Ирина Смирнова

СТИВ

Глава 1

Космический корабль с маленькой, забытой всеми богами планеты, у которой не было даже имени, только номер в межгалактическом атласе, летел на Землю… У каждого из девяти человек, находящихся на борту, были свои мечты и планы, но всем им, похоже, суждено было погибнуть под радиоактивно-метеоритным дождем, практически не повредившем корпус корабля, но полностью испортившим всю технику. Кораблю было предназначено судьбой дрейфовать по космическим просторам бесконечно долго, потому что путь его проходил вдалеке от основных трасс. Он должен был стать кораблем-призраком.

Но на двенадцатые сутки, когда запас питьевой воды подходил к концу, боги решили пошутить над членами команды и подарить им надежду на спасение. Дрейфующий, никем не управляемый корабль, был замечен и захвачен контрабандистками Венги, окольными путями возвращающимися домой.

Семеро сильных здоровых мужчин — хороший улов, если знать планетки, где на черном рынке торгуют не только наркотиками с вейдже. Сейчас на Венге за работорговлю инопланетниками гоняют намного жестче, чем в былые времена, поэтому лучше сделать небольшой крюк и спокойно избавиться от дополнительного груза. И живого, и механического — ведь сам корабль был практически цел, пострадала только техника. Прибыль от продажи полностью окупит и затраты на топливо, и несколько дней веселья всей команды в барах Венгсити.

Юйшайра, довольная и уставшая, закончив вечерний обход, двигалась к своей каюте, чтобы упасть на койку и вырубиться до утра, как вдруг ей показалось, что с кухни доносится странный шорох. "Неужели шушерки?" — в ужасе промелькнула мысль где- то в глубинах подсознания. Юйша была капитаном уже почти двенадцать лет, не задумываясь кинулась бы в бой с десятком противников, но шушерки… Маленькие, серенькие, пушистые пищащие комочки с тонкими голыми лысыми хвостиками… фу, гадость какая!

Собрав всю свою храбрость в кулак — все-таки она капитан корабля, на котором, похоже, хозяйничают захватчики, Юйша резко распахнула дверь на корабельный камбуз.

На кухне оказались не шушерки, и несколько секунд, ушедших на выдох облегчения от осознания этого факта, спасло юношу от мгновенной смерти от даги, моментально оказавшейся в левой руке капитана. Он успел быстро сориентироваться, нащупать рукой большой нож, посмотреть женщине в глаза и прочесть там смертный приговор, выпустить нож и быстро опуститься на колени.

Юйша оценила и то, что парнишка нашел оружие, и то, что он отказался от попыток им воспользоваться. Это было очень умное решение — даже без кинжала женщина смогла бы уложить это худенькое тельце одним, ну, может, двумя ударами. А уж с выкидывающимся при нажатии на специальную кнопку сорокасантиметровым клинком…

За воровство продуктов на всех кораблях полагалось одно и тоже наказание — смерть. Но настроение было уж слишком умиротворенное, да и мальчик был слишком разумен для инопланетника, чтобы вот так вот сразу пускать его в расход.

Подойдя к юноше, молча стоящему на коленях и смотрящему в пол, Юйша резко дернула его за волосы на затылке, чтобы его голова откинулась назад, а ее злой взгляд встретился со взглядом серо-голубых глаз мальчишки. В них не было ни страха, ни тоскливой безнадежности проигравшего. Парнишка был слегка напряжен и смотрел внимательно, изучающе, пытаясь если и не контролировать ситуацию, то хотя бы анализировать и искать выход.

Удивительно разумный, к тому же еще и симпатичный зверек. И эту мордашку она видела впервые — парнишки не было среди снятых с корабля пленных.

— Что ты делаешь на нашей кухне, тва-а-арь? — зло процедила сквозь зубы Юйша, наблюдая, как тело мальчишки начинает слегка потряхивать.

— Простите… Я хотел взять немного хлеба и воды, совсем чуть-чуть, — спокойный уверенный голос, в глазах по-прежнему нет страха, и только легкий озноб выдает, каких усилий стоит парнишке не сорваться.

— Ты собирался обворовать мою команду, крысеныш?! — большая откормленная шушерка, нагло таскающая с камбуза их еду, вот кого ей надо видеть в этом звереныше.

— Простите… — сколько же внутренней силы в этом худеньком теле, раз он все еще спокоен? — Пожалуйста, поймите меня — я отвечаю за своего младшего… эм… брата и не могу позволить ему умереть от голода.

— Ты хочешь сказать, что на корабле есть еще один пропущенный нами зверек?!

— Да… — во взгляде настороженное ожидание реакции на свой ответ, но не более того.

— Где он прячется?! — один пропущенный в пылу радостного ажиотажа мальчишка, еще куда ни шло, но два — это уже перебор. Опытная команда, называется — по кораблю уже вторые сутки бродят два малька, а об этом никто ни сном, ни духом. И кстати, о сне… — Я, кажется, задала тебе вопрос, тварь мелкая! — как же хочется спать, просто сил нет.

— Давайте мы с вами заключим договор? — наверное, это она плохо расслышала ответ, потому что старалась сдержать зевок.

Юйша сильнее потянула мальчишку за волосы: "О каком договоре ты говоришь, дрянь инопланетная?! Да ты рыдать от счастья должен, что живой до сих пор!".

— У вас же чем раб послушнее, тем ценнее, верно? Я обещаю вам идеальное послушание, — женщина, от восхищения наглостью и смелостью парнишки, даже захват волос слегка ослабила. — Честное слово, полное и идеальное, как будто я у вас на планете родился, не сомневайтесь даже. А вы за это позаботитесь о моей… моем… моей сестре. Пожалуйста!

— Так сестра или брат? — Юйша мысленно уже прикидывала, сколько стоит дрессировка инопланетника до состояния идеального наложника, чтобы не продешевить, если это все-таки сестра.

Парень в первый раз за весь разговор отвел взгляд в сторону и покраснел. Очень интересно.

— Сестра. Я привык прятать ее от команды, говоря всем, что она — мой брат. С вами же наоборот, наверное, лучше, чтобы она была девочкой, правильно?

— Где ты ее прячешь?

— Мы заключаем договор?

Взгляды серо-голубых и зеленых глаз скрестились. Юйша меланхолично размышляла, как ей поступить сначала — залепить пощечину и потом ударить между ног или наоборот. Злости на наглого зверька не было абсолютно. Но мальчишка уже заигрался, пора было останавливать.

Паренек, как почувствовав, встал с колен: "Пойдемте, я покажу вам".

* * *

Девочке с виду было лет 15–16, не больше, и сходства с братом не было никакого. На круглом личике, из под коротко подстриженных под одну длину густых черных волос, испуганно сверкали большие карие глазки. Но даже с этой странной стрижкой "под горшок" и в одежде явно не первой свежести, она выглядела яркой звездочкой, которую, конечно же, надо было оберегать от всех мужчин вселенной.

У так называемого брата были ярко выраженные скулы, темно-русые волосы и серо-голубые глаза. Когда молчит — полная иллюзия, что перед тобой обычный симпатичный мальчик с Венги.

Юйша еще раз задумчиво оглядела стоящую перед ней парочку.

— В каком колене ваши родственники были родней друг другу? — ехидно уточнила она у парня.

Тот снова отвел взгляд и на щеках опять начал проявляться румянец. Но, глубоко вздохнув, он собрался с силами и посмотрел женщине в глаза: "Это имеет значение? Ради нее я готов на все. Пожалуйста, позаботьтесь о ней, и у вас будет идеальная послушная вещь на продажу". У мальчишки начали пылать кончики ушей, однако он продолжил, по-прежнему смотря Юйше в глаза: "Или для вас самих… Если вы пожелаете… Меня…".

Тут девочка не выдержала и всхлипнула. Потом еще и еще раз… Утерла глаза рукавом. Посмотрела на спокойно стоящего брата, потом на Юйшу. Потом тихо прошептала:

— Я беременная. Помогите нам, пожалуйста! Вы же тоже женщина… Мы расплатимся с вами, потом, правда!

Парень взглянул на девушку, явно умиляясь ее наивности, потом снова — на женщину, ожидая ее решения.

На невольничьем рынке Венге торгуют только мужчинами, на рынках других планет прекрасно можно было бы продать и эту молоденькую красавицу. Конечно, сначала ее надо было отмыть, переодеть и слегка припугнуть. Не то чтобы Юйшайра всерьез рассматривала этот вариант — к торговле детьми и женщинами она относилась очень отрицательно. Но парнишка явно понимает, что такая возможность — есть, и то, что по сравнению со своей "сестренкой" — он дешевка.

Как бы в подтверждение этих мыслей, юноша, продолжая пристально смотреть Юйше в глаза, словно гипнотизируя, медленно опустился на колени, сцепил руки за головой и едва заметно улыбнулся, уголками губ:

— Я буду идеально покорной игрушкой, вот увидите! Только позаботьтесь о ней, пожалуйста!

Рыночная стоимость мальчишки была несколько десятков монет в базарный день, независимо от того, где именно его продавать. Но на Венге сейчас при малейшем подозрении в торговле инопланетниками можно было влететь так, что черная дыра раем покажется. Зато тут, на границах галактик можно было творить все, что душа пожелает…

Юйша внимательно оглядела юношу и поняла, что совсем не хочет, чтобы с ним проделывали всякие странные вещи, слухами о которых космос полнится.

И так… В наличие была молодая беременная красавица, которую можно было бы дорого продать, но не позволяли принципы. И симпатичный парень, которого можно было бы продать или без проблем, но очень недорого, или с проблемами, но подороже. Без проблем и недорого — неплохой вариант, но Матерь Всего Сущего, почему-то жалко. А вот если попробовать пристроить его на Венге, то тогда его готовность стать идеально покорной игрушкой снимает большую часть проблем.

— Что ты понимаешь под словами "позаботьтесь о ней"?

Глаза мальчика радостно блеснули:

— Нормальное питание и медицинская помощь во время родов. Ну и… — снова румянец на щеках и взгляд в сторону. — Вы же понимаете, что если бы я был с ней, то пахал бы как проклятый, но она бы и после беременности какое-то время…

Ну что ж, смело! Наглость — второе счастье. Парнишка не стоит и половины той суммы, в которую может влететь межгалактическая медицинская страховка беременной. А если добавить туда уход и нормальное питание матери до родов и какое-то время после них… Может, проще продать нахала вместе с теми семерыми здоровяками и забыть про него? Но сестра его все равно никуда не исчезнет, и, главное, Юйша знала, что все равно позаботится о бедняжке, не сможет она просто выбросить из корабля на улицу беременную девчонку. Решение у всей этой проблемы было только одно — везти этих двоих на Венгу. Мамуля позаботится о том, что бы у этой красотки был нормальный уход и питание, ну и роды кто-нибудь по знакомству за небольшую сумму примет, не проблема. А как оклемается — пару молодых девичьих рук в хозяйстве найдут где пристроить. Ну и послушный молоденький симпатичный мальчишка в доме лишним не будет.

— Договорились. Но слова "Нет" или "Не могу", я от тебя чтобы ни разу не слышала, ясно?!

Парень энергично закивал, явно еще не совсем осознавая, насколько сильно он попал.

* * *

Юйша вызвала свою помощницу, Джейнни, и вкратце обрисовала той ситуацию: "На корабле прятались. Вот, поймала. Мальчишка мой. Девочку пристрой в свободной каюте и поставь на довольствие. Команде скажи, чтобы к ней не приставали — она беременная, мало ли чего…".

Дождавшись, когда за подругой и "сестрой" ее новой добровольной игрушки закроется дверь, Юйша в упор посмотрела на продолжавшего стоять на коленях паренька.

— А теперь давай выкладывай мне всю правду.

На нее уставились честным и искренним взглядом серо-голубых глаз:

— Какую именно правду вы хотите от меня услышать?

— Это девчушка такая же твоя сестра, как я — твоя мама. От кого она беременна? Для той планеты, к которой приписан корабль, на котором вы летели — ты слишком разумен, а твоя сестра слишком красива. У меня есть смутные подозрения, что твое образование несколько больше, чем 7 лет средней школы при шахтерском городке.

Юноша начал нежно подрумяниваться, опустив взгляд в пол.

— Простите, но она и правда моя дальняя родственница.

— Ради дальних родственниц свободой не жертвуют, — Юйша внимательно следила за тем, как румянец, завоевав щеки парнишки, стал захватывать кончики его ушей. — И фраза о том, что ты на все готов ради нее, скорее уместна в отношении любимой.

Уши уже пылали, сравнявшись по цвету со щеками.

— Мы воспитывались в приюте при Космопорте. Вместе. Я знал, что в шахте не протяну и пяти лет, а тут еще и Марисоль забеременела…

— От тебя?

— Нет, — мальчишка начал поскабливать пальцами свою щеку, явно нервничая, но тут же собрался и снова сцепил руки за головой.

В этом не было ничего удивительного — посмотрев пару пиратских видео с Венги, легко можно было выучить стандартную позу для рабов. Но все равно было приятно, что мальчик старается вести себя по правилам.

— Надо еще в конце каждой фразы "госпожа" добавлять, — подсказала ему Юйша.

— Хорошо… — запнулся на непривычном слове, но честно продолжил, — Госпожа.

— Не "хорошо", а "спасибо". Ты должен быть мне благодарен, что я тебя поправила, — женщина с интересом ожидала реакции от ее новой игрушки. Никогда бы не подумала, что это будет так весело — воспитывать не соседского малька, залезшего к ней в огород, а взрослого парня.

"Спасибо" тут же прозвучало, ясно и четко, а вот на "госпожа" парнишка опять запнулся.

— Молодец. Теперь продолжим. От кого же беременна твоя… хм… сестра?

— От одного из наших воспитателей. Он ее изнасиловал. Поэтому мы и сбежали…

Судя по пылающим кончикам ушей, мальчик опять пытался выдать только часть правды. Юйша, устало вздохнув, махнула рукой в сторону невысокого шкафа:

— Ремень там. Принеси.

Мальчишка безропотно поднялся, нашел в шкафу широкий ремень, из толстой кожи слоногемота, нервно провел — погладил большим пальцем по отливающему золотом цельному куску металла — пряжке с гербом Венги. И, вернувшись, протянул это орудие воспитания Юйше.

Та задумчиво осмотрела стоящего перед ней парня с ног до головы. По одежде сразу было видно, что ее две недели не стирали, хотя мордашку, похоже, старались поддерживать в порядке (женщина сразу представила маленького котенка, который сначала облизывает лапку, а потом ею умывает себе глазки).

— Сначала в душ.

Парень молча направился в сторону ванной комнаты, но, уже закрывая за собой дверь, обернулся:

— Мне потом не одеваться?.. — пауза. Двое внимательно смотрят друг на друга. — Госпожа.

— Нет, — Юйшайру даже передернуло, как только она представила, что на чистое тело, вкусно пахнущее мылом и свежестью, мальчишка напялит эти пыльные грязные тряпки.

Пока парнишка отмывался, Юйша выпила пару коктейлей, разобрала свою кровать и приготовила вторую, стоящую в противоположном углу каюты, своему новому зверьку — закрепила на спинке наручи.

Мальчишка вышел, полностью обнаженный, с пылающими кончиками ушей и опущенным в пол взглядом. Как будто все его спокойствие под душем смылось, или оно хранилось одеждой, как броней.

— На колени, возле кровати, лицом к стене.

Парень, глубоко вдохнув, выполнил приказ. Его бедра почти касались края кровати, взгляд был устремлен в стену, руки сцеплены за головой, и только сбивающееся дыхание выдавало в нем инопланетника.

Удовлетворенно хмыкнув, женщина чуть надавила обеими руками парнишке на плечи, укладывая его животом поперек кровати. Ладонью (Не удержалась!) провела по попке, услышала полувздох-полувсхлип.

Сделав шаг назад, размахнулась и нарисовала на этой аппетитной заднице широкую обжигающую полосу.

— Повторяй за мной… Врать не хорошо!

— Я вам не врал!

Следующая полоса, пышущая жаром даже снаружи, а уж как должна гореть от удара кожа!

— Врать… — голос мальчишки звенел и дрожал от напряжения. — Не… Хорошо…

Полюбовавшись на две полоски, крест на крест пересекающие щелочку между ягодицами, следующий удар Юйша нанесла так, чтобы обжигающие круговые волны начали зарождаться в самом низу попки, чуть зацепив левую ногу.

— Еще раз повтори! Чтобы точно запомнил.

— Врать… — новый удар, зеркальное отражение предыдущего. — Не… Хорошо…

— Молодец.

Юйша отложила ремень в сторону, достала из тумбочки баночку с безумно дорогим среди инопланетников маслом, и тщательно смазала пострадавшую от воспитательного процесса часть тела. Как бы между делом провела пальчиком между ягодиц… Мальчишка тут же напряг их до одеревенения мышц и получил ощутимый хлопок ладонью:

— Расслабился. Бы-ы-ыстро!

Попка тут же сделалась мягкой, и по ней стало так приятно перебирать пальчиками, заодно раздвигая ягодицы и наблюдая, как на эти секунды сбивается дыхание парня. Просто ощущая его внутреннюю борьбу между инстинктивным желанием сжаться и приказом разума — расслабиться.

— Как тебя зовут, зверек? — Юйша почувствовала, что еще немного и она овладеет этим телом, а на часах меж тем уже было далеко за полночь.

— Стив. Госпожа.

Усевшись на кровать так, чтобы стоящий на коленях мальчик оказался зажат у нее между ног, Юйша провела всеми пальчиками от плеч… вниз… по ключицам… потом до сосков… маняще близко обрисовала вокруг них круги… потом плотно сжала между большими и указательными пальцами и потянула на себя…

Мальчишка чуть вздрогнул, напрягся, и тут же снова расслабился.

— Сейчас-то что не так? — уточнила женщина, прокручивая соски между пальцев и смотря в широко распахнутые серо-голубые глаза.

— Все…Все хорошо, госпожа. Я… Я привыкну… Я научусь…

Член парнишки стоял хорошо и надежно, значит, телу такие ласки нравились. То есть и правда привыкнет и научится.

— Ладно, давай спать. Уже поздно.

Мальчишка кивнул, встал с колен и направился в сторону кровати. Сестра его, наверное, уже спит во всю. Наверняка Джейнни ее еще и покормила. Кстати, о еде.

— Ты, наверное, голодный?

Кончики ушей предательски запылали, но парнишка, не оборачиваясь, отрицательно помотал головой.

Юйша изобразила грустный вздох: "Ну что ж, иди обратно. Ремень я еще пока не убрала."

— Простите, госпожа. Врать не хорошо. Я помню. Но… Вы же хотели ложиться спать. Я потерплю до завтра. — мальчишка, повернувшись, старательно буравил взглядом пол.

— Как звучал вопрос, Стийв?

— Голодный ли я.

— Какой должен быть на это ответ?

— Да… Да, госпожа. Я не отказался бы поесть, но потерплю до завтра, — паренек собрался и спокойно посмотрел на Юйшу, чуть дернув уголками губ, пытаясь натянуть улыбку. — Так пойдет?

Женщина встала с кровати, подошла вплотную к мальчишке, запустила пальцы ему в челку и резко дернула сначала вниз, чтобы поставить тело на колени, потом назад, чтобы прижать голову затылком к позвоночнику.

Парнишка, облизнув резко пересохшие губы, продолжал не отрываясь спокойно смотреть в глаза хозяйке.

— Я слишком нагло спросил? Простите, госпожа. Такого больше не повторится.

— Очень надеюсь, — смелый заяц, что тут еще скажешь. Прогибает себя сам, но очень старается не согнуться больше, чем надо. — А теперь давай спать.

Уши мальчика снова запылали:

— Госпожа… Вы… На всякий случай… Вы же зафиксируете меня, правда?

Юйша очередной раз была поражена разумности этого ребенка. Да, сейчас он себя контролирует. Но мало ли что взбредет в голову, когда рядом будет сладко спать капитан корабля. Конечно, девочки его скрутят в два счета, но ни о каких договорах речи уже идти не будет.

— Да, Стийв, наручи у спинки кровати ждут тебя с нетерпением. Рекомендую сначала сходить в туалет.

Надежно пристегнув свою новую игрушку, Юйша наконец-то забралась под теплое одеяло и сладко заснула.

Глава 2

Стив

Только послушав ровное дыхание капитана минут десять, я позволил себе расслабиться. Спит. И вот тут-то мои зубы выдали барабанную дробь. Со мной всегда так, если я долго в напряге, то потом, когда отпускает, тело отрывается по полной. А тут мой мозг пахал на износ, фильтруя правду крупным ситом, продумывая и просчитывая каждый мой взгляд и вздох, каждое движение.

Марисоль висела на моей совести тяжким грузом, и я должен был расплатиться с долгом ее родителям, пусть даже угробив для этого свою жизнь. Она и правда была моя сестра, просто не родная. И после ее побега с каким-то подозрительным парнем, наша мать, и так не совсем еще оклемавшаяся после смерти мужа, буквально сгорела за месяц. Я продал все, включая дом, чтобы расплатиться с врачами, честно пытающимися спасти вырастившую меня женщину, и с парой ребят, не совсем законно нарывших мне нужные сведения о Мари.

Сестренку я нашел на всеми богами забытой планетке, в борделе при Космопорте, уже беременную. Схватил ее в охапку и рванул с ней обратно, на Землю. Но денег на обратный билет у меня уже не было, не рассчитал я с планированием финансов. Так что пришлось выбирать из тех кораблей, в которых нужны были дополнительные руки в помощь команде. Выбора практически и не было, я писал кипятком от счастья, когда наткнулся на что-то более-менее приличное и внешне, и по составу команды. По крайней мере, корабль не производил впечатления утиля, который вот-вот развалится. Тикусйо! Как я ошибался!

Наша легенда с сестрой была продумана, хотелось бы верить, что безупречно, и заучена так, что отлетала от зубов. По местным меркам я тянул от силы на восемнадцать, а не на свои двадцать три. Сбежать отсюда пытались все, кому не лень — кому охота сдохнуть, выкашливая последние зубы и легкие? Про беременность от воспитателя мы тоже сразу договорились, если вдруг нечаянно откроется, что Марис на самом деле Марисоль. Просто быть подростками без документов, сбежавшими из приюта с планеты xyz01259045, было выгоднее, чем беглой проституткой из борделя и парнем, наверняка уже находящемся в межгалактическом розыске.

Герб Венги на корабле, стыкующимся с нашим дрейфующим куском металла, я узнал сразу, так что, пока семь обалдуев радовались своему спасению, мы с сестрой тихо слились с обшивкой. И если бы я не спалился на кухне, у нас был бы шанс… Хотя чего уж там, не было у нас никаких шансов. Не думаю, что нам сильно обрадовались бы на любой из планет, где мы бы сумели тайком вылезти из корабля. У нас не было ни денег, ни документов. А в том же Космопорте Венги легко бы выяснили, что с отпечатками моих пальчиков связан файлик, в котором четко написано, что к xyz… к Хлану, короче говоря, я никакого отношения не имею. Тикусйо!

Но я все рассчитал верно, не сказав правду и этой венговке. Беременная невинность из приюта вызывает больше жалости. Главное сейчас втереться в доверие, чтобы меня не продали никуда и пальчики проверить не додумались. Ей вроде понравилось, как я прогибаюсь старательно. Меня даже захотели, через задницу, правда, но тут уж выбирать не приходится. Задница заживет и привыкнет. Главное, чтобы с сестрой не разлучили. А уж после того как она родит, придумаю что-нибудь, выкрутимся. Я в себя верю!

* * *

Когда утром Юйша встала с кровати и подошла к своему новому приобретению, парнишка уже не спал. Легкий намек на улыбку и уверенно-спокойный взгляд.

— Доброе утро… Госпожа.

Пауза заметна, но до Венги еще девять дней, с учетом крюка на Ммирзу — натренируется.

— Пойдем, я тебя покормлю и с девочками познакомлю.

Секундное замешательство. Кончик языка по губам. Чуть более долгий вдох. И…

— Вы позволите мне сначала умыться и одеться?

Юйша уже приготовилась пошутить: «Нет, так и пойдешь». И тут поняла, что, пожалуй, это будет и правда хорошая проверка.

— Умыться позволю, а вот одеться — нет. Девочки должны оценить тебя во всей красе. Знаешь, как мы соскучились без привычных нам развлечений?!

Конечно, Юйша лукавила, во-первых, не так уж девочки и соскучились — на одну-две ночи снять мальчишку можно было на любой планете, только цены слегка отличались. На Земле это удовольствие ощутимо било по кошельку, а на той же Ммирзе можно было развлечься практически бесплатно. Беда лишь в том, что все эти парни были или вконец запуганные бессловесные зверушки, играть с которыми абсолютно не интересно. Или опытные соблазнители, готовые на все, только плати по прейскуранту. В их глазах не было ни преданности, ни обожания.

Ну, а во-вторых, мало кто из девочек возбудится на эту худенькую стройную невинность. До дома оставалось всего-ничего, а без мужей в команде было только двое, сама Юйша и молоденькая Хайура. Остальные уже начинали планировать свою первую брачную ночь после двухмесячной разлуки.

Джей дома ждали муж и маленький сын, которого она любила так, будто это была дочка-наследница. Ну, Джейнни инопланетянка, ей простительна такая блажь, да и мальчишка был умненький и милый, весь в отца. Юйша часто подкалывала подругу, что заберет ее сынишку себе, когда тот подрастет.

Лайсса со своим мужем вообще нормально разговаривать не умеет. Слушать их переговоры по видеосвязи просто пытка. Сплошные пусеньки — сюсеньки — масюсеньки. Причем этот ужас уже пятый год продолжается, даже подкалывать все устали — смирились.

Ну и остальные девочки, чем ближе была Венга, тем чаще стали задумчиво поглядывать на стены столовой, завешенные фотографиями их детей, мужей и любимых наложников.

Мальчишка вспыхнул сразу весь, даже шее румянец достался.

Юйша с усмешкой провела-погладила всеми десятью пальчиками от наручей на запястьях по внутренней стороне рук… до плеч… потом чуть наискосок по ключицам…. снова чуть наискосок, слегка задев соски… и по ребрам вниз… Пальчики замерли на бедрах. Парень практически не дышал, неподвижно застыв на кровати. Утренняя эрекция смешалась с возбуждением от ласки. Глаза в глаза. Серо-голубые широко распахнуты и практически не моргают. Настороженное ожидание сменило спокойную уверенность. Но страха нет. Даже разложенный на кровати и полностью в чужой власти, пытается контролировать ситуацию. Нет, в том отстойнике, откуда летел подобранный корабль, такое вырасти не могло.

На xyz01259045, лет так пятьдесят назад, были открыты огромнейшие залежи радиоактивных руд. Но вместо того чтобы автоматизировать их добычу по максимуму, предприятие, владеющее этой планетой, создало несколько городков и закинуло туда дешевую человеческую силу, набранную со всех закоулков космоса. Контракт на десять лет, и ты богат как падишах из сказки. Для того чтобы задуматься о том, что все эти деньги пойдут на лечение, если повезет выжить, надо обладать функционирующей мозговой системой. У мужчин, работающих на Хлане (так планетка обзывалась среди своих) в голове было пусто. Женщин, естественно, вообще почти не было, кроме как в борделях.

От случая к случаю на планете рождались дети, и для них добрые дяди даже построили приют и школу — пятилетку, дающую ускоренное среднее образование.

Но этот мальчишка не мог вырасти на Хлане. Слишком много разумности, самоуверенности и самообладания. Сестра его названная — возможно, хотя тоже очень сомнительно. Вся эта сказочка про двух невинных сироток шита белыми нитками для тех, кому не хочется слишком много задумываться.

Размышляя обо всем этом, Юйша не переставала ласкать мальчика, старающегося лежать спокойно и дышать ровно. Как будто в хланском приюте каждый вечер, вместо мультфильмов, пиратское видео с Венги гоняли.

— А теперь вставай, — женщина отстегнула наручи и, пряча улыбку, оценила результат своих трудов. Возбужден парень был практически до потери контроля: в глазах поволока, тело чутко реагирует на малейшее касание, как будто тянется следом за ее рукой…

— Приведи себя в порядок, — Юйша провела ладонями по лобку, против роста волос, с удовольствием наблюдая, как мальчишка снова заливается краской. — Зубы почисти, глазки умой, и пойдем.

Парнишка даже глаза на секунду закрыл, пока вдох делал, потом встал, пробежал взглядом по кровати:

— Убирать сейчас… Госпожа… Или когда вернемся?

Вот ведь наглая зверушка какая, а! У самого, небось, поджилки от страха трясутся, а он выясняет, когда кровать убирать.

— Умоешься и уберешь. Крем для удаления волос на полке, вместе с зубной пастой.

После того как за мальчиком закрылась дверь, Юйша схватила планшет и быстро написала Джей сообщение: «Приведу улов в столовую. Надо незаметно снять с него отпечатки пальцев и тихо проверить. Без шума! И девчонку тоже охвати».

Парень справился на удивление быстро. Юйша с интересом осмотрела вышедшее из ванной чудо. Смущенно отведенный в сторону взгляд из-под ресниц, голова чуть опущена, пальцы рук сцеплены за спиной… Похоже, мальчишка решил использовать для первого знакомства с ее командой образ невинного ягненка. Что ж, не разочаровал и на этот раз — очень умный ход.

По коридорам парень прошел более-менее уверенно, а вот у дверей в столовую, из которой доносились голоса нескольких женщин, замер. Бросил быстрый взгляд на Юйшу, как бы проверяя, вдруг та передумала и сейчас прикажет вернуться и одеться. Прерывистый глубокий вдох, и:

— Мне входить первым или сразу за вами..? Госпожа…

Женщина так и не смогла пока понять, нравится ли ей эта спокойная, почти не прошибаемая уверенность или все же хочется сокрушить ее, увидеть в глазах парня не просто мгновенно промелькнувший, едва заметный испуг, а действительно страх. Хищная стерва, живущая внутри Юйши, расценивала поведение мальчишки как вызов. Правда, хищница давно сидела на коротком поводке и выпускалась на волю крайне редко и под присмотром. Но этот мальчишка провоцирующе соблазнял, будил, манил… Сводил с ума!

Резко открыв дверь, сильным толчком в спину Юйша ответила парню на его вопрос. Он первым влетел в столовую и приземлился на колени, отчасти благодаря приложенным к этому усилиям Юйшайры, отчасти — по собственному желанию. Тут же сцепил руки за головой, быстро оглядев всех, убедился, что сестры здесь нет, и застыл, стараясь смотреть мимо всех присутствующих женщин.

Все затихли, переводя взгляд со своего капитана на парня у ее ног и снова на капитана.

— Как я погляжу, наша Юйша решила не дожидаться борделей родной Венги и развлечься прямо на корабле! — Пойляйрионора, цинично ухмыльнувшись, подошла к Стиву и, захватив пальцами челку, дернула вверх, заставляя парня посмотреть ей в глаза.

— Мальчик как мальчик. Зэйх у тебя гораздо симпатичнее. Чего ты в нем нашла, капитан?! — Пойля любила мускулистых широкоплечих молодых бычков, умеющих иногда взбрыкивать, показывая характер, но при этом обычно тупых, как пробка.

— А по-моему, он очень милый. Такой нежный румянец на щечках… И реснички такие длинные, аж завиваются, — это Лайсса полила все сахарным сиропчиком, аж зубы сводит. И, судя по всему, у Стива тоже — даже плечами слегка передернул.

— Капитан, он так и будет здесь стоять как памятник первооткрывателям, или ты его покормить привела? — а это Джейнни, практичная, как всегда.

— Та-а-ак, девочки, знакомьтесь. Зверька зовут Стийв. При мне руками лапать можно, даже не спрашивая разрешения. И да, я привела его перекусить, так что сообразите что-нибудь, пока я сама тоже позавтракаю, — и Юйша направилась к своему месту на другом конце стола.

Стив проводил женщину неверяще — изумленным взглядом, потом вопросительно посмотрел на Джей. Та, демонстративно вздохнув, положила на тарелку кусок свежеобжаренного мяса и немного овощей и поманила парня к себе взмахом ладони. Когда тот начал приподниматься с колен, отрицательно помотала головой и погрозила ему пальчиком:

— Не-а, малыш. Ползем. Эротично. Отрабатываем завтрак.

Стив:

Тикусйо! А я-то поверил, что эта чернокожая женщина — добрая фея. Пора бы запомнить, что фей нет и уже давно. Последней была та, что подобрала меня на улице и вырастила, как родного.

И, к слову, я против того, что бы в меня играли все, кому вдруг взгрустнулось. Так что сейчас будем будить в моей потенциальной хозяйке ревность, при этом продолжая втирать себя в гавно во имя выживания. Прогиб в спинке, попку кверху, из под челки заискивающе — соблазняющий взгляд и медленно крадемся…

— Какое чу-у-удо! Пу-у-усечка! — как будто в уши меду налили. Спасите меня Боги от этой женщины, чуть весь настрой не сбила. Хотя, конечно, может, это она тут — добрая фея? Надо будет присмотреться.

— Он не «пусечка», Лайсса, он звереныш на охоте, разве ты не видишь?! — ладошка с немалым таким замахом приложилась к моей заднице, так, что пальчиками задела мошонку. Я чуть не подпрыгнул от неожиданности. Так, надо расценивать этот хлопок как ускорение. Вперед, быстрее, меня ждет завтрак. Я его отработал!

Чтобы выглядеть цивильно, орудуя вилкой и ножиком сидя на полу, надо иметь не малый опыт. У меня вечеринка в стиле «а-ля-Венга» была впервые в жизни. Но падать в грязь лицом, всмысле в тарелку, мне не хотелось ужасно.

— Пу-у-усечка! Смотри, какой он голо-о-одненький! — тикусйо! Я тут вообще-то изгаляюсь, чтобы за культурного сойти.

— Так, хозяйка поела, значит, и раб сыт. Иди ко мне, я с тобой развлекаться буду!

Быстро глотаю последний кусок мяса, ловлю сочувствующий взгляд чернокожей женщины, по-моему, Джейнни, и ползу к ногам капитана.

Никакого эротизма в моих движениях нет и в помине, я просто перебираю руками и ногами, опустив голову. А теперь я ее подниму…

* * *

Есть абсолютно не хотелось, но принципа ради Юйша уселась на свое место и начала лениво чистить яичко. Пара глотков тайшу и…

— Какое чу-у-удо! Пу-у-усечка! — и правда, пусечка, вон как попку отклячил, тварь!

Хлопок Хайуры по этой попке Юйша пережила стоически, но, когда Джей стала нежно поглаживать ее зверька по волосам, терпению женщины пришел конец.

«Этот маленький засранец мой, тля!»

— Так, хозяйка поела, значит, и раб сыт. Иди ко мне, я с тобой развлекаться буду!

Пытаясь скрыть ревнивое удовлетворение от того, что действительно бросил еду, бросил Джей и ползет к ней, Юйша одновременно пыталась понять, что вообще с ней такое происходит?! Конечно, он ползет к ней. Можно подумать, у парня есть варианты? Ему же надо крутиться возле своей сестры, а за ней кто взялся присматривать — конечно же, Юйшайра, которой, как обычно, надо больше всех. Чувствуя, как непонятно почему появившуюся ревность сменяет неведомо откуда взявшаяся злость то ли на себя, то ли на ползущего к ней мальчишку, Юйша уже приготовилась вцепиться в челку и приподнять эту низко опущенную голову…

И тут Стив сам посмотрел женщине в глаза, спокойно-уверенно, как обычно. Нервы у Юйши были не железные, и она сорвалась. Ладонью со всего размаха — по щеке, чтобы отвернулся… Потом запустила пальцы в волосы и дернула, поворачивая обратно… И вновь этот спокойный взгляд. Вопрошающе — заинтересованный: «И что дальше?».

Ну что ж, этот раунд мальчишка выиграл.

Юйша устроилась поудобнее, подтянула парнишку к себе поближе, зажав его худенькое тело между ног. Посмотрела в сторону сидящих за столом женщин:

— Большой набор…

Сжала соски подушечками пальчиков… погладила… потом щипнула ноготочками…

В это время ей протянули коробку с «большим набором» для развлечений.

— Спасибо, Джей, — Юйша с улыбкой кивнула подруге и снова повернулась к Стиву.

— Смотри мне в глаза, щенок. Стой ровно, чтобы я с тобой не делала. И от тебя не должно быть слышно ни звука, ни стона. Понял?

Парнишка кивнул, потом сообразил, что этого недостаточно:

— Да. Я все понял, — почти уже незаметная пауза, и… — Госпожа.

— Повтори, что я тебе приказала сделать. Я хочу быть уверена в том, что ты понял действительно все, а, главное, понял все правильно, — говоря это, Юйша слегка склонила голову на бок. И продолжила играть с сосками то прокручивая их между пальчиков, то поглаживая, то пощипывая ноготочками. Стив стоически терпел.

— Я должен молча смотреть вам в глаза и спокойно стоять. Чтобы вы со мной не делали, — уголки губ мальчика едва заметно дернулись в попытке улыбнуться. — Я, конечно, буду очень стараться, но если у меня вдруг не получится? Вы тогда меня накажите?

Женщина усмехнулась. Если оценивать поведение парня здраво и без эмоций, то вел он себя идеально правильно.

— Смотря как будешь стараться, малыш!

Кончики ушей вспыхнули, а в устремленном на Юйшу взгляде проскользнуло что-то похожее на смущение.

Сначала женщина достала из коробки пару виброзажимов и по очереди прикрепила их на соски, раскрасневшиеся от непрерывного массажа пальчиками. Парень даже не дернулся, лишь глаза раскрыл чуть шире.

Следующим шел анфаллос, но Юйша отодвинула его в сторону — ее мальчик явно целочка, а размер имеющегося девайса был рассчитан на уже разработанную попку.

Третьим номером была вибронасадка, и именно с ее помощью женщина собиралась изучать границы терпения Стива. Одно движение, и насадка надевается на уже давно стоящий член, скрывая головку. Вот и все. Можно начинать игру. Но Юйша, не удержавшись, нежно провела пальчиком вдоль ствола и в награду была удостоена видом вновь широко распахнувшихся глаз, теперь уже от изумления.

Парнишка даже издал звук, как будто у него в горле запершило, прежде чем рискнул уточнить:

— А у вас карма не испортится… От того что вы ЕГО потрогали..? Госпожа, — и снова уголки губ слегка дернулись вверх.

Сама Юйша и несколько женщин рядом, слышавшие этот вопрос, весело рассмеялись.

— Это паранойя аристократов, Стийв. Обычным смертным нет дела до таких условностей. Нам не светят мальчики из Джордана, но зато нам и не надо трястись в каретах и тратиться на перчатки, — пальчик еще несколько раз погладил чутко реагирующую на ласку часть тела.

— Теперь ползи вон туда, — рукой Юйша махнула в центр столовой, — чтобы девочкам тоже было хорошо тебя видно. И начнем, пожалуй…

Инстинктивно парнишка обернулся, оценивая, куда надо переползти. Прерывисто вдохнул. Секундное перекрещивание взглядов и … «Хорошо. Госпожа». Хотя абсолютно точно видно, что совсем даже не хорошо. В центре зала, среди толпы женщин, абсолютно обнаженный и с вибратором на возбужденном члене. Эта ситуация привычна для мальчишки с Венги. Ну, может быть, еще и для проститута из борделя.

Однако Стив дополз на коленях до указанного места, выпрямился, скрестил руки за головой, поймал взгляд своей хозяйки и снова едва заметно улыбнулся.

Юйшайра достала из коробки общий на все четыре игрушки пульт, установила скорость вибры на сосках на самый максимум, а насадки на члене — на самый минимум.

С интересом понаблюдала, как мальчик терпит, пытаясь удержать власть над собственным телом. Слишком напряжен, но старается. «Девочки! Ведь действительно старается, находка моя!» — Юйша даже прищелкнула пальчиками от восхищения.

Следующие полчаса она с удовольствием развлекалась, меняя настройки скоростей на пульте и наблюдая, как потихоньку парнишка сдается, теряет контроль. Проигрывает.

— Ну что ж, по-моему, для инопланетного зверька результат очень неплох, как вы считаете, девочки? — Юйша с гордостью обернулась к подругам, выслушала несколько лестных для ее мальчика комментариев и удовлетворенно откинулась на стуле.

— Ты заслужил оргазм, малыш. Так что снимай насадку и подрочи. Я хочу, чтобы ты попробовал уложиться ровно в три минуты.

Снова на секунду закрытые глаза и едва слышный прерывистый вдох.

— Вы… Будете считать… Да?

— Я буду говорить тебе, сколько минут осталось.

— Хорошо, — парень снял насадку, сжал член в ладони, пару раз провел вдоль ствола вверх и вниз. — Спасибо, — закусил губу и вытянулся, напряженной тугой струной, — Госпожа.

— Осталось две минуты.

Спокойный голос Юйши разорвал наступившую в зале тишину. Все женщины с интересом наблюдали, справится ли мальчишка с последним заданием. Пойля и Хайура даже поспорили между собой, на щелбан.

— Осталась одна минута.

Стив держался из последних сил. Ему надо было справиться, это было очень важно. Практически дело принципа. Тикусйо! Если он сейчас все завалит, это будет ударом по его мужской гордости. Он должен доказать, что не только их местные дрессированные с детства зверьки могут контролировать себя. А то как-то нехорошо выходило, как будто у венговских парней разум управляет телом, а у инопланетных при возбуждении мозг в отпуск уходит.

— Три минуты прошло. Кончай, малыш. Уже можно.

Еще пара движений ладонью вдоль ствола, и парня выгнуло… Сперма брызнула мощной струей, забирая последние силы. И тело мальчика, как будто из него резко выдернули стержень, безвольно обмякло, руки опустились, голова поникла, спрятав глаза за челкой.

Юйша подошла к своей заигранной игрушке, присела рядом и ласково погладила по волосам:

— Ты был умницей! А теперь иди в мою каюту, приведи себя в порядок и оденься.

Стив почти минуту смотрел в глаза хозяйке своим спокойным взглядом, потом едва слышно прошептал:

— Спасибо… …Госпожа. Я… Мне… Можно встать? Или…

Юйша снова погладила мальчишку по волосам, убирая прилипшие к лицу пряди:

— Да. По коридору ползать не надо. Иди, — и женщина легонько хлопнула парня сзади, придавая ему ускорения.

Глава 3

Стив

Я пулей вылетел из столовой и практически телепортировался в каюту. И в шоке остановился в дверях — на моей кровати аккуратно лежала настоящая венговская одежда наложника. Свободного покроя штаны темно-голубого цвета и бежевая рубашка с длинными концами — лентами.

Широкая резинка штанов плотно обтянула бедра. Рубашку я завязал спереди на узел. Прошелся расческой по волосам. Критично заценил в зеркале, что получилось. Мое отражение можно было бы принять за их обычного гаремного парнишку, если бы не короткая стрижка.

Ну, на какое-то время придется прикинуться сладким зайкой. Вроде у меня получается. Женщины довольны. А о том, как я буду среди их мужиков выкручиваться, лучше пока не думать. Вдруг сразу на вершину пищевой цепочки удастся попасть. Рассчитывать придется только на мозг — в драках я специалистом не был. Но другие варианты, кроме как наложник-очаровашка, мне не светят.

Повар из меня хреноватый вышел бы. Да и какой психопат меня к готовке допустит? Механик я был хороший, но больше по аэрошкам. Вот приживусь у них. Осмотрюсь. Посмотрю, кто тут спокойнее всех живет. Кроме женщин, конечно. Операции по смене пола в моих планах точно не было.

Выходить из каюты не хотелось, но уже было пора явиться под светлые очи хозяйки. Она явно меня приревновала, а значит, уже считает своим. Ну, я еще над этим поработаю немного, приручу получше. Действовать надо было сейчас, пока ей тоскливо и конкурентов у меня нет.

А еще надо было прямыми или окольными путям выяснить, как там поживает Марисоль. То, что ее не оказалось в столовой, было, с одной стороны, хорошо, потому что только ее мне там и не хватало. А с другой — хотелось бы знать, как она устроилась.

Собравшись с силами, я нога за ногу двинулся в сторону столовой, а у дверей совсем притормозил. Нет, я не был невинным зайчиком, и попрогибаться мне пришло не мало. Но вот совмещать секс и унижение мне еще не приходилось. Восторга, прямо скажем, я не испытал, но и отвращения, как ни странно, не было. Терпимо. Выживу.

Выдохнув, я постучал, вошел и сразу же опустился на колени. С этими бабами, чем ближе лицом к плинтусу, тем лучше.

* * *

Юйша уже начала слегка нервничать, не поторопилась ли она, отпустив своего найденыша одного бродить по кораблю. Наконец раздался осторожный стук, и вошедший парнишка тут же у двери опустился на колени, сцепив руки за головой и потупив глаза в пол.

— А ему идет! Нет, правда, капитан! Если бы не стрижка… — Джейнни, откинувшись в кресле, внимательно изучала мальчика.

Пока он переодевался, Юйша призналась, что собирается рискнуть и нарушить закон, протащив инопланетника в Венгсити. Нет, то, что паренек приглянулся их капитану, вся команда поняла сразу. И это было хорошо, потому что после неудачного увлечения несколько лет назад Юйшайру как заморозило.

— Твоему солнышку надо будет что-то с волосами сделать. Это точно, — Пойля тоже критично оглядела мальчишку, потом перевела взгляд на Хайуру. — У тебя вроде была накладная коса?

— Точно, Хай! Гони косу! И цвет волос как раз совпадает, — Джейнни подошла к парнишке и провела рукой по его волосам.

Потом обернулась в сторону подруги: «Вот только что мы будем делать с другой проблемой, а, капитан?» И обе женщины понимающе переглянулись.

Джей выполнила просьбу Юйши и даже успела проверить снятые отпечатки по своим секретным каналам, и тихо показать полученные сведения. Они чуть приоткрывали таинственную завесу над найденышем, но одновременно становилось понятно, что проверенным временем способом провести Стива через ворота Космопорта не получится.

Обычно у привезенных с иных планет снимали отпечатки пальцев перед посадкой и высылали диспетчеру, который заносил их в базу, как уже зашедших на территорию. А потом их вполне законно проводили мимо пропускного автомата Космопорта, и мальчики терялись в гаремах Венги. Но вот этими пальчиками светить не стоило даже перед командой, во избежание утечки информации.

И действительно, что же делать?

Переключение пропускного автомата на взлетном поле в режим полного доступа стоило сущую мелочь. Понятно, что по знакомству. Но переключение такого же автомата на границе Космпорт-Венга будет стоить целое состояние.

Оставить мальчишку на корабле и таскать с собой во время полетов? На планете и в космосе они проводят примерно одинаковое время, но случись какая заварушка, парень будет мешать и отвлекать, в лучшем случае. Про худшие лучше не задумываться. Короче, ненужная дополнительная проблема на борту.

Проще всего было поиграть еще пару деньков и избавиться, продав вместе с остальными мужчинами на Ммирзе.

Но Джейнни даже не предлагала подруге этот вариант. По тому, как та смотрит на этого мальчишку, понятно — будет искать пути решения, как оставить это чудо себе. Что ж, раз именно этот сгусток проблем растопил сердце их капитана, все девочки с радостью примут участие в авантюре по протаскиванию этого солнышка на Венгу.

Стив

Я стоял на коленях, весь обратившись в слух. Взглядом буравил пол, как и положено венговскому парню. Хорошо, что они сами про косу подумали, молодцы. Но что еще за проблема зажглась над моей задницей? Как бы ее вытрясти из них поаккуратнее, чтобы не слишком нагло получилось. Мало ли чего они там нарешают без меня — не доверяю я им полностью. Женщины же. Конечно, в ситуации они лучше меня ориентируются, но я привык «держать руку на пульсе». Мне так спокойнее.

Хозяйка подошла ко мне, запустила пальцы в челку и откинула мою голову назад. Наши взгляды пересеклись. Я попробовал изобразить что-то похожее на скромную покорность. Мне не хотелось сейчас ее злить. Наверное, у меня получилось. Потому что меня нежно погладили по щеке. Может быть, оценили не результат моих стараний, а саму попытку. Не важно. Я честно старался.

Сейчас, по-моему, было самое время спросить про Марисоль.

* * *

Юйша ласково провела пальчиками вдоль скулы, практически откровенно любуясь отблесками покорности во взгляде ее мальчика. Что в нем было такого, что не было в других встречающихся на ее пути в последние несколько лет, она не смогла бы объяснить. Но этот найденыш уже занял место в ее сердце, и попытки сопротивляться и доказывать обратное были обречены на провал. Да и глупо было отказываться признавать очевидное. Этот мальчик был создан, чтобы принадлежать ей. Значит, пусть так и будет. Это ее мальчик. Ее найденыш. Ее солнышко. Точка. И пусть все законы Венги прогнутся — она протащит его на планету, легализует и сделает своим мужем. И тогда никто и никогда не сможет отнять его у нее.

— Госпожа… — а вот эту паузу после традиционного обращения надо искоренять как можно скорее. — Скажите… Позвольте спросить…

За спиной одобрительно хмыкнула Джейнни. Конечно, ведь второй вариант более правильный.

— Спрашивай.

— А я могу увидеть… ну или хотя бы узнать, как там моя сестра?

Резко убрав руку от лица мальчишки, Юйша развернулась и вернулась обратно, на свое кресло. Конечно, вся эта покорность просто игра ради спасения своей женщины, как она могла об этом забыть? Хотя у Джей в отчете упоминалась именно сестра…

— Иди обратно в каюту и жди меня там. Я зайду за тобой перед обедом.

— Да… госпожа… — в широко распахнутых глазах непонимание, но парень послушно встал и вышел. Хайура выскользнула следом — она поняла молчаливую команду капитана запереть ее богатство на замок.

Ласково взяв Джейнни под локоток, Юйша потащила подругу в капитанскую рубку и, заблокировав дверь, выдохнула: «А теперь давай уточнять и выяснять. Я хочу знать об этих двоих все, что можно и что нельзя от самого их рождения».

Стив

Тикусйо! Надо же было так облажаться. Вопрос про Марисоль был задан очень сильно не вовремя. Хотя все признаки говорили об обратном. Неужели я перестал понимать женскую логику? Обычно мне легко удавалось манипулировать представительницами противоположного пола почти любого возраста. Когда ты с детства зависишь от окружающих, но хочешь, чтобы всегда все было по-твоему, выбора практически нет.

Когда меня, семилетнего пацана, привели в комнату, где сидела красивая пожилая женщина с грустными глазами, я постарался использовать все свое детское очарование.

Приют мне успел надоесть до чертиков, хотя я и обитал там всего лишь месяц. Но после вседозволенности улицы мне было тесно в его стенах. Они давили на меня.

Воспитательница, пока вела меня по коридору, объяснила, что мне очень повезло, хотя она и не понимает, чем мое поведение на улице могло понравиться приличным людям, но вот ведь чем-то привлекло и со мной теперь хотят познакомиться поближе.

Так что я выкладывался на полную катушку, но интерес во взгляде женщины, сначала ярко заметный, быстро исчезал. И тогда я сыграл «ва-банк». Я спокойно посмотрел ей в глаза, улыбнулся и прямо спросил: «А чем я вам понравился? Там… На улице…».

Это была единственная женщина, которой я никогда не врал, которой никогда не пытался манипулировать, которую любил… Любил так, что сейчас был готов на все ради ее дочери. Хотя умереть, наверное, было бы проще, чем то, что мне предстояло проделать. Но я пообещал ей. Она попросила и я ответил: «Не волнуйся, мам!». И она умерла, веря, что я найду и позабочусь о Мари.

Ну и я ее нашел, хотя ради этого мне пришлось продать все, что у меня было и влезть в долги. Запихать в задницу небольшую копилку принципов, и… убить двух человек. А чтобы сестра и ее ребенок выжили, мне пришлось продать себя. А что мне в задницу запихают, чтобы утрамбовать мои убеждения — даже думать не хочу.

Главное, если быть честным с самим собой, Марисоль я терпеть не мог. С рождения. Будь она моя родная сестра, возможно, зов крови как-то влиял. Но она была просто маленьким капризным орущим комочком, которого все баловали. Потому что это был долгожданный ребенок. А я два года после ее появления просыпался в холодном поту от ужаса, что от меня теперь откажутся и вернут обратно в приют. Меня не вернули. Мало того, отношение ко мне не изменилось. И я смирился с существованием конкурента. Следил за ней, оберегал, заботился, был идеальным старшим братом. Потому что не хотел, чтобы мать волновалась из-за этой взбалмошной и избалованной девчонки. К отцу я относился индифферентно. В смысле монопенисуально мне на него было. А мать была для меня всем — двигателем, опорой, последней истиной. Тикусйо!

* * *

Юйша вошла в каюту и чуть не протерла глаза от изумления. Слезы у такого парня как Стив могли быть только от злости, ну, может быть, от сильной боли, но чтобы вот так просто…

— Мне показалось, или ты плакал?

— Вам показалось… госпожа, — совершенно точно плакал, глаза вон красные.

— Ремень! — демонстративно тяжело вздохнув, Юйша уверенно протянула руку, ни секунды не сомневаясь, что приказ будет мгновенно выполнен. — Я жду!

Ремень действительно быстро оказался у нее в руках, а парнишка стоящим на коленях, уткнувшись лицом в свою кровать.

— За что я сейчас буду тебя наказывать, Стийв?

— За то, что я вас обманул… госпожа.

— Хорошо. Десять ударов. Считаешь вслух. После каждого повторяешь: «Врать не хорошо.». Понял?

— Да. Да, госпожа, я понял.

— Повтори.

— Я отсчитываю удары вслух и после каждого говорю, что врать не хорошо.

— Отлично. Начали.

Юйша сделала шаг назад, отвела прямую руку вверх, делая замах, и со всей силы начала разлиновывать кожу своего мальчика. Удар! Еще удар! Следующий. Наискосок. Со свистом. Глубокий вдох и новый замах. Удар. Красивые ровные красные линии. «Пять. Врать не хорошо…».

По лопаткам. Крест на крест. Теперь по ногам. «Де. десять.» Воздух вдыхается со всхлипом. «Врать… Врать не хорошо.»

Сильный мальчик. Даже не вскрикнул ни разу.

«Ну и когда ты научишься говорить мне только правду, Стийв?» — руки женщины ласково втирали целительную мазь в кожу, успокаивая, забирая обжигающий пожар, снимая красноту.

— Простите…

— Почему ты плакал?

Стив

Женщина она или где, в конце концов? Сейчас опять был логично-прекрасный момент помянуть Марисоль. Это же единственный близкий мне человек — почему бы мне не всплакнуть, переживая за нее? Я же ведь живой, все-таки. Но медленно отступающая боль требовала от меня осторожности. Да и, если честно, устал я чего-то ей врать. Очень захотелось рассказать правду. Причем всю, даже про то, как я выстрелил в того парня, глядя прямо ему в глаза. И про того, второго, которому перерезал горло его же собственным ножом. И… про маму. Больше всего мне хотелось рассказать ей именно про маму. Тикусйо! Мне было плохо, как потерявшемуся щенку! Я устал. Устал и хотел выговориться. Хотел, чтобы меня погладили и сказали, что …

* * *

— Стийв?! Ты из-за сестры так переживаешь?

— Да. Простите… Но она же единственный близкий мне человек, понимаете?

— Не волнуйся, с ней все хорошо. Тебе надо переживать только за себя.

— А у меня все плохо? — парнишка приподнял голову с кровати и в полоборота посмотрел на Юйшу заинтересованно — спокойным взглядом, едва заметно улыбаясь.

Женщина почувствовала неудержимое желание выругаться. Его только что выдрали так, что если бы не иши — неделю сидеть бы не смог. А он улыбается. Матерь Всего Сущего! Ну и как таким не увлечься? Это же мальчик — загадка. Ее мальчик. Но пороть это чудо надо ежедневно, чуть ли не в профилактических целях, чтобы во время еды под задницу подушку подкладывать надо было.

И, кстати, насчет задницы…

Стив

Меня снова начали нежно поглаживать. По спине, по бедрам, по пояснице. Едва ощутимые касания пальчиков чередуются с практически вдавливанием их в кожу. Вот в ход пошли ноготочки. И снова ласковые круговые движения. Почти массаж. Так хочется закрыть глаза и просто наслаждаться. Но я не могу, потому что эти пальчики гладят не только мою спину. Как только я ощущаю их у себя на заднице, меня тут же выкидывает из состояния нирваны.

— Расслабься, Стийв.

Щааззз… Когда у меня между ягодиц чужие пальцы? Не могу! Пытаюсь, но не могу. Все внутри протестует, не понятно почему.

* * *

Нежно провести пальчиками от копчика в стороны… рисуя два полукруга… потом большими пальцами слегка развести напрягшиеся ягодицы и прогладить, надавливая, сначала от копчика вниз, почти до мошонки и потом вверх… теперь, едва касаясь, проскользить пальчиками с двух сторон по бедрам и обрисовать полукруги снизу, под ягодицами… и уже указательными пальчиками проскользнуть в щелочку и провести ими вверх, до копчика… и снова вниз… до колечка мышц… и теперь внутрь…

— Расслабься, Стийв.

Пальчик едва вошел внутрь, а парнишка напрягся весь так, как будто в него анфаллос сантиметров пять в диаметре запихивать пытаются. Юйша любила чувствовать легкое сжатие мышцами, это ее возбуждало. Но тут было такое напряжение, что проталкивать пальчик дальше становилось страшно — вдруг сломается?

— Стийв!

Стив

Тикусйо! Я сейчас снова заплачу просто. Умом я понимаю, что надо расслабиться и выдохнуть. Стараюсь. Главное — знаю, что больно мне никто не сделает. Мало того, раз толпа народа так трахается, наверное, это даже приятно. Ну, может, не сразу, а когда привыкнешь. Только привыкать не хотелось абсолютно. Но ведь на Венге именно так мужчин обычно и имеют — через задницу. И женщины их так трахают, и они сами друг друга. Тикусйо! Сжать зубы и отдаться. Нет у меня других вариантов!

Юйша

Мальчишку надо было срочно приучать к анальному сексу и разрабатывать ему попку, иначе наши мужчины устроят ему показательное шоу под звездами. Конечно, можно было не выпускать его никуда и держать все время при себе, но ведь мне когда-нибудь придется снова улететь. Не с собой же его таскать постоянно. Даже если признать это чудо своим мужем и воспользоваться новым законом, все равно от мальчишки на борту корабля контрабандисток только вред и никакой пользы. Значит, знакомство с Гайнзи и Зэйхом должно произойти в моем присутствии, чтобы я была полностью уверенна — мой мальчик нашел свою ступеньку в мужской иерархии и я могу спокойно оставить его дома.

Поэтому, слегка хлопнув ладонью по снова напрягшейся попке («Стийв! Расслабился!»), я начала медленно проталкивать пальчик вглубь.

Сантиметр. Два. Теперь чуть-чуть назад. Снова вглубь. Еще сантиметр. Хлопок. Уже молча. Выскользнуть назад почти полностью. И опять внутрь. Дальше. Медленно. Почти до упора. Чуть согнуть пальчик, ища простату. Коснуться. Погладить. А теперь замереть.

— Ну вот, видишь, ничего страшного. Главное, не напрягайся.

Стив

Я честно старался выполнять приказ. Лежал и привыкал к новому для себя ощущению. У меня внутри было что-то постороннее. Для женщин это норма — в них регулярно что-то постороннее бывает. А для меня это было новое ощущение. И… Тикусйо! Кажется, меня это возбуждало.

— Сейчас я выну из тебя свой палец и вставлю специальную пробку. Ма-а-аленькую.

Успокаивающе-завораживающая интонация, как у медсестры в детской больнице. Сейчас в меня вставят пробку, как в бутылку из-под вина. Тикусйо! Не-хо-чу!

Ну почему эта консервная банка не долетела до Земли?! Почему нас подобрали именно извращенки-венговки?! Почему…

— Да, госпожа.

Палец из меня действительно вынули. Но насладиться состоянием покоя я не успел. Не прошло и полминуты, как в меня начало проскальзывать что-то толще женского пальчика. Да, чем-то смазанное, но все равно… Все равно большое! Не-хо-чу!

— Стийв, расслабься!

Ну не хочу я это внутрь. Правда, не хочу! Можно я лучше подрочу в столовой еще пару-тройку раз? Иех…

Юйша

Найти плаг два сантиметра в диаметре на нашем корабле было уже сродни подвигу. Но я сделала это и, как ни странно, он был в моей тумбочке. Маленький, аккуратненький, металлический плаг с красивым синим камушком.

Густо смазанный он легко проскочил в старательно расслабленную попку, как будто там всегда и был. Я нежно погладила Стийва по волосам и только тут заметила крепко сжатые кулаки, захватившие ткань покрывала. Странно, мне казалось, что все прошло очень хорошо. Больно ему точно не должно было быть.

— Стийв?

Я ожидала привычного спокойно-ровного взгляда и улыбки, но на меня даже не посмотрели. Напряженные плечи, сжатые в кулаки пальцы и прерывистое дыхание. Что-то у нас пошло не так.

— Мальчик мой, ты в порядке?

Стив

— Мальчик мой, ты в порядке?

Тикусйо! Я в бардаке, причем в полном. Мою задницу заткнули пробкой, как бутылку. И это не единичный ужас, который надо пережить, сжав зубы. Это мой будущий бытовой каждодневный кошмар. И, главное, меня это возбуждает. Телу — нравится. Почему же мне тогда так хреново-то?!

— Все хорошо. Госпожа.

— Стийв, если я тебя сейчас снова выдеру, тебе будет оч-ч-чень больно. Ты уверен, что хочешь этого?

— Врать не хорошо…

— И? Я жду ответа на свой вопрос.

— Я не знаю, что вам ответить.

Меня резко, за волосы, оторвали от кровати и развернули на полу так, чтобы я оказался стоящим на коленях, лицом к … к своей хозяйке. Вещь! Игрушка! И ведь сам вписался во все это. Добровольно. Никто же за язык не тянул.

Злость нарастала во мне снежным комом, пока я не задумался. А какие у меня еще были варианты?

Мда. Сейчас бы сидели мы с Марисоль вместе с остальными, ждали бы, когда нас на Ммирзе сгрузят и на рынке их выставят. А тут «мальчик мой», «в порядке ли ты»… Сука я неблагодарная. Ну, вставили мне в задницу затычку. Со смазкой, между прочим. Ласково и с уговорами. Ну принято у них так. Женская же планета. Так что через жопу все, даже секс.

И нечего из себя целку-недавалку строить. Член стоит, значит, все в кайф. Выдрали? — За дело. Врать, действительно, не хорошо. Пробка в заднице? — Тоже дело нужное. Не отымей она меня сейчас, мне бы мужики из ее гарема при встрече вставили бы. Был бы у них изысканным десертом — новенький, инопланетный и девственный.

— У меня, правда, все хорошо, госпожа.

Юйша

Сначала из глаз моего солнышка только искры не сверкали. Мышцы на руках красиво напряглись, ноздри широко раздувались от гнева. Красота! Просто бери и пори снова. Еще подходов пять по десятке, точно.

А потом все как по мановению волшебной палочки прошло. Снова ровный спокойный взгляд и уголки губ едва заметно поднялись. Улыбается!

— У меня, правда, все хорошо, госпожа.

И ведь не врет же. Вот сейчас — истинную правду говорит.

Глава 4

Марисоль

Бессонница мучила меня уже какой день. Я вертелась на ужасно жесткой кровати и прокручивала в голове последние события, которые и привели меня сюда.

Чаще всего мне вспоминалась небольшая каморка в грузовом отделе этого корабля, в которой мы со Стивом прятались целых два дня. Это было как островок, как пауза в урагане происшествий, который набросился на меня последнее время. Всё началось с того, что я влюбилась. У него были сильные руки и бездонные черные глаза, он просто сказал: «Поехали со мной», и я кинулась вслед не раздумывая. Это была настоящая любовь! Правда, невзаимная. Он оказался тот еще козел и в одном порту продал меня слюнявому чудовищу. Потом… Я уже думала, что мир совсем испортился и повернулся ко мне филейной частью. И тут появился мой брат и любезно вытащил меня из этой передряги. Он у меня красавчик, правда зануда и с дурацкими принципами. Впрочем, в этот раз я была даже рада его принципам спасать родственников.

Хотя, на самом деле, мы с ним не родня. Родители подобрали его где-то еще до моего рождения. Мама была к нему привязана, как к беспородному щенку, который все время преданно смотрит тебе в глаза и вылизывает ладони. Прощала ему все его заскоки и авантюры.

Там, дома, мы не были близки. Но сейчас… На допотопном корабле, на котором мы летели сначала. Потом в этом металлическом ящике, узкой мизерной каморке… Уверена, что его существование было рукой судьбы, предназначением. Он явился в этот мир именно для того, чтобы прийти и спасти меня. Вытащить из того дома, разделаться с мерзким типом… аж вспоминать жутко, как таких земля носит?.. найти это летающее корыто в порту… а еще обнимать и все время шептать на ушко: «Все уже хорошо, сестренка, я с тобой».

В те два дня я буквально физически чувствовала его присутствие и особенно отсутствие, когда он выходил из каморки в поисках еды для меня… меня и моего малыша…

Я должна бы ненавидеть этого ребенка… или нет, не знаю, но ненависти не было. Я вдруг почему-то решила, что он будет только мой! Как будто он зародился во мне просто так, сам по себе… мне так хотелось. Я мечтала, как буду играть с ним. Одену его в желтенькую рубашонку из коллекции Тайнко и маленькие пушистые носочки, а он будет лежать и улыбаться… И обязательно где-то рядом оберегающий нас Стив.

В часы ожидания, особенно там, в каморке, я больше всего боялась, что однажды Стив не вернется. Что его убьют или еще что-нибудь сделают, и он не сможет защищать меня! Мой страх, казалось, клоками висел на стенах этой комнатки, растекался лужами по полу… Но Стив всегда возвращался. И на том корабле. И на этом. Всегда что-то приносил, обнимал меня.

А потом он появился с женщиной… Я до сих пор вижу этот момент перед глазами: дверь нашего укрытия отворилась, вошел брат, внешне спокойный, как всегда. А за ним следовала зеленоглазая подтянутая стерва со взглядом кобры. Я замерла от ужаса, чувствуя себя пойманным кроликом. Что из себя представляют работорговки с Венги, я догадывалась. И вот одна из них стояла рядом и смотрела на меня.

— Ну и в каком же поколении ваши родители были родственниками? — она ехидно-злобно усмехнулась. И это означало, что придуманная Стивом легенда, которую мы так усердно запоминали, не пройдёт. Стерва как-то раскусила наш обман. На меня накатила удушливая волна страха. Казалось, что вот сейчас она что-нибудь такое сделает и снова ввергнет меня во что-то ужасное. Всхлипнув, я вытерла глаза рукавом рубашки и, в упор посмотрев на нее, прошептала:

— Я беременная. Помогите нам, пожалуйста! Вы же тоже женщина… Мы расплатимся с вами, потом, правда!

Стив зыркнул на меня так, что я подавилась словами. А стерва окинула его оценивающе — хищным взглядом. От паники меня удерживала только непрошибаемая уверенность во взгляде брата. Я заставила себя успокоиться: «Стив спасет меня. Он что-то придумал». И позволила гибкой чернокожей женщине увести меня. Взгляд Стива говорил: «иди», и я послушалась, деваться все равно было некуда.

В каюте был душ, а я уже так давно мечтала нормально помыться! Мне дали чистую одежду. Накормили. А потом оставили одну. И я сидела и ждала, что Стив все устроит, как-нибудь вывернется, придет и спасет. Он же должен меня спасать? Нас! Я погладила слегка округлившийся животик. Он просто обязан спасти нас с малышом.

Следующие несколько дней ничего не происходило. Черная женщина приносила мне еду. Ворчала на меня, что надо делать зарядку и как следует кушать. Что для ребёнка это полезно. А на мои вопросы про Стива только ухмылялась. Выспрашивать у нее более настойчиво было страшно. Особой добрячкой она не выглядела и вообще чем-то походила на директрису в моей последней школе. Поэтому я…мы, просто сидели и ждали. Больше ничего не оставалось делать. Из каюты меня никуда не выпускали.

Стив

Следующие три дня я не выделывался, тихо выполнял все, что от меня хотели, и говорил правду, только правду и ничего кроме правды. Я вообще старался как можно больше молчать и присматриваться.

Все-таки без мужиков они тут явно скучали — меня тискали, гладили, щипали, хлопали по заднице и кормили конфетами с рук все члены команды. Мне хотелось, чтобы Юйшу все происходящее держало в тонусе, но не раздражало. Как только я понимал, что она вот-вот разозлится, тут же подползал к ее ногам и замирал гордой преданной статуей. Если при этом посмотреть ей в глаза и едва заметно улыбнуться, полная реабилитация мне была обеспечена.

Самое неприятное начиналось перед ужином — меня, вернее, мою задницу, приучали к анальному сексу. Так что сначала ласки, затем смазка и затычка, потом заслуженный ужин. С пробкой в заднице. На десерт вечернее общеразвлекательное шоу со мной в главной роли. После оргазма — в каюту, там душ и изъятие пробки. Дальше под одеяло и читать их местный альманах «Хочу все знать» — «Кодекс раба».

Джейн притащила шесть толстых томов и вручила их мне с ехидным напутствием. «Их надо прочесть до прилета на Венгу». Пошутила, тикусйо! Ну вот, я и читал. Утром, днем и вечером.

Юйша

Я созвонилась с несколькими своими знакомыми, но никто не хотел ввязываться в аферу с ввозом инопланетника. По новому закону я могла сама его «засветить», получить направление в «Департамент по Инопланетным Связям» и явиться туда с ним в течение суток после прибытия на планету. Узаконить его пребывание на месяц, под свою ответственность … Но что с ним делать потом?

Привезти в Космопорт и бросить в приюте для «потеряшек»?

Оставить его у себя в гареме наложником на законных основаниях? Оформление венговского гражданства, отказ от всех прав, передача мне под полную ответственность… И лишить мальчишку шанса сбежать с планеты?

Я даже не сомневалась в том, что он будет пытаться удрать, после того как его сестра нормально родит. Все они так делают.

Именно поэтому инопланетников обрабатывают у профессионалов. Но внутри у меня все наизнанку выворачивалось при мысли, что кто-то будет ломать мое солнышко. Нет! Он меня радовал именно вот такой. Со своим уверенным спокойным взглядом и едва заметной улыбкой.

Да и сбежать с Венги практически невозможно.

Но если я убью его надежду на побег, то этим сама сломаю что-то внутри него.

А еще в операции с законным оформлением был один очень мутно-вязкий уязвимый момент. Снятие отпечатков. Хотя можно было использовать специальную пленку, до неузнаваемости изменяющую линии на пальцах. И воспользоваться легендой, что он с Хлана. Или лучше с Ммирзы? — Она как-то привычнее.

У меня оставалось четверо суток и еще парочка незаконных вариантов. Засветиться в ДИСе мне и самой-то не очень хотелось. Положительных моментов не было ни одного, а отрицательных — хватало. К тому же они сотрудничают с двумя основными центрами по «перевоспитанию», и будут очень настойчиво рекомендовать посетить их вместе с «находящимся под моей опекой инопланетным гражданином мужского пола». «Во избежание непредвиденных сложностей». Конечно, можно завуалированно вежливо послать их удовлетворить слоногемота во время гона. Но Матерь Всего Сущего, как я не любила общаться со всеми этими…

Четверо суток и парочка вариантов. Может, мне еще повезет…

Стив:

Я как раз дочитывал очередной раздел второго тома этого их Кодекса, когда в каюту вернулась Юйшайра. Выражение лица у нее было очень расстроенное. И меня, понятное дело, это насторожило. Проблем у капитана корабля, конечно, не мало. Но мне важно было понимать, связано ли это как-то со мной или нет. Да и вообще, может, я мог чем-нибудь помочь, мало ли чего на свете не бывает.

С женщинами прямой путь далеко не всегда самый правильный. Спроси я ее сейчас: «Чем вы так расстроены, госпожа?», в ответ имел все шансы услышать завуалированное: «Не твое дело, мальчик!». Конечно, мое переживание зачтется, но мне то надо не это.

Нормальные женщины расслабляются, когда их ласкаешь и слова всякие нежные говоришь, желательно на ушко. Они тогда становятся откровенней. Но не думаю, что Юйшайра подходит под мое понимание слова «нормальная».

Спровоцировать, чтобы она меня выпорола? — Смазывая и гладя меня после порки, она становилась более доброй и мягкой. Но вот потянет ли ее пооткровенничать? Она и так расстроена, а тут еще я подставлюсь. Даже если будет ясно, что специально — все равно не совсем то, что надо. Задница зря пострадает.

«Я вижу, что вы расстроены»? — ну да, прекрасная фраза для Капитана Очевидность. Не то. «Что вас так расстроило?» — совсем не то. Тикусйо!

«Что я могу сделать, чтобы …» — теплее! Только надо через их фильтр пропустить. Я — мужчина, и сделать ничего не могу, если она мне не позволит. Значит, фраза должна быть как-то… Как-то вот так звучать…

— Госпожа, может быть вы захотите как-то использовать меня, чтобы поднять себе настроение?

Да! А теперь вишенку на тортик надо. Сейчас можно и Кэпа Очевидность сыграть. Или не надо? Меня бы не порадовало, если бы мне сообщили, что у меня на лице нарисовано, как мне хреново. Надо вишенку и … И не думать, как меня может захотеть использовать женщина с Венги, чтобы поднять себе настроение.

Конечно, без всяких там оскорблений и тасканий за ухо. Макание носом в плинтус, если это делал не я сам, добровольно, очень злило. Унижать меня надо было очень осторожно. Свою реакцию даже я не предсказал бы. Мог поддаться, мог взбрыкнуть, мог и… А вот боль, скорее всего, вытерплю. Без восторгов, конечно, но вытерплю. Только без экстрима… Без экстрима, пожалуйста! Аккуратно и нежно.

Так… Отвлекся. Вишенку на тортик.

— Мне было бы приятно, если бы я хоть как-то смог вас порадовать, — ща-а-аз зубы сведет, как сладко вышло. Надо еще что-то, а то совсем не моя фраза. Хотя…

Юйша

Мое солнышко полусидел на своей кровати и читал «Кодекс раба».

Джейнни где-то нашла у себя в закромах полное издание, уж не знаю, зачем оно было ей нужно, тем более тут, на корабле. Но Стийву точно не помешает с ним ознакомиться.

— Госпожа, может, вы как-то используете меня, чтобы поднять себе настроение?

Хм… Чтение явно идет моему мальчику на пользу. И он прав, я сейчас просто физически нуждаюсь в небольшом развлечении с его участием в главной роли.

— Мне было бы приятно, если бы я хоть как-то смог вас порадовать, — я встретилась с его взглядом, от которого у меня начиналось сильнее биться сердце. Улыбку на этот раз он даже не старался скрывать, зараза такая, наоборот, даже в глазах чуть засверкал ее отблеск.

— Только не слишком больно, пожалуйста. Я же ведь ваше солнышко, со мной нужно обращаться нежно и ласково.

Ни один идеально отдрессированный венговский парнишка не смог бы несколькими фразами заставить меня не просто улыбнуться ему в ответ, а полностью забыть… Забить на все проблемы, которые только что роем кружили в моей голове. Впереди еще целых четверо суток, и у меня в запасе еще пара вариантов.

Сначала откладываем книгу на тумбочку, теперь обе руки поднимаем за запястья над головой. Защелкиваем наручники, прикрепленные к спинке кровати. В серо-голубых глазах уверенное спокойствие, как будто у этого парня вся ситуация под контролем. Словно не он лежит на кровати обнаженный и полностью в моей власти.

Ну что же, сейчас мне очень хочется попробовать поиграть с этим чудом так, как я люблю, и при этом не спугнуть, не испортить ему это уютное комфортное состояние. Хочу, чтобы ему было хорошо, чтобы ему понравилось. Хочу научить его дарить мне свою боль, заряжать меня энергией своего тела не только ежевечерним, уже отработанным за четыре дня способом. Хочу пить боль этого тела. Наслаждаться обладанием моим мальчиком. Нежно и ласково.

Нет, мне нравилось смотреть, как он кончает, отрешаясь от мира, забывая, что за ним следят несколько пар глаз. Он смотрел только в мои и каждый свой оргазм дарил мне. Я понимала, что он делает это специально, маленький умненький расчетливый манипулятор. Но все равно приятно. Это был просто энергетический взрыв, после которого я часа четыре летала, как на крыльях, и только потом падала в кровать и тут же засыпала.

И сейчас он же не просто так предложил мне себя, наверняка надеется получить за это что-то взамен. Может быть, свидание с сестрой? — Не важно.

Я хочу его использовать, мне сейчас это просто необходимо. И очень хорошо, что он первый заговорил об этом.

Из ящика шкафа я взяла несколько вещей, которые мне понадобятся для игры.

Но сначала все-таки будет ласка.

Пальчиками провести по щеке, чтобы он зажмурился от щекочуще — нежного прикосновения. Теперь пальчиками обеих рук от скул вниз, по шее… По плечам… Теперь по бокам… Обрисовать грудь и под углом по животу… Теперь, всеми пальчиками вместе, вверх… И разбежаться… По ключицам…

Стийв провоцирующе выгнулся мне навстречу. Пришла пора разбавить нежность болью. Сначала обвести подушечками пальчиков соски. Потом большими и указательными пальчиками сжать их, посильнее. И медленно прокрутить, выпивая как целебный бальзам, стон боли и наслаждения.

Теперь снова вниз, по груди… по животу… по бедрам… нежно… ласково… едва касаясь… чтобы снова расслабился… выгнулся… и вот теперь захватить в ладошку мошонку и сжимать ее… медленно… ощущая, как перекатываются яички… и выпивая его стон — очередную порцию сладкого напитка.

Боль и наслаждение.

Теперь подушечкой указательного пальчика по нежной розовой кожице головки. Сначала вокруг дырочки, потом чуть задеть и снова вокруг… Спиралями… То расширяя круги… То снова сужая… Пока мое солнышко вновь не прогнется чуть-чуть… Не сделает движение бедрами мне навстречу…

И тогда достать из кармана небольшой аккуратный зажим и прищепить им кусочек кожицы вокруг головки.

Стийв широко распахнул глаза, в которых плескались боль и испуг, и старательно попытался посмотреть на меня спокойно-вопросительно.

— Тебе очень больно, мой хороший?

Стив

Половина дела сделана — внимание я к себе привлек. И сначала все шло совсем неплохо, с учетом того, где и с кем я находился, конечно.

Но вдруг резкая боль просто накрыла меня, волной. И сквозь какой-то текучий шум и оглушающий стук собственного сердца я услышал:

— Тебе очень больно, мой хороший?

В вопросе звучала искренняя забота, но… Тикусйо! Я же просил обращаться со мной в рамках разумного и без экстрима! Прищепки на члене я отношу к экстремальным факторам.

— Врать же… не хорошо… да?

Юйша

Мое солнышко, едва сдерживаясь, чтобы не закричать от боли, попробовал пошутить.

— Врать же… не хорошо… да? — и даже улыбнуться попытался.

Значит, действительно очень больно. Жаль. Я люблю фиксировать крайнюю плоть на члене такими зажимами. Маленькими можно создать очень красивое подобие цветочка с сердцевинкой — головкой в середине. Большими — создать иллюзию прямоугольника.

Наверное, разочарование отразилось на моем лице, потому что Стийв, едва заметно дернув верхней губой, прошептал:

— Я могу немного потерпеть, если вам хочется. Правда, могу.

Теперь я уже абсолютно точно знала, что он не просто хочет мне поднять настроение. Ему явно от меня что-то нужно и, конечно же, это связано с Марисоль. В то, что этот расчетливый зверек готов терпеть сильную боль только ради моего удовольствия, ни за что не поверю. Ну что же, сам напросился. Будет цветочек…

Стив

Тикусйо! Я совершенно не понимал логику этой женщины. Казалось бы, после слов: «Я готов потерпеть, раз вам и правда этого хочется», меня должны были, устыдившись, оставить в покое. Еще потом и на мои вопросы ответить. Я же даже мимику на лице контролировать перестал специально. Чтобы явно было заметно, как мне чертовски больно! Где я опять облажался?!

Самое обидное — мне действительно было … Острую режущую боль сменила другая, почти приятная. И тут меня снова пронзило как будто тысячью иголок одновременно. Это был следующий зажим. Я даже не успел к нему привыкнуть, как в ход пошел третий… Четвертый… Шестой.

