Юлия Набокова

Свадьба моей мечты

Глава 1

Предложение по плану

Даша Крылатова никогда не назвала бы себя трусихой. В школе она не робела перед учителями, в институте не терялась, выступая на конференциях, на работе славилась талантом легко приструнить разбушевавшегося клиента. Даша с улыбкой садилась в самолет, визжала от восторга на лихих виражах американских горок, а прошлым летом даже прыгнула с парашютом! И, в отличие от других девушек в их группе новичков, которые сбились в кучку и умоляли вернуть их обратно на землю, она сиганула с самолета первой. Но сейчас, сидя в уютном зале ресторана, Даша чувствовала, как с каждой секундой ее все больше захлестывает неконтролируемая паника. Гораздо проще было бы снова прыгнуть с парашютом — хоть десять раз! — лишь бы только не поднимать глаз от тарелки с салатом и не отвечать на вопрос Феликса.

— Милая, — Феликс мягко накрыл ее руку своей, — так что ты скажешь?

Рядом грянул марш Мендельсона.

— Кажется, это знак, — улыбнулся ее визави.

Даша затравленно обернулась: крашеная блондинка за соседним столиком, прервав болтовню с подружками, нежно заворковала в мобильный. Ее рыжая подружка с бесстыже-низким декольте скользнула по Феликсу оценивающим взглядом и призывно улыбнулась, отметив темно-серый итальянский костюм и прочий лоск успешного мужчины. Сама Даша заслужила от нее недоуменную гримаску: вероятно, рыжая не могла понять, почему импозантный мужчина, одетый как жених, заинтересовался такой раздолбайкой в футболке, потертых джинсах и балетках, как Даша. Если бы Даша могла догадаться, что Феликс собирается сделать ей предложение, она бы оделась поэлегантнее. Хотя кого она обманывает? Если бы Даша хотя бы на миг допустила мысль о предложении, ее бы здесь не было. Впрочем, могла бы и догадаться: сегодня они отмечали годовщину со дня знакомства, и Феликс был вполне предсказуем в своем романтическом жесте.

— Даша, ты согласна? — настойчиво повторил Феликс.

Наверняка блондинка не сидела каменным истуканом, когда ей сделали предложение, а бросилась на шею избраннику, огласив победным визгом окрестный квартал. И в тот же вечер сменила его имя в мобильнике на статусное «Жених», поставив в качестве входящего звонка свадебный марш. Неужели и Даше придется сделать то же самое? Никогда!

— Это значит «нет»? — Феликс выпустил ее руку и изменился в лице, как будто Даша вдруг его смертельно оскорбила.

О боже, она что, сказала это вслух?

— Нет, нет! — Даша замотала головой, Феликс окаменел. — Я не то имела в виду, я… -

Она глубоко вдохнула и выпалила: — Надеюсь, мне не надо будет ставить свадебный марш на твой контакт в мобильном?

— Это значит «да»? — просиял Феликс.

— Ну конечно! — с фальшивым энтузиазмом воскликнула Даша. В конце концов, «да» — это еще не штамп в паспорте, кольцо на пальце и кукла на капоте белого «Мерседеса». — Я только об этом и мечтала, — добавила она, чтобы исправить свою оплошность. Все-таки не каждый мужчина, делая предложение девушке через год после знакомства, слышит экспрессивное: «Никогда!»

— Значит, завтра утром едем в загс, — деловито распорядился Феликс.

— Как завтра? — дрогнула Даша. Отсрочка, на которую она так рассчитывала, только что помахала ей рукой, а безымянному пальцу стало тесно от иллюзорного обручального кольца.

— Как раз до работы успеем, — заметил он. — У них прием с восьми, а потом я довезу тебя до офиса.

— Так ты уже все спланировал? — ледяным тоном уточнила Даша, борясь со жгучим желанием запустить в жениха солонку. В отношениях с Феликсом ее больше всего раздражала его привычка планировать и принимать решения за нее. Может, другим женщинам и нравится, когда мужчины все решают за них, но Даша сама хотела быть хозяйкой своей жизни. И, по крайней мере, имела право голоса! Ладно, когда речь шла о выборе ресторана или выходе в театр, но в загс сходить — это, уж извините, не балет посетить!

— За нас! — провозгласил Феликс, и Даша рассеянно кивнула, коснувшись с хрустальным звоном своим бокалом его бокала. Она отпила белого вина, не почувствовав вкуса.

Ее женское самолюбие задело то, что прежде чем сделать ей предложение, Феликс выяснил расписание загса. Получается, он не сомневался, что она согласится. Впрочем, с чего бы ему в себе сомневаться?

Феликс может с полным правом считать себя завидным женихом. Талантливый стоматолог из хорошей семьи и с московской пропиской — мечта любой невесты. Феликс прекрасно образован, хорошо воспитан, с ним всегда есть о чем поговорить. Он добр, щедр и внимателен к ней, не ревнив и сам не дает повода для ревности. Внешность у него довольно обычная, но приятная и интеллигентная: русые волосы, короткая стрижка, карие глаза, средний рост. Ни особых примет, ни боевых шрамов, ни соблазнительных родинок. В мелодрамах мужчины такого типажа играют героев второго плана. А в жизни именно они становятся примерными мужьями. А еще двадцативосьмилетний Феликс — надежный, состоявшийся мужчина, ответственный и независимый. Из четырехкомнатных родительских хором на Фрунзенской набережной Феликс съехал сразу, как стал зарабатывать в клинике. Сейчас он снимает квартиру на Кутузовском проспекте и платит кредит за двушку в новостройке. Стройка в самом разгаре, но через год-два у Феликса будет свое жилье, а значит, Даше не придется воевать за место на кухне с его мамой Эммой Павловной — интеллигентнейшей, кстати, женщиной, бывшей скрипачкой, а ныне репетитором на дому. Дашина мама в Феликсе тоже души не чает, то-то она обрадуется новости о помолвке!

— Даша, ты что, не рада? — Феликс взял ее руку в свою и нежно поцеловал, пристально глядя девушке в глаза.

— Рада, — соврала она. — Просто устала немножко.

— Тогда давай уже поедем, — Феликс махнул официанту. — У нас с тобой есть еще одно важное и неотложное дело. Я провожу тебя домой и попрошу твоей руки у Лилии Александровны.

— Может, не сегодня? — взмолилась Даша.

— Не можем же мы ехать в загс без одобрения твоей мамы! — возразил Феликс. — Если я не ошибаюсь, она любит лилии и крымское шампанское?

— Ты, как всегда, прав, — обреченно сказала Даша.

— Дети! Как я рада! — щебетала Лилия Александровна, доставая праздничные бокалы для шампанского. — За вас, мои дорогие!

Крошечная, заставленная мебелью кухонька панельной девятиэтажки была слишком тесна для троих. Бокалы из чешского хрусталя с золотой каймой смотрелись нелепо на покрытой клеенкой скатерти. Дашу мутило от сладкого запаха лилий, вазу с которыми мама водрузила на стол. Девушка едва пригубила шампанского и послушно подставила губы под прохладный поцелуй Феликса.

— И за вас, Лилия Александровна! Мне было очень важно получить ваше одобрение, — учтиво заметил Феликс, когда все втроем уселись за стол. — Конечно, по правилам еще следует попросить руки Дашеньки у Андрея Романовича…

— Это лишнее! — перебила его Дашина мама. — Конечно же, он будет за!

— Тогда спасибо вам за такую прекрасную невесту, — проникновенно сказал Феликс, не сводя с Даши влюбленных глаз.

— Да что ты, Феликс! — Мама польщено зарделась и замахала рукой, окатив остатками шампанского застывшую Дашу. — Ой, дочка, извини!

— Ничего. — Та вскочила с места, радуясь этому поводу улизнуть. — Пойду переоденусь. А вы пока тут обсудите что-нибудь. свадебное.

Закрывшись в комнате, Даша стащила мокрую майку и джинсы, накинула шелковый халат и схватилась за мобильный. Из кухни доносились оживленные голоса, так что у Даши есть несколько минут, пока ее хватятся.

— Сонь, ты дома? — выпалила она в трубку, услышав голос подруги.

— А где же мне еще быть? Егорку укладываю, «Свадебный переполох» собираюсь посмотреть, — буднично сообщила подруга.

— Можно к тебе прийти? — взмолилась Даша, остановившись у зеркала. В отражении взволнованно сверкнули зеленые, как у кошки, глаза. Светлые волосы редкого пепельного оттенка, которые приводили в полный восторг Феликса, растрепались, и Даша торопливо их пригладила.

— Случилось что? — всполошилась Соня.

— Ох, Сонь, у меня тут свой переполох! Практически — конец света! — Даша прислушалась к голосам на кухне и заторопилась. — Все, я больше не могу говорить. Буду у тебя минут через пятнадцать.

В дверь раздался деликатный стук, и на пороге появился Феликс.

— Отлично выглядишь, — он скользнул загоревшимся взглядом по ее голым ногам и порывисто шагнул к Даше.

— Феликс, что ты делаешь! — попятилась она. Хотя первая брачная ночь у них случилась гораздо раньше предложения, Феликс никогда не позволял себе вольностей в ее квартире, в присутствии мамы за стенкой. Для жарких свиданий предназначалась его холостяцкая берлога, в которой уже давно поселились Дашины зубная щетка, тапочки и халат. А Дашин дом был местом церемонных чаепитий и учтивых бесед.

— С твоей мамой я уже попрощался, теперь зашел проститься с тобой. — Феликс поймал Дашу в кольцо своих рук и жарко поцеловал в шею. — Спасибо.

— За что? — не поняла Даша.

— Что сказала мне «да». Это очень важно для меня.

Его дыхание было горячим и чуточку пьяным. Он порывисто поцеловал Дашу в губы и отступил.

— Я заеду за тобой в восемь. Сладких снов, невеста.

— До завтра. жених.

— Да, — довольно улыбнулся Феликс, — я теперь жених. И мне это нравится!

— А я теперь невеста, — пробормотала Даша, закрывая за ним входную дверь. Вот ведь влипла!

— Феликс уже ушел? — выплыла из кухни раскрасневшаяся мама. — А я ведь предлагала ему остаться на ночь.

— Мама! — смущенно воскликнула Даша.

— Но он постеснялся, — с гордостью добавила та. — Какой воспитанный у меня зять!

— Мама, он тебе пока еще не зять!

— Но ждать осталось недолго. Дочка! — Лилия Александровна заключила Дашу в объятия. — Как я за тебя рада! Феликс будет прекрасным мужем!

Замужество единственной дочери было для Лилии Александровны идеей фикс. С тех пор как Даше стукнуло двадцать, мама не уставала напоминать, что главное предназначение женщины — создать семью и родить ребенка. Она настойчиво расспрашивала Дашу о ее кавалерах, оценивая каждого из них с позиции зятя и отца будущих внуков, и если избранник дочери хоть в чем-то недотягивал до идеала, строго советовала не терять времени зря и искать достойного кандидата в мужья. Так было до появления Феликса. Учтивый и обеспеченный поклонник дочери покорил Лилию Александровну с первой встречи, вручив ей огромный букет белых лилий. А когда женщина узнала, что Феликс — стоматолог, ее восторгу не было предела. Уже через неделю Лилия Александровна отправилась в кабинет Феликса с больным зубом, а вернувшись с тремя новенькими пломбами, сообщила дочери, что ее поклонник — просто золото, и Даша должна вцепиться в него руками и ногами, пока его не увела какая-нибудь ушлая проныра. На протяжении года Феликс ни разу не разочаровал Лилию Александровну, она уже видела его своим зятем, и даже то, что потенциальный жених не торопился вести Дашу в загс, не испортило маминого мнения о нем. «Феликс — серьезный молодой человек, а женитьба — ответственный шаг, — говаривала она. — Спешка в таком деле ни к чему». Однако, оправдывая бездействие будущего зятя, Лилия Александровна с каждым днем все нетерпеливей спрашивала Дашу: когда же свадьба? Неудивительно, что сейчас мама светится от счастья и от выпитого шампанского, которого она явно перебрала на радостях.

— Да, — согласилась Даша, отстраняясь от мамы. — Феликс будет прекрасным мужем.

Вот только ее почему-то это совсем не радует. Она сняла с вешалки плащ и накинула

его прямо на халат.

— Ты куда? — удивилась мама.

— Я к Соне ненадолго.

Мама понимающе улыбнулась:

— Не терпится похвастаться? Ну, беги, непоседа.

Стоило Даше выйти за порог, Лилия Александровна, пританцовывая от нетерпения, схватилась за телефон.

— Алло, Симочка? Не разбудила? Представляешь, у нас такая радость! Даша выходит замуж!

— Добро пожаловать, дорогой друг Карлсон! — шутливо приветствовала Дашу Соня.

— Мама дорогая! — вскрикнула Даша, взглянув на ее лицо.

— Не мама дорогая, а водорослевая маска, держать двадцать минут, — не смутилась подруга, пропуская ее в квартиру. — Думала, успею смыть, но ты раньше примчалась.

Едва ступив за порог, Даша почувствовала, как напряжение, державшее ее все это время, исчезло. Словно никакие тревоги и волнения не могли проникнуть в мир покоя, уюта и любви, царивший в квартире подруги. Даша с наслаждением вдохнула аромат домашней выпечки и отдала плащ Соне.

— Ну, что случилось-то? — нетерпеливо спросила подруга.

Вспомнив, по какому поводу она здесь, Даша с похоронным видом опустила глаза и горестно вздохнула.

— Дашка, ты меня только так не пугай! — заволновалась Соня. — С мамой что?

— Нет, это все Феликс, — шмыгнула носом Даша, надевая домашние тапки с котятами.

— Он тебя бросил! — ахнула Соня, увлекая подругу на кухню мимо прикрытой двери детской.

— Егорка уснул? — тихо спросила Даша, поднимая с пола машинку, подаренную ею

трехлетнему крестнику.

— Уснул, — тепло улыбнулась Соня, души не чаявшая в своем сорванце.

Войдя на кухню, Даша сразу поняла, что ее ждали. На столе стояли ее любимая чашка с подсолнухом и заварочный чайник, накрытый ватным чехольчиком в виде девочки с косичками.

— А Артем где? — спросила она, не увидев мужа подружки.

— В командировке до завтра. Иначе я бы тебя в твоем порнографическом халатике за порог не пустила, — Соня насмешливо прищурилась. — Тоже мне, подруга называется!

— Ой, извини! — смутилась Даша, пытаясь натянуть халат на голые коленки.

— Да ладно, чего я там не видела! — добродушно заметила Соня, разливая чай. — Так что у нас с тобой сегодня девичник.

Соня села за стол и участливо уставилась на Дашу.

— Ну, рассказывай. Ты сильно расстроилась? Ну, из-за Феликса?

Даша чуть не расхохоталась, глядя на лицо подружки, стянутое зеленой маской.

— Сонь, может, ты умоешься?

— Что? Ах да! — Соня умчалась в ванную, откуда вернулась с чистым, порозовевшим лицом и полотенцем в руках. Мягкие каштановые кудри она освободила из-под повязки, и они красивой волной легли на плечи.

— Помолодела лет на десять, — иронично заметила Даша. — От старшеклассницы не отличишь.

— Дашка, хватит зубы заговаривать! — Соня замахнулась на нее полотенцем, ее ореховые глаза взволнованно сверкнули. — Продолжаем разговор. Выкладывай давай, что у тебя стряслось с твоим Айболитом! Он тебе изменил, да? С какой-то зубастой вампиршей, которая пришла к нему на прием отбеливать клыки?

— Сонь, тебе бы книжки писать! — усмехнулась Даша.

— Ас виду такой весь надежный, положительный, заботливый, — завелась Соня. — Я ведь была уверена, что он тебя замуж позовет…

— Он и позвал, — робко вставила Даша.

— Вот ведь гад! — бурно выругалась Соня. — И как это случилось? Он что, сам тебе сказал?

— Сказал, — подтвердила Даша, удивленная странной реакцией подруги, которая всегда горой стояла за Феликса, — сегодня.

— А ты? Разве ничего не чувствовала, не подозревала? — допытывалась Соня. — Ведь должны были быть какие-то знаки!

— Для меня это была полная неожиданность, — призналась Даша. — Как битой по башке! До сих пор оглушенная хожу.

— По тебе заметно! — Выпустив пар, Соня обняла ее за плечи и успокаивающе забормотала: — Ну, ничего, Даш, не грусти, все наладится. Может, он еще передумает?

— Он не передумает, — обреченно вздохнула Даша. — Он настроен решительно. Уже и маме моей сказал.

— Да как у него только наглости хватило! — задохнулась от возмущения подруга. — И что теть Лиля? Надеюсь, отходила его мокрым полотенцем?

— Если бы, — усмехнулась Даша. — Мама чуть не разрыдалась от счастья.

Соня непонимающе захлопала ресницами.

— Сейчас, наверное, она прыгает до потолка и звонит всем подругам, чтобы пригласить на свадьбу, — продолжила Даша.

— Какую свадьбу? — вытаращилась на нее Соня.

— Мою, какую же еще! — воскликнула Даша. — Я тебе о чем битый час толкую?

— Так Феликс тебя не бросил? — уточнила сбитая с толку Соня.

— Говорю же: он мне предложение сделал!

— Предложение? Тебе? Сегодня? И маме твоей сказал? — засыпала ее вопросами Соня.

— Ну да! Советкина, ты меня вообще слушаешь? — обиделась Даша.

Соня заливисто расхохоталась, утирая с глаз слезы.

— Крылатова, ну ты артистка! Явилась тут с похоронным видом, я думала: умер кто, а у нас, оказывается, свадьба! Ну, поздравляю тебя! Наконец-то!

— Сонь, — жалостливо шмыгнула носом Даша, — что теперь делать-то?

— Что-что! Покупать платье! Говорю это тебе как замужняя дама, — Соня отхлебнула чаю и подвинула к Даше румяные домашние плюшки. — Хочешь, вместе сходим? Тебе какое больше нравится — прошлый век с пышной юбкой и корсетом или силуэт «русалка»? Прошлый век не советую, — увлеченно тараторила она, не замечая, как оцепенела Даша, — по своему опыту знаю — ни в машину нормально не залезть, ни в туалет не зайти. Помнишь, как я застряла в синей кабинке на Воробьевых горах? — Она хихикнула, погрузившись в счастливые воспоминания. — Вот уж порадовала гостей, на всех фотографиях засветилась своими кольцами и подъюбниками… В общем, мой тебе совет, бери «русалку» или что попроще, безо всяких подъюбников! И только не говори, что ты хочешь черное! Это, конечно, ультраписк моды от Веры Ванг, но, боюсь, твой Феликс не оценит. Он у тебя консерватор. Хотя для семейной жизни это только в плюс. Даш, ты чего чай-то не пьешь? Позеленела вся. — Соня взволнованно захлопотала вокруг близкой к обмороку подруги. — Ты это. Ты случайно не беременна?

— Нет! — вскрикнула Даша.

— Тише! — цыкнула на нее Соня. — Что ты орешь? Егорку разбудишь.

— Сонь! — вцепилась в нее Даша. — Я не хочу замуж!

— Ну, все понятно, — облегченно выдохнула подруга. — Предсвадебный мандраж!

— У тебя тоже так было? — с надеждой взглянула на нее Даша.

— А как же! Дело-то житейское, — с интонацией Карлсона произнесла Соня. Просмотр советских мультиков Егоркой не прошел зря для молодой мамы: она и сама не заметила, как фразы мультяшных героев прочно вошли в ее речь. — Жила себе девочка свободная, гуляла сама по себе. А потом — бац! — штамп в паспорте и другая жизнь, обязанности, ответственность. Кто ж тут не испугается?

— Значит, это нормально? — неуверенно переспросила Даша.

— До свадьбы привыкнешь, — убежденно заверила Соня.

— Это все так неожиданно! — пожаловалась Даша.

— Еще бы, всего лишь через год знакомства! — откровенно насмехалась над ней Соня.

— Понимаешь, мы даже вместе никогда не жили! — поделилась своими сомнениями Даша. — Я-то думала, сначала Феликс предложит мне переехать к нему, мы бы пожили в гражданском браке, привыкли друг к другу.

— И никогда бы не дошли до загса, — перебила ее Соня. — Статистика неумолима, гражданский брак редко заканчивается маршем Мендельсона. Так что радуйся, что твой Феликс способен принять решение и взять на себя ответственность. Вы заявление уже подали?

— Завтра идем, — тяжело вздохнула Даша.

— Ну и по какому случаю траур? — добродушно пристыдила ее Соня. — Радоваться надо! Феликс — мужчина в самом расцвете сил и таланта, Карлсон нервно жужжит в сторонке. Феликсу достаточно рукой махнуть, как к нему очередь из невест выстроится. А он тебя выбрал.

— Понимаешь, Сонь, — поделилась Даша, — он все за меня решил. Такое чувство, что без меня меня женили. Он уже и загс выбрал — наш районный, потому что в его отделении сейчас ремонт. И расписание узнал. Он просто не оставил мне выбора!

— Даш, ну какой у тебя выбор? — воскликнула Соня. — Вы уже год вместе, сколько можно друг друга проверять? Пора двигаться дальше. Или расставаться, или жениться.

— О боже, — ахнула Даша, — я только сейчас вспомнила. Когда мы с ним только начали встречаться, он сказал: «Если мы с тобой поладим, через год поженимся». Я еще тогда посмеялась над этим про себя. А сейчас все сбывается! Понимаешь, Советкина, я часть плана! — лихорадочно забормотала она. — Он же и про детей тогда говорил. Как там в соответствии с планом? Кажется, через год после свадьбы ? Да вся моя жизнь уже расписана им на несколько десятилетий вперед до самой пенсии! — Она с ужасом уставилась на Соню.

— Крылатова, что за паника? Это же естественно. Раз он тебя замуж зовет, то детей от тебя хочет. Ему уже сколько, двадцать восемь? И тебе пора, не девочка уже.

— Як тебе зачем пришла? — возмутилась Даша. — Ты меня должна утешать, а не Феликса защищать. Лучшая подруга, называется!

— Именно потому, что я твоя лучшая подруга, я и желаю тебе добра, — рассудительно заметила Соня. — С Феликсом. Дашка, не сходи с ума! Феликс — лучший мужик из тех, что у тебя были. Орел-мужчина! Он будет прекрасным мужем!

— Вот и мама так считает, — заметила Даша.

— Вот видишь, нас уже двое, и мы тебе плохого не посоветуем, — ободряюще улыбнулась подруга.

— А что, если это неправильно? — задала Даша вопрос, который мучил ее весь вечер.

— В каком смысле?

— Что, если Феликс — не моя судьба? — выпалила она. — И я испорчу жизнь и себе, и ему.

— Ты точно испортишь себе жизнь, если упустишь такого классного мужика! — сердито перебила Соня и пристально взглянула на Дашу. — Подожди-ка, кажется, я поняла… Ты его не любишь!

— Ну, я. — замялась Даша. — Я не знаю!

— Так, — в замешательстве протянула Соня. — Ты встречаешься с ним год и не знаешь, любишь ли его?

— Ну, он мне нравится, — принялась оправдываться Даша. — Он симпатичный, милый, добрый.

— Не надо мне его нахваливать, я за него замуж не собираюсь, — перебила ее Соня.

— Мне нравится, когда мы вместе ходим куда-то, — добавила Даша.

— Мне тоже нравится, когда нам с тобой удается сходить на выставку или в театр. Но это не повод на тебе жениться.

— Он прекрасный любовник! — выпалила Даша.

— Это уже аргумент, — признала Соня. — Но любовь и секс — не одно и то же. Есть один хороший способ проверить, любишь ли ты мужчину.

— Какой? — нетерпеливо подалась к ней Даша.

— Ты хочешь детей от Феликса? — в упор глядя на нее, спросила Соня.

— Ну, я не знаю. — промямлила Даша. — Пока рано об этом говорить.

— Вот тебе и ответ, — Соня расстроенно поджала губы. — Когда я встретила Артема, я почти сразу поняла, что хочу от него ребенка.

— Ну, знаешь, — бурно возразила Даша, — это не показатель. Тебе, конечно, повезло с Артемом, вы созданы друг для друга, ты его любишь, он тебя обожает.

— Тогда почему ты мне не веришь?

— Потому что в моей жизни тоже была большая любовь. — Даша глубоко вдохнула, пытаясь унять бешено заколотившееся сердце. — Ты сама знаешь, как сильно я любила Антона. — От одного только имени, произнесенного вслух, губы закололо, как от сотен неистовых поцелуев. — Но я никогда не хотела от него детей.

Соня с мудрой улыбкой покачала головой, глядя на подругу, как на неразумное дитя.

— Даша, вам было по семнадцать лет. Ты сама еще была ребенком.

— Никого с тех пор я так не любила, как его, — тихо заметила девушка. — Никого.

В повисшей тишине Даша отчетливо слышала, как бешено стучит ее сердце. Одна мысль об Антоне, даже спустя десять лет с их последней встречи, заводила ее больше, чем ночь, проведенная с Феликсом.

— Дашка, это другое, — словно читая ее мысли, откликнулась Соня. — Первая любовь остается с тобой на всю жизнь. Она самая яркая, самая безумная, самая неистовая. Не сравнивай свои чувства к Феликсу со школьным романом с Антоном. Ты уже не наивная школьница, теряющая голову от одного взгляда. Ты повзрослела, стала умней и сдержанней в чувствах. Любовь между взрослыми людьми — не то же, что поцелуи украдкой за последней партой. И, в конце концов, чем закончилась твоя большая любовь?

Даша, закусив губу, отвернулась к окну, за которым цвела яблоня-невеста. Слезы, которые, казалось, девушка уже выплакала, снова подступили к глазам.

— Феликс никогда не предаст тебя, не сделает тебе больно, — добавила Соня, мягко тронув ее за плечо. — Выбрось ты из головы глупости. Ты будешь счастлива с ним, я уверена.

— Он ведь никогда не искал меня, Сонь… — внезапно сказала Даша. — Ни разу за все эти годы не позвонил, не пришел. А ведь знает, где я живу. Уехал в Питер и пропал, будто его и не было.

Слезы хлынули из глаз, словно прорвав плотину.

— Ну все, все, хватит! — Как тогда, десять лет назад, Соня крепко обняла ее и прижала к себе. А потом протянула чистое полотенце с вышитым зайчиком.

— Ты права, Сонь, — всхлипнула Даша. — Я просто дура. Ждала его все эти годы, на что-то надеялась. Ходила на эти дурацкие встречи выпускников — а он ни на одной так и не появился, на «Одноклассниках» его искала — но он там не зарегистрирован. Увидеть бы уже, что он растолстел и обрюзг, как остальные наши ребята, и успокоиться. Так нет, он после школы словно сквозь землю провалился! Каждого мужчину сравнивала с ним, и каждые новые отношения меркли, стоило вспомнить Антона. Я поэтому ни с кем долго и не встречалась.

— Ты мне никогда этого не говорила, — потрясенно сказала Соня.

— А зачем? — Даша шмыгнула носом. — Я и так знала, что ты скажешь. Тебе же Антон никогда не нравился.

— Я просто догадывалась, чем все закончится. И хотела тебя уберечь.

— Ну все, проехали! — Даша отложила полотенце и подняла нос. — Вечер воспоминаний закончен. Надо оставить прошлое позади и двигаться вперед.

— Так-то лучше! — одобрила Соня.

— Я люблю Феликса, выйду за него замуж и стану для него лучшей женой! — провозгласила Даша, решительно запахнув халат и крепко завязав ослабевший пояс.

— Вот и чудесно! — горячо поддержала Соня.

— Ну, я пойду, а то мне еще в загс завтра с утра пораньше.

Соня догнала Дашу в дверях и сунула ей ка кой-то цветной пакетик.

— Держи, тебе пригодится.

— Водорослевая маска, — прочитала Даша и глянула в зеркало, в котором отразилась опухшая физиономия. — Да, пугать жениха до свадьбы не стоит. А то вдруг еще жениться передумает.

Глава 2

Все дороги ведут в загс

Утро выдалось ясным и солнечным. За завтраком Лилия Александровна твердила, что сами небеса благоволят союзу Даши и Феликса.

— Мам, мы еще не женимся, а только подаем заявление, — вяло возразила Даша, ковыряя овсянку.

— Кстати, ты папе уже сказала? — Мать метнула на нее любопытный взгляд.

— А ты разве вчера ему не поспешила донести? — удивилась Даша. Всех своих подруг мама уже точно известила. А сама Даша поздно вернулась от Сони и не стала тревожить отца, который был жаворонком.

— Он не брал трубку! — с досадой призналась мама.

— Я позвоню ему, когда мы подадим заявление, — пообещала Даша.

— Вот и чудесно! — Лилия Александровна снова взглянула в окно. — Ах, какая прекрасная погода, это добрый знак! — Маму, во всем видевшую знаки судьбы, было не унять.

Сколько Даша себя помнила, мама всегда придавала большое значение приметам, а чаще всего вспоминала про обручальное кольцо, которое папа Даши выронил во время регистрации брака. «С тех пор у нас все и пошло наперекосяк, — грустно заключала мама. — А ведь мы так любили друг друга!» Родители развелись, когда Даше было пять, но только став старше, она поняла, что виной тому — не злосчастное кольцо, а разница характеров. Мама же очевидного признавать не желала и во всем винила плохие приметы. Второй раз замуж она так и не вышла, хотя желающие познакомиться были. Лилия Александровна работала в жилищной комиссии, распределяла квартиры между очередниками и жильцами пятиэтажек под снос, и среди них попадались одинокие кавалеры, которые были не прочь пофлиртовать со все еще привлекательной худощавой блондинкой с родинкой Мэрилин Монро, которая когда-то вскружила голову Дашиному папе. Однако Лилия Александровна к другим мужчинам оставалась равнодушной, и Даша подозревала, что мать продолжает любить отца. Неспроста она так ревниво выспрашивала у дочери подробности его личной жизни. Потерпев крах в семейной жизни, Лилия Александровна больше всего мечтала, чтобы дочь не повторила ее судьбу и обзавелась крепкой и счастливой семьей.

К счастью, сегодня она воздержалась от печальных воспоминаний о плохих приметах и видела только добрые знаки, обещающие жениху и невесте безоблачное будущее.

— Впрочем, разве с Феликсом может быть иначе? — восторженно щебетала Лилия Александровна, перечисляя вслух все достоинства будущего зятя, как будто была не матерью невесты, а профессиональной свахой. — Он ведь такой работящий, заботливый, внимательный…

К счастью для Даши, Феликсу так не терпелось попасть в загс, что он явился раньше и спас ее от маминых речей. Даша не дала жениху даже ступить за порог, торопливо схватила сумочку и выскочила за дверь.

— Дашенька, паспорт не забыла? — взволнованно крикнула вслед Лилия Александровна, как будто запамятовала, что лично достала главный документ невесты и положила его в сумку дочери.

— Все со мной, — отмахнулась Даша и потянула Феликса к лифту. — Идем скорей!

— Ух ты, — Феликс улыбнулся, пропуская ее в лифт. — Приятно, что ты так торопишься за меня замуж.

Он поцеловал Дашу в тот момент, когда лифт тронулся. Объятие жениха было крепким и сильным, а дыхание — мятным и свежим. У Даши закружилась голова — то ли от поцелуя в «свободном падении», то ли от мысли о том, что Феликс скоро станет ее мужем. Вчерашние сомнения показались девушке чепухой. Ей хорошо с Феликсом, они будут счастливы вместе. Внезапно лифт дернулся, и Феликс оборвал поцелуй, поспешно отступая от Даши. Открылись двери, пропуская хмурого мужчину и женщину лет сорока со злым лицом ведьмы. В лифте сразу стало тесно, шумно и повеяло грозой.

— Васька вон новую иномарку купил, а ты все на «Запорожце» раздолбанном ездишь. Аж сесть стыдно! — сварливо выговаривала ведьма, ничуть не стесняясь посторонних. — Дура я была, когда за тебя замуж вышла, а не за Ваську.

Вот повезло Ваське, мысленно отметила Даша и подумала, как бы расценила такой знак ее суеверная мама.

— Том, ну чего ты завелась, — неловко косясь на Дашу и Феликса, бубнил ее муж.

— Это я завелась? Ты бы лучше свою развалюху научился заводить с первого раза, чем мне нервы с ранья портить! — бензопилой взвизгнула ведьма.

Лифт заскрежетал, выпуская скандальную парочку наружу. Следом неторопливо вышли Даша с Феликсом.

— Интересно, эта Баба Яга до свадьбы тоже была Василисой Прекрасной? — шепнула Даша. — Трудно поверить.

— Даш, — Феликс сжал ее за локоть и взволнованно притянул к себе. — Я знаю, о чем ты сейчас думаешь. У нас так никогда не будет. Мы будем счастливы, я обещаю.

— Я знаю, — Даша с улыбкой коснулась гладко выбритой щеки Феликса.

Она сказала именно то, что хотел услышать Феликс, и он благодарно выдохнул в ответ:

— Я люблю тебя.

— И я тебя, — привычно отозвалась Даша. Она не умирала от любви, не была от нее пьяной и не теряла голову. Она не летала на крыльях, не пребывала на седьмом небе и не чувствовала порхание бабочек в животе. Она уже не подросток, чтобы сходить с ума. Она взрослая женщина, которая выбрала своего мужчину и готова создать с ним семью. Это ли не главное свидетельство любви?

— Я тебя больше, — шепнул Феликс, крепко обнимая девушку за плечи и увлекая к дверям.

И с этим Даша никак не могла поспорить.

С привычной галантностью усадив невесту в машину, Феликс занял место за рулем и тут же перешел от поэзии к прозе.

— Свадьбу устроим в субботу? Ты же захочешь пригласить гостей? — Феликс не спрашивал, он утверждал.

— А может, просто тихо распишемся и улетим на Мальдивы? — предложила Даша, которая не любила шумных застолий. Банкету в московском ресторане она бы предпочла романтическое путешествие для двоих. Тем более, за год отношений им так и не удалось выбраться в отпуск вместе. Даша дважды ездила в рекламные туры в Испанию и во Вьетнам и один раз сопровождала группу туристов в Пекин. Феликс не смог к ней присоединиться. Его отпуск выпал на лето — самый горячий сезон для турагентов, когда Даша пропадала на работе с утра до позднего вечера. Феликс в это время вместе с матерью ездил проведать сочинскую бабушку.

— Конечно, улетим, милая, куда ты захочешь — в этом вопросе я тебе целиком доверяю, — отозвался Феликс.

Спасибо, что хоть в этом, подумала Даша.

— Но сначала отпразднуем с нашими родными и близкими, — непреклонно продолжил он. — Это же первая свадьба и для тебя, и для меня.

Даша поняла, что переубедить его не удастся: Феликс слишком консервативен для того, чтобы отказаться от традиционного празднества. А значит, будет все, что предусматривает стандартная программа: белое платье невесты, лимузин длиной с улицу, очумевшие голуби, пьяный банкет, выписанная из Сочи восьмидесятилетняя бабуля и родственники, которых жених с невестой видели пару раз в жизни и после свадьбы больше никогда не увидят. «Все как у людей», как любит говорить ее мама.

Пока ехали, Даша то и дело поглядывала на Феликса, пытаясь привыкнуть к мысли, что скоро он станет ее мужем. Феликс вел машину сосредоточенно и уверенно, Даша всегда чувствовала себя с ним спокойно и защищенно. Он прилежно соблюдал правила, вежливо пропускал других водителей и никогда не возмущался, если какой-то хам преграждал путь, — лишь едва заметно морщился, как от зубной боли, и Дашу это вполне устраивало.

Даша терпеть не могла грубиянов, общения с которыми ей хватало и по работе. В тот день, когда она встретила Феликса, ее как раз довел один из тех невыносимых русских туристов, из-за которых приличные русские за рубежом так не любят своих соотечественников. В довершение всех бед, у Даши выпала пломба, и следующая клиентка, приятная девочка с голливудской улыбкой, дала ей телефон своего стоматолога, который работал на соседней улице. Внимательный и интеллигентный доктор с серьезным взглядом и приятным голосом сразу же внушил Даше доверие, а явно влюбленная в него молодая медсестричка изрядно ее развеселила неловкими заигрываниями, на которые доктор Феликс Аркадьевич Смирнов никак не реагировал. Зато доктор Смирнов неожиданно среагировал на пациентку и пригласил на свидание. Еле двигая челюстью после наркоза, Даша прошамкала «да» и набрала свой номер на мобильном доктора. На следующий вечер они уже ели лазанью в итальянском ресторане и обсуждали европейские курорты, а когда Феликс подвез ее домой и прошел экзамен на вежливость за рулем, Даша подумала, что ей в кои-то веки повезло с поклонником. Феликс целомудренно поцеловал ей руку на прощание, чем совершенно сразил Дашу, привыкшую в конце первого свидания давать решительный отпор тем, кто распускал губы и руки. С тех пор Феликс ни разу не разочаровал ее и ничем не обидел. Он всегда относился к Даше с уважением и нежностью, рядом с ним она чувствовала себя прекрасной дамой, но в глубине души понимала, что обманывает Феликса, притворяясь той, кем не является. Рядом с ним она сама становилась сдержанней и благовоспитанней, укрощала в себе авантюристку, которая мечтала о прыжках с парашютом и дальних странствиях, и культивировала тургеневскую девушку, скромную, тихую и рассудительную.

— Милая, так что ты решила?

— Что? — Даша вздрогнула и сконфуженно замялась.

— Наверное, в уме уже платье выбираешь? — Феликс понимающе улыбнулся. — Я спрашивал, ты возьмешь мою фамилию или оставишь свою?

Даша в замешательстве застыла. Этот вопрос ей даже в голову не приходил. Ей нравилась ее девичья фамилия Крылатова, отражавшая вольный и мечтательный характер, легкость на подъем и любовь к путешествиям, которые привели ее в турбизнес. И она никогда прежде не примеряла фамилию Феликса к своему имени. Дарья Смирнова — звучит-то как строго и уныло! Девушке сделалось не по себе от мысли, что Даша Крылатова после замужества исчезнет, а ей придется стать незнакомой и чужой Дарьей Смирновой, окончательно завершив свое превращение из неугомонной попрыгуньи-стрекозы в скучную замужнюю даму.

— Даш, если ты не захочешь, я пойму. Тебе же столько документов менять придется… — Феликс продемонстрировал благородство, не оставив ей выбора.

— Конечно, я возьму твою фамилию! — с преувеличенным энтузиазмом заверила Даша. Это был единственный ответ, которого от нее ждал жених.

— Правда? — Феликс просиял белозубой улыбкой. Хоть для рекламы его же стоматологической клиники снимай. — Я так рад, милая! Для меня это важно.

— Для меня тоже, — солгала Даша. В конце концов, в душе она все равно останется Крылатовой.

То, что до загса они доехали без пробок, Лилия Александровна, без сомнения, посчитала бы очередным добрым знаком. У обочины ворковали голуби, на ступенях целовалась юная парочка, явно сбежавшая с урока. При виде чинно ступающих Даши и Феликса влюбленные посторонились, и юный Ромео принялся пылко утешать расстроенную до слез подругу:

— Ну, не переживай, Натусь. Поженимся следующим летом!

Девочка с длинными светло-русыми волосами и падающей на глаза челкой, напомнившая Даше саму себя в выпускном классе, взглянула на нее с откровенной завистью — ведь Даше не надо было ждать совершеннолетия, чтобы стать женой. Даша хотела бы ее утешить и ободрить, сказав, что год промчится быстро, но не стала лгать. Свою собственную любовь в том же возрасте она потеряла за несколько дней и с высоты своего печального опыта могла без труда предугадать, что любовь двух детей не выдержит отсрочки длиной в год. Поэтому Даша отвела глаза и торопливо шагнула в холл, пока Феликс учтиво придержал дверь.

В небольшом фойе царило радостное волнение, гудели голоса. Три пары разных возрастов дожидались своей очереди перед кабинетом, еще трое человек, включая сильно беременную девушку, заполняли анкеты за столиками. Из обрывков разговоров Даша расслышала «кольца»,«торжественная регистрация»,«фотограф», «свидетели»,

«музыканты» и оцепенела от волнения. Из ступора ее вывело слово «унитаз», которое выбивалось из свадебной тематики, как ворона из стаи белых голубей.

Феликс, напротив, головы не терял. Крепко держа Дашу за руку, он подошел к кабинету и расспросил ожидавших в очереди, на какое число сегодня регистрируют и где взять бланки. Самая нарядная из невест, стройная рыжая девица в обтягивающем синем мини-платье, принялась объяснять, томно глядя на Феликса. Это ее лопоухий жених отвлекся на рабочий разговор про унитазы по мобильнику, так что не видел, как его суженая вовсю строит глазки чужому жениху. А вот Даше это совсем не понравилось, хотя она и отметила про себя, не без самодовольства, что девушку понять можно, продавец унитазов проигрывал Феликсу и в росте, и в мужественности.

— Жди здесь, — велел Феликс Даше и с видом полководца, идущего в бой, ринулся в кабинет за заветными бумагами.

Оставшись в одиночестве, Даша с любопытством оглядела собравшихся. Самая молодая парочка, по виду студенты лет двадцати, держались за руки и заговорщически перемигивались. Оба в джинсах и футболках, с растрепанными прическами, словно в их головах ветер не просто гуляет, а штормит. Вот уж кто явно парит в облаках от любви! Смотреть на юных влюбленных без улыбки было невозможно. Они притягивали к себе внимание всех собравшихся, и каждый, глядя на них, вспоминал свою первую любовь и невольно им завидовал. Интересно, почему такие молодые решили пожениться, гадала Даша. По плоскому животу девушки нельзя заподозрить, что она беременна.

— Вот увидишь, как все наши обалдеют! — хихикнула невеста.

— Особенно твои предки, — хохотнул в ответ жених. — Ты уверена, что твоего фазера не хватит инфаркт?

Все понятно, усмехнулась Даша. Эти двое хотят доказать другим, что у них все серьезно. А на самом деле свадьба для них — просто юношеская забава.

Лопоухий торговец унитазами завершил разговор про толчки и смесители и взял под локоток свою ветреную невесту, явно перед ней заискивая. Не надо быть гадалкой, чтобы предсказать, кто в этой новой ячейке общества станет полновластным хозяином.

В третьей паре жениху с невестой немного перевалило за тридцать, и по их мягким улыбкам и теплым взглядам, направленным друг на друга, становилось понятно, что их счастье — долгожданное и выстраданное. Даша не удивилась бы, узнав, что в их паспортах уже есть отметки о предыдущих браках. Но только этот будет удачным и имеет все шансы стать золотым.

А вот насчет того, как долго продлится брак беременной невесты, Даша особых иллюзий не питала, при всей симпатии к девушке. Уж слишком кислым казалось лицо ее будущего супруга, уныло заполнявшего анкету.

Юная невеста со старомодной косой, похожая на красавицу из русской народной сказки, напротив, была полна энтузиазма. Она заполняла анкету с таким вдохновенным видом, словно готовилась к вступлению в брак с самого рождения и очутилась на седьмом небе от счастья оттого, что этот день обрел конкретную дату. Интересно, где же ее избранник? Наверняка хорош собой и пригож, как Иван-царевич.

Из кабинета с сияющим видом победителя вышел Феликс, вручил Даше листки с анкетами.

— Милая, ты пока заполняй, вот тебе еще мой паспорт, а я пойду квитанцию оплачу. — Он повернулся к словоохотливой невесте лопоухого. — Не подскажете, где здесь банк?

Та охотно пустилась в объяснения, послав Феликса за тридевять земель через перекресток налево, потом прямо и опять налево.

Не успел Феликс умчаться на поиски банка, соединяющего сердца, как в фойе вошла странная парочка — Баба Яга ушлого вида и чернобровый джигит с каменным выражением лица, по возрасту годившийся старушенции в правнуки. Все присутствующие с интересом воззрились на бабушку с внуком.

— Кто крайний на регистрацию? — прошамкала Яга.

Очередь шокировано безмолвствовала. Только самый молодой жених-студент не сдержал смешка, выдавив:

— Прикольно!

За что тут же получил тычок в бок от своей невесты, которая сама прилагала массу усилий, чтобы не расхохотаться.

— Так кто крайний, я спрашиваю? — нетерпеливо повторила бабка.

— Девушка, вы же последняя подошли, — окликнула Дашу невеста лопоухого. — Вы

стоите или нет?

Даша секунду непонимающе на нее таращилась.

— Жениться будете или как? — поддела ее та. — А то другим вон не терпится.

На миг Даша испытала желание сбежать отсюда подальше, но быстро взяла себя в руки и решительно ответила:

— Буду. — А затем кивнула Яге: — Мы последние.

— Так бы сразу и сказали! Голову морочите! — Яга недовольно каркнула и прошаркала к свободному стулу. Джигит двинулся за ней, как привязанный.

— А анкету вам не надо заполнить? Квитанцию в банке оплатить? — насмешливо поинтересовалась невеста лопоухого.

— У нас уже все заполнено, — отрезала старуха.

— А-а-а, не первый раз замужем, — понимающе протянула невеста и шепнула лопоухому: — Фиктивный брак! Я про таких ушлых Шапокляк в газете читала. Они за год могут по пять раз жениться!

Яга, не обращая внимания на пересуды, достала очки и газету с кроссвордами, послюнявила карандаш и принялась решать головоломки. Безмолвный джигит нашел занятие поинтереснее: он пожирал глазами стройную эффектную брюнетку лет двадцати, которая тосковала у стенда с образцами заявлений. Даша мысленно окрестила ее Белоснежкой за фарфоровую кожу и гладкую волну черных волос до пояса. Безучастная ко всему худышка была упакована в узкие джинсы и короткий топик, приоткрывающий полоску впалого живота. У нее были узкие запястья, красивый маникюр винного цвета, крупный бриллиант на пальце и вселенская хандра в глазах, которые казались черными омутами. Неужели она поругалась со своим принцем в день подачи заявления? Кстати, где же он сам? Из кабинета бодрым шагом вышел низенький мужичок с залысинами, одетый в костюм, приблизился к Белоснежке и радостно сообщил:

— Все уладил!

А вот и добрый гном! Не иначе, родственник или папаша. Даша не успела восхититься отеческой заботе, как мужичок собственнически обвил красотку за узкую талию и чмокнул в губы, сообщив:

— Поженимся в двенадцать, как и хотели! — А затем обвел самодовольным взглядом других мужчин. Видали, мол, неудачники, какую я себе принцессу отхватил?

На миг глаза девушки сделались совсем больными, словно ей сообщили о смертном приговоре. Но уже в следующую секунду она медоточиво улыбнулась коротышке, который едва доставал ей до плеча и годился в отцы:

— Ты мой герой!

Даша с жалостью посмотрела вслед паре. Жизнь — не сказка. И современные Белоснежки выходят замуж за богатых гномов, а не за прекрасных и обычно нищих принцев. Наверняка свадьбу устроят пышную, а невеста, на зависть подругам, будет блистать в шикарном белом платье от знаменитого дизайнера и в дорогих бриллиантах. Только когда рядом гном вместо принца, удел Белоснежки — глухая тоска и невыплаканные слезы.

Даша спохватилась, что стоит посреди коридора с незаполненными анкетами в руках, и присела за стол к русской красавице, которая уже заполнила один бланк и принялась за следующий. Девушка солнечно ей улыбнулась и сдвинула бумаги в сторону, освободив половину стола.

Даша положила анкеты, достала свой паспорт в легкомысленной морской обложке с ракушками, который странно смотрелся рядом с паспортом Феликса в прозрачной пластиковой обложке. «Не пара, не пара, не пара», — пронесся в голове обрывок песенки. Даже паспорта у них с Феликсом не подходят друг другу. Сумеют ли они сами построить счастливую семью? Крепкую и надежную, как Феликс, и веселую и яркую, как Даша.

— У вас ручки нет? — У русской красавицы был медовый голос и юное свежее лицо без косметики. Вблизи она казалась совсем девчонкой. Ей едва ли исполнилось двадцать.

— Что? — вздрогнула Даша. — Ах да, ручка! А ведь ручки у меня нет, вы правы.

— Возьмите, у меня есть запасная. Я на всякий случай четыре взяла. Как знала, что пригодятся.

— Спасибо. — Даша улыбнулась, вспомнив старый анекдот про предусмотрительного пассажира, который в автобусе компостировал пять билетов — опасаясь, что потеряет их. А на случай потери пятого у него был проездной. Похоже, девушке так хочется замуж, что она запаслась обоймой ручек. А может, у нее и запасные женихи имеются, на случай, если первый передумает? Девушка ясно улыбнулась ей и продолжила увлеченно заполнять анкету. Даша тут же устыдилась своих мыслей и уткнулась в свой собственный бланк. У таких открытых и чистых девчонок, как ее соседка, жених может быть только один-единственный. И судя по сверкающим, как озера, голубым глазам, красавица уж точно выходит замуж по большой любви за прекрасного принца, а не за богатого толстосума.

Даша механически заполняла сведения о себе — возраст, паспорт, адрес, отметив, что путевка в семейную жизнь мало отличается от визы в другую страну, которые ей приходится оформлять постоянно. Вот только при въезде за границу таможня поинтересуется целью поездки (работа, учеба, отдых, другое) и ее продолжительностью, а в загсе никого не волнует, с какой целью люди вступают в брак (любовь, расчет, месть, фиктивный брак и еще миллион самых разных и неожиданных причин) и как надолго планируют там оставаться. Может, оно и к лучшему, решила Даша. В противном случае, она бы так сразу и не нашлась, что ответить на два этих простых вопроса.

Она быстро заполнила все графы и споткнулась на пункте о смене фамилии. Крылатова или Смирнова? Смирнова или Крылатова? Не предаст ли она саму себя, взяв фамилию Феликса? Но ведь она ему уже пообещала… Крепко стиснув ручку, Даша вывела в воздухе над листком букву С и уже собиралась повторить ее на бумаге, как вдруг.

— Ну что, ты еще готова стать моей женой? Надеюсь, я отсутствовал не слишком долго, чтобы ты меня забыла?

Ручка дрогнула в сантиметре от бумаги. Даша подняла глаза и остолбенела. Перед ней стоял Антон Задорин, первый парень в 11-м «Б» и ее первая и самая незабываемая любовь.

— Дашка? Крылатова, ты? — поразился он, и его губы тронула улыбка, которая когда-то свела ее с ума, а теперь лишила дара речи.

Даша молча пялилась на Антона, отмечая произошедшие в нем перемены.

Вопреки ее надеждам на спасение, Задорин не подурнел, не располнел и не обрюзг, как большинство их одноклассников. Напротив, симпатичный мальчишка, который вскружил Даше голову, повзрослел и стал на десять лет интереснее. Такого Антона — с выгоревшими добела на солнце волосами, въевшимся в кожу тропическим загаром, с трогательно-белыми морщинками у глаз, с глубоким, словно Марианская впадина, взглядом и с необычной татуировкой-ящерицей, убегающей от запястья к локтю, — Даша не знала. Но безумно хотела узнать. Открыть его заново, как другую страну, в которой раньше бывал только ребенком. Пробежаться по старым улочкам, отмечая произошедшие с ними изменения, и надолго застрять на новой площади, которой еще не было в твой прошлый визит, но которая так удачно дополняет облик города, отражая его современность, что невозможно не влюбиться. Хотелось схватить Антона за руку, убежать в цветущий парк, болтать обо всем, что случилось с ними за эти годы, остановиться у куста сирени, взглядом спросить: «Помнишь?» — а потом решиться задать самый главный вопрос, который мучил ее все эти годы: почему Антон уехал из города, не простившись с ней?

— Дашка, вот это встреча! — Первое изумление в глазах Антона сменилось жадным любопытством. Антон разглядывал ее так, словно фотографировал, подмечая малейшие нюансы.

Выгляжу, как замарашка, запаниковала Даша. Если бы она только знала, что встретит Антона, то обязательно накрасила бы ресницы погуще, мазнула по губам блеском, надела что-нибудь поженственнее привычных футболки и джинсов и ни за что бы не стала собирать волосы в хвост, как школьница.

— Тебя обратили в вампира? — внезапно спросил Антон, его яркие синие глаза

насмешливо сверкнули.

Похожа на покойницу, еще больше смешалась Даша и не смогла вымолвить ни слова.

— Ты не изменилась ни на день, — заметил Антон, продолжая гипнотизировать ее взглядом. Родинка рядом с бровью, которую Даша так любила когда-то, озорно ей подмигнула. — Выглядишь так, как будто сбежала с урока физики.

От этого намека Дашу бросило в жар, словно прохладный холл загса вдруг заполнился полуденным египетским маревом. С уроков физики она сбегала дважды. Вместе с Антоном. Они гуляли в парке и целовались у пышно цветущих кустов сирени. Потом ветки сирени, обломанные Антоном, стояли у Даши на кухонном столе. Рядом лежали раскрытые учебники, но вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, девушка мечтательно таращилась на цветы. В таком виде ее и застала вернувшаяся с работы мать. Лилия Александровна тогда неодобрительно косилась на сирень и бубнила, что добром это не кончится. А Дашина душа парила от счастья, и она бы ни за что и никому не поверила, если бы ей тогда сказали, что совсем скоро Антон исчезнет из ее жизни, даже не простившись.

— Так вы знакомы? — внезапно вмешалась русская красавица.

Ей-то какое дело, раздраженно покосилась Даша.

— Аленушка, это Даша, моя одноклассница, — белозубо улыбнулся Антон, приобнимая девушку за плечи.

Только Даша, все чувства которой были обострены до предела, заметила секундную заминку, с которой Антон обозначил ее место в своей жизни. «Моя одноклассница, — так же молниеносно пронеслось в голове Даши. — Не моя первая любовь. Не девушка, которую я целовал под кустом сирени. Всего лишь одна из множества лиц в школьном альбоме». Вот кто она для того, о встрече с кем Крылатова мечтала все эти годы. Как больно! Но еще не настолько сильно, как услышать вслед:

— Даша, а это Аленушка, моя невеста.

Наверное, когда вампиру вбивают в сердце осиновый кол, это не так мучительно, как смотреть в сияющие глаза невесты Антона. Аленушка, механически отмечает Даша, ну, конечно, какое еще имя может быть у русской красавицы?

— А вы тоже замуж выходите? — безоблачно улыбается Аленушка, не подозревая о том, какая гроза бушует в сердце Даши. — Вот здорово, поздравляю!

— А где твой жених? — добивает Дашу Антон и смотрит куда-то ей за спину, откуда доносится унылый бубнеж: «Унитазы, гарантия пять лет, монтаж и установка бесплатно».

— Нет-нет, — отмирает Даша, оглядываясь на лопоухого продавца сантехники. Как Антон только мог подумать, что она собралась замуж за этого хоббита!

— А я его видела, — встревает Аленушка. — Интересный такой мужчина. Он в банк ушел квитанции оплачивать.

— А я уже все оплатил, — Антон с победным видом трясет бумажкой с чеком, и невеста радостно целует его в загорелую щеку с крошечными светлыми щетинками.

Даша не может унять нахлынувшей ревности: когда она целовалась с Антоном, он еще не брился, и теперь ей мучительно хочется коснуться губами этого нового, непривычного ей, но по-прежнему желанного мужчины с глазами цвета моря. Просто наваждение какое-то!

— Так что же мы стоим! — торопится его невеста, оглядываясь на кабинет, откуда выходят довольные студенты. — Пойдем скорей, сейчас уже наша очередь.

Сладкая парочка исчезает за дверью, нарядная кокетка с недовольством косится на будущего мужа, который оглашает стены загса низкими разговорами об унитазах, а Даша возвращается за стол к своим бумажкам.

