточно, чтобы оценить его привлекательность. Поистине это был самый красивый мужчина из всех, кого Каролина встречала до сих пор. У него были волосы цвета воронова крыла, почти иссиня-черные, очень темные глаза, в которых горел насмешливый огонек. Каролина улыбнулась, а сердце, замерев на несколько секунд, вдруг учащенно забилось.

– Добрый вечер, мисс Холбрук, – сказал Фредди Рэтбоун и предложил Каролине руку. Когда она приняла его приглашение, остальные джентльмены недовольно зароптали. – Полагаю, эта честь принадлежит мне. Желаю удачи в следующий раз… Джордж, джентльмены.

Он поклонился, и в этом жесте явно сквозила насмешка. Каролина положила руку на его локоть. Ее душил смех, но она всеми силами старалась скрыть это.

– Кажется, мы не были представлены друг другу, сэр?

– Сэр Фредерик Рэтбоун к вашим услугам, – ответил он и улыбнулся. – Я опоздал, и юный Эсбери тут же сообщил мне, что у вас не осталось ни одного свободного танца. Вы, наверное, знаете, что произвели настоящий фурор среди этих джентльменов.

– Они были очень добры ко мне, – сказала Каролина, чувствуя, как предательский румянец заливает ее щеки.

Она не так уж легко краснела, но во взгляде этого мужчины было что-то такое, отчего ей стало немного неуютно. Каролине показалось, что он хочет проникнуть в ее мысли, а она совсем не была уверена, что готова поделиться ими. Этот мужчина словно бросал ей вызов, приняв который она подвергла бы себя опасности.

– Ну, к чему эта ложная скромность? – сказал Фредди, как будто желая заставить Каролину забыть о приличиях. – Вы стали сенсацией. Я скажу даже больше, вы – первая красавица этого бала, а может быть, и всего сезона, хотя он только начался.

– Это мой первый бал, – ответила Каролина, светясь от радости. – Мне очень повезло, я не пропустила ни одного танца, но не думаю, что справедливо было бы все похвалы приписывать только мне, в этом зале есть и другие красивые девушки.

– Это верно, но все говорят только о вас, всем интересно, откуда вы… Может быть, вы спустились к нам на легком облачке прямо из райского сада? Или нет, вы – сирена, поднявшаяся из морских пучин, чтобы околдовать нас, смертных…

– Вы смеетесь надо мной, сэр, – с упреком сказала Каролина. В обществе этого человека она чувствовала смущение. Его глаза говорили, что он может быть опасен, если она зайдет слишком далеко. И все же ее влекло к нему… – Если уж говорить о внешности, то вы, наверное, и сами не можете пожаловаться на отсутствие внимания со стороны дам? А если вы к тому же еще и богаты, на вас, должно быть, открыли настоящую охоту… Если только вы уже не связаны узами брака?

– О, я богат, как Крёз, – ответил Фредди и подмигнул ей. Смелость Каролины и ее свободная манера общения пришлись ему по душе. Он решил немного поддразнить ее. – И не женат. Некоторые считают это безответственностью с моей стороны, ибо первейший долг джентльмена – найти себе достойную супругу, не так ли?

– Долг? – Каролина нахмурилась. Он явно потешался над ней. Она бросила на него сердитый взгляд. – Мне так не кажется. Лучше уж остаться одному, чем обречь себя на несчастливую супружескую жизнь. Вы так не думаете? По-моему, глупо вступать в брак только ради самого брака.

– Вы совершенно правы, – ответил Фредди, стараясь скрыть свое удивление. Ему еще не приходилось видеть такую откровенность в девушках своего круга, он был заинтригован. – К моему большому сожалению, матери молодых девиц на выданье придерживаются другой точки зрения.

Их беседа текла непринужденно, Каролина вспомнила братьев, а Рэтбоун рассказал о себе.

– Мне довелось служить в армии, мисс Холбрук, и могу заверить вашего брата Николаса, что военная служба – это не только барабаны и развевающиеся знамена.

– Вы были с Веллингтоном, когда он разбил Наполеона?

– Нет, к этому времени я уже вышел в отставку, но я был с ним в Саламанке.

– В самом деле? Вы вышли в отставку, потому что были ранены?

– Я был ранен несколько раз, но ушел потому, что скончался мой отец и я должен был принять на себя некоторые обязательства.

– Ах, понимаю, вы, наверное, старший сын. Мне кажется, бедный Том иногда жалеет, что он – первенец в семье, и с радостью поменялся бы местами с Николасом. Он несет на себе все бремя управления поместьем, в то время как Николас живет как заблагорассудится.

– До поры до времени, ведь он должен будет сколотить себе состояние или жениться на нем. Осмелюсь спросить, у него ведь не так много денег?

– О нет, – искренне ответила Каролина, не подозревая, что подвергается допросу. – Мы небогаты. Видите ли, бедному папе не слишком везло.

– Ах… – вздохнул Фредди. Он удовлетворился, получив информацию, которую не смог предоставить ему Эсбери. Этой девушке определенно нужна была хорошая партия. Впрочем, ей даже без приданого не составит труда найти состоятельного супруга. Она, бесспорно, была красива, а легкость в общении уже снискала ей благосклонность джентльменов. Ему и самому нравилась эта девушка, но в глубине души он спрашивал себя, не является ли эта легкость притворной. Было бы любопытно узнать о ней побольше. – А теперь мы должны поесть, мисс Холбрук. Прошу вас, садитесь, а я позабочусь об ужине.

Каролина заметила, что стол у окна еще не занят, и направилась к нему. Не успел сэр Фредерик принести ужин, как рядом с Каролиной словно по волшебству появился мистер Беллингхем. Он уселся рядом с ней, придвинув себе третий стул.

– Что, Фредди уже ухаживает за вами? – поинтересовался он. – Достойный джентльмен, однако он украл вас у меня. Надеюсь, он не будет против, если я присоединюсь к вам. Мы с ним близкие друзья.

– Джордж? – произнес голос за его спиной. – Что ты делаешь, мой дорогой друг, пытаешься перебежать мне дорогу? – Фредди махнул рукой, подзывая слугу. Тот явился, нагруженный тарелками с изысканными блюдами. Расставив тарелки на столе, слуга поклонился и удалился, предоставив гостей самим себе. – Прошу тебя, поужинай с нами.

– Прекрасно, я принимаю твое приглашение, – отозвался Джордж, не обращая внимания на сарказм в голосе друга. – Мы с мисс Холбрук беседовали сейчас о Лавлейсе… и о гражданской войне, эпохе подвигов.

– В самом деле? – сухо сказал Фредди. – Эпоха междоусобиц и гибели аристократии?

– О, вы просто бездушный человек! – воскликнула Каролина, вызывающе глядя на него. Ее глаза сияли. – Мужчины были такими галантными, а женщины совсем не походили на нынешних, вам так не кажется?

– Что вы имеете в виду? – спросил Фредди, он уже понял, что его друг процитировал слова Каролины. Кажется, юная леди совершенно не боялась открыто высказывать свое мнение.

– О, по-моему, мы слишком скованы условностями, – ответила Каролина. – Думаю, тогда людям было гораздо проще выражать свои мысли, чем теперь.

– Вы так считаете? И что бы вы сказали, не будь вы скованы условностями, мисс Холбрук? Прошу вас, не стесняйтесь, вы среди друзей. Ни Джордж, ни я не станем вас осуждать.

– О… – Каролина увидела в глазах Фредди легкую насмешку. – Неужели я была слишком откровенна? Тетя велела мне сдерживать себя, но я привыкла говорить то, что думаю. Прошу меня простить.

Румянец залил щеки Каролины.

– Вам не за что просить прощения. Мне нравится ваша искренность, – поспешил успокоить ее Джордж. – Не позволяйте никому указывать, что делать, мисс Холбрук.

– Да, но, возможно, мне не следовало столь открыто выражать свои мысли, – сказала она, запоздало осознав, что вела себя довольно опрометчиво и что тетя была в чем-то права. – Вы будете в «Олмаксе» на этой неделе, сэр? Надеюсь, я получу приглашение на бал.

– В таком случае я определенно буду там, – ответил Джордж, бросив на друга торжествующий взгляд. – Я не уверен насчет Фредди, кажется, у него дела?

– Да, боюсь, я лишен этого удовольствия, – отозвался Фредди, в свою очередь награждая приятеля многозначительным взглядом. – Однако я буду на рауте у леди Бротон. Могу я надеяться встретить вас там?

– Думаю, да, – сказала Каролина. – Нас буквально засыпали приглашениями, я не уверена, что мы сможем посетить хотя бы половину этих балов и званых вечеров!

– В таком случае вы можете поступить так же, как и мы, – появиться, а затем исчезнуть, – посоветовал Фредди. – Однако вы должны мне обещать по меньшей мере два танца на рауте, мисс Холбрук. Прошу вас, выберите эти танцы сами.

– Благодарю вас, сэр. – Каролина взглянула на мистера Беллингхема. Дружеское соперничество между двумя джентльменами забавляло ее. – А для вас, сэр?

– Я тоже прошу вас оставить для меня два танца, – ответил Джордж, – а также хотел бы пригласить вас на прогулку в парке, может быть, завтра после обеда? Если вы не заняты, конечно.

– На завтрашний вечер у нас что-то запланировано, но после обеда я совершенно свободна и с удовольствием прогуляюсь с вами, сэр.

– С нетерпением буду ждать нашей встречи, – заверил ее Джордж и посмотрел на Фредди.

Его извечный соперник был человеком добродушным, но всякому терпению есть предел. Впрочем, их дружба лишь крепла после стычек.

Фредди мирно поглощал свой ужин. Он никак не отреагировал на слова друга, решив, по всей видимости, временно отступить с поля боя, однако Джордж не питал иллюзий, он знал, что в подходящий момент его друг снова ринется в атаку.

Каролина обернулась и увидела тетю, направлявшуюся к ней.

– Джентльмены, я прошу прощения, кажется, тетя зовет меня.

Молодые люди поднялись, когда леди Таунтон приблизилась к их столу, но она, улыбнувшись, махнула рукой:

– Прошу вас, джентльмены, продолжайте свой ужин. Я пришла лишь узнать, не захочет ли моя племянница проводить меня в комнату для отдыха.

– Конечно, тетя. – Каролина послушно встала. Слова тети Луизы были для нее приказом, в какую бы форму они ни были облечены. – Прошу простить меня, мистер Беллингхем, сэр Фредерик. Надеюсь увидеть вас на рауте, о котором мы говорили.

Она последовала за леди Таунтон наверх по лестнице, в комнаты, отведенные дамам для отдыха, ожидая, что тетя снова начнет читать ей нравоучения. Однако, когда они остались одни, тетя улыбнулась племяннице:

– Ты делаешь успехи, Каролина. Мистер Беллингхем – весьма состоятельный джентльмен, хотя некоторые и считают его убежденным холостяком, и сэр Фредерик – весьма выгодная партия, хотя до сих пор не выказывал желания связать себя брачными узами. Если ты получишь предложение от одного из этих джентльменов – это будет просто превосходно, хотя из них двоих сэр Фредерик – более лакомая добыча. Он – наследник своего дяди и в один прекрасный день станет маркизом Саутмуром.

– Я думаю, у них нет намерения делать мне предложение, – ответила Каролина, – они были весьма галантны со мной, только и всего.

– Я бы не была в этом так уверена, – задумчиво проговорила тетя. – Крестная мать Рэтбоуна – моя подруга. Ты, кажется, еще незнакома с ней? Леди Страуд. – Каролина покачала головой. – Да, полагаю, вы еще не встречались. Она сказала, что ее крестник с недавних пор посещает чуть ли не все балы, чего с ним никогда не случалось. По всей видимости, он решил наконец жениться. Ты определенно привлекла его внимание. Тебе нужно приложить усилия, Каролина, чтобы удержать его возле себя.

– Мы оба интересуемся поэзией, – ответила Каролина, – но, боюсь, это все, что нас может связывать. Кроме того, тетя, многие другие джентльмены приглашали меня танцевать.

Она почувствовала, как в ней просыпается раздражение. Слова тети произвели совсем не тот эффект, на который та рассчитывала. Если что и могло настроить Каролину против кого-то, так только принуждение со стороны тети Луизы.

Фредди посмотрел на карточный стол и про себя вздохнул. Вот уже несколько минут он держал в руках выигрышную комбинацию карт, но не имел ни малейшего желания объявлять о своей победе. Он вообще предпочел бы не играть с Фаррингдоном, но вынужден был согласиться, нужно было дать ему возможность взять реванш – за несколько дней до этого Фредди в очередной раз обыграл его. Он был уверен, что Фаррингдон на мели и не смог бы оплатить и половину векселей, которые так беззаботно швырял на стол. Фредди с трудом поборол искушение сдаться, но это было бы против правил. Фаррингдону надо преподать урок – он не должен садиться за карточный стол, не имея средств для оплаты проигрышей.

Фредди взял карту из колоды. Ему снова повезло – это была единственная карта, способная усилить его комбинацию, и без того несокрушимую. Он бросил карты на стол. У двух других игроков вырвался единодушный стон. Они посетовали на невероятное везение Фредди, но сделали это с улыбкой, поскольку оба были людьми состоятельными и могли без труда уплатить проигрыш. Фредди взглянул на Фаррингдона. Тот с побелевшим лицом смотрел на карты, словно не мог поверить своим глазам. Другие джентльмены встали и вышли из-за стола, отправившись на поиски закусок и вина, но Фаррингдон не двинулся с места, он как будто примерз к своему стулу.

– Мне понадобится некоторое время, чтобы собрать наличные, – проговорил он наконец безжизненным голосом. Только синяя жилка, пульсирующая на его правом виске, показывала, насколько он потрясен произошедшим.

– Да, разумеется, – ответил Фредди, собирая золотые монеты и банкноты, рассыпанные по столу. – Но, может быть, вы хотите отыграться?

– Нет-нет, не думаю, – сказал Фаррингдон нарочито бодрым голосом. – Такое со всеми случается, Рэтбоун, не правда ли? Я верну вам долг через пару недель.

– Конечно. Спешки нет, вернете, когда пожелаете, сэр. Не хотите ли выпить со мной? Я собираюсь домой.

– Благодарю вас, нет. – Фаррингдон встал из-за стола.

Он направился к выходу из игорного клуба, глядя прямо перед собой. На его лице застыла маска равнодушия, скрывавшая бушующие в нем эмоции.

– Ты снова выиграл? – поинтересовался Джордж Беллингхем, подходя к Фредди, задумчиво смотревшему на карточный стол. – Фаррингдон, кажется, в отчаянии. Ходят слухи, что он на грани разорения, и, если не случится чуда, ему придется продать свое поместье.

– Этому глупцу следовало бы раньше обуздать свою страсть к игре, – нахмурился Фредди. – У меня нет ни малейшего желания разорять кого-то, Джордж, и, если Фаррингдон придет ко мне и признается в том, что у него нет денег, я верну ему выданные им векселя. Но он должен пообещать, что никогда больше не сядет за карточный стол. Ему следовало бы удалиться в свое поместье и сидеть там, пока в его кармане не заведутся деньги. Правило гласит: не можешь платить – не играй.

– Карточный долг – это долг чести, – поспешил согласиться Джордж. – Но почему ты просто не протянешь несчастному руку помощи, Фредди? Отошли ему векселя, раз уж ты все равно собирался сделать это.

– Он должен усвоить урок, – ответил Фредди. – Если бы он проиграл Маркхему или Лейзенби, они потребовали бы уплаты долга через месяц. Если я сейчас верну ему векселя, он не сможет побороть искушение и сядет играть с кем-нибудь, кто будет менее покладист, чем я.

– Пусть так, – сказал Джордж, – но, если ты проявишь свою покладистость, он возненавидит тебя… Это будет удар по его гордости.

– Тогда пусть ненавидит, – кивнул Фредди. – Этого человека еще можно спасти, поэтому я не буду предъявлять векселя к оплате. Нет-нет, Фаррингдон должен прийти ко мне, и тогда мы сможем решить этот вопрос как джентльмены.

– Что ж, полагаю, ты прав, хотя и можешь нажить себе врага, – проговорил Джордж и вдруг подмигнул приятелю: – А что ты думаешь о ней!

– Что ты имеешь в виду? – Фредди удивленно поднял брови, хотя прекрасно понимал, о ком говорит его друг.

Он не согласился бы признаться в этом даже самому себе, но Каролина Холбрук не выходила у него из головы. В ней было что-то бесконечно привлекательное, что-то, что влекло к ней, несмотря на ее юность.

– Я имею в виду мисс Холбрук, конечно, – сказал Джордж. – Разве тебе не кажется, что она олицетворяет собой тот тип женщины, о котором мы говорили, Фредди? Она красива, в ней есть живость ума и сила духа, которыми нельзя не восхищаться, а ее улыбка согревает, как лучи солнца. Она просто очаровательна.

– Я вижу, она пленила тебя. – Фредди покачал головой. – Я уже могу поздравить тебя, друг мой? Что до меня, я от своих убеждений не отступлюсь. Я вообще не уверен, что на свете существует женщина, рядом с которой я был бы счастлив. Однако должен признать, что, если бы мои принципы дали трещину, я бы сделал предложение мисс Холбрук. Не уверен, впрочем, что она приняла бы его. Я слишком стар для нее, к тому же ей есть из кого выбирать – молодые джентльмены так и вьются вокруг нее. Такой успех на первом же балу! В ней есть что-то необычное, тут ты прав, Джордж.

Фредди не желал признавать, что Каролина совершенно не похожа на остальных и именно поэтому он не мог выбросить ее из головы. Он еще не решил, было ли ее необычное поведение искренним. Девушка честно призналась, что небогата, не ищет ли она выгодную партию? Фредди решил не торопить события и понаблюдать со стороны.

– Да, конечно, – отозвался Джордж. – Хотя я не вполне понимаю, что собой представляет мисс Холбрук.

– Да, говорит она совсем не так, как остальные, – уступил Фредди, – и, если тебя интересует маленькая мисс Холбрук, я не буду стоять у тебя на пути… Хочу лишь предупредить, что у нее нет ни гроша.

– Мне все равно, я не гонюсь за богатством. – Джордж покачал головой. – Может быть, я не столь удачлив за карточным столом, как ты, но меня рано списывать со счетов.

– Об этом никто и не говорит, мой дорогой друг, – заверил Фредди; энтузиазм Джорджа почему-то вызвал у него досаду. – Не хочешь прогуляться со мной?

– У меня здесь экипаж, – ответил Джордж, – лучше я подвезу тебя, Фредди, начинается дождь.

– Неужели? А я и не заметил. Что ж, хорошо. Я думал размять ноги и проветрить мозги, но промокнуть мне совсем не хочется.

Улыбаясь друг другу и пребывая, как всегда, в добром согласии, приятели вышли из клуба и сели в поджидавший экипаж. Никто из них не заметил притаившуюся в тени фигуру, следившую за каждым их движением.

Глава 2

– Черт бы тебя побрал, Дженкинс. – Маркиз Боллингбрук бросил возмущенный взгляд на своего камердинера. – Я стар, но слабоумием пока не страдаю. Если я прошу бренди, я не желаю, чтобы его разбавляли водой!

У камердинера было лицо мученика. Он с юных лет служил своему господину и за долгие годы свыкся со вспышками его гнева. Он, как никто другой в поместье Боллингбрука, знал, что за этим гневом скрывается боль.

– Прошу прощения, милорд, – ответил Дженкинс, – но доктор Херон сказал, что ваша светлость не должны столько пить.

– Чтоб ты провалился вместе с доктором, – проворчал маркиз. – Наливай меньше, если хочешь, но не порть бренди!

– Хорошо, ваша светлость, – спокойно сказал Дженкинс, знавший о приступах подагры маркиза, которые другой, более верующий человек счел бы расплатой за греховное прошлое. Дженкинс, однако, был предан своему хозяину, который посвящал его в свои секреты. – Этого больше не повторится.

– Да уж, будь любезен, проследи за этим.

– Прошу прощения, милорд.

Старик понимал, что в последнее время его характер совершенно испортился. Раньше он был совсем другим, но долгое пребывание в плену причинявших боль воспоминаний наложило на него свой отпечаток.

– Черт знает, почему ты меня терпишь, Дженкинс. Просто удивительно, что ты до сих пор здесь. Я выжил из дома свою семью. Никто из них меня больше не навещает.

У маркиза было три сына, все – от разных жен. Последняя супруга, красивая женщина, была намного моложе его. Она умерла от лихорадки вскоре после родов. Похоронив жену, маркиз был сам не свой, а безвременная кончина младшего из сыновей едва не убила его.

– Если бы я оставил службу, я бы не знал, чем занять время, сэр, – спокойно ответил Дженкинс. – Не могу винить ваших родных за то, что они больше не приезжают сюда. В прошлый раз вы совершенно вышли из себя и запретили им переступать порог этого дома.

– Ты думаешь, я этого не помню? – прорычал Боллингбрук. – Но я не имел в виду ее, черт побери! – В его глазах промелькнуло сожаление. – Каролина – лучшая из них. Она так похожа на нее, тебе так не кажется?

Дженкинс прекрасно понял, что имел в виду хозяин.

– Да, очень похожа, милорд. Вы могли бы написать ей, пригласить ее сюда…

– Мать и тетка увезли ее в Лондон, – пробормотал маркиз. – Я получил письмо от ее матери, от этой увядшей лилии. Понятия не имею, что Холбрук в ней нашел. Знаешь, я думаю, в его смерти есть отчасти и ее вина. Другая женщина могла бы наставить его на путь истинный, а эта только и знала, что проливать слезы! Но что проку говорить об этом, прошлого не воротишь. – Он посмотрел на камердинера. – Я не хочу, чтобы Каролину заставляли выходить замуж против ее воли. Полагаю, ее мать сейчас в стесненных обстоятельствах. Это, конечно, моя вина. Я должен был что-нибудь сделать для нее. Я должен был что-то сделать для Тома.

– Почему бы вам не пригласить его сюда? – предложил Дженкинс, храбро выдержав сердитый взгляд хозяина. – Простите мне мою смелость, милорд, но не лучше ли было бы послать его в город, где он мог бы присмотреть за своей сестрой? Он мог бы информировать вас о том, что происходит в Лондоне.

– Прекрасная мысль, – согласился маркиз. – Он не так слабоволен, как его мать, хотя лично мне больше нравится Николас. Отчаянный малый! Впрочем, Том – наследник Холбрука, поэтому я просто обязан помочь ему. Подай-ка мне перо и чернильницу. Я сейчас же напишу письмо.

Дженкинс осторожно поставил на колени маркиза, сидевшего в глубоком кресле у камина, шкатулку красного дерева с письменными принадлежностями.

– Что-нибудь еще, милорд?

– Нет. Я позвоню, когда ты мне понадобишься.

Оставшись один, Боллингбрук открыл потайной ящичек в шкатулке и вынул миниатюрный портрет третьей жены. Анжелика была единственной, кого он когда-либо любил. До нее у маркиза было много женщин, некоторые из них – признанные красавицы, но ни одна из них не могла сравниться с Анжеликой. Он любил ее всем сердцем и был уверен, что жена переживет его, ведь она была так молода. Страдания его были так велики, что ему хотелось умереть. Только ее последнее желание удержало его от рокового шага.

– Позаботься о нашем сыне, позаботься об Энтони, – прошептала она на смертном одре. – Люби его ради меня, умоляю тебя.

Он любил Холбрука и ради жены, и ради него самого. И он любил Каролину, потому что она так напоминала ему Анжелику. В ней была та же живость, в ее груди билось такое же храброе сердце. Остальные родственники мало интересовали маркиза. Он не любил своего старшего сына Себастьяна. Маркиз считал, что это дурацкое имя, и лишил бы сына наследства, если бы закон не препятствовал ему в этом. Средний сын, Клод, нравился ему больше, но не до такой степени, чтобы сожалеть об его отсутствии.

Поместье Боллингбруков по закону отойдет его старшему сыну, Клод получит дом в Лондоне. Он давно живет там, и было бы неправильно лишать его крыши над головой. Но кроме этого у маркиза были деньги и собственность, не имевшие отношения к поместью, следовательно, он мог распоряжаться ими по своему усмотрению. Он разделит это имущество между Каролиной и ее братьями, каждый получит по равной доле. Давно следовало это сделать, впрочем, и теперь еще не поздно. Несмотря на изводившую его боль, маркиз был в здравом уме и надеялся протянуть еще хотя бы несколько лет.

Для прогулки Каролина надела платье в зеленую полоску. По крайней мере, ей позволено было самой выбрать себе наряд, удовлетворенно подумала она. Она знала, что этот цвет идет ей и что она прекрасно выглядит. Спускаясь по лестнице, Каролина улыбалась.

Луиза Таунтон еще не выходила из своей комнаты, но она знала о том, что мистер Беллингхем предложил Каролине прогулку в экипаже, и всецело одобряла это. Она без колебаний дала племяннице свое разрешение.

– Мистер Беллингхем, конечно, возьмет с собой грума. Однако с человеком, имеющим такую репутацию, девушка может выехать и без сопровождения. Я знаю его несколько лет и еще не встречала столь приятного и в высшей степени респектабельного джентльмена.

– Да, тетя. Я надеялась, что вы не будете возражать против этой прогулки. Мистер Беллингхем очень воспитанный и у него хороший вкус, не так ли?

– Ты права, – ответила леди Таунтон и задумчиво посмотрела на Каролину. – Однако перспектива получить титул у него весьма отдаленная. Может статься, этого вовсе не произойдет – перед ним в очереди наследования несколько кузенов. Зато сэр Фредерик, несомненно, унаследует титул своего дяди, поскольку у нынешнего маркиза нет ни сыновей, ни внуков и вряд ли тот женится.

– Мне все-таки больше нравится мистер Беллингхем, – ответила Каролина, – если он проявит интерес… Однако я не думаю, что мы можем рассчитывать на это…

Голос ее звучал вполне невинно, однако в глазах племянницы тетка заметила подозрительные огоньки. Леди Таунтон отнюдь не была глупа и прекрасно понимала, что племяннице не по вкусу ее вмешательство.

– Я только напоминаю тебе о существующих возможностях, – сухо ответила Луиза. – Сэр Фредерик, кажется, хочет жениться, а вот от мистера Беллингхема мы этого вряд ли дождемся. Всем известно, что он убежденный холостяк и твердо придерживается своих принципов.

– Неужели? – весело спросила Каролина. – Ну что ж, есть ведь и другие, тетя. Мы должны быть терпеливы.

– Вы несносны, мисс. – Леди Таунтон недовольно поджала губы. Она подумала, что, будь Каролина ее дочерью, она давно выбила бы из нее дурь. – Не навреди себе, стараясь мне досадить, Каролина. Если у тебя есть хоть крупица здравого смысла, ты сосредоточишь свои усилия на сэре Фредерике.

Каролина не понимала, почему попытки леди Таунтон повлиять на ее решение вызывают в ней глухое раздражение. Возможно, самым неприятным было неприкрытое желание тетки выдать племянницу замуж за денежный мешок. Каролина покачала головой, пытаясь отогнать прочь неприятные мысли. В это мгновение в дверь позвонили.

Лакей открыл дверь и впустил в холл мистера Беллингхема. В безупречно сшитом синем сюртуке и светло-серых брюках Джордж выглядел великолепно. Войдя в дом, он снял шляпу. При виде Каролины, спускавшейся с лестницы, его лицо просияло.

– Доброе утро, мисс Холбрук. Позволено ли мне будет сказать, что вы выглядите просто очаровательно?

– Благодарю вас, сэр. Сегодня прекрасный день для прогулки, не так ли?

Они вышли на улицу. У крыльца стояла изящная коляска, спицы которой были выкрашены в ярко-желтый цвет. Грум придерживал пару великолепных серых лошадей, нетерпеливо перебиравших ногами. При виде роскошного экипажа Каролина почувствовала себя польщенной. Джордж помог ей сесть в коляску, сел сам и взял в руки поводья, грум прыгнул на запятки.

По дороге в Гайд-парк Джордж и Каролина вели вежливую светскую беседу, но, очутившись в парке, заговорили о поэзии и книгах, которые оба читали. Потом легко, само собой, перешли на другие темы.

– Дома вы часто ездите верхом, мисс Холбрук?

– При каждой возможности, перед завтраком, если погода хорошая. Отец посадил меня на моего первого пони, едва я научилась ходить… И конечно, я часто ездила с Николасом. Теперь, когда он в армии, я очень скучаю по нему.

– Понимаю, – ответил Джордж. – Вполне естественно, что вы с Николасом так близки, ведь вы почти ровесники.

– Да, но дело не только в этом. – С ее губ сорвался вздох. – Николас всегда был такой веселый и храбрый! Мы вместе сбегали от наших учителей, и Николас защищал меня как мог.

Джордж не смог сдержать улыбку, услышав заразительный смех Каролины. Она была просто очаровательна. Кажется, она совсем не боялась высказывать свои мысли вслух, хотя некоторые из ее откровений могли бы вызвать неудовольствие у старых дев, почитавших себя ревнителями строгих правил приличия.

– Вам повезло, что у вас был такой товарищ, мисс Холбрук. А вот я был единственным… – Он умолк, заметив, кто приближается к ним. – Это же Фредди. Думаю, мы должны остановиться ненадолго…

Каролина ничего не ответила. Она понимала, что Джордж не может не обратить внимания на своего друга, это было бы невежливо, однако она предпочла бы проехать мимо, ограничившись легким кивком. В присутствии сэра Фредерика Рэтбоуна ей было почему-то неловко, в то время как в обществе мистера Беллингхема ей было легко и приятно.

– Доброе утро, Джордж… мисс Холбрук. – Темные глаза Фредди остановились на ее лице. С этими локонами огненно-рыжих волос, выбивающимися из-под шляпки с зеленой лентой в тон платью, Каролина выглядела ослепительно. – Вам нравится прогулка, мисс Холбрук?

– Очень нравится, сэр, благодарю. Мне еще не приходилось видеть таких прекрасных лошадей, как эти серые.

– Это вы не видели гнедых Фредди, – откликнулся Джордж, отдавая дань справедливости. – Мисс Холбрук – превосходная наездница и знает толк в лошадях. Ты должен прокатить ее как-нибудь в своем фаэтоне. Я уверен, ей это понравится.

– О да, мне так хотелось бы этого! – воскликнула Каролина, не успев как следует обдумать ответ. – Николас иногда катал меня в фаэтоне, однажды мы даже устроили гонки с его другом вокруг поместья… Хотя, наверное, мне не следовало этого говорить? Кое-кто не одобрил бы мои слова.

– Вы только что погубили себя в глазах старых сплетниц, – засмеялся Фредди. Он находил откровенность Каролины очаровательной, ее доверчивость была так невинна. – Но не пугайтесь, мисс Холбрук. Мы с Джорджем вас не выдадим.

Вот уже во второй раз она слышит подобные слова от сэра Фредерика. Может быть, он не одобряет ее поведение? Она гордо вскинула голову и посмотрела ему в глаза.

– Боюсь, мой язык не доведет меня до добра. Мне следовало бы научиться сдерживать эмоции, но это выше моих сил.

– О, это вовсе не обязательно, – заверил ее Беллингхем.

Сэр Фредерик ничего не сказал. Его молчание лишь укрепило Каролину во мнении, что он осуждает ее. Это было возмутительно. С какой стати он ее порицает? Она не сделала ничего неприличного. Гордость Каролины была уязвлена.

– Джордж, я не буду тебя задерживать, – поклонился Фредди. – Уверен, в глубине души ты уже проклял меня.

– О нет, – улыбнулся Джордж. – Знаешь, как говорят, в любви и на войне все средства хороши. Увидимся позже в клубе… – Слова замерли у него на губах, потому что именно в этот миг Каролина, издав легкий вскрик, выпрыгнула из коляски и, подобрав юбки, побежала по лужайке. – Черт побери, что она делает?

Сэр Фредди не ответил – он видел, что заставило Каролину рискнуть жизнью и стремительно выпрыгнуть из коляски. Мальчишка мучил щенка, пинал его так жестоко, что бедное создание скулило от боли. Забыв о Джордже, Фредди бросился вслед за Каролиной и подоспел как раз в тот момент, когда она, кипя от ярости, набросилась на мальчишку.

– Да как ты смеешь?! – крикнула она, глядя, как животное старается увернуться от очередного удара. – Прекрати немедленно!

– И чего вы сделаете? – ухмыляясь, спросил юнец. Его одежда напоминала лохмотья, а лицо было испачкано грязью. – Вам меня не остановить. Хозяин велел мне избавиться от псины, он прибьет меня, если я вернусь назад с этой блохоловкой.

– Тогда возвращайся без него, – сказала Каролина. – Только тронь щенка – и я сама поколочу тебя!

– Неужели? И как же вы это сделаете? – поинтересовался мальчишка, вызывающе глядя на девушку. Он поднял кулак, словно угрожая ударить ее, но тут его руку словно сжали стальные клещи. Мальчишка обернулся, и его лицо под слоем грязи побелело как мел. Он со страхом посмотрел на Каролину: – Скажите ему, пусть он меня отпустит, мисс. Я бы вас и пальцем не тронул.

– Конечно, не тронул бы, – глаза Каролины сердито сверкали, – потому что я стукнула бы тебя своим зонтиком. Отпустите его, сэр, – велела она Фредди. – Пусть отправляется к своему хозяину и говорит что хочет. Я никому не позволю мучить это бедное создание. – Она повернулась спиной к Фредди и мальчишке, словно они перестали для нее существовать. Каролина не видела, как Фредди оттаскал юнца за уши, прежде чем отправить его восвояси. Она опустилась на колени рядом с собакой и ласково погладила ее по голове. Щенок, жалобно поскуливая, уворачивался от ее руки. – О, бедняжка. Он причинил тебе боль, но теперь тебя никто не обидит, никто, обещаю тебе.

– У щенка, наверное, полно блох и есть переломы.

Каролина, повернувшись, взглянула на Фредди:

– Мне нет дела до блох, достаточно будет выкупать его в теплой воде… но переломы – это другое дело. Нужно показать его кому-то, кто понимает толк в этих вещах, а потом… – Каролина умолкла, вдруг вспомнив, что гостит в доме у тетки. Леди Таунтон вряд ли обрадуется, увидев вымазанного грязью щенка. – Наверное, это не самый красивый пес на свете, но он заслуживает того, чтобы о нем позаботились, вы так не считаете?

Наклонившись, Фредди осторожно взял щенка на руки. Поскулив немного, тот наконец успокоился.

– Кажется, вы ему нравитесь, – сказала Каролина, – может быть…

– О нет, ни за что, – поспешно ответил Фредди. – Я не собираюсь обзаводиться дворняжкой…

– Я только хотела спросить, не можете ли вы мне посоветовать место, где я могла бы оставить его на время. Я могу заплатить за его содержание… – В глазах Каролины светилась мольба, которая не могла оставить Фредди равнодушным. Он боролся и проиграл. – Обещаю, я заберу его, как только смогу.

– Хорошо, – нехотя ответил Фредди, – я позабочусь об этом несчастном создании… Но только до тех пор, пока вы не найдете ему дом. Придется поселить его на конюшне. Грумы знают, что делать.

– Вы так добры, сэр. Я вам очень признательна.

– Но эта собака остается на вашей ответственности, – мрачно напомнил Фредди. – Кстати, вы испачкали ваше платье, мисс Холбрук. И я бы посоветовал вам впредь не выпрыгивать так поспешно из экипажа. Джордж собирался тронуться с места, вы могли пострадать. Полагаю, вам пора, мисс Холбрук. Лошади Джорджа теряют терпение.

– О да, я совсем забыла, – сказала Каролина и покраснела. – Я не хотела показаться невежливой… Спасибо вам.

Повернувшись, она побежала к ожидавшему ее экипажу. Джордж помог ей подняться, пока грум держал лошадей.

– А знаешь, тебе очень повезло, и этим ты обязан ей, – пробормотал Фредди, почесывая щенка за ухом. Тот удобно устроился у него на руках и, казалось, был совершенно доволен своим положением. Пес был ужасно тощим, видимо, голодал, но сытная пища и забота… – Да это же просто смешно! – громко сказал Фредди, напугав проходящую неподалеку даму.

Проезжая мимо, Джордж дружески помахал ему рукой. Фредди проводил экипаж взглядом. Каролина Холбрук была совсем не похожа на остальных, это несомненно. Интересно было бы посмотреть, что станется с ней…

Он не позволит ей завлечь себя в сети, сказал себе Фредди. Каролина была хороша собой, умна, полна жизни, ей не откажешь в храбрости и отзывчивости, но он не ищет себе жену. Хотя определенно мисс Холбрук внесла разнообразие в этот чертовски скучный сезон.

Фредди коснулся шляпы, приветствуя проходившего мимо знакомого. Подумав немного, он решил посетить клуб известного боксера-профессионала, после того как передаст щенка своему груму. Он испытывал какое-то беспокойство и решил немного поупражняться перед тем, как отправиться на встречу с Джорджем.

Том Холбрук, нахмурившись, смотрел на письмо деда. Приглашение было неожиданным, но Том был вовсе не против навестить старого джентльмена. Он не испытывал страха перед Боллингбруком, как некоторые его родственники, хотя и старался помалкивать в его присутствии. Маркиз отличался капризным нравом и никогда не скрывал свою неприязнь к матери Тома.

Устав разгребать бесконечные счета, Том подумал, что было бы неплохо съездить в город и навестить мать и сестру. При этом он сможет сделать крюк и заехать ненадолго к деду. Маркиз писал, что хочет что-то обсудить, это звучало не слишком многообещающе. Наверняка он станет упрекать Тома за то, что тот выставил на продажу часть поместья Холбруков, но в сложившейся ситуации это был единственный выход. Том вынужден был решиться на продажу, в противном случае он рисковал потерять все: слишком неразумно отец распорядился деньгами.

Том велел камердинеру собрать вещи в дорогу и отправить дорожный сундук в город, а груму приказал приготовить экипаж.

Спустя всего три часа после получения письма от деда, Том явился в поместье маркиза. Дом был старым, но и здание, и окружавший его парк содержались в безукоризненном порядке. Том знал, что это должно было стоить деду целое состояние. Поместье явно процветало. Раньше Том не задумывался об этом, но теперь он невольно спросил себя, откуда у деда столько денег.

– Мастер Том, как я рад видеть вас, сэр, – приветствовал его Дженкинс. Он спустился в холл как раз в тот момент, когда лакей открыл дверь. – Милорд не был уверен, что вы примете его приглашение, а я думал, что вы приедете… И вот вы здесь.

– Разумеется, я приехал, – ответил Том. – Он выставил маму отсюда, запретив ей впредь переступать порог этого дома, но я был уверен, что это не всерьез. Как он, Дженкинс? Подагра все так же мучает его?

– Его светлость иногда испытывает боль, но сегодня ему гораздо лучше, чем вчера, – тяжело вздохнул Дженкинс, на его длинном лице застыло мученическое выражение.

Том знал, что Дженкинсу приходится тяжело, но знал также и то, что верный камердинер ни за что не согласится покинуть своего хозяина.

– Могу я сейчас подняться к нему, как вы думаете?

– Полагаю, сейчас ему компания не помешает, сэр. Когда маркиз остается один, он слишком много думает о прошлом.

– Тогда я поднимусь. – Том, кивнув Дженкинсу, направился вверх по лестнице. У двери в комнату деда он помедлил, затем постучал. Из комнаты донесся голос, приглашавший Тома войти. – Доброе утро, сэр. Как вы себя чувствуете?

– От твоих расспросов лучше мне не станет, – проворчал маркиз, но тут же смягчился. В конце концов, он сам пригласил этого молодого человека к себе. – Неплохо, благодарю, Том. Очень мило с твоей стороны, что ты навестил меня.

– Я решил съездить в Лондон, подумал, что мог бы сопровождать Каролину на балы, чтобы избавить маму от хлопот… Хотя, вряд ли она часто выходила с Каролиной.

– Уверен, что она вообще этого не делала, – проворчал Боллингбрук. – Пустоголовая женщина! И все же надо отдать ей должное – она произвела на свет лучших из моих внуков… остальные просто кучка дуралеев! Не желаю видеть их в этом доме. Они вечно ссорятся и скулят, а я этого терпеть не могу. Но я очень хотел бы видеть Каролину, она – единственная радость в моей жизни. И она так давно не переступала порог этого дома. Я знаю, она сейчас в Лондоне, я не хочу лишать ее развлечений, но я был бы рад видеть ее, когда у нее найдется минутка. Я хочу, чтобы ты сказал ей это, Том.

– Да, сэр, конечно. Я буду в Лондоне через несколько дней… если вы примиритесь с моим присутствием здесь и позволите мне остаться на некоторое время.

– Отчего же, оставайся, – ворчливо проговорил маркиз, – однако я позвал тебя не только затем, чтобы поговорить о Каролине. Я должен кое-что обсудить с тобой. Это касается будущего… твоего, Николаса и Каролины. Я слаб и болен, но твердо намерен привести дела в порядок. Так сразу всего не объяснишь. Речь идет о тайнах, о которых никто больше не знает… И они должны остаться тайнами, ты меня слышишь?

– Да, сэр. – Том был удивлен и даже польщен тем, что дед собирается впустить его в ту часть своей жизни, о которой он никогда не говорил. Единственное, что было известно всем, – в молодости старый греховодник хорошо повеселился, но и только. – Вы можете положиться на меня.

– Хорошо, я так и думал, – сказал маркиз. – Видишь сундук в углу? Окованный железом? Он заперт, вот ключ. – Он достал из кармана жилета ключ и протянул его Тому. – Открой его и возьми пакет, который лежит сверху. Изучи его содержимое, а потом поговорим…

Едва сэр Фредерик появился в переполненном и душном бальном зале, сердце Каролины забилось быстрее. Сэр Фредерик определенно был самым привлекательным из знакомых ей мужчин.

Он оглядел зал, и его глаза на миг остановились на Каролине. Она поспешно опустила взгляд. Ей не хотелось, чтобы он подумал, будто она не сводила с него глаз, хотя так оно и было. Впрочем, уже через мгновение очередной партнер пригласил Каролину на танец и увлек ее в самую гущу танцующих. На несколько минут она забыла о сэре Фредерике, а когда вернулась к тете, он уже исчез из вида. Наверное, предпочел удалиться туда, где играли в карты, подумала Каролина и решила больше не думать о нем.

– Я бы хотела привести себя в порядок, – сказала она тете. – Не могли бы вы сказать мистеру Эсбери, что я вернусь через несколько минут?

– Да, но не задерживайся, – ответила леди Таунтон, бросив на племянницу неодобрительный взгляд. – Невежливо заставлять партнеров ждать.

Каролина вышла из зала и поднялась по лестнице в комнату, отведенную дамам. Быстро поправив прическу и оглядев платье, она направилась в зал. На последних ступеньках лестницы она столкнулась с сэром Фредериком. Он собирался подняться, но, увидев Каролину, отступил в сторону, пропуская ее. Ей следовало бы пройти мимо, ограничившись вежливым кивком, но что-то будто подтолкнуло ее.

– Вы не танцуете сегодня вечером, сэр?

– Я редко танцую, только если мне очень хочется, – ответил он. – Кроме того, Джордж сказал, что у меня нет ни малейшего шанса танцевать с вами, поскольку ваша бальная книжка уже заполнена.

– Боюсь, это так, – сказала Каролина, – но ведь здесь много других дам, которых вы можете пригласить, сэр.

– Это не имеет значения, я приехал сюда только с одной целью.

У Каролины перехватило дыхание. Неужели он хочет сказать, что приехал на бал только ради того, чтобы танцевать с ней? Нет, конечно нет! Она улыбнулась ему и хотела вернуться в зал, но сэр Фредерик взял ее за руку. Его пальцы, сомкнувшиеся на запястье Каролины, казалось, были сделаны из стали. Она затрепетала, ощутив его прикосновение. И почему в его присутствии она каждый раз так волнуется?

– Вы что-то хотели, сэр? – Каролина взглянула на Фредди широко распахнутыми ясными глазами, в глубине которых таился вызов. – Может быть, у вас есть новости о щенке, которого мы спасли?

– Мой грум, кажется, привязался к этому щенку, который буквально не отходит от него. Грум хотел бы забрать пса домой, сделать подарок своим детям… если вы, конечно, не возражаете. Могу вас заверить, что с ним будут хорошо обращаться.

– Это замечательная новость, – улыбнулась Каролина. – Я очень обязана вам, сэр. Вы сняли с моих плеч заботу, с которой в сложившихся обстоятельствах мне было бы очень трудно справиться.

– Да, вы в долгу передо мной, – ответил Фредди, и в его глазах мелькнули насмешливые огоньки, – но, если я приглашу вас прогуляться со мной по саду, вы, пожалуй, откажетесь?

– Мы едва знаем друг друга, сэр.

– Мы совсем не знаем друг друга, мисс Холбрук. – Его палец скользнул по руке Каролины, ее тело пронзила нервная дрожь. Она заглянула в его темные глаза, и ей показалось, что она тонет в этом омуте, погружается все глубже и глубже. – И я не уверен, что близкое знакомство пойдет нам на пользу…

– В таком случае позвольте мне пройти, – сказала Каролина, бросив на Фредди ледяной взгляд.

До этой встречи она считала, что была несправедлива к сэру Фредерику, что он лучше, чем кажется, однако сейчас она снова ощутила исходящую от него опасность. Если она позволит себе увлечься, он разобьет ей сердце. – Мой партнер ждет, я уже опаздываю на танец. Как вы верно заметили, все мои танцы заняты.

– Именно так, – ответил Фредди, отпуская ее. Он почувствовал ее внутреннее сопротивление и мысленно отступил. Если он не будет осторожен, то окажется в ситуации, из которой есть только один выход. Да, Каролина нравилась ему и он не прочь был пофлиртовать с ней, но брак? – Должен признаться, вы меня интригуете, мисс Холбрук, – сказал он в своей обычной шутливой манере. – Мне думается, вы не та, кем кажетесь. Вы определенно производите впечатление, и вам не составит труда найти выгодную партию – вокруг вас предостаточно знатных и состоятельных джентльменов.

