Куплю невесту. Дорого

Мира Славная

1

- Виктория, у вас блестящее резюме, хороший опыт работы и я думаю, что вы справились бы со всеми возложенными обязанностями, - вещала сидящая напротив меня дама, и я уже мысленно подписывала трудовой договор и отрезала кусок от праздничного торта.

- Я уверена, что смогу оказаться полезной компании, - совершенно по-деловому поддакнула я, старательно копируя интонацию своей собеседницы.

Мне очень-очень нужна была эта работа. И пускай меня пока все здесь немножко пугает. И эта мисс безупречность, проводившая собеседование. Одета в костюм от Шанель, волосы гладко уложены. Она посматривала на меня из-за стекол очков в тонкой оправе так, словно пыталась рассмотреть насквозь.

Пугал и этот жутко современный офис. Все здесь было дорогим, статусным и очень стильным. Начиная от  диванчиков в приемной и заканчивая техникой, подмигивающей светодиодами на многочисленных светлых столах.

Но я обязательно привыкну, я справлюсь!

- Однако я вынуждена отказать вам, - беспристрастно закончила свою речь моя собеседница.

Шлеп! Это праздничный торт, занимавший центральное место в моих мечтах, грохнулся к ногам, забрызгав меня воображаемыми масляными пятнами. Ну, то есть, ощущение было именно такое. До этого самого момента мне казалось, что все складывается наилучшим образом.

- Но как же так? – сникнув, промямлила я. – Вы же говорили, что резюме и опыт…

Голова строгой дамы чуть-чуть повернулась относительно туго застегнутого воротничка, и на меня оценивающе уставилась пара глаз стального оттенка.

- Скажу вам откровенно, - наконец решилась она открыть мне секрет поражения. – Наша компания является частью большого европейского холдинга. Его руководство ориентировано на сохранение и приумножение семейных ценностей, и у нас есть негласное правило брать на работу только людей, состоящих в браке.

Может быть, соврать, что у меня уже есть жених, просто мы против всех этих условностей типа штампа, но очень дорожим семейными ценностями и всем таким прочим?

- К тому же, должность, на которую вы претендуете, предполагает командировки по всему миру, - продолжала безупречная дама ледяным тоном. - А одинокой девушке вашего возраста получить визу в некоторые страны практически невозможно.

Да уж, есть такие страны, куда визу без официальной регистрации брака не дадут, это факт.

- И ничего нельзя сделать? – я смотрела на Железную леди с отчаянием.

- Отчего же… - она улыбнулась почти доброжелательно и понизила голос. - Должность останется вакантной еще несколько дней, пока не вернется из командировки заместитель генерального директора. И если за это время вы выйдете замуж, то…

- Всего доброго! – звонко пропела секретарша, одиноко восседающая в огромном холле за стойкой, больше похожей на трибуну. Интересно, мне показалось, или в ее голосе действительно были злорадные нотки?

- И вам счастливо оставаться, - в тон ей ответила я.

Хотелось хлопнуть дверью приемной. Но я не стала. В конце концов, кто сказал, что я не получу эту работу?

Из офиса я выходила в задумчивости. Она разительно контрастировала с кипучей энергией, которой были полны сотрудники этой компании. Мимо меня проносились мужчины в развевающихся от быстрой ходьбы галстуках, дефилировали женщины, виляя бедрами, туго затянутыми в юбки-карандаши. Как бы я хотела так же деловито хлопать солидной деревянной дверью, бежать по широкому коридору, держа в руках кипу бумажек и, встречая коллегу, на ходу важно кидать ему: «Иван Иваныч, у меня к вам срочное дело, зайдите через пять минут».

Нет уж, я использую даже самый призрачный шанс. Не для того я приехала в столицу, чтобы так просто сдаваться!

Оказавшись на улице, я решительно достала телефон.

- Алло, - ответил на том конце заспанный мужской голос.

Ну да, всего-то полдень. Кто встает в такую рань!

- Привет, Леш, давай поженимся, -  выпалила я сразу.

Терять драгоценное время совершенно ни к чему.

- Ага, не приняла столица провинциальную дурочку! - мигом проснулся и загоготал мой собеседник. – Сколько ты там продержалась? Даже меньше, чем я предполагал.

Да уж, нашла к кому обратиться за поддержкой! Вряд ли найдется человек, который верил бы в меня меньше, чем мой бывший.

Я уже вдохнула, чтобы разъяснить ситуацию, но он продолжал глумиться:

- Ну ладно, Леша добрый, Леша подумает, принимать ли тебя назад, если хорошо попросишь, - самодовольно продолжал он. – Такую хорошую работу потеряла, идиотка…

Ну все, достаточно!

- Нет, ты не понял. Фиктивно. Мне нужен только штамп в паспорте, чтобы устроиться на работу, - прервала я его поток мыслей. – Я заплачу, если нужно. Тут хорошая должность и зарплата тоже....

- Чего?… - крякнул в трубку Леша и замолчал. Немного посопел, видимо, обдумывая полученную информацию, и нажал на отбой.

Что ж, этот план провалился. Вполне ожидаемо, хотя попытаться я все-таки должна была. А вдруг у Лешки проснулись бы какие-то человеческие чувства? Нельзя же сбрасывать со счетов элемент чуда.

Я огляделась по сторонам. Жизнь в мегаполисе била ключом. Куда-то бежали люди, тревожно гудели машины, требуя уступить дорогу, и даже птицы вели себя непривычно суетливо. Все здесь так разительно отличалось от сонной атмосферы, царившей в моем родном городке. И как же мне нравилось это вечное движение, не прекращающееся ни днем ни ночью!

Интересно, трудно будет за пару дней найти мужа в этом густонаселенном городе?

2

- Я сказал, ты на ней женишься! – Кустов-старший хлопнул рукой по столу, и чашки с ложками испуганно звякнули. – Иначе пойдешь по миру с голым задом!

Они сидели за огромным столом в огромной гостиной. Горничная подала чай с печеньем, но он уже остывал – присутствующим было не до чайных церемоний.

Павел возмущенно фыркнул:

- Двадцать первый век на дворе. Люди женятся и разводятся добровольно. Не знаю, почему ты оказался не в курсе.

- Люди – да, - согласился Кустов-старший. - А мелкие засранцы, которые позорят семью, - нет.

Ну конечно! Как он сам об этом не подумал! Павел промолчал. А отец продолжал грозно выговаривать:

- Особняк заберу! «Золотого дракона» продам к чертям! Только и знаешь, что торчать там ночами со своими дружками-идиотами! Ты у меня в дворники пойдешь. Или вон на улицу – портреты рисовать. Ты ж художник!

Павел вздохнул. С тех пор как он вместо финансово-экономического пошел на худграф, это был один из любимых отцовских попреков. Впрочем, со второго курса худграфа его тоже отчислили, дав отцу еще один повод для упреков младшего сына в никчемности.

- Я не понимаю, - сбавил тон отец. – Чем она тебе не угодила?! Красавица! Умница! Образование!

Ага, а еще комсомолка и спортсменка…

- Она чертова стерва. Я ее боюсь, - честно признался Павел. Не слишком надеясь, что это возымеет эффект. И он не ошибся.

- Боишься? – отец захлебнулся возмущением. – А когда в койку ее тянул – не боялся?

- Это она… - вяло пробормотал он, уже понимая, что проиграл. – Напоила. Нарочно. Я вообще ничего не помню. Может, и не было ничего.

- Фото в интернете посмотри! Выглядит так, будто было. И проблемы с ее отцом мне не нужны. Мне с ним нужны хорошие деловые отношения, как и все последние десять лет.

Кустов резко поднялся.

- В общем так. Поплачь в подушку, или что там у вас полагается… Но к концу недели, чтобы сделал ей предложение. Или собирай манатки и выметайся из этого дома.

Он уже направился к выходу, и тут Павел заявил:

- Я не могу сделать ей предложение. У меня уже есть невеста. Она беременна. И в пятницу у нас свадьба.

Кустов-старший с минуту постоял на пороге, видимо, пока смысл сказанного дошел до него. А потом вылетел из столовой, с силой хлопнув дверью.

Да уж… Еще пара таких разговоров – и выселять из особняка никого не понадобится. Он просто рухнет, сложившись как карточный домик.

- Ну и зачем ты это сделал? – подал голос молчавший до сих пор Кустов-средний. То есть старший брат. Олег Кустов. Отцовская опора и надежда рода Кустовых. Уж он-то не попадает в глупые ситуации. И его бы не стали приносить в жертву интересам семейного бизнеса. Напротив, он этим бизнесом управляет на пару с отцом. Ай да молодец! – Ясно же, что никакой беременной невесты у тебя нет.

- Что, нажалуешься папочке? – буркнул Павел.

- Зачем? – пожал плечами брат и отставил в сторону фарфоровую чашечку. Все-таки кто-то пил этот чай, пока бушевала гроза. – В пятницу и так станет ясно, что ты соврал и никакой свадьбы не будет. Что тогда станешь делать?

- Будет! – Павел решительно поднялся из-за стола. – Еще как будет!

3

- Какой еще борщ? Что? Оральный... что?..

Фу. Мерзость! Я с силой надавила на кнопку отбоя и без сил уставилась в монитор.

Кажется, идея дать объявление о поиске фиктивного мужа за вознаграждение была не слишком удачной.

Искать мужа я начала сразу после собеседования. А где легче всего найти то, что нужно? Конечно в интернете! Обрести законного супруга - это, конечно, не ящик гвоздей купить, но я была готова к трудностям. То есть, тогда я думала, что готова, в теории. Но, как показала практика, это было сложнее, чем представлялось сначала.

Нет, откликов на мое объявление хватало. Но большую часть я отмела сразу, порадовавшись, что хватило ума не оставлять свой номер телефона. Через пару часов просмотра сообщений я могла бы написать научную работу на тему извращений и отклонений в интимной сфере мужской части населения столицы. Материала было предостаточно.

Но даже те, которые на первый взгляд показались вполне приличными, при  телефонном общении вызывали изумление.

Например, этот любитель борща и орального секса, кажется, не в курсе, что значит слово «фиктивный». Боже, неужели он и вправду думал, что найдется идиотка, готовая выложить кругленькую сумму за сомнительное счастье кормить его и и ублажать?

Я вздохнула и набрала новый номер:

- Здравствуйте, вы откликнулись на мое объявление о фиктивном браке.

- Добрейший вечерочек, - отозвался мужчина, растягивая буквы «о». – Воще-то я тут пока еще слегка женат, но ради такого дела разведусь. Ленка вона не против. Скока платишь?

- Боюсь, на ваши услуги у меня не хватит денег, - буркнула я и бросила трубку.

Жениться на мне за кругленькую сумму хотели многие. Фиктивный брак был здесь довольно распространенной услугой. Он открывал двери в столичную жизнь не только для меня, но и для толп тех, кто рассчитывал таким образом получить гражданство. Спрос родил предложение, но только вот какое-то слишком дорогое. Задешево столичные жители свои странички в паспорте отдавать не хотели.

Нет, ради такого дела не грех было бы и потратиться. В конце концов, можно и кредит взять, если, конечно, получится найти настолько рискованного сотрудника банка, способного выдать деньги безработной девице. Но мне-то нужно было кое-что большее.

Железная леди, отправляя меня совершать матримониальный подвиг, предупредила: придется хотя бы пару раз продемонстрировать своего законного супруга в рабочем коллективе. Время от времени в компании проводятся корпоративы, где присутствие вторых половинок – обязательное условие.

На секунду я представила, как появляюсь в дорогущем ресторане, разодетая в ультрамодное платье под руку с небритым товарищем в трениках и банкой неопознанного напитка в руке.

- Добрейший вечерочек, - протягивает он, обращаясь ко всем собравшимся, и громко икает.

Интересно, мадам Совершенство, которая проводила собеседование, сразу выставит нас из зала?

В компьютере в очередной раз что-то булькнуло. Этой сайт объявлений извещал о том, что нашелся еще один желающий прогуляться со мной до загса. Надежда, притаившаяся где-то в темных уголках моей души, оптимистично подняла голову. Но тут же снова свернулась клубочком:

«Я буду каждый вечер целовать твои ноги…» - писал очередной кандидат в мужья. Тьфу!

4

Павел удобно устроился на заднем сиденье автомобиля и перебирал записную книжку своего телефона. Список номеров, казавшийся бесконечным, неумолимо близился к финалу.

Михалыч – бессменный водитель – поглядывал на это дело с интересом. В нем Павел был уверен на все сто. То, что говорится в этой машине, никуда из нее не выйдет. Эх! Если отец исполнит свою угрозу и в самом деле отберет всё – куда ты денешься, верный кучер?

Конечно, отец не прав. Не такой уж Павел и иждивенец. Да, особняк, где он живет, принадлежит отцу. И клуб «Золотой дракон» тоже. Но управляет клубом Павел. И нормально управляет. Одним из самых модных и пафосных мест в столице его тоже сделал Павел. А те, кого Кустов-старший презрительно называет дружками-идиотами, может, и правда идиоты. Но они привели с собой других дружков-идиотов… И все они регулярно оставляют в клубе немаленькие такие деньги. Основная часть которых, кстати, течет на счет отца.

Но если тот, разозлившись, избавится от клуба, все станет весьма печально…

Так что… Павел перешел к следующему имени.

О! Яна! Когда-то она явно демонстрировала намерения взять на себя заботу об его домашнем очаге. Молодой человек решительно нажал на кнопку вызова и дождался, пока тоненький голосок пропищит в трубку свое «Алле».

- Яночка, привет! – оптимистично начал он. - Узнала?

Впрочем, после ответной тирады голос звонившего несколько сник:

- А у меня к тебе отличное предложение, - тем не менее продолжал он. – Выходи за меня замуж! Но только не по-настоящему… Я заплачу…

Попискивание в трубке стало настолько громким, что самые высокие нотки долетали даже до водителя.

- Ну что сразу козел… - уже совсем погрустнел Павел.

Но Яна этого уже не слышала. Высказав все свои мысли по поводу персоны собеседника, она нажала на отбой.

Да, словарный запас бывших пассий Павла разнообразием не отличался: заладили «козел» да «козел». Вот и Ангелина туда же, и хохотушка Танюшка и даже интеллигентка в третьем поколении Мария. Еще час назад задача найти невесту казалась не столь трудной. Все-таки на его стороне были достойная внешность, молодость и, чего уж там душой кривить, неплохое материальное положение и впечатляющие перспективы.

Телефон неожиданно зазвонил. Неужели кто-то одумался? Но нет, на экране высвечивался номер отца.

- Слушаю, - без особого энтузиазма произнес Павел.

- Мой внук должен родиться в браке, - заявил отец, не здороваясь. – Пускай даже ценой испорченных отношений с партнером. Я хочу познакомиться с твоей невестой. Надеюсь, она не из этих…

О, Кустов как он есть! Ему уже и внук что-то должен! Поломанная жизнь сына его не волнует.

- А я не хочу вас знакомить! Ей волноваться нельзя. А ты застращаешь бедную девочку. Так что мы уж как-нибудь сами.

Некоторое время в трубке слышалось только сопение.

- Я погорячился. Обещаю, что буду предельно деликатен.

Теперь настала очередь Павла молчать и сопеть в трубку.

– Хорошо. Приходи к нам завтра на ужин.

Окончив разговор, Павел швырнул телефон на сиденье и запустил пальцы в свою густую шевелюру. Час «икс» стал еще ближе, а на горизонте по-прежнему ни одной невесты.

- Прошу прощения, - смущенно покашляв для начала, вдруг произнес Михалыч. – Это, конечно, не мое дело, но у меня вот недавно племяшка в столицу приехала. И у нее очень похожая проблема…

5

Моя мечта сбылась! Я выхожу замуж, причем очень-очень скоро. Только в отличие от всех будущих невест я мечтаю не о белом платье и арке, увитой цветами. И даже не о любимом, который, глядя на меня во все глаза, дает торжественную клятву. В моих видениях мне представляется строгий костюм и респектабельный офис. Поездки по всему миру. Сложные и ответственные задания. И если уж я и буду строить с кем-то отношения, то это будут отношения на равных, с мужчиной, с которым у нас приблизительно одинаковое социальное положение.

И уж точно не с обладателем особняка стоимостью в годовой бюджет небольшого города. Именно в таком особняке я сейчас и находилась. И изо всех сил старалась не показать виду, какое впечатление он на меня производит.

Свадьба послезавтра. Небольшая церемония. Только для нас. Без пышного платья и прочих глупостей.

Все свадебные хлопоты для меня сводятся к составлению брачного контракта и знакомству с отцом жениха. Что ж, вполне равнозначный обмен. Я смогу демонстрировать мужа на корпоративных вечеринках, а он меня – на семейных ужинах.

Сейчас мои будущие родственники внимательно вычитывают главный семейный документ.

- Ну что там, не намудрили юристы? – спросил Павел. – Все-таки первый раз женюсь, опыт пока нулевой.

- Чтобы прочитать контракт, опыт семейной жизни не нужен. Нужно уметь читать контракты, - хмуро ответил его старший брат Олег. – Давай еще раз пройдемся по пунктам.

И оба снова склонились над бумагами.

Надо же, родные братья и такие разные. Павел – светловолосый красавец, встретил меня с очаровательной улыбкой и все время сыпал шуточками. Олег, брюнет с серьезными глазами, напротив, большую часть времени молчал и старался вообще не смотреть на меня. От такого снисходительности не дождешься.

- Послушайте, я не намерена втираться в доверие и завладевать всем вашим богатством, - попробовала я разрядить обстановку.

Тут же две склоненные над столом головы повернулись, и на меня уставились две пары глаз: светлые и темные.

- Ты извини, - смущенно проговорил Павел. – Но так будет лучше и для тебя. Вдруг ты заработаешь в своей суперкомпании целое состояние, а я его отожму.

Он растерянно улыбнулся и снова повернулся к брату. Тот оторвал от меня изучающий взгляд и серьезно спросил:

- Наверняка отец захочет посмотреть контракт. Как думаешь, не заметит какого-нибудь подвоха?

- Он заметит подвох хотя бы в том, что его младшенький вообще решил что-то подобное составить, - Павел старался говорить беззаботно, но было видно, что волнуется не меньше брата. Иначе не стал бы постоянно теребить свои волосы и нервно грызть ручку. – Лучше ему о контракте не знать.

Да, кажется, отца в этой семье боятся все. В том числе уже и я. Надо было мне тоже родителей с собой пригласить в качестве группы поддержки. Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, я принялась фантазировать, как в эту роскошную гостиную входит моя мама, непременно держа в руках трехлитровую банку с огурцами.

- Ну, привет, зятек, - говорит она и водружает свой подарок прямо на брачный контракт. – Вот, свое, экологически чистое, гадостью никакой не поливаем, натурпродукт. Кушайте на здоровье, у нас этого добра в погребе еще полно.

Я представила, как вытянутся лица этих двух юных мажоров и нервно захихикала.

Братья снова как по команде обернулись на меня. Старший вопросительно посмотрел на младшего, словно пытаясь спросить: ты уверен, что твоя невеста не сумасшедшая? Младший вздохнул и снова запустил пятерню в волосы.

Тоже мне, умники. Ну да ничего, переживу весь этот цирк и поеду торжественно менять строчку в резюме. Ради этого придется и потерпеть. И не только мне. Павлу вон тоже придется участвовать в корпоративных развлечениях моего будущего трудового коллектива. И появиться под руку с таким красавчиком, с ног до головы разодетым в брендовые вещи, будет не стыдно. Уж точно от него можно не ждать всяких «Добрейших вечерочков»!

- Ну ладно, допустим, с невестой ты вопрос решил. А что делать с ребенком? – оторвал меня от приятных видений голос Олега.

Ребенок? Какой еще ребенок? Это они от меня, что ли, рассчитывают ребенка заполучить? Нет, я к такому повороту совершенно не готова!

- Придумаем что-нибудь, - неопределенно махнул рукой Павел.

Я как ужаленная вскочила с уютного кожаного кресла:

- Что еще вы там собираетесь придумывать? – подперев руками бока, спросила я. – Что за ребенок? Где вы его собираетесь раздобыть? На меня не рассчитывайте!

- Вика, пожалуйста, не нервничай! – просительно заговорил Павел.

- Нет уж, хочу и нервничаю! – выпалила я. – Я ведь не беременная, мне можно! Или ты тоже не знаешь, что значит слово «фиктивный»? Может, тебе и борщ еще, и… - я осеклась на полуслове. И очень вовремя. Говорить про оральный секс явно не стоило.

- Никто не будет заставлять тебя рожать, - примиряющим тоном продолжал мой будущий муж. – Просто мой отец уверен, что ты как бы… слегка беременна. Вообще-то он считает, что мы из-за этого и женимся.

От изумления я не нашла слов и выдала что-то нечленораздельное.

- Но это просто формальность. Поженимся, а через месяц скажем, что вот такая вот трагедия, ребенка мы потеряли. А через год мы с тобой, не выдержав такого горя, разведемся. И все, финита ля комедия.

Как у него все просто, оказывается! Да он по степени сумасбродности, кажется, даже меня переплюнул. То есть он, правда, рассчитывает, что я буду изображать беременную дамочку перед всеми? Интересно, как он это себе представляет? И тут до меня дошло:

- Стоп, я еще и жить здесь должна буду, что ли? – неуверенно спросила я.

- Ну а что в этом такого? – не смутился Павел. – Места здесь много, вполне хватит для счастливой семейной жизни. Опять же тебе за аренду не платить.

Я обвела тазами гнездышко, которое успел свить этот отпрыск богатого семейства. Да, здесь действительно можно устроиться с комфортом не только мне, но и еще трем-четырем женам. Только вот...

-    Это же так далеко от офиса. И вообще - за городом.

-    Выдам тебе машину. Ты водишь? Пока срок у тебя небольшой, противопоказаний вроде нет... - с хитрой улыбкой проговорил Павел.