Какая ирония в том, что именно невеста Антона дала ей ручку, чтобы заполнить анкету для бракосочетания с Феликсом! Даша механически заполнила оставшиеся графы, потом анкету Феликса. Из кабинета вышли Антон с невестой. Аленушка сияла, как будто выиграла миллион, и приветливо махнула Даше рукой.

— А мы все!

— Поздравляю, — с фальшивым энтузиазмом откликнулась Даша, избегая смотреть в глаза Антону, и вернула его невесте ручку. — Спасибо, очень выручили.

— На двадцатое июня записались, на одиннадцать, — радостно сообщила Аленушка. — А вы когда хотите? После нас на 11.20 время свободное. Давайте в один день поженимся, вот будет здорово!

Даше было невыносимо смотреть в ее сияющие глаза, озаренные ожиданием будущего счастья, слышать ее звенящий от радости голос. Аленушка даже не подозревала о том, как крепко когда-то были связаны Даша с Антоном. Они целовались под сиренью, когда сама Аленушка только ходила в младшие классы. И вот теперь эта искренняя и непосредственная девочка с голубыми глазами-озерами и роскошной косой Рапунцель отнимает у нее Антона. Уже навсегда.

— Аленушка, милая, — поумерил ее пыл Антон, — у Даши свои планы…

— Почему же, отличная идея! — Даша с вызовом вскинула голову. — Пригласим всех наших одноклассников, очень удобно для них — две свадьбы сразу в одном месте.

От взгляда Антона, задумчивого и откровенного, Даше сделалось не по себе. Так Антон смотрел на нее в тот памятный день у него дома, когда его тетка уехала на дачу, а Даша пришла к нему с полной сумкой учебников. Даша тогда только успела открыть учебник и прочитать две строчки, а потом рука Антона нетерпеливо скользнула ей под майку, и учебник упал на пол. Нельзя так смотреть на другую женщину, когда у тебя на локте висит законная невеста. и щебечет, и щебечет!

Феликс появился как раз вовремя, чтобы спасти Дашу от этой невыносимой пытки — взглядами Антона и чириканьем его невесты.

— Даша, ну как ты тут? — Ее жених запыхался от быстрой ходьбы и нетерпеливо махнул рукой с оплаченными квитанциями. — Все заполнила? Наша очередь еще не подошла?

— Феликс, познакомься, это мой одноклассник Антон, — вложив в голос как можно больше равнодушия, представила Даша, — и его невеста Алена.

Невозможно было удержаться, чтобы не сравнить двух мужчин — из ее прошлого и настоящего. Антон был эффектней, привлекательней и обаятельней. Она бы не заметила в толпе такого, как Феликс, но непременно обратила бы внимание на такого, как Антон. Однако в Феликсе чувствовались уверенность и благонадежность мужчины, который станет для своей избранницы каменной стеной, чего не скажешь об Антоне. И, чувствуя это, Аленушка взглянула на Дашиного жениха с явной симпатией.

— Место встречи изменить нельзя, — неуклюже пошутил Феликс, пожимая Антону руку.

Феликс был старше Антона всего на год, но казался взрослее лет на десять. Короткая

стрижка, рубашка с галстуком и брюки придавали ему солидности депутата. Дашу всегда удивляла эта любовь Феликса к деловому стилю. Стоматолог, не связанный дресс-кодом и проводящий смену в халате врача, вполне мог позволить себе неформальные джинсы и джемпера. Однако Феликс был ярым приверженцем строгих костюмов, как и его отец-юрист. Антон на его фоне выглядел мальчишкой: волосы у него были средней длины, как у киноактера, одет он был в джинсы и футболку, а татушка на руке, с которой невозможно было представить Феликса, придавала загадочности.

— А вот время выбрать можно, — встряла Аленушка. — Разве это не чудесно — пожениться в один день?

— Ну все, Рапунцель, угомонись.

Антон чмокнул невесту в щеку, а у Даши зашлось сердце от боли. Это у нее когда-то было прозвище сказочной героини, которым ее ласково называл Антон. И вот теперь у Антона другая девушка, невеста, которой он по старой привычке придумал нежное прозвище, взяв имя модной диснеевской мультяшки. И ведь как оно ей идет, подчеркивая ее наивность, неискушенность в жизни и открытое сердце, какие бывают только у домашних девочек не старше двадцати лет.

— Рад был тебя повидать, — во взгляде Антона читалось гораздо больше, чем в дежурных словах. Аленушка, по своей наивности, разумеется, этого не заметила. А Феликс, к счастью, отвлекся на выходящих из кабинета. — И поздравляю. Рад, что у тебя все хорошо.

Как бы Даша хотела, чтобы слова Антона были правдой!

— Идем, милая, — Феликс нетерпеливо подтолкнул ее к кабинету.

Из кабинета вышла фиктивная парочка: джигит с Бабой Ягой, каким-то образом умудрившиеся проскочить вперед них. Феликс придержал дверь, пропуская Дашу. «Что же мы делаем? — панически подумала она. — Чем мы лучше их? Я ведь не люблю Феликса, пора в этом признаться. Зато он меня любит. А в любви всегда только один любит, а другой позволяет себя любить. Антона я любила — и к чему это привело? Уж лучше пусть меня любит Феликс».

С решительным видом Даша шагнула к столу служительницы Купидона, положила анкеты и паспорта и смиренно присела на стул, пока дама проверяла документы. Феликс держал невесту за руку, словно боясь, что она убежит.

— Дарья Андреевна, вы фамилию мужа будете брать? — строго поинтересовалась у нее служительница Купидона.

— Буду, я же там написала, — раздраженно ответила Даша.

— Фамилия вашего мужа Смирнов, а вы написали — Задорин, — дама вопросительно взглянула на нее поверх узких очков.

На миг Даше почудилось, что регистраторша все про нее знает: начиная от продавленного дивана в комнате Антона, где семнадцатилетняя Даша лишилась майки и джинсов, до встречи с бывшим возлюбленным в коридоре загса. Ну, конечно, она догадалась, поняла Даша. Не про диван, а про ее роман с Антоном. Не надо быть мисс Марпл, чтобы сложить два и два. Не прошло десяти минут, как сотрудница принимала документы у Антона Задорина и его невесты, а теперь в кабинет ввалилась полуобморочная Даша, которая выходит замуж за Смирнова, а в анкете пишет чужую фамилию.

— Милая, ты что, ошиблась? — удивился Феликс.

Дама выжидающе посмотрела на девушку, глаза за стеклами очков блеснули, словно призывая Дашу к смелому решению.

— Конечно, ошиблась! — смалодушничала Даша. — Я волновалась, а в коридоре такой шум. Тот тип, с унитазами, все повторял эту фамилию, несколько раз, по слогам. Я и не заметила, как написала ее!

Дама поскучнела, словно разом потеряв к Даше интерес. Будто бы она ждала от Даши, что та заберет заявление и не станет выходить замуж за Феликса.

— Бывает, — кивнула регистраторша, протягивая Даше новый бланк. — Заполняйте. А с вами, Феликс Аркадьевич, давайте пока выберем дату бракосочетания. Вот, например, замечательное время — двадцатое июня, суббота, 11.20.

Даша оторвалась от анкеты и бросила на служительницу Купидона подозрительный взгляд: она что, издевается? Видит же в своем листе, что в одиннадцать будут бракосочетаться Задорины.

— Очень удачно, — выдержав ее взгляд, женщина продолжила нахваливать время Феликсу: — Не слишком рано вставать придется, и на прогулку по городу после регистрации успеете съездить до ресторана.

— Нам это подходит, — уверенно заявил Феликс. Даша даже рта открыть не успела.

Прекрасная ее ждет свадьба: она с Феликсом в загс, а им навстречу — Антон в черном

костюме жениха с Аленушкой в свадебном платье, наверняка еще и на руках невесту вынесет! Она раздосадованно взглянула на служительницу загса, подстроившую такую подлянку, и ей показалось, что в глазах той мелькнули понимание, сочувствие и сожаление. Словно когда-то давно женщина пережила то же, что и Даша сейчас. И словно бы хотела помочь ей, только не знала, как.

На выходе из загса Феликс ее удивил — внезапно подхватил на руки.

— Что ты делаешь? — ахнула от неожиданности Даша.

— Тренируюсь! — счастливо объявил жених, спустился с ней по ступеням и направился к припаркованным машинам.

— Ну все, пусти! — взмолилась Даша. Но Феликс донес ее до самой машины.

Проезжающий по дороге автомобиль прогудел им, как молодоженам, из окошка высунулся веселый лысый водила и прокричал:

— Горько!

Феликс с готовностью потянулся к Даше, но та ловко уклонилась от поцелуя и скользнула в салон:

— До свадьбы нельзя!

Феликс сел за руль, шутливо проворчав:

— Ну и скромная же мне попалась невеста!

— Вот уж повезло так повезло! — поспешно отшутилась Даша и, боясь, как бы Феликс снова не вспомнил о поцелуях, раскрыла журнал со свадебной рекламой, который вручили в загсе.

Машина плавно тронулась с места, а у Даши все поплыло перед глазами: с глянцевой странички на нее смотрел смеющийся Антон в смокинге жениха, который удивительно шел ему, делая похожим на голливудского киноактера на церемонии вручения «Оскара». Но куда удивительней оказалось другое: Антон обнимал невесту в белом платье, и этой невестой была сама Даша!

— Что ты там такое увидела? — Голос Феликса отрезвил, как стакан ледяной воды прямо в лицо.

Даша моргнула, и наваждение прошло: теперь парочка моделей, натужно скалившихся со страниц журнала, ничем не напоминала ее и Антона.

— Ничего, — Даша торопливо закрыла журнал, — просто как представлю, сколько всего предстоит, голова кругом. Платье, ресторан, тамада… Может, обойдемся без всего этого? — Она умоляюще повернулась к Феликсу.

— Даш, мы же обо всем договорились, — терпеливо напомнил Феликс. Наверное, таким же голосом он уговаривает своих маленьких пациентов открыть рот, убеждая, что лечить зуб совсем не больно.

— Да, конечно, извини, — поникла Даша, отвернувшись к окну.

Она подумает об этом, когда-нибудь, только не сегодня. Невозможно планировать свадьбу с Феликсом сразу после встречи, разбередившей душу. Нужно остыть и очистить голову от старых воспоминаний, прежде чем забивать ее фасонами платьев и праздничным меню.

— Я понимаю, что взваливаю на твои плечи кучу хлопот, и готов по мере сил в них участвовать, — пообещал Феликс и, остановившись на светофоре, включил радио.

Даша его не слышала: широко раскрытыми глазами она смотрела на юную парочку, которая шла вдоль обочины, держась за руки. Парень что-то оживленно рассказывал, а девушка смотрела на него влюбленными глазами, не замечая ничего вокруг. Эти двое были Даше прекрасно знакомы — это она сама и Антон, семнадцатилетние, увлеченные друг другом. Словно граница между современностью и прошлым на миг стерлась, дав Даше заглянуть на десять лет назад.

— Даш, да где ты витаешь? — Голос Феликса снова привел в чувство, и Даша поняла, что перед ней не призраки прошлого, а двое старшеклассников, которые свернули к ее школе. За окном мелькнуло знакомое красное здание, обнесенное зеленым забором.

— Извини, — выдавила она и, повинуясь минутному порыву, выпалила: — Можешь высадить меня здесь?

— Зачем? — удивился Феликс. — Ты разве не торопишься на работу?

К счастью, Даше не пришлось врать: у жениха зазвонил телефон, и, чмокнув Феликса на прощание, она выскользнула на тротуар. Сзади нетерпеливо засигналила машина, и Феликс уехал. А Даша торопливо шагнула за ограду, навстречу воспоминаниям, которые хлынули к ней кадрами кинофильма.

Вот Даша и Антон, крадучись, выходят на крыльцо. У Даши замирает сердце: никогда раньше она не сбегала с урока. Оказывается, это так весело и волнующе, когда рядом — Антон Задорин. Они вприпрыжку сбегают с крыльца, заговорщически перемигиваясь и пригибаясь, пробегают под окнами директора и торопливо минуют дорожку до калитки — ура, свобода! Даша запрокидывает голову, подставляя лицо тусклому осеннему солнцу, которое сейчас пылает ярче миллиона светил. А Антон тянет ее к ларьку с мороженым, чтобы отметить ее первый в жизни побег самым сладким в мире пломбиром. Пломбиром со вкусом первого поцелуя.

А вот Даша, замечтавшись, бредет по школьному двору темным зимним утром, мимо пушистых, как белые облака, сугробов. Вместо того, чтобы повторять правила перед контрольной, она думает о том, как встретит Антона. Она не видит парня, который затаился за сугробом, как не видит снежка, который летит прямо в лицо, залепляя глаза и тая мороженым на губах. А потом розовощекий, широко ухмыляющийся Антон называет ее Снегурочкой, смахивает снежинки с ее ресниц, а снег на губах тает под его смелым и горячим поцелуем. Губы потом будут гореть всю контрольную, которую девушка, к огорчению учительницы, напишет на тройку. Но Даше не будет до этого никакого дела. Пусть хоть весь дневник отличницы заполнят тройки, разве это важно, если у нее есть Антон, а вместе с ним — все счастье мира?

Вот они с Антоном, уже весной, выходят со школы под проливной дождь, ее зонт раскрывается в руках Антона большим ярким цветком и взмывает над головой. Даша зябко прижимается к своему спутнику, и они торопливо прыгают между пузырящихся луж, хохоча и дурачась.

А вот, разгоряченные и взбудораженные, вываливаются на крыльцо после школьной дискотеки. Над головой мерцает полная луна, и Антон называет Дашу своей лунной девочкой. Сердце тает, как шоколадная плитка на залитом солнцем подоконнике. Антон, дурачась, изображает лунную походку Майкла Джексона, а потом, притворяясь вампиром, целует Дашу в шею. И бледные московские звезды вдруг разом вспыхивают, ярче сотен софитов, и все вокруг кажется волшебным и необыкновенным…

Школьный звонок раскатистым эхом пронесся по зданию, вырвав Дашу из сладкого плена воспоминаний. Вздрогнув, она поняла, что стоит на крыльце. Распахнулась дверь, пропуская наружу… Феликса.

— Что вы здесь делаете? — строго поинтересовался он.

Даша в ужасе зажмурилась и выпалила:

— Феликс, это не то, что ты думаешь, я все объясню!

— Пьяная, что ли? — рявкнул ее жених чужим прокуренным басом.

Даша открыла глаза: перед ней стоял незнакомый мужчина в форме охранника и с квадратной физиономией Валуева. Принять его за интеллигентного Феликса, в самом деле, можно было только в состоянии опьянения. Только опьянение тоже бывает разным — и не всегда от алкоголя.

Чувствуя слабость в коленях и головокружение, Даша пролепетала извинения и, как провинившаяся школьница, скатилась с крыльца. Что-то хрустнуло под ногами, земля покачнулась, и Даша с трудом удержала равновесие. На асфальте остался лежать каблук. Она досадливо вздохнула и, прихрамывая, заковыляла в сторону дома. Путь ее лежал по давно нехоженому маршруту, с каждым изгибом которого были связаны особенные воспоминания, и Даше только и оставалось, что отмахиваться от настойчивых призраков прошлого.

Дома на нее набросилась Лилия Александровна, желавшая знать все подробности подачи анкет, так что Даша по-быстрому сменила туфли и заторопилась на работу. На сломанный каблук мама отреагировала с неуверенным энтузиазмом, нетвердым голосом пообещав, что это на счастье.

Глава 3

Семейная ценность

На работу Даша приехала на два часа позже обычного. Ее уже дожидалась требовательная и нетерпеливая клиентка с говорящей фамилией Доставалова, жаждущая вылететь в Грецию. В прошлый раз пожилая дама, впервые выезжающая за границу, дотошно выбирала отель и совсем извела Дашину коллегу Яну Злыгостеву, не отличавшуюся терпением и добродушием. К Злыгостевой тогда пришли другие клиенты с документами на визу, и Яна с радостью передала трудную клиентку Даше. Даше пришлось проявить все свое терпение и потратить на даму еще час, но та в итоге ушла довольной. Зато теперь не преминула высказать свое недовольство Дашиным опозданием. Однако стоило Даше заикнуться о загсе и подаче заявления, как мадам Доставалова сразу сменила гнев на милость и удивительным образом подобрела. «Все-таки в положении невесты есть свои преимущества», — оптимистично рассудила Даша, выдавая путевки и загранпаспорта с визой.

— А мы с мужем впервые за границу едем, свадебного путешествия у нас толком и не было, — разоткровенничалась женщина. — И вот в этом году жемчужная свадьба, тридцать лет в браке. Сыновья решили сделать нам подарок и отправить за границу.

— Прекрасные у вас сыновья, — горячо похвалила Даша. Побольше бы таких детей — и она никогда не останется без работы.

— Да, они у нас молодцы, — расцвела клиентка. — Они сами где только не были, а мы все никак не решались. И Грецию они нам посоветовали, и вашу турфирму. Только я теперь так волнуюсь — вдруг что-то пойдет не так?

— Езжайте отдыхать, переживать не о чем. С нашей турфирмой вы как за каменной стеной, — успокоила ее Даша. — Вот увидите, на Крите вас ждет незабываемый отпуск.

— Спасибо, Дашенька! Жаль, что вы уже выходите замуж.

Даша непонимающе заморгала.

— Младшенький мой пока не женат, — поделилась своей заботой клиентка. — А он парень — хоть куда! Добрый, щедрый, хозяйственный. В банке работает, в бассейн ходит, три иностранных языка знает…

«Не в языках счастье», — хотелось ответить Даше. А в чем тогда? В какой-то особенной химии, которая возникает между двумя людьми, когда от одной улыбки теряешь голову, а от одного взгляда хочется петь и плясать? Когда встречаешь человека десять лет спустя и кажется, что любишь его, как и прежде?

— Сейчас знаете, какой красавец вырос? Огромный, пушистый, и усы — во!

Даша в замешательстве уставилась на даму, изобразившую усы торчком не меньше полуметра. Ничего себе у нее сынок! Просто Бармалей какой-то!

— А добрый какой, а ласковый! — увлеченно нахваливала любящая мамаша. — Как я в гости приду, так он за мной по пятам ходит, все со мной разговаривает. А на диван сяду — так он сразу ко мне на колени.

— Да что вы говорите! — с фальшивым восторгом воскликнула Даша.

Неудивительно, что этот великовозрастный Бармалей не женат. С подобной щенячьей любовью к матери он и до пенсии не женится. Бывают же на свете такие экземпляры! Как ей повезло, что Феликс не такой.

— А умный какой! — продолжала умиляться любящая мамаша. — Представляете, Дашенька, как завидит футбол по телевизору, так садится перед экраном и смотрит-смотрит, головой так и вертит, за мячиком следит.

— Да, это большое достижение, — скептически протянула Даша.

— Кто бы мог подумать, что из такого задохлика красавец вырастет! — восторженно заахала безумная мамаша. — Теперь все соседские киски ему прохода не дают.

— Так что же он не женится? — промычала Даша.

— Кто, Шуберт? — недоуменно захлопала глазами Доставалова.

— Нет, блин, Моцарт! — рассердилась Даша и взглядом поискала охрану: клиентка совсем куку, пора изолировать ее от других посетителей, пока репутация турфирмы не пострадала.

— Дашенька, вы, наверное, переволновались из-за свадьбы, — с материнским сочувствием молвила мадам Доставалова. — Шуберт не может жениться, он же кот.

— Кто? — поразилась Даша.

— Ну я же вам рассказываю, — укоризненно взглянула на нее женщина. — Шуберт — это кот моего сына. Костик подобрал его на улице больным котенком, его собаки подрали. А Костик его выходил, вылечил.

Даша поперхнулась смешком и хрюкнула:

— Извините.

— И теперь им обоим нужны заботливые женские руки, — многозначительно заметила мать хозяина кота Шуберта и пристально взглянула на Дашу.

— Я не могу, я уже невеста, — поспешно открестилась та.

— А другие девочки? — Доставалова с любопытством оглядела большой зал турфирмы, в котором стояло шесть столов, а за ними сидели шесть фей дальних странствий. — Кроме вот этой, — понизила она голос, покосившись на Яну, не сумевшую угодить ей в прошлый раз. — С ней мы, боюсь, не уживемся.

— Увы, все остальные заняты, — заговорщически сообщила Даша. — Одна у нас невеста на выданье осталась. — Она указала взглядом на Яну, которая сегодня особенно была похожа на сексапильную дьяволицу из фильма «Ослепленный желаниями». Темные гладкие волосы, красная помада, узкий сарафан-карандаш и яркий маникюр. Мужчины-клиенты обычно были от нее без ума, а женщины ее терпеть не могли.

— И я понимаю, почему, — скривила губы клиентка. — Эх, где бы мне взять добрую, заботливую, домашнюю девочку для моего Костика?

«Купите на рынке», — вертелось у Даши на языке.

— А может, — Доставалова с мольбой взглянула на нее, — кто-то из ваших подруг, Дашенька?

Таким запросам соответствует разве что Аленушка, мрачно подумала Даша, но это домашнее счастье уже прибрал к рукам хваткий Антон. А в ответ на выжидающий взгляд клиентки покачала головой:

— Все мои уже замужем, одна я запоздала.

— Если кого-то вспомните, то сразу звоните мне! — не сдавалась женщина, и Даша послушно закивала.

Наконец, жемчужная жена и озабоченная мать холостого сына сгребла со стола бумаги и паспорта и, сто раз поблагодарив Дашу за внимательность и сердечность, двинулась к выходу.

Даша с облегчением вздохнула. Бывают же клиенты, которые выпьют из тебя все силы! А ведь еще и обед не настал.

— Дашенька! — Доставалова задержалась на пороге и радостно замахала ей рукой. — Еще раз поздравляю! Желаю семейного счастья! И детишек побольше! Плодитесь и размножайтесь!

Когда за нею захлопнулась дверь, сконфуженную Дашу тут же обступили любопытные коллеги.

— Даша, ты что, замуж вышла? Даша, ты беременна?

— Крылатова, ты в декрет собралась?! — примчалась из отдельного кабинета встревоженная начальница Стелла Анатольевна.

— Пока только замуж, — оправдывалась Даша.

— За кого, за Зубастика своего? — оживилась вредина Яна.

— Он стоматолог, — обиженно поправила Даша. Вот не надо было жалеть Яну, когда у той сломался зуб, и отправлять ее к Феликсу. Работой Феликса Яна осталась довольна, как и скидкой, которую он сделал по знакомству. Но с тех пор все время поддразнивала Дашу, напевая: «Зубастик, милый мой зубастик» — на мотив популярной некогда песенки про бухгалтера.

— Молодец, Крылатова, — одобрила Стелла Анатольевна, — турагент должен быть с голливудской улыбкой. А она тебе теперь до старости обеспечена.

— В старости у меня будет голливудская челюсть, — хмыкнула Даша.

— «А счастье будет, если есть в душе поко-о-ой!» — дурашливо пропела Яна и заявила: — Правильно, Даш, замуж надо выходить по расчету. Ну, на крайний случай, по залету!

Вот ведь вредина, с досадой подумала Даша. Не зря у нее фамилия Злыгостева — отражает ее невыносимый характер.

— Дашка, ты, что ль, беременная? — молодецки гаркнул от двери шкафоподобный охранник Леша. — Поздравляю! Кого хочешь — девку или пацана?

— Я не беременна, — рявкнула Даша. — А когда буду, ты узнаешь об этом первым!

Окончание фразы привело холостого Лешу в полное смятение чувств, и он нырнул обратно в свой закуток у лестницы.

— А Феликса я люблю, — она с вызовом взглянула на Яну. — Он мужчина моей мечты.

— Ну конечно, — тихо прыснула Яна, — люблю — не могу!

И вернулась за свой стол, всем своим видом давая понять, что Даша — обманщица, каких свет не видывал.

— А когда свадьба? — набросились на Дашу другие коллеги.

— Как праздновать будете?

— А платье ты уже выбрала? Я могу подсказать салон, в котором моя подружка покупала.

— Да ну, салон! Даш, ты же не хочешь быть как из инкубатора? У меня тетя работает в ателье, она тебе эксклюзив сошьет, все ахнут!

— А голуби будут?

— Ой, не надо голубей! На свадьбе моей сестры они так перепугались, что нагадили ей на платье. Представляете, какой конфуз?

— А тамаду вы будете нанимать? А музыкантов?

— Одно я могу сказать точно, — перебила болтушек Даша, — свадебный тур я закажу через нашу турфирму.

— А куда вы поедете? — мгновенно оживились коллеги. — В Париж? В Венецию? На Бали? В Доминикану?

— Я хочу на Мальдивы, — призналась Даша.

Она давно присмотрела себе в базе турагентства крошечный живописный островок, и его фотография стояла заставкой у нее на рабочем компьютере. Даше казалось, что чем больше она смотрит на картинку, тем ближе становится ее мечта.

Интересно, ей удастся уговорить Феликса на поездку сразу после загса? Или придется подстраивать свадебное путешествие под график его пломб и имплантатов и в итоге все лето провести в дождливой Москве?

Дальше закружила рабочая суматоха, и только к концу дня у Даши появилось свободное время. Коллеги уже засобирались по домам, а Даше надо было дождаться позднюю клиентку, чтобы передать паспорта и путевки перед завтрашним вылетом в Испанию. Пользуясь передышкой, она набрала мобильный отца.

— Здравствуйте, профессор, — улыбнулась девушка в трубку.

— Дашенька, — обрадовался тот, — как ты, дочка?

— Лучше всех, пап, — бодро отрапортовала Даша. — Замуж выхожу!

— Вот дела! — поразился Андрей Романович. — За этого своего?

В отличие от матери, отец не питал к Феликсу особенной симпатии, и Даша списывала это на отцовскую ревность.

— Этого зовут Феликс, — вступилась она за жениха.

— Спасибо, что не Фердинанд, — проворчал отец. — Подумать только, у моих внуков будет отчество Феликсович!

— Ну, до внуков еще далеко, — засмеялась Даша.

— Точно? — с подозрением уточнил Андрей Романович. — Ты, Даш, гляди, предупреждай заранее, чтобы я успел свыкнуться с ролью деда, отрастил бороду, смастерил валенки.

Даша рассмеялась еще громче. Представить элегантного, подтянутого отца с бородой и в валенках казалось невозможным. Профессор биологии Андрей Романович всегда был гладко выбрит, со вкусом одет и в свои пятьдесят по-прежнему кружил головы студенткам. Если мама мечтала о внуках, то отец этого страшился, как будто статус деда моментально переведет его в разряд дряхлых стариков.

— Предупрежу, не переживай! — пообещала она. — А пока официально приглашаю тебя на свадьбу.

— Между прочим, твой Фердинанд не попросил у меня твоей руки, — ехидно заметил отец.

— Между прочим, ты с нами не живешь уже много лет, — с горечью напомнила Даша. Несмотря на то, что родители давно развелись, она скучала по отцу и жалела, что он живет отдельно. — И попробуй тебя поймай: ты то на конференции, то на семинарах.

— Можно было хотя бы попытаться, — хмыкнул отец.

Из динамика донесся звучный голос, что-то объявлявший по-английски.

— Пап, ты что, не в Москве?

— Я на вокзале в Лондоне, — признался отец.

— Очередная конференция, — хихикнула она. — Вот как тебя прикажешь ловить?

— Меня не надо ловить. Я сам вернусь.

— К свадьбе? — уточнила Даша.

— Еще раньше. Я же отец невесты, — горделиво сказал он. — Я должен принять участие в подготовке свадьбы, внести свой вклад. Ты не думай, Дашка, ты у меня не бесприданница. Я тебе на свадьбу отложил деньжат.

— Пап, — протянула она. — Ну что за пережитки прошлого? Мы с Феликсом со всем разберемся сами, мы оба хорошо зарабатываем.

— Нет-нет, не спорь! — возразил он. — Ты — моя единственная дочь, а я и так непутевый отец. Позволь мне хоть раз в жизни поступить, как должно.

Простившись с отцом и пожелав ему удачной поездки, Даша зашла на сайт одноклассников. Она втайне надеялась получить письмо от Антона, но новых сообщений не было, и она открыла страничку с фотографиями курорта своей мечты. Настоящий рай — белоснежный песок, пронзительно-бирюзовое море и прячущиеся в тени деревьев виллы, похожие на хижины Робинзона из-за крыш, покрытых сухими пальмовыми ветвями. Всего пятьдесят домиков, все на берегу, за полосой деревьев. Курорт строили так, чтобы максимально сохранить естественную природу. Когда купаешься в море, домиков с берега не видно, и кажется, будто ты на необитаемом острове. Даже дорожки по всему острову не асфальтировали, а засыпали песком. Так что можно весь отпуск ходить босиком! А какие там закаты, это что-то волшебное! Розово-сиреневые, фантастические, нереальные…

— Даш, ты чего там зависла? — К столу подошла Стелла Анатольевна, и Даша торопливо закрыла сайт, заметив, что офис опустел. — Да не пугайся, — добродушно улыбнулась начальница. — Что я, не понимаю, что ли? Ты теперь невеста, и все мысли у тебя только об одном. Что смотрела, свадебные платья? У тебя был такой мечтательный вид.

— Угу, — сконфуженно кивнула Даша. — Столько моделей — просто глаза разбегаются!

— Ничего, когда увидишь свое — ты сразу его узнаешь, — заверила счастливо замужняя Стелла Анатольевна. — И вот еще что, — с заговорщическим видом добавила она, и на стол перед Дашей лег белый конверт.

— Что это? — удивилась Даша.

— Бери-бери. Это премия. Купи себе платье покрасивее.

— Да мне в джинсах привычнее, — удивилась Даша. — Или у нас меняется дресс-код?

— Я про свадебное! — хохотнула Стелла. — Надеюсь, на собственную свадьбу ты не в джинсах собираешься прийти?

— Я тоже на это надеюсь! — раздался голос Феликса, и Даша поднялась навстречу жениху.

— Феликс! Ты откуда?

— Заехал забрать тебя после работы, — улыбнулся тот и просительно посмотрел на Стеллу Анатольевну: — Можно?

— Нужно! — Начальница одобрительно оглядела Дашиного избранника. — Забирайте свое счастье.

— Но я пока не могу, сейчас клиентка должна подойти, — возразила Даша.

— Я уже тут! — В зал под страстные звуки арии Кармен вбежала запыхавшаяся барышня с красным цветком в золотых волосах. Ее мобильный разрывался от звонков, она торопливо схватила документы, ответила на звонок по-испански, крикнула Даше: — Мучас грасьяс! — и так же стремительно покинула офис, оставив на полу выпавший из прически цветок.

Стелла Анатольевна подобрала цветок, приколола его к своим пышным темным волосам и игриво напела:

— У любви, как у пташки, крылья… — А затем внезапно обернулась к Феликсу, который ждал, пока Даша соберет сумку, и строго спросила: — Надеюсь, вы не из тех мужей, которые запирают жену дома и не позволяют работать? Даша у нас ценный сотрудник, мы ее так просто не отпустим.

— Я уважаю Дашину работу, — с серьезностью ответил Феликс, — и никогда не буду давить на свою жену.

— Рада слышать! — расплылась в улыбке Стелла Анатольевна. — Ну тогда совет и любовь! Главное, чтобы любовь не мешала работе.

Простившись с начальницей, они вышли во двор, и Даша с любопытством повернулась к жениху.

— Признавайся, что ты задумал? Поедем в ресторан отметить подачу заявления? Я — за! Я такая голодная! — Она подошла к машине и нетерпеливо подергала ручку.

— Можно и в ресторан, — загадочно улыбнулся Феликс, беря невесту под локоть. — Но сначала пройдемся в другое место. Тут недалеко.

Они прошли вперед по улице, и, заметив рекламу итальянской пиццерии, Даша потащила Феликса по направлению к ресторану. Но жених твердо удержал ее за руку и потянул на крыльцо. Даша подняла глаза и увидела неоновую вывеску ювелирного салона. Она еще не успела ничего сообразить, как Феликс уже втолкнул ее в магазин и, подведя к стеклянной витрине, объявил метнувшейся к ним продавщице:

— Нам нужны обручальные кольца.

Только когда на безымянный палец Даши плотно сел золотой ободок, она отчетливо поняла, что скоро станет женой Феликса. Видимо, паника отразилась в глазах девушки, потому что молоденькая продавщица суетливо спросила:

— Что-то не так, жмет? Попробуйте на размер больше.

— Нет-нет, с размером порядок, — вздрогнула Даша и стянула кольцо. — Просто покажите что-то другое.

— Если не хотите классику, взгляните на комбинированные. Вот, например, сочетание белого и желтого золота, очень изысканно, — бойко прострекотала продавщица. — Или вам больше нравится белое с розовым?

— Милая? — вопросительно взглянул на невесту Феликс.

— Мне все равно, — откликнулась Даша, даже не взглянув на витрину. — Давай возьмем самые простые, я все равно не буду его носить.

— Как не будешь? — Голос Феликса заледенел.

— Ты же знаешь, я не люблю украшения, — напомнила Даша. — Мне в них неудобно. Я даже сережки не ношу.

— Но обручальные кольца — это же не просто украшение, — с обидой возразил Феликс. — Это оберег, символ любви. Лично я свое носить собираюсь.

— Ну хорошо, — сдалась Даша. — Давай выбирать.

Продавщица с энтузиазмом засуетилась перед витриной:

— Сейчас делают такие красивые обручалки, что носить их — одно удовольствие. Вы только поглядите, какая прелесть! У нас есть рифленые кольца, вращающиеся, матовые и полированные.

Примерка превратилась для Даши в пытку. Она не видела особой разницы в обручальных кольцах и была согласна на любую модель с узким ободком, которая не смотрелась громоздко на пальце. Как назло, любимый коралловый лак на безымянном пальце облупился, и Даша чувствовала себя весьма неуютно. Феликс же вошел во вкус и заставил ее примерить не меньше десятка колец, дотошно разглядывая ее руку.

— Посмотрите еще платину, — щебетала продавщица. — Это самый прочный металл, таким кольцам не страшны никакие царапины и повреждения. Они прослужат вам до самой бриллиантовой свадьбы! А потом еще и внукам вашим! Они могут стать настоящей семейной ценностью, которая передается из поколения в поколение.

— Показывайте! — загорелся Феликс. — Это то, что надо!

Даше совсем не понравилась платина — она выглядела как обыкновенное железо. Кольцо в классическом стиле, которое предложила продавщица, оказалось ей велико. А более изящная модель с глазком-бриллиантом не налезла на палец. Однако Феликсу кольцо понравилось, он изловчился и надел его Даше на палец, так что она поморщилась от боли.

— Прекрасно! — одобрил Феликс. — Милая, тебе нравится?

Хлопнула входная дверь, и за спиной Даши раздался звенящий от ликования голос:

— …Это же не простое украшение, это как талисман, символ нашей любви!

— Проходите, пожалуйста, — метнулась к вошедшим другая продавщица. — Что вам предложить?

— Покажите нам обручальные кольца, — прозвучал бархатный мужской голос, от которого у Даши пошли мурашки по коже. Она резко обернулась и встретилась взглядом с Антоном Задориным.

— Даша? — удивился он.

— Ой, здрасти! — обрадованно затараторила Аленушка. — И вы тут? Какое совпадение!

Вот уж действительно совпадение, с досадой подумала Даша. Как будто в Москве не нашлось других ювелирных салонов!

— Я тут рядом работаю, — зачем-то объяснила она.

— И я тоже, — отозвался Антон. Его взгляд упал на платиновый ободок на безымянном пальце Даши и как будто помрачнел.

— А вы уже выбрали кольцо? — с любопытством вытянула шею Аленушка.

— Пока нет, — Даша поторопилась стянуть кольцо. Как назло, то застряло. — Помоги, пожалуйста, — попросила она Феликса.

— Покажите нам обручальные кольца! — нетерпеливо попросила вторую продавщицу Аленушка.

— Сюда, пожалуйста, — женщина подвела ее к витрине, у которой недавно стояла Даша.

Аленушка шагнула к стеклу с восторженным видом ребенка, которому открылись невиданные сокровища. Если бы жизнь Даши была мультфильмом, то в зрачках Аленушки сейчас бы замелькали наложенные друг на друга обручальные кольца — символ свадьбы, растиражированный на логотипах свадебных агентств, вывесках загсов и поздравительных открытках. Девушка еще на шаг приблизилась к своей заветной мечте и не скрывала своего счастья, смотреть на которое Даше было больно, как на слепящую на солнце монетку. Даже продавщице, казалось, было неловко окликнуть Аленушку, завороженно застывшую перед витриной. Но пауза явно затянулась, и женщина кашлянула, привлекая к себе внимание:

— Какие вам показать?

— Только, знаете, не эти новомодные, — поспешно ответила Аленушка и ткнула пальчиком в витрину, — а традиционные, гладкие.

— Выбрала бы что поинтереснее, — возразил Антон, скользнув по витрине скучающим взглядом. — Вот это, например. — Он указал на какое-то кольцо, и продавщица моментально подпела:

— Очень красивая модель! Здесь идет комбинация белого и желтого золота, это очень удобно, вы сможете носить его с украшениями обоих цветов. И смотрите, какой изящный рисунок.

— Нет, — Аленушка категорически мотнула головой. — На обручальном кольце не должно быть никаких насечек и узоров, — объяснила она Антону, — иначе и в семейной жизни возникнут шероховатости. Я хочу простое кольцо.

— Классические кольца у нас есть из желтого золота, розового, белого и из платины, — заученно перечислила продавщица.

— Конечно, из желтого! — безо всяких сомнений воскликнула Аленушка.

Судя по всему, она была поклонницей всего традиционного. Наверняка она и платье себе выберет, похожее на торт безе. А на свадьбе Антона ждет полный комплект растиражированных банальностей — выкуп невесты, ее похищение, шампанское из туфельки, злорадствовала Даша.

Пока Аленушка, затаив дыхание, примеряла на палец золотой ободок, другая продавщица, вызвавшись помочь Даше снять кольцо, пребольно тянула ее за палец.

— Не снимается! — сдалась она, выпуская руку Даши, и раздраженно взглянула на нее. — Зачем же было надевать, если оно вам мало?!

— По-моему, кольцо тебе очень идет, милая, — сказал Феликс.

— Что? — не поняла Даша.

— Разве оно тебе не нравится?

Продавщицы притихли и с надеждой воззрились на Дашу. Даша посмотрела на распухший палец и на кольцо, которое она успела возненавидеть всей душой.

— Оно выбрало тебя, — торжественно провозгласил Феликс.

— Но оно мне мало, — с досадой возразила Даша, избегая смотреть на Антона, который с явным интересом за ними наблюдал.

— Мы снимем кольцо с помощью мыла, а потом наш мастер подгонит его под ваш размер, — вмешалась продавщица.

— Вот и прекрасно! — решил Феликс, и продавщицы увели Дашу в служебный туалет, где общими усилиями освободили ее от кольца. Но только для того, чтобы вскоре вернуть его в коробочке вместе с чеком.

Феликсу подобрали парное мужское кольцо — без бриллианта. Аленушка и Антон тоже определились с выбором: невесте приглянулось самое простое кольцо, которое она мерила первым, Антон без особого энтузиазма примерил мужское.

— Даша, как вам? — Аленушка приветливо махнула Даше и бесхитростно протянула руку, на безымянном пальце которой мерцало золотое колечко.

— Красивое, — сдержанно одобрила Даша, молясь, чтобы буря, бушевавшая в ее душе, осталась незаметной для окружающих.

Пусть бы Антон женился на своей Рапунцель, пусть бы выбирал с ней обручальные кольца — но только где-то подальше от Дашиных глаз. Видеть это было выше ее сил.

— Тебе нравится, Антош? — Аленушка с надеждой заглянула жениху в лицо.

— Главное, чтобы нравилось тебе. Я все равно не буду его носить.

Даша навострила ушки и искоса взглянула на Антона.

— Как же так? — Аленушка расстроилась чуть не до слез. Даже руку с кольцом, на котором висела бирка, опустила, как подбитое крыло.

— Ну, солнышко, — умоляюще улыбнулся Антон, — ты же знаешь, я не люблю все эти бабские штучки.

— Мужчины носят обручальные кольца, — с обидой возразила Аленушка и внезапно обратилась за поддержкой к Феликсу, который расплачивался у кассы. — Извините, вы будете носить свое кольцо?

— Конечно, — с гордостью отозвался Дашин жених. — Это же не просто украшение, а оберег, символ семьи.

— А я что говорю! — воспрянула духом Аленушка и с вызовом повернулась к Антону. — Если ты не хочешь носить кольцо, может, ты вообще жениться не хочешь? Или наша семья для тебя ничего не значит?

Какой же она еще ребенок, усмехнулась Даша. Думает, что от Антона чего-то можно добиться шантажом! На Задорина нельзя давить, он всегда поступает так, как считает нужным. Однако Антон ее удивил. Он внезапно смягчился, притянул к себе разбушевавшуюся Рапунцель, легонько поцеловал ее в губы.

— Хорошо, я буду его носить, если для тебя это так важно, — пообещал он.

Аленушка просияла, а Даше сделалось горько, как будто она проглотила имбирь.

— Так вы будете брать кольца? — нетерпеливо спросила продавщица.

— Да, да! — счастливо воскликнула Аленушка, как будто пред алтарем клялась Антону в вечной любви.

— Посчитайте, — сухо кивнул Антон, снял кольцо и положил на прилавок, словно ему не терпелось от него избавиться. Аленушка не спешила расстаться со своим.

— Тогда, может, вы мне дадите свое кольцо? — кашлянула продавщица.

— Конечно, — Аленушка с явной неохотой вернула золотой ободок.

Феликс получил бумажный пакетик, в котором лежали выбранные им кольца, и с сияющим видом подошел к Даше.

— Ну что, невеста, идем?

— Идем, — эхом отозвалась Даша, глядя, как Антон расплачивается за обручальные кольца для себя и Аленушки.

— Уже уходите? — повернулась к ним Аленушка. — Поздравляю с покупкой! Удачно мы сегодня все купили, да?

— Очень, — сдержанно отозвалась Даша.

— Даша, а свадебное платье вы уже нашли? — с любопытством спросила Аленушка, и в ее глазах замелькали белые кружева, воздушная фата и стразы.

— Пока нет, — с удивлением ответила Даша.

— Может, сходим вместе?

Предложение Аленушки так огорошило Дашу, что она не смогла вымолвить ни слова. Зато девушка затрещала за двоих, уговаривая ее:

— Я тут выписала адреса нескольких салонов. Вдвоем-то веселее, да и взгляд со стороны никогда не помешает. Подскажете мне, а я вам. Можем пойти уже завтра, чтобы не терять времени.

Не хватало только помогать невесте Антона выбрать свадебное платье, мысленно дрогнула Даша и торопливо пробормотала:

— Боюсь, не получится. Такой завал на работе!

— Жаль, — огорчилась Аленушка. — Но вы смотрите, надолго не откладывайте. Свадебное платье за один день не купишь.

— Обязательно, — скомканно отозвалась Даша и потянула Феликса к выходу.

— Может, еще увидимся в свадебном салоне! — выразила надежду Аленушка.

Только не это, мысленно ужаснулась Даша. Впрочем, вероятность встретить невесту Антона в примерочной магазина весьма велика — салонов ограниченное количество, а выбирать платье они будут примерно в одно время. Даше оставалось только надеяться, что Аленушка не утерпит с покупкой платья и приобретет его раньше, чем этим займется она сама.

— Только не покупайте подержанное, — напутствовала вслед невеста Антона. — Это плохая примета!

Покидая салон, Даша чувствовала себя совершенно измотанной. Она без сил рухнула в автомобиль Феликса и уставилась невидящим взглядом в окно. По улице шли люди: кто-то торопился к любимым, кто-то уныло брел по обочине, явно не желая возвращаться домой. Что их там ждет — одинокая квартира или постылые супруги, которых глаза бы не видели? Будет ли торопиться домой Феликс? Конечно, будет. А станет ли с такой же охотой возвращаться с работы Даша? Она совершенно не была в этом уверена. Черт побери этого Задорина, который снова появился в ее жизни так не вовремя!

— Даш, ты меня слышишь? — Судя по нетерпеливым ноткам в голосе, Феликс пытался привлечь ее внимание не в первый раз.

— Что, извини? — Она с виноватой улыбкой повернулась к жениху.

— Надеюсь, ты замечталась о свадебных платьях, — улыбнулся в ответ он, и Даша удивленно моргнула. — Мы только что проехали свадебный салон, — пояснил Феликс. — Я видел, ты так и прильнула к окну.

Даша, скрыв замешательство, изобразила смущение.

— Алена права, — заметил Феликс, — покупку свадебного платья не стоит откладывать Когда ты собираешься этим заняться? — деловито уточнил он.

Даша едва не взвыла.

— Я хотел пригласить тебя в ресторан завтра, мы ведь так и не отпраздновали нашу помолвку. Но теперь думаю, что лучше тебе сходить в магазин.

— Нет-нет! — Даша с ужасом представила, как встречает там Аленушку. — Я так соскучилась по тебе, давай проведем завтрашний вечер вместе.

— Хорошо, милая, — голос Феликса потеплел. — Тем более, нам есть что обсудить…

Даша с любопытством взглянула на него.

— В первую очередь, список гостей, — сообщил жених.

— Да, конечно, — выдавила Даша. Из огня да в полымя!

— А послезавтра ты займешься платьем, да? — Феликс требовательно взглянул на нее, и Даша скрепя сердце бодро заверила, что все именно так и будет.

— Разве это не противоестественно, — жаловалась она тем же вечером Соне, — что Феликс хлопочет о моем свадебном платье?

— Не вижу противоречий, — пожала плечами подруга, помешивая манную кашу, — это вполне в его характере. Феликс любит все держать под контролем.

— Да уж! — проворчала Даша. — Если бы не примета, что жениху нельзя видеть платье невесты до свадьбы, уверена, он бы таскался за мной по всем салонам и присутствовал на примерках. Чтобы проверить, что я выберу подходящую модель.

— И я его понимаю, — хихикнула Соня. — Готова поспорить, что ты дотянешь покупку платья до последнего момента и возьмешь первое попавшееся. Мне ли не знать, как ты ненавидишь шопинг!

— Да я вообще закажу платье через Интернет! — заявила Даша.

— Не вздумай! — Соня от волнения даже выронила ложку. — Свадебное платье непременно нужно мерить! Они знаешь, какие капризные? Что на манекене хорошо, то может сделать тебя натуральным чучелом. А самое невзрачное на вешалке платье может превратить тебя в принцессу.

— Ладно, уговорила, — вздохнула Даша. — Но тогда ты, как подруга, должна поддержать меня в этом нелегком деле.

— С радостью! Ты только меня заранее предупреди, когда по магазинам идти, чтобы я с мамой насчет Егорки договорилась.

— Хорошо, — пообещала Даша и, выдержав интригующую паузу, поделилась наболевшим: — Кстати, не поверишь, кого я утром встретила в загсе! А потом и в ювелирном салоне.

— Неужели Феликса? — изобразила изумление Соня. — Вот ведь совпадение!

— Смейся-смейся! А мне, между прочим, было не до смеха.

— Теряюсь в догадках, — развела руками Соня.

— Там был Антон, — не стала тянуть Даша.

— Задорин? — вздрогнула Соня. — В загсе? Он что, там свадьбу снимал?

— Почему снимал? — удивилась Даша и пристально взглянула на покрасневшую и прикусившую язык подругу. — Сонька, а ну выкладывай!

— Ладно-ладно! — Соня выключила кашу, села за стол напротив Даши и, пряча глаза, призналась: — Видела я его на днях. Случайно на улице встретила. Он рассказал, что работает фотографом.

— Фотографом? Но он же собирался поступать на экономический, — удивленно протянула Даша и осеклась, потрясенно глядя на подругу. Соня старательно отводила глаза и делала вид, что ее тут нет. — Стоп! Сонь, ты его видела? И ничего мне не сказала? Я же тебе вчера тут исповедовалась… а ты видела его и молчала!

— А что я должна была сказать, Даш? — сердито выпалила Соня. — Ты замуж собралась! А после твоих вчерашних признаний я вообще испугалась, что ты как про Антона услышишь, глупостей наделаешь.

— Не наделаю, — мрачно сказала Даша. — Антон женится.

— Что? — поразилась Соня.

— Я видела его невесту, они подали заявление, — с похоронным видом сообщила Даша.

— Ну надо же, Антон женится! — потрясенно произнесла Соня. — Кто бы мог подумать? Я считала, такие как он — на всю жизнь холостяки.

— У них свадьба за двадцать минут до нашей, — трагически добавила Даша. — Он тебе разве не сказал?

— Что у него свадьба за двадцать минут до вашей? — в замешательстве переспросила Соня.

— Что он женится! Ты его когда видела?

— Дня три назад, — припомнила Соня.

— Три дня прошло? И мне ничего не сказала?! — снова обиделась Даша.

— Он ни слова не сказал о том, что женится! — воскликнула Соня. — И ведь хватило еще наглости спрашивать о тебе!

Соня осеклась, вскочила со стула и отвернулась к плите, принявшись помешивать кашу со скоростью электромиксера.

— Что? — вскричала Даша, подбежав к ней. — Антон обо мне спрашивал? Соня, да брось ты свою кашу!

Соня в сердцах швырнула ложку в раковину и повернулась к подруге.

— Да, спрашивал! И что это меняет?

— Это меняет все! — ажиотированно воскликнула Даша.

— Это не меняет того, что он женится на другой! — жестко напомнила Соня, сложив руки на груди.

— Что ты ему сказала? — взволнованно спросила Даша. — Что ты ему сказала обо мне?

— Правду! — Соня с вызовом взглянула на нее. — Сказала, что ты встретила прекрасного мужчину и что ты счастлива.

— Что ты наделала? — ужаснулась Даша, и ее глаза лихорадочно заблестели. — Теперь я все поняла! Он пришел в отчаяние и собирается жениться на первой встречной, чтобы забыть меня. Он по-прежнему меня любит! Он так на меня сегодня смотрел!

Отвлекшись, Даша не заметила, что Соня наполнила кружку, и оказалась совершенно не готова, когда подруга плеснула холодной водой ей в лицо.

— Ай! — завопила Даша, вытираясь. — Бешеная, что ты творишь?

— Это ты что творишь? — зашипела Соня, больно вцепившись ей в плечо. — Ты готова бросить Феликса из-за того, что Задорин на тебя как-то особенно посмотрел? Даша, он женится, ты не забыла?

Даша обиженно заморгала мокрыми ресницами, потекшая тушь легла кругами под глаза, придав ей особенно жалостливый вид. Соня смягчилась и протянула полотенце.

— Вот поэтому я тебе ничего и не говорила. Знаю же, что ты сгоряча можешь наломать дров.

— Сонь, кажется, я его еще люблю, — робко призналась Даша.

— Глупости! — Соня рывком отобрала у нее полотенце, и Даше показалось, что она на нее им замахнется. — Это в тебе женская ревность говорит. Я когда узнала, что мой бывший женился, ужасно рассердилась, при том что уже замужем была и Егорку родила. Гораздо приятней было бы, если бы он остался бобылем до самой пенсии и уже никого после меня не смог бы полюбить. Правда ведь?

Даша несмело кивнула.

— У Антона ужасно милая невеста, — призналась она. — Она станет идеальной женой.

— Ты тоже будешь идеальной — для Феликса, — заверила Соня.

— Он зовет ее Рапунцель, — всхлипнула Даша.

— И в чем трагедия? — не поняла Соня.

— А Феликс меня — только по имени и милой!

— Нашла из-за чего убиваться! — осадила ее разумная Соня. — Романтики тебе не хватает? Да разве ж это главное в семейной жизни? Феликс, если понадобится, ради тебя горы свернет. А Антон ради своей Рапунцель палец о палец не ударит. Вся его любовь — только на словах.

— Мне кажется, Феликс тебе приплачивает, чтобы ты его мне нахваливала, — Даша сердито шмыгнула носом.

— А как же, чемодан с миллионом в чулане стоит! — ухмыльнулась Соня. — Вот не могу решить пока, как честно заработанные деньги потратить — дачу купить или паровоз Егорке? Может, посоветуешь по-дружески?

— Конечно, паровоз! — на кухню влетел заспанный Егорка в синей пижаме. — Паровоз нужнее, чем дача. Я тебя тогда везде катать буду, мам. Привет, теть Даш!

— Так, ты почему не спишь? — Соня поймала сына и пригладила растрепанные вихры.

— Мам, я вот что подумал! — серьезно сообщил мальчик. — Давай бабушкину квартиру продадим!

— Зачем? — опешила Соня.

— Мы купим ей дом у железной дороги! — взбудораженно заявил Егорка. — Я когда к ней в гости стану приходить, буду все время на паровозы смотреть!

— Давай, Шарик, мы тебя продадим. Корову купим… — процитировала Соня кота Матроскина и ласково потрепала сына по голове. — Пошли спать, фантазер! Только бабушке о своих проектах не рассказывай, а то как бы у нее сердце не прихватило.

— Теть Даш, когда у меня паровоз будет, я вас обязательно прокачу! — пообещал Егорка, широко зевая.

Соня увела сына, а Даша тихонько вышла в коридор и взялась за плащ. Хорошо Соне, в ее жизни уже все определено и нет никаких сомнений и метаний, которые весь день раздирают Даше сердце. Она уже обулась, когда подруга выскользнула из детской и шепотом сообщила:

— Мальчик-то как разрезвился! На днях просил ему настоящий паровоз подарить, игрушечной железной дороги ему уже мало. А сегодня придумал бабушку переселить! А ты что, уже уходишь?

— Пойду я, Сонь. Устала ужасно — день такой длинный сегодня.

Подруга крепко обняла ее на прощание и ободряюще шепнула:

— Все будет хорошо, Даш! Вот выдадим тебя замуж, заживете с Феликсом душа в душу, еще посмеешься потом над своими сомнениями.

— Надеюсь, — вымученно улыбнулась Даша.

Выходя на улицу, она спугнула целовавшуюся парочку подростков. Девушка смущенно хихикнула и скользнула в подъезд. А парень с досадой взглянул на Дашу и размашисто зашагал по двору, на ходу закурив сигарету.

Даша взволнованно опустилась на скамейку и стиснула пальцы. Когда-то Антон так же целовал ее под козырьком подъезда. Спохватившись, она подняла голову на окна Сони и заметила, как подруга смотрит на нее, прильнув к стеклу. Даша торопливо поднялась, махнула ей рукой и поспешила в соседний подъезд. Она не видела, как Соня с беспокойством покачала головой, прежде чем задернуть штору, и не могла слышать, как та прошептала: «Ох, Дашка, только не натвори глупостей!»

Школьный альбом лежал на нижней полке шкафа, в окружении старых конспектов и тетрадей. Даша воровато обернулась на дверь — с кухни по-прежнему доносился торжествующий голос матери, которая безо всякого стеснения обсуждала с приятельницей предстоящую Дашину свадьбу.

— Нет, Липочка, платье еще не выбирали! Но я уже вся в предвкушении, — взахлеб делилась Лилия Александровна. — Я так волнуюсь, как будто сама выхожу замуж!

Судя по всему, разговор затянется надолго. Даша достала альбом, присела на диван и с нежностью провела рукой по переплету. Здесь хранилась история десятилетней давности, ее выпускной класс, ее первая любовь. Задержав дыхание, девушка открыла альбом и впустила в комнату воспоминания.