– Вы в самом деле так думаете, сэр? – Каролина вскинула голову. – Вы, кажется, полагаете, что я хочу выйти замуж за титул и состояние? Если так, вы можете быть спокойны – вы в полной безопасности. Думаю, титул маркиза – это все, на что вы можете рассчитывать в будущем. А я, может быть, в один прекрасный день стану герцогиней…

Не удостоив Фредди взглядом, Каролина пошла прочь. Он долго смотрел ей вслед. Черт бы ее побрал, ведь она права… Он злился на самого себя, потому что эта девушка занимала его мысли больше, чем следовало бы. И что в ней такого особенного? Она красива, но разве вокруг него мало красавиц? Кажется, единственный способ выяснить, что она собой представляет, и освободиться от этого странного влечения – поближе познакомиться с ней. Вряд ли она так невинна, а помыслы ее так чисты, как кажется.

Каролина вернулась в бальный зал. Сэр Фредерик Рэтбоун сумел вывести ее из себя. Он был так самоуверен и дерзок! Нужно было сбить с него спесь, поэтому она и сказала то, что сказала, а вышло так, будто она бахвалилась. Молодой джентльмен, второй в очереди на титул герцога, в самом деле оказывал ей внимание, но у Каролины и в мыслях не было хвалиться этим… и она совсем не собиралась вынуждать сэра Фредерика делать ей предложение.

Теперь Каролина сожалела о словах, сорвавшихся с ее губ. Нужно было найти другой способ осадить сэра Фредерика. Она ведь не хотела, чтобы он считал ее охотницей за титулом. Каролина и сама точно не знала, за какого человека она хотела бы выйти замуж. Конечно, он должен быть образован, должен знать поэзию и литературу, любить музыку и ценить искусство.

В голову Каролины даже закралась мысль, что, если бы тетка так не расписывала преимущества брака с сэром Фредериком, он бы нравился ей…

На следующее утро Каролина почти позабыла о небольшом инциденте, произошедшем накануне вечером. Она решила прогуляться в библиотеку и взять книгу, о которой ей говорил один из ее новых знакомых. Она рано поднялась и сумела выскользнуть из дома втайне от горничной. Каролина знала, что тетя не одобрит подобное поведение.

Однако библиотека была всего в нескольких кварталах от дома, и Каролина подумала, что успеет вернуться до того, как тетя Луиза обнаружит ее отсутствие. Она вышла из библиотеки, прижимая к себе стопку книг, перетянутых бечевкой, и столкнулась с мужчиной, которого безуспешно старалась выбросить из головы. Джентльмен вежливо поклонился, приподняв шляпу, и Каролина про себя восхитилась тем, как он выглядит в темно-зеленом сюртуке для верховой езды и светлых брюках. По всей видимости, он катался верхом, потому что в руке все еще сжимал хлыст.

– А вы – ранняя пташка, мисс Холбрук. – Фредди взглянул на ее книги, и в его глазах мелькнуло удивление – он увидел, что Каролина взяла в библиотеке не только сборники стихов, но и жутковатый готический роман, который некоторое время назад произвел настоящий ажиотаж среди юных девиц. – Ах, я вижу, вы тоже пали жертвой этой шумихи. Этот роман – совершеннейшая чепуха, ошибочно принимаемая за шедевр.

– Вам не нравятся произведения Анны Радклифф, сэр?

– Мне они не кажутся занимательными, – ответил Фредди, – хотя я понимаю, что женщинам такое должно нравиться. А ее лучшим романом я считаю «Тайны Удольфо».

– Я не нашла эту книгу в библиотеке, – сказала Каролина, – по всей видимости, она до сих пор пользуется популярностью, хотя и была издана несколько лет назад.

– Буду рад оказаться вам полезным. Мне кажется, у меня есть этот роман. Позвольте мне одолжить его вам, мисс Холбрук…

Несколько мгновений Каролина колебалась, но желание прочитать роман перевесило уязвленное самолюбие.

– Благодарю вас, я бы очень хотела прочесть эту книгу, один из моих друзей очень рекомендовал мне ее.

– В таком случае я пошлю книгу в дом вашей тети, – сказал Фредди. – А теперь, может быть, вы позволите проводить вас?

– Вы очень добры, сэр, – ответила Каролина, – но я всего в нескольких шагах от дома, а у вас, наверное, много дел.

– Что ж, возможно, мы скоро снова встретимся. – Фредди приподнял шляпу, вежливо поклонился и зашагал прочь.

Каролине удалось проскользнуть в дом, но ее отсутствие осталось незамеченным лишь леди Таунтон. Миссис Холбрук уже заходила в комнату Каролины и расстроилась, не застав там дочь. Она пожурила Каролину за то, что та выходила куда-то одна, пусть даже и в библиотеку.

– В городе неприлично ходить без сопровождения, моя дорогая, – упрекнула она дочь. – Я не уверена, что это вполне безопасно для тебя, ведь кто знает, что могло случиться? Тебя могли похитить, и я бы никогда больше не увидела свою дочь.

– О, мама! – рассмеялась Каролина. – Уверяю тебя, я была в полной безопасности, единственным человеком, которого я встретила, был сэр Фредерик.

– Ну, в этом нет ничего дурного, – ответила мать, – но я знаю, что твоя тетя не одобрила бы твой поступок, дорогая.

– Тетя Луиза не одобряет все, что я делаю.

– Каролина! – Марианна покачала головой и вздохнула. – Впрочем, Луиза не одобряет и многое из того, что делаю я.

– О, мама! – воскликнула Каролина и захихикала. Она не ожидала услышать от матери такое. – Будь осторожна, не то она устроит нам обеим нагоняй.

– Она может, – сказала Марианна. – Знаешь, думаю, мне лучше сопровождать тебя сегодня вечером. Ты собираешься навестить друзей?

– Да, мама. Мистер Беллингхем пригласил меня выпить чаю с его сестрой, миссис Фэйрчайлд, и ее дочерью Джулией, и я согласилась. Если ты поедешь со мной, тетя Луиза вздохнет с облегчением. Сама она сопровождать меня не сможет, у нее, насколько я знаю, назначена встреча, но она думала послать со мной горничную.

– Я с радостью поеду. А теперь, моя дорогая, пойдем со мной, доставили шелка, которые я заказала несколько дней назад, и сегодня придет портниха, чтобы обсудить фасоны платьев. Пойдем посмотрим картинки из модного журнала, что она мне прислала. Мне нужен твой совет.

Каролина послушно пошла за матерью в ее спальню, где на кровати были разложены рулоны шелка. Она с радостью отметила, что мать приобрела ткань разных цветов и нигде не было видно ни одной черной ленты.

Они весьма приятно провели время до прихода портнихи, обсуждая различные фасоны и цвета нарядов для Марианны. А спустя некоторое время, переодевшись для выезда, мать и дочь сели в поджидавший их экипаж.

– Как хорошо, дорогая, только ты и я, – сказала Марианна. – Наверное, нам стоит чаще выезжать вместе.

Они могли бы выезжать вместе так часто, как того желала бы Марианна, но Каролина не стала упрекать ее. Она радовалась, видя, что мать начинает оправляться от постигшего ее горя.

Миссис Фэйрчайлд радушно приняла их и пригласила миссис Холбрук сесть рядом с ней, Каролина же устроилась на небольшом диване вместе с Джулией. В числе гостей также были мистер Беллингхем, мистер Милбанк, пожилой джентльмен, а также некий мистер Фаррингдон, мужчина лет тридцати, привлекательный, но, по мнению Каролины, не такой благовоспитанный, как мистер Беллингхем. Ей показалось, что мистер Фаррингдон чувствует себя неловко и пытается скрыть свое смущение за некоторой развязностью. Каролине это не понравилось.

Когда Джулия встала, чтобы помочь матери накрыть стол к чаю, мистер Фаррингдон тут же занял ее место рядом с Каролиной. Он наговорил ей множество лестных слов, похвалил ее платье и осведомился, надолго ли она приехала в Лондон. Каролина отвечала вежливо, но без улыбки и стараясь обдумывать каждое свое слово. Она обрадовалась, когда Джулия выжидательно посмотрела на Фаррингдона, и тот вынужден был уступить ей место. Вскоре он ушел, и Каролина вздохнула с облегчением. Обстановка в гостиной стала более уютной. Мистер Беллингхем развлекал присутствующих, рассказывая разные забавные истории, а гости смеялись, включая и обычно грустную Марианну.

– Замечательно, что мои истории приняты благосклонно, – удовлетворенно сказал Джордж и обратил свое внимание на племянницу. – Я рад, что ты не стала поощрять Фаррингдона. У меня есть все основания полагать, что он ищет себе богатую жену. Судя по тому, что я слышал, он почти разорен.

– О, вам не нужно предостерегать меня насчет этого джентльмена, – заявила Джулия. – Он спросил, не соглашусь ли я пойти с ним на музыкальный вечер у миссис Петерсон. Разумеется, я отказалась. – Она рассмеялась, в ее глазах появилось несвойственное ей высокомерное выражение. – К тому же он, кажется, переключил свое внимание на Каролину… так что предложения от него я вряд ли дождусь.

– О, дорогая, надеюсь, вы ошибаетесь, – рассмеялась Каролина. – Если он питает какие-то надежды в отношении меня, боюсь, его скоро постигнет разочарование. Мне не слишком нравятся его манеры, кроме того, я не та богатая наследница, которую он ищет.

– Ваше лицо – это ваше богатство, – сказала Джулия, с восхищением глядя на нее. – Как бы мне хотелось быть такой же красивой, как вы, Каролина!

– О, я не красавица, – ответила Каролина, – а вы очаровательны, Джулия. Вы ведь знаете об этом?

– Очаровательна – не значит, красива, не правда ли, дядя Джордж? Каролина очень красивая, вы так не думаете? И она нравится мне больше всех моих новых знакомых. Я надеюсь, пока она в городе, видеться с ней как можно чаще.

– Вы еще долго пробудете в Лондоне, миссис Холбрук? – спросил мистер Милбанк у Марианны. – Я сам здесь только проездом. Климат в Бате мне больше по душе, а в Лондон я заехал, только чтобы посетить моего портного… лондонским портным нет равных.

Тема разговора тут же переменилась, все стали обсуждать портных, и за оживленной беседой время пролетело незаметно. Миссис Холбрук и Каролина пробыли в гостях куда дольше, чем требовал обычный визит вежливости.

– Вы ведь приедете на мой танцевальный вечер завтра, не правда ли? – спросила Джулия. – Пожалуйста, вы должны приехать, иначе я очень расстроюсь.

– Да, конечно, мы приедем, – ответила Марианна, прежде чем Каролина успела открыть рот. – Мы с нетерпением будем ждать встречи, а сейчас нам пора. Леди Таунтон устраивает сегодня званый ужин, и нам не следует опаздывать.

Мистер Беллингхем спустился вместе с ними в холл, чтобы попрощаться.

– Я рад, что вы приехали, – сказал он Каролине. – Редко выдается возможность поговорить так, как сегодня. Могу я попросить вас оставить за мной два танца, мисс Холбрук?

– С удовольствием, – ответила она, – почту за честь, сэр.

Мистер Беллингхем подал ей руку, и она вслед за матерью села в экипаж. Помахав ему на прощание, Каролина откинулась на подушки.

– Я прекрасно провела время, а ты? – спросила Марианна. – Я думала, что это будет утомительно, но нет, я чувствую себя прекрасно.

Вернувшись домой, Каролина обнаружила на столике в холле небольшой пакет. Она тотчас поняла, что это книга, которую обещал прислать сэр Фредерик. На губах Каролины появилась довольная улыбка. Сэр Фредерик выполнил свое обещание, это было очень мило с его стороны.

В глубине души Каролина сожалела, что ее не было дома, когда он принес книгу, и она не смогла лично поблагодарить его. Она решила послать сэру Фредерику вежливую записку с благодарностью по адресу, указанному на карточке, что была вложена в пакет. Поднимаясь в свою комнату, чтобы переодеться к ужину, Каролина думала о сэре Фредерике и о том, увидит ли она его на вечере у Джулии…

На следующее утро леди Таунтон почувствовала легкое недомогание и заявила, что вечером не сможет сопровождать Каролину на танцы.

– Мне очень жаль, что вы плохо себя чувствуете, тетя, – ответила Каролина, – мама могла бы поехать со мной. Она уже согласилась, я думаю, ей хочется надеть новое платье.

– Что ж, прекрасно, – сказала леди Таунтон с кислой улыбкой, – а то меня уже утомила эта суета. Я ведь только ради вас стараюсь, мисс. Пусть Марианна хоть раз исполнит свой материнский долг. Будем надеяться, что на следующий день она не сляжет в постель.

Ничего непредвиденного не произошло, и вечером Каролина с матерью отправились на прием. Это был скромный танцевальный вечер, не похожий на традиционно пышные балы сезона. Джулия приветствовала гостей. В белом платье, украшенном стеклярусом, она выглядела прелестно.

Гостей было немного, но среди них Каролина увидела несколько знакомых ей джентльменов, с которыми встречалась на балах прежде. Танцы уже начались, когда в зал вдруг вошел мистер Фаррингдон. Каролина удивленно посмотрела на Джулию.

– Это мама пригласила его. До того, как Джордж рассказал о его финансовых затруднениях. Лучше бы она этого не делала, мне он не нравится. Я надеялась, мистер Фаррингдон не придет, но он, кажется, не понимает, что ему не везде рады. Надеюсь, он не станет приглашать меня прогуляться с ним.

– Если он все же попытается, вы ему откажите, и все, – сказала Каролина. – Ваша карточка уже заполнена?

– Почти, – ответила Джулия. – О, посмотрите, идет сэр Фредерик. Я попрошу его пригласить меня на два танца, тогда мне не придется танцевать с мистером Фаррингдоном.

Улыбнувшись сэру Фредерику, Джулия протянула свою карточку, попросив вписать свое имя в две пустые графы. Исполнив желание Джулии, сэр Фредерик вернул ей карточку, и Джулия упорхнула.

– Могу я надеяться на то, что мне удастся сегодня пригласить вас на танец, мисс Холбрук? – учтиво поклонившись, спросил сэр Фредерик.

– Да, у меня как раз осталось два свободных танца, – ответила Каролина. Она специально оставила их для сэра Фредерика, но ни за что на свете не призналась бы ему в этом. – Первый как раз начинается, а второй будет перед самым ужином.

– Тогда впишите, пожалуйста, мое имя, – сказал Фредди и предложил ей руку. – Надеюсь, книга, которую вы взяли в библиотеке, показалась вам занимательной?

– Я прочла пока только одну главу, – ответила Каролина, – но уверена, что книга мне понравится. Мама сказала, что тоже хочет ее прочесть, когда я закончу… Так что, как видите, я не единственная легкомысленная женщина, которая увлекается романами миссис Радклифф.

– Уверяю, я никогда не считал вас легкомысленной, мисс Холбрук. Может быть, немного безрассудной. Или это лишь маска, призванная ввести нас всех в заблуждение?

Он явно дразнил Каролину и, по ее мнению, заслуживал достойного отпора.

– Вы ошибаетесь, сэр, – с вызовом в голосе ответила она. – Что заставляет вас думать, будто я притворяюсь? Что я не та, какой кажусь?

– Так, просто пришла в голову мысль, – пробормотал сэр Фредерик. – Значит, я ошибаюсь?

Каролина ничего не ответила.

– Я вас обидел, мисс Холбрук? Прошу прощения. Могу ли я предложить вам прогулку верхом? Я надеюсь, вы согласитесь…

– О-о… – Это предложение удивило Каролину, она не ожидала ничего подобного. – Да, конечно, почему бы нет, сэр. Несколько раз я выезжала верхом с мистером Беллингхемом, но… да, благодарю вас. Буду рада.

– Может быть, послезавтра? Если у вас, конечно, нет других планов на этот день. Я заеду за вами в десять, если это не слишком рано?

– Вовсе нет. Буду вас ждать.

Танец закончился и сэр Фредерик проводил Каролину к Джулии, которую собирался пригласить на следующий танец. На несколько мгновений Каролина осталась одна. Она заметила, что к ней направляется мистер Фаррингдон, но, к счастью, раньше его к ней подошел джентльмен, которому Каролина обещала следующий танец.

В течение вечера мистер Фаррингдон предпринял еще две попытки приблизиться к ней, но Каролине удалось избежать встречи с ним. За несколько минут до последнего танца она вышла на террасу, чтобы подышать свежим воздухом. Она не заметила Фаррингдона, притаившегося в полумраке, и испугалась, когда он вдруг возник перед ней. Она сделала несколько шагов, намереваясь вернуться в зал.

– Мисс Холбрук, – сказал Фаррингдон, – я хотел поговорить с вами. Я надеюсь, вы окажете мне честь и позволите танцевать сегодня с вами?

– Простите, но в моей карточке не осталось свободных танцев. Я прошу прощения, мне нужно идти, мой партнер, наверное, уже ждет меня.

– Вы не могли бы уделить мне всего одну минуту?

Он преградил Каролине дорогу, и она почувствовала, как по спине побежали мурашки. На мгновение ей стало страшно.

– Нет, я должна идти, – решительно сказала она и попыталась обойти его, но Фаррингдон удержал Каролину, положив руку на ее обнаженное плечо. Каролина отшатнулась. Его глаза блеснули, он собирался что-то сказать, но его лицо вдруг смертельно побледнело, он опустил руку.

– Мисс Холбрук… кажется, это наш танец?

Каролина увидела сэра Фредерика и едва не расплакалась от охватившего ее облегчения. Ее лицо просияло, она подбежала к сэру Фредерику и протянула ему руку.

– Я не забыла. Я как раз собиралась вернуться в зал, сэр.

– Должен сказать, это было весьма неразумно с вашей стороны, мисс Холбрук, – сказал Фредди, понизив голос, когда они вошли в зал. – Есть джентльмены, рядом с которыми вы были бы в полной безопасности даже на необитаемом острове, но мистер Фаррингдон не тот случай. Что заставило вас выйти к нему?

Каролина посмотрела на него, сердито сверкнув глазами.

– Если вы воображаете, что я вышла на террасу, чтобы встретиться с ним, то вы ошибаетесь, сэр. Мне не нравится этот джентльмен, и я бы не согласилась даже танцевать с ним!

– Я ошибся, мисс Холбрук, и рад это признать. Я поспешил с выводами, но я хорошо знаю Фаррингдона и должен сказать, что он – неподходящая компания для такой юной леди, как вы. Кроме того, он не располагает большим состоянием. Не думаю, что ваша семья сочтет его приемлемой кандидатурой, ведь они, наверное, ожидают, что вы найдете себе выгодную партию.

– Неужели? – Каролина тряхнула головой. – Я очень благодарна вам за совет, сэр. В данном случае он не был столь уж необходим, но прошу вас, продолжайте делиться со мной своим бесценным опытом, когда пожелаете. Ведь, как вы сами только что сказали, мне необходимо подыскать себе выгодную партию, а кто кроме вас до последнего пенни знает, сколько стоит тот или иной джентльмен.

Раз он считает ее охотницей за состоянием, она не будет его разубеждать!

Фредди подавил улыбку. Каролина расслабилась, чувствуя его руку на своей талии. Ее гнев вдруг растаял, как снег под лучами весеннего солнца. Она бросила на Фредди неуверенный взгляд.

– Кажется, я была с вами резка и должна просить у вас прощения, сэр Фредерик. Я была немного не в себе и говорила опрометчиво. В действительности я рада, что вы явились так своевременно и спасли меня.

– Вы не должны извиняться, мисс Холбрук, – заверил он. – Мне нравится, когда юная леди говорит то, что думает. В этом отношении вы очень не похожи на остальных.

Не хочет ли он тем самым сказать, что она плохо воспитана и только ее юность может служить ей оправданием? Каролина не была уверена в том, что сэр Фредерик говорит с ней серьезно. А что, если про себя он смеется над ней? Она решила, что самое лучшее в этой ситуации – сохранять полное достоинства молчание, и до конца танца не проронила ни слова. Только когда сэр Фредерик осведомился, может ли он проводить ее на ужин, Каролина вежливо улыбнулась и поблагодарила его.

В это мгновение к ним подошли Джулия и несколько молодых джентльменов. Убедившись, что Каролина удобно устроена, сэр Фредерик откланялся, оставив ее наслаждаться ужином в шумной компании. Позже она пыталась отыскать его, но безуспешно, по всей видимости, он уехал. Каролина почувствовала себя уязвленной. Она не понимала, что дало сэру Фредерику повод так плохо думать о ней. Конечно, если она станет супругой состоятельного человека, сможет облегчить жизнь маме и помочь братьям, однако ничто на свете не заставит ее выйти замуж по расчету. Увы, из всех знакомых ей джентльменов ни один не нравился ей настолько, чтобы рассматривать его в качестве потенциального жениха…

Глава 3

В ту ночь Каролина долго не могла уснуть. Она размышляла, почему вечер утратил для нее свою прелесть, когда сэр Фредерик ушел. У нее не было ни одного свободного танца, многие из ее партнеров были привлекательными молодыми людьми… но только в присутствии сэра Фредерика она чувствовала себя по-настоящему живой.

Он уехал так рано… Может быть, она обидела его? Была слишком резка с ним? Пожалуй, она и правда говорила необдуманно. Но ведь он, кажется, вообразил, что она хочет выгодно выйти замуж, и это рассердило ее. Не вина Каролины, что несколько знатных и богатых джентльменов почтили ее своим вниманием.

Сэр Фредерик пригласил ее на прогулку, однако Каролина опасалась, что теперь он может передумать. Каролина была вполне благовоспитанной юной леди, хотя и несколько безрассудной. Она решила, что при новой встрече будет более тщательно следить за своим поведением.

Следующий день пролетел незаметно. Сначала поездка за покупками, затем встреча с портнихой, а вечером Каролина с тетей отправились на концерт. Там не было ни сэра Фредерика, ни мистера Беллингхема, и Каролина весь вечер буквально заставляла себя улыбаться.

– Наверное, тебе скучно, Каролина, – язвительно заметила тетя, – но, если ты будешь столь явно это демонстрировать, тебя перестанут приглашать куда-либо.

– Простите, тетя, – ответила Каролина. – Я не хотела никого обидеть, просто я чувствую себя… – Она вздохнула, не зная, что сказать. Отчего ей так грустно? Нельзя же считать вечер неудавшимся только потому, что рядом нет кого-то из друзей. – Возможно, я немного устала.

Это был только предлог, но Каролина обрадовалась, когда вечер закончился и она наконец очутилась в своей комнате. Она долго лежала без сна, спрашивая себя, сдержит ли сэр Фредерик свое обещание относительно завтрашней прогулки.

Каролина напрасно беспокоилась. Сэр Фредерик явился в назначенное время.

– Доброе утро, мисс Холбрук, – поздоровался он, когда дворецкий провел его в гостиную, где Каролина пыталась читать только что доставленную газету. – Сегодня вы выглядите просто очаровательно. – Вы готовы?

– Да, конечно. – Каролина улыбнулась, стараясь скрыть охватившее ее смущение, взяла перчатки и прошла в холл. – Не стоит заставлять ваших лошадей ждать.

Набросив накидку и завязав ленты шляпки, она проследовала за сэром Фредериком на улицу. Грум прохаживался возле лошадей у крыльца.

– Спасибо, Джим. Ты можешь идти.

Грум ушел. Фредди обернулся к Каролине. Она заметила, что в коляску впряжена пара прекрасных серых лошадей.

– Мне казалось, мистер Беллингхем говорил, что у вас замечательные гнедые, сэр. Вы поменяли лошадей?

– Нет, у меня появилась возможность приобрести этих, и я подумал, что они будут неплохо смотреться в моей конюшне. Лошадей никогда не бывает много.

– О, я согласна с вами. Любой гордился бы такими лошадьми.

– Далеко не все юные леди проявляют интерес к лошадям. Вы – приятное исключение, мисс Холбрук.

Сэр Фредерик подал ей руку, помогая сесть в коляску.

– Неужели? – Каролина посмотрела на него. – Я люблю лошадей с того самого дня, как, едва научившись ходить, вошла в конюшню вместе с моим отцом… и собак я тоже люблю. Я имею в виду нормальных собак, не тех крошечных собачек, которых так обожают многие дамы. Дома я часто гуляю с собаками. – Она рассмеялась. – Честно говоря, я бы охотнее предпочла проводить время с собаками, чем с некоторыми людьми, которых встретила здесь, в городе. – Она вдруг умолкла, осознав смысл сказанных ею слов. – О боже, я совсем не думаю, что говорю. Теперь вы, вероятно, будете считать меня скучной деревенщиной, и моя репутация в ваших глазах будет окончательно загублена.

– Вовсе нет, – возразил Фредди. – Вы слишком умны и энергичны, никто не посмеет назвать вас скучной.

– Буду считать это комплиментом. У вас есть загородное поместье, сэр?

– В настоящий момент у меня три дома. Охотничий домик в Оксфордшире, семейное поместье в Дербишире и еще один охотничий домик в Шотландии, но там я редко бываю. Все это принадлежало моему деду по материнской линии и после его смерти перешло ко мне, но я предпочитаю жить в Лондоне.

– О… да, конечно, – кивнула Каролина. – Сельская жизнь не каждому нравится, хотя лично мне она по душе.

– Жизнь в загородном поместье может быть весьма приятной при условии, что у вас есть хорошая компания. Я не люблю проводить время в одиночестве, когда все мои друзья в городе. Семьи у меня нет, родители умерли в моем детстве, так что я остался на попечении слуг… Иногда меня навещали дядя и дед. Дядя еще жив, как и моя крестная мать, леди Страуд.

– Простите, я не знала… – Каролина взглянула на сэра Фредерика, его лицо потемнело. У нее сжалось сердце при мысли о несчастном одиноком ребенке.

– Откуда вам было знать? Это случилось много лет назад. Не стоит меня жалеть. Да, родственников у меня немного, но есть несколько близких друзей и немало хороших знакомых.

– О да, – согласилась Каролина. – Думаю, вы очень близки с мистером Беллингхемом, не так ли?

– Да, мы – друзья.

Они въехали в ворота парка, и Каролина увидела несколько знакомых ей дам и джентльменов. Некоторые были в экипажах, но большинство предпочитало прогуливаться пешком.

– А этот джентльмен тоже принадлежит к числу ваших друзей? – спросила Каролина через несколько минут. Она заметила мистера Фаррингдона, пристально смотревшего на них.

– Просто знакомый. Кажется, его поместье недалеко от моего охотничьего домика. Я не считаю его другом. Мы встречаемся иногда за карточным столом или на приемах.

– Наверное, многие джентльмены проводят время за карточным столом, – задумчиво произнесла Каролина. – Папе не везло в карты. Я думаю, в игре нужно знать меру. Игра разорила не одного джентльмена.

– Это так. Самое страшное, что нельзя ничего сделать, чтобы предотвратить это. Когда у кого-то есть склонность к саморазрушению, никакие предостережения не помогут. – Фредди помолчал мгновение, потом взглянул на Каролину: – Скажите, собираетесь ли вы на прием к леди Роу завтра вечером?

– Да, конечно, мы там будем, – ответила Каролина, уступая его желанию сменить тему разговора. – А вы?

– Я собирался там быть, но дела призывают меня в Оксфорд. Надеюсь вернуться через несколько дней.

– О… – Каролину охватило разочарование. – Что ж… думаю, вы должны уладить свои дела.

– Я должен как можно скорее переговорить с моим управляющим, – объяснил Фредди. – Нужно решить кое-какие вопросы, касающиеся поместья… – Он улыбнулся Каролине. – Вы останетесь в городе до конца сезона?

– Я не уверена. – Каролина задумчиво нахмурила брови. – Думаю, еще несколько недель мы пробудем в Лондоне, а потом… это зависит… от многих обстоятельств.

– Понимаю. А скажите мне, мисс Холбрук, как продвигается ваше чтение?

Они принялись разбирать достоинства произведений миссис Радклифф, затем перешли к обсуждению литературы и поэзии. В то утро в парке было многолюдно, и на обратном пути они встретили Джулию в сопровождении мистера Беллингхема. Каролина ощутила сожаление, когда прогулка подошла к концу и они вернулись к дому тети.

Фредди покинул Лондон вечером того же дня. Разговор с мисс Холбрук не выходил у него из головы. В последнее время он часто думал об этой девушке, но конкретных планов на будущее у него не было. Если бы он решил связать себя узами брака, пожалуй, именно мисс Холбрук он желал бы назвать своей женой… но ему совсем не хотелось стать жертвой охотницы за титулом и состоянием. Фредди понимал, что рано или поздно ему придется жениться. В конце концов, его долг – произвести на свет наследника, ведь у дяди нет детей, которым он мог бы передать семейное имя. Однако жениться только по этой причине…

Это было бы несправедливо и по отношению к женщине, и по отношению к самому себе. Фредди твердо верил в то, что в основе удачного брака лежат искреннее уважение и привязанность супругов друг к другу. В этом-то и заключалась проблема. Он не мог с уверенностью утверждать, что пользуется благосклонностью мисс Холбрук. Он понимал, что ее легкомысленное замечание относительно титула герцогини имело целью досадить ему, но так ли уж эти слова далеки от правды? Он уже успел заметить, что некоторые поклонники Каролины испытывают к ней нечто большее, чем простой интерес, а один или два джентльмена из их числа не уступают ему в знатности и богатстве. А что, если мисс Холбрук или ее мать ждут, пока кто-нибудь предложит цену повыше? Может быть, Каролина лишь притворяется равнодушной, чтобы пробудить его интерес?

Фредди привык жить в свое удовольствие и ни перед кем не отчитываться в своих действиях. Однако если он женится, ему придется изменить образ жизни, а также привести в порядок свои многочисленные поместья. То, что устраивает холостяка, вряд ли подойдет для леди с современными вкусами и живым умом. Да, ему есть о чем подумать, но это может подождать, сейчас нужно заняться безотлагательными делами.

* * *

Несколько следующих дней Каролина была так занята, что у нее не оставалось времени на размышления. Приемы и балы сменяли друг друга, иногда за один вечер ей удавалось посетить сразу несколько.

В этой бесконечной череде событий Каролина начала осознавать, что далеко не всех джентльменов она была бы рада видеть каждый день. Большинство знакомых ей мужчин обладали хорошими манерами и были достаточно привлекательны, однако в общении с ними Каролине чего-то не хватало. Лишь в обществе двух-трех джентльменов Каролина могла быть самой собой. Самым приятным из ее знакомых был мистер Беллингхем, рядом с ним и Джулией Фэйрчайлд, которая со временем стала ее подругой, Каролина чувствовала себя счастливой.

Почти неделя минула, прежде чем она снова встретила сэра Фредерика. В субботу вечером Каролина вошла в большую гостиную миссис Эштон и увидела Фредди в обществе мистера Беллингхема и Джулии. У нее перехватило дыхание, сердце замерло, а потом учащенно забилось. Каролина поспешно раскрыла веер, спрятав за ним залившееся румянцем лицо, решив присоединиться к друзьям позже.

После ужина гости разбрелись по гостиной – одни предпочли музыку, другие – игру в карты. Некоторые джентльмены уже сидели за карточными столами в дальнем конце комнаты, но сэр Фредерик, мистер Беллингхем и Джулия стояли у большого французского окна, выходящего на террасу. Улыбнувшись Джулии, Каролина повернулась к пожилой даме, которая подошла поздороваться с леди Таунтон. Терпение, только терпение, твердила себе Каролина. Ее утешала мысль, что через некоторое время она сможет оставить тетю и присоединиться к своим новым друзьям. В это мгновение ее окликнули знакомые – юная леди по имени Хелен Телфорд, ее брат Генри и кузен Стивен Риверс. Каролина погрузилась в увлекательную беседу. Оказалось, что в это утро Хелен, Генри и Стивен присутствовали при подъеме воздушного шара. По их словам, это было поистине великолепное зрелище. Мистер Риверс настолько воодушевился им, что в самом скором времени собирался и сам подняться на шаре.

– Надеюсь, вы не сделаете ничего подобного, сэр, – испуганно сказала Хелен.

– Ах, это было бы прекрасно! – почти одновременно с ней воскликнула Каролина. – Мне бы тоже хотелось подняться на шаре. Это так увлекательно. Только представьте – вы парите в небе, как птицы, и смотрите сверху на землю.

– А что, если вы упадете? – произнес голос за ее спиной.

Каролина вздрогнула и обернулась, чтобы увидеть перед собой человека, о котором не переставала думать.

– Или вы настолько бесстрашны, что готовы на все, мисс Холбрук?

Каролина посмотрела в темные глаза сэра Фредерика и заметила в них насмешку.

– Больше всего на свете мне хотелось бы подняться на шаре, – ответила она, бросая ему вызов. Ей показалось, что сэр Фредерик намеренно провоцирует ее, и решила, как и прежде, дать ему достойный отпор. – Думаю, если соблюдать осторожность, вероятность упасть с шара чрезвычайно мала. Конечно, может случиться катастрофа, но не думаю, что такое происходит очень часто.

– Я уверен, шар просто не посмеет упасть, если вы будете на борту, – заявил Фредди, удивленный ее словами.

До этого, стоя на некотором отдалении, он наблюдал за Каролиной, завороженный быстрой сменой эмоций на ее выразительном лице. Впрочем, не только он считал эту девушку необыкновенной. Появление Каролины в Лондоне стало настоящей сенсацией, ее имя было у всех на устах. Если бесхитростность и искренность этой девушки не притворны, значит, она – настоящая жемчужина. Он вглядывался в лицо Каролины, словно стараясь проникнуть в глубины ее души. Эта девушка заинтриговала его.

– Признайтесь честно, мисс Холбрук, – сказал он, – вы в самом деле хотите подняться на воздушном шаре? Если да, я мог бы устроить вам такое приключение.

– Правда?! – с восторгом выдохнула Каролина. – О, если бы я только могла… Тетя, конечно, не одобрит меня, но ей совсем не обязательно знать, чем я собираюсь заниматься. Мы могли бы поехать в Ричмонд… Может быть, мистер Беллингхем присоединится к нам?

– Буду признателен, если вы и меня включите в число избранных, – сказал мистер Риверс. – Если Хелен и Генри тоже поедут, все будет выглядеть очень респектабельно. Пикник в Ричмонд-парке и подъем на воздушном шаре. Я уверен, ваша тетя не будет возражать… если мы не станем посвящать ее во все детали предстоящей поездки.

Фредди мысленно издал стон. Он сделал это предложение, не задумываясь о последствиях. Он был уверен, что Каролина откажется, однако, судя по выражению ее лица, она готова была отправиться в путь хоть сейчас.

– О, я думаю, это будет замечательно, – с энтузиазмом сказала Каролина. – Если мы отправимся все вместе, тете не придется меня сопровождать. Когда же состоится поездка, сэр?

– На следующей неделе, – ответил Фредди, увлекаемый силой куда более мощной, чем его воля. – Например, в четверг. Я заеду за вами утром, в десять часов, мисс Холбрук.

– Благодарю вас! – Ее глаза сияли. – Вы так добры, сэр. Не могу выразить, как я вам признательна.

– Не спешите меня благодарить. Может быть, вы еще передумаете, – сказал Фредди. – А теперь пойдем сыграем в вист? Не окажете ли мне честь стать моим партнером?

– Конечно, почему бы и нет? – ответила Каролина.

Она подала Фредди руку, одарив его ослепительной улыбкой. Он едва не зажмурился. На мгновение ему показалось, что перед ним взошло яркое солнце. Поистине Каролина была обворожительной женщиной.

– А против кого же мы будем играть?

– Против Джорджа и Джулии, – сказал Фредди, поборов легкое головокружение. – Джулия очень скромно оценивает свое умение, она сказала, что играет иногда со своей бабушкой на мятные леденцы.

– Неужели? – Каролина улыбнулась. – Я играла с Николасом на карамельки. Обычно он опустошал все мои запасы… Правда, я подозреваю, что он жульничал. Когда я играла с Томом, я почти всегда выигрывала.

– Ах да, ваши братья. Они не собираются в Лондон?

– Нет, не думаю, – с сожалением сказала Каролина. – Наверное, Том приехал бы, если бы мог себе позволить, но Николас сейчас во Франции. Он был отправлен туда в качестве штабного офицера, и я уже почти месяц не получала от него вестей.

Интересно было бы посмотреть на ее братьев, подумал Фредди.

– Видишь, Джордж, я все-таки уговорил мисс Холбрук. Я же говорил, что постараюсь убедить ее присоединиться к нам.

– Мы будем играть друг против друга. Джулия, желаю вам удачи, хотя вряд ли она вам понадобится, ведь вашим партнером будет мистер Беллингхем.

– Джулия отлично играет. – Джордж рассмеялся. – Пусть ее скромность не обманывает вас, мисс Холбрук. Предупреждаю, за карточным столом она не знает жалости.

Пока они устраивались за столом, кто-то из гостей сел за рояль. Комната была просторной, и игроки могли слушать музыку, не отвлекаясь от карт и не мешая остальным наслаждаться импровизированным концертом. Все было устроено в высшей степени удобно.

– Какая большая комната, – заметила Каролина, – не все дома так комфортабельны.

– Такие дома чертовски сложно отапливать зимой, – сказал Фредди. – Мне больше нравятся отдельные кабинеты, если игра серьезная, но для такого вечера помещения лучше не придумаешь.

– Да, хотя здесь немного душно. В отличие от твоего сарая, Фредди. Там холодно даже летом, – вставил Джордж.

– Ты прав. Я собираюсь произвести кое-какую перепланировку.

– Тебе это точно понадобится, когда ты женишься.

– Если я женюсь…

– Мой дорогой друг, – сказал Джордж, – да твой дядя проклянет тебя, если ты не произведешь на свет наследника. У тебя долг перед семьей, у твоих родных надежда только на тебя. – Джордж умолк и смущенно откашлялся. – Прошу прощения, дамы, я, кажется, увлекся…

– Ничего страшного, – с улыбкой ответила Каролина. – От дедушки мне приходилось слышать вещи и похуже.

– Кажется, я незнаком с вашим дедушкой. – Джордж наморщил лоб.

– Да что ты, Джордж, – сказал Фредди, – ты наверняка слышал о маркизе Боллингбруке.

– О боже! – воскликнул Джордж. – Кто же не знает маркиза! Я не знал, что это ваш дед.

– Дедушка не отличался сдержанностью. По крайней мере, в молодости. Я знаю, что его прошлое хранит немало тайн, но он никогда мне ничего не рассказывал.

– Неужели? – Фредди поднял брови. – Вы меня удивляете, мисс Холбрук. Я предполагал обратное. Впрочем, по крайней мере одну из его тайн я могу вам открыть. Я знаю, что однажды ваш дед боксировал без перчаток и этот бой длился двадцать раундов. Это одна из его авантюр, о которых дозволено рассказывать в приличном обществе.

– Откуда вам об этом известно? – Каролина посмотрела на Фредди, ее губы едва заметно дрожали. – Скажите мне, сэр… он победил? Да?

Обязательно расспрошу его, когда увижу в следующий раз…

– Отличный ход, – похвалил Фредди, когда Каролина положила трефы. – Подозреваю, что за вашим дедом водится немало грехов и не все его проделки достойны восхищения.

– Может быть, сменим тему? – предложил Джордж. – В конце недели Джулия устраивает танцевальный вечер по случаю своего дня рождения. Надеюсь, вы придете, мисс Холбрук… а ты, Фредди?

Беседа потекла в другом направлении. Когда гости собрались в столовой, разговор зашел о полетах на воздушных шарах, и несколько молодых людей выразили желание отправиться на пикник вместе с Каролиной и ее друзьями. Решено было ехать в трех экипажах.

После ужина Каролина предложила Джулии объединиться против джентльменов за карточным столом. Это предложение было принято с энтузиазмом. В тот вечер подругам сопутствовала удача, они выиграли две партии из трех, что доставило им большое удовольствие. За игрой застенчивую Джулию было не узнать, она оказалась прекрасным игроком, хладнокровным и умным. Этими качествами она, несомненно, была обязана долгим часам, проведенным за игрой в карты с сильным противником – своей бабушкой.

Каролина пригласила Джулию отправиться на следующее утро за покупками. Подруги договорились о встрече и расстались в самом приятном расположении духа.

Довольная собой и проведенным вечером, Каролина подошла к матери, стоявшей рядом с леди Таунтон, и ее радостное настроение тут же улетучилось.

– Я рада, что ты последовала моему совету, – самодовольно сказала тетя Луиза, и Каролина почувствовала, как в ней просыпается раздражение. – Я весь вечер наблюдала за сэром Фредериком, он, несомненно, увлечен тобой. Если ты будешь вести себя разумно, уверена, он сделает тебе предложение еще до конца сезона.

– Думаю, вы ошибаетесь, тетя, – ответила Каролина, с трудом скрывая охвативший ее гнев. Она не строила никаких планов насчет сэра Фредерика и определенно не собиралась женить его на себе. Правда, он ей нравился, а в последнее время она часто думала о нем и даже самой себе боялась признаться в том, что ее чувства к нему с каждым днем становятся все сильнее. Мысль о том, что сэр Фредерик может решить, будто она рассчитывает на его предложение, пугала ее. – Мы лучше узнали друг друга, но это совсем не означает, что он собирается сделать мне предложение.

– Ты должна слушать тетю, Каролина, – нервно теребя веер, сказала Марианна Холбрук. Она видела, что между теткой и племянницей складываются непростые отношения, и это тревожило ее. Она знала, что сестра не упустит возможности прочитать ей нотацию о плохих манерах Каролины. В своеволии и упрямстве Каролине, конечно, не откажешь, но она была доброй и заботливой, и ее мать не нуждалась в поучениях. – Я уверена, она лучше знает, что надо делать.

– Да, мама, конечно, – ответила Каролина, помрачнев. – Думаю, тетя о множестве вещей знает куда больше меня, но надеюсь, что, по крайней мере, вопрос замужества мне позволено будет решить самой.

– Ты упрямая, неблагодарная девчонка, – вспылила леди Таунтон. – Хорошо, я не стану спорить с тобой, Каролина, но ты еще убедишься, что я была права.

Каролина крепко спала всю ночь, но пробудилась от испуга. Под утро ей приснился странный сон. Она очутилась в большой комнате, где джентльмены играли в карты. Самая рискованная игра шла между двумя мужчинами, одним из которых был сэр Фредерик, и ставкой в этой игре была она, Каролина. Девушка проснулась, дрожа от страха.

Осознав, что все только что увиденное ею было всего лишь сном, она с облегчением рассмеялась. Наверное, причиной этого кошмара стали разговоры о дедушке и его сомнительной репутации. Каким неугомонным он был в молодости!

Каролина всегда питала нежные чувства к старому греховоднику, хотя в детстве видела его довольно редко. Он начал проявлять к ней интерес, когда она повзрослела. Во время своего последнего визита к деду Каролина провела с ним немало времени в библиотеке, разглядывая его книги и картины. Но потом дед рассердился на ее мать и выставил их из своего дома. С тех пор Каролина не получала от него вестей.

Она села за стол, решив написать деду о своем пребывании в Лондоне. В конце концов, если он не захочет читать ее письмо, пусть бросит в камин. Впрочем, Каролина знала, что дед вряд ли сделает это. Наверное, он чувствует себя очень одиноко, ведь родственники его почти не навещают.

Каролина дописала письмо и запечатала его, приложив к горячему воску золотую печатку, которую отец подарил ей незадолго до своей смерти. Она отнесла письмо вниз, положив его к остальным, ждавшим отправки, затем надела шляпку, накидку и в сопровождении горничной отправилась на встречу с Джулией Фэйрчайлд.

Они договорились встретиться в шляпной лавке, а оттуда отправиться в магазин, где продавались красивые шали и разные безделушки. Джулия сказала, что видела там прелестный вышитый бисером кошелек, а Каролина хотела купить зеленую шляпку, которую приметила на прошлой неделе, когда выезжала куда-то с тетей. Она еще тогда собиралась приобрести ее, но тетя сочла, что шляпка слишком темная.

Переступив порог лавки, Каролина увидела Джулию и сопровождавшего ее мистера Беллингхема, а буквально через мгновение, выглянув в окно, заметила сэра Фредерика, переходящего улицу. Должно быть, он заранее договорился о встрече со своим другом, потому что при виде его мистер Беллингхем не выказал никакого удивления.

Каролина подошла к зеркалу и примерила шляпку, которая ей так понравилась. В зеркальном отражении у себя за спиной она увидела сэра Фредерика, одобрительно кивавшего головой.

– Зеленый вам к лицу, – сказал он. – Мне нравится эта шляпка, она вам идет, мисс Холбрук.

– Вы очень добры, сэр, – ответила Каролина и отложила шляпку, – но я не уверена, что это то, что мне нужно.

Она отошла, решив, что не позволит сэру Фредерику повлиять на ее решение. Неужели тетя была права, и он оказывает ей внимание, потому что собирается сделать предложение? Накануне вечером мистер Беллингхем сказал, что сэр Фредерик должен жениться, чтобы исполнить свой долг перед семьей. Хочет ли она выйти замуж только для того, чтобы подарить мужу наследника? Каролина не была в этом уверена и сочла за лучшее держаться от сэра Фредерика подальше. Она выбрала шляпку из темно-синего бархата и водрузила ее на голову. Шляпка была довольно смелой для девушки ее возраста. Каролина хотела уже отложить ее, но увидела, как сэр Фредерик неодобрительно качает головой, и решительно протянула шляпку продавцу.

– Я возьму эту, – с некоторым вызовом сказала она.

– Вам это кажется удачным решением? – поинтересовался Фредди, за показным равнодушием скрывая свое удовлетворение. – Думаю, леди Таунтон не одобрит вашу покупку. Может быть, лучше отложить ее?

– Я решительно настроена купить именно эту шляпку, – заявила Каролина, воинственно сверкнув глазами. – И никому не позволю навязывать мне свое мнение, сэр.

– Очень благоразумно, мисс Холбрук, – спокойно ответил он, хотя в глубине его темных глаз плясал смех. – Но я готов поспорить, что леди Таунтон запретит вам надевать ее.

– На что вы готовы поспорить? – спросила Каролина, бросая вызов.

Сэр Фредерик подумал несколько мгновений, прежде чем ответить.