У него еще хватает наглости шутить об этом!

Я нахмурилась. Что-то слишком много сложностей в моей будущей семейной жизни. Не сбежать ли мне отсюда, пока не выяснилось, что в обмен на штамп в паспорте я должна буду гладить по утрам рубашки мужу, готовить ему яичницу и подкладывать подушку в район живота (и нет, я не буду вспоминать про оральный секс).

Я непроизвольно попятилась к выходу, но тут зазвонил домофон. Братья заметно напряглись.

Вот и свекор пожаловал...6

На маленьком экране появилось изображение плотного мужчины с небольшой лысинкой. Все, пути к отступлению отрезаны. Кажется, пожаловал глава семейства. Ой, мамочки!

- Ну что, все в сборе? – деловито осведомился он, переступив порог.

Не удивительно, что сыновья его так боятся. С первых же минут стало понятно, что этот спуску никому не даст. Вон какой серьезный и насупленный. Переплюнул даже своего старшенького, Олега, хотя некоторое фамильное сходство имеется. Я бросила взгляд на старшего брата. Явно мама у парней – настоящая красавица. Иначе я не понимаю, как у такого непривлекательного мужчины могли появиться такие симпатичные дети.

Я покосилась на диван, стоящий посреди комнаты. Может, еще успею добежать до него и спрятаться за спинкой?

- А вы, я так понимаю, Виктория? – остановил меня грохочущий голос.

Я вымученно улыбнулась и тихонечко пропищала:

- Да, я. Очень приятно познакомиться.

- Константин Петрович. Взаимно, - ответил он, внимательно рассмотрев меня своими цепкими колючими глазами. Что-то мне не показалось, что ему приятно… Скорее наоборот.

И неожиданно улыбнулся. Фу, вроде бы не такой он и страшный.

За ужином Павел видел рядом со мной. Он вовсю изображал счастливого жениха – смотрел влюбленно, приобнимал меня за плечи, то и дело пожимал мне руку… А мне всякий раз хотелось все это немедленно прекратить. Сдерживать себя было очень трудно. Но приходилось. В конце концов, раз уж мы с драгоценным женихом умудрились заделать бебика, вздрагивать от прикосновений – это странно.

В общем, я держалась как могла. И пристальный, почти пронизывающий взгляд Олега, посвященного в это наше представление, делу совсем не помогал.

Кустов-старший практически не смотрел на своих сыновей. Насолили они ему чем-то что ли? Все его внимание досталось мне:

- Как ваше самочувствие, Виктория? – первым делом поинтересовался он.

- Все отлично, - призналась я. Черт, совсем забыла. Так же нельзя. – Вот только голова немного кружится и тошнит по утрам.

Чего там еще бывает с этими беременными? Могли бы и предупредить пораньше, я бы подготовиться смогла. Почитала бы в интернете…

Я бросила короткий сердитый взгляд на Павла и уткнулась в свою тарелку. Вот стоит мне сейчас наброситься на еду или дамы в положении на нее смотреть не могут? А если набрасываться, то на что именно?

- Ешьте, ешьте, - словно ответил на мой вопрос глава семейства. – Вам сейчас надо за двоих сил набираться.

Все-таки, какой внимательный человек! Он определенно мне нравится. Обо мне так не заботились с тех пор, как я выпорхнула из родительского дома. Наверное, из него получился бы отличный дед. Даже как-то неловко разыгрывать перед ним всю эту комедию…

- Ну вот что, - отодвинув опустевшую тарелку, произнес он. – Надо вам, Вика, к хорошему врачу сходить. Действительно хорошему. Он заодно разберется и с головокружениями и с тошнотой. Я договорился, завтра вас примут. Расходы возьму на себя.

Он, как ни в чем не бывало, протянул мне визитку с адресом клиники и фамилией доктора.

- Спасибо, - промямлила я, проглотив подступивший вдруг к горлу комок и осторожно взялась за уголок картонного прямоугольника. Как будто могла обжечься.

Так, кажется, вот сейчас я влипла серьезно. Даже самый завалящий эскулап вмиг разберется, что никакой беременности нет и быть не может. Что уж говорить о светиле медицины! Теперь я и на самом деле почувствовала головокружение и тошноту. Только это были симптомы не беременности, а мерзкого липкого страха.

- А чтобы никто ничего не перепутал, - он одарил Павла суровым взглядом, - я сам вас туда отвезу. Будьте готовы к девяти утра.

Контрольный выстрел. Кажется, наша затея с треском проваливается. Ну что ж… Единственное, что радует, – разбираться с разгневанным Константином Петровичем, когда он выяснит, что его собирались провести, предстоит не мне, а его сыновьям.

7

Когда Константин Петрович резко, попрощавшись со всеми, наконец, ушел, все вздохнули с облегчением.

– Кажестя, правила игры усложняются, - задумчиво проговорил Олег.

Какая прелесть! Для них это игра? Я присмотрелась к братьям: они выглядели озадаченными, но и только. Никто даже не думал паниковать, бегать по потолку с криками: Аааа! Что теперь будет. Олег сидел нахмурившись, Павел изредка бросал на него нетерпеливые взгляды, но молчал. Видимо, чтобы не мешать думать.

А что тут думать? Сматывать надо!

- Ну что ж, мне пора, - подала я голос.

А то, кажется, про слегка беременную женщину тут уже все забыли.

- Ты с ума сошла, - выпалил Павел. – Куда я будущую мать моего ребенка на ночь глядя отправлю?

Хлоп! Дверца в мою прошлую жизнь захлопнулась. А я ведь даже не успела с ней попрощаться. Теперь мне предстоит другая, яркая и насыщенная. Я стану супругой красавца-богача, перееду в шикарный особняк, устроюсь на работу своей мечты и буду колесить по городу на маленькой красной машинке.

Мой будущий муж быстро показал мне авто, вручил документы и отправил в предназначенную для меня комнату. Он явно куда-то торопился.

Спальня, которая мне досталась, впечатляла, как и все в этом доме. По сути, это была маленькая квартира с отдельной ванной и гардеробной. Интересно, для кого она предназначалась изначально?

Через полчаса в дверь постучали. Это мой дядя Митя, так удачно пристроивший любимую племяшку, привез вещи. Ну вот, есть, чем заняться. Я водворила на широкий массивный стол свой старенький ноутбук и принялась заполнять гардеробную. Да уж, моих вещей для нее явно недостаточно. Ну ничего, устроюсь на работу и с первой же зарплатой как следует оторвусь на шопинге.

- Кхе-кхе! Не помешал? – раздался голос за моей спиной.

А вот и женишок явился!

- Мог бы и постучать, - сердито ответила я.

Если уж мне предстоит здесь жить, то надо с самого начала обозначить условия.

- Прости, я стучал, но ты не слышала… Да… негусто… - обвел он глазами гардеробную. – И очень, очень печально. Но это мы исправим позднее. Сейчас есть дела важнее.

Павел протянул мне пакет с эмблемой жутко модного магазина. Я ни разу не решилась зайти в него, только издалека бросала тоскливые взгляды на выставленные в витринах наряды.

- Наденешь завтра для визита ко врачу, - предупредил он.

Я заглянула в пакет и тихо ойкнула. Платье, которое приготовил для меня будущий супруг, могло бы запросто соперничать в яркости с пожарной машиной. Интересно, в комплекте к нему не идет проблесковый маячок? А что, смогла бы добираться на работу без пробок!

- Боюсь, я привыкла носить вещи более спокойных расцветок, холодно ответила я, возвращая ему пакет. – Красный – это не мой цвет и вообще…

- И вообще к нему полагается такая же помада, - улыбнулся Павел и достал из кармана тюбик. – Вот для завершения образа. И забери волосы в хвост!

Не успел жениться, а уже раскомандовался! Да что ему так важно это платье? Может быть, он тоже извращенец? После общения с многочисленными кандидатами в мужья, меня уже ничем нельзя было удивить. Ну я сейчас выскажу все, что думаю.

Я набрала побольше воздуха в легкие, но рот раскрыть не успела. Павел истолковал мой взгляд правильно и сделал самое верное, что только может предпринять мужчина в такой ситуации: захлопнул дверь и сбежал. Не играть же мне с ним в догонялки, тем более что в незнакомом доме я наверняка проиграю.

И все-таки женское любопытство пересилило. Скажу честно, я еще никогда не держала в руках такую неприлично дорогую тряпку. Интересно, стоит оно таких денег? Я быстро влезла в платье и взглянула на себя в зеркало. Да, оно стоило!

Платье ловко село точно по моей фигуре, обозначив ее достоинства. Теперь все могут быть уверены, что они у меня есть. И куда только делась забавная девочка, у которой на лбу было написано, что она совсем недавно приехала из провинции? Из зеркала на меня смотрела респектабельная молодая женщина, модная штучка.

Любуясь собой, я провела рукой по линии груди, обвела талию и повернулась, чтобы рассмотреть, какие метаморфозы совершила красная тряпочка с бедрами. Все было отлично. Да у моего будущего мужа глаз-алмаз!

Он запросто мог бы вести одну из многочисленных телепрограмм, где из скромных блеклых девиц делают роскошных красавиц. Я покосилась на свои блузки-юбки-брюки, развешанные в гардеробной. Несомненно, мне в этой программе светило быть только героиней, которая, краснея и запинаясь, будет рассказывать о том, что слишком занята, чтобы бегать по модным бутикам.

На следующее утро я все-таки не сразу решилась облачиться в вызывающе-красный. «Я подарю тебе комфорт», - напевала мне кремовая блузка из угла гардеробной. «Мы проверены временем», - шептали черные классические брюки. «Мы столько пережили вместе», - вторил им серый жилет.

Нет, менять жизнь, так менять. Я решительно задвинула свои старые вещи подальше и снова нацепила волшебное платье. За ночь его чары не исчезли, оно снова одним махом превратило меня в преуспевающую леди. Я быстро провела расческой по волосам и забрала их в тугой хвост. Накрасила губы подаренной помадой и уставилась на свое отражение. Эх, и стервозно же я смотрелась. А что, для дамочки, которая пудрит мозги всем вокруг, вполне подходит.

В гостиную я спускалась в надежде на триумф. Однако Павел, оглядев меня со всех сторон, лишь удовлетворенно кивнул. Он явно нервничал.

– Когда подъедем к клинике, притворишься, что тебя тошнит, - коротко проинструктировал он. - И не бойся, я буду с тобой.

Больше он ничего не успел сказать. Раздался настойчивый звонок в дверь. Я посмотрела на часы: Константин Петрович прибыл минута в минуту.

8

В дороге он как всегда был вежлив и спокоен. Отвечая на его вопросы о мнимом содержимом моего живота было неловко, и я обрадовалась, когда автомобиль, наконец, припарковался у современного многоэтажного здания.

- Пап, может, подождешь нас в машине? – предпринял Павел попытку договориться с отцом. – Смотри, увидят тебя в гинекологическом отделении с молодой девушкой, будешь потом читать статьи о тайной пассии бизнесмена Кустова. Уже решил, как перед мамой оправдываться будешь?

Произнося свою пламенную речь, мой будущий муж незаметно для отца пихнул меня локтем в бок.

- Ой! – от неожиданности простонала я.

- Что такое, дорогая? Опять тошнит? – заботливо залопотал Павел.

- Да, - выдала я, вспомнив его утренние наставления. - Надо быстрее...

- Что за ерунду ты несешь! – отреагировал тем временем Константин Петрович на слова сына. – У тебя невесте плохо, а ты тут сочиняешь какие-то байки.  Он быстро выбрался из авто и открыл дверь с моей стороны.

Павел был рядом через секунду.

- Потерпи, родная, еще чуть-чуть, - повторял он, таща меня за руку по коридорам больницы. Он больно вцепился мне прямо в запястье, так что разыгрывать несчастную было не так уж и сложно.

- Ой, кажется, не могу больше, - стонала я, стараясь передвигаться быстрее.

Раскрасневшийся будущий дедушка еле поспевал за нами.

- Подожди нас здесь, - крикнул ему Павел, указывая на кожаное кресло в приемной. – Провожу ее в туалет.

Константину Петровичу оставалось только послушаться сына. Несмотря на все его могущество, право беспрепятственно заходить в дамскую комнату он себе приобрести не мог. А вот Павел его имел: он спасал свою беременную невесту, а это дело, как ни крути, благородное.

Мы вдвоем миновали дверь в стеклянной перегородке, отделяющей рабочие помещения назначенного мне врача от зала ожидания, где могли спокойно нервничать сопровождающие. Кроме кабинета здесь был предусмотрен еще и туалет. К нему-то и подтолкнул меня Павел, не забывая заботливо повторять:

- Сейчас все будет хорошо!

Как только дверь в санузел за нами захлопнулась, я прекратила мучительно стонать и, наконец, приняла вертикальное положение. И тут же чуть не села холодный кафельный пол. Передо мной стояла… я.

Ну, то есть, не совсем я, а девушка, похожая на меня. Тот же рост, та же комплекция, те же светлые волосы, забранные в «конский хвост», алые губы и платье цвета взбесившегося томата.

- Ну что, вторая часть Марлезонского балета, - едва переведя дыхание сказал Павел.

Он забрал у меня сумочку и сунул в руки моему двойнику. Придирчиво осмотрел нас, переводя взгляд с одной на другую, и решительно дернул за руку Вику номер два.

- Сиди здесь и жди нас! – предупредил он и оставил меня в компании раковин и унитазов.

До момента их возвращения прошло не менее часа. Я уже успела досконально изучить незамысловатый рисунок на полу и стенах, когда, наконец, дверь отворилась.

- Вик, выходи! – позвал меня знакомый голос. Я проворно выбежала из кабинки, где скрывалась от случайных посетителей.

- Осмотр закончен, нам пора! – оповестил мой муж.

Девушка-двойник протянула мне сумочку и помахала рукой. Я ответила ей тем же и, снова схватив себя рукой в районе желудка, согнулась почти пополам. Я готова!

Взяв своего будущего мужа под локоть, наконец-то, покинула свое убежище. И первое, что увидела, решившись поднять глаза, был серьезный сосредоточенный взгляд Константина Петровича. Он разговаривал по телефону, внимательно наблюдая за всем происходящим между туалетом и кабинетом через стеклянную перегородку.

Только сейчас я смогла по достоинству оценить план моего будущего мужа. Та, вторая девушка, оставшаяся в кабинке, наверняка была беременна. Она просто заранее спряталась в туалете, а когда пришло время, подменила меня. Павел ставил на то, что его отец видел меня всего лишь раз в жизни, а, значит, вероятность того, что он узнает меня издалека, ничтожно мала. Огненно-красные платье и помада служили отвлекающим маневром. Конечно, увидев скрюченную от приступа тошноты фигуру, наряженную так, что хоть на корриду выпускай, он ни на секунду не сомневался, что это я.

- Да, Владимир Александрович, все понял, - долетел до нас его голос, едва мы преодолели хлипкое препятствие в виде стеклянной перегородки. – Благодарю, что нашли время на осмотр.

Он быстро окинул нас своим цепким жестким взглядом и со вздохом произнес, обращаясь то ли к своему телефонному собеседнику, то ли к нам:

- Значит, свадьба завтра!

9

Ну что ж, готовьтесь к свадьбе, не буду вам мешать, - сказал Константин Петрович, как только мы подъехали к особняку.

Едва его огромный черный автомобиль скрылся из вида, я почувствовала, как с моих плеч свалилась огромная гора.

- Ну, ты выдумал, - восхищенно сказала я, вспоминая подробности этого сумасшедшего утра.

И, не в силах больше сдерживать эмоции, прыснула со смеху. Мой будущий супруг попытался сохранить важное выражение лица, которое довольно сносно поддерживал всю дорогу, но не выдержал и тоже загоготал.

Наверняка мы представляли странное зрелище: солидные с виду люди, взрослые и прилично одетые, ржут в голос, периодически хватаясь за животики и складываясь пополам.

На подкашивающихся ногах мы подошли к дому, и Павел с третьей попытки справился с замком. Я тут же повалилась на кресло в гостиной: приступ смеха совершенно лишил меня сил. Хозяин особняка повалился на соседнее.

- Ну, рассказывай, - попросила я, успев немного отдышаться, - как ты все это придумал.

- Да, честно говоря, это не я, - смущенно признался он. – Это все Олег.

Ага, понятно, кто у них тут главный стратег.

- Ну, ты извини, мне пора. Дела еще остались в городе, - развел руками Павел и выбежал из дома.

Я поплелась к себе в комнату. Уже очень хотелось избавиться от этого платья, которое теперь всегда будет ассоциироваться с сумасшедшими выходками и больничным санузлом.

Странно, но как только я влезла в свой привычный домашний халатик, меня пробил озноб. Я вдруг осознала, какой опасности подвергали меня два этих сумасброда. А что, если бы Константин Петрович раскусил их хитроумный план. Он меньше всего похож на человека, который после такого сказал бы «Ай-яй-яй, какие плохие мальчики». Да он мог бы, мог бы…

Мое богатое воображение уже подсовывало мне картинки одна другой ужасней. Одно было ясно точно: сухой из этой воды я б точно не вышла.

Очень хотелось сказать братьям Кустовым пару ласковых. Или даже не только сказать...  Но сначала поесть! На голодный желудок не вырисовывалось ни одного стоящего плана жестокой мести. И я отправилась в кухню.

Надо ли говорить, что под приготовление еды в особняке было выделено просторное помещение? И что оно все было заставлено современной техникой? Наверное, это и так понятно. В углу я узрела огромный серебристый холодильник и решительно направилась к нему.

- Здесь еды нет, - прогремел на всю кухню мужской голос, едва я прикоснулась к дверке.

- А кто это говорит? – вздрогнув от неожиданности спросила я.

- Оглянись и увидишь, - хмыкнул кто-то у меня за спиной.

Я воспользовалась его советом и оглянулась. В дверном проеме стоял Олег. Интересно, а он-то что здесь делает?

- Это холодильник повара, - спокойно пояснил тем временем мой будущий шурин. – Лучше не трогать, а то беды не оберешься. Повар у Павла готовит как в пятизвездочном ресторане, но тетка суровая. Я не завидую тому, кто будет копаться в ее запасах.

Отлично! Кого еще должна я здесь бояться?

- А для готовой еды тут есть отдельный.

И правда, неприметный холодильник стеснительно прятался недалеко от входа.

- Сейчас сообразим тебе что-нибудь пожевать... И чай приготовим, - Кустов-средний уже извлекал из "правильного" холодильника что-то съедобное.

- Я пока в состоянии сама о себе позаботиться, - сердито ляпнула я.

- Отдыхай, - примирительно сказал Олег, не переставая подавать еду на стол. И поинтересовался: - Ну, как все прошло?

- Феерично, - хмыкнула я. – Я под впечатлением.

Салат действительно был очень вкусным, повара хвалили совсем не зря. По мере насыщения я становилась все добрее. Жажда мщения притуплялась, и я уже почти дружелюбно спросила у автора нашей великой авантюры:

- Слушай, а где вы взяли беременную, которая так на меня похожа?

- Отправились на поиски туда, где дамочек в положении больше всего, - улыбнулся он. – Зашли в женскую консультацию.

- И что, там все как одна на меня похожи были? – не унималась я.

- Таких как ты там вообще не было, - невозмутимо поведал Олег, будто бы рассказывал не о том, как провел папочку, а как сходил в магазин за хлебом. – Но это же дело техники: отвели ее в салон, покрасили волосы, нарисовали брови, косметологи помудрили с пудрами-румянами, да подобрали ей туфли на каблуках повыше, а то она ростом до тебя не дотягивала.

- Тебе бы, Олег, сценарии к фильмам писать, - посоветовала я ему.

- Да мне и без того есть чем заняться, - улыбнулся он.

- А мне вот нечем, - призналась я. – Спасибо, что накормил, пойду обнимусь с ноутбуком, посмотрю интересную киношку.

Я стряхнула с рук воображаемые крошки и соскользнула со стула. Но дойти до двери не успела.

- Для фильмов здесь домашний кинотеатр есть, с кучей оплаченных каналов, - сказал Олег. – Но с ним ты сегодня точно не успеешь пообниматься.

- Мне что, предстоит еще кому-то запудрить мозги? – огрызнулась я.

- Нет, всего-то съездить в клуб моего брата. По легенде вы познакомились с ним в «Золотом драконе». Так что тебе надо хотя бы представлять, что это за место.

Да, кажется спокойная размеренная жизнь осталась где-то в прошлом. Теперь, что ни день, то кони скачут, то избы горят. И без меня со всеми этими бедами никак не справиться.

- У меня нет подходящего платья, - буркнула я.

- Уже есть, - сияя улыбкой, ответил Олег.

10

Олег действительно подарил мне платье. Когда он протянул мне очередной пакет с названием дерзко дорого бутика, я не удержалась и спросила:

- Надеюсь, на этот раз мне не придется конкурировать расцветкой с попугаями?

- Вообще, Павел всегда выбирал ярких женщин, - улыбнулся Олег.

Уже через пять минут я в нетерпении теребила упаковку в своей комнате. А когда добралась до содержимого, не смогла сдержать восхищенный вздох. Платье было сшито из нежнейшего черного кружева, сидящего на темно-серой подкладке. Не слишком ли откровенно для беременной женщины?

Я быстренько натянула на себя очередное произведение швейного искусства, обернулась к зеркалу и застыла, разглядывая появившегося в нем прелестного ангела. Уж простите мне такую нескромность, но как еще можно назвать девушку, одетую в нежнейшие ажуры, которые создают эффект воздушной легкости, но вместе с тем не дают рассмотреть то, что должно быть скрыто?

В общем, я бы нисколько не удивилась, если бы в этот момент в мою гардеробную влетел пухлый Купидончик и сыграл на арфе.