Антон пришел в их школу в начале одиннадцатого класса, и поначалу обаятельный и задиристый новенький был только одним из множества лиц на групповых фотографиях. Праздничная линейка Первого сентября — Даша с гладиолусами, Соня с астрами, мальчишки в костюмах, и только Антон, вопреки всем правилам, в футболке и джинсах. Несколько кадров со школьных перемен и уроков: неразлучные Даша и Соня всегда вместе, а Антон разве что мелькнет где-то на заднем плане в кругу мальчишек. Антон как-то быстро стал своим в классе, где все знали друг дружку с детства. Парни легко приняли его в свою компанию, а вскоре признали его лидерство. Даша перевернула страничку с фотографией, на которой семеро мальчишек, обнявшись за плечи и хохоча, стояли у доски. В центре, конечно, Антон — самый высокий и самый вихрастый на фоне коротко-стриженых приятелей. А вот он уже в окружении девчонок — озорная улыбка на все лицо, влюбленные взгляды одноклассниц. Девчонки охотно давали ему списать домашние задания, делились ручками и бутербродами и смущенно хихикали в ответ на комплименты, щедро расточаемые Антоном. Задорин даже имена одноклассниц произносил так, словно признавался в любви, и через месяц в классе не осталось ни одной девчонки, которая втайне не вздыхала бы по белобрысому новичку. Даже рассудительная Соня неумело кокетничала с Антоном и подолгу смотрела на него на уроках, думая, что никто этого не видит.

Даша продержалась дольше всех. На нее не действовали улыбки Антона, адресованные всем. Она видела, что он одинаково дружелюбен и обходителен со всеми, и не обольщалась насчет его особенного к себе отношения, когда он необычайно нежно произносил ее имя, прежде чем попросить списать домашнее задание.

Все изменила прогулка с одноклассниками в парке. А вот и фотография — взявшись за руки, они изображают хоровод у раскидистого клена с желтыми и алыми листьями. Уже через минуту после того, как щелкнет вспышка, Даша услышит жалобное мяуканье. На дерево вскарабкался крошечный черно-белый котенок и теперь не может слезть! Из всех парней только Антон отважится взобраться на высокий клен и спасти бедняжку. Все девчонки будут тискать плюшевого котика и жалеть бездомного зверька, и только Антон решится взять его себе домой. Кажется, тогда Даша в него и влюбилась. Когда Антон спрятал котенка за пазуху своей кожаной косухи и пообещал, что никому его не даст в обиду, Даша взглянула на парня словно впервые и поразилась тому, что не поняла раньше — какой он необыкновенный.

Антон тогда быстро ушел — котенок дрожал от холода, и он заторопился отнести его домой. Без него Даше стало совсем неинтересно с одноклассниками, и она тоже быстро простилась.

Следующий за той прогулкой день она бережно хранила в памяти все эти годы, хотя фотографий не было в альбоме. Антон опоздал на первый урок литературы, темой которого была пьеса Евгения Шварца «Обыкновенное чудо». Даша любила музыкальный фильм и с удовольствием прочитала к уроку пьесу, представляя себя Принцессой. А в роли Медведя ей теперь упорно виделся Антон — белокурый, голубоглазый и дерзкий, совсем не похожий на молодого Александра Абдулова, в которого Даша была влюблена прежде. Романтично настроенная учительница Зоя Матвеевна захотела прочитать по ролям первую встречу Принцессы и Медведя. Читать за Принцессу по счастливой случайности выпало Даше. Когда же стал вопрос о выборе Медведя, в кабинет внезапно ввалился Антон — взъерошенный и одетый в свободный свитер на два размера больше. Даша уже стояла у доски с томиком Шварца, и Антон случайно ее толкнул. Даша ойкнула, книга выпала из рук, они одновременно наклонились за ней, и Антон пробормотал слова извинения.

— «Я, кажется, толкнул вас, милая девушка», — довольно процитировала Шварца Зоя Матвеевна. — А вот и наш Медведь.

Антон недоуменно обернулся, и учительница протянула ему раскрытую книгу…

Обычно чтение по ролям было монотонным и скучным. Если девчонки и старались изобразить чувства, то парни уныло бубнили себе под нос, наводя на всех сплин. Антон же отнесся к заданию с неожиданным энтузиазмом. Он читал эмоционально и пылко, то и дело поднимая на Дашу горящие синим огнем глаза, так что она перестала различать — где слова пьесы, а где его собственные. Даше казалось, что это не Медведь признается в своей симпатии Принцессе, а Антон говорит о своих чувствах к ней. Звонок резко оборвал иллюзию ожившей сказки, Зоя Матвеевна восторженно зааплодировала:

— Молодцы! Обоим пятерки. Антон, ты никогда не занимался в театральной студии? У тебя талант.

— Никогда, — ответил он, не сводя взгляда с Даши, как будто по-прежнему видел в ней Принцессу, в которую влюблен.

Всю перемену они проболтали: Даша расспрашивала про котенка, и Антон признался, что опоздал из-за него. Котик забрался под диван и застрял, пришлось двигать мебель.

— А твои родители? Легко его приняли? — стало интересно ей.

— Я живу с теткой. А она только рада.

Уже позже Даша узнала, что семья Антона осталась в Питере. А он сам сорвался оттуда, когда узнал, что родители разводятся. Невозможно было привыкнуть к тому, что отец больше не станет жить с ними. Поэтому Антон объявил, что уезжает к тетке в Москву, окончит школу там и будет поступать в московский вуз.

А в тот день Антон впервые проводил Дашу домой, и она дала ему видеокассету с «Обыкновенным чудом». Так все у них и началось.

Этого памятного для Даши дня не было в альбоме, но после него характер фотографий существенно поменялся. Все меньше групповых снимков, все больше ее портретов, сделанных Антоном. Он уже тогда увлекался фотографией и повсюду таскался с пленочной «мыльницей». Правда, относился к этому только как к увлечению и собирался поступать на экономический факультет. Значит, он все-таки исполнил свою детскую мечту и стал фотографом. От этой мысли Даша улыбнулась. Ей было бы скучно представить Антона банковским клерком или бухгалтером.

Она не сомневалась в его таланте фотографа, он был виден даже по школьным снимкам, сделанным на «мыльницу». Антон любил естественные, а не постановочные фотографии.

Вот почему в альбоме так много жизненных сценок, снятых на переменах, и особенно Дашиных портретов, где она не подозревает о том, что ее фотографируют. Вот она прихорашивается у школьного зеркала, вот задумчиво читает учебник, вот что-то увлеченно пишет в тетради, вот, сидя на парте, грызет яблоко.

До того как ее стал фотографировать Антон, Даша редко нравилась себе на фото. Но в его объективе она выглядела прекрасной принцессой, и Даше хотелось верить, что именно такой и видит ее Антон Задорин.

Она листала страницы, и застывшие кадры оживали в памяти, наполняясь отголосками прежних разговоров. Как многое она, оказывается, помнила!

«Улыбнись, Принцесса!» Даша, смеясь, поворачивает голову, и Антон фотографирует ее с разметавшимися волосами. «Это будет мой лучший снимок».

«Ты опять меня фотографируешь?» — спрашивает Даша, пряча лицо за учебником. «Я никогда не устану это делать, — с лукавой улыбкой отвечает Антон. — Знаешь, почему? Потому что ты — моя Принцесса». Вспышка, сияющие над книгой зеленые глаза и светло-русое облако волос, которые навсегда сохранит Дашин альбом.

Фотографий самого Антона в альбоме немного, и каждая особенно ценна для Даши.

Вот, например, генеральная уборка перед каникулами. Даша с двумя смешными косичками и в нелепом свитере опирается о швабру и покатывается со смеху, а возле нее, надев на голову пустое ведро, с серьезным видом высится Антон. Он всегда умел ее рассмешить. Рядом с ним она постоянно хохотала, как сумасшедшая. А когда она не хохотала, он ее целовал так, что захватывало дух…

— Дочка, ты еще не спишь? — В комнату вошла мама, и Даша, застигнутая врасплох, торопливо захлопнула альбом. Да не удержала в руках, и он упал на пол, а под ноги Лилии Александровне отлетели несколько снимков с Антоном и его записка на бумаге в клеточку, написанная корявым почерком.

Лилия Александровна коршуном набросилась на записку, зачитала вслух:

— «Давай забьем на физику. Бежим целоваться!»

— Мама! — вспыхнула Даша и выхватила записку, да неудачно — ветхая бумага порвалась, оставив половинку в руке матери.

— Даша! — Лилия Александровна строго взглянула на нее. — Ты меня убиваешь! Как это понимать?

— Да что тут понимать?! — вскипела Даша, собирая с пола фотографии, и торопливо соврала:

— Я Соне обещала дать несколько старых снимков, вот и просматривала.

— Надеюсь, это правда, — с недоверием протянула мама. — Тебе надо готовиться к свадьбе, и это ностальгическое настроение совершенно некстати.

— Да нет у меня никакого настроения! — сердито выпалила Даша.

Лилия Александровна вытащила из-под дивана фотографию Даши в обнимку с Антоном, которую та не заметила, и поморщилась.

— Этот мальчик мне никогда не нравился.

Что правда, то правда. Ее мать была единственной, оставшейся равнодушной к чарам Антона, и все время твердила Даше, что он ей не пара. Даша молча забрала снимок и сунула его в альбом.

— Дашенька, я хотела поговорить с тобой о свадебном платье, — начала мать.

— Мам, только не сегодня! — взвыла Даша. — Я ужасно устала и хочу лечь спать.

— Что-то было незаметно, что ты собираешься спать, — мать красноречиво покосилась на альбом. — А о платье пора бы уж подумать. Сомневаюсь, что ты найдешь его за один день.

— Мам, что ты от меня хочешь?

— Я хочу, чтобы завтра после работы мы посетили с тобой пару салонов и что-то примерили, — с горящими глазами сказала Лилия Александровна.

— Завтра мы с Феликсом ужинаем в ресторане. Он хотел обсудить список гостей.

— Что ж, это тоже дело важное. Тогда давай послезавтра! Но учти, дочка, тянуть с платьем нельзя! Вдруг его еще понадобится подогнать по фигуре, а у нас уже времени в обрез.

— Хорошо, мама, я поняла! — раздраженно перебила Даша. — Хочешь, я прямо сейчас поищу адреса салонов в Интернете и посмотрю модели платьев?

— А давай посмотрим вместе! — воодушевилась мама.

— Нет! — отрезала Даша. — Свадебное платье — вопрос интимный, я хочу изучить все сама.

— Ладно, — нехотя сдалась Лилия Александровна. — Но ты хотя бы сохраняй фотографии платьев, которые тебе понравятся. Я тоже хочу их увидеть.

Пообещав исполнить ее просьбу, Даша пожелала маме спокойной ночи и включила компьютер. Несмотря на одиннадцать часов, спать ей совершенно не хотелось. Старые фотографии взбудоражили сердце, и вместо того, чтобы зайти на сайт свадебной моды, Даша загрузила сайт одноклассников.

Система сообщила о новом сообщении. Даша открыла его и не поверила глазам. «Привет, невеста! — писал Антон. О, он завел-таки страничку в «Одноклассниках». — Никак не могу выбросить из головы нашу встречу. Специально зарегистрировался, чтобы связаться с тобой. Может, поужинаем завтра?»

Рядом с фотографией Антона горел статус «в онлайне», и Даше сделалось необыкновенно радостно от мысли, что он сидит у своего компьютера и ждет от нее ответа.

«Конечно», — торопливо настучала Даша. Потом спохватилась и стерла сообщение. «С радостью», — написала она и снова удалила. «А твоя невеста не заревнует?» — вертелось в голове, но эту глупость она даже писать не стала. Вместо этого принялась жадно разглядывать фотографию в профиле — Антон у пальмы где-то на южном берегу. Тропический курорт подходил ему гораздо больше, чем городские джунгли.

«Завтра я не могу, — проснулась совесть, — ужинаю с женихом». Эту строчку Даша тоже стерла и, зажмурившись, торопливо напечатала: «Привет! Не спишь?»

Ответ прилетел моментально. «У меня ночью самая работа, — Антон не пожалел десятка смайликов. — Так как насчет ужина?»

«Слышала, ты стал фотографом?» — нейтрально спросила она.

«Почему стал? Я всегда им был. Так ужинать ты со мной не хочешь?» — Антон присовокупил расстроенный смайл.

Даша в растерянности застыла у монитора. Ей хотелось написать: «Да, хочу! Когда и где?» — но она боялась, что будет выглядеть легкомысленной кокеткой.

Антон избавил ее от мучений, прислав новое сообщение:

«Соглашайся, Принцесса».

Даша не могла отказать, когда он называл ее так. Да и не хотела отказывать. С самой первой минуты, когда она получила сообщение Антона, она знала, что пойдет на встречу с ним.

«Хорошо», — с улыбкой написала она, но не успела отправить, как пришло еще одно: «Я очень хочу тебя увидеть».

«Может, увидимся парами?» — поддразнила его Даша.

«Нет, кузнец нам не нужен, — молниеносно откликнулся Антон. — Завтра, в итальянском ресторане рядом со школой, в восемь».

«Я буду», — весело отстучала Даша.

«Наконец-то уговорил! До встречи, Принцесса».

Даша разочарованно вздохнула, увидев, что Антон покинул сайт. Она была бы не против поболтать еще немного. Впрочем, завтра в их распоряжении будет весь вечер.

Глава 4

Встреча выпускников

Даша летела в ресторан, будто на крыльях. Весь день она улыбалась, шутила и смеялась, была особенно мила с клиентами и играючи разрешила конфликт с туристами в Хорватии, так что коллеги решили, что Даша вне себя от счастья из-за предстоящей свадьбы. Одна вредина Яна с подозрением поглядывала на нее, как будто чувствовала, что законный жених Даши не имеет никакого отношения к ее приподнятому настроению. Сама же Даша совершенно забыла про вечернюю встречу с Феликсом, так что когда он позвонил в обед и поинтересовался, когда за ней заехать, Даша не сразу сообразила, как ей теперь выкручиваться. В волнении она выбежала в коридор, и там ее взгляд упал на постер с женихом и невестой в свадебных нарядах на берегу моря. Дашу осенило.

— Феликс, — вдохновенно выпалила она в мобильник, — дело в том, что я увидела в витрине магазина шикарное свадебное платье. Весь день только о нем и думаю, мечтаю примерить и боюсь, что кто-то его купит. Хоть с работы сбегай!

— Вот оно что! — рассмеялся он. — Что ж, с таким соперником я тягаться не посмею. Поужинаем завтра. Так уж и быть, отпускаю тебя на свидание с платьем твоей мечты.

— Спасибо, милый! — выдохнула Даша с мучительно заалевшими щеками. Феликс такой доверчивый, такой понимающий. Знал бы он, с кем на самом деле у нее свидание! Впрочем, разве это свидание? Скорее встреча выпускников, успокоила себя Даша и, пообещав Феликсу позвонить вечером и рассказать об итогах свадебного шопинга, отключилась.

— Так-так, — насмешливо протянула за спиной Яна, и Даша подпрыгнула, словно пойманный за руку воришка.

Яна держала в руках сигареты и вышла на перекур, да так некстати, что подслушала разговор Даши. Много ли она слышала? Судя по ее язвительной улыбке, все. Вот ведь гиена!

— Что? — Даша с вызовом вздернула нос и хотела проскочить мимо Яны в зал, но та преградила ей путь и насмешливо спросила:

— Дашка, ты что, изменяешь своему Зубастику?

— Ян, тебе делать больше нечего? — огрызнулась Даша. — Пусти.

Яна с застывшей улыбкой посторонилась, и уже за своей спиной девушка услышала:

— Давно пора.

Даша обернулась:

— Что?

— Давно пора было тебе влюбиться. — Яна засунула в рот сигарету и пошла к выходу, покачивая обтянутыми атласной юбкой крутыми бедрами.

— И ничего я не влюбилась! — выпалила Даша и вернулась за рабочий стол.

В обычной рабочей суматохе день пролетел незаметно, и вот уже она входит в ресторан на встречу с Антоном. «И ничего я не влюбилась, не влюбилась!» — повторила Даша своему сияющему отражению в зеркале и впорхнула в зал.

Половина столиков были заняты, но Даша не увидела Антона. Неужели опоздал, расстроилась она. Но тут где-то сбоку сверкнула молния, на миг ослепив ее, и навстречу ей поднялся Антон с фотоаппаратом в руках.

— Привет, — моргнула она и смущенно улыбнулась.

— Привет, Принцесса! — Он снова щелкнул вспышкой и отодвинул стул, приглашая ее сесть. Ящерица на его руке вильнула хвостом, приветствуя.

— Перестань меня снимать, — попросила Даша.

— Мне нравится, как ты смущаешься, когда я тебя снимаю. Я уже забыл, как это мило. — Антон игриво выгнул бровь.

— Ты позвал меня для того, чтобы меня смущать?

— Я позвал тебя, чтобы накормить до отвала, — шутливо объявил Антон, кладя фотокамеру на стол. — Что ты будешь?

Что-что, а есть Даша совершенно не хотела. От волнения в животе кружились мини-торнадо, и она смогла бы выпить разве что чашку кофе.

— Кофе? — рассмеялся Антон. — Давай съедим хотя бы одну пиццу на двоих.

В этом невинном предложении Даше почудилось нечто интимное, и она разволновалась еще больше.

— Как насчет «Гавайской»? — предложил Антон, листая меню. — Любишь ананасы?

Даша, не отрываясь, смотрела на него. Как он может так легко и непринужденно себя вести? Как будто они расстались только вчера. Как будто он не исчез безо всяких объяснений. Как будто они не обручены с другими.

— Так что ты выбрала? — Антон поднял на нее безоблачные синие глаза.

— А что ты сказал невесте? — спросила она.

Антон усмехнулся уголками губ, которые когда-то так сладко ее целовали.

— Правду. Что у меня фотосъемка.

Он снова потянулся за фотоаппаратом, но Даша закрыла лицо меню.

— Вы уже определились с выбором? — подошел к ним официант.

— Мы будем «Гавайскую» пиццу, — объявил Антон.

— Я буду кофе и тирамису, — перебила его Даша из чувства противоречия. Хватит с нее того, что за нее всегда все решает Феликс. Антону она этого не позволит. Надо с самого начала показать, что Даша уже не та наивная девчонка, которая во всем с ним соглашалась.

Приняв заказ, официант забрал меню, которым было так удобно прикрываться от Антона, и оставил Дашу беззащитной перед пристальным взглядом ее спутника.

— А что ты сказала жениху? — спросил Антон.

— Правду, — с вызовом соврала она. — Что иду на встречу выпускников.

— Что ж, похоже, все в сборе, — Антон усмехнулся. — Начнем? Рассказывай, как жила все эти годы.

— Обыкновенно. Отучилась в инязе, нашла работу в турфирме, работаю, — сухо перечислила Даша.

— Путешествуешь по работе? — оживился Антон.

— Бывает, — не стала вдаваться в подробности Даша. — А ты сразу занялся фотографией?

— Нет. Сначала окончил экономический, как родители хотели. Проработал офисным болванчиком пару лет, а потом так тошно стало, что бросил все и уехал в монастырь.

Даша потрясенно вытаращила глаза.

— В буддийский, — рассмеялся Антон, — в Таиланде. Прожил там месяц без телевизора, мобильника и Интернета, соблюдал обет молчания — в общем, полная перезагрузка сознания произошла. Понял, что не хочу тратить жизнь, протирая брюки в офисе и занимаясь тем, что терпеть не могу. Купил новую камеру, объехал весь Таиланд. Для интереса снимал быт простых тайцев, для живота подрабатывал свадебной и пляжной съемкой.

Даша завороженно слушала, представляя себе такую интересную кочевую жизнь — вполне в характере Антона.

— Потом вернулся в Питер, сделал пейзажную фотовыставку, поработал в журналах. А когда наскучило, уехал в Грецию, — рассказывал он. — Переезжал с острова на остров, фотографировал, снимал море, закаты, рассветы и свадьбы. А последние три года я провел на Крите, работал гидом, возил русских туристов по горам по долам.

— Вот почему про тебя никто ничего не знал, — поняла Даша.

Она смутилась под его проницательным взглядом и добавила:

— В прошлом году была встреча выпускников, тебя искали, чтобы позвать, но не нашли. Тетушка твоя переехала. Никто с тобой после школы не общался и ни в одной соцсети тебя не было.

Антон кивнул.

— Все это увлечение «одноклассниками» и «контактами» прошло мимо меня. Работы было полно, а в свободное время я предпочитал посидеть на берегу моря, чем пялить глаза в компьютер. К тому же на островах медленный Интернет, и я им почти не пользовался. Кстати, помнишь теть Нину?

— А как же, — оживилась Даша. Приветливая и улыбчивая тетка Антона всегда была к ней добра. У нее были легкий характер и миловидная внешность, она отлично готовила и являлась радушной хозяйкой. Даша понять не могла, почему такая приятная женщина одинока и у нее нет ни семьи, ни детей. — Как она?

— Лучше всех! — рассмеялся Антон. — Живет на Корфу, вышла замуж за грека.

— Вот это новость! — радостно ахнула Даша. — Сколько же ей сейчас лет?

— Молодая еще совсем — пятьдесят два, — Антон тепло улыбнулся. — Так что у теть Нины теперь свой домик недалеко от моря, оливковая роща и большая греческая семья, а московскую квартиру она мне оставила.

— Гавайская пицца! — объявил официант, ставя блюдо на стол.

Чтобы разместить пиццу, Антону пришлось убрать свою фотокамеру на стул.

Теперь понятно, как Антона занесло в их районный загс, отметила Даша во время образовавшейся паузы. Получается, если Задорин решит остаться в Москве и не переберется в Питер ближе к родителям, ее с Феликсом и его с Аленушкой дети смогут ходить в один детский сад, а затем и в ту же школу…

— Ты чего загрустила, Принцесса? — Антон мягко коснулся ее руки, и Даша чуть не потеряла сознание от этого невинного жеста.

— Зачем ты меня так называешь? — с горечью вырвалось у нее. Неужели он не понимает, как мучает ее, напоминая о том, чему уже никогда не бывать?

— Потому что ты Принцесса, — серьезно ответил он.

— У тебя теперь есть другая принцесса, — жестко напомнила Даша и ревниво добавила: — Ее, кажется, зовут Рапунцель.

— Она не принцесса, — туманно отозвался Антон, — она — Рапунцель. — А мгновение спустя уже широко улыбнулся и предложил: — Скушай пиццы!

Он щедро отделил кусок, но Даша отодвинула тарелку.

— Спасибо, не надо.

Одновременно зазвонил ее мобильный. Феликс нетерпеливо спрашивал, примерила ли Даша платье.

— Платье? — растерянно переспросила она, спохватилась и затараторила: — Оказалось не моего размера, такая жалость! Но я уже перемерила три и еще два на очереди. Извини, мне пора. Да, конечно, позвоню! Я тебя тоже, — торопливо добавила она, опустив «люблю».

— Врушка, — беззлобно заметил Антон, жуя пиццу.

Даша вспыхнула, решив, что он обвиняет ее в том, что она не любит Феликса.

— И с каких это пор на встречах выпускников примеряют свадебные платья? — добавил Антон. Он соблазнительно хрустел пиццей, игнорируя столовые приборы и держа кусок прямо в руках, и с любопытством таращился на Дашу.

— Я не сказала, что оно свадебное, — выпалила Даша, схватила кусок пиццы и принялась жевать.

— Это и так очевидно, — усмехнулся Антон. — Кстати, как вы познакомились?

— С кем? — не поняла Даша.

— Ну не с платьем же. С женихом. — Он не сводил с нее заинтересованного взгляда.

— Это было очень романтично, — торопливо соврала Даша, мучительно придумывая красивую версию. — У меня сломался… каблук на улице, а Феликс это увидел и предложил меня подвезти.

Не могла же она сказать, что у нее сломалась пломба и Феликс лечил ей зуб!

— Очень галантно с его стороны, — оценил Антон.

— А ты как с Аленушкой познакомился? — с любопытством спросила Даша.

— Аленка за мной в госпитале ухаживала.

— Ты что, там медсестер снимал? — удивилась Даша.

— Только одну. Больше было бы затруднительно, я все-таки в реанимации валялся, — беззаботно сообщил Антон.

У Даши от беспокойства перехватило дыхание.

— Неудачно прокатился на мотоцикле, когда вернулся в Москву, — объяснил Антон. — Три месяца в больнице отдыхал.

— Почему же ты мне не позвонил? — вырвалось у Даши.

— А ты бы обрадовалась? — Антон задумчиво посмотрел на нее.

— Что ты лежишь в реанимации? — сердито уточнила она. — Вряд ли.

— Что я позвонил.

— Может быть.

— А я боялся, что ты меня и не вспомнишь.

Глупый, зашлось Дашино сердце. Если бы он только позвонил, все могло бы быть иначе. И это не свои свадьбы с другими, а их общую они могли бы сейчас обсуждать.

— Значит, Аленушка тебя выходила. И поэтому ты на ней женишься? — задала она вопрос, который жег губы весь вечер.

— Она меня любит.

— А ты ее? — не стерпела Даша.

— А ты Феликса? — Он наклонил голову, изучая ее тем особенным взглядом, который она помнила со школы.

— Конечно, люблю. Иначе зачем бы мне выходить за него замуж? — Девушка с вызовом вздернула подбородок.

— Потому что он будет хорошим мужем. Потому что уже пора. Потому что он нравится твоей матери, — Антон непринужденно перечислил все подлинные причины.

— А ты, получается, любишь Аленушку до беспамятства, раз женишься на ней? — поспешила перевести разговор Даша.

— На то есть причины, — туманно ответил Антон и добавил после паузы: — Таких, как она, сейчас почти не осталось.

— Она будет прекрасной женой, — через силу выговорила Даша, опустив глаза.

— Знаю. Как и то, что я буду отвратительным мужем.

— Зачем ты так говоришь? — укорила она.

— Такой уж я есть! — обезоруживающе улыбнулся Антон. — Так что насчет пиццы?

Даша замотала головой и уставилась в свою тарелку. Что за игру затеял с ней Задорин? Он пытается ей что-то сказать? Или она хочет увидеть тайный смысл там, где его нет?

— А загар откуда? — спросила она. — В больнице установили солярии?

Антон широко ухмыльнулся.

— На прошлой неделе летал на Бали, снимал свадьбу кузины.

— А тату? — Рисунок на руке Антона притягивал Дашин взгляд весь вечер, и ей ужасно хотелось коснуться ящерки.

— Эта-то? — Антон развернул руку, ласково, как домашнего любимца, погладил ее другой рукой.

— А у тебя есть другие?

— Есть, — он поднял на нее дразнящий взгляд. — Хочешь посмотреть?

Даша смутилась, Антон рассмеялся.

— Не говори, что я не предлагал. А ящерица — мой талисман. Думаю, она меня и спасла в той аварии. — Он задумчиво уставился на татуировку, и Даша с горечью поняла, что рисунок ему набила девушка, с которой у него был роман.

Это было так очевидно, что сердце зашлось от ревности. Впрочем, какое она имеет на это право? Пусть Рапунцель его ревнует, а все, что было между Дашей и Антоном, давно прошло, и он ни словом не дал понять, что помнит.

Остаток вечера они болтали о чем угодно, только не об их общем прошлом. Антон рассказывал о своей заграничной жизни и новой выставке, которую готовит. Даша делилась смешными случаями с туристами из своей практики, вспомнила о прошлогодней встрече выпускников — поведала, кто чего добился и кто как изменился.

— А помнишь! — то и дело вспоминал Антон, заводя разговор то об учителях, то о каких-то забавных происшествиях.

Не говорили только о том, что когда-то связывало их двоих. Даша старательно обходила эту тему, да и Антон не стремился ее обсуждать. Несмотря на это табу, Даша наслаждалась общением. Ей давно не было так весело и так легко.

— Кстати, не дашь мне номер Феликса? — вдруг спросил Антон.

— Зачем? — насторожилась она.

— Да расслабься, я тебя не заложу. У Аленки зуб заболел, вот я и вспомнил про твоего жениха. Ему можно довериться?

— Конечно, у него золотые руки! — отрекомендовала она и продиктовала номер.

Было безумно жаль расставаться с Антоном. Но чашка уже опустела, а от вкуснейшего десерта оставалась последняя ложечка. Антон подозвал официанта и попросил счет. Даша порывалась проявить независимость и заплатить за себя, но Антон так на нее взглянул, что девушка сразу умолкла и, чтобы замять неловкую паузу, доела последнюю ложку тирамису.

Антон с улыбкой смотрел на нее.

— Что? — смутилась Даша.

— У тебя губы в шоколаде.

С бешено забившимся сердцем Даша представила, как Антон подносит руку к ее лицу и его пальцы мягко касаются ее губ. Но, ломая каноны романтического жанра, Антон прозаически протянул салфетку.

— Спасибо, — скомканно поблагодарила Даша. Размечталась! Это не романтическое свидание, а дружеская встреча бывших одноклассников. И они с Антоном — герои не одного любовного романа, а разных. Ее герой — Феликс, а его героиня — Рапунцель.

— Это тебе спасибо за чудесный вечер, — вкрадчиво улыбнулся он. — Пойдем?

После яркого электрического света ресторана ночной полумрак окутывал волшебной дымкой. И сегодняшнюю ночь было легко спутать с одной из тех, что были десять лет назад. У Даши екало сердце, и она сама себе казалась одиннадцатиклассницей, которая влюбилась впервые в жизни. Сумерки скрыли взрослую щетину Антона, по-мальчишески заострили скулы, спрятали перекинутую через плечо профессиональную фотокамеру, и он показался Даше таким, каким был в школе.

— Дальше я сама, не провожай, — выдохнула Даша, чувствуя, что еще немножко, и натворит глупостей. Глупости и так кипели в ее голове, нашептывали вольности, рождали дерзкие фантазии. Как хорошо, что Антон о них не знает! Она мысленно уже целовала его, собирая поцелуи, которые он задолжал ей за эти десять лет разлуки, и чувствовала жар его рук на своей коже.

— Понимаю, — лицо Антона тонуло во мраке, а глаза сверкали, как южные звезды, сводя Дашу с ума.

«Ну почему, почему он женится на другой!» — заныло сердце. «У тебя тоже есть жених!» — едва не сорвал голос разум.

— Ну, пока, — шепнули губы.

— Пока. — Антон наклонился, словно собираясь ее поцеловать, и в этот миг между ними вибрирующей волной прокатилась мелодия звонка. Они испуганно отпрянули друг от друга.

Антон ответил на вызов, и радостный голос Аленушки прозвучал так громко, словно она находилась рядом.

— Антош, ты еще на съемке? Я просто хотела сказать, что я тебя люблю и целую!

— Я тоже, солнышко, — ласковым эхом отозвался Антон.

Даша так и не узнала, куда собирался ее поцеловать Задорин: в губы или в щеку. Да это уже было и неважно. Она, не говоря ни слова, махнула Антону рукой, чтобы не компрометировать его перед невестой, отвернулась и зашагала прочь. Все кончено. Пора возвращаться в реальную жизнь — к Феликсу, к маминым советам, к разговорам о свадебном платье.

Дома ее ждала пританцовывающая от нетерпения мама и гора глянца на диване.

— Это что такое? — Даша взяла верхний журнал, на обложке которого жеманно застыла прекрасная брюнетка-невеста в полный рост, а заголовки статей были посвящены свадебному букету, смокингу жениха и праздничному банкету.

— Это я купила! — похвалилась Лилия Александровна. — Оказывается, про свадьбу столько журналов есть!

— И ты взяла все? — Даша недовольно покосилась на увесистую стопку.

— Обязательно прочитай, там столько всего полезного! — оживленно посоветовала мама. — Я сделала несколько закладок.

— Хорошо, я посмотрю, — отмахнулась Даша, лишь бы от нее отстали. — А сейчас можно мне отдохнуть?

— Вы с Феликсом составили список гостей? — поинтересовалась мать.

— Нет, сегодня нам было не до того, — уклончиво ответила Даша.

— Понимаю, — захихикала мама. — Дело молодое, может, и внучку мне до свадьбы сделать успеете.

— Мама! — простонала Даша, закатив глаза.

— А что? — не смутилась та. — Только не говори, что ты не хочешь детей.

Вопрос застал Дашу врасплох. Не то чтобы она не хотела детей, но то, что они входили в ближайший план Феликса, ее смущало. Будто бы она сама не имела права голоса в этом вопросе.

— Ну что, завтра идем за свадебным платьем? — Мать умоляюще воззрилась на нее.

— Идем, — согласно кивнула Даша. Встречу с женихом придется снова отложить, но уж лучше выбирать платье, чем ужинать с Феликсом на следующий же вечер после встречи с Антоном. Задорин разбередил ей душу, и Даше надо было вновь свыкнуться с мыслью, что ее будущее — это Феликс.

— Какая-то ты сегодня странная. — Мать испытующе глянула на нее. — Вы с Феликсом не поссорились?

— Мы с ним никогда не ссоримся, — Даша взяла свадебный журнал и отгородилась им. — Я почитаю, ладно?

— Конечно! — Как она и рассчитывала, этот повод был достаточно убедительным, чтобы мать оставила ее в покое.

Даша, не раздеваясь, рухнула на постель и уставилась в потолок. Перед глазами стоял Антон, который ее так и не поцеловал. И теперь она уже не узнает, собирался ли вообще…

Ночью ей снился загс. Даша стояла одна в зале торжественных регистраций в белом платье — таком тяжелом и громоздком, что не могла тронуться с места. Она растерянно огляделась по сторонам: где же жених? Дверь справа открылась, и показался нарядный Феликс в черном смокинге. Даша, с трудом скрыв разочарование, улыбнулась жениху. Он уже протянул ей руку, когда открылась дверь с другой стороны, и в зал, запыхавшись, влетел Антон. На нем был белый костюм, от которого слепило глаза, и Даша чуть не расплакалась от счастья. Феликс нетерпеливо потянул ее за руку. Антон взял за другую. За столом перед Дашей, откуда ни возьмись, возникла строгая сотрудница, которая принимала у них с Феликсом заявление.

— Согласны ли вы, Дарья, выйти замуж за… — Дама осеклась, подняла глаза от бумаг и пристально взглянула на Дашу поверх узких очков. — Позвольте, у вас что же, два жениха?

— Я ее жених, — выступил вперед Феликс.

— Я ее жених! — возразил Антон, пылко сжав руку Даши в своей.

— Так за кого же вы выходите замуж? — требовательно спросила сотрудница.

— Я не знаю, — пролепетала Даша, вертя головой и переводя взгляд с Феликса на Антона.

— Ответьте, — принуждала ее регистраторша, — за кого!

— Я не знаю, не знаю! — в замешательстве повторяла Даша, пока не проснулась на сбившейся постели.

Она вышла на кухню попить воды и обнаружила там маму в бигуди и со стаканом кефира в руках.

— Ты сдавала экзамен во сне? — полюбопытствовала та. — Ты повторяла: «Я не знаю, не знаю!»

— Я не помню. — Даша отвела глаза и хлебнула холодной минералки.

— Что ж, — мать строго взглянула на нее, — я надеюсь, ты помнишь, что у тебя скоро свадьба, и знаешь, что надо сказать в загсе. И не забудь, что завтра мы идем за свадебным платьем.

Глава 5

Свадебный шопинг

Даша стояла перед большим зеркалом, похожая на свадебный торт. Под пышной юбкой, в несколько ярусов расшитой кружевными оборками, могли бы уместиться трое. Жесткий корсет стянул грудь так туго, что перехватило дыхание. Все вместе было таким тяжелым, что Даша не могла сдвинуться с места и чувствовала себя прибитым к полу манекеном, как во сне, который она видела ночью.

— Прекрасно! — зааплодировала Лилия Александровна.

— Кошмар! — со свистом выдохнула Даша, повернувшись к зеркалу спиной. — Только через мой труп!

— Доченька, — засуетилась мама. — Ты выглядишь прелестно! Скажите ей! — Она обернулась за поддержкой к продавцам-консультантам, которые одевали Дашу в четыре руки.

— Платье вам очень идет! — угодливо закивали те.

— Мама, я его не надену! — отрубила Даша.

— Даш, по-моему, ты с жиру бесишься! — рассердилась мама. — В наши дни такого платья было не достать. Да за такую красоту в магазине бы подрались!

— Мама, — холодно перебила Даша, — если оно тебе так нравится, то носи его сама.

Лилия Александровна недовольно поджала губы:

— Тебе не нравится ни одно из платьев, которые я посоветовала.

— Можно мне уже выбрать платье самой? — рассердилась Даша. — Не хотелось тебе напоминать, но невеста все-таки я.

Она собиралась упереть руки в бока, но в столь громоздком платье даже это было сделать затруднительно, и Даша раздраженно сложила их на груди.

— Платье и в самом деле не самое удачное, — дипломатично вмешалась продавщица. — Давайте примерим другую модель.

Даша с мученическим видом заковыляла в примерочную, придерживая юбку-шар и шаркая ногами в белых туфлях сорокового размера. Она не подумала о том, что свадебное платье примеряют с каблуками, и явилась в салон в привычных балетках. Так что пришлось воспользоваться казенными туфлями на четыре размера больше.

Даша провела в салоне уже час и больше всего на свете жаждала поскорее оттуда сбежать. Насмотревшись по работе на невест в воздушных летящих нарядах на фоне морских пейзажей, Даша и сама мечтала о чем-то подобном. Но платья, которые она мерила, были громоздкими, неудобными и душными. Как будто их шили старые девы — невесто-ненавистницы специально для того, чтобы девушки в день своей свадьбы потели, краснели и пачками падали в обморок.

Даша категорически отмела несколько моделей с бантиками, рюшами и стеклярусом, которые принесли ей продавщицы, и, избавившись от юбки, которая тут же заняла пол-примерочной, с наслаждением влезла в джинсы. Шелковый корсет от платья она еще снять не успела и задумчиво застыла, разглядывая себя в зеркале. В сочетании с джинсами он смотрелся весьма неплохо. Но нет, Феликса точно Кондратий хватит, появись она в таком виде в загсе. Даша громко хмыкнула и принялась расшнуровывать корсет. На помощь подоспела продавщица, не скрывая разочарования, спросила:

— Точно ничего больше примерить не хотите?

— Не сегодня, — смягчилась Даша. — Это моя самая первая примерка, и, признаться, я ужасно устала.

— Понимаю. — Девушка проворно освободила ее от корсета, и Даша вдохнула полной грудью. — Хотите совет? — Продавщица покосилась на зал, где сидела Лилия Александровна, и понизила голос. — В следующий раз приходите без мамы. Сколько здесь работаю — невесты с матерями все время ругаются. Что нравится невесте, то не нравится мамочке, и наоборот. Если бы и мужей девушки вместе с матерями выбирали, наверное, мы бы вообще остались без работы — некому было бы замуж выходить. И не за кого. Так что приходите за платьем своей мечты одна. Или в компании с подружкой.

— Спасибо, — улыбнулась Даша. — Я так и сделаю.

Она прошла в зал, где с самым несчастным видом сидела Лилия Александровна, а рядом с ней дожидающиеся другую невесту две круглолицые белокурые тетушки, которых Даша мысленно окрестила «двое из ларца» за сходство с мультяшными героями.

— А вот и наша невеста! — едва сдерживаясь от хохота, объявила незнакомая Даше продавщица, и в зал промаршировала здоровенная каланча в точно таком же платье, которое мерила Даша. Лицо ее оказалось закрыто густой фатой, плечам позавидовал бы любой спортсмен, а талию можно было определить только по границе корсета и юбки.

— Шикарно! — заохали «двое из ларца». — То, что мы искали!

— Вам очень идет! — слаженным хором подпели две продавщицы, помогавшие Даше.

Невеста прогудела басом:

— Спасибо, девочки! — После чего откинула фату, продемонстрировав трехдневную щетину, лысину и смутно знакомую Даше физиономию, чем едва не довела продавщиц, помогавших Даше, до удара.

— Ой, вы же этот артист! — в полном восторге воскликнула Лилия Александровна. — Можно ваш автограф?

Артист великодушно кивнул ей и приосанился, явив всем присутствующим волосатое декольте. Лилия Александровна зашвырялась в сумочке в поисках бумаги.

— Даш, у тебя нет листочка? — с надеждой спросила она.

Даша покачала головой.

— Сейчас, сейчас, что-нибудь найду, — засуетилась мать, вороша содержимое сумки.

— Ну что, — артист вопросительно повернулся к своим спутницам, — я считаю, надо брать!

— Конечно! — закивали те. — Лучше не найдешь!

— А когда у вас свадьба? — ляпнула одна из продавщиц.

— С 8 марта в кино, — расхохотался артист.

Туго зашнурованный корсет не выдержал богатырского смеха — разошелся по швам. Артист остался в одной пышной юбке, похожий на балерину с волосатым торсом. Продавщицам стало совсем не смешно, они потребовали оплатить ущерб. «Двое из ларца» заохали, что платье бракованное и не выдержало бы и одного съемочного дня, и заявили, что платить они не станут. Продавщицы быстро нашлись, что свадебные платья не рассчитаны на мужскую комплекцию. Артист озадаченно почесал волосатую грудь.

— Нашла! — Лилия Александровна откопала в недрах сумки какую-то лекарственную инструкцию. — Вот тут есть пустое местечко для автографа.

— Мам, пойдем, — простонала Даша, заметив, что это средство от климакса. — Не видишь, тут сейчас не до тебя! — Она потянула мать к выходу.

— Эх, даже автограф не взяла, — сетовала та, когда они вышли на улицу. — Ведь никто даже не поверит! — А в следующую минуту уже громко сокрушалась: — Даш, я тебя просто не понимаю! И чего ты только хочешь?! Симочкина дочка купила здесь восхитительное платье. Я специально узнала у Симочки адрес салона.

— Так вот кому я обязана удовольствием кататься сюда через весь город, — проворчала Даша.

— Ради хорошего платья можно и покататься, — парировала мать.

— Ради хорошего-то можно, — устало откликнулась Даша, утешая себя тем, что хотя бы Аленушку в салоне не встретила. Хотя Даша и вздрагивала всякий раз, когда хлопала входная дверь. После вчерашнего ужина с Антоном она меньше всего на свете желала очутиться лицом к лицу с его невестой.

— Может, еще куда заглянем? — с энтузиазмом предложила мама и вытащила сложенный пополам листок в клеточку, заполненный ее крупным красивым почерком. — Вот, гляди, всего в трех остановках метро есть другой салон, там покупала платье Иришка, Людочкина дочка. Или вот к нам поближе есть магазин, его невеста Шурочкиного Максимки посоветовала.

— Мам, — ужаснулась Даша, заглянув в список, содержавший свыше десятка адресов, — ты что, обзвонила всех своих подруг?

— Подруги для этого и нужны, — важно объявила Лилия Александровна. — Так что, съездим?

— На сегодня с меня хватит! — категорически отказалась Даша и двинулась к метро. Как назло, путь лежал мимо ряда магазинов, и мать не оставляла попыток возобновить свадебный шопинг.

— Тогда, может, хотя бы посмотрим свадебные туфли? — умоляюще проговорила Лилия Александровна, с вожделением заглядывая в витрину обувного магазина, который они проходили.

— Мама, туфли покупаются к конкретному платью, — напомнила Даша.

— Ах да, верно, — поникла мама. — А может, свадебный букет? — Ее глаза загорелись сумасшедшим огнем при виде вывески цветочного салона.

— Букет тоже выбирают к платью! — возразила Даша.

— А может, белье посмотрим? — не унималась Лилия Александровна, перебегая к витрине магазина нижнего белья и купальников. — Смотри, какой чудный белоснежный комплект! Ты будешь в нем сама невинность.

— Мам, ну какой комплект? Я даже не знаю, какое платье у меня будет — с открытыми плечами или с закрытыми. Как я могу сейчас определить, какой мне нужен бюстгальтер — с лямками или без, обычный или пуш-ап?

— Пуш-ап, конечно! — категорично перебила мама. — Что тут думать с твоей «двойкой»… На свадьбе ты должна блистать, как Памела Андерсон! Ну, пойдем, посмотрим! — Она уже спешила к крыльцу.

— Мама! Не стану я ничего смотреть. Вот когда куплю платье, тогда и буду под него все подбирать. — Даша быстро зашагала к метро.

— Ну вот, все упирается в платье! — огорченно всплеснула руками Лилия Александровна, нагоняя дочь. — А мы его еще даже не купили! До свадьбы меньше месяца, а столько дел, столько дел! Давай хотя бы чулки тебе купим! — взмолилась она, удерживая Дашу перед витриной магазина колготок.

У Лилии Александровны был такой жалобный вид, что Дашино сердце дрогнуло.

— Ну, хорошо! — сдалась она. — Чулки можно.

— Девочки! — с сияющим видом объявила Дашина мама, впорхнув в магазин. — У нас тут невеста. Подберите ей чулки для самого счастливого дня в жизни!

Даша чуть не застонала от неловкости. Кроме молоденьких продавщиц, на них обернулись все пятеро покупательниц. Даже долговязый парень, со скучающим видом перебиравший мужские носки в ожидании своей спутницы, оживился и с любопытством уставился на Дашу.

Продавщицы, пряча улыбки, переглянулись, и одна из них шагнула к Даше.

— Дайте мне самые простые чулки, — сконфуженно попросила Даша.

— Покажите все, что есть! — разошлась маман.

— У нас есть белые и телесного цвета, — предложила продавщица, подводя их к стойке, где уже выбирала чулки эффектная рыжая дама с пышной прической.

— Телесного, — попросила Даша.

— Конечно, белого! — безапелляционно перебила мать. — Свадьба бывает только раз в жизни!

— У кого как, — насмешливо уронила рыжая, направляясь к кассе с упаковкой черных чулок в сетку.

— У моей дочери безо всяких «как», — обиженно возразила ей вслед Лилия Александровна. — Однажды и на всю жизнь!

— Мама! — остановила ее Даша, умирая со стыда.

— Значит, белые, — вернулась к чулкам мать.

Даша, не глядя, схватила первую попавшуюся пару. Лилия Александровна взяла еще одну и сунула в руки дочери.

— Зачем мне две одинаковых? — не поняла та.

— Все тебе надо объяснять, как маленькой, — с превосходством заметила мать, прежде чем растолковать. — Вторые — запасные, на случай, если первые порвутся.

— Да кто их увидит-то под юбкой? — поразилась Даша.

— Ты должна быть уверена в том, что все в полном ажуре. А стрелка на чулках может испортить тебе настроение и самооценку. В такой важный день это просто недопустимо!

— Тогда, может, и третьи возьмем? — не скрывая сарказма, спросила Даша. — На случай, если вторые порвутся.

Некстати вспомнилась Аленушка с ее запасными ручками, и Дашино настроение упало ниже московской подземки. Интересно, сколько эта запасливая Рапунцель себе чулок на свадьбу прикупит? Десять пар? Тогда ей не свадебную сумочку, а свадебный саквояж за собой таскать придется!

— Хорошая идея! — на полном серьезе одобрила Лилия Александровна и цапнула с полки третью пару. Но Даша решительно вернула ее обратно:

— Мама, уймись!

— Хорошо, — неожиданно послушно признала та, — думаю, двух вполне достаточно. Хотя с третьими мне бы было спокойней.

— Будете оплачивать? — с приклеенной улыбкой осведомилась продавщица.

Даша кивнула и направилась вслед за ней к кассе.

— Удачи, дорогуша! — кивнула ей рыжая дама, забирая пакет с покупками, и озорно подмигнула. — По моему опыту, самый удачный брак — пятый. — И понизив голос, добавила:

— Надо было на нем и остановиться.

К счастью, ее не слышала Лилия Александровна, которая внезапно подпрыгнула и воскликнула на весь магазин:

— Даша, подожди!

Даша с нехорошим предчувствием повернулась к матери.

— Мы забыли купить самое важное! — пронзительно возвестила та.

— Женихи продаются в другом магазине, — обернулась в дверях рыжая. — Могу подкинуть адресок.

Даша чуть не сгорела со стыда, но Лилия Александровна, не слыша ничего, вцепилась в продавщицу и объявила на весь магазин:

— Девушка, нам нужна резинка!

— Резинка? — растерянно захлопала ресницами продавщица. — Для волос? Но у нас только колготки и носки…

— Нам нужна резинка для жениха, — нетерпеливо перебила ее Лилия Александровна.

Парень, дожидавшийся подружку, глумливо захохотал. Все посетительницы с любопытством повернулись к ним. Даша густо покраснела и простонала:

— Мама!

— Ну, есть они у вас или нет? — требовательно спросила та.

— А что он с ней будет делать? — обалдело спросила продавщица.

— Как это что? — воскликнула Лилия Александровна. — Это прекрасная свадебная традиция. Он будет бросать ее своим друзьям!

Парень рухнул от хохота, по залу пронеслись смешки. Даше захотелось сбежать из магазина со всех ног, но мать каменной глыбой преграждала путь.

— А! — понимающе выдохнула продавщица. — Вы, должно быть, имеете в виду подвязку?

— Подвязки — это в госпитале, — обиделась Лилия Александровна. — А нам нужна резинка. Такая, знаете, с кружавчиками! — мечтательно добавила она. — Жених будет бросать ее своим неженатым друзьям…

— И они станут в ужасе разбегаться, чтобы их случайно не задело, — сострил парень, развеселив всех присутствующих.

Только Лилия Александровна смерила его презрительным взглядом и вернулась к продавщице.

— Так есть у вас резинки?

— Да, вот они, взгляните, — продавщица подвела их к витрине у кассы.

— Какая прелесть! — чуть не захлебнулась от восторга Дашина мама. — Дашенька, по-моему, верхняя самая миленькая. Смотри, какой бантик, какие бусинки! Тебе нравится?

— Очень, — проскрежетала Даша и кивнула продавщице: — Мы ее берем.

— Пойдем отсюда, зая, — к парню с пустыми руками подошла его юная спутница. — Тут ничего интересного.

— Да ты что, детка? — бурно возразил он, поглядывая на Дашу с Лилией Александровной. — Тут просто «Камеди Клаб»! Не думал, что в магазинах бывает так весело. Ты меня почаще с собой за покупками бери, будет о чем в Твиттере написать.

— Правда? — обрадовалась девушка. — Тогда, может, еще в обувной зайдем?

— Пойдем! — согласился он.

— Ты просто пупсик! — запрыгала от счастья девушка и потянула его к выходу, пока не передумал.

— Даша, — не унималась Лилия Александровна, — может, посмотрим тебе еще колготки на каждый день? А то что ты все время в джинсах ходишь!

— Нет, — рявкнула Даша и достала кошелек, чтобы расплатиться за покупки.

Лилия Александровна тем временем вынула из сумки розовый блокнот с голубками, открыла его и сделала в нем две пометки такой же вопиюще-вульгарной розовой ручкой с рисунком из обручальных колец, увенчанной на конце перышком:

— Так, два дела сделано! Чулки купили. А где же резинка для жениха? Хм, а она и впрямь называется подвязка. Ну, подвязка так подвязка. Тоже есть! — Она с довольным видом захлопнула блокнот, и Даша увидела на нем надпись «Блокнот невесты. Все, что тебе пригодится для свадьбы и о чем никак нельзя позабыть».

— Мама, что это? — прошипела Даша, заметив, что не только она сама, но и кассирша проявила интерес к розовой хреновине.

— Ах, это! — Лилия Александровна уже собиралась спрятать блокнот обратно к себе в сумку и с некоторым сожалением протянула его дочери. — Это тебе. Очень нужная вещь! Я про нее в свадебном журнале прочитала и сегодня специально в магазин ездила, чтобы купить. Здесь расписано все-все, что нужно к свадьбе. Вот, погляди, — она увлеченно раскрыла блокнот, — тут список покупок, отдельные странички для выбора ресторана, для списка гостей…

— Мама! — Даша торопливо захлопнула блокнот и сунула обратно матери. — Не сейчас, давай посмотрим дома.

— Бери-бери, это же твой, — Лилия Александровна попыталась втиснуть блокнот дочери в сумочку, но выронила розовую ручку и наклонилась, чтобы ее поднять.

Даша тем временем быстро расплатилась, забрала пакет с покупками и на буксире вывела маму на улицу.

— Пусть блокнот хранится у тебя, — попросила она, когда мать снова хотела впихнуть его ей, и та с благоговением убрала розовое недоразумение в сумку.

— Ну, хоть не с пустыми руками домой возвращаемся! — довольно щебетала Лилия Александровна, подходя к метро. — А когда мы поедем за свадебным платьем, завтра?

«Только через мой труп!» — мысленно поклялась Даша. Но она была уверена, что ее маму это не остановит.

— Соня, спасай меня! — умоляла Даша, сидя на кухне у подруги в тот же вечер. — Ты должна помочь мне найти свадебное платье. И как можно скорее! Иначе мама меня совсем с ума сведет.

— Судя по твоему рассказу, — хмыкнула Соня, — если мы купим платье без тети Лили, я стану для нее врагом номер один.

— А если ты откажешься, я могу вообще не дожить до свадьбы! — трагически предрекла Даша.

— Ладно-ладно! Конечно, я тебе помогу. Когда ты хочешь пойти в магазин?

— Чем быстрее, тем лучше.

— Что, прямо сейчас? — подмигнула Соня.

— Можно завтра.

— Хорошо, я попрошу маму посидеть с Егоркой. Она как раз собиралась приехать. Ты хоть знаешь, какое хочешь платье?

— Я точно знаю, какое не хочу. Никаких пышных юбок на кольцах, жестких корсетов, бантиков, розочек и блесток, — с содроганием перечислила Даша, припомнив весь тот ужас, который ей сегодня пришлось перемерить под чутким руководством матери.

— То есть не такое, как у меня, — насмешливо протянула Соня.

— Сонь, я не хотела тебя обидеть! — поспешила исправиться Даша. — Ты на своей свадьбе была очень красивая!

— Еще бы, на пятом-то месяце беременности! — хихикнула та. — Я была неотразима! Меня все время мутило, и я на всех фотках зеленая, как Царевна-лягушка. И, заметь, после поцелуя вовсе не превращалась в принцессу. Только еще зеленее становилась. Весь день переживала, как бы меня не стошнило во время поцелуя с женихом, а гости, как назло, все время горланили «горько!».

— Я молчала как рыба! — поклялась Даша.

— Ты настоящая подруга, — расчувствовалась Соня. — А помнишь этот невообразимый шлем, скрепленный лаком, который соорудил у меня на голове стилист?

— Да, — протянула Даша, — ты выглядела непохожей на себя.

— Ха! — фыркнула Соня. — Ты еще не видела, во что он превратился наутро после свадьбы. Я ведь так устала, что забыла расчесать волосы на ночь. Утром они стояли дыбом на полметра!

— Да ты что? — хихикнула Даша.

— Честное слово, Крылатова! Как будто меня шандарахнуло током, — горячо подтвердила Соня. — Натуральная невеста Франкенштейна! Хорошо еще, успела привести себя в порядок, прежде чем Артем проснулся.

— Где же ты нашла этого горе-стилиста?

— Нашла? — возмутилась Соня. — Мне его посоветовали!

— Это кто же тебя так не любит? — хмыкнула Даша.

— Если бы я только помнила, — проворчала Соня. — У меня был отдельный блокнот, куда я записывала все подряд для свадьбы.

— Розовый? — содрогнулась Даша. — С кольцами и голубками?

— Нет, — удивилась Соня, — обычный в клеточку, с белкой на обложке. А при чем тут кольца и голубки?

— Это все опять моя мама! — пожаловалась Даша и рассказала про невестин блокнот.

— Просто тетя Лиля во время своей молодости не успела наиграться в свадьбу, — добродушно заключила Соня. — В ее годы не было такого сказочного выбора платьев, традиций бросать букет и подвязку…

— Резинку, — нервно хихикнула Даша.