– Если вы будете в этой шляпке завтра, когда я заеду за вами, чтобы отправиться на прогулку, я выполню любое ваше желание, мисс Холбрук… а если вам запретят выходить из дома с этим недоразумением на голове, вы исполните мое желание.

Это предложение застало Каролину врасплох. Она думала, что сэр Фредерик предложит поспорить на какую-нибудь мелочь, на гинею, например. Это было опасное пари, ведь желание могло быть любым, но, поскольку Каролина была полна решимости в случае необходимости дать тетке отпор, она без колебаний приняла предложение Фредди. Размышляя о том, что она сделает в случае, если выиграет пари, Каролина даже не сознавала, что согласилась отправиться с сэром Фредериком на прогулку. Только вечером она задумалась о том, что будет, если она проиграет…

Глава 4

В то утро Том, погруженный в задумчивость, покинул дом деда и отправился в Лондон. Он провел у старого маркиза целых десять дней, и не только потому, что содержимое врученного ему пакета требовало серьезного изучения, но и потому, что ему не хотелось оставлять деда, остро переживавшего свое одиночество. Лорд Боллингбрук сделал Тому предложение, которое сулило ему путешествие за море. Дед дал Тому время на обдумывание этой перспективы. Кроме того, он выделил внуку сумму, достаточную для погашения самых неотложных долгов, и сообщил, что вскоре по небольшому состоянию получат также брат и сестра Тома.

В день свадьбы Каролина должна была получить двадцать тысяч фунтов, вдобавок некоторые драгоценности, которые не принадлежали к числу фамильных ценностей, а были приобретены бабкой Каролины к своей свадьбе. Это означало, что из бедной девушки Каролина превращалась в состоятельную наследницу. Правда, Тому было строго-настрого запрещено рассказывать сестре об ожидавшем ее богатстве. Дед ясно дал это понять во время их беседы накануне вечером.

– Ты не скажешь ничего ни моей девочке, ни ее матери… и уж точно не ее тетке, Том. А вот что ты должен сказать ее матери, так это то, что я не позволю выдать девочку замуж против ее воли. Я желаю, чтобы меня известили до того, как будет принято решение, ты слышишь меня, мальчик?

– Да, сэр, конечно. Могу я сказать это Каролине, сэр?

– Скажи ей, что она всегда может обратиться ко мне, если окажется в беде, – ответил маркиз. – И убедись, что ее мать все поняла правильно. Она должна спросить меня, прежде чем даст свое согласие на брак Каролины. Ты – глава своей семьи, Том, но в этом вопросе у меня больше прав, я глава рода. Ты понимаешь меня?

– Да, сэр, прекрасно понимаю. – Том улыбнулся. – Поверьте, я тоже не хочу видеть Каролину несчастной. Я не позволю маме принуждать Каролину делать то, чего она не хочет.

Маркиз одобрительно кивнул. Он возлагал на внука определенные надежды. Много лет назад был причинен страшный вред, который следовало исправить, а он сам слишком стар для этого.

– И не забудь передать Каролине, что я хотел бы увидеться с ней, когда у нее будет время.

– Нет, сэр, я не забуду.

Препоручив маркиза заботам преданного камердинера, Том вышел из дома. У крыльца его уже ждал грум. Том сам взял поводья, грум сел рядом, и экипаж быстро покатился по аллее. Том обещал деду дать ответ через три недели и собирался хорошо провести это время в Лондоне.

– Постойте-ка, мисс, что это у вас на голове?! – воскликнула леди Таунтон, с негодованием воззрившись на племянницу. – Надеюсь, ты не собираешься выйти из дома в этом? Ты слишком молода для такой шляпки и выглядишь в ней фривольно.

– О нет, тетя, вы в самом деле так думаете? – Каролина с невинным выражением лица посмотрела на тетю. – Надо же, а сэр Фредерик так уговаривал меня купить эту шляпку, так настаивал, чтобы я надела ее на сегодняшнюю прогулку! Если вы считаете, что мне не следует этого делать, я поднимусь наверх и сниму ее. Боюсь только, что сэр Фредерик будет разочарован. Знаете, тетя, мне кажется, ему не по вкусу бесцветные девицы… Может быть, мне стоит быть чуточку смелее, если я хочу заинтересовать его? Но если вы не согласны…

– Полагаю, ты считаешь себя самой умной, – проворчала тетка. – Очень хорошо, девочка, выставляй себя на посмешище, если тебе хочется, но только помни – если ты погубишь свою репутацию, никто не сделает тебе предложение.

– Ах, тетя, если бы это было так, – пробормотала себе под нос Каролина и, услышав стук дверного молотка, поспешила спуститься вниз.

С высоты лестничной площадки тетя наблюдала, как сэр Фредерик входит в дом и снимает шляпу, приветствуя ее племянницу. Подняв глаза, он увидел леди Таунтон, выражение ее лица говорило о многом. Он поклонился ей и повернулся к Каролине.

– Вы выглядите прелестно, мисс Холбрук, – приветствовал ее Фредди. Леди Таунтон фыркнула, выражая свое недовольство, и удалилась. – Эта шляпка вам очень идет. Кажется, я проиграл наше пари… Каково будет ваше желание? – спросил он, понизив голос, когда они шли к экипажу.

– Можно я немного подумаю? – спросила Каролина, склонив голову набок. Ее глаза светились лукавством.

Фредди улыбнулся. Эта девушка была само очарование! Однако нравится ли он ей, и если да, то насколько для нее важно его финансовое благополучие?

– А что вы потребовали бы от меня, если бы я проиграла?

– Ничего выходящего за рамки приличий, – сказал Фредди, – но с вашего позволения я сохраню это в секрете. Мне кажется, вы унаследовали азартный характер вашего деда, мисс Холбрук, значит, это пари не последнее и в следующий раз я могу выиграть. – В его глазах сверкнули веселые искорки.

– Возможно, вы уже выиграли, сэр. Ведь вы заставили меня купить эту шляпку, разве нет?

– Я заметил, что вам к лицу глубокие цвета. У вас есть родные, воле которых вы должны подчиняться, но я осмелюсь дать вам совет относительно одежды, мисс Холбрук. Будьте смелы в своем выборе, это вам идет. Вы знаете, что вас считают оригинальной? Сейчас вы можете говорить и делать почти все, что пожелаете, ведь вы – любимица общества.

– Я?! – изумленно воскликнула Каролина и недоуменно посмотрела на сэра Фредерика. – Вы, должно быть, шутите, сэр? Конечно, все были очень добры ко мне, но я и подумать не могла, что произвела такой фурор. В конце концов, у меня почти нет денег.

– В вашем случае это не имеет никакого значения, – ответил Фредди. Он уже начал понимать, что Каролина говорит то, что думает, и что ее искренность не напускная. – Я знаю из достоверных источников, что в книге ставок самого респектабельного клуба «Уайте» десять пари касаются вас, мисс Холбрук.

– Неужели? – спросила Каролина, издав довольный смешок. – Умоляю вас, скажите, о чем же эти пари?

– Нет-нет, – ответил Фредди, – ведь тогда пари будут признаны недействительными.

– Это было бы неприятно, – вздохнула Каролина с улыбкой, садясь в экипаж.

– В самом деле, – невозмутимо ответил Фредди. – Игра – это серьезное дело, мисс Холбрук. Иногда джентльмены злоупотребляют горячительными напитками и лишаются целых состояний. Один джентльмен, например, поспорил, что попадет прямо в глаз королю пик. В трезвом состоянии он был превосходным стрелком, но в тот вечер в нем уже плескалось некоторое количество бренди. Он выстрелил, промахнулся и потерял небольшое поместье в Кенте.

– Это просто ужасно, – сказала Каролина. – Я бы не стала заключать такие пари.

– Полно, мисс Холбрук, где же ваш бойцовский дух?

– Возможно, если бы я была богата… но у меня нет поместья. – Она посмотрела на него. – А вы когда-нибудь заключали такие пари?

– Об одном из них я вам только что рассказал, – рассмеялся Фредди. – Впрочем, тогда я был гораздо моложе и не умел сдерживать себя. Кстати, то поместье мне все равно не слишком нравилось, потом я выиграл другое, которое мне пришлось больше по вкусу.

– Вам обычно везет за карточным столом?

– О да, – беззаботно сказал он, ловко управляя экипажем на запруженной улице. – Обратите внимание на джентльмена слева, в причудливом пурпурном сюртуке… только незаметно. Однажды я выиграл у него десять тысяч гиней. Я предложил ему отыграться, но он отказался.

– Наверное, не мог себе этого позволить.

– Напротив, у него денег куры не клюют. Его дядя недавно оставил ему огромное поместье, по некоторым оценкам, оно стоит около полумиллиона. Готов поспорить, он скоро и его проиграет.

– Значит, он очень глуп. По-моему, азартные игры, особенно при крупных ставках, приносят одни только несчастья семьям тех, кто не может обуздать свой азарт.

– Вы абсолютно правы, мисс Холбрук, – серьезно сказал Фредди. – Один из моих близких друзей совершенно разорился, играя в карты, и я никак не мог ему помочь. Если бы он играл только со мной, я еще мог бы его спасти, но он опустился до каких-то притонов, где ставки были непомерно высокими. Только безумцы осмеливаются играть в таких местах.

– Надеюсь, вы не принадлежите к их числу?

– Я? О нет. Я умеренный игрок, мисс Холбрук, и карточному столу обычно предпочитаю пари, ставкой в которых не всегда бывают деньги.

– Значит, если бы я проиграла наше пари, мой проигрыш был бы выражен в неденежной форме?

– Конечно. Но вам не удастся заставить меня раскрыть мой секрет, мисс Холбрук. Я решительно настроен выиграть в следующий раз. Чего же вы пожелаете потребовать у меня?

– Я думаю… – Каролина уже собиралась сказать, что ей ничего не нужно, но в это мгновение к ним приблизился один из молодых людей, прогуливавшихся в парке.

– Вы сегодня особенно очаровательны, мисс Холбрук, – сказал он, сняв шляпу и улыбнувшись Каролине. – Я бы хотел, с вашего позволения, сказать несколько слов сэру Фредерику. Вы уже слышали о кулачном бое, сэр? Он состоится в Хите в следующий вторник. Говорят, на этот раз победит Джентльмен Джордж. Вы там будете?

– Думаю, что да, – ответил Фредди, нахмурившись, – но обсудим это в другой раз, Блэкени.

Молодой человек покраснел:

– О, я понимаю, Рэтбоун, надеюсь, мисс Холбрук не обидится на меня.

– Конечно нет, – сказала Каролина, между тем Фредди молча натянул поводья, трогая лошадей с места. – Я в самом деле ничего не имею против, сэр. – Она бросила на Фредди быстрый взгляд и увидела, что он хмурится. – Что вас так рассердило?

– Подобные разговоры неприлично вести в присутствии юных леди. Этот молодой идиот мог бы и сам сообразить.

– О, пустяки, – махнула рукой Каролина и вдруг оживилась: – А мне хотелось бы увидеть кулачный бой… Не могли бы вы взять меня с собой?

– Разумеется, нет, об этом не может быть и речи. Кулачные бои – зрелище не для молодых девушек.

– Но вы должны, – настаивала Каролина, задетая его словами. И почему мужчины думают, что женщины слишком утонченные создания для лицезрения подобных развлечений? В детстве она не раз видела, как дерутся ее братья. – Вы обещали выполнить мое желание, вот оно: я хочу пойти с вами и посмотреть бой.

Повернувшись, Фредди недоверчиво посмотрел на нее. Понимает ли она, о чем просит?

– Вы ведь шутите, мисс Холбрук? Это в высшей степени неприлично, и, если ваша тетя узнает, ее хватит удар.

– Ей совсем не обязательно об этом знать, – отмахнулась Каролина. – Я ей не скажу, вы тоже… так откуда она узнает?

– Да ведь ваше появление не пройдет незамеченным, все будут говорить об этом, – ответил Фредди, качая головой. – Разразится ужасный скандал, и ваша репутация будет безвозвратно погублена. Нет, я не могу этого допустить. Не думаю, что вы отдаете себе отчет в том, каковы могут быть последствия. – Он бросил на нее суровый взгляд. – Это чистой воды безрассудство.

– Но вы ведь знаете, что уплата долга – это вопрос чести, – сказала Каролина, в ее глазах светилось озорство. По правде говоря, ей не так уж и хотелось увидеть этот бой, но она желала настоять на своем. Сэр Фредерик не сможет уклониться от выполнения ее желания, чувство справедливости не позволит ему сделать этого. – И потом, есть прекрасный выход из положения… если я переоденусь в мужскую одежду и спрячу волосы, все решат, что я – ваш грум.

– Поверить не могу, что вы осмелитесь на такое, – растерянно проговорил Фредди. Впрочем, этот план не так уж и плох. Смелость Каролины восхищала его, ее идея начала ему нравиться. Он решил проверить, как далеко согласна зайти эта девушка. – Как вам удастся выйти из дома… и где вы возьмете одежду?

– Бой, наверное, состоится рано утром? Я выскользну из дома и вернусь до того, как моя тетя встанет.

– Да, пожалуй… – Фредди был заинтригован, он не ожидал от Каролины ничего подобного. – Я мог бы передать сверток с одеждой вашей горничной, если вы в самом деле хотите пойти… Не спешите с ответом, подумайте хорошенько. А что, если все раскроется?

– Мама и тетя редко встают до полудня. К этому времени мы уже вернемся.

Фредди с сомнением посмотрел на нее. Это было безумие, он знал, что должен отказать Каролине, но он всегда платил по счетам… Нет-нет, это просто предлог. Зачем обманывать самого себя? Он хотел увидеть, так ли храбра Каролина, как заявляет.

– Если вы передадите мне через свою горничную свое платье, пожалуй, ваш план может сработать, – сказал он. – Вы можете переодеться в свою одежду после того, как мы покинем место боя, и вернетесь домой так, будто мы с вами выезжали на прогулку… Вы в самом деле готовы рискнуть?

Он пристально посмотрел на нее. Каролина была совершенно захвачена этой идеей. Это будет настоящее приключение!

– Если я переоденусь грумом и испачкаю лицо, меня никто не узнает.

– Но как вы выйдете из дома?

– О, я что-нибудь придумаю, – заверила Каролина. – Я уже делала это прежде… дома. Здесь, в городе, это может оказаться задачей потруднее, но я справлюсь.

– Прекрасно, – ответил Фредди. – В таком случае заключим еще одно пари, мисс Холбрук. Если вы хорошо сыграете свою роль, я возьму вас на бой, но, если вы передумаете, будете должны мне одно желание.

– Я думаю, что вы проиграете, – сказала Каролина, сверкнув глазами. Сейчас она была еще красивее, чем раньше. – Я сделаю это… но мы должны прийти вовремя, я не хочу ничего пропустить.

Фредди рассмеялся. Эта девушка была настоящей искусительницей. Сможет ли он провести ее на бой и вернуть домой так, чтобы никто об этом не узнал? Это настоящий вызов, и он должен его принять.

– Полагаю, вы будете на балу в понедельник вечером? – спросил он. – Если наутро вы проспите и забудете о бое, я не стану вас винить.

– Вам не выиграть пари так легко, – ответила она, вскинув голову. – Мы еще поговорим об этом, сэр… а сейчас, я думаю, нам надо остановиться. Я вижу друзей, нам следует поприветствовать их.

У дверей тетиного дома Каролина попрощалась с сэром Фредериком. Она предложила ему зайти на чашку чаю, но он отказался, сославшись на неотложные дела. Улыбнувшись, Каролина протянула ему руку, которую он галантно поцеловал.

Каролина вошла в дом. Она была чрезвычайно довольна собой, ведь ей удалось настоять на своем. Она знала, что эта дерзкая выходка могла дорого ей обойтись, но все же чувствовала не страх, а приятное волнение. Слишком долго она вела спокойную, размеренную жизнь, как подобает юной леди. И почему это женщины должны всегда следить за своим поведением, а мужчины могут делать все, что пожелают?

– Каролина, – послышался голос матери, когда девушка поднималась по лестнице. – Иди сюда, дорогая. У нас гость.

Миссис Холбрук стояла на пороге маленькой гостиной, в которой любила проводить время, пока гостила у сестры. Комната была уютной и прекрасно меблированной, леди Таунтон редко пользовалась ею, так что миссис Холбрук могла считать ее своей. На ее лице сияла радостная улыбка, видимо, случилось что-то хорошее.

– Что такое, мама? – Сердце Каролины учащенно забилось. – Это Николас?

– Нет, это твой брат Том, – сказала миссис Холбрук, хватая дочь за руку и увлекая ее в гостиную. – Он сейчас в своей комнате, переодевается. Он только что приехал, и с хорошими новостями. Боллингбрук уплатил самые неотложные из его долгов. Вот… Что ты об этом думаешь?

– Я думаю, что новости в самом деле прекрасные, – ответила Каролина, радуясь и одновременно удивляясь. – Я так рада за Тома, мама. Ты знаешь, почему дедушка решил помочь ему?

– Представления не имею, – пожала плечами Марианна, хмуря брови. – В последний раз, когда мы гостили у него, он явно дал понять, что не хочет больше нас видеть… но Том говорит, что он спрашивал про тебя, Каролина. Как было бы замечательно, если бы он сделал что-нибудь для тебя и Николаса.

– О, мама, он совсем не должен… Вполне достаточно того, что он помог Тому избавиться от долгов. Николас ведет такую жизнь, которую выбрал сам. У нас все хорошо, не так ли?

– Если твой дед хочет что-нибудь сделать для тебя, ты должна его навестить, – наставительно произнесла мать, пропуская мимо ушей слова дочери. – Я знаю, что следующие несколько недель ты занята, но потом ты могла бы погостить у него два-три дня. Я, разумеется, останусь здесь, и ты всегда можешь вернуться сюда. Твой брат собирается снова посетить Боллингбрука через три недели. Он возьмет тебя с собой, а твой дед мог бы отправить тебя обратно в своем экипаже. Да, это было бы удобно.

– Я рада буду увидеть дедушку, – кивнула Каролина. Она любит деда и с удовольствием проведет в его доме несколько дней. – Но ты не должна ничего от него ждать, мама. Дедушка, наверное, решил, что помочь Тому – его долг, но мне ничего не нужно. Я вполне довольна тем, что имею.

– Не будь дурочкой, – нахмурилась миссис Холбрук. – Луиза говорит, есть надежда на брак между тобой и неким джентльменом… но ничего нельзя сказать наверняка, Каролина. Ты могла бы получить больше предложений, если бы располагала подобающим приданым.

– Предложений от кого? От охотников за богатыми невестами? – Каролина подняла брови. – Надеюсь, я встречу того, кто будет любить меня, а не мои деньги, мама… если же нет, ничего страшного не произойдет. Я останусь дома и буду помогать тебе.

– Не говори чепухи, – сердито ответила мать. – Луиза была права. Ты очень упряма и не понимаешь, что для тебя хорошо, а что плохо. У меня нет собственного дома, а твой брат не захочет нас видеть у себя, когда решит жениться. Луиза предложила мне поселиться у нее после того, как твоя судьба будет устроена. Ты должна выйти замуж, Каролина. Каждая женщина хочет иметь свой дом, мужа, детей.

– В самом деле, мама? Неужели у женщины не может быть другой жизни? Несправедливо, что нам не позволено жить так, как живут мужчины… – Она остановилась, увидев на лице матери изумление. – Ну не совсем так, как мужчины… Я имею в виду, что мы не можем делать то, что нам нравится. Почему женщина не может быть юристом, например, или врачом? Почему мы должны ограничивать себя одной только ролью жены и матери?

– Каролина, ты говоришь вздор! – воскликнула миссис Холбрук. – Неудивительно, что твоя тетя постоянно жалуется на твое поведение. Она говорит, что ты могла бы уже быть помолвлена, если бы приложила усилия.

– Мама, со дня нашего приезда сюда прошло не больше трех недель. Ты ведь не хочешь, чтобы я вступила в брак с первым встречным?

– Разумеется, нет, – сказала миссис Холбрук. – Я говорила Луизе, что еще слишком рано, но она утверждает, что ты сама все портишь своим упрямством и излишней свободой в общении. Надеюсь, страхи твоей тети беспочвенны. Дома ты могла вести себя как заблагорассудится, но здесь тебе нужно следить за своим поведением и за своими словами, дорогая.

Увидев встревоженное лицо матери, Каролина почувствовала укол вины. Что бы подумали ее родные, если бы узнали о пари, которое она заключила с сэром Фредериком? Она прекрасно понимала, что вела себя совсем не так, как подобало юной леди из высшего общества.

Может быть, будет благоразумнее позволить сэру Фредерику выиграть это пари? Нет, на это Каролина пойти не могла. Если она струсит, он посмеется над ней.

– Конечно, мама, – сказала она. – А теперь позволь мне удалиться, я должна переодеться к чаю.

– Каролина! – воскликнул Том, когда сестра спустилась вниз. Он окинул ее взглядом и одобрительно кивнул, заметив, что она извлекла пользу из короткого пребывания в городе и теперь выглядит как настоящая юная леди. – Ты очаровательна. Тебе нравится здесь?

– Да, очень нравится, – искренне призналась Каролина. – У меня появилось столько друзей, Том, и все было бы совсем замечательно, если бы… ну, ты понимаешь… если бы не тетя. Я знаю, мне не следует жаловаться, ведь я здесь только благодаря ее щедрости.

– Ну, я бы не был в этом так уверен, я хорошо знаю тетю, – ответил Том с печальной улыбкой. Он уже успел получить свою долю нотаций от леди Таунтон. – Впрочем, у меня есть хорошие новости. Дедушка говорит, что ты не должна выходить замуж против своей воли, он этого не допустит. Он велел мне убедиться, что тебе не угрожает эта опасность. Да я и сам не позволил бы этому случиться, но теперь у нас есть дедушкино благословение. Это означает, что тебя никто не заставит вступить в брак только потому, что этого желает тетя Луиза.

– Это так мило с его стороны, – смутилась Каролина. – Я и не представляла, что дедушку так заботит моя судьба.

– Мы плохо его знаем, – сказал Том и нахмурился. – Он не выносит маму, потому что считает ее слишком мягкой, слабохарактерной. Думаю, он винит ее в том, что папа наделал долгов. Это, конечно, несправедливо, но она раздражает его, а ты ведь знаешь его нрав. Он слишком долго сторонился людей и теперь жалеет об этом. Если бы ты узнала его получше, Каролина, думаю, он бы тебе понравился.

– Но я и так люблю дедушку, – возразила Каролина. – Он всегда был добр ко мне… По-моему, он не любит только маму, это нехорошо с его стороны. Действительно, она не умеет постоять за себя, и это его злит. Дедушке нравится, когда ему дают отпор.

– Вижу, ты знаешь его лучше, чем я думал, – ответил Том. – Наш дед – темная лошадка, оказывается, его жизнь полна секретов, о которых я даже не догадывался. И не узнал бы, если бы он сам мне их не открыл.

– Правда? Расскажи мне! – взмолилась Каролина, но брат лишь покачал головой. – О, это несправедливо. Почему я не должна об этом знать? Потому что я женщина?

– Нет, дело совсем не в этом. Дед просил сохранить его откровения в тайне, и я не могу нарушить данное ему слово, Каролина. Ты же не хочешь, чтобы я это сделал?

– Нет, если ты обещал… – вздохнула она. – А они очень страшные, Том? Эти секреты?

– Некоторые просто удивительные, а один действительно страшный, – ответил брат. – Некоторые даже сочли бы его возмутительным, хотя… – Он покачал головой. – Нет, я не должен тебе ничего рассказывать, прости. Мне не следовало бы даже упоминать об этом, но дедушка просил меня кое-что сделать для него, и, если я соглашусь, мне придется на некоторое время уехать за границу.

– Тебе придется покинуть Англию? – Каролина изумленно посмотрела на Тома. – Но для чего?

– Дедушка хочет, чтобы я исправил… причиненный вред, как он это назвал. – Том рассмеялся. – Нет, я и так достаточно тебе сказал и не произнесу больше ни слова о дедушкиных тайнах, как ни проси. Скажи, куда ты приглашена сегодня вечером и могу ли я поехать с тобой?

За несколько следующих дней Каролина под неусыпным надзором леди Таунтон посетила несколько приемов, иногда ее сопровождал брат. На этих приемах неизменно присутствовал и сэр Фредерик. Иногда Каролина чувствовала, что ее желание увидеть кулачный бой слабеет, в такие мгновения она готова была отказаться от своей затеи. Всякий раз, когда Каролина встречала сэра Фредерика, он осведомлялся, не передумала ли она, но одного взгляда его насмешливых глаз было достаточно, чтобы укрепить ее решимость. Он ждет, что она откажется, но этого не случится.

В понедельник утром Мэри, горничная Каролины, принесла в ее комнату сверток, переданный ей грумом сэра Фредерика. Каролине пришлось довериться горничной и подарить ей прелестную шаль, о которой Мэри давно мечтала. Горничная должна была открыть дверь черного хода, выпустить Каролину, а затем снова запереть дверь. Это давало Каролине возможность беспрепятственно добраться до конюшни, где ее должен был ждать сэр Фредерик.

Бал в тот вечер стал для Каролины настоящим испытанием. У нее не было ни одной свободной минуты. Она дважды танцевала с сэром Фредди, дважды с мистером Беллингхемом, один раз с братом, потом с другими джентльменами. Каролина, однако, позаботилась оставить незанятыми несколько танцев после ужина и часто жаловалась тете на духоту в зале. Когда пробило одиннадцать, она заявила, что у нее раскалывается голова, и спросила леди Таунтон, не будет ли она возражать, если сегодня они уедут раньше.

– Ты раскраснелась, – заметила тетя Луиза. – Ты почти не бываешь дома и, наверное, переутомилась. Завтра тебе, пожалуй, следует отдохнуть, Каролина.

– Я уверена, тетя, что со мной все будет в порядке, но, если вы считаете, что я должна отдохнуть, завтра я посплю подольше.

Леди Таунтон с подозрением посмотрела на нее. Каролина нечасто демонстрировала подобное смирение. Списав это на плохое самочувствие племянницы, она велела подать экипаж, и они уехали домой на час раньше обычного.

Едва войдя в комнату и заперев дверь, Каролина тут же достала свой новый костюм, примерила его и захлопала в ладоши – мужская одежда сидела на ней идеально. Она стянула волосы в узел, который можно было спрятать под шапкой, и придирчиво оглядела себя в зеркало. Из нее вышел замечательный мальчик. Те, кто дал бы себе труд приглядеться к ней повнимательнее, пожалуй, сочли бы черты ее лица слишком изящными, но кто обратит внимание на грума? Каролина решила не снимать костюм, легла в постель и накрылась легким одеялом. Она боялась проспать, хотя взяла с Мэри слово, что та разбудит хозяйку в нужный час. Еще не рассвело, когда горничная вошла в комнату со скромным завтраком – булочкой и стаканом молока.

– Я подумала, что вам лучше съесть что-нибудь перед отъездом, мисс, – сказала Мэри. – На сытый-то желудок веселее.

– Спасибо, – улыбнулась Каролина, отщипнула кусочек булочки и заставила себя проглотить немного молока. – Если кто-нибудь будет спрашивать меня, скажешь, что я еще сплю, а позже – что уехала на прогулку с сэром Фредериком. Не о чем волноваться, Мэри. Это же просто шутка… совсем как наши с Николасом проказы.

– Прошу прощения, мисс, но это не одно и то же.

– Наверное, ты права, – согласилась Каролина.

Она почувствовала, как ее желудок стягивается в тугой узел. И почему эта идея казалась ей такой привлекательной? Если бы не насмешливые огоньки в глазах сэра Фредерика и молчаливый вызов, который он словно бросал ей при каждой встрече, Каролина давно сдалась бы.

Теперь же гордость не позволяла ей отступить, и, несмотря на охвативший ее страх, она готова была идти до конца. В конце концов, что такого ужасного она делает? Всего лишь отправляется на кулачный бой в сопровождении хорошо знакомого ей джентльмена.

Отпирая дверь, горничная бросила на девушку странный взгляд. «Наверное, она думает, – решила Каролина, – что я иду на свидание с любовником». Эта мысль возмутила ее. Какой вздор! Как будто она может сделать нечто подобное!

Поежившись от утренней прохлады, Каролина быстро прошла через небольшой садик и вышла за ворота. Она сразу увидела экипаж Фредерика и направилась к нему.

– Доброе утро, милорд. – Здороваясь, она пыталась понизить голос. Это было забавно, но вряд ли кого-то могло обмануть. – Не нужна ли помощь вашей милости?

Фредди обернулся, и его глаза выразили одобрение, смешанное с восхищением. Из Каролины получился очень миловидный мальчик. «Если друзья увидят этого мальчика рядом со мной, – подумал смущенный Фредди, – моя репутация пострадает».

– Доброе утро, парень, – ответил он. – Возьмите-ка немного грязи, мисс Холбрук, и испачкайте лицо. Для грума вы слишком чистая.

– Ах да, я и забыла, – спохватилась Каролина и, зачерпнув немного пыли, потерла лицо, шею и руки. – Так лучше?

– Немного. Если встретим знакомых, не поднимайте голову и ничего не говорите.

Фредди хмурился, он подозревал, что храбрость Каролины напускная. По правде говоря, он и не надеялся ее увидеть. Его удивляло, что она не боится рисковать своим добрым именем. Должна же она понимать, какие слухи разнесутся по городу, если ее кто-нибудь узнает. Впрочем, это его забота – сделать так, чтобы этого не произошло.

– Садитесь в экипаж, – сказал он, не делая попытки помочь ей. Если она не справится сама, поездку можно отменять.

Однако Каролина, не задумываясь, забралась в экипаж, словно всю свою жизнь только и делала, что выполняла приказы.

– Что ж, можем ехать… Но если вдруг при виде крови вам станет дурно, скажите мне, и мы уедем.

– Кровь… – До этого мгновения Каролина почти не думала о бое. Для нее все происходящее было приключением, она хотела вкусить запретный плод. – Да, полагаю, без крови не обойдется.

– Можете не сомневаться, – заверил Фредди и бросил на девушку мрачный взгляд. Понимая, что он испытывает ее, Каролина усилием воли стерла со своего лица все эмоции. – Но мы можем уехать, когда пожелаете.

Каролина ничего не ответила. На протяжении всего пути, который занял около часа, ни она, ни сэр Фредди почти не разговаривали. Они отправились в путь еще до рассвета, а когда экипаж подкатил к Хонслоу-Хит, солнечные лучи уже пробивались сквозь облака.

К месту, где должен был состояться бой, тянулась целая вереница экипажей. Кулачные бои не были запрещены законом, однако общество порицало этот вид спорта, поэтому состязания обычно проходили в уединенных местах в часы, когда менее всего можно было ожидать постороннего вмешательства. Экипажи принадлежали по большей части молодым людям, хотя в толпе она увидела и несколько пожилых джентльменов. Разумеется, среди присутствующих не было дам из высшего общества, лишь женщины, одетые вульгарно и, судя по всему, под хмельком.

За экипажами джентльменов Каролина увидела фургоны, возле которых бродили мужчины в поношенной одежде. У их ног вертелась дюжина собак – охотничьи псы, ищейки, был даже бультерьер с устрашающими клыками. Воздух словно искрился от возбуждения и предвкушения. Одни мужчины делали ставки, другие толпились у стойки за ареной в ожидании своей кружки с пенящимся элем.

Фредди бросил на Каролину испытующий взгляд:

– Ну, парень, что ты об этом думаешь?

– Это все так странно, – ответила Каролина. – Все иначе… волнующе.

– Волнующе? – На его губах появилась насмешливая улыбка. – Это скверное место для такого юнца, как ты. Но вы сами этого хотели, мисс Холбрук. Впрочем, мы можем уехать, если пожелаете.

Каролине очень хотелось принять это предложение, того, что она увидела, было вполне достаточно, чтобы получить новые впечатления, но, когда она уже открыла рот, чтобы произнести это вслух, их окликнули. Два джентльмена подошли, чтобы поговорить с сэром Фредериком. Она с облегчением заметила, что эти джентльмены не смотрели в ее сторону, пока обсуждали бой, который пришли посмотреть. Они не торопились уходить, спорили друг с другом и пытались втянуть в свой спор сэра Фредерика, спрашивая его мнение относительно возможного исхода боя.

– Я бы поставил на Мейсона, – ответил Фредди, – но я не видел, как дерется Джентльмен Джордж, поэтому могу ошибаться.

– Сколько вы готовы поставить? – поинтересовался один из джентльменов.

– О, пятьдесят гиней, – сказал Фредди. – Если выиграете, найдете меня в моем клубе.

– Отлично, – ответил джентльмен, бросив взгляд на Каролину. – А что скажет парень? Эй, парень, кто победит?

– Его зовут… Сэм, – чуть запнулся Фредди, – и он ничего не знает о кулачных боях, правда, Сэм?

– Да ладно, Рэтбоун, пусть парень сам за себя говорит. Так что ты думаешь?

Каролина молча покачала головой, чувствуя на себе внимательный взгляд одного из мужчин. Она отвела глаза.

Неподалеку две собаки яростно рычали друг на друга, оскалив зубы, а уже через мгновение впились друг другу в глотки. От этого жуткого зрелища Каролину замутило, но оно отвлекло внимание от нее. Вместо того чтобы растащить собак, их владельцы принялись делать ставки на исход кровавой схватки. Два джентльмена, которые разговаривали с Фредди, поспешили туда, чтобы поучаствовать в импровизированном тотализаторе.

– Может быть, уедем? – спросил Фредди, внимательно глядя на Каролину.

– Нет, конечно нет, – ответила она, хотя собачий бой показался ей отталкивающим.

На ринге уже появились соперники.

– Что ж, бой начинается, пойдемте посмотрим, раз уж мы здесь, – заторопился Фредди.

Каролина смотрела, как двое мужчин кружат по рингу. Оба они выглядели сильными, опытными бойцами и не уступали друг другу ни в росте, ни в весе. Они медлили, словно не решаясь вступить в серьезный бой, и обменивались лишь легкими ударами кулаков. Зрители зашумели, раззадоривая бойцов. Наконец те сошлись в схватке.

Поначалу Каролина, охваченная возбуждением, с интересом следила за происходящим на ринге, но после нескольких раундов, когда схватка перешла в жестокую бойню, девушка желала только одного – чтобы все это поскорее закончилось.

Однако она не произнесла ни слова, не желая, чтобы Фредди счел ее слабой. Ближе к концу тринадцатого раунда он обернулся и взглянул на Каролину.

– Полагаю, мы видели достаточно. Мейсон, безусловно, победит, – сказал он и отправился за экипажем.

Уже через несколько минут они покинули помещение. Фредди поглядел на Каролину, она задумчиво смотрела перед собой.

– Вы ведь не собирались оставаться там до конца, правда? – уточнил он.

– Нет, – призналась она, поймав его взгляд, и легкий румянец окрасил ее щеки. – Сначала все было хорошо – двое опытных бойцов сошлись на ринге, чтобы помериться силами, но потом, когда полилась кровь… я знаю, это глупо с моей стороны, но мне стало нехорошо. Я рада, что побывала здесь, но не думаю, чтобы мне хотелось бы повторить этот опыт.

– Вы – храбрая девушка, мисс Холбрук, я восхищаюсь вашей отвагой, но мне не следовало позволять вам пускаться в эту безумную авантюру. Теперь нужно подумать, как вернуть вас домой до того, как ваши родные обнаружат ваше отсутствие.

– Мне нужно где-нибудь переодеться.

– И смыть грязь с лица. Здесь неподалеку есть небольшая тихая гостиница, где мы могли бы позавтракать. А вы сможете привести себя в порядок.

– Вы так заботитесь обо мне, – вспыхнула Каролина. – Вы считаете меня безрассудной, да?

– Это моя вина, – сказал Фредди. – Мне не следовало втягивать вас во все это. А как насчет подъема на воздушном шаре? Может быть, вы передумаете?

– О нет, ни за что, – поспешно ответила Каролина. – Я не трусиха!

– Я в этом даже не сомневаюсь. – Фредди улыбнулся, и эта улыбка согрела Каролине сердце. В этот миг она поняла, что этот мужчина ей нравится. Очень нравится. – Честно говоря, я не большой поклонник кулачных боев. Бокс на ринге, в перчатках – совсем другое дело. Я бы, наверное, не приехал сюда сегодня, если бы не наше пари. Смотреть, как два человека колотят друг друга до потери сознания… это не спорт. Спортивная борьба должна вестись по правилам, только тогда на нее будет приятно смотреть.

Каролина ничего не ответила, но слова Фредди заставили ее задуматься. Сегодня он был таким тактичным, внимательным, щедрым, все предусмотрел, обо всем позаботился. Поскольку ее спутник тоже погрузился в задумчивость, они проделали весь путь до гостиницы в молчании.

Фредди заказал завтрак и велел накрыть стол в небольшой гостиной. Каролина только теперь поняла, как она проголодалась. Она с аппетитом съела ветчины, хлеба с медом и запила все это сидром. Позавтракав, Каролина взяла сверток со своей одеждой и поднялась наверх, где умылась, привела в порядок волосы, переоделась в зеленое платье и надела соломенную шляпку.

Еще раз оглядев себя в помутневшем зеркале, висевшем на стене, она спустилась вниз. Фредди разговаривал с хозяином. Тот бросил на Каролину удивленный взгляд, но удивление его сменилось улыбкой, когда Фредди вложил ему в руку несколько золотых монет.

– Готова поспорить, он думает, что мы решили сбежать, – усмехнулась Каролина, когда они вышли на улицу.

На этот раз Фредди помог ей сесть в экипаж, заботясь о том, чтобы подол ее платья не запутался в спицах колеса.

– Может, и так, но нам, слава богу, нет никакого дела до его мыслей, – ответил Фредди, натягивая вожжи. – Кажется, все обошлось, мисс Холбрук.

– Прошу вас, зовите меня Каролиной, – сказала она, бросив на него выразительный взгляд. – По-моему, теперь мы можем обойтись без церемоний, вы так не считаете?

– Возможно, – ответил Фредди. – Хорошо, я буду звать вас Каролиной, по крайней мере когда мы наедине. А теперь я должен отвезти вас домой, пока ваша семья вас не хватилась.

Они не обратили внимания на экипаж, который в эту минуту остановился в дальнем конце двора. Два молодых джентльмена, смотревшие кулачный бой, решили остановиться и позавтракать в гостинице.

– Это не мисс Холбрук и Фредди Рэтбоун? – удивленно спросил Эсбери у своего приятеля. – Странное место они выбрали для прогулки, тебе так не кажется?

– Да, удивительно, – согласился мистер Беллоуз. – А ты не думаешь, что они…

– Смотрели бой? – спросил Эсбери и покачал головой. – Нет, не думаю. Она, конечно, бойкая девушка, но у Рэтбоуна с головой все в порядке, он знает, что леди там не место. А если свидание?

– Нет, тут ты ошибаешься, – возмутился Беллоуз. – Мисс Холбрук может позволить себе некоторые вольности в разговоре, но в ее моральных принципах усомниться нельзя. Лично я ею восхищаюсь.

– Полагаю, ты прав, – согласился Эсбери, но тут же нахмурился. Ему очень нравилась мисс Холбрук, и ему не раз приходила в голову мысль сделать ей предложение, но теперь он решил, что, пожалуй, не станет этого делать. Спокойная, покладистая женщина больше подходила на роль матери его детей.

Глава 5

Не было никакой надежды на то, что Каролине удастся проскользнуть в дом незамеченной. Уже миновал полдень, и леди Таунтон явилась в комнату племянницы, чтобы справиться о ее самочувствии. Однако в спальне Каролины она встретила лишь горничную, которая пролепетала что-то, виновато глядя на хозяйку. Вскоре появилась и Каролина, которая на все вопросы тетки дала удовлетворительные ответы.

– О, я совсем забыла о том, что обещала сэру Фредерику отправиться с ним на прогулку, – заявила она, чувствуя укол вины за свою ложь.

Леди Таунтон бросила на племянницу неодобрительный взгляд.

– Я думаю, ты меня обманываешь, Каролина, – сказала она, поджав губы. – Не знаю, что ты затеяла, но рано или поздно я это выясню. В обществе не может быть секретов, все тайное становится явным, и, если ты неразумно себя вела, грехи твои падут на твою голову. Я достаточно часто говорила тебе, что твои манеры слишком развязны. Тебе кажется, что ты можешь вести себя как заблагорассудится, но помни – зайдешь слишком далеко и убедишься, что я была права.

– Вам, наверное, нелегко терпеть меня в своем доме, тетя, – вскинула голову Каролина. – Почему вы пригласили меня к себе, если вам так не нравятся мои манеры?

– Только ради твоей матери. Она понятия не имеет, как надо воспитывать детей, а ума у нее как у гусыни. Тебя слишком избаловали, Каролина. Если бы ты была моей дочерью, я бы давно взялась за розги.

Леди Таунтон негодующе фыркнула. Упрямая девчонка! Она не видит, что катится в пропасть. На губах леди Таунтон появилась улыбка. Что ж, Каролина сама виновата и ее ждет расплата, наступит день, когда на ее голову падет заслуженный позор.

Каролина вошла в свою комнату и заперла за собой дверь. Тетка сегодня говорила с ней резче обычного. Девушка прижала ладони к горящим щекам. Да, утром она вела себя плохо, но не собиралась каяться в своих прегрешениях, только пообещала себе, что в будущем будет более благоразумной. Мнение тетки мало заботило Каролину, но она меньше всего хотела расстраивать мать.

Каролина умылась холодной водой и переоделась в прелестное платье из зеленого муслина, а затем спустилась в столовую, где был подан чай. Мать и тетка уже сидели за столом. Когда Каролина вошла в комнату, Марианна с улыбкой посмотрела на нее.

– Сегодня ты выглядишь лучше, дорогая, – сказала она. – Надеюсь, Каролина, ты не будешь страдать от ужасных мигреней, которые иногда мучают меня.

– О, я думаю, что причиной моей головной боли была духота в зале, – ответила Каролина и поцеловала мать. В милом чепце из брюссельских кружев Марианна выглядела моложе своих лет. – Я прекрасно себя чувствую, дорогая мама, и с нетерпением жду нашей поездки на выставку.

– Да, я тоже очень хочу побывать на этой выставке, – сказала мать, бросая на дочь любящий взгляд. – Я говорила о ней с мистером Гербертом Милбанком на прошлой неделе. Он сказал, что в галерее есть несколько заслуживающих внимания акварелей и полотен, написанных маслом. Ты же знаешь, я тоже немного пишу, хотя, конечно, мои картины недостаточно хороши для выставки.

– Но у тебя прекрасные картины, – возразила Каролина. – Просто ты слишком скромна, чтобы признать это. У тебя хорошо получаются пейзажи, а некоторые портреты очень реалистичны.

– Ты мне льстишь, дорогая, – потупилась мать, но лицо ее сияло. – Сядь и съешь чего-нибудь, ты ведь не завтракала?

Каролина положила себе маленький кусочек цыпленка и немного зеленого горошка, но почти не притронулась к еде. Выпив чашку чаю, она поднялась наверх, чтобы надеть накидку и шляпку.

– Все хорошо, мисс? – спросила Мэри, помогая ей найти подходящие к костюму перчатки. – Леди Таунтон расспрашивала меня сегодня утром, по-моему, она что-то подозревает.

Послав горничной успокаивающую улыбку, Каролина подхватила сумочку и направилась в спальню матери.

Миссис Холбрук, надев зеленую шляпу с черными лентами, с сомнением оглядывала себя в зеркале.

– Как по-твоему, дорогая, мне это идет? – спросила она, когда дочь вошла в комнату. – Может быть, лучше одеться в черное?

– Нет, мама, оставь как есть, – ответила Каролина. – Ты выглядишь просто замечательно… Кроме того, со дня, когда мы потеряли папу, прошло уже два года.

– Твой бедный отец… – сказала Марианна и вздохнула. Поморгав, чтобы сдержать подступившие слезы, она снова повернулась к зеркалу. – Что ж, думаю, это платье подойдет. Ведь твой отец не хотел бы, чтобы я вечно носила траур. В сложившихся обстоятельствах это было бы неуместно.

Каролина не поняла, что мать имела в виду, но спрашивать не стала. Так необычно было видеть Марианну в таком наряде и в новой шляпе…

Посетителей в художественной галерее было немного, несколько леди и джентльменов прогуливались по просторному залу, любуясь картинами, большинство которых можно было приобрести по разумной цене. Художник лишь недавно появился в Лондоне, и это была его первая выставка, но его творчество вызвало большой интерес, и Каролина заметила, что некоторые картины уже были помечены как проданные.

– Очень мило, правда, мама? – Каролина остановилась перед написанным маслом портретом молодой девушки, играющей с обручем. – Она просто красавица.

Не услышав ответа, Каролина обернулась к матери и увидела, что ее щеки горят смущенным румянцем. Неподалеку стоял джентльмен, он смотрел на миссис Холбрук. Каролина сразу узнала его, хотя со дня их встречи прошло уже несколько недель.

Это был невысокий, немного полноватый, но представительный мужчина средних лет. Приблизившись к Каролине и ее матери, он снял шляпу. У него были темные густые волосы, пышные усы, серые глаза, и он… улыбался ее матери.

– Ах, миссис Холбрук, – сказал он, – как я рад вас видеть. Я надеялся, что вы найдете время приехать сегодня сюда.

Он вежливо поклонился Каролине, но было совершенно очевидно, что объектом его интереса является ее мать.

– Мистер Милбанк, – приветствовала его Марианна. – Вы говорили, что являетесь покровителем этого молодого художника, не так ли?

– Да, это правда. Я увидел его работы, когда был в Ланкашире несколько месяцев назад. Не на выставке, конечно. Они украшали стены его скромного жилища. Мне потребовалось много времени, чтобы убедить его выставить свои картины. Не желаете посмотреть их?

Миссис Холбрук приняла предложение и удалилась, опираясь на руку мистера Милбанка. Каролина осталась одна. Она не могла оторвать глаз от портрета. В улыбке девушки было что-то загадочное. Она не заметила, как к ней подошел мужчина, пока не услышала за спиной его голос.

– Прелестно, – сказал Фредди, – чем-то похожа на вас, мисс Холбрук.