Все?! Тикусйо! Это же надо было так подставиться! Главное, чтобы не зря.

Закрыв глаза, я вслушивался в свои ощущения. Боль медленно отступала. Отлично. Теперь можно посмотреть на мир.

Юйша

Я ревновала этого засранца ко всей моей команде, но больше всего я ревновала его к этой девчонке. К его типа сестре. К Марисоль. Дико ревновала. Поэтому опять сорвалась.

Стийв, зажмурившись, закусив губу и сцепив пальцы так сильно, что их костяшки побелели, молча терпел боль. А ведь я хотела приучить его ею наслаждаться.

Жаль. Что ж, самое время выдохнуть и попробовать все исправить.

Мальчишка смотрел на меня спокойно, но с легким непониманием во взгляде:

— Госпожа, скажите, почему вы на меня разозлились? Ну, просто так, для общего развития. Да и в будущем пригодится, — и кончики губ чуть дернулись, обозначая намек на улыбку.

Я провела подушечкой пальчика по оголенной головке. По самому краю границы между нежной розовой тонкой кожицей и зажимами на крайней плоти. Стийв на секунду зажмурился, и верхняя губа чуть дернулась. Больно.

Теперь пальчиком вдоль ствола. Полюбовалась, как «цветочек» качнулся. Обхватила член пальцами у самого основания и, чуть сжав, сделала несколько скользящих движений вверх и вниз, стараясь не потревожить зажатую кожу. Стийв едва слышно застонал. Нравится. Продолжаем. Еще несколько скользящих движений вдоль члена. Вверх… вниз… вверх… вниз… Стон уже чуть громче, глаза полуприкрыты. Вот облизал пересохшие губы. Почти незаметно поддался бедрами навстречу моей руке.

Теперь снова приласкаем головку по кругу. Сначала самый центр, вокруг дырочки, нежно. Спиралька расширяется… расширяется… еще оборот… еще… и вот снова, едва касаясь, провожу пальчиком по самой границе с зажимами.

Стон, в котором уже почти не слышно боли. Только наслаждение и … Даже не просьба. Требование продолжить.

Нахальный зверек! Солнышко мое…

Снова колечко из пальцев скользит по члену вверх и вниз. Осторожно. Не доходя до зажимов. А бедра Стийва слегка двигаются, подчиняясь заданному мною ритму. Очень хочется просунуть другую руку ему между ягодиц и войти в него сзади… Просто нестерпимо хочется. И я не выдерживаю и, проведя сначала по головке, чтобы чуть смазать пальчик, вставляю его моему мальчишке. Наслаждаюсь тугим плотным сжатием мышц. И, одновременно, сама чуть сильнее сжимаю колечко, скользящее по члену моего солнышка. Он уже совсем на грани…

Выпускаю на минуту член и аккуратно снимаю зажимы, один за другим. Не вынимая чуть согнутый пальчик и медленно двигая им внутри моего мальчика. Ловлю его затуманенный болью и желанием взгляд. Снова сжимаю ствол в кольцо из пальцев и теперь уже скольжу по всей длине. Вверх. Вниз. Вверх… вниз…

Да….! Мое солнце! Давай, мой хороший! Кончай!

Стив

Возбуждение нарастало лавиной. Я уже практически не воспринимал ничего. В каком-то полузабытьи ощутил, как с меня сняли зажимы и снова стало больно. Резко. Сильно. Но недолго. Мне на самом деле было уже почти все равно. Скорей бы… Быстрее! И… Уже вот… Ну вот же уже!

Тикусйо! У меня, по-моему, никогда не было такого оргазма! Сначала полностью как парализовало, а потом ударной волной вынесло из меня наружу все… Боль. Наслаждение. Обиду. Фонтан просто! Странно, что в потолок спермой не попал…

Безумно хотелось спать, но я же все это затеял для чего-то… для чего?

Юйша

— Так вы скажите мне, чем я вас разозлил? И… Можно я еще спрошу? — я улыбнулась и кивнула. — Вы уже не так сильно расстроены?

— Разозлил… Слишком активным желанием терпеть.

Мальчишка задумчиво посмотрел на меня и потом смущенно отвел глаза в сторону: «Понял, перестарался, простите. Просто вы очень расстроены были, и мне хотелось, чтобы вам стало лучше. Вам же ведь стало лучше?».

Я взяла пальчиками Стийва за подбородок и повернула лицом к себе.

— Да, мой хороший, мне стало лучше, спасибо. Надеюсь, тебе тоже хоть чуть-чуть понравилось?

— Да. Конечно, — мальчишка улыбнулся, глядя мне в глаза. — По-моему, это было заметно. Даже слишком заметно, — тут он решил снова засмущаться и даже покраснел. — Вы позволите мне сходить привести себя в порядок?

— Конечно. Иди, — я отстегнула наручники и проводила взглядом стройную фигурку, скрывшуюся в ванной.

Стив

Я мылся под душем и думал. Как же мне все-таки вытрясти из Юйши, что же ее так расстроило. Моя жертва была не просто ею оценена, но и переоценена. А вот запланированного результата так и не получил. Нет, оргазм был прекрасен, а боль, которая к нему прилагалась, шла как оттеняющая вкус приправа. Без нее было бы не так… ярко…

Но затеивал я все это, чтобы узнать проблему, из-за которой у моей женщины испортилось настроение.

Выйдя из ванной, я встал на колени рядом с Юйшайрой и положил голову ей на ноги. Котеночек, да и только…

Тикусйо! На какие только жертвы не пойдешь, чтобы получить информацию!

Юйша

Стийв медленно подошел ко мне и, уверенно глядя в глаза, плавно опустился у моих ног. Потом пристроил голову ко мне на колени, и я, непроизвольно, погладила его по непривычно коротким волосам. Они у него были густые, пушистые, мягкие, очень приятные на ощупь. В них так и хотелось зарыться всеми пальцами… Я не стала отказывать себе в этом удовольствии.

Ну что ж, судя по тому, как ведет себя мой маленький засранец, сейчас он будет выпрашивать свидание со своей сестрой. И, как только я подумала об этом, мои пальцы сжались, и Стийв едва слышно зашипел сквозь зубы.

Стив

Тикусйо! Ну сейчас-то я что сделал не так?! Вашу Матерь Сущего за ногу! Я же весь такой сладко-идеальный, что мутит просто! Зачем меня за волосы дергать?!

Так… Ладно. И это стерпим. Главное, ответила бы, остальное не важно.

— Госпожа… Поделитесь со мной причиной, из-за которой сегодня я так страдаю?

Главное, не забыть в глаза посмотреть и улыбнуться, сглаживая наглость вопроса.

Юйша

Он действительно всего лишь хотел узнать, что меня так расстроило?! Мое солнышко…

Но, конечно, все как на духу ему рассказывать не стоит, но часть правды он честно заслужил.

— Понимаешь, мой хороший. Я пытаюсь продумать возможность провести тебя на планету, минуя законный способ. Меня он не очень радует. Я ничего не имею против того, чтобы оформить тебя, как своего наложника, но светить тебя, как инопланетника, мне бы не хотелось.

— А почему вы этого не хотите? — Стийв серьезно посмотрел на меня.

— Ну потому что…

Все мое нежелание использовать законный способ оформления было связано с подсознательным ощущением того, что это будет невыгодно моему новому приобретению. И моей огромнейшей нелюбовью заниматься оформлением документов.

Всем делопроизводством на корабле заведовала Лайсса. Меня и Джей от этого просто мутило.

Возможно, я даже заботу о своем новом зверьке притянула за уши, чтобы не так откровенно было понятно, как сильно я не хочу влезать во всю эту волокиту.

Однако других, более внятных, причин в моей голове не рождалось. Да, отпечатки пальцев… Но это было решаемо. Да, легенда… Но кто ее проверять-то будет?! Мальчишка с Хлана? — Отлично. Даже лучше, чем с Ммирзы. Матерь Всего Сущего! Похоже, придется просто оформить его, как своего наложника, и выдохнуть.

— Знаешь, я тут подумала и решила. Мы и правда оформим твой заезд на Венгу абсолютно законным способом. Снимем отпечатки пальцев, расскажем, что ты сбежал с Хлана.

Я с удовольствием понаблюдала, как мой мальчик сначала побледнел, потом попытался успокоиться, потом отвел глаза в сторону… Наконец посчитала гадость законченной и утешила:

— Конечно, настоящие твои отпечатки пальцев мы им показывать не будем, мало ли чего ты успел натворить…

Мое солнышко выдохнул, посмотрел мне в глаза и мгновенно вспыхнул:

— Вы… Вы знаете, да?

Покровительственно улыбнувшись, я ласково провела пальчиками по его щеке… А потом замахнулась и залепила ему пощечину. Даже след от ладони отпечатался.

— Я тебе сколько раз говорила, что врать не хорошо, а?!

Глава 5

Стив

То, что Юйша в курсе моих последних подвигов и при этом продолжает размышлять о том, как провезти меня на Венгу, сильно ошарашило. Но то, что она даже готова взять меня официально под опеку или как там у них это называется — просто добило. Я абсолютно точно для себя решил, что эта женщина не вполне здорова на голову. За ней надо постоянно присматривать, примерно так же как за Марисоль. Что я и делал оставшиеся дни полета. Молчал, выполнял все, что приказывали, и присматривал.

Самое сложное было добиться разрешения бродить за ней следом, а не сидеть в каюте и не ждать, когда про меня вспомнят. А потом я вел себя так тихо и незаметно, что про мое присутствие быстро забыли. Ходил за Юйшей тенью — из каюты в столовую, из столовой в рубку, из рубки в операторскую, потом в грузовой отсек, потом в шлюзовую… И она сама, и ее команда очень быстро привыкли к тому, что я всегда за спиной их капитана. Тискать, щипать и хлопать меня по попе это им не мешало.

Юйша

Решив для себя, что придется все-таки идти со Стийвом в ДИС, я успокоилась и временно задвинула эту проблему на задворки сознания. Не до того как-то было.

Мальчишка, пока я, после экспериментов с зажимами, перед сном смазывала ему член маслом иши, смущенно краснея, попросил позволения гулять по кораблю: «Давайте я просто за вами следом ходить буду? Госпожа? А то я так двигаться совсем разучусь…» — и улыбнулся, глядя в глаза. Я немного подумала, тщательно втирая остатки масла в кожу. Ничего удивительного в его просьбе не было. Действительно скучно ему, разнообразия никакого, кроме как в кают-кампании девочек развлекать. Но ведь, ясное дело, в первую очередь нахаленыш рассчитывает узнать, где Марисоль. Так что, с наслаждением представив, какой грандиозный облом его ожидает, я, тоже мило улыбнувшись, разрешила, сделав вид, что поверила в его желание просто потаскаться по кораблю рядом со мной.

Первым делом, увидев нас утром вместе, девочки, конечно, прошлись по поводу моих аристократических замашек, потом полдня веселились, что расстояние в два шага у Стийва не точно выдержано. Он то совсем налетал на меня, то, наоборот, заметно отставал, прямо как взятая на буксир баржа. Но к вечеру уже никто на мое солнышко не реагировал, да я и сама вспоминала о нем, только встретившись с его внимательным взглядом. Как ни странно, за весь день Стийв ни разу, даже намеком, не попробовал уточнить, где его так называемая сестра, но зато с интересом слушал все мои разговоры с Джей и другими девочками.

Уже поздно ночью мы приземлились на Ммирзу, и Лайсса улетела в одну из местных торговых контор, работающих в любое время суток. Рано утром на следующий день наш грузовой отсек был освобожден от семерых мужчин, а счета, наоборот, слегка пополнились. Железяку их Лайсса тоже довольно удачно и быстро продала, и уже в полдень мы стартовали на Венгу. До нее оставалось совсем немного…

Стив

Во время стоянки на Ммирзе Юйша попыталась от меня отделаться, но это же не реально, если я сам не захочу. Я спокойно и без истерик пережил сведения о продаже семерых членов команды, с которыми вместе провел две с лишним недели. Это было засчитано как плюс в мою карму. Ну да, я практичная и циничная сволочь. Странно, если это для кого-то было неожиданностью. Или все-таки сведения обо мне у моей хозяйки не полные. Хотя, скорее, она мыслит стандартно, как и все женщины, даром что венговка. Или что на меня наговаривают и преувеличивают, а на самом деле я бриллиант. Или что под ее присмотром и чутким руководством из этого мешка с говном вырастет роза. Но я-то знал, что не бриллиант и не роза, но переубеждать женщину — самое бессмысленное и бесполезное занятие в галактике. Да и потом меня вполне устраивало, что я произвожу впечатление послушного барашка. Но нарисовать на лице жалость к мужикам у меня не вышло. Хорошо хоть презрения в глазах никто не заметил. Им всем не было и сорока — могли бы или прогнуться и пристроиться, или слаженно дать отпор. Их же не хватило ни на то, ни на другое. Ни ума, ни хитрости, ни силы — балласт, от которого в нужный момент избавились.

Юйша

Включенный автопилот уже вел нас по маршруту, выданному диспетчером. Пойля и Хайура сидели в своих креслах, их пальчики напряженно зависли над клавишами компьютеров, а глаза были устремлены на экран, где во всей своей зеленой красе ждала нашей посадки родная планета.

Остальные девочки уже разошлись по своим каютам и, пристегнувшись к креслам или кроватям, тоже любовались на леса Венги. Вот мы приблизились настолько, что можно было разглядеть Дворец, дома Венгсити, Космопорт… Я обернулась и взглядом указала Стийву на выход: «В каюту, пристегнуться к кровати и ждать посадку!» Мое солнышко привычно улыбнулся: «Да… госпожа», — и послушно направился к двери.

Джей, одобрительно подмигнув мне и незаметно подняв вверх большой палец, подождала еще минуту, разглядела свой дом, послала ему воздушный поцелуй и тоже направилась в свою каюту. Она дежурила при приземлении на Ммирзу, так что за этой посадкой слежу я.

Стив

Я быстро шел по коридору в сторону нашей каюты и тут увидел Марисоль! Чем-то очень напуганная, она кинулась ко мне, повисла на шее, начала рассказывать, как она волновалась и как ей страшно.

— Где твоя каюта?! — как обычно одни чувства и ни грамма инстинкта самосохранения. Как у такой умной женщины, как моя приемная мать, и такого спокойного уверенного мужчины, как мой приемный отец, мог родиться такой сгусток эмоций?!

Марисоль подтащила меня к каюте Джейнни. Так вот где они ее держали столько времени… Логично. Что-то подобное я подозревал.

Твердя ласково-успокоительный бред, я уложил сестру на кровать, пристегнул ее поплотнее и включил экран, на котором уже мелькали двух-трех этажные здания какого-то венговского города. Мое внимание привлек промелькнувший слева дворец, с пикообразными крышами и поблескивающими на них флюгерами. По стилю он напоминал старинные замки Германии или Франции. Высокие аркообразные окна сверкали разноцветными стеклами, а почти под самой кровлей сидели странные лепные животные, вызывающие стойкие ассоциации с горгульями.

Раз я вижу все это в таких подробностях, то времени до посадки почти не осталось. А ведь еще надо было успеть добежать до своей каюты!

Выдав сестре последнюю успокоительную фразу, я дернулся к выходу и столкнулся в дверях с Джей. Ее взгляд не обещал мне ничего хорошего, и я попробовал быстро прошмыгнуть мимо. Но меня поймали за шиворот, и на выбор у меня было два варианта — или сопротивляться, или смириться. В сопротивлении я смысла не видел — на экране уже был виден Космопорт, там толпа народа, меня повяжут как маленького. Марисоль от этого никакой пользы, ну а я только слегка разомнусь… Напоследок. Перед тем как засесть в их местную тюрьму плотно и надолго. Хотя могут и сразу усыпить, как буйного.

Так что я позволил швырнуть себя на колени и пристегнуть за пояс к шесту возле кровати. Сейчас еще Юйша прилетит, злая как шершень. И главное, ведь не виноват ни в чем, вот что самое обидное!

Юйша

Посадка прошла идеально четко, даже бумаги со стола не рассыпались. Улыбнувшись на прощание, усталый диспетчер сообщила нам, что сегодня столпотворение и буквально перед нами село еще пять кораблей. Так что, если мы подождем полчасика, нам будут очень признательны — в амбарах на разгрузку чуть ли не очередь, «мальчики зашиваются».

Порой такое бывает, то пусто, то густо. Ничего, посидим полчаса в любимом баре, может, в ДИС со Стийвом схожу, потом Лайсса и Пойля займутся разгрузкой. Конечно, уже до зуда в ладонях хотелось домой, но форс-мажоры в нашей работе были почти нормой, не хватало еще из-за таких мелочей портить себе настроение.

Тут замигал вызов из каюты Джейнни. Странно, что там у нее могло произойти такого, чтобы понадобилось мое присутствие. Радовало, что вызов был не экстренный, и по внутренней связи между нами, а не по общей. Скорее всего, девчонка что-то отчудила, не иначе.

Но меня поджидал милый сюрприз…

Стив

В каюту влетела Юйша, увидела меня и вопросительно уставилась на свою помощницу. Та процедила что-то из серии: «Само приползло», — и меня чуть ли не вместе с шестом выдернули в коридор. Внушительных размеров карабин, звякнув, отлетел в сторону, цепь так и осталась болтаться на шесте, ремень еще сильнее затянулся у меня на поясе. Непроизвольно крутанул шеей, представляя, как смачно она бы хрустнула, если бы я был в ошейнике. Тикусйо! Как доступно объяснить Юйше, что к Марисоль меня ревновать глупо?!

Юйша

Дикое разочарование душило меня до искр из глаз вперемешку со слезами. Зачем он сделал это именно сейчас, когда мы уже были на Венге и до их встречи оставались считанные минуты? Что мне делать с ним теперь? Все равно оформлять в ДИСе, хотя он только что демонстративно положил на мой приказ? Этой наглой твари было приказано идти в нашу каюту, а его понесло бродить по кораблю и искать свою подружку!

Практически не глядя, я залепила ему несколько пощечин, выплескивая разрывающую меня на части ярость и успокаиваясь. Сначала эта дрянь попытался что-то вякнуть, но удар между ног быстро заставил его заткнуться. И он замер, стоя передо мной на коленях, с идеально ровной спиной, сцепив руки за головой. Не уклонялся от моих ударов, только зажмуривался на секунду, когда моя ладонь с размаху впечатывалась ему в щеку, и потом снова широко распахнутыми, чуть затуманенными глазами, преданно ловил мой взгляд.

Стив

После первого удара я не удержался и попытался воззвать к женскому разуму:

— За что!? Я вам сейчас все объясню!

Удар со всего размаха ногой по яйцам сразу дал мне понять, что я совершил ошибку. Замолчав и сжав зубы, я, совершенно отстраненно, как бы со стороны, наблюдал, как меня лупят по лицу, и считал про себя удары. Руки я сразу сцепил за головой, чтобы не совершить никакой ненужной глупости. Сейчас явно не время и совсем не место выяснять, кто из нас сильнее, увертливее, и кто быстрее рискнет пустить в ход оружие. Толпа народа в Космопорте никуда не делась. И не доживу я до них, меня раньше Джейнни и остальная команда в кашицу изрубят. Да я и не хотел убивать Юйшу, хоть это и сентиментальный бред. Я не смог бы ее убить даже ради Марисоль. Только на инстинктах, защищаясь. Никакого смысла создавать сейчас ситуацию, когда мне придется выбирать между своей и ее жизнью я не видел. Пусть скинет агрессию и успокоится.

Раньше я считал, что готов вытерпеть все, кроме ударов по лицу. Я ошибался. Я готов был вытерпеть все, если мне это было нужно.

Когда удары стали реже и не такими сильными, звон в голове перестал напоминать колокольный, и я смог хоть как-то сосредоточиться. Надо было сделать что-то неординарное и одновременно подчеркивающее, что я помню о нашем договоре. Только не падение в ноги и мольба о прощении! Я ни в чем не виноват…

Следующий удар сработал как яблоко для Ньютона. Меня озарило, и я нежно губами коснулся ладони Юйши. Почти на границе с запястьем. Она еще не успела убрать свои пальцы от моей щеки и так и застыла… Потом ласково погладила меня по скуле. И снова залепила пощечину. По-моему, еще сильнее, чем были первые.

— А теперь на четвереньки и ползком к Марисоль!

Тикусйо!

Юйша

Когда губы Стийва коснулись моей руки, я поняла, что еще немного и заплачу. Зачем он все испортил?! Как я теперь смогу ему доверять!? Хотя с чего бы мне было это делать раньше? Из-за его улыбки и уверенного взгляда? Из-за того, что он позволял делать с собой все, что мне хочется? Из-за того, что он за последние трое суток ни разу не вспомнил про сестру? Почему я веду себя с ним как влюбленная молодая девчонка без опыта?! Откуда во мне столько наивности и где я ее прятала раньше?

Но я знала сладкую месть, после которой мне стопроцентно полегчает. И, залепив мальчишке последнюю пощечину, я кивнула головой в сторону каюты:

— А теперь так, на четвереньках, и ползи в каюту к своей ненаглядной Марисоль!

И он пополз! Посмотрел на меня спокойно, с немым укором в своих серо-голубых глазах и пополз. У закрытой двери замер и, обернувшись, вопросительно посмотрел на меня. Это не был вопрос-надежда: «Может быть, Вы передумали?», — нет. Это был вопрос: «Что делать дальше?».

Мне даже стало немного жаль мальчишку, но сразу прощать и включать обратный ход не хотелось. К тому же мне реально полегчает, если я увижу, как он унижается при своей сестре. А мое хорошее настроение важно не только для меня, но и для Стийва. А главное — оно просто бесценно для его сестры. А то во мне уж очень активно борются совесть и ревность, и есть все шансы, что первая вот-вот проиграет. Поэтому я открыла дверь и с презрительным выражением лица проследила, чтобы разочаровавшая меня тварь дополз до центра каюты.

Стив

Самое лучшее, что я мог сделать, это представить, что парень, который сейчас ползет на четвереньках по полу — это не я. Одно дело — вилять задницей в кают-компании перед командой венговок, и совсем другое — ползти, смотря в пол, почти физически ощущая взгляд сестры. Рано или поздно ей все равно пришлось бы это увидеть, но я надеялся разыграть все на своих условиях. Хотя я и сейчас планировал подправить сценарий и обратить мой позор в триумф. Да, крутить Юйшей, как ветер флюгер, у меня пока не получалось. Но направление я задавать уже научился — она ведь сейчас не злилась, хотя еще ревновала.

Я замер в центре каюты и подождал, пока моя хозяйка усядется в кресло. Тогда я подполз к ее ногам и, положив голову на колени, преданно посмотрел в глаза.

Юйша

Эта очаровательная зараза подполз ко мне и со своей неотразимой улыбкой заглянул мне в душу.

— Я честно-честно шел в нашу каюту, госпожа, но столкнулся в коридоре с Марисоль и просто проводил ее, и проследил, чтобы она пристегнулась. Простите!

И щекой о мои колени потерся еще…

Запустив пальцы в челку, потянула вверх, заставляя снова взглянуть мне в глаза. На меня посмотрели чуть исподлобья и потом попытались отвести взгляд:

— Я привык сам принимать решения, госпожа… Простите! Я научусь с вами советоваться. Правда!

И снова эта улыбка, от которой я просто таю и теряю всякую способность что-либо соображать.

Стив

С этой женщиной я все время чувствовал себя канатоходцем над пропастью. Вроде иду ровно, уверенно, но один неверный шаг и с грохотом полечу в тартарары. Причем стоять на одном месте было нельзя — как только я замолчал, Юйша начала хмуриться, хотя я даже щекой об ее колено потерся. Только не мяукал! Но надо было продолжать что-то говорить. Тикусйо! Что?!! Я же все ей объяснил!

Юйша

— Вы уже не сердитесь на меня? — маленькая зараза явно пытается мной манипулировать и, судя по тихому смешку Джейнни, это заметно не только мне. Наоборот, удивительно, что и я это заметила, потому что витаю в облаках, любуясь на этого наглого засранца.

— Нет, не сержусь… — промелькнувший в глазах удовлетворенный блеск тут же разбудил во мне дух противоречия, — но наказать тебя все равно надо.

Стив

— …но наказать тебя все равно надо. — Ти-ку-сйо!! А до этого что было? Пока меня по морде пять минут лупили до искр из глаз? Ласка за хорошее поведение, что ли?!

Так… Смотрим в пол, настраиваем взгляд и придумываем достойный ответ на это заявление. Хотя фантазия от возмущения отказывает! Главное, не повторить свою ошибку с дурацким вопросом: «За что?». Понятное дело, что мне никто отчитываться не обязан и можно получить ответ, вполне достойный любой женщины, не только Венги, но и всей галактики: «Потому что мне так хочется!»

Спросить прямо, накажут ли меня здесь, при Марисоль, или пожалеют ее нервы и мое самолюбие? Точно выберут первое, даже если собирались выбрать второе. Надо как-то увести Юйшу в нашу каюту, подальше от Джейнни, пристально смотрящей на меня, и от Марисоль, которой весь этот цирк явно не на пользу. Наедине мне будет легче повернуть все так, как мне нужно. Но как же выманить Юйшу отсюда?! Тикусйо! Когда я добьюсь того, чтобы эта женщина меня слушалась, все остальные гуманоидки будут мне нипочем.

Юйша

Злости на Стийва у меня уже не было, а вот на себя я была сердита и даже слишком. Тоже мне, капитан корабля с двенадцатилетним стажем! Да, зверек попался забавный, но не настолько, чтобы совсем от него голову терять. Надо наказать его сейчас, в присутствии сестры, так, чтобы оба усвоили урок и больше меня не разочаровывали.

Джей, кашлянув, привлекла мое внимание и, кивнув в сторону о чем-то размышляющего мальчишки, вопросительно-выжидающе посмотрела на меня. Я едва заметно улыбнулась, давая понять, что у меня все под контролем, особенно я сама.

Тут мой звереныш снова решил подать голос, хотя его никто не спрашивал:

— Госпожа, вы ведь скажете, за что именно собираетесь меня наказать? Чтобы я запомнил и больше так не делал… И… Вы же будете так добры и расскажете мне, как надо было себя вести правильно?

Джейнни, не сдержавшись, рассмеялась: «Капитан, может, я возьму девчонку и в бар, вместе со всей командой? А ты тут краткий курс юного наложника проведешь?»

Едва сдерживаясь, чтобы не улыбнуться, я с укором посмотрела на свою помощницу. Подруга называется — подставила на ровном месте.

Стив

Похоже, я все рассчитал точно. Правда, сначала срикошетило в Джей, и ее начал душить смех. Но потом именно она предложила то, чего я так настойчиво хотел добиться: «Капитан, может, мы с девчонкой в бар, а вы тут без нас разберетесь?» Я замер в напряженном ожидании. Юйша едва заметно улыбалась. Тикусйо! Надеюсь, выкрутился на этот раз…

И тут, как гром среди ясного неба:

— Нет, Джей, подожди несколько минут. Воспитательную беседу я проведу без вас, а вот выпороть хочу в вашем присутствии.

У меня внутри все так и упало… Дальше я снова все делал отстраненно, смотря на себя как бы со стороны. Едва удерживая внутри злость на собственное бессилие. Как-то издалека порадовался, что на мне их одежда с запахами и резинками. Пуговицам и молниям сейчас со мной рядом было бы опасно. Молча разделся, лег на пол, лицом в ковер, вытянул руки вдоль тела… Закрыл глаза и расслабился, прочувствовав каждым сантиметром кожи мягкий нежный ворс. Было так приятно, что даже вернуло на секунды в действительность. Но тут слабая надежда, что хоть удары вслух считать не заставят, разбилась вдребезги. И я снова отстранился от происходящего с моим телом.

Первые пять ударов почти не ощутил, витая где-то под потолком комнаты и размышляя, как мне выжить на этой проклятой планете. Ведь сорвусь же, в итоге и меня прибьют. Ну, или сам себя переломаю и стану таким же на все готовым зайкой, как у них по видео показывают. Ни один из вариантов меня не устраивал. Моя задача была пристроить удачно Марисоль. Для этого надо продержаться какое-то время на Венге и смыться. Здоровым физически и психически.

— Громче, Стийв!

— Шесть… госпожа! Семь… Восемь…

— Ты что-то забыл, Стийв! Последние два не засчитаны.

«Тикусйо!»

— Простите… госпожа… Семь… госпожа…

— Четче и громче, Стийв!

«Не-на-ви-жу…!!!»

— Восемь! Госпожа! — «Сейчас я бы ее убил. Не задумываясь!» — Девять! Госпожа!

Джейнни и Юйша. Двое против меня одного. У обеих даги. У Юйши еще что-то многоленточное в руках. Как-то оно называется красиво… Флоггер. С ремнем не сравнить. Тот бы я не смог игнорировать — с первого удара пробирает. А от этого больше унижения, чем боли. Но по лицу им получить мне бы не хотелось. Короче, расклад явно не в мою пользу. Да и смысл где?!

Тикусйо! Проклятая привычка рассчитывать все свои действия. Но без нее я бы не выжил. И сейчас она не дала мне сорваться, удержав и практически силой ткнув носом в ковер.

— Пятнадцать! Госпожа…

— Молодец, мальчик мой…

Убейте меня прямо здесь и сейчас, а… Пожалуйста! Ласковый, разъедающий душу голос взрослой женщины… Заплачу ведь! Мне же тоже надо куда-то накал эмоций скинуть…

Юйша

Не дожидаясь, когда Джейнни выведет всхлипывающую Марисоль, я присела рядом со Стийвом и провела ладонью по его волосам… потом по плечам… худеньким лопаткам… пальчиком пробежалась по всем позвонкам от шеи до копчика… снова всей ладонью утонула в его волосах, скользя от затылка вверх… наслаждаясь нежной мягкой послушностью и любуясь, как прядки взлохмачиваются и потом рассыпаются, ложась почти так же как были…

— Как я должен был поступить правильно, по-вашему? — в голосе Стийва звучала новая, незнакомая мне нотка, очень похожая на злость.

Я выпрямилась и задумчиво посмотрела на флоггер. По-моему, от ремня воспитательный процесс эффективнее. Надо было сходить за ним к себе в каюту или отправить самого мальчишку, чтобы в зубах принес. Пожалела… Зря. Жалость только портит зверьков. Баловать иногда можно, но не часто, чтобы ценили. А жалеть нельзя вообще — принимают за слабость и садятся на шею. Об этом во всех учебниках пишут, и это как раз та теория, которая неоднократно подтверждена фактами из моей собственной личной жизни.

Стийв перевернулся и сел, хотя ему никто ничего подобного не разрешал. Действительно злится, причем сильно, раз даже взгляд не прячет. Вот ведь тварь обнаглевшая!

Стив

Меня даже трясло от злости и напряжения. Я сдерживал себя из последних сил. Точно сейчас сорвусь ведь… Тикусйо! Больше недели стараний под капот аэрошке?! Ну уж нет…

Поймав сердито-презрительный взгляд Юйши, я зажмурился и сосредоточился. Сосчитал до десяти, выравнивая дыхание и уговаривая себя потерпеть… Еще чуть-чуть. Обидно завалить все именно сейчас, когда мы уже на Венге. Вот Марисоль освоится, пристроится, и я сбегу. Мне надо всего лишь еще немного потерпеть.

Переговоры с самим собой прошли успешно, и я рискнул открыть глаза.

Юйша

Я уселась в кресло и внимательно смотрела на сидевшего с закрытыми глазами Стийва. Мне не хотелось больше его пороть, не хотелось его бить, внутри была какая-то дикая усталость. Промелькнула даже мысль отказаться от него и сдать в ДИС, сказав, что нашла на дрейфующем в космосе корабле. Выслушивать его там никто не будет, снимут отпечатки пальцев и сдадут галактической полиции, естественно сымитировав сотрясение мозга, если я сама сейчас об этом не позабочусь. Меня даже передернуло всю! Лучше уж я позабочусь об его правильном воспитании. Встав, я уже направилась в нашу каюту за ремнем, как вдруг почувствовала взгляд Стийва и обернулась.

— Простите… И… Спасибо, что наказали меня… госпожа.

Он снова улыбался! Нет, это не простой мальчишка, а какое-то испытание для меня от Матери Всего Сущего! Вот ведь никогда религиозной особо не была, в отличие от ушедшей в жрицы старшей сестры, но тут просто проняло до самой печенки! Божественное испытание — вот кто мое солнышко. И что же Матерь Всего Сущего хочет от меня?

Свое прежнее безумное увлечение я жалела и баловала, пока он не превратился в невыносимое чудовище, которое я с чистой совестью подарила подруге. Та за месяц вернула его во вменяемое состояние, и сейчас это милый послушный парень, обожающий свою хозяйку и целующий землю, по которой она ходит.

Стийв… Мое солнце… Он совсем другой. И причины, по которым он стремится стать идеальным наложником — другие. Но ничто не мешает мне помочь ему в его стремлении к совершенству. Тем более он же МОЕ солнышко. И я не собираюсь от него отказываться.

— Пожалуйста, Стийв. Но наказание еще не закончено. Флоггер не имеет над тобой воспитательной силы. Так что жди здесь — я схожу за ремнем.

Стив

— …жди здесь — я за ремнем.

Тикусйо! Это не женщина, а испытание какое-то для моей нервной системы! Если я продержусь и не сорвусь в течение месяца, будем считать, что я заслужил медаль. Большую такую… Во всю мою многострадальную задницу….

— Пяти ударов тебе хватит, я думаю.

А я вот думаю, что мне и первые семнадцать совершенно зря выписали. Хотя мое мнение пока никого не интересует. Но я буду над этим работать. А я парень упрямый и настойчивый, особенно когда двигаюсь к цели. И… Наверное, у меня тут две задачи. Первая — это, конечно, Марисоль. А вторая… Вторая — это Юйша. Тикусйо! Не сбегу отсюда, пока не добьюсь, чтобы она принимала меня всерьез! Не знаю, уж с чего меня на ней так перемкнуло. Если я смоюсь с этой планеты, так и оставшись в ее памяти не более чем забавной игрушкой для развлечений — мое чувство собственного достоинства сравняется с плинтусом.

Иииииидиот! Я, похоже, влюбился?! Тикусйо!

— Пять, госпожа! Спасибо большое! Мне уже намного лучше!

Глава 6

КОСМОПОРТ. ТАЙ, 330 ГОД

Марисоль

Это были самые муторные дни в моей жизни! Даже в борделе было веселее, честное слово! Я абсолютно не знала, чем себя развлечь, сидя взаперти в этом погребе. Книг тут нормальных не было, и фильмы только их — местные. Меня на третьем укачало от героической женщины, спасающей другую женщину. Мужчины же использовались всего лишь как фон, подручное живое средство для удовлетворения, ну, или что-то сродни домашнему любимцу.

У нас дома был такой, кокер-спаниель, рыженький, пушистенький… Я его на улице нашла, еще когда в школе училась. Притащила домой, даже сама отмыть попыталась, но он сопротивлялся и брызгался, хотя я на него извела весь флакон своего шампуня. Дорогого, между прочим!

Потом пришел Стив, сказал что-то нецензурное и убежал в зоомагазин. А потом мы вместе привели это мокрое брыкающееся безобразие в порядок. Я стояла и держала дверь ванной, чтобы Агат не вырвался в дом, а Стив его мыл, вытирал и причесывал. Потом он еще какими-то таблетками от глистов Агата пытался накормить. Но тут я ему помогать отказалась.

Вот этот песик был моим домашним любимцем, я его тискала, причесывала иногда, кормила по утрам завтраком, если успевала, и гуляла с ним в хорошую погоду в парке. Он так весело бегал за палочкой и, вообще, был очень славный.

На Земле я смотрела совсем другое видео, там с парнями обращались более жестоко. Но в этой жестокости была какая-то скрытая сексуальность. В отношении к мужчинам, как к питомцам, даже намека на секс не было. А в отношениях женщины с женщиной изюминка определенная была, но не три же фильма подряд жевать изюм!

В итоге большую часть времени я лежала на кровати и любовалась потолком. Я его до дыр, по-моему, уже засмотрела.

Вечерами, намолчавшись за день, я кидалась к Джейн и болтала с ней до самой ночи. В сущности, она оказалась совсем даже не злая, утешала меня и рассказывала, что скоро мы прилетим и я смогу целыми днями гулять на свежем воздухе. Можно подумать, именно это волновало меня больше всего! Мне было скучно и немного страшно от полной неизвестности. Я не знала, что со Стивом и где он, и это меня беспокоило. Вообще, удивительно, что за все время полета он так и не нашел времени навестить меня. Хотя, может, его тоже где-то взаперти держат. Но это было совсем не похоже на моего брата — он уже давно должен был освободиться сам и придумать, как освободить меня. Джей на все мои вопросы улыбалась и говорила, что я должна думать о себе и о малыше. А я о нем, между прочим, и думала — кто-то же должен заботиться обо мне и моем ребенке, и Стив замечательно с этим справлялся!

Сегодня утром Джейнни, вся такая сияющая, объявила, что мы наконец-то подлетаем к Венге. Потом час крутилась у зеркала, делала прическу, вытащила новый комбинезон из шкафа… Ну, как девочка перед свиданием, честное слово!

Перед уходом она велела мне пристегнуться к кровати. Я послушно кивнула. Подождала, пока она захлопнет дверь, и… не услышала привычного щелчка блокиратора замка. Не веря своему счастью, я подбежала и высунула нос в коридор. Там кто-то шел, и я быстро закрылась. Отдышалась, прислушиваясь. Снова попробовала выскользнуть и опять неудачно.

Я пыталась выскользнуть на поиски брата несколько раз, но мимо постоянно кто-то ходил. Поэтому я какое-то время стояла и выжидала, пристроившись носом к дверной щелке. И тут корабль слегка качнуло, и меня просто вытолкнуло в коридор.

Я огляделась по сторонам и поняла — мне, как обычно, повезло! Навстречу быстро шагал Стив, как всегда, уверенный и спокойный. В широких штанах, еле держащихся на бедрах (как только не сваливаются при движении!), и свободной рубашке с запахом, он был похож на наложника какой-то султанши. Точно! Мужчин Венги так и одевают, по крайней мере, часть их, если верить виденным роликам. Интересно только, зачем он во все это вырядился? Ладно, потом разберемся…

Я радостно бросилась брату на шею и, крепко обняв, принялась рассказывать, как мне было плохо и страшно без него. И все пыталась выяснить, почему он ни разу не пришел ко мне…нам. А он… Ну хоть бы в одном глазу показал, как ему стыдно! Так ведь нет же, только спросил: «Где твоя каюта?! Сейчас посадка будет, опасно оставаться в коридоре…» Сговорились они все, что ли? Отличный новенький ухоженный корабль, не то что та посудина, на которой мы летели вначале. Его и не трясет практически, зачем пристегиваться-то? Но спорить со Стивом всегда было бессмысленно, поэтому я махнула рукой на виднеющуюся дверь, и он потащил меня обратно в мой погребок. Наговорив мне всяких ласковых слов, что скоро прилетим, что он все продумал и просчитал и нужно подождать совсем немножко, этот параноик пристегнул меня все-таки к кровати. Вместо того чтобы остаться со мной, дернулся зачем-то к выходу, но уйти не успел, дверь распахнулась, в проеме показалась Джейнни. Увидев Стива, она почему-то страшно разозлилась и швырнула его на пол, а потом пристегнула за пояс к шесту, который высился в каюте как фонарный столб. Я еще все удивлялась, зачем он тут… Странно, что брат легко позволил ей это сделать. Надеюсь, потому что он что-то задумал.

Сразу после посадки Джей позвонила капитану, потом подошла ко мне и помогла сесть. В последние минуты нас все-таки несколько раз ощутимо тряхнуло, и меня слегка мутило. Стив, выпустив шест из рук, тихо стоял на коленях и всячески изображал из себя смиренную овечку. Наблюдая за этим не свойственным брату поведением, я даже пропустила момент, когда в каюту ворвалась взбешенная капитанша. Схватив моего брата за волосы, она просто выкинула его в коридор. Цепочка тихо звякнула, ударившись отстегнутым карабином об шест… Интересно, какая муха ее укусила?!

Я с некоторой тревогой взглянула на Джей, но та ласково улыбнулась: «Не волнуйся, ничего страшнее того, что уже было, Юйша ему не сделает». Почему-то меня это не успокоило. Одна ведет себя как буйнопомешанная, а вторая пытается утешить тем, что до этого бывало и похуже. Что они тут с моим Стивом делали? И почему они обе на него злющие такие?! Я волновалась все сильнее, совсем ничего не понимая в происходящем. К тому же, если Джейнни я практически уже не боялась, то их стерву-капитана по-прежнему опасалась.

Но то, что произошло потом, повергло меня в легкий ступор. Дверь снова распахнулась, и в каюту вполз Стив …на четвереньках. Следом за ним вошла капитанша и уселась в кресло. Замерев от удивления, я в очередной раз за сегодня вспомнила видеоролики про Венгу. Там мужчины почти все время были на коленях. И сейчас весь вид Стива полностью соответствовал образу идеального венговского раба, даже выражение лица. Нет, я ни секунды не сомневалась в способностях брата, если нужно, изобразить что угодно и кого угодно. И очень надеялась, что все происходящее было частью плана по нашему спасению. Для меня Стив наверняка вытерпит все, не только ползание на коленях.

— Я честно-честно шел в нашу каюту, госпожа, но столкнулся в коридоре с Марисоль, и просто проводил ее и проследил, чтобы она пристегнулась. Простите!

Ну да, так ведь все и было, правда же! Я уже открыла рот, чтобы подтвердить слова брата, но почувствовала, как на мои плечи опустились сильные ладони и чуть сжали их. С вопросом в глазах я обернулась к Джейнни. Серьезно глядя на меня, она покачала головой и произнесла едва слышно: «Не вмешивайся, ему будет только хуже».

Я абсолютно ничего не понимаю! Почему Стиву будет плохо, если я подтвержу его слова? Что такого в том, что он проводил меня до каюты? Или ему надо было пробежать мимо и бросить меня там, в коридоре? Или нам просто нельзя было видеться? Ну наконец-то я, кажется, поняла, почему меня из каюты не выпускали!

Рот я все же закрыла, оставив вопросы на потом. Если брат что-то задумал, а я сейчас тут вмешиваться начну, то могу ведь все испортить. Так что не буду ему мешать нас спасать.

Правда, вел себя наш спаситель довольно странно: положив голову на колени капитану, он преданно заглядывал ей в глаза. А она, хотя и было заметно, что сильно злится, все же потихоньку таяла под его взглядом. Я знала, что брат просто играет с ней. В чем я была абсолютно точно уверена, так это в том, что он никогда не оставит меня, особенно сейчас, беременную. Принципы не позволят. Вывернется, не впервой, но все для меня сделает. Но видеть, как Стив стелится перед другой женщиной, оказалось неожиданно неприятно.

— …но наказать тебя все равно надо.

Наказать Стива? За что? Он же все объяснил. Все-таки странная она — только что лужицей растекалась, под его улыбками… Или она больная, на всю голову? Пока не помучает мужчину — не кончит? Для Венги, должно быть, очень распространенное психическое отклонение. Мы в руках маньячки! Я совершенно не знала, что мне сейчас надо делать, но плакать уж точно не стану, нет!

Джейнни обняла меня за плечи:

— Капитан, может, я возьму девчонку, и в бар, вместе со всей командой?

Уведите меня отсюда, пожалуйста. Не хочу смотреть, как развлекаются маньяки и извращенцы. Мне на Хлане этой радости хватило! А за Стива я была абсолютно спокойна. Раз он об колени капитанши котенком трется, а она от этого мурлыкает, значит, моему братику ничего страшного не грозит.

— Нет, Джей, подожди несколько минут. Воспитательную беседу я проведу без вас, а вот выпороть хочу в вашем присутствии.

Я чуть не застонала от разочарования. Нет, эта капитанша точно извращенка! Зрителей ей еще подавай… А меня кто-то спрашивает, хочу ли я на это все смотреть или нет?!

Ну, или, возможно, эта женщина все-таки понимает краешком своего больного мозга, что если они останутся со Стивом на корабле только вдвоем, тот ее просто прибьет? Я видела, как он это делает. Легко, бесшумно, без напряжения…

И тут, глядя, как Джейнни протягивает капитанше какую-то плетку, до меня наконец дошло — она действительно собралась пороть! Моего Стива?! Да… Похоже, ее и наше присутствие может не спасти.

Но брат беспрекословно разделся и лег на ковер. Как в замедленной съемке, сцепив зубы и стиснув руки, я наблюдала за действиями стервы. Вот она замахнулась…, этой своей черной блестящей плеткой, не знаю, как она там у них называется, с множеством хвостиков. Свист воздуха и удар по спине брата, который я ощутила, будто он предназначался мне. Вздрогнув всем телом, я все же залюбовалась зрелищем. Стив всегда был красавчиком, и это его напряжение хищника, когда натянут каждый мускул тела… опасного хищника. Мне было немного жаль брата — наверное, ему все-таки было больно. Но, представив изумленные глаза этих женщин в тот момент, когда этот зверь сорвется, я почувствовала, как начинаю улыбаться. В ушах раздавался голос брата, считающий удары, напряженный, на грани. В какой-то момент Джейнни крепко обняла меня за плечи и вытащила из каюты. Она гладила меня по макушке и старательно успокаивала. Да, я действительно всплакнула немного, уткнувшись в ее плечо, пока она гладила мои волосы и шептала что-то ласковое. Я не вслушивалась в смысл того, что она говорила, размышляя о своем Стиве и том, на что он идет ради меня и малыша. После увиденного я была совершенно спокойна за нас. Столько унижений брат зря терпеть бы не стал. Он абсолютно точно уже придумал, как нас спасти, и разобьется в лепешку, чтобы это сделать.

Стив

Первое, на что я уставился, выйдя из корабля, были три солнца. Мелкое было совсем красное, класс М, точно. Оно сверкало так, что глаза слепило. Сразу следом за ним играло красно-оранжевыми лучами среднее, значительно больше этой блестящей мелочи. А чуть поодаль от этой парочки сияло огромное бело-желтое светило. Его свет не так резал глаз, как у красных, но он был самым ярким.

Не каждый день такое увидишь… Хотя мне же теперь на них придется какое-то время любоваться. Так что скоро привыкну и замечать не буду.

Юйша, приобняв меня за плечи и явно улыбаясь, спросила: «Правда, красиво? Два красных — это гарем, фон, а освещает планету Солнце-госпожа».

Я усмехнулся про себя: «Ну да, правильно. Если верить истории, над названиями созвездий еще с древних времен было принято измываться, пропихивая в небо свое мировоззрение. Это сейчас у нас общая карта для всех галактик».

Взлетное поле у них тут было раза так в три больше, чем на Хлане. И вокруг него высилась прозрачная стена метра так под два с лишним. Юйша, продолжая обнимать меня одной рукой, уточнила: «При соприкосновении со стеной даже ладонью в здании охраны сработает сигнал-сирена, а коснувшегося бьет током». Тикусйо! Но этого и следовало ожидать.

Я внимательно оглядел всю стену. Всего четыре пропускных терминала. Три были расположены практически рядом, и за ними виднелась улица Космопорта. А вот четвертый выводил куда-то в ангары. Юйша кивнула в его сторону: «Нам туда».

Я перебросил через плечо ремень большой черной сумки, в которую были накиданы наши вещи, и двинулся следом за своей женщиной. Четко на два шага сзади, как у них тут заведено.

— Первой мимо терминала пройду я. Ты стоишь и ждешь, пока снова не загорится зеленый свет, и потом пролетаешь пулей. Ясно?

Чего ж тут не понятного? Меня проводили на Венгу контрабандой. Сердце предательски затрепыхалось в груди, а потом замерло, как только Юйша оказалась за стеной. Я уставился не моргая на терминал, гипнотизируя лампочку. И вот — зеленый. Глубокий вдох и я уже стою на территории Венги.

— Теперь пойдем оформим тебя в ДИСе… — и моя женщина, не оглядываясь, направилась вперед, уверенная, что я следую за ней. Ну и правильно — что мне еще делать-то? Марисоль же где-то с Джейнни. Поэтому соблазн спрятаться в ангарах я прихлопываю, как назойливую муху. Хотя интересно, смог бы я затесаться среди местных и прижиться тут? Документы липовые понадобятся и отпечатки пальцев затереть кислотой какой-нибудь. Мало ли что в ангарах может мне на руки пролиться?! Легенду только продумать, наблюдая недельку за крутящимися здесь парнями…

Тикусйо! Какой соблазн настырный оказался!

Вот мы вышли на одну из улиц Космопорта и тут же уткнулись в большое белое трехэтажное здание. «Департамент по инопланетным связям. Внутреннее отделение — второй этаж. Внешнее отделение — третий этаж». Интересно, я — это внутреннее отделение или внешнее?

— Говорить буду я, ты стоишь сзади и молчишь, — Юйша проговорила все это, открыв входную дверь и даже не оборачиваясь в мою сторону. Я кивнул, почему то уверенный, что она это почувствует. Но потом, на всякий случай, подстраховался: «Понятно… госпожа». До сих пор это обращение приходится из себя выдавливать, как пасту из тюбика.

Мы поднялись на второй этаж, — понятно, внутренние разборки. Не департамент, а какое-то сонное царство — тишина и пустота. В большом кабинете за девственно чистым столом откровенно скучала молодая блондинка, листая толстый журнал. Радостно улыбнувшись Юйшайре: «Чем могу помочь, гэйвэйрэйтэ?», она, не глядя на меня, махнула в сторону кресла в углу: «Пусть юноша пока посидит там…»

Хорошо хоть не зверек, и на этом спасибо.

Я уселся в кресло, откинувшись на спинку, нога за ногу, непринужденно — расслабленный, при этом весь обратившийся в слух. Но они говорили так тихо, что до меня долетали только отдельные фразы. За это время я изучил весь кабинет и даже разглядел большую красную кнопку под столешницей — наверняка вызов охраны. У самой блондинки даже оружия не было. Хотя, может, она хранит его в ящике стола?

Наконец пытка моего любопытства закончилась, и меня подозвали к столу:

— Внимательно прочтите и распишитесь.

Мне выдали распечатку на четыре листа, где перечислялось, что я должен делать и как себя вести. Основные выдержки из Кодекса, ничего интересного для человека, осилившего полностью два тома из шести и начавшего читать третий.

Наклонившись над столом, недрогнувшей рукой я расписался на каждом из листов. Юйша быстро подписала парочку своих бумаг и, качаясь на стуле, отстукивала пальчиками какой-то, явно местный, марш.

— Вы отдаете себе отчет, юноша, что подписав эти бумаги, вы принимаете гражданство Венги и становитесь равными в правах и обязанностях рожденным на этой планете мужчинам?

Никогда не думал, что в слово «права» можно вложить столько ехидной насмешки.

— Да… госпожа. Я еще пока в здравом уме.

Юйшайра строго покосилась в мою сторону, но промолчала. Блондинка тоже только хмыкнула и пододвинула ко мне планшет-сканер.

— Правительство заботливо дает вам шанс в течение месяца присмотреться и все обдумать. И очень надеюсь, что подтверждать или отказываться от сделанного вами выбора вы придете к нам по-прежнему в здравом уме. А сейчас приложите свою левую руку, программа считает ваши отпечатки пальцев…

Я вопросительно посмотрел на свою хозяйку, и та кивнула, давая мне разрешение. Надеюсь, она понимает, что делает. Улетать с планеты на ХЗКНке межгалактической полиции в мои планы точно не входит.

На планшете замелькали сведения обо мне… Родился… Закончил… В розыске…

Блондинка прочитала последние две строки и посмотрела на Юйшу: «Да, вы правы, гэйвэйрэйтэ. Делаем, как договаривались?» И планшет-сканер плотно прижали к моему уху.

— Новое имя и новую фамилию, пожалуйста.

Понятно, то есть официально Стив Вивес Гарсиа даже не появлялся на этой планете. Вернее, Стив Вивес, потому что по межгалактическим нормам две фамилии — это перебор. Но там, где я вырос, такие странные традиции. Меня усыновили два человека, и каждый дал мне одну из своих фамилий. Я раньше везде использовал фамилию от отца. Пришло время воспользоваться фамилией от матери. Тем более тут мой позыв должны оценить.

Я встал на колени перед Юйшей и, заглянув ей в глаза, с улыбкой попросил:

— Позвольте мне воспользоваться фамилией матери… госпожа?

Блондинка, вопросительно изогнув бровь, ждала, держа пальчики над планшетом. И после кивка от моей хозяйки снова удостоила меня взгляда.

— Гарсиа… госпожа.

— Кейстийвэне Гайрсийа, — уточнила Юйша.

Пальчики выдали дробь по планшету, и мне стразу представился аукцион, стук молоточка и громкий голос на весь зал: «Продано».

Юйша

Я еще рано утром договорилась со знакомой, что хочу «закинуть на Венгу зверька с неба». То есть провести мальчишку в Космопорт мимо терминала, не регистрируя его прилет. Это до сих пор была очень распространенная просьба, хотя сейчас, по новым законам, даже партию мальков с Ммирзы положено регистрировать в ДИСе. И стоило это «по знакомству» сущую мелочь. Светить пальчиками Стийва на Венге мне не хотелось абсолютно. Есть разница — платить за молчание одному человеку или целой охранной команде, которой всезнающий компьютер заботливо сообщит, что проходящий сейчас мимо терминала «пассажир» находится в розыске.

А вот то, что я решила провернуть потом, должно было опустошить мой кошелек практически на все «бонусные», полученные от продажи корабля и экипажа с Хлана.

Зачем, вместо того чтобы купить подарков сестренкам, я собиралась позаботиться о своем найденыше, не понятно. Но я привыкла баловать себя в таких мелочах.

Для девушки, бросившей Университет и «начихавшей на мнение семьи, чтобы эгоистично удовлетворить свою жажду романтики», мое поведение было более чем логично. «Что хочу, то и делаю, и при этом думаю только о себе».

Тетушка долго сердилась на меня и простила «мою блажь», только когда я стала капитаном. Но простить — не значит, понять. Понять меня в семье так никто и не смог, даже мама.

Поэтому я иногда слегка завидовала Хайуре. Она тоже выросла на хуторе, но у нее вся семья чаще пересекается в космосе, чем на Венге. До сих пор летают даже две младшие сестры ее бабушки, а уж старушкам-веселушкам к шестидесяти.

Хотя, если бы мой второй пилот бросила бы все и поступила в Университет, учиться на агронома, ее бы тоже никто не понял! Ни семья, ни я, ни команда.

Представив Хайуру в полях, следящей за посадками каких-нибудь кустиков граната или среди чайных плантаций, я от души развеселилась.

Все шло идеально хорошо, как автопилот по карте. Терминал мы миновали без проблем, до ДИСа добрались не встретив никого ненужного. Стив молча шел сзади и старался не сильно крутить головой по сторонам.

В кабинете по регистрации инопланетников я тихо положила на стол конверт с деньгами и посмотрела на сидящую напротив меня сотрудницу департамента. Она сразу все поняла.

— Тариф знаете?

Я кивнула. Расценки мне огласила знакомая, с которой я насчет отключения терминала договаривалась.

— Свеженький? «С неба»?

Я снова кивнула.

— Никаких документов нет? Официально считаем, что купили на рынке и обнаружили что инопланетник?

Да, я законопослушная гражданка. Приобрела на рынке зверька с подозрительными документами и тут же пришла регистрировать его официально.

— Про отпечатки пишем — «рисунок временно нечеткий» или «идентификация более невозможна»? — Конвертик быстро исчез в ящике стола.

— По-моему, лучше сразу второй вариант. Там отнюдь не карманные кражи в обвинении. — К расходам на шлифовку пальцев лазером я уже тоже приготовилась.

— Ну сначала посмотрим, может быть удастся спасти ваш бюджет от лишних затрат.

Спасти мой кошелек не удалось, так что из ДИСа мы сразу направились в лазерный центр, строго через дорогу. А скан ушка моего солнышка был отправлен на пограничный терминал между Космопортом и Венгой. Это была довольно распространенная «услуга» от ДИСа — им ничего не стоило официально «провести» на территорию Космопорта «прилетевшего с неба» мальчика. А вот мне это обошлось в дополнительную двадцатку сверх тарифа.

Биометрическая идентификация личности по отпечаткам ушей была введена на Венге год назад, сразу после принятия закона об обязательной регистрации всех инопланетных граждан. Мужских пальчиков, отпечатками которых не следовало светить слишком активно, на нашей планете было не мало. Поэтому был разрешен альтернативный, второй по популярности в галактике метод идентификации. Экраны у пограничных терминалов сменили на более широкие, чтобы кроме большого пальца левой руки туда можно было приложиться еще и ухом.

Ну что ж, в кармане у меня были документы, согласно которым я в течение месяца являлась хозяйкой гражданина галактики, двадцатитрехлетнего Кейстийвэне Гайрсийа, с его полного согласия. По новому закону мы давали инопланетникам шанс попробовать житье у нас на вкус и отказаться, если вдруг за тридцать пять дней у них начиналась изжога. Венга не входила в общегалактический планетарный союз, поэтому, чтобы стать полноправным жителем нашей планеты, надо было пройти освидетельствование психиатра и в присутствии юриста подписать бумаги, подтверждающие полный отказ от галактического гражданства. Конечно, и юрист, и психиатр были всего лишь формальностью, обычно их даже «забывали» пригласить. Но в глазах галактических бумагомарателей мы поднялись на несколько килопарсеков вверх.

Марисоль

Джейнни так и обнимала меня за плечи всю дорогу до бара:

— Ты же сильная девочка. Все будет хорошо. Поверь моему опыту, плеть ни одного мужчину еще не испортила, только наоборот. Лучше взгляни вокруг. Это Венга — самая красивая планета, которую я когда-либо видела! А уж насмотрелась я на них не мало, можешь мне поверить. Но домом я выбрала именно Венгу. Это просто рай, созданный природой и людьми. Вон видишь те шпили? Это Дворец. Над ним трудилось два поколения архитекторов. А посмотри наверх! Ты видишь? Ни на одной планете нет такого чуда из трех солнц. Вот то, большое, называется Госпожа, а те два всюду сопровождают его…

Всей командой мы двигались куда-то по разметке Космопорта, и я в пол-уха слушала дифирамбы Венге. На их три солнца я успела уже полюбоваться сразу, как вышла из корабля. Удивительное зрелище. Согласна. По видео оно не так эффектно смотрится. Но насчет того, кто кого сопровождает, я бы поспорила. Потому что сначала шли два красных, маленькое и среднее, а потом уж, вслед за ними, тащилось большое, бело-желтое. Ну, или величественно выплывало, если оно — госпожа. Правда, на Венге любая женщина — госпожа.

Мне стало значительно спокойнее, после того как я увидела Стива и убедилась, что он активно занимается нашим с малышом спасением. И я расслаблено любовалась окружающей меня красотой.

Планета действительно была яркая, с обилием зелени и удивительным кристально-чистым воздухом. Не то что Земля и тем более Хлан, где вдохнешь полной грудью, а потом кашляешь. Тут же дышалось легко и свободно. Думаю, мне понравится немного погостить на этой планете, а, может, даже задержаться на ней и подольше. Хотя Стиву тут придется сложно, но думаю, ради меня и малыша он согласится потерпеть? Это был просто отличный курорт, заповедник, специально созданный, чтобы наслаждаться жизнью и растить детей.

Здесь все было очень гармонично и красиво, до мелочей. Например, почти на любой планете взлетную полосу окружает забор. Тут же это была прозрачная высокая стена, а за ней виднелись цветы и деревья.

На пропускном терминале Джей подвела меня к отдельной стойке, за которой сидела улыбающаяся девушка.

— Что-то вы задержались на этот раз, — и внимательно оглядев меня с ног до головы, восторженно выдала. — Ух, ты какая прелестная девушка с тобой.

Я непроизвольным движением поправила челку и тряхнула головой, как будто у меня по-прежнему были длинные волосы. Комплимент был сказан с такой же интонацией, какую можно было ожидать от мужчины. И, главное, отреагировала я на него так же. Мне стало приятно и радостно, что, несмотря на все переживания и с этой дурацкой стрижкой, сделанной Стивом на скорую руку, меня все равно считают прелестной.

Джейнни усадила меня на кресло возле стойки:

— И я рада тебя видеть, Кейлли. Оформи девушке въезд на Венгу.

Все оказалось как-то уж очень просто. Под непринужденную болтовню Джейнни и Кейлли я прижала палец к сканеру, меня сфотографировали и тут же выдали карточку-пропуск и тоненькую брошюру «Добро пожаловать на Венгу». Вот и вся процедура въезда на чужую планету, ни визы тебе, ни паспорта, ни кипы документов на подпись.

Интересно, на Стива они тоже пропуск сделали? Его отпечатки пальцев сразу должны собрать толпу встречающих, в военной форме и с оружием в руках. Правда, это не мои проблемы — я уверена, что брат выкрутится. Да и эта капитанша не совсем же дура, хоть и психованная, конечно.

Космопорт на Венге, как и на всех цивилизованных планетах, был отдельным городком. Полосы деревьев между домами и пешеходными тротуарами радовали глаз. Герань, пальмы, много венге и акации. Среди прохожих встречались как женщины, так и мужчины. И последние совсем не были похожи на угнетенных рабов. Парни моего возраста с интересом посматривали на нашу компанию, и один даже подмигнул мне.

В ресторане, в который мы завалились, очень сильно чувствовалось женское влияние, как и везде, впрочем. Ни один портовый бар не стали бы украшать цветами и салфетками. А тут все это смотрелось очень миленько и в тему. Сферический зал, столики в три яруса, внизу танцпол или сцена. Темные тона мореного дерева, легкая простота, большой тяжелый стол, и в середине стола вазочка с цветущей веткой акации, салфетница и плетеная корзинка с фруктами. Мне все больше и больше нравилась эта планета.

Нас было тринадцать человек, считая меня, поэтому женщины сдвинули два стола вместе и расселись. Кроме Джейнни, я немного знала еще двоих.

Одну совсем молоденькую, стройную и высокую, чуть постарше меня — Хайуру. Еще во время полета она настойчиво пыталась со мной подружиться, но мы с ней общались на абсолютно разных языках. Она могла говорить только о космосе и технике, а я как раз именно этим абсолютно не интересовалась.

И вторую, невысокую дамочку лет так сорока с гаком, с дурацкой привычкой сюсюкать — Лайссу. Она иногда забегала к Джей с кучей бумаг, советоваться по каким-то вопросам.

Остальных я вообще в первый раз видела. Амбалистого вида двухметровая тетка рядом с Хайурой привлекла мое внимание надолго. Была бы она парнем — я бы на нее запала, абсолютно точно. Плечи широкие, взгляд уверенный и молчит постоянно, в отличие от Лайссы, которую было просто не заткнуть.

— Ой, девочки, как хорошо что мы прилетели! Я наконец увижу свою пусечку, я так по нему соскучилась…

Только через пять минут разговора до меня дошло, что щебечет она не о ребенке и не о котенке или зверюшке какой-нибудь, как я сперва подумала, а о муже. Меня слегка передернуло.

После того как к нам подошел мальчик-официант с несколькими папками-меню, оживились и все остальные. В папках были доски-экраны, как в любом приличном кафе, с перечислением блюд и закусок. Тыкаешь пальцем — у них там, в компьютере на кухне, отмечается, что ты выбрал.

А вот толстую карту вин, распечатанную на бумаге, ламинированную и красиво скрепленную пружиной я видела только в самых дорогих ресторанах на Земле. Папочка не часто баловал нас семейными ужинами вне дома. Но когда приезжал их с мамой общий друг, Дайномирос, мы отрывались по полной. Дядя Дайнис последнее время раскрутился в бизнесе, хотя и раньше не бедствовал. Но за последние несколько лет он заключил несколько очень хороших постоянных контрактов с крупными конторами как раз с Венги, и был особенно щедрым. Он все предлагал и отцу заключить какие-то сделки, но тот опасался. А в итоге последний папочкин контракт принес вместо прибыли сплошные убытки, а сам он подхватил какую-то странную болезнь на планете заказчика, успел долететь до дома и умер у матери на руках. Тут-то все у нас к чертям и полетело! Стив и так был занудой, а стал еще большей — потому что он типа теперь содержит семью. А меня, очень вовремя, настигла безумная любовь, и я вырвалась из этого тоскливого болота… Правда, при этом умудрилась вляпаться в какой-то безумный кошмар. Но теперь все уже было позади. Жаль, конечно, что с мамой не успела нормально попрощаться…

От грустных воспоминаний меня отвлекло шумное обсуждение официанта. Причем сам он, краснея и смущаясь, расставлял на столе заказанную еду, бокалы и бутылки.

Лайсса, глотнув бокал вина за удачную посадку, громко объявила, что ей пора заниматься оформлением грузов, и убежала.

Остальные женщины пили, болтали. Выпивки на столе было много и не из дешевой, разговоры становились все громче. Я с интересом стала прислушиваться.

— Бейра, а чего это Джей на тебя так орала?

— Да ей только повод дай. Там дело-то пустяковое, а она сразу в ор. Врываюсь я на мостик, а там здоровячок еще шевелится, пытается скафандр натянуть, сам уже спит почти, штаны уже снял, а скаф еще не натянул, ну я не удержалась и по заднице его тесаком плашмя протянула. А Джей тут же крик подняла, мол, товар порчу.

Джейнни замахала руками и засмеялась:

— По заднице плашмя тесаком, с твоим-то замахом! Да ты ему все бы отбила!

— Ну не отбила же! Удачно ушел, вместе со всеми остальными…

— А помните того брюнетика, за которого больше всех заплатили? Бедолага, заснул в машинном мордочкой прямо в лотке со смазкой, ладно, Райна его вовремя вытянула, а то задохнулся бы!

— Да уж, что-то Юйра в этот раз с дозировкой намутила, первый раз вижу, чтобы товар полсуток от газа отходил.

— А я-то что, работаю, с чем придется, это к Лайссе с кэпом вопрос, доэкономятся как-нибудь, нечего у этих, с Бруйса, всякую муть покупать, а то однажды просто потравим товар, без добычи останемся.

Замерев, я попыталась сделаться невидимой. Это ж они явно тех мужиков, с которыми мы летели, обсуждают! Ну да, не повезло им. Стив-то сразу сориентировался, а эти чуть ли не сами им люки открыли — думали, их спасать прилетели. Ну и получили газовых шашек под ноги. Так-то, конечно, семеро здоровых мужчин, даром что голодных несколько дней, так легко бы не сдались. Товарный вид бы себе знатно попортили.

Ко мне с боку вдруг подвинулась Хайура.

— Помочь тебе, что-нибудь вкусное выбрать? У них тут десерты есть с самых разных планет. Каких только поваров сюда не заносит, — она поправила мои волосы. — Ты ведь любишь сладкое?

Тут я увидела в дверях капитаншу, за спиной которой стоял Стив. Ну, наконец-то! Явились!

— Где Лайсса? Еще не возвращалась? Ну, тогда я с вами посижу.

Женщины потеснились, и та плюхнулась на диванчик с краю. Стив, совершенно не смущаясь, пристроился на коленях, у ее ног. Вот зачем, спрашивается?! Это же обычный бар — все мужики сидят как люди. Только мой брат… Присмотревшись я, правда, разглядела еще несколько таких же ненормальных.

Официант принес меню. Капитанша выбрала что-то себе и, наклонившись, что-то тихо уточнила у моего брата, и он, поразмышляв, ткнул пальцем в экран.

Им принесли заказанное, типа салата и нарезки. И эта женщина принялась кормить моего брата с рук. При этом у Стива был такой взгляд, как будто он играет в интересную игру. Его почему-то сильно забавляло происходящее. Я же, чтоб хоть чем-то заняться, а не сверлить взглядом эту парочку, разрешила Хайуре «заказать мне вкусное». Вообще, мне уже начинало казаться, что она не дружить со мной набивается, а ухаживает, только осторожно очень.

Впрочем, основное мое внимание все равно было сосредоточено на брате и капитане. Юйша пила и болтала с командой, ну а Стиву выпивки не досталось. Он пару раз проводил бокал своей ручной стервы взглядом, но как только та повернулась к нему, улыбнулся, как будто его все устраивало.

За стол с шумом плюхнулась Лайсса: «Все отлично! Кэп, все бумаги подписаны. Всем чмоки-чмоки! Моя пусечка уже заждался меня у ворот Космопорта! Я убежала».

Джейнни тоже поднялась, шепнув мне на ухо:

— Тебе понравится Венга, главное, не спорь со старшими женщинами.

И смылась. Вообще вся команда разлеталась.

Капитанша тоже встала:

— Девочки, мне пора. Всем хорошо отдохнуть.

И, сделав несколько шагов в сторону выхода, обернулась ко мне:

— Марисоль!

Стив стоял за ее спиной и смотрел в пол, все своим видом изображая, что он тихий послушный зайчик.

У выхода с территории Космопорта обнаружилось еще несколько терминалов. Юйша показала мне, куда вставлять карточку, а брат в это время молча откинул волосы и приложил к экрану ухо. Сканер мирно пиликнул и пропустил его. Вот так вот легко и просто мы вышли в город.

Глава 7

Стив

На мой инопланетный взгляд, Венговский Космопорт внешне мало чем отличался от сотен других таких же. Правда, я в своей жизни сам лично от силы планет с десяток посетил и сравнивал больше с фотографиями и видео, сделанными отцом. Приятной неожиданностью для меня оказалось, что тут не все мужики загнобленные. А то я себе уже нарисовал страшилку, что прямо с трапа шагну в мир пресмыкающихся. Но нет, в Космопорте все было не так уж и запущенно. Несколько раз я натыкался на заинтересованный взгляд какого-нибудь широкоплечего амбала в сторону одной из моих женщин.

Марисоль, за неделю хорошего питания, округлилась и перестала напоминать большеглазый скелет на ножках. Тем более ей еще и комбинезон подобрали по фигуре, а не на два размера больше. И на мордашку она у меня очень ничего… Хотя, если честно, волосы я ей обкорнал не очень аккуратно, но это точно не проблема. Думаю, парикмахерских на женской планете должно быть под каждым кустом понаставлено.

Парней, поглядывающих на сестру, я понять мог, и мне было совсем не жалко — пусть пялятся на нее, сколько душа пожелает. Главное, чтобы руками не лапали — один вон полапал, а последствия почему-то мне разгребать приходится. Но вот на Юйшу у меня был уже выработан рефлекс собственника.

Нет, я не собирался кидаться на каждый фонарный столб в брюках, обративший внимание, что рядом со мной, вернее чуть впереди меня, идет красивая женщина. Я в принципе ревную тихо, без шума и скандала, в отличие от некоторых. Для меня важнее всего была реакция той, которая рядом, моя. А чем больше народа на нее стойку сделает, тем мне приятнее.

Юйша все эти постреливания глазками в свою сторону игнорировала. У нее голова явно чем-то другим была сейчас занята, судя по ее задумчивому выражению лица. Надеюсь, что ее проблемы ко мне никакого отношения не имеют — со мной она вроде как все удачно провернула, не придерешься. Правда, похоже, я ей в копеечку влетел, и, значит, она рассчитывает, что потом чем-то окуплюсь. Вот только понять бы чем. Местных красавчиков я мельком заценить успел. Нет, я, конечно, крокодилом себя никогда не считал, но и чтобы от взгляда на меня девчонки с ума сходили — такого никогда не было. Не внешностью я ее зацепил, это с самого начала было понятно. Но ведь и умом блистать мне тоже сильно не давали. А если не ум и внешность, то тогда что?

Я вообще думал, что протащить меня на Венгу можно будет без проблем. В конце концов туда же регулярно кого-то инопланетного протаскивают. Вон Дядя Дайнис тут несколько лет прожил, и теперь два его сына где-то обитают по гаремам.

Но меня-то мало того, что по всем правилам засветили, законно оформив, то есть, грубо говоря, как человека. Обрубив себе шанс придушить меня ночью подушкой, когда надоем. Так за меня еще денег отвалили. Терминал на взлетной полосе нужные пять минут не работал, блондинка эта явно к лапке немалый такой куш приклеила, и из Космопорта меня по пропуску, как у Марисоль, выпустили. То есть Стива Вивеса Гарсиа реально не стало — отпечатки пальцев мне лазером чистенько шлифанули, тоже, кстати, не за бесплатно.

Я теперь новый человек, с новыми документами и новым именем. Кейстийвэне. Хотя Юйша все равно в середине мое настоящее имя припрятала. Привыкла, видимо, уже к нему за неделю.

Все же очень понять хочется, зачем на меня столько денег потрачено. Не люблю я быть кому-то должен, тем более, когда не понятно, чем расплачиваться придется. Вообще, железный повод протащить на планету парня, разыскиваемого за несколько убийств, это использовать его именно для этой цели. Но, по-моему, Юйша не из тех, кто будет нанимать убийцу со стороны. У нее, даже если сама не справится — команда есть.

Тяжко вздохнув, я поправил на плече сумку, успокаивающе кивнул обернувшейся ко мне сестре и тут же наткнулся на строгий взгляд Юйшайры. Загадочная мне женщина досталась. Это, наверное, чтобы я не зазнавался сильно. До нее я был уверен, что только одной женщиной манипулировать не могу, и то потому, что не хотел.

А этой я хотел! Но не получалось ничего, хоть ты тресни!

В аэрошке я на всякий случай пристроился на колени, у ног Юйши и меня за это ласково погладили. Отлично. Значит, не о таких уж глобальных проблемах думает, раз заметила, как я очередной раз прогнулся. Нет, она приручается постепенно, только не так быстро, как мне бы хотелось. Теперь можно расслабиться, выглянуть в окно и проследить, куда это нас везут.

Мы пролетали над городком раза в три побольше Космопорта.

— Венгсити. Столица, — уточнила на мой немой вопрос Юйша.

Обо мне помнят, за мной присматривают и на меня реагируют. Сейчас мне было важно ее хорошее отношение ко мне. Потому что, если честно, нервничал я перед знакомством с семьей моей женщины так, будто действительно их мнение имело для меня какое-то значение. Надо не о родне ее переживать, а о мужчинах в ее гареме. Вот если я им не понравлюсь… Тикусйо! Если я им понравлюсь — тоже ничего хорошего не будет, по-моему. За все время полета мне как-то так и не подвернулся удачный момент уточнить у Юйши, сколько у них в доме мужчин… Кстати, а что будет, если я другим женщинам понравлюсь? Хотя, учитывая какая она у меня ревнивица, надеюсь они выживут, а меня не запрут под замок в каком-нибудь тайном месте.

Это все были проблемы из тех, которые надо решать по мере их поступления, а не переживать заранее. Так что я снова уставился в окно.

Внизу проплывала большая площадь, от которой отходили в разные стороны широкие улочки. Я еще в Космопорте отметил, что расстояния между домами, по разным сторонам улиц, у них очень большое. Не то, что на Земле, в районах-термитниках, когда из окна одного дома видно, что делается в квартире дома напротив. Мельком отметил пять высоких для этого городка зданий — целых восемь этажей на фоне остальных трехэтажек смотрелись очень внушительно.

Ориентироваться тут было проще простого. Космопорт. Потом зеленая полоса. Потом Венгсити. По любой из улиц пойдешь и выйдешь на площадь. По бокам Венгсити — леса. Сзади, точно напротив Космопорта — Дворец. За Дворцом — поля и снова леса. За Космопортом — тоже леса. В лесах виднелись дома, поля, озера. И снова леса. Кругом был лес.

Сегодня утром я одел свои часы с компасом, которые честно и открыто хранил в своей тумбочке в течение всего полета. Одно незаметное нажатие на кнопку, и координаты их столицы заложены в память моего маленького наручного компьютера.

Пролетев над Дворцом, мы чуть отклонились в сторону, где-то на тридцать градусов. Потом промелькнули четыре особняка с огромным количеством построек вокруг них, окруженных полями и садами. От особняка к особняку виднелась дорога. Прекрасно просто! Да, просто утоптанная земля, и фонарей вдоль нее нет, но все-таки это была дорога, по которой легко можно передвигаться, а не плутать в лесу.

Небольшие озера меня не волновали, а вот река сразу за четвертым особняком — насторожила. Нет, на самом деле плаваю я неплохо, но лучше бы все-таки был мост.

За рекой нормальной дороги не было, но какую-никакую тропинку я разглядел. Большая полоса леса, и под нами что-то похожее на деревню, с десяток домиков вокруг одного, выглядевшего повнушительнее остальных. Опять поле и озеро рядом.

И снова лес, а за ним еще одна деревенька такого же плана. Судя по тому, что мы снижаемся — нам сюда.

Марисоль

Под нами мелькали маленькие дворцы или богатые усадьбы, одна за другой, а мы все никак не опускались. Я уже вся извелась, мечтая, что мы приземлимся вот тут или, может быть, вот тут…

Но мы пролетели и трехэтажные многоярусные здания с пикообразными крышами, как у дворца в их столице, при виде которого я просто замерла от восхищения. И огромный, прекрасный особняк, оформленный в восточном стиле, как из сказки «Тысяча и дна ночь». Вот в нем-то я бы пожила с радостью! Во дворах были парки, фонтаны, какие-то скульптуры… Но мы все летели и летели мимо.

Вот промелькнуло озеро. Лес подходил к самой кромке воды, и казалось, что его отражение живет какой-то своей, отдельной жизнью. Лучи солнца добавляли нарисованной на водной глади картине ослепляющий блеск. Золотистый песок на берегу так и манил к себе. Тут из глубины выпрыгнула довольно-таки крупная рыбина, сверкнула чешуей и снова ушла на дно. Я, как зачарованная, не могла отвести глаз, мечтая, что, может быть, и мне удастся поплескаться в этом озере. Да и Стив очень неплохо плавает. Пока мои дедушка и бабушка были живы, мы все лето отдыхали у них в деревне и много купались в реке. Брат часто помогал мне вернуться, когда я, не рассчитав своих сил, заплывала слишком далеко от берега.

Очередная полоса лиственного леса, и наконец аэрошка приземлилась в центре небольшой деревеньки. Сначала, по кивку Юйши, на землю выпрыгнул Стив и под строгим взглядом капитанши опустился на колени, потом вылезла она сама, опираясь на протянутую моим братом руку, ну и последней вышла я и огляделась по сторонам.

Маленькие, ухоженные, аккуратненькие домики выглядели так убого по сравнению с величественной красотой особняков, мимо которых мы пролетали. Невысокие заборчики, покрашенные белой краской, и ровные, широкие тропинки между участками были совсем не похожи на фигурные заборы и посыпанные гравием дорожки, на которые я любовалась из окна аэрошки.

Правда и тут была сделана попытка создать что-то внушительное.

Фасад самого большого дома представлял из себя сложное архитектурное строение. Он состоял из трех срубов, два из которых были трехэтажными, а средняя часть, соединяющая их между собой, едва доходила до середины второго этажа. В центре было широкое кованное с деревянными орнаментами крыльцо. На каждую из десяти ступенек была положена резная доска, украшенная оригинальным цветочным рисунком, похоже, ручной работы. Левую боковую пристройку венчала мансарда, а небольшие окошки были украшены шторками и гардинами, создавая впечатление семейного гнезда. Два окошка были приоткрыты, и гардины из них развевались на ветру, демонстрируя свою серость улице. Правую пристройку украшали балконы на втором этаже, кованные перила и полукруглые крыши, защищающие от дождей и прямых солнечных лучей. Всего балкончиков было три, и на центральном стояли старое плетеное кресло и небольшой круглый столик.

Тут тяжелая дверь резко распахнулась, и по ступенькам радостно пропрыгала шумная толпа детей лет так шести-семи, а за ними, что-то бурча себе под нос, вышла пожилая женщина. Просияв при виде капитанши и заинтересованно осмотрев меня с ног до головы, она достаточно бодро двинулась вслед за детьми.

Стив

Двенадцать, почти одинаковых, беленьких домиков. Такое ощущение, что стены у них обмазаны глиной. Надеюсь, что хоть изнутри там дерево, как основа. Хотя, если судить по крышам, покрытым какими-то ветками… Я попал в позапрошлый век.

Расстояние между домиками было внушительным, на глаз, метров так под двадцать. Все они были расположены вокруг приличной площади, в центре которой мы и сели.