— А еще свадебных журналов, блокнотов невесты и прочей праздничной мишуры.

— А я-то чем виновата? — посетовала Даша и подпрыгнула на месте. — Слушай, а может, мне маман замуж выдать? Вот и пусть она отрывается — на собственной свадьбе. А меня оставит в покое.

— Смирись, Крылатова, — с улыбкой посоветовала Соня, — другого выхода нет. Свадьбу надо пережить, как стихийное бедствие. Потом все вернется на свои места.

— Я всегда думала, что свадьба — это праздник, — разочарованно вздохнула Даша. — А оказывается — это ночной кошмар.

— Это чужая свадьба — праздник, а своя — кошмар. Но он непременно закончится в первую брачную ночь, а потом начнется сладкий медовый месяц, — обнадежила ее Соня. — Вы уже решили, поедете ли в свадебное путешествие?

— Об этом пока и не говорили, — Даша с досадой махнула рукой. — У Феликса сейчас одни платья, смокинги и лимузины на уме.

— Ну, с платьем мы завтра что-нибудь решим! — успокоила Соня и пристально взглянула на Дашу. — А теперь выкладывай, что у тебя случилось. Весь вечер сияешь, как будто выиграла миллион.

Дашу в самом деле так распирало от тайны, которую она хранила в своем сердце со вчерашнего вечера, что она выпалила:

— Я встречалась с Антоном!

— Когда? — ахнула Соня.

— Вчера.

— И? — тоном прокурора спросила Соня.

Под ее строгим взглядом Даше сразу расхотелось откровенничать.

— Да мы просто посидели, поговорили…

— Шарик, ты балбес! — простонала Соня.

— Да ладно, Советкина, мы ж просто по-дружески, — смутилась Даша. Она хотела поделиться с подругой своей радостью, а та пригвоздила ее к позорному столбу.

— Надеюсь, что ты сама в это веришь, — Соня с осуждением покачала головой. — Даш, о чем ты вообще думала? Встречаться с Антоном накануне свадьбы! И что теперь?

— Да что, ничего. — Она опустила глаза. — Как видишь, все в силе, готовлюсь к свадьбе, выбираю платье.

— Вот и правильно, Даш! — горячо одобрила Соня. — Забудь ты об этой встрече и выкинь Антона из головы!

— Хорошо… — послушно откликнулась Даша.

— Только бы Феликс ничего не узнал! — переживала Соня.

Даша взглянула на часы и заторопилась домой.

— Так что насчет завтра?

— Я с тобой! — с готовностью отозвалась подруга. Даша была готова поклясться, что теперь купить ей платье — для Сони дело принципа. Как будто бы это деяние перечеркнет встречу с Антоном и приблизит свадьбу с Феликсом.

Открывая дверь ключом, Даша гадала, как бы поделикатней сообщить матери, что завтра на свадебном шопинге ее заменит Соня.

— Дашенька, даже не знаю, как и сказать, — мама виновато замялась, выйдя встретить дочку в коридор. — Я совсем забыла, что у Людочки завтра день рождения. Она отмечает у себя дома, и отказаться неловко. Я и подарок ей заранее купила. Может, мы перенесем поиски свадебного платья на послезавтра? — Она заискивающе взглянула на Дашу.

— Ничего переносить не будем, — отмела Даша. — Ты же сама сказала, что с этим медлить никак нельзя.

— Ты права, — Лилия Александровна схватилась за телефон, — я скажу Людочке, что не смогу прийти.

— Нет-нет, — вскрикнула Даша. — Иди, развлекайся, передавай тете Люде мои поздравления!

А платье мы завтра посмотрим вместе с Соней.

— С Соней? Без меня? — Разочарованию мамы не было предела. — А вдруг ты купишь что-то не то? — Она смущенно осеклась.

— Мам, — миролюбиво сказала Даша, — мы просто посмотрим. Сомневаюсь, что я завтра же найду то самое платье. Просто не хочу терять день, времени-то до свадьбы не так много осталось, — как можно искренней соврала она.

— Ну наконец-то ты взялась за ум! — обрадовалась Лилия Александровна. — Как я рада это слышать, дочка. Сходите завтра с Сонечкой, присмотритесь. Только обещай ничего не покупать без меня! — горячо взмолилась она. — Я хотела бы сама взглянуть на тебя в свадебном платье.

— Конечно, мама, — пообещала Даша. — Я только посмотрю.

— Вот и чудненько! А тогда послезавтра уже пойдем вместе! Кстати, ты прочитала журналы, которые я тебе дала? — Мать испытующе воззрилась на дочь, как будто бы Лилия Александровна была экзаменатором, а Даша — нерадивой студенткой.

— Пока нет. Но я как раз собираюсь полистать их на ночь! — торопливо соврала девушка и юркнула к себе в комнату.

Убедившись, что мама за ней не последовала, Даша подошла к столу, отодвинула в сторону стопку свадебной макулатуры и включила ноутбук.

Она боялась признаться себе самой, как ей не терпится зайти на страничку на сайте одноклассников. Вдруг Антон прислал ей письмо? Она заходила на сайт каждые полчаса, будучи на работе, но Задорин не объявлялся. «Если он не напишет сегодня, — думала Даша, нетерпеливо барабаня пальцем по столу, пока загружался Интернет, — значит…» Страничка, наконец, открылась. Есть! Даша чуть не подпрыгнула на стуле. Одно новое сообщение! С бешено бьющимся сердцем она кликнула по конвертику и заскрипела зубами от разочарования. Письмо, отправленное две минуты назад, было от Сони — подруга скинула ей несколько адресов свадебных салонов и ссылки на фотографии свадебных платьев. Даша даже не стала их открывать и огорченно отодвинула ноутбук. Да ничего их встреча для Антона не значит! А она как была дурочкой, так и осталась.

Даша сбегала в ванную, приняла душ и натянула любимую пижамку с бабочками. Позвонил Феликс с традиционным пожеланием спокойной ночи, поинтересовался, как прошел поход в свадебный салон. Даша пошутила, что свадебное платье купить — не поле перейти.

— Конечно, я могла бы взять первое попавшееся. — заикнулась она.

— Не надо первое попавшееся! — перебил ее Феликс. — Купи лучшее.

— Вот поэтому мы с Соней планируем на завтра очередной заход, — сообщила Даша.

— А я думал, что мы увидимся завтра. Я соскучился, — с нежностью признался он.

— Я тоже, — машинально откликнулась Даша, и у нее заныло сердце от чувства вины. Вчера она отменила встречу с женихом, чтобы провести вечер с Антоном. А он ведь тоже жених — чужой.

— Но свадебное платье — это святое, — добавил Феликс. — Я подожду.

На работающем ноутбуке, который Даша забыла выключить, замелькал новый конвертик, и она стремглав метнулась к столу.

— Мне ведь тоже костюм надо выбрать. Тогда завтра этим и займусь, — продолжал Феликс. Даша торопливо щелкнула по сообщению — оно было от Антона.

— Ну наконец-то! — радостно вырвалось у нее.

— Милая, ты не думай, — возразил Феликс в трубку, — я уже смотрел костюм в обычном салоне. Но пока не нашел ничего достаточно торжественного. Завтра схожу в специальный магазин.

— Отличная идея, — рассеянно отозвалась Даша, ожидая, пока откроется сообщение от Антона.

— Надо купить костюм, рубашку, галстук, бутоньерку, — принялся педантично перечислять Феликс. Даша тем временем жадно читала сообщение Антона. «Привет, Принцесса! Не спишь?»

— И это все? — с разочарованием воскликнула она и осеклась, услышав обеспокоенный голос Феликса:

— А что, я что-то забыл?

— Резинку, — вырвалось у Даши, — то есть подвязку. То есть забудь! Это мы с мамой сегодня купили подвязку. Такую, ну знаешь, с бусинками и с кружавчиками…

— Которую я сниму с твоей ножки и буду бросать холостым друзьям? — проявил осведомленность Феликс.

«А они будут в ужасе разбегаться, чтобы их не задело», — мысленно усмехнулась Даша, вспомнив слова парня из магазина.

— Жду не дождусь этого волнующего момента, — мечтательно заметил Феликс.

Даша не ответила — она торопливо настучала на клавиатуре «Не спится» в ответ Антону.

— Милая, ты за компьютером? — догадался Феликс.

— Эээ. — Даша виновато покосилась на экран и отправила сообщение. — Да. Я тут свадебные платья смотрю, — соврала она.

— Тогда не буду тебе мешать! Удачи тебе завтра, милая. Я позвоню узнать, как твои дела. Люблю тебя.

— И я тебя, — выпалила Даша на автомате и отключилась.

Прильнув к экрану, она ждала нового сообщения от Антона.

«Весь день думаю о тебе, — писал он, и у Даши бешено заколотилось сердце. — А ты?»

«А я выбирала свадебное платье», — уклонилась от ответа она.

«И как, удачно?»

«Если бы! Завтра в новый бой». Даша отправила сообщение и выровняла дыхание. Кажется, беседа принимает дружеский оборот, можно расслабиться. Но Антон все испортил.

«Хотел бы я на тебя посмотреть», — поддразнивал ее он.

«Зачем?» — так и подмывало спросить Дашу, но она сдержалась и написала: «Посмотришь в загсе, не разминемся. У нас регистрация сразу после вас».

«Слишком долго ждать», — откликнулся Антон.

У Даши в голове крутилось столько глупостей, но она нашла в себе сил написать: «Мне пора, спокойной ночи».

«Теперь не усну. Так и буду представлять тебя в свадебном платье», — не унимался Задорин.

Свою Рапунцель представляй, с горечью подумала Даша. Она не успела придумать ответ, Антон прислал новое сообщение.

«Возьми меня с собой. Я помогу выбрать платье».

Дашу бросило в жар. И как это понимать? В какие игры он с ней играет?

«Мне поможет Соня, — сердито настучала она. — А ты не забудь купить все, что нужно жениху: костюм, рубашку, бабочку, бутоньерку».

«И как ты представляешь меня в бабочке?» — Ответное сообщение пестрело хохочущими смайлами, Даша как будто наяву услышала задорный смех Антона.

«А ты придешь в загс в джинсах?» — съехидничала она.

«Еще не решил. Если будет жарко, может, и в шортах», — Задорин был в своем репертуаре.

«То-то Аленушка будет рада!» — начала писать Даша, но стерла сообщение и застыла перед экраном, не зная, что ответить.

«Какой у тебя телефон?» — пришло новое сообщение.

Дашино сердце снова забилось, как в горячке. Ей так захотелось услышать голос Антона в телефонной трубке! Но она устояла перед соблазном и написала в ответ:

«Красненький».

«Класс! — моментально отреагировал Антон. — А у меня серебристый. А еще у него есть циферки…» Дальше шел номер мобильного.

Даша взволнованно уставилась в монитор. Антон хочет, чтобы она ему позвонила? Но зачем, зачем?! Разве они смогут общаться как старые приятели? А если он рассчитывает на что-то большее. Но как он может на это рассчитывать, если женится на другой и она сама тоже выходит замуж?

«А у тебя какие, Принцесса?» — проявил настойчивость Антон.

Долгую минуту Даша сидела, не шелохнувшись. Было так легко написать свой номер и принять входящий звонок от Антона. Или набрать указанный номер и услышать родной голос. Наверняка мобильный у него под рукой и он ждет, что она решится ему позвонить. Но тогда Даша признает, что он для нее что-то значит. Тогда, возможно, будут другие тайные встречи, будут поцелуи и украденное счастье. Она станет лгать Феликсу, Антон будет обманывать Рапунцель. Какое их ждет будущее? Она чужая невеста, он чужой жених. До свадьбы меньше месяца. Даша приняла решение и быстро написала:

«Не думаю, что это хорошая идея, Антон. Спокойной ночи».

Девушка отправила сообщение, закрыла сайт и выключила ноутбук. Она могла гордиться своей стойкостью, но почему-то хотелось выть от тоски.

Глава 6

Свадебное платье принцессы

За следующий день Даша ни разу не открыла сайт, угрожающий ее душевному спокойствию. Она поклялась забыть про Антона и честно пыталась сосредоточиться на покупке свадебного платья, когда выдавалась свободная минутка. Между бронированием туров, заполнением онлайн-анкет на Шенген и прочей рабочей суматохой она просмотрела пару свадебных сайтов, выбрала и распечатала несколько снимков с моделями платьев и ближе к вечеру позвонила Соне, чтобы договориться о встрече.

— А я как раз собиралась тебе звонить! — Голос у подруги был виноватый и обеспокоенный.

— Сонь, что-то случилось?

— У мамы высокое давление, она не приедет, — расстроенно сообщила Соня. — И мне Егорку не с кем оставить. Сама понимаешь, не возьму же я его с собой!

— Так ты не приедешь? — поникла Даша.

— Сегодня никак не смогу, прости, Дашуль. Давай как-нибудь в другой раз?

— Конечно, Сонь, без проблем! — успокоила ее Даша и простилась.

И что теперь делать? Она уже настроилась на магазин. Можно, конечно, отложить на завтра и пойти с мамой. А сегодня она встретится с Феликсом. Да, так она и сделает! Даша набрала номер Феликса, но тот долго не подходил. Где его носит? Хотя какие тут могут быть варианты. Наверняка по локти в работе в раскрытой пасти у пациента. Что же ей делать вечером? Так хочется примерить платья! Вчера не хотелось, а сегодня хочется. Платья, которые она нашла на сайте, были изысканными и стильными, и манекенщицы в них смотрелись сказочными красавицами, феями, нимфами.

«Возьми меня с собой. Я помогу выбрать платье», — вспомнилось вчерашнее предложение Антона. Соблазн увидеть Задорина снова и сразить его наповал свадебным платьем был велик, но Даша решительно отвергла даже мысль об этом. Ее мобильный заиграл мелодию, и вредина Яна привычно напела:

— Зубастик, милый мой зубастик!

Даша пропустила шпильку мимо ушей и лучезарно улыбнулась в трубку:

— Здравствуй, милый!

— Привет, Дашенька, звонила?

— Да. — Даша торопливо сообщила, что Соня не сможет пойти с ней за платьем, и предложила встретиться.

Ей обязательно нужно увидеть Феликса, лишний раз убедиться в том, что ее жених — средоточие семейных добродетелей, и выбросить Антона из мыслей.

— Милая, прости, — с сожалением отозвался Феликс, — я бы с радостью, но у меня завал, буду работать допоздна. Мне никак не вырваться.

— Ничего, — бодро отозвалась Даша, стараясь не выдать своего разочарования, — я подожду. А больные зубы ждать не могут.

— Спасибо, милая! Ты у меня такая понимающая.

Аж самой тошно, мысленно добавила Даша и нежно простилась с женихом. Что ж, кому-то ведь надо лечить людям зубы! Она и сама с Феликсом познакомилась благодаря выпавшей пломбе. Не было бы свадьбы, да кариес помог. И все-таки, что же ей делать сегодня вечером? Она задумчиво взяла в руки листы с черно-белыми фотографиями платьев и адресом салона.

— Красивые какие! — восхитилась начальница, притормозив у ее стола. — Когда мерить поедешь?

— Сегодня, — решилась Даша.

— Много у тебя работы осталось?

— Да почти все доделала.

— А клиенты? Никого не ждешь?

Даша покачала головой:

— Все, кто звонил, уже приехали.

— Тогда, Дарья, быстро дуй в салон, — Стелла Анатольевна ей подмигнула. — Ну, чего застыла? Я повторять дважды не буду.

Даша растерянно бросила взгляд на настенные часы. До конца рабочего дня оставалось еще полтора часа.

— Беги-беги, невеста, — улыбнулась начальница. — Вижу ведь, не терпится тебе.

— Спасибо, Стелла Анатольевна! — поблагодарила Даша, торопливо сгребая распечатки с платьями в сумку, и вскочила из-за стола.

— Что за дискриминация? — возмутилась Яна. — Я, может, тоже домой пораньше хочу.

— Вот когда тебя, Злыгостева, позовут замуж, тогда и поговорим, — отрезала начальница. — А пока — работать!

Даша, не удержавшись, бросила на Яну торжествующий взгляд. Что ж, в статусе невесты определенно есть свои преимущества! Она уже была в дверях, когда зазвонил телефон на ее рабочем столе, но Даша не стала возвращаться. Она и представить себе не могла, что это мог быть Антон.

У витрины салона свадебных платьев восторженно замерла стайка школьниц. Девчонки глазели на белоснежные платья, которые были для них символом взрослой жизни и сбывшейся мечтой о любви, и оживленно переговаривались.

— Ты бы какое платье взяла, Оль?

— Мне нравится вот это, с оборочками.

— А я бы надела вон то, с бантом на талии.

— А как насчет фаты?

— Конечно! Как же без фаты!

На Дашу, поднявшуюся на крыльцо, школьницы взглянули с завистью. В их глазах она была принцессой из сказки о любви, пришедшей за платьем для свадебного бала. Молчаливый восторг в глазах девчонок придал Даше азарта, и она решительно толкнула дверь. Захотелось скорее снять привычные джинсы и футболку и примерить на себя сказочный наряд.

Навстречу ей вышла добродушная женщина лет пятидесяти с мягкими кудряшками вокруг круглого лица, похожая на крестную фею. «Вот и отлично!» — обрадовалась этой приятной ассоциации Даша. Раз она принцесса, то эта добрая фея и поможет ей собраться на бал.

— Добрый вечер! — поприветствовала фея. — А ты что же, без мамы пришла?

— Без, — удивленно ответила Даша.

— К нам всегда с мамами ходят, — заметила та.

— С мамой мы вчера не сошлись во взглядах, — призналась Даша. — Так что я решила попытать счастья сама.

— А если твоей маме платье не понравится? — Фея в сомнениях склонила голову набок, и кудряшки беспокойно подпрыгнули.

— Ничего, я с ней как-нибудь договорюсь! — пообещала Даша.

— А деньги-то у тебя с собой есть? — Она с сомнением взглянула на Дашины джинсы и футболку.

— Послушайте, — вспыхнула Даша, — покажите мне платья! Вот, — она полезла в сумочку, — я распечатала несколько моделей с сайта.

— Выбор остался небольшой. — Фея взмахнула рукой, даже не взглянув на листок. — За эту неделю уже почти все разобрали, так что покажу, что есть.

Вместо того, чтобы вести Дашу к вешалкам с белоснежными нарядами, фея шагнула к стойке с черными, фиолетовыми и красными платьями.

— Вот, смотри.

— Вообще-то я хотела что-то более традиционное, — Даша недоуменно покосилась на вечерние платья. — Белое или цвета шампанского.

Поведение продавщицы удивляло. При всем ее добродушии, тетушка смотрела на Дашу свысока, как на неразумное дитя, которому нужен мудрый совет, и к тому же все время тыкала. Вот и сейчас добрая фея взглянула на Дашу так, как будто та сморозила несусветную глупость, и принялась ее увещевать:

— Детка, ну зачем тебе белое? Ты еще успеешь его поносить. Посмотри, какое замечательное сиреневое. И как раз твой размер.

— Я хочу белое, — упрямо возразила Даша.

— Не рано тебе еще невеститься-то? — укорила ее фея. — Не хочешь сиреневое, взгляни вот это, цвета бордо.

— Вы еще черное предложите! — возмутилась Даша.

— А что? — Ничуть не смутившись, фея вытащила вешалку с черным атласным платьем на бретелях. — Черное — прекрасный вариант, нестареющая классика. Оно тебе и потом пригодится, еще не раз наденешь. Вот только размер остался последний… Повезло! Как раз твой! — Она протянула ей вешалку.

— Вы что, издеваетесь? — остолбенела Даша. — Я не надену черное на свадьбу!

— На чью свадьбу? — изумленно заморгала фея.

— На свою, не на вашу же! — съязвила Даша, чувствуя себя персонажем театра абсурда. Все-таки надо было переждать один день и прийти в салон, заручившись поддержкой мамы. Она бы быстро объяснила непонятливой фее, что Даше нужно белое платье и никакое другое.

— Так вы за свадебным платьем пришли? — изменилась в лице фея.

— Ну не за этим же траурным! — Даша бросила недоуменный взгляд на черный наряд, который фея продолжала держать в руках.

— Ой! — Фея торопливо сунула вешалку обратно и засуетилась. — Вы простите меня, пожалуйста. Я решила, что вы платье для выпускного выбираете.

Даша изумленно посмотрела на сконфуженную продавщицу и расхохоталась.

— Вы меня за школьницу приняли? Спасибо за комплимент.

— Просто вы так одеты, — принялась оправдываться та. И Даша неловко одернула футболку. — А через два дня выпускной. Перед вами как раз старшеклассницы приходили, перемерили по пять платьев каждая — я с ног сбилась, и ушли ни с чем.

— Ничего страшного, — улыбнулась Даша. — Давайте начнем сначала. Меня зовут Даша, я невеста, и мне нужно свадебное платье.

— Тогда вам сюда! — Фея, как волшебной палочкой, махнула рукой, приглашая на другую половину, и Даша завороженно шагнула в сказочное царство белоснежных кружев, голубоватого атласа и мерцающих страз.

Фея предложила ей несколько традиционных моделей с пышными юбками и шлейфом, а затем жестом волшебницы вытащила с вешалки копию платья Кейт Мидлтон, в котором та вышла замуж за принца Уильяма.

— А это у нас вообще хит, свадебное платье принцессы, продаем по несколько штук в неделю. Смотрите, какой шлейф и итальянское кружево ручной работы. В таком можно и в загс, и на венчание, — принялась нахваливать она.

— Очень красивое, — вежливо кивнула Даша и вытащила из сумочки распечатки с сайта. — Но я хочу посмотреть эти модели.

— Вот это только на заказ, — огорчила ее фея, ткнув пухлым пальцем в первое платье, которое приглянулось Даше больше всего. — Этого остались только большие размеры, а вот эти два сейчас посмотрю.

Платье в греческом стиле, которое Даша примерила первым, пахло чужими духами, так что у Даши разболелась голова, и смотрелось на ней бесформенным мешком. Она была рада скорее его снять. Второе платье силуэта «русалка» дышало первозданной свежестью и село на Дашу, как вторая кожа. Оно было двухслойным, поверх белого шелка шла легкая кружевная отделка цветами, ненавязчиво разбавленная бусинками-жемчужинами. Мягко облегая грудь, оно подчеркивало талию и бедра и чуть выше колена расходилось вниз треугольником-хвостом. Не совсем то, о чем она мечтала, но очень близко к идеалу, решила Даша, оглядывая себя в зеркале. Интересно, сколько сотен или даже тысяч невест помнит это зеркало в золотой оправе на своем стекольном веку?

Добрая фея выжидающе застыла рядом.

— Мне нравится, — сказала Даша. — Может быть. Но не скажу, что это на сто процентов мое.

— Давайте принесу похожее, — с готовностью предложила фея. — Там тоже шелк с кружевом, только юбка классическая, чуть расклешенная книзу. В ней вы будете чувствовать себя свободнее, чем в «хвосте».

Фея унеслась за платьем, а Даша досадливо поморщилась, представив себе очередной этап примерки. Платье снять, платье надеть… Такая мука! То ли дело в сказке: крестная лишь взмахнет волшебной палочкой, и на Золушке новое платье. Красота! А все-таки в силуэте «русалка» что-то есть — что-то необыкновенное, загадочное и волнующее. Даша еще раз покрутилась перед зеркалом и пожалела, что не взяла никого в качестве советчиков. Любопытно было бы узнать, как оценили это платье мама или Соня. Может, щелкнуться на мобильник и отправить фотку Феликсу? Пусть порадуется в перерыве между больными зубами. В ту же секунду в сумочке зазвонил мобильный. Спотыкаясь с непривычки в необычного кроя юбке, Даша вытащила телефон. На экране горел незнакомый номер: наверняка какой-то ее турист беспокоится о визе или хочет уточнить наличие в номере отеля чайника. И почему русских туристов так волнует этот вопрос? Соблазн сбросить вызов был велик, но официально рабочий день еще не закончился, и Даша вежливо сказала в трубку:

— Да, я слушаю.

— Привет, Принцесса. — От волнующего голоса Антона по обнаженным плечам волной прокатились мурашки.

— Привет, — в замешательстве ответила она. — Как ты узнал мой номер?

— Это не сложно, если знать, где ты работаешь.

— Я не давала тебе визитку, — возразила Даша.

— Тоже мне тайна, — усмехнулся Антон. — Название фирмы указано на твоей страничке на сайте одноклассников.

Даша мысленно чертыхнулась.

— Думал застать тебя по рабочему телефону, но раз уж не получилось, удалось узнать твой мобильный. Всего-то и пришлось притвориться беспокойным туристом, — объяснил Антон. — Даш, где ты сейчас?

— Я в примерочной, в свадебном платье, — не стала юлить она. Зеркало отразило ее растерянный взгляд и лихорадочный румянец.

— И Соня там?

— Нет, я одна, — Даша в волнении накрутила на палец светлый локон. — Соня не смогла приехать.

— Хочешь, приеду я? — внезапно предложил он.

— Хочу! — выпалила Даша, не подумав. Уже в следующую секунду ужаснулась сказанному и торопливо добавила: — Мне нужен взгляд со стороны.

— Это я тебе обеспечу, — с улыбкой пообещал Антон. — Где ты?

Даша назвала адрес.

— Я совсем рядом, — обрадовался он. — Буду минут через десять. Не скучай!

Он отключился, а Даша запаниковала. Что она натворила? Антон придет сюда, Антон будет разглядывать ее в свадебном платье. Куда это вообще годится? А если вдруг в салон нагрянет Аленушка?

— Еле нашла! — доложила добрая фея, отдергивая шторку. — Вот, смотрите, простой приталенный силуэт, ничего лишнего, как вы хотели.

— Знаете, я передумала. — Даша порывисто повернулась к ней, даже не взглянув на предложенный вариант. — Я хочу примерить платье Кейт Мидлтон.

Наверное, зеркало в золотой оправе и впрямь было волшебным. Или волшебным оказалось платье, которое надела Даша. Вроде бы что особенного? Белый атлас, волнами стекающая юбка, плотный лиф, кружево, обнимающее плечи и переходящее на спину, белый бант, повязанный сзади на талии. Но преображение было настолько невероятным и эффектным, что Даша завороженно застыла. В зеркале была она и не она. Ее локоны, ее глаза, ее губы. Но какая-то особенная стать в осанке, королевское достоинство во взгляде, величественность в жестах. Даша была совсем не похожа на кареглазую брюнетку Кейт, но в этом платье вполне могла бы сойти за русскую царевну.

— Молодой человек, вы куда? — Фея взволнованно кинулась навстречу Антону, но взгляды Даши и Антона уже встретились в волшебном зеркале, и их никто бы не смог разлучить.

— Выглядишь роскошно, Принцесса, — Антон улыбнулся восхищенно и, как на миг почудилось Даше, влюбленно.

— Жениху сюда нельзя, — всполошилась фея, намереваясь выставить Антона из примерочной.

— Я не жених, — он примирительно поднял руки, — я друг невесты.

— Другу невесты можно, — смягчилась фея, но взглянула на него с подозрением. Уж слишком хорош для друга, в самую пору для жениха.

— Тебе нравится? — Даша повернулась лицом к Антону, часто дыша от волнения.

— Шикарно, — признал он, скользя взглядом по гладкому атласу платья. — Но это не ты, Даш.

Даша, огорченно заморгав, стремительно обернулась к зеркалу. Нет, волшебство никуда не делось. Она по-прежнему была прекрасна и величава. От белизны атласа слепило глаза, как от снега в горах. Кружево изысканным снежным узором покрывало плечи. Платье делало ее строже и серьезнее. Из попрыгуньи-стрекозы, пришедшей в салон в джинсах и футболке, девушка превратилась в элегантную и полную достоинства молодую леди. Сейчас Даша была такой, какой мечтал ее видеть Феликс.

— Ты сама на себя в нем не похожа, — настойчиво повторил Антон. — Эта Снежная королева — не ты.

— Да вы что, молодой человек? — горячо вступилась за Дашу фея. — Смотрите, как ей в нем хорошо! Это вы просто привыкли видеть свою подругу в джинсах, а свадебное платье для того и покупают, чтобы быть самой-самой красивой. Это же платье принцессы!

— Это она — Принцесса, — Антон не сводил с Даши ласкающего взгляда, и от его мальчишеской улыбки у нее подгибались колени. — А платье я ей сейчас найду.

Антон с феей ушли в зал, а Даша устало опустилась на пуфик. Душой она понимала, что Антон прав, что это платье — лишь иллюзия той благополучной и образцовой жизни, в которую она собирается играть с Феликсом. Но как обидно было слышать от него, что платье ей не подходит!

— Примерь вот это, — Антон продемонстрировал ей вешалку с платьем оттенка шампанского.

Даша с сомнением посмотрела на необычный крой со множеством драпировок и оборок. Платье как будто было сшито из тюлевых лоскутов. Что ж, похоже, Антон видит в ней не принцессу, а оборванку Золушку, с горечью заключила она.

На удивление, вешалка с платьем была почти невесомой. После той тяжести, которую Даша успела перемерить, платье казалось легче перышка. Фея увела ее за шторку, помогла снять платье современной принцессы и, как светлое облачко, встряхнула в руках наряд, выбранный Антоном. Даша вытянула руки и будто нырнула в морскую пену. Воздушная прохладная ткань мягко скользнула по коже, принимая форму тела, и Даша почувствовала себя обновленной и посвежевшей, как после морского купания.

— А ваш друг знает в платьях толк, — признала фея, изумленно-восхищенно глазея на Дашу.

Даша нетерпеливо повернулась к небольшому зеркалу в кабинке и ахнула. Платье было необычным и очень изысканным. То, что казалось лохмотьями на вешалке, заструилось на ней воланами шифона, распустилось лепестками причудливых цветов, завихрилось непокорными волнами, а асимметричная лямка легла на плечо крылом сказочной птицы. В этом платье она стала лесной нимфой, крылатой музой, рожденной из морской пены Афродитой, прекрасной Царевной Лебедью. Оно было таким легким, свободным и летящим, что Даше хотелось подпрыгнуть, оторваться от земли и закружиться в воздухе. Именно о таком платье она мечтала, к нему не хватало только белого песка, синего неба, бирюзовой морской воды, свежего бриза и влюбленного взгляда жениха.

— Ну вот, совсем другое дело! — воскликнул Антон, когда она вышла в зал к большому зеркалу, и от его восхищенного взгляда Дашино сердце пустилось в пляс.

— Я чувствую, это мое платье, — счастливо улыбнулась она.

— Я рад, что угадал, — и в этих словах ей послышалось непроизнесенное вслух признание.

Несколько долгих мгновений они неотрывно смотрели друг на друга, пока не вмешалась добрая фея.

— Так что решили? — нетерпеливо спросила та, разрушив романтический момент.

— Конечно, я его беру, — кивнула Даша.

Фея довольно просияла и деловито спросила:

— А фата нужна?

— Обойдусь без фаты, — категорически отмела Даша.

Но фея уже унеслась в зал, откуда притащила второй главный атрибут невесты, и умоляюще попросила:

— Вы только примерьте!

Даша позволила напялить тюль себе на голову и безо всякого энтузиазма повернулась к зеркалу. Однако волшебное стекло вновь ее удивило. Фата была словно соткана из облака и идеально дополняла платье. Антон смотрел на Дашу, не отрываясь, как будто она была единственной женщиной в мире. Как бы Даше хотелось, чтобы он смотрел на нее так всегда! И не было бы ни Рапунцель, ни Феликса, ни двух свадеб с перерывом в двадцать минут, а была бы только одна — их общая. Антон понимает ее, как никто другой. Антон выбрал для нее платье, которое отражает ее душу. Антон — тот жених, которого она бы мечтала видеть рядом с собой…

— Восхитительно! — снова некстати вмешалась фея. На Дашу она взирала с умилением доброй тетушки-крестной, наконец-то благополучно собравшей на бал свою чумазую подопечную. — А перед тем как показаться жениху, надо сделать так. — Фея накинула часть фаты на лицо Даше и подтолкнула ее к Антону.

В примерочную заглянула юная продавщица, позвала старшую «фею» по важному вопросу, и Даша с Антоном остались одни.

Через фату Даша видела Антона, словно в тумане. Он шагнул к ней еще ближе, коснулся тюля на уровне Дашиного лица, будто лаская, а затем медленно откинул свадебную вуаль. Даша была как во сне. В этом сладком сне она была невестой Антона, а он — ее женихом.

— Ты очень красивая, Принцесса, — низким от волнения голосом прошептал Антон. А дальше по сценарию должен был последовать поцелуй, который Даша уже мысленно получила…

— Как будете оплачивать, картой или наличными? — гаркнула добрая фея, вернувшись в зал, и Даша с Антоном в испуге отпрянули друг от друга. — Давайте я помогу вам снять платье, — деловито предложила фея, кажется, даже не заметив неловкого момента. — Так картой или наличными? — Она в упор смотрела на Дашу, и той сделалось смешно при мысли, что «крестная», которая помогла ей собраться на бал, выставила ей счет. Да уж, жизнь — не сказка. Хотя у самой Даши и есть волшебная карточка, чтобы оплатить бальное платье.

— Картой, — сообщила она и шагнула в примерочную, чтобы сменить платье своей мечты на привычные джинсы и футболку.

— Вот повезло-то, — приговаривала фея, кружась возле Даши. — И размер тютелька в тютельку, и рост ваш, подгонять ничего не надо. Как на вас шили! Можете сегодня же платье забирать, сейчас мы все упакуем в лучшем виде!

Когда Даша переоделась, Антон помог донести платье и фату до кассы, мило пошутил с кассиршей и, едва взглянув на экран ожившего мобильника, выскочил на крыльцо.

Рапунцель звонит, мрачно заключила Даша.

— Как вам повезло! — с затаенной завистью произнесла продавщица, укладывая платье в прозрачный пластиковый чехол.

— Да, платье чудесное, — рассеянно заметила Даша, подписывая чек.

— Платье — само собой, — кивнула девушка, — но я имею в виду вашего друга. — Она с многозначительной улыбкой покосилась на крыльцо, где маячила долговязая фигура Антона.

Даша вспыхнула. На что это она намекает?

— Мы просто друзья, — на всякий случай сказала она.

— Ну разумеется! — Кассирша будто бы и не думала подвергать сомнению ее слова. — Это такое счастье — иметь друга-гея!

— Что? — закашлялась Даша.

— Мужчина плохого не посоветует, в отличие от завистливых подруг, — рассудительно заметила девушка, застегивая чехол. — И на стильные вещи у них нюх. Признаться, я вам завидую! Держите.

Даша с изумлением уставилась на вешалку с платьем, упакованным только в чехол.

— А в пакет вы его не положите?

— Ну что вы! Оно же помнется!

— И как же мне его везти? — растерялась Даша, представив себя с платьем в метро в час пик.

— Лучше всего на заднем сиденье машины, — посоветовала кассирша. — И дома сразу же повесьте в шкаф.

— Спасибо, — промычала Даша, забирая вешалку с платьем.

Был бы с ней Феликс, довезти платье не было бы проблемой. Но жениху никак нельзя видеть платье невесты. Похоже, придется ловить такси. Если только ее не подвезет Антон, Даша с надеждой взглянула на крыльцо и заторопилась к выходу.

— Красивой вам свадьбы! — пожелала кассирша.

— И семейного счастья! — вышла проводить фея. — А если вдруг что не заладится, то приходите к нам — за новым платьем.

Воистину — добрая фея, ухмыльнулась Даша и шагнула на крыльцо.

— Ну все, мне пора, — скомкано попрощался Антон. — Я тебя тоже.

От этого «тоже», подразумевавшего «люблю-целую» и прочие романтические глупости, Дашино сердце возмущенно заколотилось, но Даша велела ему заткнуться и нашла сил улыбнуться повернувшемуся к ней Антону:

— Спасибо, что помог выбрать платье.

И на что она, глупая, рассчитывает? У них свадьбы с разницей в двадцать минут, они шепчут в трубку «люблю» — она своему жениху, а он своей невесте. То, что Антон помог ей выбрать свадебное платье, ничего не меняет.

— Одним «спасибо» ты не отделаешься, — Антон многозначительно улыбнулся.

Даша вопросительно приподняла брови.

— Мне ведь тоже нужно выбрать костюм, — заметил он. — Поможешь?

— А что Аленушка? Не справится?

— Аленушка хочет видеть меня в классическом черном костюме, — поморщился Антон. — А я планирую ее удивить. К тому же она сама сейчас платье ищет. А ты вроде уже освободилась.

— Ну, хорошо, — решилась Даша.

В конце концов, что крамольного в том, чтобы помочь выбрать костюм старому другу?

— Спасибо, Принцесса! — тепло улыбнулся Антон. — Когда начнем? Может, завтра?

— Завтра вечером мы ужинаем с Феликсом.

— Какая досада! — вырвалось у Антона. — А мне прямо не терпится приступить к примерке. Может, тебе удастся вырваться днем? На обед-то вас отпускают?

— Пожалуй, на часик смогу, — решила Даша. — Только где-нибудь неподалеку от работы.

— Супер! — обрадовался Антон. — Я посмотрю ближайшие магазины в Интернете. Завтра у меня только одна съемка с утра, так что к обеду я должен освободиться.

Устав держать платье на вытянутой руке, Даша перекинула его через руку.

— Ух ты! Как же ты его повезешь? — спохватился Антон.

— А ты не на машине? — с надеждой спросила она.

— Я на колесах. Но вряд ли ты захочешь прокатиться, — Антон кивнул на припаркованный у обочины мотоцикл.

Даша представила себя сидящей позади Антона и обнимающей его за спину — волнующая картина. Вот только свадебное платье в нее никак не вписывается.

— Пожалуй, я вынуждена отказаться, — хмыкнула она.

— Как поедешь, на машине?

— Наверное, — она растерянно взглянула на платье.

— Я сейчас! — Антон сбежал с крыльца и остановился у обочины, вытянув руку.

Пока он ловил машину, к салону подошла другая невеста — с рыжими кудрями и в коротком мини.

— Что-то купили? — Она взбежала по ступенькам, чеканя шпильками, и с любопытством взглянула на Дашин пакет, а уже потом подняла густо подведенные глаза на Дашу. — Ой, здрасти! А мы с вами вроде в один день заявления подавали.

Даша узнала невесту лопоухого торговца унитазами и приветливо улыбнулась.

— Как магазин? — спросила рыжая. — А то я уже пять объехала, нигде не могу ничего подобрать.

«Да, свадебное платье купить — не унитаз выбрать», — вертелось на языке у Даши, но вслух она вежливо сказала:

— Магазин отличный, пусть сегодня вам повезет!

— Спасибо! — улыбнулась рыжая и шутливо посетовала: — Ох, нелегкая это работа — быть невестой.

И Даша была с ней полностью согласна.

Антон остановил синюю иномарку и махнул рукой Даше. Она торопливо сбежала с крыльца.

— Ну, давай, Принцесса. — Антон по-дружески чмокнул девушку в щеку и подержал платье, пока она садилась в машину.

Значит, все-таки друзья, решила она со смесью разочарования и облегчения.

— Принцесса, — Антон наклонился, передавая ей чехол с платьем, — тебе очень идет быть невестой!

Хлопнула дверца, машина поехала, увозя ее от Антона. А Даша осталась с разбитым сердцем и со свадебным платьем в руках.

— Не боитесь примет? — подмигнул усатый водила.

— Что? — Даша непонимающе моргнула, отмерла и аккуратно разложила платье на заднем сиденье рядом с собой.

— Жениху-то нельзя видеть платье до свадьбы, — заметил усач.

— Я в приметы не верю, — отрезала Даша. И этот принял Антона за ее жениха! Ну почему, почему так не на самом деле?

— А видный у вас парень, — продолжал словоохотливый водила. — Чего сам-то не довез?

— Он на мотоцикле.

Мимо них как раз проехал Антон в шлеме, слегка притормозил, махнул Даше рукой и умчался вперед. Сердце тревожно ухнуло, когда Даша вспомнила про аварию, в которой он пострадал. И ведь это не заставило Антона отказаться от мотоцикла!

Зазвонил мобильный. Феликс интересовался, как прошел поход в магазин.

— Очень удачно, — отчиталась она. — Купила чудесное платье.

— Жду не дождусь тебя в нем увидеть! Скорей бы наша свадьба, Даш, — нежно сказал Феликс.

— Я тоже, — машинально откликнулась она.

— Что — тоже? — тихо рассмеялся Феликс.

— Тоже очень жду этого, — солгала Даша, всей душой мечтая о том, чтобы отсрочить день регистрации.

Теперь, когда у нее было платье ее мечты, она совершенно точно поняла, что мужчина ее мечты — отнюдь не Феликс. У Феликса была куча достоинств, которыми не мог бы похвастаться Антон, но у него не было главного: рядом с ним Даша оставалась безжизненной, как Спящая красавица. И только с Антоном ей хотелось летать.

За остановку до ее дома машина застряла в чудовищной пробке. Даша не стала ждать, расплатилась с водителем и вышла на тротуар.

На улице было людно. Чехол со свадебным платьем приковывал к девушке всеобщее внимание. Мужчины посматривали на Дашу с интересом: мол, раз кому-то сгодилась в невесты, значит, что-то в ней есть. Женщины — так и вовсе сверлили взглядами, и по их реакции сразу можно было определить их статус. Незамужние поглядывали на Дашу кто мечтательно (эти, похоже, сами ждут предложения или только мечтают о красивой любви), кто с завистью (в них Даша подозревала гражданских жен, которые уже в течение пятилетки исправно варят борщи и драят полы, но никак не дождутся приглашения в загс). Замужние смотрели с пониманием и чуть свысока, как на неофита, которому только предстоит пройти все круги брака. При этом среди них тоже можно было выделить два подвида. Счастливые жены ободряюще улыбались Даше: мол, все будет хорошо! А несчастливые в браке дамы взирали на нее с сочувствием: во что же ты, дурочка, вляпываешься? Одна женщина, похожая на увядающую голливудскую звезду, и вовсе взглянула на Дашу с неизбывной тоской — от нее так и веяло недавним разводом и крахом всех надежд. Зато круглолицая румяная хохотушка с обручальным колечком на пальце, остановившаяся рядом с Дашей у пешеходного перехода, пока ждали светофор, так и расплылась в улыбке:

— Ваше? — Она кивнула на платье.

— Мое.

— Счастливая! Я когда к своей свадьбе готовилась, думала — убью всех на фиг, — доверительно сказала она, — жениха в первую очередь. Не могла дождаться, когда все закончится. А теперь с такой ностальгией вспоминаю! Вот бы все повторить! Хоть второй раз замуж выходи.

В лифте Даша поднималась вместе с соседкой, вышедшей замуж прошлым летом. Они с мужем снимали квартиру этажом выше. Лиза была младше Даши на два года и держала две битком набитые сумки из супермаркета. Даже не верилось, что миниатюрная и хрупкая соседка может выдержать такой вес. А вот муж у нее был плечистым бугаем, шире Лизы раза в четыре, и Даша ни разу не видела, чтобы он принес домой хотя бы буханку хлеба.

— Даш, это у тебя что, свадебное платье? — с жадным любопытством спросила Лиза. — Красивое, наверное?

— Нет, Лиз, я специально пол-Москвы объездила, чтобы самое страшное найти, — вырвалось у Даши.

— Ой, извини, — смущенно хихикнула соседка.

— Это ты меня, Лиз, извини. Устала я что-то сегодня, — покаянно сказала Даша и вышла на своем этаже.

— Понимаю, — участливо закивала та и добавила ей вслед: — Ничего, Даш. Скоро все закончится.

Даша взглянула на Лизу, сгибающуюся под тяжестью сумок, и подумала, что такого печального конца она себе точно не пожелает. Двери уже закрывались, когда раздался грохот, звон разбитого стекла и горестный вопль Лизы: у пакета, который она держала, под тяжестью оторвалась ручка, и все его содержимое полетело на пол. Но лифт уже унес молодую жену наверх, и Даша ничем не могла ей помочь или утешить.

Даша не уставала удивляться ежедневному, особенно ярко проявляющемуся по пятницам, феномену, когда женщины возвращаются домой, сгибаясь под тяжестью сумок с продуктами и едва двигая ногами, а мужчины бегут вприпрыжку, помахивая легким портфелем. Ей хотелось верить, что в их семье «мамонта» будет приносить Феликс и ей не придется оттягивать руки картошкой, пакетами молока и тем более бутылкой пива для мужа, примерно такой, как та, которая торчала из сумки Лизы.

Увидев дочь со свадебным платьем в руках, Лилия Александровна сначала с ликованием воскликнула:

— Ты купила платье? — А потом огорченно всплеснула руками: — Без меня?!

Вся мировая скорбь отразилась на ее челе.

— Мам, извини, — миролюбиво покаялась Даша, — просто оно такое… Я не смогла с ним расстаться!

— Давай, меряй скорей! — заторопила ее мать, сгорая от любопытства, и подтолкнула к комнате.

Пока Даша снимала футболку и джинсы, Лилия Александровна уже запустила руки в пакет, вытащила платье и дрожащим голосом сообщила:

— Доченька, кажется, оно порвалось!

— Что? — Даша испуганно метнулась к пакету. — Да нет же, мам, — упокоившись, объяснила она, — это такой крой!

Лилия Александровна недовольно поджала губы и потянула на себя оборку-лоскуток:

— Как собаки драли! Даша, а его можно вернуть? — Она с надеждой взглянула на дочь. — Давай отнесем его обратно и купим нормальное платье, как у людей?

— Мама! — Даша рассерженно отняла платье. — Я не хочу, как у людей! Я хочу это платье!

— Это Соня его тебе посоветовала? — негодовала Лилия Александровна, пока Даша одевалась. — Вот уж не подумала бы, что она на такое способна. Сама-то выходила замуж в красивом платье, с пышной юбкой. Прямо куколка!

— Мама, это платье выбрала я! — перебила ее Даша, чтобы оправдать невинную Соню.

— А моя дочь будет как оборванка, — горестно вздохнула Лилия Александровна.

Даша поправила платье и с беспокойством взглянула в зеркало. Вдруг это только в салонном волшебном зеркале она выглядела принцессой? Но нет, очарование платья никуда не делось

— оно все так же шло ей, и девушка чувствовала себя в нем легко, беззаботно и влюбленно.

— Мама, посмотри на меня!

Даша повернулась к матери, и Лилия Александровна критически оглядела ее с головы до ног.

— А что, юбки попышнее там не было? — разочарованно спросила она. — И эти лоскутки,

Дашенька. — Она провела рукой по летящим воланам. — Может быть, я их подошью, чтобы

поприличней было?

— Мам, — рассердилась Даша, — оно мне нравится! Я выйду в нем замуж! Смирись и скажи что-нибудь хорошее.

— Что ж, — поджав губы, вздохнула Лилия Александровна, — оно хотя бы белое.

— Мне предлагали черное, — живо откликнулась Даша, — но я решила тебя не шокировать. К тому же это не белое, а шампань.

— Главное, что ты выходишь замуж за Феликса. А он будет тебя любить в любом платье. Даже в этом, — с некоторым сомнением добавила мама и более уверенно закончила: — Хотя вряд ли оно ему понравится.

Глава 7

Два жениха

Рабочий день начался с того, что в турфирму нагрянула уже знакомая Даше по загсу Белоснежка со своим гномом. Даша вызвалась обслужить клиентов и пригласила их за свой стол. Судя по отрешенному взгляду невесты и добродушно-формальному гнома, Дашу они не узнали. Что и неудивительно. Белоснежка в загсе оплакивала свои несбывшиеся мечты и не замечала никого вокруг, а гном был занят решением организационных вопросов, где уж тут обращать внимание на окружающих. Какая они все-таки нелепая пара, отметила Даша, неказистый стареющий толстяк и юная королева красоты.

— Нам предстоит свадебное путешествие, — едва не лопаясь от гордости, во всеуслышание провозгласил гном. И обвел победным взором зал — мол, все слышали?

— Вы уже решили, куда хотите поехать? — прервала его минуту славы Даша.

— На Кудыкину гору, — заржал гном и ткнул заледеневшую Белоснежку в бок. Мол, смешно же, чего ты не смеешься? Та выдавила тень улыбки, от которой Даше сделалось не по себе. — На Мальдивы, конечно! — соизволил уточнить гном. — Куда ж еще ехать в медовый месяц!

Островок своей мечты Даша им точно предлагать не будет, она торопливо открыла базу данных, чтобы спрятать заставку с утопающими в зелени домиками.

— Давайте сначала проверим наличие билетов. Когда бы вы хотели уехать?

Гном озвучил дату свадьбы — на неделю раньше Дашиной.

— Вот на следующий день можно сразу и улететь, — нетерпеливо заелозил он.

— Есть такой вылет, — сверилась Даша. — А обратно когда? Через неделю, две?

— Ну ты сказала, ласточка, — покатился со смеху гном. — Это ж медовый месяц, — снисходительно подчеркнул он, как будто Даша была слабоумной, — а не неделя!

— Значит, месяц? — удивленно уточнила Даша, и длинные ресницы Белоснежки горестно дрогнули.

Даша ей невольно посочувствовала: с веселым гномом месяц на райском острове покажется бесконечным адом, в котором вокруг — счастливые влюбленные, а к тебе тянет губы уродливый карла. Впрочем, красавица сама выбрала свою судьбу. Никто ее в загс силком не тащит. Может, еще поймет, на что себя обрекает, одумается и сбежит к ясноглазому двадцатилетнему трубадуру.

— Ну! — подтвердил гном. — Месяц на Мальдивах — красота! Правда, Любань? — он снова затеребил невесту, как будто не замечая, как глубоко ей противен.

Любаня сидела безжизненной статуей, не принимая никакого участия в беседе.

— А с курортом вы еще не определились? — Даша адресовала своей вопрос девушке, надеясь вовлечь ее в выбор путевки, но та осталась безмолвна.

— Вот вы нас и определите, — беспардонно велел гном, демонстрируя повадки императора Наполеона. — Значит, так, курорт нам нужен самый лучший, чтоб анимация там, песни, пляски-тряски, все дела. Чтоб все включено, само собой. И чтобы всякие СПА были -

Любаня это любит. Правда, Любань? Ну ты чего сидишь как неживая? Я для кого стараюсь? — Он снова ткнул невесту в бок, и та впервые за все время разжала губы:

— Правда.

Даша кивнула:

— Я поняла. Сейчас я посмотрю, что у нас есть…

В ее голове созрел дерзкий план. Она предложит коротышке самый крутой отель, который еще никому из их офиса не удалось продать. Цены в нем были заоблачные, и начальница даже пообещала премию тому, кто первый сбудет туда путевку. А уж премия окажется весьма кстати — Даша отложит ее на собственное свадебное путешествие на Мальдивы.

— Вот, смотрите, отель «Эдем», — невинно предложила Даша, развернув к клиентам монитор со снимками шикарного бассейна в окружении пальм. — Настоящий рай на земле. Молодожены чаще всего выбирают его, — приврала она. Парочки с восторгом разглядывали фотки, но, услышав стоимость путевки, моментально переключались на другие курорты.

— Шикарно! — одобрил гном. — То, что надо! Правда, Любань?

Любаня без особого интереса покосилась на монитор и кивнула:

— Красиво.

— Как насчет водной виллы с личным бассейном? — Даша по-быстрому посчитала стоимость тура, с учетом самого роскошного номера, и с некоторой робостью огласила ее гному. За месяц жизни в раю, обустроенном по высшим стандартам, можно было бы купить дачу в Подмосковье.

Гном крякнул и замешкался. Даша замерла — на кону стояло ее собственное свадебное путешествие. Громко тикали большие настенные часы с пальмой, отсчитывая томительное ожидание. Наконец, целую вечность спустя, гном полез в портфель и с хлопком выложил на стол загранпаспорта:

— Гулять так гулять! Я на Любане не экономлю!

Любаня криво улыбнулась, видимо, изображая благодарность.

Даша облегченно выдохнула, едва не пустившись в пляс, и с любопытством заглянула в паспорта. Борзенков Борис Ильич разменял шестой десяток, Милевской Любови Игоревне едва исполнилось двадцать.

— Да, чуть не забыл! — Гном так и подскочил на месте. — Там можно будет устроить свадебную церемонию?

Белоснежку перекосило. Похоже, свадебная церемония на Мальдивах стала для нее сюрпризом сродни электрошоку.

— Да, конечно. Отель проводит очень красивые церемонии. — Даша нашла фотографии со свадеб в отеле и раскрыла их на весь экран. — Вот так это выглядит.

На берегу океана под цветочной аркой молодые и красивые жених с невестой слились в нежном поцелуе. Даша представила ту же сцену в исполнении Белоснежки и гнома и мысленно содрогнулась.

Белоснежка, судя по скривившимся губам, содрогнулась тоже.

— Шикарно! — одобрил гном. — Закажите нам это тоже.

— Конечно, — профессионально улыбнулась Даша.

Белоснежка метнула на нее убийственный взгляд, способный уничтожить не только Дашу, но и весь туристический офис. Даша взгляд выдержала: и не таких клиентов обламывала. И при всем сочувствии к Белоснежке, та сама виновата.

Гном побежал вносить предоплату в кассу, Белоснежка уныло побрела за ним. Когда они вернулись с чеком, Даша стандартно пообещала:

— Билеты я вам сразу резервирую, а в отель отправляю запрос. Как только получу подтверждение, сразу же перезвоню.

Когда нелепая парочка покинула офис, на полминуты воцарилась тишина, а затем Дашу обступили возбужденные коллеги.

— Ну, Дашка, сильна! Раскрутила его на «Эдем»! Молодец!

— Не говори гоп, пока клиент не улетит, — кисло возразила Яна. — Он ведь может и передумать.

Но ее голос потонул в общем радостном гомоне. Даже начальница вышла из кабинета, чтобы похвалить Дашу.

— Поздравляю, Крылатова! Премия твоя.

Яна досадливо поморщилась: она не раз бахвалилась, что если кто и продаст тур в «Эдем», то только она, и была недовольна, что в этом соревновании победила Даша.

— Даш, а вы в свадебное путешествие поедете? — жадно спросил кто-то из девчонок.

— Обязательно! — просияла Даша. И теперь она точно знала, куда.

Для похода за костюмом жениха Антон надел потертые джинсы и красную футболку с забавной рожицей-смайлом и теперь выглядел, как раздолбай-трубадур из советского мультика про бременских музыкантов.

Наверное, у Даши при виде него вытянулось лицо, потому что он со смешком спросил:

— Что-то не так, Принцесса?

— Я думала, ты придешь хотя бы в рубашке, — сказала Даша, идя по коридорам торгового центра. — Ты собираешься мерить костюм на футболку?

— У меня и рубашки-то нет, кроме гавайской, — беззаботно махнул рукой Антон. — И костюмы я никогда не носил. Так что куплю все сразу. Как ты там говорила, еще бабочку и бутоньерку?

Они подошли к сверкающей витрине, в которой застыли мужские манекены. Из них выделялся гордый манекен в смокинге, как будто собравшийся на королевский бал.

— Как думаешь, Даш, пойдет мне смокинг? — Антон, задрав голову, придирчиво осмотрел манекен.

Даша взглянула на него в полном замешательстве, и они захохотали во весь голос.

— Понял, — фыркнул Антон, — для смокинга я не вышел рожей.

— Честно говоря, я и в костюме тебя с трудом представляю, — призналась Даша.

Антон, уже поравнявшийся со входом в салон мужской моды, резко проскочил мимо.