– О… – Каролина вздрогнула от неожиданности. – Вы так думаете? Я не ожидала увидеть вас здесь сегодня, сэр.

– Неужели? Вы полагаете, что живопись меня не интересует?

– О… нет, просто я не думала, что вы посетите выставку неизвестного художника.

– Почему же? – На губах Фредди появилась странная улыбка. – Просто удивительно, что можно увидеть на таких выставках. Думаю, я куплю эту картину.

– Мистер Милбанк утверждает, что художник не собирается ее продавать.

– Вот как? – Фредди улыбнулся. – Что ж, придется его уговорить, я решительно настроен приобрести этот портрет.

– Вы всегда добиваетесь своего? – Каролина храбро посмотрела ему в глаза.

– Как правило, да. Если я очень хочу чего-то, мне обычно не отказывают. Ах, вот Джордж и Джулия… я как раз и пришел в галерею, чтобы встретиться с ними. Вы к нам присоединитесь?

Мысль о том, что сэр Фредерик пришел сюда не для того, чтобы увидеть ее, больно ужалила Каролину, но она, сделав над собой усилие, ничем не выдала своего разочарования.

– Да, я знала, что Джордж и Джулия собирались посетить выставку, – сказала Каролина, – но вы должны извинить меня, сэр, я здесь с мамой, и она, наверное, уже ищет меня…

– В таком случае не буду вас задерживать, но не забудьте, что мы встречаемся в четверг, мисс Холбрук. Я с нетерпением жду этой поездки.

– Как и я, сэр, – ответила Каролина.

Повернувшись, она пошла прочь, чувствуя на себе внимательный взгляд сэра Фредерика. Ее сердце учащенно билось. Показалось ли ей, или в самом деле его отношение к ней стало более сдержанным?

* * *

В тот вечер Каролина любовалась матерью. На Марианне было простое серое платье, но плечи укрывала расшитая стеклярусом шаль, а на шее мерцало жемчужное ожерелье, преподнесенное ей в качестве свадебного подарка в день венчания с мистером Холбруком. Ее волосы сегодня были уложены по-новому, они мягко обрамляли лицо и образовывали на голове нечто вроде короны.

– Мама, ты замечательно выглядишь, – восхитилась Каролина. – Вижу, что сегодня вечером у меня появилась соперница.

– Не говори глупостей, – смутилась Марианна. – Просто я подумала, что мне, наверное, уже можно отказаться от полного траура.

– Давно пора, – согласилась дочь, когда они вместе спускались вниз.

Лицо леди Таунтон выражало явное неодобрение. Она бросила на сестру многозначительный взгляд, но ничего не сказала. Ее молчание говорило больше, чем слова. Ей не нравилась перемена, произошедшая в сестре, Каролина же, напротив, думала, что давно уже не видела мать такой счастливой. Как только они переступили порог бального зала, Каролину сразу окружила толпа ее поклонников, и лишь спустя некоторое время она заметила, что Марианна оживленно беседует о чем-то с мистером Милбанком. Она улыбнулась про себя, поняв, что заставило мать измениться. Если мать найдет свое счастье рядом с этим джентльменом, подумала Каролина, это ее только обрадует.

Уже поздно вечером она заметила в зале мистера Эсбери, который, по всей видимости, приехал гораздо раньше. Он не пригласил Каролину на танец, это было странно. Она заметила, что он уделяет много внимания Джулии, которая в своем бледно-розовом платье выглядела прелестно. Каролина не понимала, чем же она могла обидеть мистера Эсбери. Когда перед ужином мистер Беллингхем подвел Эсбери к Каролине, тот был безупречно вежлив с нею, но так и не пригласил ее танцевать. Однако ее волновало то, что нигде не было видно сэра Фредерика, хотя он обещал приехать на бал.

– О, его дядя срочно вызвал Фредди к себе, – пояснил Джордж, когда Каролина задала ему вопрос. – Он сказал, что вернется завтра вечером, поэтому вы можете не беспокоиться насчет поездки в четверг, она состоится.

– Что за поездка? Куда это вы собрались? – подошел сзади брат Том.

– В четверг сэр Фредерик везет нас смотреть на подъем воздушного шара, – ответила Джулия. – Собралась целая компания, мистер Холбрук, если погода будет хорошей, мы устроим пикник в Ричмонд-парке. – Она смущенно улыбнулась. – Может быть, вы присоединитесь к нам, сэр? Я уверена, у нас найдется еще одно место.

– Да, я бы с удовольствием… – сказал Том с довольной улыбкой. – У меня на четверг намечена встреча, но я могу отложить ее.

– Ты уверен, что хочешь поехать? – спросила Каролина, нахмурившись. – Не скучно ли тебе будет с нами? Я думала, ты встречаешься с друзьями.

– О господи, нет! – с жаром воскликнул Том. – В конце концов, в клуб я могу поехать в любой день, а когда я еще увижу воздушный шар… Кроме того, рядом со мной будешь ты и мисс Фэйрчайлд, этого довольно, чтобы получить удовольствие от поездки.

Каролина понимала, что не должна больше отговаривать брата, если не хочет прослыть занудой. Это было очень некстати… Том, конечно, будет возражать против того, чтобы она поднялась на воздушном шаре, начнет твердить, что это опасно… Подавив вздох, Каролина улыбнулась и сказала, что рада будет, если брат присоединится к их компании. Она не собиралась отказываться от своей затеи, хотя и понимала, что это может дорого ей обойтись.

Следующий танец она танцевала с братом, стараясь не думать о том, что заставило сэра Фредерика так спешно покинуть город. Разумеется, у него были на то свои причины, и он совсем не обязан был извещать ее о своем отъезде, однако в отношениях с Каролиной он явно стал более сдержанным. Что, если он не одобряет ее слишком свободного поведения? Может быть, в самом начале их знакомства он считал ее подходящей партией, но потом переменил свое мнение?

Поздно ночью Каролина сидела перед зеркалом и медленно расчесывала волосы, перед тем как лечь в постель. Сегодняшний вечер не доставил ей обычного удовольствия. Вот и мистер Эсбери почему-то держался отстранение Несколько раз он бросал на нее странные взгляды, но Каролина не представляла, чем могла обидеть его. Остальные ее поклонники были по-прежнему внимательны к ней. В тот вечер она получила два предложения. Одно от молодого джентльмена, который был слишком пьян, чтобы понимать, что делает, а второе – от джентльмена, которого Каролина просто не выносила.

Она рада была избавиться от обоих и поклялась себе никогда больше не танцевать ни с одним из них. Ей бы и не пришлось этого делать, если бы Фредди был там. Каролина знала, что увидит его совсем скоро, через день, но этот день казался ей вечностью. Сэр Фредерик всегда был внимателен к ней, но вряд ли он собирался жениться в ближайшее время, как считала ее тетка. А даже если и собирался, он ни разу ни словом, ни жестом не дал Каролине понять, что считает ее подходящей кандидатурой на роль своей невесты.

Когда Каролина только приехала в Лондон, мистер Беллингхем нравился ей больше прочих джентльменов, и, если бы он тогда сделал ей предложение, она, пожалуй, приняла бы его. Теперь же она словно пересекла невидимую черту и все ее мысли занимал сэр Фредерик. На губах Каролины появилась слабая улыбка. Да, сэр Фредди был для нее не просто знакомым, он стал ее близким другом. Он не смеялся над ее безрассудными желаниями, делился с ней своими мыслями. Может быть, он делал это лишь для того, чтобы развлечь и успокоить ее, но Каролина все равно была ему благодарна. А потом он вдруг словно отдалился от нее, и она безуспешно пыталась понять почему.

Каролина не знала в точности, какие чувства испытывает сейчас к сэру Фредерику, но вечер без него показался ей скучным. Вздохнув, она отложила щетку и легла в постель. Что же заставило сэра Фредерика поторопиться уехать из Лондона?

– Почему вы так спешно послали за мной? – спросил Фредди у своего дяди после ужина. – Я думал, что вы прикованы к постели, и был рад увидеть вас здоровым и бодрым, как всегда, сэр.

– Я пока не собираюсь на тот свет, мой мальчик, – с кислой улыбкой ответил старик. – Я знаю, ты не испытываешь недостатка в деньгах, поэтому у меня нет власти над тобой, и я сомневаюсь, что ты прислушаешься к моим советам относительно твоей женитьбы.

– Это зависит от советов, сэр, – сказал Фредди.

Он был единственным наследником дяди, потому что маркиз Саутмур потерял двух сыновей из-за наследственной болезни, передавшейся им по материнской линии. Фредди располагал своим состоянием, и потому у него не было причины желать дяде поскорее перейти в мир иной.

Однако он дорожил своей независимостью и слова маркиза вызвали у него настороженность.

– Я – ваш наследник, сэр, и в этом качестве, безусловно, связан определенными обязательствами. Моя мать очень любила вас. Вы, наверное, считаете, что она вступила в неравный брак, однако…

– Селина вышла замуж мне назло, – сказал маркиз и нахмурился. – Она полюбила мужчину, и я не одобрил ее выбор, сказав, что она навлечет на свою семью позор, если выйдет за него. Он искал себе вторую жену, и, я полагаю, Селина отказала ему после нашего с ней разговора. Не знаю всех подробностей, но несколько месяцев она проплакала, а потом вышла замуж за твоего отца.

– Я знал, что был кто-то еще, – задумчиво проговорил Фредди. – Как-то она сказала мне, что любила человека, но не могла выйти за него замуж. Со временем она привязалась к моему отцу, но так и не полюбила его, как своего первого избранника.

– Может быть, мне не следовало вмешиваться, но она же была моей сестрой, – сказал Саутмур и вздохнул. – Потом, много позже, я понял, что причинил ей боль. Она отдалилась от меня. Жаль, что так получилось, он мне всегда нравился, хотя я и считал его неподходящим мужем для твоей матери. Он был трижды женат и пережил всех своих жен… Думаю, что сильнее всего он любил последнюю. Она была очаровательной женщиной. Он был почти в два раза старше ее, но они были счастливы в браке. Ее смерть едва не свела в могилу его самого…

– Прошу прощения, сэр, но я не вполне вас понимаю. О ком вы говорите? И какое отношение это имеет к моему браку?

– О Боллингбруке, конечно. Я слышал, тебя постоянно видят с его внучкой. Я хотел бы знать, каковы твои намерения в отношении этой девушки?

– В самом деле? – сдержанно спросил Фредди. Его глаза угрожающе сузились. Он никому не позволит вмешиваться в его личную жизнь. – И откуда вы об этом узнали, сэр?

– Это не важно, – ответил дядя. – И не смотри на меня так, Фредди, меня этим не пронять. Я просто спрашиваю, собираешься ли ты делать предложение внучке Боллингбрука?

– А что, если собираюсь?

– Боллингбрук когда-то был мне другом, сейчас он обижен на меня. Тебе следует знать, что он вряд ли обрадуется, если ты сделаешь предложение его внучке. Если она тебе по душе, женись, я буду только рад, но учти, что старый Боллингбрук может дать тебе от ворот поворот.

– Понимаю… наверное, мне следует поблагодарить вас за предупреждение, – сказал Фредди. – Я не говорю, что хочу жениться на мисс Холбрук, но, если приму такое решение, возражения Боллингбрука… или ваши, сэр, не будут мне помехой.

Саутмур молча смотрел на него несколько мгновений, а потом вдруг рассмеялся:

– Да, сэр, полагаю, что так. Однако если твои намерения серьезны, ты должен знать еще кое-что…

В то утро Каролина проснулась ни свет ни заря. При мысли, что совсем скоро увидит сэра Фредерика, ее охватило приятное волнение. Она подбежала к окну и с облегчением увидела безоблачное небо. День обещал быть солнечным, как раз для полета на воздушном шаре. Каролина решила немедленно одеться и уже боролась со своим платьем, когда в комнату вошла Мэри, держа в руках поднос.

– Мисс Каролина, что это вы делаете? – воскликнула она. – Вам так никогда не застегнуть крючки. Стойте спокойно, я сама все сделаю.

– О, Мэри, я так волнуюсь, – щебетала Каролина, поглядывая в зеркало на выбранный наряд. – Сегодня прекрасный день, правда?

– Что вы опять затеяли, мисс? – Мэри с тревогой посмотрела на Каролину, подобное настроение хозяйки не предвещало ничего хорошего. – Неспроста вы так веселитесь.

– Я хочу посмотреть на полет воздушного шара, – ответила Каролина с мечтательной улыбкой. – Это будет так захватывающе… – Она рассмеялась от удовольствия. – Открою тебе секрет – если все пойдет хорошо, я тоже поднимусь на шаре.

– Вы не сделаете ничего подобного, мисс! – с ужасом вскрикнула Мэри. По ее мнению, хозяйка была слишком легкомысленна и это неминуемо должно было привести к беде. – Это очень опасно. Вы можете упасть и разбиться.

Каролина расхохоталась:

– О, Мэри, не волнуйся, со мной ничего не случится… Но ты ведь никому не скажешь?

– Вы же знаете, что не скажу, мисс. Я не выдам вас, даже если меня будут жечь каленым железом.

Каролина была слишком хорошо воспитана, чтобы посмеяться над торжественной клятвой девушки, к тому же горячие заверения Мэри в своей верности тронули ее.

Она спустилась вниз, и как раз в это мгновение дворецкий открыл дверь, впуская сэра Фредерика. Том должен был ехать в своем экипаже. Каролина знала, что обратный путь он рассчитывал проделать в обществе пассажирки. Она видела, какие взгляды он бросал на Джулию, и у нее были все основания полагать, что подруга предпочитала Тома остальным своим поклонникам.

– Мисс Холбрук, – поклонился Фредди, окидывая ее одобрительным взглядом. На Каролине было светло-серое платье, а голову украшала скандально известная синяя шляпка. Он видел перед собой красивую, жизнерадостную девушку со сверкающими глазами. – Я вижу, вы уже готовы.

– Да, сэр. Я рано встала сегодня, не хочу ничего пропустить.

– Вы все еще хотите это сделать? Ваша храбрость не уступает вашей красоте, Каролина.

Фредди помог Каролине сесть в его новый фаэтон с высокими колесами, окрашенный в желтый и черный цвета. В фаэтон была запряжена пара угольно-черных лошадей, более резвых, чем серые. Это было новое приобретение Фредди.

– Я подумал, что мне, может быть, придется скоро расстаться с парой гнедых, – сказал он. – Услышал об этих и решил купить… на всякий случай.

– Они великолепны. Наверное, с ними нелегко, но вас, сэр, это вряд ли пугает. Я заметила, что вы прекрасно управляетесь с лошадьми. Я думала, что никто не может сравниться в этом с Николасом, но вы ему не уступаете. – Каролина бросила на Фредди озорной взгляд. – А знаете, мой брат иногда позволяет мне управлять его фаэтоном.

– О нет, мисс! – весело откликнулся Фредди. – Вам не удастся меня уговорить, даже не пытайтесь. Эти бестии слишком сильны для вас. Мне и то нелегко с ними справляться.

– У вас отлично получается, – сказала Каролина и рассмеялась, увидев выражение его лица. Она чувствовала себя на седьмом небе от счастья, ей доставляло удовольствие поддразнивать его. – Может быть, нам заключить еще одно пари, сэр?

– Вы можете перестать называть меня сэром? – спросил Фредди с притворным гневом. – Вы же говорили, что мы друзья… или вы хотите, чтобы я опять называл вас мисс Холбрук?

– Только когда рядом моя тетя или кто-нибудь из старых сплетниц. Хорошо, вы не будете возражать, если я буду называть вас «сэр Фредди»?

– Как вам угодно, – ответил он. – Что произошло, когда вы вернулись домой в то утро? Вас не хватились?

– Тетя ужасно рассердилась. – Каролина опустила глаза. – Она что-то заподозрила и принялась расспрашивать мою горничную. Впрочем, тетя Луиза ничего мне не сделает, ведь она представления ни о чем не имеет.

Фредди бросил на нее задумчивый взгляд:

– В этот раз наша проделка сошла вам с рук, но сегодня все будет иначе, вы ведь понимаете? Ваши друзья увидят, как вы садитесь в корзину воздушного шара, это не удастся сохранить в тайне.

– О, но в этом нет ничего дурного. Хорошо только, что мама ни во что не посвящена, она начала бы волноваться… Но, в конце концов, я ведь не первая женщина, которая поднимается на воздушном шаре.

– Нет, конечно, были и другие, но они не предавали это огласке. Боюсь, ваша тетя не ограничится нотациями, Каролина.

– Мне все равно, – сказала она и посмотрела на Фредди, – но мне не хотелось бы заслужить ваше неодобрение, сэр. Вы считаете меня легкомысленной?

– Господи, нет, конечно. Может быть, немного безрассудной… но я вас не осуждаю. С чего вы взяли, что я могу плохо о вас подумать?

Каролина хотела было рассказать ему о том, как переменилось отношение к ней со стороны мистера Эсбери, но потом решила, что благоразумнее будет промолчать. Спустя пару минут она спросила:

– Надеюсь, ваш дядя здоров, сэр Фредди? Мистер Беллингхем сказал, что вы вынуждены были спешно покинуть Лондон.

– Да, и я нарушил свое обещание, не так ли? – Фредди нахмурился. – Я думал, что дядя болен, но оказалось, что он хотел обсудить со мной один деловой вопрос… Ничего важного.

– Рада это слышать. Я переживала за вас. Это так ужасно, когда приходится терять того, кого любишь.

– Да, я по-своему люблю старика, – ответил Фредди. – Мы иногда ругаемся, но все заканчивается мирно, и мы не таим обид друг на друга.

Каролина вопросительно посмотрела на него, но продолжения не последовало.

– Мой дедушка хочет, чтобы я его навестила. Брат собирается к нему в конце следующей недели, и мама считает, что я должна ехать вместе с ним и погостить у дедушки несколько дней.

– Она не поедет с вами?

– Дедушка ее не любит. Они поссорились несколько лет назад. Мама его боится, и это его раздражает… Болезни влияют не лучшим образом на его характер.

– Да, это настоящее проклятие для стариков.

– Это так. Нет, мама не будет сопровождать меня. Впрочем, у нее есть и другие причины остаться в городе. – Каролина улыбнулась, поймав его удивленный взгляд. – Кажется, у нее появился поклонник…

Глава 6

Каролина с изумлением смотрела на толпу, собравшуюся у шара. То, что задумывалось как поездка небольшой компанией, переросло в грандиозный выезд. Весть о поездке разнеслась быстро, и на лужайке собралось не меньше тридцати человек. Среди них были не только друзья и знакомые, но и заинтересовавшиеся происходящим зеваки.

Всем хотелось увидеть, как шар, наполненный горячим воздухом, поднимется в небо.

– Сколько людей! – воскликнула Каролина, когда Фредди остановил фаэтон и помог ей спуститься. – Наверное, это очень волнующее зрелище.

– Да, очень, – ответил он, глядя на ее сияющее лицо. Понимает ли она, что осуществление ее желания повлечет за собой множество проблем? Каролина не отступит перед трудностями, но она должна отдавать себе отчет в том, что на этот раз сохранить ее приключение в тайне не удастся.

Каролина увидела приближающегося к ним Тома.

– Говорят, ты собираешься подняться на шаре, Каролина. В корзине есть еще одно место, и я бы хотел отправиться с тобой. Это было бы разумно и с точки зрения соблюдения приличий. – Он бросил на Фредди неуверенный взгляд. – Наверное, это место предназначалось для вас, сэр, но мне кажется, будет лучше, если я буду сопровождать сестру, вы согласны?

– Разумеется, – ответил Фредди. Он заметил разочарование на лице Каролины, однако предложение Тома показалось ему здравым. – Прошу вас, займите мое место, мне уже приходилось летать на воздушном шаре.

– Вы не говорили об этом, – сказала Каролина, удивленно глядя на него. – Вот, значит, как вам удалось организовать все это… Подождите, это ведь ваш шар, да?

– Вы вывели меня на чистую воду. – Фредди улыбнулся. – Идея воздушных полетов представляется мне весьма захватывающей, мисс Холбрук. Я уверен, это только начало, и однажды человечество откроет более контролируемый способ полета.

– Неужели, сэр? – Том с восторгом посмотрел на Фредди. – Я слышал подобные разговоры, но думал, что это всего лишь слухи, не имеющие под собой твердой опоры. Мы должны обсудить это, когда у вас будет время, конечно.

– Мы можем как-нибудь пообедать у меня в клубе, – предложил Фредди. – А теперь прошу на борт. Вам придется протиснуться через толпу, если вы не хотите заставлять долго ждать капитана нашего воздушного судна.

– Пойдем же, Том, – нетерпеливо сказала Каролина и направилась к шару. Она знала, что известие о ее приключении скоро достигнет ушей тети Луизы, но была полна решимости осуществить задуманное. Она была уверена, что даже присутствие брата не станет для леди Таунтон смягчающим обстоятельством, но ей было все равно. А мама сочтет ее поступок очередной шалостью.

Том помог Каролине забраться в корзину. Охваченная невероятным волнением, она посмотрела на человека, который должен был поднять шар в воздух. Он представился как мистер Джексон и, улыбнувшись, принялся объяснять Каролине принципы воздухоплавания. Она слушала с большим интересом.

– Это так захватывающе! – воскликнула она, услышав над головой низкий рев. Шар медленно оторвался от земли и повис в воздухе, удерживаемый несколькими канатами. – Как высоко мы поднимемся, сэр?

– Зависит от воздушных потоков, мисс, – начал мистер Джексон, но в это мгновение раздался странный звук, и один из канатов вдруг лопнул. Воздушный шар, связанный с землей лишь одним канатом, наклонился на бок и рухнул на землю.

Почувствовав, что шар падает, Каролина закричала. Ударившись о землю, корзина опрокинулась, но Каролине удалось удержать равновесие. Она сразу поняла, что в любой момент шар может загореться, и попыталась выбраться из корзины. К упавшему шару сбежались люди, и чьи-то сильные руки извлекли Каролину из смятой корзины. Дрожащая и покрытая ссадинами, она посмотрела в лицо своему спасителю.

– Каролина! – воскликнул Фредди. – Боже мой! Вы могли погибнуть. Вам больно? Вы ранены?

– Все хорошо, – ответила она слабым голосом. – Я просто немного ушиблась. А где Том? – Оглянувшись, она увидела брата, неподвижно лежащего на земле в нескольких метрах от шара. Видимо, его выбросило из корзины, перед тем как она опрокинулась. – Том! Он умер? – закричала Каролина и бросилась к брату.

– Позвольте я взгляну. – Фредди опустился рядом с ней и внимательно осмотрел Тома. – Он дышит, – сказал сэр Фредерик через несколько мгновений. – Кажется, он сломал руку и, должно быть, ударился головой, он без сознания.

С губ Тома сорвался едва слышный стон.

– Я так и думал, – сказал Фредди, – но могло быть и хуже. Надо перевезти его в более подходящее место.

– Лучше воспользоваться моим экипажем, твой фаэтон не подойдет, – предложил Джордж Беллингхем, незаметно приблизившись к ним. – Давай перенесем его в экипаж. Я отвезу его домой, а вы поедете следом.

За спиной Каролины раздались громкие крики. Обернувшись, она увидела шар, объятый пламенем. Мистер Джексон безуспешно пытался потушить пожар.

– О, Фредди, ваш шар!.. – воскликнула Каролина.

– Не важно. Я рад, что никто из вас серьезно не пострадал. Думаю, Тома лучше отвезти в гостиницу, – сказал Фредди, нахмурившись. – Чем скорее его осмотрит врач, тем лучше. – Он взглянул на Джорджа: – Я знаю одно уединенное место неподалеку отсюда. «Хендерсон-Армз». Отвезем его туда. – Он обернулся к Каролине: – Вы, наверное, захотите сопровождать брата?

– Да, конечно. Я должна ехать с Томом.

– Конечно.

Фредди склонился над впавшим в забытье Томом, поднял его на руки и понес к экипажу. Джулия уступила свое место, чтобы устроить пострадавшего с большим комфортом. Ее лицо было бледным, по щекам текли крупные слезы.

– Это так ужасно, – сказала она Каролине. – Я знаю, вы хотите поехать с ним, можно я последую за вами с сэром Фредериком?

– Да, разумеется, – ответила Каролина. – О, бедный Том. Он так радовался своему приезду в Лондон.

Она забралась в экипаж и села, положив голову брата на колени. Мистер Беллингхем тронул поводья, и экипаж покатился по дороге. Каролине показалось, что минула целая вечность, прежде чем экипаж подкатил к гостинице. Джордж спрыгнул на землю и передал поводья подбежавшему груму.

– Останьтесь с Томом, мисс Холбрук, – сказал он, – а я позабочусь о комнате и позову доктора.

– Вы так добры, – прошептала Каролина, на ее бледном лице явственно читалась тревога. – Никогда себе не прощу, если что-нибудь случится с Томом. Он полез в эту корзину только потому, что хотел защитить мою репутацию.

– Вы не должны себя винить, – успокаивающе сказал Джордж. – Никто даже подумать не мог, что веревка оборвется… Это было очень странно. – Он покачал головой. – Простите, мне не следует терять время.

Он быстрыми шагами направился к гостинице и скрылся за дверью. Поглаживая густые волосы брата, Каролина считала секунды до возвращения друга. Наконец Джордж с несколькими мужчинами перенесли Тома в гостиницу и уложили на чистую постель. Вскоре прибыл врач.

– Нам очень повезло, мы быстро нашли врача, – сказал Фредди, мрачно кивнув Каролине. – Нужно снять с него одежду. Каролина, Джулия совсем одна внизу, в гостиной. Я полагаю, вам лучше составить ей компанию. Молодой девушке неприлично оставаться одной в таком месте.

– Да, конечно, – слабым голосом ответила Каролина. Фредди говорил очень резко. Он явно сердился на нее и, разумеется, винил в том, что случилось. В самом деле, это была ее вина, и сэр Фредерик был совершенно прав. – Я сделаю, как вы скажете, сэр.

Фредди ее не слышал, он склонился над пострадавшим и с помощью врача начал снимать с Тома сюртук. Каролина бросила полный боли взгляд на постель, где стонал ее брат.

– Держись, старина, – мягко сказал Фредди.

Войдя в гостиную, Каролина увидела Джулию, являвшую собой олицетворение печали. Девушка была не одна, рядом с ней находился Джордж Беллингхем. Заметив Каролину, Джулия вскочила и подбежала к ней, ее лицо блестело от слез.

– Как он? – спросила она. – Пожалуйста, скажите, что он не умер… я не перенесу этого.

– Джулия, дорогая, не говори глупостей, – мягко укорил ее Джордж. – Уверяю тебя, Том несколько дней полежит в постели и встанет.

– Вы правда так думаете? – Джулия покраснела, осознав, что выдала себя. – Я так испугалась! Сэр Фредерик говорит, что мистер Джексон осмотрел канат, с ним что-то сделали, но я не знаю, что он имел в виду…

– Сделали? Что именно и как? – Каролина изумленно уставилась на нее.

– И мне показалось странным, что такой прочный канат вдруг лопнул, – сказал Джордж. – Фредди всегда очень внимателен к таким вещам, как и Джексон. Канат, видимо, был перетерт ножом.

– Так это была не случайность? Кто-то сделал это намеренно? – Джулия испуганно вскрикнула. – Кто мог решиться на такое?

– Не знаю, – задумчиво проговорила Каролина, обнимая подругу за талию и увлекая ее на диван. Она чувствовала, как Джулия дрожит.

– Это было сделано умышленно. – Джордж посмотрел на Каролину. Джулия опустила голову, едва сдерживая слезы. – Кто бы ни был этот негодяй, он собирался устроить настоящую катастрофу, хотя я и не знаю почему.

– Зачем кому-то понадобилось причинять вред бедному Тому? – спросила Каролина и обернулась, услышав за спиной чей-то вздох: – Вы меня напугали, сэр Фредди. Пожалуйста, скажите, как Том?

– Все хорошо, – ответил он. – Как я и думал, сломана рука, но жизни ничто не угрожает. Мы должны благодарить Бога за то, что никто серьезно не пострадал.

– Но кто мог совершить это ужасное преступление? – не могла успокоиться Каролина.

– Джексон не видел, как это произошло, что неудивительно, принимая во внимание, какая толпа собралась возле корзины. Вряд ли мы сможем выследить преступника, хотя я, конечно, постараюсь, чтобы было сделано все возможное.

– Вы уверены, что это был не несчастный случай? – спросила Каролина.

– Совершенно уверен. Джексон первым делом проверил эту версию. Он всегда очень тщательно готовит полет, а в этот раз, зная, что вы будете на борту, он проверил все дважды.

Взгляд Фредди был таким мрачным, что Каролина содрогнулась. Он был очень зол.

– Боже мой… – Джулия всхлипнула.

– Пожалуй, мне лучше отвезти тебя домой, Джулия, – сказал Джордж, – ты неважно себя чувствуешь.

Джулия бросила на Каролину виноватый взгляд.

– Мне следовало бы остаться с вами, – сказала она, – но мне и правда нехорошо.

– Вы должны поехать домой, – кивнула Каролина. – Я останусь с братом. – Она взглянула на Фредди: – Могу ли я попросить вас, сэр, съездить за моей матерью? Думаю, она хотела бы быть рядом с Томом, а я не могу его оставить.

Фредди молчал, видно было, что он колеблется, как будто собираясь отказать Каролине в ее просьбе. В это мгновение в гостиную вошел врач.

– Молодой джентльмен пришел в себя, – объявил он. – Ему нужен уход, который здесь вряд ли можно будет обеспечить, для подобных травм опасность представляет главным образом инфекция. Можно ли доставить его домой?

– Да, я привезу его мать и позабочусь об удобном экипаже, – поднялся Фредди. – Джордж, поезжайте домой. Мы ведь не хотим, чтобы Джулия снова потеряла сознание… – Он повернулся к Каролине, и в его голосе прозвучали ледяные нотки: – Идите к брату, мисс Холбрук, и оставайтесь там. Я не задержусь дольше необходимого. Вы слышите меня, Каролина? Ни под каким предлогом не выходите из его комнаты!

Было совершенно очевидно, что всю вину за произошедшее Фредди возлагает на нее. Но обязательно ли так резко говорить с ней? Глаза Каролины защипало от слез.

Она тихонько постучала в дверь и вошла в комнату брата. Он лежал, окруженный подушками, и, казалось, спал, но открыл глаза, когда Каролина приблизилась к его постели. На губах Тома появилась слабая улыбка.

– Прости, Каролина, – прошептал он, – кажется, я все испортил.

– Как ты можешь говорить такое? К тому же это не твоя вина! – Горло Каролины сжалось. Это было так похоже на Тома – он всегда думал о ней больше, чем о себе. – Я очень переживаю за тебя.

– Что случилось? Я помню какой-то странный звук, а потом шар рухнул как камень.

– Один из канатов лопнул. Сэр Фредди говорит, кто-то нарочно перерезал его. Кто мог желать плохого тебе, Том, или мне? Я не понимаю…

С губ Тома слетел слабый стон, Каролина склонилась к нему.

– Тебе очень больно? Хочешь воды?

Каролина взяла кувшин, но он оказался пуст.

Девушка неслышно вышла из комнаты и спустилась по лестнице. Она как раз размышляла, где искать хозяина, когда тот показался из двери слева.

– Ах, это вы, мисс, – сказал он, – а я как раз собирался послать горничную с кувшином воды. Мы все сочувствуем бедному джентльмену.

Повернувшись, Каролина направилась вверх по лестнице. За ее спиной раздался взрыв смеха. Какие-то джентльмены вышли в холл. Каролина помедлила на лестничной площадке, затем поспешила в комнату брата, не подозревая, что один джентльмен из веселой компании узнал ее.

Войдя в комнату, она объяснила Тому, что хозяин обещал вскоре прислать воды.

– Каролина, не годится, чтобы тебя видели здесь одну. Ты же знаешь тетю Луизу и старых сплетниц… Они сложат два и два и получат шесть.

– Я вышла всего на минутку, кроме того, ты же мой брат. Только очень испорченный человек может счесть это неприличным.

– Конечно, таких людей мало, но слухи могут навредить твоей репутации. Ты же знаешь, некоторые считают, что в сплетнях есть доля истины.

– Нет дыма без огня? – улыбнулась Каролина. – Ты прав, но меня это не слишком заботит, мне нет дела до того, что кто-то плохо думает обо мне.

Однако в глубине души Каролина знала, что мнение одного человека ей небезразлично. Она просидела у постели брата почти два часа и наконец на исходе этого времени услышала за дверью голоса. В комнату вошла мать, на ее лице читалась тревога. По пути в гостиницу она, видно, пролила немало слез. Каролина поспешила к ней и заключила ее в объятия.

– Все хорошо, мама, – успокаивающе сказала она. – Том спит. Его немного мучили боли, но я дала ему немного бренди, и он уснул.

– Надеюсь, у него нет лихорадки? – спросила мать, кладя руку на лоб сына, и облегченно вздохнула. – Слава богу! Полагаю, его спасением мы обязаны сэру Фредерику?

– У Тома всего лишь сломана рука, – заверила ее Каролина. – Уверена, дома ему станет лучше. Ты приехала в нашем экипаже?

– Да, – ответила миссис Холбрук. – Меня не было дома, когда приехал сэр Фредерик, но он отыскал меня возле библиотеки. Надеюсь, ты поблагодарила его за все, что он сделал для нас сегодня?

– Разумеется, мама, – сдержанно сказала Каролина. Она не могла не думать о той холодности, которую выказал сэр Фредерик по отношению к ней. – Он был очень добр к нам. Он вернулся вместе с тобой?

– Он спросил, нужна ли его помощь, я сказала, что нет. Мне кажется, у него были какие-то дела, хотя он, несомненно, отправился бы со мной, если бы я попросила. Я привезла с собой кучера и двух грумов, надеюсь, мы справимся и без сэра Фредерика.

Том застонал, и обе женщины немедленно обратили все свое внимание на больного. Он явно чувствовал себя лучше и выразил желание немедленно отправиться домой, попросив только, чтобы кто-нибудь помог ему спуститься по лестнице. Уже через десять минут Тома удобно устроили в экипаже.

Миссис Холбрук осведомилась у хозяина, сколько с нее причитается за заботу о сыне, и узнала, что сэр Фредерик уже заплатил за все, включая визит врача. Преисполнившись благодарности, она на протяжении всего пути без устали нахваливала его.

– Какой прекрасный человек! – повторила она Каролине по меньшей мере двадцать раз. – Настоящий джентльмен. Он станет превосходным мужем для какой-нибудь леди.

Хотя мать, в отличие от тетки, не стала настаивать на том, что Каролина должна завоевать внимание сэра Фредерика, девушке было совершенно ясно, что Марианна считает его подходящей партией для дочери. Каролина сочла за лучшее промолчать, да и что она могла сказать? Без сомнения, в сложившейся ситуации сэр Фредерик сделал все, что в его силах, но его великодушие и щедрость еще не повод для брака. Он очень нравился Каролине, она считала его одним из своих лучших друзей. Иногда даже думала, каково это – быть его женой, но сегодня он был так холоден с ней, и она уже не была уверена, что нравится ему.

Почти всю дорогу Каролина хранила мрачное молчание. Когда они подъехали к дому, она последовала за слугами, которые перенесли брата в его комнату, но у него снова разболелась рука, и мать выставила Каролину. С помощью дворецкого Марианна устроила сына в постели как можно удобнее, затем спустилась в буфетную и приготовила травяной отвар по своему собственному рецепту.

– Вот, отнеси Тому, – сказала она Каролине, – это поможет ему уснуть. Сегодня вечером я никуда не поеду, не могу же я оставить его в таком состоянии, но ты можешь отправиться на прием вместе с тетей, дорогая.

– Как ты думаешь, не могу ли я на этот раз тоже остаться дома? – спросила Каролина. – Я бы предпочла отдохнуть, я так переволновалась сегодня. К тому же я могла бы помочь тебе ухаживать за Томом.

Каролина не думала, что случится нечто подобное, но была рада, что ей не придется ехать на музыкальный вечер с тетей Луизой. Когда Каролина и Том вернулись домой, леди Таунтон встретила их неласково.

На следующее утро тетя Луиза все еще пребывала в плохом настроении, говорила с сестрой и Каролиной, не скрывая раздражения, а затем рассказала о слухах, которые порочили репутацию племянницы.

– Но вы же знаете, что случилось, тетя, – оправдывалась Каролина. – Произошел несчастный случай, Том был ранен, поэтому я и оказалась в той гостинице. Прискорбно, что кто-то увидел меня там, но вы могли с легкостью развеять слухи, рассказав правду.

– Как и следовало ожидать, я не преминула это сделать, – язвительно ответила леди Таунтон, бросив на племянницу ледяной взгляд. – На этот раз вам все сошло с рук, мисс, но в будущем вы должны быть более осмотрительны. Я предупреждала тебя, Каролина. Если ты создашь себе репутацию легкомысленной особы, в будущем тебя не ждет ничего хорошего!

– Но я не делала ничего неприличного, – сказала Каролина, скрестив пальцы за спиной. Если бы кто-нибудь увидел ее в мужском костюме, у нее были бы серьезные проблемы. – Если наши друзья не обратят внимания на эти слухи, они скоро забудутся.

– Остается надеяться лишь на это, – вздохнула тетя. – Однако сплетни очень живучи. Ты должна быть очень осторожна, чтобы не дать повода новым слухам.

Они сидели в маленькой гостиной и не слышали, как в дверь постучали, поэтому появление гостя стало для них полной неожиданностью. Обернувшись, Каролина увидела молодого человека, стоящего на пороге, и с радостным криком бросилась к нему:

– Николас, дорогой! Как я рада тебя видеть. Я предполагала, что тебе могут дать отпуск, но боялась даже надеяться на это.

– А я здесь, сестричка, – засмеялся Николас, заключая Каролину в крепкие объятия. Он заметно возмужал с тех пор, как они виделись в последний раз. В своей алой форме брат был неотразим. – А теперь скажи-ка мне, что приключилось с Томом?

– О, пойдем наверх, ты его увидишь. Он будет так рад. Бедный Том очень скучает, мама запретила ему вставать с постели по меньшей мере два дня.

Каролина увлекла его за собой.

– Ты приехал очень вовремя, – прошептала она. – Тетя Луиза как раз начала читать мне нотацию. Я знаю, Том пострадал по моей вине, он бы не полез в корзину, если бы мне не вздумалось подняться на шаре, но нельзя же винить меня в том, что я оказалась в той гостинице.

– Пожалуй, лучше будет, если ты начнешь с начала, – улыбнулся Николас. – Тогда я, может быть, что-нибудь пойму.

– Ах да! – спохватилась Каролина и поведала брату о случившемся. Наконец они подошли к двери в спальню Тома. – Видишь, она несправедлива ко мне!

– Да, это так, но ты должна научиться притворяться. Ты выказываешь свое непокорство и тем только злишь ее. Прикуси язычок и думай, прежде чем ответить. Не стоит перечить тете. В конце концов, она же пригласила вас к себе.

– Да, я знаю, что проявляю неблагодарность, – сказала Каролина, чувствуя легкий укол вины. – Я не должна ссориться с ней, тетя ведь желает мне только добра… но ничего не могу с собой поделать, я не могу заставить себя полюбить ее.

– Должен признаться, наша тетя Луиза и у меня не вызывает восторга, – улыбнулся Николас. – Давай-ка посмотрим, как там Том.

Каролина кивнула и открыла дверь в комнату брата. Он читал книгу, удобно устроившись в постели. Увидев Николаса, Том радостно вскрикнул.

– Слава богу, ты приехал! – сказал он. – Может быть, хотя бы тебе, Николас, удастся убедить маму, что я не на смертном одре. Да, я временами испытываю легкую боль и руке неудобно в этой повязке, но я умру от тоски, если мне придется пролежать в постели еще два дня. Я обещал Боллингбруку, что приеду к нему в конце недели, значит, мне осталось всего несколько дней, чтобы повеселиться от души.

– Уступи матери хотя бы один день, – посоветовал Николас. – Судя по тому, что я слышал, ты еще легко отделался. Тебе надо отдохнуть, окрепнуть. Иначе наша матушка сама зачахнет.

– Я так не думаю, – сказала Каролина, сверкнув глазами. С приездом Николаса она повеселела. – В последнее время мама изменилась, выглядит счастливой. Кажется, у нее появился тайный поклонник…

– Поклонник? У мамы? – одновременно воскликнули братья. – Ты шутишь, Каролина!

– Вовсе нет. Только, пожалуйста, не говорите ей ничего, она ведь и мне не открыла свой секрет. Я видела этого поклонника несколько раз. Ей он по душе, и она ему очень нравится, но я не знаю, насколько далеко у них все зашло.

– А я-то думал, это ты приехала в Лондон искать себе мужа, – рассмеялся Николас. – Что ж, я очень рад! И буду счастлив, если у них все сложится. Они с папой неплохо ладили, но их жизнь не была безоблачной, а после его смерти мама совсем приуныла. Это отличная новость!

– Мне тоже так кажется, – ответила Каролина. – Мистер Милбанк добр и достаточно состоятелен, чтобы обеспечить ей достойную жизнь и собственный дом.

– Я вижу, вы тут не скучаете, – улыбнулся Николас. – А теперь расскажи мне, Том, как тебе Лондон и почему ты должен ехать к дедушке в конце недели?

– Дедушка помог мне погасить некоторые долги и позволил отлучиться в город, – сказал Том. – Он просил меня кое-что сделать для него, и, скорее всего, я соглашусь, хотя для этого мне придется на некоторое время покинуть Англию.

– Ты в самом деле этого хочешь? – спросила Каролина, вспомнив, как расстроилась Джулия, узнав, что Том пострадал в катастрофе. – Это не нарушит твои планы?.. – Она умолкла, не зная, как относится ее брат к мисс Фэйрчайлд.

– У меня нет определенных планов на будущее, разве что привести поместье в порядок, – сказал Том, нахмурившись. – До тех пор, пока я не буду в состоянии обеспечить жену, я не могу и думать о браке. Ты ведь это имела в виду, Каролина? Маме совсем не обязательно прямо сейчас принимать решение о новом браке, хотя я буду рад, если она устроит свою жизнь так, как хочет. Лично я не ищу себе богатую жену, да и вообще не собираюсь жениться в ближайшее время.

– Понимаю, – пробормотала Каролина. Ей было жаль подругу. Том слишком горд, чтобы сделать предложение Джулии, по крайней мере, до тех пор, пока не приведет в порядок изрядно обветшавшее поместье. – Ты, конечно, вправе делать то, что считаешь нужным.

Едва Каролина умолкла, в комнату вошла мать. Она была совершенно счастлива оттого, что вся семья собралась под одним кровом, и немедленно принялась уговаривать Николаса сопровождать сестру вечером на бал.

– Том собирался поехать с нами, – говорила она, – но при нынешних обстоятельствах это невозможно. Я уверена, леди Джерси будет рада видеть тебя, Николас. Я, разумеется, останусь здесь, на случай если Тому что-нибудь понадобится, но Луиза поедет с вами.

– Почему бы мне не остаться с тобой, мама? – спросила Каролина. – Николас сумеет себя развлечь сегодня вечером.

– Нет, дорогая, поезжай, ты ведь так любишь танцевать. К тому же я буду не одна. Один знакомый обещал заглянуть ко мне. Мы поужинаем вдвоем, поговорим…

– Мама, это мистер Милбанк? – спросила Каролина с лукавым огоньком в глазах.

Щеки Марианны вспыхнули, она смущенно улыбнулась:

– Значит, ты обо всем догадалась, Каролина. Раз уж мы собрались все вместе, я должна признаться, что Герберт сделал мне предложение. Я пригласила его прийти сегодня вечером, пообещав, что дам ответ… Ну, что вы скажете?

– Ты должна принять его предложение, мама, – сказала Каролина. – Он приятный человек, и ты ему очень нравишься.

– Выходи за него, ма, – озорно улыбнулся Николас. – Ты слишком молода, чтобы вечно носить траур.

– Выходи за него, если хочешь, мама, – сказал Том, – но помни, что бы ни случилось, ты всегда найдешь приют в моем доме.

– Да благословит вас Господь, дорогие мои, – растроганно сказала Марианна. – Должна признаться, сейчас я впервые за долгое время чувствую себя по-настоящему счастливой. Однако мой брак больше всего затронет тебя, Каролина, – продолжала Марианна. – Если к этому времени ты не найдешь себе партию, тебе придется жить вместе с нами, в доме мистера Милбанка. Как было бы хорошо, если бы один известный тебе джентльмен попросил твоей руки!

– О ком это ты? – спросил Николас. – Ты ничего мне не говорила, Каролина!

– Потому что пока не о чем говорить, – ответила она. – Но если ты поедешь со мной на бал сегодня вечером, я расскажу тебе кое-что.

Глава 7

— Джордж, подожди, пожалуйста! – окликнул Фредди своего друга, увидев, как тот выходит из магазина мужских шляп на Брук-стрит. Он перебежал дорогу, искусно лавируя между экипажами. – Как себя чувствует Джулия? Она уже оправилась от вчерашнего?

– Да, с ней все хорошо, – ответил Джордж. – Она просто перенервничала из-за случившегося. Тебе удалось узнать что-нибудь о причинах катастрофы?

– Совершенно точно установлено, что канат перерезали, как мы и предполагали. Это случилось под самым нашим носом, Джексон клянется, что, когда он начал готовить шар к полету, все было в порядке, и я ему верю. Впрочем, перед полетом у шара собралась такая толпа… Это мог сделать кто угодно. Честно говоря, не думаю, что нам удастся изловить злоумышленника. Счастье еще, что никто серьезно не пострадал. Каролина уверяла, конечно, что с ней все в порядке, но я уверен, она сильно испугана, а Том может считать, что ему повезло.

– Мисс Холбрук – смелая девушка и вела себя очень разумно. Но кому могло понадобиться причинить вред ей или ее брату? – Джордж выглядел озадаченным.

– Понятия не имею, – нахмурился Фредди, – но собираюсь это выяснить. Боюсь, это еще не конец.

– Возможно, ты прав, – согласился Джордж. – А тебе не приходила в голову мысль, что мишенью преступника мог быть кто-то другой?

– Это вполне вероятно, – сказал Фредди. – На том шаре вместе с мисс Холбрук должен был быть я.