Один из домов, как и на первом хуторе, выглядел более внушительным. Три этажа, участок вокруг побольше, пристройки какие-то. Мы как раз двигались в его сторону, и тут из него вылетела толпа детей и пронеслась мимо нас с топотом, гиканьем и свистом. Почему-то мне стало спокойнее, когда я заметил, что среди них были и мальчишки, и девчонки. Следом быстро проковыляла бабулька, приветливо улыбнувшаяся Юйше: «С возвращением, внученька!», а на крыльцо дома вышла крупная блондинка, лет сорока с лишним, румяная и пышная, как сдобная булочка. В животе у меня тут же заурчало, хотя я вроде бы слегка перекусил в баре.

— Юйшайра, с возвращением тебя, дорогая! — Пышечка светилась, краем глаза посматривая то на меня, то на Марисоль. — Смотрю ты в этот раз с уловом.

— Здравствуйте, тетя Лийз! Да, в космосе подобрала… — фраза прозвучала так обыденно, как будто это было нормой, подбирать людей в космосе и привозить их домой. Марисоль, притаскивая очередную животинку с улицы, хотя бы старалась состроить просительное выражение лица: «Мамочка, оно такое славное, за мной всю дорогу шло, давай приютим…» Хотя, конечно, Юйша же уже взрослая девочка и следить за нами будет сама, а не попытается быстро сбагрить найденное, переложив всю ответственность на чужие плечи. Тем более это была не ее мать, а тетя.

Юйша

Тетушка, выйдя меня встретить, вопросительно стрельнула взглядом в сторону Стийва, но Марисоль ее заинтересовала больше. Я даже примерно догадывалась почему — старший ее сын ходил в женихах у девочки с соседнего хутора, но свадьба по уважительным причинам откладывалась уже второй год. И как раз перед моим последним вылетом Старшая Айльтзийтцейров приезжала к нам и имела с тетушкой очень серьезный конфиденциальный разговор. Правда, говорили Старшие между собой довольно-таки громко и эмоционально, так, что совершенно случайно прогуливающаяся под окнами моя младшая сестренка все слышала.

Суть разговора сводилась к тому, что девице пришло время рожать, а на выданье в округе были только два сына и племянник моей тетушки. Ну и через два озера еще парень был, только смысла родниться с тем хутором Айльтзийтцейры не видели, когда под боком три ягодки созрели.

А тетушка моя отдавать Тойна не хотела, тоже по вполне понятным причинам. Чтобы такого спеца-агронома прикупить, надо чуть ли не со школы за ним присматривать, залог матери его отдать и конкурентов вилами отгонять. А тут в собственном доме вырос. И вот ведь невезуха — приходится отдавать соседям, чтоб у них молоко в кокосах прокисло.

Была у меня такая мысль-надежда, что Марисоль тетушке приглянется. И судя по тому что тетя от нее глаз не отводит, я смогу избавиться от этой девчонки, спихнув ее в дом к Старшей. В конце концов, можно считать, что девочке несказанно повезло — вместо того, чтобы с моими сестренками в их закутке-комнатушке ютиться, будет в отдельной комнате с мужем жить.

Стив

Пышечка разглядывала Марисоль, как лошадь на деревенском рынке, только зубы ей не посмотрела. При этом она одновременно перекидывалась с Юйшей ничего не значащими фразами. Возможно, Юйшайре и правда было интересно, посеяли они уже какую-то там гузу или нет, и зацвел ли уже миндаль. Но Пышке было абсолютно точно положить два болта на то, как прошел полет. Или она потом уточнит подробности — все-таки мы с сестрой незнакомые и посторонние, может стесняется откровенные вопросы задавать. И тут разговор начал напрямую касаться нашего с Марисоль ближайшего будущего.

— Парнишку для себя привезла или сестре подаришь?

Юйша по-хозяйски потрепала меня по волосам:

— Себе. Я его даже в ДИСе оформила.

Пышка смешно присвистнула и как-то сочувственно посмотрела на мою женщину. Странно, я вроде не произвожу внешне впечатления бурлящего источника проблем.

— А на девочку у тебя планы есть? — голос Пышки слегка дрогнул, как будто у нее на Марисоль планы были.

Я непроизвольно напрягся и начал гипнотизировать взглядом Юйшу. Вот как я должен присматривать за сестрой, если нас постоянно разлучают? Меня успокаивающе погладили по спине, одновременно отвечая на заданный вопрос:

— Да нет, серьезных планов не было. Но девочка беременная и находится под моей защитой, так что я думала отдать ее матери, в помощь по хозяйству.

Я выдохнул и расслабился, но тут Пышка предложила:

— Да у вас в домике и так не протолкнуться, оставь ее лучше у меня. Ейвдойси вон одной с ребятишками управляться сложно, а большого ума дело это не требует. Тем более раз беременная, то скоро и ее малыш тут бегать будет.

Юйша

Тетушка решила начать издалека, и предложила оставить девчонку у себя, в помощь бабушке Ейвдойси. Что ж, правильное решение — в поле или в саду от беременной толку никакого. Так что или по дому помогать, или вот за детьми смотреть. Умница у меня тетя, что я могу сказать… Хватка у нее деловая. Мать все время говорит, что я в нее пошла.

Стив, напряженный, натянутый как буксировочный трос, стоял за спиной и сверлил меня взглядом. Я просто ощущала, как в позвоночнике прожигается дыра. Ну ничего, сейчас придем ко мне, и я объясню моему солнышку, что для его сестры попадание в дом к Старшей — это как выиграть джек-пот.

Марисоль

Эта… стерва! Оставила меня в незнакомом доме, а сама уходила и уводила моего брата, обняв его за плечи и что-то настойчиво твердя при этом. Стив обернулся ко мне, поправляя сумку, и в его взгляде я, по-моему, впервые в жизни, разглядела неуверенность. Брат сомневался, правильно ли он поступает, бросая меня с этой толстой большегрудой курицей, и при этом, как теленок на поводке, шел за капитаншей! Предатель!

Я все-таки оставила маленькую возможность того, что неуверенность была не из-за решения, которое было продумано и входило в план, а из-за сомнения в том, понимаю ли я, как надо себя вести.

Послушной ангелкой, тише воды и ниже травы, хлопая ресничками и строя умилительные глазки — чего тут непонятного. Можно подумать, в наличии были какие-то другие варианты. Разве что сесть на крыльцо и расплакаться, но у меня сейчас от возмущения ничего не получится. Хотя неплохой был бы вариант, курица явно жалостливая, вон как смотрит сочувственно…

— Какой у тебя срок, дорогая?

Я вытерла рукавом предательски увлажнившиеся глаза и, трогательно улыбнувшись и положив одну руку на живот, прошептала:

— Пятый месяц, мэм… Двадцать недель. Я уже чувствую, как малыш шевелится.

— Зови меня Лийзи, дорогая…

Нет, брат, похоже, поступил правильно, оставив меня здесь. Стерве на моего ребенка было абсолютно наплевать, а эта милая женщина начала подробно расспрашивать, как я себя чувствую и когда меня последний раз смотрел врач… Разговаривая, мы зашли в дом, прошли по длинному слегка обшарпанному коридору и оказались в гостиной.

Это была большая прямоугольная комната, обставленная на удивление безвкусно. Прямо по центру комнаты находился длинный деревянный дубовый стол, накрытый скатертью. Вокруг стола стояло множество разных по внешнему виду, да и по стилю стульев. Они отличались обивкой и резьбой спинок, создавая впечатление того, что их снесли со всего дома, не заботясь о том, как они будут все вместе смотреться. От углов, вдоль стены слева, были две не очень крутые лестницы, ведущие на второй этаж. Напротив двери, через которую мы вошли, был еще один вход, или, скорее, выход, по-моему, во внутренний двор. По бокам от него красовались два больших окна, с занавесками, обитыми бахромой, почему-то не сочетавшейся ни с цветом резного диванчика у правой стенки, ни с цветом бахромы на скатерти стола. Диванчик стоял рядом с еще одной дверью, которая, судя по вкусным запахам, скорее всего, вела на кухню. Не вместительный, с изогнутыми ножками, сам по себе он не особо вписывался в гостиную, но, правда, перекликался с парой стульев. Возможно, когда-то они вместе находились в другой комнате, а потом были перенесены сюда. Жемчужиной интерьера было пианино, подпирающее противоположную от дивана стену. Много лет назад, еще до моего рождения, оно имело снежно-белый цвет, сейчас же было обшарпанным и затертым, хотя закрепленные на нем позолоченные подсвечники еще поблескивали на солнце.

Я уселась на один из стульев возле стола и подперла голову кулачками. Дверь во внутренний двор приоткрылась, и на пороге появился молодой парень, почти мальчик, лет так шестнадцати. Увидев меня, он застыл, потом быстро прошмыгнул мимо нас наверх, по одной из лестниц.

— Скажи, дорогая, а отец твоего ребенка — тот мальчик, с которым ушла моя племянница? — спросила Лийзи, устраиваясь на стуле напротив и пододвигая мне деревянную мисочку, наполненную какими-то мелкими оранжевыми фруктами.

Откусив сочную мякоть, я отрицательно помотала головой, и, прожевав, уточнила:

— Нет, мэм… Лийзи, это совсем другой человек. А Стив — мой брат.

Тут сверху по перилам съехала девчушка лет семи, а за ней, перепрыгивая через ступеньки, бежал карапуз, лет четырех-пяти. Выскочив в коридор, эта парочка притаилась у стенки, думая, что мы их не видим.

— Хорошо, дорогая… Очень хорошо! — почему-то обрадовалась Лийз и, заметив, как я изучаю пианино, уточнила:

— Ты умеешь на нем играть?

Мой рот снова был занят вкусным и сочным фруктом, поэтому я опять кивнула. Я не просто умела играть, а закончила музыкальную школу. Сначала меня отдали тому же педагогу, у которого учился и Стив, но та имела дурацкую привычку постоянно сравнивать меня с братом, причем почему-то все время в его пользу. Хотя мама считала, что мы оба играем одинаково хорошо. Маме я, конечно, верила больше, чем какой-то посторонней женщине, но все равно очень расстраивалась и плакала после каждого занятия, пока меня не перевели к другому учителю.

Лийз, встав из-за стола, кивнула в сторону лестниц:

— Пойдем, дорогая, я покажу тебе комнату, в которой ты будешь жить, вместе с моей дочерью. А когда вечером вернется сын, я попрошу его найти ключ от пианино. Надеюсь, ты умеешь его настраивать?

Настройкой у нас занимался Стив, но раз он где-то тут, недалеко, значит его могут привести, чтобы настроить мне пианино, правильно? Так что я снова кивнула и пошла следом за доброй женщиной наверх, смотреть свою комнату.

Стив

Нет, в целом я был согласен с Юйшей, снова разделившей меня и Марисоль. Тем более тут-то нас, наверное, не будут держать взаперти, и мы сможем встречаться. Желательно в более спокойной обстановке, чем сегодня утром. Мне только надо было убедиться, что за сестрой будут присматривать, заботиться и хорошо к ней относиться. Уверения Юйши, что именно так все и будет, не внушали мне доверия. Она воспользовалась бы любой возможностью избавиться от Марисоль и развести нас по разные стороны: корабля ли, деревни этой, а лучше целой планеты или всей галактики. Я смутно представлял, что мне надо сделать, чтобы задушить ее ревность к моей сестре. А для нашего комфортного существования на Венге — это было просто первейшим необходимым условием, иначе моя жизнь на этой планете превратится в полный ад. Сестра и под присмотром умудрялась вляпаться в разные истории, а уж без меня рядом, боюсь даже представить, с ее-то объемами дурости, чего она им здесь натворить сможет. И тут выплывает вопрос: «Как быть и что мне делать, если за малейшую попытку позаботиться о Марисоль, меня будут по лицу лупить и потом по заднице пороть?!» И, к слову, мне никто не объяснил до сих пор, как положено было отреагировать местному сладкому зайке при виде беременной женщины, бегающей перед самой посадкой по кораблю. Неужели и правда просто прошагать мимо? Раз перед тобой человек женского пола, значит, сам за себя отвечает и понимает, что творит? Моя-то сестра?! Тикусйо!

— Юй… Госпожа? Предупредите, пожалуйста, чтобы за Марисоль присматривали с учетом того, что она инопланетная девушка и выросла в семье, где все решали мужчины. Ну сделайте мысленно гендерный переворот, а?!

На меня внимательно посмотрели, а я, встретившись с пристальным взглядом Юйши, встал и принялся изучать травинки, демонстративно дожидаясь ответа. Если разозлится и попробует снова ударить, вот правда же, поймаю за руку и зажму тут, между заборов! Или удушу, или изнасилую, не знаю даже. Устал я за сегодня от того, что меня, не понятно за что, целый день избивают!

— Хорошо, Стийв, я предупрежу.

Я снова попытался встретиться взглядом с Юйшей, но на меня уже не смотрели, удаляясь по тропинке в сторону одного из домов. Тикусйо! Ну что я опять не так сделал-то!

Юйша

Мое солнышко неожиданно ни словом не возразил против моего решения, внимательно меня выслушал и задумался о чем-то на минуту. А потом выдал:

— Предупредите, что Марисоль инопланетная девушка, не привыкшая принимать решения самостоятельно.

Как я понимаю, это был выстрел в сторону Джей, забывшей запереть девчонку перед посадкой и не проследившей, чтобы эта кундейка мелкая пристегнулась. Мальчишка прав, и своей помощнице я намекнула, что радость от встречи с семьей не должна блокировать доступ к разуму. И, в принципе, он еще раз прав, переживая, что моя тетушка примет его сестру за разумную женщину, чему немало может поспособствовать ее беременность. Это на нашей планете нет такого понятия «залет от изнасилования», потому что мужчины не залетают, а женщин не насилуют. Для Венги беременность — это важный и продуманный шаг, который обсуждают со старшими, тщательно выбирают отца ребенку, планируют бюджет семьи с учетом того, что какое-то время женщина не сможет трудиться с полной отдачей, а потом вообще год будет занята только малышом. И обязательно создают фонд для оплаты обучения, если ожидается девочка. На простых смертных, в отличие от аристократов, деньги с неба не падают, их копить надо. На все. И на технику, и на редкие семена, и на учебу в Университете.

Тетушка — редкая умница, но наверняка будет подсознательно оценивать эту девчонку по местным меркам.

— Хорошо, Стийв, я предупрежу.

И я быстро направилась к своему дому, уже очень хотелось скорее обнять и мать, и Ийнни. А вот моя любимица, Айнийка сейчас должна уже была уехать в лагерь. Ну ничего, завтра-послезавтра съезжу, навещу и передам подарки. Пусть перед подружками похвастается очередными нарядами.

Стив

Деревушку со всех сторон окружал лес, но сзади он был неширокий, и за ним было озеро — мы оттуда прилетели. Впереди, сразу за выстроившимися полукругом домиками, было огромное поле, а справа — цветущий сад. Но мы пересекли площадь и пошли по тропинке, между заборов налево.

У дома, напротив которого мы остановились, фасад был такой же ступенчатый, как и у дома Юйшиной тети, только в середине двухэтажка, а по бокам — одноэтажки. И из дерева была сделана только центральная часть, а две пристройки — такие же обмазанные чем-то белым, как и остальные домики вокруг. Из чего я мог сделать два вывода. Первый — нормальные деревянные постройки тут доступны только элите, и второй — семья моей женщины в этой деревушке по положению на втором месте. Вроде бы мелочь, но приятно, на самом деле.

Юйшайра сразу двинулась к правой пристройке, у которой сбоку была отдельная дверь. Меня вроде бы никто не приглашал, но я нагло вошел следом — в конце концов, я же вроде как инопланетная бестолочь, меня еще учить и учить. Пороть меня за такой пустяк не будут, но стоять во дворе и ждать, пока обо мне вспомнят, не хотелось. К тому же их местные аналоги наших деревенских кур, старательно делающие вид, что клюют червяков, абсолютно не внушали мне доверия. Они чем-то неуловимым напоминали индюков, а с этими птицами у меня не очень складывались отношения еще с раннего детства. Драпал я от них как-то, сверкая пятками и развивая сверхзвуковую скорость, по всей деревне.

Прихожая была маленькая-маленькая, мы с Юйшей с трудом в ней уместились. Я быстро сбросил с себя сандалии и, под пристальным взглядом Юйшайры, опустился на колени и помог ей снять обувь. Климат Венги на нее повлиял очень расслабляюще — на корабле она еще сама умела разуваться.

На четвереньках ползти я не захотел и, встав с коленей, вошел за Юйшей в большую светлую комнату. Слева было огромное окно, занавешенное тяжелой шторой — такого плана висели в комнате у моих родителей — плотные, почти не пропускающие свет. Только мама любила темные тона, а тут все в комнате было светлых серо-голубых оттенков.

С двух сторон от окна стояли высокие шкафы, полки одного из них были заставлены дисками с книгами и видео, а на втором красовались различные безделушки. Наметанным глазом я сразу выделил парочку довольно редких, представляющих антикварную ценность, причем не только на родной им планете, но и по всей галактике. Интересно, сама Юйша понимает, какое богатство пылится у нее на полке?! Иех, сюда бы каталог моего отца… Наверняка в этой свалке найдется еще пара-тройка древностей.

Напротив двери стоял стол и два кресла, а за дверью, вдоль стены, пряталась кровать и прикроватная тумбочка. Расстеленный на полу ковер очень напоминал тот, что был в каюте Джейнни. Я сразу вспомнил свое полное впечатлений утро и так и оставшийся без ответа вопрос.

Юйша:

Какое это счастье — вернуться домой, в оплот стабильности и неизменности, упасть на кровать, прямо на покрывало, и, закинув руки за голову, откровенно любоваться привезенным из очередного путешествия сувениром, пока он внимательно изучает мою комнату.

Мое солнышко издал странный звук, как будто в горле запершило.

— Госпожа… — Да, это обращение так до сих пор и вылезает из моего мальчика со скрипом. — Вы же мне так и не сказали, как я должен был поступить правильно… — и глазками привычно стрельнул, зараза мелкая!

Только я приготовилась ему ответить, как дверь открылась, и в комнату влетел ураган, с радостным криком обнявший меня за шею:

— Юйшайра!!!

— Айнийка, я тоже рада тебя видеть, моя маленькая!! — Соскочив с кровати, я быстро закружилась по комнате, крепко удерживая сестренку за руки… Несколько лет назад она бы уже у меня летала, но оторвать от пола двенадцатилетнюю крепенькую телочку намного сложнее, чем тростиночку, какой она была совсем недавно.

Весело смеясь, мы вместе упали на кровать.

— Мама и Ийнни накрывают праздничный стол, тетя Айлэйн и Шуйлли в саду, попозже придут, а папа в поле с Тойном.

Мой отец такой же отличный агроном, как и брат. Только Тойну двадцать один, а отцу пятьдесят два. Но он все еще в отличной форме, и я точно знаю, что мама по-прежнему его использует без всякого зазрения совести. А новенького наложника, Ийку, которого я ей подарила на пятидесятилетие в прошлом году, она неофициально отдала Ийнни. Ну и правильно, раз ей он не нужен, то пусть хоть сестренка мальчика попользует. В семнадцать лет уже можно иметь своего собственного мужчину, а не таскать их у старших женщин.

Вот у Шуйлли мужчин нет, хотя ей уже двадцать два — они ей не интересны. А подложи тетушка Айлэйн под нее кого-нибудь опытного, когда ей лет так пятнадцать-шестнадцать было, может и заинтересовалась бы. Обученные наложники часто такие чудеса с девочками вытворяют. Я сама до четырнадцати в сторону парней смотреть не желала, но мне мама на три ночи сняла парня, выпускника Джордана, и после него я женщин только как подруг воспринимаю.

Айнийка наконец обратила внимание, что мы в комнате не одни, и с интересом изучала Стийва. Тот же старательно пытался изобразить смущение, периодически поглядывая на меня.

— Юйш… Это настоящий инопланетник?! — громким шепотом спросила сестренка, продолжая в упор смотреть на мое солнышко. Примерно так же она спросила год назад, когда я привезла Гайнзи и Ийку: «Они, и правда, настоящие наложники?! Как у тетушки Лийзи?!» На самом деле мои были лучше, потому что закончили не что-то типа двухгодичных курсов при ближайшем борделе, а настоящую школу для наложников в Венгсити. Но я только кивнула: «Да, малышка!», так же как и сейчас.

— Юйш… — продолжала моя неугомонная сестренка, — а Зэйх его так же поимеет, как Гайнзи и Ийку?

У Стийва заметно дернулся левый глаз, и он начал активно скоблить пальцами щеку. Да, Зэйх тогда оторвался, практически изнасиловав двоих новеньких мальчиков, но я не стала его наказывать за это. Никаких телесных повреждений с утра на парнишках обнаружено не было, а то, что Ийка до сих пор Зэйху в глаза смотреть боится, так это даже хорошо. Слушается зато его беспрекословно. Вот стервец Гайнзи быстро отошел, но как только он совсем забывается, его снова имеют, как я понимаю. Правда теперь или кляп ему в рот засовывают, или научили молча ублажать Верхнего. Меня все эти их иерархические разборки мало волновали. Главное чтобы драк не было.

Но со Стийвом все, конечно, будет иначе. Вечером надо решить эту проблему.

— Лучше скажи мне, сестричка, почему ты не в лагере?! — перевела я разговор на другую тему.

— А я простуженная! — гордо заявила Айни, демонстративно несколько раз покашляв.

Хмыкнув на эти жалкие потуги, я снова встала с кровати, чтобы идти помочь накрывать на стол. В дверях я развернулась и посмотрела на Стийва. Он стоял в центре комнаты, нахмурив бровки, такой задумчиво-потерянный, что мне даже стало его жаль.

— Пойдем, солнышко, я тебя с семьей познакомлю.

Глава 8

Стив

Девчонка влетела в комнату абсолютно не вовремя. Что-то явно не судьба мне узнать правильный ответ на свой вопрос. На корабле всегда был шанс спокойно пообщаться наедине перед сном, но тут, похоже, ничего подобного не предвиделось.

Юйшайра, кружащаяся вместе с сестрой по комнате, была такая удивительно… воздушная, что ли… веселая, глаза сверкают счастьем, на лице радостная улыбка… Я сразу вспомнил, как мы встречали отца из командировок с других планет. Мама сама готовила праздничный ужин или обед, потом я и Марисоль накрывали на стол и выбегали во двор, ждать. Он приезжал, целовал маму, обнимал сестру и улыбался мне. В отличие от мамы отец редко меня гладил, даже маленьким. Но он не задумываясь отдал мне на восемнадцатилетие долю в своем бизнесе. И очень гордился, когда я, еще не успев закончить университет, отделился от него, забрав часть его клиентов и набрав своих. Вот моими личными он гордился даже больше меня. Правда, попутешествовать по планетам я как следует не успел, к сожалению. Еще бы два-три года, и я как антиквар поднялся бы на новый уровень. А так я успел набраться опыта как добытчик заказанных редкостей и стать довольно-таки неплохим оценщиком.

Сестра Юйши довольно бесцеремонно прервала мои воспоминания: «А он правда настоящий инопланетник?!» Я почувствовал себя очень неуютно под пристально-изучающим взглядом этого ребенка, как будто перед ним чудо-юдо какое-то. А дальше дите выдало такое, что я почти на минуту забыл, как дышать: «А Зэйх его так же поимеет, как Гайнзи и Ийку?».

Тикусйо! Подозревал же, что этим все закончится. А меня кто- то спросил?! Сейчас так вот сразу раком встал и дал себя трахнуть! Как же я ненавижу местных, повернутых на сексе… Маньяки и садисты. Все. И мужики, и женщины. Но легко я им не дамся. Нет уж! Никаких Зэйхов в моей заднице не будет! Сбегу… Марисоль почти пристроена. Так что просто сбегу и все.

— Пойдем, солнышко, я тебя с семьей познакомлю, — ласковый голос Юйши пробился в мой паникующий мозг, и я попытался принять как можно более непринужденный вид. Можно подумать, для меня откровение, что тут все через задницу. И чего я так сразу сдаюсь- то? Может, этот Зэйх неплохой парень, и мы с ним полюбовно договоримся. Жаль сбегать, если честно. Я тут на законных основаниях целый месяц обитать могу. Спокойно проследить, чтобы Марисоль хорошо устроилась. А потом в этом их ДИСе объявить, что мне Венга не понравилась, и улететь на родную Землю с новыми документами… Да я даже Юйше потом деньги верну! Чтобы меня совесть не мучила. Главное, вывернуться от имения меня кем бы то ни было, кроме нее.

Мы вышли из пристройки, прошли мимо индюшек, замаскированных под кур, поднялись на крыльцо и вошли в центральную дверь. После узенького коридорчика мы попали в просторную светлую комнату. Три окна слева от входа, во двор с индюшками, и два окна у противоположной стены. В углу — почти вертикальная лестница наверх, на второй этаж, и дверь во вторую пристройку. Судя по активному движению от этой двери к большому столу в центре комнаты и обратно — там кухня. А еще — пахнет удивительно вкусно и … я, кажется, проголодался.

Стройная высокая женщина, ненамного старше Юйши, вытерла руки об передник и ласково улыбнулась: «С возвращением, доченька!», оценивающе посмотрела на меня, потом вопросительно на Юйшайру, но тут же замахала руками: «Постой, ничего не рассказывай, пока отец с поля не прибежал!». В это время мелочь прошмыгнула к столу, схватила что-то с тарелки и быстро запихала себе в рот.

— Айнийка! Как ты себя ведешь при посторонних! — девочка тут же стала напоминать помидорку или ту ягодку, которую она быстро-быстро пережевывала у себя во рту.

Юйша

Мама только двинулась в мою сторону, чтобы обнять и поцеловать, как Айни, увидев любимую ийтиглу, не смогла удержаться и тут же кинулась к тарелке. Конечно, есть прямо с грядок ей сейчас не дают — ягодок пока мало, не сезон. Их явно собрали по случаю моего приезда.

— Айнийка! Ты же девочка! Где твое воспитание? На тебя же посторонний мальчик смотрит! — мама осуждающе нахмурилась, хотя я видела, что она совсем не злится. Просто всегда, за все шалости, совершенные бегающей по хутору ватагой ребятни, страдала старшая девочка. Женщина всегда должна быть примером хорошего поведения, оплотом спокойствия и уверенности, олицетворением разумности и рассудительности. «На вас смотрят мальчики!», «С вас берут пример мальчики!», «Не учите мальчиков плохому!»… С детства, чуть ли не с рождения, мы в ответе за своих ровесников, с которыми вместе шалим. Лазаем в чужой сад за финиками и инжиром, просто потому что это приключение. Пугаем ночью бабушку-няньку, подвывая у нее под окном. Кладем лягушку в корзинку с фруктами для пикника, на который собираются тайком сбежать очередные влюбленные, и потом крадемся следом, чтобы с наслаждением вслушиваться в восторженно-испуганный вопль парня, когда его рука вместо апельсина натыкается на слизкое холодное нечто, быстро выпрыгивающее и исчезающее в кустах. И при этом всегда помним, что если взрослые нас поймают, мальчишек, скорее всего, вообще не накажут, ну или просто выпорют. А вот двум-трем старшим девочкам достанется гораздо суровее.

Я обняла маму и поцеловала ее в пахнущую ванилью и корицей щеку. Сегодня традиционно, по случаю моего приезда, будет мой любимый пирог с ананасами.

Ийнни и Ийка, радостно поприветствовав меня, продолжали мелькать на кухню и обратно. Я уселась на свое любимое кресло, уже поставленное возле стола. Стийв тихо подкрался ко мне и, примостившись на полу у моих ног, заглянул мне в глаза. Улыбнувшись, я убрала челку с его лба, легонечко пальчиками провела по щеке, потом прорисовала контур сначала левой, потом правой бровки. От переносицы до виска. Нежно, едва сдерживая довольную улыбку собственницы. Мой!

Чей-то пристальный взгляд прожег мою спину и, обернувшись, я увидела Зэйха. «Госпожа!» — низкий поклон, и самый старший из моих наложников уже сидит рядом со мной, на лавке, и хмурит брови, глядя на мое солнышко. Тут же материализуется Гайнзи и опускается на колени с другой стороны от Стийва.

Хитро улыбнувшись, я взглядом показала моему найденышу на место рядом с Зэйхом: «Садись!». Настороженный взгляд серо-голубых глаз в мою сторону, потом внимательно-оценивающий на отодвигающегося поближе к центру Зэйхайрийнэ, быстро сообразившего, что ему следует занять место рядом с главным мужчиной в семье — моим отцом.

Пока Стийв усаживается на лавку, я, глядя на него, с трудом удерживаюсь от смеха. Напряжение так и витает над ним — спина прямая, как будто он бамбуковую палку проглотил, взгляд устремлен в одну точку — на край стола, кулаки сжаты. Странно. Отвыкнуть есть со всеми за общим столом он так быстро не мог. На секунду закрыв глаза, мой мальчик поправляет что-то в своих сбившихся настройках, и вот передо мной снова мое самоуверенное солнышко, спокойное и улыбчивое. И что это с ним такое было?!

Стив

Сидя на коленях возле Юйши и полуприкрыв глаза, я внимательно следил за появляющимися в комнате мужиками. Мелкое недоразумение, уже мелькающее по комнате, когда мы туда вошли, я из списка потенциальных проблем вычеркнул сразу. Не больше семнадцати, ромашка нежная, садовая. Глазищи в пол-лица и неотрывный влюбленно — преданный взгляд на девчонку его же возраста, тоже сестру Юйши. Ему нет никакого дела до меня и до моей женщины.

Потом появился мужчина лет сорока, дядя Мойшэ. Похоже, и правда дядя. Крупный, широкоплечий блондин с волосами чуть длиннее моих. Оценивающий взгляд зелено-серых глаз в мою сторону, и он полностью переключил свое внимание на вошедшую вместе с ним довольно- таки моложавую даму с ярко выраженным семейным сходством со всеми присутствующими тут женщинами. Дама в мою сторону даже не посмотрела, но Юйше обрадовалась, как родной. Ее более молодая копия, примерно моих лет, заинтересованным взглядом меня удостоила, но только не как на существо противоположного пола, а как на вещь, чье предназначение не совсем понятно.

И тут появились двое, знакомства с которыми я так опасался. Первый, высоченный мускулистый парень, явно постарше меня, плюхнулся на стоящую у стола лавку, и его коленка оказалась в нескольких сантиметрах от моей спины… В опасной близости от другого, стратегически важного и дорогого мне места. Второй грациозно опустился на пол, с другой стороны от моей… нашей хозяйки. Красивый, тонкий, гибкий, с виду тянущий на те же лет шестнадцать-семнадцать, как и ромашка. Только во взгляде, которым меня одарили, было столько злобы и презрительной самоуверенности, что у меня руки сами по себе в кулаки сжались. Расквасить бы сейчас эту наглую морду… Но нельзя. Пока — нельзя.

— Садись! — Юйшайра кивнула мне в сторону лавки, на место рядом со старшим парнем. С наслаждением планируя, что я сделаю вечером с мелкой дрянью, нагло положившим голову на колени моей женщины, оценил второго своего соперника. Вернее, первого. М-да. Дрянь-то даже я, не очень любящий драки, завалю почти сразу. А вот с этой жилисто-мускулистой дылдой придется поэкспериментировать.

Тут наконец явился отец Юйши, обнял и расцеловал бросившуюся ему на шею дочь, потом очень внимательно оглядел меня. Встретившись со мной взглядом, удовлетворенно хмыкнул, и праздничный ужин наконец-то начался.

Юйша

Как приятно быть снова в кругу родных, пить домашнее вино, есть вкусный, еще горячий пирог, улыбаться матери и отцу, иногда переводить взгляд на сестренок или на семейство тетушки. Как же я по ним всем соскучилась! Да и по мальчикам своим тоже…

Зэйх довольно спокойно отреагировал на то, что я сразу позволила Стийву сесть со всеми вместе. Понятно, что инопланетный парень не будет долго без дела, мужчины быстро определят, для какой работы мое солнышко больше всего пригоден, и найдут ему применение. В конце концов, даже если будет вместе с Ийкой по дому хозяйничать — тоже помощь. Это только Гайнзи до сих пор не заслужил права сидеть за столом. Валяется в кровати до полудня, потом красуется возле зеркала, а вечерами соблазнительно танцует в прозрачных одеждах. Зато, когда к тетушки Лийзи прилетают гости, ей есть кем перед ними похвастаться.

Тройка тетушкиных наложников, обученных при борделе, с моим Гайнзикэ, конечно, не сравнится. Этот маленький соблазнительный обольститель так крутит бедрами и изгибается в танце, что возбудит и фригидную любительницу девочек.

Откинувшись на спинку кресла, я погладила сидящего у моих ног мальчишку: «Станцуй, Гайнз!». Ийка тут же принялся прямо по столу отстукивать какой-то заводной ритм… Зэйх, положив руку на колено Стийву, что-то увлеченно ему рассказывал, иногда поглядывая в мою сторону и улыбаясь. Мне было абсолютно, бесконечно хорошо. Тепло, уютно, легко. Я была дома.

Стив:

Старший мужик у Юйши оказался вполне нормальным парнем, и быстро сообразил, что я в их местных кулинарных изысках ничего не смыслю. На корабле еда была другая, более понятная. А тут вроде бы с виду мясо, а куснул — что-то сладкое оказалось. Так что меня тихо, шепотом, ознакомили с меню, дали глотнуть из своего стакана какого-то кислого напитка. На мою выразительную мимику злостно усмехнулись и налили в кружку чего-то похожего по вкусу на молоко с ванилью. И только когда мне тихо пододвинули тарелку с кусочком пирога, я заподозрил недоброе и на всякий случай предупредил, что ухаживать за мной бесполезно — я к мужчинам равнодушен. А если ему там по иерархии чего надо сказать или как-то прогнуться, то я готов, но мимо секса.

Зэйх развеселился и увлеченно начал мне втирать, что без секса ну никак не получится. У задницы память лучше.

— Тебе госпожа замечание делала?

— Делала, — кивнул я.

— Ты потом по новой почти сразу же ту же ошибку повторял? — уточнил он, с ехидной улыбкой медиума-предсказателя.

Я снова кивнул, чуя этим самым задним местом с хорошей памятью, куда он клонит. И точно:

— А тебя госпожа уже хоть раз порола?

— Да, но ты не сравнивай…!

— Но ведь потом долго бедокурить не тянет, согласись? — проигнорировав мои попытки намекнуть, что порка от Юйши и трах в задницу несколько разное, продолжил Зэйх, хлопнув своей ладонью мне по колену.

— Да ты пойми, я ничего против того, что ты главный, не имею и переворот устраивать не собираюсь… Давай без этого договоримся. Меня выворачивает всего только от мысли, понимаешь?

Зэйх скептически хмыкнул, оглядывая меня:

— И что, ни разу мужчины к тебе не лезли?

Я отрицательно помотал головой:

— У нас принято улаживать дела словесно или финансово, — улыбнулся, стараясь даже не думать, что я сделаю с этим классным парнем, если он попытается мне вставить. Надо его уговорить отказаться от этой идеи, во чтобы то ни стало.

— Да я не о делах! Ты симпатичный парнишка, неужели на Континенте никто на тебя из мужиков глаз положить не пытался?

Я демонстративно пожал плечами:

— Однополые отношения у нас не так популярны, как на Венге.

— Уходишь от ответа, Стийв, — неодобрительно хмыкнул мой собеседник, и я слегка покраснел, сделав вид, что с интересом смотрю, как мелкая дрянь бедрами накручивает, типа танцуя. Краем глаза я приглядывал за Юйшей, мне она безумно нравилась вот такой, расслабленно — домашней, с какой-то загадочной полуулыбкой. Попытался представить ее матерью большого семейства, вокруг четверо или пятеро детей, я…

Зачем ей я? Зачем она мне…? Я улечу отсюда через месяц! И моя задача сейчас уговорить Зэйха меня не трахнуть! Я оторвал взгляд от вихляющейся задницы Гайнза и совершено серьезно произнес:

— Понимаешь, если ты попробуешь меня поиметь, я тебе этого не прощу и буду пытаться отомстить. Получится у меня или нет — дело десятое, но думаю, Юйшу мои попытки очень расстроят. Ты умный мужик, давай закрепим договор как-то иначе, не членом в задницу?

Похоже, человек наконец понял, что я не шучу и не кокетничаю.

— Не Юйша, а госпожа, — уточнил Зэйх, пристально изучая меня, как будто только что увидел.

Я ненадолго отложил в сторону маску безобидного зайчика, и мы от заигрывания перешли к нормальному обсуждению правил, которые мне надо будет соблюдать. Меня все устраивало. Удобно иметь рядом человека, с которым можно посоветоваться, зная, что у него нет против тебя камня за пазухой. Ревновать он меня не собирался, и если я провоцировать и говниться не буду, то у нас будут ровные приятельские отношения. Уф! Минус одна проблема.

Осталось наладить контакт с мелкой дрянью. Но там явно все будет не так просто, как мне бы хотелось.

Юйша

Выслушав пересказ всего интересного, произошедшего в мое отсутствие, и в красках рассказав о своих приключениях, тактично утаив некоторые подробности про Стийва, но упомянув про Марисоль, я решила, что пришло время расходиться. Уснувшую час назад Айнику дядя уже отнес наверх. Ийнни тоже уже клевала носом, но упорно сидела, отстаивая право называться взрослой. Я посмотрела на зевающего уже третий раз подряд отца и, поцеловав еще раз и его, и маму, пожелала всем спокойной ночи.

Кивнув всем троим мальчикам, чтобы следовали за мной, прошла к себе в комнату, и,

усевшись в кресло, внимательно оглядела свой пополнившийся гарем.

Гайнз сразу у двери опустился на колени и подполз на четвереньках к моим ногам. Зэйх, прислонившись к стене и склонив голову, ожидал дальнейших приказаний.

Мой взгляд пересекся со взглядом серо-голубых глаз Стийва. Он совершенно спокойно, почти плечом к плечу, стоял рядом с Зэйхом. Удивительно, но контраст между ними был не так уж сильно заметен. Да, мое солнышко был худенький, жилистый, но на руках красиво перекатывались мышцы, и животик… возбуждающе привлекал мое внимание. А мой старший мужчина был выше и шире в плечах, мышцы на руках заметнее. Но при этом я видела, что еще года два-три и они сравняются. Возможно, Стийв догонит Зэйха даже в росте. Только будет ли мой мальчик тут, со мной, через два года?

Гайнз ластился, терся щекой о мою коленку, настойчиво вымогая ласку. Судя по презрительному взгляду в его сторону, мое солнышко явно не одобрял такое поведение.

Стив:

Я смотрел на Юйшу и мурлыкающую у ее ног мелкую дрянь, вызывающе поглядывающую в мою сторону. Во мне боролись противоречивые чувства. Похоже, я ревновал, причем непривычно для себя — слишком эмоционально. Мне хотелось схватить этого Гайнзикэ за волосы и оттащить от моей женщины. А еще хотелось пошалить, тоже упасть на колени и подползти к Юйше с другой стороны, и посмотреть, кого из нас она выберет. Надо было быть слепым, чтобы не заметить, как она пристально изучала меня, раздевая взглядом. Я, правда, не был уверен, хочу ли я унижаться при парнях. И было очень интересно, накажут меня за драку или нет.

Наверное, впервые в жизни мой разум, отчаянно пытаясь взять управление на себя, проигрывал в борьбе с эмоциями. Обычно ему даже сильно уговаривать меня не приходилось. А сейчас он вопил о том, что моя задача — слиться со стенкой и не привлекать к себе внимание. Радоваться, что Юйша развлекается с другим парнем. Стать незаметным и прожить тут тихо месяц, не высовываясь и не отсвечивая. Разум уговаривал меня, как маленького, рассказывая, как мне повезло по всем пунктам, сразу и оптом. Марисоль почти пристроена. Я законно свалю отсюда через месяц. И вот теперь еще к моей женщине ластится другой парень, и мне не надо будет сидеть перед ней голым с зажимами на сосках и дрочить, глядя ей в глаза.

Почти сразу разум понял, что последний аргумент был лишним. Но было уже поздно. Воображение постаралось почетче отрисовать картину Гайнза, с которым проделывают то, что делали со мной на корабле… Вопли в голове, что до меня с ним, наверное, чего только не делали, я уже слышал через плотную стену. Эмоции взяли верх над разумом, и дальше я действовал на уровне инстинктов.

Юйша:

Поглаживая Гайнза, я внимательно наблюдала за Стийвом. Зэйх так же внимательно следил за мной, напряженный и готовый мгновенно отреагировать. Всегда больше всего ценила в нем именно умение чувствовать меня, понимать с полувзгляда. Поэтому я выкупила его, еще совсем мальчишкой, у дальней родственницы одного из аристократических Домов, иногда отдыхающей у тетушки Лийз, "по дружбе". На него ушли мои самые первые большие деньги, полученные мной еще старпомом. По тестам из него получился бы идеальный техник. По призванию Зэйх ветеринар. Я оплатила его второе образование, чтобы у него был выбор. Для меня он больше сын, младший родственник, чем мужчина.

Гайнз — милая игрушка, питомец, зверушка для забавы и престижа. А вот Стийв…

И тут мое солнышко, тряхнув челкой, дернулся в сторону милой игрушки, но сильные руки Зэйха тут же обхватили его, удерживая и не давая совершить глупость.

Ласково выпроводив Гайнза из комнаты, я подошла к Стийву, замершему, смотрящему в пол и дышащему тяжело, как загнанный зверь. Полюбовавшись, как его грудь поднимается, делая глубокий вдох, поняла, что меня это очень возбуждает.

— Зэйх, обещай, что не тронешь его без меня!

— Да, госпожа, не переживайте, мы с ним уже договорились, — продолжая удерживать Стийва за плечи, успокоил меня мой старший… Нет, не так. Мой Старший по гарему. В конце концов, под его началом Ийка, Гайнз, теперь я еще и Стийва притащила. Так что не просто старший мальчик, а Старший.

Приподняв голову моего солнышка за подбородок, я заставила его посмотреть мне в глаза, и от его взгляда мне стало немного не по себе. Ну ничего, я знаю одно верное средство от приступов умственного помутнения.

Пожелав Зэйху спокойной ночи и поцеловав его в висок, перед тем как выставила за дверь, я вновь уселась в кресло и призвала на помощь все свое самообладание. Несколько раз, как мантру, прошептала про себя: "Не жалей плеть для раба своего, обучая его и снимая вину. Плеть и обличение дадут ему мудрость. Раб, оставленный в небрежении, принесет стыд и позор своей госпоже. Кто жалеет плеть, тот ненавидит раба своего, а кто любит, тот с детства наказывает его. Исправительная плеть удалит от сердца раба любую привязавшуюся к нему глупость. Не жалей плетей и наказывай раба своего, доколе есть надежда, и не возмущайся криком его".

После четвертого повтора я была готова приступить к воспитательному процессу, ведь надежда у меня была.

— Разденься!

Стив

Интересно, я всегда был немного извращенцем или не уследил, и сломался за неделю? Хотя вряд ли нормальный парень будет смотреть порновидео с Венги больше чем один раз, для удовлетворения любопытства. А я смотрел довольно часто, возбуждаясь, запоминая подробности, бурно кончая потом под душем. Нет, я никогда не мечтал оказаться на месте тех парней. Идеальное послушание и покорность — не мое, абсолютно. Но что-то меня манило, соблазняло, заставляло пересматривать свою коллекцию порнороликов, да еще и регулярно пополнять ее.

А неожиданный всплеск ревности вообще вогнал меня в состояние ступора. Когда мне на плечи опустились руки Зэйха, удерживая от рывка в сторону Гайнза, я даже не сопротивлялся. Да я вообще не понимал, почему так взбесился. Никогда раньше не ревновал так, до пелены перед глазами и помутнения в голове. Хорошо, что в себя пришел почти сразу. Но мелкую дрянь я потом в углу зажму и проучу, обязательно. Только спокойно, с чувством, с толком. Чтобы боялся лишний раз взглянуть в сторону моей женщины.

Но ревновал я к очень извращенным ласкам. По- хорошему кипятком же от счастья писать должен, что кому- то вместо меня вся эта радость — порка, вибраторы, зажимы, дрочилово на коленях — достанется. А у меня кулаки сжимаются, как только представлю, что Юйша в эту вертлявую задницу пальчики свои вставляет.

— Разденься! — ну вот, сейчас получу по полной программе. Все мне достанется, весь комплекс развлечений. Раз делиться не захотел, идиот!

Юйша

После того как мой мальчик разделся, я еще минуту потомила его, любуясь. Правда, взгляд при этом состроила сурово-осуждающий, чтобы проникся — снова наказывать буду. Второй раз за день. Когда его член стал увеличиваться и приподниматься, махнула рукой в сторону кровати: "На спину ложись".

Стийв недоуменно посмотрел на меня. Потом вспомнил и слегка побледнел:

— Госпожа…? Я же ничего не сделал…

— Потому что тебя Зэйх удержал, — говоря это, я одновременно, крепко привязывала скрещенные в запястьях руки Стийва к спинке кровати. Мой мальчик тихо всхлипнул, встретившись со мной взглядом, попытался улыбнуться, но уверенного спокойствия в глазах не было.

— А может, все- таки засчитаем за проявление излишней эмоциональности?

Я хмыкнула и отрицательно помотала головой.

— Это был приступ ревности, мой хороший. Прими это как факт и подумай над тем, насколько такое поведение нарушает наш с тобой договор.

Мальчишка возмущенно фыркнул, а кончики ушей запылали:

— Я же послушно лежу и не рыпаюсь. Хотя знаю, что вы будете со мной делать!

После того как я строго посмотрела на него, румянец уже полностью захватил ушки и перешел на щеки, и, после тяжелого обреченного вздоха, мое солнышко выдавило из себя: " Госпожа…"

Потом мне состроили жалобно-виноватую мордочку и снова попытались улыбнуться: "Ну, пожалуйста! Давайте лучше пятьдесят ударов по заднице, а?"

Стив

Я до последнего надеялся, что она не серьезно. Что я вот сейчас немного поунижаюсь, побоюсь показательно, и меня простят. Ну, вернее, выпорют, конечно, но привычно. Ремнем по заднице. Тикусйо! Размечтался!

Я лежал на кровати, голый и с широко разведенными ногами — ничего необычного, кроме того что у Юйши в руках была такая же многохвостая игрушка, которой меня пороли утром. И она взмахнула ею, глядя на меня. Я видел, что хвосты эти даже края кровати не заденут, будет только свист и движение воздуха рядом со мной. Но яички от страха все равно сжались, а член, зараза, наоборот, бесстыдно рванул вверх.

Меня несколько раз в драках ногой по яйцам били, искры из глаз и боль такая, что на секунду выключает из реальности. А сейчас будет не один, и даже не два удара. Я же кончусь тут… Тикусйо! Вслух хотя бы считать не заставили!

Юйша

— Будет пять ударов. Считай вслух. Четко.

Размахнувшись, я покрыла ленточками флоггера сразу весь ствол и мошонку. Мальчишка дернулся и застонал через плотно сжатые губы. Потом глубоко вдохнул и прошептал: "Раз". Молча смотрим друг на друга. Полминуты тишины. Потом: "Госпожа!". Не прокатит, мой хороший. С такой интонацией Зэйх: "Тля!" произносит. Снова смотрим друг на друга. Наконец Стийв не выдерживает: "Простите. Один, госпожа!".

Напоминаю себе, что я наказываю его для его же блага. Делаю следующий замах. Свист. Удар. Стон. По оголенной головке, конечно, дико больно. Согласна. Не понятно, почему возбуждение у моего солнышка не спадает, а наоборот, как будто усиливается.

"Два, госпожа". Ты у меня умница. Ты выдержишь. Ты запомнишь. Ревности среди мальчиков быть не должно.

Замах. Свист. Удар. Стон. Почему член все еще стоит?! "Три, госпожа".

Снова замах… "Четыре, госпожа".

Стив

— Пять, госпожа, — сквозь сжатые зубы процедил я. Тикусйо! Я выдержал.

— Отвязывать меня сейчас рано, — прошептал я склонившейся надо мной Юйше. Ее нежные пальчики ласкали мой член, втирая в него лечебное масло. Вот они прикоснулись к мошонке, и внутри меня что-то приятно замерло. Мне нравилась эта игра, когда мои яички то сжимали, то гладили. Я бы не отказался еще и от прикосновений губами. У меня последние три ночи просто навязчивая эротическая фантазия — Юйша, делающая мне минет. Причем я бы не отказался сделать ей куни. И вообще разнообразить нашу сексуальную жизнь не помешало бы. Я закрыл глаза, наслаждаясь скольжением колечка из пальчиков по члену и просто крича мысленно: "Ну хоть раз! Язычком! Губками! Ну, пожалуйста!!".

Бесполезно. Но не важно. Пальчиками тоже приятно. Нежно по головке, вокруг дырочки, так, что дрожь пробирает. Потом плотным кольцом вверх и вниз, вверх и вниз. "Быстрее… Юйш… Госпожа! Быстрее же!" Зря, как обычно, зря я раскрыл рот. Скольжение по стволу стало медленным-медленным, но при этом вокруг головки ласково порхал мизинчик, поглаживая дырочку и слегка проникая внутрь.

Я выгибался, извивался, стонал, но молчал. Тикусйо! Если сейчас снова что-нибудь ляпну, кончить не дадут еще часа два. А меня уже просто разрывает! "Юйша! Пожалуйста! Кончить хочу!" Я это вслух сказал?! Нет? Какой я молодец…

Юйша

Стийв кончил, как всегда, бурно, выгнувшись дугой, и потом упал обессиленно, закрыв глаза. "Юйша…" Ну вот что мне с ним делать?! Вместо того чтобы научиться произносить: "Госпожа" без пауз и заминок, это чудо стал называть меня по имени. Причем с таким чувством, что выдрать за это рука не поднимается.

— Ты понял, за что я тебя наказала, солнышко?! — строгим голосом спросила я.

— Да. Госпожа, — мне наконец- то улыбнулись, привычно, самоуверенно-спокойно. — За то, что я при вас попытался устроить сцену ревности.

— Стийв! — я серьезно посмотрела ему в глаза, но в этот раз мне не удалось переглядеть свое солнышко. Мальчишка не сдался:

— Я запомнил, что при вас сцену ревности устраивать нельзя.

"При вас" было выделено голосом, и я поняла, что придется просить Зэйха присмотреть за моим гаремом.

— Если у Гайнза будут на тебя жалобы или следы …

— Не будут, — что- то убежденный тон Стийва меня не успокоил. И взгляд мне его не нравится.

Хотя пусть мальчики сами разбираются. Физические вмешательства Зэйх пресечет, а остальное меня не волнует. Гайнз еще та языкастая зараза. Вывернется.

Глава 9

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ:

Стив

Я сегодня провел весь день под присмотром Зэйха. И он между объяснениями разных дел, которые могут выполнять мужчины без образования, типа меня, очень убедительно доказал, что бить Гайнза не стоит. И не потому что потом накажут — это меня мало беспокоило. А потому что бессмысленно — по назначению его Юйша почти не использует. Конечно, меня больше бы порадовало, если бы его "совсем" не использовали, а не "почти". Но и так, в конце концов, тоже неплохо.

Про себя Зэйх тактично умолчал, но я видел, как его вчера поцеловали. Со спокойной любовью, без страсти. Как родственника. А может он и есть родственник — тут вроде такие вещи, как инцест, норма.

Больше всего толку от меня было в их деревенской мастерской. Техника у них сельскохозяйственная, конечно, допотопная. Но часть вполне новье, с мануалом, схемами, телефонами производителей. Последнее мне вряд ли пригодится, но все равно забавно. По всей цивилизованной части галактики эти машины сняты с производства еще лет пятьдесят назад. А тут новенькие такие, только с заводского контейнера.

Зэйх с гордостью сообщил, что на их хуторе старье не покупают. В отличие от какого-то там, с названием из непроизносимых наборов букв, оказавшихся фамилией живущих там людей. Вот на том хуторе покупают технику не на рынке, новую, а на техносекондхенде, грубо говоря. Тикусйо! Да у них тут сельское хозяйство совсем в заднице. Как, впрочем, и все остальное.

Хотя после экскурсии по полям и садам, я был готов признать, что задница вполне себе цветущая такая. Красивая и откормленная.

Хорошо тут было. Воздух чистый, птицы в небе, рыба в озере, леса кругом.

Что меня убило, так это то, что все женщины с оружием ходят. Начиная от соплюшек лет тринадцати-четырнадцати.

— В лесу зверья полно. На людей, конечно, не кидаются, а вот на коров тех же могут запросто. А уж свиньи и кундейки, вообще, просто как приманка работают. Некоторые хутора коз и овец разводят, так там даже пастухи-мужчины с оружием ходят. Грызуны опять же, редкие гады! Могут весь урожай загубить, если не отстреливать иногда. К тому же суп из зайчатины вкусный очень.

Несмотря на пояснение Зэйха, бродящие с огнестрельным оружием женщины меня напрягали. Мое чувство безопасности стенало, при виде такого количества обезьянок с гранатами. Ну не мог я их воспринимать как сильный пол! Юйшу с ее командой еще как- то уважать научился, все-таки военные почти. А тут хутор, поля, сады и куда не глянь — селянка с автоматом. Бред!

А поведение местных ребят лет двенадцати-четырнадцати окончательно взорвало мой мозг. На поляне сидели пять девочек и общались между собой, а рядом столько же парнишек собирали цветочки и плели веночки. Потом, робко взглянув в глаза своей избраннице, водружали ей этот веночек на голову, получив за это небрежный шлепок по заду или ласковое поглаживание по макушке.

Зэйх тихо ржал, пока я наблюдал из-за забора за этим сюрреализмом. Я следил за ребятами, Зэйх за мной. По ходу еще и вываливая на меня очередной мешок информации.

В итоге, когда я смог оторваться от этого зрелища, то окончательно смирился, что здесь все вывернуто наизнанку и надо искать пути к отступлению. За месяц я тут сдвинусь, это точно.

Но мой внутренний разлад, начавшийся вчера, продолжал прогрессировать. Ум, практичность и эмоции, как в древней басне, тащили меня в разные стороны. Причем не скажу, чтоб у меня раньше подобного не происходило. Бывали иногда приступы ненужной эмоциональности, но я их быстро призывал к порядку. Практичность, предусмотрительность и полезность. Еще со школы я следовал этому правилу трех П, держа все чувства под строгим контролем. Меня нельзя было спровоцировать на драку простым оскорблением. Я не велся на слабо и не влезал в споры между ровесниками. Я продуманно делал себе имидж холодной расчетливой, циничной сволочи. И мне это легко удавалось, потому что я именно таким и был. Всегда и во всем я поступал так, как мне было удобно и выгодно. У меня была одна слабость — моя мать. Вся моя доброта, мягкость, нежность достались ей. И теперь, когда ее рядом не было, их скопилось во мне слишком много. Они искали выход, а значит, был нужен объект, на который все это надо было излить. Из последних сил я сдерживался, не давая себе раскрыться перед Юйшей. Я и так слишком привязался к ней. А ведь через месяц мы расстанемся. Мы расстанемся, и я улечу на Землю. Выкуплю сам у себя бизнес. Начну новую жизнь с новым именем. Все будет отлично!

В итоге я снова достиг внутренней гармонии. Выдержит моя психика месяц окружающего сюрреализма. Ради законного отбытия с Венги и дальнейшей спокойной новой жизни — выдержит. А уж там заведу себе девушку нормальную и буду о ней заботиться. Дом куплю. Дети опять же появятся. Будет все как у родителей. Надежно. Всегда едины, всегда вместе.

— Стийв, у тебя все в порядке? — участливый голос Зэйха отвлек меня от планирования счастливого будущего.

— Все отлично. Просто задумался. Знаешь, давай вернемся к мастерским. Я выбрал. Там и мне интересно, и польза от меня будет. А в полях враскоряку ползать или по саду мельтешить — это не мое.

Юйша

Я целый день провела, разбирая заказы и выбирая сначала простые и прибыльные, потом от знакомых, которым нельзя отказывать, потом сложные, но очень выгодные. И наконец отобрала несколько просто интересных. Всегда мечтала побывать на Дрэ, например. Закрытая планетка, куда пускают только по пропускам. И вот мне предлагается на нее слетать, забрать какой-то ценный груз и доставить его на Венгу. Свой выбор именно моего корабля заказчица объясняла наличием общих знакомых. Надо бы не забыть спросить, кто ей меня порекомендовал. Но явно кто-то близкий, знающий, как я мечтаю посмотреть на гуманоидов-неко. Сумма оплаты едва покрывала расходы на топливо. Но за шанс побывать на Дрэ я готова была сама доплачивать!

Теперь надо списаться с Лайссой и Джейнни. Вдруг у них тоже что-то есть на примете. Составить маршрут полета, просчитать расходы, сделать необходимые закупки и после этого, с чистой совестью, отдохнуть недели две-три.

Хотя, с учетом того что у меня тут почти медовый месяц, придется или отдыхать 35 дней, или слетать недельки на две.

Да. Наверное, так будет правильнее. Две недели отдохнем, потом на две недели слетаем по работаем и снова две недели на отдых. Как раз неделю со Стийвом до посещения ДИСа побуду… Даже задумываться не хочу, что буду делать, если он подпишет отказ и улетит с Венги!

Договорившись с подругами, что завтра обеих жду у себя, я посчитала свою трудовую миссию на сегодня выполненной.

Стив

Обед прошел в теплой и дружественной обстановке. Полусонная дрянь сидела на коленочках на полу. Весь из себя тихий и незаметный. Есть он ничего не ел, только демонстративно зевал. Юйша была вся погружена в какие-то мысли, явно связанные с делами. Отец всегда так отстраненно улыбался, просчитывая в голове, какой из предложенных контрактов выгоднее заключить.

Остальные налегали на еду, изредка переговариваясь. Мы с Зэйхом молча уничтожили первое, второе, компот и десерт. Никогда не думал, что смогу так проголодаться, но полдня на свежем воздухе возбудили мой аппетит.

Отвалившись сытым питончиком от стола, я задумался. Мне бы как-то Марисоль проведать надо. Но после вчерашнего напоминать Юйше о ней — это как красной тряпкой перед быком помахать. Ну, я решил с Зэйхом как-то договориться, может, удастся тайком прокрасться. Ведь мне же только убедиться, что у нее все хорошо.

Но потом, еще чуть погуляв по хутору, мы плотно засели в мастерской, и я вспомнил про сестру только перед самым ужином.

Юйша

Вечером мои мальчики отчитались, что Стийв будет работать в мастерской. Отлично. Всего две женщины и пятеро мужчин. Хорошее место. Тем более что Зэйх там часто бывает — присмотрит.

Гайнз к ужину подкрасился, приоделся и проголодался. Хотя я уверена, что Ийка тайком кормил друга на кухне остатками обеда. Балует, вместо того чтобы помочь приучить этого совенка вставать нормально и есть со всеми.

Мои пальчики облизывали очень старательно и после каждого съеденного кусочка на меня смотрели голодным взглядом. Усмехнувшись, я внимательно поизучала стол, в поисках, чем бы еще угостить моего питомца. Боковым зрением отметила движение на лавке, где сидели Стийв и Зэйх. Резко повернувшись, успела оценить сверкание злобных молний из серо-голубых глаз моего солнышка. Но Зэйх тут же примиряюще улыбнулся: "Стийв очень любит те конфеты, на которые вы так пристально смотрели, госпожа. Вы же оставите их ему?"

Хмыкнув, я потянулась к вазочке, взяла пару конфет, по очереди развернула фантики и протянула одну конфетку Стийву, вторую Гайнзу. Пальчиков правой руки тут же коснулись губами, и сладкое лакомство мгновенно исчезло. А вот мое солнышко набычившись, почти минуту смотрел на протянутую практически ему под нос конфету и дышал, как загнанный зверек. И только после этого, глядя исподлобья мне в глаза, языком слизнул у меня с ладони уже начавший таять сладкий колобок и потом нежно прикоснулся губами к едва заметному шоколадному следу.

— Прости… — едва слышный шепот и снова поцелуй, теперь запястья. Шкода мелкая! Он же меня возбуждает, и довольно успешно. От губ Гайнза таких сексуальных разрядов по моему телу не проходит. Как же не хочется сегодня отправлять его спать в комнату к мальчикам! Но мне завтра очень рано вставать. Сегодня я не успела предупредить тетушку про эту кундейку инопланетную, но завтра это надо сделать обязательно. А то опять отчудит что-нибудь, а виноваты все вокруг будут. Так что надо поймать тетушку Лийззи еще до прилета подруг, на рассвете, пока она в поле не убежала. Потом ведь заболтаюсь и забуду.

Стив

Душевая кабинка в доме отсутствовала как класс. Тут все ходили мыться в баню, причем чаще компанией, по 2–3 человека. Баня — это такой отдельный домик из трех комнат. В одной надо раздеться. В другой стоят лавки, висят тазы, на стенах полки с шампунями и мылом, стаканы с зубными щетками и пастой. Несколько кранов и как раз ровно три душа. И еще там дико жарко. Ну, то есть я был уверен, что там дико жарко, пока Зэйх не затащил меня в третью комнату.

Там пар стоял стеной, ничего не видно! У меня даже глаза заслезились. А этот маньяк зачерпнул из бадьи ковшиком холодной воды, плеснул на раскаленные горячие камни, под которыми, за железной дверцей, бесновалось пламя. Все зашкворчало и зашипело. Пока я в ступоре смотрел на это, пытаясь прийти в себя и поскорее выскользнуть вон, Зэйх толкнул меня в сторону лестницы из лавок: "Лезь на третью!" Да я тут уже чуть не сварился заживо! Но меня настойчиво толкали в спину. Ругаться с ним у меня желания не было, а по-другому Зэйх отказов не понимал. Или делай, что сказано, или серьезно аргументируй, почему делать не будешь. Короче, залез.

Когда мне было сказано лечь на живот, я в очередной раз предупредил:

— Ты помнишь..?

— Да расслабься! В парилке минет делать классно, а вот трахаться неудобно, — хмыкнул успокаивающе Зэйх. И мечтательным голосом добавил: — Хотя я несколько раз Гайнзу вставлял…

Ну, я сильно расслабляться не стал. И правильно сделал. Мне по спине со всего размаху вязанкой из веток с листьями как вдарили..!

— Ты очумел совсем, что ли! — оторвав голову от лавки, я уставился на этого извращенца. — С чего ты меня пороть решил?!

А он хмыкнув: "Ляг и тащись!", продолжил меня лупить этими ветками. И ведь точно! Только я глаза закрыл и мышцы расслабил, сразу понял — это как массаж по ощущениям. Ремень по сухому телу идет, обжигает. А тут по распаренному, чуть иначе чувствуется. К тому же Зэйх только в первый раз сильно ударил. Пошутил. Потом он пошлепывал с усердием, но без фанатизма. Я разомлел от пара, массажа, в сон начало клонить… И тут мне на спину ведро холодной воды! Ненавижу! Извращенец хренов! Вырвал у Зэйха из рук веник, замахнулся, но он мне руки за спину заломал и в сторону стены кивнул: "Чистый веник возьми". А сам на мое место, на лавку лег. Ну, я его этим чистым веником от души отлупил и водой холодной окатил.

На его радостный вопль Гайнз нос свой в парилку засунул. Мы переглянулись с Зэйхом, схватили его за обе руки и затащили к нам. Раз пока морду начистить этой срани мне не дают, так хоть выдеру его от души!

А потом меня, чистого и помытого, Зэйх повел спальню мужскую смотреть. Было бы на что! Маленькая темная комнатенка между Юйшевыми личными "хоромами" и центральной столовой. Окошечко-амбразурка. Двухъярусная кровать. Шкафик на одну створку — "Гайнзово барахло!" Комод на три ящика — "Мои шмотки". Но зато отдельная дверь, правда, на задний двор.

Притащив с улицы какую-то палку, Зэйх за десяток ударов вбил ее в земляной пол и между ней и спинкой кровати повесил… гамак! Потом притаранил откуда-то тумбочку: "Тебе. Потом комод найдем!"

— А спать мне на нем, — я кивнул в сторону своего ложа, — всегда или тоже временно?

Зэйх пожал плечами:

— Кровать тут ставить некуда, сам видишь. Может, нас, по случаю расширения состава, в отдельную пристройку переселят. Надо будет госпоже намекнуть, если она сама не догадается.

Гайнз после бани куда-то исчез, и я ревниво хотел убедиться, что он не у Юйши. Поэтому, поблагодарив Зэйха за гамак и тумбочку, я вылетел во двор и покрался к окнам в комнату моей женщины. Игнорируя неодобряющий взгляд в спину. Я же не в дверь с ноги войти собираюсь, в конце концов?! Просто убедиться, что Юйша действительно спит, а не развлекается со сранью. Правда, что я бы стал делать, если бы это действительно было так, придумать не успел. Моя женщина лежала в кровати и читала, при свете ночника. Ее волосы уже были распущены, упругая грудь полуприкрыта одеялом… Красавица! Моя!

Полюбовавшись таким родным и привычным еще с корабля зрелищем, я вновь вспомнил про Марисоль.

— Зэйх, а никак нельзя тихо-тихо пробраться в большой дом? У меня там сестра. Я за нее волнуюсь.

ДЕНЬ ВТОРОЙ

Юйша

Встав с солнцами, я дошла до дома тетушки Лийз. Попивая утрений тайшу со свежевыпеченными рогаликами, мы мило побеседовали. Удивительно, но девчонка тете понравилась. Тойн, само собой, был в полном восторге и наглядеться на нее не мог. Но я постаралась, как могла, объяснить, что это — неприспособленное к нормальной жизни декоративное растение, практически как наложники у аристократок, если не хуже. И что за этой кундейкой нужен глаз да глаз.

Тетушка внимательно выслушала, покивала и, уже ставя пустую кружку на стол, спросила: "А тот мальчик, которого ты для себя привезла, он у тебя на вольном выпасе или на коротком поводке, как Гайнз?" Вопрос поставил меня в тупик, но в принципе, я же дала солнышку такие же права, как и Зэйху.

— На вольном выпасе, тетя. Он вчера полдня в мастерской был и сегодня пойдет помогать. Бездельничает у меня только Гайнз, поэтому и держу дома, чтобы другим работать не мешал.

Тетушка одобрительно покивала головой и потом пояснила свой интерес:

— Он вчера в ночи во дворе крутился, и, похоже, ему кто-то из малышей девчонку вызвал поболтать. Так я влезать не стала, решила, что сначала у тебя уточню. Только разговор послушала.

— И длинный был разговор? — я почувствовала, что начинаю злиться. В ночи, значит, к ней побежал, дождавшись, когда я усну!

— Да нет, — тетушка улыбнулась, глядя на меня. — Мальчишка спросил, как она тут, нормально все и не обижаем ли мы ее. Девчонка сказала, что все хорошо. Всем довольна. Пообещала себя хорошо вести, и они разбежались.

Я поблагодарила тетю, еще раз уточнила, что Стийв свободен в пределах хутора, и побрела домой. Настроение было отвратительное, причем непонятно почему. Вроде разговор был вполне невинным, но что-то царапало. Раздражало, как воспаленная заноза.

Злило, что тайком, без спроса, ночью!

Стив

Вылетая во двор, на ходу завязывая штаны, потому что безбожно проспал, хотя Зэйх меня пытался разбудить перед уходом, я столкнулся с возвращающейся откуда-то Юйшей. Она была очень похожа на огнедышащего дракона, и я искренне пожалел, что не успел свалить пораньше.

— Быстро ко мне в комнату!

Тяжело вздохнув, я поплелся за ней следом, вошел и встал в дверях, смотря в пол. Юйша быстро прошлась по комнате: поправила покрывало на кровати, переставила безделушки на полках, потом в окно уставилась.

— Кто-то видел, как я ночью встречался с Марисоль, и рассказал вам? — сыграл я в Капитана Очевидность.

— Да, — кивнула Юйша и присела в кресло. Бочком как-то. Спина прямая, сама напряженная вся.

— Опять пороть будешь? — обреченно уточнил я. Тикусйо! Как меня это все укачало, кто бы знал!

Моя женщина вдруг расслабилась, откинулась на спинку кресла, закинула ногу на ногу, и в глазах у нее, — вот честное слово, не померещилось! — мелькнули искорки смеха.

— Буду! Обязательно буду! Но не за ночное свиданье с Марисоль.

— Да какое там свидание! — я от возмущения даже голос повысил. Потом до меня полностью ее ответ дошел, и я уточнил:

— А за что, если не за свидание?

Юйша как-то проказливо улыбнулась, сразу став младше лет на десять, легко поднялась с кресла и, подойдя ко мне, растрепала мне волосы и потом щелкнула по носу:

— Когда я ко мне на «ты» обращаться разрешила, а, Стийв?

Тикусйо! Во я расслабился! На корабле все время в тонусе был, за каждым словом следил. А тут на третий день на «ты» перешел.

— Простите, госпожа, это я от волнения, — смущение мне даже стараться изображать не пришлось. Действительно краснеть начал, от злости на себя. Надо же было так забыться!

— Вы меня прямо сейчас наказывать будете? — побольше кокетства в голосе и глазками стрельнуть, как она любит. Может, повезет, и не пойду в мастерскую с драной задницей. Вечером- то, понятное дело, огребу по полной, но зато, скорее всего, спать в комнате оставят. У Юйши запасное одеяло и подушка под кроватью хранятся, в тряпочной сумке. А коврик вполне на матрас тянет, удобно. И, главное, с ней рядом спать буду!

Юйша

Вот засранец мелкий! Мало того, что он меня по имени называет, так теперь вообще на «ты» попытался перейти. Нет, меня это не разозлило нисколько, только повеселило. Это не было панибратское хамоватое тыканье, уважение в его голосе по-прежнему звучало. Просто этим он пытался приблизить меня к себе, сделать более … доступной, что ли. Внутри я прекрасно понимала, зачем он это делает, словами, правда, объяснить ни за что не смогла бы. Одни эмоции. Причем положительные. А уж когда он начал мило краснеть от кончиков ушек, и потом, весь такой зарумянившийся, посмотрел мне в глаза своим спокойным и уверенным взглядом:

— Вы меня прямо сейчас наказывать будете? — я, как обычно, растаяла и уже была готова все простить. Но собралась и, перебирая его мягкие, пушистые волосы, ответила:

— Конечно, не сейчас. Вечером, после ужина.

Глава 10

ДЕНЬ ВТОРОЙ:

Стив

После работы, усталый и довольный, я принял душ в их бане и отправился ужинать. Встретившись взглядом с Юйшей, тут же вспомнил, что мой сегодняшний вечер пройдет с ней наедине, и от этого даже на выделывающуюся мелкую дрянь стало глубоко наплевать с пикирующей аэрошки. Он же тут на правах комнатного животного, а я как бы полноценный член общества. У меня обязанности есть.

Мне Зэйх часа три подробно их хуторскую систему объяснял. Если ты приносишь пользу всему обществу, то есть, ценен как спец, то ты в правах порой можешь быть даже выше некоторых женщин. В той же мастерской главных было двое — симпатичная невысокая рыжеволосая женщина, с цепким взглядом больших карих глаз и бюстом третьего размера, и мужик грозного вида, ростом за два метра и шириной плеч в полтора Зэйха. И постоянной каждодневной волокитой руководил именно мужик. Женщину я видел всего несколько раз. Вчера, когда меня оформляли и проводили собеседование и тестирование, сегодня, когда приехала какая-то тетка с соседнего хутора "за консультацией", и еще когда пару раз мужик ее вызывал громким воплем: "Фейрегойзэ! Тут больше по твоей части!" Что именно он имел в виду, и как они там обязанности делят, я пока не очень понял.

Мне копаться в их тракторах и комбайнах было скучновато, но привычно. Мелким я часто в гараже подрабатывал, помогая чинить аэрошки и мотопланы. Став постарше очень любил сам покопаться, совершенствуя свое средство передвижения. Мне нравилось возиться с техникой. Это было что-то типа хобби.

Но поиск редкостей был одновременно моим увлечением и работой, доставшейся от отца в наследство. Мне безумно хотелось летать по другим планетам и искать алмазы в свалке барахла. Специально, под заказ, или случайно, изучая чью-то коллекцию безделушек, как у Юйши. Выкупать у скупщиков краденного удивительные произведения искусства, стараясь не совсем их обмануть со стоимостью, иначе потом за мою жизнь никто и гроша не даст, но и не заплатить слишком много, потому что редкости попадаются не так уж часто, а затрат на их поиски уходит много.

У отца была своя сеть осведомителей, возможно, если бы он не умер так неожиданно, эта сеть перешла бы по наследству мне. Прилечу на Землю, и первым делом попытаюсь эту сеть восстановить. Осведомители — это очень важно.

Юйша

Стийв влетел в столовую почти сразу после Зэйха, благоухая чистотой и сверкая влажными волосами. Фыркнув в сторону Гайнза, он улыбнулся мне, такой счастливый, как будто забыл, что его вечером ждет.

Никогда не думала, что это такая морока постоянная — воспитывать мальчиков. Нет, понятно, что мое солнышко особенный, но он ведь старается вести себя как наши парни. И все равно я каждый день вынуждена его наказывать.

Теперь я понимаю, почему инопланетников принято отправлять на псиобработку. Даже тех, кто добровольно подписывает контракт, все равно водят к "психологу", "чтобы он наблюдал за процессом адаптации", а проще говоря, обрабатывают более аккуратно. Но Стийва я не хотела доверять никому. И, одновременно, мне было страшно сделать что-то не так, совершить ошибку, пожалеть и потерять и этого мальчика. Лишний шаг, и я его избалую или сломаю.

Почему у подруг все так просто? Мужья, наложники, дети. Я тоже хочу детей! А мне приходится воспитывать потенциального мужа. Интересно, у мамы в начале их совместной жизни так же все было сложно? Это у нас наследственное или только мне так повезло? Хотя папа всегда с удовольствием вспоминает, как мама за ним ухаживала. Ровесники с соседних хуторов — да они с детства знали, что будут вместе. Какие там сложности?! Если только пару соперниц отогнать.

Вот тетушка Лийзи своего второго мужа отбила у подруги-аристократки, матери Зэйха как раз. А тетушка Айлэйн своего мужа привезла с хутора Хайуры. Хутор устраивал большое празднование, "парад невест" для пятерых молодых мальчишек, готовых вступить в брак. Тетушка тогда очаровала и жениха, и его родителей. Вот так у нас и появился дядя Мойшэ. А Хайуру, кстати, я уже взяла пилотом по его рекомендации. Не дело старшим родственникам отказывать. Но я и не пожалела ни разу. Хай — отличный пилот, хоть и девчонка еще совсем.

Стив

После ужина я отправился за Юйшей в ее комнату. Честно стараясь не сиять как начищенный серебряный галлар, встал в дверях, изучая пол.

— Раздевайся! — с тяжелым вздохом приказала Юйша.

Я быстро скинул штаны и рубашку и вопросительно уставился на мою женщину, перебирающую свои безделушки. Вот она подняла завалившуюся среди прочих фигурок и вазочек овальную маску из черного бархата. В ней не было прорезей для носа и рта, только для глаз.

— Это Моретта? — спросил я. Но наткнувшись на непонимающий взгляд, уточнил:

— У маски с внутренней стороны штырек такой? Там где рот должен быть. Да?

— Да, — все также непонимающе кивнули мне в ответ.

— Можно ее посмотреть поближе? — я протянул руку и взял кусочек бархата, чтобы придирчивым взглядом изучить и убедиться: "Да, не массовый ширпотреб. Сделана качественно и, главное, давно, но не более двухсот лет назад. Для меня ничего интересного, но какому-нибудь коллекционеру венецианских масок вполне могла бы пригодиться. Надо только найти такого, кому нужна именно Моретта или у кого есть в наличии менее старый экземпляр". Все это я, разумеется, прокрутил у себя в голове. Кто мне тут даст искать коллекционера? Кому я тут, в этой деревне, со своим умением и знаниями нужен вообще? Вот танки их сельскохозяйственные чинить — это да.

Юйша

На несколько минут мне приоткрылся новый Стийв. Быстрый, сосредоточенный, внимательный, пристально изучающий, заинтересованный. В глазах сверкает азарт. Но все это ненадолго и ради какой-то маски. И вот снова спокойный серьезный взгляд. И улыбка. Для меня. Очень интересно.

Я кладу маску на место и делаю приглашающий жест:

— Как обычно.

Мое солнце опускается на колени возле кровати, ложится на нее животом и закрывает руками голову.

— За что я буду тебя сейчас наказывать?

— За то, что я расслабился и позволил себе обратиться к вам на "ты".

Не понимаю почему, но меня такой ответ не устраивает, хотя вроде бы все правильно. Но в голосе столько невысказанной обиды.

— Ты считаешь это наказание незаслуженным? — уточняю я, выбирая между ремнем и флоггером. Вообще я планировала слегка приласкать флоггом и все. А теперь, похоже, и правда, придется всерьез выпороть.

— Нет, госпожа, все заслуженно, — уверенность пополам с горечью. Мой мальчик, я сама уже устала тебя воспитывать. Но если ты постоянно провоцируешь меня, раз за разом?!

Ласково глажу ленточками флоггера и смотрю, как спинка прогибается.

— Ты бы хотел иметь возможность обращаться ко мне на "ты"? — В ответ вздох и тихий шепот: "Да…"

— Даже Зэйх обращается ко мне на "Вы", — ехидно заостряю внимание малолетнего нахала, продолжая возбуждать его, нежно поглаживая полосками кожи.

— Я понимаю, — соглашается он со мной, продолжая выгибать спинку и чуть отклячивая попку.

Влетал он сюда счастливый, а сейчас весь скуксился. И кроме как на маску валить такую резкую смену настроения не на что.

Я откладываю в сторону флоггер, усаживаюсь на кровать, рядом со Стийвом, расцепляю его руки и запускаю пальчики ему в волосы.

— Давай просто поговорим, мой хороший.

Мое солнышко крутит головой, подставляя под ласку то затылок, то макушку. Щурится от удовольствия. Так бы и отымела сейчас прямо на кровати.

Не найдя ни одной уважительной причины отказать себе в исполнении своего желания, я встаю и тихо шепчу на ушко: "Знаешь, мы позже поговорим. Чуть позже".

Достаю смазку и страпон, ловлю очумелый взгляд Стийва, который еще не знаком с этой игрушкой. Снимаю платье и улыбаюсь, видя восхищение в глазах моего солнышка. Удивительно приятно. Протягиваю ему страпон:

— Сможешь надеть его на меня?

Большого ума для этого не надо. В принципе эта игрушка просто фиксируется внутри меня, но для какого-то кокетства производители приделали у него ремешки, которые надо застегнуть на бедрах.

Стийв начинает с ремешков, и я аккуратно выпутываю их из его пальцев: "Сначала надо вставить в меня". Солнце, ехидно улыбнувшись, облизывается, и, положив ладони мне на внутреннюю сторону бедер, аккуратно разводит мои ноги, приподнимая их и кладя себе на плечи. Я, упираясь на руки, слегка откидываюсь назад, продолжая сидеть на кровати. Стийв, стоя на коленях, склоняется и касается губами моих губ, нежно-нежно, потом проникает языком. Сначала просто проводит им внутри, по всей розовой чувствительной кожице, вверх. Облизывает губы, смотря на меня, и теперь легонечко трогает языком клитор, играет с ним, сосет его губами. Сердце у него при этом стучит так, что мне кажется, я не просто чувствую этот стук, я его слышу. Он оглушает меня. Хотя, может быть, это стучит мое сердце?

Вот его язычок проникает внутрь, и мое солнце замирает, ожидая моей реакции. Одной рукой я провожу по его волосам, гладя и подталкивая: "Продолжай!", и он продолжает, вылизывая меня, прижавшись полностью лицом, постанывая от удовольствия. Через минуту я, запустив пальчики ему в волосы, чуть подтаскиваю его наверх: "Теперь только клитор!" Снова игра языком, облизывание по кругу, посасывание губами, опять дразнящие движения языком то влево и вправо, то снизу вверх. "Да…" — шепчу я, вцепившись обеими руками ему в волосы и закрыв глаза от удовольствия. Язычок двигается снизу вверх, быстро-быстро, я уже на грани… уже почти… уже вот-вот… выгнувшись как можно сильнее, чувствую, как мои ноги напрягаются, в попытке соединиться, внутри меня маленький взрыв, один, второй, третий… тепло и слабость, приятная истома… Мое солнце!

Упав на кровать, затаскиваю и его тоже, чтобы он оказался рядом со мной. Шепчу: "Ты умница… Но я тебя все-таки сегодня поимею!" Получаю в ответ проказливо-самоуверенную улыбку.