— О’кей! Я знал, что это плохая идея. Пойдем подберем мне свадебные джинсы! — Он потянул ее к витрине молодежного магазина, пестревшего яркими футболками и джинсами разной степени потертости и рваности. — Смотри, тут и свадебная футболка есть! — Он указал на футболку с шутливой картинкой-пиктограммой, изображающей невесту с женихом, и надписью «Оаше оуег»^

— Антон! — с досадой простонала Даша и потянула его обратно, к салону мужской моды.

Навстречу им выбежали две скучающие продавщицы лет двадцати пяти, накрашенные и причесанные с такой тщательностью, будто рабочее место воспринималось ими исключительно как место охоты на потенциального мужа. Магазин мужской одежды все-таки! Две пары глаз — пронзительные карие и мечтательные серо-голубые — быстро оценили Антона. При этом блондинка с карими глазами, гладким каре и точеной фигуркой, упакованной в платье-карандаш, мигом потеряла к нему интерес, разве что презрительно не скривилась при виде футболки и джинсов. Эта акулка ловит рыбку покрупнее, чем фотограф-фрилансер, отметила Даша, и ждет своего олигарха, который забредет в салон за рубашкой или костюмом. А вот ее коллега, с длинными, как у русалки, волнистыми волосами, прихваченными у лица заколкой-цветком, взглянула на Антона с явным интересом. Мечтательница, вынесла вердикт Даша. Такие девушки всей душой желают выйти замуж по любви, и мужская привлекательность для них куда важнее финансовой состоятельности. На Дашу «русалка» взглянула с ревностью, как на соперницу, и лучезарно улыбнулась Антону, продемонстрировав прелестные ямочки:

— Вам что-нибудь подсказать?

— Мне нужен костюм, — не вдаваясь в подробности, объявил Антон.

— Для свадьбы, — подчеркнула Даша, которой совсем не нравилось, как «русалка» строит ему глазки.

— Вы идете на свадьбу к другу? — уточнила продавщица, по-прежнему глядя на Антона с обожанием и игнорируя Дашу.

— Он жених, — с вызовом сообщила Даша и удовлетворенно отметила, как по лицу «русалки» пробежала тень. Однако девушка быстро справилась с собой и улыбнулась еще шире, уже безо всякого кокетства, а с профессиональной любезностью:

— Поздравляю! Желаете черный костюм?

Хорошая девочка, одобрила Даша, чужие женихи для нее — табу. А вот ее блондинистую коллегу на пути к цели не остановит ни обручальное кольцо, ни выводок детей.

— Я же женюсь, а не на похороны собираюсь! — в своей манере возразил Антон. — Что-нибудь светлое у вас есть?

— Конечно, вот, посмотрите! — Махнув рукой, «русалка» увлекла Антона к стойке с костюмами и отошла на пару шагов, предоставив клиенту свободу выбора.

Скептически оглядев цветовую гамму, Антон выхватил вешалку со светло-серым костюмом и приложил к себе.

— Даш, что скажешь?

Даша замялась. Светло-серый навевал ассоциации с унылыми буднями офисных клерков, а вовсе не с торжественностью свадебной церемонии. Костюм не подчеркивал индивидуальность Антона, а делал его тенью себя самого. Даже его синие глаза, яркие на фоне футболки, в которую он был одет, как будто выцвели до серого, потеряв свой насыщенный цвет. Сделались пепельными и волосы, словно Антон разом поседел и постарел лет на двадцать.

— Аленка хочет видеть меня в черном, — посетовал Антон с досадливой гримасой мальчишки, которого заставляют надеть школьную форму. — Я считаю, что серый — это разумный компромисс. Как думаешь?

— Думаю, что это не твой цвет, — призналась Даша.

Ее взгляд упал на костюм светло-фисташкового цвета. Достаточно торжественно для свадьбы, в то же время небанально и вполне в духе Задорина. Она выхватила вешалку и приложила костюм к Антону.

— Неплохо, — признал он. — Я примерю.

— Сюда, — засуетилась «русалка», ведя Антона к примерочным.

Даша направилась следом. В ожидании Антона она присела на мягкий пуф и рассеянно взглянула в большое настенное зеркало. Оно точно не было волшебным, скорее — кривым, потому что отразило растрепу с пылающими щеками и лбом блестящим, как начищенная кастрюля. Даша торопливо достала пудреницу, прошлась пуховкой по всему лицу, причесала растрепавшиеся волосы и одернула платье-тюльпан. Сегодня она отказалась от привычных джинсов в пользу женственного образа, чем порадовала маму, решившую, что Даша расстаралась ради вечерней встречи с женихом. Знала бы она, ради кого Даша старалась на самом деле!

Оглянувшись на примерочную, в которой застрял Антон, Даша наспех покрасила губы — ей не хотелось, чтоб он думал, что она хочет ему понравиться. Хотя больше всего на свете Даша именно этого и хотела. Вернувшаяся в примерочную «русалка» взглянула на нее с понимающей улыбкой, и Даша скорей спрятала помаду. Как раз успела за секунду до того, как занавеска на кабинке Антона резко съехала в сторону, явив ее взору форменное безобразие.

Фисташковый костюм был катастрофой. В нем Антон напоминал огородное чучело, которому щедрый хозяин одолжил элегантный наряд со своего плеча. В итоге костюм жал в груди и болтался на бедрах. Антон с мученической гримасой дергал плечами, желая скорее избавиться от этого кошмара, сковавшего его по рукам и ногам. К тому же светло-зеленый оттенок костюма, такой интересный на вешалке, придал лицу Антона болезненный цвет, как будто его мутит со страшной силой. Если бы Даша хотела, чтобы Аленушка никогда не вышла за Антона замуж, то ей следовало бы убедить его купить именно этот костюм. Потому что ни одна невеста не пошла бы в загс с таким нелепым женихом.

— Даш, — с укоризной протянул Антон, — за что ты со мной так?

— Ужас! — шумно выдохнула Даша. — Снимай немедленно.

— Может, принести другой размер? — вмешалась «русалка».

— Нет, — категорически отмела Даша. — Тут нужен другой костюм.

— Или другой жених, — хмыкнул Антон и с облегчением стянул с себя пиджак, оставшись в футболке.

— Если вам нравится цвет, я подберу другую модель, — предложила продавщица.

— Я выберу сама, — вызвалась Даша и вернулась в зал.

Она обошла почти все стойки, шаг за шагом отметая варианты. Черный цвет она даже рассматривать не стала — банально! Серый слишком скучен, коричневый — для зануд, синий — чрезмерно темный. Голубой подошел бы Антону, но вызывает нежелательные ассоциации. Светло-кофейный выглядит достаточно торжественно, но такой костюм годится скорее для кареглазого жениха. Она замерла при виде белого костюма, вспомнив, что так Антон был одет в ее сне про загс. Соблазн увидеть Задорина в подобном костюме наяву был велик, но Даша отмела эту мысль. К чему напрасно бередить душу? К тому же у белого костюма нет шансов: он хорош для свадьбы на морском берегу, но совершенно непрактичен для Москвы. Здесь ведь не Рио-де-Жанейро, чтобы ходить в белых брюках, хотя бы и на собственной свадьбе! И потом, жених должен оттенять невесту, а не соперничать с ней в белизне наряда.

А вот теплый бежевый… Почему бы нет? Костюм этого цвета был единственным, и Даша с

волнением взяла его с вешалки и нетерпеливо проверила бирку. Это был размер Антона, и она поняла, что нашла то, что искала.

— Какой-то он скучный, — с сомнением протянул Антон, когда она предъявила ему свою находку.

— Я тоже была не в восторге от платья, которое ты мне выбрал, когда оно висело на вешалке, — возразила Даша. — Примерь!

Антон нехотя скрылся за занавеской, а несколько минут спустя из-за нее появился сказочный принц. Красивый, элегантный, мужественный. Такой, о котором мечтает любая девушка. А не только Рапунцель, с горечью отметила Даша.

— Что-то не так? — Антон нахмурился, мигом почуяв ее настроение, и она через силу улыбнулась.

— Все просто прекрасно. Тебе очень идет быть женихом.

Даже надетый на майку, костюм выглядел торжественно и нарядно, а бежевый цвет радовал взгляд своим теплом и напоминал о нагретом на солнце песке.

— Как и тебе — невестой, — с непривычной для него серьезностью ответил Антон.

— Размер вроде бы твой, — поторопилась перевести тему Даша, проверяя, что костюм хорошо сидит в плечах. — Повернись-ка!

— Есть, командир! — Антон повернулся спиной, и Даша убедилась, что костюм подходит идеально.

— Как будто на тебя шили, — удовлетворенно отметила она.

— Ну, что? — заглянула в зал продавщица-«русалка». Увидела Антона и машинально поправила волосы, заулыбалась. Устоять перед чужим женихом в самом деле было трудно. — Проходите к большому зеркалу, — предложила она и восхищенно добавила: — Превосходный костюм!

— Мне нравится, — сдержанно отозвался Антон, оглядев себя в зеркале, у которого Даша недавно подкрашивала губы.

— Ваш жених будет самым нарядным, — сказала «русалка» Даше. От замешательства та не нашлась, что ответить, а девушка уже спрашивала у Антона: — Принести вам галстук? У нас как раз есть парочка подходящих.

Антона аж передернуло при слове «галстук». На такие жертвы он был не готов даже в день свадьбы.

— Ни за что! — категорически отказался он.

— Тогда, может, бабочку? — с надеждой предложила «русалка».

— А что, — Антон с улыбкой взглянул на Дашу, — несите. Видишь, — подчеркнул он, когда продавщица унеслась в зал, оставив их наедине, — я не забыл про бабочку. И что там еще ты говорила? Бутоньерка? А с ней мне что делать?

— Она вставляется сюда, — Даша шагнула к Антону и коснулась ладонью нагрудного кармана над сердцем. Показалось, или оно в самом деле забилось чаще?

Антон нежно перехватил ее руку и удержал в своей.

— Даш, — тихо сказал он, и она вся затрепетала. Таким волнующим голосом не зовут одноклассниц. Так признаются в любви, так молят о поцелуе, так делают предложение. — Я все думаю о том, как…

— Вот, смотрите! — «Русалка» влетела в зал, бросила любопытный взгляд на отпрянувшую от Антона, раскрасневшуюся Дашу и бесцеремонно вклинилась между ними. — По-моему, эта бабочка точно того же цвета. — Она приложила бежевый бантик к шее Антона.

«О чем же он думает?» — сгорала от любопытства Даша, злясь на продавщицу, явившуюся так некстати.

— Да, мы ее берем, — рассеянно отозвался Антон, и от этого домашнего «мы», какое бывает только между близкими людьми, Дашу еще больше бросило в жар.

— А рубашка вам нужна? — не отставала настырная «русалка».

Антон молча смотрел на Дашу, и продавщица тоже повернулась к ней.

— Так что, жениху нужна рубашка?

— Обязательно, — поспешно кивнула она.

— Белая? — уточнила «русалка».

— Самая белая, — подчеркнула Даша.

— Тогда снимайте костюм, — велела «русалка» Антону, — а рубашку я принесу на кассу.

Даша посторонилась, пропуская его к примерочной. Они замешкались в узком коридорчике между кабин. Даша шагнула влево, и Антон одновременно с нею в ту же сторону. Она сместилась вправо — и он за нею. В большом зеркале за его спиной казалось, что они танцуют какой-то старинный танец, в котором нельзя касаться партнера, только смотреть и синхронно двигаться. Даша смущенно улыбнулась и прижалась к стене. Антон прошел так близко, что его горячее дыхание скользнуло воздушным поцелуем по ее губам.

О чем же он хотел сказать, гадала она, нервно прохаживаясь вдоль зеркала. Потом бросила взгляд на свое отражение и ошеломленно застыла. Это выражение лица — шальное, радостное и слегка сумасшедшее — было невозможно спутать ни с каким другим. Даша влюбилась. В чужого жениха. И это была та самая большая глупость, от которой ее предостерегала разумная Соня. Причем эта глупость оказалась написана на ее лице такими яркими красками, что ее было невозможно подретушировать пудрой, стереть салфеткой или смыть мылом. Оставалось только надеяться, что на Антона нападет слепота и он не догадается о ее чувствах.

— Спасибо, что помогла мне с костюмом, — поблагодарил он, выходя из примерочной в джинсах и футболке.

— Пустяки, дело житейское! — как можно беззаботней отозвалась Даша.

На кассе она одобрила принесенную продавщицей рубашку и подождала, пока Антон расплатится.

— Счастья вам! — пожелала на прощание «русалка» и с придыханием добавила: — Вы такая красивая пара!

Даша сконфуженно кивнула. Разуверять продавщицу в том, что они с Антоном не жених и невеста, было уже поздно.

— Спасибо! — не стушевался Антон. — И вам жениха красивого.

«Русалка» довольно хихикнула.

— А вам — богатого! — пожелал Антон ее блондинистой коллеге, и та поджала накрашенные губы, недовольная тем, что этот простой парень в несерьезной футболке ее разгадал.

Антон и Даша уже подошли к выходу, когда в магазин вошел новый покупатель — шатен среднего роста с короткой стрижкой. На миг сердце Даши ушло в пятки — ей показалось, что это Феликс. Она уже представила себе, как будет оправдываться, что в свой обеденный перерыв выбирает костюм с Антоном. А ведь продавщицы еще и уверены, что Задорин — ее жених. Просто катастрофа!

— Чем могу помочь? — заученно прозвучало позади Даши.

Мужчина улыбнулся, продемонстрировав отсутствие переднего зуба, и Даша с облегчением поняла, что это не Феликс.

— Мне нужен новый костюм. Такой, знаете, для официального мероприятия, — с характерным присвистом сказал он.

— Проходите, — нежно пропела блондинка с каре. — Мы вам все подберем!

— Ты его узнала? — взахлеб делился Антон, когда они вышли из магазина. — Это же Барашкин, известный хоккеист!

— А он богатый? — лукаво прищурилась Даша.

— Барашкин-то? Конечно! Он же один из самых востребованных спортсменов.

— Значит, твое пожелание этой белокурой дылде сбылось. — Даша взглянула сквозь витрину, где блондинка стрекозой вилась вокруг перспективного кавалера.

— Пускай, мне не жалко, — ухмыльнулся Антон.

Навстречу им шел приятный брюнет лет тридцати, как будто сошедший с обложки журнала.

— А вот, кажется, и красивый! — Даша убедилась, что брюнет завернул в магазин, и увидела, как к нему метнулась «русалка».

— А тебе ничего не надо? — Губы Антона улыбались, но глаза были серьезными. — Сегодня я добрый волшебник. Проси — исполню!

«Возьми меня замуж!» — вертелось на языке у Даши, но она взглянула на часы и заторопилась:

— Мне срочно надо на работу.

— Как, уже? — огорчился Антон. — А обед? Я не могу отпустить тебя голодной.

— Мне правда пора, — твердо возразила Даша, мужественно борясь с искушением побыть с Антоном еще.

— Задержись хотя бы на полчаса, — уговаривал он. — Сейчас везде бизнес-ланчи, возьмем готовый обед, это не займет много времени. Ну, — он взглянул на нее с лукавой улыбкой, — соблазняйся!

— Не могу, — отказалась она, хотя больше всего на свете хотела остаться. И благоразумно добавила на прощание: — Надеюсь, что твоей невесте понравится костюм.

— Я тоже на это надеюсь, — Антон моргнул, и ему на щеку упала длинная ресничка.

Даше безумно захотелось ее коснуться, но девушка лишь бросила:

— Пока! — и заспешила прочь от искушения. Антон — чужой жених, она — невеста Феликса. Какие уж тут могут быть бизнес-ланчи и реснички?

Ровно в семь Феликс уже ждал ее у крыльца турфирмы. Даша стремительно сбежала по ступенькам, готовая повиснуть у жениха на шее, но тот не раскрыл объятья, не подхватил ее за талию, не закружил в воздухе, как это сделал бы Антон, а только улыбнулся, сдержанно чмокнул ее в губы и повел за локоток к машине. Даша постаралась скрыть свое разочарование за улыбкой.

— Какая ты сегодня красивая, — отметил ее платье Феликс. — Мне нравится, когда ты носишь юбки и платья.

Любовь Даши к джинсам и футболкам была частым предметом разногласий между ней и женихом, который мечтал видеть свою невесту элегантной леди, но на этот раз Даша не стала дуться, а кокетливо пропела:

— Буду носить их чаще, чтобы радовать тебя.

Всю вторую половину дня, после расставания с Антоном, она не находила себе места и к вечеру выработала план. Она должна влюбиться в Феликса! И тем самым вычеркнуть Задорина из своего сердца. В конце концов, именно Феликс — ее будущее. А Антон, несмотря на их тайные встречи, загадочные взгляды и недоговорки, готовится к свадьбе со своей Рапунцель. Глупо строить планы на чужого жениха, когда свой собственный — мужчина хоть куда, в самом расцвете сил и таланта, как любит повторять разумная Соня.

— Какой ты у меня замечательный! — выдохнула Даша, сев в машину. — Скорей бы мы с тобой поженились!

— Я тоже этого очень хочу, милая, — мягко улыбнулся Феликс, выруливая на дорогу. — Сегодня весь день представлял тебя в свадебном платье. Все гадал, какое оно.

Надо же, а он романтик! Даша была приятно удивлена и ответила:

— Оно сказочное, вот увидишь!

— Скорей бы. И почему пожениться можно только через месяц после подачи заявления? Я бы женился на тебе хоть завтра.

Даше было лестно слышать такие слова. Пожалуй, влюбиться в Феликса окажется не так сложно. Он такой милый! Надо просто побольше времени проводить вместе. А для надежности удалить страничку на сайте одноклассников и внести телефон Антона в черный список. Элементарно, Ватсон!

— Потому и можно, что месяц дается на покупку свадебных нарядов, выбор ресторана и прочие хлопоты, — заметила она. — Кстати, мы сегодня собирались обсудить список гостей. Я набросала предварительный в блокноте. Куда мы едем ужинать?

— Милая, я думаю, список может подождать, — неожиданно заявил Феликс. — Меня сейчас больше заботит костюм. Ты умничка, уже приобрела платье. И мне тоже хочется купить костюм, чтобы уже закрыть этот вопрос.

— Да-да, конечно, — рассеянно ответила Даша, не понимая, куда он клонит.

— Так ты согласна? — обрадовался Феликс. — Как хорошо, что нет такой приметы, будто невесте нельзя видеть жениха в костюме до свадьбы! Я бы хотел, чтобы ты его одобрила. К тому же я не видел твоего платья, а ты сможешь оценить, подходит ли к нему костюм или нет.

— Ты хочешь, чтобы мы выбрали костюм вместе? — наконец дошло до нее.

— Ты ведь не против, милая? — уточнил Феликс, и Даша с ужасом увидела, как машина сворачивает на парковку торгового центра, где в обед она встречалась с Антоном. — Магазин находится здесь.

При мысли, что она появится в том же самом магазине второй раз за день и уже с другим женихом, Даше сделалось дурно.

— Ой, что-то меня укачало, — запричитала она.

— Мы ехали всего пять минут, — изумился Феликс.

— Мне этого хватило, — простонала она. — Ты можешь идти, а я лучше посижу в машине.

— Тогда тебе тем более нужно на свежий воздух, — возразил Феликс. — А еще лучше — под кондиционер в магазине. Пока подождешь меня, как раз переведешь дух.

— Не думаю, что хороший костюм можно купить в подобного рода месте, — заюлила она. — Только время потеряем!

— Мне его посоветовал Марк Щеглов, а ты знаешь, он изрядный франт. Так что что-нибудь уж точно подберем! — Феликс кружил по битком забитой парковке в поисках свободного места, и Даша молилась, чтобы его не нашлось.

— По пути ко мне домой на Ленинском проспекте есть хороший салон мужской одежды, — осенило ее. — Помнишь, мы его не раз проезжали? Давай лучше сходим туда.

— Сейчас пробки сумасшедшие, — заметил Феликс, озабоченно оглядывая парковку. — Мы доедем только к закрытию. Лучше посмотрим здесь, поужинаем, а потом я отвезу тебя домой по свободным дорогам.

— Милый, — взмолилась Даша, вложив в голос побольше меда, — у меня был ужасно трудный день, я просто валюсь с ног. Может, мы просто поужинаем, а костюм выберем завтра?

Она надеялась, что завтра продавцы сменятся и никто не узнает в ней «невесту» Антона.

— Не люблю откладывать на завтра то, что можно померить сегодня, — упорствовал Феликс. — Не волнуйся, милая, я тебя не буду долго мучить. Ты же знаешь, я сам не люблю длительные походы по магазинам… А вот, кажется, и место для нас!

Даша в панике наблюдала, как одна из машин выезжает с парковки и Феликс направляется на освободившееся место. Туда же нацелилась белая иномарка, выехавшая с другого конца ряда. Хоть бы она успела раньше их! За минуту этого напряженного состязания Даша всей душой болела за другого водителя, но Феликс оказался быстрей.

— Повезло! — просиял он, припарковавшись между плотно стоящих автомобилей.

Что ж за невезение такое, досадовала Даша.

— Ну что, ты готова, невеста?

Придется идти на крайние меры, угрюмо решила Даша. Она выпрыгнула из машины и заохала, припадая на ногу.

— Кажется, я ее подвернула! — с мученической гримасой пожаловалась девушка.

— Что, Даш, совсем плохо? — Феликс побелел от беспокойства, и Даше стало стыдно за свое вранье. Вон как жених волнуется о ней! — Как же ты так, милая? Хоть бы ничего серьезного.

— До свадьбы заживет! — заверила она. — Но лучше отвези меня домой. Я шагу ступить не могу.

Подошедший к соседнему джипу крепыш с битком набитыми пакетами из супермаркета повернулся к ней и деловито спросил:

— Что у вас случилось? Давайте посмотрю. Я хирург.

— Вот повезло! — обрадовался Феликс.

Крепыш забросил пакеты в багажник и шагнул к остолбеневшей Даше, потирая широченные, как у мясника, руки:

— Если растяжение, то у меня и бинт с собой есть. А если вывих, то сразу и вправлю.

От такой перспективы Даша моментально «выздоровела».

— Не надо! Мне уже лучше! Пойдем, Феликс, — она вцепилась ему в локоть и потащила со стоянки.

— Милая, ты уверена? — засомневался жених. — Давай доктор тебя посмотрит.

— А правда, давайте посмотрю, для успокоения души! — Доктор скользнул жадным взглядом по ее узким щиколоткам.

— Спасибо, не стоит, — Даша выдавила улыбку и поволокла Феликса подальше от этого волкодава. — Это не доктор, это мясник! — прошипела она, чтобы тот не слышал. — Видал, какие у него руки? Ему мне ногу сломать — что палец о палец ударить.

— Тебе правда лучше? — Феликс недоверчиво покосился на нее.

Даша метнула взгляд на двери торгового центра впереди, обернулась на хирурга, который курил у машины и задумчиво смотрел им вслед. Вот ведь угодила между двух огней! Назад пойдешь — ногу, как пить дать, потеряешь. Вперед пойдешь — на «русалку» набредешь, и Даша сильно сомневалась, что та наберет в рот воды и сделает вид, что не знает посетительницу. Впрочем, торговый центр большой, еще есть шанс потянуть время и сорвать поход за костюмом.

— Правда! — выпалила она и направилась к стеклянным дверям. — Только я ужасно проголодалась. Может, сначала поужинаем?

— Ага, я разгадал твой коварный план! — воскликнул Феликс, и Даша в панике взглянула на него. — Ты хочешь меня накормить, как Винни Пуха, чтобы я потом не влез ни в один костюм? — Он насмешливо прищурился, и у нее отлегло от сердца. — Дашунь, давай костюм посмотрим сразу, а уже потом отметим наши покупки бокалом вина и ужином.

Феликса не переспоришь, уныло поняла Даша, входя в торговый центр. Но можно увести его по ложному следу! Она подхватила жениха под локоть и увлекла в противоположную от магазина мужской одежды сторону. Однако круг по коридору лишь отсрочит неминуемое, надо немедленно придумать что-то еще… Даша скользнула взглядом по витрине женского магазина, и ее осенило.

— Ой, какая миленькая юбочка! — заахала она, ткнув пальцем в первую попавшуюся вещь на манекене, и умоляюще потянула Феликса за рукав. — Можно я ее примерю? Ты ведь сам сказал, что любишь, когда я в юбке.

— Кажется, кто-то валился с ног от усталости, шагу ступить не мог и умирал с голоду, — Феликс насмешливо прищурился, и Даша почувствовала, что краснеет.

— Уже все прошло, — пролепетала она.

— Вот она, целительная сила шопинга! — хмыкнул Феликс и позволил увести себя в магазин.

В зале Даша в придачу к юбке прихватила, не глядя, еще ворох вещей. Если удастся измочалить Феликса своими примерками, то он может перенести поход за костюмом на другой день.

Очереди в примерочную Даша обрадовалась, как празднику. Феликса же толпа привела в состояние оторопи, как и любого мужчину.

— Милая, может, зайдешь сюда в другой раз? — взмолился он.

— А вдруг все разберут? Я хочу сейчас! — настаивала Даша.

— Хорошо, — вздохнул Феликс. — Тогда давай так. Ты пока здесь все примеришь, а я пойду посмотрю костюмы, чтобы не терять времени напрасно.

— Нет! — вскрикнула Даша, поняв, что ее план с треском провалился. — Я иду с тобой.

Она с видом мученицы покинула очередь и повесила вещи на ближайшую стойку.

— Даш, ты успеешь все померить, — великодушно предложил Феликс.

Она помотала головой:

— Это подождет. Твой костюм важнее моих шмоток!

— Какая ты у меня милая, — Феликс чмокнул ее в щеку и потянул к выходу.

Они шли по коридору, и каждый шаг приближал Дашу к неминуемой катастрофе. Вывеска книжного магазина показалась ей шансом на спасение, и она вцепилась в него, как тонущий пассажир «Титаника» хватался за льдину.

— Давай зайдем сюда! — попросила она Феликса, увлекая ко входу.

— В книжный? — удивился он.

— Мне нужен блокнот невесты, — Даша вспомнила жуткий розовый блокнот, купленный матерью, и внутренне содрогнулась. — Одна девочка с работы посоветовала. Она недавно выходила замуж и говорит, что блокнот очень помог все распланировать и ничего не забыть.

— Какая ты у меня ответственная, — растрогался Феликс, подходя вслед за Дашей к шкафчику с ежедневниками и органайзерами.

Розового безобразия на полках не наблюдалось, и Даша взяла в руки элегантный ежедневник цвета морской волны. Пригодится для работы! Она уже решила, что купит его, но, чтобы потянуть время, вернула на место и принялась разглядывать другие.

— Ну что там? — проявил нетерпение Феликс. — Есть твой блокнот невесты?

Из-за стеллажа, как чертик из табакерки, вынырнула бойкая девушка-консультант.

— Вам нужен блокнот невесты? — затараторила она. — Он у нас в разделе «Свадьба». Идемте покажу!

Даша с сожалением взглянула на бирюзовый ежедневник и последовала за незваной помощницей. Та провела их к стеллажу, уставленному книгами свадебной тематики, и сунула Даше в руки знакомый розовый блокнот.

— Да, это то, что надо, — просияла Даша. На блокнот она едва взглянула, ее вниманием завладели всевозможные свадебные издания, от которых разбегались глаза. Тут можно окопаться на час, не меньше! И повод что надо — она ведь заботится об их свадьбе, и Феликса можно привлечь, чтобы он не вздумал убежать в магазин за костюмом. — Милый! — объявила она. — Я хочу прикупить пару книг!

Чего тут только не было! Свадебные энциклопедии, азбуки и справочники, путеводитель по свадьбе и даже руководство по выживанию — вот что не помешало бы Даше! Руки уже потянулись к книге с забавной иллюстрацией на обложке, но, заметив пристальный взгляд Феликса, девушка схватила с полки соседний томик, что-то там про свадьбу мечты. Жених одобрительно улыбнулся и заглянул через плечо, а Даша не без любопытства пролистала странички. Помимо стандартных тем, вроде выбора дня свадьбы, составления списка гостей и планирования свадебного бюджета, книга содержала массу ненужной мишуры — свадебные приметы, пословицы о семье и женитьбе, образцы дипломов для тещи и свекрови и даже заговоры на любовь. Неужели кто-то читает подобную чушь? Впрочем, Даша тут же вспомнила Аленушку и готова была поклясться, что та изучит несколько подобных книг от корки до корки.

Поначалу Феликс проявлял бешеный энтузиазм и даже подсунул Даше парочку книг — посвященную организации свадьбы и энциклопедию молодой семьи. Одобрив обе и мысленно отметив, что не стала бы читать их и под пыткой, Даша вручила их на хранение жениху и продолжила листать другие издания, поражаясь маразму свадебных сценариев, пошлости поздравительных стишков и банальности тематики: «Обручальное кольцо — не простое украшенье», «Дети — цветы жизни», «Теща — друг зятя», «Свидетели — тоже люди».

В энциклопедии невесты Даша, к своему веселью, обнаружила драконовскую диету, маски для лица по бабушкиным рецептам, упражнения для сжигания жира от голливудского фитнес-тренера, способы избавления от целлюлита, советы, как подружиться со свекровью и как позировать на свадебных фото.

Были и книги, целиком посвященные одной из животрепещущих тем — свадебным прическам, маникюру, платьям, букетам и угощениям. Особняком стояли свадебные тосты, сценарии и прочее народное творчество, которые Даша тоже внимательным образом изучила. Она попыталась представить стихотворный сценарий одной из свадеб в исполнении Феликса, своих и его родителей — и ей стоило огромных сил удержаться от хохота. Неужели кто-то разыгрывает эти нелепые действия в присутствии гостей?

— Даш, а ты уже думала о сценарии нашей свадьбы? — заикнулся Феликс.

— Надеюсь, мы обойдемся без стихов по ролям? — заволновалась Даша, с треском захлопнув книгу.

— Конечно, — успокоил ее жених.

— Тогда, может, устроим что-то в духе гавайской свадьбы? — с ходу предложила она.

— Девушки в купальниках, бассейн вместо танцпола? А что, мне нравится, — поразил Дашу Феликс. А их свадьба может получиться не такой уж занудной, воспрянула она, даже прикольной. Но уже в следующую минуту жених добавил: — Только, боюсь, наши родители не оценят.

— Тогда давай устроим ретровечер с дискотекой семидесятых, — нахмурилась Даша. В конце концов, для кого свадьба — для жениха с невестой или для родителей?

— Я думаю, мы обратимся к тамаде, и он поможет нам найти золотую середину, — предложил выход Феликс.

Тамада на свадьбе — еще один ужас, от которого у Даши сводило зубы. Последний раз, когда она была на свадьбе коллеги Аллы, тамада так увлеклась конкурсами и танцами, что не давала гостям ни выпить, ни закусить, а в завершение вечера сама наклюкалась так, что забралась на стол и стала петь матерные частушки. В агентстве потом оправдывались, что это была ее первая свадьба в роли тамады. И Даша очень надеялась, что последняя, ибо развлекать гостей явно не входило в число талантов дамочки. Другое дело, когда свадьбу ведет остроумный Иван Ургант или известные хорошими шутками супруги Татьяна Лазарева и Михаил Шац. От таких массовиков-затейников Даша пришла бы в восторг, но на зарплаты турагента и стоматолога звезд телевидения не пригласишь.

— О чем задумалась?

— О том, что каждый человек должен заниматься тем делом, какое у него лучше всего получается, — ответила Даша. Может, тамада-дебютантка прекрасно готовит или вышивает, только бы она вовремя это поняла и перестала мучить и себя, и других.

— Не понял, к чему, но мысль правильная. Ну что, ты все выбрала? Я могу оплачивать книги? — Феликс нетерпеливо повернулся к кассе.

— Нет! — вскрикнула Даша, повиснув у него на локте.

— Что такое еще? — с досадой уточнил он. — Я боюсь, что магазин скоро закроется и мы не успеем выбрать костюм.

«Я только на это и надеюсь», — мысленно заметила Даша, мучительно соображая, как бы потянуть время. Ее взгляд упал на стойку-вертушку с открытками за спиной жениха, и она радостно выпалила:

— Приглашения! Давай посмотрим приглашения на свадьбу!

— Хорошо, что ты о них вспомнила, — одобрил Феликс, направляясь к вертушке. — Надо предупредить гостей заранее, чтобы они ничего не планировали на день свадьбы.

К Дашиному огорчению, вариантов свадебных приглашений было всего два — так Феликса надолго не задержишь! Оба бело-розовые, как братья-близнецы, только на одном кольца, а на другом — голубки.

— Голубки интереснее, — решил Феликс.

— Мне больше нравятся с кольцами, — запротестовала Даша.

— Давай возьмем и тех, и других, — мудро рассудил Феликс, доставая по пачке открыток. — Подожди, а сколько брать? Мы же еще не составили список гостей.

— С моей стороны будет человек десять, максимум — пятнадцать, — сообщила Даша. В свой черновой вариант она включила только тех, с кем была дружна и кого ей будет приятно видеть на своей свадьбе. Тетушки из Клинска, которых она видела первый и последний раз в возрасте трех лет, скандальный дядюшка из Челябинска и тому подобные родственники свадебный кастинг не прошли, хотя Дашина мама мечтала видеть на банкете всю свою многочисленную родню.

— А у меня человек сорок, не меньше, — признался Феликс и в ответ на удивленный взгляд шокированной невесты объяснил: — Моих только половина, другая половина — это друзья родителей с супругами.

Даша была раздавлена масштабом катастрофы. Полсотни гостей — вполне достаточно, чтобы превратить романтический праздник рождения семьи в пьяную оргию с песнями, плясками и обязательной дракой. К тому же большую часть из приглашенных Даша не знает и не увидит больше никогда в жизни!

— Предупреждать надо было, — выдавила она. А секунду спустя ее осенило. — Слушай, а у твоих матери или отца скоро юбилей?

— Свадьбы? Не помню…

— Да хоть какой, — нетерпеливо перебила она, — личный, профессиональной деятельности, со дня вступления в комсомол или полета Г агарина в космос, неважно! Если они так хотят собрать вместе родственников и друзей, может, мы организуем для них банкет по другому поводу? А свадьбу отметим только в кругу самых близких, — она просительно уставилась на жениха.

— Даш, — вздохнул тот, — я их единственный сын. Они давно ждали эту свадьбу. Я не могу им отказать, понимаешь?

— Понимаю, — девушка с досадой отвела глаза. — Я только не понимаю, для кого эта свадьба — для нас или для родителей?

— Она для нас всех, милая, — миролюбиво заметил Феликс, чмокнув ее в надутую щеку. — Вот увидишь, все будет замечательно!

И, водрузив на две свадебные книги стопку приглашений, он двинулся к кассе. Даша уныло поплелась за ним.

При виде свадебных изданий уставшая тетушка на кассе оживилась и заулыбалась:

— Скоро женитесь? Поздравляю, желаю счастья!

— Спасибо! — расцвел Феликс.

Даша только вяло кивнула головой, перебирая висевшие у кассы поздравительные свитки. Похвальные грамоты жениха и невесты, дипломы лучшего в мире мужа и лучшей жены — что-то подсказывало ей, что из полсотни гостей обязательно найдутся те, кто вручит им с Феликсом подобные знаки отличия. И Дашу это совсем не радовало.

Они вышли из книжного, свернули за угол, и впереди показалась знакомая Даше витрина, за которой скучал надменный манекен в смокинге. Она замедлила шаг, едва передвигая ноги. Вот сейчас они зайдут в магазин, «русалка» ее непременно вспомнит, сболтнет что-нибудь лишнее о «женихе», с которым Даша заходила днем, и как тогда объясняться с Феликсом? Этого никак нельзя допустить!

Даша сдавленно простонала и повисла на Феликсе, пролепетав:

— Ой, как кружится голова. Что-то мне нехорошо.

— Даш, что с тобой? — Жених с беспокойством подхватил ее за талию.

Двое подростков соскочили со скамейки, уступая место, и Феликс усадил туда Дашу, с волнением нависнув над ней.

— Милая, ты как?

— Перед глазами все плывет, — соврала Даша, изображая самого больного в мире Карлсона. — И тут так душно. Давай лучше выйдем на улицу.

— Конечно, родная, — засуетился Феликс.

Даша мысленно отпраздновала победу, когда рядом с ними затормозила какая-то сердобольная тетушка в возрасте.

— Что, плохо? — Она наклонилась к Даше, обдав ее резким запахом корвалола. — Сейчас-сейчас, водички вот выпей, я всегда с собой ношу!

Даша с дрожью покосилась на мутную водицу в пластиковой бутылке, которую, судя по всему, женщина пила прямо из горлышка:

— Спасибо, не надо!

— Да ты не стесняйся, дочка, пей, сколько хочешь!

— Правда, не надо.

— Ну, как знаешь. — Тетушка открутила крышечку, набрала полный рот воды и внезапно обдала ей Дашу, как из сифона.

— Вы что? — вскрикнула та, резво вскакивая с места и отфыркиваясь, как кошка. Вот же, везет ей сегодня на доброхотов, как утопленнице!

— Лучше? — обрадовалась женщина. — Лучше!

— Милая, ты как? — Феликс протянул ей отутюженный платок и приобнял за плечи.

— Как жертва кораблекрушения, — недовольно ответила Даша, вытирая лицо, которое ей хотелось умыть с мылом.

— С беременными это бывает! — невпопад ответила тетушка, не спешившая уходить.

— Даш, — замер Феликс, — ты беременна?

— А ты что ж, еще не знаешь, папаша? — Доброхотка стояла рядом, как приклеенная.

— Ничего я не беременна! — сердито ответила Даша. Она исправно принимала свои пилюльки, так что сюрпризов от нее Феликс не дождется. Вопрос о том, когда заводить детей, они будут решать вместе, и Дашино право голоса станет решающим.

— Вот это новость! — напротив них остановилась вредина Яна с бумажным пакетом из магазина нижнего белья. — Крылатова, ты беременна? Поздравляю!

Принесла же ее нелегкая! Даша с досадой скрипнула зубами. Как будто нельзя было купить себе трусы не в ближайшем торговом центре от работы, а чуть дальше!

— Да что вы все пристали? — в сердцах рявкнула Даша. — Не беременна я. Ты, кажется, хотел выбрать костюм? Так пойдем, вон магазин. — Она схватила Феликса за руку и потянула ко входу, подальше от Яны и от сердобольной тетки со встроенным сифоном.

И только очутившись внутри и взглянув в лицо «русалки», которая радушно бросилась им навстречу, Даша поняла, что натворила. Но отступать было уже поздно.

— Здрасти, — заулыбалась «русалка» и затараторила, глядя на Дашу: — Вы вернулись? Что-то забыли купить?

— Вы меня с кем-то путаете, — с нажимом сказала Даша.

— Нужен еще один костюм? — «Русалка», будто не слыша ее и не понимая отчаянной Дашиной мимики, метнула оценивающий взгляд на Феликса. Обычная внешность клиента не вызвала в ее сердце огня влюбленности, как в случае с эффектным Антоном. — Для вашего… брата?

— Я жених, — поправил Феликс, по его лицу было заметно, что он задет.

— Но как же. — ошеломленно начала «русалка», но Даша воззрилась на нее с такой мольбой, что продавщица, не будь дура, наконец заткнулась. — Так вам нужен костюм жениха? — протянула она, кося взглядом на Дашу, так что та испугалась, как бы девица не заработала себе косоглазия. — Кажется, я знаю, что вам нужно! Идемте за мной.

Феликс нетерпеливо рванул с места, как застоявшийся жеребец. Даша поплелась следом, поглядывая по сторонам в поисках блондинки, охотницы за олигархами. С «русалкой», к счастью, удалось уладить вопрос, но блондинка могла разоблачить ее из одной лишь природной вредности. К счастью, той нигде не было видно, и Даша горячо надеялась, что охотница за олигархами умчалась с работы пораньше — ради свидания с Барашкиным.

Они остановились у стойки со светлыми костюмами, и «русалка» выудила вешалку с бежевым костюмом, точной копией того, что Даша выбрала Антону.

— Вот, взгляните, хит продаж! — Она приложила костюм к Феликсу и пристально взглянула на Дашу. — Сегодня уже один такой продали. Как вам жених?

Костюм не сделает из Феликса Антона, уныло отметила Даша.

— Нет, — решительно отверг Феликс, убрав руку «русалки». — Мне это не подходит. Я хочу классический черный.

У Даши свело скулы от скуки.

— Может, посмотришь этот? — Она вытащила вешалку со светло-кофейным костюмом, который приглянулся ей еще днем. Голубоглазому блондину Антону такой цвет не подходит, а кареглазому шатену Феликсу — вполне. — Будешь на свадьбе нарядный.

— Как пирог, — поморщился Феликс. — Нет, милая, жених должен быть в черном.

— Но почему? — раздраженно возразила Даша. — Это раньше так одевались, когда не было другого выбора. Но сейчас, слава богу, времена фабрики «Большевичка» в прошлом. Ты можешь взять костюм любого цвета!

— Я не хочу любого, — воспротивился Феликс, — я хочу черного.

— Пойдемте, я покажу, — «русалка» направилась к стойке с темными костюмами.

— Может, хотя бы темно-синий? — предприняла последнюю попытку Даша.

Феликс без энтузиазма взглянул на вешалку в ее руках.

— Хорошо, — сдалась Даша, возвращая ее на кронштейн.

«Русалка» протянула Феликсу черный костюм.

— То, что надо! — обрадовался жених и устремился к примерочной.

Даша хотела последовать за ним, когда «русалка» преградила ей путь.

— Простите, это, конечно, не мое дело, — девушка понизила голос и торопливо оглянулась на примерочную, в которой скрылся Феликс, — но у вас что, два жениха?

Ее глаза полыхали любопытством, как костры в Купальскую ночь.

— Жених у меня только один, — внесла ясность Даша. — Этот.

— А первый? — удивилась «русалка».

А ведь Антон и правда у нее первый, машинально отметила Даша. Ее первая любовь, первый, кто ее поцеловал, первый, за кого она мечтала выйти замуж, первый, кому помогла выбрать костюм жениха.

— Просто старый друг, — сухо ответила она.

— Но он женится или нет? — жадно уточнила «русалка», которая явно проявляла непростой интерес к Антону и оживилась, узнав, что он не жених Даше.

— Женится, — разочаровала ее Даша, и костры в глазах «русалки» потухли в один миг.

— Жаль, — протянула она и внезапно добавила: — Если бы у меня было два жениха, я бы выбрала его.

«Я тоже», — угрюмо подумала Даша. Но выбирала не она. Ее выбрал Феликс, а Антон выбрал Рапунцель.

— Хотя ваш жених тоже хороший, — сообразив, что ляпнула не то, поправилась «русалка». — Серьезный такой, надежный…

— Как немецкий холодильник, — криво улыбнулась Даша и направилась к примерочной.

В черном костюме Феликс выглядел веселым вдовцом, только что похоронившим жену и с радостью вступающим в холостую жизнь. Впрочем, Аленушка была бы довольна таким костюмом. И еще не факт, что ей понравится тот светлый, выбранный Антону Дашей.

— Ну как тебе? — козырнул Феликс. — Вроде отлично.

— Размер твой, — равнодушно отметила Даша.

— Тебе что, не нравится? — На его лицо набежала тень.

— Как-то мрачновато для свадьбы летом, — призналась Даша.

— Я ведь не буду в пиджаке весь день. Только на церемонии, а на банкете сниму. — Феликс, как всегда, уже все решил, и согласие Даши ему не требовалось. — И потом, черный подойдет к любому свадебному платью.

— Темно-синий или тот кофейный к моему платью тоже бы подошли, — упрямо заметила Даша.

— В них меня, чего доброго, примут за друга жениха. На свадьбе только невеста может быть в белом, а жених — в черном.

— Как у вас дела? — заглянула «русалка».

— Превосходно, — Феликс сверкнул белозубой улыбкой. — Я его беру.

— Желаете рубашку, бабочку? — заученно предложила «русалка».

— Рубашку — непременно. Милая, выбери того же оттенка, что и твое платье, — попросил он.

Даша кивнула, скрывая досаду. И надо было тащиться в магазин, подвергать себя угрозе разоблачения, чтобы Феликс за пять минут сам выбрал себе костюм и доверил ей только выбор рубашки!

— А бабочку не надо, — решительно отмел он. — Только галстук!

Пока Феликс переодевался, Даша отыскала рубашку цвета шампанского и с любопытством спросила у скучающей «русалки»:

— К вам сегодня заходил хоккеист…

— Барашкин? — оживилась та. — Лариска к нему на свидание убежала.

— Я почему-то так и подумала, — хмыкнула Даша. А с прекрасным брюнетом у «русалки», значит, не сложилось. Жаль.

Галстук Феликс выбирал придирчивей, чем костюм, перебрал почти всю цветовую гамму, словно в отместку Даше, изводившей его в книжном магазине, и, наконец, остановился на светло-зеленом в полоску.

— Будет сочетаться с твоим букетом и красиво смотреться на фотографиях на фоне парка, — педантично объяснил он Даше.

— Какого парка? — не поняла она.

— Мы же поедем кататься по городу, заглянем в Царицыно или в Коломенское.

— А для полсотни родственников мы что, наймем туристический автобус? — содрогнулась Даша, представив себе эту картину маслом.

— Зачем же! Не все захотят на прогулку, кто-то приедет сразу в ресторан, — объяснил Феликс так, что Даша поняла, что он уже многое решил в отношении их свадьбы. А уж сколько ее ждет открытий чудных! Заранее плохо становится.

— Ну что ж, мы сделали великое дело! — объявил Феликс, выходя из магазина с пакетом в руках. — А теперь идем ужинать и обсуждать список гостей!

«Как же тебе повезло, моей невесте», — крутилась у Даши в голове песенка «Мумий Троля», когда она обреченно плелась следом за бодро шагающим женихом.

Глава 8

Поцелуй под дождем

По сравнению с внушительным списком Феликса — один лист, написанный им самим, и два составленных родителями, Дашин, занимавший полстранички из блокнота, выглядел совсем скромно.

— Ты уверена, что написала всех, кого хочешь пригласить? — Феликс с сомнением покосился на ее каракули.

Они расположились за столиком в ресторане, сделали заказ и теперь сверяли свои листы.

— Здесь все, кого я хочу видеть, — подчеркнула Даша. В ее списке не было ни одного случайного лица: коллеги, подруги, любимые родственники. Только те, с кем хочется разделить радость, а не те, кого неудобно не пригласить.

— А твои родители? Они разве не захотят составить свой список? — дотошно уточнил жених.

Еще как захотят! Маман, например, планировала пригласить всех своих Симочек и Липочек с их семействами, но Даша встала на дыбы — это ее свадьба, и ей выбирать, кого звать. Но теперь, глядя на список Феликса, она засомневалась. Если со стороны родителей Феликса будет целая орда гостей, мама обидится, что Даша ей отказала. А если Даша позволит матери и отцу приглашать кого попало, банкетный зал придется заказывать человек на сто, не меньше. Так ни на какое свадебное путешествие не хватит, даже в бюджетную Турцию!

Официант принес по бокалу вина, и Даша торопливо схватилась за свой. Ей срочно надо было выпить.

— За нас! — торжественно провозгласил Феликс. — За то, чтобы свадебные хлопоты были в радость, а свадьба удалась на славу.

Скорее — на весь мир. Даша с ужасом покосилась на список жениха и наполовину осушила бокал. Алкоголь придал ей храбрости, и она решила начать переговоры.

— Милый, а нельзя как-то сократить твой список гостей? — с надеждой спросила Даша. — Хотя бы за счет друзей родителей?

Вот бы ужать список до двадцати-тридцати самых важных персон, и тогда можно будет обойтись небольшим рестораном, размечталась она.

— Даша, — Феликс произнес ее имя так твердо, что дальше уже можно было не объяснять: список сокращению и обжалованию не подлежит. — Мама с папой дают деньги на банкет. Я был против, хотел оплатить все сам, но они настаивают. Так что они имеют полное право пригласить своих гостей и членов их семей. — Он медленно отпил глоток вина.

Привычка Феликса выражаться витиевато, которая обычно ее удивляла, сейчас просто взбесила. Почему просто не сказать «гостей с семьями», а надо обязательно приплести членов, как будто это не разговор между двумя близкими людьми, а доклад на конференции?

— А какие права имею я? — в сердцах спросила Даша, и ей захотелось треснуть твердолобого жениха той свадебной энциклопедией, которую они купили. — Почему ты никогда не спрашиваешь, чего хочу я, а делаешь так, как считаешь нужным? Как хотят родители? Как того требуют традиции? К черту традиции!

— Милая, не горячись, — миролюбиво, как с капризным ребенком, заговорил Феликс, — сама пойми…

— А я не хочу понимать! — Ее уже было не остановить. — Я не хочу устраивать праздник для тех, кого не знаю и кого после свадьбы никогда не увижу.

— Милая, ну зачем так драматизировать? — терпеливо продолжил жених. — Это все приятные интеллигентные люди, вот увидишь, они тебе понравятся.

— Они мне уже не нравятся! — взвилась Даша. — Приятные интеллигентные люди не попрутся на свадьбу к малознакомым жениху и невесте, чтобы не портить людям праздник!

— Даш, — теряя терпение, заметил Феликс, — они, может, еще и не придут. Это только те, кто получит приглашения, но они могут и отказаться.

Даша с надеждой замерла, сделала большой глоток вина, но потом помотала головой.

— Ну, хорошо, двое не придут, четверо, шестеро, но не половина же списка! — возразила она. — И, кстати, не забывай, что всегда есть незваные гости, которых может привести за компанию кто-то из приглашенных. А их число вполне способно перекрыть тех, кто не пришел.

— Это все надо хорошо обдумать, — Феликс сосредоточенно сдвинул брови. — Ведь в ресторане ограниченное количество мест, и праздничный ужин готовится на определенное число гостей, чтобы всем хватило.

— Милый, — проникновенно сказала Даша, взяв жениха за руку, и пошла ва-банк. — Давай не будем устраивать свадьбу в Москве?

— Как это не будем? — оторопел он.

— Просто распишемся и улетим куда-нибудь на острова, только ты и я, — промурлыкала Даша, чувствуя себя сладкоголосой сиреной, которая околдовывает путника своим пением. — Ну зачем нам кто-то еще? Зачем нам там, — она скосила глаза на список, написанный аккуратным почерком будущей свекрови, — Регина Соломоновна или Толик Жабоедов?

— Тетя Регина нянчила меня в детстве, а дядя Толя помог родителям получить квартиру, — сухо ответил Феликс, доведя Дашу до ручки.

— А дядю Веню из Алупки вы не забыли? — взвилась она, отнимая руку.

— Какого Веню? — в замешательстве заморгал Феликс.

Очевидно, он не смотрел фильма «Бедная Саша» и не понял Дашиной шутки на грани истерики.

— А, Вениамина Захарыча? — воскликнул он с секундной заминкой. — Как же его не пригласить! Он наш сосед по даче, я его всю жизнь знаю, он меня на велосипеде учил кататься. Только разве он из Алупки? — Он растерянно нахмурился. — Даш, ты что, его знаешь?

— Значит, дядя Веня все-таки будет, — чувствуя, что вот-вот взорвется, процедила Даша.

— И Вениамин Захарыч, и супруга его, Аглая Степановна, — не чуя подвоха, подтвердил жених. — Я бы и Мишку, их сына, позвал, но он сейчас в Америке работает.

— Ваш салат «Цезарь»! — с лучезарной улыбкой объявил официант, ставя блюдо перед Дашей. Видимо, ее глаза метали молнии, потому что парня от их столика будто ураганом сдуло.

— Какое счастье! — Даша вынула приборы из бумажной салфетки. Нож положила рядом с тарелкой, а вилку в сердцах швырнула в центр стола. — Боже, храни Америку!

— Даш, ты что? — растерялся Феликс.

— Это ты что? — набросилась на него Даша. — Феликс, тебе вообще в голову не приходит со мной считаться? Ты хоть раз поинтересовался, чего хочу я?

— Милая, но я же как лучше хочу, — миролюбиво сказал он. — Чтоб никого не обидеть. Свадьба бывает раз в жизни, забудешь кого-то — рассоришься на всю жизнь. Почему бы не разделить наш праздник с другими людьми?

— Да потому! — взорвалась Даша, и ей было уже плевать, что на них оборачиваются люди с соседних столиков. — Потому, милый мой, что я всю жизнь мечтала о тихой свадьбе для двоих на берегу моря и презирала эти пошлые пьянки-гулянки в ресторане!

— Так вот как ты это называешь! — Голос Феликса заледенел, и мужчина со звоном отодвинул от себя наполовину полный бокал.

У Даши же от волнения пересохло в горле, и она осушила остатки своего вина.

— Я-то думал, что у нас с тобой полное взаимопонимание, — разочарованно сказал жених.

— Да неужто? — скривилась она скорее от издевки, чем от вина. — По-моему, все наше взаимопонимание сводится к тому, что я всегда во всем с тобой соглашаюсь. Но баста! Мое терпение лопнуло! Я тоже человек и право имею!

— Правильно, девушка! — горячо поддержали ее за соседним столиком. — Гоните его в шею, пока не поздно!

У Дашиной защитницы, которая наворачивала пасту в гордом одиночестве, были короткая стрижка и узкие очки, поверх которых она с презрением взирала на Феликса. Не хватало еще нарваться на феминистку, мысленно простонала Даша.

— Брак — это вообще пережиток прошлого века, — горячо добавила дамочка. — Женщина должна быть свободной от семейных оков и жить в свое удовольствие, а не ублажать самца на кухне и в постели.

Даша от стыда готова была провалиться под пол.

— И что же, Даша, ты тоже так считаешь? — тихо спросил Феликс.

— Я считаю, что семья — это разумный компромисс, — высказалась Даша, разгоряченная вином. — И уж если мы не можем договориться до свадьбы, то лучше вообще не жениться.

— Что ж, хорошо, что мы выяснили это до свадьбы, — сухо сказал Феликс.

— Хорошо, что мы не сделали этой ошибки! — выпалила Даша и вскочила из-за стола. — Я завтра же заберу заявление из загса.

— Жаль, что он не работает сейчас, — не остался в долгу Феликс.

Даша не узнавала своего жениха — всегда такого уравновешенного и невозмутимого. Они с Феликсом даже ни разу не ссорились, и девушка была уверена, что нет на свете такой силы, которая могла бы вывести его из себя. Но теперь он сидел за столом — такой чужой и такой холодный, и Даша чувствовала, как между ними крепнет стена отчуждения.

— Счастливо оставаться! — Она выбежала из ресторана, чуть не сбив с ног официанта, который нес к их столику горячие блюда, и сама не помнила, как очутилась в туалете.

Неужели это все? Свадьбы не будет? Даша мутным взглядом смотрела на свое отражение в зеркале и не чувствовала, как по щекам бегут слезы.

— Ой, деточка, да что ж это такое! — запричитала знакомая тетушка, входя в туалет. В руках она держала большой пакет из магазина игрушек, из которого торчала голова розового зайца. — Вот, выпей водички, — она сунула Даше изрядно опустевшую бутылку.

Даша шарахнулась от нее, испугавшись, что безумная тетка опять окатит ее водой, и выбежала вон.

Она шла по торговому центру, крутя головой в поисках Феликса, но его нигде не было видно. Зазвонил мобильный — Даша торопливо ответила на вызов, даже не взглянув на экран:

— Алло, Феликс?

— А я думала, вы вместе, — с недовольством отозвалась мать. — Где тебя носит?

— Я в магазине, — буркнула Даша.