– Так ты полагаешь, что удар был направлен на тебя? – Джордж недоверчиво посмотрел на друга. – Подумать только, вы оба могли погибнуть, да и Джексон тоже. Если так, у тебя есть очень опасный враг, Фредди. Он не знает жалости, и ему все равно, сколько будет жертв.

– Я намерен докопаться до правды. Мы же не хотим, чтобы произошел еще один несчастный случай, Джордж. Я найму человека, который займется расследованием, да и сам я постараюсь что-нибудь выяснить. Кстати, мне, наверное, придется покинуть Лондон на некоторое время.

– И когда ты уезжаешь?

– А почему ты спрашиваешь? – Фредди внимательно посмотрел на друга. – Говори же, старина. Я вижу, тебя что-то беспокоит.

– Поползли неприятные слухи, Фредди, – осторожно начал Джордж, – о мисс Холбрук…

– Из-за ее желания подняться на воздушном шаре, я полагаю? Да, это было несколько безрассудно, но разве этого достаточно, чтобы осуждать ее?

– Не только из-за этого… – Джордж нахмурился. – Кажется, ее видели в гостинице, она выходила из номера. Очевидно, она была с братом, так что это можно легко уладить. Однако недавно видели, как она покидала гостиницу рано утром… вместе с тобой.

– Черт побери! – В глазах Фредди вспыхнула такая ярость, что Джордж отшатнулся.

– Я не хотел тебя обидеть, дружище. Значит, это ложь?

– В том-то и дело, что нет, – сказал Фредди. – Я в самом деле был с мисс Холбрук в гостинице, но это не самое худшее, Джордж. Я взял ее с собой на кулачный бой, и она была в мужском костюме.

– Ты с ума сошел, Фредди!

– Я знаю, я проиграл ей пари, хотя это, конечно, не может служить мне оправданием. Так получилось, что мы уехали до того, как закончился бой, но, если бы я позволил, она осталась бы до конца.

– Да, мисс Холбрук очень смелая, – сказал Джордж, – но наивная и совсем не думает о своем будущем. Печально, если она потеряет репутацию из-за какой-то невинной выходки.

– Да, ты, конечно, прав, – ответил Фредди. – Пожалуй, мои дела могут подождать. Сначала я должен кое-что сделать…

– Значит, это был не несчастный случай, – сказал Николас, когда они с братом остались наедине. – Кто-то очень хотел навредить тебе или Каролине.

– Но я принял решение в последнюю минуту, – объяснил Том. – Я имею в виду, решил подняться на шаре. На моем месте должен был быть сэр Фредерик.

– Черт побери! Целью мог быть Рэтбоун. Кроме того, это он виноват в том, что Каролина рисковала своей жизнью! – воскликнул Николас.

– Может, это как-то связано с деньгами, – задумчиво проговорил Том. – Знаешь, дедушка решил оставить нам порядочную часть своего состояния. В том числе и Каролине.

– Ты хочешь сказать, что подозреваешь наших родственников? – с сомнением протянул Николас. – Я знаю, что они нас недолюбливают, но убийство…

– Да нет, конечно нет. Дядя Себастьян и так получит то, что ему причитается. Дяде Клоду тоже кое-что отойдет – дом в Лондоне и небольшое поместье в Корнуолле. Впрочем, есть еще кое-кто, кто мог бы извлечь для себя выгоду.

– Я не понимаю тебя, – сказал Николас. – О ком ты говоришь?

– Думаю, дедушка не будет возражать, если я, учитывая обстоятельства, расскажу тебе все. На Ямайке живет человек, который только выиграет, если наследники, о которых мы говорили, отойдут в мир иной. Можно сказать, это наш дядя, только незаконнорожденный. Дедушка хочет, чтобы я продал плантацию на Ямайке и сделал что-нибудь для него.

– У старика есть сын на Ямайке? – удивленно спросил Николас. – Он же был там в последний раз незадолго до того, как женился на нашей бабке. Я думал, он доверил свое имущество управляющему…

– Удивительно, что там вообще есть что продавать, плантация пришла в упадок, – заметил Том. – Дед сказал, я могу забрать себе то, что получу от ее продажи, но сумма будет незначительной. У деда много собственности, которая не является фамильной, а значит, он может распоряжаться ею по своему усмотрению. Мы все получим кое-что. А еще у деда есть пара сотен тысяч фунтов, и он намерен сделать так, чтобы его сыновья не получили ни пенни из этой суммы. По-моему, он хочет разделить ее между нами и тем парнем с Ямайки.

– Боже мой! – воскликнул Николас, поразившись размеру наследства. – Это же все меняет. Даже такой ленивый человек, как дядя Себастьян, заставит себя встать с кресла ради таких денег.

– Но ты ведь не думаешь, что это он? Его жена принесла богатое приданое, обе дочери вышли замуж за состоятельных людей. Дядя Клод женился по расчету, и у него всего одна дочь. Дед подарил ей к свадьбе десять тысяч фунтов. – Том нахмурился. – Я не могу с уверенностью утверждать, что кто-то покушался на жизнь Каролины или на мою. Кроме того, у дяди Себастьяна нет сыновей, а значит, поместье Боллингбруков рано или поздно перейдет ко мне… или к тебе, если я умру.

– А этот незаконнорожденный… он сейчас на Ямайке? Если бы это был он, его жертвой должен был бы стать ты, не Каролина.

– Может, он и не на Ямайке. Кажется, некоторое время назад он написал дедушке, что собирается приехать в Англию и навестить его.

– Ты думаешь, это была угроза? Наверное, он считает, что с ним плохо обошлись.

– Да, я тоже думал об этом, – сказал Том.

Николас нахмурился:

– Ты рискнешь поехать на Ямайку?

– Я должен это сделать. Дочь управляющего собирается выйти замуж и хочет знать, может ли ее будущий муж выкупить плантацию. Они предложили смехотворно низкую цену, так что мне придется искать других покупателей.

– Тебе нужен кто-то, кто, в случае чего, должен прикрыть твою спину. Тебе нужен старый солдат, Том, которому ты сможешь доверять в бою.

– Полагаю, я могу рассчитывать на то, что сегодня вечером ты будешь вести себя прилично? – Леди Таунтон с неодобрением посмотрела на Каролину. – Нам остается только надеяться, что слухи еще не успели распространиться. Устроительницы бала чрезвычайно строги в том, что касается соблюдения приличий, как тебе прекрасно известно, и, если ты встретишь холодный прием, можешь винить лишь саму себя. Как тебе только в голову пришло подняться в воздух на шаре! Не такого поведения ждут от благовоспитанной юной леди.

– Обещаю вам, тетя, что сегодня вечером я буду очень осторожна, – ответила Каролина, чувствуя за собой вину.

– Будем надеяться, этим все и ограничится, – мрачно сказала леди Таунтон. – Все, чего я прошу, Каролина, – это чтобы ты не позорила меня.

Неудивительно, что Каролина отправилась на бал с тяжелым сердцем. Мать отказалась сопровождать ее, потому что беспокоилась о Томе, который в тот день чувствовал себя не очень хорошо. Однако она и слышать не хотела о том, чтобы Каролина осталась дома.

– Ты непременно должна поехать, дорогая. Особенно если кто-то распускает о тебе глупые слухи. Если ты останешься дома, люди подумают, что эти слухи небеспочвенны.

Каролина понимала, что мать права. Если она перестанет появляться в обществе, решат, что ей есть что скрывать.

Ее ожидал обычный скучный вечер, ведь она знала, что не увидит сэра Фредерика. Самое большее, на что она могла рассчитывать, – два танца с мистером Беллингхемом и, возможно, один-два вальса с друзьями, потому что дам здесь было гораздо больше, чем джентльменов.

Каролине очень хотелось увидеть сэра Фредерика, и в то же время она страшилась этой встречи, помня, как холодно он обошелся с ней в последний раз. Со дня катастрофы с воздушным шаром он, казалось, совершенно переменил свое отношение к Каролине. Что же произошло? И почему она постоянно думает об этом?

Каролина поняла, что что-то не так, едва переступила порог бального зала. Взгляды всех присутствующих были прикованы к ней, она услышала, как люди перешептываются. Несколько томительно долгих минут они с тетей стояли в одиночестве, затем мистер Беллингхем подвел к ним Джулию.

Щеки Каролины горели. Обычно стоило ей войти в зал, как знакомые сразу окружали ее. Теперь же она чувствовала себя прокаженной, к которой никто не осмеливался приблизиться. Очевидно, тетя была права. Впрочем, вскоре несколько человек подошли к ней, и она почувствовала себя лучше. Одна из устроительниц бала, Салли Джерси, тоже снизошла до беседы с Каролиной, правда, в голосе ее сквозил явный холодок.

Каролина танцевала с Джорджем, решив встретить все, что уготовит для нее этот вечер, с гордо поднятой головой. Джордж вел себя как обычно, смешил ее и отпускал комплименты по поводу платья. Каролина расслабилась и решила даже, что ей почудилось, будто некоторые дамы вели себя с ней чересчур сдержанно. Танец уже близился к концу, когда в зале вдруг раздался единодушный удивленный вздох. Обернувшись, Каролина увидела джентльмена, который вошел в зал в сопровождении дамы преклонного возраста.

– Боже милостивый! – воскликнул Беллингхем. – Я и подумать не мог, что доживу до этого дня. Фредди со своей крестной! Он что-то задумал…

– Что вы имеете в виду? – напряглась Каролина.

– Леди Страуд теперь почти не появляется в обществе, – пояснил Джордж, – хотя когда-то она давала самые великолепные балы. Ах, ну да, конечно! Доверьтесь Фредди, он позаботится о вас, дорогая. – Джордж улыбнулся ей. – Ведь это из-за него вы попали в переплет, значит, он и должен придумать, как помочь вам.

– Нет, пожалуйста, – взмолилась Каролина, ее бросило в жар. Это же ужасно! Джордж полагает, что Фредди скомпрометировал ее и теперь вынужден сделать ей предложение. Но это неправильно! – Это я во всем виновата. Он не должен…

– Фредди может быть безрассудным, иногда легкомысленным, но он знает, как должен поступать настоящий джентльмен, и он без ума от вас, дорогая, – сказал Джордж. – Не волнуйтесь, он обо всем позаботится.

Каролина поняла, что он ведет ее к сэру Фредерику и леди Страуд. Ей хотелось убежать, спрятаться где-нибудь, но Джордж крепко держал ее руку.

– Леди Страуд, – поклонился он, – я очень рад видеть вас здесь сегодня вечером. – Он взглянул на Каролину. – Могу я представить вам молодую леди? Это мисс Каролина Холбрук.

– Я знаю, как зовут эту девушку, – с легким раздражением в голосе сказала леди Страуд. Несколько мгновений она разглядывала Каролину, потом повернулась к своему крестнику: – Надо отдать тебе должное, Фредди, она очень мила. – Она устремила на Каролину пронзительный взгляд. – Храбрая девушка, как говорит мой крестник. Он часто городит чепуху, но в данном случае я готова ему поверить. Мисс Холбрук, мне кажется, сейчас зазвучит вальс. Я разрешаю вам танцевать с Рэтбоуном. Ступайте же и постарайтесь сделать вид, что вам это нравится.

– Благодарю вас, мадам. – Впервые в жизни Каролина без возражений сделала то, что ей велели. – Спасибо, сэр, – сказала она и смело посмотрела своему кавалеру в глаза.

– Это честь для меня, Каролина, – ответил Фредди, беря ее за руку. – Не пугайтесь, моя крестная страшна только с виду. В действительности, хотя вы этого и не подозреваете, она на вашей стороне.

– Леди Страуд очень добра, – согласилась Каролина. Она была немного бледна, но высоко держала голову и улыбалась. – Но, право, не стоило бросаться мне на помощь, словно рыцарь в сияющих доспехах. Я вполне способна позаботиться о себе.

– Каролина, вы не знаете, о чем шепчутся люди… что они думают. Кое-кто видел, как рано утром, в день боя, вы выходили из гостиницы вместе со мной.

– О-о… – Каролина взглянула на него расширенными глазами. – Я полагала, они говорят о том, что я была одна в гостинице в тот день, когда Том был ранен.

– Нет. – Фредди покачал головой. – Все гораздо серьезнее, чем вы думаете. И в этом моя вина. Значит, я должен сделать все, что в моих силах, чтобы очистить ваше доброе имя от подозрений. Леди Страуд имеет влияние в обществе, если увидят, что она относится к вам одобрительно…

– Да, я понимаю, – с трудом проговорила Каролина. – Я думала… Мистер Беллингхем сказал… Спасибо, что подумали об этом, сэр. Я знаю, я сама во всем виновата, но не считаю, что совершила какое-то ужасное преступление. – Ее глаза блеснули. – Вы не соблазняли меня, значит, вы невиновны.

– Нет, я виноват, Каролина, – искренне сказал он. Его лицо было серьезно, даже сурово. – Я люблю поддразнивать людей, провоцировать их на безрассудные поступки, на которые они при других обстоятельствах ни за что не решились бы. Именно это произошло в вашем случае. Следовательно, я должен сделать все, что в моих силах, чтобы…

– Нет! – поспешно сказала Каролина. – Я не уверена, что именно вы сейчас имеете в виду, сэр, но скоро я уеду из Лондона, чтобы навестить дедушку. Думаю, будет лучше, если вы подождете до моего возвращения… если вы в самом деле хотите что-то сказать мне.

Почувствовав, что краснеет, Каролина опустила глаза.

– Хорошо, если вы так хотите… Мне есть что вам сказать, Каролина, но это может подождать несколько недель.

– Благодарю вас, – ответила она и улыбнулась ему. Ее улыбка в это мгновение была такой манкой, такой очаровательной, что у Фредди закружилась голова. – Вы очень добры, сэр, и я рада, что вы на меня не сердитесь.

– А мне есть за что сердиться на вас? – удивленно спросил он.

Каролина глубоко вздохнула:

– Мне показалось, что вы рассердились, там, в гостинице… когда Том был ранен.

– Я действительно разозлился, но не на вас, а на то, что случилось, – сказал он. – Вы ведь могли серьезно пострадать, Каролина. Именно поэтому я должен на несколько дней покинуть Лондон. Если хотели причинить вред одному из нас, нужно провести расследование.

– Спасибо, сэр, вы очень добры.

– Все, что касается вас, касается и меня, Каролина. Кроме того, неизвестно, кто был мишенью злоумышленника. Возможно, у меня есть враг. Со мной он может делать все, что угодно, но совсем другое дело, когда речь идет о безопасности других… о вашей безопасности, Каролина…

В его глазах была такая искренность, такая тревога, что сердце Каролины сжалось. В это мгновение она поняла, что их связывает нечто особенное. Она не успела ничего ответить – музыка смолкла, и к ним приблизилась Салли Джерси.

– Сэр Фредерик, это такая честь для нас, – сказала она, бросив на него любопытный взгляд. Затем многозначительно посмотрела на Каролину: – Вам необычайно повезло, мисс Холбрук. Не буду углубляться в подробности, скажу только, что теперь нам все известно – в то утро вы были с визитом у леди Страуд. Немного странно, конечно, что вас видели в гостинице вместе с сэром Фредериком в столь ранний час, но он, видимо, вынужден был сделать остановку из-за проблем с упряжью. Видите, все и выяснилось. А теперь, Каролина, я прошу вас подарить один танец молодому джентльмену…

Фредди смотрел вслед Каролине и Салли.

– Что ж, гнедые – твои, дорогой друг, – кивнул он подошедшему Джорджу. – Мы ведь заключили пари: если ты увидишь меня здесь, значит, я решил жениться.

– При данных обстоятельствах у тебя не было выбора, Фредди, – ответил Джордж. – Если помнишь, мы договаривались подождать до Рождества.

– Прекрасно, – сказал Фредди, нахмурившись. – Хотя я не уверен, что мне хватит двух месяцев. Не знаю, захочет ли она вообще выйти за меня…

* * *

Каролина сидела у окна в своей комнате. День был дождливым, и улицы Лондона окутала серая пелена. Мысли Каролины текли совсем не в том направлении, в каком ей хотелось бы. Она была почти уверена, что сэр Фредерик намеревался просить ее руки и собирался сделать предложение только из-за скандальных слухов, порочащих ее имя. Он покинул клуб вскоре после того, как завершился танец, но леди Страуд провела на балу еще почти два часа. Большую часть этого времени она продержала Каролину рядом с собой, представляя ее всем как свою новую подругу.

– Мой крестник недавно привез ее ко мне рано утром, – стоически лгала леди Страуд, – и мы сразу понравились друг другу. Эта девушка мне по душе. Люблю смелых женщин и терпеть не могу слабохарактерных дурочек!

Ее слова вызвали вежливый смех, это означало, что скандал Каролине больше не угрожает. Она внимательно наблюдала за происходящим, и скоро ей стало ясно, что леди Страуд была поборницей нравственности и большим авторитетом в вопросах соблюдения приличий. Покидая бал, она пригласила Каролину как-нибудь навестить ее и выразила надежду на то, что в будущем они станут хорошими друзьями.

Каролина поблагодарила леди Страуд за то, что та пришла к ней на помощь, и получила в ответ суровый взгляд.

– Я не привыкла лгать, юная леди. Впредь ведите себя так, чтобы мне не пришлось сожалеть об этом вечере. Я очень привязана к Фредди. У него долг перед семьей. Он должен позаботиться о продолжении рода, а у его жены должна быть безупречная репутация.

Каролина пробормотала что-то подходящее случаю. Она была искренне благодарна старой даме за помощь, и, хотя по дороге домой ей, вероятно, предстояло выслушать еще одну порцию нравоучений от тетки, она знала, что поведение леди Страуд произвело впечатление на тетю Луизу.

– Ты, разумеется, понимаешь, что это означает, – сказала леди Таунтон перед тем, как они покинули бал. – Как видишь, я была права.

Каролина ничего не ответила, все ее мысли были заняты сэром Фредериком. Он в самом деле собирался сделать ей предложение! Не потому, что любит ее, а потому, что считает, будто этого требуют приличия. По словам леди Страуд, ее крестник хотел обзавестись семьей, но для этого ему нужна была жена с безупречной репутацией. При таких обстоятельствах он вряд ли думал о Каролине. Ее легкомысленное поведение дало повод для слухов, к тому же ей нечего было ему предложить. Только высокоразвитое чувство чести, которое Каролина считала в данном случае неуместным, заставляло сэра Фредерика решиться на брак с ней.

В тот вечер ей удалось помешать ему совершить необдуманный поступок, а теперь, после того как скандал был предотвращен, он, вероятно, изменит свои намерения. В конце концов, в этом не было никакой необходимости… Каролина не хотела выходить замуж только ради спасения своей репутации. Она знала, что будет скучать по Фредди. Несколько дней его не будет в Лондоне, а к тому времени, когда он вернется, она и сама, возможно, уедет из города. В конце следующей недели она отправится навестить дедушку, миссис Холбрук тоже собиралась вскоре покинуть Лондон. Она сказала это Каролине на следующий день после ужина с мистером Милбанком.

– Тебе совсем не обязательно возвращаться сюда после визита к Боллингбруку, – сказала Марианна дочери. – Я собираюсь отправиться в Бат. Мистер Милбанк считает, что там мне будет лучше, чем в Лондоне, и я думаю, он прав. Я бы очень хотела, чтобы ты присоединилась ко мне. Уверена, в Бате ты скоро обзаведешься новыми знакомствами, Каролина, а твоим лондонским друзьям не составит труда приехать к тебе.

– Ты поедешь в Бат с тетей Луизой?

– Нет, не с ней, – сказала мать. – У меня есть немного денег, Каролина. Я откладывала их на будущее, но теперь в этом нет необходимости. Я решила принять предложение мистера Милбанка. В Бате мы сможем устроиться так, как пожелаем. – После паузы Марианна решительно продолжила: – Наверное, мне стоит рассказать тебе, Каролина. Мой первый брак был совсем не таким, каким казался… но в этот раз меня действительно любят, я чувствую это. Было бы глупо отказываться от шанса на счастье.

– Мне жаль, что ты не была счастлива с папой.

– Все изменилось после моей болезни, – сказала мать. – До этого он заботился обо мне, как большинство мужчин заботятся о своих женах. Потом я заболела, и все как-то разладилось. У него появилась новая… привязанность, и эти отношения длились до дня его смерти. – Она гордо подняла голову. – Я ни о чем не знала, хотя и подозревала… А потом, после его смерти, я получила очень недоброе письмо. Я показала его Боллингбруку, но он велел мне не поднимать шума. Это стало одной из причин нашей с ним размолвки. Он считал меня слабой, недалекой женщиной. Но я не могла просто взять и забыть о романе твоего отца на стороне. – Она покачала головой. – Не стоит, наверное, сейчас говорить об этом, ведь все это не имеет значения, я хочу начать новую жизнь.

– Мне жаль, что папа так обидел тебя, – сказала Каролина. Теперь она понимала, почему после смерти отца мать словно угасла. Не только горе было тому причиной, ее терзали обида и разочарование. – Я думаю, с мистером Милбанком ты будешь счастлива. Я, конечно, поеду в Бат.

– Я рада, что ты согласилась. Мы должны быть на маскараде у леди Маннеринг, а потом нас ничто не задерживает здесь.

Едва Каролина переступила порог бального зала, ее окружила толпа поклонников. Общество забыло о ее прегрешениях, и она снова обрела былую популярность. Мистер Беллингхем должен был танцевать с ней трижды, а Николас два раза. Все были в масках, но Каролина узнала большинство гостей, в том числе и тех немногочисленных знакомых, которые избегали ее.

К середине вечера в зале стало душно, и хозяйка велела открыть большие французские окна, чтобы впустить свежий воздух из сада. Каролина была не голодна и решила вместо ужина прогуляться по саду. Ночь была безветренной, и на террасе дышалось ничуть не легче, а сад, залитый лунным светом, так и манил к себе. Каролина уже собиралась спуститься под сень деревьев и насладиться ароматом ночных цветов, как вдруг кто-то появился на террасе.

– Я заметил, как вы вышли, и решил последовать за вами, – сказал Джордж, снимая маску. Каролина с удовольствием сделала то же самое. – Вы хотите прогуляться по саду? Позвольте сопровождать вас, мисс Холбрук?

– Конечно, благодарю вас. Вы слышали что-нибудь о сэре Фредди? Вы не знаете, когда он вернется?

– Боюсь, что нет. А вам он ничего не говорил?

– Кажется, у него какие-то дела за городом.

Каролина разрывалась между желанием увидеть сэра Фредерика и страхом… Она боялась, что он, руководствуясь чувством чести, а не искренним желанием, снова сделает ей предложение.

Они медленно шли по дорожке сада, удаляясь от дома. Джордж бросил на Каролину испытующий взгляд, на ее лице явственно читалась тревога. Неужели она не хочет выходить замуж за Фредди?

– Если я могу что-нибудь сделать для вас, мисс Холбрук, – сказал он после некоторого колебания, – вам достаточно попросить. Вы должны знать, что я… восхищаюсь вами. Наверное, для вас это не новость.

– О, мистер Беллингхем, – смущенно проговорила Каролина, чувствуя как от волнения сжимается горло, – поверьте, я очень ценю нашу дружбу, но…

– Но ваше сердце отдано другому? – мягко спросил он. – Вы можете быть со мной совершенно откровенны. Ваши слова меня не обидят, я подозревал это, но я знаю также, что вы уезжаете из Лондона и ничего еще не решено. Мне показалось, что вы чем-то опечалены… и я решился заговорить с вами. Я никогда не думал о браке. Я – закоренелый холостяк и решил сделать Джулию своей наследницей, ведь у меня нет титула, о котором я должен позаботиться. Однако если я нужен вам, я к вашим услугам.

– Вы так добры, сэр, но, право, не стоит беспокоиться обо мне. – Каролина коснулась его руки. Джордж не сделал ей предложения, но она знала, достаточно ей захотеть, и он попросит ее руки. – Я высоко ценю вас, сэр. Вы нравитесь мне больше, чем все прочие джентльмены, кроме… – Она умолкла, покраснев. – Я не уверена…

– Поверьте, я прекрасно вас понимаю, лучше, чем вы можете себе представить, – сказал Джордж. – Я буду счастлив, если мы останемся друзьями, дорогая.

Он едва успел договорить, как на дорожке появился Николас.

– Это был наш танец, Каролина. Ах, я вижу, ты не одна, а с мистером Беллингхемом. Тогда все в порядке. Я просто решил посмотреть, не гуляешь ли ты тут одна. – Он кивнул Джорджу.

– Мы вышли подышать свежим воздухом, но уже собирались возвращаться. Кажется, вы покидаете Лондон через несколько дней?

– Да, вы правы. Мой брат должен ехать к Боллингбруку, Каролина отправляется с ним. Том поправился, но еще слишком слаб, поэтому я буду сопровождать их.

– Я подумываю о том, чтобы съездить в Бат в конце недели, – сказал Джордж. – Нам почти по пути, поэтому в дороге мы, вероятно, встретимся.

– Возможно, – ответил Николас. – Моя мать через несколько дней тоже уезжает в Бат. Вы, конечно, увидитесь там с ней, а потом, после визита к Боллингбруку, приедем и мы. Я отвезу Каролину к матери, а затем вернусь в полк.

– Я слышал о намерении миссис Холбрук. Мое поместье недалеко от дома вашего деда. Я остановлюсь там на несколько дней, возможно, мы там увидимся. А теперь прошу меня простить, я должен вас покинуть, мне обещали следующий танец…

– Беллингхем – порядочный парень, – сказал Николас. – Тебе повезет, если он сделает предложение.

– Он – прекрасный человек, – с легким сожалением ответила Каролина, – и он мне нравится, но я пока не знаю, за кого хотела бы выйти замуж.

– У тебя на уме другой? – До ушей Николаса уже дошли слухи. – Я не хочу тебя обидеть, Каролина, но если он до сих пор не сделал тебе предложения, то, верно, и не сделает.

– Я знаю, – ответила Каролина, – и не уверена, что согласилась бы выйти за него замуж, если бы он попросил, Николас. Иногда мне кажется, что… нет, я не знаю. Брак – дело серьезное и куда более сложное, чем я себе представляла.

Каролина уже не верила в то, что на свете существует настоящая любовь, и не была уверена в своих собственных чувствах. Неужели все, что ей остается, – это брак по расчету?

– Что ж, у тебя впереди достаточно времени для того, чтобы найти себе кого-нибудь по душе. – Николас обернулся, услышав, как за спиной хрустнула ветка. Его рука невольно потянулась к пистолету, спрятанному в кармане сюртука. – По-моему, нам пора вернуться в зал. И еще, постарайся не гулять по городу одна.

– Ты думаешь о том, что случилось в то утро? – спросила Каролина, взглянув на озабоченное лицо брата. – Сэр Фредерик считает, что кто-то нарочно подстроил то происшествие с шаром, хотя я не могу себе представить, кому это было нужно.

– Трудно сказать, – согласился Николас, – но мы с Томом уверены, что ты должна быть осторожна, Каролина… на случай, если именно ты должна была стать жертвой. Ведь твое приданое не столь незначительно, как ты думаешь. Если дедушка пожелает, он может кое-что сделать для нас.

– Я буду скучать по вас, когда вы уедете из Лондона, – печально сказала Джулия. – Рядом с вами, Каролина, я чувствую себя гораздо счастливее, чем с остальными. Надеюсь, мы не забудем друг друга?

– О нет, я уверена, что не забудем, – заверила ее Каролина. – Я буду писать вам обо всем, что происходит в моей жизни. Я говорила вам, что Том собирается за границу?

– За границу? – удивленно переспросила Джулия и печально вздохнула. – Нет, я не знала об этом. А когда он вернется, вы не знаете?

– Думаю, скоро, – ответила Каролина, отметив про себя, какое впечатление произвела на Джулию новость о предстоящем отъезде Тома.

– Мистер Эсбери сделал мне предложение, – сказала Джулия. – Пожалуйста, не говорите никому, я еще не дала ответа. Понимаете, я не совсем уверена… Он мне нравится, и к тому же он единственный джентльмен, который попросил моей руки… за исключением мистера Фаррингдона.

– О да, вряд ли у вас могло возникнуть желание выйти за мистера Фаррингдона… – Каролина нахмурилась, словно припомнив что-то. – Кажется, его не было в городе неделю или даже больше, я давно не видела его. Должна признать, в присутствии этого джентльмена я всегда чувствовала себя неуютно. У него такой странный взгляд…

– О да. Странно, в обществе некоторых джентльменов чувствуешь себя счастливой, а с другими, напротив, неловко.

– Да, это правда, – согласилась Каролина. – Не так-то просто понять свое сердце…

– Я знаю свое сердце, – нахмурилась Джулия, – но мама хочет как можно скорее выдать меня замуж, и ей нравится мистер Эсбери…

Каролина взглянула на нее, не зная, что ответить. Ей было жаль Джулию, ее мечты о Томе были напрасны. Может быть, ему нравится Джулия, но он ни за что не сделает ей предложение, пока не сможет обеспечить семью. Каролине хотелось сказать что-нибудь, чтобы подбодрить Джулию, но Том не распространялся о своих намерениях, и ей не хотелось вселять ложные надежды.

– Может быть, все еще изменится, – улыбнулась Каролина. – О, дорогая, иногда я думаю, что мужчиной быть гораздо проще, вам так не кажется?

– Они, по крайней мере, могут признаться в своих чувствах тем, кто им нравится, а не ждать признаний, как мы.

– Да, это несправедливо, хотя, думаю, если бы какой-нибудь джентльмен понравился мне настолько, что я захотела бы выйти за него замуж, я бы нашла способ намекнуть ему о своих чувствах.

– Ты позволишь мне взять поводья? – спросила Каролина брата. Они уже отъехали от города, и запруженные улицы Лондона остались далеко позади. – Ты давно научил меня управлять экипажем, Николас, но с тех пор, как ты ушел в армию, у меня не было возможности попрактиковаться.

– Ну что ж, – Николас передал ей поводья, – видишь тот фаэтон впереди? Давай попробуем обогнать его прежде, чем выедем на перекресток. Не волнуйся, я, в случае чего, помогу тебе.

– О да! – воскликнула Каролина и, обернувшись, посмотрела на Тома. Он полулежал, откинув голову и закрыв глаза. – Проснись, Том! Мы собираемся обогнать тот фаэтон.

– Господи, помилуй нас! – мрачно усмехнувшись, ответил Том. – Ты же должен беречь мое здоровье, Николас, а не сводить преждевременно в могилу.

– Не бойся, Том, – с улыбкой ответил Николас. – Я начеку и возьму поводья, если Каролина не справится.

Глаза Каролины горели от возбуждения. Она с наслаждением подставляла лицо ветру, не обращая внимания на слетевшую с головы шляпку.

– Давай, Каролина! – крикнул Том, когда их экипаж начал нагонять фаэтон. – Прибавь скорости и обойди его. Места достаточно, мы уже на перекрестке.

– Ты думаешь, это хорошая мысль? – спросила Каролина, охваченная сомнениями. Она узнала фаэтон и остановилась бы, если бы Николас позволил.

Увидев, что сестра колеблется, Николас отобрал у нее поводья и взмахнул хлыстом. Фаэтон тоже прибавил скорости, и некоторое время они мчались колесо к колесу. Николас осознал грозящую им опасность, только когда увидел приближающуюся справа подводу. В этой ситуации разумнее всего было остановиться, уступив дорогу фаэтону, но вместо этого Николас, подхлестнув лошадей, обошел соперника слева, вынудив его резко натянуть поводья.

Экипаж Николаса вырвался вперед, хотя лишь опыт другого возницы спас их от неминуемой катастрофы. Николас обернулся, горя ликованием.

– Жаль, что все так быстро закончилось! – Не услышав ответа от сестры, он обернулся к ней: – Я напугал тебя, сестренка?

– Нет, я не испугалась, – сказала она, – но… это был сэр Фредди. Я не была уверена, пока мы не нагнали его, но я узнала его лошадей, а когда проезжали мимо, я увидела его лицо. Он очень сердит, Николас.

– Но ведь все закончилось хорошо, – пробормотал Николас, чувствуя неловкость при мысли о том, что он чуть не опрокинул сэра Фредерика.

– Это ты так думаешь, – заметил Том. – Ты сумасшедший, Николас. Ты не должен был позволять Каролине так разгоняться. И с твоей стороны было чистым безумием обгонять фаэтон. Не хотел бы я быть на твоем месте, когда сэр Фредерик нас догонит.

– Ну, этого не случится, если я не позволю, – заявил Николас.

Каролина молчала. Она знала, что сэр Фредди так просто дела не оставит, и поэтому совсем не удивилась, когда Том сообщил, что видит сзади фаэтон. Возница без труда нагнал их и ехал, не отставая, как бы Николас ни горячил лошадей. Он не делал попытки обогнать экипаж, хотя черные рысаки сэра Фредди с легкостью сделали бы это, если бы хозяин позволил.

По настоянию Тома Николас заехал во двор гостиницы и остановил экипаж. Фаэтон последовал за ним. Николас спрыгнул на землю, помог сойти сестре и брату, который из-за ранения лишился былого проворства. Сэр Фредди стоял у своего фаэтона, беседуя с подбежавшим конюхом. Один из грумов занялся экипажем Николаса.

– Идите, – сказал Николас Каролине и Тому. – Лучше я сам с ним поговорю. Не годится затевать драку в гостинице. Если дойдет до этого, мы сойдемся здесь.

– Но это отчасти и моя вина… – начала было Каролина, но Том не дал ей договорить.

– Пусть сам разбирается, – сказал он, крепко схватив сестру за локоть и увлекая в гостиницу. – Николас сможет за себя постоять. Это его вина, сэр Фредерик вправе отчитать его.

– Да, но… – Обернувшись, Каролина увидела мужчин, приближающихся друг к другу. – Я надеюсь, они не собираются драться, Том.

– Если и так, я знаю, кто поплатится за свое поведение. Сэр Фредерик тренируется в боксерском клубе. Николас смел, но Рэтбоун тяжелее и опытнее. Если дело дойдет до драки, он точно расквасит Николасу нос.

У входа в гостиницу их встретил хозяин. Том попросил проводить их в отдельную гостиную. Не успели они сесть, как за дверью раздались голоса и в гостиную вошел смущенный Николас, за ним следовал сэр Фредди.

– Я извинился за то, что не уступил дорогу, – сказал Николас с покаянной улыбкой, – и сэр Фредерик был так любезен, что простил меня.

– Ничего страшного не случилось, хотя и благодаря чистому везению, – заметил сэр Фредди и посмотрел на Каролину. – Однако это не назовешь честной гонкой, я ведь не знал о ваших намерениях.

– Так давайте договоримся и устроим гонку! – предложил Николас. – Мы едем к Боллингбруку, вам по пути?

– Да, собственно говоря, я к нему и еду, мне нужно обсудить с ним кое-что. Я остановлюсь в гостинице по соседству и через день-два заеду к вашему деду. Если вы всерьез намереваетесь устроить гонку, Николас, мы должны договориться об условиях. Но сейчас лучше дать лошадям отдохнуть. Ваши почти выдохлись.

– А вы смелый человек, – одобрительно сказал Николас. Он сразу проникся к сэру Фредди уважением, несмотря на то что тот устроил ему нагоняй. – Хорошо, я согласен. Мы заключим пари, когда вы приедете к Боллингбруку. Вот вам моя рука.

Он протянул руку, которую сэр Фредди пожал, насмешливо улыбаясь. Затем он сел рядом с Каролиной и внимательно посмотрел на нее:

– Николас говорит, что вы ничуть не испугались?

– Нет, то есть испугалась, но не этой гонки, – ответила она, – а того, что вы рассердитесь. Он ведь подверг вас опасности, обогнав на перекрестке.

Она неуверенно взглянула на него.

– Если бы на месте Николаса был кто-нибудь другой, я бы свернул ему шею, – весело сказал Фредди, но его глаза говорили, что он, не колеблясь, сделал бы это. – На этот раз все будет иначе. Полагаю, вы захотите принять участие в соревновании?

– Да, пожалуйста, – поспешно заверила Каролина. Слова сэра Фредди удивили ее, она думала, что он не захочет и слышать об этом. – Я правда очень хочу!

– Значит, заключим пари, как прежде?

– Да! – ответила она, сверкнув глазами, и почувствовала себя совершенно счастливой.

– Что ж, хорошо, мисс Холбрук, – сказал Фредди. – Если я выиграю, вы исполните мое желание, если выиграет Николас, можете распоряжаться мною по вашему усмотрению. Но при одном условии.

– Каково же оно, сэр?

– Вы поедете со мной, а не со своим братом. Тогда я буду уверен, что довезу вас в целости и сохранности. И я не позволю вам держать поводья!

Он устремил на Каролину пронизывающий взгляд, и она поняла, что он догадывается о ее роли в сегодняшнем происшествии.

– Черт возьми, сэр! – воскликнул Николас. – Это уж слишком! В конце концов, Каролина – моя сестра и я никогда не причиню ей вреда.

– Сэр Фредерик прав, – согласился Том. – Вы оба слишком упрямы. Ставлю пятьдесят гиней, что сэр Фредерик тебя обойдет.

– Хороший брат, нечего сказать, – сердито бросил Николас. – Вот увидишь, Том, я заберу твои пятьдесят гиней. А что касается того, с кем поедет Каролина… пусть она решает сама.

Глава 8

Фредди отказался сопровождать Каролину и ее братьев, пообещав заехать в поместье через день-другой. Он не хотел, чтобы Николас снова затеял гонку, ведь рядом с ним сидела Каролина.

Его мысли обратились к девушке, на которой он решил жениться. Он долго шел к этому решению, но теперь уже не колебался. Каролина, кажется, обрадовалась, увидев его. Особенно после того, как поняла, что он не собирается ссориться с ее братом. Однако не так-то просто будет уговорить ее принять его предложение. Из-за всех этих слухов она вбила себе в голову, что он собирается просить ее руки из чувства чести, тогда как это было совсем не так. Он должен как-то переубедить ее… Несколько минут Фредди размышлял о способах, которыми он мог бы воспользоваться, чтобы уговорить Каролину. Некоторые из них представлялись весьма приятными…

– Ну, девочка, дай мне взглянуть на тебя, – сказал Боллингбрук, когда Каролина подбежала к нему и склонилась, чтобы поцеловать в щеку. Несколько мгновений он пытливо вглядывался в ее лицо. – Ты стала настоящей леди, Каролина. Готов поклясться, ты цепко держишь в своих ручках не меньше дюжины поклонников.

– О, дедушка! – воскликнула Каролина, ее глаза искрились от смеха. – Конечно нет.

– Держит, сэр, – подтвердил Николас. – Они из кожи вон лезут, чтобы потанцевать с ней. Мне пришлось продираться через толпу.

– Это недалеко от истины, – согласился Том. – Как вы себя чувствуете, сэр? Вам лучше, надеюсь?

– Неплохо, неплохо, – проворчал маркиз. – Обзавелся новым шарлатаном. Но не будем говорить обо мне. У меня все в прошлом. Я хочу знать, что вы собираетесь делать. Каролина, подойди, сядь рядом. Скажи, ты уже положила глаз на кого-нибудь?

Каролина придвинула изящное позолоченное креслице к массивному креслу деда, села и принялась рассказывать о городских впечатлениях. Дед то и дело прерывал ее рассказ смехом. Увидев, что маркиз в хорошем настроении, Николас присоединился к разговору, поведав о своей армейской службе. Том молча наблюдал за ними.

– А как вы, сэр? – Старик, прищурившись, посмотрел на него. – Ты выглядишь не таким здоровяком, как при прошлой нашей встрече. И что с твоей рукой?

– Том был ранен, – бросилась Каролина на защиту брата, не желая, чтобы его несправедливо критиковали. – Произошел несчастный случай с воздушным шаром, Том сломал руку.

– Повезло, что остался жив. – Боллингбрук насупил брови. – Чертовски глупый поступок. Любой дурак знает, что эти новомодные штуковины очень опасны. Но об этом мы поговорим позже, Том. Ступай отдохни перед ужином. Путешествие, наверное, утомило тебя.

– Да, немного, – признался Том и встал. – Прошу меня извинить.

– Хм, – пробормотал маркиз, – вот уж не думал, что у него хватит духу. И зачем его, скажи на милость, понесло на этот шар? Куда катится этот мир? – Вздохнув, Боллингбрук обратил свой взгляд на Николаса: – Николас, иди займись чем-нибудь, мне нужно посекретничать с девочкой.

– Как пожелаете, сэр. – Уходя, Николас подмигнул ей.

– Нахальный парень, – пробурчал маркиз, но в его голосе не было раздражения. – А теперь скажи мне правду. Ты уже нашла себе кого-нибудь по душе? Если да, я хочу познакомиться с ним. Я должен быть уверен, что он достаточно хорош для тебя.

– Есть один человек, дедушка, – призналась Каролина, – но он еще не сделал мне предложения, и я не уверена, что сделает.

– Что с этим парнем не так? У него глаз нет?

– О нет, – рассмеялась Каролина, – с ним все в порядке. Он красив, временами немного высокомерен, но добр, заботлив и… Кажется, я люблю его, но не хочу выходить за него замуж, если он не любит меня.

– Не могу ничего тебе посоветовать, – ответил дед. – Либо ты любишь, либо нет. В своей жизни я любил только одну женщину, твою бабку. С той минуты, как я увидел ее, я понял – она должна стать моей. Ее семья была против нашего брака, но мне это было безразлично. Она должна была принадлежать мне, и точка.

– Она была очень красивой, – сказала Каролина, вспоминая портрет Анжелики Боллингбрук. – Как жаль, что я не знала ее, дедушка.

– Да, очень жаль. Ты очень похожа на нее… Вы бы отлично поладили. – Он глубоко вздохнул. – Да, как бы мне хотелось, чтобы она узнала всех вас… Но не будем больше об этом. Я слишком долго жил, отгородившись от мира, – сказал маркиз, – однако у меня еще есть время, чтобы все исправить…

Каролина с удовольствием вдыхала чистый, напоенный ароматами цветов воздух. Ей нравилась бурная светская жизнь Лондона с бесконечной чередой балов и приемов, но в глубине души она все-таки предпочитала загородную тишину. Она уговорила Николаса поучить ее управлять лошадьми в парке и с удовольствием давала волю рысакам. На второй день их пребывания в поместье Боллингбрука Каролина подкатила в фаэтоне Николаса к дому как раз в тот момент, когда у крыльца остановился другой экипаж. Она сразу узнала сэра Фредди.

– Прекрасно, – сказал он, передавая поводья своему груму и помогая Каролине сойти на землю. – Я вижу, вы практикуетесь. Возможно, со временем мы сделаем из вас первоклассного возницу.

Слова похвалы заставили Каролину покраснеть. Она бросила на сэра Фредди смущенный взгляд и тут же отвела глаза, словно боясь, что он прочтет ее мысли. Он не должен догадаться, что она без ума от него!

Они прошли в дом. Том читал в гостиной, но, увидев гостя в окно, вышел к нему навстречу и пригласил на обед.

– Благодарю, – сказал Фредди, – но, возможно, сначала я должен поговорить с вашим дедушкой?

– На вашем месте я бы отложил визит, – посоветовал Том. – Дедушка неважно себя чувствует, у него сейчас врач. Думаю, через час-другой он сможет вас принять.

– Хорошо, я последую вашему совету, – сказал Фредди и повернулся к Каролине: – Когда вы собираетесь ехать в Бат?

– Послезавтра, – ответила она. – Дедушка хочет, чтобы я осталась, но мама будет ждать меня… а она сейчас готовится к свадьбе, я должна быть рядом с ней.

– Может быть, нам приурочить нашу гонку к этому дню, Николас? – спросил Фредди. – Мы можем встретиться в «Уэйверли-Армз», в пяти милях от Бата, и закончить гонку у аббатства. После того как Каролина пересядет в мой фаэтон, конечно.

– Прекрасная мысль! – улыбнулся Николас. – Но мы еще не заключили пари.

– Гонка сама по себе – пари, но, если вы желаете сделать ставку, пусть будет, скажем, двадцать гиней?

Обговорив детали гонки, они перешли в столовую. Следующий час Каролина, ее братья и Фредди провели за едой и беседой. Они обсудили профессиональный бокс и лошадиные скачки, поговорили о Бонапарте, коротавшем свои дни на Эльбе, и, наконец, перешли к городским слухам. Время пролетело незаметно. Было почти три часа пополудни, когда они встали из-за стола.

– Не хотите ли прогуляться по саду? – предложил Фредди Каролине, выходя вслед за ней в холл. – Мне кажется, у ваших братьев есть дела…

– Я понял ваш намек, – сказал Николас и многозначительно посмотрел на брата. – Идем, Том, кажется, наше присутствие здесь нежелательно. Предлагаю партию в бильярд, если ты в состоянии играть…

– Как вы себя чувствуете? – спросил Фредди, когда они с Каролиной вышли из дома и медленно двинулись через лужайку к розовым кустам. В его глазах она увидела озабоченность. – Катастрофа с воздушным шаром стала для вас потрясением, хотя вы утверждали, что не пострадали. Кроме того, вам так и не удалось совершить полет на шаре, это большое разочарование.

– Как раз это заботило меня меньше всего, – ответила Каролина. – Когда-нибудь я все равно поднимусь в воздух, но тогда я могла думать только о Томе. – Она остановилась и посмотрела на Фредди. – Я не понимаю, кому могло понадобиться перерезать канат. Кто мог хотеть причинить вред Тому или мне? Или вам, сэр?

– Последнее более вероятно, ведь я изменил решение в последний момент. Думаю, канат был поврежден в то же утро. Я не сижу сложа руки, Каролина, и рано или поздно узнаю истину, обещаю вам.

Каролина кивнула:

– Думаю, вы всегда добиваетесь своего, сэр.

Поймав его взгляд, она покраснела и опустила глаза.

– Мисс Холбрук… Каролина, – начал он и внимательно посмотрел ей в лицо, – вы можете не отвечать прямо сейчас, но я…

Громкий крик, донесшийся от дома, заставил Фредди умолкнуть. По лужайке к ним бежал Николас.