Через десять минут я готова к новым подвигам.

Перекрестив запястья Стийва над головой, я привязываю их к спинке кровати. Сама надеваю страпон и, выдавив на пальчики смазку, ласково провожу по колечку мышц, и почти тут же проникаю внутрь одним пальчиком. Чуть согнув, двигаю им, ища нужный угол. Добавляю второй пальчик. Задеваю простату и наслаждаюсь зрелищем постанывающего и покусывающего губы Стийва. Выдавливаю смазку на ладонь и провожу по всей длине страпона, потом ввожу, медленно, глядя моему солнышку в глаза. Анальная пробка это не совсем то, сейчас я собираюсь его именно трахнуть, так, как это делают мужчины. Как это принято в гаремах, совместить приятное с полезным — получить удовольствие и закрепить свою позицию Верхней в нашей паре. В конце концов, постоянно пороть уже надоело, и, похоже, не всегда помогает. Будем импровизировать.

Вот мой искусственный член полностью внутри. Теперь делаем движение бедрами, практически выскальзывая. И, уже чуть быстрее, снова внутрь. Жаль, я не чувствую как его мышцы сжимают мой член. Но мои пальчики помнят это приятное ощущение, от которого я всегда возбуждаюсь. Узкий, теплый, влажный…

Кажется, я сейчас опять кончу, забыв обо всех своих планах, причем раньше Стийва. А это неправильно.

Переворачиваю мое солнце лицом в подушку, ставлю его на четвереньки, подтягивая за бедра к себе, как можно плотнее. Сейчас понять нашла ли я правильный угол сложнее, так как я не вижу его глаз. Но надеюсь, что испытав удовольствие один раз, он не захочет от него отказываться из-за своих дурацких принципов. К тому же имею его сейчас я, а не мои мужчины.

Я оказалась права — солнышко сам слегка покрутился и начал двигаться, насаживаясь на меня так, как ему удобнее. Одной рукой удерживая его за бедра, другой я начала слегка подрачивать ему член. Сквозь стоны слышалось: "Да! Быстрее! Пожалуйста! Быстрее! Нет! Там! Сзади не надо… Мммм…"

Наконец он кончил и без сил упал на кровать: "Юй… Юйш… Спасибо!"

Зараза малолетняя!

Я развязала его руки и прилегла рядом:

— Теперь поговорим…

— Юйш, объясни мне, а как можно после такого хотеть говорить?! Я спать хочу. Меня вырубает…

— Я всего лишь хочу понять, Стийв. Что тебе испортило настроение вечером и почему тебе так важно иметь возможность обращаться ко мне на "ты"…

— Настроение… Ну, вот давай представим, что тебе вдруг запретили летать, — я скептически хмыкнула. Хотела бы я посмотреть на того, кто рискнул бы проделать подобное. — И тут тебя приводят на корабль, водят по нему, дают все потрогать, а потом говорят…

Я внимательно посмотрела на Стийва, потом перевела взгляд на маску.

— И что же я тебе такого запретила, что тебе так важно?

Мое солнце, возбужденно блестя глазами, уточнил:

— Тебе это, и правда, интересно? — Я кивнула, и он продолжил, загадочным шепотом:

— Я был главным по сокровищам, — и радостно засмеялся, увидев мое недоуменное выражение лица. — Занимался поиском, скупкой и продажей мелкого антиквариата. Нумизматика, ювелирка, статуэтки… — и грустно закончил: — До картин не дорос. Не успел.

— Понятно, — вздохнула я. На хуторе, конечно, ему любимым делом заниматься не светит. В Венгсити еще как-то можно было бы развернуться. Но для этого мне надо было его постоянно таскать с собой во все поездки. Я-то во всем этом не понимаю ничего. Вообще мой мальчик прав, не время сейчас серьезные разговоры разговаривать. — Придумаем что-нибудь, не переживай, утешила я свое солнце, и, прижав к себе, уткнулась носом в его макушку.

Матерь Всего Сущего, пусть я избалую и вторую свою большую любовь, но зато в процессе буду наслаждаться, а не волноваться и переживать постоянно!

ДЕНЬ ТРЕТИЙ:

Стив

Утром я проснулся раньше Юйши, и какое-то время любовался на нее. Спящая, она выглядела почти как моя ровесница. И когда смеется, искренне, от всей души, то тоже молодеет, а смех у нее очень заразительный. Интересно, она всерьез вчера пообещала что-то придумать или просто так ляпнула, потому что секс был хорош? Хотя я же не настаивал ни на чем, просто рассказывал. Мне было достаточно того, что она спросила, заинтересовалась, выслушала.

— Доброе утро, солнце мое задумчивое. — Так приятно быть чьим-то солнцем, кто б знал.

Я тоже улыбнулся в ответ и потянулся поцеловать, инстинктивно наваливаясь сверху на свою женщину.

— Нет, не так, мой хороший! — перевернув на спину и уложив меня на подушку, Юйша сама потянулась ко мне. Ну а я постарался превратить запланированный ею спокойный утренний поцелуй во что-то более развратное, и, заодно, перехватить инициативу.

Сначала, от неожиданности, Юйша позволила мне провести языком по ее губам, захватить их своими. Но когда я попробовал проникнуть в ее приоткрытый ротик, шок у моей женщины прошел и мою идею французского поцелуя не поддержали.

Оторвавшись от меня, Юйша спустила ноги с кровати, тряхнула распущенными волосами и встала. Руки у нее были красивые, с четким рисунком мышц, плечи узкие, талия тонкая, бедра широкие, а ноги длинные и стройные. Сглотнув, я понял, что утренний стояк вот так вот просто не опустится. Наоборот, он стал еще крепче и надежнее.

— Солнце, подойди ко мне, — позвала меня Юйша, — посмотри на мои полочки, может найдешь на них что-нибудь интересное.

Юйша

Стийв любовался мной так откровенно, что сердце щемило от переизбытка какого-то сказочного тепла к этому мальчишке. Он будил во мне страсть, любовь, нежность, желание связать и не отпускать от себя, рыча на всех: "Мой!", и одновременно мне нравилась его самостоятельность. Обладать, оставляя свободным. Так сложно любить инопланетника. Не понимаю, как их женщины с этим справляются? Я точно так не смогу.

Стийв подошел ко мне. Ушки красненькие, а взгляд спокойный, уверенный, и улыбка родная такая. На причину красных ушек я с удовольствием полюбовалась и даже, не удержавшись, провела пальчиками вдоль члена, от корня до головки. Мальчишка издал что-то типа полустона-полувсхлипа, потому что я только погладила и тут же, этой же рукой указала на полки шкафа:

— Изучай, у меня тут свалка сувениров со всех планет, где я побывала.

Стив

Мне бы сейчас каталог, любой, пусть даже из сети скачанный. Хотя, конечно, зерна от плевел я и так отличу. Вот эта маленькая вазочка, подсвечник в виде танцовщицы, статуэтка слоника…

И тут я даже на секунду закрыл глаза и снова открыл. Фигурка толстенького улыбающегося мужичка, восточно-азиатской наружности никуда не исчезла. Раскосые зажмурившиеся узкие глазки, кончики усов по краям рта и коротенькая маленькая бородка клинышком. А также огромные уши, заостряющие внимание на недуге божества, чья фигурка стояла сейчас передо мной. Покровитель рыбаков и мореплавателей был слегка глуховат.

Хироко-головастик, ставший одним из семи богов удачи, Эбису. В руках он держал удочку, на крючке которой висела рыбина, размером с самого божественного мужичонку.

На рубашке (в каталоге у отца она называлась кину, в других — кимоно, по мне так рубашка с завязками), спереди сверкал позолоченный трилистник. И шапка! Обязательно на голове у этого мужичонки должна была быть высокая шапка.

Мне просто необходим каталог! И лаборатория! Чтобы самому лично убедиться, что это бронзовый Эбису, созданный в начале двадцатого века.

Юйша

Судя по тому, как мой мальчик застыл глядя на статуэтку маленького смешного старичка, он нашел что-то очень интересное. Мне этот рыбак тоже сразу приглянулся. Я его купила не так давно на распродаже вещей, оставшихся от проданной чуть ранее команды корабля, захваченного моими «коллегами».

Я тактично покашляла, напоминая о своем существовании.

— Юйш, мне надо в галактическую сеть выйти, срочно, — на меня смотрел тот, другой Стийв, сосредоточенный и целеустремленный.

Прости, солнце, но дать тебе доступ на свой планшет я пока не готова. Во-первых, тебе ни к чему знать объемы моего доступа в галласеть. Во-вторых, на этом планшете слишком много всего личного, ну и в-третьих… Просто ни к чему тебе знать, что в любой момент можно выйти в сеть, когда захочется. Не доверяю я тебе еще полностью, мой хороший. Но у меня есть замечательный вариант.

— Послезавтра Зэйх собирается в гости к своей матери, можешь поехать с ним и добыть всю информацию, какая тебе нужна.

— Правда?! Ты меня отпустишь? — одновременно надежда и сомнения в голосе.

— Я тебя отпущу под присмотром Зэйха. И никаких переписок! Слазил. Посмотрел. Распечатал, что надо. Все, — я строго посмотрела на Стийва. — Это понятно?

— Конечно. Я же не больной на голову. Никакой переписки не будет. — Мне честно посмотрели в глаза и улыбнулись: "У меня же новая жизнь, зачем мне ворошить старую?"

Глава 11

ДЕНЬ ТРЕТИЙ:

Стив

Я весь этот день летал по мастерской, у меня все получалось, техника начинала работать практически только от моего касания. В запале починил даже комбайн соседей, приехавших просто посоветоваться.

Начальство как-то странно переглянулось после этого. Фейрегойзэ смешно фыркнула, как котенок, и ушла обратно в свой уголок. Я уточнил у проходящего мимо парня: «Все нормально?», тот хмыкнул: «Ну смотря как на это посмотреть. Для хутора — отлично. Для Фейри может и не очень. Так, она у нас главный консультант по сложным случаям была, а если требовалось починить — венгаллары брала. А ты бесплатно взял и починил».

Когда я уходил на обед, Чэйтр, брутальный зам Фейрегойзэ, проводил меня очень недобрым взглядом. Но мне в принципе было все равно — в гляделки играть я и сам умею. Девчачья забава, вместо того чтобы подойти и поговорить нормально… И тут меня осенило и я, развернувшись на сто восемьдесят градусов, ломанулся к продавленному старому креслицу, в котором сидела Фейри.

— Слушай…те, Фейри, — она еще в начале знакомства сказала, что во время работы с ней можно и без реверансов, просто по имени, — я даже не понял, что это соседский комбайн. Я же тут народ не знаю, для меня все незнакомые. Сказали — чинить привезли, я и починил.

Женщина усмехнулась, так по-доброму: «Да не в комбайне дело, Стийв. Просто Чэйтр думает, что придется брать тебя в долю. А мне кажется, — тут она очень внимательно на меня посмотрела, — что ты на дополнительный приработок претендовать не будешь».

Я задумался. То есть, согласись я сейчас с ней — призрачный шанс получать свои собственные деньги помашет мне крылышками. Но шанс призрачный, а вот вероятность того, что отношение ко мне у начальства изменится — вполне реальна. Что для меня сейчас важнее? Местные деньги, которые я не знаю где и тратить-то буду, или люди?

— На постоянную долю претендовать не буду, тут вы правы. Но если вдруг мне понадобится слегка подзаработать, — я улыбнулся Фейри, — на подарок, например… Вы же мне не откажете?

На лице женщины снова промелькнула усмешка: «Приятно, что я в тебе не ошиблась».

Взаимно довольные друг другом мы разошлись на обед.

Юйша

После обеда я решила пойти прогуляться, но даже до озера дойти не успела, как меня догнал запыхавшийся Гайнз: «Госпожа… Там… К вам… В гости, говорят… Но я их в первый раз вижу. То есть не в первый…» Сглотнув и набрав побольше воздуха, мальчишка с испугом в голосе выдохнул: «Это госпожа Вайнгойрт!»

Я напряглась, как перед боем. Просчитала про себя все варианты развития событий. Выдохнула. Не знаю, зачем ко мне Эймийрайойльиймийра Старшей госпожи Венги пожаловала, но никаких грехов и огрехов в инопланетных связях я не совершала. А если галактическая полиция каким-то чудом на след Стийва вышла, буду стоять насмерть: Кейстийвэне Гарсиа со Стивом Вивесом ничего общего не имеет, кроме внешнего сходства.

Госпожа Вайнгойрт и двое сопровождающих ее мужчин смотрелись во дворе моего дома как новенький корабль среди свалки старых ХЗНок. Кундейки, и те в испуге разбежались.

Эта молодая выскочка, получив власть, меньше чем за два года полностью разрушила на Венге всю, отлаженную годами, систему торговли инопланетниками. Чисто по-человечески я была с ней согласна, но это был мой побочный бизнес, приносивший немалый доход. К тому же торговать людьми никто не перестал, но схема поставки мальчиков на продажу несколько изменилась и просто так, между делом, их уже не выставишь на рыночной площади. Раньше можно было совмещать честный бизнес по деликатным грузоперевозкам, сбыт вейдже по проверенным каналам и продажу симпатичных инопланетников. Конечно, у каждого капитана все равно были приоритеты, но теперь сферы пришлось поделить более четко. Мужчины — это одно направление, наркота и иши — другое, сложные перевозки — третье. Попасть в элиту, торгующую вейдже, теперь можно было только по блату, через знакомства, например, с той же Айрин Вайнгойрт. Заниматься только охотой и продажей людей меня не прельщало. Так что я активно крутилась в грузоперевозках — еще тот гадюшник, на самом деле. Постоянно приходилось оберегать своих заказчиц, между делом переманивая чужих, у конкуренток.

— Чем могу быть полезна, гэйвэйрэйтэ Вайнгойрт? — с удовольствием отметила, как зыркнул на меня один из парней, сопровождающих эту инопланетную аристократическую выскочку. Черноволосый стройный красавчик, в жизни ничего тяжелее перекладывания бумаг из папки в папку не делавший, судя по ухоженным ручкам и наманикюренным ноготочкам. Такой же аристократический заносчивый засранец, под стать своей хозяйке. Конечно, с гэйвэйрэйтэ я палку перегнула, все-таки передо мной элита планеты, Старшая госпожа Пятого Дома. А я к ней как к обычной гражданке Венги обратилась.

— Как вы правильно отметили, гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис, я к вам прилетела не как представитель Департамента по Инопланетным Связям, а исключительно как частное лицо. Воспользовавшись служебным положением, — тут эта нахалка улыбнулась мне, одними губами, но взгляд у нее при этом оставался цепкий, изучающий, как будто она что-то или, скорее, кого-то искала, — я узнала, что вы взяли под свою ответственность молодого человека по фамилии Гарсиа. По интересному совпадению, это фамилия живущего на Земле отца моего первого мужа. Я связалась с ним и выяснила, что он не знаком с двадцатитрехлетним светловолосым Кейстийвэне, но хорошо знает Стива, как раз такого же возраста, находящегося сейчас в межгалактическом розыске.

Девушка пристально изучала меня, ожидая реакции на ее слова, а я старалась успокоиться и придумать правильный план действий. Стийв зарегистрирован на меня совершенно законно и честно, отнять его она не имеет права. А вот могу ли я доверять этому неизвестному мужчине, родственнику Вайнгойртов и, получается, одновременно близкому знакомому или родственнику моего солнышка… Впереди замаячил сигнальными огнями шанс стремительного прыжка в избранные. Нет, наркотой я торговать не хотела — беспокойный бизнес и слишком высокая смертность, но приблизиться к Айрин Вайнгойрт было очень заманчиво.

Не дождавшись от меня ответа, девушка продолжила:

— Я бы хотела увидеть этого молодого человека, если вы, конечно, не возражаете? — вроде бы вопрос, но, на самом деле, как я могу ей отказать? Пусть даже сейчас она приехала как частное лицо, но в любой момент может вспомнить, что она представительница ДИСа, и просто потребовать предъявить ей инопланетника, чтобы убедиться, что он цел и невредим.

Стив

Лежа на полу, я возился с задним мостом трактора, когда надо мной склонился Чэйтр:

— Тут к тебе пришли, — как-то слегка напряженно сказал он. Такое ощущение, что мои гости его немного напугали.

Вытерев руки о протянутую Чэйтром тряпку, смоченную в каком-то растворе, я вышел из мастерской и уставился на Юйшайру, стоящую рядом с ней женщину и двух парней сзади них. У блондина была потрясающая тугая коса, а распущенные волосы второго были черны как смоль. Ангел и демон. Причем у Ангела только слепой не разглядел бы на ремне, под традиционной рубашкой наложника, кобуру с пистолетом. Хотя он, по-моему, и не старался ее скрывать. Когда мой взгляд скользнул по его штанам, слишком свободного покроя, даже для наложника, на лице парня засветилась ехидная усмешка. Вообще, он был забавный и чем-то неуловимо напоминал Зэйха. А вот у Демона оружия заметно не было, но когда он, так знакомо тряхнув головой, откинул свою гриву с лица, я сразу понял, что передо мной один из сыновей Дайномироса Каро Гарсиа. Значит, о моем пребывании на Венге уже известно или вот-вот будет известно одному из живущих за пределами этой планеты. Но за дядю Дайниса я был спокоен, он не выдаст, мужик-кремень.

Незнакомая женщина была едва ли старше меня, но пристальный изучающий взгляд и высокомерное выражение лица добавляли ей сразу лет пять, а прямая спина и «простенький» комплектик: ожерелье, браслет и серьги, означали, что меня почтила своим вниманием местная придворная аристократия.

— Ты Стив Гарсиа? — приятный такой голос, и, что странно, местного йокающего акцента у нее практически не было. А вот тон, как и ожидалось, соответствовал выражению лица и занимаемому в обществе положению. Ко мне «снизошли» с небес.

Отнекиваться, что я не Стив, а Кейстийвэне было глупо — меня тут все Стийвом зовут. Так что я кивнул и, наткнувшись на строгий взгляд Юйши, со вздохом ответил: «Да, госпожа». Даже не запнулся, потому что такую женщину иначе как госпожа и не назовешь.

— Как с тобой тут обращаются? — с интересом разглядывая меня, все таким же тоном королевны спросила незнакомка.

Я вопросительно посмотрел на Юйшу, не зная, что именно от меня хотят услышать, что вообще мне можно говорить и что нельзя.

Демон, после легкого кивка моей собеседницы, подошел и встал рядом со мной, так, чтобы полностью закрыть собой мою женщину. При этом он практически естественно изобразил, что разглядывает что-то в мастерской. Если бы я не видел едва заметного движения головой в мою сторону, может, даже поверил, что ему просто приспичило поглядеть поближе на детали трактора за моей спиной.

Ну что ж, подсказок не будет, придется выкручиваться своими силами.

— Очень хорошо со мной тут обращаются, госпожа, — ответ коротко и по существу, большего предложить не могу.

Девушка сделала несколько шагов ко мне и перевернула мои руки, чтобы взглянуть на идеально отшлифованные лазером пальчики. Тут я все же слегка сдрейфил. Пришлось закрывать глаза и сосредотачиваться, уговаривая себя, что эта женщина не может быть моим врагом, если рядом с ней сын Дайниса.

— А скажи мне, Стив, Марисоль тоже где-то здесь? — едва слышно, при этом продолжая изучать мои руки, спросила девушка.

— Угу… То есть да, госпожа. Здесь. И с ней тоже очень хорошо обращаются, — нормальным голосом ответил я.

Скептически хмыкнув и окинув меня недоверчивым взглядом, девушка опять проделала едва заметное движение головой, оставила мои руки наконец-то в покое и вернулась обратно к Юйше. Вместе с ней отошел и Демон.

— Было очень приятно с тобой познакомиться, Стив, — в ее голосе, и правда, зазвучало что-то человеческое, теплое такое. Как будто ей, действительно, было приятно. — Если вдруг у тебя возникнут какие-то проблемы, — последовала многозначительная пауза, — ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью.

Я благодарно кивнул: «Спасибо, госпожа», потом посмотрел на задумчивую Юйшу. И, все-таки решив, что мне, как инопланетнику, позволена такая бестактность, спросил: «Простите, госпожа, а как вас зовут?»

Девушка неожиданно рассмеялась, причем так весело и задорно, что я не удержался и тоже улыбнулся. Все ее высокомерие рассыпалось от этого смеха, как песочный замок.

— Иногда так полезно встретить человека, который ничего о тебе не знает! Я совершенно честно рада была с тобой познакомиться, Стив, — отсмеявшись, она повернулась к Юйше, и снова надела маску высокомерной аристократки. — Берегите его, гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис.

Юйша

Проводив Вайнгойрт и ее сопровождающих, я пошла к себе, упала на кровать и долго смотрела в потолок. Вроде все хорошо закончилось, но настроение было испорчено и починке не подлежало. Не понимаю, почему встреча с этой девицей так на меня повлияла. Особенно задело то, как она без разрешения потянула свои руки к моему солнышку, как улыбалась ему, и напоследок эта фраза: «Берегите его, гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис…» Можно подумать, без ее предупреждения ни за что не догадалась бы!

Похоже, меня опять скрутила ревность, причем к той, которую я и так недолюбливала всей душой. Гордость требовала держаться от нее подальше и забыть о ее существовании, вычеркнуть ее приезд из памяти. Но разумная часть меня понимала, что, наоборот, следует использовать интерес Вайнгойрт к моему солнцу — от таких знакомств не отмахиваются из-за всяких глупостей.

Стив

Когда гости удалились, Чэйтр уважительно присвистнул: «За тобой будут Вайнгойрты присматривать! Ну, нифига ж себе!». Еще бы я понимал, кто такие эти Вайнгойрты… Но хорошие связи всегда на пользу, даже на этой планете. Решив, что подробности мне вечером Юйша расскажет, я вернулся к шестернам, шлицам и подшипникам.

На ужин я реально приполз, даже на баню сил не было, упасть бы где-нибудь, желательно не в гамаке, и уснуть, желательно не под храп Зэйха — вот и все эротические фантазии на вечер.

Юйша

Солнце мое пришел на ужин какой-то расстроенный, вымученно улыбнулся мне, вилкой в тарелке поковырялся и, виновато посмотрев на Ийку: «Спасибо, все вкусно, просто я устал очень», встал из-за стола, пожелал всем приятного аппетита и вышел.

Настроение, с трудом поднятое, чтобы с приличным лицом посидеть с семьей за столом, снова упало вниз. Потрепав по волосам Гайнза, я тоже извинилась перед Ийкой и пошла к себе.

На ступеньке под дверью, опустив голову на колени, сидел Стийв. И, по-моему, спал!

Стив

Я присел подождать Юйшу, чтобы поговорить о Вайнгойртах, о смысле жизни и о том, что мое место рядом с ней, а не с Зэйхом и Гайнзом. Я готовил возвышенно-душещипательную речь о том, что мне в гамаке плохо спится, и, как-то незаметно для себя, задремал.

— Стийв! Что ты здесь делаешь? — разбудил меня удивленный голос Юйши.

— Тебя жду, — борясь с зевком и стараясь как можно шире открыть глаза, ответил я. И по тишине понял, что у моей женщины снова венгозатмение и меня сейчас будут учить правильно себя вести. Сил на подобное развлечение у меня не было, спать хотелось ужасно. Так что я просто встал и пошел в сторону гаремного закутка.

— Вернись! Я тебя не отпускала! — прозвучало мне вслед. Тикусйо! Началось…

Я обернулся:

— Юйш, я устал ужасно. Давай ты меня завтра выпорешь, а?

Юйша

— Юйш, я устал ужасно. Давай ты меня завтра выпорешь, а? — серо-голубые глаза смотрели на меня практически без эмоций. Даже улыбку на лицо натянуть не потрудился. Обнаглевший мальчишка! Думает, что раз Вайнгойрты им заинтересовались, то теперь можно наплевать на все правила поведения?! Но я даже замахнуться для хорошей такой качественной пощечины не успела.

Стийв провел своей рукой по моей щеке, убирая с лица волосы:

— Ты такая красивая, когда злишься! — и улыбнулся, при этом глаза были грустные-грустные. — Вот чего ты сейчас сердишься, а? Я сидел, ждал тебя, соскучился за день ужасно. А ты?

— Я тоже, — практически вырвалось, без моего согласия. Злость куда-то ушла. Хотелось обнять мое солнышко, действительно уставшего, раздеть, положить в кровать и накрыть одеялком.

— Так где я сегодня буду спать? — к вопросу прилагалась лукавая улыбка, и в глазах Стийва засветилась хитринка.

Манипулятор! Маленький обнаглевший манипулятор! Но отправить его к другим парням язык не повернулся, да и настроилась я уже на ночь в обнимку с моим ласковым, родным мальчиком.

— Пошли уж, — я постаралась сказать это как можно безразличнее, и Стийв направился следом за мной в комнату. Быстро разделся и нырнул в кровать, под одеяло, еще раньше меня. Закинув руки за голову, он, явно ожидая чего-то, посмотрел на меня. Я стянула через голову платье и швырнула его в этого нахала.

— Не честно! Я тоже хочу стриптиз! — капризным тоном избалованного ребенка заявил он, сдергивая с лица мою одежду.

Но я уже лежала рядом с ним, под вторым одеялом.

— Ну и как тебе Айрин Вайнгойрт? — не зная зачем, спросила я.

Стийв как-то странно посмотрел на меня, потом хмыкнул и ехидно так выдал:

— Ну, я же у тебя не спрашиваю, как тебе два сопровождающих ее эффектных мужика, верно?!

Стив

Юйша снова себя накрутила и ревновала, к гадалке не ходи. Как мне — так даже в мыслях нельзя, а ей, значит, к каждой юбке можно? Главное, повода-то никакого не подавал. Сама придумала, сама обиделась. Женщина, тикусйо!

Так что я просто обнял ее, притянув к себе, как можно сильнее. Поцеловал, вернее, прикоснулся губами к губам, и тихо в ухо прошептал: «Ты у меня самая красивая, самая лучшая… Самая лю…» Тикусйо! Чуть лишнего не ляпнул. Увлекся… «Не ревнуй, пожалуйста!» — попросил я как можно убедительнее, и, не удержавшись, все-таки зевнул: «Спокойной ночи?» — «Спокойной ночи», — поцеловали меня в ответ. И мы так в обнимку и уснули.

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ:

Стив

Проснулся я от того, что нежные женские пальчики то сжимали, то гладили, то аккуратно перекатывали мои яички. А мои соски то дразнили язычком, то вылизывали по кругу, то сжимали губами… По очереди… То левый… То правый… Тикусйо! Какое прекрасное утро!

— Проснулся, мой хороший? — Юйша ласково улыбнулась, при этом с силой сжав мошонку.

Член стоял, как кол, вбитый в сердце вампира. Я чуть выгнулся вперед, намекая, что и этой части тела очень необходимо соприкосновение с ее пальчиками, а еще лучше с губами.

— Нет, солнце, ты вчера вел себя очень плохо. Поэтому будешь наказан, — ехидно усмехнулась эта злопамятная женщина. — Хочу увидеть хорошего воспитанного венговского мальчика!

— Ю-ю-ю-юйш… Пожалуйста! — томно протянул я, попытавшись состроить самое раскаивающееся выражение лица, на которое был способен.

Кожу между яичками ощутимо сжали ногтями: «Хорошо воспитанного венговского мальчика!» — выделила она голосом название этой долбанной планеты.

Вздохнув, я попытался разогнать туман в голове и сосредоточиться.

— Госпожа… Пожалуйста! Кончить так хочется… Ю-ю-юйш!

Сосок куснули острые зубки. Возбуждение все перешло в член и вилось по нему змейкой, от корня до головки и обратно. Меня уже даже потряхивать начинало. В голове было пусто, только сердце бешено стучало, сбивая с мысли… Какой-то важной мысли.

Как я справлялся с этим на корабле, не понимаю? Памятник мне при жизни поставить надо. Ведь как-то получалось же. Волновался и боялся за Марисоль, за себя и постоянно следил, чтобы обращаться правильно, даже когда сперма в висках пульсировала. А сейчас… Тикусйо! Вспомнил!

— Воспитанные венговские мальчики лежат молча и позволяют своей хозяйке делать с ними все, что она пожелает, — я посмотрел на свою женщину и по ее чуть надувшимся губам понял, что она совсем не горит желанием играть в послушное бревнышко. Тогда чего же она от меня хочет-то?! Тикусйо! Как же тяжело думать в таком состоянии…

— Ю-ю-юйш…

Юйша

Мое солнце извивался подо мной, стонал, просил, но я была неумолима. Мне хотелось снова увидеть перед собой того мальчишку, с которым я развлекалась на корабле. Мне очень нравился обновленный Стийв, но сейчас я хотела того, другого.

— Ю-ю-юйш…

Взгляд уже слегка туманный. На лбу капельки пота, которые так и хочется слизнуть языком. Волосы разметались по подушке. Красивый мой, желанный такой…

— Милая… Ну пожалуйста! — как сложно устоять перед этой мольбой в глазах, но так легко я не сдамся. И, улыбнувшись, сжимаю пальчиками мошонку, сильнее… еще сильнее… еще сильнее…

Стийв закусывает губу и выгибается вверх… стонет… Матерь Сущего, как он сладко стонет! Не выдерживаю и пальчиком провожу вдоль члена, от головки — вниз… Мое солнышко издает полустон-полурык, снова выгибаясь мне навстречу. Маленький самец, попавший в плен к извращенной и жестокой самке, вот кто он сейчас.

Усмехнувшись, снова с силой сжимаю мошонку.

Широко распахнув глаза и облизав губы, Стийв начинает шептать, быстро-быстро:

— Госпожа, пожалуйста… Простите меня! Я вчера вел себя очень плохо… Я был неправ… Пожалуйста… Простите… Позвольте мне кончить для вас? Госпожа? Моя госпожа…

Против такой просьбы я устоять не могу, и, сжав член в колечко из пальчиков, делаю несколько скользящих движений вверх и вниз… и слизываю языком с головки блестящую капельку…

Взрыв! Падаю рядом и только тут понимаю, как меня завела эта игра. Я бешено возбуждена, так, что голова кружится. Закрыв глаза, пытаюсь хоть чуть-чуть успокоиться… Чувствую нежное легкое касание губ…

Стив

Ни с какой другой я не испытывал таких оргазмов, как с ней. Это непередаваемое ощущение, когда кончаешь не только телом, когда тебя разрывает от бури чувств и эмоций, когда… Она моя женщина, и этим все сказано.

Склонившись над ней, целую в губы, потом в полуприкрытые веки, потом спускаюсь ниже… дразню языком соски… Да! Тикусйо! Я тоже злопамятный! И сейчас я хочу отомстить!

Выцеловываю дорожку вниз, до пупка, чтобы и его поцеловать, потом еще ниже… Да! Стони… Вот так… Мне нравится слушать, как ты стонешь подо мной…

Теперь развести ноги в стороны и поцеловать нежную кожицу бедра… Нет, разводить губки я не буду, только слизну сладкий сок сверху… потом проведу языком по полоске волос вверх… снова поцелую нежную кожицу… но розовую пылающую плоть, приоткрывшуюся между губками, снова проигнорирую, хотя она так и манит… манит… только слизну… сверху… мммм….

Юйша

Эта маленькая бестия решил отыграться. И у него довольно успешно получалось — я сходила с ума от возбуждения. Но у меня не было его выдержки, да и с чего бы мне было терпеть подобное?

Подтянув мальчишку к себе и перевернув на спину, усаживаюсь на него сверху… Его член уже снова стоит, и я ввожу его в себя, потом несколько раз приподнимаюсь и опускаюсь, ища наиболее удобное положение… Смотрю в восхищенно-изумленные глаза моего солнышка и, не удержавшись, целую его в губы… И потом, откинувшись назад, начинаю скользить по его члену… Конечно, Стийв тут же потянул руки к моей груди. Инопланетник… Вот Рэйм никогда себе такого не позволял. Но мне уже все равно… И к тому же мою грудь не мнут, как обычно делают континентальные мужчины, а нежно ласкают… Дополнительное удовольствие, а не раздражающе-отвлекающее от наслаждения действие…

Стив

Меня просто вело, как будто в голове был какой-то дурман… Несколько раз сморгнув, я смог, наконец, сделать расплывающиеся передо мной очертания Юйши более четкими… Замер, боясь спугнуть, испортить момент, позволить наваждению исчезнуть… Потом осмелел и потянулся руками к ее груди, провел большими пальцами по ареолам, обрисовывая круги… Закусив губу, виновато-умоляюще посмотрел на свою женщину… Да, я знаю, что нельзя, категорически нельзя распускать руки… Но я же нежно… Я умею быть очень нежным, милая моя… Поверь мне…

Только как я теперь от тебя уеду-то?! Как я выживу на этой сумасшедшей планете с тобой, и на любой другой — без тебя?!

Как мне жить дальше, любимая?

Юйша

Когда Стийв, на бегу запрыгивая в штаны, скрылся за дверью, я упала на кровать и почти мгновенно уснула. Снова оторвать голову от подушки я смогла только ближе к обеду, и, выйдя во двор, наткнулась на Гайнза. При виде меня он скорчил обиженную мордочку: «Вы совсем про меня забыли, госпожа… Как мне снова заинтересовать вас?» — губки бантиком сделал, глазки в землю потупил, просто невинность воплоти.

— Ты уже завтракал, позаброшенный мой? — настроение сегодня было превосходное, хотелось, чтобы у всех было такое же.

— Нет, госпожа, я вас тут жду… с десяти утра, — ого! Для Гайнза очень ранний подъем, практически подвиг. Ну что ж, герой заслужил награду.

И, кивнув, чтобы шел за мной следом, я направилась к Ийке, за двумя порциями завтрака и чем-нибудь сладеньким для моего ручного зверька, взволнованного отсутствием привычного внимания.

Стив

В мастерскую я естественно опоздал, но посмотрев на мою сытую морду, Чэйтр тактично промолчал, при этом совершенно нетактично ухмыльнувшись.

День сегодня обещал быть томным — к нам пришли только с просьбой закрепить ручку на граблях и сменить две сломанные лопаты. Поэтому в пять часов меня отпустили, и я побежал к Юйше, радостно влетел к ней в комнату и застыл, споткнувшись взглядом о мелкую дрянь у ног моей женщины. Медленно развернувшись, я вышел, даже не хлопнув дверью, и направился куда глаза глядят…

Юйша нагнала меня довольно быстро, обняла, как мальчишку, за плечи, прижала к себе…

— У тебя не было никакого повода для ревности, мое солнце! — ласково прошептала мне на ухо. — Лучше пойдем, я тебе озеро покажу! А то тут уже четвертый день, а на озере, наверное, так и не был?

Я отрицательно помотал головой. Вывернулся и приобнял ее за талию. Мы с ней были примерно одного роста, только я чуть шире в плечах, а она пышнее — в груди и бедрах. От ее волос пахло чем-то цветочным, сладким, кружащим голову и возбуждающим. Я не удержался и поцеловал ее… Она мне ответила… Потом улыбнулась:

— Давай все-таки дойдем сначала до озера, мой хороший?

Глава 12

ДЕНЬ ДЕВЯТЫЙ:

Стив

Какой раз убеждаюсь, что хотеть надо не хотя. Как только я чего-то желаю сильно-сильно, мироздание начинает меня динамить до тех пор, пока я не успокоюсь. Я очень сильно рассчитывал на поездку с Зэйхом в Венгсити, к его матери, а точнее, к месту, где я смогу выйти в галлонет. Но в итоге сначала на соседнем хуторе собралась телиться корова, как раз тогда, когда их ветеринар сама слегла с ангиной. Потом на нашем хуторе случилась какая-то беда у кур местных, наверное, я их сглазил. Причем, если на корову потребовалось от силы три часа, то проблема с курами решалась несколько дней. Понятно, что моей любви к ним это не прибавило. Индюшки замаскированные…

В итоге мы отправились в Венгсити лишь через неделю.

Нет, я не скучал все это время — моя мечта о разнообразии в сексуальных отношениях осуществилась. Да даже не в этом было дело, просто нам с Юйшей было хорошо вместе. Я учил ее быть терпимее ко всей внешней мишуре, она же раздвигала для меня границы моего извращенного падения. Хотя я тоже был не невинный мальчик и кое-чем смог ее удивить. Единственное, от чего я категорически отказывался — это от секса втроем. Тут я стоял непрошибаемой каменной глыбой насмерть.

Юйша смеялась, била меня подушкой и обзывала маленьким ревнивым собственником. Но, по-моему, ей это нравилось. Странно, но иногда казалось, что ей во мне нравится практически все, и тогда ненадолго накатывала странная апатия или злое раздражение. Злился я на судьбу, стерву с черным юмором, подложившую мне такую подлянку.

Почему?! Ну почему именно Венга?! Почему именно на этой гребаной планете должна была родиться моя женщина? Я тактично не замечал разницы в десять с лишним лет — какие мелочи! В конце концов, по статистике, мужчины везде живут меньше, так заведено природой. Но вот провести отведенный этой природой срок на Венге я был не готов, хоть озолотите меня!

Выход я видел только один — уехать отсюда вместе. Космопорт есть везде, даже на самых захудалых планетках. В конце концов, ее корабль мог просто залетать за ней и все! Но пока говорить с Юйшей об этом было рано.

Сначала я хотел ей доказать что чего-то стою, что смогу позаботиться о ней, что мы сможем жить отдельно и это не будет тяжкий груз на ее плечи. Пока я для нее был лишь мальчишка с амбициями. Да, не ручной зверек, как Гайнз, и не любимый младший родственник, как Зэйх или Ийка. Я наблюдал за принятыми на хуторе отношениями в сложившихся семейных парах, и меня они более-менее устраивали, если по ним еще пару-тройку раз пройтись шлиф-машинкой. С мнением работающих на пользу дома мужчин здесь считались и их уважали. Это было немного вывернутое наизнанку мое понимание идеального брака, за вычетом того, что я бы свою женщину за ошибки просто бы отругал, а тут мужиков было принято пороть. Но, думаю, этот момент мы как-нибудь утрясем, если у нас, и правда, все серьезно.

Месяца, правда, было мало для того, чтобы понять, готов ли ты ради другого на глобальные перемены. К тому же мне-то терять нечего, а вот у Юйши тут семья… Семья — это очень важно. У меня вот сейчас из семьи осталась только Марисоль.

Венгсити, по сравнению с хутором, действительно была Столица. Но для жителей крупных планет это был всего лишь небольшой провинциальный городок. Очень красивый, ухоженный и, как и Космопорт, весь цветуще-зеленеющий. За заборами виднелись аккуратно подстриженные кустики и ровные газончики, яркие клумбы с цветами и кое-где невысокие деревца. По обеим сторонам дорог — деревца повыше, которым все равно не давали достигнуть роста своих лесных собратьев, обрезая верхушки где-то на уровне второго этажа. Двухэтажных домиков здесь было больше всего, хотя, изредка, встречались и трехэтажные. Я даже парочку четырехэтажек приметил, но это были явно офисные здания.

Да, в Венгсити мы не полетели на аэрошке, а прискакали верхом. Для того чтобы я мог, без сильного ущерба для своей задницы, два часа подпрыгивать по лесным тропинкам, вчера весь вечер Юйша и Зэйх издевались надо мной и мирной лошадкой по имени Звездочка.

У Зэйха был чудесный гнедой жеребец — Дийкки, наверное, от слова «дикий». Когда я попытался угостить его яблоком, этот монстр чуть не откусил мне палец. Так что «мужской дружбы» с местными непарнокопытными у меня не получилось, но с дамой мы договорились достаточно быстро. Звездочка терпеливо сносила мою абсолютную неприспособленность к конному передвижению. Аккуратно брала с ладони кусочки яблока и потом вежливо дышала мне в ухо, благодаря. Можно сказать, что у нас с ней возникла любовь с первого взгляда, и я даже не удивился, узнав, что это любимая лошадка Юйши.

Понятно, что за один вечер лихого наездника из меня сделать не получилось, и два часа я скакал следом за Зэйхом, больше всего напоминая мешок с … отходами. Но я старательно запоминал дорогу, хотя под конец пути меня слегка мутило, и задница болела ужасно. Возможно, пожертвовал я своей пятой точкой совершенно напрасно, ведь через месяц смогу смыться с этой планеты на законных основаниях. Но мою душу грело приятное чувство, от того, что я теперь смогу самостоятельно доскакать в Венгсити, если вдруг возникнет нужда.

Дом матери Зэйха находился на пятой линии, а въехали мы в город со второй. То есть сначала мы проскакали всю вторую линию, достигли центральной площади, от которой в разные стороны расходились лучи-улицы, отсчитали два луча налево, третий и четвертый, и на пятом завернули в обратную от площади сторону.

Домик был небольшой, двухэтажный, покрашенный в нежно-голубой и салатовый цвета. Он был практически весь увит небольшими белыми и сиреневыми цветами. Удивительно красиво смотрелось. Марисоль бы оценила — она любила заниматься садом, помогая маме. Вдоль тропинки, посыпанной мелким гравием, с двух сторон был пущен кустарник, явно во избежание соблазна ступить на идеально ровный травянистый ковер.

С лошадей мы спрыгнули, еще перед калиткой, вернее, Зэйх спрыгнул, а я, матерясь сквозь зубы, практически свалился вниз. Навстречу нам выскочил мальчик лет пятнадцати и повел Дийкки и Звездочку куда-то за дом. При этом с Зэйхом они даже кивками вежливыми не обменялись.

В дверях нас встретила эффектная блондинка неопределенно-среднего возраста. Вот она соизволила нам улыбнуться, пока Зэйх и я, ускоренный его щипком за отбитую задницу, опустившись на колени, буравили взглядом камушки гравия. Наконец, выдержав эффектную паузу, женщина соизволила произнести:

— Зэйх, как я рада тебя видеть! Что это за мальчика ты привез с собой?

Подскочив с колен и дождавшись, пока я проделаю то же самое, Зэйх представил меня своей матери:

— Я тоже очень рад вас видеть, мама. Это Стийв, новое приобретение моей госпожи, — я порадовался, что не оторвал взгляда от тропинки, и никто не заметил, как меня перекосило от слова «приобретение».

— Пожалуйста, вы позволите ему воспользоваться галлонетом?

Меня оглядели с ног до головы и с головы до ног несколько раз, и, в итоге, признали годным испачкать своим ментальным касанием выход этого дома в межгалактическую сеть.

Так что Зэйх быстро затащил меня в довольно-таки большую комнату: «Моя. Мама бережет до сих пор. На обед забегу, позову. Вот планшет. Развлекайся», и убежал.

Счастье есть! У меня был неограниченный доступ в галлонет, планшет, маленький принтер и куча свободного времени. Я погрузился в нирвану и перестал замечать окружающий мир.

Но окружающий мир продолжал существовать, и если раздавшийся где-то на задворках сознания скрип двери не вернул меня в реальность, то вкрадчивый голос за спиной заставил вздрогнуть от неожиданности:

— Что ты делаешь в комнате моего брата, зверек?

Я обернулся и сразу утонул в бездонных синих глазах. Меня засасывало, как в омут, но я барахтался изо всех сил, пытаясь остаться на поверхности.

Да, вошедшая женщина была очень похожа на Зэйха, но если он был просто обычным местным парнем ненамного старше меня, то его сестра была какой угодно, только не обычной.

Презрительно-высокомерным выражением лица она могла соперничать с Айрин Вайнгойрт и, мне кажется, имела все шансы выиграть. Возраст… Наверное, она была все же младше Юйши, ну, или ее ровесницей. Синие глаза обжигали холодом. Золотые волосы были заплетены в косу, уложенную на голове во что-то похожее на кичку.

— Я задала тебе вопрос, раб! — я помотал головой, отгоняя наваждение. Эта громко сказанная фраза вышвырнула меня из омута ее глаз на поверхность и пребольно шмякнула об берег.

— Простите… Жду Зэйха, — потупив взгляд в пол, я пытался внушить этой красивой гордой местной ледышке, что ей уже пора отсюда, срочно! У нее молоко на кухне закипело…

Вместо того чтобы скрыться за дверью, женщина простучала каблуками в мою сторону и встала практически рядом со мной. Я чувствовал ее парфюм, резко-цитрусовый и слышал ее дыхание. Близко-близко.

— Дай, угадаю! Ты новая игрушка Юйшайры, и мой идиот-братик тебя опекает, как родного, и заботится, будто ты младший родственник, а не соперник по гарему! — все это было произнесено злобно-презрительным тоном, который относился не ко мне, но проглатывать его, поэтому было сложнее. Я молча сосчитал про себя до десяти, потом еще раз столько же, и после третьего десятка оказался способным выдавить из себя:

— Да, Юйша — моя хозяйка.

— Это сразу заметно, зверушка! Непонятно только, откуда она в этот раз подобрала настолько невоспитанного. С другой планеты, что ли?!

Я снова мысленно стал считать до десяти. Но в этот раз женщина была не настроена ждать так долго. Тем же вкрадчиво-завораживающим голосом она произнесла:

— Сейчас я окажу Юйшайре одну ма-а-аленькую услугу. Во избежание повтора грустной истории с ее предыдущим увлечением, которое ей в итоге пришлось подарить мне. Знаешь почему, звереныш? — я отрицательно помотал головой, отчаянно сопротивляясь зачаровывающему меня голосу. Но это было так же бесполезно, как трепыхания мухи в сети паука — чем больше я сопротивлялся, тем больше меня опутывала, связывала паутина. Тикусйо! Я же ей даже в глаза не смотрю! Что происходит-то?! — Потому что Юйша избаловала этого мальчишку так, что уже сама была не в силах терпеть его наглость. Рабов надо воспитывать постоянно и это тяжелый труд. Когда заводишь мужчину, надо быть готовой взвалить на себя огромную ответственность, к которой твоя хозяйка оказалась не готова. Хорошо, что ей достался идеально отдрессированный мною Зэйх, который заботится обо всех остальных ее мальчишках, правда? — я кивнул. Как китайский болванчик, честное слово! Самое ужасное было в том, что кивать я не собирался! Оно само кивалось! В голове журчал ее голос, и мое тело послушно выполняло то, что она хотела. Как под гипнозом! — Но ты появился у Юйши совсем недавно, да?

Очередной мой кивок, и я чувствую ее губы возле своего уха:

— Отвечай, как положено….

Жаркий шепот окончательно срывает мою бедную крышу, и я обреченно выговариваю:

— Да, я у Юйши чуть больше недели… госпожа… — и мы оба замолкаем. Лично я, потому что пребываю в шоке от того, что из меня вылетело это дурацкое слово, хотя я абсолютно не собирался ничего подобного говорить. Одно дело ломаться самостоятельно, под Юйшу, и совсем другое — когда эта красивая паучиха обволакивает меня своим голосом.

— А теперь разденься, раб, — мой разум полностью спеленат в кокон, мое тело действует отдельно от меня, живет какой-то своей самостоятельной жизнью. Я сопротивляюсь, борюсь сам с собой, но медленно раздеваюсь. — Встань на колени, как и положено зверьку, разговаривающему с женщиной.

Я медленно опускаюсь на колени, трясясь от напряжения, пытаясь победить и остановить собственное тело. Кусаю губу, в надежде, что боль вернет мне контроль над самим собой, но не успеваю даже понять, сработало или нет, как звучит новый приказ: «Дрочи, животное… И рассказывай, как тебе стыдно, от того что ты посмел вести себя так нагло и как сильно ты раскаиваешься в том, что разозлил меня…»

И я начинаю говорить… Тикусйо! Я начинаю говорить то, что она хочет от меня услышать! И… Ласкать свой член, твердя при этом бред про то, что я виноват и такого больше не повторится, и мне ужасно стыдно… С последним я, кстати, согласен. Мне, действительно, ужасно стыдно. И еще я зол. Зол настолько сильно, что, кажется, мне удается освободиться от гипнотических пут. Я прячу руки за спину, хотя до оргазма остаются считанные секунды. Это стоит мне неимоверных усилий, но мне нужно показать этой стерве, что я победил, выиграл, освободился… Я свободен!

— Кончи для меня, зверушка…. — вкрадчиво вползает в мою голову ее приказ, и я кончаю, скрипя зубами от бессилия, царапая ногтями пол, рыча, как зверь… И в ту минуту, когда я готов кинуться на нее и удушить, уничтожить, хотя бы изнасиловать, за то, что она только что проделала со мной… В эту минуту в комнату входит Зэйх!

Он, ничего не спрашивая, пулей вылетает обратно в коридор и возвращается через три минуты вместе со своей матерью.

Благодаря его появлению я успеваю справиться со зверем внутри меня и все остаются живы. Пока.

Зэйх протягивает мне руку, и я встаю, иду с ним в небольшую ванную комнатку, принимаю душ под его присмотром, заматываюсь в большое пушистое полотенце и, сидя на его кровати, пью горячее молоко.

Спустя час в моей голове все нормализуется, и я снова способен адекватно реагировать на внешние раздражители. И еще я понимаю, что не готов рассказать Юйше про то, что было в этой комнате. Пусть у меня возникло множество вопросов, пусть меня гложет изнутри ревность к тому избалованному парню, с которым она была до меня, пусть… Я узнаю все другими способами.

Я не хочу, чтобы она знала, как легко я сдался, и как просто из меня оказалось сделать безвольную послушную куклу.

— Зэйх, пожалуйста, обещай мне, что ты ничего не расскажешь Юйше!

На меня смотрят так, как будто я болен и брежу. Ну да, наверное, для него все это звучит так, как будто я соблазняю его совершить преступление, обмануть госпожу. Надо как-то иначе эту просьбу оформить, по местному.

— Ну сам подумай, если ей все это выдать, не подготовив, она же расстроится, — теперь на меня посмотрели задумчиво-подозрительным взглядом, но молча. — И к тому же она, наверное, сильно разозлится на твою сестру, верно? — Зэйх нахмурился, продолжая молчать и по-прежнему глядя на меня очень подозрительно. — А я ее подготовлю аккуратно и все расскажу, когда момент будет подходящий, хорошо? — ну, давай же, Зэйх, соглашайся! Момент может никогда не настанет, но это только мое и ее дело, тебя оно не касается!

Пауза затянулась на несколько минут, но я терпеливо молчал. Все аргументы я привел, так что сказать мне уже было нечего. Оставалось ждать, пока мой собеседник переварит услышанное и согласится со мной.

— Ты ведь кончил по ее приказу? — хрипловатым голосом спросил Зэйх, издав странный звук, как будто у него в горле першило.

Я быстро пытался вспомнить, что за такой проступок полагалось наложнику. Мужьям полагалась полная ампутация изменившего органа, это я четко выучил, визуализировал и проникся. А вот наложникам… Судя по лицу Зэйха, ничего хорошего меня не ожидало. Значит, тем более надо было оттянуть подходящий момент и рассказать все, стоя у проходного терминала на взлетную полосу, например.

— Кончил… Она ведь и поэтому тоже расстроится и разозлится. Мне-то ничего не будет, я ведь инопланетник, помнишь? — Зэйх облегченно выдохнул и кивнул. Потом, через минуту молчания, выдал:

— Ты только не тяни и расскажи как можно скорее. А то, если госпожа все от моей сестры узнает, тогда она точно разозлится. Причем на нас. А я не люблю, когда госпожа на меня злится, — смущенно закончил этот чудесный парень.

Тикусйо! Как-то я не подумал, что паучиха сможет сама сообщить Юйше, в красках и подробностях, как она весело развлекалась со мной. И тогда мое молчание действительно будет засчитано против меня. И Зэйха еще подставлю. Вот ведь вляпался!

Но зато у меня была и хорошая новость. Очень хорошая новость. Во-первых, подлинник статуэтки Эбису пропал два года назад. Во-вторых, та, что стояла на полке у Юйши, совпадала по всем основным признакам с той, что пропала. В-третьих, я нашел покупателя, готового выложить за эту статуэтку пару тысяч галларов. На второй корабль не хватит, но на полный апгрейд старого — запросто.

Конечно, перед продажей божка исследуют в лаборатории, но я был уверен на девяносто пять процентов, что у Юйши подлинник — у меня глаз наметанный уже.

Юйша

День подходил к концу, семья начинала собираться за столом, а мальчиков все не было. Я уже даже волноваться начала.

Во время ужина дядя Мойшэ обратил всеобщее внимание на отсутствие Зэйха и Стийва, пошутив: «А что, твои парни так увлеклись друг другом, что только одним белком готовы питаться?»

Все тихо прыснули, поглядывая в мою сторону. Только Ийка явно был немного обижен, что парни не смогли оценить его очередной кулинарный изыск.

Когда весь дом уже спал, я услышала долгожданный топот лошадиных копыт, потом смех и, наконец, голос Стийва:

— Я рискну. Лучше умереть от руки любимой, чем оглохнуть от твоего храпа!

Внутри у меня все сладко заныло. Это непередаваемое ощущение, когда хочется плакать от того, что твою душу разъедает странное щемящее наслаждение.

— Юйш, ты уже спишь? — едва слышный шепот в дверях, потом крадущиеся шаги, и вот, мое солнце опускается на колени, возле моей кровати. — Я чувствую, что ты не спишь… Но ведь я могу ошибаться. Мне так не хочется тебя будить… И так хочется тебе все рассказать, — его губы касаются моих, нежно-нежно. И я, обняв Стийва, затаскиваю его на кровать, под себя и целую, горячо, жадно:

— Я так соскучилась по тебе!

Его тело пахнет персиковым гелем, и я знаю, что такого у нас нет, значит, он мылся у Зэйха. Зачем интересно он там мылся? Отгоняю от себя подозрения и ревность. Стийв не смог бы изменить мне и потом вести себя так заботливо-влюбленно. На такое способен только прожженный циник. А мой мальчик не такой… Конечно, я слишком много ему позволяю последнее время. Балую, забыв свой прежний неудачный опыт. И вообще слишком расслаблена и благодушна настроена. Но я уверена, если бы он мне изменил, то вел бы себя сейчас совсем иначе.

— У тебя, и правда, среди всеобщей свалки попадаются очень дорогие игрушки, — нависая надо мной, с придыханием, чередуя слова и поцелуи, которыми он вознамерился покрыть все мое тело, шепчет мое солнце.

— Например, ты, — ехидно улыбаюсь ему я, пытаясь освободить свои запястья из его сильных рук. Наконец мне это удается, и я, на правах победителя, ударив наглого мальчишку подушкой по голове, усаживаюсь на него сверху… Сразу на его возбужденный член.

Нам обоим надо лишь несколько движений, чтобы кончить, и я падаю на вовремя подложенную подушку, закидываю ногу и руку на лежащее рядом такое же обессиленное тело. Несколько минут мы просто тихо молчим, приходя в себя.

— Я нашел покупателя на твоего божка, — сладко зевая и практически уже засыпая, выдает Стийв.

— И сколько же он готов мне заплатить? — любуюсь на жмурящегося от удовольствия мальчишку, гладя его пальчиками по бровям, ресничкам, скулам… обрисовывая контур губ…

— Мало… На второй корабль не хватит, — интригующе-томным голосом шепчет мое солнышко.

— А на пол корабля? — усмехнувшись, начинаю щекотать ему уголки губ.

— На пол — точно хватит! — и, воспользовавшись моим шоком от услышанного, Стийв снова оказывается сверху, а мои запястья — у меня над головой и плотно сжаты его пальцами.

— Спокойной ночи! — меня целуют в губы, очередной раз пытаясь проникнуть своим языком туда, куда ему совсем не надо. Ну не люблю я такое, не нравится мне!

Спихиваю с себя обнаглевшее и избалованное солнце и, только после этого, отвечаю на его поцелуй:

— Спокойной ночи.

ДЕНЬ ДЕСЯТЫЙ:

Стив

Утром я встал раньше Юйши и какое-то время покрутился у полок с сувенирами.

— Солнце, ты там ищешь очередную раритетную древность? Давай сначала продадим эту.

— Его пока спрятать надо, — мне казалось неправильным, что вещь стоимостью в тысячи галларов пылится на полке вместе с дешевками в полгаллика — пучок.

— Зачем это? — в голосе моей женщины зазвучали возмущенные нотки. Чего я опять такого ляпнул-то?! — В эту комнату никто кроме тебя не заходит! Ты и члены моей семьи.

Кажется, я понял, что ее разозлило. Ну да, согласен, сам бы взвился, если бы кто-то стал мою родню подозревать.

— Юйш, что ты! Я не потому, что кто-то украсть может! Просто предлагаю убрать, от греха подальше. Мало ли, затеряется. Или кто-то уронит нечаянно.

Я примирительно-извиняюще улыбнулся, и меня простили, правда, положив большой болт на мое мнение.

— Не волнуйся, солнышко. Ничего плохого с этим рыбаком за четыре дня не случится.

Да, меня уже предупредили, что скоро мне придется две недели спать в гамаке и наслаждаться воспоминаниями. Но работу же никуда не денешь, это я прекрасно понимал. В мастерской я уже освоился, с Зэйхом отношения у нас замечательные, вся остальная семья Юйши ко мне тоже вроде неплохо относится. Правда, отец ее недавно за обедом сострил, что в его возрасте пора уже внуков нянчить, и мне эта шутка очень не понравилась.

Улететь с этой планеты, оставляя только любимую женщину, я смогу. Да, я сволочь, гад, подлец, но главное — я нормальный мужчина. И именно из-за последнего пункта банально свихнусь, пусть моя женщина и безответственное создание, наплевательски относящееся к моему воспитанию.

Но это ж надо было быть таким наивным идиотом! Почему-то, смотря венговидео, я был уверен, что зайки там слегка притворяются, и еще влияет менталитет и то, что их с детских лет к такому готовят. Тикусйо! Да наедине с такой паучихой недельку побыть, и все, крышу сорвет и унесет ветром — не догонишь. Странно, что Зэйх вполне нормальный вырос, при такой-то сестренке.

Мне вдруг стало интересно, а вот большинство женщин здесь такие как Юйша или как гюрза эта синеглазая? Мне везло или кругом все действительно условно адекватные? И команда на корабле, и хуторянки здешние. А родителей Юйши вообще можно было принять за семью с планеты из Общегалактического Союза. Не всегда же глава в доме мужчина, в конце концов.

Не зря говорят, что иногда, чтобы понять, как тебе повезло, надо просто найти правильный объект для сравнения. Пока я сравнивал Венгу и Землю, то чувствовал, что я вляпался в полное дерьмо. Теперь же, после встречи с сестренкой Зэйха, я кипятком писал от счастья! Да я везунчик, каких поискать… Моя женщина не аристократка какая-нибудь по происхождению, а просто зажиточная крестьянка. Да, она может ремнем по заднице выписать, если я не прав, но в ушат с говном не макает… Нет, тикусйо! Не заставляет туда нырять самому, чтобы потом сидеть и чувствовать, что сколько по телу мочалкой не скобли, а внутри все равно куски дерьма… И… Гребаную вашу Матерь Сущего за ногу! Эта срань переработанная растекается по душе, а не в кишечнике, где ей самое место!

Я себя таким использованным не чувствовал даже после того, как меня Юйша в первый раз в задницу поимела. Даже когда дрочил перед всей ее командой. Даже когда…

Мне хотелось сразу так много! Отомстить. Каким-то чудом доказать, что в следующий раз так легко меня опустить не удастся и… Забыть весь этот кошмар как страшный сон.

Но вот забыть-то как раз мне никто не даст.

Во время обеда Зэйх еще раз посоветовал не тянуть с выбором подходящего момента. И он был прав, тикусйо! Потому что, если Юйша услышит всю эту историю от паучихи, меня она никогда не простит, абсолютно точно. И прикрывающему меня Зэйху тоже достанется, хотя он ко всей этой гребаной ситуации вообще никакого отношения не имеет.

Но как… КАК?! Как, Матерь Вашу, мне сказать моей женщине… Моей ревнивой женщине… Как мне сказать, что меня поимели, как безвольную резиновую куклу?! Ровно тогда, когда я делал все возможное, чтобы доказать ей, что могу быть крутым и самостоятельным парнем?!

У меня в роду очевидно были козлы или бараны, потому что внутри упрямо начинало просыпаться какое-то странное чувство противоречия… Доказать всем местным, что мужчины тоже чего-то стоят! Легко вести свой бизнес на Земле или любой другой планете Союза, но если я смогу раскрутиться на Венге…

Ну да, тикусйо! Я не ищу легких путей последнее время. Похоже, я ассимилирую потихоньку — как и все местные, выбираю решение потернистее и желательно через задницу. Сматывать отсюда надо по-быстрому, пока здешний климат не просквозил мои мозги насквозь, и я не начал на мужиков заглядываться. Хотя лучше мужики, чем паучихи… Или лучше паучихи… О, мой мозг! Продержись еще немного, и мы улетим отсюда!

Глава 13

ДЕНЬ ДЕСЯТЫЙ:

Стив

Перед сном, уже лежа в кровати, я попытался как-то попробовать создать удачный момент, и произнес, как можно более непринужденным тоном:

— Юйш, я вчера с сестрой Зэйха познакомился.

— Да? — ни ревности, ни возмущения в голосе. На Айрин реакция была более бурная.

— Она сказала, что у тебя до меня…

— Но ты тоже был не девственник, — усмехнувшись, Юйша уселась на меня сверху и начала целовать. Не мог же я прерывать свою женщину глупыми разговорами, когда она возжелала секса? Как-нибудь в другой раз поговорим, завтра, например…

Юйша:

Усевшись в кровати поудобнее, подложив под спину подушку, я размышляла. Стийв, засыпая, пристроил голову мне на грудь, и я меланхолично перебирала пальчиками его волосы, иногда целуя в макушку… Что ж, пришла пора признать, что люблю и готова ради него на многое.

Конечно, на хуторе к мужчинам совсем другое отношение, чем в гаремах у столичной аристократии. Да и новых законов в защиту мужчин напринимали уже столько, что скоро впору будет законы о защите прав женщин начинать принимать. Но все равно… Все равно это Венга — планета, на которой инопланетники или сходят с ума, или ломаются, подстраиваются, сливаются с общей массой. Еще на корабле я радовалась, когда Стийв сам старательно прогибался, чтобы стать неотличимым от мальчиков, выращенных на Венге. Хотя, наверное, уже тогда я чувствовала, что это маска.

Мне нравится его характер, он напоминает мне гибкий прутик — гнется в разные стороны и не ломается. Но испортить ведь можно все, что угодно, если захотеть.

Как я буду защищать мое солнце от таких, как Лайра? Надеюсь, ему не часто придется встречаться с подобными ей, но вот конкретно она — частая гостья в доме моей тетушки, еще в Университете подружившейся с матерью Лайры и Зэйха.

А еще Лайрийэла вторая претендентка на наследование титула Старшей госпожи в их Доме. Конечно, у нынешней Старшей молодой муж, еще условно пригодный для деторождения возраст, отличное здоровье, и поэтому есть все шансы родить дочку, но пока что этого не произошло. А так как долгое время не планировалось и не ожидалось, что Старшая снова возьмет себе мужа, Лайру и ее двоюродную сестру обучали как законных наследниц. Они даже Лагерь для госпожей закончили. Получили всестороннее энциклопедическое образование. Но если кузина расширила свой кругозор и успокоилась, то Лайра постаралась овладеть всеми способами манипулирования мужчинами — внешность, голос, взгляд, правильное построение фраз… Аристократки, умеющие гипнотизировать голосом, чем-то напоминали мне сказочных сийрейн.

Именно ей я отдала на перевоспитание свою избалованную первую любовь — Рэйма. И даже видела первые несколько этапов его укрощения — страшное зрелище, даже со стороны, даже с учетом того, что Рэйм вырос на Венге и встречался уже с подобными манипуляциями сознанием. Поэтому в мои планы не входило даже близко подпускать Лайру к Стийву. Она сломает его и не заметит, а мне потом сидеть с биоклеем и бинтами и пытаться выправить мой прутик. Он, конечно, тут же перестанет быть гибким и при малейшем ветре будет снова с хрустом ломаться…

Надо будет завтра серьезно поговорить с Зэйхом и узнать его видение знакомства его сестры и моего солнышка. Стийв слишком хорошо умеет обходить водовороты и подводные камни в разговоре. Поэтому хочу быть уверена, слушая его рассказ, что он говорит правду. Так что надо заранее узнать все подробности от других и… Тяжело вздохнув, я погладила волосы моего солнца и снова нежно прикоснулась к ним губами…

…И приготовить ремень.

Я могу позволить говорить мне ты, обращаться ко мне по имени, иногда брать на себя ведущую роль в наших постельных играх, но при этом он должен быть со мной честен. В основе всех моих привязанностей — дружбы, уважения, любви, — лежало доверие. Без него все остальное теряло смысл. Мальчик мой явно привык вести скрытный образ жизни, так что буду приучать, приручать и… пороть. Воспитывать буду. Матерь Сущего мне в помощь…

ДЕНЬ ОДИННАДЦАТЫЙ:

Стив

Все утро в мастерской было какое-то столпотворение, даже выйти во двор и вдохнуть свежего воздуха не получалось. То ли у них там страда какая-то началась очередная, то ли просто народ сговорился и решил массово починить все сломанное на хуторе. Нам даже бытовую технику пытались всучить. Но Фейри всех разворачивала в Венгсити:

— Что значит «как потащишь»? Зачем на себе? Повозку попроси у Лийзи… Даст! Ты еще к Дойну загляни, у него там тоже что-то сломалось. Вот и поедете вместе.

На обед мы вылетели усталым голодным роем, захлопнув двери мастерской прямо перед носом очередного страждущего. Я торопился изо всех сил, потому что надо было еще успеть принять душ — садиться за общий стол свинушком я себе позволить не мог.

Юйша

Поговорить с Зэйхом до обеда у меня не получилось, но я попросила его зайти ко мне перед ужином. Во второй половине дня я планировала встретиться с заказчицей, которая жила недалеко от Венгсити, и обсудить с ней некоторые конфиденциальные детали. Это не должно было занять много времени, так что как раз успею вернуться, мило побеседовать со своим Старшим по гарему, поужинать и потом спокойно выслушать версию Стийва.

Стив

Я банально объелся и испытывал настоятельное желание, если не поспать, то хотя бы спокойно посидеть полчасика, иначе у меня ничего не приживется в моем растущем организме. Правильно воспитанный венговский мальчик, наверное, пошел бы валяться в гамаке, но я же неуч инопланетный. Поэтому я тихо просочился в комнату к Юйше, намереваясь сделать ей приятный сюрприз. Сюрприз удался, но не для моей женщины и, похоже, не очень приятный.

— Гайнз, поставь статуэтку на место, сейчас же!

— А то что? — малолетняя дрянь нагло усмехнулась, с вызовом глядя мне в глаза и крутя в руках божка Эбису.

— А то в глаз дам и скажу, что ты просто с тенями перестарался, — тикусйо! Как кулаки приятно зачесались… Главное, статуэтку не повредить.

— Тебя за это госпожа выпорет, а Зэйх выебет, — томно-презрительно протянул Гайнз. Но увидев мой наплевательски-многообещающий взгляд, поставил фигурку на полку и фыркнул: «Чего вы все на этом толстом уродце помешались, не понимаю!»

— Кто это «все»? — в душе зашевелилось какое-то нехорошее предчувствие. Как будто кто-то смотрит тебе в спину. Краем глаза я отметил какое-то движение сбоку от себя и последнее, что запомнил, падая на пол и теряя сознание — испуганные глаза Гайнза.

Юйша

Никогда не надо откладывать на потом, если можешь сделать сейчас! Вот ведь не в первый раз Матерь Сущего тыкает мне это правило под нос, а я все равно отмахиваюсь и делаю так, как считаю нужным.

Прилетев, я сразу поняла, что поговорить с Зэйхом мне не удастся — в доме творилось что-то невообразимое — на мое солнышко было совершено покушение. Гайнз, запинаясь и всхлипывая, рассказывал мне, как все происходило:

— Я стоял лицом к двери, госпожа… А Стийв прямо в дверях… Я ничего такого плохого сделать не хотел, просто увидел, что у вас открыто, и зашел… Стийв, наверное, тоже поэтому… Я смотрел на ваши фигурки… Вы же знаете, я люблю их смотреть…

Преданный взгляд в глаза и очередной всхлип. Я успокаивающе поглаживаю напуганного мальчика по голове, хотя, по-хорошему, надо выпороть как следует, чтобы без хозяйки в чужие комнаты не лазил, и киваю:

— Да, малыш, не волнуйся. Продолжай.

— Стийв сказал, чтобы я там ничего не трогал… И тут ему кто-то сзади по голове чем-то тяжелым как ударит! И он упал! Я закричал…

— Гайнз, но ты же не зажмурившись закричал?

Гайнз отрицательно замотал головой:

— Стийв же прямо в дверях стоял. В коридоре за ним — темно… И тут рука… Удар! Стийв падает. Я кричу… Больше ничего не помню!

Да, Гайнз не закричал, а заорал, причем так, как будто убивали его, а не Стийва. Все, кто был в доме или не успел далеко от него уйти, кинулись к моей половине. И нашли во дворе Зэйха, крутившего в руках завернутый в полотенце камень. Для моей семьи аргументов для обвинения было больше, чем нужно, и теперь мой Старший гарема, запертый в сарае, ожидает, когда я найду время с ним поговорить.

Стив

Голова болела страшно, звездочки в глазах периодически мелькали, и в ушах что-то шумело. Хотелось лечь и умереть. Правда, с учетом того, что я и так лежал, а умирать мне еще как-то рановато, то пусть просто выключат этот назойливый звон в голове.

Я попытался приподняться с кровати, все вокруг закружилось, и я снова аккуратно и медленно прилег на подушку. Рядом на полу кто-то тихо всхлипывал и беспрерывно шептал: «Он не мог… Он не мог… Он не мог…»

— Кто что не мог? — спросил я и тут же понял, что поторопился вступать с кем бы то ни было в диалог. Закрыл глаза и подождал, пока в голове и в желудке снова все нормализуется. Потом, приоткрыв один глаз, увидел склонившееся надо мной зареванное лицо Ийки:

— Ты очнулся?! Как хорошо, что ты очнулся!

— Не кричи… — простонал я, пытаясь сфокусировать и настроить четкость изображения окружающей реальности. — Кто меня так?

— Говорят, что Зэйх… Но он не мог! — что же так громко-то! Опять в ушах зазвенело… Раньше я как-то не замечал, какой Ийка шумный. И несет он какой-то бред. Зачем Зэйху пытаться меня убить?

— Конечно, Зэйх не мог, успокойся… — вот если почти одними губами шептать, то вполне нормально.

— Расскажи мне, что произошло. Только спокойно и как можно тише.

Ийка понятливо кивнул:

— Гайнз закричал. Мы все прибежали. В дверях ты лежишь, а во дворе, с камнем в руках, Зэйх стоит. Мойшэ сразу его скрутил, а он даже не сопротивлялся. Молчит, как будто его тоже стукнули. Ну, старшие его в сарай отвели и заперли. Госпожа Юйша прилетела, сразу к тебе, а ты без сознания. Она тогда Гайнза в охапку и ушла с ним куда-то. А Зэйх еще даже не ужинал… Последнюю фразу Ийка сказал с такой жалостливой интонацией, как будто все, что произошло — фигня, не стоящая внимания. А вот то, что Зэйх не ужинал — это, действительно, проблема.

Понятно. Надо будет дождаться Юйшу и поговорить с ней. И еще…

— Слушай, а посмотри на полках, там такая небольшая статуэтка толстячка с удочкой все еще стоит?

Послышались тихие шаги, шебуршение, и потом уже ожидаемый мной ответ:

— Нет, — удивление в голосе Ийки сменилось возмущением, — Стийв, я его помню. Смешной такой. С рыбиной больше себя. Кому он понадобился?!

Вот и я тоже думаю, кому он мог понадобиться? И еще у меня что-то катастрофически не сходилось. Только головная боль мешала поймать ускользающую от меня мысль.

Юйша

Зэйх угрюмо пробубнил, что он абсолютно не виноват. Да я в этом даже не сомневалась. Но как найти настоящего виновника? Гвардейцев вызывать бессмысленно — драка между двумя мужчинами относится к внутренним разборкам. Конечно, удар сзади камнем по голове — это не драка, а покушение на убийство. Но все равно и пострадавший, и обвиняемый — мужчины. Если я приму решение усыпить Зэйха, тогда мне понадобятся несколько свидетелей случившегося, чтобы получить разрешение. При этом проверять никто ничего не будет. Есть я — уважаемая гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис, есть мои свидетели — моя тетя Айлэйн Лийвэйрис и ее муж Мойшэ Лийвэйрис. Достаточно для приговора.

Но как раз в том-то и дело, что я совершенно не хотела лишаться Зэйха. Мне надо было его оправдать и найти настоящего виновника случившегося. Правда, как добиться этого, я пока не знала.

Стив

— Как ты, солнышко мое? — я даже глаза открывать не стал, просто потянулся губами за поцелуем и улыбнулся:

— Жить буду. А еще очередной раз убедился, что мозг у меня есть.

Юйша погладила меня по голове и улеглась рядом со мной, приобнимая и укладывая свою голову мне на грудь.

— Юйш, божок пропал, — поставил я ее в известность.

— Ну что ж, причина, из-за которой все мои мальчики избиты или напуганы, понятна. А вот кто все это устроил, пока загадка.

— Но ты тоже не веришь, что это сделал Зэйх? — с надеждой в голосе спросил я.

— Конечно, не верю. Он не мог так с тобой поступить.

В голосе Юйши звучала такая уверенность, как будто она произносила аксиому, не требующую доказательств. Это не была мантра, как у Ийки. Она просто верила в то, что говорит, и разубедить ее не смогло бы даже видео, на котором было бы четко видно, как Зэйх стучит меня камнем по голове. Хотя у меня бы видео тоже вызвало сомнения в подлинности. Но я был убежден в невиновности Зэйха не из-за «великой женской интуиции», а из-за пропажи статуэтки.

От отваров, которыми меня отпаивал весь вечер Ийка, и от примочек, которые он прикладывал к моей головушке, мои внутренности медленно, но уверенно приходили в норму. И первым начал функционировать мозг, сумевший наконец проанализировать полученную информацию.

— Гайнз ведь все время был в твоей комнате, пока я лежал без сознания, а народ во дворе заваливал Зэйха?

Юйша посмотрела на меня задумчиво и кивнула:

— Да, сразу как ты упал, он заорал и замолчал, только когда в комнату влетели Ийнни и Ийка.

— То есть в комнате все время кто-то был?

Юйшайра взглянула на меня заинтересованно:

— Ийка не отходил от тебя ни на шаг… — потом подумала и добавила: — Хотя, наверное, иногда отбегал приготовить новый отвар.

Мы переглянулись, и я уточнил:

— То есть, ты понимаешь, что сидящий в сарае Зэйх выкрасть ее никак не мог?

Юйша кивнула и улыбнулась:

— Да.

Юйша

Ийка, убегая, отчитался мне, что у Стийва на затылке небольшая шишка. Реакция на громкие звуки и яркий свет была, но уже прошла. То есть, по его прогнозам, двух-трехдневный постельный режим, прием отваров и компрессы на голову восстановят мое солнышко, и он будет как новенький.

Гвардейцы проводить следствие отказались бы, даже если бы я оплатила. А вот показать Стийва врачу, по моему мнению, было просто необходимо, как бы сильно я не верила в отвары и компрессы.

Так что перед сном я позвонила в справочную больницы в Космопорте, потому что специалисты по травмам черепа работали в основном у них. Меня обрадовали, сказав, что мне осмотрят моего мальчика абсолютно бесплатно, потому что на него действует медицинская страховка ДИСа. И сразу предупредили, что в ближайшие два-три дня транспортировка пациента крайне не желательна, если, конечно, состояние стабильное и не требует срочной госпитализации.

Закончив разговор, я не удержалась и, погладив Стийва по голове, прикоснулась ко лбу губами, прошептав: «Как ты, солнышко мое?», и замерла, любуясь его улыбкой.

Он не был несчастным и страдающим, какими я привыкла видеть болеющих мужчин. Он не канючил всем своим видом и поведением внимания и жалости. Наоборот, он старался поддержать меня и мою слепую уверенность в невиновности Зэйха. Мало того, Стийв пытался рассуждать, и его очередной вопрос заставил меня осознать, что кроме интуиции у меня есть и доказательства того, что Зэйх сидит в сарае вместо кого-то другого:

— То есть, ты понимаешь, что выкрасть статуэтку он никак не мог?

Я так обрадовалась, что не удержалась и чмокнула моего мальчика в щеку:

— Да! Ты умница! — и тут же сама себя опустила с небес на землю: — Только если у него не было тут сообщника…

Стийв отрицательно помотал головой:

— Ты же сама в это не веришь, правильно? Да и кто может быть его сообщником? Гайнз или Ийка?

Я уставилась в окно, стараясь успокоиться и борясь с нарастающей во мне паникой. По сути, любой член моей любимой семьи… Любой живущий под одной со мной крышей человек мог быть потенциальным грабителем и неудавшимся убийцей моего мальчика!

Да, мой бизнес приучил меня к тому, что подруг с других кораблей у меня быть не может. В любой момент та, с которой я весело смеялась в баре и выпивала на брудершафт, может увести у меня из-под носа практически подписанный контракт или пустить сплетню, чтобы опорочить мою репутацию перед заказчиками.

Но дома я привыкла расслабляться и отдыхать, доверяя всем и каждому. Я искренне гордилась тем, что родилась на хуторе, а не в каком-нибудь аристократическом террариуме, где выживают лишь соблюдающие закон курятника.

И вот в моей семье кто-то оказался способен стукнуть одного моего мальчика камнем по голове и подставить другого моего мальчика, чтобы выкрасть у меня же дорогую статуэтку.

Стийв подпихнул свою руку мне под голову, прижал к себе и прошептал:

— Не переживай, родная! Мы что-нибудь придумаем…

Наивный самоуверенный мальчишка. Но от его слов веяло такой убежденностью, что мне очень захотелось ему поверить. Я разберусь со всем этим кошмаром. Рядом со мной мое солнце, которому я могу доверять. Которому я очень хочу доверять — так будет правильнее. И еще есть Зэйх, которого надо срочно реабилитировать в глазах семьи и освободить из заточения в сарае. Вот уж кому я точно могу доверять на все сто процентов.

А еще надо сказать девочкам, что наш вылет задерживается на неопределенный срок. Ведь мне надо было убедиться, что один мальчик выздоровел и суметь оправдать другого. И очень хотелось понять, кто из семьи так пренебрежительно относится ко мне, что считает возможным обижать моих мужчин и красть у меня вещи. Ничего, справлюсь. Главное, чтобы рядом была надежная проверенная команда, на которую я могла бы рассчитывать.

ДЕНЬ ДВЕНАДЦАТЫЙ:

Стив

На следующий день я проснулся абсолютно здоровым. Голова не кружилась, яркие солнца не беспокоили, шум газонокосилки за окном не раздражал. А еще дико хотелось есть.

Юйши рядом не оказалось, так что я медленно встал, оделся и пошел добывать себе мамонта, вернее, слоногемота. А может, даже лучше двоих… Да, лучше двоих — жирных таких, откормленных слоногемотов. Зэйх показывал мне их издали — это ровно то, что мне сейчас нужно… Жареный слоногемот в собственном соку и немного кортопельцы… Или лучше много? Пюре…

Ийка еще из кухни услышал урчание моего живота в столовой и вытащил на стол все, что осталось после завтрака и, похоже, часть того, что уже было приготовлено на обед. И поставил кувшин со своим отваром: «Выпей весь!»

Потом он сидел напротив, с умилением смотрел, как я сметаю содержимое тарелок, и брюзжал, что вставать мне пока категорически нельзя и надо немного подождать…

Когда я стал сам себе напоминать воздушный шарик на ножках, Ийка проводил меня обратно к Юйше, проследил, чтобы я лег в кровать, накрыл одеялом и еще раз строго-настрого запретил без нужды даже голову от подушки отрывать. Нужду я справил до того, как пошел в столовую, так что смело можно было закрыть глаза и уснуть. Что я и сделал.

В следующий раз проснулся я ближе к вечеру. Рядом со мной стоял кувшин с очередным отваром, но предыдущий очень просился на волю. Так что я снова выполз во двор и двинулся в сторону небольшого деревянного сооружения.

Возвращаясь обратно, я заметил возле одного из сараев Гайнза, увлеченно беседующего с кем-то через дверь. Не надо было обладать сверхинтуицией, чтобы понять, с кем именно он беседует.

Я тихо подкрался и спрятался за углом, практически слившись со стеной сарая.