— Покупаешь что-то к свадьбе? — подобрела Лилия Александровна. — А как список гостей, уже обсудили?

— Обсудили, — сухо ответила Даша, едва сдерживая слезы. Так обсудили, что теперь свадьбы не будет! И все из-за какого-то дяди Вени и тети Моти! — Мам, я буду через час.

Она отключилась и бросила взгляд на часы. Уже десять, и придется ехать домой на метро. Как вести себя с мамой, Даша просто не представляла. Сообщить ей плохие вести она бы ни за что не решилась.

Повесив голову, девушка вышла на крыльцо торгового центра. Начался дождь, а она без зонта! Но попала Даша не под дождь, а под ураган. Феликс сгреб ее в охапку, прижал к себе и жадно поцеловал. Такого взрыва эмоций можно было ожидать от пылкого Антона, но только не от сдержанного доктора Смирнова.

— Даш, где ты была? — Тяжело дыша, он оторвался от нее, и девушка взглянула на него как на незнакомца. Такого Феликса — страстного и горячего — она не знала, но готова была в него влюбиться. — Я искал тебя, — лихорадочно бормотал он, — не мог дозвониться, потому что сел телефон, и уже боялся, что ты уехала. Даш, — он осекся и с нежностью коснулся ее мокрой щеки, — ты что, плакала?

Даша не успела ответить: Феликс принялся осыпать ее лицо поцелуями, от которых бросало в жар.

— Даш, прости меня, прости! Ты права, я вел себя как эгоист, не слушал тебя. Мы же будем семьей, нам надо находить компромиссы.

— Это ты меня прости, — покаялась Даша, — не знаю, что на меня нашло.

— Это вино в голову ударило, — усмехнулся Феликс и встряхнулся, когда порыв ветра швырнул ему в лицо пригоршню брызг. — Ух, льет-то как! Подожди меня здесь, я сбегаю в машину за зонтом и вернусь за тобой.

— Бежим вместе! — Даша с азартом схватила Феликса за руку и выскочила под ливень. Вода вмиг смыла все невзгоды, и она в эйфории закружилась под дождем, запрокинув лицо к небу и подняв руки. Все хорошо, они с Феликсом помирились, и в ее айсберге-женихе, оказывается, пылает вулкан страстей.

— Сумасшедшая! — прокричал Феликс, натягивая ветровку на голову и пытаясь укрыться от дождя. — Бежим скорее!

Он хотел накрыть ветровкой и Дашу, но та резво отскочила в сторону, угодив в самый центр большой лужи, и обдала брызгами себя и Феликса с ног до головы. Феликс охнул, отряхиваясь, а Даша звонко, по-русалочьи расхохоталась.

— Даш, что ты там застряла? Скорей в машину!

Она покачала головой и поманила жениха к себе. Шалить так шалить!

— Иди ко мне. Будем целоваться!

Феликс с сомнением покосился на лужу, потом на Дашу. Явно боится промочить ноги. Неужели она в нем ошиблась, огорчилась Даша. Антона бы не остановила какая-то лужа. Но в следующий миг Феликс, будто решив что-то для себя, стремительно шагнул к ней, поднимая брызги, и их губы встретились сквозь радугу дождя. Это было волшебно, почти как с Антоном. Феликс даже забыл про ливень и не спешил прервать поцелуй.

Какая-то машина, выезжавшая со стоянки, просигналила им, и они отпрыгнули к обочине, а затем, взявшись за руки, побежали искать машину Феликса.

В салоне с них тут же натекла лужа, Феликс включил обогрев, и Даша с наслаждением подставила озябшие ладони теплому воздуху. На заднем сиденье стояли пакеты из книжного и из мужского магазина. Похоже, Феликс успел закинуть их в машину, пока искал Дашу.

— Ты похожа на русалку. — Жених влюбленно смотрел на нее.

— Такая же мокрая и холодная? — поддразнила его Даша.

— Такая же красивая и желанная, — низким от страсти голосом проговорил он и снова поцеловал. Его руки нетерпеливо скользнули под намокшее платье, и этой порывистостью он напомнил Даше Антона. — Милая, поехали ко мне…

Она на миг замерла. С момента подачи заявления они ни разу не были близки. И несмотря на то, что тело жаждало ласки, Даша сердцем чувствовала, что торопиться не стоит.

— Не сегодня, — она отодвинулась на сиденье, почти вжавшись в стекло, по которому стучал любопытный дождь.

— А когда? — разочарованно спросил Феликс, невольно потянувшись за ней.

— После свадьбы, конечно! — Даша лукаво улыбнулась и легонько чмокнула его в губы. — В брачную ночь.

— Вот ты что придумала! — Глаза жениха сверкнули огнем. — Ну что ж, я готов подождать.

А Антон бы ждать не стал, внезапно подумала Даша, схватил бы ее в охапку и прямо здесь, в машине… Девушка, смешавшись, отвернулась к окну. И о чем она только думает?

— Милая, так насчет компромиссов, — кашлянул Феликс, выруливая со стоянки.

— Обойдемся без ресторана, да? — не веря своим ушам, обрадовалась Даша.

— Не совсем, — осторожно сказал Феликс.

Она разочарованно поникла.

— Даш, послушай, — горячо заговорил он. — Для меня и моих родителей важно сыграть свадьбу как полагается. Для твоих, думаю, тоже. Я был уверен, что и ты сама этого хочешь, так что ты меня сегодня огорошила.

— Извини, — буркнула Даша. — Вот такая я непутевая.

Феликс оставил ее замечание без внимания и продолжил, тщательно подбирая слова:

— Но раз уж так получается, и мы договорились идти навстречу друг другу, то предлагаю поступить следующим образом. Сыграем свадьбу в ресторане и не будем сокращать число гостей, — подчеркнул он.

Даша горестно вздохнула.

— Но сразу после свадьбы мы отправимся в свадебное путешествие на море — куда ты пожелаешь.

— Правда? — Даша недоверчиво взглянула на жениха. — И тебе дадут отпуск?

— Куда они денутся! — заверил ее Феликс. — Так что, договорились?

— Договорились! — воспрянула духом Даша. — Я как раз хотела обсудить с тобой путешествие. Давай поедем на Мальдивы?

— Конечно, милая, как скажешь, — улыбнулся Феликс, и Даша просияла.

Домик среди пальм на острове ее мечты уже совсем скоро может стать их раем. А ради этого можно вытерпеть целую орду гостей. Если повезет и вылет будет ночным, тогда и с банкета они сбегут пораньше — сразу в аэропорт. А гости пусть веселятся без них, на свадебном банкете присутствие жениха с невестой важно только первый час. Потом главное, чтобы хватало еды и выпивки. Даша с благодарностью взглянула на Феликса. Какой же он мудрый!

Феликс, тоже довольный достигнутым соглашением, с улыбкой включил радио.

«Мое сердце рвалось в небо, ты боялась высоты», — с хрипотцой пел Олег Газманов.

Даша внезапно подумала, что это точь-в-точь про них с Феликсом. Только в их паре в небо рвется она, а боится высоты Феликс.

«Две непрожитые жизни разлетаются, звеня». — Продолжение песни показалось мрачным пророчеством, и Даша расстроенно отвернулась к окну. Но ведь удивил же ее сегодня Феликс, переступил через себя, шагнув за ней в лужу, поддался безумству! Это хороший знак.

— Ноги промочил, — по-стариковски посетовал жених. — Зачем только в лужу полез! Как бы теперь не простыть перед свадьбой.

— Ничего, до свадьбы просохнут, — ехидно отозвалась Даша.

— Ты сама смотри не простынь! — Феликс бросил на нее беспокойный взгляд и посоветовал: — Дома сразу же прими горячую ванну и выпей чаю. Слышишь, Даш?

Она раздраженно кивнула: не маленькая!

— Кстати, когда у тебя выходной? — спросил он.

— Завтра, — настороженно ответила Даша, гадая, какую радость на этот раз приготовил ей жених.

— Мои родители хотят, чтобы мы встретились вместе с твоими, обсудили свадьбу.

— Папа сейчас в Англии в командировке.

Казалось, эта новость Феликса не огорчила. Похоже, он подспудно чувствовал, что Дашин отец не горит желанием с ним породниться.

— А твоя мама?

— Моя мама всегда готова, — иронически отозвалась Даша.

— Тогда договоримся на завтра? — деловито уточнил он. — Я работаю, но сбегу на пару часов в обед.

— Отлично! — изобразила энтузиазм Даша. А что остается делать? Назвалась невестой — будь добра готовиться к свадьбе.

На прощание Феликс всучил ей пакет с книгами, про которые она уже благополучно забыла. Проходя мимо урны у подъезда, Даша с трудом удержалась, чтобы не бросить их туда. Но жених смотрел ей вслед и приветливо махал рукой, так что пришлось нести макулатуру домой. Вот мама порадуется!

Дома девушка первым делом приняла горячий душ, а когда прошла в комнату, обнаружила на своем столе стопку разноцветных изданий, пестрящих заголовками на свадебную тематику.

— Мама, что это? — Она оторопело указала вошедшей Лилии Александровне на книги.

— Это я купила, — просияла та. — Изучай, дочка!

— Где ты это взяла? — недовольно спросила Даша.

— В книжном, — охотно пояснила мама. — Зашла за новым детективом Марии Брикер, ты же знаешь, как я ее люблю. Кстати, представляешь, ее новый роман как раз про свадьбу! — взахлеб рассказывала она. — Ты обязательно должна почитать! Там молодожены едут на Кипр, а невеста умирает…

— Очень оптимистично, — перебила Даша.

— И ее подменяют другой, представляешь? — не могла остановиться мать. — Вот это сюжет!

— А это ты как нашла? — Даша раздраженно взяла из стопки верхнюю книгу.

— Случайно, — поделилась мать. — Бродила по книжному и наткнулась на целый свадебный раздел. У меня прям глаза разбежались!

— Охотно верю, — хмыкнула Даша.

— В мои годы таких книг не было, — посетовала Лилия Александровна. — Такой огромный выбор, я не знала, за что хвататься.

— И поэтому скупила весь отдел. — Даша открыла книгу наугад и попала на страницу с любовными заговорами.

— Очень полезная книга, — моментально сунула нос мать. — Если б только я в свое время такой заговор прочитала, может, наш папа нас бы не бросил.

Дашу не переставала удивлять способность матери винить во всех неудачах кого угодно, кроме себя, и верить в чудеса, которые исправят любые ошибки.

— Я подумала, может, тебе, дочка, к колдунье еще сходить? — внезапно предложила мама.

— Это еще зачем? — опешила Даша.

— Она заговорит обручальные кольца на счастье и благополучие, — возбужденно объяснила Лилия Александровна. — Еще можно и Феликса заговорить.

— От хождения налево? — ехидно спросила Даша, взглянув на название одного из заговоров, и насмешливо прочитала его описание: — «Муж не сможет заниматься сексом ни с кем, кроме жены. Стопроцентная гарантия семейного счастья». Вот уж счастье-то!

— Феликс не такой! — замахала руками мать. — Он верный и надежный, я знаю, он по своей воле тебе никогда не изменит.

— Тогда зачем его заговаривать? — усмехнулась Даша.

— От постороннего вмешательства! Феликс же у тебя золото. Захочет его какая-нибудь деваха отбить — и шасть к колдунье, приворот наводить. А если Феликса заговорить заранее, то его никакие привороты не возьмут! — пылко сказала Лилия Александровна.

Даша скептически посмотрела на нее, поражаясь, что мать верит подобным сказкам.

— Так я поищу колдунью? — загорелась та.

— Ни за что, — отрубила Даша. — И думать забудь!

— Ты подумай все-таки, дочка, — поникла Лилия Александровна. — Я же тебе добра желаю.

— Я знаю, — смягчилась Даша и обняла мать. — Я тебя очень люблю, но со своей жизнью разберусь без магии.

У той подозрительно засверкали глаза, и она торопливо кивнула.

— Я тебя тоже люблю, дочка. Дороже тебя у меня никого нет… Так вы составили список гостей? — уже деловито произнесла она, отставив сантименты.

— Составили.

— Дашенька, — мама просительно уставилась на нее, — может, я все-таки могу позвать хотя бы Симу и Люду? Неудобно как-то получается.

— Зови, — обреченно кивнула Даша. — Родители Феликса все равно собираются пригласить кучу народа, так что ты себе тоже не отказывай.

Глаза матери радостно просияли, как будто Даша сделала ей королевский подарок.

— Только в разумных пределах, — обрисовала рамки Даша.

— Конечно, дочка!

— И, кстати, завтра у нас семейный обед, — сообщила девушка, не слишком-то успокоенная обещаниями матери, — будем обсуждать свадьбу.

Лилия Александровна еще больше обрадовалась, торопливо пожелала ей спокойной ночи, клюнула в щеку и умчалась составлять список дорогих гостей.

Глава 9

Семейный совет

Для семейного совещания по поводу предстоящей свадьбы родители Феликса выбрали ресторан рядом с набережной.

— Дашенька! Лиля! — тепло приветствовали они, когда она с мамой вошла в ресторан. — Мы так рады, что дети наконец решили пожениться!

— Давно пора, — горячо поддержала Лилия Александровна. Даша бросила на нее убийственный взгляд, и мама торопливо добавила: — А что, года вполне достаточно, чтобы определиться. Куда ж еще тянуть! А то некоторые, знаете ли, тянут-тянут, уже, знаете, детей народят, а все сомневаются…

— Мама, — простонала Даша. — Садись!

— Насколько я понимаю, — взяв на себя обязанности распорядителя, отец Феликса, солидный и импозантный юрист Аркадий Федорович, обвел присутствующих торжественным взглядом, — у нас планируется небольшой семейный праздник на.

— Семьдесят человек, — подсказал Феликс.

— Это будет чудесная свадьба! — растроганно заметила Дашина мама.

— И мы, дети, сделаем все, что от нас зависит, чтобы она запомнилась вам на всю жизнь! — горячо пообещала мама Феликса, утонченная Эмма Павловна. Сколько Даша ее помнила, она носила низкий пучок, из которого не выбивалось ни одного волоска, и женственные платья пастельных тонов. Невозможно было даже вообразить ее в чем-то ярком, как будто Эмма Павловна поставила себе целью никогда не выделяться и оставаться лишь тенью своего супруга, который сегодня блистал в сером костюме в полоску и фиолетовом галстуке.

Сама Даша, нарядившаяся ради семейного обеда в любимое синее платьице Феликса, чувствовала себя манекеном, который только присутствует за столом, но не имеет никакого права голоса.

— Итак, со списком гостей мы определились, — продолжил заседание Аркадий Федорович. — Надо будет подписать приглашения и разослать всем в ближайшее время. До свадьбы остается три недели, мы и так немного задержались.

Свою привычку всеми командовать и все контролировать Феликс явно унаследовал от отца, а вот внешность ему досталась мамина — неприметная и обычная. Видя мать и сына вместе, Даша всякий раз поражалась их сходству.

— Приглашения мы уже купили, — доложил Феликс.

— Как, уже? — Лилия Александровна расстроенно всплеснула руками. — А я только хотела показать Дашеньке несколько прелестных вариантов, которые нашла в журнале.

— Милая, они ведь у тебя? — обратился к невесте Феликс.

Даша мгновение непонимающе таращилась на него, потом торопливо кивнула.

Приглашения, должно быть, в пакете со свадебными книжками. Она даже не раскрывала его, сразу же забросила куда подальше.

— Ты не помнишь, сколько там штук? — уточнил Феликс.

— Я докуплю, если не хватит, — улыбнулась Даша.

— Спасибо, милая! Когда ты сможешь их подписать?

Дашину улыбку перекосило. Подписать семьдесят приглашений, из них больше полусотни тем, кого она предпочла бы на своей свадьбе вовсе не видеть?

— О, конечно, я с радостью сделаю это в ближайшее время, — с ангельской кротостью промолвила она.

— Я помогу, — вызвалась ее мама.

Вот и отлично, у Даши отлегло от сердца. Маме это будет только в кайф, чего не скажешь о ней самой.

— Я сегодня же отправлю тебе полный список по электронной почте, — пообещал Феликс.

— А мы подумаем, где разместить гостей из других городов, — вмешалась Эмма Павловна. — Самые близкие, конечно, остановятся у нас, а другим придется заказать гостиницу.

Глаза Дашиной мамы нервно забегали. Похоже, ей раньше не приходило в голову, что гостей надо где-то селить. И это отдельная статья расходов.

— Теперь что касается организации свадьбы, — продолжил Аркадий Федорович. — Нужно найти банкетный зал, утвердить меню и музыку, заказать тамаду, лимузин, машины для гостей… Вы уже думали над этим, дети?

Представив себе всю эту чехарду, Даша в панике выпалила:

— Давайте обратимся в свадебное агентство!

Ей уж точно не хотелось ездить по ресторанам, проводить кастинг на лучшего тамаду и выбирать шарики для оформления зала. Уж лучше заплатить профессионалам и избавиться от этого кошмара. Пусть сделают свадьбу «под ключ». А она, так и быть, возьмет на себя заботы о самом приятном — организации свадебного путешествия.

— Нет! — бурно запротестовала ее мама. — Что мы, сами не справимся?

Глядя на ее взволнованное лицо, Даша поняла, что мама мечтала об этом всю жизнь, и остановить ее так же невозможно, как поход Александра Македонского на Восток.

Даша обратилась за поддержкой к будущим свекру и свекрови.

— Конечно, справимся! — выразили недюжинный энтузиазм те. — Надо только правильно распределить обязанности.

— Мы возьмем на себя ресторан и тамаду, — вызвался Аркадий Федорович. — К сожалению, мы только что узнали, что зал, где мы находимся, уже занят в день вашей свадьбы. А мы хотели показать его вам и услышать ваше мнение.

— Прекрасное место, — оценила Лилия Александровна.

— И набережная рядом, можно после банкета устроить фейерверк в честь молодых, — с сожалением добавила Эмма Павловна.

Только этого еще не хватало, поразилась Даша. Какие еще шоу включат в ее свадьбу, не спросив ее саму? Хор мальчиков-зайчиков, скоморохов с медведями, бурановских бабушек?

— Но ничего, — продолжила мама Феликса. — У меня есть на примете еще один уютный ресторан. Один наш заслуженный музыкант праздновал там свой 70-летний юбилей. Было так чудесно!

Спасибо, что хоть не поминки, мрачно подумала Даша, представив себе этот ресторан для старперов.

— И тамада был такой чуткий, интеллигентный, — с восторгом поделилась Эмма Павловна. — Все цитировал Пушкина и Грибоедова, и, представьте себе, разбирался в симфониях Бетховена!

Настроение Даши портилось все больше и больше. Но брать на себя выбор ресторана и тамады она бы не решилась.

— Расходы на свадебный банкет, конечно, придется поделить пополам, — деловито заметил отец Феликса.

— Разумеется, — пообещала Даша. — Папа встретится с вами, как приедет.

— А я тогда займусь выкупом невесты и всем, что понадобится в загсе, — выступила ее мама. Большими накоплениями для свадьбы она похвастаться не могла, но готова была принять посильное и непосильное участие в организации. — Ну, знаете там, подушечки для колец, розовые лепестки, бокалы, которые молодые разобьют на счастье. А свадебный торт и свадебный букет мы выберем вместе с Дашенькой, да, дочка?

— Конечно, мама, — обреченно кивнула Даша. Выходить замуж ей хотелось все меньше и меньше.

— Я закажу свадебный лимузин и машины для гостей, — вызвался Феликс.

— А украшение машин? — вспомнила его мать.

— Доверьте это мне! — с жаром воскликнула Лилия Александровна. — Мы купим все эти милые ленточки, розочки, бантики. Да, Дашенька?

Даша представила себе, во что может превратиться свадебный лимузин, если допустить к его украшению маму, и содрогнулась. За этим нужно непременно проследить самой, и она согласно кивнула.

— А украшением зала займемся мы, — пообещала мама Феликса. — Раз уж ресторан по нашей части.

— А как насчет фото— и видеосъемки? — напомнил его отец.

— Это мы с Дашей возьмем на себя, — решил Феликс. — Правда, милая?

Даша вспомнила, как они с Соней рыдали от хохота над ее свадебными фотками, где фотограф поместил невесту Соню в бокал шампанского в руке жениха Артема, и торопливо кивнула. Такое важное дело уж точно нельзя доверить кому ни попадя.

— У тебя никого нет на примете? — спросил Феликс.

Даша помотала головой.

— Жаль, что твой друг женится в один день с нами, — посетовал Феликс. — Как его там,

Антон? Он ведь фотограф?

Даша в оцепенении уставилась на него. Откуда он знает?

— Его невеста сегодня приходила ко мне лечить зуб, — добавил он. — Эх, и что бы нам не подать заявления в разные дни? Уж твой друг точно бы нас не подвел, расстарался.

При мысли о том, что Антон, выбиравший ей свадебное платье, снимает ее свадьбу с Феликсом, у Даше упало сердце.

— И скидку бы хорошую сделал наверняка, — с сожалением закончил жених. — Ну ладно, раз уж так сложилось, будем искать другого. Ты спроси у него, кстати, может, он посоветует кого-то из коллег.

— Обязательно, — болванчиком кивнула Даша.

— Ну что, вроде обо всем поговорили? — подвел итог семейному заседанию Аркадий Федорович. — Действовать придется в быстром темпе, до свадьбы всего три недели. Не так много, чтобы все успеть.

— Успеем! — горячо пообещала Лилия Александровна. Даша знала, что мать теперь ночами спать не будет, лишь бы исполнить все свои обязательства.

— Жаль, что с нами сегодня нет Андрея Романовича, — заметил отец Феликса. — Но мы еще не раз встретимся, чтобы обсудить проделанную работу, и надеюсь, что он к нам присоединится.

— Феликс, — окликнула жениха Даша, когда они уже вышли на улицу, — насчет свадебного путешествия…

— Милая, ты выясни все, что нужно, — он рассеянно чмокнул ее в щеку. — В этих вопросах ты у нас спец.

Вернувшись домой, Лилия Александровна первым делом потребовала предъявить ей свадебные приглашения. И когда Даша достала из пакета стандартные открытки, разочарованию матери не было предела.

— Дашенька, — взволнованно защебетала она, — да это же прошлый век! Как тебя только угораздило такое купить? Их же людям посылать стыдно!

— Мам, а что еще надо-то? — удивилась Даша.

— Деревня ты деревня! — укорила ее мать, потрясая свадебным журналом, который Даша даже не удосужилась открыть. — Ты только посмотри. Вот это — настоящие приглашения, а это, — она с презрением отодвинула стопку открыток, — обычная штамповка.

Оказывается, свадебные приглашения в наши дни возвели в ранг высокого искусства. Даша в изумлении разглядывала на фото в журнале гламурные белоснежные квадратики с перьями и кружевами, бантиками и жемчужинами, с атласом и стразами. Одно было со шнуровкой, имитирующей корсет невесты, другим полагались кружевные конвертики. Солиднее смотрелись приглашения-свитки, включая самые помпезные — на деревянных палочках, запечатанные сургучом, как настоящие царские указы. Приятным сюрпризом для гостей должно было стать приглашение-коробочка, в которую следовало положить плитку шоколада, или приглашение-леденец — на палочке, перевязанное ленточкой. А для забывчивых гостей придумали приглашения-магниты, которые можно прикрепить на холодильник, чтобы не пропустить день свадьбы.

Одними из самых торжественных казались приглашения на бархатной бумаге с атласной ленточкой, на которую были нанесены инициалы молодоженов. Такие и подписывать-то страшно своими каракулями — вдруг испортишь!

— Для того чтобы красиво написать приглашение, можно нанять мастера-каллиграфа, — с изумлением прочитала Даша строчки статьи. И чего только не придумают, поразилась она.

— Еще чего придумали! — внезапно поддержала ее мама. — Да я сама напишу так, что все ахнут! Ну, дочка, какие тебе понравились?

Даше больше всего приглянулось приглашение в бутылке, внутри которой, помимо свернутого в трубочку листка, были песок и ракушки. Но, конечно, ее любовь к морю вряд ли оценят дядя Веня со стороны жениха и мамины подруги Симочка и Липочка. И потом, учитывая число гостей, одни приглашения влетят в целое состояние.

— Вот эти с перышками очень милые, правда? — Лилия Александровна с надеждой указала на фото.

Но Даша захлопнула журнал и положила на него стопку магазинных открыток.

— Подпиши, чтобы все ахнули, эти!

— Но, Даша, дочка, — мама молитвенно заломила руки, — свадьба ведь бывает только раз в жизни! И потом — это такая хорошая память гостям!

— Ты думаешь, они станут хранить приглашения? — хмыкнула Даша.

— Эти точно не станут, — мама брезгливо покосилась на магазинные открытки. — А вот эксклюзивные, — с трепетом выговорила она, — которые я тебе показываю…

— Положат в золотой сундучок и передадут по наследству внукам, — иронически закончила Даша. — Мам, не собираюсь я забивать голову такой ерундой! Их еще, наверное, и заказывать нужно за месяц из самого Парижу.

— Ничего, — тряхнула головой мама, — мы успеем!

— Нет, — отрезала Даша. — Заполняй эти.

— Но тут явно не семьдесят штук! — недовольно возразила мать.

Открыток оказалось сорок. Даша пообещала сгонять завтра в книжный, но мама уговорила ее заказать недостающие приглашения в свадебном интернет-магазине. В итоге единства в приглашениях не было: гостям Феликса мама выделила купленные им самим магазинные открытки, для своих подруг заказала элегантные белые карточки с атласным бантиком — не такие дорогие, как в журнале, но довольно торжественные, а своим друзьям Даша выбрала забавные приглашения в виде билетов с отрывным «контролем», на которых напечатают дату их свадьбы с Феликсом. Оказывается, среди бюджетных печатных вариантов без страз и перьев хватало необычных и оригинальных карточек. Были даже приглашения в виде папки с уголовным делом, брачно-семейным, разумеется, и приглашения-зачетки, для молодоженов, которые познакомились в университете. По этой логике, Даше с Феликсом следовало бы послать гостям медицинские стоматологические карты. Даше понравились изящные приглашения в виде посадочных талонов, театральной программки, билетов в кино и на кругосветное путешествие, телеграммы, ретропластинки, кинохлопушки с ленточкой и пляжного тапочка. Эх, какие тематические свадьбы можно приурочить к таким пригласительным, размечталась Даша. Но после встречи с родителями Феликса не оставалось сомнений: будет традиционный банкет с песнями, плясками и тамадой, и точка!

Заодно мать уговорила ее заказать и рассадочные карточки для гостей на банкете. Даша считала это лишним — пусть люди садятся, как хотят, но Лилия Александровна горячо убеждала ее, что тогда за столом воцарится хаос, и потом, каждому гостю будет приятно увидеть на карточке свое имя и понять, что его ждали.

— К тому же, — привела последний аргумент мама, — многие гости не знают друг друга и не запомнят, даже если представятся. А так посмотрел на карточку — и сразу видишь, где Ваня, а где Маня.

— Это какая это Маня? — подозрительно поинтересовалась Даша. — Не та ли деревенская тетушка, которая привезла нам соленых грибочков, а мы после них дружно загремели в больницу?

— Да это я так, к слову, — отвела глаза мать.

— Так, значит, Маня все-таки будет, — недовольно протянула Даша.

— А что, не могла же я ее не пригласить! — защищалась Лилия Александровна.

Маму привели в восторг карточки с колокольчиками, но Даша благоразумно убедила ее остановиться на традиционных бумажных. Выбрали с серебристым теснением — под цвет платиновых обручальных колец.

— Золотые богаче смотрятся, — вздохнула мама. — Но под цвет колец, конечно, символичнее.

— Только учти, подписывать сама будешь! — предупредила Даша.

— Конечно! — заверила та и, кося взглядом на монитор, горячо попросила: — Доченька, давай заодно закажем и альбом для пожеланий!

— Это еще зачем? — не поняла Даша.

— Чтобы гости смогли оставить вам добрые пожелания на долгую память! — с мечтательным видом объяснила мама.

Оказалось, что свадебный магазин предлагает около полусотни альбомов — белоснежных с кружевами, стразами и бантиками, как платье невесты, торжественных бархатных, из жатого атласа с россыпью миниатюрных тканевых розочек, с вышитыми или выложенными стразами инициалами молодоженов. Все альбомы казались Даше слишком вычурными, но она уважила мать, выбрав простой белый альбом с атласным бантиком. Затем выяснилось, что к альбому полагается прикупить еще и особенную ручку на подставке. Даша устало махнула рукой, позволив маме выбрать на свой вкус, и в итоге стала обладательницей ручки с пером на подставке с имитацией обручальных колец. Даша никогда бы не заказала подобный ужас, но мама была счастлива, как дитя.

Для полного комплекта заказали и папку для свидетельства о браке — в том же стиле, что и альбом с пожеланиями.

В итоге провозились до самого вечера. Интернет-магазин подтвердил доставку на завтра, Лилия Александровна успокоилась и пообещала, что будет ждать курьера. Ей не терпелось начать подписывать приглашения. В почтовом ящике Даши уже несколько часов дожидалось письмо от Феликса: тот, как и обещал, прислал полный список гостей. Даша распечатала его матери, отправила ее восвояси и без особой надежды зашла на сайт одноклассников. Новых сообщений от Антона не обнаружилось. Пора проститься с иллюзиями. Антон — чужой жених, все, что между ними было, осталось в далеком прошлом. А ее настоящее и будущее — Феликс.

И Даша окунулась в подготовку к свадьбе. В свободное время на работе выбрала авиабилеты до Мале, рассчитала свадебный тур на островке ее мечты. На десять дней получалось дороговато, и Даша сократила медовый месяц до недели, уже предвкушая, как они с Феликсом босиком бродят по песчаным дорожкам и встречают волшебные закаты. Она позвонила жениху, горя желанием обсудить путешествие, но тот был занят. Договорились, что они встретятся завтра вечером. Феликс собирался посмотреть нескольких фотографов, а заодно и с путешествием можно решить. Дашу немного огорчило, что придется отодвинуть бронирование тура на два дня, но билеты и виллы пока были в наличии, так что беспокоиться не о чем.

А незадолго до обеда позвонил отец.

— Привет, невеста! Как ты?

— Ты уже вернулся? — обрадовалась ему Даша.

— И ужасно соскучился! Как насчет ланча в компании с отцом? Или все твое свободное время зарезервировано Фердинандом? — с ноткой ревности поинтересовался он.

— Ты неисправим, па, — рассмеялась Даша. — Я освобожусь через час. Встречаемся где обычно?

Кафе рядом с ее офисом было их частым местом встречи. Домой к ним с мамой отец наведывался редко: обычно при виде него Лилия Александровна ударялась в воспоминания о совместном прошлом или начинала выведывать у него подробности личной жизни, что папе было одинаково неприятно. Поэтому отец с дочерью предпочитали встречаться на нейтральной территории. Они виделись пару раз в месяц, и им всегда было о чем поговорить и что обсудить. Оба любили читать, ходить на выставки и увлекались путешествиями. Даша рассказывала отцу о новых туристических направлениях, а он ей — о своих поездках по миру. Личную жизнь друг друга они никогда не обсуждали, даже знакомство отца с Феликсом получилось случайным: Даша с Феликсом пошли в кино и встретили у кассы Андрея Романовича. Но и после той встречи отец не проявлял никакого интереса к Дашиному кавалеру. Вплоть до сегодняшнего дня.

Поэтому Даша несказанно удивилась, когда, заняв столик в кафе и сделав заказ, доселе беззаботно шутивший отец пристально взглянул на нее и спросил:

— Даш, ты уверена, что Феликс — это тот, кто тебе нужен?

Девушка смешалась. Все последние дни она постоянно задавала себе тот же вопрос, и ответы на него все время разнились. После разговоров с Соней и мамой ей казалось, что лучше Феликса мужа не найти. После встреч с Антоном она не была уверена, что поступает правильно. Отец ждал ответа. Даша вспомнила поцелуй под дождем и кивнула:

— Кажется, да!

— Значит, ты не уверена, — подытожил отец.

— А разве ты был уверен, что ваш брак не сложится, когда женился на маме? — запальчиво возразила Даша.

— Я предполагал такое, — признался отец, доставая сигарету, и Даша замерла от волнения. Отец никогда не говорил о причинах развода, и ей было важно услышать его версию в дополнение к набившей оскомину маминой. — Понимаешь, дочь, — он закурил красиво, как на камеру. Впрочем, он все делал красиво, поэтому Даше так нравилось за ним наблюдать, а студентки толпами записывались к нему на семинары. — Мы с твоей мамой никогда не были родными душами, у нас — разные интересы, разные мечты. Я рвался в поход в горы, а она на дачу к грядкам. Я читал Экзюпери, а она журнал «Работница». Я мечтал полететь в космос, а она — купить комод на кухню… Помнишь, как у Газманова? «Мое сердце рвалось в небо, ты боялась высоты», — процитировал он.

— «Две непрожитые жизни разлетаются, звеня.» — эхом откликнулась Даша.

— Ты меня понимаешь? — обрадовался отец. — Я когда эту песню услышал, то подумал, что это точь-в-точь про нас с Лилей.

— Зачем же было жениться? — спросила Даша.

— Мы были молоды и влюблены. Мы оба мечтали о счастливой семье, но наши представления о ней оказались разными, — сигарета дрогнула в его тонких нервных пальцах. — Я видел это еще до свадьбы, но надеялся, что все изменится. А когда мы стали жить вместе, я понял, что мне душно, что я живу не своей жизнью. Какое-то время мне удавалось обманывать Лилю, играя перед ней того, каким она хотела меня видеть, — хорошего мужа, терпеливого, заботливого, серьезного.

«Как и я обманываю Феликса, — потрясенно подумала Даша, — притворяясь сдержанней, рассудительней и покладистей, чем я есть на самом деле».

— Но поступая так, я предавал себя самого. — Отец затушил сигарету и в упор взглянул на Дашу. — Дочь, я не хочу, чтобы ты совершила ту же ошибку.

— Почему ты так решил? — возразила она.

— Потому что я видел твоего Фердинанда. Он — воплощение всего того, что мечтала видеть во мне твоя мать. Не сомневаюсь, что она в восторге от твоего выбора.

Даша промолчала, признавая его правоту.

— Но ты — не такая, как она, — горячо сказал отец и взял ее за руку. — Ты пошла в меня, дочка.

И с этим Даша тоже не могла поспорить. Она унаследовала женскую привлекательность матери, но характер ей достался от отца.

— Ты — Крылатова, — продолжил он, — и я не хочу, чтобы ты лишилась своих крыльев. Тебе нужен мужчина, с которым ты сможешь летать. А не тот, кто привяжет тебя к земле.

Отец высказал то, в чем Даша боялась себе признаться, но вслух она упрямо возразила:

— Кажется, ты путаешь влюбленность с супружеством.

— Супружество без влюбленности обречено. Но не одна любовь делает браки счастливыми. Она дает крылья. А родство душ — совместный полет.

Отец говорил важные вещи, но принять их — значит разорвать помолвку с Феликсом. К этому Даша была не готова, поэтому снова запальчиво возразила:

— Пап, ты ничего не знаешь обо мне и Феликсе!

— Надеюсь, что я ошибаюсь, Даш, но ему нужна такая жена, какой была твоя мать. Если ты станешь для него такой, ты перестанешь быть собой.

— Феликс любит меня такой, какая я есть, — как можно уверенней возразила она. — И мне нет нужды переделывать себя.

Даша вспомнила про компромисс, ради которого ей придется пережить свадьбу с кучей гостей, которых она не знает и знать не хочет, и торопливо глотнула сока.

— Что ж, раз ты тверда в своем решении, рассказывай, что вы решили со свадьбой.

— Все как у всех. Регистрация в загсе, прогулка по Москве, банкет в ресторане.

— И ты этого хочешь? — Отец удивленно выгнул бровь. — Ты же говорила, что терпеть не можешь эти пошлые пьянки-гулянки.

— Конечно, хочу! — Даша поспешно кивнула, пытаясь убедить себя в том, что об этом мечтает любая девушка. — Мало ли что я говорила раньше.

— Ну-ну, — отец недоверчиво качнул головой. — И сколько предполагается гостей?

Даша помолчала, собираясь духом, и объявила с фальшивым энтузиазмом:

— Семьдесят!

— Ого! — удивленно протянул отец. — Прямо пир на весь мир.

— Ну, или чуть меньше, — торопливо добавила Даша.

Хотя на самом деле скорее больше. Мама вписала в список двадцать своих подруг и дальних родственников с их семьями. А ведь еще папа не добавил своих приглашенных!

— Я включила туда тетю Валю с Павликом и Добросердовых, — назвала она родственников отца, — если ты хочешь пригласить кого-то еще… — Она осеклась, наткнувшись на его острый взгляд.

— Даш, это же твоя свадьба, — подчеркнул он своим хорошо поставленным и натренированным многочисленными лекциями профессорским голосом. — Гостей приглашаешь ты, а не я.

Как же легко с отцом и как трудно с мамой и родителями Феликса, взгрустнула Даша.

— Ясно, — без слов понял отец. — И сколько из этих семидесяти твоих гостей?

— Шестнадцать, — призналась Даша. И это считая родителей, тетю Валю с Павликом и Добросердовых.

— Я так и думал. А маминых?

— Двадцать два, — вздохнула Даша. — Но как я могу ей отказать?

— Безотказная ты моя, — отец покачал головой. — Надеюсь, ты помнишь, что за Фердинанда выходишь ты, а не твоя мама? И жить с ним тебе, а не ей?

— Па! — недовольно перебила Даша.

— Ладно-ладно! — Отец миролюбиво поднял ладони. — Прости старика. Вот, — он выложил на стол бумажный конверт, в котором угадывалась пачка денег. — Думал, что здесь останется и на свадебное путешествие, но с таким размахом свадьбы. В общем, распоряжайся, как считаешь нужным.

— Спасибо, пап! — Даша наклонилась и чмокнула отца в выбритую щеку.

— Чего уж там, — добродушно проворчал он.

— Вечером мы с мамой идем выбирать свадебный торт. Не хочешь присоединиться? — предложила она, заранее зная ответ.

— Нет уж, — помотал головой отец. — Разбирайтесь с этим сами, девочки.

Они по-быстрому уплели бизнес-ланч, отец успел коротко рассказать о своей поездке, Даша похвалилась чудесным свадебным платьем, и уже пришла пора возвращаться на работу.

— Дочь, пообещай мне. — На прощание, когда они уже вышли из кафе, отец поймал ее за руку и крепко стиснул. — Если ты вдруг поймешь, что совершаешь ошибку, то слушай свое сердце и не думай о том, что кого-то подведешь. Лучше отменить свадьбу, чем потом разводиться.

— Хорошо, что Феликс все-таки не просил у тебя моей руки, — хмыкнула Даша. — Не очень-то это похоже на отеческое благословение!

— Хватит твоему Фердинанду и материнского! — усмехнулся отец, махнул рукой и зашагал к метро.

А Даша еще несколько минут смотрела ему вслед и думала о том, что отец понимает ее лучше, чем она саму себя. И все-таки, почему он так взъелся на Феликса? Наверное, потому что Феликс — тот идеал супруга, которым так и не стал сам Андрей Романович, решила девушка и поспешила в офис.

Глава 10

Свадебный чизкейк

Вечером после работы Даша в компании матери безропотно отправилась за свадебным тортом. Кондитерскую посоветовала Соня, и Даша доверилась ей, вспомнив, что торт на свадьбе подруги был вкусным и легким, несмотря на чрезмерные, на ее взгляд, украшения цветами и голубками.

Однако в кондитерской случилась катастрофа. Лилии Александровне так не терпелось скорее приступить к выбору, что, распахнув дверь, она ракетой влетела внутрь. Даша только на миг успела увидеть трехъярусную пирамиду из розовых коржей, облепленных розами, как ее мама буквально влетела носом в торт, а несущий пирамиду парень пошатнулся, и чужой свадебный торт рухнул к его ногам. Взбитые сливки и ошметки бисквита разметало по всему полу. Розочка из мастики, искусно вырезанная рукой кондитера, приземлилась Даше на носок балетки. Даша судорожно сглотнула, и в этот момент разразился трехэтажный мат тащившего кулинарный шедевр парня, а сразу за ним ударил по ушам истошный визг выбежавшей из-за прилавка продавщицы. А несколько посетителей магазина вытащили мобильники и защелкали фотокамерой, снимая апокалипсис кондитерского масштаба и его главную виновницу.

Лицо Лилии Александровны покрывала бугристая кремовая маска, в лоб впечаталась розочка. Мама растерянно моргала слипшимися ресницами и протирала глаза.

— Да что ж вы такое натворили-то?! — резаным поросенком заголосила дородная продавщица, в ужасе оглядывая ошметки свадебного шедевра.

— Невеста меня убьет, — обреченно выдавил парень, ползая на карачках и тщетно пытаясь собрать торт с пола.

— Да, Кирюха, ты попал, — протянул его приятель, оценивая масштаб катастрофы.

— Да бросьте вы его, — посоветовал кто-то из мужчин. — Что уж теперь сделаешь.

— Она меня точно убьет! — простонал парень, и его симпатичное лицо покрылось бурыми пятнами.

— Может, не убьет? — приободрила его одна из покупательниц, ровесница с густой русой челкой и в майке с пандой. — Конечно, потребует оплатить торт из вашей зарплаты…

— Я не курьер, — тот в панике взглянул на нее. — Я жених.

Все присутствующие ахнули. Лилия Александровна согнулась и бочком попятилась к двери.

— А она и так все время называет меня безруким и говорит, что мне ничего нельзя доверить! — пожаловался несчастный.

— Да, Верунчик озвереет, — подлил масла в огонь его приятель.

— Но вы же здесь ни при чем! — горячо вступилась за жениха девушка с пандой. — Это все она, эта сумасшедшая баба. — Она ткнула пальцем туда, где еще минуту назад стояла Лилия Александровна, но той пропал и след.

Даша в изумлении оглянулась — матери нигде не было.

— Где же она? — Девушка с пандой покрутила головой и остановила взгляд на Даше. — Вы вошли вместе!

— Я ее не знаю, — Даша торопливо открестилась от матери и дернула носком балетки, сбрасывая с нее розочку. — Впервые вижу!

В ту же минуту в окне за спиной девушки и жениха замаячила Лилия Александровна. Она выбралась на улицу и теперь, ненадолго припадая к стеклу, видимо, из опасений, что ее увидит не только Даша, махала рукой, привлекая внимание дочери.

— Невеста меня убьет, — с несчастным видом повторил парень, и девушка с пандой сочувствующе повернулась к нему.

— Не переживайте вы так. Если любит, то простит. — Она с явной симпатией глядела на чужого жениха. — Подумаешь, какой-то торт! Разве это в жизни главное?

— Она не простит, — уныло возразил он.

— Значит, она вас не любит, — разгорячилась его утешительница. — И скатертью ей дорожка.

Лилия Александровна еще лихорадочней замахала Даше рукой. Она уже успела вытереть лицо салфеткой и теперь вызывала дочь наружу. Даша уже попятилась к двери, когда у жениха зазвонил мобильный.

— Она, — он спал с лица, бросив взгляд на экран, и дрогнувшим голосом произнес: — Алло.

Даша решила задержаться, чтобы узнать судьбу несчастного. Быть может, невеста смилостивится, и тогда она успокоит мать, с виноватым видом выглядывающую из-за стекла. Продавщица, вернувшаяся в зал с совком и веником, тоже замерла, вся обратившись в слух.

Видно, от волнения жених случайно перевел мобильный в режим громкой связи, потому что по всему залу разнесся высокий девичий голос:

— Ну что, пупсик, ты забрал тортик?

— Забрал, — сглотнул пупсик, взирая на ошметки торта на полу.

— Пупсик, ты мой герой! — радостно защебетала невеста. — И как он, красивый?

— Очень, — промычал пупсик. — Он такой. розовый!

— В три яруса, как мы и заказывали? — дотошно уточнила невеста.

— В три, — подтвердил пупсик, близкий к обмороку, и чуть слышно добавил: — Был.

Но невеста его не слышала.

— А розочки? — допытывалась она. — Розочки красивые?

— Офигительно, — обалдело кивнул пупсик, глядя на разлетевшиеся по всему полу розочки ручной работы.

— Жду не дождусь, чтобы это увидеть!

Пупсик затряс головой и проблеял:

— Лучше тебе, Верунчик, этого не видеть.

Лилия Александровна, устав ждать, замахала руками, как мельница. Но Даша, округлив глаза, слегка помотала головой, давая понять: скройся! Мать мигом юркнула в сторону, исчезнув из поля зрения.

— В каком смысле? — насторожилась невеста. — Что с тортом?

— Понимаешь, Верунчик, я его забрал. — Пупсик выдержал паузу, собираясь с духом, и мужественно признался: — Но не донес.

— Как не донес? — Голос невесты мгновенно заледенел. Таким колючим тоном мачехи обычно интересуются у нелюбимых падчериц, почему те вернулись зимой из леса без подснежников.

— Уронил. — Пупсик нервно икнул.

— Кирилл, ты что, так шутишь? — с угрозой протянула невеста.

— Какие уж тут шутки. — Жених снова икнул.

— Перестань икать! — рявкнула та. — Так что, торт помялся?

Несчастный замешкался, пнув носком ошметки кулинарного креатива. Правильнее было бы сказать, что тот расплющился всмятку.

— Что ты молчишь? — гаркнула невеста.

— Верунчик. — Он снова икнул и сообщил с похоронной интонацией: — В общем, торта нет.

— То есть как — нет? — шокированно переспросила невеста.

— Совсем нет, — уточнил он и драматически икнул.

За оконным стеклом снова возникла Дашина мама, изобразив целую пантомиму, призывавшую Дашу срочно покинуть магазин. Но та не могла уйти раньше, чем закончится судьбоносный разговор. Мама, непонимающе воздев руки к небу, снова скрылась из поля зрения.

— Кретин безрукий! — взорвалась невеста, как Везувий. — Тебе ничего доверить нельзя! Как ты мог уронить свадебный торт?! Я тебя убью!

— Позвольте мне, — девушка в майке с пандой разжала пальцы остолбеневшего от вины жениха и забрала мобильный. — Послушайте, — обратилась она к невесте, — ваш жених ни в чем не виноват. На него налетела какая-то сумасшедшая, сбила с ног и испортила торт.

— А ты еще кто такая? — бесновалась невеста на том конце провода. — Ты как там оказалась?

— Я просто рядом стояла, — терпеливо объяснила девушка.

— Не лезь не в свое дело, дура! — рявкнула невеста. — Дай мне этого идиота!

Девушка пожала плечами и с сочувствием протянула телефон потерянно икающему жениху.

— Все икаешь, убийца тортов? — с угрозой спросила невеста.

— Икаю, — бесцветно проронил он.

— Делай, что хочешь, хоть обыкайся, но чтоб завтра у меня был трехъярусный розовый торт с розочками, — потребовала она. — Все, действуй.

В трубке зазвучали короткие гудки, беспощадные, как картечь. Жених с надеждой поднял глаза на продавщицу, которая по-прежнему стояла с веником и совком, потрясенная разразившейся на ее глазах телефонной драмой.

— А может… — заикнулся он.

— Это невозможно, — та с сожалением покачала головой. — У кондитеров полно заказов, они просто не успеют.

— Я пропал, — поник несчастный.

Продавщица принялась соскребать бисквит со сливками в совок. Дашина мама прильнула к окну, наставила на дочь указательный палец, затем ткнула им в сторону двери, требуя поторопиться. Даша устремилась к выходу.

— А по-моему, вы спасены! — прозвенел голос девушки с пандой.

Даша задержалась. Продавщица с интересом выпрямилась. Несчастный с надеждой подался к девушке с пандой:

— Вы кондитер? Вы испечете торт?

— Нет, — разочаровала его та. — Торт здесь не поможет. Радуйтесь, что торт спас вас от страшной ошибки. Иначе бы вы женились на этой мегере, и она бы испортила вам жизнь.

— Верунчик — не мегера, — неуверенно возразил жених. — Она просто очень. экспрессивная!

— А по-моему, она очень агрессивная, — фыркнула девушка с пандой.

— Как бешеная собака, — согласно поддакнул приятель жениха.

Похоже, девушка всерьез вознамерилась прибрать к рукам чужого жениха, но Даше уже некогда было следить за развитием событий. Мать, устав махать руками за стеклом, позвонила ей на мобильный, и Даша, сбросив вызов, поспешила на выход.

— Что ты там застряла? — прошипела мать, выглядывая, как шпион, из-за угла.

— Прячешься? — пристыдила ее Даша, торопясь быстрее уйти от кондитерской. — Ты не представляешь, какая там драма разыгралась. Невеста рвет и мечет, жених в шоке, свадьба под угрозой.

— Но я же не хотела! — покаянно воскликнула мать, подпрыгивая за нею и виновато оглядываясь. — Это нелепая случайность!

— И эта нелепая случайность могла случиться только с тобой, — проворчала Даша, снимая с волос матери взбитые сливки.

— А что сразу я? — Та по привычке перевела стрелки. — Он тоже хорош! Как можно нести торт без коробки? Что за безответственность?! Если бы торт был в коробке, ничего бы не случилось.

— Это же многоярусный торт, их без упаковки перевозят, если подставка не разбирается, — объяснила Даша, которая помогала Соне забрать ее свадебный торт из кондитерской. Тогда Артем вел машину, а они с Соней сидели на заднем сиденье и держали торт за подставку, молясь, чтобы на пути не попались кочки. К счастью, пострадала только одна розочка, которая отвалилась при перевозке.

— Если из-за меня сорвется свадьба, я себе никогда не прощу, — казнила себя Лилия Александровна.

— А может, оно и к лучшему, — Даша вспомнила душераздирающие вопли невесты и сочувствующий взгляд девушки с пандой. Может, у нее и несчастного жениха все сложится и они сделают друг друга счастливыми? А истеричке, устроившей скандал из-за торта, вообще выходить замуж противопоказано.

— В каком смысле? — нетерпеливо спросила мать, и Даша пересказала ей сцену в кондитерской.

— Так, значит, я спасла мальчика от кошмарной невесты? — воспрянула духом Лилия Александровна. — Да я, выходит, добрая фея!

— Такая добрая, что спасайся, кто может, — хмыкнула Даша.

— Дочка, а как же торт? — спохватилась мать, когда они уже подошли к метро.

— В эту кондитерскую нам путь заказан, — отрезала Даша.

— Понимаю, — поникла мама. — И куда же мы теперь?

Даша свернула к кафе «Муму» и вытащила айпад:

— Ты — в туалет, умываться. А я пока погляжу, где еще можно выбрать свадебный торт.

— Значит, мы все-таки посмотрим торты сегодня? Я мигом! — Лилия Александровна обрадованно умчалась приводить себя в порядок после встречи с тортом. А Даша загрузила поисковик.

Неподалеку находилась другая кондитерская, на сайте которой Даша увидела несколько необычных тортов — в виде земного шара, по которому плывут молодожены в лодке, а еще на тему мультика про «Бременских музыкантов», где к марципановой принцессе, стоящей на фоне бисквитного замка, спешил на шоколадной повозке трубадур с друзьями-зверями. Даша и не подозревала, что кроме традиционных розовых полян на свете существуют подобные шедевры, и немедленно захотела себе такой торт.

— Ну что? — нетерпеливо спросила умытая и причесанная Лилия Александровна, в которой бы уже никто не признал разрушительницу чужих тортов.

— Едем, — объявила Даша.

Вскоре они уже подходили к заветной двери.

— Только первой вхожу я, — предупредила Даша, чтобы не допустить очередного тортокрушения.

Лилия Александровна виновато притормозила, и Даша шагнула внутрь. В небольшом помещении со стенами цвета кофе соблазнительно пахло сладостями и шоколадом, а за стеклянными витринами красовались торты и пирожные. Услышав, что посетительницы интересуются свадебными тортами, услужливая девушка-продавец отвела их в уютную комнатку с диваном, предложила кофе и принесла каталог с фотографиями.

В каталоге попадались как традиционные, так и весьма необычные, воплощавшие романтические фантазии кондитеров, торты. Один из них изображал сидящую на радуге невесту, к которой по облакам торопился жених. Другой был выполнен в виде замка, в окошко которого высунулась невеста, свесив вниз косу Рапунцель, и по ней карабкался жених. Вот какой торт будет кстати на свадьбе Антона и Аленушки, подумала Даша, и от этой мысли ей стало горько. Но ее тут же развеселил торт, изображающий молодоженов-бобров, сидящих на мостике над прудом. Хотела бы она посмотреть на невесту и жениха, которые разрезали этот торт на своей свадьбе! А еще больше на тех, кто заказал полный самоиронии торт на тему «Шрэка», где фигурки молодоженов были выполнены в виде зеленых троллей.

В еще больший восторг Дашу привели торты на тему свадебного путешествия. На одном фигурки жениха с невестой венчали двухъярусный торт, по бокам которого были изображены силуэты мировых достопримечательностей — Эйфелевой башни, Колизея, дома Гауди. На другом три яруса торта были выполнены в виде трех чемоданов, покрытых белым шоколадом, на самом большом из которых, лежащем в основании, виднелась бирка «Молодожены». Сами же жених с невестой, в свадебных нарядах, забавно дополненных панамками и пляжными шлепанцами, сидели в обнимку на самом маленьком, верхнем чемоданчике, из которого свешивались купальник невесты и гавайская рубашка жениха. Рассмешили Дашу молодожены-дайверы при полном обмундировании — в ластах, масках, с кислородными баллонами за спиной; они сидели на песчаном островке, а у их ног плескалось море с рыбками и кораллами. Наверное, будущие супруги, заказавшие такой торт, познакомились во время совместного погружения. Но несомненным Дашиным фаворитом стал фэнтезийный торт, изображающий необитаемый остров посреди бушующего моря. Двое молодоженов, крепко обнявшись, сидели под пальмой на сундуке с пиратским кладом, а из моря, сделанного из голубой глазури, выглядывали обломки шоколадного корабля. Настоящий шедевр!

Жаль, что мама его не оценит! Лилию Александровну, как Даша и полагала, манили традиционные торты — с розочками, голубками и зайчиками, от которых саму Дашу уже заранее тошнило.

— Смотри, какая прелесть! — умилялась мама, глядя на трехъярусное розовое буйство сахарных роз. — Восхитительно! — ахала она над лебедем, на котором громоздились фигурки молодоженов, и их окружал каскад из цветочных бутонов. — Бесподобно! — восторгалась она кондитерским шедевром из бисквита и взбитых сливок, украшенным съедобными цветами орхидей. — Миленько! — оценила трехуровневую композицию, наверху которой высилась невеста, на нижнем корже стоял жених, а посередине между ними полз младенец в памперсах. — Ужас! — пришла она в панику при виде торта-острова, в который влюбилась Даша. — Надеюсь, ты это несерьезно?

— Мама, это торт моей мечты! — Даша решила отстаивать его до победного конца.

— Доченька, да ты только подумай! Этот торт символизирует разрушения! — с суеверным ужасом провозгласила Лилия Александровна. — Ты же не хочешь, чтобы ваша с Феликсом любовная лодка разбилась о быт? — Она ткнула пальцем в шоколадный кораблик на фото.

Скорее она разобьется о торт в жутких розочках, подумалось Даше.

— Хочу торт с островом! — заупрямилась она.

— Хотя бы взгляни на торт с лебедями! — умоляла мать.

— Посмотрите, у нас есть еще такой остров, — пришла на помощь девушка-продавец, раскрыв другой каталог, и не допустила смертоубийства.