– Простите, что прерываю вас, – сказал он, – но Каролина должна вернуться. У дедушки был приступ, он хочет видеть сестру.

Каролина бросилась к дому, ее сердце отчаянно колотилось. За несколько последних дней она поняла, что дедушка искренне любит ее, и радовалась тому, что может проводить с ним время. Он не должен умереть теперь, когда они начали лучше узнавать друг друга!

– Простите, что помешал вам, – сказал Николас сэру Фредди, когда сестра ушла, – но у меня не было выбора. Прошу вас, приезжайте, когда пожелаете.

– Благодарю, я воспользуюсь вашим приглашением, – кивнул Фредди. – Полагаю, нам не стоит откладывать надолго нашу гонку. До свидания, Николас.

Он поклонился, приподняв шляпу, и направился к конюшне, возле которой стоял его фаэтон.

Несколько мгновений Николас смотрел ему вслед, потом повернулся и пошел к дому. Он был почти уверен, что сэр Фредерик собирался сделать Каролине предложение, и жалел, что этого не случилось: тогда будущее сестры было бы устроено.

Врач был еще у Боллингбрука, когда Каролина вбежала в комнату. Он улыбнулся и предложил подойти поближе, но прижал палец к губам, прося ее говорить тише.

– Маркиз отдыхает, мисс Холбрук. Я дал ему лекарство, от которого он проспит некоторое время.

– Он поправится? – спросила Каролина, с тревогой глядя на врача. – Он ведь не умрет, правда?

– Слава богу, я был здесь, – сказал доктор Харрис, нахмурившись. – Думаю, это был просто небольшой приступ и через два-три дня он придет в себя. Следующие несколько часов очень важны. Он должен больше отдыхать и ни в коем случае не волноваться. Вам следует знать, что приступ может повториться. Однако он может прожить еще несколько лет. – Доктор взглянул на большие серебряные часы, которые достал из жилетного кармана. – Я должен навестить еще одного больного, но, если я вам понадоблюсь, я к вашим услугам в любое время.

– Благодарю вас, сэр, вы очень добры.

Каролина поставила кресло у постели деда и села. Его правая рука покоилась на одеяле. Каролина коснулась ее, спрашивая себя, что такого срочного хотел сказать ей дед.

Каролина откинулась на спинку кресла и задумалась. Она провела наедине с сэром Фредди всего несколько минут, и ей показалось, что он снова собирается сделать ей предложение. Хочет ли он просить ее руки потому, что любит ее, или только руководствуясь чувством ответственности?

Каролина пыталась забыть о своих чувствах к сэру Фредди, но, как сказал дедушка, ты либо любишь, либо нет. К чему притворяться? Она любила Фредди с первого дня их встречи. В нем было что-то, что влекло Каролину, как мотылька к огню, его взгляд, улыбка…

– Анжелика… – Голос деда был слабым, едва слышным, но Каролина явственно услышала в нем нотки отчаяния. – Любовь моя… не покидай меня…

Он звал свою юную жену, которую любил и которую потерял, подумала Каролина. Она только сейчас осознала, что никто из них не понимал всю глубину его горя и причину, по которой он на долгие годы превратился в затворника, словно наказывая себя за что-то. Чувствуя, как ее сердце разрывается от жалости, Каролина встала и склонилась над дедом, запечатлев поцелуй на тонкой, будто пергаментной, коже его щеки.

– Я здесь, дорогой, – прошептала она, – спи спокойно и ни о чем не тревожься. Я здесь…

Дед пробормотал что-то, и она увидела, как разгладились морщины на его лбу. Он затих. Каролина погладила его руку и снова опустилась в кресло. Она сидела, глядя, как он мирно спит, до тех пор, пока в комнату, неслышно ступая, не вошел Дженкинс. Он сказал, что братья просят Каролину спуститься вниз и поужинать с ними.

Каролина спустилась в столовую и успокоила братьев. Они сели за стол. В детстве маркиз представлялся им пугающей, внушающей трепет фигурой, но сейчас они лучше узнали его и тревога за его жизнь не оставляла их. Дед всегда играл в жизни Каролины и ее братьев важную роль, он был главой рода, и невозможно было представить, что его вдруг не станет.

Через час Каролина поднялась к деду. Постучав в дверь и услышав его слабый голос, Каролина вошла и остановилась у постели. Маркиз сидел, опираясь на подушку, и мелкими глотками пил что-то из чашки, которую держал камердинер. Увидев Каролину, он отстранил Дженкинса.

– Достаточно, спасибо. – Больной махнул рукой, подзывая Каролину к себе. Маркиз казался немного утомленным, но в остальном выглядел как всегда. – Вот и ты, Каролина. Дженкинс сказал, ты волновалась, поэтому я решил пригласить тебя, чтобы ты сама убедилась – я в полном порядке.

– Я рада, что вам лучше, дедушка, – улыбнулась Каролина. Здоровье его, конечно, оставляло желать лучшего, но, по крайней мере, он не умирает.

Старик вздохнул и на мгновение прикрыл глаза, но встрепенулся, когда Каролина встала.

– Нет, не уходи, девочка. Я должен кое-что сказать тебе. Это касается тебя больше, чем твоих братьев.

Увидев, как дрожит его рука, Каролина накрыла ее своей ладонью.

– На этот раз мне повезло, – сказал маркиз и с гримасой боли потер грудь. – Ты не представляешь, с какой радостью я отложил бы этот разговор, но, если я смалодушничаю сейчас, потом ты горько пожалеешь об этом.

– Я не понимаю, – сказала Каролина, крепче сжимая его руку. – Ваша тайна имеет какое-то отношение ко мне?

– Настало время рассказать тебе правду. Она может причинить тебе боль, но я не вправе больше держать тебя в неведении. Видишь ли, это касается Анжелики.

– Я знаю, что вы очень любили ее, сэр.

– Она была для меня целым миром, – ответил маркиз, и его голос дрогнул от горестных воспоминаний. – Я любил ее больше жизни. Единственным моим желанием было сделать ее счастливой, и я бы сделал все, чтобы доставить ей радость… хотя и знал, что поступаю неправильно. Тогда я не думал об этом. Все эти годы я мучился сознанием своей вины, но я не мог ни в чем отказать ей.

Каролина опустилась на краешек постели. Его душевные страдания терзали ей сердце.

– Вы не должны мне ничего рассказывать сейчас, сэр. Я вижу, какую боль вам причиняют воспоминания. Что бы это ни было, оно может подождать.

– Нет, дитя мое, я должен сказать, – перебил ее дед. – Я говорил тебе, что семья Анжелики не хотела, чтобы она выходила за меня замуж?

Каролина кивнула, гадая, что так тревожит его.

– Она пошла против родных и сбежала со мной, потому что любила меня. Самым заветным ее желанием было иметь ребенка, – с трудом проговорил маркиз. – Я был старше и должен был поступить иначе, ради нее… Это я виноват в ее смерти.

– Что вы хотите сказать? Я не понимаю вас, сэр. Я думала, что бабушка умерла от лихорадки…

– Я знал, что она была больна, – тихо произнес маркиз. – Ее брат не хотел, чтобы она выходила замуж. Он предупреждал меня, что ей нельзя иметь детей… что ее сердце не выдержит нагрузки…

– Но откуда он мог знать?

– Он сказал, что это наследственная болезнь. Тогда я не придал этому значения. Я знал только, что хочу жениться на этой женщине… хочу любить ее. У меня были наследники, мне не нужны были дети, но Анжелика мечтала о ребенке. Она очень ослабела после родов и подхватила лихорадку, бороться с которой не было сил. Перед смертью она заклинала меня любить нашего сына, и я любил его больше остальных. Когда он женился на твоей маме, я не одобрил этот брак. Я был несправедлив к Марианне… к тебе и твоим братьям, Каролина. Теперь я хочу исправить это и сделаю все, что в моих силах. Ее брат назвал меня убийцей, и он был прав, – продолжал маркиз. – Меня предупреждали, что у нее хрупкое здоровье… Болезнь Анжелики была наследственной, Каролина. Мне сказали, что она передается только по женской линии… – Взгляд маркиза остановился на ее лице. – Ты очень похожа на нее, и я боюсь за тебя.

– Вы думаете, мне передалась болезнь Анжелики? – Каролина недоуменно смотрела на деда. – Но это глупо, дедушка. Я совершенно здорова. Не нужно беспокоиться обо мне.

– Я не говорю, что ты не должна выходить замуж, дитя мое, – печально проговорил маркиз, – но ты должна знать, что никогда не сможешь подарить своему мужу ребенка.

– Вы не можете этого знать! – воскликнула Каролина. Слова деда повергли ее в шок. Ей много раз говорили, что жена сэра Фредди должна произвести на свет наследника. Теперь Каролина вдруг осознала, что ей, может быть, не суждено выйти замуж за человека, которого она любит.

Это не может быть правдой! Не должно…

– Не сердись на меня, Каролина, – взмолился маркиз. – Все эти годы смерть Анжелики тяжким грузом обременяла мою душу, а теперь я боюсь за тебя.

– Я не сержусь, – ответила Каролина, не в силах собраться с мыслями. – Теперь вам лучше отдохнуть, сэр. Вы сказали мне то, что я должна была знать, и я благодарна вам за это…

Каролина направилась в свою комнату. На сердце было тяжело. Получается, ей нельзя выходить замуж за Фредди.

Глава 9

Утром Каролина попросила грума оседлать для нее лошадь. Грум предложил Каролине сопровождать ее, но она лишь покачала головой. Сев на лошадь, девушка пустила ее галопом.

Ветер в лицо и приятное возбуждение от скачки помогли хотя бы на время забыть о мыслях, которые не давали Каролине покоя. Она объехала поместье, миновала две сданные в аренду фермы и озеро и уже через час с небольшим отправилась в обратный путь. Она как раз проезжала небольшой лесок, когда краем глаза заметила какое-то движение, и инстинктивно пригнулась к шее лошади. Послышался свист пули. Быстрая реакция спасла Каролине жизнь. Она пришпорила лошадь и понеслась прочь.

Влетев в конюшню, Каролина спрыгнула с лошади, бросила поводья груму и бросилась в дом. На крыльце появился Николас. Увидев сестру, он нахмурился.

– Почему ты не попросила меня поехать с тобой, если хотела покататься? – спросил он и тут увидел ее побелевшее лицо. – Что случилось, Каролина?

– Кто-то стрелял в меня, когда я проезжала рощу. Я заметила фигуру за деревьями и пригнулась.

– Ступай в дом и оставайся там! – велел Николас, его лицо было мрачнее тучи. – Надо разобраться с этим раз и навсегда.

Тома она обнаружила в гостиной. Он читал газету, полученную на почте вместе с письмами. Задыхаясь от пережитого страха, Каролина повторила ему свою историю. Том вскочил с кресла, его лицо горело от гнева.

– Я помогу Николасу поймать этого негодяя. Мы возьмем с собой людей. Надо остановить разбойника, иначе никто из нас не будет в безопасности.

Какое-то время Каролина металась по комнате, тщетно стараясь успокоиться.

– К вам сэр Фредерик Рэтбоун, мисс Холбрук, – сказала горничная.

– Сэр Фредди! – Каролина бросилась к нему с протянутыми руками. Она была так рада видеть его. Он сжал ее руки в своих. Его прикосновение принесло ей такое облегчение, что она едва не расплакалась. – Как я рада, что вы пришли! Мои братья отправились на поиски негодяя, который стрелял в меня сегодня. Я так боюсь, что с ними что-нибудь случится.

– Кто-то стрелял в вас? – Лицо Фредди потемнело.

– Да, когда я ездила верхом.

– Вы были совсем одна? – Фредди выругался сквозь зубы. Он рассчитывал, что у братьев Каролины достанет здравого смысла, чтобы не отпускать ее одну. Правда, он слишком хорошо знал Каролину, чтобы понимать: если она решила ехать одна, никто ее не остановит. – Это уже серьезно, Каролина. Пожалуй, я отправлюсь вслед за вашими братьями, надеюсь, нам удастся поймать этого негодяя.

– О, пожалуйста, будьте осторожны! Неужели вы в самом деле должны ехать? Может быть, это был случайный выстрел браконьера.

– Если выяснится, что это так, я вздохну с облегчением. Однако думаю, что за этими попытками убить вас кроется более серьезная причина. Я прошу вас не покидать дом. Простите, Каролина. Я приехал совершенно с другой целью, но это может подождать. Я вернусь с вашими братьями…

Сэр Фредди вышел из гостиной. Каролина в немом отчаянии смотрела ему вслед. Невыносимо было даже думать о том, что она должна оставаться взаперти в доме, пока остальные рискуют жизнью ради нее, не следует еще больше усложнять им задачу.

Вскоре горничная пригласила ее подняться к деду.

– Что я такое слышу, мисс? – спросил маркиз, нахмурившись. – Дженкинс говорит, кто-то стрелял в тебя. Это правда?

– Да, сэр, хотя лучше бы он вам не рассказывал.

– Я бы больше расстроился, если бы мне не сообщили об этом, – возразил Боллингбрук. – Ты не пострадала, девочка? Деньги, все из-за них, – сердито бурчал дед. – Недавно я изменил завещание. После моей смерти ты, Каролина, и твои братья получите значительную сумму… и еще ты получишь кое-что ко дню свадьбы.

– Но ведь… – Каролина задумалась. – А кто мог знать, что вы изменили завещание, сэр?

– Это должно было оставаться в тайне, – прорычал старик, – и у меня найдется что сказать моему поверенному, если выяснится, что он стоит за всем этим. Должно быть, кто-то в его конторе проболтался… И я хочу знать кто!

– Но кто мог бы желать нам смерти? Ведь это не ваши сыновья и их дети?

– Не думаю. Поместье переходит по наследству, кроме того, они знали, что я собираюсь выделить вам кое-что из своих собственных средств. Я не всегда жил как следовало, Каролина. Есть еще один наследник – ребенок, который родился на Ямайке, еще до того, как я встретил Анжелику. Я отправился туда, чтобы осмотреть собственность, оставленную мне моей второй женой. На Ямайке я вступил в позорную связь. Позже, уже по возвращении домой, я узнал, что родился ребенок, сын… но к тому времени я уже был женат на Анжелике и велел своему управляющему позаботиться о мальчике. Кажется, какая-то хорошая семья усыновила его. Больше я ничего не знаю.

– Понимаю. – Каролина закусила губу. Она всегда знала, что прошлое ее деда таит немало секретов. – Это очень… неприятно, сэр. Думать, что кто-то желает убить тебя из-за денег… Но мы, конечно, не можем знать наверняка.

Маркиз погрузился в задумчивость.

– Человеку свойственно совершать ошибки, – наконец сказал он. – Полагаю, немало людей испытывают ко мне неприязнь. Будем надеяться, что этого негодяя поймают, кто бы он ни был, и все закончится. Был бы я помоложе, не сидел бы сейчас здесь, а отправился на его поиски, но у меня нет выбора, остается положиться на твоих братьев.

– И на сэра Фредди, – сказала Каролина. – Он отправился к ним на помощь.

– Сэр Фредди? А это еще кто?

– Один человек, который мне очень нравится, сэр.

– Ах вот оно что… Пришли его ко мне, когда он вернется, – насупил брови маркиз. – Не забудь о том, что я сказал тебе, Каролина. Только особенный человек согласится жениться на тебе, узнав, что ты не сможешь родить ребенка.

– Вы не можете этого знать, сэр, – возразила Каролина. – Сэр Фредди еще вчера хотел с вами поговорить, но вы плохо себя чувствовали…

– Что ж, теперь я совершенно поправился и готов принять его, когда он пожелает. Передай ему мои наилучшие пожелания и попроси подняться ко мне, когда он вернется.

– Конечно, дедушка, я обязательно это сделаю…

Старик бросил на внучку внимательный взгляд:

– Каролина, Каролина, ты так похожа на свою бабку. В тебе живет ее беспокойный дух, ее смелость… Мне жаль отпускать тебя, но сейчас ты должна ехать к своей матери. Я поговорю с Томом о том, что случилось сегодня. Думаю, ему придется отложить поездку на Ямайку, пока все не уладится.

Каролина вышла, осторожно закрыв за собой дверь, и спустилась вниз. Через некоторое время в холле послышались голоса, и в гостиную, где сидела Каролина, вошли братья и сэр Фредди. Она вскочила, с тревогой вглядываясь в их лица.

– Вы поймали его?

– Не совсем, – ответил Николас, – но сэр Фредди ранил его, когда он промчался мимо нас на лошади. Один из грумов заметил его в роще, и мы отправились туда. Мы решили, что загнали его в угол, но он выстрелил в нас и сбежал… Думаю, он больше не побеспокоит нас, по крайней мере какое-то время.

– Я едва задел его, – сказал Фредди, – но этого должно быть достаточно, чтобы утихомирить его. А мы пока примем меры предосторожности, чтобы такого больше не повторилось.

– Но как вы это сделаете? – спросила Каролина.

– В Лондоне я устроил так, чтобы за вами приглядывали. Здесь, в поместье вашего деда, я распоряжаться не могу, но, если он мне позволит… в Бате я тоже позабочусь о вашей безопасности.

– В Лондоне за мной следили? – удивленно спросила Каролина и рассмеялась. – Понимаю… В тот вечер в саду мне показалось, что кто-то следит за мной. Ты помнишь, Николас? Когда я говорила с Джорджем Беллингхемом, а ты подошел к нам?

Николас кивнул:

– Мы подумали, что все это из-за того дела на Ямайке… Ну, из-за наследства.

– Ты имеешь в виду дедушкиного сына, который живет на Ямайке? – спросила Каролина. – Дедушка говорил, что все рассказал тебе, Том.

Если об этом станет известно, разразится скандал, но все это ничто по сравнению с тем, что происходит теперь. Если кто-то пытается убить меня… вам с Николасом тоже грозит опасность.

– Боже милостивый, – сказал Николас, – кто знает, сколько еще тайн скрывает наш дед.

Фредди улыбнулся:

– Осмелюсь предположить, что в шкафах многих очень знатных семейств спрятано немало скелетов. Однако я согласен, мы должны сохранить этот фамильный секрет.

– Фамильный секрет… понимаю, – улыбнулся Николас. – Пожалуй, я поднимусь к дедушке, мне нужно поговорить с ним перед ужином. Старому греховоднику придется ответить за многое. Пойдешь со мной, Том? Я должен тебе кое-что сказать.

– Хорошо, – согласился Том. – Мы поговорим позже, сэр. Вы ведь останетесь на ужин?

Улыбнувшись, Фредди поклонился. Николас увлек за собой брата. Каролина села у окна, устремив взгляд на сад. На щеках ее горел легкий румянец. Почувствовав, что Фредди подошел ближе, Каролина подняла взгляд. В это мгновение он опустился на одно колено.

– О нет, вы не должны! – взволнованно сказала она. – В этом нет необходимости… Я уверена, что на самом деле вы не хотите на мне жениться, сэр.

– Что за глупости, Каролина? Вы должны знать, что небезразличны мне. Я уже некоторое время назад принял решение просить вашей руки.

– Я думала, что, может быть… – Она умолкла, покраснев. – Я надеялась, что вы… нет, мне кажется, вы делаете это против своего желания.

Если вы чувствуете себя обязанным сделать мне предложение, я освобождаю вас от этой необходимости. Вы совершенно свободны, сэр, от всяких обязательств.

– Да, но нужна ли мне эта свобода?

– А разве нет? – спросила она, бросив на него неуверенный взгляд. – Только подумайте о скандале, сэр. Это касается третьей жены маркиза, моей бабушки… – Каролина заколебалась. Она вдруг поняла, что не может рассказать ему. – Я думаю, лучше будет, если вы услышите это от него. Это важно и может повлиять на ваше решение.

– Все настолько серьезно?

– Может быть, и нет. Но не забывайте и о моем предосудительном поведении. Я заставила вас взять меня на кулачный бой, и я бы поднялась на шаре, если бы не этот случай с канатом. И я собираюсь принять участие в вашей с Николасом гонке. – Ее глаза потемнели. – Теперь, когда вы знаете все обо мне и моей семье… вы все еще считаете меня подходящей женой, сэр? А что скажет ваш дядя?

– Пожалуй, он будет ругаться, но все к лучшему, Каролина. Он сказал мне, что много лет назад поссорился с вашим дедом, но, если лорд Боллингбрук не будет против, дядя согласен заключить мир.

– Вы поэтому не решались заговорить со мной? – спросила Каролина, глядя ему в глаза.

– Нет, не поэтому. Я вел себя очень сдержанно потому, что не был уверен, хочу ли жениться. Я привык к холостяцкой жизни и понимал, что, если приведу в дом жену, многое изменится.

– А теперь вы уверены, что хотите жениться? Наверное, я больше не вернусь в Лондон, а за его пределами сплетни никого не интересуют.

Фредди улыбнулся:

– Поверьте, Каролина, никакие слухи не могли бы вынудить меня сделать предложение. Я в самом деле хочу жениться на вас. Никто не может изменить моего решения.

Фредди обнял ее за плечи, повернул к себе, и Каролина затрепетала, увидев устремленный на нее взгляд. В следующее мгновение он склонился и коснулся ее губ. Поцелуй, сначала легкий и нежный, постепенно становился все более горячим, страстным. Каролину словно подхватил водоворот чувств, которые она никогда прежде не испытывала. Она таяла в его объятиях, мечтая лишь об одном – чтобы этот поцелуй длился вечно. Когда он отстранился, Каролина пошатнулась и, наверное, упала бы, если бы не его крепкие руки.

– О… – слабым голосом проговорила она, – я не ожидала ничего подобного…

– Нет? – рассмеялся Фредди. – Ты – сама невинность, дорогая, и я люблю тебя за это… Впрочем, должен признаться, что и я ничего такого прежде не испытывал. – Он вгляделся в ее лицо. – Что же нам делать, Каролина, любовь моя? Ты не хочешь выходить за меня замуж, потому что твоя семья может оказаться в центре скандала… В то же время нас влечет друг к другу. Может быть, тебе лучше стать моей любовницей?

– Сэр! Вы невыносимы! – воскликнула Каролина, шокированная его предложением. Заметив веселье в глазах Фредди, она поняла, что он дразнит ее. – О, Фредди. Я так люблю тебя. Я бы умерла, если бы нас разлучили. Но… ты должен поговорить с дедушкой. Ты должен обдумать то, что он скажет тебе.

– Так или иначе, ты будешь моей, – сказал он, коснувшись ее щеки. – Я не могу без тебя жить, дорогая. Если ты откажешь мне, я…

Фредди умолк, услышав стук в дверь. На пороге появился Дженкинс:

– Прошу прощения, мисс Холбрук… сэр Фредерик. Хозяин спрашивает, не угодно ли вам подняться к нему перед ужином, сэр.

– Да, разумеется, я приду через несколько минут, – ответил Фредди. – Ты знаешь, как я восхищаюсь тобой, Каролина. Что ты мне ответишь? Я должен знать, прежде чем отправлюсь к лорду Боллингбруку.

– Я отвечу «да», – сказала она. – Я бы вышла за тебя, Фредди, даже если бы мне пришлось для этого сбежать из дома. Я буду счастлива стать твоей женой.

– Прекрасно, значит, решено, – заключил Фредди.

Фредди поднялся в комнату маркиза. Лорд Боллингбрук сидел в массивном кресле у камина, пламя бросало отблески на его исхудавшее лицо.

– Добрый вечер, сэр, – сказал Фредди. – Я – сэр Фредерик Рэтбоун. Мне так много нужно сказать вам, но сейчас, может быть, не самое подходящее время?

– Не говорите чепухи, – проворчал Боллингбрук. – Каковы ваши намерения в отношении моей внучки?

– Ах да, – кивнул Фредди, – я собираюсь жениться на Каролине.

– Без моего разрешения вы не женитесь, – решительно сказал Боллингбрук. – Прежде чем я позволю Каролине выйти замуж, я должен больше узнать о вас. Кто вы и какие у вас перспективы на будущее?

– Я располагаю довольно значительным состоянием, а через некоторое время унаследую титул моего дяди и фамильное поместье. Мы не всегда с ним ладим, но это не имеет значения, кроме меня, наследников у него нет. Мой дядя – маркиз Саутмур. Кажется, он хорошо вам знаком?

– Саутмур? Я думал, он давно умер… По справедливости, так и должно было случиться! Много лет назад у нас вышла размолвка из-за вашей матери. Селия вышла бы за меня, если бы он ей не запретил. В то время я неудачно женился, и в этом была его вина. – Боллингбрук уставился на Фредди. – Когда Селия отказала мне, я потребовал удовлетворения, и мы с ним сошлись на дуэли. Должен сказать, никакого удовлетворения мне это не принесло. – Он бросил на Фредди неприязненный взгляд. – Теперь вы все знаете, сэр, и я вас больше не задерживаю. Дверь там, надеюсь, вы никогда больше не переступите порог моего дома. Я не отдам за вас мою девочку, даже если вы будете на коленях меня умолять. Я не позволю Саутмурам проникнуть в мою семью! Вы можете забыть о Каролине.

– Сэр, это ваш дом, и я не переступлю его порог без приглашения, но мои намерения не изменились. Вы – глава семьи, но не опекун Каролины. Есть и другие, к кому я могу обратиться за разрешением, и будьте уверены, не премину это сделать.

Помрачнев, Фредди вышел из комнаты, вслед ему неслись проклятия. Спустившись в холл, он увидел Николаса, который протянул руку:

– Надеюсь, я могу поздравить вас и пожелать счастья?

– Можете, потому что я намерен жить долго и счастливо, – ответил Фредди и пожал Николасу руку. – Но вы должны знать, что лорд Боллингбрук запретил мне жениться на Каролине.

– Но ради всего святого, почему?! Какие у него могут быть возражения?

– Когда-то он хотел жениться на моей матери, но мой дядя запретил ему, и лорд Боллингбрук вызвал его на дуэль. Думаю, они до сих пор испытывают друг к другу неприязнь, потому что дядя пытался уговорить меня не делать предложения Каролине… Думаю, мне достаточно вашего благословения и согласия Тома… и, конечно, я обращусь к миссис Холбрук. Вы можете быть совершенно уверены, Николас, я не собираюсь отступать.

Николас склонил голову. Если бы на нем была шляпа, он бы поторопился снять ее перед человеком, который с каждым днем нравился ему все больше. Фредди кивнул в ответ и вышел.

– Но почему он уехал? – спросила Каролина. – Странно, что Фредди ничего не сказал мне. – Прищурившись, она посмотрела на брата: – Ты что-то скрываешь от меня, не так ли? Это связано с дедушкой?

Неужели Фредди отказался от мысли жениться на ней, узнав, что она не сможет подарить ему наследника? На мгновение сердце Каролины сжалось от острой боли.

– Сэр Фредди сказал, что все объяснит тебе завтра, Каролина.

– Что объяснит? Дедушка рассердил его?

– Он не сердился, но был настроен очень решительно. Ладно, скажу… Дедушка не дал ему разрешения на брак с тобой, но сэр Фредди просил передать, что это ничего не меняет. Он собирается обратиться к маме, а нам с Томом он нравится.

– Но дедушка – глава семьи… – растерянно проговорила Каролина, расстроенная неожиданным известием. Она и подумать не могла… – Дедушка объяснил причину своего отказа, Николас?

– Он рассказал какую-то древнюю историю о своей ссоре с дядей Рэтбоуна, – пояснил Николас. – Но это не должно тебя беспокоить, Каролина. Дедушка не может тебе помешать, хотя лучше было бы, конечно, получить его согласие. И он обещал дать за тобой значительное приданое.

Каролина нетерпеливо отмахнулась:

– Деньги для меня не важны, обидно, что дедушка отказывает мне в праве на счастье.

На глаза навернулись слезы, но она гордо подняла голову, не желая, чтобы ее жалели. Возможно, дедушка поступил правильно… О, что же ей делать?

– Не расстраивайся, – успокаивающе сказал Николас, догадываясь о том, что происходит у нее в душе. – Мы с Томом на твоей стороне, да и мама будет рада видеть тебя счастливой.

За спиной Каролины раздалось вежливое покашливание. Обернувшись, она увидела дедушкиного камердинера.

– Не могли бы вы подняться в комнату его светлости, мисс?

Через минуту Каролина постучала в дверь и вошла. Дед сидел в своем любимом кресле. Он уже окреп настолько, что встал с постели, это обрадовало Каролину.

– Ты, наверное, уже слышала новости?

– Да, сэр. Я не понимаю, почему вы так поступили со мной. Когда сэр Фредди сделал мне предложение, я почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете… Почему же вы не хотите принять мой выбор?

Она смотрела на деда сквозь пелену подступивших слез. Боллингбрук сделал вид, что не замечает этого.

– На нем свет клином не сошелся, девочка. Он недостаточно хорош для тебя. Кроме того, ему нужен наследник, а я говорил, что ты, может быть, не сможешь родить ему ребенка.

– Вы не можете этого знать, сэр. И потом, разве не я должна решать, выходить или нет за него замуж? Вы рассказали ему о наследственной болезни?

– Не было нужды. Он не для тебя. Я не позволю тебе выйти за него, Каролина, и не будем больше это обсуждать.

– Но я люблю его!..

– Чепуха! Ты понятия не имеешь, что такое любовь. Кроме того, я – твой дед и глава семьи. Ты должна меня слушаться.

– Вы сами говорили, что любовь превыше всего, – напомнила Каролина. – Вы женились на Анжелике, несмотря ни на что. Почему же вы отказываете мне в счастье, которое я могу обрести рядом с ним? Я готова пойти на риск, как Анжелика, чтобы подарить мужу наследника. Простите, но я не могу выполнить ваше желание, дедушка, это разобьет мне сердце.

Старик бросил на внучку суровый взгляд:

– Если ты ослушаешься меня, не получишь ни пенни. Ни ко дню свадьбы, ни после моей смерти.

– Я никогда ни на что не рассчитывала, кроме как на ту скромную сумму, что оставил мне отец, – ответила Каролина. – Если вы думаете, что деньги имеют для меня какое-то значение, значит, вы совсем меня не знаете, сэр.

– Не хочешь подумать о себе, подумай о братьях, – прорычал Боллингбрук. – Если пойдешь против моей воли, они тоже не получат ни гроша!

– Это жестоко, сэр! – крикнула Каролина, едва сдерживая рыдания. – Я никогда вам этого не прощу…

Повернувшись, она бросилась прочь из комнаты.

Глава 10

– Николас рассказал мне о том, что случилось, – сказал Том, входя в комнату сестры. – Когда ты не спустилась после ужина, я понял, что найду тебя в слезах. Не расстраивайся, Каролина. У дедушки нет власти над тобой. Я – глава семьи Холбрук. Я не хотел бы идти ему наперекор, но я должен думать прежде всего о твоем будущем. Кроме того, после того, что мы узнали о его прошлом, у него нет никакого морального права что-либо требовать от нас. Он может, конечно, вычеркнуть тебя из своего завещания, но разве это так уж важно?

– Я знаю, – сказала Каролина. – Мне нет дела до его денег, я предпочла бы получить его благословение. Я всегда любила его, но я не могу…

Ее голос дрогнул, она умолкла. Разве может она рассказать Тому, чем угрожал дед?

– Тогда все зависит от тебя. Если ты любишь сэра Фредерика и хочешь стать его женой, выходи замуж. Не позволяй деду вмешиваться в твою жизнь.

– Я должна подумать, – ответила Каролина, выдавив улыбку. Ее раздирали сомнения. Если она последует велению своего сердца, разрушит надежды Тома на будущее. – Когда ты отправляешься на Ямайку, Том?

– На следующей неделе. Я обсуждал это с Николасом. Если бы ты вышла замуж, мы были бы спокойны за твою безопасность. Если дела на Ямайке пойдут хорошо, я, может быть, останусь там на некоторое время, попробую сколотить состояние. А Николас позаботится о делах здесь.

– Я не совсем понимаю, что именно ты должен делать на Ямайке, Том?

– У меня на руках документ на имение и разрешение деда на продажу, – объяснил Том. – Ты думаешь, что он может изменить свое решение?

– О, я просто так сказала… Надеюсь, он этого не сделает.

– Это лишь малая толика того, что он хочет нам оставить, – сказал Том, увидев встревоженное лицо сестры. – А что дед сказал тебе?

– Не важно, – смутилась Каролина, покачав головой.

Когда брат ушел, она села за туалетный столик и, взяв щетку, принялась расчесывать свои рыжие с золотым отливом волосы. Эти нехитрые движения помогли ей расслабиться, но тревожные мысли не уходили. Что ей делать? Если она не послушается деда, он лишит братьев наследства, которое могло облегчить им жизнь. Но разве может она позволить ему разрушить ее счастье? А захочет ли Фредди жениться на ней, если узнает, что она, возможно, носит в себе наследственную болезнь? Если у нее будут дочери, это проклятие перейдет на них. Что ж, ей не остается ничего другого, кроме как поговорить с Фредди.

На следующее утро ей не удалось проститься с дедом. Когда она осведомилась о его самочувствии, Дженкинс сказал, что маркиз не в духе и никого не хочет видеть.

Она спустилась вниз, тепло попрощалась с Томом, остававшимся в поместье.

– Если я не увижу тебя до своего отъезда на Ямайку, помни, что я дал тебе свое благословение, Каролина, – сказал он. – Дедушка еще пожалеет о своем бессердечии. Уверен, через некоторое время он поймет, что был несправедлив к тебе.

– Передай сэру Фредерику, чтобы получше заботился о тебе во время вашей безумной гонки. Хотя я уверен, он и так не забудет об этом. Честно говоря, в его победе я уверен больше.

Каролина улыбнулась. Мысль о предстоящей гонке приободрила ее, она знала толк в лошадях и любила их, а черные рысаки Фредди были лучшим, что она видела в своей жизни. Она села в экипаж к Николасу. Без приключений к обеду добрались до «Уэйверли-Инн». Сэр Фредди прибыл раньше и вышел навстречу, позаботившись закрепить за собой одну из лучших гостиных.

Он помог Каролине сойти и внимательно всмотрелся в ее бледное лицо.

– Я вижу, ты уже знаешь, что произошло вчера вечером, любовь моя. Поговорим об этом позже, если ты не против. Не будем портить такой прекрасный день.

Трое будущих участников гонки прекрасно провели время за обедом. Каролина удивилась, увидев, что Николас пьет только воду, отдавая должное опыту Фредди. Он понимал, что ему понадобятся все его умение и хладнокровие, чтобы одержать верх. Фредди налил себе вина, которое лишь пригубил, произнеся тост за Каролину и будущее.

Выйдя из гостиницы, они увидели, что грумы потрудились на славу, оба фаэтона были готовы к гонке. Серые лошади Николаса нетерпеливо рыли копытами землю. Каролина заметила, что на их шкурах выступил пот. Ей уже приходилось ездить в экипаже, запряженном этими лошадьми, и она видела, что соперники почти равны друг другу.

Фредди улыбнулся, помогая Каролине забраться на козлы.

– Ты готова?

– О да! – воскликнула она, ее глаза сияли. На время она забыла обо всех своих проблемах. – Думаю, мы весело проведем время.

Она оглянулась на брата. Ему явно не терпелось начать гонку. Каролина помахала ему рукой и послала воздушный поцелуй.

– Удачи, Николас!

Брат улыбнулся ей и сделал знак грумам, чтобы те отошли. Гонка началась. Каролина видела, как брат погоняет лошадей, размахивая над их головами хлыстом. Он явно намеревался первым добраться до поворота на Бат.

Фредди, напротив, не торопился, его лошади бежали в своем собственном темпе. Он легко держал поводья, а хлыст лежал в ящике рядом. Его, казалось, совсем не заботило, что Николас вырвался в лидеры. Каролина знала, на месте Фредди она бы изо всех сил старалась нагнать Николаса. Она, нахмурившись, посмотрела на Фредди, думая, что Николас слишком оторвался от них, но потом вдруг почувствовала, что черные понемногу набирают скорость. Она посмотрела на лошадей, на их сильные мускулы под блестящими шкурами, и поняла, что до сих пор они бежали, не особенно напрягаясь. Дорога впереди на милю или больше была довольно узкой, не давая возможности для обгона, а крутые повороты не позволяли обойти Николаса даже в том случае, если бы они нагнали его. Через несколько минут фаэтон брата превратился в едва различимую точку, но дорога стала шире. Фредди взял хлыст, щелкнул им над головами лошадей, и Каролина тут же почувствовала, как возросла скорость.

Увидев, что Фредди нагоняет его, Николас принялся подгонять лошадей, и в течение следующих двадцати минут он удерживал лидерство. Фредди сначала дал ему возможность оторваться, а потом снова взмахнул хлыстом, лошади охотно прибавили скорость.

– Вот он! – воскликнула Каролина, увидев впереди фаэтон брата. – Мы снова догнали его.

Фредди улыбнулся, услышав нотки возбуждения в ее голосе. Они уже добрались до перекрестка, на котором не было никого, кроме них. Это позволило Николасу и Фредди увеличить скорость. Впереди лежала ровная дорога, по обеим сторонам которой простирались пастбища. Каролина почувствовала, как лошади прибавили ход. Именно этого она и ждала. Наконец черные могли показать все, на что были способны. С разгоряченными щеками Каролина следила за тем, как жадно рысаки Фредди пожирали расстояние. Дистанция между двумя фаэтонами начала медленно, но неумолимо сокращаться.

Их фаэтон рванул вперед. Одной рукой Каролина вцепилась в поручень, второй придерживала шляпку. Они нагнали Николаса, затем Фредди, взмахнув хлыстом, мастерским приемом обошел соперника. Каролина затаила дыхание на те несколько мгновений, когда экипажи неслись бок о бок, едва не соприкасаясь колесами. Одно неверное движение, и они перевернутся, но Фредди все рассчитал до мельчайших деталей. Еще минута, и они вырвались вперед. Некоторое время Фредди гнал лошадей, чтобы закрепить преимущество, но дорога и без того была слишком узка, чтобы Николас мог обогнать их.

В предместье модного курортного города Каролина оглянулась. Николас шутливо отсалютовал ей. Рассмеявшись, она повернулась к Фредди:

– Николас поздравляет тебя, Фредди. Он признает, что твои лошади – лучшие. Но мы победили благодаря твоему мастерству. Я люблю править, жаль только, что у меня нет возможности практиковаться.

– Все устроится, когда мы поженимся. У тебя будет своя коляска, Каролина. Что-нибудь подходящее для леди. И тогда ты сможешь выезжать, когда пожелаешь.

– Это было бы замечательно, – ответила она, вдруг погрустнев. – Я знаю, я сказала, что выйду за тебя, Фредди, и действительно хочу этого. Я люблю тебя всем сердцем… только я не уверена, что могу вступить с тобой в брак, учитывая некоторые обстоятельства.

Фредди бросил на нее внимательный взгляд:

– Из-за того, что сказал тебе дед? Ты ведь понимаешь, что нам не нужно его разрешение? Твои братья уже выразили свое одобрение, надеюсь, что и миссис Холбрук будет не против.

– Да, я уверена, мама скажет «да», – сказала Каролина. – Но… дедушка сказал, что снова изменит завещание, если я не послушаюсь его.

– Боллингбрук угрожал лишить их наследства, если ты выйдешь за меня замуж? Ты знаешь, о какой сумме идет речь? – Фредди сбавил скорость. Он приподнял шляпу, приветствуя знакомого, проезжавшего мимо в экипаже.

– Кажется, Том говорил о двухстах тысячах фунтов… Дедушка собирался разделить эти деньги между нами и его сыном с Ямайки.

Фредди присвистнул:

– Деньги немалые. Я и не предполагал, что Боллингбрук располагает таким состоянием… Это, как я понимаю, за исключением майората?

– Да. Николас считает, что дедушкины сыновья могли узнать об изменении завещания и организовать покушения на меня и Тома.

– А что станет с деньгами, если ты или твои братья умрете прежде деда?

– Думаю, вся сумма отойдет наследнику с Ямайки. Может, лучше было бы, если бы дедушка не менял завещания.

– Да, возможно, – согласился Фредди, – но не стоит делать преждевременных заключений, Каролина. – Он остановил фаэтон перед одним из фешенебельных домов. – А что касается нашего брака… Тебе очень важно получить благословение деда? Может быть, Боллингбрук всего лишь пугал тебя. Дай ему время, он все обдумает и изменит свое решение.

Горничная в опрятном черном платье и белом переднике открыла дверь. Фредди поднес руку Каролины к своим губам и запечатлел на ее ладони поцелуй. По телу Каролины прошел трепет.

– Благодарю за компанию, Каролина. Это было чудесно.

Она, улыбаясь, вошла в дом. В холл выбежала мать и бросилась к ней с распростертыми объятиями:

– Каролина, дорогая! Как я рада тебя видеть! Пойдем в гостиную. А где же твой брат?

– Он сейчас будет. Я приехала с сэром Фредериком, а Николас… следовал за нами.

– Тебя привез сэр Фредерик? – с удивлением спросила миссис Холбрук. – Твой багаж прибыл заблаговременно, но мне никто ничего не сказал.

В это мгновение в холле раздались шаги, и в гостиную вошел Николас.

– Ах вот ты где, сестричка! – воскликнул Николас. Он был в прекрасном настроении. – Сэр Фредди уже ушел, я полагаю? Я должен разыскать его, чтобы отдать двадцать гиней. Отличная была гонка, а как мастерски он обошел меня! Он прекрасно управляется с лощадьми.

– Что такое? – Миссис Холбрук перевела взгляд с сына на дочь. – Только, пожалуйста, не говорите мне, что… Каролина! Ты ведь не принимала участия в гонке? Ты могла погибнуть… Вы с братом оба могли пострадать. Не говоря уже о скандале…

– Но никто не знает! – успокоила мать Каролина. – И нам ничего не угрожало. Сэр Фредди замечательно управляет лошадьми и обещал научить меня… – Она умолкла, увидев выражение лица матери.

– При условии, что никто вас не видел, – сказала мать и укоризненно посмотрела на дочь. – В Лондоне о тебе ходили разные слухи, Каролина. Все кончилось благополучно только благодаря вмешательству леди Страуд… но здесь… достаточно того, что ты была наедине с сэром Фредериком и, конечно, даже не подумала взять с собой грума или горничную.

Виноватый взгляд Каролины подтвердил ее опасения.

– Одного этого достаточно, чтобы вызвать разговоры… Но если кто-нибудь узнает, что ты участвовала в гонке… – Она упала в кресло с выражением отчаяния на лице. – Ты погубишь себя, Каролина.

– Разве Каролина не может остаться наедине со своим женихом? – вмешался Николас.

– Ее женихом? – Миссис Холбрук уставилась на дочь, в ней боролись надежда и тревога. – Ты хочешь сказать, что Каролина помолвлена с сэром Фредериком?

Миссис Холбрук принялась обмахиваться дамским журналом, который читала перед приездом детей.

– Ты расстраиваешь меня, Каролина. Я совсем не уверена, что этот брак – хорошая идея. Мне кажется, сэр Фредерик – неподходящий супруг для юной леди… Где его понятия о приличиях?

– Я хотела участвовать в гонке, мама, – сказала Каролина, – мне совсем не было страшно, и несправедливо было бы отказывать мне только потому, что я девушка.

– Я рада, что ты не сказала «леди», потому что леди так себя не ведут. Я бы с большой охотой отправила тебя в твою комнату, чтобы ты подумала о своем поведении… но прошу тебя, объясни, ты помолвлена или нет?

– Фредди сделал мне предложение, и я ответила «да», – сказала Каролина, – но дедушка запретил мне и думать об этом. Он заявил, что не даст мне приданого, если я ослушаюсь его. И еще… – она взглянула на Николаса, – еще он сказал, что снова изменит свое завещание. Вы с Томом ничего не получите, если я выйду замуж против его воли.

– Да и плевать! – ответил Николас. – Конечно, было бы чертовски приятно унаследовать кругленькую сумму, но не ценой твоего счастья, дорогая. Том скажет тебе то же самое.

– Жаль, что никому из вас нет дела до меня, – слабым голосом проговорила миссис Холбрук. – Кажется, у меня начинается мигрень. Вы самые беспокойные дети на свете. Я пойду в свою комнату и прилягу.

– О-о! – сказал Николас, когда дверь за Марианной закрылась. – Я не думал, что мама так расстроится.

– Как ты считаешь… эти покушения на мою жизнь… Если, конечно, кто-то в самом деле хотел меня убить. Но вдруг это был просто случайный выстрел охотника? – Каролина вздохнула. – Не думаю, что стоит рассказывать маме об этом, Николас. Это огорчит ее.

– Нам тоже пришло в голову, что это может быть охотник, но сэр Фредерик счел это маловероятным. Я, конечно, и не думал рассказывать маме. Если она узнает, немедленно увезет тебя домой и посадит под замок. Сейчас тебе пока ничего не угрожает, Фредди ранил парня, который в тебя стрелял. Неизвестно, правда, был ли это наемный убийца или сам преступник…

– Я буду осторожна, не стану гулять одна, – заверила брата Каролина. – Через несколько дней приедет сэр Фредди, он хочет поговорить с мамой. Если она даст свое благословение…

– Ты должна выйти за него замуж, – убежденно сказал Николас. – Не отказывайся от своего счастья из-за капризов старого джентльмена. Он не имеет никакого права ставить тебе условия… и угрожать тебе. Думаю, мне стоит сказать ему, что-бы он держал свои денежки при себе, от этого наследства одни только проблемы.

– О, Николас… – Каролина печально посмотрела на брата, – не делай этого, не отрезай себе путь к отступлению.

Николас не должен отказываться от наследства, ведь не ясно, захочет ли Фредди взять ее в жены после того, как узнает о наследственной болезни.

– Не беспокойся, я проживу и без его денег, – сказал Николас и подмигнул ей. – Может быть, найду себе богатую наследницу.

Каролина рассмеялась:

– Когда ты возвращаешься в полк?

– Я побуду с вами два дня, а потом мне придется уехать. Посмотрим, удастся ли мне сегодня вечером развеселить маму. Готов поспорить, к ужину она нас простит.

– Черт бы тебя побрал! – прорычал маркиз, когда Дженкинс поставил перед ним бокал с крошечной порцией бренди. – Что это еще такое?