— Зэйх, ну пожалуйста, давай я тебя освобожу, и ты убежишь к своим. Мама тебя не выдаст, я же знаю…

— Никуда я не побегу. Госпожа разберется и освободит меня.

— Госпожа не пойдет против всей семьи, ты же это понимаешь! А все убеждены, что это ты сделал. Мойшэ просто плюется от гнева и уговаривает всех вызвать гвардейцев и отдать тебя им. — На минуту наступила тишина, и Гайнз продолжил: — Госпожа Лийзи приходила утром… Говорит, что мужчина, пытающийся убить другого мужчину, опасен и тебя надо усыпить.

Снова наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Зэйха и всхлипываниями Гайнза.

— Я завтра буду в большом доме целый день. У Жюйльшийэн, — вроде так звали дочку Лийзз, если я ничего не путаю. Девчонка была примерно ровесницей сестры Юйши, Ийнни, — будут гости… Может, все-таки сбежишь завтра, а?

— Не сбегу. Если госпожа решит, что меня надо усыпить или отдать гвардейцам, значит, так и будет.

— Дурак ты упертый! — в сердцах, через всхлипы, выкрикнул Гайнз и убежал.

Я уже отошел от своего убежища и двинулся в сторону пристройки Юйши, когда из сарая раздался голос Зэйха:

— Стийв, это ты?

Я вернулся и прислонился к щелке между дверью:

— Да, я. Как ты догадался?

— Ну, просто я чувствовал, что кто-то подслушивает. Понадеялся, что это ты, а не тот, кто тебя приложил… Как ты себя чувствуешь?

— Терпимо. Жить буду. Я больше за тебя волнуюсь.

— Госпожа верит, что это не я тебя стукнул? — с надеждой в голосе спросил Зэйх.

— Конечно. И она, и я…

Зэйх облегченно вздохнул:

— Ну и хорошо… Значит, она что-нибудь придумает и вытащит меня отсюда.

— Слушай… — я замялся, не зная, как правильнее спросить. — А ты не в курсе, кто мог знать, что статуэтка божка Эбису… толстенького мужичка такого с рыбиной, с себя размером… что она огромных денег стоит?

Я просто почувствовал, как Зэйх усмехнулся:

— Об этом все были в курсе. Госпожа еще неделю назад рассказала госпоже Цийре и Трэйсу, — своим родителям, — что ты разбираешься в древностях всяких и нашел у нее на полках что-то интересное. Только не сказала, что именно. Понятно, что госпожа Цийра рассказала это госпоже Айлэйн…

Я горестно вздохнул. Юйша так верила в свою семью, что не хотела от них ничего не скрывать. Я не мог ее осуждать, потому что это было правильно. Не доверять собственной родне, тем более той, с которой живешь под одой крышей — такого я даже врагу бы не пожелал.

— То есть она сказала, что я нашел в ее сувенирах что-то интересное, но не сказала, что именно, верно? — мой бедный стукнутый мозг изо всех сил старался функционировать как прежде, анализируя получаемую информацию.

— Ну да. Но посмотрев поисковые запросы с моего планшета, я догадался, что именно ты нашел. И шел посоветовать госпоже, спрятать эту статуэтку подальше, от греха, — Зэйх почти дословно повторил мою фразу, которую я сказал Юйше. Ну и, наверное, ответили бы ему так же, как и мне. — Госпожа слишком доверчива, — тут в голосе Зэйха послышалось что-то похожее на сожаление, — а я-то вырос не на хуторе.

Потом виновато вздохнул и добавил:

— Я с утра эту статуэтку в руках крутил… Гайнз видел. Но ему я верю. Только мог ведь и еще кто-то обратить внимание — народ как раз на завтрак шел. Это ты сразу в мастерскую убегаешь.

М-да. И этот кто-то мог быть как мужчиной, так и женщиной. Так же как и приложить меня по затылку камнем мог любой — большой силы для этого не надо.

Короче, все тут под подозрением, кроме меня, Юйши, Гайнза и Зэйха. Ну, еще и Ийку вычеркнем, не мог он так хорошо играть, рыдая у моей кровати, причитая и переживая.

— Ладно, ты не переживай. Тебя тут кормят? — голова начала слегка кружиться, намекая, что пора обратно в кроватку.

— Да, конечно. Чтобы Ийка да не воспользовался случаем скормить мне завтрак, обед, полдник и ужин? — засмеялся Зэйх. Еще несколько дней и я отсюда колобком выкачусь.

— Ну, тогда я за тебя спокоен, — усмехнулся я и отправился соблюдать постельный режим. Есть еще не хотелось, так что, выпив кувшин с отваром, я снова вырубился, теперь уже до следующего утра.

Глава 14

ДЕНЬ ТРИНАДЦАТЫЙ:

Стив

Проснувшись, я снова выцедил кувшин отвара, полюбовался на спящую Юйшу и на чудесный рассвет за окном. Три солнца, по очереди выплывающие из-за линии горизонта, это, конечно, фантастически красиво.

Но лежащая рядом женщина интересовала меня гораздо больше, хотя будить ее вместе с солнцами было, конечно, изощренным садизмом. Так что я тихо выполз из кровати и прошмыгнул во двор. У меня была вполне себе уважительная причина. Но вот дальше я действовал исключительно по собственному желанию и попадись я кому-нибудь на глаза — получил бы нагоняй и был бы отправлен в кровать. Правда, по-моему, крадущийся вдоль забора мужчина, скорее, меня бы добил. Я как-то сразу интуитивно заподозрил неладное, когда увидел, как один из потенциальных подозреваемых в нападении на меня пробирается в такую рань на окраину хутора. Поэтому очень старался оставаться незамеченным — от этого зависела моя жизнь и, возможно, жизнь еще одного парня.

Дойдя до границы с лесом, у последнего дома мужчина остановился, свернув с тропинки-улочки за угол забора. Я тоже замер и даже дышать перестал. Раздалось шуршание веток под чьими-то ногами, потом женский голос полушепотом произнес:

— Зачем ты столько шума-то устроил? Не мог тихо выкрасть и все? — интонации были властные, сразу чувствовалось, что человек привык командовать.

— Да они все время по очереди все вокруг этого уродца крутились. Я испугался, что перепрячут куда-нибудь. Сопленыш инопланетный явно не дурак, да и Зэйх слишком много времени в доме у Альцейканов провел. А когда я в окне вертихвоста этого крашеного со статуэткой увидел, сразу понял, что забирать надо. Зря ты злишься — хорошо ведь все получилось. Юйше сейчас не до пропажи — она мальчишками своими занята.

— Иди-и-иот, — протяжно сквозь зубы процедила женщина, — так бы она пропажу хватилась перед вылетом и забыла бы про нее. Улетела бы и все. А теперь она действительно будет занята своими зверьками, забьет на все дела, разругается с заказчицами… И у нее появится куча времени развлечь себя поиском вора в собственном доме. Как ты думаешь, как быстро она тебя вычислит?! Тем более ты прав, оба ее мальчишки не идиоты, в отличие от тебя!

— Ну а так она бы перепрятала этого толстяка, и мы бы остались ни с чем, — попытался оправдаться мужчина.

— Да дальше дома бы не перепрятали, нашел бы ты за четыре дня! А теперь улаживай все как хочешь… Позаботься, чтобы Юйша успокоилась и улетела. Это в первую очередь в твоих интересах. Если ты попадешься, мало того что я тебя отмазывать не буду, так еще и сделаю все возможное, чтобы ты, как можно быстрее покинул этот мир, не успев наговорить лишнего!

Разговор принимает не очень приятный оборот и, главное, вот-вот может закончиться. И тогда мужик направится обратно, в сторону дома Юйши, а тут я стою, весь в белом. Быстро оглядевшись по сторонам, я убедился, что затаиться мне было абсолютно негде. И попадаться этому гаду не хочется. Но ведь могут же еще что-нибудь важное сказать напоследок!

Тикусйо! Ладно. Надо уметь исчезать вовремя. Лучше сохранить в своей стукнутой голове полученную информацию, чем узнать еще что-то и потом получить еще раз камнем, в этот раз между глаз, точно.

Интересно, если меня убьют на Венге, я попаду в их мальчуковый рай или меня утащат в континентальный ад?

Я быстро прошмыгнул в комнату и забрался обратно под одеяло.

— Где тебя носило так долго? — сонно проворчала Юйша, обнимая и прижимая меня к себе.

— Мне Ийка разрешил по сильной нужде выходить, — усмехнулся я, освобождая одну руку и аккуратно пристраивая ладонь на свою женщину. Сзади и немного ниже талии. Хорошо…

Юйша

Вчера я развила кипучую деятельность, опросила всех, кто был в доме, по нескольку раз, вытрясла из Гайнза все, что можно, и этот трусишка наконец-то признался, что рука была мужская. Не мальчишеская и не женская. Что ж, круг подозреваемых сильно сокращается.

Еще я встретилась с матерью Зэйха и договорилась, что она позаботится о сыне на время моего отъезда. Конечно, если мне не удастся его оправдать в ближайшие несколько дней.

Сегодня надо было переговорить с тетушкой Лийз — дело из внутригаремного переходило в разряд внутрихуторного. Так что без благословения Старшей продолжать заниматься расследованием я не имела права.

Мне надо было придумать что-то очень убедительное, потому что по всем косвенным уликам, даже с учетом того, что видел Гайнз, основным подозреваемым оставался именно Зэйх. И мою веру в его невиновность остальные никак не хотели разделять.

Зэйх был чужак, пусть и достаточно долго живущий на хуторе. Он не был ничьим мужем и ничьим отцом. Правда, он был сыном лучшей подруги тетушки Лийзи, но когда стоит выбор между чьим-то наложником и членами семьи, даже смешно надеяться на то, что выберут Зэйха. Скорее всего, мне будет корректно предложено замять и забыть, пожертвовав ради семейного спокойствия одним из своих мальчиков.

Стив:

Когда я проснулся, Юйши рядом не было, но волшебный кувшин снова был полон и я его опустошил. Потом пошел и нашел Ийку, и потребовал еды, много еды. Мне повезло — оказывается, недавно был обед, так что мне выдали первое, второе и компот. В доме было пусто — все разбежались по своим делам. Что ж, отлично, мне тоже есть чем заняться. Во-первых, надо найти Марисоль и убедиться, что у нее все хорошо. Во-вторых, неплохо бы поговорить с Гайнзом — сдается мне, что эта дрянь скрывает много интересного. В-третьих, надо было придумать, как присматривать за подозреваемым. Хотя, если честно, мне больше нравилось правило: "Нет человека — нет проблемы". Сонливость и слабость очень мешали следить за каждым шагом этого гада, а оставлять его без присмотра было нельзя. Вот если бы удалось освободить Зэйха, мне сразу стало бы проще…

При этом одна цель у нас с гадом была общая — отправить Юйшу в космос, подальше отсюда. Чтобы с ней ничего плохого не случилось. Дом, в котором близкие друг друга грабят и убивают, не лучшее место для моей женщины. Надо будет поговорить с ней насчет переезда. Надавить на ее чувство ответственности по отношению к Зэйху, например. Вот как он сможет жить среди людей, которые так легко поверили, что он мог стукнуть меня камнем по голове, а?!

Тикусйо! Я даже остановился, хотя до этого довольно- таки быстро шагал в сторону "большого" дома. Интересно, а действительно, как Зэйх будет жить здесь две недели без Юйши? Просидит все это время в сарае?! Вот у Ийки радость-то будет. Откормит парня, как рождественского гуся.

Ладно. Сейчас в приоритете — Марисоль. Мало ли чего ей там про меня наговорили. А она беременная же. Потом поймать маленькую дрянь и трясти его за шкирку, пока всю правду не расскажет.

Мне нужно как можно больше реальных свидетельств виновности этого родственничка Юйши собрать. В забаве "мое слово против его" я проиграю, даже не успев рта открыть. И, что самое обидное, могу потерять доверие своей женщины. А вот этого мне точно сейчас было не надо. Ее надо было отправить в космос, причем в любом случае — найду я доказательства или не найду.

Не найду, значит, мужику не повезло. Тихо, без шума, тюкну его тем же камушком, что и он меня. При условии, конечно, что Зэйх все еще будет сидеть в сарае, а то иначе все снова на него подумают. Я, конечно, сволочь редкая и, если бы действительно было надо, подставил бы не задумавшись. Но в том-то и дело, что мне был нужен не козел отпущения, а помощник, которому я могу доверять.

Хотя, прежде чем тюкать, мужику надо допрос с пристрастием устроить, и выпытать, что там за дамочка всем заправляет. Говорили они негромко, но знакомые нотки в голосе я услышал. Только никак не мог вспомнить, когда и при каких обстоятельствах рядом со мной звучало что-то похожее.

На площади, рядом с "большим" домом, стояло целых три аэрошки. Это мне очень не понравилось — похоже, я решил навестить сестру не совсем вовремя. Но не идти же обратно, раз уже пришел? Я поймал первого подвернувшегося мальчонку и попросил позвать Марисоль. Малец как-то странно фыркнул, но убежал в дом. Мне это фырчание очень не понравилось, поэтому я заловил следующего пацаненка, чуть постарше, и аккуратно выведал у него, что моя сестричка большой популярностью среди ребятни не пользуется. "Она не такая, как все. Не ругается на нас, а кричит и плачет. Чуть что — бежит жаловаться. За малышами не смотрит совсем. Постоянно то книжки читает, то на пианине своем трынькает. Коров боится… И рассказывать про другую планету ничего не хочет".

М-да. Ну что ж, сестренка в своем репертуаре. Дети и животные ей нравились только в образе милых няшечек, потискать под хорошее настроение. Единственное, если она так себя и дальше вести будет, ее ж выпрут отсюда, и тогда Юйше придется забрать ее к нам.

Тикусйо! Что-то мне вдруг как-то от мысли, что Марисоль и Юйшара будут жить под одной крышей, стало не по себе. Буду я между двумя недовольными женщинами вертеться. Оно мне надо?! Если я сбегу с Венги вместе с Марисоль, то, сколько бы я потом Юйше писем не писал и в любви не признавался, ко мне она не прилетит. Да и потом, не успею я так быстро условно-честно свой бизнес снова раскрутить, чтобы оплатить медицинскую страховку по уходу за беременной, сами роды, страховки на ребенка… А снова идти на конфликт с законом, с учетом того, что сейчас я перед ним чист и невинен как младенец… Тикусйо! Ну так не хочется, кто бы знал!

И тут меня такая злость на сестру разобрала, впервые в жизни, по-моему. Я, значит, чего только с собой делать не позволяю, чтобы эта мимоза в оранжерее жила и у нее все было готовое, на блюдечке… А ей даже слегка напрячься влом? Сама скоро ребенка родит, так что пусть учится за детьми присматривать! Не буду же я всю свою жизнь ее капризам потакать и постоянно ее в более удачное место пристраивать?! Тикусйо! Я свою семью хочу… Любимую женщину… Детей… Работу надежную…

Помогать от случая к случаю — не вопрос. Но тащить на себе всю жизнь?! Прости меня, мама! Но это, оказывается, выше моих сил…

Мой маленький информатор убежал играть, а мальчишка, посланный за Марисоль, все не возвращался. И тут из окна второго этажа я услышал голос Гайнза: "Не надо… Пожалуйста! Вот так — не надо…" Похоже, кто-то там мою срань мелкую обижает, может быть даже за дело. Но вместо того чтобы наконец-то вспомнить, что мне самому прописан постельный режим и у меня без Гайнза проблем выше крыши, я тихо покрался в дом… Тикусйо! Или климат местный мне вреден, или Зэйх на меня дурно влияет, или влюбленность так мозги разжижает. Там орет парень, которого я тихо ревную к своей женщине, так какого… Тикусйо! На кой…?! Надо пяткой перекреститься и расслабиться, а я его спасать лезу. Больной я на всю стукнутую голову.

Я прокрался вдоль стеночек гостиной на первом этаже, быстро шмыгнул вверх по лестнице и замер, вычисляя, из какой комнаты я слышал голос Гайнза.

Мысленно я уже сочинил легенду на всякий случай, максимально приближенную к правде: "Я пришел навестить и успокоить сестру, попросил ее позвать, но посланец затерялся, а у меня же слабость и мне в кроватку надо поскорее. Так что я решил найти ее сам, по-быстрому". По идее никто кроме ревнивицы-Юйши меня за такое не осудит — все знали, что мы брат и сестра и что я время от времени Марисоль навещаю. Ну а своей женщине я правду расскажу — услышал вопли Гайнза и решил убедиться, что с ним все хорошо. Ценный свидетель в окне кричит — конечно, надо пойти выяснить, может его там убивают и ему помочь надо. Учитывая последние события — вполне здравая мысль, кстати! Так что зря я из-за разжижения мозга паникую, он у меня просто после удара подзабыл, как внятно оформлять верные решения. Еще пару деньков отвар попью, и все нормализуется.

Тут из одной из комнат вышла моя сестра и замерла при виде меня:

— Стив… Как ты тут оказался?

Странный вопрос. Я вроде бы живу на этом же хуторе.

— Зашел проверить как у тебя дела, — достаточно спокойно ответил я. Учитывая то, что я еще не полностью перекипел от непонятного всплеска эмоций и был слегка зол, да еще эта ее фраза из серии: "Чего это ты сюда приперся…"

— У меня все отлично. — Последовала небольшая пауза. — Гайнз сказал, что тебя по голове камнем стукнули… — ну следы волнения в голосе я расслышал, и то хорошо.

— Да. Небольшое сотрясение. Уже все прошло.

Марисоль бросила на меня мимолетный взгляд и потом быстро проговорила:

— Стив, ты бы шел пока домой. У меня, правда, все отлично, не переживай. Мы тут с Жюйль и ее подружками развлекаемся…

— А Тойн в курсе? — Меня несколько дней назад поставили в известность, что Марисоль очень нравится Лийз и та хочет выдать ее замуж за своего сына. Мое мнение, конечно, никто не спрашивал, но я специально сходил познакомился с парнем. Мне он понравился, да и Трэйс, отец Юйши, был о нем очень хорошего мнения. Явно лучше всех предыдущих ухажеров сестренки. Насильно здесь вроде браки устраивать было не принято, так что ее мнением точно поинтересуются. Но будет ли венговский парень способен присматривать за моей непутевой родственницей или наивно будет ожидать от нее разумных действий? Надо будет потом его предупредить, что за сувенир пытается ему всучить любящая мать, и посмотреть на реакцию. Сестре нужен серьезный мужик рядом, чтобы даже вопросов не возникало, кто в доме главный, он или тараканы.

— Ну ты что, с другой планеты, что ли? Кто его спрашивать будет? — рассмеялась Марисоль, и как-то слишком местным жестом, с высоты своей половой принадлежности, потрепала меня по голове.

Никогда раньше она ничего подобного себе не позволяла, и сейчас я ей этого разрешать делать не собирался. Так что поймал ее за руку, прижал к стенке и пристально посмотрел в глаза:

— Да, я с другой планеты, так же как и ты. И если ты тут будешь только масло с бутербродов слизывать, вместо того чтобы работать и за детьми смотреть, то быстро окажешься в домике у Юйши. И там тебе будет не так уютно и комфортно, как здесь. Да и с Юйшайрой вы подружками точно не станете. Так что ты уж постарайся проникнуться тем, что здесь женщины не только развлекаются, но еще и за все отвечают.

Тут одновременно из комнаты, откуда вышла Марисоль, раздался голос Гайнза, и резко распахнулась одна из дверей, находящихся рядом, откуда появилась … сестра Зэйха, чтоб ее!

— Смотрю, ты так и не научился себя хорошо вести, зверек?! — с легким удивлением в голосе спросила она. Сейчас я был на своей территории и очень зол, так что процедив:

— Я веду себя идеально, госпожа. Просто слегка занят воспитанием младшей сестры, — обернулся и кивнул Марисоль: — Иди, тебя там подруги заждались уже.

После этого я обернулся и приготовился распрощаться и с этой милой женщиной, но тут из той же двери появились Юйша и Лийз. Юйшара, практически не глядя в мою сторону, кивнула, чтобы я следовал за ней, и обернулась, только когда мы вышли во двор:

— Зачем ты пришел сюда, Стийв?!

— Юй… Госпожа, я всего лишь хотел навестить сестру…

— Навестил?!

Тикусйо! Ну почему ко всем прочим минусам она у меня еще и такая ревнивая?

— Да. А когда я ее ждал, услышал, как кричит Гайнз, и рванул наверх, проверить…

Юйша пристально посмотрела на меня, я ответил ей честным-честным взглядом:

— Ну сама подумай, зачем мне было бы иначе лезть в дом, когда тут полным полно малышни, которую можно послать за Марисоль?

Ответить мне не успели, потому что во двор выплыла и сестра Зэйха:

— Ну надо же! Он с тобой еще и на ты… Такого себе даже Рэйм не позволял, — ехидство и презрение просто так и сочились из каждой фразы.

Я виновато посмотрел на Юйшу. Нехорошо как-то получилось. Интересно, что мне сейчас надо сделать, чтобы реабилитировать ее в глазах подруги? Или лучше просто стоять тихо и молчать, не напоминая о своем существовании? Может быть, тогда условно повезет и меня выдерут только за то, что я сегодня натворил? А гюрза про то, что со мной проделывала несколько дней назад, не расскажет? Тикусйо! Ну не было…! Не было удачного момента! Что же мне сделать-то?

Я начал медленно опускаться на колени. По крайней мере, хоть какое-то действие, достойное воспитанного венговского мальчика. Но Юйша грустно-безразлично посмотрела в мою сторону и отрицательно помотала головой. Вздохнув, я застыл и принялся сверлить взглядом землю.

— Лайра, ты отлично знаешь, что Стийв с другой планеты, так что не надо сравнивать его с Рэймом. По крайней мере, он мне не лжет.

Юйша

Как и ожидалось, сразу после того как я намекнула, что покушение на Стийва и кражу статуэтки совершил не Зэйх, тетушка Лийз резко забыла все свои переживания на тему: "потенциальный убийца ходит среди нас, надо обезопасить от него детей и мужчин и сдать его гвардейцам!" — и запела песню о том, как нехорошо выметать сор на улицу и что надо все решить тихо и по-семейному.

— Не переживай, милая, я все улажу! Я поговорю с ним, без свидетелей, и он все мне расскажет. И за мальчиком твоим я присмотрю, Матерью тебе клянусь. А Зэйха, действительно, отправь к родным, пока тебя не будет. Пусть они за ним присмотрят.

И вот эта последняя фраза означала, что, на самом деле, тетушка мне не верила, а просто хотела успокоить меня перед вылетом. Но она была права — я не смогу тайком призвать гвардейцев и сдать им члена своей семьи. Мало того, у меня нет никаких улик, кроме свидетельства моего собственного наложника о том, что он "видел мужскую руку". Зато Зэйха все видели с камнем у дверей моей комнаты и рука у него, кстати, тоже вполне себе мужская.

Похоже, мой разговор тетушка расценила как скрытый шантаж: "вы не трогаете моих мальчиков, а я не устраиваю шум на несколько хуторов".

Под конец нашей беседы явилась Лайра, чтобы узнать, когда она сможет забрать брата. Мне очень хотелось еще раз поговорить с Зэйхом без свидетелей, но, в принципе, я смогу это сделать и в Венгсити, заехав попрощаться с ним перед вылетом.

Сейчас меня больше волновала судьба Стийва. Оставлять его здесь одного мне было страшно, брать его с собой не хотелось. Я всерьез размышляла над тем, чтобы отправить его вместе с Зэйхом, когда из коридора донеслись голоса. Говорили двое. Кундейка по имени Марисоль и Стийв. Вслушиваясь, как он отчитывает свою сестру, я старательно скрывала улыбку. Тетушка тоже пыталась сделать серьезное лицо, но ей это плохо удавалось.

— … с Юйшайрой вы подружками точно не станете… — Истинная правда! — Так что ты уж постарайся проникнуться тем, что здесь женщины не только развлекаются, но еще и за все отвечают, — какой он у меня все-таки умница. Как удачно и вовремя он это сказал!

Тетушка Лийз покраснела и собралась вставать из-за стола. Но Лайра выскочила первой, и то, в каком тоне с ней говорил мой мальчик, было уже совсем не смешно.

Я вышла следом и кивнула Стийву, он послушно спустился за мной во двор. И только я приготовилась отчитать его как следует и отправить домой, в кровать, как неугомонная Лайра тоже появилась в дверях и услышала последнюю фразу:

— Ну сама подумай, зачем мне было бы иначе лезть в дом, когда тут полным полно малышни, которую можно послать за Марисоль?

Конечно, она тут же изобразила шок от полного отсутствия воспитания у моего мальчика, как будто ее никто не поставил в известность, что Стийв с другой планеты. Мое солнце, виновато посмотрев на меня, начал опускаться на колени, очевидно, пытаясь как-то спасти ситуацию.

Наивный… Лайра просто хотела очередной раз указать мне на то, что я не умею обращаться с мужчинами и мне просто необходимо перенять у нее этот опыт. Иначе не видать мне счастья в личной жизни. А еще Лайра очень, конечно, по-своему любила Зэйха и рассчитывала, что когда-нибудь я сделаю его своим мужем. Поэтому в ее интересах было постоянно подчеркивать и мою полную несостоятельность как гаремовладелицы, не умеющей держать мужчин в рамках приличия, не то что воспитывать. И, конечно, то, что меня окружают абсолютно избалованные и испорченные мальчики.

Поэтому я отметила, что Стийв был готов ради меня встать на колени, и оценила этот добровольный жест раскаяния. А вот на мнение Лайры о нас двоих это никак бы не повлияло, так что не стоило моему солнцу ради нее унижаться.

— Ты отлично знаешь, что Стийв с другой планеты и он мне, по крайней мере, не лжет.

Тут подруга на меня как-то очень странно посмотрела, потом окинула презрительным взглядом моего мальчика:

— То есть ты в курсе, что я слегка развлеклась с ним?

В глазах Стийва, устремленных на меня, было столько вины, что сразу стало понятно — Лайра говорит правду. Что ж, попытаюсь сохранить лицо.

— Почему-то я подозреваю, что не слегка…

Подруга усмехнулась:

— Я всего лишь попыталась его слегка проучить, оказав тебе услугу.

— А кто тебя об этом просил? — лучшая мера защиты это нападение.

— Никто. Я сделала это исключительно из альтруистических побуждений, — нагло глядя мне в глаза продолжала усмехаться Лайра. — Могла бы мне спасибо сказать. Хотя ты, наверное, расстроена и хочешь все замять.

— Я расстроена тем, что кто-то дал Стийву по голове. А замять случившееся между вами, конечно, надо. Моя подруга без разрешения играет с моим наложником — очень некрасивая ситуация, не находишь? — вот ведь хотела же поговорить с Зэйхом! Почему я этого не сделала?! Наверное, надо прекратить этот разговор и распрощаться.

— То есть тебя не беспокоит то, что он тебе изменил? — удивление в голосе Лайры бальзамом пролилось на рану, которую нанес мне в спину мой мальчик… Мой любимый мальчик, которому я доверяла.

— Ты уверена, что он мне изменил? — если подруга старалась удивление скрывать, то я, наоборот, попыталась его изобразить. Я могу только подозревать о том, что между ними произошло, но мне надо делать вид, будто я все знаю.

— Конечно! Он же кончил при мне и без твоего разрешения, — и Лайра презрительно выплюнула в сторону Стийва: "Смертник".

— Не путай порядки в гаремах и на хуторах! — Ох, как я разозлилась… На всех.

— То есть ты гордишься тем, что у вас мужчины контролируют себя чуть лучше инопланетников? Да ты мне даже брата в своей деревне испортила! А уж сколько сил я на Рэйма положила, чтобы вернуть его в норму… Может, этого хоть воспитаешь правильно?! — Лайра презрительно фыркнула и с гордо выпрямленной спиной двинулась в сторону своей аэрошки.

А я, злющая на всех сразу и на себя в частности, направилась к себе домой. Сзади за мной брел Стийв…

— Я заеду за Зэйхом завтра днем, — выкрикнула мне вслед Лайра.

Стив

Тикусйо! Пока Юйша и гюрза общались, мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Сбежать, что ли? Как последнему трусу… Но ведь, правда, ситуация — врагу не пожелаешь. Как вот мне сейчас объяснять моей женщине, что я не хотел ее обманывать и скрывать ничего не собирался. Ждал удобного момента и подбирал слова. Хотел сделать как лучше, а в итоге подставил любимую, разозлил и, похоже, потерял с таким трудом завоеванное доверие.

Дойдя до пристройки Юйши, я замер в дверях, ожидая, можно ли мне заходить или идти в свой гамак. Конечно, Зэйх сейчас храпит в сарае, и его кровать свободна, но оставлять Юйшу одну мне совершенно не хотелось.

Юйша

Был бы Стийв здоровым — отправила бы в комнату к мальчикам. Но к врачу мы полетим завтра утром, и только тогда я буду знать, помог ли Ийкин отвар и не навредило ли моему солнцу его шило в попе. Ругаться не хотелось абсолютно, воспитывать тем более. На меня накатил очередной приступ апатии.

— Иди пей свой яд, — я кивнула в сторону стоящего у кровати кувшина, — ложись и засыпай.

Стийв зашел в комнату и попытался начать оправдываться:

— Юйш… Я…

— Не Юйша, а госпожа. И сейчас я не хочу ничего слышать. Просто заткнись, выпей лекарство и ложись в кровать. Если хочешь есть — я попрошу Ийку принести тебе…

— Нет, спасибо… госпожа…

Пальцы Стийва сжали край кровати так сильно, что костяшки пальцев побелели:

— Пожалуйста, поговори… поговорите со мной потом… мне очень надо тебе все объяснить! Это важно, правда!

— Не сегодня, — я, даже ни разу не обернувшись, вышла из своей комнаты и направилась к сараю, в котором томился Зэйх. Сначала я хочу услышать описание встречи Стийва и Лайры от него. Переварю за ночь и придумаю, как правильнее отреагировать на все это. Сейчас я просто хочу всех убить и выдрать саму себя. Это не самое адекватное состояние для воспитания мужчины. Не смотря ни на что, по-прежнему любимого мужчины. Так что спокойно выслушиваю Зэйха. Ужинаю, мило улыбаясь всем членам семьи. Иду к себе в комнату и сладко засыпаю рядом с моим ветреным солнцем. Завтра с утра отвожу его к врачу. Днем передаю Зэйха на сохранение Лайре. Стийв остается под присмотром тетушки Лийз — она Матерью Всего Сущего поклялась, что с моим мальчиком ничего не случится. Статуэтку у меня уже украли, поэтому больше никаких покушений быть не должно. Дам тетушке шанс разобраться по-семейному, тихо. Не успеет за две недели — значит, вернусь и устрою шум. Я хочу продолжать расслабляться и отдыхать, приезжая домой. А не ежедневно смотреть в глаза человеку, который смог меня ограбить, у которого поднялась рука на одного из моих мальчиков и хватило совести на то, чтобы подставить второго.

Глава 15

ДЕНЬ ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ:

Стив

Мне казалось, что я буду всю ночь ворочаться, переживать и крутиться на кровати. Но как только моя голова коснулась подушки, как будто выключился, и проспал снова до самого рассвета. Выйдя во двор, я грустно огляделся вокруг, пытаясь понять, чего же именно мне хочется.

Сбежать прямо сейчас? Оставить Юйшу разбираться со своими проблемами самостоятельно, убедить ее своим побегом в том, что я подлец и сволочь, недостойный ее любви, и смыться с планеты? Марисоль тут приживется, никуда не денется. Особенно когда поймет, что меня рядом нет. А я устроюсь на другой планете и потом попробую как-нибудь с ней связаться, и, если понадобится, заберу к себе. Очень хочется надеяться, правда, что не понадобится.

Или я действительно хочу остаться и снова доказывать Юйше, что достоин ее доверия? Попробовать разгрести всю эту сточную яму, выкопав оттуда Зэйха и, очень надеюсь, получив обратно статуэтку? Тикусйо! Кто мне, интересно, поверит? Кто поверит чужаку-инопланетнику, когда он начнет обвинять члена семьи? Правильно никто. И самое обидное, что мне сейчас и Юйша не поверит, потому что я ее обманул и подставил. А Зэйх ведь предупреждал, что все так и будет. Нет же, удобный момент ждал… Ну вот, дождался.

— Иди выпей лекарство и сходи к Ийке позавтракай, — сзади заскрипела дверь и во двор вышла моя женщина, уже одетая и даже с каким-то подобием прически на голове. Голос у нее был усталый, но в нем вновь зазвенели отстраненно-командные нотки, которых я уже очень давно не слышал.

Я кивнул и двинулся в сторону кухни, ожидая, что сейчас меня остановят и заставят отреагировать на приказ правильно, сделают замечание, просто как-то отреагируют, наконец! Но нет, за моей спиной было тихо. Я даже обернулся, чтобы убедиться, что Юйша по-прежнему стоит на крыльце и даже не смотрит в мою сторону. Тикусйо! Никогда не думал, что безразличие может быть таким болезненным.

Юйша

Мое сердце как будто перестало биться, ничего не хотелось, ничто не радовало. Это ж надо, как я привязалась к этому мальчишке! Нельзя становиться такой зависимой от какого-то одного человека, ведь от меня и моего настроения зависит жизнь моей команды…

Зэйх вчера очень долго просил прощения и умолял не сердиться ни на него, ни на Стийва. Самое противное — я прекрасно понимала, что мое солнце просто пришел в шок от случившегося, и его наивное решение ничего мне не рассказывать было продиктовано больше ущемленной гордостью, чем действительно желанием защитить мою нервную систему от стресса.

Но своим молчанием он поставил меня в дурацкое положение перед Лайрой, и я была на него ужасно зла за это. И еще за то, что в его, тогда еще вполне здоровую голову, могла вообще прийти мысль скрыть от меня чтобы-то ни было. Тем более то, что он кончил в присутствии другой женщины.

Лайра, конечно, стерва редкая, но она никогда не использует случившееся для того, чтобы всерьез навредить мне или Стийву. Только он-то об этом не знал, принимая решение молчать. И вроде не совсем глупенький, должен был понимать — за случившееся мало того, что самого наложника хвалить не принято, так еще и мнение об его владелице будет не самым лестным. Мое умение воспитывать мужчин, конечно, является самым последним, что сможет повлиять на заказчиц. Но вот конкурентки могут попытаться использовать мои слабости, реальные или придуманные.

Конечно, по-правильному надо было просто сесть и поговорить с моим солнышком спокойно, но вот как раз к спокойному общению я пока что готова не была.

Я не злилась, не переживала шквал эмоций, из меня просто как будто разом выкачали все силы. Мне было абсолютно все безразлично и, когда я пыталась оценить свое состояние со стороны, то даже страшно становилось от охватившей меня беспросветно безысходной апатии.

Конечно, вины Стийва тут почти не было, просто меня наконец-то нагнало понимание того, что меня предал близкий человек. Тот, которого считала членом своей семьи. И мне просто надо было пережить это, выдохнуть и вычеркнуть его из списка близких мне людей. Людей, которым я могу доверять. Мне надо было отдохнуть хоть немного, без переживаний и новых потрясений. Надеюсь, во время полета у меня это получится. Я целых две недели буду занята совершенно другими проблемами. Надо только сейчас найти в себе силы поговорить со Стийвом.

Стив

После того как я быстро чем-то перекусил, Юйша каким-то чудом вызвала аэрошку и мы полетели в Космопорт. Со мной практически не разговаривали, так что я не стал извращаться и плюхнулся на сидение напротив, вместо того чтобы протирать коленями пол. Когда и после этого мне не сделали замечания и даже не посмотрели в мою сторону, на душе стало совсем муторно.

Но начинать первым разговор ни за что теперь не буду. Я вчера предложил поговорить, меня проигнорировали, вот и пусть теперь сама разгребает. А я буду из себя девчонку изображать, смотреть в окно и дуться.

Юйша

Стийва положили на лежанку, пристегнули, сказали не шевелиться и запихали в какую-то трубу. После этого меня отправили сидеть на стульчике в коридоре, у двери, и ожидать результатов обследования. Мне показалось, что я пробыла там вечность, пока меня не пригласили в соседний кабинет, где невысокий пожилой мужчина с абсолютно лысой головой и бездонно-голубыми глазами рассказал мне, что все у моего солнца хорошо. Организм молодой, справился быстро, а на легкое сотрясение надо смотреть философски, значит, у парня есть чему сотрясаться.

Пока я, почти не вникая в смысл, слушала успокаивающе-благодушный мужской голос, молоденькая девушка выдала мне список рекомендованных лекарств. Тут я вспомнила и протянула ей записку от Ийки, в которой он перечислял травы, входящие в его отвары. Прочитав, девушка сказала, что этого вполне хватит. Только желательно соблюдать постельный режим еще неделю, если есть такая возможность.

Возможность такая у Стийва была, пусть действительно лежит две недели в кровати, меньше шансов попасть вновь в какое-нибудь приключение.

Когда вышли из больницы, апатия, уступившая на время место переживаниям о здоровье моего мальчика, снова попыталась захватить меня. Но я не собиралась так легко сдавать отвоеванные потерей нервных клеток позиции, к тому же подходило время обеда и вот-вот должна была приехать Лайра. А ее надо было встречать в состоянии полной боевой готовности.

Стив

Молоденький доктор рассказал мне, что я здоров целиком и полностью, но в ближайшее время он бы рекомендовал воздержаться от прыжков, быстрого бега, драк и вообще резких движений. Чем больше я буду лежать и спать, тем лучше моя голова будет себя чувствовать, когда мне будет слегка за пятьдесят… Если я, конечно, собираюсь дожить до этого возраста.

После этого меня вывели в коридор и передали Юйше, все такой же молчаливой и отстраненной. На обратном пути я снова уселся у окна и на этот раз заслужил быстрый неодобрительный взгляд. Просияв, я замер, ожидая замечания и готовый тут же соскользнуть на пол. Но больше никаких реакций не последовало. Тикусйо! Я уже завишу от ее эмоций?! Как я собираюсь жить дальше без нее? Как я собираюсь увезти ее отсюда? Или, может быть, мне остаться здесь с ней? Хотя последнее точно бред… Остаточное явление после сотрясения. Или, наоборот, здравая мысль? К кому и куда я собрался улетать? Обе мои женщины здесь… Марисоль вот-вот замуж выйдет и ребенка родит. Девочку! Или, наоборот, мне надо оставить сестру тут одну, чтобы она скорее повзрослела? А Юйшу тоже лучше оставить здесь? Она уже взрослая и, к тому же, не одна — у нее есть Зэйх и Гайнз. Странно, но меня это не успокаивает….

Тикусйо! Почему так мало времени, чтобы решить такие сложные вопросы? И… что мне надо сделать, чтобы на меня снова обратили внимание?!

Юйша

На площади уже стояла чья-то аэрошка. Скорее всего, Лайра прилетела чуть раньше, чем я рассчитывала. И, конечно же, она ждет меня у тетушки Лийз, потому что моя мать и Лайра друг друга на дух не переносят. Что ж, пойду поразвлекаю подружку.

— Стийв, иди домой и передай Ийке, чтобы он выпустил Зэйха и привел его к «большому» дому.

Стив

— Иди передай Ийке, чтобы он выпустил Зэйха и привел его к «большому» дому, — выдала мне приказным тоном Юйша, даже ни разу не обернувшись, с гордо выпрямленной спиной и мотающейся сзади косой, притягивающей мой взгляд… Потому что я просто ощущал пальцами, какие ее волосы мягкие и нежные, чувствовал, как они вкусно пахнут, если уткнуться в них лицом…

Вся такая неприступная, как будто бы уже не моя, Юйша удалилась в сторону дома Лийз, а я побрел спасать Зэйха из заточения.

Юйша

Как и ожидалось, Лайра сидела и мило щебетала с моей тетушкой, у которой на лице большими буквами было написано, как она недовольна тем, что приходится терять время на пустые разговоры. Я сразу почувствовала ее злость. К тому же я знала, что в это время тетушка обычно прогуливается по хутору, от поля к саду, от сада в мастерскую, от мастерской к конюшням и потом в хлев, к поросятам и коровам. Она должна была быть в курсе всего, что происходит, и все контролировать. А вместо этого сидит тут и развлекает приехавшую ко мне гостью.

Пожелав нам мило провести время в ее доме, тетушка удалилась по своим делам, а я уселась на ее место, сделала как можно более непринужденное выражение лица, скрестила вытянутые ноги перед собой и посмотрела на подругу.

— На будущее, дорогая, — ненавижу это общепринятое у аристократок обращение, но раз уж решила отрываться, значит, надо соблюдать все правила игры, — не стоит оказывать мне услуг по воспитанию моих мальчиков, если я не прошу тебя об этом… лично. А то какая-то не очень однозначная ситуация получилась. С одной стороны, вроде бы мой наложник при тебе кончил, а с другой ты его поимела в голову, мало того что без моего присутствия, так еще и без моего согласия. Поэтому, будь добра, дорогая, если тебе кажется, что мой мальчик совершил ошибку, сообщи мне об этом… По-дружески.

Лайра выслушала меня молча, потом взяла со стола кружку с чаем и сделала несколько глотков. Пауза затягивалась. Но если бы я сейчас не высказалась, перед тем как отдавать ей Зэйха, то потом молча сжевала бы все претензии к ней из чувства благодарности. Сейчас у Лайры был шанс гордо встать и уйти, обидевшись. Или царственно согласиться помочь Зэйху как брату, но перестать общаться со мной как с подругой. Или согласиться с моими условиями.

Она выбрала последний вариант.

— А ты наконец-то действительно нашла своего мужчину, раз готова его защищать даже от меня, — усмехнулась она, ставя кружку с недопитым чаем на стол. Я даже тебе немного завидую… Но напоминать о Рэйме я буду постоянно, чтобы потом не пришлось снова неделями любоваться на то, как ты лежишь на кровати и сверлишь взглядом потолок. Хорошо хоть в запой тогда не ушла…

Я как можно незаметнее выдохнула. Мне нравилась Лайра, и она более чем устраивала меня в роли подруги. Мы выросли вместе. Расставаться с ней мне не хотелось, хотя ради Стийва я и была готова пойти на это.

Теперь можно просто мило поболтать… Странно, что Зэйх так долго не приходит…

И тут к нам влетел Гайнз.

— Стийв просил передать, что приказание, которое вы ему дали, выполнить в срок не получится, потому что нет одного главного нужного компонента. Но он обещает его найти в течение часа, потому что точно знает, где надо искать. Не волнуйтесь, госпожа!

Выпалив весь этот загадочный бред, Гайнз пулей вылетел из комнаты, а я осталась болтать с Лайрой. Надо было чем-то занять ее на целый час, пока Стийв где-то ищет пропавшего из запертого сарая Зэйха, и при этом не давать понять как я волнуюсь! Матерь Всего Сущего, что у нас снова произошло в доме?!

Стив

Я дошел до кухни, вдохнул вкусные запахи и понял, что никакие переживания не в состоянии испортить мой аппетит. Но сначала мы направились к сараю, освободить Зэйха и попрощаться с ним на целых две недели. Пока шли, я присматривался к Ийке, прикидывая, можно ли его использовать как помощника, в случае крайней нужды.

У сарая Ийка достал из кармана ключ и вдруг замер, с ужасом смотря на замок:

— Стийв! Я утром его закрывал, Матерью клянусь!

Судя по широко распахнутым от удивления глазам и звучащему испугу в голосе, и правда, закрывал. Ну или тут все кругом артисты, причем высшего уровня. А еще непредсказуемые болваны, потому что никакого смысла сбегать у Зэйха не было.

Тикусйо! Нет в его побеге никакого смысла! Хотя, может, что-то с утра изменилось? Или он так активно к Лайре не хочет? Я, конечно, его прекрасно понимаю, но он мне казался умным парнем, а я редко ошибаюсь с оценкой мозговой деятельности. Тем более так критично.

Значит, я неправильно оцениваю ситуацию. Или неожиданно в побеге появился смысл или… Или Зэйх не сбежал.

Я отодвинул в сторону распахнувшего дверь и впавшего в легкий ступор Ийку и первым зашел в пустой сарай.

— Тут всегда такой бардак был? — обернувшись, я посмотрел на мальчишку, заостряя его внимание на двух валяющихся на полу бочках, которым логичнее было бы стоять у стены, причем в одном месте. Потом взглянул на обруч, скрепляющий стенки одной из них, и понял, что действительно изменилась ситуация. Я слишком хорошо знал, как выглядит запекшаяся на железе кровь.

Ийка, похоже, тоже знал, в конце концов, кундеек и поросят ему резать точно приходилось.

— Стийв… Ты думаешь о том же, о чем и я? — большущие глаза уставились на меня. Неверие. Страх. Надежда. На что он надеялся? Тикусйо! Старший-то из нас двоих я, значит, мне сейчас надо принимать решение, что делать дальше. Правильнее всего посоветоваться с Юйшей, по крайней мере, предупредить ее о случившемся. Да, предупредить точно надо. Ийку к ней посылать неправильно он редко в «большом» доме бывает. Самому сбегать? Тогда на меня куча вопросов посыпется, а я пока на них ответы не знаю. Отправить ее сюда, чтобы сама все разгребала, как у них тут это принято? Откуда я знаю, как отреагирует Лайра на то, что ее братика тут сначала обвинили в покушение на убийство, а потом самого… Хотя, чего я заранее его хороню? Может, это не его кровь…

Так. Надо предупредить Юйшу, причем так, чтобы Лайра не поняла.

Я оторвался от изучения бочек и развернулся, чтобы двинуться к выходу. Мальчишек, замерших в дверях сарая и с надеждой смотревших в мою сторону, стало двое.

— Гайнз! Что ты тут делаешь? — Любопытная мелкая дрянь…

— Я… С Зэйхом попрощаться прибежал, — с ужасом смотря то на меня, то на бочку, прошептал Гайнз. Он вчера сказал, что за ним Лайра приедет, вот я и прибежал.

— Так… — Тикусйо! Почему, после того как я получил сотрясение, мне приходится постоянно напрягать мозг? — Кто из вас двоих последним крутился возле сарая и видел его закрытым?

Переглянувшись, мальчишки одновременно пожали плечами и снова уставились на меня.

— Я только завтраком его покормил и все, — испугано прошептал Ийка, похоже, считая, что он теперь главный подозреваемый.

Вытолкав парнишек во двор и повесив на сарай замок, как будто все у нас там нормально, я строго посмотрел на Гайнза:

— А ты?

Тот возмутился громким шепотом:

— Да я, вообще, только встал!

Я задумался. О том, что Зэйх поедет к себе домой, стало известно вчера, значит, логичнее всего было избавиться от парня ночью. Но этого не сделали. Почему? Потому что тот, кто должен был это сделать, боялся… Боялся, что заметят его отсутствие в супружеской кровати, боялся, что его увидят ночью во дворе, боялся, что Зэйх поднимет шум… По-моему, это было вполне логично. Ну или вчера причины не допускать встречи Зэйха и родственников не было. Тоже вариант.

Не важно.

Все изменилось после завтрака. У преступника было, кстати, не так уж много времени. Ему надо было дождаться, пока все разойдутся по своим делам, и успеть до того, как начнут собираться на обед. Хотя, нет! Ему надо было успеть до того, как проснется вездесущий Гайнз. То есть у него было часа четыре… Тикусйо! Немного… Да за четыре часа можно весь хутор перерезать. Но вот куда тут можно спрятать труп? Я бы расчленил тут же в сарае и в мешке оттащил в лес. Но следов волочения мешка нет. Вообще, такое ощущение, что Зэйх вышел сам…

Так… Моя голова сейчас взорвется от напряжения.

— Если бы вы хотели увести куда-нибудь человека, чтобы прибить, и спрятать тело так, чтобы его не нашли, куда бы вы направились? — Ийка и Гайнз посмотрели на меня глазами, полными дикого ужаса, потом Ийка всхлипнул… Тикусйо! Неженки мелкие… — Быстрее думайте, от этого жизнь Зэйха зависит! Пусть верят в лучшее, хотя я как-то сомневаюсь…

— Я бы на озеро…

— Нет, на озере всплывет быстро! На болото бы повел, там точно не найдут!

У меня даже брови от удивления домиком встали… От Гайнза я точно такого не ожидал. Вот ведь какая умница сообразительная! Здесь, значит, оказывается, болото есть? Идеальное место!

— Ийка, иди готовься всех кормить, скоро обед. Пусть народ думает, что в доме ничего не произошло. Гайнз, слушай внимательно, сейчас сбегаешь в «большой» дом, найдешь Юйшу и передашь ей…

Парнишки разбежались, а я пошел искать болото. Ийка нарисовал на песке довольно подробную карту, которую я потом аккуратно затер, естественно.

Гайнз нагнал меня на середине пути:

— Все сказал. Пошли, короткую дорогу покажу. Только осторожно…

Если бы я не знал, куда мы идем, то все равно обратил бы внимание на границу между лесом и болотом. Деревьев становилось все меньше и меньше, иногда тропинка под ногами начинала хлюпать, количество мошкары резко увеличилось, а еще появились островки странной растительности, больше всего похожей на наши камыши.

Зэйха я увидел еще издали… Он лежал между двумя такими островками, на боку. Его ног уже практически не было видно, они скрылись в черной, блестящей, густой жиже, но голова еще виднелась на поверхности. Подойдя поближе, мы поняли, что он или уже мертв, или без сознания.

Я какое-то время тащил на себе большую толстую палку, здраво рассудив, что у болота ничего подходящего может не оказаться. Так что теперь мне оставалось только слегка пофантазировать, немного побалансировать, испачкать сандали и чуть не провалиться в эту мерзкую чавкающую грязь самому, и в итоге, как багром, зацепить Зэйха сзади, за связанные за спиной руки. Потом мы с Гайнзом очень аккуратно начали тащить, через каждые полминуты останавливаясь, потому что понимали если сейчас тело сорвется, то от силы отдачи его моментально засосет. Наконец, мокрые, как две беременные мыши, мы упали рядом с вытащенным на твердую почву Зэйхом. И я с радостным удивлением обнаружил, что его сердце все еще бьется. Хотя выглядел он, конечно, жутковато. Весь грязный, в этом липком скользком дерьме… На виске кровь, под глазом синяк… Не знаю, как Юйша будет его сдавать Лайре, но, по крайней мере, у нее есть кого сдавать. Мы с парнишками молодцы, и Зэйх нам должен.

Юйша

Прошло уже чуть больше часа, когда в дверях показался Стийв и кивком предложил мне выйти в коридор. Поджав губы и пожав плечами в ответ на вопросительный взгляд Лайры, я вышла, готовая наконец-то отчитать этого зарвавшегося мальчишку.

— Юйш… Кто-то выкрал Зэйха из сарая, ударил его по голове и попытался утопить в болоте. Ты только не волнуйся! Он уже дома, Гайнз его отмывает в бане, он даже в сознание пришел… Только мы не знаем, что теперь дальше делать. — Мой мальчик серьезно взглянул на меня, ожидая моего решения.

Хорошо сказать: «Ты только не волнуйся!», когда я этим уже и так час с лишним занимаюсь, пытаясь представить, что же такого произошло. Но действительность превзошла все мои страшные фантазии.

— Идите в мою комнату, все, запритесь и сидите там. Я попробую уладить ситуацию.

Стийв кивнул и быстро сбежал вниз по лестнице. Ведь умеет же быть послушным, когда хочет!

Я вернулась к Лайре:

— Прости, у нас там форс-мажор. Я сама отвезу Зэйха сегодня вечером или завтра, перед вылетом.

Подруга подозрительно посмотрела на меня, но ничего не сказала. За это ее и ценю она попытается получить информацию сама, будет исподволь выяснять все у меня завтра, наверняка зажмет в темном углу и хорошо потрясет Зэйха, но сейчас я дала понять, что мне надо срочно ее покинуть и бежать решать важные проблемы, и она молча улетит. Нет, конечно, она сначала прогуляется по хутору в поисках тетушки Лийз, чтобы «попрощаться». Но лично я могу смело исчезать.

Стив

Несмотря на все переживания сегодняшнего дня, Ийка не забыл приготовить мне «обеденный» отвар, так что вернувшись, я вылил в себя кувшин и понял, что дико хочу есть. Я же ведь так и не успел пообедать, хотя собирался еще до начала операции по спасению Зэйха.

Кстати, не знаю, зачем я это сделал, потому что он теперь нагло лежал на моей кровати и вокруг него крутились Гайнз, Юйша и Ийка. А я сидел в кресле и умирал от голода. В итоге я не выдержал:

— Ийк, от обеда что-нибудь на кухне осталось?

Три пары глаз уставились на меня с таким выражением, как будто я спросил что-то неприличное. Ну ладно Гайнз, ладно Юйша, напрочь забывшая, что это я ее солнышко, но Ийка-то с его идеей накормить всех и вся… Он-то о чем думает?! Я под урчание собственного желудка соображать абсолютно не могу, а ведь надо.

Зэйх, придя в себя, замкнулся и до появления Юйши ни на какие вопросы не отвечал. Что-то из серии «Я не желаю с вами разговаривать без своего адвоката». Уж нам-то с Гайнзом мог и довериться, мы его на себе через лес и полхутора тащили. Вернее, я тащил, а Гайнз отслеживал, чтобы нас никто не увидел.

Так вот, теперь Юйша пришла, а ничего нового я пока так и не узнал. Никто даже не подтвердил мои подозрения в том, что нас с Зэйхом пытался прибить один и тот же человек. Тикусйо! Бесит!

Если мне настолько тут не доверяют, пойду на кухню и съем все, что осталось после обеда. По крайней мере, если что, умру сытым.

Хотя я все-таки, скорее, пристукну этого гада, если встречу, и потом сбегу. Пускай помнят мою доброту и не мучаются, как там вывести его на чистую воду. Жаль, конечно, что я не маньяк, а то заткнул бы ему рот кляпом, связал бы руки и запинал в болото, чтобы подыхал там, медленно. А я бы сидел и наслаждался зрелищем… Хотя… Тикусйо! Заманчиво, но не практично абсолютно. В любой момент могут прийти, отвлечь, спасти опять же… Нет, убивать надо быстро, без прощальных напутственных речей, ножиком или выстрелом в упор.

К тому же, напарницу-то я его так и не вычислил. И почему решили пристукнуть Зэйха не понимаю.

Ладно, раз кормить меня никто не собирается, буду играть в детектива. Заодно, может, так всем надоем и мне рот едой заткнут…

— Зэйх, а теперь, при Юйше, ты сможешь перечислить все, что с тобой происходило со вчерашнего вечера и до того как к тебе Мой… э-эм… и твой убийца несостоявшийся пришел? выкрутился, тикусйо!

Юйша внимательно посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Зэйха:

— Отвечай, Стийв правильный вопрос задал.

— Я поговорил с вами, госпожа, потом, позже, пришел Ийка с ужином, ночью спал, утром пришел Ийка с завтраком, а потом дверь открылась, вошел… Госпожа, я не уверен, что кто-то еще должен знать, кто именно…

— Брось, Зэйх, не знаю, как остальные парни, а я-то уж точно в курсе, кто нас с тобой пытается пристукнуть, — усмехнулся я, встал с кресла и вышел во двор. Пусть посекретничают без меня, а я пока пойду найду себе еду и заодно подумаю. Получается, что с Зэйхом ничего интересного не происходило, если он, конечно, не умалчивает это, параноидально. Значит, понять, что произошло, я смогу, только мило поговорив с главным подозреваемым. И, по-моему, пришло самое время нам побеседовать. Без всяких этих дурацких реверансов и душевных терзаний.

Для меня он посторонний человек, ограбивший мою женщину, попытавшийся прибить меня и, для полного счастья, типа саечки за медлительность, еще и парня, с которым я не то чтобы дружу, но в очень хороших отношениях. Дожидаться, пока женщины будут искать обходные пути влияния, сомневаясь и переживая, а этот гад еще кого-нибудь попытается укокошить, на этот раз удачно? Тикусйо! Чтобы я еще раз пошел у баб на поводу?! Надо было сразу ему тогда, после разговора у леса, у калитки рот зажать и в сточной яме притопить пару раз, так нет же… А что подумает Юйша? А не подставлю ли я Юйшу… Ах, ох… Тикусйо! Разжижение мозга от любви вот что это!

Я стоял на кухне и отрезал себе хлеб, когда в дверях показался ОН. Я как-то сразу почувствовал, что это ОН, и резко обернулся, с ножом в руке. Он стоял напротив меня, держа тяжелую сковороду, вернее, пытался ее тюкнуть очередной раз по моей голове… Тикусйо! Я присел, уходя влево, из-под удара, и прошелся ножом по его ребрам, скользяще… У мужика явно был опыт в драках. Еще одна попытка оглушить меня… По голове он не попал, но плечо задел ощутимо! А я попытался воткнуть ему нож в живот, только он прикрылся сковородой как щитом. Я перебросил нож в левую руку и проткнул ему бок, прямо над бедром. Нож вошел легко, как в масло… И я быстро выдернул его обратно, прикрывая правой рукой голову и сжимая зубы от боли. Судя по тому, что звездочки из моих глаз не полетели перелома нет. Хотя удар такой сковородой, да еще и со всего размаха, сверху вниз… Тикусйо!

Мужик понял, что мы тут сейчас разнесем всю кухню, прежде чем поубиваем друг друга, и подло сбежал.

А я, так и не поевший, поплелся в комнату к Юйше. Отчитаться, что пострадал при задержании особо опасного преступника, и тоже очень хочу, чтобы обо мне немного позаботились.

Но пока шел, решил, что ничего я ей рассказывать не буду, иначе она отсюда не улетит. А мне надо чтобы она улетела, потому что здесь становится как-то слишком опасно. Зэйха сдадут родственникам, Юйшу отправить в космос, а самому тихонечко отследить и обезвредить этого взбесившегося маньяка.

Когда я столкнулся со спешащим ко мне навстречу Ийкой, я решил, что это знак свыше. Честно глядя в глаза друг другу, я сообщил, что неудачно упал, а Ийка сделал вид, что мне поверил. Затащил меня обратно на кухню, напрягся, увидев сковороду не висящей на своем месте у двери, а валяющейся на полу. Потом сбегал к себе в комнату и притащил их волшебный бальзам, после которого моя рука почувствовала себя рожденной заново. А уж после того как в мой живот наконец-то попали долгожданные первое, второе и компот, то есть отвар… Хотя я отбивался и утверждал, что отвар точно уже пил… Но лечащему специалисту виднее, конечно. Короче, настроение у меня значительно улучшилось.

Ровно до того момента, пока я не вошел в нашу комнату и не наткнулся на отстраненно-отсутствующий взгляд Юйши.

— Я отвезу Зэйха к его родным, а ты ложись и спи. Тебе постельный режим рекомендован.

И это все, что пожелала мне сказать любимая женщина. Хорошо хоть в гамак не отправила.

Тикусйо! Как же мне с ней помириться-то?!

Юйша

Зэйх не любил аэрошки, предпочитая десятиминутному перелету час-полтора хорошей скачки на Дийкки. Но сейчас выбора не было, так что я, привычно перекинув его руку через свое плечо, потащила моего старшего парня в сторону площади. Я достаточно часто таким образом перетаскивала своих девчонок после боя или после хорошей пьянки, но, конечно, Зэйх весил ощутимо больше даже чем Пойля. Но не Гайнза же просить мне помочь? А со Стийвом я по-прежнему не была готова общаться, особенно после того как он демонстративно ушел есть. Да, я глупо реагирую, согласна. Я вообще веду себя с ним очень глупо, он превращает мои мозги в кашу одним своим взглядом. Я таю, сбиваясь с намеченного курса, лужицей растекаюсь где-то на середине пути, теряюсь и забываю все на свете. Я так и не смогла отправить его в комнату к остальным мальчишкам, потому что мне плохо спится, если не слышу его дыхание рядом. Если не могу погладить в полусне его руку, обнимающую меня… поцеловать его в видимую из-под одеяла часть спины, чуть ниже шеи… накрутить на палец прядь уже слегка отросших волос…

Мне физически плохо, когда его нет рядом со мной. И это отвратительно.

На одной из досок забора вокруг дома тетушки Лийз была укреплена кнопка вызова аэрошки. Усадив Зэйха прямо на землю, прислонив спиной к ограде, я очередной раз подумала, что неплохо бы сделать здесь пару лавочек. Но тетушка упорно отмахивалась от этой идеи, считая, что пять минут до прилета аэрошки можно и постоять. А наличие сидячих мест вокруг площади будет соблазнять молодежь собираться там вечерами и лузгать семечки, как в соседних хуторах.

Нет, против небольшого клуба тетушка не возражала, но это было помещение, со стенами и дверью, откуда не слышно «ужасной современной музыки» и не видно, чем там подростки занимаются. А позволять им проводить время практически у себя под окнами тетушка не была готова.

Стив

Юйша вернулась достаточно быстро, посмотрела на кресло, в котором сидел я, так, как будто оно было пустое. Потом все же соизволила обратить на меня внимание:

— Ты почему не в кровати?!

— Потому что в кровати я усну, а нам надо поговорить. — Меня не остановили словом и не испепелили взглядом, значит, могу продолжать действовать дальше. Пока я дремал, сидя в кресле, мне в голову пришел замечательный план.

Я встал, подошел к стоявшей в центре комнаты Юйше, смотря ей в глаза, притянул ее к себе за ремень, одновременно на ощупь расстегивая пряжку. Приобняв Юйшу одной рукой за бедра, медленно вытащил ремень из брюк… Тяжелый, широкий, из плотной кожи их местного огромного слона… Внутри что-то сладко заныло. По-прежнему не отрывая взгляда, я медленно опустился перед своей женщиной на колени и протянул ей любимое орудие воспитания. Ее… Меня… Наше…

— Пожалуйста… Давай ты меня выпорешь, отведешь душу, тебе полегчает, а?

В глазах Юйши появился интерес, но она, вздохнув, отрицательно помотала головой:

— Звучит заманчиво. Но я слишком на тебя зла, а ты еще не совсем пришел в себя после сотрясения.

Когда, интересно, меня останавливали такие мелочи, как переживание о собственном здоровье?

— Доктор запретил мне прыгать и бегать… Так что тебе придется пороть меня аккуратно, — Юйша улыбнулась, очевидно представив какой силы должны быть удары, чтобы я подпрыгивал на кровати. — А убегать от тебя я не собираюсь, раз сам прошу… Я тебя очень прошу! Тебе сразу станет лучше… И мне тоже. Ты же ведь понимаешь, что у меня не было шансов противостоять твоей подруге? — Юйша кивнула и разорвала нашу зрительную связь, уставившись в окно.

Я положил ремень на пол и, оставаясь на коленях, взял ее руки в свои, провел большими пальцами от запястий вдоль всей ладони, потом сжал ее пальцы своими… На меня снова посмотрели грустно-задумчивым взглядом: "Юйш… Я понимаю, что виноват, был дурак и не рассказал тебе все сразу. Обещаю, такого больше никогда не повторится!" — И я быстро вложил ей в руки ремень: "Давай все уладим как обычно, и ты больше не будешь делать вид, что я пустое место и тебе на меня все равно?"

Юйша

Стийв стоял передо мной на коленях и умоляюще заглядывал мне в глаза…

— Юйш… Обещаю, такого больше никогда не повторится! Пожалуйста! Давай ты больше не будешь делать вид, что я пустое место и тебе на меня все равно?

Он так трогательно смотрелся, что я не выдержала и, взяв в руки протянутый мне ремень, кивнула ему в сторону кровати:

— Я действительно на тебя очень зла…

Стийв радостно улыбнулся, вставая с колен и снимая рубашку. Чуть склонив голову на бок, проказливо улыбнулся, быстро облизнул губы и, оттянув большими пальцами резинку штанов, вопросительно посмотрел мне в глаза. Я отрицательно помотала головой. Легонечко пожав плечами, Стийв медленно опустился на колени возле кровати, сцепил руки на затылке и лег на живот. Я подошла и сначала нежно провела кончиком ремня вдоль спины, по позвоночнику… А потом замахнулась и ударила… Еще раз… И еще… Стийв молчал. Красные полосы на его коже вспыхивали то слева, то справа… Я остановилась перевести дух. Злость еще не прошла полностью, но стало значительно легче. Вздохнув, все же чуть спустила с моего солнышка штаны, провела ладонью по двум округлым ягодицам и снова замахнулась ремнем… Один… Два… Три… Шесть…

Стийв резко развернулся, и я в последний момент ослабила замах и чуть сместила удар, глухо шлепнув по покрывалу.

— Юйш! Я… Я так сильно тебя разозлил? — и в глазах столько сожаления, что я не выдержала, убрала с его лба пряди мокрых волос, провела пальцем по губам… ощутила легкий поцелуй… нежно перевернула обратно на живот и начала втирать в спину масло.

— Ты… Меня простила? — напряжение в голосе, взламывающее душу.

— Конечно. Как ты себя чувствуешь? У тебя все хорошо?

— Если ты меня простила, то да. У меня все отлично.

Стийв устроился на коленях, на кровати, повернувшись ко мне, и с очень серьезным лицом проговорил:

— Я тебе должен рассказать еще кое-что важное. Очень важное. На меня сегодня на кухне напал твой дядя. Я его ранил, ножом, несерьезно. И он сбежал. Юйш, я не могу доказать, что это именно он стукнул меня по голове камнем, но, надеюсь, Зэйх сказал тебе, что это именно он…

Стив

— Да. Я знаю, Стийв. Знаю, что это он напал на тебя и пытался убить Зэйха, — каким-то безумно усталым голосом ответила мне Юйша. Потом пристально посмотрела на меня:

— А почему ты сразу не рассказал мне, что Мойшэ напал на тебя снова? Сегодня?

Я изобразил честный преданный взгляд:

— Так ты же сразу дернулась отвозить Зэйха, так что я решил тебя подождать и рассказать все тебе, когда вернешься. Вот я и рассказываю, — на всякий случай я еще добавил честности и преданности, чтобы точно никто не смог обвинить меня в попытке утаить важную информацию.

Ну да, я подумал и решил, что лучше уж выдать все Юйше перед отъездом и получить от нее какие-то рекомендации, как действовать и к кому обращаться, случись что.

Потом она уселась в кресло, я пристроился у нее в ногах, положив голову к ней на колени и наслаждаясь лаской, практически готовый мурлыкать как котенок. Она сомневалась, стоит ли ей завтра улетать, я уговаривал ее, доказывая, что ничего страшного со мной тут больше не случится. Потом мы попытались понять, почему Мойшэ вдруг решил убрать меня и Зэйха. Так ничего путного и не придумали. Повторное нападение на меня еще можно было как-то списать на инстинкты. Он узнал, что мы нашли Зэйха и, встретив меня на кухне, запаниковал. Правда, тогда возникал вопрос, кто ему сообщил о спасательной операции и о том, что я во все это замешан. Хотя о последнем догадаться проще простого. Ну и насчет того, что Зэйха не засосало, тоже можно было легко убедиться, прогулявшись на болото. Мы там сильно не прибирали, палка-багор осталась валяться.

Еще, конечно, Юйшу очень насторожили сведения о женщине, которая всем заправляла и чей голос показался мне знакомым. Но я побожился, что она точно не с хутора и точно не Лайра. А значит, при виде чужаков я буду прикидываться ветошью и падать в самом неприметном месте двора.

Потом, приказав мне запереться изнутри, Юйша ушла общаться с семьей. Общаться и прощаться в Космопорт она вылетала завтра рано утром, с солнцами.

Глава 16

ДЕНЬ ПЯТНАДЦАТЫЙ:

Юйша

Всю ночь я не могла уснуть, ворочаясь на кровати и обдумывая, все ли я сделала, чтобы спокойно оставить Стийва дома, без меня, на целых две недели.

Я встала вместе с тремя солнцами и разбудила свое, личное. Перевернув, еще сонного, посмотрела на его спину. Перецеловала каждый позвонок, потом намазала маслом не полностью сошедшие следы нашего вчерашнего общения, и еще раз, на всякий случай, уточнила:

— По хутору не броди, на ночь дверь в комнату запирай…

— Да, мамочка, не переживай, меня не украдут серые волки! — я тут волнуюсь за него, а он веселится!

Тут я вспомнила, что забыла ему рассказать одну важную вещь:

— Стийв, насчет Мойшэ я всех предупредила. Его не сегодня, так завтра попробуют поймать своими силами, а если ничего не получится — вызовут гвардейцев. Сам никаких подвигов не совершай! Без тебя разберутся, понятно?!

Я вчера еще раз переговорила с тетушкой Лийз, вытряхнув из нее обещание решить проблему с обезумевшим родственником, причем как можно скорее, до того, как он доберется до моего мальчика. А за ужином поговорила с семьей… Это было трудно, потому что тетушка Айлэйн и Шуйлли смотрели на меня так, как будто я вдруг превратилась в мерзкую жабу. Но возразить им было нечего. Нет, будь Мойшэ здесь, мне бы, наверное, попытались доказать, что Стийв и Зэйх переели галлюциногенных грибов, но в том-то и дело, что дядюшка бесследно исчез. И, похоже, в его исчезновении винили меня и мой гарем.

Нет, внимательно выслушав все мои рассуждения, тетушка помолчала, а потом признала, что ее муж сошел с ума и стал опасен для общества. Для мужского общества. А потом сказала, что все обвинения выдвигают мои мужчины против ее, а вот его самого тут нет. Оправдаться он не может. А ведь, возможно, мы чего-то не знаем или не понимаем, может у Мойшэ есть какая-то уважительная причина, может мы вообще все не так поняли… Про галлюциногенные грибы она не сказала ни слова, но смысл свела именно к ним.

Я покивала, изобразила на лице понимание и предупредила:

— Сейчас для меня главное — чтобы Мойшэ держался подальше от моих мальчиков. Поэтому, даже если вы вдруг все решите, что он запутался, забыл что воровать нехорошо… Даже если посчитаете, будто он неожиданно запамятовал, что бить камнем по голове опасно, а если связанного оглушенного человека кинуть в болото, то он там утонет… Даже если вы все признаете его невиновным… Главное, дорогая моя тетушка, чтобы твой муж держался подальше от моего Стийва!

«Дорогая» и «моего» я выделила голосом так, что только глухой не заострил бы своего внимания. Тетушка слышала очень хорошо, и, судя по ее взгляду, услышала и то, что вслух произнесено не было. Я дала понять, что готова выйти на тропу войны с любым, кто обидит моего мальчика. Но ей хватило ума промолчать, в отличие от моей двоюродной сестрицы:

— Мой отец — законный муж, а твой Стийв всего лишь наложник, как и Зэйх. И отец один стоит их двоих!

Я даже рта не успела открыть, как моя мама ответила своим спокойным мягким голосом:

— В одном ты права, Шуйлли. Мойшэ законный муж, но это не дает ему права вести себя, как потерявшийся одичавший гаремник. А насчет его ценности для хутора ты ошибаешься. Зэйх уже давно ценнее его, и Стийв тоже имеет все шансы стать неплохим мастером. И потом, даже если бы Мойшэ действительно стоил двоих мальчиков Юйши, никаких прав вести себя с ними подобным образом у него не было. Поэтому не переживай, дочь, — мама ободряюще улыбнулась мне, — занимайся своими делами, а мы тут все сами спокойно уладим. Никто твоего мальчика в обиду не даст. Главное, чтобы его самого на подвиги не потянуло. Не забывай, он все же не венговский, мало ли чего в континентальную мужскую голову взбредет.

И вот теперь я пытаюсь за пятнадцать минут до вылета, вбить в эту дурную континентальную голову, что ему надо сидеть на попке ровно и не искать на эту попку никаких приключений.

А мне искренне и честно улыбаются, кивают, но я почему-то просто ощущаю в воздухе его зудящее желание захлопнуть за мной дверь и рвануть в лес, искать Мойшэ.

Хоть на корабль Стийва забирай… Вот девочки обрадуются! Дурное предчувствие неприятно скреблось внутри, но я упорно уговаривала себя, что все будет хорошо.

Стив

У меня было странное ощущение провала во времени. Как будто я впервые остаюсь один дома, а мои родители уезжают отдыхать, увозя с собой Марисоль, потому что мне ее еще не доверяют.

И я вроде бы как немного волнуюсь, не верю своему счастью, опасаюсь, что в последний момент они передумают, и стараюсь не слишком демонстрировать свое нетерпение, выслушивая их последние наставления.

Нет, я был бы безумно счастлив, если бы Юйше не нужно было улетать, но у нее же работа такая. От нее целая команда зависит, а я сам как-нибудь тут… Что я, две недели на всем готовом не выживу, что ли? Кормят хорошо, работать можно ходить, а можно не ходить — у меня постельный режим. Спокойно, без сцен ревности, присмотрю за Марисоль, а то у нее ассимиляция как-то странно происходит.

А, главное, надо придумать, как успеть поймать Мойшэ до того, как это сделают хуторские женщины или, того хуже, гвардейцы. Тогда-то я точно ничего не узнаю. А у меня уже целый список вопросов накопился. Где статуэтка? Зачем пытались убить Зэйха? Что за загадочная сообщница?

Да ладно вопросы… Просто не верю я в то, что женщины в одиночку смогут что-то путное провернуть. В лесу прячется раненный загнанный зверь, и кого они собираются против него выпустить? Толпу обезьянок с винтовками? Можно подумать, хоть одна из них сможет выстрелить в живого человека, да еще в знакомого?! Нет, действовать надо самому… И как можно скорее.

Во-первых, надо помнить, что у этой сволочи тут остались жена и дочь. И не думаю, что они легко согласятся с обвинениями. Значит, возможно, они сами его где-то спрятали понадежнее и будут таскать ему еду из дома. Так что, на всякий случай, надо предупредить Ийку, чтобы отслеживал, сколько продуктов он тратит и сколько действительно тратится. Из дома убралось два здоровых мужика и Юйша. Грубо говоря, одна треть едоков. Ийка, конечно, про запас готовит обычно, но не настолько же! Так что, я думаю, он и сам заметит, а если его еще и предупредить…

Во-вторых, Гайнз… Он вроде как в курсе всех событий и в лесу ориентируется. Но вот не доверяю я ему, и все тут! Лучше уж пусть шпионит в «большом» доме. Хотя я сам, без помощи, скорее в болоте их утону, чем Мойшэ найду.

И тогда, в-третьих… мне нужен проводник, которому я могу доверять.

Ийнни? Сестра Юйши? — Девчонка! Тем более ей уже семнадцать, в мозги плотно вбит их венговский бред о величии женского разума над мужским.

Шуйлли? Неплохо бы за ней последить, может она меня к папочке выведет.

Завтрак я съел, весь погруженный в размышления, поэтому на слишком уж большое свободное пространство вокруг себя обратил внимание, уже поднимаясь из-за стола:

— Спасибо, все, как обычно, было очень вкусно, — Ийка довольно улыбнулся. — Всем приятного аппетита! — Родители Юйши вежливо кивнули. Айлэйн зыркнула на меня не очень добро, но тоже головой что-то схожее с кивком изобразила. А вот Шуйлли даже не стала стараться, просто проигнорировав. Ну все, несварение желудка, два дня рыданий и смерть от глубокой психологической травмы мне обеспечены. Тикусйо! Пойду утоплюсь… Сама себя выдала. Значит, следить за ней действительно нужно.

— Ты в мастерскую, Стийв? — Цийра спросила абсолютно безразличным голосом, но раньше она вообще не интересовалась моими планами на день. Похоже, Юйша поручила своей маме за мной присматривать, и теперь меня будут оберегать, как редкую статую в музее.

— Да, надо заглянуть, давно там не был. Может, поработать попробую. Надоело уже дома лежать… — я состроил самую невинную физиономию и даже решил вспомнить о приличиях, добавив, после небольшой паузы, — госпожа…

Цийра скептически хмыкнула:

— Передо мной можешь мальчика из гарема Матери Всего Сущего не изображать. Тебе не идет этот образ. И учти, детей на хуторе много, они все видят, а их никто не замечает. Узнаю, что вместо мастерской потащился в лес — выпорю, причем по пяткам. Будешь потом три дня лежать и думать над своим поведением.

Я старательно изобразил смущение:

— Я все понял… госпожа. Мне можно идти?

— Иди уж… — Цийра еще раз скептически хмыкнула и потом ехидно улыбнулась: — У нас с Трэйсом на тебя планы, Стийв.

Даже думать не хочу, какие именно… А вот насчет детей она мне хорошую мысль подала.

Я прогулочным шагом прошелся по хутору, покрутился рядом с «большим» домом. Вдоль линии заборов дошел до поляны, осмотрелся там, вернулся, пособирал свисающие из-за оград гроздья каких-то вкусных ягод. Попинал ногой небольшой камень. Увидел куст с большими крупными орехами, собрал и набил ими карманы. Снова попинал ногой камень в направлении мастерской, но за дом до нее свернул — там был небольшой узкий проход к еще одной полянке, на которой тоже никого не оказалось. Сев под местную яблоню, слопал половину запасов орехов и сжевал яблоко. Уже второй час таскаюсь по хутору, а этих всевидящих детей нигде нет! Раньше на каждом шагу попадались, притом, что они тут с шести лет в лагерях должны быть. Мальчишки точно. Девчонок вроде позже сдавать принято, само собой, они же в развитии притормаживают.

Наконец, когда я уже готов был смириться и действительно пойти в мастерскую, они появились. Паренек где-то лет десяти-двенадцати на вид, тот, который рассказывал мне про Марисоль, и две девчонки его же возраста.

— Почему ты бродишь без дела? — строго спросила меня одна из девочек. Высокая, тощая, рыжая, конопатая и с огромными зелеными глазищами в пол лица.

— Почему без дела? Я вас искал. Мне порекомендовали обратиться к вам за помощью.

— Это кто же, интересно? — голос у рыжей был звонкий, детский, но интонации в нем звучали уже властные, женские. Наверное, кому-то из старших подражала.

Не хотелось мне с девчонками связываться, но местные мальчишки здесь в основном «подкаблучники» и наверняка со страху побегут и сдадут меня почти сразу. А вот если я эту рыженькую запутаю слегка, то она мне поможет.

— Та, кто мне вас посоветовала, просила ее не называть. — Я сделал загадочное лицо и потом таинственным шепотом произнес: — У меня есть к вам важное поручение. Мне сказали, что только вы его выполнить сможете. Но сначала пообещайте, что никому ничего не расскажете. Даже если мы с вами не договоримся. Это как бы сделка, понимаешь? Секретное задание. Я вам его рассказываю, и если вы за него не возьметесь, то мы расходимся в разные стороны и об этой встрече забываем.

Я протянул рыжей руку:

— На других планетах так принято…

— На нашей тоже, — гордо фыркнула девчонка и крепко стиснула своими пальцами мою ладонь.

Сильная…

— А я знаю, чего ты от нас хочешь, — сощурив один глаз, рыжая с вызовом посмотрела на меня. — Ты хочешь, чтобы мы тебе сказали, где прячется Мойшэ.

Я бы очень разочаровался, если бы они не сообразили, что мне от них нужно. Потому что сам я к этой теме пошел бы или явно напролом, или совсем уж окольными путями. А так женщина все сделала за меня — проговорилась. Теперь, наоборот, надо слегка подразнить, потянуть время.

— Кстати, вопрос, почему вы не в лагере, мелочь?

— В девчачьем лагере можно иногда брать задание и уезжать на неделю к родителям. Мы подгадываем, чтобы вместе получалось. А Яйнник выбирает специальность.

Девочка была упорная и не дала сбить себя с выбранного курса, продолжив:

— Мойшэ мы тебе найдем, но поклянись Матерью, что ты его не тронешь. Его надо сдать Старшей, — вот уж точно будущий местный лидер растет, командный голос хорошо поставлен.

— Хорошо, но сначала я должен с ним поговорить. Вы же понимаете, что Старшая мне потом ничего не расскажет, а настоящий мужчина должен заботиться о своей женщине?

Тишина была мне ответом. Обе девочки удивленно переглянулись, потом посмотрели на Яйнника, и уже все трое — на меня.

— Ты все перепутал! Это женщина должна заботиться о своих мужчинах, — голос рыжей звенел от возмущения. Очевидно, дети не были готовы делать скидку на мое инопланетное мышление.

— По своему — да. Присмотрись вокруг. Разве Яйнник позволит тебе поднять что-то очень тяжелое, например? Ведь он сильнее тебя… — я абсолютно был уверен в том, что говорил, потому что неоднократно видел, как тот же Чэйтр отнимал у Фейре тяжелые детали: «Ты же женщина, зачем хватаешь? Ведь рядом есть я!»