Я еще немного повертелась перед зеркалом, и решила, что прятать такую красоту – это преступление. Желание немедленно явить себя народу нарастало, и я, помахав на прощание тоскливо сжавшемуся в углу серому свитерку, побежала в гостиную.

Надо немедленно разузнать, не является ли мой будущий шурин тайным адептом Дольче и Габанны. Может, по вечерам, оторвавшись от своих скучных бумаг, он листает модные журналы и перебирает шелка и парчу? Придумать другое объяснение его стилистическим удачам не получалось.

- Олег, ну-ка оцени! – задорно прокричала я, вбегая в огромный зал. По моим расчетам, он должен был ждать меня там.

- Ну, я, конечно, не Олег Константинович, - донесся знакомый голос из угла. – Но вижу, что ты просто  королевна, - дядя Митя поднялся из кресла и пошел мне навстречу. - Ох, Викусь, как же ты выросла, - покачав головой, произнес он. – Уже невеста.

- Конечно невеста, - рассмеялась я. – Завтра же замуж выхожу! С вашей легкой руки.

- Едем? - спросил он, почему-то нахмурившись.

Ага. Видимо, Павел поручил ему незамедлительно переправить меня в клуб. Оба брата чрезвычайно заняты, чтобы лично катать всяких там фиктивных невест.

- Ну что ж, поехали, - согласилась я. – Подожди только минуточку.

Я быстро добежала до своей комнаты, подкрасила губы новенькой ярко-красной помадой и подмигнула своему отражению в зеркале.

- Твоему будущему мужу нравятся яркие женщины, - словно напоминая, прошептала я.

Смешно. Какая мне разница, кто нравится моему мужу.

«Золотой дракон» располагался в самом центре города. Я видела эту вывеску и раньше, когда прогуливалась по проспекту. Да и кто не видел! Яркие огни, призывная музыка! Но тогда, одетая в простые джинсы и футболку, я даже не решилась подойти, чтобы получше рассмотреть пафосное заведение. Припаркованные у клуба автомобили были слишком дорогими, а стоящие у входа охранники чрезвычайно серьезными.

Надо же, как распорядилась судьба! Вот уже сегодня я сама подъезжаю к клубу на роскошном авто, а один из верзил услужливо открывает мне дверь.

Внутри клуб выглядел ничуть не хуже, чем снаружи. По периметру были расставлены столики, за которыми ели, пили и курили кальян представители столичной золотой молодежи. Самое же интересное происходило в центре. На танцполе под громкую электронную музыку извивались девушки и парни. Их фигуры освещали мощные прожекторы, хаотично раскидывающие свои лучи. От этого все происходящее казалось каким-то нереальным.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы набрать воздуха и решительно, как в море, нырнуть в эту атмосферу веселья и беззаботности. Ну вот, один шаг, и я внутри этого вечного праздника, замирающего с первыми лучами солнца и вновь возобновляющегося по вечерам. Я огляделась по сторонам в поисках Павла и тут же услышала над ухом голос:

- Не меня ищешь, красавица?

Долговязый парень, поблескивая глазами, смотрел на меня плотоядно, как удав на кролика. Нахал, конечно, но он прав! Я ведь сегодня действительно красавица. Я немного растерялась, подыскивая правильный вариант ответа... И сразу же увидела своего будущего мужа.

Он стоял рядом со стойкой, просто излучая уверенность. Что ж, на его месте я бы транслировала то же самое. Красивый, высокий, подтянутый, просто мечта любой клубной хищницы. Они, судя по всему, разделяли мое мнение, иначе бы не вились вокруг него разноцветной стайкой.

Смакуя через трубочку коктейли, девицы весело хихикали, передергивая плечиками и перебирая каблучищами. Сколько их там, вокруг него? Три, четыре, пять… Так, кажется я сбилась со счета.

Но возобновить свои математические упражнения я не успела. В этот момент Павел поднял глаза и увидел меня.

11

Несколько мгновений он оставался совершенно неподвижным, рассматривая и словно не узнавая свою нареченную невесту. А потом решительно выбрался из компании девиц и направился ко мне. Им оставалось только проводить его грустным взглядом.

- Парень, уверяю тебя, ты очень торопишься, - он одарил моего поклонника таким взглядом, что тот счел за лучшее исчезнуть, затеряться в толпе.

Паша рассматривал меня с восхищением, так что я не удержалась и повернулась вокруг своей оси. А что, такую красоту надо показать со всех сторон!

- Теперь у меня будет на одну заботу больше. Отгонять всяких типов от красавицы жены...

Я рассмеялась. Что ни говори, а его внимание было приятно.

- Потанцуем? – предложил он.

Я кивнула, и он взял меня за руку и повел на танцпол. Не удержавшись, я бросила взгляд на толпу девиц, еще недавно окружавших моего будущего мужа. Да, градус веселья в их пестрой компании заметно понизился. .

Павел приобнял меня за талию, нагнулся к самому уху и сказал:

- Никогда не думал, что женюсь на такой красавице!

Хорошо, что в полумраке клуба не было видно, как покраснели мои щеки.

Я готова была танцевать до утра. Ди-джей так удачно миксовал композиции, что толпа заводилась все больше и больше. Даже я, абсолютный новичок клубной жизни, прониклась этой атмосферой и с удивлением отмечала, как мне здесь нравится.

Однако через несколько минут Павел вдруг остановился и достал из кармана джинсов отчаянно вибрирующий телефон. Он посмотрел на имя абонента, и раздраженно высказал какое-то слово, которое тут же растворилось в шуме.

Он снова схватил меня за руку и потащил к барной стойке. Прямо за ней находилась лестница, по которой мы быстро взобрались и оказались в относительной тишине.

- Да! – крикнул в трубку Павел. – А до завтра это подождать не может?...  Хорошо, скоро буду…

Он убрал телефон и виновато посмотрел на меня:

- К сожалению, это действительно срочно.

Вид у него был такой расстроенный, что я, наверное, не рассердилась бы даже будучи его самой настоящей, а не бутафорской невестой.

- Раз надо, значит, надо, - кивнула головой я.

В конце концов, я и сама без пяти минут деловой человек, ответственный и трудолюбивый сотрудник крупной международной компании. Так что все понимаю.

Павел кивнул головой на один из столиков, расположенных здесь, над основным залом.

- Это места для випов, - сообщил он. – Подожди меня здесь, я постараюсь закончить дела как можно быстрее и потанцуем еще.

Мы прошли за тоненькую перегородку и оказались в очень выигрышном положении. Весь танцевальный зал отсюда был виден как на ладони. Музыка тоже была слышна, но не так давила на уши, как внизу. При желании здесь даже можно поговорить, не повышая голоса.

Павел вышел, но через минуту вернулся в компании девушки в униформе. В руках у нее был поднос со стаканом ярко-красного напитка.

- Томатный сок! – прокомментировал Павел. - В твоем положении ничего крепче этого нельзя.

Я мрачно кивнула. Юморист выискался. Он подмигнул и, бросив на меня еще один довольный взгляд, ушел.

Сидеть в компании томатного сока было невероятно скучно. Клубная музыка отличалась изрядным однообразием, и я принялась разглядывать посетителей. Кажется, здесь самый строгий фейс-контроль, который могут пройти только самые красивые люди. Иначе как объяснить, что все посетители здесь как на подбор? Что ни девушка, так хоть завтра на подиум.

И молодые люди им под стать, вон тот брюнет так похож на Олега. Не он ли? Я пригляделась. Нет, обозналась. Ах, вот же он, прямо в середине танцпола. Странно, не ожидала от него такого! Ой, нет, снова не он…

Зря я пытаюсь найти его здесь. Такие серьезные мужчины вряд ли посещают подобные заведения. А мне бы очень хотелось задать ему пару вопросов.

- Эй! – вдруг услышала я совсем рядом с собой. Я оторвала взгляд от танцующей толпы и с удивлением обнаружила, что за моим столиком появилась гостья.

Я уже говорила, что все девушки в этом клубе легко могли бы отправиться прямо отсюда на модный подиум? Так вот, эта точно стала бы их предводительницей. Яркая блондинка с изящными чертами лица была несравненно хороша. А вот манеры явно оставляли желать лучшего.

- Это ты что ли Пашкина невеста? – бесцеремонно спросила она и злобно уставилась на меня своими огромными ярко-голубыми глазами.

12

Признаюсь честно, в первый момент я почувствовала себя как Герда на приеме у Снежной Королевы. Тем более что некоторое сходство со сказочной колдуньей у моей собеседницы присутствовали, как минимум, та же горделивая осанка и надменный взгляд.

Она оценивающе смотрела на меня, а я изо всех сил злилась и на себя и на Павла. Мог бы отвезти меня домой вместо того чтобы бросать здесь, среди своего курятника. Вот что мне сейчас говорить этой наглой и, судя по всему, не совсем трезвой девице? Объяснять что у нас все не по-настоящему? Ну уж нет, я слишком дорожу всем тем, что дает мне это брак. Так что, собрав всю свою волю, я храбро пискнула:

- Я.

Даже такой короткий ответ выдал меня с головой. Голос дрогнул, и Снежная Королева насмешливо улыбнулась, смерив меня презрительным взглядом.

Этого я уже выдержать не могла. В конце концов, я действительно завтра стану госпожой Кустовой. А в этом семействе бояться не принято. Тем более какую-то девицу непонятного статуса. Нет уж, приму, пожалуй, вызов и вступлю в этот страшный бой.

Я сделал глубокий вздох, расправила плечи и выпалила:

- Ты сама-то кто?  Сестра моего Павла, я надеюсь?

Судя по тому, как смутилась девица, сестринскими чувствами там и не пахло. Я же совершенно освоилась в новой роли и самым беспардонным тоном продолжила:

- Потому что если нет, то шла бы ты отсюда, не беспокоила беременную женщину. В моем положении волноваться вредно, еще чего доброго гормоны расшалятся и...

Я демонстративно отвернулась, ясно давая понять, что диалог окончен. Соперница моя поникла, как василек на закате солнца, и я уже мысленно поздравила себя с победой. Но, как бывает в кассовых ужастиках, чудовище, которое все считали поверженным, вдруг подняло голову.

- Вообще- то я Пашина подруга… - произнес недобитый монстр. – Практически друг детства.

Хорошая оговорка и как раз своевременная. А то я как раз подыскивала нужные слова, чтобы объяснить, что женатым мужчинам подруги ни к чему. Я подозрительно присмотрелась к красавице. Уж слишком она сексуальна для того чтобы дружить с повзрослевшими мальчиками.

- Я познакомиться подошла, - продолжала сладким голосом напевать «подруга детства». – Вижу, ты одна сидишь. Пашка тот еще засранец, бросил тебя здесь, вот я и подумала, что тебе наверняка скучно.

- Мне скучать некогда, - деловито ответила я. – У меня свадьба на носу, есть о чем подумать на досуге.

Блондинка понуро опустила голову, а моя самооценка в этот момент чокнулась стаканом томатного сока с моими удалью и отвагой.

Сейчас, с высоты пьедестала победителя, эта красотка мне не казалась такой уж вредной. Держится вроде бы вполне миролюбиво. Да и кто их знает, этих миллионеров, может у них у всех подруги детства как минимум топ-модели. Павел с Олегом тоже, например, красавцы, а ведь приходятся же кому-то друзьями.

- Вот!

Она поставила на столик два внушительных размеров бокала, тут же схватила один и, приподняв его с видом тамады на грузинской свадьбе, провозгласила:

- Ну, за знакомство!

Она тут же опорожнила его наполовину и, заметив, что я даже не прикоснулась к своему, заявила:

- Ты не бойся, я специально для тебя безалкогольный взяла, с морковным соком.

Я покосилась на бокал с недоверием.

- Знаешь, а ты забавная, - отметила красавица доверительно. – Надеюсь, Пашка будет счастлив с тобой. Ну и верен. Хотя бы первое время….

Так, а что там с его верностью?

- Давай-ка с этого момента поподробнее, - подбодрила я ее и взяла свой коктейль.

Однако не успела я поднести его к губам, как почувствовала сильный удар по руке. Бокал тут же вылетел, и на белоснежном диванчике разлилось ярко-оранжевое пятно.

Я ойкнула и оглянулась в поиске обидчика. Это кто тут осмелился нападать на невесту хозяина клуба и портить его имущество? Однако встретившись с этим «наглецом» глазами, я от удивления потеряла дар речи. Это был тот, от кого такое обращение можно было ожидать меньше всего. Олег. И он совершенно не выглядел смущенным своей выходкой.

- Ой, простите, я такой неловкий, - совершенно спокойно заявил он, глядя прямо в лицо моей новой знакомой. – Будь другом, позови официанта, и я закажу вам по новому коктейлю.

13

Даже под толстым слоем макияжа было заметно, как вспыхнули щеки у блондинки. Не сказав ни слова, она встала и, гордо выпрямив спину, ушла. Олега, впрочем, недовольный вид красавицы нисколько не расстроил. Он расслабленно опустился на ее место.

- Зачем ты это сделал? – спросила я у него. – Ведь ты специально выбил бокал из моих рук.

- Выбил, - признался он. – Потому что не надо брать напитки у малознакомых личностей. Она ведь наверняка умолчала насчет того, как хотела выйти замуж за Павла? Именно из-за нее ему и пришлось выдумывать беременную невесту.

Ого! Так вот, значит, ты какая, «подруга детства». Да уж, с такой нужно держать ухо востро. Такая и правда может пойти на крайние меры, чтобы устранить соперницу.

- Ты правда думаешь, что она могла бы меня отравить? – и все-таки такое не укладывалось в голове.

- Ну, не насмерть - спокойно ответил он. – Но ночь в объятиях фаянсового друга смогла бы тебе обеспечить запросто. И завтрашний очень ответственный день - тоже.

Да уж, нравы здесь почище, чем во времена Медичи. Чуть отвлечешься, а у тебя уже яд в бокале. Интересно, на что еще способна пойти несостоявшаяся мадам Кустова? Всадить мне клинок в бок из-за угла? Задавить автомобилем на пешеходном переходе? Прислать гадюку в подарочной упаковке?

Выдвигать новые версии моему разыгравшемуся воображению помешал официант. Значит, Снежная Королева все-таки выполнила поручение Олега. Да уж, этот парень умеет заставить уважать себя даже самых отчаянных интриганок.

Меню моему будущему шурину не понадобилось. И новый коктейль он тоже не стал заказывать. Вместо этого по памяти назвал несколько блюд - ужин, которым можно было бы накормить целую роту солдат.

- Здесь шумновато, но кормят довольно сносно, - подмигнул он мне.

Только в этот момент я почувствовала, что действительно очень проголодалась. И как этот парень умудряется продумывать все заранее? И заказывать еду, и покупать идеальные платья, и находить беременных двойников? Но главное - зачем он делает это именно сейчас? Не для каких-то там важных инвесторов-партнеров-клиентов, а для непутевого младшего братца, который чересчур заигрался в женитьбу. Трудно заподозрить этого серьезного мужчину в склонности к такого рода приключениям.

Ну и раз уж я решила сегодня быть смелой, то почему бы мне не задать вопрос, который мучил меня уже очень давно:

- Почему ты делаешь все это для Павла? – прямо спросила я, глядя ему в глаза. – Ввязался в его авантюру со свадьбой, идешь наперекор отцу…

Олег посмотрел на меня с любопытством. Наверняка даже Павлу не приходило в голову спросить его об этом. Он принимал помощь брата как что-то само собой разумеющееся, и у него и мысли не возникало, что тот сможет бросить его в беде.

- В первую очередь я думаю о семейном бизнесе, - произнес он спустя пару секунд. – Понимаешь, сейчас лучшее время для того, чтобы занимать новые ниши, завоевывать смежные рынки, надо искать возможности. А батя уперся в отношения с этим партнером, который тянет его назад.

Ну вот, Олег оказался даже сложнее, чем я предполагала изначально. Надо же, какой прыткий, успевает сохранить хорошие отношения с отцом, помогать у него за спиной Павлу. И, получается, манипулирует ими обоими для достижения своих целей. Браво!

- И вообще. Жениться на такой стерве – рискованное дело. Не успеешь оглянуться, как останешься ни с чем. Она не станет пренебрегать никакими средствами, чтобы побыстрее прибрать все к своим рукам.

Он брезгливо поморщился, вспомнив об этой девице. Да уж, за обольстительной внешностью феи часто скрывается отвратительный монстр. Я и сама не заметила, как повторила жест Олега, точно так же сморщив нос.

- Ну и Пашку просто жалко, - с неожиданно обезоруживающей улыбкой добавил он.

- Но ведь Павлу она нравилась, раз уж речь зашла о свадьбе? – продолжала выпытывать я. – Значит, роман действительно был?

- Сомневаюсь, - неопределенно пожал плечами мой собеседник. – Я, конечно, свечку не держал, но, зная моего брата, могу предположить, что в ее постель он мог попасть только в бессознательном состоянии. Он ее панически боится. И, надо сказать, правильно делает.

А что, такая целеустремленная мадам могла бы пойти и на такое. Я живо представила, как она нападает на Павла со спины, бьет его массивной дубиной по голове, затем перекидывает через плечо и тащит в свою роскошную спальню.

Я рассмеялась. Олег, который картинки в моей голове не видел, вежливо улыбнулся.

- О, я смотрю, у вас веселье идет полным ходом! - раздался рядом голос Павла. И почему-то мне показалось, что ему как раз не очень весело.

14

- Что-то случилось? – вежливо поинтересовалась я у Павла.

- Все нормально, - буркнул он так, что сразу стало понятно, что нормально далеко не всё.

За столом сразу возникла неловкая пауза. Я сделала вид, что внимательно рассматриваю свои ногти. А что я могла еще предпринять? Мы с будущим мужем не в тех отношениях, чтобы я лезла к нему с расспросами или гладила по голове и убеждала, что он лучший.

Затянувшееся молчание прервал официант. Ловко маневрируя между столиками и шатающимися гостями, он притащил чудовищных размеров поднос, заставленный целой горой тарелок.

- Наконец-то оценю, как здесь кормят, - сказала я, довольно потирая руки.

Однако мои гастрономические устремления никто не поддержал.

- Придется мне снова оставить вас в тесной компании друг друга, - не глядя ни на меня, ни на брата сказал Павел. – Приехали важные гости, я должен встретить.

Мы с Олегом дружно кивнули головами. Надо так надо. Хвала поварам, скучать нам не придется.

- М-м-м, ты был прав, готовят здесь отменно, - признала я, опустошив пару тарелок.

А вот у него аппетита, похоже, совсем не было. Равно как и настроения. Как ни старалась я вернуться к нашему разговору, все было впустую. Олег отделывался общими фразами. А мне так хотелось узнать побольше о Павле, его роковых подружках и их кровожадности. Но он  явно давал понять, что эта тема ему стала неприятна.

Вечер, начавшийся так прекрасно, закончился совершенно нелепо. И я вздохнула с облегчением, когда, наконец, оказалась одна в комнате, которую уже начала считать своей.

Уже засыпая я вдруг вспомнила о том, что у меня даже нет свадебного платья. В другом состоянии я бы непременно впала по этому поводу в истерику. Но усталость сделала свое дело. И будущая счастливая невеста мысленно махнула рукой, повернулась на другой бок и отбыла в царство сновидений. В конце концов, то красненькое - очень даже ничего. К тому же завтра наверняка появится Олег и что-нибудь такое наколдует.

И я не ошиблась. Действительно, следующим утром прямо за дверью меня дожидался новый пакет с лейблом ну очень дорого бренда.

- Спасибо, фея-крестная! - крикнула я в пустоту огромного дома и проворно схватила подарок.

На этот раз сомнений не было, я точно знала, что платье будет великолепным. И все-таки не смогла сдержать восторженный вздох, как только освободила его от упаковки. Наверное, классической невесте оно бы не понравилось. Наряд был совсем простым, без пышной юбки, оборок, кружев и прочих свадебных украшательств.

Даже цвет у платья был не белый, а золотисто-бежевый. Зато оно казалось таким легким, струящимся и нежным, что ни на какое другое я бы уже не согласилась.

Видимо, платье прониклось ко мне ответными чувствами. Иначе стало бы оно так подчеркивать мою талию, удлинять ноги и выгодно оттенять кожу? Я не выдержала и немного покружилась, совсем как маленькая девочка, выступающая на утреннике в роли снежинки. Длинная юбка тут же поднялась колокольчиком, обнажив ноги выше колен. Эх, и хороша же я!

Процесс самолюбование был прерван стуком в дверь.

- Доброе утро, невеста! – раздался вслед за решительным «тук-тук-тук» голос Павла. – Не буду врываться к тебе, чтобы выдержать церемониал. Просто пришел сказать, что уже выезжаю!

- Да-да, я уже готова, еду следом за тобой! – отозвалась я.

Мы еще вчера договорились, что добираться до загса будем на разных машинах. Сразу после церемонии бракосочетания у меня была назначена крайне важная встреча, да и у Павла были свои дела. Выходило, что сразу после регистрации брака нам предстояло ехать в разные стороны.

Хотя, если бы я знала, что мне предстоит пережить на столичных дорогах, я была бы не так категорична. До места назначения я ехала в два раза дольше, чем рассчитывала. При этом меня трижды назвали дурой и дважды показали неприличный жест в окно. Все-таки надо было разукрасить машину лентами или привязать куклу на капот. Может, тогда остальные водители проявили бы немного больше терпения.

Когда я, наконец, припарковалась у монументального серого здания, мой жених уже сильно нервничал на крыльце. Знакомым жестом он ерошил волосы и что-то эмоционально выговаривал Олегу. Тот был спокоен как удав.

- Привет, мальчики, - произнесла я, поравнявшись с ними.

Два брата одновременно повернули головы, и я увидела, как синхронно расширяются от удивления их глаза. Ну-ка, какие покажут лучший результат, темные или светлые?

- Ты великолепна, - первым нарушил молчание Павел.