Даша завороженно замерла над фотографией. На маленьком островке из белого шоколада, под цветочной аркой, как перед алтарем, стояли, взявшись за руки, миниатюрные жених и невеста. Их окружал голубой океан глазури, из которого вынырнул дельфин. Это была воплощенная Дашина мечта, свадьба на море. И если ей придется пожертвовать своей мечтой ради банкета в ресторане, пусть хотя бы торт на этом банкете будет радовать сердце.

Даша взглянула на мать, готовая спорить с ней до хрипоты, но даже Лилия Александровна подпала под очарование удивительного торта.

— Симпатичный, — признала она.

— Мы его берем! — убежденно сказала Даша продавщице.

— А с розочками ты точно не хочешь? — предприняла последнюю попытку мать, но осеклась под взглядом дочки.

— Мам, розочки я тебе позволю выбрать для свадебного букета, — пошла на компромисс Даша.

Лилия Александровна приободрилась и позволила дочери спокойно оформить заказ. Оставалось выбрать основу торта — традиционный бисквит, легкий мусс или чизкейк, и Даша остановилась на последнем. Узнав, что гостей планируется семьдесят, консультант рассчитала предполагаемый вес десерта — аж четырнадцать килограмм, из расчета по двести грамм на человека. Представив себе этого монстра, Даша решительно уменьшила вес торта вдвое. Сладкое подают в самом конце банкета, и к тому времени часть гостей расходится, а оставшиеся уже сыты и поклюют торт лишь формально, хватит и по сто грамм на нос. Получившиеся семь килограмм продавщица предложила поделить на три яруса, оставив на вершине остров с молодоженами, а два коржа в основании покрыть голубой глазурью и украсить морскими звездами из белого шоколада. Идея пришлась по вкусу и Даше, и ее маме, которая мечтала о многоярусном торте. В заказ вписали и каравай, которым матери невесты полагается встречать молодых при входе в ресторан.

Они уже собирались уходить, когда в кондитерскую ворвалась разгневанная худышка.

— Мне нужен свадебный торт на завтра! — потребовала она тоном маленькой разбойницы из мультика про Снежную королеву. Да она и сама была на нее похожа — миниатюрная, угловатая, с рваной короткой стрижкой черных, как вороново крыло, волос. — Трехъярусный, с розами, — уточнила она.

За ее спиной нервно икнул несчастный жених, чей торт разгромила Дашина мама. Сама же Лилия Александровна, мигом сообразив, что дело пахнет жареным, пулей выскочила на улицу. Даша замешкалась в дверях.

— Боюсь, что это невозможно, — вежливо отказала продавщица. — Мы принимаем заказ на торты, как минимум, за пять дней.

Разбойница рассерженно зарычала.

— Я же тебе говорил, Верунчик, — осмелился вякнуть жених. — Может, обойдемся без торта?

— А может, обойдемся без свадьбы? — с угрозой обернулась к нему невеста.

Тот ссутулился под ее взглядом, но попытался исправить ситуацию:

— Вер, ну чего ты… Ну, подумаешь, торт. Смотри, вон сколько красивых в витрине стоит. Давай купим. штук пять! — щедро предложил он.

У разбойницы чуть пар не пошел из ушей.

— Ну хочешь, десять, — неуверенно добавил жених и икнул.

За его спиной в окне замаячила Дашина мама, нервно размахивая руками и вызывая дочь из магазина. Но та не могла уйти, не досмотрев финала этой душераздирающей истории, невольной виновницей которой стала ее мать.

— Кирилл, ты кретин! — рявкнула разбойница. — Подумать только, за кого я выхожу замуж!

— А знаешь что, Верунчик, — внезапно сказал жених и даже икать перестал. — Иди ты в жопу. Даша с уважением взглянула на парня. Мужик!

— Что? — Разбойница остолбенела, вытаращив глаза на пол-лица, как герои аниме. Словесная оплеуха подействовала на нее не хуже реальной.

— Не буду я на тебе жениться. Достала ты меня, — жених, как будто сбросив тяжелые оковы, выпрямился.

— Кирилл, ты чего? — Разбойница в замешательстве шагнула к нему.

— Отвали, — отшатнулся он.

— Кирилл, — она жалко улыбнулась, — это же просто торт. Фиг с ним!

— Нет, — твердо возразил тот. — Это не просто торт, он мне жизнь спас, как сказала одна хорошая девушка. А я еще ей сразу не поверил, защищал тебя, дурак!

— Какая еще девушка? — с угрозой спросила разбойница. — Так у тебя кто-то есть? — Она разъяренной кошкой ринулась на него, прочертив на щеке глубокие царапины.

— Дура! — рявкнул парень, оттолкнув ее в сторону.

Та виновато затихла. Жених шагнул к двери. Даша посторонилась, пропуская его.

— Кирилл, — завыла разбойница, бросаясь за ним. — Не уходи! А как же свадьба?

— Как хорошо, что я уронил этот торт! — выпалил он уже на улице и, не заметив Лилию Александровну, прильнувшую к стене, быстро зашагал прочь.

Даша обошла рыдающую разбойницу, взяла мать под локоть и потащила в другую сторону.

— Ну что, каково быть доброй феей? — ехидно спросила она.

— По-моему, я спасла мальчику жизнь, — принялась оправдываться та. — Ты их видела вместе? Они вообще не пара! Как думаешь, у него что-то получится с той девочкой из кондитерской?

Даша вспомнила девушку в майке с пандой и улыбнулась.

— Не знаю. Но надеюсь, что да.

— Так, торт и каравай заказали, — снова вернулась к свадебной теме мама. — Надо не забыть рушник купить! И свадебные бокалы вам с Феликсом, четыре штуки.

— Четыре-то зачем? На случай, если два разобьются? — усмехнулась Даша, снова вспомнив запасливую Рапунцель. Она ведь сейчас тоже готовится к свадьбе, выбирает свадебный торт, ищет свадебный букет… А может, они вместе с Антоном смотрят банкетные залы? С того вечера, как Даша помогла ему с костюмом, Антон не объявлялся. Наверное, понял, что встречаться со школьной любовью, даже по-дружески, не очень-то удобно, когда на носу — их свадьбы.

— Так вы и должны их разбить! На счастье, после загса, — объяснила ей мать, как неразумной. — А еще два бокала нужны для свадебного стола, вы из них будете пить во время банкета. Я смотрела в журнале, они бывают такие красивые, — восторженно поделилась

она, — с колечками, с голубками и даже в костюмчиках жениха и невесты, просто прелесть!

— Мам, скажи, — не вытерпела Даша, — а к своей свадьбе с папой ты готовилась с таким же размахом, как к моей?

— Что ты, в наши годы свадьбы праздновали куда скромней, — разочарованно протянула Лилия Александровна и деловито спросила: — А когда мы отправимся за свадебным букетом?

— Я уже и боюсь теперь тебя с собой брать, — хмыкнула Даша. — Пообещай, что ты не будешь крушить чужие цветы!

На следующий вечер они с Феликсом встретились в ресторане. Жених назначил встречи трем фотографам с перерывом в час, и, пока первый из них запаздывал, Даша завела разговор о свадебном путешествии. Мысленно она уже примеряла купальник и гонялась с маской за яркими рыбками, и ей не терпелось скорее забронировать тур.

— Я выбрала чудесный тихий отель на Мальдивах, — бодро начала она, — все рассчитала, и получилось, что.

— Милая, — вздохнул Феликс и виновато опустил глаза, — я не думаю, что мы можем себе это позволить сейчас. Родители подыскали один ресторан, мы рассчитали бюджет банкета.

Сама понимаешь, гостей у нас много, и свадьба выходит недешевой.

— Вот, — Даша выложила на стол конверт с деньгами. — Это папин вклад в банкет. И я надеюсь, что нам хватит на путешествие.

Феликс заглянул внутрь и повеселел.

— Отлично, значит, не придется брать кредит.

— Что? — поразилась Даша.

— Милая, мы несколько выбились из бюджета, — объяснил жених, — и я уже думал обратиться в банк.

— А сократить число гостей ты не думал? — рассердилась Даша.

— Даша, по-моему, мы все обсудили, — резко сказал Феликс.

— По-моему, мы достигли компромисса: я соглашаюсь на большой банкет, а после него мы едем в свадебное путешествие, — напомнила она. Только мысль об островке мечты и примиряла ее с необходимостью свадебного сабантуя.

Феликс отвел глаза.

— Ты обещал! — воскликнула Даша, чувствуя, как надежда на Мальдивы тает с каждой минутой.

— Милая, — он нежно взял ее за руку, — мы обязательно съездим на Мальдивы, но не сейчас.

— А когда? — разочарованно спросила она.

— Может, зимой, — туманно пообещал он.

— Это все равно что никогда, — упавшим голосом пробормотала Даша и вырвала руку.

— Ты же знаешь, я плачу кредит за квартиру, — напомнил Феликс, который еще до знакомства с Дашей вложился в новостройку, — и свободных денег у меня сейчас немного. Это же наша с тобой квартира, Даш.

— Да, конечно, — уныло отозвалась Даша, чувствуя, что на Мальдивах поставлен жирный крест. Феликс не станет тратиться на дорогое путешествие, пока не погашен долг за семейное гнездо. Но ведь он пообещал!

— Милая, я обещал тебе свадебное путешествие, и я не отказываюсь.

Даша с надеждой взглянула на него.

— Давай съездим к бабушке в Сочи, проведем недельку на море, — предложил Феликс.

— К бабушке? — нехорошим голосом уточнила Даша.

— Она будет рада, вот увидишь.

— Феликс, ты что, не понимаешь? — взорвалась она. — Свадебное путешествие — только для двоих. Бабушки там не предусмотрены!

— Ну, хочешь, поселимся не у бабули. Снимем квартиру по соседству, — пошел на компромисс он. — Хотя она, конечно, расстроится.

Ничем его не пробьешь, обреченно поняла Даша и помотала головой.

— Не будем мы ничего снимать.

— Вот и славно, Даш! — обрадовался он. — Тогда я сегодня же позвоню бабуле, обрадую ее.

— И в Сочи мы не поедем, — отрубила Даша. Уж лучше никакого свадебного путешествия, чем такое. Она не имела ничего против приветливой старушки, но проводить медовый месяц в гостях у бабушки не собиралась.

— А как же свадебное путешествие? — растерялся он.

— Обойдусь, — не глядя на него, ответила Даша.

— Хорошо, давай сделаем так, — Феликс снова поймал ее руку. — Те деньги, которые нам подарят на свадьбу, я собирался вложить в квартиру.

Ах, он уже и свадебные подарки распределил, возмутилась Даша.

— Но мы отложим их на Мальдивы, — продолжил жених. — Если их хватит на путевку, то поедем сразу после свадьбы. Если нет, то подкопим, сколько надо, и поедем попозже.

Даша молчала.

— Я обещаю тебе, у нас будет такой медовый месяц, какой ты хочешь, — добавил жених. — Ну, прости меня, если не получится сразу. Дай мне немножко времени, милая. Договорились?

— Договорились, — кивнула Даша.

— Я тебя люблю! — просиял довольный Феликс.

А вот самой Даше радостно не было. Получалось, что пока на компромиссы и уступки идет только она, а Феликс упрямо гнет свою линию, не особенно считаясь с ее желаниям и интересами. Может, вся проблема в том, что интересы у них разные? Феликсу подавай банкет для всех родственников, при мысли о котором ей тошно, а сама Даша мечтает о путешествии на Мальдивы, которое не очень-то нужно жениху. Если они не могут договориться еще до свадьбы, то что же будет потом?

От мрачных мыслей ее отвлекло появление первого кандидата.

— Здрасти, я ваш фотограф! — задорно представился худощавый парень с креативной стрижкой «ежик» и волосами, крашенными в черный и рыжий цвет.

Как только кандидат приблизился к их столику, Даша поняла, что фейсконтроль он не пройдет. Феликс ни за что не допустит фотографа с такой оригинальной внешностью к их свадьбе. Разумеется, жених и виду не подал, что фотограф ему не нравится, и завел вежливый разговор об условиях съемки. «Ежик» понравился Даше по общению, он был веселым, дружелюбным и окончательно покорил ее, когда объявил, что ненавидит банальные застывшие фотографии с неестественными позами. Его стиль — жизнь в движении, он не заставляет молодоженов позировать и любит импровизировать, так что для каждой пары находит какие-то свои, близкие им, кадры. Даша с надеждой покосилась на Феликса — может, передумает?

Но, едва взглянув на портфолио профессионала-импровизатора, передумала сама. В альбоме не было ни одного прямого горизонта. Перевернутые дома, покосившееся небо, вздыбившийся асфальт — все кадры были сняты под такими причудливыми углами, что у Даши, пока она их разглядывала, закружилась голова, а под конец и вовсе шею свело. Кадры сверху с лестницы и с дерева, кадры снизу с уровня асфальта, перевернутое изображение жениха и невеста в зеркальной глади стола, а от них самих видно только попы. К такому креативу Даша была не готова. К тому же «ежик» любил напускать эффект тумана — когда вокруг жениха с невестой были размыты все краски или их фигуры тонули в солнечных бликах. А самый писк — парящие в воздухе, словно улыбка Чеширского кота, раскрытые губы невесты. Фотограф снял ее со спины, пока она подкрашивала губы, глядя в карманное зеркальце, и только отражение губ было четким, остальное тонуло в дымке. Этот кадр даже переплюнул портрет жениха, на котором он выпускает сигаретный дым изо рта, отчего лицо словно дымится. И это — лучшие фото, которые он принес в качестве образца?

— Спасибо, мы вам позвоним, — железным тоном произнес Феликс.

— Я буду ждать! — «Ежик» весело подмигнул на прощанье.

— Где ты его нашел? — изумленно спросила Даша, глядя ему вслед.

— Его хвалили на свадебном форуме.

— Ты читаешь свадебные форумы? — ошеломленно протянула Даша. Она думала, там сидят только безумные невесты, которые целыми сутками обсуждают розочки в прическе и бантики на свадебных приглашениях.

— А где же еще искать фотографов? — не смутился Феликс.

— А фотографий его ты разве не видел?

— Хостинг не работал, фото были недоступны, — оправдывался жених.

— Так это было почти свидание вслепую, — хихикнула Даша. — Надеюсь, что дальше нам повезет.

Второй фотограф опоздал на час и приехал одновременно с третьим. Наличие конкурента ни одному из них не понравилось, и между мужчинами моментально завязалось состязание.

— Я занимаюсь профессиональной фотосъемкой уже семь лет! — заявил эффектный брюнет с бородкой мачо и взглядом ловеласа, которого скорее представляешь на обложке журнала, чем по другую сторону объектива.

— А я одиннадцать! — с превосходством взглянул на него неказистый мужчина лет сорока со внешностью школьного учителя и кудрявым чубчиком.

— Я снял больше ста свадеб, — петушился «мачо».

— А я больше двухсот, уже со счета сбился, — побил его «чубчик».

— Я победитель конкурса свадебных фотографов прошлого года. — «Мачо» торжествующе выгнул бровь.

— А я снимал свадьбу Арины Торчинской! — утер ему нос «чубчик».

— Кого? — недоуменно вмешалась Даша, прервав эту ярмарку тщеславия. Это имя она слышала впервые.

— Торчинской! — с гордостью повторил «чубчик».

— Это знаменитая телеведущая, — объяснил Феликс. — Моя мама — ее большая поклонница.

— А что вы можете предложить нам? — спросила Даша.

— Стиль и элегантность, — торопливо сказал «чубчик».

— Чувственность и страсть, — сверкнул черными глазами «мачо».

И, торопясь обойти друг друга, они одновременно открыли портфолио.

Даша взяла альбом «чубчика», который был к ней ближе, Феликс склонился над работами «мачо».

От фотографий «чубчика» веяло скукой. Он снимал традиционно и без изюминки.

Застывшие молодожены красиво смотрелись в кадре, но казались манекенами, которых установили в нужных позах. Даша листала альбом в надежде найти хоть какие-то живые кадры, но их не было.

Они обменялись альбомами с Феликсом, на миг их взгляды встретились «Ну как? — Не фонтан. — У меня тоже», — явственно читалось в них.

Однако стоило Даше открыть портфолио «мачо», как ее закружил вихрь чужих чувств. Фотограф не выстраивал молодоженов в кадре, но точно подмечал проявления любви: полный нежности взгляд невесты, брошенный на жениха, снятый тайком поцелуй в коридоре ресторана, когда пара уверена, что их никто не видит. Были и постановочные фото — в загсе, на прогулке, в ресторане, но и их отличала особенная энергетика и эмоциональность. Хохочущая невеста, пустившийся в пляс жених, веселящиеся гости — такие фотографии Даша хотела бы видеть и в своем свадебном альбоме.

— Это то, что надо, — убежденно заявил Феликс. — Вот какие фотографии я хочу на память о свадьбе.

Даша с радостью взглянула на жениха. Как хорошо, что их мнения сошлись!

Однако улыбка на ее устах угасла: Феликс восторженно разглядывал безжизненные снимки в альбоме «чубчика».

— Феликс, — окликнула она. — А мне нравятся эти.

Она указала на фото смеющейся невесты — такой счастливой и влюбленной, какой, наверное, бываешь только в день свадьбы.

— Ну что ты, Даш! — поморщился жених. — Как мы будем показывать такие фотографии гостям? Это несерьезно!

«Мачо» с обидой взглянул на Феликса. Даша закрыла альбом и с сожалением вернула его фотографу.

— Извините.

— Ничего, — тот лучезарно улыбнулся. — Без работы не останусь.

— Я в этом не сомневаюсь, — Даша тепло улыбнулась в ответ, позавидовав его клиентам.

— Ну что ж, тогда счастливо оставаться. — «Мачо» с симпатией кивнул ей, сухо простился с Феликсом, пронзил убийственным взглядом удачливого конкурента и ушел.

А Феликс с «чубчиком» начали обсуждать время и место съемки и прочие условия.

Даша придвинула к себе бокал с латте и задумчиво уставилась на Феликса. И почему она только сейчас начинает понимать, какие они разные? Как она не заметила этого раньше? Неужели надо было начать готовиться к свадьбе, чтобы осознать это?

— Милая, — Феликс заботливо повернулся к ней, — заказать тебе десерт?

Даша покачала головой. Даже любимый чизкейк не смог бы сейчас подсластить горечь той правды, которая внезапно на нее обрушилась. Они с Феликсом — не две половинки и никогда ими не станут. Но отступать уже поздно.

Глава 11

До свадьбы заживет

До свадьбы оставалось две недели, а уже были заказаны ресторан, фотограф и лимузины. Даша купила белые туфли к платью, одобрила букет невесты, выбранный мамой, записалась на французский маникюр. Она смирилась с неизбежностью свадебного банкета и свыклась с мыслью о том, что Феликс станет ее мужем. В свой выходной девушка шла из салона красоты после пробной укладки. Парикмахера ей посоветовала коллега Алла, взявшая адрес у подруги, недавно вышедшей замуж. Даше понравилась женственная, торжественная и в то же время не громоздкая укладка невесты, которую ей показала Алла на фото. К счастью, личная встреча с мастером, точнее мастерицей — жизнерадостной и энергичной красавицей — не разочаровала. Взглянув на Дашу и на фотографию платья в мобильном, она сразу же усадила девушку в кресло и взялась за расческу.

— Может, сначала обговорим прическу? — заикнулась Даша.

— Давайте я вам покажу то, что мне пришло в голову, а если не понравится, тогда и обсудим. — И парикмахер взмахнула расческой, как волшебной палочкой.

Мастерица оказалась настоящей кудесницей. Даша сама не очень ясно представляла, какую прическу хочет видеть. Знала только, что та должна быть изысканной, не очень сложной и не перегруженной лаком и украшениями. И уж точно в день свадьбы она не станет носить на голове «шлем», как бедная Соня, или скучный гладкий пучок. Мастерица поняла все ее желания без слов, и, когда Даша взглянула на себя в зеркало, она увидела именно то, о чем мечтала. Светло-русые пряди, зачесанные наверх и мягко переплетенные, одновременно были похожи и на корону, и на морские волны, делая Дашу сказочной Царевной Лебедью. Прическа открывала высокий лоб, визуально удлиняла шею и делала акцент на глазах, которые у довольной Даши сияли, как звезды.

— Купите в свадебном салоне украшения для волос — стразы или жемчужинки на пружинках, — посоветовала мастерица. — Хотя к вашему платью лучше подойдут жемчужинки. В день свадьбы мы закрепим их в прическе.

Даша благодарно ей кивнула:

— Спасибо, это именно то, чего я хотела!

— Рада, что угадала, — польщенно улыбнулась мастерица. — А в макияже подчеркните глаза, а не губы. И не позволяйте стилисту даже брать в руки темную пудру, к такому образу полагается аристократическая бледность.

— Стилиста у меня не будет, — объяснила Даша. Начитавшись свадебного форума, она решила краситься сама. Судя по частым жалобам, стилисты только и делали, что превращали невест в уродин, перебарщивая с красками, накладывая на лицо тонны тонального крема, рисуя румянец Петрушки и губы невесты Дракулы.

Они уточнили дату свадьбы и время, когда парикмахерша приедет наводить красоту, и Даша выпорхнула из салона красоты, чувствуя себя принцессой. Корона на голове не позволяла сутулиться, опускать подбородок и бежать сломя голову. Даша лебедушкой плыла по тротуару, обращая на себя внимание прохожих.

По дороге к метро она увидела витрину с манекенами в свадебных платьях и завернула в магазин. Наверняка там есть и украшения для волос, о которых она и не подумала, когда выбирала себе платье.

В зале перед большим зеркалом спиной к Даше стояла невеста, возле которой застыли две продавщицы. На девушке было пышное белоснежное платье, которое очень ей шло. Одной рукой она придерживала густые длинные волосы, убрав их наверх в подобие свадебной прически.

— Вы что-то хотели? — К Даше с жадным интересом метнулась одна из продавщиц.

— У вас есть украшения для волос? — спросила Даша, и глаза той сразу же потухли, она махнула рукой куда-то в угол и, так и не дойдя до Даши, возвратилась к невесте.

А невеста стремительно развернулась на голос Даши. Упала через плечо тяжелая русая коса, и Даша узнала Аленушку.

— Даша, это ты? — обрадовалась та. — Ты тоже выбираешь платье?

— Я уже купила, — оцепенело ответила Даша, вспомнив, как ей помогал Антон. Как он едва не поцеловал ее, когда убрал с ее лица фату… От этого воспоминания еще больней смотреть на Аленушку в свадебном платье и представлять, что это с ее лица Антон откинет фату, поцелует на законных основаниях и назовет своей женой.

— А я вот задержалась, — посетовала Аленушка, обращаясь к ней, как к лучшей подруге. — Антон уже костюм купил, а я все никак.

Даше пришлось подойти к ней ближе. Не стоять же в дверях, хотя больше всего на свете ей хотелось сбежать.

— И как костюм? — спросила Даша, демонстрируя чудеса самообладания.

— Не черный, — Аленушка чуть поморщилась, — но ему очень идет.

«Еще бы, — с горечью заметила Даша, — я выбирала».

— А я вот все никак не найду свое платье! — оживленно продолжила Аленушка. — Как хорошо, что ты здесь, Даш! Поможешь мне определиться с выбором. Что скажешь?

Три пары глаз — Аленушки и двух продавщиц — в нетерпении уставились на Дашу.

— Тебе очень идет, — признала Даша. Юбка из пышной тафты, прилегающий корсет, обнаженные плечи — Аленушка была одновременно невинной, как белая роза, и прекрасной и трогательной, как героиня диснеевских мультиков. Того и гляди из-за плеча выпорхнут нарисованные птички и запоют, как она прелестна. А в дверь салона нетерпеливо постучится принц на белом коне.

— Правда? — Аленушка счастливо улыбнулась. — Думаешь, Антону понравится?

— Он будет в восторге, — глухо ответила Даша.

Аленушка радостно взвизгнула, бросилась к ней, повисла на шее и поцеловала, как лучшую подругу.

— Спасибо, Даш! Как хорошо, что ты сюда зашла!

— Примерите фату? — предложила продавщица.

— Конечно! — нетерпеливо воскликнула Аленушка. И пока они с Дашей ненадолго остались одни, радостно защебетала: — Я так счастлива, Даш! Даже не верится, что я на самом деле выхожу замуж. Антон такой замечательный, правда?

Даша заторможенно кивнула.

— Я его так сильно люблю! Кажется, сильнее просто нельзя, — продолжала откровенничать Аленушка, не замечая, что каждое новое признание вгоняет Дашу все в большую тоску. — Смотрю на него — и не верю, за что же мне такое счастье. Скорей бы у нас детишки пошли, я так хочу от него детишек! А ты, Даш?

— Что? — Даша вздрогнула в замешательстве. Хочет ли она детей от Антона? А ведь она хочет, внезапно поняла она. И замуж за него, и детей — его. Вот только он выбрал не ее, а эту восторженную Рапунцель.

— Ну, вы с Феликсом детей планируете? — нетерпеливо уточнила Аленушка.

— Конечно, — торопливо кивнула Даша.

— А кого ты хочешь, мальчика или девочку? — полюбопытничала Аленушка.

Даша представила мальчика — такого же сдержанного, невозмутимого и воспитанного, как Феликс. «Да, мамочка. Конечно, мамочка. Я тебя люблю, мамочка», — у Даши аж скулы свело от подобной картины. Потом в воображении возникла девочка — похожая на нее, проказливая и живая. «Милая, перестань прыгать. Не кричи так громко. Веди себя прилично», — как наяву прозвучал строгий голос Феликса.

— Так кого, Даш? — затеребила ее Аленушка.

— Девочку, — ответила Даша. Конечно, дочке придется нелегко, Феликс будет воспитывать из непоседы безукоризненную английскую леди, но за его спиной Даша позволит ей быть самой собой.

— А я мальчика, а потом девочку, — поделилась своими материнскими планами Аленушка. — Лучше, чтобы старшим был брат, правда?

Даша молча кивнула.

— Вот будет здорово, если наши дети вырастут, полюбят друг друга и породнятся, — размечталась Аленушка, и Даша остолбенела от такой перспективы.

К счастью, вернулись продавщицы с фатой, нахлобучили ее Аленушке на голову, и та от восторга онемела.

— Как тебе, Даш? — спросила она, когда снова обрела дар речи.

— Изумительно.

— Спасибо, Даша, — с чувством поблагодарила Аленушка. — Ты настоящая подруга!

Продавщицы увели ее переодеваться, а Даша подошла к витрине с украшениями, где мерцали диадемы из стразов, ободки с кружевными цветами и перьями, шпильки, заколки, и невидящим взглядом уставилась сквозь стекло. Почему так горько видеть невесту Антона в свадебном платье? Почему так больно понимать, что он женится не на Даше? Детская любовь давно в прошлом, Антон ни одним словом не дал понять, что Даша для него что-то значит. После их встречи в магазине он исчез и не давал о себе знать. Наверное, готовился к свадьбе с Аленушкой. А тот намечавшийся поцелуй Даша, должно быть, придумала сама. И все-таки какая горькая ирония в том, что Антон помог ей выбрать свадебное платье, а она одобрила платье его невесты.

— Уже выбрала? — ликующий голос Аленушки вернул Дашу к реальности. Невеста Антона потеснила Дашу и с любопытством склонилась над витриной. Где-то Даша уже видела это завороженное выражение лица, как будто Аленушке удалось заглянуть в сокровищницу с несметными богатствами. — А я вот пока не знаю, какая у меня будет прическа…

— Возьми диадему, — посоветовала Даша, — не ошибешься.

— Думаешь? — Глаза Аленушки восторженно зажглись.

— Ты будешь похожа на принцессу.

— Даш, ты такая замечательная! — искренне воскликнула Аленушка. — Надеюсь, что мы будем дружить семьями!

От этой перспективы у Даши окончательно упало сердце.

— Ой, какая же я невнимательная! — укорила себя Аленушка, переводя взгляд с витрины на Дашу. — Только сейчас заметила, какая у тебя красивая прическа! Ты в ней будешь на свадьбе?

Даша медленно кивнула, чувствуя, как корона на голове наливается свинцом.

— Ты похожа на кинозвезду, — польстила ей Аленушка. — Мне так нравится! Дашь номер своего парикмахера? Пусть он и меня причешет.

— Боюсь, не выйдет. У нас же свадьбы с разницей в двадцать минут. Она будет занята со мной.

— Ой, правда! — огорчилась Аленушка. — Ну ладно, найду кого-нибудь.

— Вы что-то выбрали? — подошла к ним продавщица.

— Я беру диадему, — Аленушка ткнула пальцем в сверкающую радугу за стеклом. — А ты, Даш?

Даша, спохватившись, взглянула на жемчужинки.

— Давай я тебе помогу, — вызвалась Аленушка.

Этого еще не хватало! Даша ткнула пальцем в первые попавшиеся:

— Мне эти.

— Давай я помогу их тебе примерить, — и Аленушка, взяв бусинку на пружинке, закрепила ее в Дашиной прическе. — Вот так. Красота!

Продавщица поднесла зеркало, и Даша, едва взглянув в него, согласно кивнула:

— Беру.

— Так хочется посмотреть на твое свадебное платье! — мечтательно сказала Аленушка.

— В загсе посмотришь, — пообещала Даша.

— Ну да, — хихикнула та, — конечно!

Даша расплатилась за украшения, а Аленушка задержалась на кассе. Ее платье требовало подгонки по росту, и продавщица назвала ей время, когда портниха будет в салоне и сможет снять мерки.

— А она точно успеет до свадьбы? — взволнованно уточнила Аленушка.

— Я пойду, — заторопилась Даша.

— Как, уже? — расстроилась невеста Антона. — Подожди меня, я быстро.

Но Даша, представив, что Аленушка увяжется с ней до метро, соврала:

— Мне надо на работу.

Аленушка нехотя с ней простилась, бурно поблагодарив за помощь с платьем. А Даша расплатилась за свое вранье уже на крыльце, когда в спешке подвернула ногу и со стоном прислонилась к перилам. Боль пронзила лодыжку, Даша и шагу не могла ступить. В отчаянии она набрала номер Феликса. Пусть приедет и довезет ее до дома.

— Милая, не могу говорить. У меня тут сложный случай, перезвоню через пару часов, — торопливо отозвался он, не дав ей и слова пискнуть в трубку, и отключился.

Даша опешила от обиды, потом снова набрала номер жениха. Это у нее сейчас сложный случай, и ей срочно нужна помощь! Но Феликс отключил мобильный, скрывшись от нее вне зоны доступа. Даша заскрежетала зубами, попыталась сделать шаг и застонала от боли.

— Даш, что с тобой? — На крыльцо выпорхнула Аленушка, с беспокойством тронула ее за плечо.

— Нога, — простонала Даша.

— Подвернула, да? — охнула Аленушка. — Главное, чтоб не перелом.

— А Феликс не берет трубку, — кипя обидой, пожаловалась Даша. — У него там, видите ли, срочные дела!

Аленушка вытащила мобильный и набрала чей-то номер. Даша решила, что та звонит в «Скорую», Но Аленушка Вызвала На Помощь Антона.

— Антош, я тут с Дашей. Она, кажется, ногу подвернула. Можешь приехать? — на одном дыхании выпалила она.

— Не надо, — испугалась Даша. — Я как-нибудь сама!

— Да, конечно, подождем! — Аленушка продиктовала адрес и успокаивающе взглянула на Дашу. — Он скоро будет. А пока давай подождем его внутри. Я помогу подняться.

Антон примчался через двадцать минут. Все это время продавщицы отпаивали пострадавшую Дашу зеленым чаем и откармливали конфетами. Наверное, боялись, что Даша вкатит салону иск за скользкие ступеньки, но у нее этого и в мыслях не было. Все ее мысли занимал Антон, который, едва услышав о ее несчастье, сорвался ей на помощь. В то время как ее жених бросил трубку, даже не выслушав девушку.

Антон вбежал в салон, запыхавшись, кинулся к Даше, едва взглянув на собственную невесту:

— Как ты? Что случилось?

— Нога болит, — пожаловалась Даша.

— Ей надо в травмпункт, — встряла Аленушка.

— Поехали, — быстро скомандовал Антон. — Там машина на улице.

И, прежде чем Даша успела возразить, подхватил ее на руки на глазах у невесты. Даша чуть с ума не сошла от неловкости и волнения. Впервые после разлуки длиной в десять лет они оказались друг к другу так близко, впервые Даша чувствовала прикосновение его рук и биение сердца. В объятиях Антона так легко было представить, что это он — ее жених, а Аленушка — просто сердобольная прохожая, которая случайно оказалась рядом.

К счастью, доверчивой Рапунцель и в голову не пришло ревновать. Она схватила Дашину сумку, придержала дверь, пока Антон вынес пострадавшую наружу, и взволнованно крутилась рядом, пока Антон усаживал Дашу в машину. Потом он сел впереди, рядом с водителем, а Аленушка устроилась рядом с Дашей и всю дорогу спрашивала, как она себя чувствует. Даша чувствовала себя последней сволочью: ей безумно хотелось, чтобы Аленушка исчезла из машины, а они остались с Антоном наедине.

— До свадьбы заживет! — хохотнул веселый хирург, изучив рентгеновский снимок. — Просто небольшое растяжение.

— Точно, заживет? — с беспокойством уточнил Антон, вошедший вместе с Дашей в кабинет.

— А что, свадьба уже скоро? — подмигнул доктор.

— Через две недели, — угрюмо сказала Даша.

— Не волнуйся, жених, поправится твоя невеста, — пообещал доктор. — Будет скакать, как козочка. Уже дня через три.

— Он не жених, — быстро поправила Даша, боясь, как бы не услышала дожидающаяся в коридоре Аленушка.

— Правда? — удивился доктор. — А жених тогда где?

Хотела бы она знать! Даша обиженно поджала губы. Так-то Феликс о ней заботится, что бросает трубку, когда он больше всего ей нужен! А Антон, как выяснилось, прервал съемку и примчался к ней.

Доктор забинтовал ей ногу эластичным бинтом, выписал больничный на три дня и для верности порекомендовал постельный режим.

— Заживет до свадьбы, заживет! — заверил он на прощание.

Жаль, взгрустнула Даша, она уже было понадеялась, что доктор выпишет ей справку-освобождение от свадьбы.

Антон с Аленушкой довезли ее до дома на машине. Аленушка осталась с водителем, горячо пожелав Даше скорейшего выздоровления, а Антон, снова взяв девушку на руки, донес ее до самой квартиры и на пороге бережно поставил на коврик.

— Тебе очень идет эта прическа, — он с нежностью коснулся ее волос, и от волнения у Даши перехватило дыхание. Вот сейчас он ее поцелует!

Антон наклонился к ней, но ящерица на его руке скользнула мимо — к звонку на стене, и внутри квартиры разнеслась соловьиная трель.

— Тот же самый звонок, — его губы тронула ностальгическая улыбка. — А дверь другая.

— Дверь мы поменяли, — эхом откликнулась Даша.

— Дочка, что с тобой? — всполошилась мама, увидев забинтованную лодыжку. И только потом заметила Дашиного спутника и настороженно подобралась: — Антон?

— Здравствуйте, Лилия Александровна, — сдержанно кивнул тот.

— От тебя одни неприятности! — неприязненно воскликнула мама. — Что ты сделал с Дашей?

— Мама, — Даша поморщилась, наступив на ногу, и шагнула через порог. — Я подвернула ногу, Антон помог мне, отвез к врачу.

— Вы что, были вместе? — Мать подозрительно сузила глаза.

— Мы случайно встретились с невестой Антона в магазине, — нехотя объяснила Даша. — Выходя оттуда, я подвернула ногу, и Аленушка позвонила Антону.

— Так ты женишься? Поздравляю! — подобрела Лилия Александровна, но так и не пригласила Антона войти.

Они скомканно простились, и Дашина мама с облегчением захлопнула дверь.

— Почему ты не позвонила Феликсу? — тут же набросилась на дочь Лилия Александровна.

— Я ему звонила, — мрачно сказала Даша, ковыляя в свою комнату. — Но у него там, видите ли, какой-то сложный случай, он меня даже слушать не стал, выключил телефон.

Мама поджала губы, не одобряя поведение жениха, но попыталась его оправдать:

— Если бы он узнал, что с тобой, то непременно бы приехал.

— У меня не было шанса сказать, — отрубила Даша, давая понять, что зла на жениха.

— А что с ногой? — спохватилась мама.

— До свадьбы заживет, — усмехнулась Даша. Вот только теперь она сомневалась, есть ли смысл в самой свадьбе, если жених бросил ее в беде.

Феликс объявился через полчаса. Страшно распереживался, услышав по телефону о случившемся и почувствовав, что Даша на него сердита. Он примчался с букетом белых роз вымаливать прощение, просидел с Дашей весь вечер, казня себя, и даже всерьез собирался провести ночь на коврике у ее постели, пока Даша буквально не вытолкала жениха за дверь, заверив, что не держит на него обиды.

Сразу же после этого девушка включила ноутбук. Как она и ожидала, Антон прислал ей сообщение.

«Как ты, Принцесса?»

«Нормально, — бодро настучала Даша. — Спасибо за помощь».

«Заставила ты меня поволноваться», — признался тот.

«Извини, что сорвала съемку».

«Неважно. Главное, что с тобой все о’кей».

«У тебя чудесная невеста», — неожиданно для себя самой написала она.

«Да, она необыкновенная», — согласился Антон после долгой паузы.

«Она выбрала очень красивое платье», — не могла остановиться Даша.

«Знаю. Она очень признательна тебе за помощь».

Все это очень странно, подумалось Даше. Их жизни сложились в какой-то причудливый свадебный треугольник. Антон выбирает свадебное платье Даше, она помогает советом его невесте и выбирает костюм ему. Антона принимают за ее жениха, а ее за его невесту.

«Все это очень странно, правда?» — Антон словно читал ее мысли.

«Такова жизнь, — написала Даша, с упавшим сердцем подумав, что жизнь несправедлива.

Она бы предпочла быть героиней голливудского кино, тогда бы у нее оставались шансы на хеппи-энд с Антоном: они бы оба поняли, что созданы друг для друга и совершают ошибку, связывая свои судьбы с хорошими людьми, которых не любят по-настоящему. — Спасибо тебе за все. Мне пора».

«Поправляйся скорей».

«К свадьбе — непременно», — прощальная шутка получилась горькой до слез.

Даша, словно за ней гнались, быстрей вышла с сайта и выключила ноутбук. Но тоскливые мысли и несбывшиеся мечты все равно ее нагнали. Сегодняшний случай перечеркнул обманчивую стабильность, в которой она пребывала последние дни. Антон поступил, как рыцарь в сверкающих доспехах. И кто знает, если бы у него не было невесты или она хотя бы не была такой милой и доверчивой, может, они с Дашей могли бы быть вместе. Слишком много «если». И до свадеб осталось слишком мало времени, чтобы на что-то надеяться. Даша запретила себе думать об Антоне, но он снился ей всю ночь. Они гоняли по Москве на мотоцикле, целовались под луной и встречали рассвет на Воробьевых горах. Даша была счастлива, как никогда в жизни. А когда проснулась, реальность показалась ей адом.

Она просидела на больничном три дня и травила себе душу, разыскав сайт Антона. Сайт был его визитной карточкой фотографа, и Даша забыла о времени, погрузившись в яркий и красивый мир Задорина.

Завораживающие пейзажи — розовые морские закаты, отражающиеся в воде пальмы, песчаные дюны, на многих из кадров — пометки об участии в выставках.

Портретная съемка — мужчины и женщины, попавшие в объектив Антона, прекрасны в своей естественности и непринужденности. Ни у кого нет сложных причесок, вычурных нарядов или броского макияжа, Антон как будто запечатлел их душу. Каждый из них по-своему интересен, и Даше хотелось бы узнать их ближе. Вот с этой задорной девчонкой, открыто и дружелюбно смотрящей в объектив, она могла бы подружиться. А вот молодой мужчина, серьезный и загадочный, в глубине своих глаз таит какую-то тайну. Даша хотела бы услышать его историю.

Еще один раздел — со свадебной съемкой. Три пары, снятые в райских уголках планеты: Таиланд, Греция, Доминикана. Пронзительно-голубые небо и море, белые облака и наряды молодоженов. Невесты, бегущие босиком по песку, придерживая свадебные платья. Женихи в закатанных до колен штанах, пускающие воздушных змеев. Силуэты, красиво застывшие в поцелуе, на фоне заходящего солнца. Летящая по ветру фата — как белое облако. А вот дышащий эротикой кадр: жених и невеста на песке, словно вынесенные на берег волной, мокрое короткое платье невесты будто соткано из морской пены, тесно сплетенные пальцы, капельки воды на загорелой коже… Море чувств, запечатленных в объятиях, улыбках, повороте головы, касании рук. Чужая влюбленность накрыла Дашу, как шторм, и она по нескольку раз перелистывала фотографии, греясь в лучах чужого счастья, которое так точно и так ярко запечатлел Антон. Как бы ей хотелось очутиться внутри этих волшебных кадров, как бы ей хотелось быть такой счастливой и беззаботной невестой, как бы ей хотелось, чтобы рядом был Антон.

На третий вечер мобильный пиликнул эсэмэской, которую она уже не ждала.

Даша взглянула на экран и с трепетом прочитала:

«Не спишь, Принцесса?»

«Почти», — взволнованно набрала она ответ.

«Зайди на сайт», — пригласил Антон.

Даша стремглав бросилась к ноутбуку, в спешке опрокинув стул.

«Рад видеть, Принцесса», — моментально пришло сообщение.

Антон сменил фотографию с пальмой в своем профиле. Теперь он, лукаво прищурившись, выглядывал из-за фотоаппарата, словно хотел подчеркнуть свой профессиональный статус.

«Как твоя нога?» — тревожился он.

«Поправилась твоими стараниями».

«Рад слышать. Хочу показать тебе несколько снимков». — Он прислал ссылку.

Даша перешла на сайт, где хранились фотографии, и увидела себя. Антон снимал ее в ресторане, когда она только пришла. На первом кадре она стоит в дверях, ищущий взгляд устремлен в зал. Она вся — сплошное нетерпение. Антон поймал ее в движении — поворот головы, летящие волосы, чуть приподнятая рука. Она еще не видит его и не знает, чего ожидать от этого вечера. А он видит только ее: кадр отретуширован так, что интерьер ресторана размыт, как акварельный рисунок, и только силуэт Даши четкий и реальный.

Еще были два портрета, которые Антон сделал за столом. На одном нимфа — затуманенный взгляд, неуверенная улыбка, сбившийся локон. На другом куртизанка — чувственно полуоткрытые губы, кокетливый взгляд из-под ресниц. Неужели она на него так смотрела? Какой стыд! При всем при этом Даша должна была признать, что снимки потрясающие. Было в них какое-то волшебство, которое делало ее незнакомой самой себе, таинственной и неотразимой красавицей.

«Ты очень фотогенична, Принцесса», — проявил нетерпение Антон, пока Даша сохраняла снимки на компьютере.

«Спасибо. Это ты хороший фотограф», — вернула она комплимент.

«Я хотел бы сделать несколько твоих студийных портретов», — предложил он.

«Зачем?» — осторожно уточнила Даша.

«Выложишь на сайте. Пятерки получишь», — он присовокупил к сообщению смайл.

«Заманчивое предложение», — настучала Даша с саркастической улыбкой. Жаль, сарказм не передается смайлами.

«Так соглашайся! — искушал Антон. — Я снимаю студию неподалеку от твоего офиса. Приходи завтра после работы».

К приглашению прилагался адрес. Даша задумчиво уставилась на монитор. У нее не было профессиональных снимков, и девушка знала, что камера в руках Антона творит с Дашей чудеса. Будет здорово, если у нее останутся красивые фотографии на память, тем более что на обычных фотках она выходит не ахти. И на завтрашний вечер у нее планов не было — Феликс допоздна на работе. Но удобно ли принять приглашение? Это ведь не ужин в ресторане и не поход в магазин, где они все время находились на публике. Что, если в студии, кроме них двоих, никого не будет? От этой мысли Даша разволновалась так, что махнула рукой и сбросила со стола свадебные журналы.

«Чувствую себя Серым Волком, который заманивает Красную Шапочку», — не дождавшись от нее ответа, пошутил Антон.

Не съест же он ее, в самом деле, рассердилась на себя Даша. Это же Антон, она знает его сто лет. Они оба несвободны, и наивно искать в его предложении скрытый смысл. Они просто друзья. И это будет просто дружеская фотосессия.

«Хорошо, — отстучала Даша. — Мне нужно как-то особенно одеться или причесаться? Не знаю, что нужно для таких съемок».

«Просто будь собой. До встречи, Принцесса».

Если бы в полночь Лилия Александровна заглянула в комнату дочери, мать бы очень удивилась, обнаружив Дашу перед распахнутым шкафом. Девушка взволнованно перебирала вешалки, прикладывая к себе то платье, то блузку. Потом выгребла полку, на которой в беспорядке лежали вещи, не уместившиеся на вешалках, и вывалила их на кровать. Глаза Даши взволнованно блестели, щеки раскраснелись. Так волнуется Золушка, собираясь на самый важный в жизни бал, и Даше сейчас очень не хватало мудрого совета крестной феи.

Наконец, разворошив весь шкаф, она выудила небесно-голубой топ и присоединила к нему синюю юбку-карандаш. Довольно строго, чтобы Антон не решил, будто она с ним заигрывает, и в то же время женственно. Определившись с нелегким выбором, Даша в беспорядке затолкала вещи в шкаф и без сил рухнула в постель.

Глава 12

Фотосессия с последствиями

С утра пораньше в офис пожаловал гном — в одиночестве, без Белоснежки.

— Я хочу отменить бронирование тура, — запальчиво начал он. — Верните деньги.

— А как же свадебное путешествие? — удивилась Даша.

— Свадьбы не будет, — сварливо объявил гном.

И судя по его раздосадованному виду, это решение принимал не он. Молодец, Белоснежка, порадовалась за девчонку Даша, все-таки сбежала от престарелого гнома.

— Верните деньги, — потребовал тот, и Даша приготовилась к тяжелому бою. До вылета оставалось четыре дня, авиаперелет и отель уже были полностью оплачены, так что гном напрасно будет качать права — по договору турфирма не вернет ему ни копейки.

Гном орал, гном визжал, гном матерился. Пришлось даже вмешаться охраннику Леше. В конце концов клиент махнул рукой, признав поражение, и уже тихо спросил:

— Может, хоть на дочку с зятем путевки перепишете? Пусть они слетают, отдохнут по-людски.

Гном доплатил за переоформление билетов и, к Дашиному облегчению, выкатился вон.

Вторая половина дня пронеслась, как карусель, и вот уже Даша, взволнованно вглядываясь в написанный от руки адрес, свернула в нужный переулок. Он был таким узким, что здесь не было припаркованных у обочины машин, и таким тихим, что Даша слышала бешеный стук своего сердца. Студия Антона находилась в старой пятиэтажке с растрескавшимся фасадом. Внутри стеклянного желоба, видного с улицы, поднимался лифт. Даша, оробев, замерла перед домофоном, на стене у которого было накарябано нехитрое признание: Света плюс Вадик равняется сердечку. Сердечко было кривым, а пронзающая его стрела, казалось, метила прямо в Дашу. Девушке вдруг подумалось, что, переступив порог этого дома, она перейдет незримую черту, отделяющую ее от Антона. Придя в студию, она подтвердит, что Антон для нее что-то значит, и быть может, он тоже сделает шаг ей навстречу. Что будет тогда, Даша не представляла. Еще был шанс сбежать, стремительно пересечь переулок и вывернуть на знакомую улицу, где находится ее офис и где Феликс частенько встречает ее после работы. Вернуться к прежней жизни, в которой все понятно, предсказуемо и распланировано на десять лет вперед. Какая скука!

Даша тряхнула головой и быстро набрала на домофоне номер студии. Три цифры были паролем к чему-то новому, волнующему и непредсказуемому. И Даша безумно хотела это испытать. Пусть только на один вечер, но это будет приключение, которое она бережно сохранит в памяти на всю жизнь.

— Да? — Динамик ожил мгновенно, как будто Антон только ее и ждал.

— Это я.

— Принцесса, — голос Антона сделался бархатным и торжественным. — Двери этого замка всегда открыты для вас.

Домофон пиликнул, щелкнул замок, и Даша нетерпеливо рванула на себя тяжелую дверь. Лифт приехал неспешно, громыхая цепями, как кентервильское привидение, и Даша бесстрашно шагнула внутрь стеклянной коробки. Короткий полет к небесам, и Антон, одетый в майку и в джинсы, склоняется в шутливом поклоне, встречая ее на площадке и делая гостеприимный жест к раскрытой двери:

— Прошу!

Светлые волосы, по обыкновению, взъерошены, что делает его моложе. Синие глаза горят — он в самом деле рад ее видеть.

С трепетом Даша входит за порог. Здесь недавно был ремонт, и все выглядит свежим и симпатичным. Сначала — узкий коридорчик, на стене большое зеркало в красивой раме, на тумбочке — небрежно брошенные журналы и пустой чехол от фотоаппарата, вешалка пуста, а из глубины квартиры доносится только какая-то модная песенка. Похоже, Даша не обманулась — они здесь одни.

За спиной захлопнулась дверь, Даша стремительно обернулась к Антону. Тот улыбнулся — загадочно и непонятно.

— Ты неплохо устроился, — сказала она, чтобы хоть что-то сказать, и шагнула вперед по коридору.

— Подожди, — Антон оказался за спиной быстрее ветра, удержал за плечо. — У меня для тебя сюрприз.

Он закрыл ей глаза ладонями, и Даша, слепо доверившись ему, двинулась вперед наугад. Приключение началось, и сердце замирало в ожидании неведомого.

— Осторожно, порог. Теперь повернись. Подожди минутку, не подглядывай. — Он зажал ей глаза одной рукой, щелкнул пультом, и веселая песенка сменилась лиричной композицией, под которую они танцевали на выпускном. — Вот.

Антон убрал руки. Даша ошеломленно замерла, широко распахнув глаза. Повсюду, куда падал взгляд, были ее фотографии — те самые, сделанные Антоном в школе, те, которые она недавно разглядывала в старом альбоме. Отретушированные и увеличенные, они крепились на стенах, образуя целую галерею, и даже свисали на проволоке с потолка. На фотографиях юная Даша была веселой и влюбленной, и казалось, что влюбленность закатным солнечным светом сочится из снимков, пробуждая в душе прежние чувства.

Руки Антона опустились ей на плечи, и Даша задрожала.

— Скажи, хоть что-нибудь, — тихо попросил он. — А то я решу, что старался зря.

— Я потрясена, — призналась Даша. — Но зачем?.. — Она стремительно обернулась к нему в поисках ответа.

Слова были не нужны. Губы Антона нетерпеливо накрыли Дашины. Она упала в этот поцелуй, как в пропасть, и воспарила из него, как воздушный змей, который долгое время был привязан к земле и наконец обрел свободу. Никогда, ни с кем, кроме Антона, Даша не испытывала ничего подобного. Ей показалось, что все эти годы без Антона она проспала, как Спящая красавица в хрустальном гробу, безразличная ко всему, неподвластная чувствам, зачарованная злым колдовством, и только поцелуй вернул ее к жизни, и ее сердце снова проснулось для любви. Музыка, звучавшая на выпускном, как будто возвращала их в прошлое, возрождала прежние чувства, стирала все преграды между ними.

Мелодия закончилась и заиграла с самого начала. Антон, прерывисто дыша, отстранился и закружил Дашу в танце. Они танцевали среди ее фотографий, и это было так странно, невероятно и головокружительно, что казалось Даше сном. Оба молчали, и весь их разговор сводился к прерывавшим танец поцелуям и обмену взглядами.

«Что мы делаем? — То, чего хотим оба».

«Ты скучала по мне? — Каждую минуту!»

«Я все время думаю о тебе. — Я тоже».

Танец закончился на диване, который стоял у стены. Пол под ногами качнулся, и вот уже над Дашей раскинулся потолок, а Антон навис над ней, осыпая обжигающими поцелуями шею. Его руки нетерпеливо скользнули ей под майку. Даша замерла, отдавшись новым ощущениям. У них с Антоном не было близости в школе. Он этого очень хотел, но она не смогла. Сбежала от него, на ходу запрыгивая в джинсы и застегивая лифчик. Хотя в ту ночь, когда его тетка уехала на дачу, Даша знала, зачем идет к нему домой. Но в последний момент испугалась и оттолкнула. Она так и не узнала — каково это, быть его женщиной. Антон так и не стал ее первым мужчиной. И вот теперь они как будто заново узнавали друг друга — повзрослевшие на десять лет, истосковавшиеся друг по другу, сгорающие от запретной страсти.

В волнующих прикосновениях Антона Даша чувствовала прежнюю порывистость влюбленного юноши и в то же время открывала утонченные ласки искушенного мужчины, каким он стал. Она отвечала тем же — горячностью юности и отчаянной смелостью, которую давал взрослый опыт. Она больше не закрывалась от его касаний, не каменела, как раньше, она с наслаждением и с предвкушением тянулась им навстречу и позволяла своим рукам блуждать по его телу безо всякого стеснения.

Антон застонал от нетерпения. Его руки рванули майку вверх, и Даша выгнулась, позволяя ее снять, а сама стащила его футболку и швырнула на пол. Один-один. Они, тяжело дыша, взглянули друг на друга.

— Подожди, — Даша выставила руку, как щит. — А как же?..

Тени Феликса и Аленушки встали между ними, хотя Даша и не смогла вымолвить их имен. Антон замер и убрал руки, словно обжегшись.

— Ты хочешь уйти? — с изменившимся лицом спросил он.

Даша молчала.

— Иди. — Антон поднялся с дивана, отвернулся к окну, и она видела, что каждая мышца на его спине готова взорваться от напряжения.

Даша скользнула с дивана, торопливо натянула майку, физически чувствуя, как поникли за спиной невидимые крылья, и, не говоря ни слова, побрела к выходу. Она убеждала себя, что поступает правильно. Остаться сейчас с Антоном — значит предать Феликса и эту доверчивую Рапунцель. Но в то же время Даша всей кожей чувствовала, что, уходя, предает и себя, и Антона, и все то волшебное, невероятное и неподдающееся описанию, что связывает их, вопреки обязательствам перед другими.

Антон догнал ее в коридоре, молниеносно развернул к себе и поцеловал с таким отчаянием, что Даша покачнулась, выронив сумочку.

— На этот раз я не дам тебе уйти. — Он подхватил ее на руки и, предупреждая любые возражения, закрыл рот поцелуем.

Больше не было сомнений. Только его ищущие руки, жар тела и нетерпение губ. Только ощущение полета и свободного падения, стремительно сменяющие друг друга. Только он и она… они вдвоем, ставшие единым целым.

В прихожей напрасно надрывался Дашин телефон в брошенной сумке, высвечивая имя Феликса. Даша была недоступна для своего жениха. Она парила с Антоном в другой вселенной.

Падать на землю было больно. Ощущение необычайного счастья сменилось растерянностью и раскаянием. Что будет дальше? Значит ли это что-то для Антона? Изменит ли это их планы на свадьбу? Даша натянула на себя простыню, скрывая наготу. Наверное, так же мучительно горько чувствовала себя Ева после грехопадения. Белые простыни на черном кожаном диване навевали невеселые мысли. Когда Антон сдернул черное бархатное покрывало, под которым оказалась застеленная постель, Даша, не думая, упала туда вместе с ним. Но сейчас душу грызли сомнения. Зачем ему здесь диван? Много ли девушек побывало на нем до нее? И неужели она так предсказуема? Феликс, будучи уверенным в ее согласии, заранее узнал расписание загса. Антон вон постель застелил, как будто не сомневался, что Даша останется на ночь.