— Да, я скажу ему, чтобы он поднял, и он поднимет, — самоуверенно ответила рыжая.

Возможно, добровольная мужская помощь здесь не принята, потому что парни не успевают ее предложить?

— Думаешь, если бы не сказала, то не помог бы? Не поднял? Не догадался? — я очень старался, чтобы ирония в моем голосе не была сильно заметна. — Может проще доверить решить ему самому? Он же ведь взрослый.

— Мужчины не умеют решать! Они умеют хорошо искать пути к заданной цели, но цели всегда должна ставить женщина.

Так, дальнейшую дискуссию о мужских умственных способностях будем считать бесполезной и попробуем зайти с другой стороны.

— Хорошо, но у меня уже есть цель. Мне надо защитить Юйшу. А я не смогу ее защитить, если не буду знать, что задумал Мойшэ. Согласна?

— С чего ты решил, что тебе надо ее защищать? Она приказала тебе? Мойшэ женщинам не угрожал, — девочка пристально сверлила меня взглядом, пытаясь выяснить для себя какой-то важный момент. Тикусйо! Какой…?! — а пытался убить тебя и Зэйха. Поэтому тебе приказано вести себя тихо и не лезть без разрешения куда не просят! — только ножкой не топнула на последней фразе и рукой в сторону дома Юйши не указала, чтобы я туда убирался.

— А воровство у женщины, это преступление или норма? — приняв непринужденно-расслабленную позу, я с интересом ожидал реакции.

— Конечно преступление! Воровать нехорошо, — девчонка нахмурилась, пытаясь понять, зачем я это спросил, а ее воинственный пыл быстро угасал.

— Ну вот. А Мойшэ украл у Юйши очень ценную вещь, и я должен узнать, куда он ее спрятал, понимаешь?

— Ну так скажи Старшей. Когда Мойшэ поймают, она его расспросит и все тебе потом расскажет. Если, конечно, посчитает нужным. Ну или дождется Юйши и все расскажет ей, — рыжая никак не могла взять в толк, зачем я лезу поперек батьки в пекло. Но я полез, даже если бы действительно всей облавой руководил батька, мужчина, а уж с учетом того что облавой будут заниматься местные женщины…

Тикусйо! Мой бедный мозг! До чего я вообще докатился? Сижу и спорю с детьми… Дети… В голове зародилась странная, немного дикая в своей рискованности мысль.

— Понимаете, Мойшэ украл статуэтку очень древнего бога, покровителя преступников, — мысленно я извинился перед Эбису, жизнерадостным и добродушным божком удачи и успеха, который на самом деле был покровитель торговцев, — и тем самым разбудил его, — глаза у ребят восторженно заблестели, — и бог теперь управляет Мойшэ, медленно сводя его с ума. Он ведь раньше был нормальный мужик, верно? — дети быстро закивали, переглядываясь. — А теперь он с каждым днем становится все опаснее и опаснее. Сначала он просто оглушил меня, чтобы украсть статуэтку, потом уже по настоящему пытался убить Зэйха, утопив его в болоте… А зачем ему убивать Зэйха, если статуэтка уже у него? — снова переглядывание и синхронное пожимание плечами. — А потом… Потом Мойшэ напал на меня на кухне, когда я спокойно собирался поесть, — об этом они не знали, судя по изумлению в их глазах. — Да-да! Поэтому он и сбежал в лес, чтобы обезопасить от себя остальных. Представляете, он ведь уже начал нападать на людей в собственном доме! Хорошо это был я, а не кто-то из сестер Юйши, например…

Яйнник даже рот приоткрыл, так внимательно слушал. Но меня больше интересовала реакция девчонок. Убедившись, что все молча внимают, я продолжил нести сказочный бред:

— И сейчас он прячется в лесу, чтобы в одиночку бороться с влиянием этого божка. Но бог сильнее человека, вы же это знаете? — дети само собой покивали, ведь их же тут воспитывают очень религиозными. — И в любой момент Мойшэ снова сорвется и продолжит убивать… Убивать всех без разбора. Не только мужчин, но и женщин. Детей. Его надо остановить, чем раньше, тем лучше. Ведь бог не только сводит Мойшэ с ума, он делает его все более и более неуязвимым. Скоро в нем совсем исчезнет все человеческое, и он станет подобен дикому зверю… Надо спасти его, как можно скорее, поговорить с ним, узнать, где он хранит эту статуэтку… Очистить его специальным ритуалом… — я замолчал, оценивая результат своих трудов. Дети сидели и смотрели на меня, застыв, сами похожие на зачарованные фигурки. — Вы же понимаете, что если я расскажу это кому-нибудь, кроме вас, мне не поверят? — дети синхронно закивали. — А я на Земле занимался изучением антиквариата, различных древностей, сокровищ. Так что разбираюсь в этом всем очень хорошо.

Выдохнув и мысленно поаплодировав самому себе, я быстро придумывал подходящую концовку.

— А теперь представьте, как будет действовать Мойшэ, когда с ним будут действительно обращаться как со зверем и устроят на него облаву? Как себя ведут загнанные звери? — я внимательно посмотрел на рыжую, и та испуганно ойкнула:

— Кидаются на всех, как полоумные. — Потом попыталась себя успокоить: — Но ведь у женщин будут винтовки!

— Да! И они убьют Мойшэ, ни в чем не повинного живого человека, между прочим, — абсолютно безразличным голосом напомнил я. — Любимого мужа и заботливого отца, насколько мне известно.

Рыжей явно стало стыдно, и она виновато замолчала. А я забил в наш диалог последний гвоздь:

— Вы ведь понимаете, как важно, чтобы эта статуэтка случайно не попала к кому-нибудь еще в руки? Юйша, когда узнала, насколько заключенная в фигурке сила опасна, поручила нам с Зэйхом найти надежного человека, умеющего обращаться с такими древними злобными артефактами, и надеялась вывезти ее с планеты как можно скорее. И, может быть, Мойшэ не сам решился на кражу, а божок испугался и воззвал к нему, соблазнив его на воровство, потом на убийства… Но вы же понимаете, что Мойшэ всего лишь жертва? Настоящий виновник всего происходящего заключен в статуэтку. И он наверняка использует свой шанс сменить хозяина, когда почувствует, что Мойшэ обречен. Значит, любая из женщин, участвующих в облаве, сильно рискует попасть под влияние этого бога.

Я состроил самую печальную физиономию, на которую был способен, и грустно завершил:

— На хуторе станет твориться невообразимое. Все будут убивать друг друга… А в правду никто никогда не поверит.

Все. Теперь надо заткнуться и дать детским мозгам переварить всю ту лапшу, которую я развесил им на уши. Как там рыжая сказала? «…тебе приказано вести себя тихо и не лезть без разрешения куда не просят!»

— То есть ты не будешь убивать Мойшэ и знаешь, как обращаться со статуэткой? — на меня выжидающе уставились три пары глаз.

— Да, я постараюсь не убивать Мойшэ, но, конечно, если придется выбирать между его и моей жизнью… — я демонстративно вздохнул. — И со статуэткой я умею обращаться. Правда, мне потом надо будет ее где-то надежно спрятать, до возвращения Юйши, и потом помочь ей ее вывезти с планеты. — Тикусйо! Я, похоже, даже легенду под эту сказку подходящую придумал, почему смоюсь с Венги как подлец.

Я снова замолчал, ничего не прося и ничего не предлагая. Просить должны меня. Это будет не мое решение, а ее, наивной маленькой рыжей девчонки. Здесь настоящий мужчина не должен заботиться о своей женщине… Гребаная планета!

— Хорошо, мы тихо порыщем по лесу и вечером расскажем тебе, где прячется Мойшэ. — девочка нахмурилась, закусила губу, что-то обдумывая, и потом добавила: — И мы никому не расскажем про статуэтку. А ты сделай так, чтобы она перестала быть опасной. Две моих старших сестры будут участвовать в облаве, и я хочу быть уверена, что с ними ничего не случится!

Я кивнул: «Договорились. Жду вас вечером». И направился наконец-то в мастерскую, чтобы поболтать с ребятами и, может быть, даже чем-то им помочь.

После обеда я прилег поспать и проснулся только от стука в дверь. Это пришел Ийка звать меня на ужин. Я быстро поел и вежливо смылся обратно в нашу с Юйшей комнату. Упав в кресло, я прикрыл глаза и попытался успокоиться. От меня ничего не зависит. Такие ситуации порой случаются и это нормально. Я не бог, и даже не Матерь Всего Сущего, я обычный человек, мужчина на фемдомной планете. Реально полезного я сделал все что мог, и если сейчас начну пытаться сделать еще что-то — это будет ошибкой. Я могу только сидеть спокойно и ждать. Бродить ночью по лесу и звать Мойшэ — глупо, к тому же есть все шансы снова получить камнем по голове или самому заблудиться и утонуть в болоте. Я сделал все что мог… Тикусйо! Чтобы я еще хоть раз связался с девчонкой?!

И тут наконец в окошко заглянул Яйнник. Я приоткрыл дверь, и мальчишка быстро впихнул мне в руку какую-то бумажку: «Вот план. У тебя еще два часа до начала облавы», — выпалив все это парнишка растворился в ночи.

Бумажка действительно оказалась тщательно отрисованным планом, с пометками типа «болото», «озеро», «Айльтзийтцейры», «Лийвэйрисы», «дорога в Венгсити» и красным крестиком помеченной «землянки».

Я выскользнул из нашей пристройки, тихо прокрался в центральный дом, чуть не наткнувшись в столовой на Ийку. Он как раз поднимался зачем-то на второй этаж, и я пулей метнулся на кухню, схватил самый большой и острый нож и вылетел во двор. Отдышавшись, развернул план и тихо побрел практически в полной темноте, ориентируясь только по памяти и по звездам. Если бы до этого совсем недавно я не любовался красотами местных болот вместе с Гайнзом, наверное, к землянке я вышел бы как раз вместе с толпой местных женщин. Но мне несказанно повезло, и я успел найти Мойшэ первым. Вернее вторым…

Землянка оказалась холмиком с меня ростом, не больше, и ступеньками вниз, под землю. Когда я подкрался, возле входа уже паслись два коня и изнутри доносились голоса. Я прижался к задней стене холмика и попытался прислушаться. Звук был глухой, но разобрать слова было можно.

— Идиот! Если уж полез убивать, почему не сделал это нормально?! Связать, оглушить и кинуть в болото! Кундейкам на смех! Если бы Юйша не улетела с планеты, я бы точно тебя убила. Но раз уж тебе не удалось испортить мой план, так и быть, я попробую вытащить тебя из дерьма, в которое ты вляпался по уши. Вывезу тебя на Мкхарт, у меня там есть домик, будешь за ним присматривать.

Женский голос было слышно хорошо, а вот ответ мужчины я разобрать не смог. Только какое-то бубубу на одной ноте.

— Не переживай. Она не через две недели, а лет через пять вернется.

Опять мужское бубубу.

— Ну, я так все провернула, что ее посадят как раз на такой срок. Ровно на пять лет. За это время я без нее развернусь…

И тут, как нарочно, одной из лошадей что-то примерещилось и она заржала. Все остальное я помню очень смутно, потому что действовали исключительно инстинкты.

За моей спиной хрустнула ветка, кто-то обходил землянку, и я шмыгнул в сторону деревьев. Тут меня резко осветили ярким светом фонарика, буквально на секунду. Я, уже разворачиваясь к землянке спиной, все равно зажмурился, прикрыл глаза рукой и побежал… Меня явно хотели не только разглядеть, но и ослепить. Второе им не удалось. «Щенок Юйши! Он все слышал, тля! Прибейте его!» — звенел мне вслед знакомый женский голос. Где?! Тикусйо! Где я его слышал? Не сейчас… Потом… Добежать… Куда?! Они собираются подставить Юйшу и посадить ее на пять лет… В тюрьму? На пять лет… Мою женщину! Я сам выпинал ее с планеты, дебил! Что теперь делать? Ветки били меня по лицу, но я не выбирал тропинок, наоборот, я бежал в направлении хутора, но по самым густым зарослям. На конях они меня догонят в момент. А мне надо успеть… добежать… спрятаться? — нет… предупредить… как?! посоветоваться… с кем? Какой я щенок, я загнанный заяц и охота сейчас вовсю идет именно на меня, а не на Мойшэ. Давно я так быстро не бегал!

Влетев на конюшню, я не дал себе даже полминутки, чтобы отдышаться. Звездочка или Дийкки? Я кинулся к более молодому и сильному жеребцу: «Парень, я понимаю, ты меня почему-то невзлюбил. Это твое личное дело. Я тебе в друзья не навязываюсь. Но у Юйши могут быть серьезные проблемы. Очень серьезные. Зэйху это не понравится. Ты ведь любишь Зэйха, да? Вот и молодец! Нам надо спасти Юйшу… Ну, то есть мне надо спасти Юйшу. А ты будешь спасать Зэйха. Договорились? Я сейчас на тебя сяду… И ты поскачешь быстро, как только сможешь! Быстрее ветра, понял? Поскачешь в Венгсити, к Зэйху, Лайре… Понимаешь меня?»

Разговаривая с конем, я надел и застегнул на нем седло… Отстраненно удивился, что все получилось с первого раза… Вывел его во двор. Глубоко вдохнул…

— Скачи, Дийкки!

Скачи… От меня теперь снова ничего не зависит. Все в твоих руках. Вернее, в твоих ногах… А я буду пытаться думать… В голове вертелась какая-то мысль, но мне никак не удавалось ее поймать, чтобы изучить как следует. Воспоминание… Совсем недавно кто-то предлагал мне свою помощь. Вспомнить бы только кто это был… Скачи, Дийкки!

Глава 17

ДЕНЬ ПЯТНАДЦАТЫЙ:

Стив

От прошлой скачки у меня остались самые неприятные воспоминания, меня два часа подкидывало в седле как мешок с дерьмом… Сейчас Дийкки несся галопом, все быстрее и быстрее. Летел, почти не касаясь земли копытами… По прошлому путешествию я помнил, что дорога в Венгсити не была идеально ровной, там были бугорки, канавки, рытвины, камни… Но сейчас их как будто не было, они не мешали нашему стремительному полету… Минута и мы проскакали по тонкому, но крепкому мосту и озеро оказалось позади. Мелькали кусты, деревья… Казалось, что Дийкки несется, не разбирая дороги, со всей скоростью, на которую был способен. Дыхание его оставалось ровным, а вот я, вцепившийся в коня ногами и руками до судорог в мышцах, задыхался. Вдруг мы резко свернули в какие-то заросли, спутанные ветви хлестали меня по лицу и рукам, но я не выпустил поводья, и просто приклеился к седлу… Дийкки мчался во весь опор… И наконец выскочил на большую посыпанную мелкими камушками дорогу… Конь как будто бы понимал, что мы торопимся, очень торопимся, и, похоже, срезал путь. Гениальное животное!

Наша скачка длилась чуть больше часа, когда я увидел впереди огни Венгсити… Мы влетели в город, как безумные промчались по всей второй линии, и со свистом в ушах, по крайней мере в моих, пролетели по площади… И вот Дийкки с галопа перешел на рысь и наконец остановился у домика матери Зэйха. Я спрыгнул с коня и, приоткрыв калитку, впустил его во двор. Дийкки обернулся, вопросительно взглянув, как бы спрашивая меня: «А ты?» Я отрицательно помотал головой: «Они увидят тебя и поймут, что на хуторе беда. А мне надо Юйшу спасать… Спасибо тебе!» Конь странно посмотрел на меня, фыркнул и направился за дом. Мальчишеский голос вскрикнул: «Конь Зэйха! Как он сюда попал?» «Потому что какой-то кретин забыл закрыть калитку!» — ответил ему кто-то, явно постарше.

Надо мне к Лайре и ее мамочке или не надо? Могут они мне помочь или нет? Не доверяю я им! Вот умом понимаю, что не прав, но не доверяю… Зато я вспомнил, кто предлагал мне помощь и теперь осталось только придумать, как мне туда добраться. И еще бы знать, где это ТУДА находится. Наверное, надо найти место вызова аэрошек… Скорее всего это на площади. В любом случае мне надо двигать подальше от дома Зэйха — тут меня будут искать в первую очередь.

Я быстро, но стараясь не шуметь, пошел обратно, вдоль заборов. В небе светили звезды, вдоль дороги стояли фонари, тени играли с моим воображением… Я шел, напряженный и реагирующий на каждый шорох. Один из фонарей не светил, и вокруг было подозрительно темно. Я прижался спиной к ограде и медленно, перебирая по ней руками, продолжал двигаться вперед. Вдруг забор закончился. Странно… Они же все идут единой линией.

— Идет? — вдруг послышался тихий шепот. Тут же последовала быстрая возня и снова наступила тишина.

Я попытался перебежать на другую сторону дороги, тут из-за угла началось какое-то движение, сверху вниз… что-то блеснуло… Нож! Я увернулся в последний момент, ушел вправо, в сторону прохода между заборами, а Мойшэ по инерции чуть двинулся вперед — замах у него был нешуточный, меня действительно собирались убить! Тикусйо! Я ударил гада ногой в живот, но тот тоже попытался увернуться… Зря! Мой удар пришелся ему прямо в бок… В правый бок! Туда, куда я недавно приложил его ножом. Замычав от боли, Мойшэ упал на колено, и тут я увидел за ним второго мужика. Здоровый бугай под два метра ростом целился в меня из пистолета… Легкая паника в глазах. Оружие подрагивает в вытянутой руке. Сможет нажать на курок или нет? Лучше подстраховаться. Ударом ноги заваливаю Мойшэ в сторону его напарника. Он падает точно на него… выронив нож из руки. Какой-то странный звук… Обжигающая боль под ребрами. Тикусйо! Второй устоял и все же смог пальнуть! Я идиот. Он — мазила… Не обращать внимания на боль в боку… Тикусйо! Тоже правый… Схватив нож с земли, полоснул по сухожилию зазевавшегося на секунды партнера Мойшэ. Упавший пистолет ногой толкаю подальше, а крик боли прерывается невнятным бульканьем, и тело падает с перерезанным горлом.

Сзади движение… Отвлекся… Удар ногой по спине, и я падаю на четвереньки… Прямо передо мной пистолет… Схватить. На бок. Перекат на спину. Выстрел!

Вдалеке послышались чьи-то голоса… А тут два трупа и я. Тикусйо! …весь в крови от раны в боку. Надеюсь, выстрел никто не слышал — глушитель же… Я машинально вытер отпечатки пальцев со ствола и ножа. Высунулся из-за угла — по улице шли двое гвардейцев. С ними я встречаться точно не горел желанием. Заполз подальше в темноту и, сняв рубаху, перевязал ею рану. Несколько минут посидел, выдыхая и вслушиваясь в тишину.

Наконец, высунувшись снова из своего укрытия, я убедился, что никого нет и, медленно, вдоль заборов, снова двинулся в сторону площади.

Кнопка вызова аэрошек оказалась в самом конце, вернее, в самом начале улицы. Нажав, я замер и начал про себя молиться всем богам, которых знал… Аэрошка со свистом приземлилась, я вполз в нее и … Мои молитвы были услышаны. На экране можно было выбрать любой Дом из списка и тебя отвезут, даже если ты не знаешь адреса… Беда в том, что я не знал номера Дома… Или знал? Вайнгойрты… Какой они по номеру Дом, тикусйо!!! Я уже так близко к цели… Мой взгляд упал на прикрепленную к карте за цепочку ламинированную бумажку… Первый Дом… Второй… Иссайхайрты… Шойфейры… Вот! Пятый Дом — Вайнгойрты. Не сдохнуть бы, пока лечу…

Дом Вайнгойртов:

Была поздняя ночь, когда во дворе Дома Вайнгойртов приземлилась аэрошка. Фонари и звезды хорошо освещали улицу, и Лейхио, Старший по гарему, как раз собирающийся лечь спать и подошедший к окну, чтобы занавесить окна, изумленно замер. Нет, с учетом специфики работы его госпожи, ночные гости не были большой редкостью, но ничего хорошего обычно от таких визитов ожидать не приходилось. Политика требовала жертв гораздо больших, чем красота. Но ведь он сам мечтал, чтобы Вайнгойрты были не только одним из богатых и родовитых, но еще и одним из влиятельных Домов Венги. Что ж, мечта исполнилась. Его любимая госпожа сейчас занимается внутренней политикой планеты, связанной с инопланетниками. Выше нее только Первая Госпожа. Ну и, конечно, серый кардинал, госпожа Клаусийлия Альцейкан, всюду сует свой любопытный нос.

Аэрошка стояла во дворе уже минуту, пора было уже кому-нибудь оттуда выйти. Даже если там какая-нибудь знатная аристократка, глупо рассчитывать, что среди ночи найдется кто-то из местных мальчишек, готовый броситься ей под ноги. Тем более местные мальчики до сих пор не потрудились и ему доложить о странном явлении. Похоже, придется выходить и во всем разбираться самому, а завтра утром устроить показательно-воспитательный террор. Лей грустно вздохнул. За последний год он практически «отошел от дел», расправив крылья и взлетев намного выше, чем просто Старший по гарему, пусть даже по такому большому, как у Вайнгойртов. Госпожа до сих пор пытается бороться, но количество парней постоянно увеличивается. Ведь «стариков» теперь не усыпляют, а сдавать преданных, проверенных временем, здоровых тридцатилетних мужчин в большое, возведенное за счет благотворительных пожертвований Первого и их собственного, Пятого Дома, общежитие их госпожа считает неправильным. Нет, совсем бесполезных она все же туда отправила, но шестеро человек за полтора года — это просто ни о чем. Остальные все продолжали жить тут же, при Доме. И, видит Матерь, пользы от них гораздо больше порой, чем от этой мелкоты…

В дверь наконец-то, спустя целых три минуты после приземления аэрошки, постучали.

— Лей! Там… — запыхавшийся малек подпрыгивал от нетерпения и, увидев что Старший и так стоит у окна и все видит, замолчал.

Лейхио выразительно посмотрел на большие часы, висевшие на стене, рядом с дверью. Мальчишка залился румянцем:

— Я думал, вдруг быстро выйдет, чтобы сразу доложить кто…

— Именно поэтому, — обманчиво ласково проговорил мужчина, слегка растягивая гласные звуки и, одновременно, двигаясь к выходу, — вас там должно дежурить двое, если мне не изменяет память.

Малек засмущался еще больше. Лей отодвинул его, вышел в коридор, быстро спустился вниз по лестнице, где наткнулся еще на парочку мальчишек, стоящих на крыльце и внимательно следящих за аэрошкой.

— Никто не выходил? — оба паренька отрицательно помотали головой. Глаза их блестели от предвкушения чего-то необычного. Аэрошка во дворе уже почти пять минут, а из нее до сих пор никто не вышел. Лейхио все это очень не нравилось. Тут из дверей дома вылетела Ройкси, главный консультант по вроде бы давно отлаженной системе охраны Дома и личная телохранительница их госпожи.

— Барьер не сработал? — слегка напряженным голосом уточнила она, держа руку на кобуре с пистолетом и пристально смотря в сторону аэрошки.

Теперь пришла очередь Лейя отрицательно помотать головой. Охранный барьер должен был срабатывать на аэрошки, где людей совсем не было или, наоборот, где было больше трех человек, а также на идущие подряд две аэрошки… и на наиболее распространенные виды взрывчатых веществ. Эта система была довольно дорогим удовольствием, но зато для того, чтобы у них во дворе что-то взорвать, желающим придется пофантазировать. Ни разу ничего подобного за полтора года не произошло, но береженного и Матери Всего Сущего беречь проще. Правда, надо было еще иметь в виду такую банальную возможность, как пятеро смертников с пистолетами. Хотя на Венге всегда были более распространены женские виды расправы над соперницами, например, бытовые и пищевые яды.

Ройкси быстро перебежала в сторону аэрошки и заняла наиболее удобную позицию, достав пистолет и направив его в сторону двери. Лейхио, очередной раз вздохнув и задушив зарождающуюся внутри панику, тоже подошел к двери и открыл ее.

На полу аэрошки лежал парень. Правый бок был весь в крови…

Войдя внутрь, Лей аккуратно присел, прижал пальцы к шее незнакомца и послушал пульс:

— Живой. Без сознания, — потом посмотрел на рану и грустно выдохнул: — Ух ты ж…

Нагнувшись, взял мальчишку, оказавшегося на удивление легким, на руки и понес в дом.

— Аэрошку отмойте и покатайтесь часика полтора, — кивнул он малькам, столпившимся вокруг. — Обратно на другой аэрошке вернитесь.

Ройкси одобрительно кивнула и пошла следом. Паранойю, связанную с безопасностью, она одобряла. И вообще расслабились они, надо опять не только на мальков надеяться, а кого-то старшего назначать дежурить. Хорошо, что ей сегодня не спалось, и Лейхио, похоже, тоже. Ну ему-то понятно почему — у его Шайрлы сегодня дежурство. Вот уж кто им сейчас тут, кстати, совсем не помешал бы. Лекарь Вайнгойртов вряд ли часто имел дело с огнестрельными ранениями, а подружка Лейя все же врач в одной из больниц Космопорта, она скорее простуды лечить не умеет. Но Шайрла вернется домой через сутки, а до завтра парнишка уж как-нибудь протянет.

Ройкси вернулась в свою комнату, пнула Рэйни, раскинувшегося чуть ли не поперек всей кровати, и тот быстренько переполз почти на край, даже не просыпаясь. «Уважает — значит любит», — удовлетворенно хмыкнула Ройкси. Угрозы дому раненный мальчик не представлял, а в интриги Вайнгойртов женщина влезать абсолютно не хотела. Поэтому, едва ее голова коснулась подушки, она тут же спокойно заснула.

В отличие от Лейхио…

Юйша

Пока мы дружно готовились к отлету, затем вылет, радостное возбужденное веселье, бурное обсуждение наших дальнейших планов, потом секретное совещание с Джейн и Лайссой… Дела, дела, дела… И только вечером, когда я вошла в свою каюту, меня буквально от двери накрыло дикой тоской. Хоть иди и вой на звезды, настолько непривычно было видеть вторую кровать пустой и убранной. В прошлый полет его присутствие за моей спиной я научилась не замечать, а вот его отсутствие на кровати…

Как он там сейчас, мой мальчик, мое солнышко… Я заснула, твердя себе как мантру: «С ним там все хорошо, иначе мне бы сообщили!».

Наш корабль не мог себе позволить постоянно находиться во всегалактическом роуминге, это и на Венге была не самая дешевая услуга, а уж в космосе тем более. Только пассажирские и маршрутно-грузовые крейсеры могли позволить себе подобную роскошь. Ну и, наверное, какие-нибудь аристократические космояхточки, аккуратные, быстрые и безумно дорогие даже с виду. Мы же выходили на связь только раз в день, рано утром, обменивались письмами к нам и от нас и снова отключались до следующего утра. Ну и, конечно, в какой бы точке пространства мы не находились, у нас была возможность экстренной связи с Космопортом ближайшей планеты. Пока что этой ближайшей планетой была Венга. Завтра вечером связь уже начнет слегка барахлить, а послезавтра станет проще связаться с Ммирзой.

ДЕНЬ ШЕСТНАДЦАТЫЙ:

Юйша

Утром я получила письмо от Лайры: «С Зэйхом все отлично». Вместо того чтобы меня успокоить, это сообщение меня слегка удивило. Раньше подруга никогда не утруждала себя общением со мной во время полета, если, конечно, ей самой что-то срочно не было нужно. Тем более было странно, почему бы самому Зэйху не сообщить мне, что у него все хорошо? Наверное, я становлюсь полным параноиком… Постаравшись отвлечься, я усиленно начала метаться по кораблю и переделывать всю откладываемую мной в последние несколько месяцев работу. Джейнни посматривала на меня странно, но молчала.

Ближе к полудню взволнованный голос моего второго пилота сообщил по громкой связи, что со мной желает связаться Космопорт Венги. Конкретно со мной. Ничего хорошего это не предвещало. Лицо Айрин Вайнгойрт на экране — тоже.

— Гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис, ваш наложник, Кейстийвэне Гарсиа, сейчас находится в моем доме и под моей защитой. С ним условно все хорошо, и причин прерывать ваш полет я не вижу. Но мне бы хотелось, чтобы вы внимательно пересмотрели все запланированные вами места посадок и вычислили, где и в каком месте вас могут арестовать или каким-то иным способом изолировать ровно на пять лет. Возможно, это как-то связано с имеющимися у вас на корабле грузами или с теми, которые вы планируете загрузить. Один из ваших заказчиков — подставной, и его заказ сделан исключительно с целью задержать вас на какой-то из планет ровно на пять лет. Ваш наложник рисковал жизнью, чтобы донести до меня эту информацию, поэтому я не смогла отказать ему и передаю ее вам. Благодарить будете его, когда вернетесь. Возможность выхода в галлонет у моего дома, естественно, есть, ваш адрес достать не сложно, так что Стив свяжется с вами сам в ближайшем будущем. Берегите себя, Юйшайра. Когда вас так любят, надо себя беречь.

Экран погас, а я все смотрела в него и смотрела, пытаясь разглядеть на серой поверхности ответы на свои незаданные вопросы.

Пять лет… О, да, я знала на какой из планет можно сесть на такой срок. Но я так мечтала ее посетить, так сильно, что не заметила, как подозрительно выглядело это предложение. И ведь только та, кто меня знает уже много лет, могла придумать подобное. Кто же из близких так меня ненавидит?! Возможно, мне удастся узнать это с помощью официальных органов?

Впервые в жизни я собиралась «сотрудничать» с правительством, причем даже не венговским. Но мне очень-очень хотелось побывать на Дрэ. Не просто сесть в их Космопорте, сымитировав полный расход топлива, а посетить хотя бы столицу… Вероятнее всего, со мной побеседуют именно на территории их портового городка, но помечтать мне никто не запретит. Поэтому я села и написала длинное письмо во внутреннюю службу безопасности планеты неков. Следующим утром оно умчится по невидимым глазу каналам, и через дней пять я получу ответ. Не быстро, конечно, но все-таки Дрэ — планета из другой галактики, пусть к ней и проложен короткий маршрут-переход.

Стив

Как только аэрошка взлетела, я отключился и пришел в себя на руках у какого-то мужчины. Он нес меня по лестнице наверх и шептал: «Крепись, парень, огнестрельные ранения такая мерзость, как сейчас помню…» Когда я заморгал и попытался открыть глаза, он радостно улыбнулся: «Ну вот и молодец! Сейчас я отнесу тебя к себе в комнату и позову лекаря. А пока он будет идти, расскажешь мне кто ты такой». И зашагал еще быстрее…

— Юйша… моя… — Тикусйо! У меня изжога на это слово, но другого-то они тут не поймут, — моя госпожа в опасности! Мне надо поговорить с Айрин Вайногойрт… Она меня знает… Пожалуйста! Это срочно!

Голова кружилась, очень хотелось пить и снова отключиться, но сначала мне надо было рассказать кому-то все, что я знаю, и добиться обещания передать все это Юйше. Да, я успел подслушать ужасно мало, но это было лучше, чем вообще ничего…

— Тихо, мальчик, соберись. Сознание терять не надо, еще рано. Потерпи… Сначала мне надо задать тебе парочку вопросов. Для начала давай представимся друг другу. Как тебя зовут?

Приятный мужской баритон успокаивал и укачивал, как на волнах.

— Стив. Стив Вивес Гарсиа.

— Вот как… — мужчина замолчал, и я опять приоткрыл глаза. Какое-то время мы оба разглядывали друг друга. Он был обычным, довольно симпатичным русоволосым мужиком, как и большинство на хуторе у Юйши, только более ухоженным, что ли. Ну еще он не был широкоплечим качком, но и слабаком его назвать язык не поворачивался — припер меня на руках наверх и даже не запыхался… И взгляд умный, цепкий, уверенный. — То-то я смотрю, прическа у тебя уж больно не местная, — мужик с улыбкой намотал прядь моих волос себе на палец. — А меня зовут Лейхио. Будем знакомы, — он снова улыбнулся и очень внимательно посмотрел мне в глаза. — Значит, ты и есть родственник Дайномироса?

Я кивнул и попробовал снова начать объяснять про то, что Юйша в опасности, но я не понимаю в какой.

— Спокойно и по порядку, с самого начала. Медленно…

Тут в дверь постучал и зашел пожилой мужчина, и я как-то инстинктивно почувствовал, что он и есть лекарь. В итоге я, сжимая от боли руку сидящего рядом со мной мужика, перетерпел, пока мне обработали и перевязали рану, и заодно рассказал всю историю со статуэткой, упустив из нее только один момент, убийство Мойшэ и его друга. По облегченной версии они меня ранили и я сбежал.

Когда я закончил, Лейхио слегка кивнул лекарю, провел рукой по моим волосам, усмехнулся чему-то, и под его ласковое: «А теперь спи мальчик, спи…» — я ощутил укол где-то в районе бедра и почти тут же действительно уснул.

Дом Вайнгойртов

Убедившись, что мальчишка уснул, Лей вышел из своей комнаты и отправился в личные апартаменты Старшей госпожи Вайнгойрт. Они были в самом конце мужской половины дома, потому что Айрин предпочитала жить вместе со своими любимыми мужчинами, которых у нее было не мало. Лейхио, не без оснований, считал себя одним из них, но предпочитал жить в своей старой комнате, на территории гарема. Вопреки всем нормам и правилам, здесь же, среди мужчин, жили еще две женщины — личная телохранительница Айрин и… Скажем так, континентальная любовница Лейя, Шарлотта, Шайрла. Ну и вскоре сюда планировали заселить на время еще одну женщину… При мысли о которой у Лейхио на лице непроизвольно появлялась странная усмешка. Обычно мужчин, за наличие у них такой женщины, было принято стерилизовать, но им всем очень повезло с госпожой…

— Лей?! — увидев склоненное над ним лицо, Дэйниш быстро соскочил с кровати, схватил, проходя мимо кресла, аккуратно сложенные штаны, и вылетел в коридор вслед за Лейхио, тихо прикрыв за ними дверь. Первый муж Айрин был высоким молодым человеком, его синие глаза потемнели от волнения. Запустив пальцы в волосы, он откинул свою пышную черную гриву с лица и вопросительно посмотрел на Лейя.

— Что?

— Родственник твой к нам прилетел, опознать надо.

— Где? — Дэйн уже шел в сторону арки, отделяющей личную территорию Старшей Вайнгойрт от комнат всех остальных наложников и общего зала.

— У меня в комнате он, спит. Наговорил много… Важного. Само собой, соврал пару раз и наверняка утаил кое-что, но кто мы такие, чтобы он нам доверял сразу и полностью. А вот кто он такой, я хочу понять, как можно скорее, потому что история у него уж больно занимательная. — Лей приоткрыл дверь в свою комнату и кивнул в сторону кровати. Но Дэйниш и сам уже понял, кого именно ему надо опознать.

— Стийв, вроде, да? — вопросительно взглянул он в сторону Лейхио. Тот кивнул:

— Да, он сказал, что его так зовут.

— Ну, значит, не соврал. Документы у него в полном порядке, согласие быть со своей хозяйкой подтвердил. Вполне был доволен жизнью, когда я его в прошлый раз видел. — Дэйн повернулся к Лейю: — Ну и что там у него за история? До утра не потерпит?

Лейхио пожал плечами:

— Не знаю, может и потерпит. Госпожа давно уснула?

Дэйниш, закусив губу, кинул осуждающе-злой взгляд в сторону паренька на кровати, как будто тот был виноват, что беда с ним случилась в такое неурочное время:

— Давно. Я успел Мышонка оттрахать, вернуться и даже задремать.

Первое из перечисленных действий занимало порядка двух часов, при хорошем раскладе. Так что, да, госпожа спала уже давно. Будить ее ради проблем незнакомой женщины или до утра подождать? Все же парнишка жизнью рисковал, чтобы как можно скорее до них добраться. Но связаться с кораблем его госпожи можно будет все равно только рано утром — ночью в Космопорте почти все спят…

— Значит парень именно тот, за кого себя выдает… Ну что ж, отличненько. Ты госпожу тогда не буди, смысла не вижу. Завтра пораньше разбужу и расскажу все. — Лей прикрыл зевок ладонью…

Дэйниш хмыкнул:

— Где спать-то собираешься?

Лейхио пожал плечами и, кивнув в сторону кровати, усмехнулся:

— У меня есть варианты? Она же двухспальная…

Мужчины тихо рассмеялись, и Дэйниш отправился к себе, а Лей разделся и улегся рядом со Стийвом.

Стив

Проснулся я от тихого разговора у моей кровати. Открыв глаза, я приподнял голову с подушки и огляделся. Вокруг меня сидела толпа народу. Сама Айрин, ее Ангел и Демон, золотисто-рыжий парень в веснушках и очередной симпатичный блондин с наглым самоуверенным взглядом. А рядом со мной на кровати сидел Лейхио и пересказывал им мою историю.

Увидев что я проснулся, Лей прервал рассказ и все уставились на меня. Я сглотнул и попытался сориентироваться и понять, как мне себя правильно вести надо в такой ситуации. В конце концов я в чужом доме, хочу чтобы мне помогли, и… как бы не совсем обычным способом в гости зашел. А еще мне абсолютно не хотелось, чтобы меня вернули обратно на хутор. Я там такого по местным меркам натворил, что без Юйши в качестве прикрытия появляться не хотелось.

Парни все были, как на подбор, уверенные в себе и впечатления забитых и запуганных зайцев не производили. Смысла изображать из себя местного выдрессированного зверушку я не видел, но и совсем по-континентальному себя вести тоже вроде как было не слишком правильно.

— Доброе утро, госпожа, — я улыбнулся, прямо глядя в глаза Айрин, потом отвел взгляд, изображая смущение.

— И тебе такого же… утра, — в голосе женщины звучала едва скрываемая усмешка. — Можешь не стараться, Стив. Скромный невинный мальчик — явно не твой образ. К тому же я узнала, что сегодня ночью на улице Венгсити обнаружены тела двух мужчин. Конечно, это могут оказаться совершенно посторонние люди, не имеющие никакого отношения к твоим приключениям. Но я почему-то в это не верю. Их фотографии уже выложены на новостном портале… — Айрин пересела ко мне на кровать, слегка подвинув Лейхио, и пальчиками надавила мне на скулу, заставляя повернуться к ней лицом. Вздохнув, я уставился ей в глаза. — Только в хуторах галлонет большая редкость, верно, Стив?

Я кивнул:

— Да, госпожа.

И замер, смотря на Айрин немного недоумевающим, но честным искренним взглядом человека, не понимающего, к чему все это мне рассказывают.

Ангел, стоявший у стены, за кроватью, и видевший все мои старания, громко и совсем не по-ангельски заржал:

— Тля, госпожа, его к котенку в театр надо, на главные роли!

От странного сочетания мата, практически панибратского тона и обращения «госпожа» мне сразу стало понятно, что здесь меня слишком сильно за полное отсутствие воспитания гонять не будут. Хотя они же и так знали, что я недавно на Венге, континентальный необразованный бестолочь.

Золотисто-рыжий парнишка, нахмурившись, смотрел то на меня, то на Ангела:

— Ты уверен, что ко мне в театр, а не к тебе в кровать?!

Я тут же, нервно вздрогнув, вспомнил, что в гаремах же принято, чтобы один другого, и, если я тут на две недели, может, мне тоже положено… Или покладено… Тикусйо!

— Не ревнуй, котенок, — Ангел очень нежно улыбнулся нахмуренному рыжику. — Смотри, как парнишку перекосило! Он уже со Старшим по гарему в одной кровати полежал, а ты его тут же под помощника Управительницы пытаешься подложить. Еще вон Дэйну предложи с ним позабавиться, чтобы и Мышонок тоже губки смешно подул.

— Стоп, парни! — не выдержал я, потому что от всех этих котяток, мышаток и выяснений под кого мне еще лечь надо, у меня начала дико болеть голова. А еще мне очень не понравился намек, что я уже с кем-то, оказывается, полежал. — Я, как это не смешно здесь звучит, с мужиками не сплю и спать не планирую.

Ангел пнул Лейхио вбок и снова заржал:

— А я-то уж было тебе позавидовал! Не успела Шайрла с кровати слезть, как на тебя с неба мальчики симпатичные падают и прямиком в койку…

Весь этот разговор происходил в присутствии женщины, которая совершенно спокойно сидела и усмехалась, поглядывая то на веселящегося Ангела, то на Лейхио, то на нахмуренного золотистого рыжика. Я попытался представить вот так же запросто болтающих себя, Зэйха и Гайнза при Юйшайре и понял, что нет, не получается… Даже с ней. Про Лайру я вообще молчу, там только на коленях, глаза в пол и икать от страха в одной тональности.

Все это, конечно, обнадеживало, но мне надо было как можно скорее сообщить Юйше все, что я смог узнать. Поэтому я снова напомнил о своем существовании:

— Госпожа, мне очень нужна ваша помощь…

— Это я уже поняла, — фыркнула Айрин. Потом серьезно посмотрела на меня:

— Повтори все, что ты успел подслушать в лесу, дословно.

Я повторил. Айрин кивнула, встала и направилась к выходу. Потом обернулась и строго посмотрела в мою сторону: «А вот врать мне пытаться не надо. Могу и разозлиться». И ушла. А за ней удалились все остальные, кроме Лейхио.

— Что деточка, голодный, наверное? — улыбнулся он мне. Я прислушался к своим ощущениям и понял, что действительно, не отказался бы от хорошего плотного завтрака.

Глава 18

Стив

Медицина у них тут, с одной стороны, отстает в развитии от общегалактической, а с другой… Вот Ийка попоил меня каким-то отварами — и нет сотрясения мозга, доктор Вайнгойртов зашил мне рану чуть ли не сургучными нитками без наркоза, но сверху намазал какой-то их местной вонючей мазью, только не иши — и я сегодня как новенький.

Вчера днем, сразу после обеда, меня переселили в отдельную комнату, потому что явилась женщина Лейхио, и я слегка им мешался, третьим в кровати. Женщина тоже оказалась доктором, только не с Венги, поэтому сразу от двери она начала речь об антибиотиках. А подлетев ко мне, разбинтовала, резко сдернув бинт, и застыла, уставившись на мою рану:

— Лей, ты меня обманул, да? — голос у нее был строгий такой, властный, как у Айрин, когда она в образе.

— Как я мог вас обмануть, Шайрла? Что вы! Я даже ради шутки не смог бы сказать вам неправду. Не верите мне — спросите у госпожи Ройкси, она помогала мне вынести этого милого юношу из аэрошки.

— Я никогда не смогу привыкнуть к вашим методам лечения. Это какая-то дикая смесь современных возможностей и шаманства! Скажи, ваших лекарей заговорам не обучают?! — в ее голосе звучала смесь какой-то детской обиды и изумления.

Лейхио, смеясь, помотал головой:

— Нет, Шайрла, их учат пользоваться дарами природы…

Вот сейчас, слушая их разговор, я понимал, что нахожусь на фемдомно-матриахальной планете. Лей был сама почтительность и предупредительность, и это при том, что разговаривал он со своей женщиной.

Потом, как я не отбивался и не доказывал, что вполне в состоянии сам пройти несколько метров, он перенес меня на руках в выделенную мне, личную комнату, уложил на кровать и пообещал заглядывать. Уж не знаю, выполнил ли он свое обещание или нет, но я, как только Лейхио вышел, тут же заснул и проснулся только на следующее утро.

За окном вовсю сияли три солнца, настроение было деятельное. Я честно несколько минут посидел на кровати, чтобы убедится, что действительно хорошо себя чувствую. Потом встал, медленно оделся и вышел в коридор. Мимо меня куда-то пробежал мальчишка лет десяти-двенадцати, да так быстро, что я не успел у него ничего спросить. Потом прошли два парня, в обнимку. Я уточнил у них, где я могу найти Лейхио. Парни переглянулись, и ответили, что Старший уже уехал с госпожой Айрин по делам, а за мной велено следить, заботится и опекать. Всем.

Так в принципе я и жил несколько дней. Тихо и никому не мешая. Мне выдали планшет, старенький правда, но это не важно. У меня появилась возможность переписываться с Юйшей и читать вечерами скачанные из сети книги.

Сначала я обследовал дом, обнаружил, что он разделен не совсем ровно на две половины — мужскую и женскую. На женской находилась библиотека, на мужской — тренажерный зал и бассейн.

Участок, принадлежащий семье Вайнгойртов, был огромный, в несколько раз больше Юйшиного хутора. Дойти от дома к дому было целым путешествием. Так как меня в гости явно никто не ждал, то я просто побродил вокруг ближайших домиков и все. Еще тут было озеро, которое я тоже обнаружил вполне самостоятельно, но на его берегу часто был кто-нибудь из парней, а иногда даже женщины приходили позагорать и искупаться. По сравнению с хутором, где жизнь кипела и бурлила, и все были чем-нибудь всегда заняты, тут она текла лениво и размеренно.

Я попробовал познакомиться с гаремными зайчиками, но с ними было скучно. У них все разговоры сводились к тому, как бы себя развлечь, чтобы дожить до вечера. И еще кокетливо обсудить женщин, вернее не их самих, а уделенное ими внимание. На кого кто сколько раз посмотрел, кто кому сколько раз улыбнулся, и кто кого на ночь выберет. А еще они слишком много курили кальян вечерами и от этого их, и так не слишком умные головы, тупели еще больше. Единственное, что у них у всех было большим плюсом, это внешность.

Кстати, самоуверенного блондина, который присутствовал при обсуждении моей истории, звали Рэйнийляшем. Но и он, и Лейхио, и Котенок, у которого, оказывается, было вполне приличное имя — Вилайди, и Мышонок, которого мне потом мельком показали, и само собой сама Айрин, с утра исчезали из дома и появлялись только ближе к вечеру. Вилайди и Рэйнийляш руководили своим собственным театром! Я эту новость минут тридцать переваривал, прежде чем смог в голову пропихнуть. Фемдомно-матриархальная планета и единственным на Венге театром заправляют двое парней! У меня сразу внутри комочек надежды зародился, насчет создания своего антикварного салона.

Лейхио и Мышонка Айрин постоянно таскала с собой, когда ездила как представитель ДИСа. Телохранительницей у нее была женщина, Ройкси. Значит, двое мужиков ей нужны, чтобы с ними советоваться. Нет, возможно, для престижа, конечно, не знаю. Но Лей на престижного мальчика не похож, а вот на роль советника вполне потянет.

Зато Ангел и Демон постоянно были в доме, правда тоже от скуки не маялись. Они всем этим огромным имением управляли! Причем мне гаремные парни объяснили, что, в общем-то, это норма, когда мужик домом управляет, у них даже должность такая есть — Помощник Управительницы. Вернее, обычно за всем следит Управительница, Хозяйка Дома, но у Вайнгойртов, например, она скорее не следит, а в полглаза поглядывает. Зато у нее не один помощник, а два. Ангел, двоюродный брат Айрин — Эйнри, и Демон, муж Айрин — Дэйниш. Причем в разговоре парни постоянно уточняли, что Дэйниш первый муж. Очевидно, где-то был припрятан второй, но мы с ним пока не пересеклись.

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ:

Юйша

Письма от Стийва были очень короткие, но все равно приятные. Потому что в конце каждого из них стояла подпись: «Твое солнышко:)». История его ночных приключений уложилась в один абзац: «Узнал, где в лесу прячется Мойшэ. Подслушал его разговор с той женщиной, ну ты помнишь… Потом за мной погнались твой дядя и его друг. Я сел на коня Зэйха и прискакал в Венгсити. Там Мойшэ с другом меня поймали, мы подрались, и я их убил. Я защищался, прости. Потом вызвал аэрошку, долетел до Айрин и попросил ее сообщить тебе все, что я узнал. Извини, что так мало. Буду ждать тебя у Айрин. Не волнуйся — у меня все хорошо».

Я когда прочла это, почувствовала что у меня волосы встают на голове дыбом. Попросила семью присмотреть за своим мальчиком, называется. Больше никогда его одного не оставлю…

Можно сказать, что я активно сотрудничала с внутренней службой планеты Дрэ. Они задействовали свои связи на ближайшей к нам планете, и их представитель, внимательно выслушав имеющиеся у меня факты и домыслы, подтвердил мою догадку, что пропуск у меня просроченный, но подправлен очень качественно. Ошибка могла вскрыться, лишь когда я возвращалась обратно на корабль, с грузом под мышкой. А меня бы вместо этого развернули в местную тюрьму на пять лет. У Дрэ есть договоренность со всем Межгалактическим Союзом и с Венгой тоже, так что сидела бы я пять лет на планете, которую так мечтала посетить и любовалась из года в год на мордочки работающих в тюрьме неков-охранников.

Из любопытства молодой человек, который, судя по задорно торчащим вверх заостренным ушкам, был довольно большой редкостью — полукровкой, сделал запрос и выяснил, какой именно груз мне должны были вручить. Когда выяснилось, что это был калбетти — большой пушистый кот, вернее котенок, весом всего килограмм в двадцать, стало понятно, что кто-то хотел быть точно уверен, что меня посадят. Калбетти говорящие, но повторяют только заученные фразы, не вникая в их смысл. В принципе, их вывоз с Дрэ разрешен, но за попытку провернуть это незаконно, вполне можно загреметь в тюрьму. То есть, даже если бы у меня хватило денег оплатить штраф за нарушение визово-пропускного режима, то меня бы посадили за похищение калбетти.

Вежливо попрощавшись со своим остроухим собеседником, я завалилась в кают-компанию и созвала малый совет — я, Джейнни, Лайсса и бутылка виски.

Подозреваемая у нас получалась только одна, жаль проверить пока наши догадки никакой возможности не было.

Стив

С утра, когда я после завтрака заворачивал с лестничной площадки второго этажа налево, в мужскую половину дома, меня просто снес летящий мне навстречу темный вихрь. Я проводил Демона, скрывшегося на женской половине, изумленным взглядом, и пошел дальше.

А перед обедом он снова меня снес, теперь уже пролетая в обратно направлении, только искры из задницы не сверкали. Я опасливо постоял у стены, пережидая пока стихнет ветер, и правильно сделал — следом за Демоном на таких же скоростях пролетел Ангел.

Обедать мне сразу расхотелось, и я, с лицом человека, просто прогуливающегося от скуки по коридору, направился искать этих двоих, чтобы узнать что происходит. Порой на меня нападают приступы любопытства.

Обнаружил я их в тренажерном зале, где Демон со всей дури лупил боксерскую грушу, а Ангел стоял рядом и втирал что-то спокойным голосом:

— Да пойми ты, кретин, то, что Айрин его встречать в Космопорт отправилась, это ничего не означает! Или она должна была тебя с собой взять?!

Судя по тому, с какой силой Демон залепил по груше, он был просто уверен в том, что его должны были взять в Космопорт. Что ж, все понятно и ничего интересного. Семейные разногласия. Меня происходящее ни коим боком не касается, так что я приготовился тихо исчезнуть. Не получилось…

— О! Стийв! Ты что тут делаешь? — Я посмотрел на Ангела, как на больного. Дурацкий вопрос. Живу я тут, пока что.

— Мимо проходил. Смотрю, вы занимаетесь. Так что позже зайду…

Но Ангел, похоже, что-то там себе придумал, потому что легко смыться с горизонта мне не дали.

— А скажи, Стийв, ты тех двоих в драке пришил или просто повезло?

— Просто повезло, — буркнул я недовольно, потому что не испытывал никакого желания рассказывать, как все было на самом деле.

— Хочешь сказать, что драться совсем не умеешь? — Ангел усмехался, всем своим видом показывая, что не верит ни единому моему слову. — Иди сюда, посмотрим на тебя в деле, пока Дэйн с грушей развлекается.

По хорошему, наверное, я мог бы его послать и уйти, ничего бы мне за это не было. Но у меня абсолютно не вовремя проснулось проклятое мужское начало. Я вошел в зал и встал напротив Ангела, решив, что если дольше пяти минут против него продержусь, буду считать себя героем.

Он ударил как-то очень неожиданно, но защиту я поставить успел, правда это мне не сильно помогло. Однако Демон бросил лупасить грушу, а Ангел, уважительно присвистнув, протянул мне руку, помогая встать.

— Драться ты действительно не умеешь, но реакция у тебя, парень, отменная! Хочешь, потренирую немного?

Я кивнул.

Дальше Ангел где-то час измывался надо мной, а Демон — над грушей. Потом они оба переключились на меня. Когда я уже собирался сказать, что все, на сегодня развлечение закончилось, в дверях появился Лейхио:

— Ух ты ж, красавчики! Приводите себя в порядок и приходите смотреть на Очаровашку. — Потом Лей взглянул на меня и хмыкнул: — Извини, Стийв, это будет семейная встреча после долгой разлуки, понимаешь? Возможны разные неожиданности… Сам бы предпочел отсидеться где-нибудь в укромном месте, но надо же кому-то присматривать за детьми, верно? — и он подмигнул мне. А Демон вновь залепил по груше, так, что ее качнуло под углом в девяносто градусов, и вылетел из зала. Ангел хлопнул меня по плечу:

— Завтра. Здесь же. В семь утра. Жаль времени мало… У тебя отличные данные, парень!

И они с Лейем тоже ушли, а я тихо, по стеночке, пополз в свою комнату. Обедать мне что-то пока не хотелось. Да и завтра сюда приходить, если честно, тоже как-то… не очень… Но я знал, что приду.

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ВТОРОЙ:

Стив

Второго мужа Айрин звали Мийлийяш. Почти ровесник, всего на год младше. Примерно моего роста, ну может сантиметров на пять выше. С такой же, как у меня, короткой стрижкой… Он излучал вокруг себя лучи обаяния, всему радовался, улыбался, и это не раздражало, а умиляло почему-то. У него была открытая белозубая улыбка и совершенно детски-наивный взгляд на жизнь. Мы с ним как-то сразу сдружились, что ли… Он тоже не знал чем себя занять, хотя явно не имел привычки просто так шляться по дому без дела. Поэтому с утра он притащился в тренажерку вместе с Ангелом и Демоном. И пока эти двое, в течение часа отрабатывали на мне удары, которые я, по их мнению, должен был не просто блокировать, но еще и успевать наносить ответные, Мий пинал несчастную грушу.

А когда парни ушли, он подошел ко мне и, широко улыбаясь, спросил:

— Пойдем на озеро, поплаваем?

Мий был пугающе открытый, весь чистый и беззащитный какой-то. Есть такой тип людей, у которых все эмоции на лице написаны — так вот он был именно такой. Больше всего он мне напоминал Ийку, только последний жил в розовых очках от солнца и наивно верил, что все люди добрые. А Мийлийяш прекрасно знал, что мы все из себя представляем, но это ему совсем не мешало жить и радоваться. Буквально перед самым вылетом на Венгу он поссорился со своей девушкой, которую должен был привезти сюда, познакомиться со всеми. Внятно объяснить, что они не поделили Мий не смог, да и не очень-то и пытался. «Разные мы с ней совсем. Где я и где эльфы?!» — выдал он и сразу заговорил о чем-то другом.

У его вселенной было два центра — жена и космос. Причем, если о полетах он мог рассказывать часами, то как только речь заходила об Айрин, он тут же замолкал или начинал мямлить что-то нечленораздельное. Наверное, со стороны я выглядел примерно так же. О своем увлечении я мог говорить с кем угодно и как угодно долго, а вот про Юйшу… Про Юйшу — не мог.

Узнав, что я разбираюсь в старинных вещах, ко мне начали подходить женщины с различными, покрытыми пылью веков, древностями. Нескольким даже повезло оказаться обладательницами чего-то более-менее ценного. Особенно повезло старушке, которая сама могла считаться по возрасту местным раритетом — у нее была большая фарфоровая коллекция вазочек, которые сами по себе стоили не слишком дорого, но все вместе могли быть проданы за довольно кругленькую сумму. Бабулька притащила ко мне свою более молодую родственницу, которой я выдал координаты проверенной временем конторы, устраивающей аукционы на разных планетах, и написал на бумаге стартовую стоимость коллекции.

По утрам я занимался с Ангелом, днем болтался по дому с Мийем, вечером читал…

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЫЙ:

Стив

В этот день я с самого утра чувствовал себя как-то странно раздвоенно. С одной стороны, меня разрывало от счастья, что я наконец увижу снова Юйшу, а с другой… Ехать к ней на хутор не хотелось абсолютно. Смотреть в глаза Айлэйн и Шуйлли… Наверное им уже сообщили, что Мойшэ убит. И если кто-то из детей проговорился, то меня, скорее всего, подозревают. Прямых доказательств у них нет, но косвенные все против меня. И я уверен, что чудом выживший я и вернувшаяся вовремя Юйша сочувствия вызывать не будут — уж так люди устроены. Они будут переживать о погибшем Мойшэ и втайне осуждать нас.

Я хотел предложить Юйше, как вариант, приехать на хутор одной, выслушать про меня кучу гадостей, собрать вещи и переехать на недельку в Венгсити. Мне хотелось там оглядеться и понять, будут ли мои знания интересны столичным жителям? К тому же я был уверен, что выездные оценочные путешествия тоже могли бы принести мне популярность. Ведь не только у Юйши есть привычка притаскивать сувенирчики с разных планет.

Правда нам надо было найти, где жить, но Айрин сказала, что готова выделить нам две комнаты в своем офисе в Венгсити, на первом этаже. Одна была бы спальней, а вторую я бы превратил в кабинет. К тому же место довольно таки удобное — здание ДИС.

Юйша

Мое деловое солнышко встречал меня сразу за взлетным полем. Улыбнувшись Джей и кивнув остальным членам команды, он схватил меня за руку и потащил в сторону:

— Давай сразу тут поговорим нормально, а потом я в зайку играть буду. А то мне неопределенность в роль войти мешает.

Девочки, ехидно усмехаясь, посоветовали отличную гостиницу, где сдают номера на час-два, для особо соскучившихся. Я пообещала воспользоваться их советом и присоединится к ним, как только мы закончим. Стийв, потупив глазки, старательно изображал смущение.

Как только мы скрылись от большинства людей в тени деревьев, он горячо зашептал:

— Юйш, давай я не поеду с тобой на хутор. Чего я там забыл, а?!

Стив

Юйша спокойно меня выслушала, задумалась ненадолго, а потом когда она уже начала говорить, что согласна, я вдруг сам передумал.

— А знаешь, давай все-таки вместе туда поедем. Не убьют же они меня, пока ты вещи собирать будешь? Зато, по крайней мере, ругать будут меня, а не тебе все претензии высказывать.

Не то чтобы я от счастья кипятком писал, представляя лица Цийры и Лийз, но мне вдруг подумалось, что отправлять туда любимую женщину одну слишком нечестно и… трусливо как-то. Да и вообще, мало ли что с ней на этом хуторе может случиться? А я сиди и дергайся? Нет уж, лучше сожму зубы, молча все и всех выслушаю, покиваю, и мы мирно и тихо переедем. Главное, Юйша согласилась с тем, что уже большая девочка и готова попробовать пожить отдельно от семьи.

Юйша

Я отправила Джей сообщение, что у меня возникли срочные дела, и получила в ответ пожелание получить как можно большее число оргазмов от выполнения этих срочных дел.

Зная свою тетушку, я подозревала, что оргазмы мне не светят, и первоначальная идея моего мальчика просто не появляться на хуторе, нравилась мне больше. Мне казалось более правильным, чтобы я скаталась туда сначала одна, как бы в разведку, все уладила и потом уже вернулась бы со Стийвом.

Но мое солнце уперся и твердил, что не может меня отпустить туда одну и все тут. В конце концов я сдалась, и мы полетели на хутор.

Сначала я, как обычно, направилась к дому тетушки Лийз. Она ждала меня на крыльце, молча кивнула в сторону дома, также молча поднялась по лестнице и только в комнате обернулась и проговорила:

— Рассказывай. Все.

Выслушав мою аккуратно отрихтованную версию, тетушка молча посидела какое-то время, поджав губы, и потом кивнула в сторону Стийва:

— За то, что он тебя спас, сама наградишь, как считаешь нужным. А я его должна выдрать перед всем хутором, чтобы другим неповадно было…

Чего-то подобного я ожидала — наивно было верить, что тетушка одобрит побег с хутора, да еще в сумме со всеми остальными отягчающими обстоятельствами.

— Он это сделал, чтобы спасти меня!

— Он должен был предупредить меня!

— Я предупредила тебя про Мойшэ, а толку?!

— Заткнитесь! Обе! — Мы с тетушкой так и застыли, глядя на Стийва, — Если ей так приспичило меня выпороть, пусть удовлетворится, мне не жалко!

— Мне жалко! — тоже рявкнула на него я, — Не путай ремень и кнут, мой мальчик!

— Слушай, — вдруг абсолютно спокойно проговорил Стийв, — я не уверен, что стою того, чтобы ты из-за меня сорилась с семьей. К тому же ты предупреждала, что будет лучше, если ты поедешь одна, а я все равно с тобой поперся. Давай уладим все мирно и спокойно. Твоей тете насрать на то, что я тебя спас, но важно, что я сбежал с хутора. Пусть она меня выпорет, ей полегчает, и вы помиритесь.

В его предложении звучало немного логики, но вся фраза целиком просто одуряюще пахла какой-то подставой. Будь я на месте Лийз, ни за что не повелась бы, но она не так хорошо чувствовала мое солнышко.

Когда тетушка вышла, чтобы приказать малышне созвать народ, и вообще приготовить все для предстоящего наказания, я подошла к Стийву вплотную. Сначала залепила ему пощечину: «Это тебе за то, что посмел на меня голос повышать!» Потом потянула за челку и, повернув лицом к себе, глядя в глаза, спросила:

— Зачем ты это творишь, мой мальчик? Давай уедем отсюда и все?

На скулах Стийва перекатывались желваки, во взгляде сверкали злость и упрямство. Я впервые видела своего мальчика таким и… он мне безумно нравился.

— Не лезь только, ладно? Не переживай за меня и не лезь. Ваше волшебное масло реанимирует мою спину и после кнута. А по голове меня бить не будут же? — и он попытался улыбнуться, чтобы успокоить меня.

Моя тетушка собиралась избить его кнутом перед всем хутором, после того как он рисковал жизнью, чтобы спасти меня… Кто кого успокаивать должен, я не понимаю?!

— Я не знаю, что ты задумал, но я совершенно не хочу, чтобы тебя пороли. Поэтому давай, разворачивайся. Мы уезжаем отсюда. Мои вещи мама потом привезет…

— Нет. Я сказал — нет. — Наши взгляды пересеклись, и я поняла, что сейчас вижу настоящего Стийва, властного, уверенного, понимающего чего он хочет и уже все для себя решившего. — Считай, что я не хочу брать на себя ответственность за твою ссору с семьей. Мне проще, чтобы меня выпороли. Так тебе будут понятнее мои действия?

Он был прав, абсолютно прав. Мало того, я прекрасно понимала желание тетушки прилюдно наказать слишком инициативного мужчину. Но все равно внутри ворочалось понимание дикой неправильности происходящего, и еще я ощущала какой-то скрытый подвох…

Вернулась Лийз, потянулась взять Стийва за руку, но тот так на нее зыркнул, что она тут же просто развернулась и пошла вниз. Следом пошел мой мальчик, потом я.

На площади был почти весь хутор, мама с папой стояли ближе к центру, рядом со специальным переносным столбом, уже наклоненным под углом примерно в сорок пять градусов. Тетушка подошла к столбу, Стийв встал рядом. Молча, по кивку, разделся, лег и спокойно позволил привязать себя.

Тетушка взяла протянутый ей кем-то из парней кнут и взмахнула им… И тут случился ожидаемый мною подвох.

— А что, оглашать за что меня наказывают не будут? Мне вот было бы интересно послушать… — громко спросил мой мальчик, и кнут в руках Лийз замер.

— Потому что ты сбежал с хутора, никого не предупредив, щенок! — замах, и кнут со свистом рисует по коже на спине Стийва тонкую ярко-красную полосу. Мое солнце выгибается под ударом и уже не таким бодрым голосом продолжает:

— А тех, кто клялся, что у меня все будет хорошо и обещал, что Мойшэ будет пойман, тоже потом накажут?

Площадь замерла, Лийз тоже. А Стийв продолжал говорить, громко и четко:

— Нет, я не против, пусть все будет по справедливости! Я сбежал не предупредив, заставил людей волноваться, коня Зэйха без спроса взял. Виноват. Наказывайте. Но ведь если бы кто-то выполнял свои обещания, мне бы не пришлось этого делать.

Тетушка снова замахнулась кнутом, но моя мать, вторая по старшинству женщина на хуторе, остановила ее:

— Стийв говорит правильно. Ведь мы знали кто виноват, но бездействовали.

— Мы не бездействовали! Мы собирались устроить ночью облаву, а он спугнул… — Лийз снова взмахнула кнутом. Кнут со свистом чиркнул по воздуху и потом ужалил кожу моего мальчика, оставляя вторую тонкую красную полосу чуть ниже первой. По-моему Стийв слегка застонал, и прежде чем продолжить говорить, откашлялся, как будто ему что-то мешало в горле.

— Вы ошибаетесь, они знали об облаве и собирались сбежать еще до моего появления. Надо было не облаву устраивать, а сажать его в соседний с Зэйхом сарай, как только Юйша выдвинула против него обвинения. Или раз Зэйх не муж, хотя прожил на вашем хуторе не так уж и мало, значит его в сарай можно, а Мойшэ нельзя?!

Я старалась не смотреть в сторону Айлэйн и Шуйлли. Не то чтобы мне было перед ними стыдно, хутор действительно предпочел обвинить моего наложника, а не их мужа и отца. Но теперь оба мои наложника были живы и здоровы, а Мойшэ убит.

Лийз подождала пока Стийв закончит, но предпочла не ответить на его вопрос. Кнут снова со свистом опустился на спину моего мальчика.

Третья красная полоса. Тело выгибается от боли. Я точно слышу стон… Голос хриплый, паузы между фразами более долгие, но заткнуть мое солнце сейчас можно было, наверное, только кляпом:

— Я так понимаю, что молчание можно засчитывать как согласие? А если бы я не успел предупредить Юйшу? Если бы Мойшэ убил меня тут в лесу или в Венгсити, его тоже высекли? А того, кто его упустил? Нет, мне, правда, интересно! Я на этой планете недавно и хочу понять местные законы. Меня, наложника, надо выпороть. Хорошо. А женщину, которая не уследила ни за мной, ни за Мойшэ… Что ей полагается?!

Лийз бросила кнут на землю, развернулась и удалилась в сторону своего дома. Моя мать направилась следом за ней. Я бросилась освобождать своего мальчика, у которого хватило сил самому натянуть на себя штаны и дойти до нашего дома. Только потом он упал на кровать и простонал:

— Ты права, кнут — это не ремень… Мажь же меня уже скорее чем-нибудь! Больно, тикусйо!

Глава 19

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЫЙ:

Юйша

Я аккуратно втерла иши в красные полосы на спине у моего солнышка, шлепнула его с размаху по заднице: «Выдрать бы тебя как следует, да толку от этого никакого не будет», и приказала закрыться и никуда не вылезать, если не хочет неприятностей.

Но, узнав, что я собираюсь идти разговаривать с мамой и тетушками, Стийв минут пятнадцать доказывал мне, что должен пойти со мной и проследить, чтобы меня не обидели. Чуть не поругавшись, я еле-еле смогла его убедить, что ничего плохого со мной не сделают.

Когда я поднялась наверх, разговор в комнате шел уже на повышенных тонах.

— Лийз, признай, что ты была не права! Ты выбирала из мужчин не по справедливости, и даже не по принципу муж и наложник, а между тем, чей он, Юйшайры или Айлэйн.

— Да, Цийра, я была не права! Тебе стало легче от этого? Мне стало легче от этого? Айлиэн стало легче от этого?! Я хотела уберечь ее мужа, а вместо этого помогла ему погибнуть. Этот звереныш твоей дочери убил его!

— Нет, Лийз, ты опять сваливаешь всю вину на Стийва. Если бы ты послушалась Юйшу и посадила Мойшэ в сарае, он был бы жив…

В комнате что-то с грохотом упало, и я уже потянулась к дверной ручке, как дверь резко распахнулась и на меня налетела тетушка Айлэйн. В ее глазах блестели слезы, она хотела что-то мне сказать, потом всхлипнула, махнула рукой и быстро начала спускаться вниз по лестнице.

Тетушка Лийз, возмущенно бегающая по комнате, при виде меня стала напоминать рассерженную кошку — вся нахохлилась, выпустила когти и приготовилась шипеть.

Проигнорировав ее, я подошла к маме.

— Мы со Стийвом собираемся переехать в Венгсити, Гайнза забирать с собой или вы о нем позаботитесь?

Мама хмыкнула и перевела взгляд на свою сестру:

— Ты Старшая, тебе решать…

— Ах, значит, все еще я Старшая? — с усталым ехидством уточнила тетушка.

— Без сомнений, — усмехнулась мама. — Мне, конечно, нравится твой дом, но не настолько, чтобы взваливать на себя все твои обязанности. Только Айлиэн с Шуйлли отсели от меня куда-нибудь, пусть они погорюют в одиночестве. Думаю, через год сестру отпустит, и она возьмет себе еще одного мужа. И знаешь, давай ты как-нибудь сама себя красиво накажешь за все случившееся, повинишься, и мы тебя все простим.

Тетушка хмыкнула и упала в кресло, потом, наконец, вспомнила обо мне:

— Оставляй. Я его иногда использую по назначению, Жюйль и ее подруги с ним играют. А с тобой мальчик вообще забудет, для чего ему природой между ног орган выдан. Вот насчет Зэйха ничего сказать не могу. Хутор примет его с радостью, но без жены ему будет тяжело.

Потом, после небольшой паузы, с тяжелым вздохом выдавила:

— Ты извини, что я за твоим парнем не уследила. Хотя, конечно, основная моя вина перед Айлэйн. Твой-то живой-здоровый, говорливый правда такой, что прибить хочется… А Мойшэ…

Мы все помолчали. Потом тетушка продолжила:

— Жаль, что так и не узнали, кто им руководил…

Да, мне тоже было бы интересно познакомиться с этой женщиной поближе. Хотя я на 99 % была уверена, что знакома с ней ближе некуда. Только вот как же мне ее заставить себя выдать?!

Стив

Тикусйо! Я сделал это! Я высказал этим бабам все, что у меня накипело, но эйфория потихоньку отступала, и чувство глубокого удовлетворения сменялось ожиданием последствий после моей выходки. То, что Юйшу с семьей рассорил, это полбеды. Мать вон явно ее поддерживала, а Лийзи не помешает правду выслушать и о своем поведении подумать на досуге. А вот запоздалая мысль, что она на Марисоль за мое всенародное выступление может отыграться, активно сверлила мой мозг. И вот это-то как раз была проблема. Или, может, у них хватит совести отделить меня от сестры? Считай, почти месяц уже с ними живет, как родная должна стать. Может на ней мое поведение не отразится? Тикусйо! Как-то я про сестру совсем позабыл, пристроив ее в хорошие руки. С другой стороны, я же никогда к ней особо привязан и не был, только из-за чувства долга перед матерью за ней присматривал. Теперь у меня есть о ком заботиться… Я закрыл глаза и как наяву увидел большую комнату, Юйшу в кресле, трое ребятишек… Лучше четверо… Сейчас эта картина меня не пугала, а манила, грела, радовала. Я выбрал женщину, с которой хотел быть вместе. Все. Что хотите теперь со мной делайте, но я выбрал.

Юйша

Ох, как не хотелось мне становится обязанной Айрин Вайнгойрт еще больше, но для того чтобы снять приличный дом в Венгсити надо было или как следует раскошелиться, или месяцами дежурить на новостном портале в разделе «Сдам/сниму». А тут прямо в руки впихивали две большие светлые комнаты.

Практически весь первый этаж дома пустовал, лишь несколько помещений были заняты под архивы и небольшой склад. Сам офис находился недалеко от центральной площади, рядом с отличным кафе, где вкусно и недорого можно было питаться и завтраками, и обедами, и ужинами. Конечно, это был город — лес далеко, озера нет, вместо бани — душевая кабинка, аэрошки постоянно мелькают… Мясо свежее очень условно, двух-трехдневной давности точно.

Однако у города были и преимущества. Новые законы сильно повлияли на столичных жителей. Если на хуторах мы привычно опекали своих мужчин, а в поместьях у аристократов их по-прежнему с малых лет дрессировали, не считая за полноценных людей, то здесь, в столице к ним относились… Нет, не как к равным, конечно. Их тут было принято баловать. Больше всего мужчины-наложники в Венгсити напоминали Гайнза. Мой Стийв будет здесь выделяться гораздо сильнее, чем на хуторе, и, возможно, именно этим привлечет к себе внимание. Конечно, радости мне от этого будет мало — вьющиеся вокруг моего солнца толпы женщин будут слишком сильно топтаться по моим нервным клеткам. Но пора уже для себя определиться. Или я его ревную к каждой юбке, и тогда мне надо запереть его в доме, выдать кальян и планшет, нанять охранницу пострашнее и ждать, пока он сам от меня сбежит или сойдет с ума от скуки. Или я ему доверяю и не борюсь с его желанием работать. Умная женщина должна поощрять безопасные увлечения своих мужчин, а еще лучше — помогать и слегка направлять.

Правда, насилие над своей гордостью и переселение из родного хутора в офис этой выскочки я уже засчитывала как акт помощи.

Айрин даже не соизволила лично передать нам ключи от дома. Их нам отдал какой-то кудрявый мужчина, с которым мы пересеклись на центральной площади, у стоянки. Не выпрыгивая из аэрошки, он протянул Стийву ключи, едва заметно поклонился мне и улетел. А мы пошли второй раз, уже более вдумчиво смотреть, где нам придется жить в ближайшее время.

Дом, чисто-белого цвета, находился на второй линии. Небольшой участок был засеян ровным зеленым газоном. Над дверью висела большая вывеска: «Департамент по инопланетным связям. Филиал в Венгсити. Офис Айрин Вайнгойрт». Как сейчас вижу тут ниже маленькую табличку с надписью: «Антикварный салон Кейстийвэне Лийвэйрис».

Стив

Айрин не было у себя в офисе, когда мы туда заявились, но милая девушка позволила мне с ней связаться по мобильному видеофону. На маленьком экране появился Лейхио, выслушал меня, кивнул: «Госпожа предупредила, что ты можешь захотеть странного, деточка. Ну, жди меня где-то минут через двадцать у стоянки аэрошек. Так и быть, напрягусь, сам до вас долечу. Никакого уважения к старым людям…»

«Старый», тикусйо! Хотя по местным меркам, наверное, он себя и правда пенсионером работающим чувствует. У них же тут у наложников в тридцать лет на заслуженный отдых принято уходить. Работа у них вредная… Вернее у нас. Я-то тоже вроде как наложник, официально. Жениться мне пока что еще никто не предлагал, а самому проявлять инициативу на матриархальной планете что-то не очень хочется. Хотя Юйшайра Гарсиа звучит красиво!

И тут я вспомнил… Тикусйо! У них же тут муж фамилию жены берет…

Юйша

Комнатки мне понравились еще когда мы их вместе с девушкой смотрели. Приценивались. Хотя дареному коню в зубы смотреть неприлично.

Метров по тридцать каждая, с большими окнами, проходной дверью, покрашенными светло-серенькой краской стенами, комнаты напрягали только одним — полным отсутствием мебели.

Но я знала один чудесный магазинчик в центре шестой линии, и после его посещения у нас были платяной шкаф, два книжных шкафа, двухспальная кровать, две прикроватных тумбочки, обеденный стол, офисный стол, четыре кресла и два комода. Конечно, мой счет слегка уменьшился, но зато мы прямо с сегодняшнего дня могли начать спокойно жить и работать. Всю купленную мебель нам доставили почти сразу же, разгрузили и даже расставили там, где я сказала.

Чтобы две лошадки, запряженные в фургон, не грустили, и главное не жевали газонную траву, Стийв стоял на улице и разговаривал с ними… полностью доверив мне выбирать, где и что будет стоять в наших комнатах.

Он вообще снова усиленно изображал послушного мальчика, не считая уже ставшего привычным обращения на ты и по имени.

Когда я вернулась в свою комнату после разговора с тетушкой и начала собирать вещи, он вдруг решил уточнить:

— А Марисоль за мое выступление не аукнется?

Я сначала хотела повоспитывать слегка, из серии: «Хорошо, что вспомнил… Главное вовремя…», но потом посмотрела на его виноватое выражение лица и решила, что на сегодня с моего солнца хватит.

— Не переживай, все у нее хорошо будет. Тойн вокруг нее вьюном вьется, а Лийз своего сына любит.

Стийв облегченно вздохнул и стал идеально-шелковый.

И вот время уже близилось к закату, а он продолжал быть милым и на все согласным мальчиком, и меня это слегка беспокоило. Не иначе как опять что-то задумал.

Стив

Все было подозрительно хорошо. После того как я высказался, Лийз признала свою вину и даже зашла к нам перед отъездом, чтобы извиниться. Лично передо мной, тикусйо! Правда проделала все это в комнате Юйши, пока никто не слышал, но я все равно оценил.

Когда мы притащились на площадь, откуда-то прибежала Марисоль, повисла на мне, поцеловала в обе щеки, всхлипнула и убежала, не дожидаясь пока за нами прилетит аэрошка. И Юйша не закатила сцену ревности!

Я все ждал, когда она начнет полоскать мой мозг за то шоу, что я устроил на хуторе, но она как будто забыла про него и все, словно ничего и не было.

Но я как-то не очень верил в свое счастье, в то, что все обошлось одной пощечиной за повышение голоса. Поэтому постоянно ожидал, когда же наконец прозвучит ее коронная фраза: «Неси сюда ремень!» Но мы сходили заказали мебель, потом парни, под руководством Юйши, расставили ее, затем мы купили посуду, постельное белье, скатерть, расставили привезенные книги. Подключили нашу технику к галлонету, уже проведенному в офис. Спокойно пообедали и поужинали в кафе, недалеко от дома… Юйша улыбалась, шутила, рассказывала как мило болтала с неко-полукровкой, показывала мне на планшете красивые фотографии, сделанные на планетах, где она останавливалась… Все это очень напоминало уже такие давние семейные вечера после приезда отца из командировки. Только тогда я точно знал, что стоит мне подрасти, и я буду летать вместе с ним. А теперь, наверное, мне придется прожить всю свою жизнь, ожидая свою женщину из очередного путешествия.

— Что с тобой, мое солнце?

Ну вот, и как мне ей объяснить, что со мной, когда она и так ради меня только что бросила свою семью и переехала из своего уютного обжитого мирка в столицу. К тому же только слепой не заметил бы, что Юйша к Айрин относится очень неодназначно.

Юйша

После ужина Стийв как-то неожиданно резко перестал излучать радостное сияние и нахохлился.

— Что с тобой, мое солнце? — я погладила его по волосам и легонечко щелкнула по носу. Он грустно и как-то слегка виновато улыбнулся:

— Нормально все, не переживай. Впечатлений просто как-то слишком много за сегодня, — в глазах засверкало что-то проказливое, улыбка стала более похожа на его обычную. — Пойдем в новой кровати поваляемся? Обновим… — и уже с совсем привычным тоном уверенного в себе мальчика закончил: — Я соску-у-учился!

Стив

Секс — это универсальное лекарство от дурных мыслей. Сначала тебе становиться слегка не до них из-за нарастающего возбуждения, в голове только инстинкты и желание получить и доставить удовольствие… А потом безумно хочется спать.

Прижав к себе Юйшу, как можно крепче, чтобы быть уверенным, что она здесь, со мной, и никуда в ближайшем будущем не исчезнет, я практически сразу отрубился. Успел только пробормотать: «Я тебя люблю…»

Юйша

Мое солнце, обхватив меня обеими руками, закинув одну ногу мне на бедро и уткнувшись мне носом между лопаток, что-то умиротворенно пробормотал сквозь сон и сладко засопел. Подождав, пока он уснет покрепче, я аккуратно освободилась, слезла с кровати, взяла планшет и созвонилась с одной из своих старых знакомых. Мы правда практически не общались с ней уже больше года, после того как обе удачно вывернулись из шумного процесса в начале 329-го года. Тогда трое наших товарок вляпались настолько плотно, что даже были отправлены на планету-колонию. Но большинство отделалось штрафами, причем довольно умеренными, с учетом того, в чем на самом деле нас подозревали.