Он улыбнулся и протянул руку. Олегу осталось только открыть перед нами дверь.

Перед залом регистрации нас ждали немногочисленные гости. Константин Петрович держал под руку невероятно красивую женщину. Ее стройную фигурку подчеркивало узкое платье, и я отметила, что талия у нее даже уже, чем моя.

- Знакомься, мам, это Виктория, моя невеста, - представил меня Павел.

Надо же, мама! А я и не знала, что будущие свекрови могут выглядеть как супермодели.

- Ну наконец-то! – весело отозвалась та, рассматривая меня. – Я уже и не надеялась, что нас представят друг другу до свадьбы. Боялась, что мне расскажут о внуках, когда они уже закончат школу.

Она насмешливо потрепала своего младшенького за ухо, а я отметила, как же они похожи. Те же голубые искрящиеся весельем глаза и благородные черты лица. Я даже чуть не ляпнула заезженную фразу о том, что теперь знаю, в кого Паша такой красавчик. Но вовремя осеклась и ограничилась вежливым «Очень приятно».

- Павел, все, давай бери невесту, жениться пошли! – прервала вдруг процесс знакомства с родителями невесть откуда взявшаяся девушка. Миловидная, с ясными глазами. Совсем не похожая на вчерашних тигриц.

Я непроизвольно нахмурилась. Пока у меня от приятельниц мужа были одни неприятности.

-    Не переживай, это твоя свидетельница, - успел шепнуть мне на ухо Олег. - Настоящая подруга детства.

На меня свидетельница не обращала никакого внимания. Она схватила за рукав моего жениха и потащила его к дверям.

-    Сейчас опоздаем, и вместо вас кого-нибудь другого поженят, - ворчала она, не выпуская Павла из своих цепких ручек. - А мы такими темпами будем до вечера здесь сидеть. Нет уж, я хочу, чтобы тебя окольцевали побыстрее, так что поторапливайтесь давайте.

Подгоняемые нетерпеливой девицей мы ворвались в зал для торжеств практически бегом. Женщина в строгом костюме смерила нас осуждающим взглядом и начала свой торжественный монолог.

Следуя ее указаниям, мы с Пазлом расписались в предложенных нам документах и обменялись кольцами. Готова поспорить, что о них тоже позаботился Олег.

-    А теперь жених может поцеловать невесту, - закончила строгая женщина.

Я повернулась к своему теперь уже законному мужу, рассчитывая на быстрый официальный чмок. Однако Павел вдруг притянул меня к себе и впился в мои губы поцелуем. Самым настоящим!

От неожиданности я так опешила, что не сразу поняла, что мне делать дальше. Муж у меня липовый. Однако здесь, при его родителях, дать ему заслуженную затрещину никак нельзя. Иначе наш спектакль можно считать оконченным.

Поэтому я закрыла глаза и приоткрыла рот и ответила на поцелуй. Напоказ... Словно я - актриса из фильма о любви. Надо только представить, что этот парень мне нравится... И целоваться с ним нравится. Хотя тут и притворяться нечего. В поцелуе моего теперь уже законного мужа чувствовался такой невероятный сплав страсти и нежности, что у меня закружилась голова. Вот уж кто и правда прирожденный актер! Мы оторвались друг от дуга только после того, как распорядительница начала красноречиво покашливать в кулачок, а наша свидетельница удивленно присвистнула.

Что ж, зато Константин Петрович наверняка остался доволен. Он первым подошел к нам и с силой пожал окольцованную руку моего мужа. Его супруга, вытерев платочком краешки глаз по очереди обняла нас.

И только Олег не подошел, чтобы поздравить минуту назад образованную ячейку общества. Неужели не хочет участвовать в этом цирке? Я повернулась в его сторону и невольно отшатнулась. Он не мигая смотрел на нас исподлобья, сжав побледневшие губы. От его взгляда мне сразу стало не по себе, и я малодушно отвернулась.

15

Волю своей радости я дала, лишь оказавшись за рулем машинки. Когда остальные участники и зрители нашего представления разъехались, я достала из сумочки паспорт и открыла его на страничке со свежим штампом.

- Ты ж моя прелесть! - прошептала я и, убедившись, что никто не смотрит, поцеловала документ.

Новоявленная госпожа Кустова готова приступить к служебным обязанностям! В тот момент мне казалось, что все самое трудное уже позади. Я нашла замечательного мужа в сжатые сроки, а уж со всеми остальными задачами справлюсь играючи!

Весело напевая, я завела мотор и выехала со стоянки загса. Неожиданный поцелуй Павла и странная реакция Олега меня больше не волновали. Я гнала навстречу своей мечте.

То есть, не то чтобы гнала. Скорее, вяло ползла. За первым же поворотом я попала в серьезную пробку. Кое-как втиснувшись в поток машин и узнав о себе много нового, я уже была готова разрыдаться. Нет, здесь определенно действуют какие-то свои правила дорожного движения, которые по большому секрету рассказывают тем, кто сумел продержаться в столице не меньше года.

Промучившись в заторе без малого час, я, наконец, услышала от навигатора заветные слова: «через 100 метров поверните направо». Это означало, что конец моих мучений близко.

Только вот как на глазок определить, где кончаются эти 100 метров? Где мне поворачивать, вот здесь или чуть подальше? Понастроили тут перекрестков!

Я выбрала самый приятный вариант, свернув с забитого до отказа шоссе при первой же возможности. И тут же глупая железяка стальным голосом возвестила: «вы ушли с маршрута».

- Ах ты, несчастная консервная банка! – выругалась я и отключила навигатор.

И вот как мне теперь развернуться? Я проехала еще несколько метров в поисках места для разворота и попала в новую безнадежную пробку.

От опоздания меня спасло только чудо. В знакомый офис я влетела за полчаса до окончания рабочего дня. Секретарша оценивающе присмотрелась к моему платью и, сделав одной ей понятные выводы, нацепила почтительную улыбку.

- Мне назначено! – бросила я ей и прошла в кабинет к строгой даме.

Все-таки удивительно, что делает с людьми статус. На этот раз я совершенно не робела. Да и надменная кадровая фея показалась мне не такой уж страшной. Вполне себе милая женщина средних лет.

- Так вы все-таки успели выйти замуж? – спросила она, удивленно приподняв идеальную бровь.

- Самым торжественным образом и в присутствии свидетелей, - заверила я ее.

Дама улыбнулась, окончательно растеряв все свои устрашающие свойства.

- Что ж, вы умеете добиваться своих целей, - резюмировала она. – Решение по этой должности будет известно в понедельник, но я уверена, что она достанется именно вам.

Из офиса я вылетела окрыленная, завела мотор и… снова встала в пробку. Если до этого мне удавалось ехать хотя бы на минимальной скорости, то теперь об этом приходилось только мечтать. Как раз в это время большинство офисных служащих возвращается домой. Разом высыпав на столичные дороги, они практически парализовали движение.

Я обреченно выключила мотор и сердито откинулась на спинку сидения. Неужели теперь каждый день мне придется передвигаться таким образом? Тогда надо будет забросить в бардачок пилочку для ногтей, чтобы как та барышня в авто справа успевать сделать маникюр. Или накачать побольше фильмов, чтобы смотреть их, как тот дядечка слева. Пожалуй, в выходные поинтересуюсь, что там вышло новенького из мелодрам.

Хотя моя собственная жизнь, кажется, сама становится похожа на дурацкую киноленту. Я вспомнила события сегодняшнего дня, вкус Пашкиных губ и неприятное послевкусие, оставленное пронзительным взглядом Олега.

Если поступок моего мужа я как-то могла объяснить позерством или желанием поставить печать собственника, то реакция его брата вызывала только недоумение. Может, я так ему не нравлюсь? Или, наоборот, нравлюсь?

Я очнулась только тогда, когда автомобили сзади начали отчаянно сигналить. Ух ты, движение-то возобновилось! Я постаралась как можно быстрее повернуть ключ зажигания. Заглохла! Сигналы стали настойчивее. Дрожащими руками повторила попытку. И снова заглохла! Сзади мне уже кричали что-то про корову, обезьяну с гранатой, всплывали названия и каких-то других, не сильно расторопных животных.

Я в отчаянии снова повернула ключ и к моему счастью мотор довольно заурчал.

- Помчались! – весело подбодрила я себя и тут же увидела полосатую палочку, указывающую на мое лобовое стекло.

- А вы, гражданочка, зачем на красный свет проехали? – спросил у меня молодцеватый сотрудник ГИБДД, когда я законопослушно остановилась перед ним.

Вернулась домой я лишь глубоким вечером. В сумочке лежала квитанция на оплату первого столичного штрафа, а в голове осталась только одна мысль: в душ и спать!

Прошмыгнуть в свою комнату удалось незаметно. С небольшим сожалением я сняла свой свадебный наряд и предоставила струям воды смывать пыль, смог и накопившееся раздражение. Последние силы ушли на то, чтобы обернуться большим полотенцем и соорудить тюрбан на голове из того, что поменьше.

На ватных ногах я выбралась из ванной и поплелась в сторону кровати.

- Какая-то скучная у нас первая брачная ночь, не находишь? – вдруг донеслось из угла.

От неожиданности я подпрыгнула и тихонько вскрикнула.

- Что ты здесь забыл? – спросила я у  улыбающегося Павла, как только ко мне вернулась способность связно излагать мысли. – Так можно и заикой человека сделать!

- Ты разве не ожидала меня здесь увидеть? – уже не так уверенно спросил он.

И тем не менее сделал шаг навстречу мне. Я отступила назад, придерживая руками полотенце. Для полного счастья не хватало, чтобы оно слетело в самый неподходящий момент. Увидев мой испуг, Павел остановился.

- Совсем не ожидала! А должна была?

-    Прости, я тут подумал... - несвязно начал выкладывать он. - Там, в загсе... Все это было так... И я решил, что ты... что мы...

Кажется, он даже покраснел. А что, хорошенькое завершение трудного дня. Главный столичный плейбой стоит в моей комнате и, запинаясь как школьник, предлагает продолжить знакомство. И, кажется, я его сейчас выгоню!

-    А что мне было делать? Не могла же я отбиваться на глазах у твоего папочки. Поверь мне, если бы он не стоял в трех метрах, твоя законная женушка устроила бы тебе первый семейный скандал не выходя из зала торжеств.

Павел посмотрел на меня недоверчиво. Но у меня уже не было сил для дальнейших прений. Я что-то пробормотала про то, что сильно устала и вообще не привыкла стоять полуголой в обществе мужчин. А потом акцентировала его внимание на двери, ведущей из моей комнаты.

-    Спокойно ночи, - фыркнул Павел. - Мне пора в клуб, свадьба не повод для прогула.

Я дождалась, пока стихнут его шаги на лестнице и скинула полотенце, намереваясь как можно быстрее нырнуть под одеяло. Немного подумав, все же нацепила крошечную кружевную сорочку.

Как только она скрыла небольшую часть моего усталого тела, дверь снова открылась.

-    Ну что еще? - спросила я, оставаясь стоять спиной ко входу. - Кажется, мы все уже выяснили...

Мой ночной гость в ответ не проронил ни слова. Это показалось мне странным. Все-таки Павла молчуном назвать нельзя. Может, плохо ему?

Я повернулась, готовая в случае чего спустить на навязчивого муженька стаю злых собак, но, рассмотрев гостя, оставила всю свору при себе.

Это был не Павел. На пороге моей комнаты стоял Олег. Судя по его виду, он был не совсем трезв. По крайней мере, выглядел он совершенно не так как всегда и смотрел на меня еще более странно, чем после церемонии в загсе.

- А ты что здесь... - начала говорить я, но закончить фразу не успела.

Олег в два шага пересек комнату и, схватив меня в охапку, резко прижал к себе. Тонкий шелк сорочки, руки скользящие по моей спине, жаркое прерывистое дыхание, запах его духов - все это как ядовитый коктейль ударило в голову. Я застыла, не в силах шелохнуться, хотя точно знала, что нужно делать: оттолкнуть его сейчас же. Но почему-то медлила.

16

Бывают ситуации, в которых не сразу подберешь нужные слова. Я вот никак не могла придумать, как отреагировать на неожиданное вторжение своего деверя. Он прижимал меня крепко-крепко. Я чувствовала его сильные руки через тонкую ткань сорочки.

Я даже не пыталась объяснить себе странное оцепенение, которое на меня напало. Одно я знала точно: оно никак не было связано с тем, что стоять вот так – в объятиях Олега мне нравилось.

Будь на его месте кто-то другой, я бы сразу выдала весь свой довольно скудный запас ненормативной лексики, а возможно, для убедительности огрела бы первым, что попалось под руку. Но Олег успел зарекомендовать себя в качестве человека умного и серьезного, и я понимала, что методы нужны другие. Какие? Поговорить!

- Олег, это какая-то странная и двусмысленная ситуация… - выдала я наконец осторожно.

Услышав мой голос, он отпрянул. Потом схватил за плечи и, с трудом сфокусировав взгляд, уставился в глаза.

- Вика? Это ты? – задал он самый неожиданный в этой ситуации вопрос.

Я опешила.

- А кого ты тут рассчитывал увидеть? Английскую королеву? Это вообще-то моя комната!

Он на минуту замолчал, словно и правда прикидывал, не могла ли на моем месте быть венценосная особа, а потом заплетающимся языком произнес:

- Прошу прощения! Кажется, я ошибся адресом…

Надо отдать ему должное, он не стал злоупотреблять моим гостеприимством. Выпустил меня из объятий и сразу же предпринял попытку уйти. Правда, она оказалось не слишком удачной: качнувшись в самый неподходящий момент, он изо всех сил треснулся головой об косяк.

Кажется, без моей помощи этот товарищ не справится. Я быстренько накинула халатик и повела родственничка вниз. Он благодарно обхватил меня за плечи, так что я согнулась вдвое под его тяжестью.

- Знаешь, Вик, а ты добрая, - бормотал он по пути. – И такая заботливая.

Я изредка поддакивала, вспомнив правила поведения с пьяными мужиками, усвоенные еще в моем маленьком не очень благополучном городишке.

Наконец, мы добрались до дивана в гостиной. Я быстренько скинула на него Олега и с облегчением вздохнула. Ну и тяжелым же он оказался!

Оказавшись в горизонтальном положении, тот мгновенно уснул. Я заботливо перевернула его на бок и укутала пледом.

- Прости, в лобик целовать не буду, - пробормотала я похрапывающему деверю и побежала к себе.

Как жаль, что я не обладаю сверхспсобностью засыпать сразу, как только голова коснется подушки. Есть лишний повод позавидовать Олегу. Мне в отличие от него, погрузиться в сон никак не удавалось. День оказался слишком богатым на впечатления, которые сейчас устроили свистопляску в голове, мешая мозгу отключиться.

Мало что ли мне было свадьбы, столичных дорог и посещения офиса? Нет, братцы Кустовы решили окончательно меня добить. Сначала Павел с его поцелуями и намеками на брачную ночью. Потом Олег с его мрачными взглядами и крепкими объятьями.

Интересно, а кого ожидал увидеть старший брат на моем месте? Я вспомнила, как крепко он прижал меня к себе, будто я была его единственным спасением. Кого же рисовало на моем месте его нетрезвое воображение?

Впрочем, этого мне представлять не хотелось. А вот воспоминание о его руках, скользивших по тонкой ткани, преследовало меня, пока я не уснула.

Проснулась я от чувства дикого голода. Конечно, вчера со всеми этими хлопотами, кажется, ни разу не успела основательно подкрепиться. Я долго боролась между желанием пойти и съесть что-нибудь типа фаршированного слона и нежеланием встречаться с моими новыми родственниками.

Особенно не хотелось видеть Олега. Ну как мне смотреть ему в глаза после вчерашнего?

Впрочем, моему желудку было абсолютно наплевать на мои нравственные страдания. Он все явственнее намекал о своем присутствии в моем организме и все настойчивее требовал немедленный реализации всех его желаний. Наконец, я сдалась, быстро привела себя в порядок и понуро пошагала в сторону кухни.

- Доброе утро! - поприветствовал меня Павел, отсалютовав чашкой с кофе.

Я оглянулась. Кажется, больше никого нет.

- Доброе! – ответила я, присаживаясь рядом. – Мы что, будем завтракать одни?

- Да, Олег уехал пораньше, - беспечно ответил мой муж. – Он у нас труженик и надежда всей семьи.

Судя по его виду, он уже не злился на меня за вчерашнее.

Он допил кофе, и как бы невзначай спросил:

- А что ты делаешь сегодня вечером?

Надеюсь, он не хочет пригласить меня на свидание? Как бы там ни было, но с ходу придумать себе важное занятие на вечер не удалось.

- Да вроде бы ничего, - пожала я плечами.

- Отлично! – обрадовался Павел. – Тогда сходим поужинать вчетвером: мы с тобой и Олег со своей девушкой. Ей очень хочется поближе с тобой познакомиться.

- У Олега есть девушка? – удивилась я.

Хотя – чему тут удивляться. Симпатичный, серьезный, да еще и состоятельный… И не такой вертопрах как непутевый младший братец. Конечно, у него должна быть девушка.

- Есть. Они уже лет сто вместе. Олег у нас однолюб.

Вот так. Однолюб. Впрочем, на него это похоже. Такой парень, как он, и должен всю жизнь хранить верность какой-нибудь своей однокласснице. Или даже одногруппнице из детского сада, с которой они в далекой молодости лепили куличики в одной песочнице.

Пока я размышляла над этим, мой законный супруг неожиданно оказался рядом и чмокнул меня в щеку.

- Не знаю, говорил ли я тебе уже, но у меня потрясающе красивая жена.

17

Шопинг – это маленькая жизнь. В которой не существует ни проблем, ни забот, а есть только километры вешалок, завешанных самой лучшей одеждой, примерочные, зеркала и услужливые продавщицы.

Да, шопинг – это круто. Особенно, когда тебя только что приняли на работу, выдав кругленькую сумму в качестве подъемных средств. И ее всю, не экономя и не откладывая, можно спустить на гардероб для будущей службы. И ты порхаешь из отдела в отдел, обрастая пакетами, в которых аккуратно сложены юбки-карандаши, приталенные жакеты и платья-футляры.

То есть, это я  бегала по торговому центру, забыв обо все на свете, кроме своего размера и тенденций офисной моды. Нужно было поторапливаться, ведь уже завтра я должна выйти на работу мечты. Об этом мне сообщили сегодня утром. И вот, все бумаги подписаны, полученные деньги почти истрачены, и я безгранично счастлива.

Получив в руки очередной пакет с обновкой в деловом стиле, я уже собиралась уходить. Как вдруг увидела его. Платье цвета розовой пудры, нежное и сексуальное одновременно. Конечно, на работу в таком не пойдешь, и, честное слово, я собиралась только примерить. Но увидев себя в зеркале, поняла, что никуда я без этой тряпочки не уйду.

Когда я в упоении любовалась своим отражением, раздался телефонный звонок.

- Мы все в сборе, ждем только тебя, - сообщил в трубку мой муж.

Муж. Звучит очень странно, особенно если речь идет о человеке, которого я почти не знаю. И вообще. Как я могла забыть! Сегодня же мы у нас «свидание вчетвером». Я, Павел, Олег и его девушка. Практически семейный ужин.

- Уже еду, буду через пять минут, - немного приукрасила я положение вещей.

И, нажав отбой, обратилась к продавщице:

- Срезайте с платья бирки, пойду прямо в нем.

До кафе мне удалось добраться за полчаса. Совесть, начавшая просыпаться еще в дороге, мирно задремала, когда я увидела, что эти трое без меня не скучали. Павел и Олег внимательно слушали симпатичную девушку, которая оживленно им что-то рассказывала…

И, кажется, я ее знаю. Точно! Это же свидетельница со свадьбы, настоящая подруга детства братьев Кустовых. И, видимо, очередное доказательство того, что дружбы между мужчиной и женщиной быть не может.

- Всем привет! – весело сказала я, перебив ее на полуслове.

Видимо, не такую уж и интересную историю она рассказывала, раз оба брата тут же вскочили и одновременно схватились за спинку стула, чтобы отодвинуть его для меня. Они тут же посмотрели друг другу в глаза, и Олег убрал руку, предоставив Павлу право ухаживать за законной супругой.

- Знакомься, это Лиза, - представил мне старшенький свою девушку и легонько кивнул на нее головой.

Я пристально всматривалась в эту парочку. А где же нежность? Где восхищение? Мой фиктивный муж и то смотрел на меня с большим чувством. Даже успел шепнуть, что я сегодня выгляжу как фея.

Впрочем, Лизу такое отношение, кажется, совершенно не обижало. Она оказалась очень словоохотливой, и уже через полчаса я знала всю историю отношений этой троицы. С того самого момента, когда ее семья поселилась в поселке по соседству с Кустовыми. Тогда Пашка обстрелял ее из водного пистолета, а она размазала ему мороженое по волосам. Мирил их Олег, который уже тогда отличался рассудительностью и здравомыслием.

С тех пор за старшим братом и закрепилась роль миротворца. Он решал конфликты не только между двумя этими шалопаями. При необходимости мужественно защищал их перед родителями, частенько принимая вину на себя. Константин Петрович до сих пор уверен, что это именно он разбил огромное панорамное окно в гостиной и таскал сигары из его неприкосновенного запаса.

А еще всегда оказывался рядом, когда те затевали драку с ребятами с улицы, залезали на самую верхушку деревьев, запирали гувернанток в кладовке, спускались из окон на плохо связанных простынях, сбегали вдвоем на речку…

- Совершенно не давал нам наслаждаться детскими годами, - Лиза с улыбкой потрепала Олега по макушке.

Паша подхватил:

- Да-да, из-за него мы недовыполнили план по шалостям процентов на сорок так точно.

- Не переживай, скоро твой наследничек продолжит наше дело! - бодро заявила Лиза. И на этот раз запустила свою вездесущую пятерню прямо в волосы моего мужа.