Антон шевельнул рукой, и ящерица на его коже изогнулась, моля ее о ласке. Даша исполнила свое давнее желание — погладила татуировку и обвиняюще сказала:

— Ты меня обманул.

Антон рывком приподнялся с постели, синие-синие глаза с тревогой взглянули на нее.

— У тебя нет других татуировок! — Даша шутливо ткнула его в грудь, и он, подмяв ее под себя, навис над ней и ухмыльнулся:

— А ты точно хорошо смотрела?

— Точно, — засмеялась Даша, уворачиваясь от его нетерпеливых губ. — Зачем ты меня обманул?

— Чтобы тебе захотелось их поискать.

Ящерица мелькнула у Дашиного лица — Антон нежно отвел от ее лица светлую прядь и поцеловал пламенно и порывисто.

— Нет, ты все-таки не гей, — пробормотала Даша.

— Кто тебе сказал такую глупость? — опешил он.

Даша пересказала ему слова кассирши из свадебного салона.

— По этой логике выходит, что ты лесбиянка, — фыркнул Антон, перекатываясь на бок, — раз помогла мне выбрать костюм.

— А куда ты после этого пропал? — спросила она, обрисовывая пальцем контуры татуировки и гадая, что стало причиной его недельного молчания.

— Пытался побороть искушение и быть благоразумным.

Даша непонимающе взглянула на него.

— Дашка, меня тянуло к тебе все сильней с каждым днем, — порывисто признался Антон. — Когда ты стояла передо мной в свадебном платье и фате, я чуть тебя не поцеловал. А потом, когда ты выбирала мне костюм, я пожалел, что не ты моя невеста. Но ты была такая неприступная, все время напоминала, что выходишь замуж. На что мне было надеяться? А у меня самого невеста, и она готовится к свадьбе. Вот я и ушел в глухое подполье, старался держаться подальше от тебя.

— А почему передумал?

— Спрашиваешь! — фыркнул он и поцеловал ее в уголок губ. — Когда Аленушка мне позвонила, я сразу сорвался к тебе. Нес тебя на руках и чувствовал себя последним предателем, потому что только и мечтал, чтобы она исчезла… Потом всю ночь места себе не находил и решился. Понял, что если не узнаю наверняка, был у меня с тобой второй шанс или нет, стану жалеть об этом всю жизнь.

Даша задумчиво провела пальцем по шрамам на его боку. Их было много, она насчитала двенадцать. Дюжина незнакомых ей отметин его новой жизни, навечно врезавшихся в кожу воспоминаний о страшной аварии, в которой он выжил чудом. Аленушка узнала и полюбила Антона уже таким, она заботилась и ухаживала за ним, пока Даша встречалась с Феликсом, не подозревая о несчастье с Антоном.

«Что теперь делать с нашими свадьбами?» — крутилось в голове у Даши, но еще больше ее волновал другой вопрос, который терзал ее все эти долгих десять лет без Задорина.

— Антон, — Даша серьезно взглянула ему в глаза, — ответь, почему ты.

Она не успела договорить. Антон нежно прижал палец к губам девушки и тихо ответил:

— Потому что я испугался.

— Чего? — растерялась Даша.

— Даш, ты была отличницей, домашней девочкой, — медленно объяснил он. — С тобой все могло быть только серьезно. А в семнадцать лет я был не готов жениться.

— Но я никогда не говорила о женитьбе! — пылко возразила Даша.

— Не говорила, — согласился Антон. — Но у тебя все было написано на лице.

Даша в смятении отвернулась. Да, она фантазировала о свадьбе с Антоном, представляя себя в белой фате, а его в черном костюме. Она мысленно составила список гостей и даже выбрала песню для свадебного танца — ту самую, которая без конца крутилась на повторе сегодня вечером. И когда они танцевали под нее с Антоном на выпускном, она представляла, что это их свадьба. Неужели все так явно читалось в ее глазах, что она сама отпугнула Антона? Ведь он исчез сразу после выпускного, в ту памятную ночь она видела его в последний раз. Он уехал в Питер, к родителям, не оставив ей ни телефона, ни записки, тетя Нина тоже провела у родных лето, а когда вернулась осенью, сказала лишь, что Антон поступил в университет и в Москву больше не вернется.

— А еще в тетради, — с улыбкой добавил Антон, поймав в темноте ее губы.

— Что? — Даша через силу отстранилась. — В какой тетради?

— По русскому языку. Помнишь, я брал ее у тебя, чтобы списать вопросы к экзамену? Вся последняя страница была исписана твоими автографами — ты примеряла мою фамилию к своему имени и пробовала разные варианты подписи.

Даша вспомнила, и щеки вспыхнули огнем. Какая же она была дурочка! Неудивительно, что Антон сбежал.

— Это было в шутку, — буркнула она в свое оправдание. — И мне просто нравилась твоя фамилия.

— Неужели ты бы отказала мне, если бы я тогда сделал тебе предложение? — в шутку нахмурился Антон.

— Давай не будем городить «если бы», — отрезала Даша.

— Ну согласись, Принцесса, если бы мы тогда сделали такую глупость и поженились, наш брак был бы обречен, — Антон крепко притянул ее к себе. — Другое дело — сейчас.

«Что другое дело?» — хотелось узнать Даше, но Антон уже целовал ее — так горячо и так нетерпеливо, что все вопросы разом вылетели из головы. Когда Антон целовал ее так, ничто другое во всем мире уже не имело значения. Антон что-то отрывисто шепнул, отстранившись от нее, Даша не расслышала и потянулась к нему, но губы поймали воздух. Он, удержав ее за плечи, нетерпеливо спросил:

— Ну?

— Что — ну? — не поняла Даша, недовольная тем, что он ее остановил.

— Тебе хочется, чтобы я повторил? — Антон шутливо нахмурился. — Или, может, я недостаточно торжественно выразился в первый раз? Ну, что ж…

Он спрыгнул с дивана, стащил с Даши простыню, так что она охнула и поспешила прикрыться подушкой. Для этого пришлось сесть по-турецки и вцепиться в нее, как в спасательный круг. Антон тем временем обернулся в простыню на манер римского патриция, перебросив один конец через плечо, и шагнул на дорожку лунного света, льющегося в окно.

— Принцесса, — хриплым от волнения голосом произнес он, приложив руку к груди, и опустился на одно колено.

Даша потрясенно замерла, прижав к груди спасительную подушку.

— Стань моей женой.

Это было сном: Антон в сиянии лунного света, похожий на рыцаря, слова, которые она так мечтала услышать, но теперь совершенно растерялась.

— Если онемела от радости, то хоть кивни, — устав ждать, не выдержал Антон и уморительно посетовал: — Долго мне тут на полу корячиться?

Отмерев, Даша радостно пульнула в него подушкой, вскочила на ноги и повисла у Антона на шее, взвизгнув:

— Да!

— Ух ты, я чуть не оглох! — ухмыльнулся Антон и мстительно добавил: — Повтори, душа моя, что ты сказала? Я не расслышал.

Даша повторила — поцелуем. Простыня, не удержавшаяся на плече Антона, скользнула между ними и упала на пол. Крепко обнявшись, они рухнули на диван. Завтра, подумала Даша, выгибаясь навстречу Антону, все сложные вопросы они решат завтра. Завтра она подумает, как поговорить с Феликсом и сообщить новость маме. Сегодня эта ночь принадлежит только им двоим. Она — самая первая из множества других, которые у них будут, и потому — самая волшебная. И, соглашаясь с ней, ящерка с руки Антона скользнула ей на запястье.

Глава 13

Свадьбы не будет

Даша проснулась от взбесившихся солнечных зайцев, которые без всякого зазрения совести мельтешили перед ее лицом. Она открыла глаза и увидела Антона с фотоаппаратом в руках. Сверкнула очередная вспышка, Даша моргнула, Антон рассмеялся и, присев на край дивана, ласково чмокнул ее в нос:

— Доброе утро, Принцесса. Ты такая милая, когда спишь.

— Доброе, — безмятежно улыбнулась Даша. На работу можно было не спешить — у нее выходной, и единственное неудобство девушка испытывала из-за своей наготы.

Антон уже был одет во вчерашние футболку и джинсы, и Даша целомудренно закуталась в простыню. Но Антон с озорной улыбкой потянул ее за край и сделал пару кадров.

— Ну, хватит! — возмутилась Даша, у которой никогда не было фотографий топлес, и она торопливо прикрыла грудь. — Только не вздумай выложить мои фото в Интернет!

— Буду любоваться сам, — пообещал Антон, убирая фотоаппарат.

Даша вдруг опомнилась от ленивой неги, вспомнила все, что случилось ночью, и ее захлестнула паника. Что, если все это было только сном? Или наутро Антон пожалел о своем предложении и передумал?

Антон тоже напрягся и настороженно заметил:

— Ты на меня так смотришь, как будто передумала выходить за меня замуж.

— Я боялась, что ты передумал, — облегченно выдохнула Даша и с робостью спросила: — Антон, что нам теперь делать?

— Ты поговоришь с Феликсом, надеюсь, он переживет.

— А если?.. — запнулась Даша.

— Если он застрелится, я не буду сильно горевать, — пообещал Антон.

Даша замахнулась на него подушкой:

— А Рапунцель?

Антон помрачнел.

— Надеюсь, что она поймет. Аленка не заслужила такого мужа, как я.

— А я заслужила! — Даша, не скрывая счастья, обняла его и потрепала по светлым волосам.

Она станет женой Антона, и у них будут чудесные дети. Она вдруг остро поняла, что хочет от него детей — с его синими-синими глазами, с его ямочкой на подбороке. Как там говорила Соня, это и есть показатель того, что это твой единственный? У Даши не было в этом ни малейших сомнений.

— Не пожалеешь? — Антон испытующе взглянул на нее. — Муж из меня получится никудышный.

— Другого мне не надо. — Даша легонько поцеловала его, чувствуя, как сердце переполняет нежность. Какое это счастье — так просто целовать Антона, дотрагиваться до него, находиться рядом, быть его женщиной.

— Зачем же ты приняла предложение Феликса? — ревниво поинтересовался он.

— Потому что он будет хорошим мужем. Потому что уже пора. Потому что он нравится моей матери, — перечислила она, процитировав самого Антона.

— Значит, я все-таки был прав, — он насмешливо прищурился.

— А ты? — Даша нетерпеливо взглянула на него. — Почему ты сделал предложение Рапунцель?

— Она милая. Она ухаживала за мной в больнице. Она в меня влюбилась. Она хотела замуж.

— А ты? — Даша замерла в ожидании ответа.

Антон задумчиво покрутил фотоаппарат и признался с непривычной для него серьезностью:

— Эта авария заставила меня задуматься. Я мог умереть, не оставив после себя ничего, кроме фотографий. Раньше я не стремился заводить семью, все думал, что еще успею, надо сначала попутешествовать, пожить для себя, добиться чего-то в профессии… — Он помолчал, потирая

татуировку. — После аварии я отчетливо понял, что могу не успеть. Что жизнь может оборваться в любой момент. Что надо жить сейчас, а не потом.

— А рядом была она, — понимающе заметила Даша. — И она очень хотела семью.

Антон кивнул.

— Почему-то она решила, что я ей подхожу. А мне все время приходилось играть того, кого она во мне хотела видеть. Но только это уже был не я, понимаешь?

— Еще как, — заверила Даша.

Какое же это счастье, что они объяснились и приняли это решение. Глядя на Антона, Даша вспоминала недавние слова отца. Если бы она не пришла на студию вчера, если бы Антон ее не удержал, она вышла бы за Феликса и прожила бы с ним не свою жизнь. А Антон женился бы на Рапунцель и повторил бы судьбу ее отца. Быть может, у них бы родились дети, но это бы не спасло семью от развода. Уж слишком разными были Антон и Аленушка.

— Ты меня всегда понимала, как никто, — Антон солнечно улыбнулся, а Даша в то же время нахмурилась. Ей пришло в голову, что их счастье может вмиг перечеркнуть одна случайность… — Что-то не так?

— Скажи, а Аленушка, — взволнованно спросила Даша, — она точно не беременна?

Антон мгновение непонимающе смотрел на нее, потом беззаботно расхохотался. Даша обиделась: что смешного? За себя она поручиться могла, она исправно пила таблетки, и с ее стороны беременность от Феликса была исключена. А вот с Аленушкой она не была так уверена.

— Нет, это исключено. Не переживай, — убежденно заверил Антон.

Как он может быть уверен, засомневалась Даша. Аленушка, мечтающая о полноценной семье и детях, могла выбросить таблетки в день подачи заявления, а Антон об этом — ни сном ни духом.

— Мы не спали вместе, — добавил Антон, чтобы ее успокоить.

Даша изумленно моргнула. Чтобы Антон не спал со своей невестой? Чтобы она устояла перед ним? Невозможно поверить!

— Это одно из Аленкиных представлений об идеальной семье, — объяснил он. — Она хочет выйти замуж девственницей, чтоб в брачную ночь все было чин чином.

«Спасибо тебе, целомудренная Рапунцель!» — возликовала Даша. Единственная преграда, которая могла бы разрушить их союз с Антоном, растаяла, как дым, и Даше сделалось легко и радостно.

— Так что я после больницы жил монахом. Но насчет тебя с Феликсом иллюзий не питаю, — Антон ревниво взглянул на нее.

— Я не была с Феликсом с тех пор, как увидела тебя в загсе, — призналась Даша. — Не могла.

— Скажи, — внезапно спросил Антон, — ты ведь не хочешь свадьбу на сто человек?

— На сто? — ошеломленно уточнила Даша. — Феликс едва уломал меня на семьдесят. Вообще-то я мечтала обойтись без банкета и сразу отправиться в свадебное путешествие к морю.

— Моя девочка, — Антон нежно погладил ее по волосам. — Кажется, мы с тобой хотим одного и того же. А Аленушка мечтала отметить свадьбу в деревне, у бабушки. В Москве у нее только пара подруг, а там вся родня, и, сама понимаешь, — он досадливо поморщился, — какой размах!

— Только не говори, что женишься на мне, чтобы избежать этого ужаса, — поддела Даша.

— И это в том числе! — Антон притянул ее к себе и горячо поцеловал. — Но самое главное, что я тебя… Ах, черт! — Признание, которого так ждала Даша, не успело прозвучать. В кармане джинсов Антона завибрировал мобильный, и он с досадой достал его. — Да, Аленушка. Нет, не сплю. Я как раз хотел тебя увидеть.

— Увидеть не получится, — донесся до Даши сбивчивый голос Аленушки. — Я в поезде, Антош, еду к бабуле, она в больнице.

— Да ты что? — упавшим голосом произнес Антон. — Теперь, наверное, свадьбу придется отложить? — Он покосился на застывшую под простыней Дашу.

— Нет-нет! — торопливо воскликнула Аленушка. — Ни в коем случае! Бабуля так мечтает о свадьбе, это ее убьет! Я побуду с ней, а ты пока закажи свадебный лимузин и голубей для прогулки после загса.

— Хорошо, я все сделаю, — пообещал Антон с каменным лицом. — Пусть бабуля скорей поправляется.

Он сбросил вызов и виновато взглянул на Дашу.

— Я все слышала, — в оцепенении сказала она, чувствуя себя так, как будто упала с небоскреба. Беременность Аленушки не угрожает их счастью, но здоровье любимой бабушки — серьезный повод отложить разговор и продолжать готовиться к свадьбе.

— Я все скажу ей, когда старушке станет лучше, — пообещал Антон.

Даша покачала головой, изо всех сил стараясь не разрыдаться.

— Я не могу сейчас, — оправдывался Антон. — Да пойми ты, Даш. Бабушка Аленке родителей заменила.

— Я все понимаю, — безжизненно кивнула Даша и, кутаясь в простыню, соскользнула с постели. Она подобрала свою одежду и, не глядя на Антона, спросила: — Тут есть ванная комната?

— В коридоре, напротив зеркала, — отрывисто ответил он.

Даша механически вышла из студии, механически вошла в ванную, механически заперла щеколду. Она не стала задерживаться, чтобы принять душ. Торопливо поплескала в лицо водой, натянула юбку и майку, причесала волосы расческой Антона и сняла с них длинный светло-пепельный волос. Ничто не должно остаться здесь в напоминание о ней.

Она вышла из ванной. Антон стоял напротив, сбоку от большого зеркала, которое отразило ее замешательство. Он порывисто шагнул к девушке, но Даша выставила руку, останавливая, и покачала головой:

— Не надо. Эта ночь была ошибкой.

— Эта ночь не была ошибкой! — с пугающей яростью возразил Антон и, очутившись рядом, тряхнул ее за плечи. Ящерица на его руке тревожно изогнулась.

— Пусти, — тихо попросила Даша.

Долгое мгновение Антон смотрел ей в глаза, пытаясь поспорить с ней, но она уже все решила, и он разжал руки. Даша подняла с пола сумочку и отступила к двери.

— Даша, пожалуйста, подожди меня, — с болью в голосе попросил он.

— Сколько? — Даша с горечью взглянула на него. — Я ждала тебя десять лет, а через десять дней ты женишься на другой.

— Я не женюсь, — пылко поклялся он. — Это только дело времени.

Даша покачала головой.

— Чем дальше, тем сложнее будет все отменить. Не давай напрасных обещаний.

Смерть Аленушкиной бабушки отменит свадьбу, но Даша не хотела счастья такой ценой. А чтобы Аленушка и ее бабушка были счастливы, Даша должна уйти. Она отвернулась, открыла замок и обернулась уже в дверях. У Антона был взгляд раненого зверя и вид загнанного в угол человека.

— Принцесса, — глухо прошептал он, и Даша ошеломленно подумала, что они повторили историю Принцессы и Медведя из пьесы Шварца. Любя друг друга, они не могут быть вместе. И вряд ли в их жизни случится обыкновенное чудо, которое соединит их.

— Ты выйдешь замуж за Феликса? — спросил Антон.

— Не знаю, — неопределенно ответила Даша, хотя знала наверняка, что нет. Разве можно после того, что было сегодня ночью, продолжать готовиться к свадьбе с Феликсом? Разве согласишься жить без любви, только чтобы все было «как у всех»? — Прощай.

Она бежала от Антона, не дожидаясь лифта, пять лестничных пролетов вниз, стремглав, не оглядываясь, шатаясь от горя. Прочь от дома, где за одну ночь она пережила безграничное счастье, чтобы уже утром его потерять. Наконец переулок, куда еще вчера она шла с затаенной надеждой, остался позади. Даша почувствовала себя в безопасности, только когда вагон метро умчал ее в недра подземки, и тут же, стоило ей остановиться и перевести дух, на нее обрушилась мучительная физическая боль. Наверное, она побелела. Какой-то парень торопливо вскочил, уступая ей место. Сердобольная старушка сунула под нос нашатырь.

Даша приплелась домой больной от горя.

— Ты провела ночь с Феликсом? — Вышедшая навстречу мама при виде Даши охнула и взволнованно заглянула ей в лицо. — Что с тобой, дочка? Вы поссорились?

Даша покачала головой.

— Слава богу! — выдохнула мать. — А то я уж подумала, что…

— Свадьбы не будет, — твердо сказала Даша.

— Почему? — горестно ахнула мать. Но Даша так взглянула на нее, что та осеклась и успокаивающе запричитала: — Ничего, дочка, отдыхай, потом все расскажешь.

Даша заперлась в своей комнате и без сил рухнула на постель. Слез не было. Просто мучительно болели сломанные крылья.

Даша не ожидала, что пока она будет валяться в постели, сходя с ума от горя, ее мать, не в силах ждать объяснений, бросится звонить Феликсу. Он примчался через час, зачем-то с букетом алых роз, и забарабанил в дверь комнаты, выкрикивая ее имя. Когда Даша открыла, она сначала увидела букет, похожий на куст, а уже потом Феликса, покрасневшего от волнения.

— Даша, что происходит? — Он нетерпеливо шагнул за порог и захлопнул дверь прямо перед носом любопытной Лилии Александровны. — Твоя мама сказала. Я ничего не понял. Ты что, хочешь отменить свадьбу?

Даша заторможенно бросила охапку роз на стол, поранившись при этом о шип и не заметив того, потерла глаза. Зеркало отразило ее бледное лицо с алой капелькой в уголке глаза — точь-в-точь вампир, который плачет кровью.

— Даш, ты что, заболела? — Феликс, подойдя сзади, тронул ее за плечо.

Девушка торопливо вытерла кровь у глаза и обернулась к бывшему жениху.

— Я тебе изменила, — равнодушно сказала она.

— Ты что? — Феликс охнул и отшатнулся. Его лицо вмиг налилось кровью, став того же цвета, что и подаренные им розы, так что Даша испугалась, что его вот-вот хватит инфаркт.

Она поняла, что нанесла ему смертельный удар. До этой минуты Феликс рассчитывал, что недоразумение удастся уладить. Можно уговорить строптивую невесту уважить родителей и согласиться на пышный банкет. Можно закрыть глаза на причуды и капризы невесты, лишь бы в целом она соответствовала идеалу. Можно созвать врачей и вылечить от внезапной болезни, если только это не любовь. А любовь к Антону проросла в сердце Даши алой розой, и уже ничто не могло ее оттуда вырвать. Так же, как Феликс ни за что на свете не простит Даше измену. Этим шагом она навсегда разрушила образ безукоризненной невесты и перечеркнула то безупречно выстроенное будущее, которое распланировал для них двоих Феликс.

Даже в этой щекотливой ситуации Феликс поступил как образец благородства и выдержки. Другой бы на его месте негодовал, брызгал слюной, обзывал ее шлюхой, а то бы и за волосы оттаскал. Но Феликс словно заледенел.

— Почему, Даша? — Он с болью поднял потемневшие глаза. — Чем я был плох?

— Ты очень хороший, Феликс, — виновато шепнула Даша. — Просто я тебя не люблю, и ты меня, кажется, тоже.

— Это неправда, — запальчиво возразил он. — Я любил тебя до той самой минуты, когда ты призналась в измене.

— Значит, ты меня не любил, — убежденно ответила Даша, чувствуя, как ее отпускает чувство вины. — Ты любил во мне придуманный тобой идеал. А я никогда не была им, хотя и старалась тебя не разочаровывать.

— Значит, все? — Феликс покачнулся, задев дверцу шкафа, и она приоткрылась, показав свадебное платье. Феликс уставился на него, как на призрак. — Ты же купила платье. — Он осторожно коснулся его рукой, словно проверяя его реальность. — Ты же собиралась за меня замуж… Что изменилось? Кто он?

— Это неважно. Наша свадьба была бы ошибкой и не принесла бы счастья ни тебе, ни мне.

— Теперь ты выйдешь замуж за него? — сухо спросил Феликс.

Вопрос ударил стрелой прямо в сердце. Даша вздрогнула.

— Нет, — безжизненно проронила она и, отвернувшись к окну, попросила: — Уходи, пожалуйста. И прости меня, если сможешь.

Феликс и тут повел себя как рыцарь без страха и упрека. Подошел к ней, едва ощутимо приобнял за плечи и чуть коснулся ее щеки прощальным поцелуем, в котором уже чувствовались холодок разлуки и горечь обиды.

— Прощай, Даша.

— Будь счастлив, — тихо сказала она.

В коридоре мелькнуло заплаканное лицо матери.

— Дашенька, — запричитала она, — Феликс, может, помиритесь?

— Нет! — одновременно отрезали они.

Феликс коротко кивнул Даше напоследок и навсегда ушел из ее жизни. Лилия Александровна горестно всхлипнула и ринулась к дочери. Та торопливо захлопнула дверь и защелкнула задвижку.

— Даша! — Мать всем своим тщедушным телом заколотилась о дверь. — Пусти!

— Отстань ты от меня! — в сердцах воскликнула Даша.

— Даша, дочка, — мать с тревогой заныла, — только не вздумай ничего с собой натворить.

Даша дернула щеколду, рванула дверь, и Лилия Александровна налетела на нее, едва не сбив с ног. Потом крепко обняла и заплакала:

— Ничего, дочка, ничего, все как-нибудь образуется!

Даша успокаивающе погладила ее по седеющим волосам. Выходит, мама все-таки волнуется о ней, а не о сорванной свадьбе.

— Ох, — горестно всхлипнула Лилия Александровна, — как же я теперь всем скажу? Что люди скажут? Но ничего, дочка, ничего, — спохватилась она, — все как-нибудь образуется.

Дома воцарилось похоронное настроение, и, не в силах этого выносить, Даша сбежала к Соне. Реакция подруги на новость была ожидаемо-шокированной.

— Как, свадьбы не будет? — Соня всплеснула руками, быстро спровадила мужа с сынишкой на прогулку, в пять минут выставив их за порог, и нетерпеливо потребовала: — Рассказывай!

Даша рассказала все, без утайки. Как встреча с отцом раскрыла ей глаза на отношения с Феликсом. Как Антон помогал ей выбрать свадебное платье, а она ему — костюм жениха.

— Вот ведь партизанка! — поразилась Соня. — И молчала!

Даша поведала также, как с замирающим сердцем спешила к нему в студию, как увидела свои фотографии, как Антон поцеловал ее и они уже не смогли остановиться, как он сделал ей предложение, а звонок Аленушки и данное Антоном обещание разрушили их счастье.

— Ты прости меня, Даш, плохая я подруга, — покаялась Соня, — все защищала Феликса, думала, ты будешь с ним счастлива, вместо того, чтобы разобраться, что у тебя на сердце. Семейное счастье ведь не высчитаешь, не измеришь… Хороший Феликс парень, но выходит по всему, что не твой.

— А мой на другой женится, — понурилась Даша.

— Так, может, еще не женится? Он же тебе пообещал!

Даша безнадежно махнула рукой.

— Он Аленушку в беде не бросит. Иначе сам себе не простит. Он ей должен — она его в больнице выходила.

— А если бабулька поправится?

— Пока она поправится, до свадьбы считаные дни останутся. Что уж там потом сделаешь?

— Да, — протянула Соня, — только бабулька оправится, как ее новый удар хватит. Ой, извини! — спохватилась она.

— Да ладно, Сонь, что я, сама не понимаю? Дело безнадежное. — Даша уныло вздохнула и заела свое горе румяным домашним блинчиком с вареньем.

— Ты кушай, кушай, — обрадовалась Соня и подвинула к ней тарелку.

— Только это теперь и остается!

На маленьком телевизоре в углу кухни Карлсон кружил над столом и с ликованием восклицал: «Случилось чудо! Друг спас жизнь друга!»

Вот бы и в ее жизни случилось обыкновенное чудо, подумала Даша, Антон бы не женился на Аленушке, ее бабушка оставалась жива-здорова, Антон вернулся к Даше, а Аленушка нашла бы себе другого жениха и тоже была бы с ним счастлива.

Но в жизни не бывает чудес. Бывают только обломы.

Выйдя на работу на следующий день, Даша решила творить чудеса своими руками. Все началось с печальной миловидной блондиночки, которая хотела уехать куда угодно к морю, лишь бы поскорей. Даша прониклась сочувствием к молоденькой клиентке, судя по всему, переживавшей личную катастрофу, как и сама Даша. Она подобрала ей выгодный тур в симпатичный отель на безвизовом Кипре, блондинка равнодушно взглянула на фотографии и сразу согласилась. Ничего, подумала Даша, оформляя путевку, солнце и море лечат, и девушке обязательно станет легче, когда она окажется на острове. А прелесть отеля и красоты моря девушка еще непременно оценит на месте и еще вспомнит Дашу добрым словом. Может, блондиночке повезет встретить какого-нибудь симпатичного туриста или любвеобильного аборигена, который поможет ей забыть о неудачном романе, скрасит одиночество и снова научит улыбаться. Даша специально отправила ее на самый молодежный курорт Кипра, Айя-Напу, чтобы повысить шансы девушки на курортный роман.

Ближе к обеду пришел обаятельный рыжий парень, который сыпал шутками, кипел энергией молодости и мгновенно очаровал Дашу. Рыжий хотел отправиться в Турцию и сетовал, что никто из друзей не смог составить ему компанию.

— А подружки? — не удержалась от вопроса Даша.

— Да ну их! — Рыжий махнул рукой и откровенно признался: — Любимой нет, а лишь бы с кем неохота.

Выяснилось, что каникулы рыжего совпадают по времени с поездкой безутешной блондиночки, и Даше пришла в голову шальная идея.

— А что, если я предложу вам отличную путевку на Кипр? — предложила она. — Симпатичный отель в Айя-Напе, на молодежном курорте, первая линия, лучшие дискотеки поблизости. И сейчас на него действует специальное предложение!

«Под названием «Найди свою любовь», — мысленно добавила она.

— А что, — рыжий с интересом взглянул на фотографии, его глаза зажглись, — можно!

— Тогда я оформляю! — обрадовалась Даша, забирая его паспорт.

Оказывается, быть доброй феей легко. Только бы молодые люди понравились друг другу и закрутили роман! Мысленно представив их вместе, Даша решила, что они составляют красивую пару. Кипучая энергия и бесшабашное веселье рыжего — как раз то, что исцелит от депрессии миловидную блондинку.

Позже, в недолгое затишье, когда в офисе не было посетителей, Даша услышала разговор коллег.

Замужняя Алла жаловалась, что ее младшей сестре не везет с мужчинами.

— А ведь Ася и умница, и красавица, и хозяйка замечательная. Добрая, скромная, покладистая, не вертихвостка какая-нибудь! Ну где ей нормального мужика найти? — сокрушалась Алла. — Ей свою семью пора, а она все с чужими малышами возится, работает учительницей музыки в доме творчества.

Даша задумчиво повернулась к коллеге.

— Скажи-ка, Ал, а котов твоя сестра любит?

— Ох, любит! — горячо откликнулась та. — Так и тащит домой с улицы, а потом пристраивает по всему Интернету. Как к ней ни приду — у нее все новые.

— Знаешь, кажется, у меня есть кое-кто на примете, — сказала Даша.

Алла с интересом уставилась на нее.

— Парень добрый, щедрый, хозяйственный. Работает в банке, ходит в бассейн… Что там еще? — Даша наморщила лоб, вспоминая. — О, три иностранных языка знает!

— Да разве в языках счастье! — нетерпеливо перебила ее Алла. — Даш, а кто он?

— Сын одной моей клиентки, которая скоро должна вернуться из Греции. И она очень озабочена тем, чтобы найти ему хорошую невесту.

— Маменькин сынок? — насторожилась Алла.

— Не факт, — возразила Даша. — Очное свидание покажет.

— А что, можно попробовать, — согласилась Алла.

— Я проверю, когда она возвращается, и ей позвоню, — пообещала Даша, с надеждой загадав: только бы и у этих двоих все сложилось!

Больше в тот день не удалось побыть феей, соединяющей сердца. Клиенты шли парами и семьями и в помощи фей не нуждались.

Зато Даша исполнила одно чудо, о котором давно мечтала сама. Девушка с предвкушением взглянула на заставку на мониторе и радостно улыбнулась. Совсем скоро она будет там — среди кокосовых пальм, на берегу лазурного моря, где фантастические закаты и волшебные рассветы. Вчера вечером у нее состоялся разговор с отцом. Тот поддержал ее решение, признавшись, что не был уверен в том, что Феликс сделает Дашу счастливой. Он взял на себя все хлопоты, связанные с отменой свадьбы, а Даше посоветовал развеяться и съездить туда, куда она давно мечтала. Ее накоплений с учетом премии за продажу тура в «Эдем» вполне хватало на путевку на одного, и она решила сбежать на Мальдивы — лишь бы не оставаться в Москве в день свадьбы Антона с Аленушкой и своей несостоявшейся свадьбы с Феликсом.

Понимающая Стелла Анатольевна легко согласилась подписать отпуск:

— Конечно, Даш, о чем речь! Свадебное путешествие — это святое!

Даша помолчала, сомневаясь, стоит ли говорить правду. Начальница подмахнула заявление, и она призналась. Все равно не удастся скрыть, что свадьба сорвалась.

— Я лечу одна, Стелла Анатольевна. Свадьбы не будет.

— Как же так? — Та ахнула и сочувствующе взглянула на нее: — Даш, он что, тебе изменил?!

Даша покачала головой. Все произошло с точностью до наоборот, но ей не хотелось откровенничать с начальницей.

— Ладно, Крылатова, не переживай, — принялась утешать ее та. — Поезжай в отпуск, развейся.

Слух о том, что Крылатова больше не невеста, мигом разнесся по офису, и вот уже, как в первый день, когда стало известно о Дашиной свадьбе, ее обступили любопытные коллеги.

— Даш, это правда? — загалдели они. — Что случилось? Вы поругались? Кто отменил свадьбу, ты или он? А платье ты уже купила? Что будешь с ним делать, вернешь?

— Нет, — уверенно ответила она. Платье принадлежало ей вместе с воспоминаниями об Антоне. Даже если она больше никогда не увидит Задорина, даже если она никогда не выйдет замуж, платье останется с ней.

А Антона надо решительно вычеркнуть из жизни. Даша удалила страничку в социальной сети, даже не прочитав десяток сообщений от Антона, внесла его номер в черный список на мобильном, но он все-таки дозвонился ей на рабочий.

— Даша, пожалуйста, не бросай трубку!

— Ты уже заказал лимузин? — сухо спросила Даша. — А голубей?

— Даш, ну что ты.

— Пока ты готовишься к свадьбе, не звони мне, — строго перебила она. — Я очень тебя прошу.

— Что я слышу! — с любопытством повернулась к ней вредина Яна. — Так, так, так! Ты изменяла своему Зубастику с чужим женихом?

К счастью, в офисе стоял шум-гам, связанный с вечерним наплывом клиентов, и другие сотрудники оказались заняты и их не слышали.

— Я изменяла себе с Феликсом, — вырвалось у Даши. К ее изумлению, Яна взглянула на нее с уважением.

— Я так и подозревала, — призналась она безо всякого злорадства. — А твой Зубастик никогда мне не нравился. Он скучный, как кариес!

Они переглянулись, как заговорщики, и вернулись к своим делам. Даша не питала иллюзий, что они с Яной станут подругами, но ее враждебность к Феликсу, как оказалось, не была женской завистью. Яна видела, что Даша совершает ошибку, и пыталась ей об этом сказать, как могла.

Пока выдалась свободная минутка, Даша забронировала авиабилеты и послала запрос на островок свой мечты. Она успевала уехать по горящей путевке послезавтра и благодаря спецпредложению могла позволить себе целых десять дней в раю. Через час ей пришло подтверждение. Даша довольно откинулась в кресле и мечтательно уставилась на заставку на мониторе. Она уедет за неделю до свадьбы и забудет обо всем, что не сбылось.

Глава 14

Свадебное путешествие

Островок мечты оказался еще прекрасней, чем на фото. Таких ярких красок Даша не видела даже на палитре художника. Небо — изумительно-голубое, вода — прозрачной бирюзовости, песок — ослепительной белизны. Полсотни домиков выстроились вдоль берега в тени пальм и экзотических деревьев. С рестораном, административным корпусом и пристанью их соединяли песчаные дорожки, по которым Даша ходила босиком. Здесь не было ни шума, ни машин, ни звонков, ни забот, и кусочек суши в океане казался другим миром — прекрасным, безмятежным, полным радости и покоя.

Она вставала на рассвете, чтобы застать остров спящим и безлюдным. Бродила по пустому пляжу, любуясь тем, как розовеет горизонт, гоняла крабов, считала морских звезд, наблюдала за резвящимися в воде рыбами и за застывшей у берега цаплей. В этот ранний час остров принадлежал только ей, и казалось, что Даша на нем одна.

Днем она слушала шепот пальм, скрывалась от палящего солнца на шезлонге в тени, читала книги, плавала с маской, открывая для себя все новых невиданных рыб, и однажды даже видела черепаху!

А вечерами приходила на пирс и, свесив ноги с мостика, любовалась закатом. Ее соседи без конца щелкали фотоаппаратами, но Даша взяла свой только однажды. Была особенная прелесть в ускользающей мимолетности прекрасного вечера, и девушка хотела сохранить ее не на диске, а в своем сердце. Потом, когда солнце скрывалось за горизонтом, Даша возвращалась к своему домику по пляжу, выглядывая в море скатов-орляков. Эти удивительные, похожие на парящих в воде хищных птиц создания по вечерам подплывали к самому берегу, и иногда один из них сопровождал Дашу до самого домика.

Дни сменялись, похожие один на другой, наполненные негой и покоем. И было в этом привычном затишье какое-то умиротворяющее постоянство. Плечи Даши покрылись загаром, волосы выгорели на солнце добела. На нее, приходящую в ресторан в одиночестве, оборачивались мужчины. В основном отдыхали парами, но несколько холостых туристов подходили познакомиться. Щедрый англичанин прислал бутылку вина, практичный немец предложил прогулку по пляжу, темпераментный итальянец восторгался ее красотой. Даша оставалась равнодушной к этим знакам внимания, а по ночам ей снился Антон, который так и не решился порвать с Аленушкой и пытался неумело оправдаться перед Дашей.

Ее отпуск подходил к концу, когда она увидела, как на пляже у пирса, с которого виден закат, возводят цветочную арку. Два официанта установили сбоку стол, а третий спешил туда с белой скатертью и белыми чехлами для стульев.

Даша оплыла половину острова с маской и, уставшая, шла по берегу с ластами в руках.

— Что здесь будет? — спросила она по-английски у темнокожего парня, который застилал скатертью стол.

— Свадьба! — сверкнул белозубой улыбкой тот.

— А какой сегодня день?

Она вздрогнула, когда официант назвал дату. День их несостоявшейся свадьбы с Феликсом. День свадьбы Антона с Аленушкой. Солнце клонится к закату — должно быть, они уже расписались.

К главному причалу перед ресепшеном подъехал катер. С него спрыгнул высокий и спортивный парень в футболке и шортах, издалека похожий на Антона. В руках у него были чехлы со свадебным платьем и с мужским костюмом. Наверное, курьер, решила Даша и поспешила к себе в номер.

Ей хотелось запереться в своем домике, трусливо пересидеть чужую свадьбу за закрытыми дверями, но, приняв душ и подсушив волосы феном, она решила не пропускать волшебный закат. Может, таких закатов в ее жизни будет всего десять, тем более ценен каждый. Она посмотрит закат не с причала, у которого будет свадьба, а из бара у бассейна, возьмет коктейль и отметит свое мальдивское одиночество.

Даша надела легкий короткий сарафан, толкнула дверь, собираясь выскочить за порог, и застыла при виде нежданного гостя. Наверное, она перегрелась на солнце. Наверное, у нее солнечный удар. Наверное, она сошла с ума. Потому что увидела Антона, который стоит на пороге ее домика, занеся руку, чтобы постучать.

— Привет, — тихо сказал он. — Можно я войду?

Он был одет в свадебный костюм, который она для него выбрала.

— Почему ты не на свадьбе? — ошеломленно пробормотала Даша.

— Свадьбы не было. — Не дожидаясь приглашения, он шагнул к ней.

— Почему? — спросила Даша, глядя на него снизу вверх.

— Потому что я люблю тебя, — с обезоруживающей простотой признался он.

В ту же минуту словно морская волна швырнула обоих навстречу друг другу, и их губы встретились в неистовом, как десятибалльный шторм, поцелуе. У Даши голова шла кругом, она не могла поверить в то, что Антон приехал сюда за ней, что этот поцелуй — не мираж, а реальность, от которой захватывает дух.

— Пойдем скорей, — прошептал он, отстраняясь, — иначе опоздаем.

— Куда? — удивилась Даша.

— На свадьбу, — он кивнул в сторону пляжа.

— Нас пригласили? — снова удивилась она.

— Это же мы женимся, — широко улыбнулся он.

— Что? — оторопела Даша.

— Извини, что так неожиданно. Я должен был прилететь еще вчера и успеть тебя подготовить, но рейс задержали, а церемония уже была заказана на сегодня. Поэтому времени на раздумья у тебя нет. Принцесса, — он поймал ее руку, — ты выйдешь за меня?

— И ты еще спрашиваешь? — Даша радостно взвизгнула. — Конечно!

Она лихорадочно заметалась по номеру.

— Что же мне надеть?!

Антон выглянул наружу и вернулся с чехлом, в котором лежало ее свадебное платье. Даша, не веря себе, дернула молнию и вытащила наряд.

— Так это был ты! — Она подняла глаза на Антона. — Это тебя я видела на причале, только ты был в майке и в шортах.

— Как видишь, я успел принарядиться. Хотя ужасно страдаю теперь, — он шутливо поморщился. — Такой костюм не для тропиков. Так что пощади меня, одевайся скорей. Да и закат ждать не станет. — Он взглянул на часы. — Нам надо быть на месте через десять минут.

— Сейчас-сейчас! — засуетилась Даша. — Мне же еще надо причесаться!

— Я побуду на улице, чтобы не мешать.

— Подожди! — Даша вцепилась ему в рукав. — Я сейчас с ума сойду! А как же свадьба с Аленушкой? Что случилось?

— Все в порядке. Бабуля оказалась крепче, чем мы думали. А Аленке я все объяснил.

— И как она? — виновато спросила Даша.

— Расстроилась, конечно. Но, кажется, она и сама поняла, что мы не пара. К тому же, — хмыкнул Антон, — я совсем не понравился ее бабуле.

— Дай бог ей здоровья! — горячо воскликнула Даша и вытолкнула Антона за дверь.

За пять минут она успела надеть платье, кое-как уложить волосы в подобие прически и брызнуться духами.

— Скоро ты там? — Антон нетерпеливо постучал.

— Представь, что ты ни разу не видел меня в этом платье, — крикнула через дверь Даша и порхнула за порог.

— Ух ты! — Антон завороженно застыл. — Я и забыл, какая ты в нем красивая. Но сейчас ты еще красивее, чем в прошлый раз, — порывисто добавил он, — потому что моя невеста.

Даша счастливо улыбнулась, шагнула к нему и только сейчас заметила, что Антон — в туфлях, а она — босиком.

— Что же мне обуть? — растерялась она. На крыльце стояли ее шлепанцы и вьетнамки, но ни одни не подходили к свадебному платью.

— Твоя мама не дала мне туфель, — виновато протянул Антон.

— Моя мама? — изумилась Даша.

— А ты думаешь, как я добыл твое платье — выкрал, что ли?

Даша ошеломленно тряхнула головой. Не верилось, что Антону удалось уговорить ее мать.

— Принцесса, нам пора, — заторопил ее он, глянув на солнце.

— Пойду так! — Даша, приподняв платье, шагнула босиком на песок.

— Тогда я тоже, — Антон торопливо снял туфли и носки. — А то чувствую себя кретином. Можно я пиджак тоже сниму? А то жарко очень, — он с мольбой взглянул на Дашу.

— Ладно, — разрешила она. — Я удивляюсь, как ты вытерпел в нем до сих пор.

Антон с наслаждением скинул пиджак, оставшись в рубашке с коротким рукавом. Дашина любимица-ящерка, вырвавшись на свободу, приветливо махнула хвостом. Антон ступил босыми ногами на песок.

— Бежим жениться?

По дороге Даша успела задать кучу вопросов.

— Так мама что, знает о свадьбе?

— Знает, конечно.

— И она что, согласна?

— Более-менее. Ты ведь знаешь, что свадьба, которая нас ждет, просто красивая церемония и не обладает юридической силой? — напомнил Антон.

— Еще бы! — Даша кивнула. Конечно, она знала, она ведь не раз консультировала пары, которые хотели обменяться клятвами на берегу моря.

— Так что по нашим законам мы не станем супругами. По-моему, твоя мама надеется, что до загса мы не дойдем.

Даша испытующе взглянула на него.

— Что? — рассмеялся Антон. — Я готов хоть завтра!

— А как ты узнал, что я здесь? Тоже от мамы?

— Мне помогла одна милая девушка с твоей работы. Она и отель подсказала, и путевку срочно оформила. Кажется, ее зовут Яна.

— Яна? — изумленно переспросила Даша, едва поспевая за Антоном. Она никогда бы не подумала, что именно вредная Злыгостева сыграет для нее роль доброй феи. Вот это чудеса!

Запыхавшись, они свернули с песчаной тропинки и выбежали на пляж к пирсу.

Там уже собрался народ. Отдыхающие пришли ради заката, но при виде жениха с невестой радостно загалдели, захлопали и замахали руками. Защелкали вспышки фотоаппаратов. В это же время музыкант заиграл на гитаре главный романтический хит всех морских курортов «Уои’ге ЪеаийГиЪ)12

— Извини, что не наша песня, — шепнул Антон. Парень, крепко держа Дашу за руку, вел невесту к цветочной арке. — Русских он не знает.

— Ничего, — усмехнулась Даша, вспомнив, как их песня на повторе звучала в студии весь вечер, — в последний раз я наслушалась на год вперед.

У арки их встречал улыбчивый мальдивец в белых одеждах. Он надел на шею Даше и Антону ожерелья из орхидей, и церемония началась.

Все было именно так, как мечтала Даша. Морской берег, мягкий песок, заходящее солнце. Ласковый ветер играл с ее волосами, в паре шагов плескали волны, и самый любимый на свете человек крепко держал ее за руку, глядя на нее с нежностью, от которой замирало сердце. И девушке было неважно, что их брак, овеянный теплым ветром и освещенный розовым закатным солнцем, не имеет законной силы. Главное, что Антон здесь, рядом с ней. Он прилетел за ней на край света, и Даша точно знала, что теперь ничто их не разлучит.

Она не слышала английских слов, которые говорил ведущий церемонии, опомнилась, только когда Антон тоже по-английски сказал:

— Да, беру.

— Да, беру, — эхом откликнулась Даша.

И раньше, чем разрешил ведущий, Антон нетерпеливо притянул ее к себе и скрепил их союз поцелуем.

Люди на пирсе бурно зааплодировали и защелкали своими «мыльницами». Официант, сообщивший Даше сегодня о свадьбе, приблизился к ним и сделал несколько кадров профессиональным фотоаппаратом.

Антон нехотя оторвался от Даши, и они еще немного попозировали у цветочной арки и на фоне моря. Потом присели за стол с белой скатертью, выпили по бокалу прохладного шампанского, закусив его ананасом, и снова поцеловались. Затем Антон отобрал фотоаппарат у парня:

— Спасибо, друг, теперь я сам пофотографирую свою невесту.

Даша шла по берегу моря, придерживая платье и без устали дурачась. Она то, вытянув губы, посылала камере и Антону, спрятавшемуся за ней, воздушный поцелуй, то прыгнула в накатившую волну, подняв столп брызг, то принялась извиваться в танце, а потом подпрыгнула высоко-высоко, словно ее держали крылья. Антон заснял ее в этом полете: волосы летят, глаза смеются, платье похоже на оперение дивной птицы.

— Я так счастлива, — призналась Даша, обняв его.

— А я буду еще счастливее, когда сниму с тебя это платье. — Антон нетерпеливо подхватил ее на руки и понес к домику.

Эпилог Год спустя

Блуждая среди полок с детскими товарам, Даша в растерянности хваталась то за ползунки, то за развивающие игрушки и в итоге набрала целую тележку. С рождения сынишки ей удалось вырваться в магазин впервые. Лилия Александровна осталась посидеть с внуком, отпустив дочь за покупками.

Даша толкнула тележку, сворачивая в другой ряд, и чуть не сбила с ног мужчину, в замешательстве застывшего перед детскими кроватками.

— Извините! — автоматически воскликнула она и в следующую секунду узнала его. — Феликс?

— Даша? — Он изумленно взглянул на нее, потом на гору ее покупок, поверх которой лежали голубые штанишки и резиновая игрушка-кораблик. — У тебя мальчик?

— Да, Владик, — с теплотой ответила Даша.

— Сколько ему?

— Почти три месяца.

Она забеременела еще на Мальдивах, и малыш был точной копией Антона — белокурый, вихрастый и непоседливый.

— Поздравляю! — с рыцарской вежливостью произнес Феликс, как будто они были просто знакомыми, как будто год назад они и не собирались пожениться, как будто она не сбежала от него перед свадьбой.

— А ты?.. — Даша вопросительно глянула на бывшего жениха.

— Я вот…

— Вот ты где! — Сначала Даша узнала этот ликующий голос, а уже потом связала его с той миловидной беременной девушкой, которая колобком подкатилась к Феликсу.

— Аленушка? — Даша в изумлении отмечала перемены в бывшей невесте Антона. Беременность, подошедшая к середине срока, красила ее, придавая женственности, и даже полнота шла ей, делая похожей на царевну Забаву из мультика про Летучий корабль.

— Даша? — Девушка на миг растерялась. Даша знала, что Антон признался Аленушке, что уходит к ней, поэтому встреча с соперницей вряд ли доставила беременной радость. Она сложила руки на животе, словно защищаясь. На безымянном пальце правой руки блеснул золотой ободок обручального кольца.

Феликс успокаивающе приобнял Аленушку за плечи, и Даша увидела на его руке парное кольцо.

— Вы поженились? — спросила она в полнейшем ошеломлении.

— Еще в сентябре, — с гордостью ответила Аленушка, поглаживая живот, и влюбленно взглянула на Феликса.

Даша поняла, что мечта Аленушки об образцовой семье сбылась. Феликс ответил беременной жене взглядом, полным нежности. И как Даша не видела раньше, что ее бывший жених и бывшая невеста Антона составляют идеальную пару? У них были похожие мечты, одинаковые представления о браке. Наверняка и свадьба у них была пышная и традиционная

— как и хотел Феликс, как и мечтала Аленушка. Нет никаких сомнений, им оказалось легко договориться. Но как же так вышло, что между ними завязался роман?

— Даш, вот ты где! А я тебя везде ищу! — донесся из-за спины голос Антона. — Ух ты, сколько набрала. Ты не увлеклась, родная?.. — Он осекся, заметив Дашиных собеседников. — Вот это встреча… Привет, Аленка… и Феликс.

— Мой муж, — лучась от счастья, представила Аленушка.

— Ну вы даете! — потрясенно выпалил Антон и задал вопрос, который мучил Дашу: — Но как же вы?..

Аленушка тихонько рассмеялась.

— Помнишь, у меня разболелся зуб?

— А я узнал у Даши телефон Феликса, — вспомнил Антон. — Кто бы мог подумать!

— Тогда между нами ничего не было, — строго возразила Аленушка. — Мы начали встречаться уже после того, как свадьбы отменились.

— Так, значит, ты на меня не сердишься? — спросил Антон.

Аленушка с улыбкой покачала головой:

— Что ты, я так счастлива!

— А ты? — спросила Даша у Феликса.

Тот тепло взглянул на жену, и этот взгляд был очевидней любых слов.

— Я рад, что все именно так получилось, — заметил он. — Ведь если бы мы все не встретились тогда в загсе.

— Не говори так! — бурно запротестовала Аленушка. — Даже думать об этом не хочу!

Как же все-таки хорошо, что они все тогда встретились, счастливо подумала Даша, с любовью глядя на Антона. Ведь если бы они разминулись, сейчас вместо двух счастливых семей было две несчастных. Как же это все-таки важно — встретить своего человека.

— А вы?.. — Аленушка взглянула на их руки без колец. — Женаты?

— С прошлого лета, — сказала Даша.

Она считала датой их свадьбы церемонию на Мальдивах, но официально они поженились два месяца спустя, когда она узнала о беременности. Антон настоял, что ребенок должен родиться в браке, и они расписались в узком кругу родителей и друзей, а потом отправились на прогулку на теплоходе. Лилия Александровна сожалела, что ей не удалось позвать всех своих подруг, но Даша настояла на своем — эта свадьба была именно такой, какой хотели они с Антоном. Там же пригодилась и фата, которую Антон, в спешке собираясь на Мальдивы, забыл дома.

Кажется, в день свадьбы на них свалились все возможные недобрые приметы — соседка с пустым ведром, черная кошка, заглохший по пути автомобиль, чудовищная пробка на дороге. Антону пришлось ловить милицейский «уазик», и тот, включив сирену, домчал их до загса. Вот это было приключение! Лилия Александровна, правда, беспрестанно сокрушалась, что это не к добру, но Даша с Антоном хохотали всю дорогу. Дашина мама не сразу, но приняла Антона и признала, что с ним Даша светится, чего никогда не было рядом с Феликсом. А уж когда родился Владик и Антон проявил себя как нежный и заботливый отец, Лилия Александровна полюбила зятя, как родного.

— И у нас сын! — просиял Антон.

— Поздравляю! — искренне улыбнулась Аленушка и погладила живот. — А у нас, кажется, дочка.

Они тепло распрощались, и молодая семья Смирновых принялась присматривать детские кроватки. Даша услышала, что Аленушка, следуя приметам, не хочет покупать вещи до родов, но покажет, что ей нравится, чтобы Феликсу было проще определиться с выбором.

— Поверить не могу, что они вместе, — Антон потрясенно обернулся вслед этой паре и сгрузил в тележку несколько игрушек для сына, которые выбрал, пока Даша в одиночку бегала по магазину.

— А не рановато ему еще? — Она скептически взяла в руки автомат и конструктор «Лего».

— Вырастет, — не смутился Антон. — А потом таких уже не будет, все разберут!

Даша с улыбкой положила игрушки обратно. Пусть будут. Сонин Егорка тоже совсем недавно лежал в пеленках, а теперь вовсю играет в паровозы. Надо, кстати, и ему что-нибудь прикупить. Даша все-таки крестная!

Они вернулись к отделу игрушек, и у полки для малышей Даша вдруг заметила еще одно знакомое лицо. Стройная красавица-брюнетка задумчиво вертела в руках погремушку. Белоснежка! А рядом молодой принц ей под стать. На безымянном пальце девушки не было кольца, но то, что парочка без ума друг от друга, становилось заметно невооруженным взглядом.

— Как думаешь? — советовалась Белоснежка с парнем.

— Я в этом ничего не понимаю, солнышко. — Тот нежно обнял ее. — Но вроде прикольная.

— Я тоже ничего не понимаю, — призналась она. — Но надеюсь, что Тане и ее дочке понравится.

Как здорово, что Белоснежка все-таки вовремя одумалась, сбежала от гнома и влюбилась в принца, улыбнулась Даша. Ее так и подмывало окликнуть девушку и расспросить подробности, но она не решилась ее потревожить. Вряд ли ту обрадовало бы напоминание о гноме.

Даша положила в тележку, которую вез Антон, модель паровоза и двинулась к кассе. По пути они снова встретили Феликса с Аленушкой и приветливо махнули им рукой. Как все-таки причудлива жизнь!

— А представь, если наши дети через много лет встретятся, полюбят друг друга и решат пожениться, — сам того не ведая, Антон повторил давнее предположение Аленушки.

— Я уже ничему не удивлюсь! — рассмеялась Даша. — Но в таком случае представь, какую пышную свадьбу придется играть. Только со стороны невесты будет сотня гостей.

— Ужас! — Антон вздрогнул.

— Начинай копить, папаша! — Даша нежно чмокнула мужа в нос и подтолкнула к кассе. Ей не терпелось вернуться к сынишке.

Content

Юлия Набокова
Свадьба моей мечты

Глава 1 Предложение по плану

Глава 2 Все дороги ведут в загс

Глава 3 Семейная ценность

Глава 4 Встреча выпускников

Глава 5 Свадебный шопинг

Глава 6 Свадебное платье принцессы

Глава 7 Два жениха

Глава 8 Поцелуй под дождем

Глава 9 Семейный совет

Глава 10 Свадебный чизкейк

Глава 11 До свадьбы заживет

Глава 12 Фотосессия с последствиями

Глава 13 Свадьбы не будет

Глава 14 Свадебное путешествие