Мне тот заказ сразу показался подозрительным, как и сами заказчицы, успокой Матерь Сущего их души, и я ушла еще в середине обсуждения условий. А вот остальные девочки остались, потому что за небольшой риск и короткий перелет платились очень большие деньги. Однако кто-то их всех сдал, причем, именно неподкупной Айрин Вайнгойрт, которая потребовала устроить грандиозный процесс. Но меня на нем только пожурили за невыполнение гражданского долга перед родной планетой и выпустили на свободу. Лайдийя Греймайрт тоже можно сказать отделалась легким испугом — размеры штрафа едва превышали ее обычную прибыль от одного двухнедельного полета. Подругами мы с ней никогда не были, но спины и задницы иногда друг другу прикрывали. Так что я посчитала возможным созвониться с ней, чтобы уточнить некоторые подробности.

— Привет, Лайд!

— И тебе здорово! Какой шмель кусил тебя в твою шикарную попку?

— Знаешь, если бы я знала точно его имя, то не звонила тебе так поздно.

— Брось! Уверена, ты еще помнишь, что я не сплю до полуночи. Так в чем проблема?

Я довольно коротенько пересказала свои последние злоключения, особенно уточнив про подставу с неками.

— Это никого не напоминает тебе по стилю, Лайди?

Та громко фыркнула:

— Еще как напоминает! Думаешь, она что-то имеет против тебя?

— Думаю, она считает, что это я вас всех сдала тогда.

Лайда хмыкнула, почесала пальцами подбородок, потом поправила волосы…

— Скажу тебе честно, у нас у всех проскальзывала подобная мысль. Но твоя подружка продвигала ее очень настойчиво, пока мы коротали ночи в предвариловке. Я бы рекомендовала тебе припомнить, где ты перебежала ей дорогу чуть раньше. Она была очень на тебя зла, красавица.

Попрощавшись с Греймайрт, я вернулась в кровать к Стийву, свернулась клубочком и задумалась, перебирая в голове все случаи пересечения интересов у меня и той, которую я долгое время считала одной из своих подруг. В голову ничего не приходило. Возможно, потому что у меня-то все было в шоколаде, это ей я насолила так, что она готова была посадить меня в тюрьму на целых пять лет на чужой планете. Но Лайда подтвердила главное: меня ненавидят, и ненавидят уже очень давно. Как оказывается страшно жить, когда враг не напротив тебя, с обнаженной дагой или заряженным пистолетом, а где-то совсем рядом, скрывается среди лучших друзей и любимых родственников.

Стийв, как почувствовав, снова обнял меня, подтягивая к себе поближе. «Люблю…» — на этот раз я точно расслышала, что он там бурчит сквозь сон. И от этого на душе стало так тепло и уютно, что я сразу уснула.

ДЕНЬ ТРИДЦАТЫЙ:

Стив

С утра я развил бурную деятельность. Сначала повесил на входную дверь табличку «Антикварный салон», расположив ее чуть ниже большой вывески «Департамент по инопланетным связям». Потом написал большое объявление на новостном портале: «Оценщик со стажем в несколько лет и богатым опытом готов помочь вам обнаружить антикварные редкости среди старых вещей ваших бабушек».

Потом я списался со знакомыми антикварами побогаче, живущих на ближайших к Венге планетах, и обсудил с ними возможные проценты со сделок, чтобы выбрать наиболее выгодный для меня вариант. В минутном озарении заодно списался с потенциальным покупателем проклятого божка, и он мне сообщил, что товар уже несколько дней как у него. Правда, продал его ему молодой мужчина из местных, а не венговская женщина. Но это действительно подлинный Эбису и мои пятнадцать процентов от сделки он готов перевести на любой счет, какой я ему укажу.

Тут я вспомнил, что собственного счета-то у меня здесь и нет! Тикусйо!

Юйша

— Юй, а что надо сделать, чтобы открыть мне счет в местном банке?

— Зачем тебе? — почему-то меня очень задело, что он не спросил номер моего счета, а захотел открыть свой. Вообще, на самом деле, дикостью был уже сам факт наличия личного счета у мужчины. Но то, что он не хочет пользоваться моим, было еще и обидно.

Стийв с подозрением посмотрел на меня:

— Я спросил что-то не то? — и тут же в его глазах блеснуло понимание, — Ну конечно! Здесь не открывают счет на мужчину, да? Тогда давай откроем на тебя, но какой-нибудь отдельный? Я привык следить за денежным оборотом, мне это важно.

Я с сомнением посмотрела на моего мальчика:

— Ну ты же будешь вести какую-то бухгалтерию, учет, дебет и кредит. Вот по нему и следил бы?

Стийв слегка покраснел и смущенно отвел взгляд:

— Я это не очень люблю и, если честно, не слишком хорошо делаю… У нас всем этим мама занималась.

Он так умилительно стеснялся, что я не выдержала и рассмеялась:

— Хорошо, солнышко, я научу тебя основным моментам, а твои документы буду вести сама. Все равно регистрировать фирму придется на мое имя.

Стийв почему-то снова нахмурился, потом выдохнул и улыбнулся:

— Но работать-то хоть ты мне в ней позволишь?

Стив

Фирма на ее имя, счет на ее имя… Меня по законам Венги как будто бы и не существовало. Смогу ли я привыкнуть к такому? К тому, что я тут никто, безответственная домашняя зверушка, обученная странным фокусам!

«Так. Быстро взял себя в руки и успокоился, тикусйо! Вил с Рэйни свой театр держат. Эйнри с Дэйном целым имением управляют. Мне слава нужна или возможность спокойно заниматься любимым делом?! В конце концов мы собираемся жить вместе, а это означает, что у нас все будет общее…»

Я улыбнулся внимательно смотрящей на меня Юйше:

— Но работать-то хоть ты мне в ней позволишь?

Витавшее в воздухе напряжение медленно рассеивалось. Мы оба рассмеялись и отправились обедать…

ДЕНЬ ТРИДЦАТЬ ПЯТЫЙ:

Стив

Я держался из последних сил, чтобы не срываться на Юйше, не огрызаться, не ехидничать, не бросить все и послать к… их Матери Всего Сущего! Мои нервные клетки ежедневно тратились в таком количестве, что через неделю-другую от них вообще ничего не останется.

На хуторе во мне все же видели человека, а здесь я котировался не намного выше кошечки или собачки. И вся беда была именно в моем статусе — «наложник». Был бы я спец, ко мне относились по-другому. Спецов тут уважали, особо ценных даже клонировали, а наложников практически за людей не считали. Игрушки для развлечений. А я был особенной игрушкой, континентальной.

Нет, Юйша так не считала, но приходящие ежедневно клиентки были испытанием, пыткой и источником дохода, пока еще не стабильным, но для четырех дней вполне себе приличным.

Особенно меня достала фифа, которая пришла на второй день после подачи объявления. Высокая тощая жердь, она даже не соизволила мне кивнуть. Оглядела комнату и спросила в воздух: «Есть здесь кто-нибудь?» Это при том, что я сидел за столом и смотрел на нее чуть ли не в упор.

Когда появилась Юйша, жердь фыркнула: «Вы сторонница этих странных нововведений? Позволяете зверькам сидеть в присутствии женщин? Мне это кажется такой распущенностью…»

Потом она достала небольшой ларец, в котором хранилось удивительной красоты ожерелье: «Это семейная реликвия моего третьего мужа. Его приданое. Сколько я могу за это получить?»

Юйша подозвала меня и дальше разговор строился так. Я говорил Юйше, а та дословно повторяла все жерди.

Больше всего меня раздражало не то, что меня в упор не замечают, а то, что мне приходиться напрягать Юйшайру участием в переговорах.

После этого заявление жизнерадостной толстушки, высыпавшей на стол кучу старинных монет и спросившей, опять же у Юйши: «А твой зверек и правда сможет найти в этом барахле что-то стоящее?» прозвучало мило и почти безобидно. Тем более, потом она прекрасно общалась со мной напрямую, все выслушала, поблагодарила за стопку бумаг, из которых мы с ней вместе накрутили кулечков и рассортировали по ним ее «барахло».

Но каждая посетительница начинала разговор сначала с Юйшайрой. Каждая!

— Они скоро привыкнут, мой мальчик. Не расстраивайся!

Тикусйо! Ей легко говорить… А что я буду делать, когда она улетит на две недели?

На самом деле все было не так уж и плохо…

Вчера прилетал мужик из антикварного салона с Диспонта и мы втроем, он, я и Юйша, сидя в кафе Космопорта, обсудили условия сотрудничества. Мужик сразу признал, что перепрыгнуть меня по связям у него не получится, да и у любого другого инопланетника тоже. Поэтому безропотно согласился выплачивать мне двенадцать процентов с каждого клиента, при условии, что мы открываем свою фирму как филиал его компании.

— Это ж какая реклама, сам подумай! Филиал на Венге, и даже не в Космопорте, а в Венгсити!

Реклама… Реклама мне бы и самому не помешала. Но пока хватало и объявления на новостном портале, да еще, конечно, именно тех связей, по наличию которых меня не перепрыгнуть.

На Венге было два ювелирных салона, один магазин инопланетного антиквариата и три студии, торгующие произведениями местных и инопланетных художников и скульпторов. Я уже успел все их обойти и перезнакомиться с владелицами. Причем обходил я их не один, а в сопровождение Айрин Вайнгойрт, рекомендовавшей меня всем как двоюродного брата ее мужа. Нас угощали чаем, мило улыбались и обещали вызывать меня оценивать любое подозрительное произведение искусства. Как будто у них тут был выбор. Ведь нормального оценщика чего-то древнее, чем сотня лет, на Венге просто не было! Как это не удивительно…

Магазин антиквариата в Венгсити был небольшим и довольно бедненьким, больше торгующим подделками под старину, чем действительно старинными вещами. Но владелица у него оказалась очень энергичной женщиной, вцепившейся в меня мертвой хваткой. Но выкупать что-то сильно дорогостоящее ей было явно не по карману, а мне был нужен человек, к которому я мог бы отправлять клиенток и получать с этого свой стабильный процент.

У мужика с Диспонта уже было несколько филиалов на разных планетах, и он предлагал мне самый большой процент с продаж. Да и к тому же подрабатывать еще на один антикварный магазин мне никто запретить не сможет, конечно, если дела пойдут хорошо.

Наплыв желающих оценить бабушкино серебро и прадедушкин браслет за четыре дня был внушительный. По 5–6 человек в день. Я даже не ожидал такого…

Если бы они еще обращались со мной как с человеком…

Тикусйо! На меня каждый вечер накатывала удушающая волна страха и сомнений в правильности своего решения остаться на Венге. Да, меня никто не ждал на Земле, но там я был полноценным гражданином, а тут… Разумным придатком к Юйше?!

Как только во мне начинала нарастать паника, я обнимал свою женщину, вдыхал запах ее волос и заваливал ее на кровать. Четыре дня мы, едва успев вернуться домой после ужина, начинали трахаться как кролики, и меня, если честно, мало интересовало ее желание. Мне надо было выгнать из головы трусливые мысли о побеге.

«Рано еще… Сбежать я всегда успею. Если что, Айрин мне поможет», — уговаривал я себя. Но все равно было страшно.

Переезд из города в город волнителен, перелет с планеты на планету еще больше. Мало того, что новые люди кругом, так еще менялись законы, правила, мировосприятие, тикусйо! Но всегда оставалось что-то общее, пока я жил на территории Межгалактического Союза. И вот сегодня я должен был добровольно отказаться от межгалактического гражданства. Меня потряхивало так, как будто я собирался подписать приговор на казнь. Можно подумать, Союз не пойдет мне навстречу, если я запрошу у них помощи?! Тем более, тут же рядом была Айрин и сын Дайниса, и Космопорт… Но, очевидно, конфликт между эмоциями и разумом достиг апогея и разум временно заткнулся.

Я уже проснулся заведенным до предела, как механический будильник. На каждую фразу Юйши неожиданно появившийся внутри меня истероид реагировал неадекватно, громко вопя: «Смотри, она опять ведет себя так, будто ты пустое место! Очнись! Так и будет всю вашу совместную жизнь. А потом она вообще выбросит тебя и заведет нового наложника, потому что никто до сих пор не предложил тебе стать мужем!».

В итоге мы чудом не разругались за завтраком, потом нам повезло, пока ждали аэрошку, затем мне удалось вовремя заткнуться, пока мы летели в Космопорт… Но у самых ворот Космопорта это все-таки произошло и я сорвался. Причем причина была абсолютно пустяковая, я даже не запомнил саму фразу, которую сказала Юйша, мне просто не понравился тон. Мне. Тикусйо! Не понравился тон, которым эта фраза была сказана. Он был слишком командный. И я сорвался….

Я сказал, что не готов оставаться с ней на этой планете, служить то мальчиком для битья, то игрушкой для развлечений. Не готов изображать мыслящую зверушку, умеющую ловко из кучки дерьма на бис доставать сувенирчик, за который отвалят немалую сумму. Не готов молча сносить сцены ревности к Айрин и не готов улыбаться на намеки о том, что Гайнз идеально разбирается в бухгалтерии. Надоело мне все!

Юйша спокойно выслушала меня, перевела через терминал в Космопорт, погладила по волосам, обняла, прошептала на ухо:

«Я буду всегда помнить тебя, мое солнышко. Дорогу в ДИС, я думаю, ты найдешь сам», потом развернулась, снова прошла мимо терминалов и направилась в сторону стоянки аэрошек. А я остался стоять на территории Космопорта. Один. Провожая взглядом свою женщину и с ужасом понимая, что я только что совершил что-то очень неправильное и, похоже, непоправимое.

Глава 20

ДЕНЬ ТРИДЦАТЬ ПЯТЫЙ (19 ЙАКШИЭН 330 ГОДА):

Юйша

Стийв с самого утра был какой-то взъерошенный, его хотелось приласкать, обнять, успокоить, сказать, что все будет хорошо. Сейчас он, как никогда раньше, напоминал обычного венговского мальчишку перед принятием какого-то важного решения, очередного изменения в его жизни. Я прекрасно понимала, как моему солнцу сейчас сложно.

Вроде бы он уже начал обживаться.

Вчера подписал контракт по открытию филиала от довольно крупной антикварной компании с Диспонта.

А позавчера полдня мило щебетал с хозяйкой местного магазинчика континентальных старинных мелочей. Аристократки предпочитали закупаться на виртуальных аукционах, женщины с хутора предпочитали покупать новые надежные вещи, а среднему классу вполне хватало небольшого заведения гэйвэйрэйтэ Майдэйлиус, бойкой женщины лет так сорока-сорока пяти. Разговор со Стийвом послужил ей откровением свыше, и она осознала, что антиквариат на Венге можно не только продавать, но еще и скупать. К счастью, ее финансовые возможности не позволяли сразу развернуться и в этом направлении, иначе она бы придавила моего мальчика своей неуемной энергией и желанием все контролировать.

Представитель компании с Диспонта произвел на меня более положительное впечатление, он был спокоен, рассудителен и сразу раскрыл перед нами свои карты. Иметь свой филиал на Венге ему было выгодно в первую очередь для имиджа, финансовая выгода его волновала меньше. Но Стийв не стал настаивать на стабильном постоянном заработке, и они подписали договор о процентной оплате с каждой продажи. Начать оформление филиала планировалось после того, как мое солнце подпишет согласие на получение венговского гражданства.

И вот сегодня мы должны были поехать в Космопорт и подписать там документы. К сожалению, здесь, на территории Венгсити, даже находясь во втором на Венге офисе ДИСа, подписание отказа от межгалактического гражданства не засчитывали.

Мое солнце напоминало напуганного, но очень гордого котенка, фырчавшего и шипевшего на меня по малейшему поводу. Шерсть дыбом, хвост трубой, напряжение в голосе… И главное, тискать и прижимать к себе сейчас нельзя, а то потом постоянно буду думать, что повлияла на его решение. Он у меня сильный и независимый мальчик, пусть сам выбирает, чего ему больше хочется. Наоборот, я была с ним сегодня даже чуть более строга, чем обычно. И это его страшно раздражало. Но он должен был понять, что Венга так и останется матриархальной, я по-прежнему буду отвечать перед всеми за его поведение, а значит, буду продолжать постоянно его воспитывать. Не нам менять венговские законы. А я слишком любила эту планету, чтобы улетать с нее в никуда.

На выходе из аэрошки я сделала ему очередное замечание, и тут его просто прорвало. Нет, он не повышал голос, не размахивал руками, просто сверкал на меня своими серо-голубыми глазищами и совершенно спокойно перечислял по пунктам все, от чего он устал на «этой гребаной планете». Я еле удержалась, чтобы не рассмеяться, когда он упомянул, что его достали мои постоянные намеки про Гайнза, разбирающегося, в отличие от него, в бухгалтерии.

Мы уже подошли к воротам, когда запал у моего мальчика закончился, и он замолчал. Я приготовилась прогуляться с ним по аллеям Космопорта и подождать, пока он окончательно успокоится, возьмет себя в руки, и мы пойдем в ДИС, чтобы подписать все бумаги. Не зря же я четыре дня искренне любовалась тем, как он создает свой бизнес, причем не просто с нуля, а практически с минусовой точки отсчета. Ведь на Венге раньше не было ничего подобного, хотя эта ниша явно была очень востребованной. На Земле же его никто не ожидал, кроме конкурентов, а тут была Марисоль, я и большие перспективы… Моему мальчику просто было страшно делать такой ответственный шаг, вот он и решил выпустить пар. Выговориться. Теперь уже лично мне. Получасовая прогулка и разговоры ни о чем наверняка успокоили бы его, но Матерь Всего Сущего решила вмешаться и разлучить нас на время, позволив Стийву принимать решение в одиночестве.

Мое солнце не смотрел по сторонам, а изучал землю под ногами, но я-то как раз не сводила с него глаз, и поэтому сразу увидела слева от ворот свою бывшую подругу, слишком неестественно сильно прижимающую к себе Хайуру. Мы пересеклись с ней взглядами, она двинулась в мою сторону, но я отрицательно помотала головой и подняла ладонь, показывая на пальцах, что через пять минут буду в полном ее распоряжении.

Стийв уже выглядел слегка виноватым и готовым начать если не просить прощения, то, по крайней мере, просто адекватно мыслить. Это хорошо, значит, он не натворит глупостей, пока я буду общаться с Трэйшей.

Эта стерва все никак не могла уняться — сначала впутала в наши разборки Мойшэ, а теперь на очереди Хайура. Вот ведь никогда не умела решать свои проблемы напрямую! Всегда действовала через подставных лиц…

Я прошла вслед за Стийвом мимо терминала и, развернув его к себе, ласково погладила по волосам:

— Даже если ты решишь улететь, я буду всегда помнить тебя, мое солнышко. Выбор за тобой. Дорогу в ДИС ты найдешь сам… — я прижалась к нему посильнее, вдыхая его запах, прикоснулась губами к макушке… Развернулась и пошла обратно. Терминал удивленно пипикнул, открывая передо мной двери и позволяя покинуть территорию Космопорта. Мой мальчик дернулся вслед за мной, но его уже не выпустили. Инопланетным мужчинам проход на Венгу закрыт. Обратно через ворота его выпустят только со мной, после того как я подпишу согласие взять его под свою опеку. А пока что пусть посидит и подождет меня у офиса ДИСа. Может он и хорошо управляется ножом, но против пистолета у него нет шансов, а у моей… хм… «подружки»… уже есть одна заложница.

Надеюсь, Стийву не придется ждать меня слишком долго…

Стив

Юйша, не оборачиваясь, удалялась все дальше и дальше, вот она повернула налево, в сторону стоянки аэрошек. Проклятый терминал почему-то никак не хотел пропускать меня обратно, на Венгу. А когда я попытался как-то проскользнуть мимо, вообще взвыл дурным голосом, и потом стал мигать красной лампочкой. Пнув вредную железяку ногой, я попытался успокоиться. Ведь скоро прибегут охранницы и выпустят меня. Должны выпустить!

Я практически с ненавистью посмотрел в спину удаляющейся Юйши. Мимо ворот, как раз с той стороны, где я так хотел оказаться, шла женщина, в комбинезоне космолетчика, крепко обнимающая… Хайуру?! Тикусйо! Кинув на меня быстрый взгляд, летчица очень неприятно усмехнулась и потом окликнула Юйшу:

— Юйшайра, куда это ты так торопишься, дорогая?! — голос… это была именно та женщина, которая управляла Мойшэ, и понятно, почему ее голос всегда казался мне знакомым. Он был очень похож на голос Хайуры, и только тот, кто хорошо знает обеих, смог бы заметить разницу. Они вообще обе были очень похожи, и внешне тоже. Только девушка была слегка напуганной, а ее старшая родственница выглядела самоуверенно-довольной.

Юйша обернулась, и кивнула в сторону стоянки:

— Поговорим там, Трэйша.

Тикусйо! Где эти проклятые охранницы?!

Как я сейчас ненавидел себя, кто бы знал… Постоянно контролировать, сдерживать эмоции, рассчитывать каждое движение, продумывать каждую фразу… Это же была норма. Привычная часть моей жизни. И в итоге так глупо сорваться из-за пустяка. Договор с мужиком с Диспонта, очарованная мной хозяйка антикварного магазинчика, поддержка Айрин, пусть и дурные, но клиентки… И любимая рядом. Почему, вместо того чтобы кипятком писать от счастья, я закатил своей женщине истерику и теперь торчу за забором, пока какая-то там Трэйша, дико ненавидящая мою Юйшу, собирается с ней поговорить.

Наконец появились долгожданные охранницы:

— Отойди от терминала, мальчик, и держись от него подальше, — пока одна произносила все это нравоучительным тоном, вторая внимательно меня изучала.

— Где твоя хозяйка, мальчик? — очевидно месяц пребывания на Венге наложил на меня какой-то отпечаток, раз у меня спрашивают про сопровождающую женщину, а не заставляют переодеться в полагающуюся инопланетному парню одежду.

— Моя хозяйка в опасности. Она отошла на стоянку аэрошек, приказав мне подождать ее здесь. А за ней следом отправилась ее знакомая. Я волнуюсь. Моя хозяйка капитан корабля, и у нее много врагов, и эта ее знакомая — одна из них. Вы не могли бы пройтись посмотреть, все ли у нее в порядке?

Обе охранницы посмотрели на меня довольно-таки скептически, но, столкнувшись с моим уверенно-серьезным взглядом, одна из них прошла через терминал на территорию Венги, на ходу уточняя:

— Как хоть она выглядит?

— Лет тридцати с небольшим, невысокая, красивая, с косой. А рядом с ней должны быть еще две женщины, одна в костюме космолетчика, а вторая совсем девчонка напуганная, — быстро проговорил я. — Скажите ей, что я ее тут уже заждался, пожалуйста!

Я состроил самую умоляющую мордашку, на которую был способен, хотя внутри меня все переворачивалось и от страха за Юйшу и от злости на себя, идиота…

Женщина уже поворачивала за угол, когда со стороны стоянки послышался выстрел, и я снова рванул мимо терминала. В этот раз он меня пропустил… Потому что следом за мной выбежала вторая охранница.

На стоянке аэрошек было пусто, лишь на земле лежала женщина и над ней склонилась другая… Моя Юйша! Живая… Я кинулся к ней, пока охранницы пытались догнать Трэйшу. Хайура тоже была жива, по крайней мере, пока…

— Мы ранили ее, но она все равно сбежала. Кто-то спикировал сверху и подхватил ее в аэрошку. Ваш мальчик сказал, что эта женщина ваша знакомая, гэйвэйрэйтэ? Надо объявить ее в розыск.

Пока первая охранница записывала данные Трэйши, вторая вызвала аэроносилки, на которые аккуратно положили Хайуру, и мы все снова направились в Космопорт.

Юйша

Ни остановить Трэйшу, ни выяснить, когда и где я перешла ей дорогу, да даже просто поговорить мы не успели. Эта ненормальная запаниковала, когда увидела направляющуюся в нашу сторону охранницу Космопорта, попыталась убежать, потянув за собой Хайуру, а та, глупышка, уперлась, и Трэйша выстрелила в нее. Судя по удивлению, промелькнувшему у нее на лице, не намеренно. В конце концов, Хайурийнора была все же ее племянница, и этим выстрелом она убила возможность помощи от своей родни.

Рана в спине могла оказаться очень серьезной, и я сильно переживала, сидя в коридоре, и ожидая приговора врачей. Мое солнце не стал извиняться долго и многословно, лишь один раз, почти между делом, прошептал: «Прости…» и потом просто был рядом. Несколько раз бегал вниз, к автоматам, чтобы принести мне воды, и впихнул чуть ли не силой какой-то пирожок.

— Ешь! Ты с утра ничего не ела! Ешь, я сказал… — потом опустился на колени, потерся щекой о мою ногу и попросил, — Ну съешь… За меня?

Я слабо улыбнулась ему в ответ и начала медленно заталкивать в себя еду. Мы сидели в коридоре уже четвертый час… И, наверное, Стийв был прав, пытаясь меня накормить. А еще не помешало бы накормить и его тоже. Автоматы в больнице работали по жетонам, которые щедро отсыпали в справочном отделе. Но пирожки — это не еда.

— Ты принял решение, мой мальчик? — я встала со стула, одернула юбку и внимательно посмотрела на Стийва.

Тот кивнул:

— Я его уже давно принял. Просто сегодня накатило что-то. Прости…

Мы спустились вниз, вышли на улицу и вдохнули свежего воздуха. Все-таки в больницах пахнет как-то по-особенному. До ДИСа было пятнадцать минут ходьбы. Мы быстро шли, молчали и держались за руки. Не знаю почему, но после всего произошедшего мне было важно сжимать его руку в своей, ощущать тепло его ладони, чувствовать, что он рядом. Не просто видеть, а именно чувствовать.

В офисе мы подписали все бумаги, лишь изредка обмениваясь краткими репликами с сотрудницей. Стийв клятвенно ее заверил, что находится в здравом уме и прекрасно осознает свои действия. Потом вышли и пошли в обратном направлении. В одном из кафе ненадолго задержались и перекусили. Я выпила тайшу и покопалась вилкой в каком-то салатике, а мое солнце быстро навернул тарелку жареного мяса с овощами. Наконец мы снова вернулись к больнице…

— С вашей подругой все хорошо. Операция прошла довольно удачно. Подвижность конечностей не нарушена. Но… Я бы хотел вас сразу предупредить. Это был ее первый вопрос, когда она пришла в себя, и я не стал ее огорчать. Но вы должны сразу уяснить — летать она больше не будет. Никогда. Только если как пассажир и в специальном кресле. К скачкам на лошадях и быстрому бегу это тоже относится. Никакого поднятия тяжестей. Никакой тряски. Никаких нагрузок на спину!

Врач Хайуры строго смотрел на меня, зачитывая приговор моему второму пилоту. Я кивнула, пытаясь представить, как и какими словами я буду все это ей объяснять.

Стийв приобнял меня за плечи и тихо прошептал: «Но она ведь будет жить… Это важнее! Надо только найти ради кого. А потом она втянется…»

Какой он у меня все-таки умница!

Я слетела вниз по лестнице и по настенному минивидеофону связалась с Лайрой.

Стив

Юйша, чмокнув меня в макушку, быстро помчалась вниз, а я пошел вслед за доктором в палату к Хайуре. Присев на стул рядом с ней, я выдавил из себя улыбку:

— Привет… Давно не виделись.

Она тоже улыбнулась:

— Да уж, целая неделя прошла…

Потом нахмурилась:

— Сегодня же ты должен был подписывать…

— Я все уже подписал, пока над тобой врачи колдовали.

Хайура вопросительно подняла изогнутую бровь:

— Смотрю, пребывание на Венге абсолютно не пошло тебе на пользу. На корабле ты был такой идеально воспитанный мальчик, просто как по учебнику…

Я усмехнулся и попытался изобразить что-то похожее на расстроенно-виноватое выражение лица Мийя:

— Простите меня, госпожа, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Хайура рассмеялась и тут же просто побелела, закусив губу и с силой сжав пальцами простынь.

— Позвать врача?! — я уже начал вставать со стула, но она отрицательно помотала головой:

— Просто больше не смеши меня… Пока… А то сразу в спину отдает.

— Тебе может принести чего-нибудь? — у моей женщины была отличная команда, и жаль, что такая славная девчонка выбывала из нее из-за дури собственной родственницы.

Тут как раз в палату влетела Юйша:

— Я попросила Лайру слетать к твоим на хутор, скоро здесь будет не протолкнуться.

Юйша

Мы развлекали Хайуру почти полчаса, старательно обходя опасную тему о полетах. И, наконец, раздался осторожный стук, и в дверях появилась голова Зэйха. Увидев меня он просиял, а потом осторожно протиснулся и опустился на колени перед Хайурой. Та начала медленно краснеть от смущения. Я довольно усмехнулась, кивнула Стийву в сторону выхода, и мы бесшумно удалились.

Мое солнце вопросительно изогнул бровь, я гордо выпрямилась, задрала вверх подбородок, выставила вперед одну ногу и продекламировала: «Я Купидон, любовь несущий…»

Стийв с сомнением посмотрел на меня и начал оглядываться по сторонам, очевидно в поисках врачей. Потом не выдержал и рассмеялся:

— То есть Зэйх и Хайура…?

— Да, уже давно. Года полтора точно. При этом изо всех сил скрывали это от меня, уж не знаю почему. — Мой мальчик довольно фыркнул.

— Ну что, поехали домой? — Стийв одобрительно кивнул.

И мы отправились в наши две чудные комнатки в Венгсити, чтобы упасть на кровать, обняться и тут же уснуть.

Стив

Все потихоньку налаживалось. В тот знаменательный день, когда я стал полноправным гражданином Венги, Юйша вечером заявила, что оставлять меня с кем-бы то ни было, без ее присмотра, она зареклась навсегда. Так что, оформляя на Зэйха постоянный пропуск в Космопорт, она, заодно, практически между делом, оформила какие-то документы, позволяющие ввозить и вывозить меня с планеты. В благодарность за это я готов был терпеть поведение местных матрон, продолжающих доставать меня своим игнорированием. Вести себя «как приличный», если к нам в гости заходили ее подруги и тем более как мегаприличный, когда мы сами ходили в гости к ее подругам.

Сначала мы посетили Джейнни, живущую в маленьком домике почти на границе с лесом. В доме было всего пять комнат, и по местным меркам это была почти лачужка. Правда очень аккуратненькая, ухоженная, с рядами клумб слева и грядками зелени и овощей справа. Вдоль забора были пущены кустики с какими-то мелкими ярко-красными ягодами.

Вместо хозяйки, естественно, был парень, вернее мужчина, лет так тридцати с небольшим, высокий и широкоплечий, с длинной косой чуть ниже талии. Само собой, блондин. Все стены в доме были увешены фотографиями симпатичного мулатика. Вот он в возрасте нескольких месяцев, на руках у счастливого отца. Вот он сидит на шее у матери, запустив пальцы ей в волосы, и оба сияют белозубой улыбкой. Вот ему лет восемь, и он балансирует на аэроборде на фоне забора Космопорта. Кстати, странно, но я ни разу не видел здесь детей, катающихся на этой штуковине. На Земле она популярна и среди малышни, и среди подростков.

— Сын… — с гордостью проговорила Джейн, заметив, как я внимательно изучаю фотографии. — В лагере сейчас, учится. Пойдем на кухню, муж уже накрыл на стол…

Во время еды женщины старались о работе не разговаривать, просто вспоминали разные смешные случаи, в основном связанные с Хайурой, шутили. Когда стали пить чай, Юйша начала подкалывать Джейнни, что теперь той придется искать сыну другую жену.

— Я пока не вижу на руке твоего Стийва брачного браслета, — ухмыльнулась Джей, — Ну и потом, быть вторым мужем у такой женщины как ты, это тоже большая удача. Вам только дом отдельный обязательно надо купить…

Юйша, заметив, как я нахмурился, притянула меня к себе и растрепала мои волосы. Это была ее любимая забава. Просто хоть не причесывайся с утра.

Потом они начали обсуждать будущий полет, и муж Джейнни, Грэйджи, вытянул меня из кухни, как я не упирался:

— Когда женщины начинают говорить о делах, мужчинам надо удалиться, — нравоучительно произнес он, и потащил меня на второй этаж. Одна из комнат была большой спальней, а вторая что-то типа семейной гостиной. Ну вот там мы и сидели, пытаясь общаться, пока Юйша меня не спасла. По пути домой я попросил ее больше не бросать меня на растерзание мужьям. Меня за это обозвали букой и снова растрепали волосы.

На следующий день мы посетили Лайссу. Это был совсем другой мир… Сладкий, как рахат-лукум… Мир «пусечек», «лапочек» и «масюнечек». Домик был под стать хозяйке, плюшево-розовый. Но, конечно, про то чтобы посидеть за общим столом на кухне даже речи не было. Я и еще двое мужчин, мужья Лайссы и ее дочери, причем второй заметно старше первого, лет так на пять, сидели на пушистом ковре и преданно смотрели на своих женщин, болтающих то за жизнь, то за дела, то снова за жизнь… Когда муж Лайссы подполз к ее ножкам и начал сосать ее пальчики, я напрягся и вопросительно посмотрел на Юйшу. Та улыбнулась и поманила меня к себе, покрутив в руках взятой из вазы конфеткой. Я сделал вид, что наивно повелся и подполз. Рука, с уже лишенным фантика содержимым, потянулась вниз, к ногам. Быстро склонив голову, я губами просто вырвал конфетку из пальцев, потом положил голову Юйше на колени и преданно заглянул ей в глаза. Она усмехнулась и разлохматила мне волосы. Следующую порцию сладкого мне скормили просто с ладони…

Понятное дело, что после этого я не очень рвался идти к Пойле, но уговор есть уговор. Воспитанные наложники идут туда, куда их послали, и не жужжат… Так что Пойлю мы тоже посетили.

Первое, что я увидел, зайдя за калитку, это как брутальная, немеренных размеров дама, колет дрова. Деревяшки так и разлетались в разные стороны. А два крепких мужика, под стать этой даме комплекцией, собирают их и складывают в поленницу возле дома. Один из них, увидев нас, гаркнул:

— Госпожа, к вам гости! — И дама обернулась, воткнула топор в пенек, и пошла нам навстречу. Я очень вовремя вспомнил, что плечо, по которому она легонечко хлопнула в последнюю нашу встречу, ныло у меня два дня. Так что быстро опустился на колени, вне зоны ее досягаемости, сгруппировался и переждал процесс радостного приветствия.

Потом держался строго за Юйшей, не высовывался, молчал и за это был оставлен присутствовать при деловой женской беседе после обильного плотного ужина.

Дрова Пойля рубила для бани, которую выстроила на заднем дворе, вопреки столичным традициям мыться в доме, в ванной или в душевой кабине. Моя женщина загорелась идеей остаться попариться, а я тихонечко отпросился от этого извращения и, попросив у одного из Пойлинных мужиков планшет, устроился в уголочке читать. После бани Юйша распила с подругой еще одну бутылку сухого красного и после этого я повел ее в ночи через полгорода домой. Не то чтобы она была сильно пьяная, но три бутылки вина в два лица — по-моему, это был перебор.

26 ЙАКШИЭН 330 ГОДА:

Юйша

По плану нам надо было вылетать через два дня. График полета уже был составлен, выверен и обсужден с Лайссой и Джейнни.

Теперь встречаться с ними можно было хоть каждый вечер, ведь все жили в одном городе. Мы со Стийвом даже сходили в гости и к одной, и к другой, и даже навестили Пойлю. Только с Лайрой мое солнце отказывался встречаться категорически.

Зэйху я выписала постоянный пропуск в Космопорт, и он практически переехал в больницу к Хайуре. Каждый вечер, перед тем как уезжать домой, он звонил мне, задиктовывая отчеты врачей и немного виноватым голосом уточняя, не против ли я, что он проводит столько времени с другой госпожой.

Я была счастлива, что мне наконец-то удалось их объединить, единственная проблема была в том, что я не могла продать Хайуре Зэйха. Зато я могла отдать его ей в мужья, но инициатива должна была идти от нее, хотя намекнуть мне, конечно, никто не мешал.

Только наблюдение за этой парочкой хоть как-то утешало меня и команду, потому что в остальном все было просто отвратительно.

Вылетать без второго пилота было неразумно. Найти за такой короткий срок идеально устраивающую меня опытную специалистку, которая к тому же успешно влилась бы в команду, было просто невозможно, а брать кого-то временного — опасно.

Трэйша сбежала не только от охранниц Космпорта. Ее корабль успел взлететь с Венги до того как она была объявлена в розыск. А Трэйша очень любила наносить удар в спину, подставлять чужими руками, стравливать между собой двух соперниц, уводить заказы из под носа… И еще ее люди были повсюду. Именно поэтому было очень опасно сейчас брать вторым пилотом кого-то непроверенного и без рекомендаций. А проверенные и с рекомендациями уже давно все были разобраны.

Я уже готова была смириться с тем, что какое-то время на Пойлю упадет двойная нагрузка, как на меня свалилось неожиданное счастье.

Без Вайнгойртов, конечно же, не обошлось…

Глава 21

26 ЙАКШИЭН 330 ГОДА:

Стив

Мы как раз собирались идти ужинать. Я переодевал штаны на более приличные, а Юйша очередной раз напоминала мне, что завтра днем у меня последний шанс посетить парикмахерскую добровольно, потому что иначе под вечер она отведет меня туда за ухо, и мне наконец сделают нормальную прическу. И тут к нам постучали.

Клиентки в такое время ко мне… к нам не заглядывали, и Юйша, судя по удивленному выражению ее лица, тоже никого не ждала.

— Кто там? — спросила она. А я, быстро завязав штаны, шмыгнул поближе к стене, чтобы, если что… Разрешения на ношение огнестрельного оружия мне не выдали, но нож я теперь таскал с собой постоянно.

Дверь открылась, и показалась кудрявая голова Лейхио. Я облегченно выдохнул, Юйша продолжала оставаться напряженной. Ну не любит она почему-то Айрин Вайнгойрт, что уж тут с ней поделаешь? Хорошо хоть к Марисоль ревновать перестала. Мы даже дважды летали с ней на хутор, разведать обстановку и навестить родственников, каждый своих.

— Уважаемая гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис, моя госпожа приглашает вас завтра, через три часа после полудня, к себе в поместье, чтобы обсудить одну, интересную вам обеим, тему.

Лей очень низко поклонился, однако на колени вставать перед моей женщиной не стал и назвал ее не госпожой, а гэйвэйрэйтэ. Я уже достаточно хорошо разбирался в подобных тонкостях и понимал, что в этом приглашении и в самом поведении Лейхио был не то чтобы вызов, но заострение внимания на довольно низком происхождении Юйшайры. Похоже, Айрин тоже не пылает к Юйше особой любовью. Странно, чего они не поделили между собой?

— Я принимаю приглашение твоей госпожи, — процедила «гэйвэйрэйтэ Лийвэйрис» сквозь зубы, и Лей, еще раз низко поклонившись, вышел, подмигнув мне на прощанье.

Понятно, что настроение у моей женщины тут же полностью испортилось, и пострадал из-за этого я. Меня потащили в парикмахерскую и потом в ночной магазин, чтобы выбрать подходящую случаю одежду. Я, правда, попробовал уточнить, что у Юйши самой с платьями «на выход» очень напряженно, но мне залепили подзатыльник и я заткнулся — только поругаться нам перед сном не хватало. Я и раньше-то знал, что умный мужчина должен уступать своей женщине в мелочах, чтобы получать то, что ему действительно нужно. А здесь, на Венге, это правило работало на все сто процентов. Хочет она сделать из меня конфетку к завтрашнему выезду в гости — пусть делает.

27 ЙАКШИЭН 330 ГОДА:

Стив

Мы прилетели на десять минут раньше, но Лейхио тут же вышел нам навстречу и с поклоном пропустил в дверь Юйшу, потом шлепнул по заднице меня и, обогнав нас на лестнице, повторил все тоже самое возле двери на мужскую половину дома.

Юйшайра смешно нахмурилась, когда стало понятно, куда ее ведут. Ведь сначала мы прошли коридор с комнатами, потом миновали небольшое ответвление к гаремному залу, который был открыт и в нем толпились парни, старающиеся незаметно поздороваться со мной, потом снова коридор с комнатами и наконец — дверь в апартаменты Айрин. Это я знал, что госпожа Вайнгойрт отличается некоторыми странностями и не придерживается многих традиций, основная из которых — проживание женщины на женской половине дома. И она сама, и ее личная телохранительница, и любовница Лейя живут вместе с мужчинами и не слишком переживают по этому поводу. А для Юйши то, что ее принимают на половине дома, в которой живут наложники и спецы, наверное, было дополнительным оскорблением ко вчерашнему приглашению. Я решил тихо просветить ее, пока она не натворила глупостей. Я чуть ускорил шаг, чтобы оказаться прямо сзади, и прошептал почти в самое ухо:

— Юй, Айрин живет здесь, а не на женской половине… Она тебя действительно к себе в гости пригласила, а не в комнату для приема посторонних.

После этих слов Юйшайра слегка расслабилась, и у меня перестало создаваться ощущение, что она случайно проглотила палку, выходя из аэрошки.

В гостиной нас ожидал накрытый для чаепития стол и две мило беседующие женщины. Одна, естественно, была Айрин, а вот вторая очень напоминала Лайру. Вернее, Лайра была похожа на нее, потому что сидящей в кресле женщине было явно за сорок, хотя и выглядела она очень ухоженной. А вот кудрявый парнишка у ее ног был заметно младше меня, но смотрел на нее с таким обожанием во взгляде, что сразу становилось понятно: они — пара. И явно не мать и сын, потому что внешнего сходства не было ни малейшего. Да и не смотрят так на мать… В основном — не смотрят. Возможно, я на свою смотрел так же, никогда не видел себя со стороны, но обычно к матерям относятся не так восторженно…

При виде нас женщина встала с кресла и подошла ко мне, потом обернулась к Юйше: «Вы ведь не против, дорогая?» и, не дожидаясь ее ответа, взяла меня за подбородок и посмотрела своими синими-синими глазами прямо мне в душу: «Значит, ты и есть тот самый отважный зверек… Интересно…»

Я не очень был согласен с тем, что я — зверек, но спорить не стал, мы же ведь были на людях и, по договору, я должен был вести себя как приличный воспитанный венговский мальчик. А я и так, похоже, уже слегка напортачил, не упав сразу от двери на колени. А ведь даже Лейхио устроился на полу, у ног Айрин, слегка потеснив Мышонка-Айрта.

Чтобы как-то реабилитироваться, я решил изобразить шоковое состояние от увиденной неземной красоты и старательно отзеркалил на лице выражение кудряшки. При этом стал медленно-медленно опускаться на колени, опустив взгляд в пол.

— Стив, я уже говорила, что образ ангелочка тебе не идет, — рассмеялась Айрин, делая одновременно приглашающий жест рукой для Юйши, — Юйшайра, можете смело располагаться на диване или на кресле рядом со мной. Вы ведь не будете возражать, если мы станем обращаться друг к другу по имени? Думаю, с госпожой Клаусийлией вы знакомы… Все-таки ваш личный раб приходится ей племянником, пусть и двоюродным.

В запасниках своей памяти я аккуратно отложил вопрос к Юйше: «Кто такой личный раб?» и быстренько переполз поближе к ней, воспользовавшись тем, что госпожа Клаусийлия слегка отвлеклась, прощаясь с хозяйкой дома:

— Ну что ж, дорогая, не буду мешать вашей беседе. Можешь меня не провожать, — улыбнувшись и кивнув на прощание всем присутствующим женщинам, она повернулась в сторону приподнимающегося с пола кудряшки, — Юйлайнэ, беги поболтай с Дэйнишем. У тебя есть время до ужина.

Когда парочка вышла, Айрин внимательно посмотрела на Юйшу:

— Я слышала, в вашей команде образовалась вакансия второго пилота…

Юйша

— Я слышала, в вашей команде образовалась вакансия второго пилота…

У меня просто сердце от радости в пятки ушло. Если эта выскочка сейчас на блюдечке с голубой каемочкой принесет мне второго пилота, я, наверное, прощу ей все, начиная от того большого процесса годичной давности.

— Да, действительно, мой второй пилот сейчас не в самой лучшей форме и, возможно, уже никогда не будет летать. Так что я в поиске подходящей кандидатки…

— Ну, кандидатки у меня, к сожалению, нет, — ответила Айрин, а я постаралась, чтобы мое разочарование было не очень сильно заметно, — зато есть прекрасный кандидат. Он еще не закончил Академию, но опыт полетов у него уже есть…

Глядя на улыбающееся лицо собеседницы, я едва сдерживалась, чтобы не вскочить и не сбежать из этого дома, где так изощренно надо мной издеваются. Стийв положил свою голову мне на колени, взглянул мне в глаза и прошептал одними губами: «Юй, она тебе своего второго мужа предлагает! Соглашайся!»

Я задумалась. Клаусийлию Альцейкан я знала прекрасно. И, кроме того, что она была двоюродной тетушкой Зэйха, она еще была подругой и наперсницей Первой Госпожи Венги. Конечно, вся аристократия знакома между собой и, возможно, ее приезд в гости как раз передо мной — случайность. Но я не вчера родилась и в курсе, что случайности среди Старших госпожей первых двадцати Домов — бо-о-ольшая редкость.

Мне пытаются всучить вторым пилотом мужчину — конечно, это практически оскорбление, но этот мужчина — второй муж Старшей госпожи Пятого Дома. И предлагают мне его сразу после того как без меня о чем-то мило пощебетали с госпожой Альцейкан. Матерь Всего Сущего, как я ненавижу интриги и политику, кто бы знал! Все эти подковерные игры меня раздражали, потому что я совершенно не умела в них играть. У меня для таких развлечений была Лайссайниа, которая и сама себя обдурить не позволит, и других вокруг пальца обведет. Но сейчас Лайссы рядом не было, а Стийв советовал соглашаться, и моя интуиция тоже…

— Вы же понимаете, Айрин, мужчина на корабле — это такая редкость…

— Конечно, Юйшайра, я прекрасно понимаю, — мне снова снисходительно улыбнулись, — приметы, традиции, отношения с командой… Но на вашем корабле ведь уже планируется наличие одного мужчины, Стива. Возьмите второго, не пожалеете! По крайней мере, попробуйте, ненадолго, пока не найдете ему подходящую замену. В моем муже вы можете быть полностью уверены — он вас не предаст.

Да, последний аргумент был решающим. В конце концов, что я теряю?! Мне же не подсовывают совсем неопытного юнца, я надеюсь. От него требуется лишь подстраховывать Пойлю, чтобы та могла спокойно выспаться. Сиди себе рядом с автопилотом и контролируй, чтобы лампочки мигали правильным цветом и в правильном порядке. Один-два полета, пока я ищу подходящую женщину…

— Хорошо. В этот полет я готова взять с собой кого угодно, разве что на слоногемота не согласна — вес слишком большой. Если ваш муж сумеет влиться в коллектив и понравится моему первому пилоту… конечно, как пилот… — Тут я начала борьбу с жутким желанием рассмеяться от всей абсурдности ситуации. Нет, я была уверена в своих девочках — они не будут кидаться на чужого мужа. И все же… мужчина на корабле… молодой симпатичный мужчина на корабле… — Но моя команда привыкла себя во время полета вести довольно раскованно, а тут постоянный соблазн перед глазами. Могут и по заднице хлопнуть, — я тут же представила, что еще сможет сделать Пойля, когда узнает, что у нее напарник-мужчина, и улыбнулась — ну вы понимаете…

Айрин усмехнулась:

— Я похожа на наивную девочку? Я прекрасно понимаю, что ждет моего мужа. Мне лишь важно, чтобы его не пытались использовать не по назначению и не оскорбляли. Все остальное Мий в состоянии пережить.

Стийв не выдержал и хмыкнул.

— А вы ему на форме девиз вышейте: «Я тут как второй пилот, а не как мужчина».

Я строго взглянула на своего мальчика, подавшего голос без разрешения, но Айрин весело рассмеялась:

— Это шутка в стиле Эйна. Ты попал под дурное влияние моего брата, Стив…

Стив

Когда женщины наконец-то «ударили по рукам», Юйше решили показать «товар», и Лейхио сходил за Мийлийяшем. При виде меня он засиял своей широкой улыбкой в пол-лица, потом засмущался и, опустившись на колени, подполз к Айрин и начал косо посматривать на своего будущего капитана.

Юйшайра с некоторым удивлением изучала Мийя, как будто ожидала увидеть кого-то совсем другого, потом произнесла:

— Он чем-то похож на Стийва, вы не находите?

Айрин отрицательно помотала головой:

— У меня абсолютно безобидный мальчик, преданный и послушный. Правда, Стив тоже преданный, но уж точно не безобидный и далеко не всегда послушный. И внешне они похожи только стрижкой и ростом. У них даже цвет глаз разный.

Юйша, нахмурившись, посмотрела сначала на меня, потом на Мийя:

— Странно… Но в первый момент мне показалось…

Юйша

Я не стала настаивать, но второй муж Айрин был похож на мое солнышко не только ростом и стрижкой. У них еще было едва уловимое сходство в чертах лица. Перепутать их, естественно, было невозможно, а вот принять за дальних родственников — запросто. Забавно…

— А ваш второй муж венговец по рождению?

Айрин, склонив голову чуть на бок и поглаживая мальчишку по щеке, ответила:

— Нет, по отцу он инопланетник.

Что ж, вполне возможно, их сходство просто случайность. Но и шанс того, что мальчишки родственники, тоже есть. Хотя какая, Матерь Всего Сущего, разница? Я готова была думать о чем угодно, только не о том, как я завтра сообщу моим девочкам, что с нами полетят двое мужчин. Конечно, про одного они уже были в курсе, но вот появление второго будет для них полной неожиданностью.

28 ЙАКШИЭН 330 ГОДА:

Стив

Мы встали с солнцами, быстро умылись, Юйша, состроив сложное выражение лица, застелила кровать (Я договаривался играть роль воспитанного наложника, а не домохозяйки. И у нас часто возникали небольшие недопонимания, при выяснении моих обязанностей. Кровать я убирать не любил…), потом я схватил свою и Юйшину сумку, и мы перебежками двинулись в сторону стоянки аэрошек. Сначала в одном ресторанчике попили тайшу, потом, в другом, набрали мешок пирожков и сэндвичей, потом, на ходу уплетая горячие бутерброды, пересеклись с остальными членами команды, живущими в Венгсити, наконец-то плюхнулись в аэрошку и полетели в сторону Космопорта.

Я приготовился выслушивать, как Юйша скажет своим женщинам, что у них вторым пилотом какое-то время будет парень, но она молчала. Вздохнув и смирившись с мыслью, что цирк будет попозже, я уставился в окно.

Было странное чувство легкой грусти, как будто я улетаю… из дома. Удивительно, но я, похоже, привык к Венге. Не к ее порядкам и нравам, а к самой планете: зелени лесов, маленьким домикам, иллюзии мира и уюта… Хотя, почему иллюзии? Для женщин тут был рай. Это мужчинам приходится его обеспечивать, причем, к сожалению, не материально.

Шумной и постоянно увеличивающейся толпой мы прошли по всему Космопорту. У терминала перед взлетной полосой нас ждал Мийлийяш. Один. Я почему-то наивно думал, что Айрин придет его проводить. И тут же понял, что она правильно поступила, не сделав этого. Мий выглядел слегка напуганным, но больше, конечно, взволнованным. Главное, он не выглядел «маменькиным сынком».

— Это еще что за красавчик? — Джейнни подозрительно уставилась на Юйшу. Остальные замолчали, разглядывая Мийя и поглядывая краем глаза на капитана и старпома. Первой заподозрила недоброе Пойля:

— Кэп! Только не говори мне, что он вместо Хайуры, а то я тут же на месте кончусь от смеха…

При этом симптомов приближающегося конца у Пойли не наблюдалось. Скорее, она была недовольная и возмущенная.

— Знакомьтесь, девочки. Это Мийлийяш Вайнгойрт и он действительно будет какое-то время вместо Хайуры. Пока мы не найдем женщину, которой сможем доверять, как человеку и специалисту.

Джейнни хмыкнула. Пойля, сплюнув, ломанулась через терминал, рыча что-то про то, что в мире все с ума посходили. Лайсса, проходя мимо Мийя, ущипнула его за щеку: «Милашка какая…» Остальные просто ехидно улыбались, поглядывая то на мелькающую вдалеке спину Пойли, то на Мийлийяша.

— Кэп, ты если решила на корабле бордель сделать, хоть предупредила бы…

Юйша

— Кэп, ты если решила на корабле бордель сделать, хоть предупредила бы…

Джейнни строго смотрела на меня, явно не одобряя. Я взглянула в сторону мальчишки Вайнгойрт. Он стоял, покусывая нижнюю губу и кидая взгляды то в землю, то в стороны, но при этом внимательно слушая наш разговор. Не знаю, зачем Айрин выдала нам своего второго мужа на растерзание. Может быть, в наказание за что-то, а может, и правда, какой-то новый закон готовится, и мы с ним вместе — подопытные кролики. В то, что мне выдали этого парнишку просто так, я не верила — аристократки «просто так» мужьями не разбрасываются.

— На корабле все обговорим, Джей. Он летит с нами и летит вторым пилотом. Это не обсуждается.

Джейнни еще раз неодобрительно посмотрела на меня и прошла через терминал на взлетную полосу. За ней, пропустив сначала вперед мальчишек, мимо терминала прошла и я.

Стив

Мий волновался так, что даже не улыбался. Когда мы подошли к нашему кораблю, он уважительно присвистнул: «Как новенький…» и быстро поднялся внутрь. Прямо с сумкой он вбежал в кабину пилотов и застыл.

Единый интерфейс управления, набор терминалов, гордо мигал на него всеми лампочками. Мийлийяш опасливо подошел и провел ладонью по сенсорному экрану рядом с креслом второго пилота:

— Тля…. На тренажерах у нас даже просто кнопочные были, но я не думал, что такую древность еще используют… А виртуальных шлемов с дистанционным управлением тут нет?

Я пожал плечами, с усмешкой наблюдая за тем, как Мий крутил головой в разные стороны и восхищенно присвистывал.

— Да… Здорово! Это ж какая практика! Никакой автоматики вообще, почти все от человека зависит! Человек против автопилота, гы!

И тут Пойля, увидевшая, как мы ломанулись в ее святая святых, быстро зашвырнув свою сумку к себе в каюту, подлетела к нам. Оттерла меня плечом от двери в коридор:

— Иди к Юйшайре, Стийв. Мне с этим пареньком побеседовать надо. Наедине, — злорадно ухмыляясь, она захлопнула дверь перед самым моим носом. Я успел только подмигнуть Мийю, который испуганно-затравленно моргнул мне в ответ, пытаясь снова вернуть на лицо улыбку.

Юйша

Проблему с Джейнни и Лайссой я уладила довольно быстро:

— Мне хотелось сделать вам сюрприз. Правда же, получилось?

Девочки переглянулись, нахмурились и перевели взгляд на меня:

— Кэп! Сюрприз — это что-то приятное, — медленно, тщательно проговаривая слова, произнесла Джей. Но Лайсса все испортила восторженной репликой:

— Но муж у этой Вайнгойрт такая лапочка, просто ах! Как она согласилась отпустить такую пусечку с нами?

— Сама не знаю, — ошарашила я подруг. — Вообще, мне все это очень не нравится. Но отказать ей я не могла, вы же понимаете? После того что она сделала для Стийва…

Девочки сочувственно покивали. И тут в кают-компанию как раз влетел мой мальчик:

— Юй… Ой, простите, госпожа… Пойля заперлась с Мийем в кабине пилота. У него есть шансы выжить, как вы думаете?

Мы втроем просто согнулись пополам от хохота, потом, всхлипывая от смеха, Джейнни попыталась выдавить:

— Минимальные… Но если выживет, мы наконец-то взлетим…

И тут по громкой связи зазвучал голос Пойли:

— Корабль готов к взлету! Кэп, жду твоей команды.

Стив

Вечером я, опередив Юйшу минут на десять, прошмыгнул в каюту, быстро принял душ и устроился на своей кровати. Когда она вошла, я изобразил примерно такой взгляд, каким встречал ее каждый вечер, уже больше месяца назад. Улыбнувшись, Юйша крадущейся походкой подошла ко мне и нежно, за запястья, завела мои руки за голову, одновременно переворачивая меня на живот. Внутри тревожно заныло — я рассчитывал все-таки на более-менее традиционный секс, а меня, судя по всему, собирались отыметь в задницу. Нет, я, конечно, сам первый начал эту игру, но…

— Юй…

— Тихо, — прошептала она мне в ухо, обжигая своим дыханием. — Я остановлюсь, как только ты скажешь. Но пока просто лежи и наслаждайся… — и ее губы начали скользить по моему позвоночнику. Мурашки побежали по коже от возбуждения. Она то целовала, то просто выдыхала и при этом спускалась все ниже и ниже… И когда ее язычок прошелся между моих ягодиц… я сдался и расслабился… Ведь это же была моя Юйша, а не кто-то из мужчин.

Юйша

Я удовлетворенно упала на кровать, рядом со Стийвом. Он сыто потянулся, обнимая меня и уже почти засыпая, пробурчал:

— В следующий раз такое извращение только через месяц, не раньше…

32 ЙАКШИЭН 330 ГОДА:

По внутрикорабельному было то самое пакостное время, которое на далекой Земле когда-то назвали "собачьей вахтой". Цифры таймера в центральной рубке неторопливо перетекали от отметки «02.00» дальше, к «03». За центральным пультом управления сидела вахтенная, первый пилот судна Пойляйрионора. Конечно, по старой традиции, самое тягостное время суток, требующее не столько виртуозных навыков пилотирования, сколько усердия, неизменно отводилось менее опытному второму пилоту, но кто в здравом уме доверит самостоятельное командование кораблем и всей вахтой какому-то мальчишке?! Экипаж еще только привыкал к мысли, что среди них на равных(!) трудится пилот-мужчина. Хотя пока все неудобства от этого ощутила на себе лишь Пойля, лишившись своей традиционной привилегии ночного сна. Компанию ей сегодня составляла абордажница Бейрайхейна, которая откинулась в кресле, нагло закинув свои весьма мускулистые ноги на место второго пилота. Косые взгляды Пойли, возмущенной таким попранием негласного этикета обитателей командного отсека, Бейра игнорировала с великолепной невозмутимостью, в той или иной степени присущей всем обитательницам абордажной палубы.

В попытке обмануть полудрему, которая коварно перетекала в крепкий сон, были в труху перетерты все подходящие для беседы темы, от новомодного балета, в котором мужчины танцуют вместе с дамами, до последних новинок вооружения. Были обсуждены любимые мужчины и способы их воспитания, виды на урожай родных хуторов и перспективы апгрейда любимого корабля. Самое активное участие в беседе принимала Сийгри, которую судьба-злодейка, в виде Джей, определила на вахту в двигательный отсек, из-за чего беседа трех леди удачи имела вид селекторного совещания.

Бейра уже в пятый раз совершала паломничество к новенькому кофейному аппарату, который матово блестел в полумраке рубки, когда несильный толчок покачнул палубу и горячий кофе обжег ей руку. Тут же подраненным слоногемотом взвыл баззер боевой тревоги, на мгновение перекрывшийся громким хлопком. Все присутствующие прекрасно знали, что так звучит заряд пиропатронов, которым абордажные команды пробивают внешнюю обшивку атакуемого корабля.

— Твоего отца! — заорала Пойля, выводя на монитор изображение с камер внешнего вида правого борта.

— Это Трейша! Вот ведь бешеная сука!

Камера бесстрастно передавала, как в коридор перед силовым отсеком буквально ввалилась группа вражеских абордажниц. Вот рослая фигура со всей силы навалилась на тесак, поддев стенную панель, вот та отлетает в сторону, а в открывшийся проем другая уже тянет иглы-шунты. Пойля знала, что именно там проходит центральный кабель, питающий системы управления огнем, главный пост и центральный процессор корабля.

— Твоего отца!!! — в отчаянии повторила она, уже представляя, что сейчас произойдет.

Всего доли минуты понадобились атакующим, чтобы добраться до силового кабеля. Шунты отходили от небольшого короба. Одно нажатие кнопки, и по всей проводке корабля прошел мощный импульс, плавя предохранители, вышибая электроприборы и отключая от перегрузки все системы.

Корабль превратился в кусок мертвого металла, перезапуск системы и начало самодиагностики займет не менее пяти минут.

Тут же загорелись красноватые лампы аварийного освещения и по всему кораблю с громкими хлопками начали падать аварийные переборки, перекрывая и герметизируя отсеки, попутно запирая экипаж Юйшайры, лишая его всякой возможности собраться для отпора врагу. Юйша проиграла этот бой, даже не успев вступить в него.

Бейра неуловимым движением перетекла к входному проему, занимая пост, определенный ей боевым расписанием. В ее руках уже были сжаты два полуметровых тесака, как нельзя лучше подходивших для жаркой рубки в тесноте корабельных галерей. С этого момента и до конца у нее была только одна задача: любой ценой не допустить противниц до центра управления.

— Тля!! Юйша нам бошки поотрывает, если живы останемся!!! Как они ухитрились подойти к нам так незаметно?!!!

— А я знаю?!! — Пойля лихорадочно навьючивала на себя боевую сбрую, снятую по причине ночного безделья. Получалось плохо, потому что одной рукой она безостановочно пыталась набрать код капитанской каюты. — Говорила я Юйше, давай обновим систему обнаружения, нашу рухлядь что "Скутум", что другой генератор маскировочного поля последнего поколения только так обманывает!!! Так нет, уперлась, денег нет, говорит! Продам рыбака, купим себе новый радар. Что за рыбак, с каких это пор какой-то раб будет стоить как новый радар, Адам его знает!!!! Вот и дотянули!!!

До начала перезапуска систем управления корабля оставалось не более трех минут, но Пойля уже понимала, что Трэйша не даст им дождаться этого момента. К своему сожалению, она оказалась права. Уже через несколько секунд плита аварийной заслонки дернулась и медленно поползла вверх. Бейра упала на колени и, взмахнув тесаком, попыталась подрубить ногу кому-то с той стороны, но потерпела неудачу. Ее тесак коротко звякнул, наткнувшись на что-то массивное, а в следующее мгновение под поднявшейся плитой проскользнули две фигуры. Бейра встала на их пути, пытаясь связать их боем, но из-за плеча одной из них проскользнул длинный и тонкий клинок, пробив обороняющейся грудь. Отпихнув падающее тело, атакующие вломились в святая святых корабля.

— Брось клинок!! Не дури!!

Пойля понимала, что ей, пилоту, элите космической вольницы, не выстоять в прямой схватке против абордажниц этой стервы. Но гордость не позволяла ей сдаться вот так, без боя, цепенея от страха, как какой-то зверек перед властной госпожой. Она решительно подняла дагу на уровень груди.

— Брось, не дури!! Глядишь, поживешь еще!!!

Злорадно усмехнувшись, Пойляйрионора сделала первый выпад… И тут красноватый полумрак рубки перечеркнул короткий взблеск. Почувствовав толчок в грудь, Пойля недоуменно перевела взгляд вниз. Под правой грудью в ее теле торчала рукоятка метательного ножа, из-под которой уже начала пробиваться толчками струйка крови. И сразу же пришла боль…

Уже теряя сознание, Пойля скорее услышала, чем увидела, как в кабину вошла Трэйша, тут же начав сыпать приказами.

— Дрэйма, запускай перезагрузку системы и оживи мне эту посудину!!

— Уйльфа, бери своих и начинай зачищать корабль. Не спешите, весь экипаж этой кундейки сейчас сидит по одной-две дуры в каждом отсеке. Поднимай переборки по очереди и вяжи их всей бандой. Одна-две против шестерых — это даже не смешно, за полчаса должны управиться. Политесы особо не разводи, но постарайся без лишней крови. Все, вперед — вперед, время пошло!!!

Глава 22

32 ЙАКШИЭН 330 ГОДА:

Стив

Тикусйо! Сирены, грохот падающих аварийных переборок… Так старательно меня еще никогда не будили.

Подскочив, я увидел стоящую в распахнутых дверях Юйшайру. Подойдя к ней и оглядевшись, единственное, что я смог из себя выдавить: «Тикусйо!» От всего остального коридора нас теперь отделяло две стены, а в каюте напротив никто не жил. Нас было двое против неизвестности.

Вернувшись в каюту, мы молча оделись. Я потянулся за ножом и получил ощутимый шлепок ладонью по руке:

— Против кого ты его применять собрался?

Я нахмурился, но Юйша быстро прижалась ко мне, сильно-сильно, так, что ее волосы накрыли нас двоих, как золотой плащ:

— Если что… Выживи! Сделай все, чтобы выжить, обещаешь?

Я кивнул. Конечно, я сделаю все, чтобы выжить. Выжить и отомстить. Но сначала я сделаю все, чтобы спасти.

— Обещаю. Но без тебя это не имеет смысла. Я теперь гражданин Венги, помнишь? Значит, стану собственностью твоей семьи. Оно мне надо, Юй? Так что давай уж как-нибудь вместе…

— Главное, на рожон не лезь!

Несмотря на ничего хорошего не предвещающую обстановку и легкий мандраж от неизвестности, мне вдруг стало смешно:

— Юй, ты же меня не убила в первый день знакомства, потому что я слишком разумным тебе показался! Не переживай, я извернусь, прогнусь и выживу. А тех, кто меня гнул — отдача замучает…

Где-то недалеко зазвучали голоса, послышался звон металла. Переборки заглушали звуки, но не были полностью звуконепроницаемыми. В соседней с нами каюте жили Лайсса и Пойля, а напротив них — Мий. Пойля, как всегда ночью, должна была быть в кабине пилота… Я сглотнул, прогоняя от себя нехорошее предчувствие. Мий… в драку с женщинами не полезет. Не полезет же?! Тикусйо! Так кто там сражается за стенкой? Неужели Лайсса? Сахарная плюшевая «пусечка»?

«Матерь Их…» Я поднял глаза вверх и наткнулся взглядом на вентиляционную решетку. Тихо показал глазами на нее Юйше. Та кивнула, и я, приобняв ее за талию, поднял вверх и, стараясь не кряхтеть, удерживал, пока она снимала зажимы. Потом опустил ее на пол и, подтянувшись на руках, прошмыгнул в воздуховод. Привстав на цыпочки, Юйша протянула мне решетку, и я, наполовину высунувшись из воздуховода, с изумлением посмотрел на нее.

— Если они меня не найдут, то перероют весь корабль! — Логично, но…

— Юй…

— Закрывайся скорее! — Юйша настойчиво впихнула мне решетку в руки.

— Сама не лезь на рожон… Оставь мне шанс тебя спасти! — я погладил ее пальцы своими, быстро схватил решетку и приставил ее на место. Зажимы я уже защелкнуть не успел, так что чуть отполз вглубь и замер, удерживая… и себя, и решетку… давно мне так не хотелось просто расплакаться…

Сжав зубы, я слушал, как открылась одна из переборок. Как мою женщину куда-то потащили… И вот я остался на этом корабле снова один, на правах крысы. В прошлый раз, правда, у меня на шее еще была Марисоль. Сейчас мне было в чем-то проще.

Тут я услышал голос Мийя:

— Уберите от меня руки!

И, сквозь смех, женский голос:

— Как ты думаешь, это Юйшайра, чтобы не скучать на корабле, наложника с собой таскала?

Потом другой женский голос:

— Сначала развлечемся или сразу Трэйше отведем?

— Трэйша его себе заберет…

В голосе Мийя зазвучала плохо скрываемая паника, хотя смысл фразы был угрожающий:

— Если вы меня тронете, у вас проблемы будут…

Одна из женщин презрительно фыркнула, но вторая согласилась:

— Трэйше может не понравиться, если мы Юйшийного зверька без разрешения полапаем. Думаю, она нам сама его отдаст, когда наиграется.

Мийя повели по коридору, а я тихо пошуршал по воздуховоду за ними следом.

Постучав в капитанскую рубку, одна из женщин вошла туда и почти тут же вышла обратно:

— Ей сейчас не до зверьков! Приказала пока закинуть куда-нибудь…

— Давай на склад, что ли… Он вон открыт и рядом.

Я подождал, пока Мийя запинают на склад запчастей. Потом переждал какое-то время, наблюдая, как в кают-компании затевается грандиозная пирушка. Убедившись, что эти ненормальные намереваются залить адреналин выпивкой, я тихо просочился в святая святых Лайссы. Техника, запчасти, терминал бухучета… И напуганный Мийлийяш:

— Ты предупреждай в следующий раз! Я чуть в штаны не наложил от страха, тля! И так на нервах весь…

— Выдыхай, — буркнул я, одновременно изучая эту свалку на предмет оружия или чего-то на него похожего. С тоской вспомнился нож, который мне не дала взять Юйша. Вот чтобы я еще хоть раз женщину послушался!

— Стийв… А этот терминал подключен к общей системе? — Мий тоже изучал склад, но у него явно были какие-то другие интересы.

— Ну да, вроде подключен. С него Лайсса бумажки свои печатала, накладные, заказы там всякие. Терпеть ненавижу бухгалтерию!

Мий начал колдовать над терминалом, а я еще раз оглядел аккуратно лежащие на полочках мелкие запчасти. Ничего подходящего. Инструменты разве что… Отвертки разные, моток бечевки, леска… Молоточком вон можно кого-нибудь тюкнуть, мало не покажется. Интересно, эти дуры не задумывались просто, что на складе могут храниться молоток и ножовка, да еще и по металлу? Или они мужиков за людей не держат абсолютно?

— Стийв… Я тут карту на экран вывел, смотри, — в голосе Мийя звучало что-то такое, как будто он совершил чудо и прошел по воде, как посуху…

На экране терминала светилась карта корабля и мелькали какие-то странные черные точки. Я присмотрелся повнимательнее. Точки мелькали не хаотично, а двигались, причем их большая часть ползла по коридору в сторону кают-компании. Я вопросительно посмотрел на Мийя:

— Чипы системы контроля доступа, — пояснил он.

Гениально, тикусйо! Эти дурынды поотнимали у нашей команды «проходные» чипы и сами же с ними засветились. У меня в голове начал зарождаться план…

— Мий, а можно как-то определить, куда они всех наших женщин закинули?

— Зачем определять? — Мий усмехнулся одними губами, руки у него слегка дрожали. — Когда им удалось завалить Лайссу… Вчетвером, гы! — Мий не удержался и расплылся в своей коронной улыбке в тридцать два зуба. — То двое пошли к вам, а двое поперли ее на себе в грузовой отсек. Они между собой переговаривались, как будто меня и нет вовсе.

Странно, что Мийя их куриная слепота так удивила, тогда как я к ней уже почти привык…

Значит, наши все в грузовом отсеке, а захватчицы нажираются в кают-компании. Думай, мозг! Думай…

— Смотри, гарнитурки! Старые-старые… Интересно, пашут еще или нет? — Мий крутил в руках пару древних наушников, с жесткой фиксацией на голове, в виде обручей, и с микрофонами, присоединенными гибкими дугами. — Ты же у нас специалист по антиквариату? Как думаешь, сколько им лет?

Я выхватил из рук Мийя технический раритет и уполз в угол…

Они работали! Спустя всего полчаса этот утиль заработал, и оставалось только молиться всем богам, чтобы их зона покрытия уверенно охватывала весь корабль. Мой план окончательно оформился, и мы тихо скучали, выжидая подходящего момента.

И вот народ начал потихоньку расползаться по каютам.

* * *

В правом ухе захрипела гарнитура, и Мий, часто дыша, возбужденно пробухтел:

— Стийви, справа от тебя в каптерке технарей, одна!!!

Голос у него слегка дрожал. Меня и самого потряхивало от предстоящего, что уж говорить о нем, чисто венговском мальчике, собирающемся участвовать в убийстве высшего существа?

— Что вокруг? — выдохнул я в микрофон.

— Чисто, — едва слышно прошептал Мий.

Отлично. Сделав глубокий вдох-выдох, я попытался собраться. Аккуратно отжал защелки, удерживающие вентиляционную решетку, и тихо втянул ее внутрь. Свесив голову в проем, огляделся по сторонам. Не то, чтобы я не доверял Мийлийяшу, но осторожность никогда еще никому не вредила. Из полуоткрытой двери каптерки раздавалось невнятное мычание. Никого. Стараясь не задеть края люка, я опустил ноги в проем, затем повис на руках. Разжав пальцы, почти бесшумно спрыгнул на прорезиненное напольное покрытие. Практически на цыпочках подкрался к полуоткрытой двери и осторожно заглянул внутрь. В тесном помещении каптерки, спиной ко мне, стояла одна из захватчиц, напевая что-то немелодичное и деловито потроша содержимое шкафчиков. Судя по габаритам, это была не абордажница, заношенность ее комбинезона и следы от синтетической смазки на правом плече говорили о том, что, скорее всего, передо мной одна из технарей. Логично, кому как не ей знать о привычках своих коллег. Именно в таких каптерках, неподалеку от машинного зала, переодеваются спецы по двигателям и энергетическим установкам, оставляя в том числе и многочисленные украшения. Значит, пока все остальные празднуют победу, она решила слегка увеличить свою долю трофеев, тайком от команды, понятное дело. Что ж, крыс никто не любит. Разведя концы лески в разные стороны, я практически вплотную навис над женщиной. Есть!!! Резкое движение… и струна затянулась поперек ее горла. Пальцы судорожно скребли по коже, безуспешно пытаясь поддеть леску, но та уже глубоко врезалась ей в шею. Из горла моей жертвы раздавался надсадный хрип. Прильнув к ее телу, я практически синхронно с ней опустился на грязный пол, оказавшись под ней, и оплел ее ноги своими. Вовремя. Уже начались предсмертные конвульсии и судорожные подергивания. Мучительная минута, в течение которой я удерживал свою жертву, не давая ее ногам зацепить верстак со всякой мелочевкой, и вот всякое движение прекратилось. Я осторожно отстранился, встал на четвереньки, заглядывая своей жертве в лицо и пытаясь нащупать пульс на горле. Мертва. В голове стоял дикий шум, сердце колотилось как бешеное. Первый шаг сделан.

Прикрыв дверь и преодолев совершенно неуместный приступ брезгливости, я приступил к обыску. На полу рядом с телом росла горка выуженных вещей. Мое внимание привлек плоский кожаный пенал, явно недешевый. Вжикнув застежкой, я раскрыл его. Дамочка была запасливая до идиотизма, ну кто, скажите на милость, берет на штурм маникюрный набор? Единственными ценными вещами оказались электронный чип доступа, явно содранный с пояса кого-то из наших, по которому она и засветилась, и нож, недурной работы, хорошей стали. На далекой Земле такие ножи называли финскими, они были удобны и для колющих, и для режущих ударов. Универсальный нож — то, что доктор прописал. Проблемы, куда девать тело, не возникало. Благо, женщина была не особо крупная и отлично уместилась в один из выпотрошенных шкафчиков. В другой, на всякий случай, я сгреб все вытащенное барахло. Так будет спокойнее.

— Мий?

— Коридор чист. — Голос Мийя был хриплым, парень явно переволновался, пока я молчал.

— Хорошо, жди.

Еще раз кинув взгляд от порога, быстро подбежал к проему в потолке и, подтянувшись на руках, оказался в узком лазе воздухопровода. Теперь двадцать метров тесноты, три неудобных изгиба, и я уже вываливаюсь в наш с Мийем закуток.

Глаза парня напоминали блюдца, он нервно и часто дышал.

— Не люблю убийства…

— Можно подумать, у нас с тобой есть выбор? — вздохнув, я посмотрел на Мийя. Конечно, он был в шоке. Он помогал убить женщину… Если честно, мне и самому было противно. Но если не мы их, значит, они нас. Так что выбора у нас точно нет. Никакого, тикусйо!

Я несколько раз провел ладонью перед глазами Мийя:

— Очнись! Переживать потом будем! Давай лучше прикинем, кто будет следующей.

Глубоко вдохнув, парень попытался взять себя в руки.

— Вторая палуба, жилые отсеки. Но там не одна. Их две в одной каюте. Завалились спать минут пятнадцать назад. На второй палубе обычно абордажницы… Как мы их достанем?

Ну, раз стал вопросы задавать, значит, успокоился. Это хорошо. Все-таки приятнее работать, когда напарник не на взводе.

— Что-нибудь придумаю, — подмигнул я и получил легкую улыбку в ответ.

Засунул свежеприобретенный нож за голенище своих полусапожек. Хорошо, успел их надеть, а не босой тут лазаю. Попрыгал. Ничего нигде не звенит. Поправил гарнитуру и полез в люк. Жилые отсеки. Пятьдесят четыре метра, пять чертовых неудобных изгибов-шкуродерок.

— Я пошел, следи, если что — сигналь.

— Понятно.

Вот чего у женщин не отнимешь, так это умения поддерживать порядок. Ни одна из защелок решетки над каютой двух спящих дамочек не приржавела и не скрипнула. Отлично. В кубрике едва светила одна дежурная лампочка, и в тишине раздавался громкий храп одной из спящих. Отчетливый запах перегара недвусмысленно указывал на то, каким образом команда победительниц отмечала успех. Это на руку, но расслабляться нельзя. Вряд ли кто из них пьян слишком уж сильно, все-таки алкоголики в этой профессии долго не живут.

Определился с порядком действий. Первой буду гасить ту, что спит на правом рундуке. Если будет не очень тихо, есть шанс, что из-за храпа ее товарки все пройдет незамеченным. Ну, с богом! Примерился, где у нее должно быть сердце, и резким движением воткнул финку в тело, одновременно другой рукой накрывая ее полуоткрытый рот. Практически бесшумно. Черт, я уже сам себя боюсь! Храп соседки не прервался ни на минуту. Что ж, здесь все проще. Одним плавным движением я провел лезвием по горлу. Тикусйо!! Насчет «попроще» я погорячился. Из перерезанного горла толчками вытекала кровь. Очень неприятное зрелище. Но в целом, получилось на удивление удачно. Большую часть крови впитает в себя матрац, а высокий порожек не даст ей вытечь в коридор, привлекая ненужное внимание. С трудом сдерживая тошноту, я тихонько позвал:

— Мий?

— Стийв, все спокойно, рядом никого нет, возвращайся.

Уже не таясь, я осмотрел оружие убитых. Нет, длинные клинки абордажниц мне ни к чему, остановлюсь на том, что есть.

Еще плюс две женщины на счету. Итого: минус три.

Обратный путь до склада я проделал уже на автомате. Тикусйо! Скоро привыкну ползать по этому воздуховоду так, что по коридорам ходить разучусь. Мий встретил меня относительно спокойно, то ли втянулся, то ли просто перегорел.

— Ну как?

— Нормально, только вот по пути назад локоть ушиб, ноет, зараза.

Мий протянул мне микроскопическую баночку с маслом. Они что, постоянно его с собой таскают? Типа, всегда готов? Мне что, тоже обзавестись такой привычкой, раз я теперь мужчина с Венги? Сидя на каком-то агрегате, я втирал масло в локоть и наблюдал за Мийем. Тот смотрел на экран, методично клацая по клавишам, то уменьшая, то увеличивая карту корабля. Выискивал очередную цель. Боль в саднящем локте постепенно уходила.

— Ну что там? Долго мы тянуть не можем, рано или поздно отсутствующих хватятся, начнется паника, нас вычислят мигом.

— Стийв, вроде есть, но я не очень уверен. Их трое, и они не спят.

— Кто и где?

— Явно технари, в машинном отсеке, две копошатся у резервного маневрового, а одна что-то в распределительном щитке делает.

Я задумался. С одной стороны, трое. С другой — не бойцы, технический персонал. Конечно, на кораблях у этих пираток не божьи одуванчики летают, но они же под драку не заточены абсолютно, также как и я. Но у меня будет преимущество в неожиданности.

Я вспомнил видео с подпольных боев, на котором была заснята схватка венговской амазонки и отставного сержанта Планетарно-Десантного Корпуса с Харшаса. Он ей даже тени шанса не оставил, в первом раунде уложил. Не ожидала амазонка от мужчины такой пакости…

Ладно, надо поторапливаться, время не ждет. Машинный, так машинный.

Уже привычный лаз воздуховода, семьдесят метров, пять изгибов, два уровня вниз.

Впереди через решетку пробивается свет из машинного отделения. Одно хорошо — все звуки надежно перекрывает ровный гул маршевого двигателя. Если не особо зарываться, то никто и ничего не услышит. Через щели видно двоих, что-то делающих у резервного маневрового двигателя. Одна из них стояла, уставившись в экран планшета, что-то изучая, другая с головой ушла в недра раскрытого кожуха, оставив снаружи только филейную часть. Весьма недурственную, я бы сказал, филейную часть. Так, где третья?