– Когда ваша светлость раздражены, как сейчас, бренди не самый лучший выход, – невозмутимо ответил Дженкинс. – И не стоит на меня так смотреть, сэр, от этого ничего не изменится.

– Думаешь, я это не знаю?

– В последнее время вы вообще не утруждаете себя размышлениями, сэр.

– Нахал! Я могу выставить тебя за дверь прямо сейчас, ты знаешь об этом?

– Это ваше право, сэр, – сказал Дженкинс, не поведя и бровью. – Я уже присмотрел себе небольшой домик. Не сдерживайте себя, сэр. Вы уже выгнали своих сыновей, теперь выставили за порог мисс Каролину, о чем еще горько пожалеете. Вам остается только лишить наследства молодых джентльменов.

– Все знаешь, да? – сердито пробурчал маркиз. – Я не такой дурак, как ты думаешь. Я знаю девочку. Она не захочет, чтобы братья пострадали из-за нее. Она вернется и попросит прощения.

– Неужели вам так хочется сделать ее несчастной, сэр? Она любит этого человека, это же очевидно. Я видел ее удрученное горем лицо. Бедная девочка.

– Как ты смеешь так говорить о моей внучке?

– Какая разница, сэр, если вы все равно собираетесь меня уволить? Когда вы еще услышите правду? Вы далеко не ангел, сэр.

– Угрожаешь мне?

– Я бы не осмелился, сэр, – с невинным видом сказал Дженкинс. – Мне кажется, вы должны что-то сделать. Вы же не хотите, чтобы мисс Каролину нашли мертвой?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ну как же, сэр. Кому-то стало известно, что вы изменили завещание, и ему это не понравилось.

– Ты имеешь в виду Клода или Себастьяна?

– Очень сомнительно, сэр. Мистер Себастьян и пальцем бы не пошевелил, а мистер Клод счел бы это ниже своего достоинства. Вероятнее всего, это тот человек с Ямайки…

– Да, кажется, ты прав. Мне нужно все обдумать. – Боллингбрук протянул свой бокал. – А теперь налей мне бренди и перестань читать нравоучения. Я не причиню вреда Каролине, но она должна прийти ко мне и извиниться, прежде чем я передумаю насчет того парня.

– Скорее рак на горе свистнет, – ответил Дженкинс, не обращая внимания на сердитый взгляд хозяина, и плеснул в бокал еще бренди. – Впрочем, не имеет значения, что вы собираетесь делать, вы прикончите себя прежде, чем успеете что-нибудь предпринять.

Он направился к двери. Некоторое время Боллингбрук смотрел в свой бокал, потом, вздохнув, отставил его в сторону. Дженкинс, конечно, наглец, но он прав…

Глава 11

На следующее утро Каролина сопровождала мать к бювету с минеральной водой. Она несколько повеселела, потому что мать сменила гнев на милость. Марианна немного нервничала при мысли о том, что при более близком знакомстве мистер Милбанк может не понравиться ее детям. Однако Николас развеял все ее страхи, и теперь она со счастливой улыбкой делилась своими планами на свадьбу, которая должна была состояться на следующей неделе. Поскольку, как она объяснила детям, в ее возрасте нет смысла откладывать церемонию.

– Медовый месяц мы проведем в Италии, – сказала она дочери накануне вечером, прежде чем отправиться в постель. – У тебя есть выбор, дорогая. Ты можешь поехать с нами или… я думала, ты сможешь погостить у деда, или ты предпочла бы вернуться к тете Луизе?

– А не могу я поехать домой, мама? Я буду там совершенно счастлива.

– Я не уверена, что это хорошая мысль, – сказала Марианна. – Но не беспокойся, мы что-нибудь придумаем. Я могу написать моей кузине и спросить, можешь ли ты погостить у нее несколько недель. Мы не пробудем за границей дольше шести недель. Мистера Милбанка ждут дела в его загородном доме, и, разумеется, когда мы обоснуемся там, ты к нам присоединишься.

– Если к этому времени я не выйду замуж, мама.

– Ну да, конечно, – вздохнула Марианна. – Если ты хочешь выйти за сэра Фредерика, все должно быть обговорено до моего отъезда. Однако мне помнится, Каролина, он тебе не нравился. И не уверена, что он будет для тебя хорошим мужем.

– Я знаю, что будет, – ответила Каролина. – Я люблю его, мама, но, как я тебе сказала вчера, дедушка против этого брака.

– Боллингбрук, может быть, и глава семьи, – сказала Марианна, в которой заговорило уязвленное самолюбие, – но я – твоя мать, Каролина, и могу сама принимать решения относительно твоего будущего. Кроме того, Николас сказал, что Том дал тебе свое благословение. У Боллингбрука нет права запрещать тебе выходить замуж.

– Я знаю, мама, – согласилась Каролина, – но справедливо ли будет, если я стану счастливой за счет моих братьев?

– Ах, это… – Марианна удовлетворенно улыбнулась. Она слишком долго была во власти своего свекра, и он ничего не сделал для нее. Теперь наконец она обретет независимость. – У мистера Милбанка солидное состояние. Он хочет выделить часть для твоих братьев, а также преподнести тебе пять тысяч фунтов в качестве свадебного подарка.

– Мама! – изумленно воскликнула Каролина. – Это слишком щедрый подарок. Я не могу его принять. Мистер Милбанк очень добр, но…

– Не говори вздор, дорогая, – сказала Марианна, – мистер Милбанк сам мне это предложил, без каких-либо намеков с моей стороны. Как я тебе говорила, у него нет своей семьи, и он рад стать частью нашей. Я уверена, мы все замечательно поладим друг с другом.

Каролина поцеловала ее в щеку:

– Спасибо, мама. Твои слова принесли мне облегчение, теперь я не буду чувствовать себя такой виноватой, если осмелюсь ослушаться дедушку.

– Ты еще не получила мое разрешение, Каролина. Сэр Фредерик может зайти к нам, когда пожелает. Если я увижу, что он сможет позаботиться о тебе, я дам свое благословение. По крайней мере, на помолвку. Да, это будет гораздо лучше. Со свадьбой можно подождать до моего возвращения. Венчание устроим на Рождество.

Каролина оставила свои мысли при себе. Лорд Боллингбрук любил называть свою невестку гусыней, но иногда Марианна могла быть очень упрямой. Если она решила, что Каролина должна довольствоваться помолвкой до ее возвращения из Италии, значит, ничего уже было не изменить. Если бы Марианна узнала, что ее решение ставит жизнь дочери под угрозу, она пришла бы в ужас. Однако дети решили, что разумнее будет держать ее в неведении, поэтому миссис Холбрук не видела ничего страшного в отсрочке свадьбы. Кроме того, у Боллингбрука будет время одуматься и сделать шаг к примирению.

Каролина всю ночь размышляла о принятом матерью решении, но понимала, что не в силах ничего изменить.

* * *

На следующее утро Каролина вместе с матерью направилась к бювету с минеральной водой. Это был ее первый визит в галерею, и все вокруг казалось ей интересным. Леди и джентльмены пили из маленьких чашечек минеральную воду. Сделав глоток, Каролина поморщилась, вода показалась ей довольно противной на вкус. Марианна Холбрук не отважилась посетить купальни. Она не нуждалась в целительных свойствах воды и считала крайне неприличным принимать ванны в общей компании дам и джентльменов. Она знала, что купальнями не гнушаются даже леди с безупречной репутацией, но ясно дала понять Каролине, что они купаться не будут.

– Ты только представь себе, купальный костюм намокает и прилипает к телу, вид становится совершенно неприличным, – сказала она дочери по дороге к бювету. – Нет, Каролина, мистер Милбанк не одобряет этого, и я тоже.

Каролина скоро обнаружила, что мать чуть ли не через слово вспоминает мистера Милбанка. Она поведала о его пристрастиях и предубеждениях, о его манерах и репутации. Каролина была благодарна этому человеку за то, что он вдохнул в мать новые силы и желание жить полной жизнью, но подумала, что вряд ли захочет сопровождать их во время свадебного путешествия.

В галерее с минеральной водой Фредди не было, и Каролина вернулась домой в плохом настроении. В тот вечер был назначен ужин с друзьями матери, и единственным развлечением должна была стать партия в вист. Вечер оказался даже хуже, чем Каролина могла себе вообразить. Одна из дам слышала кое-что, что показалось ей странным. Речь шла не о гонке, а о том, что Каролину видели в экипаже с сэром Фредериком.

– Я слышала, что она была с джентльменом и что с ними не было ни грума, ни горничной, – сообщила миссис Сельвин Марианне. – Я была совершенно уверена, что это пустые слухи, ведь я знаю, что Каролина – молодая леди, имеющая понятие о приличиях. Говорили, что она прибыла в Бат в фаэтоне, с растрепанными волосами… Наверное, произошла какая-то ошибка?

– О, Каролина действительно была с сэром Фредериком Рэтбоуном, – беззаботно щебетала миссис Холбрук, словно это не имело большого значения. – Вы должны знать, что он – друг нашей семьи и… – Она скромно потупилась. – Сейчас еще преждевременно говорить об этом, скажу лишь одно: в том, что Каролина была в обществе сэра Фредерика, нет ничего неприличного. Кроме того, ее брат был неподалеку. Они встретились по пути в Бат, и сэр Фредерик прокатил Каролину в своем фаэтоне.

– Ах, я так и знала, что должно быть какое-то объяснение, – сказала миссис Сельвин, удовлетворенно кивнув Каролине. – Вас можно поздравить, мисс Холбрук. Фредерик Рэтбоун – завидная добыча.

– Об этом еще рано говорить. – Марианна прижала палец к губам. – Мы должны подождать и посмотреть, что из этого выйдет. Я ведь могу рассчитывать на ваше благоразумие, Сюзан?

– Да, конечно. Абсолютно!

– Это значит, она расскажет всем, что я собираюсь замуж за Фредди, – заявила Каролина, когда они ехали домой. – Как ты могла это сделать, мама? Ведь Фредди еще даже не говорил с тобой.

– Можно подумать, у меня был выбор, – ответила Марианна. – Что осталось бы от твоего доброго имени, если бы стало известно об этой гонке, Каролина?

Каролина сжала руки. Она не рассчитывала на то, что брат будет молчать о гонке, скоро все узнают, что Каролина принимала в ней участие и что она въехала в Бат в фаэтоне сэра Фредерика. Старые сплетницы сложат два и два, и Каролину все будут считать в лучшем случае легкомысленной. Она провела еще одну бессонную ночь, терзаемая своими мыслями.

Утром, незадолго до того, как Каролина и ее мать собирались отправиться к бювету, раздался стук в дверь, и дворецкий возвестил о приходе сэра Фредерика Рэтбоуна. Его проводили в малую гостиную, где сидели Каролина и ее мать. При виде Фредди сердце Каролины забилось чаще. В синем сюртуке и кремовых брюках он выглядел как джентльмен, следующий последней моде.

– Я рад, что застал вас дома, миссис Холбрук, – сказал он и улыбнулся. – Я боялся, что вы могли выйти куда-нибудь.

– Мы в самом деле собирались уходить через несколько минут, – ответила Марианна, – но это не имеет значения, мы рады вас видеть, сэр.

Она указала на кресло, но Фредди предпочел говорить стоя. Он взглянул на Каролину:

– Надеюсь, вы в добром здравии, мисс Холбрук? Предпочитаете ли вы остаться или вернетесь через несколько минут? Полагаю, вы догадываетесь о цели моего визита?

– Я останусь, если не возражаете, – сказала Каролина. – Я рассказала маме о том, что произошло между мной и дедушкой.

Фредди склонил голову, затем повернулся к Марианне:

– Значит, вы знаете, зачем я пришел, миссис Холбрук. Я обратился к Боллингбруку, как к главе семьи, но он отказал мне по неизвестной причине. Том был так добр, что не замедлил дать свое благословение, однако я думаю, что Каролина захочет получить и ваше.

– Очень на это надеюсь, – ответила Марианна. – Между прочим, я сердита на вас, сэр. Вы не должны были брать с собой Каролину на гонку, в которой участвовали вы и мой взбалмошный сын. Это не только могло навредить репутации Каролины, но и представляло опасность для ее жизни.

– Уверяю вас, жизни Каролины или ее здоровью ничто не угрожало, – ответил Фредди. – Мне жаль, если это вас расстроило, но поверьте, я не делал ничего, что могло бы хоть как-то навредить ей. Каролина слишком дорога мне.

– Что ж, возможно, и так, – сказала Марианна, – но я в замешательстве. Могу ли я доверить вам свою дочь? Может быть, вы действительно любите ее и, полагаю, она любит вас, но любовь – мимолетное чувство. Когда я выходила замуж за мистера Холбрука, я была уверена, что он любит меня, но меня ждало горькое разочарование. Я не хочу, чтобы моя дочь страдала так же, как я. Ее муж должен обладать сильным характером и развитым чувством ответственности, сэр.

– О, мама, в гонке не было ничего опасного, – вмешалась Каролина, – это я уговорила Фредди взять меня с собой.

– Каролина, дорогая, не надо, – мягко сказал Фредди. – Твоя мама совершенно права. Я понимаю, что она беспокоится о твоем будущем, но видите ли, миссис Холбрук… молодая леди с таким характером, как у Каролины, может попасть в беду, если ее энергия не найдет выхода. Если бы я не взял Каролину с собой, это мог сделать ее брат.

– Не стоит рассказывать мне об их легкомыслии и безрассудстве, – сказала Марианна, – с ними вечно случались какие-то истории, Каролина всегда была такой же непослушной, как и ее брат. – Она взглянула на стоящего перед ней джентльмена и заметила в его глазах веселые искорки. – Да и вы, сэр, им под стать. Меня вам не провести! Полагаю, я не могу вам отказать, иначе моя дочь выкинет какой-нибудь фортель, но я должна лучше узнать вас. Помолвка – как раз то, что нужно, чтобы пресечь нежелательные слухи о вас и о Каролине, однако свадьбу вам придется отложить до моего возвращения из Италии.

– Благодарю вас, миссис Холбрук, вы очень добры, – сказал Фредди и, склонившись, поднес ее руку к губам. – Могу я просить вашего позволения повезти Каролину на прогулку? Надеюсь, вернется она уже с кольцом. Вы собираетесь в Ассамблею сегодня вечером?

– Да.

– В таком случае мы могли бы объявить там о нашей помолвке. Это поможет пресечь распространение слухов.

– Да, прекрасная мысль, – согласилась Марианна. – Считайте, что вы получили мое благословение.

– Спасибо, дорогая мама! – воскликнула Каролина и бросилась обнимать ее. – Я знала, что ты нам не откажешь.

– Он всегда мне нравился. К тому же если он не сможет сдержать твои порывы, значит, этого не сможет никто. Но со свадьбой придется подождать… Это понятно?

– Да, мама, – сказала Каролина и посмотрела на Фредди: – Я сейчас вернусь, только надену шляпку и накидку.

Каролина убежала, Фредди повернулся к своей будущей теще:

– Вы можете не тревожиться за ее будущее, миссис Холбрук. Я долго искал женщину, которую хотел бы назвать своей женой. Может быть, в прошлом я и совершал необдуманные поступки, но теперь все позади. Моей главной заботой станет счастье Каролины, я сделаю все, чтобы защитить ее.

– Тогда я от всей души благословляю вас, сэр.

– Я получил письмо от леди Страуд, она пишет, что завтра приезжает в Бат. Она рада будет узнать, что вы согласились на нашу с Каролиной помолвку, леди Страуд очень нравится ваша дочь.

– Я буду рада возобновить наше знакомство, – ответила миссис Холбрук, – когда леди Страуд приедет, я нанесу ей визит.

– Я знаю, крестная будет рада вас видеть.

На этой радостной ноте они расстались. Фредди вышел в холл и увидел Каролину, легко сбегающую по лестнице.

Он остановил фаэтон в живописном месте и велел груму присматривать за лошадьми.

– Ну что, любовь моя, – сказал он, когда они удалились на достаточное расстояние от любопытного грума, – ты счастлива?

Каролина улыбнулась ему. Ее сердце учащенно билось, близость Фредди смущала и волновала ее. Однако она должна была сделать кое-что до того, как даст ему окончательный ответ.

– Да, Фредди, я счастлива… но я должна тебе сказать… Я думала, дедушка расскажет, но он этого не сделал… Ты, наверное, слышал о третьей жене дедушки. Он очень любил ее, это моя бабушка.

– Да, я слышал, что он был без ума от нее.

– Ты знаешь, что ее семья не дала разрешения на этот брак и она убежала с ним? Тогда бабушкин брат сказал деду, что сестра страдает наследственной болезнью, ей опасно рожать… Он предупредил, что она может умереть в родах.

– И это предсказание, к несчастью, сбылось, – пробормотал Фредди. – Иногда такие трагедии случаются. Ты думаешь, что могла унаследовать ее болезнь?

– Дедушка так думает. Я боялась, если ты узнаешь, что я не смогу… не смогу родить тебе наследника…

– Если бы я думал, что это представляет для тебя опасность, я бы позаботился о том, чтобы ты не имела детей. Я должен сказать тебе, Каролина, ты для меня важнее, чем любой ребенок. Конечно, я был бы счастлив, если бы у нас был сын, но, если бы я потерял тебя… Сама мысль об этом для меня невыносима.

– Но ведь для тебя так важно иметь наследника… для тебя и твоей семьи.

– Да, это порадовало бы мою семью, – сказал Фредди, – но ты можешь забыть об этих страхах, Каролина. Во-первых, я совершенно уверен, что твоя бабушка после родов подхватила лихорадку, которая ослабила ее сердце, а во-вторых, я женюсь на тебе потому, что ты – единственная женщина, которую я хочу взять в жены.

– Значит, ты женишься на мне, даже если я не смогу родить тебе ребенка?

– Разумеется. Я знаю, тебя это тревожит, Каролина. Боллингбруку не следовало рассказывать тебе эту историю. После свадьбы ты посетишь прекрасного врача. Я уверен, он успокоит тебя. Если же твои страхи подтвердятся, я сделаю так, что у нас не будет детей.

– И ты не пожалеешь об этом?

– Я буду сожалеть только из-за тебя, если без детей ты будешь чувствовать себя несчастной. Но поверь мне, я сделаю все, чтобы ты была счастлива, несмотря ни на что. Может быть, мы усыновим сироту, который нуждается в любящей семье.

– Фредди… – Горло Каролины сжалось. – Ты такой хороший…

– Я – эгоист, – сказал он, беря ее за руку. – Ты нужна мне, Каролина, и я переверну небо и землю, чтобы получить то, что я хочу. – Он поднес ее руку к губам. – Теперь ты довольна, дорогая?

– Да, Фредди. Как я могу быть недовольной после того, что ты сказал мне? Я чувствую себя самой счастливой женщиной на свете!

– И я счастлив, любовь моя. Не могу дождаться дня, когда назову тебя своей.

– Может быть, нам удастся уговорить маму, и она позволит сыграть свадьбу сразу после ее возвращения из Италии, не дожидаясь Рождества?

– Пока миссис Холбрук будет в отъезде, ты будешь жить у своей тети?

– Мама говорит, что напишет своей кузине Амелии. Она немного глуховата и ведет не слишком веселую жизнь, но я бы предпочла остаться у нее. Она живет в Йоркшире, это значит, мы с тобой не сможем часто видеться.

– У меня появилась другая мысль… более удачная.

– Скажи мне, что это за мысль? – улыбнулась Каролина. Фредди протянул руку и коснулся ее щеки. Она вздохнула. Как жаль, что они не могут пожениться немедленно. Ее сердце учащенно билось, губы жаждали его поцелуя. – Надеюсь, это означает, что нам не придется расставаться?

– Если ты согласишься погостить у леди Страуд, в ее загородном доме, в двадцати милях от Бата, я также мог бы навестить ее… тогда мы могли бы проводить друг с другом столько времени, сколько пожелаем.

– Как замечательно! Ты думаешь, мама согласится?

– Полагаю, она послушает мою крестную.

– Да, конечно, – улыбнулась Каролина. – Спасибо, Фредди, ты умеешь меня порадовать. Подумать только, при нашей первой встрече ты мне совсем не понравился. Мне показалось, что ты слишком дерзкий и самоуверенный. Но теперь я люблю тебя… несмотря на твои недостатки.

Ее глаза сверкнули озорством, она ждала, что Фредди примет брошенный ею вызов, но ответил ей в серьезном тоне:

– А я при первой встрече нашел тебя очень привлекательной, но решил держаться подальше. Я не был уверен, что готов жениться, но потом понял, что не могу без тебя.

– Когда ты это понял?

– Наверное, после того случая с воздушным шаром. Я представил себе, что ты могла погибнуть или серьезно пострадать, и испугался.

Щеки Каролины вспыхнули.

– А я думала, ты рассердился на меня… на мое безрассудное поведение, которое стало причиной всех неприятностей. Ведь это я была виновата в том, что мой брат пострадал.

– Чепуха, – мрачно сказал Фредди. – Как я мог тебя винить в том, что произошло? Я сердился, потому что не понимал, почему это случилось.

– Это сложно понять. Том и Николас, кажется, считают, что во всем виноват незаконный сын дедушки с Ямайки, однако не ясно, почему все эти покушения начались только сейчас? Я знаю, дедушка изменил завещание в нашу пользу, но это же не может быть причиной покушений? Как этот человек мог так быстро узнать о завещании?

– У тебя есть другие предположения? – спросил Фредди. Обдумав разные варианты, он так и не смог прийти к определенному выводу. Он бы еще понял, если бы опасности подвергалась его жизнь, но почему Каролина? – Меня тревожит то, что в ожидании нашей свадьбы этот неизвестный злоумышленник может предпринять еще одну попытку. – Фредди нахмурился. – Я знаю, ты не хочешь расстраивать мать и рассказывать ей об этом, но, если бы ты была моей женой, я бы позаботился о твоей безопасности.

– Я обещаю, что буду осторожна, – сказала Каролина. – К тому же в доме леди Страуд мне ничто не угрожает.

– Надеюсь, что так. Я думаю, что здесь ты будешь в большей безопасности, чем в Лондоне. – Он привлек ее к себе и поцеловал. Его поцелуй был одновременно нежным и требовательным. У Каролины закружилась голова, она изнывала от неудовлетворенного желания. – Подозреваю, что следующие несколько недель станут для меня настоящим испытанием, любовь моя. – Он улыбнулся. Его пальцы скользнули по ее щеке, шее и задержались на мгновение на пульсирующей жилке возле ключицы. – Я никогда никого так сильно не желал, Каролина. Не знаю, как тебе это удалось, но ты завладела моим сердцем, теперь оно бьется только для тебя.

– О, Фредди, – прошептала она, охваченная желанием слиться с ним в единое целое, – мне бы так хотелось, чтобы мама позволила нам обвенчаться до ее отъезда, но знаю, что она не уступит.

– Значит, придется подождать. Но нам лучше уехать прямо сейчас, потому что в настоящую минуту я борюсь с искушением усадить тебя в мой экипаж и сбежать с тобой в Гретна-Грин. Ты ведь знаешь, это шотландская деревня, где совершаются тайные браки между английскими подданными, которым родители не дали согласия на женитьбу.

Каролина рассмеялась:

– О да, Фредди! Думаю, мне бы это понравилось. Какое замечательное приключение – выйти замуж в кузнице.

– Но потом ты, наверное, пожалела бы, что лишилась пышной свадьбы?

– Нет, не думаю. Мы могли бы устроить прием для друзей. К тому же я не слишком люблю бывать в обществе и с большим удовольствием уехала бы в дедушкино поместье.

– Но ты бы согласилась бежать со мной?

– Может быть… Но это стало бы ударом для мамы, а мы ведь пообещали ей, что подождем со свадьбой. Значит, мы должны сдержать слово.

– Полагаю, что так, – улыбнулся Фредди. – Кроме того, я хочу, чтобы все увидели, как я люблю и уважаю свою невесту, поэтому вооружимся терпением. Протяни левую руку, любовь моя.

Каролина послушно протянула руку. Фредди достал из кармана сюртука небольшой бархатный мешочек, вынул из него золотое кольцо с прекрасным изумрудом, обрамленным бриллиантами, и надел его Каролине на палец.

– О, Фредди, – сказала она, не сводя глаз с кольца, – какое красивое. Спасибо!

– Я рад, что тебе нравится. В банке хранится еще много фамильных драгоценностей, которые я счастлив буду преподнести тебе после нашей свадьбы, но это кольцо не принадлежало никому. Я заказал его для тебя перед своим отъездом из Лондона.

Каролина посмотрела ему в глаза:

– Ты был так уверен, что я скажу «да»?

– Я надеялся на это. Но если бы даже ты мне отказала, я бы не отступился, Каролина. Когда я хочу чего-то, я не принимаю отказа… а я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Каролина подняла лицо и зажмурилась от счастья, ощутив прикосновение его губ. Волна желания, захлестывавшая ее всякий раз, когда Фредди прикасался к ней, снова нахлынула на нее. Она обвила руками его шею, запустила пальцы в его густые волосы. Ее тело требовало большего, и, когда Фредди разомкнул объятия, она почувствовала себя опустошенной.

– Если мы не остановимся, я не смогу сдержать слово, данное миссис Холбрук, – покачал он головой. – Идем, Каролина, мы должны вернуться в коляску. Твоя мать будет волноваться.

Каролина знала, что новость о ее помолвке распространилась по бальному залу словно лесной пожар. Когда она вошла в зал в сопровождении матери и сэра Фредди, все сразу заметили кольцо, сверкавшее на ее пальце.

Она с удивлением обнаружила, что некоторые из ее знакомых тоже перебрались в Бат. Сезон в Лондоне клонился к закату, и старые дамы решили поправить здоровье на курорте после утомительных разъездов по балам.

Леди Страуд находилась в хорошем расположении духа. Она одобрительно кивнула, когда Фредди подвел к ней свою невесту.

– Поцелуйте меня, дорогая, – сказала она, подставляя Каролине щеку. – Я очень довольна тобой, Фредди. Наконец-то ты решил образумиться и выполнить свой долг перед семьей. Я буду рада, если вы оба погостите у меня несколько недель перед свадьбой.

Почти все присутствующие поспешили поздравить Каролину с помолвкой, только несколько старых дам окинули ее неодобрительными взглядами. Николас заметил, что слухи о гонке все же распространились по городу, но их затмила новость о помолвке Каролины. Большинство молодых людей сочли ее участие в гонке подвигом и мысленно аплодировали ее храбрости. Каролина понимала, что все было бы совершенно иначе, если бы не ее помолвка с Фредди. Только сейчас она осознала, к каким последствиям могло привести ее легкомыслие.

Этот вечер понравился Каролине больше, чем все прочие, ведь она могла танцевать с Фредди так часто, как хотела. Один или два раза она из вежливости танцевала с другими джентльменами, но счастливой себя чувствовала только рядом с Фредди.

Джордж Беллингхем тоже поздравил друга и пожелал счастья Каролине. Оказалось, на несколько недель он снял дом в Бате, и скоро к нему должны были приехать Джулия и ее мать.

– Я так рад, что у тебя все устроилось, Фредди, – сказал он. – И я счастлив, что рядом с вами, мисс Холбрук, мужчина, который позаботится о вас. Фредди – славный малый, я уверен, мы все замечательно поладим.

– Спасибо, сэр, – ответила Каролина.

Джордж взглянул на своего друга:

– Я бы хотел кое-что обсудить с тобой, Фредди. Ты мог бы зайти завтра ко мне?

– Какой-нибудь деловой вопрос? – удивленно спросил Фредди. – Уверяю тебя, я уплачу свой долг.

– Ты имеешь в виду гнедых? – нахмурился Джордж. – Нет, это нечто более важное, Фредди.

Фредерик кивнул, чувствуя, что эта информация не предназначена для ушей Каролины.

– Хорошо. Может быть, завтра в десять?

– Прекрасно, – ответил Джордж. – Каролина, не подарите ли вы мне этот танец?

– С удовольствием. – Она протянула ему руку. – Вы с Фредди близкие друзья? – спросила она, когда зазвучала музыка.

– Лучшие друзья. Я всегда желал ему счастья, Каролина, и рад, что он наконец обрел его.

Каролина получила большое удовольствие от этого танца. Когда музыка стихла, Джордж подвел ее к Фредди, и несколько минут они вели дружескую беседу. Потом Джордж откланялся, и Каролина с Фредди остались одни.

– Как ты думаешь, что хотел рассказать тебе Джордж? – с любопытством спросила она.

– Представления не имею, – ответил Фредди. – Не думай об этом, дорогая. Может быть, Джорджу нужен мой совет по поводу лошадей, которых он собирается купить.

* * *

– То, что я хочу рассказать, имеет отношение к Фаррингдону, – начал Джордж, встретившись с Фредди на следующее утро. – По пути в Бат я завернул в небольшую гостиницу пообедать, в это же время там случайно оказался Фаррингдон. Он выглядел странно… совсем был не похож на себя. В тот день он напился и позволил себе оскорбительные высказывания. Он сказал кое-что неприятное про тебя, Фредди.

– Что именно? – Фредди поднял брови.

– Он практически обвинил тебя в том, что ты обманом лишил его состояния.

– Вздор! Ему никто не поверит. Он же азартный игрок… а я всегда был крайне щепетилен в игре.

– Ты совершенно прав, Фредди, но не это меня беспокоит. Он, кажется, питает к тебе сильную ненависть. Напившись, бормотал что-то угрожающее. Все это ерунда, но я подумал, что ты должен знать.

– Спасибо, Джордж. Что же он говорил?

– Он сказал что-то вроде… «Он поймет, каково это – терять то, что любишь». Он был пьян, конечно, но я никогда не слышал, чтобы он говорил о тебе с такой ненавистью. Я уверен, у него дурные намерения. У вас с ним размолвка только из-за карточных долгов, или его ненависть вызвана чем-то другим?

– Я не сделал ему ничего плохого, – нахмурился Фредди.

– Может быть, его так расстроила потеря лошадей, – задумчиво проговорил Джордж. – Он очень гордился своими гнедыми и серыми. Вряд ли ему доставляет удовольствие видеть, как ты разъезжаешь на них.

– Я не боюсь Фаррингдона. Он глупец и мог бы сократить свои потери, если бы вел себя как джентльмен. Я говорил тебе, что готов был простить ему долг, ему достаточно было повести себя искренне со мной. Но он солгал – сказал, что на его имуществе нет долгов и он уплатит все сполна. Я поручил своему поверенному провести расследование, и обнаружилось, что у Фаррингдона за душой нет ни гроша. И Фаррингдон знал это, когда садился за карточный стол. Он знал, что выданные им векселя ничего не стоят.

– Он может считать, что ему крупно повезло, ведь ты мог отправить его под арест за долги или мошенничество. Но вместо того чтобы сказать тебе спасибо, он зациклился на своих несчастьях и теперь винит тебя во всех своих грехах.

– Он может думать что хочет, – сказал Фредди. – Он встал на путь саморазрушения еще до того, как я выиграл у него хоть одну гинею. – Он посерьезнел. – Я должен уплатить тебе долг, Джордж.

– Можешь не спешить. Я рад, что у тебя все так хорошо сложилось, друг мой. Думаю, Каролина – та женщина, что тебе нужна.

– Разве могло быть иначе? – Фредди протянул ему руку. – Гнедые – твои, надеюсь, они принесут тебе столько же удовольствия, сколько доставили мне.

– Я преподнесу их тебе в качестве свадебного подарка, – ответил Джордж, пожимая ему руку. – Я не желаю быть победителем в таком пари, ведь это была шутка. Так что оставь себе лошадей, а в благодарность сделаешь меня крестным отцом своего первенца.

– Разумеется. Благодарю тебя, Джордж. И спасибо, что рассказал про Фаррингдона, хотя я и не придаю большого значения его словам. Этот человек – неудачник по своей природе, и я не позволю его злобным выходкам испортить мне настроение.

– Я тоже думаю, что это был пьяный бред, – согласился Джордж и улыбнулся. – Скажи мне, когда ты собираешься играть свадьбу?

– Как только вернется миссис Холбрук. Я направляюсь в бювет, большую часть времени она проводит там. Не хочешь присоединиться ко мне?

Каролина увидела двух джентльменов и, оставив мать с дамами ее возраста, поспешила навстречу Фредди. В ее глазах плясали веселые искорки.

– Ты пришел выпить воды, Фредди? – невинно спросила она. – Говорят, она очень полезна при разных болезнях. При ревматизме, например…

– Дерзкая девчонка! – воскликнул он в притворном гневе. – Вы заслуживаете наказания, мисс, и скоро наступит день, когда вы получите все, что заслуживаете.

Каролина рассмеялась:

– Ты пришел, чтобы пригласить меня на прогулку?

– Мы с Джорджем сегодня утром без лошадей, – сказал Фредди, – но с удовольствием составим тебе компанию, Каролина. Можем немного прогуляться, поглазеть на витрины или выпить чашечку шоколада и полакомиться восхитительными пирожными, что продают в маленькой лавке поблизости. Что ты об этом думаешь?

– Звучит великолепно, – согласилась Каролина. – Я только предупрежу маму, и можем идти. Честно говоря, шоколад мне нравится больше, чем эта вода.

Фредди и Джордж обменялись приветствиями с миссис Холбрук, а затем все трое вышли из бювета. Каролина не скучала в обществе двух джентльменов, они постоянно подшучивали друг над другом и заключали самые нелепые пари.

– Вы собираетесь бывать в театре, пока вы здесь, мисс Холбрук? – спросил Джордж. – На следующей неделе дают прекрасный спектакль. Надеюсь, миссис Холбрук ничего не имеет против драматического искусства?

– О нет, – ответила Каролина с лукавой улыбкой. – Видите ли, мистер Милбанк часто посещает театр, ему особенно нравятся комедии… а мама одобряет то, что нравится мистеру Милбанку.

– Вот достойный пример для подражания! – с притворной суровостью сказал Фредди. – Тебе есть чему поучиться у своей матери, Каролина. Надеюсь, когда мы поженимся, ты будешь соглашаться с каждым моим словом.

– Неужели? Я боюсь, вас ждет страшное разочарование, сэр. О, смотрите, это же Джулия со своей матерью. Я должна поговорить с ними…

Отпустив руку Фредди, Каролина хотела уже ступить на проезжую часть, но, помня о необходимости соблюдать осторожность, огляделась. Заметив приближающуюся подводу, она остановилась на тротуаре. В этот момент она почувствовала сильный толчок в спину, вскрикнула и едва не упала на мостовую, прямо под колеса приближающейся подводы. Каролина была на волоске от смерти – она подвернула лодыжку и не удержала бы равновесие. К счастью, Фредди, стоявший рядом, успел схватить ее за накидку и оттащил назад. Подвода, громыхая по мощеной мостовой, пронеслась мимо.

– О боже, – слабым голосом проговорила Каролина. Она вся дрожала, случившееся потрясло ее. – Что произошло? Что делает Джордж? – спросила она, увидев, что их спутник бежит за быстро удаляющимся человеком. – Кто-то… толкнул меня?

– Да, Каролина, – подтвердил Фредди. – Я не заметил его, увидел, что ты собираешься перебежать дорогу прямо перед подводой, хотел удержать тебя и заметил этого негодяя, только когда он толкнул тебя. Джордж понял, что происходит, и бросился за ним.

– О, как это ужасно, – сказала Каролина, чувствуя, что ноги едва держат ее. – Ты думаешь… он намеренно толкнул меня, или это была случайность?

– Я не знаю, – ответил Фредди, хотя в глубине души он был совершенно уверен, что это очередное покушение. – Мисс Фэйрчайлд тебя увидела, Каролина. Она хочет подойти к нам. Пожалуй, лучше не говорить пока никому о том, что случилось. Пригласи свою подругу на шоколад, а потом посмотрим, что скажет Джордж, когда вернется. Может быть, он поймает этого негодяя, хотя надежды мало.

– Каролина! – воскликнула Джулия, подходя к ним. – Что произошло? Этот человек толкнул тебя? Я так испугалась!

– О нет, я уверена, это была просто случайность, – успокоила ее Каролина. – Мы идем пить шоколад и есть пирожные. Джулия, не хочешь присоединиться к нам?

– Конечно, с удовольствием. – Джулия посмотрела на Фредди: – Я слышала, вас можно поздравить, сэр… и вас, Каролина. Я очень рада за вас обоих. Я ждала, что это случится… мы все ждали.

– Спасибо, – ответила Каролина, покраснев. – Я не знала, что всем уже известно…

– Об этом много говорили в Лондоне, – сказала Джулия и смущенно улыбнулась. – Я точно знаю, некоторые из друзей даже заключили пари, что вы поженитесь еще до Рождества. Никогда прежде сэр Фредерик не уделял столько внимания ни одной молодой леди, поэтому все сразу поняли, что он влюблен в вас. О, а вот и мой дядя. Вы поймали этого злодея, сэр?

– Увы, нет, – тяжело дыша, проговорил Джордж. – Он вбежал в гостиницу и выскользнул через черный ход. Прости, Фредди. Я узнаю этого парня, если снова увижу его, но, боюсь, это не слишком тебе поможет.

– Ты сделал все, что мог, Джордж, – кивнул Фредди. – Слава богу, Каролина не пострадала. Наверное, он охотился за твоим кошельком, дорогая. Хорошо, что все закончилось благополучно. Идем пить шоколад?

Джордж предложил Джулии руку, и все четверо направились в шоколадную лавку. Каролина бросила на Фредди быстрый взгляд. Очевидно, он намеренно представил произошедшее как несчастный случай, чтобы избежать толков, которые рано или поздно достигли бы ушей ее матери.

– О чем ты думаешь? – спросила она его, понизив голос до шепота.

– О том, что я должен что-то сделать, Каролина. Это уже третье покушение на твою жизнь, так больше не может продолжаться.

– Но что ты можешь сделать?

– Доверься мне, дорогая, – сказал он и улыбнулся ей. – Когда Николас возвращается в свой полк?

– Думаю, утром.

– Я должен поговорить с ним до его отъезда.

– Джулия смотрит на нас. Мы должны вести себя так, как будто ничего не случилось.

Каролина присоединилась к подруге, разглядывавшей прилавок с аппетитными пирожными. Фредди явно что-то задумал, но расспрашивать его было бесполезно. Он расскажет, когда сочтет нужным.

Оглянувшись через плечо, Каролина увидела, что Фредди говорит что-то Джорджу, лица у обоих были серьезными. Однако когда дамы, выбрав пирожные, подошли к столику, мужчины смеялись над какой-то шуткой.

Приятно проведя время за чашкой шоколада, компания разделилась. Джордж решил проводить Джулию к ее матери, отправившейся в бювет, а Фредди собирался отвезти Каролину домой.

– Увидимся вечером, любовь моя, – сказал он, целуя ей руку. – Прошу тебя, будь осторожна. Ты могла серьезно пострадать, – продолжал он. – Пора что-то сделать, Каролина, но не забивай себе этим голову. Я собираюсь предпринять кое-какие шаги, чтобы это не повторилось.

Каролина смотрела ему вслед, гадая, что он имел в виду. Вздохнув, она вошла в дом. Лучше бы дедушка не менял завещание, в очередной раз подумала она.

– Да, наверное, так будет лучше, – согласился Николас, когда позже в тот же день Фредди поведал ему о своих планах. – Чем скорее она покинет опасное для нее место, тем лучше. В доме леди Страуд она будет в безопасности, особенно если вы предпримете определенные меры, чтобы защитить ее.

– Я буду рядом с ней, – сказал Фредди. – Я много думал в последнее время, Николас. Сегодня утром Джордж рассказал мне кое-что, и я начал сомневаться в том, что наше предположение о причастности того парня с Ямайки, верно. Мне кажется, причина покушений скорее во мне, а не в завещании вашего деда.

– Да, это приходило мне в голову, – кивнул Николас. – Но почему его мишенью стала Каролина?

– Сначала я думал, что он целился в меня, ведь я должен был подниматься на шаре, а не Том. Может быть, тогда он не принимал Каролину в расчет, но, когда узнал, что я собираюсь жениться на ней, переключился на нее. Вероятно, он рассчитывает таким образом больнее ранить меня, – мрачно сказал Фредди. – Это дьявольский план, Николас, потому что я скорее умру, чем позволю обидеть Каролину.

– Да, я понимаю, – сказал Николас. – Я очень люблю сестру и убил бы этого негодяя, попадись он мне в руки… кто бы он ни был.

– Вам придется встать в очередь, – ответил Фредди, в его глазах сверкнул гнев. – Я нанял агентов, Николас. Не думайте, что я сижу сложа руки. Они узнают, кто за всем этим стоит, и негодяй будет наказан. А до тех пор Каролина остается под защитой. Завтра вы возвращаетесь в полк, это значит, мне придется оберегать ее. Я смогу лучше защитить ее, если она будет рядом, и есть только один способ это устроить.

– Я с вами согласен, сэр, мне нравится ваш план. Я понимаю, что вы хотите сделать, и надеюсь, что все пройдет хорошо.

– Главное, чтобы Каролина была в безопасности, остальное не имеет значения.

На этом они расстались.

В тот вечер мистер Милбанк давал небольшой прием для избранных друзей. Это был последний вечер Николаса в Бате. Поскольку он должен был пропустить свадьбу матери, решено было отпраздновать предстоящее событие во время приема. Том должен был приехать из поместья Боллингбрука. Вскоре он собирался отбыть на Ямайку. Разумеется, были приглашены и Фредди, как жених Каролины, а также мистер Беллингхем, Джулия и ее мать. Гостям были предложены великолепный ужин и превосходные вина. За столом царило веселье. Было уже совсем поздно, когда гости начали расходиться. Николас отвел мать в сторону и предложил отвезти ее домой в своей коляске, сославшись на то, что ему нужно поговорить с ней.

– Разумеется, дорогой, – сказала Марианна, улыбнувшись сыну. Она всегда любила его чуточку больше, чем остальных своих детей, хотя и старалась не показывать этого. – Каролина может поехать с Томом, если хочет. Или сэр Фредерик отвезет ее…

– Да, конечно, я провожу Каролину, – отозвался Фредди и улыбнулся невесте. Он повернулся к Тому и пожал ему руку: – Я рад был увидеться с вами. Вы выглядите гораздо лучше. Надеюсь, больше ничего плохого не случилось?

– Нет, и я уверен, что только благодаря вам, – ответил Том. – Я заметил несколько дюжих молодцов возле поместья. Дедушка знает об этом и просил передать, что благодарен за помощь. Он еще не готов принести вам свои извинения, но, полагаю, скоро это сделает.

– Я не совсем в этом уверен, – сказал Фредди, в его глазах промелькнула улыбка. – Может статься, скоро у него, да и у вашей матушки, появится еще один повод невзлюбить меня. Николас расскажет вам обо всем.

Фредди оглянулся, ища Каролину. Она уже спешила к нему, набросив на плечи вечернюю бархатную накидку.

– Вот и ты, любовь моя. Готова?

– Да, – ответила она и, встав на цыпочки, поцеловала Тома в щеку. – Я не увижу тебя несколько недель, может быть, месяцев, дорогой. Обещай, что будешь беречь себя ради нас.

– Сделаю все, что в моих силах, – сказал Том, обнимая сестру одной рукой, другая еще висела на перевязи, но уже не болела. – Фредди нашел человека, которому я могу доверять, – это старый солдат, с ним я буду чувствовать себя спокойно. – Он кивнул сестре. – Поезжай с Фредди, Каролина. Когда мы в следующий раз увидимся, ты уже будешь замужем, я передам тебе подарок через маму.

– Спасибо, – пробормотала Каролина, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, – но самый лучший подарок – увидеть тебя дома целым и невредимым, Том. – Она подошла к Фредди, положила руку на его локоть и заглянула ему в глаза: – Вот теперь я готова.

– Тогда идем, моя коляска ждет.

– Твоя коляска? – с любопытством спросила Каролина, зная, что Фредди предпочитал передвигаться по городу на фаэтоне. – Я думала, сегодня вечером ты пришел пешком.

– Это так, но я оставил груму распоряжения. Ты не устала, любовь моя?

– Совсем не устала, вечер был очень приятным, и мне совсем не хочется спать.

– А что бы ты хотела сделать? – спросил Фредди с улыбкой.

– О… прогуляться с тобой под звездами, – мечтательно произнесла Каролина и рассмеялась. – Знаю, это звучит глупо. Просто… мне с каждым днем все труднее расставаться с тобой.

– Это правда, Каролина? – Фредди помог ей подняться в экипаж. В этот вечер на козлах сидел грум, поэтому Фредди занял место рядом с Каролиной. – А почему бы нам не покататься?

– В самом деле? – Каролина была довольна. Она прекрасно провела вечер, но ей так не хотелось расставаться с Фредди. – Это было бы замечательно.

Он взял ее руку в свою, нежно поглаживая ладонь кончиками пальцев. Каролина задохнулась от волнения. Фредди привлек ее к себе и запечатлел на ее губах нежнейший поцелуй.

– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя и никогда не обижу?

– Да, конечно, – сказала она, вглядываясь в его лицо. – Я тоже люблю тебя, Фредди.

Он коснулся ее щеки, его пальцы скользнули по ее лицу. Склонившись, он прижался к ее губам в жадном поцелуе. Каролине показалось, что она тает в его объятиях, ее тело изнывало от желания, которого она прежде не испытывала.

– О, Фредди, – прошептала она, – когда ты так целуешь меня, мне начинает казаться, что до Рождества еще целая вечность.

– Да, – согласился он, – но мы едем к моей крестной, а это означает, что до дня свадьбы мы будем неразлучны.

– Что ты имеешь в виду? – Каролина удивленно взглянула на него. Она вдруг осознала, что они уже выехали из Бата. – Фредди, это же не дорога домой. Что ты делаешь?

– Мы покидаем Бат, любовь моя. – Казалось, Фредди был немного смущен. – Сегодня утром моя крестная приехала в свое поместье и ждет нас.

– Нет, Фредди, мы не должны этого делать, – испуганно проговорила Каролина, – мама будет беспокоиться… А потом, ее свадьба… Нет, мы не должны…

– Миссис Холбрук уже, наверное, знает о моих намерениях, – успокоил ее Фредди. – Не переживай об этом, Каролина. Николас обещал поговорить с ней и объяснить, почему я пошел на этот отчаянный шаг. Только ради того, чтобы защитить тебя, дорогая. Я говорил, что позабочусь обо всем. Тебе нельзя оставаться в Бате, только рядом со мной, в доме моей крестной, ты будешь в полной безопасности. Я постараюсь наладить отношения с твоей матерью… и, возможно, с твоим дедом, если он захочет принять меня.