Кустовы на этот жест никак не отреагировали. Видимо, такое в их тесной компании было привычным. Эх, будь я настоящей женой своего мужа, показала бы этой подружке ее место. Да, она очень веселая. И обаятельная. И совершенно не жеманная. «Свой парень». Именно такая девушка могла быть рядом с Олегом. Даже с песочницей я угадала. Но это совершенно не радовало…

И приятная во всех отношениях Лиза нравилась мне  все меньше.

18

От событий давно минувших дней они перешли к обсуждению дел сегодняшних… Даже не дел – кто станет говорить о делах на двойном свидании?  - нашумевшие книги, свежие сплетни, события культурной жизни столицы. Все присутствующие легко жонглировали именами, большая часть которых не была мне даже знакома. И я не всегда понимала – говорят они о каком-то своем приятеле или о новом светиле на литературном небосклоне. Впрочем, одно другому не мешало. Почему бы у владельца одного из самых модных клубов столицы не быть друзьям-знаменитостям?

В общем, кажется, безвозвратно теряла нить разговора. Нет, не то чтобы я могла пожаловаться на свое образование. Просто в последнее время читала, в основном, профессиональную литературу. А в ней не было ни постмодернистов, ни «философии небытия».

Мне бы очень хотелось ввернуть в разговор что-то типа «Ах, это же совершенно в рамках концепции Бельведерского, хотя, кажется, ее уже оспорил Васюкевич». Однако эта вездесущая Лиза наверняка бы сразу меня раскусила и выяснила, что таких людей вообще не существует. Как и их концепций.

Поэтому я просто сидела и слушала, как они рассуждают о современном искусстве и потихонечку просила у Вселенной, чтобы их разговор стал более приземленным…

Поэтому я с облегчением вздохнула, когда Лиза вдруг заявила:

- Прошу извинить, но мне пора припудрить носик.

Единственное, о чем я пожалела, так это о том, что орган обоняния у нее не такой большой. Я бы предпочла, чтобы он был размером с Эйфелеву башню, так чтобы на его напудривание ушел хотя бы весь этот вечер.

Стоило ей уйти, Пашин телефон в требовательно запиликал, сбив хозяина с мысли. Он посмотрел на экранчик и вмиг помрачнел:

- Извините, должен ответить, - буркнул он нам и тут же направился к выходу, громко выясняя отношения со своим телефонным собеседником.

Мы с Олегом остались за столиком вдвоем. Я сделала вид, что меня очень интересует аляповатая картина, висящая напротив. Мы впервые оказались наедине после того инцидента во время моей явно неудавшейся брачной ночи.

- Я очень рад, что мы можем поговорить без свидетелей, - заявил вдруг Олег.

Сердце у меня почему-то затрепетало и попробовало сбежать в пятки. «Стоять!» - скомандовала я ему. Нужно было дослушать собеседника, не теряя самообладания.

- Извини, что я так ворвался… - продолжал он, не замечая моих разборок с главной мышцей организма. – И спасибо, что не стала ничего рассказывать Пашке. Я, правда, не знаю, что на меня тогда нашло…

Олег замолчал, и я поняла, как тяжело ему даются эти слова.

- Забудь! – беспечно махнула я рукой. – С кем не бывает!

Аха, буквально каждый пытается ночью обнять новоиспеченную жену брата, предварительно ворвавшись к ней в спальню. Вслух я этого, конечно, не сказала. Да и вообще говорить было больше нечего. Поэтому за столиком впервые за весь вечер повисла долгая мучительная пауза.

Я успела досконально изучить картину на стене и даже разобрала имя художника – М. Гузявин. Обязательно запомню, чтобы в каком-нибудь разговоре при случае выдать что-то вроде «Ах, что вы говорите! Это совершено в духе Гузявина. Надеюсь, вы видели его полотна?».

Олег в это время делал вид, что наслаждается кофе, который, я заметила, уже давно закончился в чашке. С каждой минутой сидеть друг напротив друга становилось все сложнее. Поэтому я искренне обрадовалась, услышав Лизин голос:

- А вот и я! Нос припудрен, и я готова совать его во все самое интересное!

Кажется, Олег тоже был счастлив. Он посмотрел на невесту с благодарностью.

Вслед за Лизой появился и Пашка.

- Ребята, я вас покидаю, - безапелляционно заявил он.

- Что, на кухне нашелся еще что-то вкусненькое и неучтенное? – съязвила его подружка.

- Пока нет, - спокойно ответил мой муж. – Но, боюсь, скоро найдется, только не на кухне. К нам в клуб едет группа «Коты» в полном составе. Что-то они там свое отмечают. Так что массовые беспорядки и толпа папарацци обеспечены.

- «Коты»! – взвизгнула Лиза. – Те самые? И ты собрался ехать без нас? И какой ты после этого друг?

Она явно негодовала. А я искренне радовалась, что хоть на это раз знаю, о ком идет речь. Да, пропустить мимо ушей незамысловатые песенки «Котов» мог только глухой. Они были на верхней ступеньке всех хит-парадов. И даже я, человек, удаленный от поп-культуры так же далеко, как и от современного искусства, могла вспомнить парочку их песенок.

- Ну, вы тогда езжайте, а я домой, - попыталась улизнуть я.

- Ну уж нет! – воспротивилась Лиза. – Ты не можешь такое пропустить! Что может быть лучше «Котов»? Они же такие мимимишные! – она мечтательно закатила глаза.

Я должна была отказаться. У меня не было ни одной причины туда ехать. Лизиной любви к «Котам» я не разделяю. Пашиной любви к ночным клубам – тоже. И вообще! У меня завтра первый рабочий день. Мне нужно выспаться, рано встать, собраться, да еще и умудриться не опоздать на работу, объезжая пробки. И вот при всех этих обстоятельствах я сказала:

- Хорошо… Только ненадолго…

Пашке не оставалось ничего другого, как сдаться:

- Ну, если вы настаиваете, - задумчиво произнес он. - То давайте седлать коней и поскачем во весь дух в клуб. Они скоро будут!

19

Кажется, про планы «Котов» на этот вечер знали не только мы. В клубе в этот вечер точно не нашлось бы места даже для упавшей виноградины, не то что для яблока. Посмотреть на то, как расслабляются кумиры молодежи, собралась, как минимум, половина города.

- Все ВИП-столики заняты! - проорал мне на ухо Павел, пытаясь перекрыть голосом отчаянно гремящую музыку.

- Ну тогда я домой! – заорала я в ответ, активировав весь запас децибелов.

- Спокойно! Сейчас все будет! – так же громогласно заявил мой муж и, взяв меня за руку, потащил куда-то за танцевальный зал.

В самом углу одиноко стоял столик. Он выглядел жалобно и неуверенно, как маленькая побитая собачка, спрятавшаяся от всего белого света в темный закуток. Танцпола отсюда было не видно. Зато имелся несомненный плюс: относительная тишина.

- Чувствуйте себя как дома! – почти нормальным голосом произнес Пашка и широким жестом указал на столик. – Надеюсь, скоро смогу присоединиться, а пока надо встретить дорогих гостей и обеспечить им полную неприкосновенность.

Он сделал озабоченное лицо, достал свой телефон и нырнул в самую пучину веселья.

- Да уж, место у нас самое неудачное, - прокомментировала Лиза, уныло оглядывая столик. – Не для того мы сюда пришли, чтобы скучать за сценой, правда? Пойдемте танцевать!

Она с надеждой посмотрела на нас. Но я решительно плюхнулась за столик, заявив, что беременным танцевать в такой толпе противопоказано. Все-таки в моем положении находилось все больше и больше плюсов.

Олег озадаченно потер виски. Видимо, ему все эти радости жизни тоже не доставляли большого удовольствия.

- Извини, но я не могу оставить Вику одну, - нашел он причину для отказа. – Обещал Пашке присматривать за ней.

- Фу, какие вы скучные! – вынесла нам приговор Лиза. – Как будто на вечер встречи пенсионеров пришли.

Она дернула плечиками и ретировалась. Мы с Олегом снова остались наедине. Читай книги на Книгочей.нет. Подписывайся на страничку в VK. И тут даже не было ни одной картины, которую я могла бы сосредоточенно рассматривать. Неужели придется искать тему для разговора? Положение спас Олег.

- Ну что, замужество пошло тебе на пользу? – спросил он. – Я имею в виду, удалось ли утереть нос работодателям?

- Еще как! – охотно откликнулась я. – Мне уже выплатили подъемные. А завтра первый рабочий день. И вообще-то я планировала как следует выспаться по этому случаю.

Я безнадежно обвела глазами наш столик, и Олег правильно понял мой взгляд.

- Мне тоже не мешало бы лечь пораньше, чем на рассвете, - признался он. – Завтра с утра куча дел, свежая голова здорово бы пригодилась…

- Но желание женщины – закон, - с улыбкой закончила я вместо него и бросила многозначительный взгляд туда, где только что растворилась в толе его пассия. Почему-то это было очень важно – чтобы он понял, что я могу вот так запросто говорить о его девушки и даже очень рада, что у них все хорошо.

- Ее желание исполнилось бы, даже если бы я не прикладывал к этому никаких усилий, - он улыбнулся. – Лиза знает, что я не большой любитель шумных вечеринок, и не пытается это изменить.

- А зачем тогда поехал? – удивилась я.

Кажется, он смутился.

- Ну что, давай попробуем вырваться?

- Думаешь, получится? – обреченно спросила я.

- Доверься мне! – подмигнул Олег.

О его способностях выпутываться даже из более сложных ситуаций я знала не понаслышке. С таким союзником действительно ничего не страшно. Даже напористая Лиза, которая как раз подходила к нашему столику, продолжая двигаться в такт музыке.

- Ну что, товарищи пенсионеры, потрясти песком на танцполе не надумали? – задорно спросила девушка.

- Нет! – в один голос ответили мы с Олегом.

- И даже ничего не заказали! – констатировала она, окинув взглядом наш пустой столик. – Эх, придется все делать самой!

Своим фирменным жестом она уже в который раз за этот вечер растрепала шевелюру Олега. Как хорошо, что она не пытается проделывать то же самое с моими волосами! Наверное, я пока еще не вхожу в круг особо доверенных лиц.

- Официант! – закричала Лиза, оставив, наконец, голову своего жениха в покое, и изо всех сил замахала руками, призывая к нашему столу человека с подносом.

Однако вместо него к нам подошел Пашка.

- Какие-то проблемы? – спросил он.

- Есть проблема! – быстро произнес Олег. – У тебя жена беременная, а ей завтра вставать рано. Домой нужно отправить девушку и немедленно!

Он говорил голосом, не терпящим возражений. Пашка почесал телефоном затылок и посмотрел на меня. Я постаралась сделать как можно более усталый вид и тяжело вздохнула, намекая на тяжесть моего положения. В присутствии Лизы он будет вынужден поддерживать легенду о будущем ребенке, так что шансы на успех у нас были.

- Ну, хорошо, - вынужден был признать мой супруг. – Сейчас вызову такси. Мне уезжать никак нельзя, сейчас тут самое пекло начнется.

- Зачем такси? – удивился Олег. – В такое время это небезопасно. Я и сам могу отвезти ее домой.

- Отлично! – согласился Пашка. – Так и я буду меньше переживать.

- А как же «Коты»? – выдвинула аргумент Лиза. – Они же совсем скоро приедут.

- Оставляем их полностью в твоем распоряжении, - торопливо сказал Олег.

Паша, как настоящий джентльмен, помог мне выйти из-за стола. Я обернулась, чтобы поблагодарить его, и тут он воспользовался моментом и впился мне в губы поцелуем. Вот хитрец, воспользовался моим же оружием! Я поборола желание немедленно огреть его только что отодвинутым стулом. При Лизе делать этого было никак нельзя. Играть спектакль надо было до конца.

- Жду тебя дома! – многозначительно сказала я, вырвавшись из его объятий.

И, надеюсь, по моему взгляду он понял, что ничего хорошего ему по возвращении не светит.

Я старалась не смотреть на Олега - но ничего не вышло, взгляд словно магнитом притягивало туда. Так что лишь надеялась, что не смотрю на него виновато. Но он словно и не заметил наших семейных разборок.

- Пойдем уже. Завтра рано вставать.

20

Домой мы с Олегом ехали молча. Он сосредоточенно смотрел на дорогу, а я накручивала на палец прядку волос и украдкой поглядывала на его профиль. В голову лезли всякие глупости. Например, о том, что у него волевое лицо. И руль он держит уверенно. И водит отлично – не лихачит, но и не осторожничает. Ехать с ним очень спокойно. Сразу видно, что у него все под контролем.

У него вообще всегда всё под контролем.

А еще снова и снова вспоминался его взгляд – там, в загсе. И его руки на тонкой ткани сорочки.

Нет! Об этом я точно не должна думать. У него – огромный бизнес, куча забот и девушка в придачу. А у меня – нелепый фиктивный брак, ни гроша за душой и смутные перспективы по работе.

Я запрещала себе думать о глупостях – и все равно о них думала.

Мы так и не сказали ни слова. Тишина в машине была не гнетущей, а какой-то многообещающей. Иногда мне казалось, что Олег вот-вот прервет ее и скажет что-то очень важное. Такое, от чего мое сердце снова запрыгает словно мячик. Я каждый раз вздрагивала, когда его рука опускалась на рычаг переключения передач, совсем рядом со мной. Но он каждый раз невозмутимо возвращал ее на руль, не касаясь меня. Нет, наверное, мне все-таки показалось, и ничего такого Олег говорить не собирался.

К концу пути я уже была уверена, что особая атмосфера, которая витала в салоне авто, всего лишь плод моей разыгравшейся фантазии. В последнее время она у меня совершенно вышла из-под контроля. Надо с ней что-то делать. Интересно, успокоительные средства помогут с ней справиться?

Я снова и снова на поминала себе, что у Олега все серьезно с этой Лизой. У него всегда всё серьезно. Пускай даже он и не поцеловал ее на прощание, как Павел меня, но наверняка же между ними есть какие-то чувства.

Я вспомнила поцелуй Павла и зажмурилась. Вот ведь какой наглец! Ну ладно, я с ним еще разберусь.

- Приехали! – возвестил голос Олега.

Машина медленно въехала в ворота и застыла около дома. Таким я его еще не видела. Ни в одном окне не было света. Казалось, он уснул, не дождавшись своих загулявших хозяев.

Мы вошли в дом, входная дверь глухо захлопнулась, выгнав из холла тусклые лучики света от уличного фонаря, и мы погрузились в полную темноту. Я беспомощно хлопала глазами, стараясь привыкнуть к темноте.

Олега не было слышно, но я ощущала его присутствие. Сейчас, в этом мраке, моя фантазия снова вырвалась на волю, и я опять ощутила кожей особую атмосферу, в которой тут же принялись прыгать и кувыркаться мелкие озорники флюиды.

Свет не включался. Я замерла. Сколько мы уже стоим тут одни в темноте? Может, Олег никак не решится на что-то важное? Может, его руки уже тянутся ко мне, чтобы обнять, прижать к себе? И как мне тогда себя вести?

И тут раздался щелчок, и загорелся яркий свет, от которого сразу заболели глаза. Я прикрыла их рукой. Флюидам такое развитие событий, видимо, тоже не понравилось, и они тут же исчезли в поисках более достойной парочки.

- Спокойной ночи, - тихо сказал Олег.

- Спокойной ночи, - ответила я и медленно поплелась в свою комнату.

21

Что отличает работающего человека от неработающего? Режим и дисциплина! Следующим утром я встала пораньше. Нужно было сделать макияж, укладку и выбрать костюм. С непривычки получалось плохо, но после двухчасовой борьбы за идеал, я все-таки осталась довольна.

Из зеркала на меня смотрела не просто девушка, а очень даже деловая сотрудница большой компании. Пожалуй, в таком виде я могу не только отправиться на работу, но и устроить первый семейный скандал. А то муж совсем от руки отбился, беззастенчиво лезет целоваться, стоит только потерять бдительность.

Громко цокая шпильками и подбирая в уме уместные в таком случае выражения, я спустилась в кухню. Однако скандалить оказалось совершенно не с кем. В помещении не было ни одной живой души. Что ж, этого и следовало ожидать. Наверняка мой благоверный вернулся только под утро и сейчас как раз видит третий сон. Ладно, приберегу силы. Мне сегодня они еще понадобятся.

Налив чашку кофе, я разместилась за столом. Но не успела сделать и глотка, как дверь в кухню отворилась, и в нее вплыл огромный пылесос. Сзади за него держалась пухленькая особа невысокого роста. Наверняка она не ожидала увидеть меня, поэтому, войдя в помещение вслед за своим агрегатом, громко ойкнула.

- Доброго утречка, - сказала она, собравшись с силами. – А я горничная, Марья. Обычно в это время туточки нет никого, вот я и решила пошуметь.

Она виновато посмотрела на пылесос, и я поняла, что нарушила давно разработанный план уборки. Что ж, могу выпить кофе и в другом месте.

- Шумите, шумите, - сказала я. – Мне все равно уже пора.

Я спрыгнула с высокого барного стула и направилась к выходу. Но в дверях немного задержалась и спросила:

- Дарья, а что, Павел еще не вставал?

- А он еще из клуба не возвращался! – ответила она, ловко разматывая шнур пылесоса.

А вот это было полной неожиданностью.

- Как это не возвращался? – спросила я. – Вы уверены?

- А то! – беззаботно махнула рукой горничная. – Парень видный, девки его буквально на части дерут… Ой…

Видимо, вспомнив, что разговаривает с законной женой своего босса, она осеклась. И тут же попробовала исправить оплошность:

- Вы уж простите, - затараторила она. – Вечно я чушь какую-то несу… Раньше-то, конечно, так оно и было, а сейчас-то нет. Наверное.

Не дослушав словоохотливую Марью, я выбежала за дверь. В конце концов, личная жизнь моего мужа меня касаться не должна, хотя мог бы он быть и осторожнее. Вот узнает Константин Петрович о его похождениях, и накроется весь наш план большим медным тазом.

Ну а пока мне предстояло решить очередную задачку. Моя машинка вчера так и осталась стоять на парковке у клуба. И как ехать на работу, было непонятно. Такси что ли вызвать? Эх, надо сначала посчитать, сколько денег у меня осталось после шопинга.

Занятая своими мыслями, я направилась в свою комнату. И тут услышала знакомый голос:

- Викуля! А я за тобой!

Дядя Митя стоял посреди гостиной, улыбаясь во все 32 зуба. Как же я была рада его видеть!

- Мне Павел наказал отвезти тебя в любую точку города, - добродушно сказал он. – Так что жду распоряжений, племяшка.

Через полчаса мы уже подъезжали к месту моей новой работы. Увидев бизнес-центр, крыша которого уходила в небеса, дядя Митя присвистнул:

- Круто устроилась, - подмигнул он мне.

- А то! – засмеялась я. – Вот увидите, я самых высот достигну.

Я показала пальцем туда, где красовались антенны огромного здания, и выпрыгнула из автомобиля. До начала рабочего дня оставалось ровно 15 минут. Что ж, точность – вежливость лучших работников.

Распрямив плечи и задрав голову, словно самая настоящая монаршая особа, я направилась к своему офису. Снисходительно кивнула головой девушке на ресепшн. Надо же, уже сидит на своем рабочем месте в полной боевой готовности! И, виляя бедрами, обтянутыми тесной темно-серой юбкой, деловито зашагала к кабинету Строгой Дамы. Эх, я так и не выяснила, как ее зовут. Сегодня надо обязательно исправить эту оплошность.

- Виктория, заходите, пожалуйста! – оживилась она, увидев меня в дверях. – Пройдемте в переговорную. Нужно прояснить одну ситуацию.

Вообще-то я рассчитывала, что мне покажут мое рабочее место. Где-то в районе солнечного сплетения появилось неприятное ощущение. Не к добру все это.

Тем не менее я бодрым шагом проследовала за ней. Может, я просто напутала что-то с документами, сейчас мы все выясним, и я наконец-то смогу с головой окунуться в работу. В свою любимую, долгожданную, с трудом добытую работу.

- Вынуждена вам сказать, - протянула Строгая Дама виноватым голосом, как только дверь за нами закрылась. – Вакансия, на которую вы рассчитывали, уже закрыта.

Она посмотрела на меня, ожидая моей реакции. Я же чувствовала себя так, словно меня только что хорошенечко ударили под дых. Тот, кому пришлось пройти через такое, знает, что говорить в таком случае практически невозможно. Поэтому я смогла выдавить из себя только коротенькое:

- Как?

Строгая Дама вздохнула.

- Понимаете, на эту должность нашелся еще один претендент, - начла торопливо объяснять она. – Сын очень влиятельного человека, и мы не смогли ему отказать… Руководство распорядилось…

- Но ведь вы даже подъемные деньги мне выплатили, - попробовала возразить я. Мне все еще казалось, что это какая-то чудовищная ошибка. Ведь еще вчера все было хорошо!

-    Ну, в этой ситуации, я думаю, вы можете не возвращать их, - промямлила Дама. - Вряд ли кто-то станет настаивать. Пусть это будет вроде как компенсация.

-    Достаточно! - сказала я, выставив вперед руку, словно пытаясь защититься от этой информации. - Я все поняла.

Вот они, семейные ценности в действии. Даже самые железные принципы рассыпаются в прах, если чей-то избалованный сынок решает поиграть в серьезного человека. Папочка позаботится, чтобы малыша не обижали.

Из кабинета я выходила пряча взгляд. Мне не хотелось, чтобы мои несостоявшиеся коллеги видели, как я с трудом сдерживаю слезы. Впрочем, на меня никто не обращал внимания. Офисные работники суетливо забегали в офис, прихлебывали кофе из бумажных стаканчиков и здоровались друг с другом. Я для них словно не существовала.

Выйдя на улицу, я встряхнула головой. Это какое-то дежавю. Точно так же, растерянная и обиженная, я стояла у дверей, получив здесь первый отказ. Когда же это было? Совсем недавно, хотя и кажется, что прошла целая вечность.

Хотя нет, отличия все-таки были. В тот раз я была полна решимости бороться за свое место. А сейчас понимала, что все бесполезно. Замужество, попытки изобразить беременность, азартные игры двух братьев против собственного отца - все это было зря. И пора с этим заканчивать.

Я решительно остановила такси и назвала адрес стоянки, на которой должна была дожидаться меня моя машина. Хотя нет, не моя. Моего здесь ничего нет, все фальшивое: и авто, и дом, и семья. Настало время отдать все это.

До особняка Павла я добралась как во сне. Быстро пробежала в свою комнату и покидала вещи в старую спортивную сумку. На плечиках в гардеробной остались висеть только два платья: огненно-красное и черное, кружевное. Эти вещи тоже были не мои. Я уже заканчивала, когда в дверь постучали.

22

Уйти по-английски не получилось. Открывая дверь, я еще надеялась, что это Марья зашла задать какой-нибудь хозяйственный вопрос. Однако на пороге стоял мой законный супруг.

- Не помешаю? – спросил незваный гость.

Вообще-то он пришел абсолютно не вовремя, но не прогонять же мне человека из его собственного дома. К тому же выглядел он не так, как обычно. Нет, это был все тот же красавчик Павел. Вот только куда-то куда подевалась его фирменная задорная улыбка да исчез блеск из глаз. Передо мной стоял человек задумчивый и даже немного угрюмый. Поэтому я подвинулась, дав возможность ему пройти в комнату.

- Мне нужно сказать тебе что-то очень важное… - начал он, входя в комнату, но тут же осекся, уставившись на мою собранную сумку.

Собственно, мне оставалось всего-то застегнуть молнию. Но она, как назло, заела, словно не хотела уезжать из комфортабельного столичного особняка обратно в нашу скромную провинциальную малометражку.

- Это что такое? – спросил мой муж, показывая пальцем на взбунтовавшийся баул.

- Уезжаю, - пожала я плечами.

Павел повернулся ко мне и глаза его снова заблестели. Впрочем, мне этот блеск не сулили ничего хорошего.

- И куда это ты собралась? – спросил он.

Но я не собиралась сдаваться. Причин злоупотреблять его гостеприимством у меня больше не было. Однако объясниться все-таки было нужно. В конце концов, никто из семьи Кустовых не сделал мне ничего плохого.

- На мое место взяли другого человека, - начала объяснять я, дав себе мысленный приказ не реветь ни в коем случае. – Так что наше свидетельство о заключении брака мне не пригодилось. Предлагаю расторгнуть сделку.

Несколько мгновений Павел внимательным взглядом изучал мое лицо, готовое вот-вот скукситься от плача, а потом задал вполне закономерный вопрос:

- А как же я?

- Ну вы же с братом великие комбинаторы, - ответила я. – Придумаете что-нибудь. Можно сказать, что столичный воздух беременным вреден, и я поехала к родителям. В глуши дышится легче.

- Нет, мы так не договаривались, - запротестовал Павел.

Но мне уже было не до него. Я во всех нюансах представила себе картину моего отнюдь не триумфального возвращения. Наверняка родители будут стараться меня утешить, уверяя, что ничего страшного не случилось. Подумаешь, оказалась никому не нужной в столице. Мало что ли таких?

Сестра же сделает недовольное лицо и будет дуться. Конечно, ей ведь придется снова делить со мной комнату. А потом придет мой бывший, Лешка, и начнет говорить, что он-то меня предупреждал… Ну и подружки, соседи и те, кто меня разве что пару раз видел. Все будут смотреть как на неудачницу. И правильно будут смотреть!

От этих мыслей мне сделалось так себя жалко, что с трудом сдерживаемые слезы, наконец, прорвали плотину и, воспользовавшись свободой, полились в три ручья.

- Эй, ты чего? – испугался мой супруг.

Я сделала вид, что мне срочно надо закрыть непослушную сумку, и, отвернувшись, начала дергать застежку. Результата это не принесло, зато дало возможность не смотреть на Пашку.

Где-то в глубине души я надеялась, что, увидев плачущую женщину, он поступит как среднестатистический представитель его пола. То есть, даст деру, полагая, что все образуется как-нибудь само. И уж тогда я смогу поплакать от души!

Однако мой супруг оказался не из робкого десятка. Не успела я дернуть за молнию и пару раз, как почувствовала, что его руки опустились мне на плечи. Он присел рядом и приобнял меня. Не крепко, но уверенно.

- Не расстраивайся, - прошептал он мне на ухо. – Мы обязательно что-нибудь придумаем.

Полагаю, он хотел меня успокоить. Но его слова возымели прямо противоположный эффект. Нос мой самопроизвольно сморщился, из горла вырвался всхлип, и слезы побежали в два раза быстрее.

Я повернулась к Пашке и уткнулась ему в плечо. А он гладил меня по волосам, повторяя, что все будет хорошо. Наверное, так может старший брат утешать свою неумеху-сестренку, разбившую коленку. И я действительно почувствовала себя обиженной маленькой девочкой, оказавшейся под защитой кого-то большого и сильного. Странно, что большим и сильным оказался не Олег, а его непутевый братец. Странно и хорошо. От этого мне стало легче и, всхлипнув еще пару раз, я успокоилась.

- Отпустило? – спросил он, почувствовав, что я перестала рыдать.

- Угу, - буркнула я, опасаясь, что более содержательная фраза повлечет за собой новое слезное наводнение.

Он еще раз провел ладонью по моим волосам и спросил:

- Ты хоть поесть сегодня успела?

Только в этот момент я поняла, что кроме недопитой утром чашки кофе больше ничем не смогла подкрепиться. Кажется, со всеми этими волнениями я вообще забыла о том, что обязана восполнять свои энергетические ресурсы. Я покачала головой, и Павел нарочито сердитым тоном заявил:

- А вот это вообще не дело! Ситуация требует немедленного исправления! Тем более, когда в холодильнике наверняка прячется что-то вкусненькое.

Мы вместе спустились в кухню. Павел усадил меня за стол, который довольно быстро оказался заставлен тарелками с едой. Аромат от нее исходил такой, что мой многострадальный мозг запрятал переживания куда подальше и стал подавать сигналы о необходимости скорейшего насыщения.

Когда посуда была почти полностью опустошена, я почувствовала себя значительно лучше. Мое горе перестало заслонять собой все на свете, и я вспомнила, что Пашка пришел ко мне в комнату не просто так.

- Ты, кажется, хотел мне что-то сказать, - напомнила я ему, дожевав кусок вкуснейшего яблочного пирога.

Челюсти моего мужа, в этот момент активно работавшие над его частью десерта, замерли. Он уставился на меня. Кажется, он и сам уже забыл, с какой целью явился в комнату. Но, видимо, это было что-то не слишком приятное, потому что он нахмурился и надолго замолчал.

- Да, ладно, забудь, - наконец выдохнул он. - Пустяки. Поговорим как-нибудь потом.

Что ж, потом так потом. Я пожала плечами и потянулась за новым куском сладкой выпечки. Нашу чревоугодническую идиллию разрушил звонок телефона.

-    Ну ничего без меня не могут, - с досадой протянул супруг, перебросившись парой фраз с невидимым собеседником.

Он с сожалением посмотрел на меня и извиняющимся тоном залепетал:

-    Дражайшая женушка, вы не будете против моего отсутствия этой ночью?

-    Да иди уже, - махнула я рукой в направлении двери. - А то вдруг без тебя случайно клуб по кирпичику разнесут, а виновата я буду.

Павел одарил меня благодарной улыбкой и побежал спасать свое детище. А я вдруг почувствовала усталость вселенского масштаба. Треволнения этого дня и сытный ужин сделали свое дело. Зевая, я добралась до кровати, и, кажется, заснула еще до того, как щека коснулась края подушки.

Из этого сна, больше похожего на забытье, меня выдернула настойчивое дребезжание мобильника. Он надрывался, наверное, минут десять, прежде чем я поняла, что это мне уже не снится.

-    Алло, - недовольно буркнула я в трубку.

В конце концов, спать, сколько вздумается, это, пожалуй, единственная привилегия безработных. И я имела полное право ею пользоваться.

-    Доброе утро! - зазвенел в ответ бодрый голос Олега. - Заеду за тобой через полчаса, будь готова!

-    К чему? - не поняла я.

- Повезу тебя на новую работу! - провозгласил он и отключился.

23

Все мое недовольство сняло как рукой. Поехать на работу? Ну, это меня долго уговаривать не надо. Если судьба посредством Олега послала мне новый шанс взамен упущенного, то я им обязана воспользоваться.

С кровати я вскочила как ужаленная. Прическа, макияж, костюм, чашка кофе на ходу, и я готова к трудовым подвигам. В назначенное время я уже маячила у порога особняка.

- Не сомневался, что ты не заставишь ждать, - улыбнулся Олег, открывая передо мной дверь своего авто.

- Ну, я же не на свидание еду, а на работу, - ответила я, размещаясь на переднем сиденье.

- Сразу виден деловой подход! Тебе приходилось заниматься финансовой аналитикой?

- Было такое, - кивнула я. – Хотя это не совсем мой профиль, но представление имею.

- Хорошо, - задумчиво произнес Олег и замолчал.

В полной тишине мы выехали за ворота, миновали границу коттеджного поселка и помчались по шоссе. То, что за рулем мой новый родственник предпочитает молчать, я заметила и раньше. Но сейчас меня это совсем не устраивало. Он что, не понимает, что я изнемогаю от любопытства? Все-таки работа – это не какие-нибудь пустяки. Поерзав на своем сиденье, я все-таки решилась спросить:

- А куда мы едем?

- Сейчас все увидишь, - спокойно ответил Олег.

- А что за работа? – не сдавалась я. И, снова не получив прямого ответа, продолжала допытываться: - Кем меня назначат? Какая компания? Что мне доверят делать? А долго еще осталось?

Но Олег стоически сохранял интригу до конца. Только когда автомобиль остановился перед впечатляющим офисным небоскребом, торжественно произнес:

- Добро пожаловать в корпорацию Кустовых!

- Ого! – воскликнула я, стараясь охватить взглядом здание, казавшееся бесконечным.

Такого поворота я не ожидала. Та компания, из которой меня так некрасиво выставили, была гораздо скромнее. Так что, можно сказать, у меня начался карьерный рост. Если, конечно, меня сюда не уборщицей берут. Впрочем, вряд ли кто-то будет спрашивать у труженицы ведра и тряпки, знакома ли она с финансовой аналитикой.

Мы вместе поднялись на лифте почти на самый верх небоскреба. Рабочий день только начинался, и в коридоре суетились только что прибывшие к месту службы офисные сотрудники. Со всех сторон доносилось:

- Доброе утро, Олег Константинович!

Олег отвечал всем вежливо и сдержанно. Некоторым жал руки, некоторым бросал что-то типа «Зайдите ко мне после обеда» или «Жду сегодня вечером отчет».

Наконец, мы добрались до его кабинета. Секретарь с внешностью фотомодели и манерами английской королевы поздоровалась подчеркнуто вежливо. Но я-то видела, с каким интересом она взглянула на меня.

- Прошу! – приветливо распахнул Олег передо мной двери в свое обиталище.

Я вошла и второй раз за последние пять минут произнесла:

- Ого!

Просторный кабинет с панорамными окнами действительно впечатлял. Я даже не поняла, чем больше: своими внушительными размерами или простотой и порядком, которые, надо сказать, так подходили Олегу.

- А ты не боишься, что твой отец узнает, что я здесь работаю? – задала я вопрос, когда мы уселись за массивным директорским столом.

Насколько я могла судить, новости по офисам разлетаются в считанные минуты. Естественно, информацию о девице, приведенной лично директором компании, никто не пропустит мимо ушей. Я была уверена, что красавица на ресепшен уже строчит своим подружкам на эту тему послания в мессенджерах.

Но Олега это не волновало:

- Не узнает, - отмахнулся он. – Если он здесь и появляется, то дальше моего кабинета не ходит. А у тебя будет свой.

Вот это да! О таком я даже мечтать себе не позволяла. Нет, когда-нибудь в будущем мне, конечно, хотелось бы занять кресло типа того, на котором восседает сейчас Олег. Но пока большее, на что я могла рассчитывать, это общий кабинет отдела.

- Нет, он, конечно, будет чуть проще, чем этот, - рассмеялся Олег, увидев мое замешательство. – Но, если будешь хорошо работать, подыщем тебе что-нибудь более статусное.

- И что же я должна буду делать? – от нетерпения я едва не подпрыгивала на кресле.

Олег открыл ящик своего стола и выложил из него три папки.

- Это сделки, над которыми мы сейчас работаем, - объяснил он. – Изучи внимательно и скажи свое мнение.

- Слушаюсь, босс! – весело ответила я, вскакивая с места.

Бережно держа увесистую стопку, я важно прошествовала в свой первый в жизни личный кабинет. Олег лично вызывался меня проводить.

- Ну, располагайся, - предложил он и оставил меня одну.

Я огляделась. Помещение действительно было небольшим. Но работать за столом, стоящим у самого окна, наверняка будет сплошным удовольствием. Я уже представляла, как буду трудиться, иногда поглядывая вниз, на живущий бурной жизнью мегаполис.

Компьютер приветливо пикнул, когда я включила его в сеть, и экран загорелся голубоватым светом, и мне захотелось нежно провести рукой по клавиатуре, ласково погладить монитор, нежно потрепать мышку. До чего же я соскучилась по работе!

Обосновавшись в удобном кресле, я погрузилась в изучение бумаг. В первой папке все было безукоризненно чисто. Это было бы понятно и студенту финансового факультета. Во второй, вроде бы, тоже все было в порядке. Однако при просмотре документов у меня появилось какое-то тревожное чувство.

Я все проверила несколько раз. Странно, документы были составлены идеально. Компания существует уже очень давно, имеет отличную репутацию. Однако червячок сомнения продолжал глодать меня изнутри.

Отодвинув вторую папку на край стола, я принялась изучать третью. Но мыслями неизменно возвращалась к ее предшественнице. Шестое чувство подсказывало мне, что здесь есть какое-то несоответствие.

Не выдержав, я снова принялась анализировать подозрительную сделку. С минуту я разглядывала титульный лист. Все ту было идеально. Кроме одного. Я категорически не понимала, за каким таким чертом им понадобилась эта сделка. Это вообще было не по их профилю.

Я жадно схватила листы с договором и принялась их листать, вглядываясь в каждую цифру. Даже если предположить, что они открывают новое направление, то сумма поставок была бы в таком случае в несколько раз ниже тех цифр, которые фигурировали в этих документах. Нет, конечно имеют право... Но как-то это всё...

-    Ну, я смотрю, ты совсем себя не жалеешь! - раздался вдруг голосом у меня над ухом.

Надо же, поглощенная своими мыслями, я и не заметила, как в кабинет вошел Олег.

-    Вообще-то рабочий день окончен еще час назад, - с улыбкой заявил он.

Вот это да! А я и не заметила. И даже в окно ни разу не выглянула, как планировала в начале. Впрочем, сейчас не до этого.

-    Мне кажется, здесь есть какой-то подвох, - сказала я, показывая на открытую папку.

-    Ну-ка поподробнее! - распорядился Олег, переходя на деловой тон.

Я поделилась с ним своими сомнениями, наблюдая, как меняется его лицо. К концу моего рассказа его губы сжались, а глаза превратились в узенькие щелочки. Дослушав меня, он задумался, и, наконец, сказал:

-    А неплохо. Вообще-то мои аналитики не одобрили вот эту, - он указал на третью папку, которую я так и не успела досконально изучить. - Но здесь все лежит на поверхности. А тут ты молодец.

-    Ты тоже думаешь, что здесь все не так просто? - спросила я, все еще не веря, что смогла докопаться до сути.

-    Не знаю... Будем проверять, - ответил он. - Поздравляю, ты принята на работу.

-    Ура! - закричала я и, совершенно забыв про корпоративную этику, порывисто обняла своего нового шефа. И тут же убрала руки, словно обжегшись. Странно, вот с дорогим супругом я обнималась совершенно спокойно...

Но Олег мое непрофессиональное поведение как будто бы не заметил.

-    Завтра оформим все документы, - продолжал он. - Будешь получать официальную зарплату, ну и служебное авто тебе подберем.

-    А зачем мне еще одна машина? - удивилась я. - У меня же уже есть личная.

-    Так полагается, - пожал плечами мой босс.

-    Ну надо же, - рассмеялась я. - Живу в роскошном особняке, имею в своем распоряжении два авто, да еще и отличную работу!

Но стоило мне произнести эти слова вслух, как смеяться расхотелось. Действительно, не слишком ли многого я добилась за какие-то пару недель? К тому же особых заслуг моих в этом во всем и нет. Можно сказать, просто удачно вышла замуж. Не исчезнет ли это все так же легко, как появилось?

-    Это же хорошо, - улыбнулся Олег.

-    Как-то слишком хорошо... Как в сказке. Так и ждешь подвоха...

-    А зачем его ждать? - ответил тот, посмотрев мне в глаза как-то уж очень внимательно и серьезно. - Вдруг его нет.

Он не торопился отвести глаза, и мне стало не по себе. Я больше не чувствовала себя Викой-победительницей. Наоборот, напоминала себе муху, которая все больше запутывается в этой красивой паутине из обеспеченной жизни, дорогих автомобилей, модных клубов и престижной работы. Ой, чует мое сердце, что-то все-таки должно случиться.

Я встряхнула головой, чтобы отогнать наваждение. Нет, наверняка мне все это только кажется. Просто я устала. Если столько работать, то с непривычки можно и какую-нибудь манию заполучить.

-    Ну, если мой рабочий день окончен, то, извините, Олег Константинович, убегаю! - провозгласила я, начав собирать свои вещи.

-    Отдыхай! - ответил Олег, вновь берясь за папку с подозрительными документами.

Уже на пороге я обернулась и задала еще один мучивший меня вопрос:

-    А что было бы, если бы я не нашла ошибку? Меня бы не взяли на работу?

-    Конечно, взяли бы - не моргнув глазом ответил Олег. - Но зарплата была бы ниже.

Я улыбнулась ему и, шагнув через порог, смешалась с толпой сотрудников офиса, так же как и я, спешащих домой.

Я внутренне ликовала. Да, я нашла ошибку, которую пропустил целый коллектив маститых финансовых аналитиков. Значит, я тоже чего-то стою, и обязательно докажу всем, что не просто так заняла свое место в компании Кустовых.

Когда я взбегала по ступенькам особняка, настроение стало еще лучше. Мне так хотелось с кем-нибудь поделиться своим успехом, что прямо с порога я закричала:

-    Паша, ты дома?

Я влетела в гостиную как на крыльях. Мой муж сидел на диване и являл собой полную мне противоположность. Опущенные плечи, потухший взгляд и усталая поза свидетельствовали о том, что у него дела шли совсем не так хорошо, как у меня.

-    Вика, нам надо поговорить, - опустив глаза, пробормотал он.

-    Слушаю внимательно, - сказала я, опустившись рядом.

Он посмотрел на меня тоскливым взглядом и произнес всего три слова:

- Нам надо развестись.

24

Вот это заявленьице! Интересно, как ведут себя обычные женщины, вернувшись домой и услышав фразочку, подобную этой. Плачут? Устраивают скандал? Умоляют дать второй шанс?

Мне ничего такого не хотелось. Как говорят модные психологи, наш брак все равно себя изжил. Для моей новой работы статус замужней дамы не требуется. Суровый Кустов-старший уже смирился с тем, что дочь партнеров не войдет в их дружную семью…

И все-таки это было несколько неожиданно. Почему именно сейчас… Я застыла посреди гостиной с раскрытым от изумления ртом.

Мой пока еще законный супруг мое изумление понял по-своему. Он посмотрел на меня виноватыми глазами:

- Ты не подумай, ты можешь жить тут сколько хочешь… Хотя… Нет, я сниму квартиру в городе, ближе к работе… И машину оставлю тебе. Просто я оказался в сложной ситуации… Вернее, не так…

- Паш, перестань вести себя так, будто я и правда твоя жена. Лучше расскажи, что случилось.

Поняв, что злиться и качать права я не намерена, Пашка здорово воодушевился. По крайней мере, его глаза перестали напоминать те, которыми смотрит на мир чихуахуа, случайно выпавший из сумочки хозяйки и затерявшийся в центре мегаполиса.

- Да ничего особенного, - пробормотал муж и даже попробовал улыбнуться, но, видимо счел это неуместным в данной ситуации, и быстро вернул растянутые губы в исходное положение. – Просто так получается, что я даже на свидание никого пригласить не могу. Все же думают, что у нас с тобой по-настоящему. То есть женат. Жена – беременна… А женатый мужчина приглашает девушку на чашку кофе, то ему автоматически прилепляют ярлык «козел».

Пашка развел руками, словно пытаясь показать, что к этим копытным лично он никакого отношения не имеет и вообще считает такое сравнение для себя глубоко оскорбительным. Выглядело это так комично, что я не сдержалась и расхохоталась в голос.

Конечно, разве можно считать козлом владельца элитного ночного клуба, который привык менять девушек чаще, чем заботливая мамочка памперс на своем малыше. А в итоге вообще придумал историю со свадьбой и ребенком, чтобы только не жениться на дочери папенькиного партнера. Но теперь, когда он вроде как женат, образ плейбоя действительно мог несколько потускнеть.

- Что, теперь тебя девушки больше не любят? – с пониманием спросила я.

Он лишь отмахнулся:

- Любят, да не те. Нет, ну серьезно. Вдруг я встречу ее. Ту самую… На всю жизнь… А у меня – беременная жена. Да порядочная девушка и разговаривать со мной не станет!