– Но мама расстроится. Бедная мама… Ты не должен был так поступать, Фредди.

– Мне жаль, что я стал невольной причиной твоего огорчения, Каролина. Я бы не сделал ничего подобного, если бы не был уверен, что это единственно верный способ защитить тебя. Я позаботился о твоей охране в поместье Боллингбрука, но на тебя совершили покушение в Бате, когда я был рядом. За городом мне проще будет оградить тебя от опасности.

– Я понимаю… – сказала Каролина. Несколько минут она молчала, обдумывая услышанное. – А ты не считаешь, что мама может согласиться ускорить нашу свадьбу, если узнает правду?

– Может быть, – согласился Фредди. – Она знала, что ты будешь гостить у леди Страуд, но не подозревала, что я собирался покинуть Бат этим вечером. Я ничего не сказал ей из желания сохранить наш отъезд в тайне.

– Ты слишком много на себя берешь, – ответила Каролина, не желая сдаваться. – Я немного сержусь на тебя за то, что ты ничего не сказал мне о своих планах. – Она с тревогой взглянула на него. – Но я не против… если только мама не будет волноваться обо мне.

– Уверен, Николас все объяснит ей, – заверил ее Фредди. – Все не так уж плохо, любовь моя. Твоя мама скажет всем, что ты отправилась навестить друзей. А потом, когда миссис Холбрук вернется из своего свадебного путешествия, мы пригласим всех на нашу свадьбу. – Он коснулся ее руки. – Ты прощаешь меня, дорогая? Ты ведь знаешь, что все это я делаю только ради тебя.

– Я знаю, – ответила Каролина и, подавшись вперед, коснулась губами его губ. – Жаль все-таки, что мы не можем пожениться поскорее…

– Ты – искусительница, любовь моя, – сказал Фредди, отстраняя ее. – Я не хочу спешить, подождем, пока мое обручальное кольцо не окажется на твоем пальце.

– Неужели мы должны так долго ждать, Фредди? – спросила Каролина, легко коснувшись его лица. Она провела пальцами по его щеке, и с его губ сорвался стон. – Я не понимаю почему. Все равно мы скоро поженимся…

– И тогда я сделаю то, чего, по всей видимости, никогда не делала твоя мать – отшлепаю тебя, – прорычал Фредди. – Тебе не уговорить меня, озорница, как ни старайся.

– О боже, какое разочарование… Я и не думала, что ты такой скучный…

Не успела Каролина договорить, как Фредди притянул ее к себе и впился в ее губы с такой решительностью, что у нее не осталось сил сопротивляться.

– О, Фредди… – выдохнула она, довольная результатами своих стараний. – Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, дорогая, – ответил он с улыбкой. – Я не уверен, что в будущем смогу хоть раз отказать тебе, но сейчас я настроен решительно.

– О… – улыбнулась в ответ Каролина и склонила голову на его плечо. – В таком случае я немного посплю.

Фредди обнял ее, прижимая к себе. Для него было истинным мучением ощущать тепло ее тела, знать, что она готова отдаться ему, и сдерживать себя, не позволяя сделать то, о чем он так долго мечтал.

И все-таки он должен был дождаться брачной ночи. Каролина так невинна, не стоит давать повода для сплетен. Их отъезд уже сам по себе мог породить слухи, хотя, если миссис Холбрук верно сыграет свою роль, никто не узнает, куда пропала Каролина.

Глава 12

– Николас! – Миссис Холбрук с ужасом посмотрела на сына. – Только не говори, что ты тоже участвовал в этом чудовищном обмане? Я не могу поверить, что вы могли так обойтись со мной… – Она поднесла к глазам кружевной платок. – Это просто возмутительно, что Каролина сбежала с этим человеком под покровом ночи…

– Каролина не виновата, – сказал Николас. – Все это устроили мы с сэром Фредериком. Был только один способ обеспечить безопасность Каролины. На нее совершено три покушения. Сначала эта катастрофа с воздушным шаром, потом в нее стреляли, и еще этот последний случай. Фредди сказал, что самое разумное – увезти Каролину из Бата так, чтобы никто об этом не знал.

– Мы не хотели тебя расстраивать, – поддержал брата Том, входя в гостиную. – Не плачь, мама. Рядом с сэром Фредериком Каролине ничто не угрожает.

– Это означает, что придется отменить мою свадьбу, – печально сказала миссис Холбрук. – Все идет не так, как нужно…

– Ерунда, мама, – ответил Том. – Ты выйдешь замуж, как и собиралась. Николас должен вернуться в полк, но я отложу свой отъезд на несколько дней, чтобы присутствовать на венчании.

– О, Том, дорогой мой… – Миссис Холбрук прильнула к его груди, содрогаясь от рыданий. – Ты единственный из моих детей, кому небезразличны мои чувства.

Том обнял мать и кивнул брату:

– Ты бы лучше отправился спать, Николас. Завтра утром тебе предстоит рано встать. Я останусь с мамой. – Он отстранился, улыбнувшись матери. – Скажи мне, мама, ты предпочитаешь, чтобы Каролина рисковала жизнью или чтобы она находилась в безопасности в доме леди Страуд?

Побледнев, Марианна вскрикнула от испуга:

– Это действительно единственный способ защитить Каролину, Том? Это не одна из ее безумных выходок?

– Я уверен, что Каролина даже не знает об этом, – сказал Том. – Наверное, только Николас и Фредди знают, что происходит. Даже Джордж Беллингхем не подозревает о случившемся. Он встретился мне сегодня по дороге домой. Очевидно, он получил какую-то информацию, которую хотел бы передать Фредди.

– О боже! – воскликнула Марианна, глядя на сына. – Неужели опять плохие новости?

– Не знаю, но я собираюсь поговорить с Беллингхемом, как только смогу. Если это касается Каролины, я должен знать.

– Это Боллингбрук во всем виноват, – заявила миссис Холбрук, пылая от гнева. – Когда я увижу его в следующий раз, скажу ему все, что думаю!

Она вышла из гостиной и направилась в свою спальню, оставив братьев одних. Николас посмотрел на встревоженное лицо брата.

– Как бы мне хотелось помочь тебе, Том, – сказал он, – но, если я не вернусь в полк, меня объявят дезертиром.

– Нет-нет, ты должен ехать. Мое путешествие может подождать несколько дней. Я должен сдержать данное маме обещание, а если Каролине грозит опасность, нужно предупредить Фредди.

– Да, конечно, – нахмурился Николас. – А тебе не приходило в голову, что дело может быть вовсе не в завещании деда?

– Я думал об этом. Может быть, у сэра Фредерика есть враг. Проклятье, все так запуталось…

– Уверен, сэр Фредди разберется, – сказал Николас. – Когда будешь разговаривать с Беллингхемом утром, наверное, узнаешь что-нибудь новое. Напишешь мне обо всем, Том?

– Конечно, – заверил его брат. – Постарайся не слишком волноваться, Николас. Ты все равно ничего не можешь сделать… и будь уверен, сэр Фредерик знает, как ему поступить.

– Спасибо, что зашли, – сказал Джордж, когда Том на следующий день явился к нему. – Я встревожился, обнаружив, что Фредди не ночевал дома, но теперь я понимаю… И вы можете быть уверены, что я никому не скажу ни слова.

– Благодарю вас. Вы, наверное, можете себе представить, как расстроилась миссис Холбрук, но ей пришлось смириться, потому что это единственный способ оградить Каролину от опасности. Мой брат и сэр Фредерик уверены в этом.

– Самое неприятное, – сказал Джордж, – что, по моему мнению, он сделал как раз то, чего делать не следовало. У сэра Фредерика есть враг – человек, который пойдет на все, чтобы уничтожить его, но, как бы он ни хотел видеть Фредди мертвым, еще больше он хочет сначала наказать его.

– Отняв у него того, кого он любит? – Том кивнул. – Да, понимаю. Мишенью всех последних покушений была Каролина. Только в первом случае жертвой должен был стать сэр Фредерик, но я в последний момент занял его место. Наемный убийца не мог об этом знать…

– Да, возможно. Мы считали, что преступник метит в вас, Николаса и Каролину, но это не так. Когда я ушел прошлым вечером с приема, устроенного мистером Милбанком, встретил человека, работающего на Фредди. Он сообщил мне важную информацию. Я был прав. Я уже говорил Фредди о своих предположениях день или два назад, но он счел их маловероятными.

– Вы знаете, кто угрожает Каролине? – спросил Том.

– Думаю, что да. Дело в деньгах, но завещание Боллингбрука тут ни при чем. Некоторое время назад Фредди выиграл значительную сумму денег у одного человека. Он думал, что дело улажено, потому что взял в уплату долга меньше, чем должен был бы. И еще он предупредил этого человека, что, если снова увидит его за карточным столом, расскажет всем, что тот на грани разорения. Этот человек совершенно отчаялся и ожесточился, он уверен, что его жизнь кончена, хотя, если бы он доверился Фредди, все могло бы быть иначе. Фредди не сделал бы ничего, что могло бы навредить ему.

– Боже милостивый! – воскликнул Том. – Так это личная месть, направленная против Фредди! Я знаю, что Николас предполагал такую возможность… – Он нахмурился. – Это означает, что Каролина сейчас подвергается большему риску, чем прежде.

– Да, боюсь, что так, – согласился Джордж. – Мы должны предупредить Фредди.

– Я отправлюсь немедленно, – ответил Том и нахмурился. – Придется сказать матери, что не смогу присутствовать на ее свадьбе…

– Не стоит расстраивать миссис Холбрук. Я уеду из Бата утром. Надеюсь, Фаррингдон еще не знает, что Фредди с Каролиной покинули Бат, значит, сейчас они в безопасности… Но все равно Фредди нужно предупредить. Фаррингдон из тех трусливых малодушных людишек, которые в отчаянии способны на все… А сейчас он похож на раненого и загнанного в угол зверя.

Том кивнул и, пожав руку Джорджу, расстался с ним.

Выйдя из дома, Том остановился в задумчивости. Он хотел дождаться своего возвращения с Ямайки и после этого поговорить с Джулией, но покушения на Каролину помогли Тому осознать, какой хрупкой может быть жизнь. Утром он нанесет визит миссис Фэйрчайлд и попросит разрешения поговорить с ее дочерью. Отъезд на Ямайку можно отложить на несколько дней, и, если Джулия любит его, на что Том очень надеялся, можно было бы сразу объявить о помолвке.

Каролина выглянула из окна. Она появилась в загородном поместье леди Страуд накануне вечером, и хозяйка оказала ей радушный прием. Каролина прекрасно выспалась в удобной постели и в хорошем настроении спустилась вниз.

– Доброе утро, мисс Холбрук, – приветствовала ее экономка, когда Каролина вошла в столовую. Завтрак был уже готов, блюда под серебряными крышками теснились в буфете. – Надеюсь, вам понравилась ваша комната?

– Да, благодарю вас, – ответила Каролина с улыбкой, – и спасибо за розы на туалетном столике, у них божественный аромат.

– Леди Страуд просила проследить, чтобы вы ни в чем не нуждались, мисс, – сказала экономка. – Она просит вас подняться в ее спальню через полчаса, когда вы закончите завтрак.

– Да, конечно, – ответила Каролина.

Улыбнувшись, экономка удалилась, оставив Каролину наедине с лакомыми блюдами. Она взяла немного омлета и бекона, налила себе чашку горячего шоколада и села за стол. Она почти закончила завтракать, когда за дверью раздались шаги. Каролина с улыбкой посмотрела на вошедшего в столовую Фредди. Он подошел и поцеловал ее в щеку.

– Я думал, ты еще наверху, – сказал он. – Я прокатился верхом. Если хочешь, завтра утром поедем вместе.

– Да, с удовольствием, – просияла Каролина. – Но больше всего, Фредди, мне хотелось бы править лошадьми в экипаже. Может быть, теперь, когда мы в поместье доброй леди Страуд, ты мог бы поучить меня?

– Плутовка! – Фредди подошел к буфету и принялся исследовать предложенное на завтрак. – Ты же знаешь, я не могу тебе отказать. Хорошо, я согласен. А со временем подыщем тебе собственный экипаж.

– О, Фредди, – Каролина подошла к нему, – ты хочешь избаловать меня?

– Возможно, – ответил он, бросив на нее загадочный взгляд. – Ты – искусительница, Каролина. Сегодня утром ты выглядишь просто великолепно. Как же далеко еще до нашей свадьбы!

Рассмеявшись, Каролина легко коснулась губами его губ.

– Я думаю, мне понравится быть вашей женой, сэр, – сказала она. – А теперь мне пора, я обещала навестить твою крестную. Я не должна заставлять ее ждать.

– Коварная женщина! – воскликнул Фредди, когда Каролина, быстро поцеловав его, умчалась прочь. – Неужели я наконец нашел себе подходящую пару?

Эта мысль вызвала у него улыбку, сегодня он был в прекрасном настроении. Каролина тоже чувствовала себя совершенно счастливой, поднимаясь в апартаменты леди Страуд. Она постучала в дверь и через мгновение услышала голос хозяйки, приглашающий ее войти. Леди Страуд сидела в постели, ее плечи были укрыты розовой шалью, а на голове красовался отделанный рюшами чепец. Улыбнувшись, она протянула руку, предлагая Каролине сесть на краешек постели:

– Вы рано встали, Каролина. Я и сама – ранняя пташка, но сейчас редко выхожу из комнаты раньше полудня.

– Я привыкла рано вставать, – сказала Каролина. – Когда Николас был дома, мы часто катались на лошадях, иногда я ездила с Томом, а порой совершала пешие прогулки. Даже зимой я старалась выходить из дома так часто, как могла.

– Мне нравятся девушки со здоровыми привычками, – одобрительно кивнула леди Страуд. – Едва я вас увидела, сразу поняла, что вы станете прекрасной женой моему крестнику. Как вы знаете, он происходит из знатной семьи и в свое время унаследует поместье своего дяди. И мое тоже, когда я покину этот мир. Поэтому чрезвычайно важно, чтобы он женился, и женился удачно. Нам не нужна хилая слабонервная девица. Нет, вы станете для Фредди хорошей женой и родите ему здоровых сыновей, я в этом не сомневаюсь.

– Да… – пробормотала Каролина и бросила на леди Страуд неуверенный взгляд. – Я понимаю, род не должен прерываться, и сыновья – это очень важно…

– Я считаю, что семья – это все, – твердо сказала леди Страуд и, прищурившись, посмотрела на Каролину. – Вас ведь это не пугает? Не о чем беспокоиться, поверьте мне. Фредди позаботится о вас. Прежде он не всегда вел себя разумно, но теперь остепенился. Он вас не обидит, дитя мое.

– Я в этом уверена, – ответила Каролина, осознав, что едва не выдала себя. – О таком муже, как он, можно только мечтать.

– Я тоже так думаю, – сказала леди Страуд, слегка нахмурившись. – Ну а теперь ступайте и займитесь чем-нибудь, милая. Нечего сидеть дома в такой прекрасный день!

– Увидимся позже, мадам. Спасибо за то, что пригласили меня к себе.

– Вздор! Учитывая обстоятельства, это был самый разумный выход. Хотя я не понимаю, почему ваша мать затягивает с венчанием.

Каролина улыбнулась, но ничего не ответила. Она медленно спустилась по лестнице, думая о том, что сказала сейчас леди Страуд. Фредди уверял, что она для него важнее, чем наследник, но его крестная будет разочарована, если Каролина не произведет на свет сына.

– А, вот и ты, – сказал Фредди, выходя из столовой. – Что-то случилось, Каролина? – спросил он, увидев ее печальное лицо. – Крестная чем-то расстроила тебя?

– Нет, конечно нет, – ответила Каролина, подарив ему сияющую улыбку. – Леди Страуд очень добра и внимательна ко мне. Я просто задумалась.

– Я велел запрячь серых. Иди переоденься во что-нибудь более удобное, Каролина, и начнем наш урок.

Спустя час прогулка закончилась.

– Для первого урока ты неплохо справляешься, – сказал Фредди, когда Каролина остановила экипаж у крыльца. – Ты хорошо чувствуешь лошадей. Думаю, мы сделаем из тебя первоклассного кучера.

Он помог Каролине сойти на землю.

– Фредди… – Она подарила ему счастливую улыбку. Несколько мгновений они стояли под яркими солнечными лучами, улыбаясь друг другу и ощущая взаимное влечение. Он обвил руками ее талию. – Ты дразнишь меня… или говоришь серьезно? Ты правда думаешь, что я когда-нибудь смогу сама править лошадьми?

– Конечно… – Он умолк, заметив экипаж, на полной скорости подкативший к дому. – Какого дьявола здесь понадобилось Джорджу?

Каролина удивленно обернулась и увидела Джорджа Беллингхема. Он вышел из экипажа и направился к ним. Она смущенно покраснела и отстранилась от Фредди.

– Джордж, старина, ради всего святого, что привело тебя сюда?

– Прошу прощения за вторжение. – Джордж улыбнулся Каролине. – Очень рад видеть вас, мисс Холбрук. Мне нужно было увидеть тебя, Фредди… обсудить один небольшой деловой вопрос.

Небольшой деловой вопрос, который заставил его примчаться из Бата как на пожар! Фредди нахмурился. Очевидно, Джордж привез какие-то важные новости. Он повернулся к Каролине и с сожалением пожал плечами:

– Нам придется отложить наш разговор, любовь моя. Увидимся позже.

Каролина направилась к дому, оставив джентльменов одних.

– Что случилось, Джордж? – спросил Фредди. – Почему такая спешка? У тебя есть новости?

– Я совершенно уверен, что за покушениями на Каролину стоит Фаррингдон, – сказал Джордж. – Возможно, в случае с воздушным шаром его мишенью был ты, но потом он перенес свою злобу на Каролину… чтобы заставить тебя страдать, Фредди.

– Да, я так и думал, – согласился Фредди. – Хорошо, что ты приехал, друг мой, но, как я сказал брату Каролины, я принял меры. Даже теперь за нами наблюдают…

– Значит, я зря приехал, – покачал головой Джордж. – Но, знаешь, я не был уверен, что…

– Не стоит извиняться, – перебил его Фредди. – Ты поступил как настоящий друг. И раз уж ты здесь, приглашаю тебя на обед.

– Поздравляю вас, сэр. – Том пожал отчиму руку. – Мама, я от всего сердца желаю вам обоим счастья, хотя знаю, что вы и так будете счастливы.

– О да, очень счастливы, – сказала Марианна и обняла сына. – Жаль, что ты должен так скоро покинуть нас, Том, но я понимаю, у тебя нет выбора. Ты ведь будешь писать нам?

– Да, мама, конечно, – ответил Том. – Когда вы уезжаете в Италию?

– Мы решили отложить поездку на одну-две недели. Я хочу убедиться, что Каролина в безопасности. Кроме того, мне есть что сказать Боллингбруку. Сначала мы заедем к нему, а потом – в Холбрук, я должна проследить, чтобы мои вещи отправили в поместье мистера Милбанка… После этого я нанесу визит леди Страуд, чтобы повидаться с Каролиной.

– Я уверен, Каролина будет рада тебя видеть, – сказал Том. – А теперь, мама, мне пора, у меня еще много дел…

На время Том отложил все иные заботы. Перед отъездом из Бата он должен был нанести еще один очень важный визит.

– Приехали позлорадствовать? – Боллингбрук с подозрением уставился на новоиспеченную миссис Милбанк. – Что ж, я вас не виню. Я был не слишком добр к вам и вашим детям.

– Было время, когда вы могли помочь мне, но не сделали этого, – спокойно ответила Марианна. Она ехала сюда с намерением поквитаться с Боллингбруком за былое пренебрежение, но, увидев его бледность, исхудавшее от болезни лицо, она забыла о мести. – Впрочем, все это уже в прошлом, и я больше не нуждаюсь в вашей помощи, сэр. Я приехала сюда, чтобы сказать, что вы подвергаете опасности жизни моих детей, и хочу просить вас довести до сведения всех заинтересованных лиц, что Том, Николас и Каролина больше не являются вашими наследниками.

– Я вовсе не обязан выполнять ваши требования, – проворчал Боллингбрук, – потому что уже отписал большую часть денег Тому. Каролина получит от меня приданое, Николаса я тоже не обижу. Я уже сделал соответствующие распоряжения банку и не собираюсь их отменять.

– Но вы ставите жизнь моих детей под удар! – возмущенно воскликнула Марианна.

– Не городите вздор! Вы прекрасно знаете, что я не собираюсь рисковать их жизнями. – Он бросил на нее уничтожающий взгляд. – Неужели вы думаете, что я хочу, чтобы что-то случилось с девочкой?

– Вовсе нет. Полагаю, я должна поблагодарить вас за то, что вы делаете для них… хотя это можно было бы сделать и раньше.

– Впервые в жизни соглашусь с вами, – сказал маркиз. – Скажу вам еще кое-что. Не стоит беспокоиться по поводу наследника с Ямайки. Я только что получил письмо. Почти два месяца назад парень погиб, несчастный случай.

– Тогда кто же пытается убить мою дочь? – растерянно спросила Марианна. – Это все меняет. Кто-то должен сообщить об этом сэру Фредерику, его нужно предупредить. Наверное, охотятся за ним…

– Если бы спросили меня, я бы сказал, что это самый вероятный вариант. – Маркиз откашлялся. – Мы все вели себя как дураки! Давайте забудем прошлое. Приглашаю вас и вашего мужа отобедать со мной.

– Благодарю вас. – Марианна склонила голову. – Я готова помириться с вами, сэр, хотя бы ради детей. Однако мы не сможем остаться на обед, к вечеру нам надо быть в Холбруке. Мы некоторое время не увидимся, сэр, разрешите пожелать вам доброго здоровья.

Гордо подняв голову, Марианна вышла из комнаты. Несколько мгновений маркиз растерянно смотрел ей вслед, потом пробормотал что-то себе под нос и затряс колокольчиком. Камердинер, находившийся в соседней комнате, тотчас явился на зов.

– Вы звонили, сэр?

– Черт побери, конечно, звонил, Дженкинс, – прорычал маркиз. – И не нужно так смотреть на меня. Я уже достаточно получил от этой женщины… Она не такая уж тряпка, какой я привык ее считать. По крайней мере, у нее хватило ума рассказать мне о том, что происходит. Этот проходимец увез мою девочку к своей крестной матери… и собирается жениться на ней.

– Да, сэр, – ответил Дженкинс, глядя куда-то поверх головы маркиза. – Надеюсь, он сделает это. Он любит ее, а она любит его.

– Я знаю, сам виноват в том, что они сбежали, не сказав мне ни слова, – буркнул маркиз. – Что ж теперь поделаешь… кажется, настало время заключить мир, Дженкинс.

– Да, сэр, – ответил камердинер, стараясь не слишком явно выказывать удовлетворение. – Ваши письменные принадлежности, сэр?

– Нет, черт побери! Что толку в письмах? Уложи вещи на два дня, Дженкинс. Поедем к леди Страуд, посмотрим, как обстоят дела.

– Ах, – вымолвил Дженкинс, удивленно уставившись на хозяина. Тот уже почти год не выходил из своей комнаты. – Вы уверены, сэр?

– Проклятье! Я поеду туда, если ты меня отвезешь.

– Да, сэр, конечно. Когда вы хотите выехать?

– Как только все будет готово. Передай мои распоряжения остальным, а потом возвращайся, мне нужна твоя помощь. И принеси костюм поновее. Я слышал, леди Страуд следит за модой, – улыбнулся маркиз.

Камердинер бросился выполнять приказ. Может быть, это будет его последняя поездка, подумал Боллингбрук, но он не станет сидеть сложа руки.

– Ах, вот вы где. – Леди Страуд вошла в гостиную, где сидели Фредди и Каролина. – Что вы делаете здесь в такой прекрасный день? Вы должны дышать свежим воздухом, дорогие мои.

– Вы совершенно правы, крестная, – согласился Фредди и посмотрел на Каролину: – Я как раз собирался спросить тебя, дорогая, не хочешь ли ты прогуляться со мной по саду?

– С удовольствием, – ответила Каролина, подавая ему руку.

Он помог ей встать, несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, потом Фредди, склонившись, поцеловал ее в лоб.

– На улице так тепло, что я, пожалуй, не буду надевать шляпку и накидку.

– Тогда идем, – сказал Фредди, предлагая ей руку.

Они вышли в холл, и услужливый лакей открыл им дверь. В саду было настоящее буйство цветов и ароматов. Леди Страуд очень гордилась своими клумбами, за которыми тщательно ухаживали. Садовник обрывал увядшие цветы с розовых кустов. Увидев Каролину, он сорвал прелестный розовый бутон и с легким поклоном протянул ей. Каролина поблагодарила его и вместе с Фредди медленно пошла по аллее. Стоял прекрасный теплый день, в кронах деревьев на разные голоса пели птицы. Они вышли из сада и вступили под тенистый полог леса. Здесь царила прохлада, они с наслаждением вдохнули воздух, напоенный ароматом трав.

– Как здесь хорошо, правда? – сказала Каролина, взглянув на Фредди. Несколько минут они шли молча, чувствуя необычайное умиротворение. – Прошлой ночью я как раз думала, что хорошо было бы прогуляться по лесу… – Она нахмурилась, словно вспоминая что-то. – Я совсем забыла… я хотела сказать тебе, что прошлой ночью выглянула в окно и увидела, как кто-то крался по саду.

– В самом деле? Придется устроить им нагоняй, Каролина. Мои люди должны охранять нас, а не пугать тебя. Ты ведь ничего не боишься? – улыбнулся Фредди. – Большинство юных леди упали бы в обморок, узнав, что их жизни угрожает опасность. Надеюсь, что все это скоро кончится и тебя больше ничто не потревожит, любовь моя.

В его глазах промелькнула тревога. Каролина почувствовала, как по ее спине пробежал холодок.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она, с удивлением глядя на него. – Я думала… – Она не успела договорить – из-за деревьев показался мужчина. Каролина вдруг поняла, что сейчас произойдет. – Фредди… осторожно…

– Да, я знаю, – едва слышно ответил он. – Этот человек следил за нами с той минуты, как мы вошли в лес.

Фредди отстранился от Каролины, его рука скользнула за борт сюртука, нащупывая пистолет. Только когда его пальцы сомкнулись на холодной рукоятке, Фредди повернулся и посмотрел на мужчину, сжимающего пистолет. На лице того было написано отчаяние. Фредди улыбнулся.

– Доброе утро, Фаррингдон. Я ждал тебя. Твои наемники не слишком хорошо тебе служат, правда? Я так и думал, что ты захочешь сам довершить начатое. – Он сделал шаг вперед, заслонив собой Каролину. – Надеюсь, ты в состоянии рассуждать здраво? Все можно решить мирно, не стоит проливать кровь. Если ты считаешь, что с тобой плохо обошлись, давай поговорим, я уверен, мы придем к соглашению.

– Черт бы тебя побрал, Рэтбоун! – прорычал Фаррингдон. – Ты думаешь, все так легко? Ты унизил меня… отнял моих лошадей, лишив меня моей гордости и единственной радости в жизни. Может быть, меня повесят, но прежде я убью тебя и ее…

Он поднял пистолет, целясь в грудь Фредди. Поняв, что он собирается сделать, Каролина так сильно толкнула Фредди в спину, что он упал. Фаррингдон выстрелил. Пуля просвистела над головой Фредди, Каролина вскрикнула, почувствовав жгучую боль в руке. Затем грянул еще один выстрел…

Через несколько минут после того, как Фредди и Каролина вошли в лес, цокот копыт и скрип колес возвестили о прибытии старомодной кареты. Она остановилась у крыльца, и слуги кинулись к ней со всех ног, увидев на дверце герб маркиза. Один из грумов, соскочив с запяток, подбежал к двери и постучал молотком. Очутившись в холле, он спросил сэра Фредерика.

– Сэра Фредерика сейчас нет, но моя хозяйка дома, – ответил лакей. – Могу я узнать, кто его спрашивает?

– Можете сказать, что прибыл маркиз Боллингбрук и что он хотел бы видеть леди Страуд.

– Сию минуту. – Лакей приосанился. – Соблаговолите проводить маркиза в дом, сэр. Я сообщу ее светлости о его визите.

– Что такое, Блейк? – Услышав голоса, леди Страуд вышла в холл как раз в то мгновение, когда маркиз с трудом вылез из кареты. Она подошла к открытой двери, взглянула на гостя и нахмурилась. – Будь я проклята, если это не Боллингбрук, – сказала она. – Не хватает только Саутмура, а то я подумала бы, что мне снова двадцать лет!

– Гарриет, – произнес лорд Боллингбрук и галантно снял шляпу. – Надеюсь, ты не откажешь мне в приюте. Я проделал чертовски длинный путь за слишком короткое время и очень устал. Если ты меня выгонишь, мне придется отправиться в гостиницу, и это, по всей вероятности, меня прикончит.

– Отрезал себе пути к отступлению, да? – Леди Страуд издала кудахтающий смешок. – Поделом тебе, старый негодник. Очень хорошо, я позволю тебе остаться, но, если ты хоть одним словом расстроишь Каролину, я велю слугам вышвырнуть тебя из дома, моргнуть не успеешь! Я очень к ней привязалась.

– Было бы странно, если бы этого не случилось, – сказал Боллингбрук, в его глазах зажглись смешливые искорки. Увидев леди Страуд, он словно вернулся в прошлое. Тогда он предложил ей стать его любовницей, и она выставила его из своего дома. – Нравится она тебе, да? Замечательная девочка.

– Только сейчас это понял, старый глупец? – сурово посмотрела на него леди Страуд. – Ладно, приготовься валяться у нее в ногах, она скоро вернется…

Она умолкла, увидев Каролину и Фредди, идущих по лужайке, и сразу почувствовала, что что-то случилось. Фредди поддерживал Каролину, потом вдруг наклонился и подхватил ее на руки. Боллингбрук обернулся и увидел их.

– Что-то произошло, – пробормотал он и отправился бы им навстречу, но камердинер опередил его.

Подбежав к сэру Фредерику, Дженкинс обменялся с ним парой фраз и тотчас вернулся обратно:

– Мисс Холбрук ранена, сэр. Рана не серьезная, сэр Фредерик уже послал за врачом… но я сказал, что и сам могу позаботиться о мисс Каролине, мне уже приходилось заниматься подобными ранами.

– Проклятье! – гневно воскликнул Боллингбрук. – Что за идиот был с моей девочкой? Если ей станет хуже, пусть лучше не показывается мне на глаза.

– Хватит ворчать, старый глупец, – сказала леди Страуд. – Что бы там ни случилось, Фредди не виноват.

В это мгновение Фредди подошел к ним. Он бросил взгляд на маркиза и посмотрел на девушку, которую держал на руках:

– Твой дедушка здесь, дорогая.

– Опусти меня, Фредди.

Он осторожно поставил Каролину на ноги, крепко держа за талию. Она улыбнулась деду.

– Не тревожьтесь, сэр, это всего лишь царапина, – сказала она, но лицо ее было мертвенно-бледным. – Я скоро оправлюсь, только, пожалуйста, не ссорьтесь с Фредди, я этого не перенесу. К тому же это я виновата в том, что меня ранили.

– Ладно, не буду я с ним ссориться, – сказал маркиз, – раз уж ты отдала ему свое сердце. Я приехал сюда, чтобы сказать, что я сожалею обо всем, что случилось между нами, и прошу у тебя прощения.

– Конечно, я прощаю вас, дедушка, – ответила Каролина и посмотрела на Фредди: – Ты не мог бы отнести меня наверх? Я не очень хорошо себя чувствую…

Она потеряла сознание, когда Фредди подхватил ее на руки. Кивнув остальным, он направился в дом, за ним следовал Дженкинс. Леди Страуд обратила на маркиза устрашающий взгляд:

– Тебе лучше войти, Боллингбрук. Идем, расскажешь, почему ты запретил своей внучке выходить замуж за моего крестника!

Каролина была в полубессознательном состоянии, когда Фредди осторожно опустил ее на постель, и пришла в себя, только когда камердинер маркиза легко коснулся раненой руки. Через несколько минут он, закончив обрабатывать рану, закрыл ее повязкой.

– Благодарю вас, мистер Дженкинс, – сказала она со слабой улыбкой. – Я почти ничего не почувствовала.

– Вы – храбрая юная леди, – ответил Дженкинс. – Не волнуйтесь, через день-другой будете как новенькая. И не переживайте по поводу маркиза, мисс Каролина. Он только на вид такой грозный, а в действительности он очень вас любит.

– Спасибо. – Каролина перевела взгляд на Фредди, беспокойно мерявшего шагами комнату. – Пожалуйста, Фредди, не сердись на меня. Я поняла, что он все равно выстрелит, что бы ты ни сказал, а мысль о том, что ты можешь погибнуть, была для меня невыносима.

Камердинер, неслышно ступая, вышел из комнаты. Фредди подошел к постели, постоял, глядя на Каролину, и улыбнулся:

– А как, по-твоему, чувствовал бы себя я, если бы тебя убили? Ты вела себя очень глупо, Каролина… безрассудно, но я знаю, что ты сделала это потому, что любишь меня. Я никогда не думал, что кто-то может любить меня так, как ты, дорогая. До встречи с тобой я вообще не знал, что такое любовь.

– Неужели, Фредди? – спросила Каролина, ей захотелось обнять его и никогда не отпускать. – Как же можно не любить тебя? Ты самый добрый, честный, благородный… и мне повезло, что ты любишь меня. – Она прерывисто вздохнула. – Если бы мы только были уверены, что сможем иметь детей… Это мое самое заветное желание.

– Разве я не говорил тебе, чтобы ты не забивала себе голову чепухой, дорогая? Поверь мне, ты совершенно здорова и легко сможешь родить ребенка. Это не наследственная болезнь, любовь моя.

– Почему ты в этом так уверен?

– Потому что мой дядя Саутмур раскрыл мне правду. Он знал Анжелику ребенком – они были соседями – и помнит, что случилось. В детстве она подхватила скарлатину и чуть не умерла. В конце концов она поправилась, но болезнь ослабила ее сердце. Дядя пытался сказать об этом твоему деду, но они были в ссоре, и Боллингбрук не захотел его слушать.

– Значит, болезнь не могла передаться мне через папу?

– Конечно нет, – сказал Фредди. – Брат Анжелики солгал твоему деду, потому что хотел расстроить брак сестры. Это была жестокая ложь, дорогая, но всего лишь ложь. Боллингбрук узнал бы об этом, если бы не его гордыня.

– И все это время ты знал…

– Я должен был сказать тебе, но думал, что ты уже выбросила это из головы. – Улыбнувшись, он склонился и поцеловал ее. – Я хочу, чтобы ты помнила – ты для меня важнее всего. А теперь отдохни, любовь моя. Доктор скоро придет, хотя, думаю, Дженкинс сделал все, что было нужно. Рука немного поболит, но рана несерьезная, ты скоро поправишься.

– Твои люди застрелили Фаррингдона после того, как он выстрелил в меня, – сказала Каролина, вспомнив второй выстрел, сразивший их врага. – Значит, нам больше ничто не угрожает?

– Все кончено, – ответил Фредди с мрачным удовлетворением. – Но я должен поговорить с твоим дедом. Пора нам уладить наши разногласия.

– Ты не будешь ссориться с ним?

Выражение лица Фредди смягчилось.

– Я обещаю, что не буду ссориться с ним, Каролина… но я не могу обещать, что он не поссорится со мной.

Каролина с улыбкой откинулась на подушки. Рука болела, но она надеялась, что сможет поспать хотя бы немного.

На следующий день, встав с постели после полудня, Каролина чувствовала себя гораздо лучше. Она спустилась вниз. Леди Страуд, встревожившись, спросила, достаточно ли она окрепла, и Каролина заверила ее, что причин для беспокойства нет.

– Рука немного болит, – сказала она, – но доктор дал мне снотворное, я прекрасно выспалась и, признаться, устала лежать в постели.

– Моя девочка сильна как бык, – сказал Боллингбрук, с гордостью глядя на внучку. Очевидно, Фредди уже сообщил всем хорошую новость и дед примирился с мыслью о браке Каролины.

– Дедушка… – начала она, когда в дверь вдруг постучали.

В холле послышались голоса, и через мгновение на пороге гостиной появилась миссис Милбанк, за ней следовал ее муж.

– Мама… – изумленно проговорила Каролина при виде матери, которая, по ее расчетам, должна была находиться на корабле, плывущем в Италию. – Почему ты здесь? Я не понимаю…

Миссис Милбанк выглядела моложе своего возраста, и зеленое шелковое платье чрезвычайно шло ей.

– Каролина, дорогая! – воскликнула она, обнимая дочь. – Я не находила себе места от беспокойства, и мистер Милбанк сказал, что мы должны приехать и убедиться, что у тебя все хорошо, прежде чем уехать в свадебное путешествие. – Она судорожно вздохнула, заметив, что у Каролины перевязана рука. – Что с тобой случилось?

– Перестань суетиться, женщина, – сказал Боллингбрук, сурово посмотрев на нее. – Девочка вполне способна сама позаботиться о себе, не нужно кудахтать над ней. Если хотите знать, моя девочка – настоящая героиня, она спасла жизнь сэру Фредерику!

– Смею думать, я лучше знаю собственную дочь, сэр. И я была бы вам весьма признательна, если бы вы оставили свое мнение при себе! – дерзко заявила миссис Милбанк.

Маркиз бросил на нее изумленный взгляд, а потом рассмеялся.

– Не вижу ничего смешного, сэр, если моя бедная дочь ранена…

– Черт побери, миссис Милбанк, кажется, вы вдруг превратились в львицу. Я, пожалуй, пересмотрю свое мнение о вас.

– Каролина? – сказала Марианна, устремив встревоженный взгляд на дочь и не обращая внимания на Боллингбрука.

– Ничего особенного, мама, – ответила Каролина. – Пойдем в мою комнату, я тебе все объясню.

Несколько мгновений миссис Милбанк молча смотрела на нее, потом вздохнула:

– Кажется, я была не права, откладывая твою свадьбу, Каролина. Ты больше не маленькая девочка и знаешь, что делаешь. Поторопимся в твою комнату, мне не терпится выслушать твой рассказ.

– Я уже начал отчаиваться, решив, что они никогда не оставят тебя в покое, – говорил Фредди Каролине, когда тем же вечером они прогуливались в саду. – Но, наверное, хорошо, что и Боллингбрук, и твоя мать сейчас здесь. Они наконец решили, что мы можем пожениться, как только пожелаем.

– Теперь они спорят о том, кто будет оплачивать свадебный прием, – рассмеялась Каролина. – Мама больше не боится дедушку. Думаю, на самом деле они получают удовольствие от своей перепалки. Пожалуй, закончится тем, что они понравятся друг другу!

– Они уже нравятся. Я пригласил на свадьбу моего дядю. Подозреваю, что, когда он встретится с Боллингбруком, мы увидим настоящий фейерверк. Будем надеяться, что выдержим и это.

– О, я никого и ничего не боюсь, – сказала Каролина, глядя ему в глаза. – Мне больше нечего бояться, Фредди.

Фредди заключил ее в объятия, стараясь не касаться раненой руки.

– Я так люблю тебя, дорогая! – В его голосе слышалась едва сдерживаемая страсть. – Ты для меня – все, Каролина. Я хочу от тебя детей, но больше всего на свете я хочу тебя… – Он прижался к ее губам в жадном поцелуе, чувствуя, как все сильнее разгорается в нем огонь желания. Каролина закрыла глаза, отдаваясь его ласкам. Его пальцы, едва касаясь, ласкали ее грудь.

– Я люблю тебя, – прошептала она, зная, что, стоит ему только пожелать – и она отдастся ему этой же ночью. Ее тело изнывало от неудовлетворенного желания.

Фредди отстранился, с его губ сорвался стон.

– Ты – плутовка, – хрипло пробормотал он, – но дразни меня сколько хочешь, я дождусь первой брачной ночи.

Солнце обрушило на Каролину и Фредди золотой водопад, когда они вышли из церкви. Колокола звонили без устали, у входа собралась небольшая толпа, чтобы пожелать новобрачным счастья, в воздухе кружились розовые лепестки. Они сели в ожидавший их экипаж, чтобы ехать в дом леди Страуд, где решено было устроить свадебный прием. Лошади рванули вперед.

– Ты рада, что твои родные присутствовали на нашей свадьбе? – наклонился к молодой жене Фредди.

– О да, очень рада, – ответила Каролина, с любовью глядя на него. – Как хорошо, что Тому пока не нужно ехать на Ямайку, и я счастлива, что он женится на Джулии! Все складывается хорошо, правда?

– Да, очень хорошо. А теперь скажи мне, любовь моя, что ты предпочитаешь: устроить бал для наших друзей или сразу отправиться в свадебное путешествие за границу?

– Больше всего я хотела бы провести некоторое время наедине с тобой, Фредди, в твоем поместье, – сказала Каролина. – А потом, перед отъездом, мы могли бы устроить бал, если ты не против.

Фредди коснулся ее щеки, провел кончиками пальцев по шее. Сердце Каролины сладко заныло.

– Ты должна знать, дорогая, что единственное мое желание – сделать тебя счастливой. Я уже говорил, что ни в чем не могу тебе отказать. Так и есть, Каролина.

– О нет, так ты совсем меня избалуешь, – запротестовала она, – кроме того, ты много чего говорил мне, Фредди. Например, я помню, что ты несколько раз обещал отшлепать меня.

В ее глазах сверкали озорные искорки, она дразнила Фредди, и ему это нравилось.

– Ах да, в самом деле, но знаешь, дорогая, это можно отложить. Наши гости собрались на наш прием, который устраивает моя крестная, и, хотя мне нравится нарисованная тобой перспектива, не думаю, что мы должны заставлять их ждать.

Каролина улыбнулась. Экипаж уже подъехал к дому, и все гости вышли на крыльцо, чтобы приветствовать их. На прием были приглашены только самые близкие друзья, многие из которых уже находились в Бате. Каролина переходила от одного к другому, принимая поздравления и подарки. Когда она уже собиралась подняться наверх и переодеться в дорожное платье, к ней подошла Джулия.

– Ты выглядишь такой счастливой, – сказала она, беря Каролину за руку. – Я очень рада за тебя, дорогая Каролина.

Каролина, склонившись, поцеловала ее в щеку:

– А я очень рада, что мы станем сестрами, Джулия. Я знала, что Том любит тебя.

Джулия залилась румянцем:

– Я уже и не надеялась. И не могла поверить, когда мама сказала, что он просил моей руки. Я очень люблю его. Скоро и наша свадьба.

Каролина зевнула и сладко потянулась, улыбаясь. Она чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Они с Фредди провели бессонную, но страстную ночь. Каролина зажмурилась, вспоминая, с какой нежностью он ласкал ее и как старался доставить ей удовольствие. Она даже не думала, что любовь может быть таким блаженством.

Постель рядом с ней успела остыть. Взглянув на небольшие часы на столике рядом с кроватью, Каролина поняла, что проспала дольше обычного. Фредди оставил ее отдыхать, что, учитывая обстоятельства, было очень разумно с его стороны.

Оглядевшись, Каролина увидела на столе у окна поднос, оставленный горничной. Подойдя к столу, она обнаружила, что кувшин с шоколадом остыл.

Она собиралась позвонить в колокольчик, но выглянула в окно, и мысли о завтраке улетучились из ее головы. Фредди беседовал с какими-то мужчинами на лужайке, они готовили к полету воздушный шар.

Издав восклицание восторга, Каролина сбросила ночную рубашку, поспешно умылась и выбрала одно из самых простых платьев, чтобы обойтись без помощи горничной. Через несколько минут она уже бежала вниз по лестнице. Лакей с улыбкой открыл дверь перед своей молодой хозяйкой. Каролина не позаботилась уложить волосы, и они развевались на ветру. Когда она подбежала к шару, Фредди обернулся и увидел ее.

– Вот и ты, любовь моя, – сказал он, целуя ее. Его взгляд скользнул по ее наряду. Видно было, что Каролина одевалась в спешке. – А я как раз собирался будить тебя. Почти все готово к полету. Я так понимаю, ты хотела бы подняться?

– О да, пожалуйста! – воскликнула она, сияя от радости. – Ты же знаешь, как я мечтала об этом. Как мило, что ты позаботился обо мне.

– В прошлый раз тебе не удалось подняться в воздух, – сказал Фредди. – Это была моя вина, не стоило выставлять шар на публичное обозрение. Теперь все будет по-другому. Ты знаешь, воздухоплавание – это мое хобби, и ты сможешь подниматься на шаре так часто, как только пожелаешь. Мы любим испытывать новое, правда, мистер Джексон?

– Да, сэр, – ответил капитан воздушного судна и улыбнулся Каролине: – Какой прекрасный день для полета, не правда ли, леди Рэтбоун? Ветер дует в нужном направлении, и мы сможем держаться в воздухе довольно долго.

– В самом деле? Это замечательно! – Каролина подала ему руку.

Джексон помог ей забраться в корзину. Фредди последовал за ней. Мужчины принялись отвязывать канаты, удерживающие шар на земле. Когда он начал медленно подниматься в воздух, Каролина затаила дыхание. Чем выше взлетал шар, тем меньше становились люди на земле. Выглянув из корзины, Каролина увидела под собой верхушки деревьев.

– О, Фредди, – выдохнула она, когда он обнял ее за талию, – разве это не прекрасно? Я даже не думала, что это может быть таким волнующим…

– Да, – согласился Фредди. Он смотрел на Каролину, на ее прелестное выразительное лицо, разметавшиеся по плечам волосы, и ему вспоминалась прошлая ночь. Каждое слово, каждая улыбка Каролины дарили ему счастье. Неужели всего несколько месяцев назад жизнь казалась ему скучной? Теперь все изменилось, каждый день обещал новые радости. – Я тоже, дорогая, я тоже…

Примечания

1

«К Антее из тюрьмы». Пер. М. Бородицкой.

Content

Энн Херрис
Непокорная леди

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Примечания