И тут меня осенило. Ради кратковременной интрижки Павел наверняка не стал бы рисковать разозлить своего грозного родителя скоропалительным разводом. Наверняка, здесь все уже серьезно. И когда он только успел?

- Так-так-так, дорогой муженек, - произнесла я строгим голосом. – А ну-ка, признавайся, закрутил все-таки роман за моей спиной?

Пашка насупился.

- Ничего я не закрутил…

- Значит, уже встретил ту единственную?

- Никого я не встретил, - буркнул он, став сразу похожим на воспитанника детского сада.

- Точно встретил! Изменщик, - не удержалась я. – Предупреждала же меня мамочка, что не нужно верить столичным ловеласам, и вот.

- Знаешь ли, меня тоже папочка предупреждал, что девушкам из провинции нужна только жилплощадь и возможность трудоустройства, - заявил он, подыгрывая мне.

- Значит, это я во всем виновата? – сдаваться я не собиралась.

Наоборот, картинно уперлась роками в бока. Для полноты картины «Сварливая жена в действии» не хватало только скалки в руках. Ну да ничего, подыщем что-нибудь подходящее. Недолго думая, я схватила со столика журнал и свернула его в трубочку.

- Иди-ка сюда, - потребовала злобным тоном. – Сейчас я объясню тебе кое-что о семейной жизни.

- Эй, полегче, - выставил Пашка руки вперед.

Но, увидев, что я не собираюсь отступать, поспешил забежать за спинку дивана. Ха! Он что, правда думает, что я его не догоню? В один прыжок я добралась до него и от души треснула его своим глянцевым орудием по голове.

- Ой-ей, - отозвался гулящий муж и ринулся в сторону.

Мы раза три обежали комнату по периметру, опрокинув огромную напольную вазу и чуть не разбив светильник. Однако нашего пыла это не остудило. Семейный скандал получался, что надо!

Пашка убегал и показывал мне язык то из-за кресла, то из-за книжного шкафа. Но от правосудия в лице меня ему было не спрятаться. Я еще пару раз от души треснула его журналом, после чего он решил перейти в наступление. Резко накинулся на меня, когда я этого меньше всего ожидала и, перехватив руку с журналом, зловещим голосом произнес:

- Попалась крошка, теперь я буду мстить!

Но я была не намерена сдаваться вот так запросто. Кусанув его за плечо, я вырвалась, и можно было бы уже поздравлять себя с победой, если бы я случайно не споткнулась и не повалилась на диван. Павел по инерции полетел следом за мной и приземлился сверху, заставив меня вжаться в обитый мягкой тканью подлокотник.

- Ну теперь точно попалась!

Я оказалась зажата в ловушке. Однозначно, победа осталась бы за этим изменщиком. Но насладиться своим триумфом ему не дали.

- Гм… - раздалось со стороны двери.

Мы дружно повернули голову в ту сторону, откуда доносилось вежливое покашливание. На пороге стоял Олег. Как всегда серьезный и сосредоточенный. А из-за его спины друг появился тот, ради кого весь этот цирк с женитьбой и затевался – Константин Петрович.

Он посмотрел на нас и буркнул Павлу:

-    Ну ты бы поосторожнее как-то. Все-таки беременная она у тебя...

Павел быстро поднялся, я тоже. Мы застыли рядом как нашкодившие детишки перед строгим воспитателем. Я бросила взгляд на Олега. Почему-то хотелось объяснять ему, что это не то, что он подумал... Но при Константине Петровиче этого делать, пожалуй не стоило...

-    Здравствуйте! - пискнула я и бросила взгляд теперь уже на Павла. Интересно, это подходящий случай, чтобы сообщить ему о грядущем разводе?

-    Я... Конечно. Ты прав. Все никак не могу привыкнуть... - проговорил мой супруг. - Поужинаешь с нами?

Да, кажется, момент был признан неподходящим.

-    Некогда мне. Олежка пусть остается. Я заехал, чтобы сказать: я купил вашему будущему ребенку коттедж, тут неподалеку, и открыл для него счет в банке. А то с такими родителями без гроша пацан останется.

Мы молчали, осмысливая услышанное.

-    А если будет девочка? - подал голос Олег.

-    Тем более! - ответил Кустов-старший и вышел.

-    Я тоже, пожалуй, пойду, - заторопился Кустов-средний.

Когда двери за ними закрылись, мы с младшим, не сговариваясь, молча опустились на диван. От былого веселья не осталось и следа.

-    С другой стороны, - сказала я. - Если она узнает, что ты бросил беременную жену... Вряд ли будет лучше. Может, с разводом лучше пока подождать.

25

На работе мне удалось освоиться достаточно быстро. Каждое утро, как и мечтала когда-то, я надевала строгий деловой костюм и отправлялась в офис, где меня ждало огромное количество задач. Все странички моего ежедневника были исписаны мелким почерком, и это давало ощущение собственной значимости.

Коллектив оказался на удивление дружелюбным, так что влилась я в него без проблем. Кажется, никто не считал меня протеже директора. А если и считал, то считал молча и меня в эти подсчеты не посвящал.

Пожалуй, в моем новом положении был только один минус. Уходить из офиса вовремя получалось очень редко. Чаще всего приходилось задерживаться допоздна. Но меня даже это ни капли не пугало. Важно ведь не когда возвращаться, а куда. А возвращалась я в наше с Павлом «семейное» гнездышко. К тому времени, как я появлялась на пороге, он уже как раз просыпался. Мы вместе ужинали. Точнее ужинала я, а он завтракал. Потом, устроившись перед огромным экраном, смотрели фильмы или реалити-шоу, а потом разбредались – я спать, а он работать в клуб. Утром же мы менялись местами – я встречала его с работы, он ужинал, а я завтракала. Это стало таким привычным, я уже не представляла, как буду жить, когда наш обман придется прекратить.

Мы пока решили ничего не говорить Константину Петровичу. Временно. Неделю-две. Ну, может, три. Или немного больше. Сколько, мы пока не решили. Будущий счастливый дед ежедневно звонил и справлялся о моем здоровье, присылал корзины с фруктами, записал нас на лучшие курсы для беременных… И с каждым днем я все меньше и меньше представляла, как мы сможем сказать ему, что никакого внука не будет.

К счастью, думать об этом времени почти не было – я была завалена работой. И когда в один из рабочих дней ровно в шесть вечера выяснилось, что незаконченных дел не осталось, я очень удивилась. Ехать домой в такую рань не хотелось – вдруг Павел прекрасно проводит время с кем-то из своих многочисленных поклонниц? Или даже с той самой, ради которой был готов развестись. Явление законной жены – штука совершенно неромантичная, так что я решила выбраться и погулять по городу в свое удовольствие. Солнце, заливающее мой кабинет светом, намекало, что такое времяпрепровождение – отличный вариант.

Я подхватила пачку документов и засеменила в кабинет Олега. Вдруг он захочет составить мне компанию?

Его секретарша сидела в приемной с кислым выражением на лице.

- Даже не думай, - сказала она, разгадав мои намерения пробраться к нему в кабинет. – У него там сейчас делегация с партнерского предприятия. Так что куковать мне тут до ночи.

Что ж, придется бродить одной. Я оставила секретарю бумаги и поспешила на улицу. До центра города отсюда рукой подать, так что можно оставить служебное авто на стоянке и прогуляться пешком.

Город жил своей обычной суетливой жизнью. По дорогам сновали авто, куда-то спешили пешеходы. А некоторые счастливчики уже сидели в уличных кафе, с наступлением тепла заполнивших столичные улицы. Мне нравилось незаметно рассматривать посетителей и сочинять разные истории про них. Вон та красивая девушка наверняка ждет своего жениха, чтобы провести с ним весь вечер. А эта пожилая пара выбралась, чтобы отпраздновать юбилей совместной жизни. Ну а те двое, которые держат друг друга за руки, наверняка только-только переживают конфетно-букетный период.

Девушка сидела ко мне спиной, но мне показалось, что я ее определенно где-то видела. Она что-то увлеченно рассказывала красавчику, сидевшему напротив нее. Он смотрел на нее с интересом и мило улыбался.

Наконец, ее история подошла к своему логическому заключению. Эти двое весело рассмеялись, парень чмокнул девушку в губы, а затем она лишь на миг обернулась, чтобы бросить беглый взгляд на улицу.

Меня же как током ударило. Я вспомнила, где ее видела. Словно намереваясь подтвердить мою догадку, девица подняла руку и запустила ее в волосы своего парня, растрепав их. Ну, уж этот жест я не спутаю ни с каким другим! Я знаю только одного человека, которого так прельщают чужие шевелюры. Лиза!

Стараясь оставаться незамеченной, я развернулась и побежала к офису. Сев за руль своего авто, попыталась привести мысли в порядок.

Итак, девушка Олега без зазрений совести сидит в кафе с каким-то другим мужчиной. И уж это точно не ее друг детства! Вряд ли кто-то будет так держаться за ручку даже с самыми близкими приятелями. Нет, это однозначно было самое настоящее свидание.

Что же это получается? Лиза крутит роман за спиной Олега? В то время, когда он работает, она встречается с другим мужчиной даже не потрудившись назначить встречу подальше от его офиса.

И самое главное, что же делать в этой ситуации мне? С одной стороны, Олег теперь мне тоже вроде как друг. И даже больше, родственник! Не могу же я позволить этой вертихвостке так бессовестно обманывать его.

С другой, я всегда считала, что лезть в чужие отношения – это самое неблагодарное занятие. Может быть, у них просто свободные отношения, и каждый волен делать, что хочет в свободное время? Кто их знает, этих столичных жителей, что они еще могут придумать. Может быть, здесь это в порядке вещей? Представляю, в какое глупое положение я попаду, если приду к своему боссу с докладом о похождениях его подруги.

С какой только точки зрения ни старалась я посмотреть на эту ситуацию, решение не приходило. И так и эдак получалось плохо. А что если… если расспросить Олега о том, как вообще у них обстоят дела с его девушкой… ненавязчиво? Начать разговор с чего-нибудь другого… Например, с наших с Павлом сложностей. Наверняка мой муженек так и не нашел времени попросить Олега что-нибудь придумать… Потом перевести разговор на отношения вообще… А потом уже – на них с Лизой в частности. А там уже действовать по обстоятельствам.

Решено. Я вышла из авто и направилась к Олегу в кабинет. Если делегация еще на месте - я подожду.

26

Я едва-едва успела. Возможно, было бы куда лучше, если бы я опоздала.

Когда я влетела в приемную, секретаря там не было. И Олега тоже почти не было. Он стоял у двери со светлым пиджаком в руках и искал на связке нужный ключ.

- Вика? – удивился он увидев меня. – что-то случилось?

Сейчас в полумраке кабинета я увидела его совсем другим, не таким каким привыкла – хмурым, сосредоточенным или сердитым. Вовсе нет. Он был уставшим словно все проблемы мира разом рухнули к нему на плечи и он как Атлант мужественно из держал.

Такого Олега и правда хотелось потрепать по макушке, хотелось заварить ему горячий чай с липой и мелиссой, укутать в плед, устроиться сзади и обнять за плечи. Или просто – обнять за плечи. Или просто обнять.

Я отогнала это наваждение и поняла: ничего я ему сейчас не расскажу. Никаких плохих новостей, никаких историй о его гулящей подруге детства.

- Нет, всё в порядке… Просто мы редко видимся, столько работы, а я хотела посоветоваться. Это насчет нас с Пашей.

Олег нахмурился.

- Боюсь, семейный психолог из меня такой себе… Может, вы сами как-нибудь разберетесь?

Я вздохнула.

- Ха-ха! Очень смешно, - может, и не стоило бы приставать к уставшему человеку со своими проблемами, но должна же я как-то объяснить, с чего притянулась в офис чуть ли не среди ночи. – Что-то, кажется, мы запутались. И нужен твой стратегический ум…

Олег наконец нашел нужный ключ и стал проворачивать его в двери.

- Мы с Пашей хотим развестись. Но так, чтобы Константин Петрович не переживал. Он так ждет внука! Я не представляю, как ему сказать, что наследника не будет. И эта идея с выкидышем теперь кажется мне ужасной.

- А зачем вам разводиться? – удивился Олег. – Если тебе нужен мой совет, то вот он: вы отличная пара. Прекрасная ячейка общества. Быстренько организуйте наследника, и все будут счастливы, а особенно Константин Петрович.

Он явно не хотел разговаривать. Нет, ну а что я ожидала – приставать с глупостями к человеку, который отработал целый день и уже мечтает оказаться дома. Вот и прикрывается сарказмом. Ладно, поговорим в другой раз.

- Думаю Паша будет против,- сказала я. – Есть подозрение, что он нашел претендентку на роль матери своих детей и без нашей с тобой помощи. Но в целом я поняла. Извини, что отвлекла. Будем думать сами.

Я развернулась, чтобы уйти, но Олег сказал:

- Что значит претендентка? У Пашки кто-то есть? А вы разве не… - он оборвал себя на полуслове. - Мне показалось, что у вас всё отлично… Из фиктивного брака – в, так сказать, эффективный.

Теперь уже я смотрела на него, вытаращив глаза. Он что, это серьезно? Я и Павел?

Хотя… Я вспомнила и Пашкины поцелуйчики – из вредности, и нашу с ним возню, которую Олег тогда застал…

А ведь действительно со стороны можно подумать черт знает что…

- Нет, у нас конечно всё отлично, но это не значит что нам не надо развестись. Потому что тогда Пашка сможет привезти домой свою реальную даму сердца. А я поселюсь где-нибудь неподалеку от работы, и у нас всё станет ещё отличней.

- Ясно, - Олег достал из кармана ключи и начал открывать кабинет, - заходи, будем думать.

Мне показалось или настроение у него улучшилось?

В отличие от приемной в кабинете свет не горел. Олег пропустил меня вперед, зашел следом и остановился сзади. Дежавю. Так уже было, в тот раз когда он привёз меня в особняк Павла. Только сейчас он не может пожелать мне спокойной ночи и бросить в своём кабинете.

Я развернулась, чтобы что-то спросить и уткнулась носом в плечо.

Наверное, мне следовало ойкнуть: мол нечаянно или отскочить подальше. Но я этого не сделала. Так и стояла – близко, очень близко. И свет все никак не загорался.

27

Хотелось плакать. Просто так – без причины. От избытка в груди чего-то такого, что не выразить словами… Потому что мужчина, который стоял сейчас близко-близко, на самом деле был бесконечно далек от меня. Я случайным образом стала частью его семьи, и поэтому теперь ему есть до меня дело. И только…

И я могу сколько угодно делать вид, что я увлечена карьерой, что мне интересно выискивать тайные грешки контрагентов и работать не покладая рук на благо компании Кустовых. Но себя-то зачем обманывать? Я готова рыть землю лишь для того, чтобы в конце рабочего дня как бы невзначай зайти в кабинет шефа, положить перед ним распечатку и сказать: «Олег Константинович, посмотрите, пожалуйста… мне кажется, что- то тут не то», и поймать на себе его заинтересованный взгляд. А если повезет, то и услышать восхищенное «Вик, ну ты бультерьер! Я уже сам тебя боюсь». Так на нескольких словах можно дожить до завтра. Глупые маленькие радости, крупицы внимания, крошки… с чьего-то чужого стола. Впрочем, не с чьего-то. Подруга детства Лиза, которую хочется придушить только за то, что эта чертова идиотка не понимает, как ей повезло.

Пауза между тем затянулась. Скорей бы уже он включал бы уже этот дурацкий свет. Не хватало еще и вправду разрыдаться на плече, размазывая тушь по безукоризннно выглаженной рубашке.

Но свет не загорается, а в мои волосы вдруг вплетаются его пальцы.

- Вика…

Он заставляет меня посмотреть себе в глаза. Я сопротивляюсь, словно могу обжечься этим взглядом. Но потом сдаюсь. И обжигаюсь. Взгляд его глубоких черных глаз стал совершенно другим, в них совсем не знакомый мне огонь.

А уже в следующую секунду мы сливаемся в объятиях, наши губы встречаются.

И в тот же момент рабочий кабинет закружился вокруг нас. Могу поспорить, я точно видела, как мимо пролетали стол с компьютером, шкафы с многочисленными папками, и даже светильники на потолке поддались этому танцу, выписывая замысловатые световые круги.

И только мы, слившиеся в глубоком страстном поцелуе, не двигались в такт этой вакханалии. Хотя это было сложно, ноги у меня подкашивались, и в вертикальном положении я оставалась только благодаря сильным рукам Олега.

Олег отпрянул от меня так же резко, как и впился своими губами в мои. Его черные глаза сверкали, щеки горели, дыхание стало порывистым. Все так же молча он одним движением смахнул со стола бумаги, потом легонько поднял меня и усадил на освобожденное пространство. И тут же снова прильнул ко мне.

Еще один поцелуй. Глубокий, требовательный, страстный. Сопротивляться? Да, хотела, но уже не могла. Мое тело отвечало на каждое его прикосновение разрядами желания. Все, что мне было нужно, так это то, чтобы его настойчивые ласки продолжались еще и еще.

Я сама не заметила, как мои руки пробрались под его рубашку. Теперь ладонями я ощущала его кожу. Я гладила его спину, сжимала, трогала, словно хотела вобрать ощущения. И запомнить…

Олег тем временем расстегнул мою блузку. Его пальцы дрожали от нетерпения, и, не справившись с одной маленькой пуговкой, просто рванул ткань. Дав свободу моему телу, он провел рукой по ложбинке между тяжело вздымающихся грудей, спустил с плеч бретельки бюстгальтера, и тот, покорившись его движениям, съехал на талию, а затем, ненужный, отлетел в сторону.

«Что мы делаем», - крутилось в моей голове. Но остановиться не было сил. Как будто все условности и правила остались где-то там, за дверями.

Нельзя. Ничего этого нам нельзя… У него есть девушка, между нами – пропасть, я все еще жена его брата. У меня была тысяча причин для возражений, но я сказала лишь:

- Кто-нибудь может войти.

- Ночь. Никого тут нет.

И я только подалась вперед, когда Олег положил ладонь на мою грудь, пропустив сосок между пальцев, затем нагнулся и коснулся его кончиком языка. Моментально мое тело пронзила жаркая волна, заставившая еще больше выгнуться ему навстречу.

Внизу живота уже все горело, изнывая от пустоты. Мне хотелось новых ласк, еще более бесстыдных и откровенных. Словно чувствуя мое желание, Олег нашел молнию на юбке и резким движением расстегнул ее. Мгновение, и мешающая ткань полетела на пол.

Освободившимися ногами я обняла его за талию, притянув к себе. Мне хотелось чувствовать его там, где была в этот момент сосредоточена пульсация, пронизывающая все мое тело. Он резко прижался ко мне, и снова впился в губы сумасшедшим поцелуем. Я чувствовала его вкус, касаясь своим языком его. Но мне хотелось большего.

Наконец, он достиг цели, его пальцы проникли под мои маленькие кружевные трусики. Я почувствовала их там, где зарождалась дикая пульсация. Сердце забилось с удвоенной силой, вмиг стало жарко и бесстыдно хорошо. По всему телу прошлись волны щемящего, тягучего, густого наслаждения.

Олег!

Я ловлю его дыхание. Мне нравится – дышать им. Он снимает рубашку. Торопливо, небрежно, путаясь в пуговицах. Мы прошли точку невозврата и остановиться уже не сможем. Да пусть хоть все на этой планете будет против нас, но сейчас это не имеет никакого значения.

А вот его губы имеют значение они мягкие и их хочется целовать бесконечно. И его руки имеют значение, они скользят по моей спине и жаркие пальцы проникают под трусики. Чуть приподняв меня, Олег ловко избавился от кусочка черного кружева, последней преграды для нашего полного слияния, осторожно проник в меня, и я опрокинулась спиной на стол, выгибаясь ему навстречу.

Он крепко держал меня за талию, сжимая все сильнее, а его движения становились мощнее и глубже. Я сплеталась с ним, вжималась в него, целовала, гладила, царапала... Вбирала его, пока наконец наслаждение - острое и терпкое - не взорвалось, разлившись по всему телу жаркой волной.

Чужой мужчина. Моя любовь. Мое горькое счастье.

Казалось, силы покинули меня, я не могла шелохнуться и не хотела думать. Постепенно чувства и мысли стали возвращаться. И вместе с ними пришел вопрос: что мы натворили...

- Нужно уходить.

Теперь, когда наваждение прошло, мне стало неуютно... Одежда, которая совсем недавно только мешала, теперь стала просто необходимой.

Я торопливо натянула блузку, отыскала среди бумаг трусики...

Олег остановил меня. Поцеловал - долго, нежно. Словно пытаясь соврать, что все хорошо. Я ответила на поцелуй - почему бы и не ответить. Хотя и знала: хорошо не будет.

Но я даже не могла представить, насколько будет плохо.

Не успели мы перевести дух и привести себя в порядок — дверь распахнулась. На пороге стоял Кустов-старший. Он замер, уставившись на нас. Зрелище мы представляли весьма живописное: растрепанные волосы, расстегнутая одежда — даже пятиклассник понял бы, что здесь только что происходило. А Кустов-старший точно не был пятиклассником.

Он смотрел на старшего сына, словно в первый раз увидел.

28

Никогда еще я не видела Константина Петровича таким, и теперь понимала, почему его боялись враги и опасались собственные сыновья. Под этим взглядом хотелось исчезнуть, рассыпаться в труху.

- Нет, я, конечно, всё понимаю. Свободные нравы. Но беременная жена брата!..

Похоже, увиденное никак не укладывалось у него в голове.

Чёрт. А ведь из-за нашего вранья, из-за нашей глупости и из-за открытой двери ситуация выглядит совсем ужасно. И хуже всех выглядит в ней именно Олег. И перед кем? Перед отцом, которого, очевидно, очень уважает.

Я понимала, что если сейчас промолчу и позволю господам Кустовым самим всё уладить — а вернее, самим все испортить, - то никогда себе этого не прощу.

- Я не беременна, Константин Петрович, - голос не слушался, но я заставила его звучать, – вообще не беременна.

Кустов перевел взгляд на меня – и теперь это был не тяжелый и осуждающий взгляд, а непонимающий и растерянный.

- Как не беременна? Что-то случилось? Ты потеряла ребенка?

- Нет, - поторопилась сказать я, видя, что Олег собирается вмешаться в нашу беседу. – Никакого ребенка не было. Я и не была беременна. Я… я обманула Павла.

- Зачем?

Я пожала плечами.

- Чтобы заставить его на мне жениться. Ну знаете, он состоятельный парень, я подумала: хорошая партия…

Теперь Кустов-старший больше не смотрел на Олега. Он смотрел на меня – так, словно впервые увидел.

- Как обманула? Ну Пашку-то ладно, его кто угодно обманет. Но врач же… Я же проверял.

- И врача обманула, - все более уверенно врала я, тем более, что в моем вранье уже была часть правды. - Помните, мне плохо стало и я в туалет побежала? Так вот, в туалете была моя подружка. Она как раз беременная. Ждала меня – в таком же платье. На распродаже одинаковые купили, и вот пригодились, - расцвечивая вранье деталями, продолжала я. – Так что к врачу ходила она.

- И ты знал? - Кустов-старший снова хмуро посмотрел на сына.

И снова я встряла раньше, чем Олег успел что-то сказать.

- Не знал! Вот только сегодня стал догадываться, и я пришла, чтобы уговорить его, чтобы никому ничего не рассказывать. Да только Олег кремень, ничего не вышло. Ну, в общем, раз теперь все раскрылось, врать больше нет смысла. И конечно, с Павлом мы разведемся. Вы не подумайте — я добавила в голос испуганно-просительных интонаций. - Я не собираюсь вредить там или что-то такое… ну или судиться. Я же понимаю, с кем имею дело. - Изобразить искренний страх при взгляде на Кустова было не так уж сложно. - Вы не стирайте меня в порошок... В этом нет необходимости.

Кустов качнул головой, переводя взгляд с меня на сына и обратно. Больше всего на свете я боялась, что сейчас Олег начнет меня выгораживать и откроет отцу, как все было на самом деле. И погубит Павла. Но, кажется, он и сам понимал: моя версия – самая безобидная.

- А ты почему так поздно и без звонка? - спросил Олег.

- Без звонка? А ты посмотри, сколько у тебя пропущенных?! – громыхнул Константин Петрович.

- А что случилось-то? Почему ночью? – продолжал спрашивать Олег. Спокойно и невозмутимо, словно ничего особенного не произошло.

- Несостоявшийся тесть нашего Паши, - Кустов бросил на меня недобрый взгляд. - Решил свести счеты. Не понравилось ему, что с дочкой так поступили. Подал в суд.

- В суд? - изумился Олег, - за что?

- Да уж точно не за то, что он подлец и бросил девушку. Мы же работали, как свои. Ну и… какие-то договоренности были устными, без документов... В общем, легко не будет. Ладно, завтра поговорим, - Кустов, болезненно поморщившись, потер грудину слева, так, будто бы прихватило сердце.

Развернулся, не прощаясь, вышел, оставив нас с Олегом одних.

- Ну и зачем? - спросил меня он.

- Затем. Лучше пускай он считает врагом меня, чем злится на Пашку. Или того хуже, на вас обоих. У вас вон война впереди, - я почему-то кивнула на дверь. - Не хватало еще между собой переругаться. А я что? Я уеду и все...

От этой мысли больно защемило сердце.

Олег сделал шаг навстречу, крепко прижал меня к себе и шепнул на ухо:

- А если я не хочу, чтобы ты уезжала?

Спорить с ним вот так – было совершенно невозможно. Хотелось не спорить. Хотелось вжаться в него еще сильнее, срастить, раствориться, так чтобы не разорвать и не разлучить.

- Боюсь, от тебя это не зависит. Да и какая тебе разница? У тебя девушка есть. Вот пусть она и не уезжает.

- Какая еще девушка?

- Ну как же? Лиза...

- Лиза? - удивленно переспросил он, - кто тебе такое сказал?

- Паша, - теперь уже настала моя очередь удивляться.

- А... ну да, Лиза, - он словно только что о ней вспомнил. - Мы расстались уже давно. И остались друзьями.

- А почему же… а почему же он тогда сказал...

Теперь уже я была растеряна не хуже Кустова-старшего. Он меня обманул? Паша? Это не укладывалось в голове. Да зачем?!

Олег пожал плечами.

- Ну, возможно, я забыл ему об этом сказать. Мы редко обсуждаем такие вещи. И вообще-то это не его дело.

- Ясно, - я замолчала на минуту.

Вот значит как… И Лиза Олегу никакая не девушка. И все у нас могло было бы быть хорошо. Но не будет.

- Ты же понимаешь, что я не могу остаться? Работы здесь у меня не будет, если ваш отец увидит, что ты принял на работу мерзкую мошенницу, которая всех тут окрутила и пугала его несуществующим внуком, он тебя не поймет.

- Я расскажу ему правду.

- И что изменится? От этого я перестану быть обманщицей? Только зря подставишь Павла. Прекращай. Ты не хуже меня понимаешь, что это единственный возможный выход.

- Ничего не единственный. Как поссорятся — так и помирятся. Ничего не случится. А я хочу, чтобы ты осталась. Я не могу тебя потерять, - он прижал меня к себе еще крепче, и вырываться совершенно не хотелось.

Нет, так не пойдет!

Мне пришлось сделать над собой немалое усилие для того, чтобы сказать то, что я сказала:

-    Олег. Ты, конечно, хороший парень, и то, что только что было, это было... - я поискала подходящее слово и с легкостью его нашла: — мило...

Я прекрасно осознавала, что это худшее определение для нашей близости. Потому что на самом деле это было грандиозно, восхитительно, потрясающе, это было невероятно — но уж никак не «мило».

-    ...но боюсь, ты слишком близко к сердцу все это воспринял... Ты ведь не думаешь, что это серьезно? И если думаешь, извини. Неловко вышло... Но мне казалось - у тебя девушка, да и у меня есть парень... ну там, дома. То, что случилось ни к чему нас не обязывает, верно?

Он вздрогнул, как от удара, а больно стало мне.

Очень.

И даже от понимания того, что я все сделала правильно, легче не становилось.

-    И что ты будешь делать? - спросил он.

-    Ну, раз одна столица не покорилась — буду покорять какую-нибудь другую. У нас этих столиц знаешь сколько...

-    Сколько? - машинально переспросил он, думая о чем-то другом

-    Целых две, - я заставила себя улыбнуться. Подошла ближе, потрепала его по макушке небрежным чужим жестом и сказала: — Пашке привет. Пусть отдаст мои вещи дяде Мише, он привезет. Ах, да, - я достала из сумочки ключи от машины и бросила в кресло. - Не пригодятся.

Я вышла из офиса и спустилась в метро. Слезы текли по щекам горячими ручьями.

29

После суматохи большого города оказаться снова в маленьком было непривычно. Я не могла понять, что чувствую.

Было много всего разного – радость от встречи с родителями. Какое это все-таки тёплое чувство – увидеть, что дома ничего не изменилось. Хотя как оно могло измениться – меня и не было-то всего ничего. И боль. И тоска. И полное непонимание: что же дальше?

«Отпуск. Кратковременный. Меня переводит в другое отделение, но тоже в почти столичный город. Культурная столица ничем не хуже обычной. Хоть и холоднее. Ну а что поделать! Все сотрудники - люди семейные. Кто на переезд согласится! А вот она я – свободная как птичка».

Эту версию я выдавала всем, кто спрашивал с искренним участием или с ехидцей – что это я так быстро вернулась. «Вот заодно подучусь, вспомню что забыла – требования высокие» - с улыбкой пояснила я знакомым. Признаться, что вернулась из столицы с поражением я так и не смогла. Даже родителям. Небольшой отпуск - это действительно то, что мне нужно. Собраться с силами и попробовать выдержать новый раунд в новом городе.

Да только отпуск этот затягивался – прошел уже месяц, давно начался второй, а сил как-то не набиралось.

Хорошо когда твоя подруга детства юрист. Ставишь закорючку на доверенности – и всё, заниматься разводом не нужно. Все эти формальности, тесно связанные с неприятными воспоминаниями, уже улаживаются без твоего участия.

Телефонный звонок разрезал тишину, в которой я привыкла находиться в последнее время. Я вздрогнула, как вздрагиваю теперь от каждого звонка, все время ожидая, что на дисплее высветится номер Олега.

За то время, что я пробыла дома, он позвонил мне несколько раз. И даже по его голосу я чувствовала, как долго он собирался с силами, продумывал, что сказать, как на каждый такой звонок мне хотелось вместо «у меня все нормально, скоро собеседование, готовлюсь. Ладно, пока, скоро придет мой молодой человек», сказать правду. Что ни к чему я не готовлюсь, лежу, свернувшись калачиком под теплым пледом, и невидящими глазами смотрю в экран телевизора. Что больше всего на свете хочу оказаться с ним рядом хоть на минуточку. Коснуться, вдохнуть запах, запутаться пальцами в волосах… Но всего этого говорить нельзя.

Если сейчас признаться, Олег (в этом я не сомневалась) тут же начнет решать эту проблему. Расскажет отцу, что не такая я уже и плохая, что виноваты они, и сделает только хуже…

Поэтому я всякий раз просила мне не звонить. И он не звонил два-три дня, или пять, или шесть, или неделю. А потом снова набирал:

- Ты не подумай, я ничего такого, просто убедиться, что у тебя все в порядке. Может, что-то нужно?

- Нет-нет, все хорошо, - я улыбаюсь, потому что знаю, что по голосу это слышно, - тут Лешка идет.

Я рванула к телефону, переворачивая стулья и разочарованно выдохнула. На этот раз это был не Олег. Собственно, прошло уже семь дней с его последнего звонка. Может, он наконец внял моим уговорам и решил действительно больше не звонить. Вот и хорошо. Болезненный укол в сердце тут же дал понять: врешь ты, Вика, ничего не хорошо.

- Да, Леш, - недовольным тоном сказала я.

- Вик, ну кончай дуться. Я же признал: был не прав. У тебя получилось, я же не со зла, просто боялся, что ты уедешь и бросишь меня. Вот и…

Я вздохнула. Этот разговор с различными вариациями повторялся изо дня в день.

- Правильно боялся, Леша, я тебя бросила.

- Все можно вернуть. Ну хочешь, я с тобой поеду. А что? Работу там найду, квартиру снимем, вдвоем же легче. Я готов все тут бросить – только скажи.

- Не надо бросать. А квартиру мне фирма снимет. И я там буду жить не одна, а с другой сотрудницей. Вроде как по комнате у нас, - напропалую врала я о своих придуманных перспективах.

- Ну хоть погулять давай сходим, я ж не требую ничего такого, а то засохла там уже над своими… над чем ты там сохнешь?

Я бросила взгляд на экран, где очередной красавец миллионер уговаривал свою подружку не бросать его и вернуться. Серия шла в повторе, так что я точно знала: минут через двадцать экранного времени выяснится, что она и сама наследница крупного состояния.

Я вздохнула: мне никакого крупного состояния не полагалось в принципе, да и некрупного тоже. Поэтому я быстро свернула разговор, отказавшись от сомнительного счастья прогуляться через весь городок с Лешкой под руку, чтобы он мог всем показать: не бросила его «столичная штучка». Побегала, побегала –и вернулась.

Мне предстояло еще одно очень важное дело. Я разорвала упаковку теста на беременность. «Миленький, ну пожалуйста, одна полосочка, больше не надо», - зачем-то уговаривала я его, хотя надежды на то, что он «уговорится» было не так много.

Это уже третий тест, и первые два показывали такие яркие пары линий, что хоть на сержантские погоны вешай. Ну вот. Этот согласен с двумя своими собратьями. Строгий Константин Петрович все-таки ждет внука. Только об этом не знает. И не узнает.

Я достала из холодильника апельсин, немного подумала и вытащила заодно банку маринованных грибов, а потом вернулась и густо намазала батон маслом, вздохнула: теперь понятно, чем питаются эти беременные.

Я уже загадала: если после нашего последнего разговора, после всего, что я наговорила, Олег позвонит через два дня, я ему все-таки скажу. Потом я перезагадала на три дня, на четыре. Но сегодня шел уже седьмой. Видимо, он наконец образумился и решил не мешать счастливой паре. То есть нам с Лешкой.

Раздался звонок в дверь: вот же непонятливый. Ну сколько раз можно говорить! Никаких разговоров с ним вести я не хочу. Я открыла дверь, собираясь высказать ему все. Но это был вовсе не Леха. Это был Константин Петрович. И я похолодела.

30

- Здравствуйте, проходите, - дрожащим голосом сказала я.

Константин Петрович вошел в дом и заоглядывался по сторонам. За дом моих родителей мне было не стыдно. Тут, конечно, нет такой роскоши, к которой привыкли Кустовы, но все сделано со вкусом.

– А вы… то есть я… разве какие-то проблемы?.. Алена занимается разводом, вроде бы все должно быть хорошо… - кажется, мой голос звучал слишком испугано.

Да и не мудрено. Не думаю, что кому-нибудь хотелось иметь во врагах Константина Петровича. Такого врага и врагу не пожелаешь, простите за тавтологию. Но мне не хотелось иметь его во врагах еще и по другой причине.

Отец Паши и Олега мне нравился. Чем? Не знаю. Может, быть той самой уверенностью и готовность переть к своей цели несмотря ни на что, а может быть, той трогательностью, с которой он беспокоился о своем несуществующем внуке.

- Все нормально с разводом, - буркнул Кустов-старший. – Вроде оформили уже, или вот-вот. Я о другом хочу поговорить.

Внутри снова все сжалось. Может быть, я что-то сделала не так, пока работала у Олега? Пропустила какую-то сомнительную сделку, они понесли убытки… Варианты один другого хуже проносились у меня в уме.

- Может, хоть чаем угостишь, - напомнил Константин Петрович о гостеприимстве, - разговор у нас долгий.

И снова сердце екнуло. Может, проницательный Константин Петрович не поверил в мое вранье, и все-таки подозревает сыновей в сговоре? И теперь пришел выпытать у меня подробности и доказательства их вины. Так вот нет, от меня он ничего не получит! Пусть ненавидит меня сколько угодно. А Пашку с Олегом я ему не выдам!

- Конечно, чайку обязательно, - сказала я и пошла ставить чайник.

Но разговор под чаек у нас получился совсем не такой, на какой я рассчитывала. Константин Петрович не стал меня спрашивать ни о чем. Наоборот, уселся за стол, с подозрением покосился на обед, который я себе приготовила. Я торопливо убрала грибы и апельсин со стола в холодильник, проводив их грустным взглядом, налила себе слабенького чая и уселась слушать рассказ незваного гостя. И там было что послушать.

Когда история с моим отъездом стала прошлым, первое время Константин Петрович о ней даже не думал, были заботы поважнее. На семейный бизнес Кустовых шел войной бывший друг и партнер, а теперешний недруг. Но когда первые атаки были отбиты, Кустов все чаще стал возвращаться мыслями к своей семейной драме. И чем больше он об этой истории думал, тем больше она ему не нравилась.

Он посмотрел на меня пристально.

- У меня нюх на аферистов, если бы я злыдня от нормального человека не отличал, разорился бы уже давно. Будь ты зубастой щучкой, я бы тебя сразу раскусил. А вот так водить за нос меня, да еще и Олежку, ладно, Пашку любой обмануть может! Извини, красавица, но тебе это не по силам, при всем моем уважении.

В общем, проблема была в том, что Константину Петровичу я нравилась, и вот так вот просто признать, что он ошибся в человеке, ему не позволяла гордыня. К тому же он стал видеть, что Олег день ото дня становится все тоскливее, а хмурится все больше. Хотя, казалось бы, надо радоваться. Противник на голову разбит в кратчайшие сроки.

Но Константин Петрович слишком хорошо знал старшего сына. Приставать к нему с расспросами – дело совершенно бесполезное. А вся эта история чем дальше, тем больше казалась ему какой-то мутной. К счастью, своего младшего сына он тоже знал очень хорошо. И вот как раз его-то он решил допросить с пристрастием. А заодно и рассказать про сцену, которую он застал, нечаянно ворвавшись в кабинет.

Пашка присвистнул.

- Ну ничего себе. Так вот, значит, они! Нет, ну что Вика по Олегу сохнет, это я сразу увидел, но Олег… У него же Лизок есть. Я думал, они идеальная пара.

Отец вздохнул:

- Давно не идеальная, и давно не пара.

В общем, в духе новых сведений Павел под чистую выложил эту историю такой, какой она была, предварительно сообщив строгому папе, что повинную голову и меч не сечет, а у него голова очень повинная. На что Кустов обещал с ним разобраться позже и тут же рванул в офис. Доброхоты из числа сотрудников уже донесли ему, что Олег пристроил на свободную должность любовницу. Так что координаты «брачной аферистки» найти было не трудно. И вот он здесь, чтобы самолично допросить меня и убедиться, что никакая я не злостная обманщица, то есть, конечно, обманщица, но не слишком злостная, и даже не лишена некоторого благородства. Взвалила всю вину на себя, лишь бы выгородить подельников.

Я выслушала эту историю. Надеюсь, с непроницаемым выражением лица. Чего-то такого я и ожидала от Константина Петровича. Прийти ко мне, сказать: я и так все знаю, - и попытаться выбить из меня признание. А потом показать своим отпрыскам, где на самом деле зимуют раки. Ну уж нет, дорогой бывший свекрушка. Не на ту напали! Я пожала плечами и сказала:

- Паша – очень хороший парень, не знаю, зачем он выдумал всю эту историю, да еще и впутал сюда Олега. Наверное, хотел меня выгородить, но в этом нет никакой необходимости. Все было так, как я сказала, и никак иначе.

Я демонстративно нахмурилась, давая понять собеседнику, что менять показания не собираюсь и его хитрость не удалась.

- Еще чаю, Константин Петрович?

Он хлопнул по столу так, что всё, включая сахарницу и вазочки с вареньем, со звоном подпрыгнуло.

-    Так, заканчивай мне тут играть в благородство! Благодарной публики не существует. Я знаю, что ты врешь. И вообще собирай свои манатки и назад, домой. Уж не знаю, что ты там наговорила моему сыну и почему он сам не стоит здесь и не выволакивает из твоей квартиры чемоданы, но зная тебя, - он окинул меня взглядом, я так и не поняла, одобрительным или не слишком, - думаю что-нибудь да сочинила.

-    А он что, переживает? - не выдержала я.

-    Ты бы его видела, краше в гроб кладут. Совсем извелся. В последний раз спрашиваю: нужен он тебе?

Я шмыгнула носом и молча кивнула.

-    Тогда поехали.

-    Вы, это, чаю попейте, - пробормотала я теперь уже безо всякой уверенности. - Ну пока я вещи соберу.

-    Чаю, чаю, - буркнул Константин Петрович, - Аферисты! Ну да вы друг друга стоите, так что живите дружно. Если я правильно поняла, мы с Олегом прощены.

-    А на Павла вы не сердитесь? - на всякий случай уточнила я.

Константин Петрович только пожал плечами.

-    А что на него сердиться, если я сам виноват. Еще по бизнесу знаю: нельзя человека загонять в угол. Человек, загнанный в угол, за себя не отвечает, да и тебе прилететь может так, что сам рад не будешь. Вот по бизнесу знаю, а с родным сыном... - он махнул рукой. - В общем, надеюсь, Пашка меня простит.

Я кивнула:

-    Он отходчивый.

Константин Петрович отпил из чашки и вздохнул:

-    Эх, жаль внука не будет. Я уже настроился.

Я отвлеклась от сборов и вышла в гостиную:

-    Вообще-то будет, - сказала я и почувствовала, как стремительно краснею.

-    Что, серьезно? Или опять эти ваши шуточки... - недоверчиво переспросил он.

-    Серьезнее некуда, - ответила я, выкатывая чемодан из комнаты.

-    Дай-ка сюда, придумала тоже! - он выхватил поклажу из моих рук и потащил к выходу, а я послушно засеменила следом.

***

Мы ехали в столицу, дорога ровно стелилась под колеса, еще несколько часов и будем на месте. Константин Петрович набрал чей-то номер и включил громкую связь.

-    Ты где? - спросил.

-    В офисе, - раздался родной голос, от которого слезы были готовы выступить на глазах.

Кустов хохотнул:

-    Что, домой ноги не несут?

-    Что ты хотел, пап? - устало отозвался Олег.

-    Да вот поймал тут одну аферистку и разрушительницу семей, везу.

Олег сразу напрягся:

-    Ты это о ком?

-    Сам знаешь, о ком. Жди, выдам прямо на руки. И со свадьбой не затягивайте. Я вас предупреждал: никаких внебрачных внуков в семье Кустовых!

Он отключился и с улыбкой обернулся ко мне.

-    Вот теперь пусть попрыгает и подождет, а то будет сидеть спокойно и ни о чем не догадываться.

Это было так похоже на Кустова-младшего, что я рассмеялась. И тут же ожил мой телефон.

-    Вик, это правда, вы с отцом, вы едете? Или какая-то его дурацкая шутка?

-    Больше никаких шуток, - сказала я, с трудом сдерживая слезы, - теперь все очень серьезно.

-    Вы скоро будете?

-    Не знаю, наверное... - ну и вопросики! Любой, кто хоть раз был в дороге, знает: едешь по трассе - лучше не загадывай. - А знаешь что, - вдруг вспомнила я, - купи, пожалуйста, маринованных грибов... белых... и апельсинов...

Content

Куплю невесту. Дорого
Мира Славная

1