— Мий? Не вижу третьей, где она?

— Стийв, — зашептал голос Мийя в правом ухе. — Она у распределительного щитка, за углом.

Что ж, пора действовать. Аккуратно вылез из люка, прикрываясь от возможных наблюдателей корпусом основного двигателя. Первой буду делать одиночку. Перед загибом коридора я встал на колени и осторожно выглянул за угол. Так меньше риска быть замеченным. Предосторожность оказалась излишней, техник стояла лицом к стене, вернее, к висящему на ней электрощитку, выдирая оттуда какие-то расплавленные блоки. Мать вашу Сущего, да у нее еще и гарнитура в ухе торчит, поновее моей лет так на десять. А если ее товарки услышат? Как быть? Гул двигателей скроет шаги и посторонние шумы. Теперь точно придется делать ставку на внезапность. Уже почти привычно примерился, дождался, когда она закончит говорить, и сделал резкий шаг вперед. Левая рука легла на лицо, практически сминая ее губы в горсть, правой резкий удар под лопатку. Тело под моими руками содрогнулось. Готово. Минус одна. А вот теперь все решает скорость. Низко пригибаясь, почти на полусогнутых рванул к оставшимся двоим, огибая их по крайнему проходу среди агрегатов. Вышел к ним практически за спиной у той, что смотрела результаты тестов на планшете. Они еще не поняли, что происходит, вторая еще даже не вылезла из недр движка. Ее товарка озабоченно щелкала по горошине микрофона, пытаясь дозваться до замолчавшей подруги. Пора. Еще один удар, и тело начало оседать, задев при этом ноги третьей захватчицы. Оттолкнув падающее тело, я подскочил к пока еще беззащитной спине вылезающей и резко всадил нож между позвонками. Вытащил ее за ноги и перевернул лицом вверх. Тикусйо! Она еще жива, но парализована. Преодолевая тошноту, я зачем-то накрыл ее глаза своей ладонью и воткнул ей нож в сердце. Меня мутило. Так, не время для сантиментов. Отдышавшись и сплюнув вязкий ком горечи, я схватил тело, оттаскивая его в глубину отсека, за самый дальний ряд, туда, где не падает свет. Теперь вторую. Очередь их коллеги у щитка. Готово. Оружие меня не привлекло. Единственное, что взял — чипы доступа, кто его знает, какой от чего, зато в куче будет мультипасс.

Ну вот. Еще три. Всего минус шесть.

— Мий?

— Стийв, все тихо, давай назад.

С тихим щелчком встала на место решетка вентиляции, пора ползти назад, в относительное спокойствие нашей с Мийем каморки.

Сидя в уютном полумраке склада, я перебирал в памяти последние часы. Меня ощутимо потряхивало, перед глазами стояло миловидное личико той, последней. Красоту ее лица нарушала лишь тонкая струйка крови, сбегающая из уголка ее губ. Тикусйо! Тяжело смотреть в глаза тому, кого убиваешь. Поганое ощущение. Ладно, рефлексировать будем потом, в спокойной обстановке и рядом с Юйшей.

Дерьмово то, что народу в команде у этой суки слишком много, раза в два побольше, чем у нас. Так что некогда заниматься психоанализом.

— Мий?

— Подожди, Стийв, дай мне еще пару минут.

Пара минут растянулась в добрый десяток, за это время я успел сгрызть все галеты из, бог знает каким чудом, оказавшегося здесь полевого пайка. Галеты оказались каменными, но консервы из этого пайка явно были просрочены еще до моего рождения, лучше воздержаться.

— Мий, ну что там?

— Кажется есть, четверо в одной каюте, спят. Но по галерее кто-то прошел, не понятно, это вахтенная бродит, или она тоже спать пошла?

— Уже нет времени выжидать, с каждой секундой шансы быть обнаруженными только растут. Где они?

— Жилые отсеки, похоже, каюта абордажниц.

— Пожелай мне удачи, я пошел.

Попрыгать, поправить нож. Лаз встретил уже привычной теснотой, благо, ползти не далеко и жилые отсеки расположены на этой же палубе. Несколько минут спустя я уже рассматривал внутренности кубрика через щели воздухозаборника. Четверо, по виду боевики. Спят. Выжидать некогда, надо действовать. Защелки, вновь порадовав своей ухоженностью, мягко выпустили решетку из захватов. Плавно соскользнул на пол кубрика. Слева, две спят, раскинувшись на спине. С них и начну. Отбрасываю одеяло, наваливаюсь на спящую, закрывая ей рот и вбивая нож в ямку над ключицей. Первая. То же самое проделываю со следующей. Вторая. Поворачиваюсь к правому ряду и …. встречаюсь глазами с третьей амазонкой. В ее глазах еще стоит сонная муть, но рука уже тянется к рукоятке абордажного тесака.

— Зверек? Откуда? — громко спрашивает она.

Я бросился вперед, она успела громко вскрикнуть, прежде чем мой нож перерубил ее горло. По правому боку бессильно соскользнул ее клинок, не успевший набрать силу замаха. Ти-ку-сйо! Четвертая абордажница уже сидит в кровати, выпутывая ноги из одеяла и сжимая в руках оружие. Вытащив нож из хрипящей жертвы, я кинулся на последнюю, пытаясь увильнуть от опускающегося на мою голову палаша. Почти удалось. Левую руку обожгло болью, но я подобрался настолько близко, что длинный клинок ей уже не поможет. Рефлексы бойца не позволили ей выпустить ставшее бесполезным оружие, но ее рука уже пошла на перехват моего ножа. Подняв свою руку еще выше, я провел нож над ее сжимающейся ладонью и буквально вбил его в левый глаз. Нож, проломив заднюю стенку глазницы, вошел в ее мозг и намертво застрял. Шум падающего палаша показался мне оглушающим грохотом. Тикусйо!!! За дверью кубрика послышались шаги, а в ушах встревоженно заверещал голос Мийя:

— Стийв, к тебе идет вахтенная, наверное, что-то услышала, гадина!!!

Нож отказывался вылезать, очевидно, зацепился гардой за какую-то кость. Подхватив валяющийся палаш, я метнулся за дверь, ручка которой уже начала поворачиваться. Сердце бухало как барабаны симфонического оркестра, в ушах стоял гул, адреналин перехлестывал через край, заглушая боль в левой руке. Занеся оружие над головой, я ждал, гадая, войдет ли вахтенная в кубрик или сразу поднимет тревогу. Очевидно, одержанная победа и отсутствие явных противниц несколько расслабили экипаж, вахтенная распахнула дверь и по инерции сделала два шага в глубь комнаты, подставляя мне свою незащищенную спину. Бинго! Вложив в удар все силы, я резко опустил оружие на не ожидавшую удара противницу. Отточенный клинок вошел в ее тело как в масло, разрубая кости, и застрял где-то на уровне груди. Готово. Теперь закрыть дверь и приложить к ней ухо.

— Мий?

— Поблизости никого, система экстренного оповещения тоже молчит.

Отлично.

На этот раз я прошел по грани. Бойцы абордажной команды — это не беспомощные техники. С их опытом рукопашных схваток прямое столкновение для меня — верная гибель.

Клинок предпоследней убитой легко прорезал рукав куртки, практически стесав кожу с моей левой руки. Рана обильно кровоточила, но была не опасной. Рука горела от боли. Но я потратил еще минуту, и все же вытащил нож. Потом, подхватив какую-то сумку, я выгреб в нее все содержимое аварийной аптечки, висевшей слева от входа. Рану будет нужно обработать, иначе мне придется очень плохо. Кинув последний взгляд на залитый кровью кубрик, я втянулся в ставший уже родным узкий лаз. Теперь поставить решетку на место и вперед, то есть назад.

Обильно поливая кровью внутренности воздуховода, дополз до нашего кубрика.

Мий почти полностью взял на себя мой вес, вытягивая мое тело из люка.

— Ну, как ты?

— Нормально. Суставы целы, сухожилия тоже, только выглядит страшно.

Плеснув мне на руку из фляжки, Мий смыл кровь и принялся густо наносить какую-то вонючую смесь из принесенной мною аптечки.

— Что это за гадость? — я заткнул здоровой рукой нос и отвернулся.

— Гадость… Это специальная мазь на основе иши. Через недельку, если выживем, рука будет как новенькая.

— Выживем, — машинально уточнил я. Да, права была подружка Лейхио, какая-то у них шаманская медицина, но, тикусйо! до чего действенная!!

Оставив меня в покое, Мий снова развернулся к монитору, сосредоточенно закусив губу. Было видно, что его что-то сильно тревожит.

— Эй, ты чего так напрягся?

— Понимаешь, на кораблях Венги вахта обычно длится четыре стандартных часа, исключений почти нет. А мы здесь с тобой уже почти три часа возимся. Еще час, и поднимется шум. А мы пока еще даже половину не уничтожили.

Тикусйо, об этом я не подумал! Но мой напарник, похоже, вошел во вкус…

— И что ты предлагаешь?

— Вот смотри, — Мий вновь повернулся к экрану. — Вот здесь пустой трюм, в следующем порту должны были загрузиться. Наверняка туда всех наших и согнали. Если вытащить их оттуда, то сможем застать команду захватчиц врасплох. Только есть одно "но". Дверь в этот отсек охраняют две абордажницы, и они не спят.

С одной стороны, Мий прав. Численный перевес я все же уже отрегулировал, так что скрутим, как миленьких. Неожиданность, опять же…

Но… Тикусйо! Прямая схватка с двумя мастерами рукопашного боя — это то, чего я и опасался. И ведь это единственный шанс выйти из ситуации относительно малой кровью. Риск, конечно, велик, но зато одним махом решит нашу проблему. Я крепко задумался. Мий терпеливо ждал, глядя куда-то под ноги.

— Ладно, будем рисковать, другого шанса я не вижу. Давай обстановку в деталях.

— Ну, они не спят, болтают между собой, в эфир вроде не выходят. За их спиной дверь, ведет в небольшой тамбур, за этим тамбуром тот самый трюм, где сидят все наши. Люк выходит именно в этот тамбур. Дверь в трюм открывается только снаружи. В таких трюмах, бывает, еще и живой товар перевозят. Зато дверь из тамбура в коридор открывается с двух сторон.

Понятно. Значит, придется вылезать в тамбуре, открывать трюм, а потом как-то убирать охрану от выхода. В противном случае две фехтовальщицы в четыре клинка никому не дадут выйти за дверной проем, а там тревога и все, все наши старания коту под хвост. И снимать их придется мне. Наши штурманы в этом деле не мастера, а плечистые тетки из абордажной группы тупо не пролезут по коммуникациям. Очень мило.

Благодаря мази боль в руке почти не чувствовалась, зато и сама рука плохо ощущалась, будто она заледенела в холодной воде.

— Мий, я пошел. Если получится, это последний заход, дальше пускай Юйша с командой разбираются.

Время поджимало, еще полчаса, и в галереи выйдет новая смена. Так, вот и люк над тамбуром. Тамбур пуст. Вылезаю и тихо-тихо начинаю откручивать штурвал переборки. Ни скрипа, ни заеданий. Надо будет обязательно сказать Юйше, какая она молодец и ее команда тоже. Кораблик у них просто в идеальном состоянии.

Наконец переборка откатывается в сторону, открывая мне вид на наш доблестный экипаж, сидящий вдоль дальней стены. Руки каждой из них прикручены к стальному пруту-поручню, огибающему весь трюм на уровне пояса. Вот, значит, как перевозят рабов? Так ведь руки затекут… Тикусйо! О чем я сейчас думаю?!

— Стийв?! — Юйша сидела второй с краю, с удивлением глядя на меня. — Солнышко, ты как здесь оказался?!

— Я тоже очень рад тебя видеть! — Перешагнув через ноги Джей, вытянутые вдоль прохода, я сел практически на колени к Юйше, дотягиваясь до карабина ее наручников. Ее руки, освободившись, тут же упали мне на спину. Еще бы, почти три часа в таком положении, как она их вообще чувствует? Я коротко чмокнул ее в щеку.

— Отстегивай своих, и приходите в себя… И… Юй, там, за дверью, стоят две вооруженные стервы. Я уберу их оттуда, вы всей своей компанией выходите и зачищаете корабль. Они почти все спят.

Юйша с легким стоном растирала затекшие руки.

— А вахта?

— Вахта уже не в состоянии нам помешать. Юй, не тормози, времени мало.

— Как ты их уберешь, это бойцы. Лучше притащи нам несколько клинков.

Мда, об этом я не подумал.

— Юй, некогда ждать, когда вы придете в себя. Справа от выхода каюта — там точно есть пять полных комплектов вооружения. Разберетесь как-нибудь. — Про пять трупов в той же каюте я скромно умолчал.

Встав, я походя расстегнул наручники Джей и прошел в тамбур. Громкий шепот Юйши нагнал меня уже возле люка.

— Стийв, придурок, немедленно вернись!! Лучше я попробую убрать их оттуда.

Ага, сейчас. Не чувствуя затекших рук, с финкой против двух фехтовальщиц, вооруженных длинными тесаками? А куда я без нее потом? Нет уж, лучше я сам.

— Юй, потом я опять буду послушным зайкой, обещаю! А пока сделай то, что я прошу.

И, не слушая ее возражений, уже ставшим привычным движением втянулся в лаз. Итак, финишный рывок.

В щели решетки я видел, что прямо подо мной стоит одна из двух сторожей. Вторая стоит к ней спиной. Все, время ожидания истекает. Только напор и натиск! Вываливаюсь головой вниз, прямо на макушку стражницы. Левой рукой цепляюсь ей за плечи, пытаясь удержаться от падения на пол, правой тыкаю ножом ей по сонной артерии. Вместе с ней падаю на пол и резко выбрасываю ногу влево, пытаясь подбить ноги второй охраннице. Нога находит пустоту, а затем мне в ребра приходит мощный удар. Пытаюсь вскочить, но прямо между лопатками мне в спину упирается что-то очень и очень острое. Перед моими глазами появляется пара крепких башмаков от штурмового скафандра.

— Так, так, и кто это у нас здесь? Надо же, какой резвый зверек. Зайту убил? Вот гаденыш! Надо же, человек в сотне боев побывал, таких, как ты, тысячи перепродала, а погибла под ножом недобитой зверушки… Вот ведь судьба. Ладно, руки за спину.

На моих запястьях щелкнули наручники, и сильная рука потянула меня вверх. За волосы. Больно, тикусйо!! Разозленная бабища толкнула меня в спину.

— Давай, пошел!! Сейчас отведу тебя к Трэйше, пусть она с тобой разбирается.

Я шел, опустив голову, но внутри меня разливалось тепло. Получилось!! Дверь осталась без присмотра, сейчас Юйша с командой выйдет из трюма, и еще посмотрим, на чьей улице грузовик с вейдже перевернулся!!!!

Глава 23

32 ЙАКШИЭН 330 ГОДА:

Стив

Меня привели не в кают-компанию, а в капитанскую рубку. Я так привык видеть здесь Юйшу, Джейнни и Лайссу… Ничего! Тикусйо! Скоро все снова станет как раньше! Но сейчас в рубке витал запах перегара и сидела сука-Трэйша и еще одна баб…ища, явно ее старпом. Мои глаза, непроизвольно, широко распахнулись: впервые мне встретилась на Венге бритая налысо женщина, да еще и такой комплекции. Пойля нервно дышит в углу от зависти!

— Кэп! — меня с силой толкнули на пол, на колени, при этом заламывая руки за спину. — У нас по кораблю бегает зверек без присмотра. Мало того, эта тварь убил Зайту! — меня пнули ногой в бок, но не очень сильно.

— Сколько ты ему заплатила за ее убийство, Файтх? — криво усмехнувшись, лысый прокаченный монстр двинулся в мою сторону. Мне резко захотелось потеряться, раствориться, слиться с полом…

Смачно рыгнув мне в лицо, существо женского пола за волосы потянуло меня вверх. Стоящая сзади Файтх продолжала удерживать меня за запястья, тоже вытягивая руки вверх… И вдруг пол резко ударил меня по лицу, до искорок из глаз, а руки как будто выдернуло из суставов.

— Прекратите! — громкий возмущенный голос Трэйши перекрыл звон в моих ушах. — Я же приказала запереть его! Надежно! Почему эта крыса шныряет по моему кораблю, как у себя дома?! Как он мог убить Зайту?!

— Ножом, кэп, — спокойно уточнила Файтх, а Трэйша в ответ издала что-то очень похожее на злобный рык.

Эйфория, усталость, боль… Все смешалось, не давая мне сосредоточиться на реальности. Я расслабленно витал в облаках, думая только об одном: «надо продержаться немного, и меня спасут». Почему-то все происходящее начинало меня смешить, но я понимал, что если я только улыбнусь — это будет мой конец.

Тут дверь отворилась, и в каюту ввалился кто-то очень запыхавшийся:

— Кэп! Команда Юйши освободилась… Зачищают корабль!

Меня опять схватили за волосы и опять ударили головой об пол, на этот раз хотя бы не выламывая руки:

— Как ты это провернул, сученыш?! — Трэйша не говорила, а рычала. Но так как она при этом еще и ударила меня носком сапога в живот, я даже плечами пожать не смог в ответ. Согнувшись пополам от боли, я утешал себя тем, что сейчас уже вот-вот появится Юйша и все наконец закончится.

— Кэп, а откуда здесь еще один зверек? — вдруг, с интересом в голосе, спросила та, кто стояла у меня за спиной и тяжело дышала. Она подошла ко мне, продолжая пыхтеть, и, дернув за волосы вверх, заставила посмотреть ей в глаза. Еще пару таких рывков, и я стану лысым, как монстр…

Я попытался сфокусировать взгляд. Баба как баба… Прокаченная, крупная…

— Как еще один?! — где-то слева от меня прозвучал рык Трэйши.

— Но это не тот, кого мы на склад запирали, кэп! Похож, но не он, — пропыхтели ей в ответ рядом со мной.

Нецензурная брань отборного качества, вперемешку с указанием привести второго зверька, хлопок двери, продолжение нецензурной брани, пинание меня ногами… Я продолжал витать где-то далеко. Барабанная дробь в ушах недвусмысленно сигнализировала о том, что у меня снова не все в порядке с головой. Хотя, после всего пережитого, у меня в любом случае с головой были бы проблемы. Будь у меня с ней в порядке, я бы тут такую резню не устроил…

Хлопок двери, и рядом со мной на колени падает Мий:

— Стийви!

Наверное, я не очень хорошо выгляжу, раз в его голосе, кроме сочувствия, слышен еще и приглушенный ужас. Плевать! Куда запропастилась моя женщина?

Трэйша, похоже, тоже думала примерно о том же…

— Ну что ж, теперь у нас на руках двойной козырь против Юйши. Файтх, Кэйрри — по двум сторонам двери. Сейчас эта стерва явится за своими зверушками, — она была так довольна, что даже вспомнила, как надо нормально разговаривать.

Потом подошла к Мийю и, слегка наклонившись, удовлетворенно и почти ласково промурлыкала:

— От тебя пахнет страхом, крысеныш, это правильно!

Потом я почувствовал, как она зыркнула на меня.

— Дрэйма, — все было в легкой дымке, но чтобы не разглядеть лысого монстра, двинувшегося в нашу сторону, надо было быть совсем слепым, — на тебе первый зверек.

Возле моей шеи блеснул нож. На душе стало как-то пусто и тускло. Устал я все-же ужасно… И физически. И морально. И эмоционально. Устал так, что почти не ощущал, что из носа течет кровь, верхняя губа разбита, лоб… Наверное, шишки будут… Если будет будущее… То в нем у меня на лбу будут шишки. А если нет… Но хоть повеселился напоследок!

Дальше все как-то слишком быстро произошло, да и вижу я спиной плохо. Хотя в том состоянии, что я был, и так ничего не разглядел бы.

Два синхронных всхрипа, удары палашей об стены, потом падение чего-то на пол… Два раза. И почти одновременно с этим хруст кости, и монстр падает с застрявшим в голове тесаком, а Трэйша, матерясь, роняет нож и хватается за плечо.

Где-то почти рядом звенящий от возмущения и такой родной-родной голос Юйши:

— Джейнни, ты же могла ранить Стийва!

Я чувствую, как наконец-то кто-то снимает с меня наручники. И оборачиваюсь, чтобы уткнуться Юйше в живот.

— Солнышко мое, что с твоим лицом!

Жалость ко мне, гнев к тем, кто так со мной поступил, волнение… И еще что-то такое, ради чего и стоит жить. Все смешалось в ее голосе…

Краем глаза я вижу, как Трэйшу аккуратно теснят в угол две наших абордажницы, и слышу, как та рычит как загнанный зверь. И я понимаю, что мне страшно. Пока она будет жива, я буду бояться. Не за себя, за свою женщину.

— Юй, что ты собираешься с ней сделать? — спокойно спрашиваю я, шаря рукой по полу в поисках оброненного Трэйшей ножа. Мий уже давно встал с колен, и мне никто не мешает…

— Отдать ее семье, пусть они решают…

Загнанный зверь не просто рычит, он пытается огрызаться:

— Я сейчас перестреляю всех, к праотцам!

По тишине вокруг я понимаю, что происходит что-то непредвиденное. Медленно встаю и оборачиваюсь в сторону Трэйши. Она стоит в углу и держит Юйшу на прицеле, при этом с ненавистью глядя на меня:

— Иди сюда, зверушка! Медленно. Ты ее слабое место, и я заберу тебя с собой. Я не буду тебя убивать, не буду продавать. Буду развлекаться с тобой так, как твоей бывшей хозяйке отсутствие воображения не позволяло. Вы ведь не будете рисковать кораблем ради какой-то зверушки, правда, девочки?

Абордажницы сделали по шагу назад. Скей при этом виновато посмотрела на меня. Но я и так понимал, что кораблем, а значит, жизнью всех выживших, ради кого-то одного никто жертвовать не будет. Хотя лица у женщин такие, как будто они готовы рискнуть. По крайней мере, они обдумывают план и переглядываются между собой.

Я прохожу мимо них, опустив голову и смотря в пол. Кровь из носа капает на пол, и я вытираю ее рукавом свободной руки. Ту, в рукаве которой спрятан нож, я держу прижатой к телу. Как будто бы на виду. Как будто бы в ней ничего нет. Иллюзия. Я весь одна сплошная иллюзия беспомощности, потерянности и безысходности.

Левой рукой Трэйша обхватывает меня за шею, прижимая к себе спиной. В правой она продолжает держать пистолет. Криво усмехнувшись, с вызовом смотрит на Юйшу. Но Скей по-прежнему не отводит взгляда от меня. Одними губами я шепчу ей: «Отвлеки». И палаш Скей с грохотом падает на пол, а палаш Гойны в ту же секунду рубит по вытянутой руке Трэйши. А я, вывернувшись, засаживаю нож прямо ей в сердце.

Слегка пошатываясь, я снова вытираю кровь рукавом, глядя, как закрываются глаза той, кто хотела испортить моей женщине жизнь. Теперь я могу спать спокойно.

Меня качает как-то особенно сильно, и я падаю… Чувствуя, как чьи-то руки ловят меня у самого пола и слыша голос Скей:

— Кэп! Твое солнце на сегодня закатилось…

Юйша

Скей и Гойна отнесли Стийва к нам в каюту, помогли мне его уложить на кровать и раздеть. Потом девочки, вместе с остальными, ушли приводить корабль в порядок, а я присела ненадолго рядом с моим солнышком. Полюбовалась на него, радуясь тому, что он жив. Потом встала и сходила в ванную комнату, принесла оттуда тазик с водой и полотенце и отмыла его лицо, руки… стараясь не намочить рану…

Вытащила из своей тумбочки банку с иши и аккуратно втерла пальчиками живительную мазь в разбитый лоб, скулы, переносицу… заодно пощупала и убедилась, что ничего не сломано.

Стийв тихо застонал.

— Тш-ш-ш… Мой хороший… — я ласково погладила его по волосам. Еще вчера они лежали густой пышной шапкой, тщательно выравненные парикмахером под одну длину, открывая скулы и притягивая взгляд к чуть выглядывающим мочкам ушек, которые так и тянуло или укусить, или поцеловать. Сейчас это были спутанные, слипшиеся, мокрые прядки…

— Юй…

— Да, я здесь, мое солнце, спи! — я едва коснулась своими губами уголка его губ, чтобы не причинить лишнюю боль… и мой мальчик послушно уснул.

А мне надо было идти заниматься делами. Интересно, сможет ли Мий перепроложить курс и приземлиться на Гаркумзе. Только там нам удастся спихнуть венговский корабль без всяких вопросов и за более-менее приличную стоимость. На Ммирзе мы засветимся почти сразу, а на Харшасе и Диспонте нам дадут гроши, пользуясь нашим безвыходным положением. Ведь корабль Трэйши, после ее покушения на Хайуру, был объявлен в межгалактический розыск. А я хотела отдать как можно больше денег семьям Бейры и Сийгри. У Сийгри маленькая дочь и никакой близкой родни. Значит, девочку надо будет пристроить под надежную опеку, а мужа… Сийгри обожала своего мужа, который был вдвое старше ее. Ему уже было к пятидесяти и, конечно, по-хорошему, его положено было отправить в приют, но… Решу позже! Сначала Гаркумза. Там же сожжем тела всей команды Трэйши и ее самой, а пепел развеем по ветру — стандартный ритуал для космопилотов.

Проходя по коридору, я заметила, что дверь в соседнюю каюту приоткрыта. Тихо заглянув, я увидела лежащую на кровати Пойлю, вокруг которой колдовала Лайсса, приговаривая: «Ты моя маленькая, лапонька моя… Ты еще оклемаешься… Ты еще всем покажешь! Ты же не оставишь кораблик надолго без присмотра? Что там эти мужики в пилотировании понимают?»

Да. Мужик и пилотирование. Интересно, где сейчас мог находиться Мий?

Своего второго пилота я нашла на боевом посту, с кружкой тайшу в руках, причем явно не первой, осоловелым взглядом смотрящим на терминалы.

— И что ты там видишь?! — громко спросила я.

Мий вздрогнул, плеснув тайшу на одежду, повернулся в мою сторону:

— Ой! Госпожа Юйшайра… Вы со Стийвом точно идеальная пара! Он тоже не так давно напугал меня до икоты… Автопилот я перенастроил на старый курс. Вроде бы уже минут пятнадцать все нормально. Я думал немного вздремнуть. Прямо здесь. Только все равно страшно… А в команде есть кто-нибудь, кто сможет меня подстраховать? Ну, чтобы если вдруг автопилот собьется с курса, сразу пнуть…

— Найдем. В принципе, я могу каждые десять минут заглядывать и проверять. Мне сейчас от тебя надо, чтобы ты сменил курс. Сможешь?

— Гы! Спрашиваете! Конечно, смогу…

Глаза парнишки заблестели в предвкушении чего-то, мне недоступного, но для него явно очень важного.

Я выдала название планеты. Мий тут же нашел ее на карте. Побухтел про себя что-то типа: «Мы тут. Она тут. Тут звезда. Там дыра». И вот на экране появились три волнистых красных линии от одной точки до другой.

Мийлийяш гипнотизировал их взглядом минут пять. Потом довольно хмыкнул:

— Самый короткий путь — пять переходов, один из них непроверенный. Самый надежный — три перехода. Ну и есть еще самый длинный, но вообще без переходов.

Пойля обожала непроверенные переходы, а Хайра их побаивалась, потому что раз ошиблась в расчетах, и мы вылетели буквально перед носом у коллапсирующей старой звезды. Пойля тогда мгновенно отреагировала и просто наугад, не глядя, сделала еще один непроверенный прыжок. Потом мы два дня играли в игру «Мама, где я!», и мне она очень не понравилась.

— Непроверенные переходы будешь делать, когда первый пилот придет в себя настолько, чтобы сидеть здесь и следить за тобой. А сейчас полетим по… — я замолчала, смотря, как исчезает счастливый блеск в глазах Мийя, — самому надежному.

Парнишка снова довольно улыбнулся и, повернувшись к терминалу, начал вводить координаты переходов. А я пошагала дальше, к техникам.

Стив

Было замечательное состояние, когда ты еще не проснулся полностью, но уже слышишь все вокруг и понимаешь, что выспался и полон сил. Осталось только как-то победить свою лень и открыть глаза. Но как раз это делать было рано — рядом со мной разговаривали, и тема была довольно интересная.

— Кэп! Девочки влегкую поверили, что это ты приказала своему мальчишке сделать все возможное, чтобы освободить нас. Но я-то не такая наивная. Я видела, как легко он пришил Трэйшу. Причем совершенно без твоей команды. Скей говорит, что он очень удачно помог ей и Гойне создать подходящий для убийства момент. Они считают, что все так и было задумано, и это ты ему на ухо посоветовала сделать. Нам всем проще верить, что эта резня произошла под твоим благословением, но у меня есть сомнения. А уж Айрин Вайнгойрт точно на эту сказку не поведется. Стийв спас всех нас, но при этом он стал опасен для Венги. Если вскроется правда, наложника, у которого руки в крови женщин даже не по локоть…

— Правда не вскроется, Джейнни! Мы летим на Гаркумз. Там продаем корабль. Сжигаем трупы. Рассыпаем пепел и забываем. Все забываем.

— Кэп, но мы-то сами все выжили.

— Благодаря ему!

— Да успокойся ты, никто не спорит, что он молодец у тебя! Не надо его защищать от меня или от других членов команды. Мы все будем старательно делать вид, что он у тебя ручной. Такой ручной зубастый зайка. Когда звереет — всех рубит в крошку. А потом снова зайка. Предупреди его только, что какое-то время ему надо быть пушистым-пушистым, чтобы девочкам было проще себя убедить, что нам все это приснилось. Пять трупов там, три трупа сям, два трупа тут… Труп абордажницы сразу под дверью… Все это было сделано маленьким ручным зайкой-няшей по приказу большого серого волка-Юйши.

Я просто почувствовал, как Юйшайра улыбается… Потом хмурится… А Джейнни закончила свою мысль:

— Мы все поверим. Но второй парень сразу, как только мы сядем на Венге, доложит все Айрин. А у нее, как я понимаю, и так уже есть на твое солнце компромат? Конечно, она не пойдет выдавать нас за убийство, потому что тогда она своего мужа подставит. Но теперь нам придется оставить его на корабле в обязательном порядке, без вариантов. — Джей сделала паузу… потом пробурчала: — Что-то я волнуюсь и все не могу сказать тебе самое главное. В общем, ты же помнишь, убивать других женщин во имя спасения своей — для этого надо или иметь серьгу в ухе, или браслет на бицепсе, или клеймо на груди. Стийв же у тебя простой наложник.

Сережку в ухе, конечно, особенного дизайна, носили те, кто получил разрешение на ношение огнестрельного оружия и имели право быть телохранителями своих госпожей. Браслет на бицепс — это у них тут аналог обручального кольца для мужчины. А вот клеймо на груди, интересно, что означает? У Зэйха оно было. Небольшое такое, аккуратное, как отпечаток печатки.

— Я хотела большую церемонию… Как положено. Гулять всем хутором… — Юйша грустно вздохнула.

— Купи ему браслет, одень тут, я и Лайсса подтвердим, что ты сделала это чуть ли не в первый день полета. А церемонию тебе никто устраивать не запрещает. Вернешься на Венгу и отгуляешь. Главное, защити его сейчас.

Джейнни выдохлась и замолчала. Юйша тоже молчала. Я лежал, закрыв глаза и думал о том, какой я был идиот. Она всегда хотела выйти за меня замуж, только ей надо было сделать из этого событие, как всем женщинам. Белое платье, шикарный аэролимузин, лучший ресторан в городе, золотые кольца, много гостей и реки шампанского. Ну, или как там у них обычно свадьбы проходят?

— А ты что обо всем этом думаешь, Стийв? — Юйша ущипнула меня за бедро, и мне пришлось открыть глаза.

Юйша

Мой ручной зайчик старательно делал вид, что спит, но его выдавали изменившееся дыхание, подрагивающие ресницы и слишком старательная неподвижность.

— А ты что обо всем этом думаешь, Стийв? — я легонечко ущипнула его и в ответ на его возмущенный взгляд состроила самое невинное выражение лица, на которое была способна. — Подслушивать нехорошо!

— Накажешь потом? — улыбнулся этот паршивец. Губа у него стала заметно меньше, хотя, конечно, была еще значительно больше данных природой объемов.

На лбу, скуле, по брови, короче, почти по всему лицу были синяки и ссадины. Но завтра уже все должно было пройти. Единственное, что меня серьезно беспокоило, это рука. Надо будет ее перевязать. Но сначала моего мальчика обязательно надо было отправить помыться и вымыть голову.

— Я задала тебе вопрос, Стийв! — строго взглянула я на него, нахмурив брови.

Это избалованное мною самой безобразие хихикнуло и тут же нарисовало на лице преданно-безмозглое выражение:

— Простите, госпожа, я не очень хорошо его расслышал. Что именно вы у меня спрашивали?

Джейнни сидела на стуле возле кровати и, уже не скрываясь, ржала во весь голос, держась за живот и всхлипывая от смеха.

Стийв похлопал ресничками, глядя на меня, и мой старпом снова согнулась в диком приступе хохота:

— Мальчишка хочет, чтобы ты ему официальное предложение сделала, кэп!

— Поняла уже, — усмехнулась я. И приказным тоном выдала Стийву: — Тогда сначала под душ и вымыть голову. Таким свинушкам официальное предложение не делают!

— А у вас разве не обещают любить всегда, везде и в любом состоянии? — с интересом уточнил мой мальчик, встав с кровати и направляясь в сторону ванной комнаты.

— Любить я тебя буду любого, а предложение хочу сделать чистому. Иди уж, умойся хоть! — все-таки умеет мое солнце поднимать мне настроение. Правда, портить ему тоже удается весьма неплохо.

Стив

Я не только умылся, но и принял душ, шипя сквозь зубы, когда вода попадала мне на раны и ссадины. Привел в порядок голову и даже зубы почистил. Потом обмотал вокруг бедер полотенце и вернулся к Юйше и Джейнни в каюту.

Женщины сидели такие торжественные-торжественные, изо всех сил старающиеся не улыбаться. Юйшайра подошла ко мне, я приосанился, чувствуя, как полотенце медленно начинает сползать вниз:

— Так как единственный родственник женского пола это твоя сестра, Марисоль, я получила от нее согласие на наш брак, Стийв Гарсиа. Поэтому с этой минуты ты становишься моим мужем, и теперь ты Стийв Лийвэйрис.

Тикусйо! И это все? Вся романтика? И теперь я должен кипятком писать от счастья, что ли? Не, я против!

— Юй, давай по-другому все сделаем… У вас все как-то быстро очень.

Я покрепче затянул полотенце на бедрах, потом продефилировал в сторону своей тумбочки, где у меня лежала маленькая коробочка с купленным тайком от Юйши колечком. Клиентки предпочитали платить наличными, и я честно оставлял себе 40 % прибыли. На колечко, не совсем такое, как я хотел, конечно, но тоже очень красивое, мне вполне хватило. Даже сдача осталась. На красивую коробочку.

Я повернулся к продолжающей стоять в центре комнаты Юйше, медленно подошел и опустился перед ней на колени. Официальное предложение я уже давно придумал и выучил наизусть, так что теперь оставалось только чуть подправить мысленно и с чувством произнести:

— Любовь очень эгоистичное чувство, особенно, когда она настоящая. Ради любви я выбрал жизнь на этой планете рядом с тобой, по твоим правилам. Ради любви я готов рисковать жизнью, спасая тебя. Потому что без тебя я буду несчастен всю оставшуюся жизнь. Я очень сильно люблю тебя, Юйшайра Лийвэйрис. Согласна ли ты взять меня в мужья и быть рядом со мной в печали и радости, в счастье и в горе, в здравии и болезни, в богатстве и бедности? Готова ли ты принять мою защиту и оберегать меня, принять мою поддержку и стать моей опорой? Готова ли ты верить мне и в меня, доверять мне и никогда не обманывать мое доверие? Готова ли ты принять меня в свое сердце и позволить мне хранить его? Готова ли ты жить со мной вместе долго и счастливо, пока смерть не разлучит нас?

Я стоял на коленях и смотрел вверх, на лицо своей женщины. Она замерла, покусывая губы, и глаза у нее блестели то ли от восторга, то ли от слез… Вот она выпрямилась и чуть ли не с вызовом посмотрела на сидящую сзади меня на стуле Джейн. Потом запустила пальцы мне в челку, убирая волосы назад…

— Надо ответить «Я согласна»? Или можно просто «Да»? — голос у Юйши слегка дрожал, но она улыбалась.

Я пожал плечами и тоже смущенно улыбнулся:

— Можешь просто кивнуть… Но «Я согласна», конечно, правильнее всего.

— Тогда… Я согласна, Стийв. Я согласна взять тебя в мужья и… Больше всего на свете хочу, чтобы ты был со мной и мы жили долго и счастливо.

Пристально смотря в глаза своей женщине, я протянул ей на ладони коробочку, приоткрыл ее другой рукой и уточнил:

— У нас принято носить кольца, всем. И мужчинам, и женщинам. У вас принято надевать на мужчину браслет. Я с радостью надену его для тебя, как знак того, что я твой. Но… пожалуйста, давай ты будешь носить на пальце это кольцо. Для меня.

— Как знак того, что я твоя? — Юйша улыбалась, а в глазах ее все-таки блестели слезы. Потому что одна слезинка сейчас сбегала по ее щеке вниз. Моя женщина потянула руку к колечку, но Джейнни за моей спиной, очевидно, подала ей какой-то знак, и Юйша, вынув его из коробочки, не стала сама его надевать, а протянула мне. Я взял ее левую руку, поцеловал пальчики и надел колечко на безымянный.

Юйша

Стийв надел на меня колечко, почти минуту любовался, удерживая мою руку, потом поднял на меня взгляд. Сказать, что у него глаза светились восторгом, было бы не совсем правильно. Он светился весь. Он был безмерно доволен, безраздельно, он просто излучал удовлетворение.

— Ты моя… Правда? — прошептал он тихо-тихо, так, чтобы Джейн не услышала.

Я растрепала его еще влажные волосы и легонечко щелкнула по носу:

— Это ты мой. Мое солнце. Хотя… Я твоя, да.

— Жена… — выдохнул он.

— Госпожа, — усмехнулась я ему в ответ.

Потом наклонилась, обняла, поцеловала где-то рядом со скулой, потому что на лице живого же места не оставили, гадины! И тихо на ухо прошептала:

— И жена тоже… твоя.

Глава 24

14 МОЙИЭЛЯ 330 ГОДА:

Юйша

Мы вернулись на Венгу спустя долгих три недели. Свою задержку на восемь дней мы объяснили неожиданно появившимся срочным заказом — наши родные и близкие привычны к подобным непредвиденным ситуациям. Версию для Мийлийяша, вернее, для Айрин Вайнгойрт я, Джейнни и Лайсса тщательно отрихтовали, а потом, между делом, «проговорились» Мийю. Зная, что парнишка выдаст своей жене все дословно и без запинки. Я видела, как он смотрит на нее по редким сеансам видеосвязи, заглядывала к нему в каюту, в которой висела большая фотография Айрин в полный рост, и пару раз наблюдала, как он читает письма от нее, точнее, уже перечитывает. Мий был влюблен в свою госпожу, как мальчишка. Надеюсь, мое солнце через несколько лет брака тоже будет любить меня так же сильно, как сейчас.

Браслет Стийву я надела уже на Венге, в день приезда. Не успев даже пообедать, только закинув сумки с вещами в нашу комнату, я потащила его в ювелирный магазин и позволила выбрать из пяти приглянувшихся мне, один, единственный, сразу оказавшийся у него на бицепсе. Как он ему шел! Легкий, воздушный, всего в три пальца толщиной, он был не цельной ковки, а ажурной вязью ласково обвивал руку моего солнышка. Размер даже подгонять не пришлось — как на моего мальчика и делали.

Я при продавщице и еще троих покупательницах надела на Стийва браслет, а потом прижала его к себе и обняла, спрятала от чужих глаз. Мой! Весь, целиком. Вместе с мило пылающими кончиками ушей, завивающимися сзади короткими локонами волос, смущенной улыбкой и с удивительно ясным спокойным взглядом серо-голубых глаз. Глядя на него, невозможно поверить, что чуть больше недели назад он в одиночку вырезал половину команды Трэйши.

Потом мы полетели на хутор, и я представила всем Стийва, как своего мужа. Конечно, родители расстроились и попросили провести брачную церемонию по всем правилам. А я сидела и делала вид, что мне этого абсолютно не хочется и соглашаюсь на все, только чтобы порадовать мать и отца. А внутри все пело и замирало — пусть весь хутор видит, как я помечу моего мальчика. Пусть все соседи знают, что он не просто наложник и игрушка, а законный муж…

Когда я пошла совещаться с Лийз насчет даты, она предложила сыграть сразу две свадьбы. Мою и Тойна с Марисоль. Для хутора, конечно, это было более выгодно, а мы… Я и Стийв точно ничего не теряли, так что тетушка получила мое согласие и пообещала сообщить завтра выбранный для свадеб день.

Узнав, что Марисоль выходит замуж в один с ним день, мое солнце начал зачем-то перетряхивать свой кошелек и потом с грустным лицом уселся на кровати:

— Не хватает…

Стив

Стоимость обручальных браслетов с ценой колечек, конечно, была не сопоставима. Я собрал в кучу всю наличку, которая у меня была, и плюхнулся рядом с ней на кровать.

Юйша с легким удивлением следила за моими действиями, потом уточнила:

— На что тебе не хватает, солнышко?

— Ну не Тойн же будет сам себе браслет покупать? — фыркнул я, прикидывая, где быстро можно было бы заработать. Ну, например, в мастерской что-нибудь починить можно, наверное… — Юй, мы домой ночевать поедем или тут останемся?

— Домой… — судя по голосу, удивление у моей женщины из легкого становилось все тяжелее и тяжелее. — Но если ты хочешь остаться…

— Я в мастерскую схожу? С ребятами поболтаю? Часика на два-три, нормально? А ты пока тут, с семьей… — я попытался сделать как можно более непринужденное выражение лица, но Юйша, нахмурив брови, смотрела на меня выжидающе.

— Я с семьей уже поговорила. И ты, что характерно, с Марисоль уже тоже успел пообщаться.

Ну да, парой слов перекинулись. Чужая она какая-то совсем стала, отдалилась. Конечно, ведь теперь я ей был не нужен, да и мне, если честно, легче жить без этого камня на шее. Но на браслет для мужа я же должен был ей денег дать!?

— Юйш, ты не придумывай себе ничего только, ладно? Мне просто не хочется, чтобы сестра браслет Тойну за счет его же семьи и покупала. Это как-то совсем неприлично получится.

— Стийв… А с чего ты решил, что у нее нет своих денег? — все так-же пристально глядя на меня, уточнила Юйша.

Я задумался.

Юйша

Стийв поднял на меня задумчиво-вопросительный взгляд:

— А откуда..?

— Она живет на хуторе, следит за детьми, играет вечерами на пианино, обучает двух девочек из соседнего хутора рисованию… Поверь мне, солнышко, у нее хватит денег на браслет для Тойна.

«Вот дурашка ответственная», — впервые я подумала об его заботе о Марисоль без всякой ревности, только с легким налетом умиления.

Спустя два дня после «великой резни», как мы окрестили с девочками этот день, после того как мы все слегка выдохнули, Лайсса утащила меня в кают-компанию и заговорщицким шепотом спросила: «Ну, теперь-то ты понимаешь, что он тебя больше, чем Марисоль, любит? Он ведь мог нас всех переубивать, когда мы его корабль захватили…»

Такая мысль почему-то даже не приходила мне в голову, и только после того как подруга мне ее озвучила, я задним числом испугалась так, что даже испарина на лбу появилась. А ведь и правда… Мог же!

Вечером я, еще не успев раздеться, села к моему солнышку на кровать, встретилась с его настороженным взглядом и задала мучающий меня весь день вопрос: «Почему?»

Как он смеялся!.. Я же сидела, смотрела на него с недоумением и ощущала себя маленькой глупой девчонкой. А я очень не люблю выглядеть дурочкой и непонимать, что происходит, поэтому начала злиться.

Стийв сразу это почувствовал, успокоился, извинился…

Стив

— Поверь мне, солнышко, у нее хватит денег на браслет для Тойна, — успокоила меня Юйша. И в ее голосе я услышал нотку сочувствия, что ли. Тикусйо, надо же быть таким наивным идиотом?! Хотя я всегда знал, что Марисоль не умеет быть благодарной, не умеет ценить заботу о себе… Она воспринимала ее как должное, как норму. Человек выделялся из серой массы на то время, пока был ей нужен, интересен, полезен, выгоден, и после этого снова сливался с общим фоном. Через месяц она могла не вспомнить, как звали того паренька, который помог ей с самостоятельной работой по математике, но пока он ей был нужен, он чувствовал себя Богом. Я знал ее с детских лет, никогда не велся на все ее фокусы и ласковое: «Сти-и-ив» сразу автоматом переводил как: «Брат, я сейчас на тебя хочу какую-то очередную проблему повесить». И спасал я ее ради матери, возвращая долг, пусть и посмертно. И прогибался перед Юйшей не только ради Марисоль, но и для собственной безопасности, чтобы не быть проданным на Ммирзе, вместе с другими мужиками.

Через несколько дней после разборок с Трэйшей Юйша подсела ко мне на койку, напряженная такая вся, и спросила: «Почему ты не перерезал нас всех, когда мы захватили твой корабль?»

Я сначала решил, что она шутит, но взгляд у нее был серьезный-серьезный. И у меня случилась натуральная истерика… Спас свою женщину, тикусйо! Выпендрился! Теперь и она, и, наверное, вся команда меня будут бояться, слова поперек не скажут. Хлеб в их присутствии резать не стоит, а то обделаются со страху, если я с ножом к ним повернусь.

Юйшайра злилась, я истерически смеялся, стараясь успокоиться… В конце концов, мне это удалось.

— Юй, родная моя… Я могу убивать только ради спасения своей или чужой жизни, понимаешь?

Присев в кровати, я обнял свою женщину, притянул ее к себе, уткнулся носом в ее волосы…

— … ради чужой, очень дорогой для меня жизни. Только чтобы спасти тебя, Юй… Любой, кто будет угрожать твоей жизни, обречен. Зубами порву, но убью. Чтобы спать спокойно. Наверное, когда дети появятся… То и ради них — убью. А просто так — никогда! Не бойся…

Тикусйо! Зря про детей задумался. Потому что представил наших с Юйшей сыновей, выросших на Венге, и мне стало слегка нехорошо. Но проблемы надо же решать по мере их поступления? Мне надо было успокоить мою любимую женщину. Поэтому я от обнимания и ласкового поглаживания перешел к целованию и медленному раздеванию… Юйша расслабилась у меня в руках, начала отвечать и пытаться, как всегда, перехватить инициативу. И больше мы к этому разговору не возвращались.

И бояться меня никто из Юйшиной команды не стал. Может, и правда, все верили, что я без приказа на людей не кидаюсь?

Но вот я потом всерьез задумался, а смог бы я убить ради Марисоль? И «Да», мгновенно и однозначно, ни сердце, ни разум не ответили. Я убивал, разыскивая ее и вытаскивая из борделя, но не ради нее, а ради матери. Ради того, чтобы выполнить свое обещание. Ради себя и своего собственного спокойствия. А вот именно ради нее… Убил бы, наверное, если бы другого выхода не было. Сестра все-же, пусть и не родная.

Юйша

Наивный мой дурашка понял наконец, что денег на сестру тратить не надо, успокоился, и мы полетели домой.

Как быстро я привыкла называть эти две комнатки в чужом офисе домом… Даже удивительно.

Под дверь комнаты кто-то просунул записку, вернее, приглашение, написанное красивым витиеватым и явно мужским почерком. Это было приглашение к Айрин Вайнгойрт на завтрашний обед, вернее, на полдник, судя по времени. Быстренько это она отреагировала.

Стийв даже не стал интересоваться у меня, что в записке, просто спросил, разбирая кровать:

— Во сколько нас завтра ждут у Вайнгойртов?

Я отложила приглашение в сторону и подошла к моему солнышку, демонстративно растряхивающему одеяло, что, судя по выражению его лица, приравнивалось к совершению подвига. Пожалеть, что ли?

Стив

Тикусйо! Конечно, вечером стелить кровать проще, чем утром ее заправлять, но все равно… Подушки взбей, одеяло расправь… Хорошо, хоть простынь лежит ровно, потому что ее Юйша по утрам поправляет.

Я злобно встряхнул одеяло и выразительно посмотрел на мою женщину. Неужели ей не стыдно эксплуатировать меня таким жестоким образом?! Судя по ее выражению лица — ни капельки… Отвернувшись, я изобразил вселенскую обиду, и меня наконец-то пожалели…

— Солнышко мое! — Юйша прижалась ко мне со спины, пропихнув руки под рубашку, провела ладонями по животу, по груди… обрисовала пальчиками круги вокруг сосков и соскользнула вниз, к бедрам, под ткань штанов…

Дразнится?! Я резко развернулся, дернул молнию комбинезона вниз, вытащил свою женщину из этой спадающей на пол тряпки, туда же через полминуты упали еще два никому ненужных предмета женской одежды. Приподнял Юйшайру, крутанулся с ней на руках и опустил ее на кровать. Туда же упал и сам, потому что моя женщина обхватила меня за шею руками и за талию — ногами. Мы же с ней почти одинаковой комплекции — попробуй удержаться в таком положении? Так она еще и перевернула наш бутерброд, чтобы он маслом, то есть ею, вверх был.

— Сдаешься? — прошептала Юйша нежно мне на ухо, сидя на мне в позе гордой наездницы и пытаясь руками захватить мои, чтобы притянуть их к спинке кровати. Но сегодня никакого настроя сдаваться у меня не было. Поэтому я подождал, пока Юйшины пальчики сомкнуться на моих запястьях, даже позволил ей свести их вместе у меня над головой. А потом резко закинул обе свои руки ей за шею, и, не дав опомниться и разомкнуть пальцы на моих запястьях, перевернул всю целиком под себя. И вот она лежит подо мной, а ее руки прикреплены к спинке кровати наручниками. Выражение ее глаз непередаваемо, и боюсь, что когда освобожу, только поркой не отделаюсь. Но сейчас мне все равно — она моя и подо мной. Но мне этого мало…

Я переворачиваю ее на живот, благо цепочка между наручниками длинная. Юйшайра злобно шипит, как дикая кошка, но я хлопаю ее ладонью между ног, и она от возмущения замолкает, только поворачивает голову, чтобы многообещающе посмотреть мне в глаза. Да мне и так страшно уже, не надо пугать еще больше… Но кураж же! Дурь… Разнообразие, тикусйо! Как это заводит!

Развожу ее ноги, грубо проведя пятерней по нежной розовой кожице. Снова встречаюсь с Юйшей взглядом, и одну руку запускаю ей в волосы, а пальцы второй облизываю… каждый… по очереди… вдыхая запах ее возбуждения, пробуя его на вкус, наслаждаюсь… пока она гипнотизирует меня…

Плюнув на ладонь, провожу ею по члену. Сжав пальцы другой руки, с силой тяну Юйшу за волосы, чтобы она продолжала смотреть на меня, пока я медленно вхожу в нее. Она сама делает движение бедрами навстречу, и, почти выйдя из нее, второй раз я вхожу уже резче. Шлепок бедрами по ягодицам, и снова почти выскальзываю, постанывая от ощущения, как сжимаются ее мышцы в попытке удержать мой член. Юйша, как кошка, выгибается в спинке… насаживается сама… Удивительно, но я уже готов кончить. Еще раз резко вхожу в нее сразу на всю длину… Меня так возбуждает ее сходство с ненасытной дикой кошкой, что я не выдерживаю… наклоняюсь и легонько кусаю ее за шею… Юйша стонет так, что меня просто разрывает, но я сдерживаюсь из последних сил… Наслаждаясь влажностью и пульсацией внутри нее… Тем, что она моя…

— Быстрее, Стийв! — стонет моя женщина…

Даже сейчас она пытается командовать мной. Любимая… Дикая… Страстная…

— И начинай думать о том, что я сделаю с тобой потом! Это поможет тебе кончить…

Сомнительно, тикусйо! Или и правда поможет? Закрыв глаза, продолжаю ритмично засаживать член. Мои бедра соприкасаются с ее ягодицами… Мне нравится это ощущение… Сдерживаться больше нет сил. Тяну Юйшу за волосы и, наклонившись, целую, жадно, властно, как никогда раньше… Она отвечает мне… Потом легко кусает за губу и при этом прогибается в спинке провоцирующе-дразняще. Свободной рукой провожу у нее между ног… ощущаю пальцем возбужденный набухший клитор… и кончаю… чувствуя, как ее мышцы сжимаются на несколько секунд чуть сильнее, и потом она вытягивается на кровати, удовлетворенная и усталая, а я падаю рядом… освобождаю ее руки из наручников и откатываюсь на самый край, готовый сбежать при первых признаках опасности. Но Юйша, облизнув губы, фырчит:

— Завтра… Сейчас я хочу спать…

Вот оно, счастье! Завтра я весь день буду послушным зайчиком, и, может быть, все обойдется, и я выживу.

15 МОЙИЭЛЯ 330 ГОДА:

Стив

Пробуждение было удивительно приятным. Одновременно поцелуй в губы и ласковое поглаживание члена… я расслаблено нежился, но какая-то надоедливая мысль мешалась и зудела в голове… И в тот момент, когда пальчики Юйши начали сжиматься на моем члене, мысль оформилась и я, ужом выскользнув из кровати, мысленно порадовался, что вчера не разозлил свою женщину до желания оторвать мне «достоинство» или попытаться меня за него удержать. Но вообще рисковал я сильно — по возбужденному члену Юйшины сжатые пальчики скользнули очень ощутимо.

— Куда это ты собрался, солнышко, — потянувшись, томно протянула моя женщина, следя за мной взглядом сытого хищника, уже загнавшего добычу в угол и собирающегося поиграть, пока снова не проголодается.

— Я… За завтраком! Сбегаю в соседний ресторанчик, тайшу нам принесу, булочек… бутербродов тебе… Ты же любишь бутерброды по утрам есть…

Юйша

Вот ведь реакция у паршивца мелкого — я только решила от ласки к наказанию перейти, как он с кровати спрыгнул, на личико масочку наивного ягненка надел:

— За завтраком сейчас сбегаю, тайшу с бутербродами принесу…

И только я его и видела. Штаны в коридоре уже надевал, к тому же, судя по грохоту, еще и на бегу, сшибая стоящие вдоль коридора высокие вазы с цветами.

Наивный… Думает, такой мелочью, как завтрак в постель, от меня откупится? После того, что он вчера тут устроил?!

Но наказание пришлось отложить на вечер, потому что на обед мы же приглашены к Вайнгойртам. Интересно, Айрин не проглотила сказочку от Мийлийяша или просто хочет сверить версии?

Стийв подвести не должен — он тоже выучил отредактированный вариант правды на зубок.

Стив

Уф… Тикусйо! Успел! Вечером сам сдамся, мне это зачтется… Накажут изощренно, конечно, но зато точно выживу и ничего не оторвут.

За завтрак мне благодарно улыбнулись и царственно кивнули. Потом мы слегка покрутились у шкафа, но в этот раз собрались к Айрин без ссор и истерик. Мне выдали рубашку белую и штаны новые, купленные на Диспонте. Потом просто причесали тщательно и все. Сама Юйша согласилась надеть нарядное платье, хотя я ожидал, что опять впрыгнет в свой комбинезон и застегнется на все молнии и пуговицы. В льняном платье, ярком, с каким-то геометрическим рисунком (ромбики и квадратики разноцветные), с длинной толстой косой она выглядела такой юной и красивой, что я застыл просто, любуясь. Юйша, выпрямив спину, повела плечиком и, бросив мне: «Ну пошли, что ли…», направилась к выходу. От двери обернулась: «Отомри, Стийв!», и улыбнулась… Тикусйо! Никак не могу поверить, что она моя. Целиком и полностью моя!

Юйша

На крыльце нас встречал все тот же кудрявый мужчина, Лейхио. Поклонившись, он пропустил меня вперед, на втором этаже обогнал и приоткрыл дверь на мужскую половину дома, и снова приотстал, ровно на два шага.

Клаусийлия Альцейкан и в этот раз была в гостях у Айрин, но уходить не собиралась. Наоборот, она поудобнее устроилась в кресле, а парнишка у ее ног свернулся клубочком и положил голову ей на колени.

— Юйшайра, дорогая, мне бы хотелось услышать лично от вас, как все произошло и что такое могут делить между собой две венговские женщины, да еще и капитаны? — фраза была произнесена Айрин, но, судя по кивающей головой госпоже Альцейкан, рассказывать я буду больше для нее.

— Трэйша — сестра моего дяди Мойшэ и тетушка моего второго пилота… Моего бывшего второго пилота. Так что у нас были родственно-дружественные отношения достаточно много лет. И вот я привезла Стийва и…

Я вкратце пересказала историю со статуэткой, потом про то, как Трэйша попыталась напасть на меня прямо у терминалов Космопорта, ну и закончила отрихтованной историей нападения ее команды на мой корабль и массовой резней, устроенной после моего приказа моим мужем и мужем Айрин Вайнгойрт.

— Понимаете, я так и не смогла узнать, в чем причина такой сильной ненависти ко мне. Трэйша начала угрожать, и мне пришлось приказать Стийву ее убить.

— Вам не кажется, дорогая, что ваш мужчина немного опасен? Он так легко убивает… — госпожа Клаусийлия решила вступить в разговор лично.

Я отрицательно помотала головой:

— Он убивает только по моему приказу… В случае с Трэйшей и ее командой у меня не было другого выхода.

— А вашего дядю и его двоюродного племянника тоже вы приказали убить или это была личная инициатива Стийва? — Клаусийлия обманчиво расслаблено откинулась в кресле и с интересом смотрела то на меня, то на мое солнышко. Пока я придумывала ответ, мой мальчик, улыбнувшись, оторвал взгляд от пола и смущенно прошептал:

— Позвольте, я отвечу, госпожа?

Вот не знала бы, что это игра на публику, поверила бы. Сейчас он был именно такой, как на корабле в первые дни нашего знакомства, послушно-покорно-стеснительный. Даже кончики ушек мило алели. После моего разрешающего кивка Стийв, изредка поглядывая на Клаусийлию, выдал:

— Моя госпожа разрешила мне убить своего дядю, если придется выбирать между его жизнью и моей, потому что до этого он пытался убить Зэйха. А второго мужчину я убивать не хотел, но он не оставил мне выбора.

— Как у вас двоих складно получается. Люди гибнут, потому что не оставляют вам выбора, — Клаусийлия усмехнулась, как-то странно глядя на мое солнышко, а я почувствовала, что начинаю злиться. Вообще-то жертвой была я, защищающейся жертвой, у которой оказался припрятан в рукаве ручной зайчик-убийца. А сейчас все выворачивалось таким образом, как будто мы убивали по собственной инициативе, потому что нам так захотелось! К такому повороту я не была готова, поэтому начала приподниматься с дивана, чтобы попрощаться и уйти. Но Стийв обнял меня за ноги и пристроил голову мне на колени, практически повторив позу мальчишки Клаусийлии.

— Ну что ж, дорогая, в отличие от вас я знаю, что именно вы и ваша подруга не поделили между собой. Не зря же мой племянник встречается с родственницей Трэйшэйноры. И меня искренне удивляет, что такая мелочь, как уведенный из под носа заказ, могла забрать столько невинных жизней…

Я напряглась, вспоминая, когда и где я могла перехватить у Трэйши заказ, но это было бесполезное занятие. Если я и сделала это, то не специально. Всего лишь заказ… И вот у моей любимой тетушки нет мужа, убиты две моих абордажницы, маленькая девочка осталась сиротой, отправлена к Матери Всего Сущего целая команда, испорчена жизнь Хайуры… Неужели всему виной один лишь заказ, который я по незнанию перехватила у Трэйши?!

Очевидно, я отвлеклась немного, потому что не очень поняла фразу, сказанную Клаусийлией, и переспросила:

— Кем-кем должен стать теперь Стийв?

— Не только Стийв, но и вы, дорогая, если не хотите проблем своему мужу. А ведь вы не хотите, чтобы у него были проблемы?

Я отрицательно помотала головой.

— Значит, завтра я подъеду к вам в гости и привезу все бумаги, — улыбнулась мне эта странная женщина и, встав с кресла, одернула платье, кивнула Айрин и ушла, оставив меня недоумевать, какие именно бумаги нам завтра привезут и во что же мы с моим солнышком вписались.

Судя по лицу моего мальчика, во что-то не совсем ужасное, потому что он старательно прятал на лице улыбку, поглядывая на меня.

После ухода Клаусийлии в комнату тихо просочился Мий и еще несколько мужчин, которые начали накрывать на стол, перемигиваться со Стийвом, потом вообще утащили его помогать и что-то показать, оставив меня наедине с Айрин.

— Юйшайра, давайте я вам объясню более подробно, чем именно вам теперь придется заниматься…

Глава 25

15 МОЙИЭЛЯ 330 ГОДА:

Стив

Мы с парнями вновь появились в гостиной в тот момент, когда наши женщины между собой уже все обсудили и сидели с лицами двух подруг, задумавших какую-то гадость.

— Стийв, солнышко, Айрин разрешила воспользоваться ее комнатой для наказаний. Пойдем, мой хороший, прогуляемся по коридору. А потом вернемся и пообедаем.

— А вы уверены, что я после прогулки захочу пообедать? — робко спросил я, стрельнув глазками снизу вверх и потом потупив их смущенно в пол. И тихо прошептал: — Юй, может, лучше вечером, а? Мало ли, после наказания мне кусок в рот не полезет?

— Ты и вдруг есть не захочешь? Нет, так жестоко я тебя наказывать не собираюсь. — Моя женщина предвкушающе улыбнулась, а у меня по телу озноб прошел. Смесь страха и возбуждения. Тикусйо! Как я любил эти мгновения ожидания чего-то новенького, разнообразия…

Юйшайра, встав с дивана, прошла к двери, мимо меня, и вышла. Я словил порцию завистливо-сочувствующих взглядов от парней и, демонстративно тяжко вздохнув, двинулся вслед за своей женщиной.

Комната для наказаний у Айрин была обставлена с фантазией, и меня привлекали там некоторые девайсы. А несколько из этих некоторых я бы не отказался попробовать на себе. Но именно что несколько… Скажем, все эти разложенные по полочкам стек-фаллосы и анфаллосы меня абсолютно не возбуждали. Мий как-то устроил мне экскурсию и рассказал краткую инструкцию по использованию почти всех имеющихся в этой замечательной комнате вещиц. Так вот, ни уретральный, ни анальный секс меня абсолютно не привлекали! Пробочки с брюликами тоже не возбуждали, только если в Юйшину попку подобное вставить… Вот взять в руки ее наливные кругленькие ягодицы, чуть раздвинуть… а между ними алмазик или бриллиантик… Тикусйо! Не согласится ведь ни за что! А жаль…

Различные мази мне на себе тоже пробовать не хотелось. «Вот от этой все сразу загорается, и ты ждешь, что от твоей кожи пар пойдет. От этой сначала медленно жечь начинает, но зато потом на стенку лезешь. А это такая специальная мазь, сама по себе не жжет, но если на нее хоть полкапли воды попадет — взлетишь от боли к потолку…» — Мий с таким восторгом в глазах мне все это рассказывал, как будто сам лично каждую мазь на себе испробовал. Хотя, может, и действительно… Кто их, местных извращенцев, знает?

Сначала, как только мы в комнату вошли, я не заметил обновления в дизайне. Но моя женщина целеустремленно двинулась именно в ту сторону. Поэтому я тоже оторвал взгляд от стеллажа у стенки слева от двери и уставился на два столба у стенки справа…

Два высоких шеста, высотой от пола до потолка, стояли где-то в полутора метрах друг от друга и примерно на таком же расстоянии от стены. Между шестами было что-то типа турника, на котором болтались на длинной цепочке наручники. А на стене, напротив всего этого сооружения, висело большое зеркало, тоже от пола до потолка.

Хорошо, что я не местный и мне не надо контролировать свое возбуждение. Я как только представил, что меня сейчас между этими шестами привяжут, сразу даже про свою фантазию с брюликом в Юйшиной попке временно забыл.

Юйша

Смотрю я в зеркало и вижу, как Стийв за моей спиной стоит, а во взгляде у него опасливый такой, осторожный восторг. Язычок по губкам так и бегает, облизывая, и ушки уже краснеть начали. Вот так и хочется руку в волосы запустить, потянуть, на колени поставить… ладони ему на плечи положить и провести вниз, по его рукам… потом пальчиками запястья обхватить и вверх руки его поднять, за головой скрестить… отпустить… наклониться… по губам пальчиком провести….

Для нас с ним порка очень часто становится прелюдией перед сексом. Потому что смотрю на него и понимаю, что хочу… безумно хочу сейчас его если не выпороть, так хоть ноготочками по спине полосы нарисовать… Не в наказание, а просто отметить, что "мое", пометить.

Отражение Стийва оценивающе разглядывает шесты, скептически хмыкает на наножники, потом вытягивает губы в трубочку и присвистывает…

Вообще, я планировала привязать его аккуратно, выпороть от души и вернуться спокойной и удовлетворенной к Айрин, но…

Я резко оборачиваюсь и швыряю Стийва за волосы на колени возле правого из шестов… одним резким движением опускаю перекладину ниже, а руки Стийва быстро заламываю назад и тяну их вверх… И вот он уже в наручниках, с поднятыми руками, стоит на коленях и смотрит на меня покорно-спокойным взглядом.

— Во-о-от… так уже лучше… — я погладила его по волосам… приподняла его лицо за подбородок и провела пальчиком по его губам… потому что они у него очень заманчивые…

Мое солнышко облизнул пальчик язычком и улыбнулся.

Да… потом… попозже… у меня есть планы на твои губы, мой хороший… и на твой язычок… и на тебя… Но сейчас я отхожу к полкам с девайсами и возвращаюсь обратно с флоггером.

— Понимаешь, Стийв… У меня вот реально только на тебя стоит… Пороть просто для души, не ради воспитания или наказания, а именно для удовольствия. Моего… и твоего…

Провожу кожаными ленточками у него по телу… по груди… по плечам… по рукам…

— Ты, зараза, был такой славный весь последний месяц! — нежно глажу ленточками по спине. — Мне даже не объяснить самой себе… почему так хочется… размахнуться… зажмурившись от растекающегося внутри приятного тепла, как кошка… и… ударить тебя… с размаху… по спине… не то, чтобы сильно… но так, чтобы обожгло… Хотя нет, я вспомнила! Это за тот безумный оргазм, который я испытала вчера!

Стийв выгибается всем телом, наслаждаясь ласковыми поглаживаниями… И гордо усмехается, услышав про безумный оргазм. Что ж, мне приятно польстить его самолюбию. А я стою сбоку и любуюсь на него…

— И, главное, сразу так начинает скручивать внизу живота… и в глазах наверняка блеск возбуждения… Я, правда, сама себя боюсь именно в такие моменты. Это же ненормально, когда хочется пить боль… просто… без причины?

Стийв поворачивает голову и смотрит на меня вопросительно-уточняюще. Надо ли ему отвечать на такой глупый вопрос? Конечно же, нет, мой хороший. Я уверена, что происходящее между двоими касается только их одних, главное, чтобы оба были довольны. А остальных это не должно волновать абсолютно… Да и не понятно, кто должен задавать нормы? Для аристократок Венги желание «пить боль» абсолютно естественно, но за то, что вчера вытворял со мной Стийв, они бы убили не задумываясь. Только мы вдвоем будем решать, как нам наслаждаться друг другом. Так что молчи, мой хороший… Я по твоему лицу вижу, что тебя возбуждает то, что я с тобой делаю.

Замираю. Потом замахиваюсь, закусив губу со всей силы… просто ощущая, как кожаные ленточки прикасаются к его телу… кожа к коже… как они обжигают его грудь… и… наверное, я им завидую…

Мой мальчик вздрагивает от удара и на секунду зажмуривается.

Я провожу рукой по его плечу, спрятав флоггер за спину… пальчиками… едва касаясь… по красной полоске на груди… облизываю неожиданно пересохшие губы… просто физически ощущаю яркий блеск своих глаз…

Обхожу и присаживаюсь сзади Стийва… нежно целую где-то рядом с лопаткой… потом кладу ладони ему на бедра и скольжу ими вперед, по границе ткани и кожи… чувствуя пальчиками головку возбужденного члена, расстегиваю его штаны … медленно спускаю их, чтобы стала видна попка, не ниже.

Встаю и делаю два шага, чтобы оказаться перед моим солнышком… Наклоняюсь и касаюсь губами красных полосок на его теле… чуть провожу языком по ним вверх… и едва слышно шепчу: "Прости…" Пальчиком снизу вверх быстро скользнув по возбужденному покачивающемуся члену, выпрямляюсь и вот я снова у Стийва за спиной.

Шаг назад… Замахиваюсь … Удар! Не по плечам, а именно по попке, такой аппетитной, обнаженной… Поперек нее, чуть по диагонали, от бедра наискосок появляется красная полоска…

Облизываю губы и бью еще раз, с другой стороны…

Снова обхожу и встаю вплотную возле моего мальчика. Запускаю руку в его волосы и лицом прислоняю к своему платью, чуть наклонив…

— Чувствуешь, как я возбуждена, солнышко мое?

— Да, Госпожа, — шепчет он, закрыв глаза и облизывая губы.

Дыхание у меня чуть сбивается, и совсем не потому, что я несколько раз с силой махнула плеткой… Нет… потому что меня возбуждает… именно с ним… именно его….

Кожаными ленточками ласково провожу по его ногам… через штаны он это не чувствует, конечно. Но вот ленточки прошлись по бедру, наверх, потом по члену… Потом по другой ноге: по ткани штанов, по коже бедра… Меня начинает слегка познабливать…

Я снова перехожу к Стийву за спину. Смотрю на красные полоски на ягодицах…

— Как они меня возбуждают, если бы ты только знал!

Беру моего мальчика сзади за волосы и чуть тяну, чтобы он слегка развернулся и оказался лицом к зеркалу.

— Не опускай глаз, солнышко! Смотри туда. Я хочу видеть твой взгляд!

Замахиваюсь… по ягодицам… основной удар снизу, слева, по диагонали, обжигающий…

— Смотри в зеркало, Стийв! Я хочу видеть твои глаза!

Подняв голову, он смотрит на нас.

— Что ты там видишь, мой хороший?

— Мы отражаемся в зеркале. Красивый парень на коленях и его женщина.

Мелкая зараза! Несколько секунд я любуюсь его улыбкой. Потом запускаю руку в его волосы на затылке… перебираю их, прикрыв глаза от удовольствия… наклонившись, стараясь чуть потереться об его плечо… И, когда он полностью расслабляется, быстро делаю шаг назад… Замах и удар, обжигающий правую ягодицу…

Опускаюсь на корточки и провожу ладонями по его раскрасневшейся попке. Касаюсь губами его плеча, сначала у шеи, потом спускаюсь ниже… по руке… потом другое плечо…

— Я так соскучилась по этому… Ты даже не представляешь, как…

— Представляю… Я тоже соскучился.

У отражения Стийва влюбленный взгляд и довольная полуулыбка.

Я сажусь на пол и обвиваюсь вокруг моего мальчика, чтобы снова оказаться с ним лицом к лицу. Целую красную полоску у него на коже… Дразню язычком сосок… Он довольно жмурится:

— Какие у тебя тёплые влажные губы…

Дыхание у меня сбивается от возбуждения… Я легонечко дую на следы моей любви… а ладонями снова начинаю поглаживать его ягодицы, то раздвигая, то сдавливая их вместе… Скользнув по бедрам, двумя указательными пальчиками провожу по члену, обрисовываю ими несколько полукругов по головке… Стийв полностью расслабляется, надеясь на что-то, наивный!

— А теперь мы идем обедать, — объявляю я, выпрямляясь и стараясь спрятать усмешку при виде возмущения, просто выплескивающегося наружу из широко распахнувшихся глаз моего солнышка. — Ты думал, наказанием будет порка? Как бы не так! Наказанием будет пойти сейчас в гостиную вот в таком возбужденном состоянии! — я расстегиваю наручники и с ехидством наблюдаю за попытками Стийва надеть штаны. Когда ему это почти удается, я заботливо уточняю: — Надеюсь, у тебя с аппетитом все в порядке? — и потом тихо шепчу ему на ухо: — И запомни, еще раз можешь попробовать рискнуть повторить вчерашнее только спустя месяц, не раньше!

Выслушав тихий стон, полюбовавшись на закушенную губу и гордо покачивающийся в свободных штанах член, я направляюсь в сторону двери, и, даже не оборачиваясь, выдаю на прощание:

— Давай быстрее, нас уже заждались!

Стив

Нельзя сказать, что я был сильно расстроен тем, что все же оказался прав и аппетит у меня пропал. Конечно, сидеть спокойно мне было немного неудобно, но потихоньку возбуждение все-таки откатило, и я в каком-то отрешенном от мира состоянии души наблюдал за всем происходящим, иногда таская с тарелок закуску. Айрин с Юйшайрой мило щебетали, парни пытались соблюдать приличия, но не слишком старательно. Однако надо отдать им должное, устроились все на полу, у ног Айрин. Она же, после нескольких бокалов вина, поглаживая Мийя по волосам, уточнила:

— Я так понимаю, мой муж может рассчитывать на постоянное место пилота?

Юйшайра, протянув бокал Дэйну, который тут же наполнил его, тяжело вздохнула:

— Если верить врачам, мой первый пилот через недели две оклемается полностью. Так что Мий может рассчитывать только на место второго. Но, в любом случае, всякому, кто скажет, что мужчины на корабле к несчастью, мои девочки будут готовы высказать протест. Ваш муж отлично влился в команду.

Мий довольно потерся щекой о коленку своей жены, а я почти прилег на ноги своей. Меня почему-то стало сильно клонить в сон. Юйша, заметив это, усмехнулась:

— Похоже, Стийв слишком устал после наказания, так что прошу нас извинить…

Айрин с улыбкой кивнула:

— Удачного вам вечера. Встретимся на вашей официальной свадьбе.

И я поплелся за своей женой на улицу, чтобы загрузить свое бренное тело в аэрошку и постараться не уснуть за десять минут полета до дома.

18 МОЙИЭЛЯ 330 ГОДА:

Стив

Тетушка довольно быстро все организовала, надо отдать ей должное. Мне было немного неудобно явиться на все готовенькое, хотя я и оплатила половину расходов из собственного кармана. Поэтому на хутор мы прилетели рано утром, и, отправив Стийва досыпать в мою бывшую комнату, которая теперь принадлежала Ийнни, я начала помогать всем остальным женщинам. Ийка светился от счастья, потому что он сегодня должен был стать мужем моей сестренки, которая клятвенно заверила маму, что не потащит парнишку с собой в университетский городок. Всего планировалось устроить пять свадеб — не так уж и мало, даже по меркам большого хутора. Конечно, церемония заключения брака у аристократок гораздо красивее и зрелищнее, но у нас весь упор шел на массовость празднования. Хутор собирался гулять и веселиться дня два, с утра до самой ночи. В этот раз междухуторских свадеб не было, только все свои, родные.

Тетушка объявила, что мы со Стийвом пойдем первыми, потом Марисоль с Тойном, потом Ийнни с Ийкой, и в конце еще две пары…

Стив

Перемещение из Венгсити на хутор я помню смутно. Мы встали даже не с солнцами! Солнца поднимались в тот момент, когда я падал на кровать в комнате Юйши, а она занавешивала окна, чтобы меня не будил рассвет. В следующий раз я открыл глаза часа через три, уже находясь во вменяемом состоянии. Ийка и Гайнз потащили меня «приводить в порядок», хотя, по-моему, я и так был вполне неотразим, правда, немного неуютно чувствовал себя без браслета, к которому уже привык за четыре дня. Но Юйша не дала мне его сегодня надеть, сказав, что это плохая примета… Плохая, так плохая. Наденет снова, куда она от меня денется?

Юйша

По краю площади стояли столы, ломившиеся от еды… Горячее выдавалось только особо страждущим на кухне в доме тетушки, а на столы были выставлены салаты, мясо, овощи и фрукты отдельно, специально, по случаю праздника, закрученные колбаски, свежие сыры… Соки, настойки разной степени крепости и компот для детей, крутящихся под ногами. Вся молодежь щеголяла в веночках, и, разбившись на небольшие группы, они, судя по смущенным лицам мальчишек, обменивались шуточками и подколками на интимно-пикантную тему. Парни старались держаться поближе к своим девушкам. Именно в такие дни четче заметны настоящие парочки. Ведь только той, которой действительно готов доверить свою честь, позволишь взять себя перед всем хутором за руку и, спрятавшись за ее спину, будешь стоять, смущенно потупив взгляд. Остальные девушки после такого к тебе уже не подойдут, если не захотят испортить отношения с подругой.

Я с улыбкой наблюдала за вчерашними малышами, сегодня краснеющими и бледнеющими, но героически улыбающимися под взглядами взрослых. Одна парочка заинтересовала меня больше остальных, потому что я знала: за парнишкой два года ухаживала совсем другая девушка. И она сейчас стояла неподалеку и кидала на свою соперницу многообещающе-злобные взгляды.

Стоит предупредить тетушку о возможном конфликте — только драки нам на свадьбе не хватало.

Стив

Я честно старался быть тише воды, ниже травы, держась поближе к отцу Юйши, Трэйсу, и приехавшему вместе с Хайурой Зэйху.

Когда эти двое вывели меня в центр площади и на меня уставился весь хутор, я точно стал похож на их местных мальчишек — покраснел и потупил глазки в землю. С другой стороны ко мне подошла Юйша и, оглядев народ, громко объявила:

— Сегодня, перед всеми вами, с его согласия и с одобрения его родственников, я хочу назвать этого мужчину своим мужем.

Юйша

— Сегодня, перед всеми вами, с его согласия и с одобрения его родственников, я хочу назвать этого мужчину своим мужем, — произнесла я, любуясь на своего мальчика.

Я понимала, что традиционная речь про то, что муж да убоится жены своей и будет ей послушен во всем, и идет за ней по следам ее, не оглядываясь по сторонам и не задумываясь о цели пути, служа поддержкой и опорой ей во всем, взращивая детей в любви, содержа дом в порядке, а гарем жены в строгости… Весь этот красивый и прекрасный текст не имеет никакого отношения к моему Стийву. У нас с ним все совсем не так.

— Обещаю поддерживать тебя во всех начинаниях, гордиться всеми твоими достижениями, учитывать все твои пожелания, уважать, заботиться и любить тебя, мое солнце. Буду стараться быть достойной твоего влюбленного взгляда, пока он смотрит в мою сторону. Если ты начнешь просто отворачиваться от меня, я буду бороться за твою любовь, Стийв Гарсиа Лийвэйрис.

Народ за столами перешептывался, многие смотрели с одобрением, некоторые женщины с осуждением. Меня это не волновало — сегодня был мой праздник, и я хотела отметить его так, как считала правильным. Мой муж особенный мальчик, за это я его и люблю.

Наклонившись, я шепотом продолжила свою речь только для него одного:

— Если ты просто отвернешься — буду бороться, а если посмеешь заглядеться на другую — выпорю так, что потом на задницу неделю сесть не сможешь. Ну а если застану в чужой постели — кастрирую!

Стийв смущенно хмыкнул и едва заметно улыбнулся, внимательно изучая землю у себя под ногами. Потом опустился на колени, поднял взгляд вверх, на меня:

— Я согласен стать вашим мужем, госпожа Юйшайра Лийвэйрис. Обещаю быть преданным только вам, — и тоже шепотом добавил: — А если найду в нашей постели другого мужчину, подарю тебе его член на блюдечке, имей в виду! Меня идея гарема не возбуждает, я категорически против.

Маленькая зараза! Хотя и я совершенно не планировала заводить гарем, пока он со мной рядом. Но вот так вот нагло заявить мне в глаза, что требует от меня верности, это мог проделать только Стийв.

— Юй, давай мы уже закончим с речами, ты меня поцелуешь, наденешь браслет, и мы пойдем есть, а? Очень кушать хочется, — улыбнулся мне этот паршивец, с алеющими красными ушками и спокойным уверенным взглядом. Разве я могу ему отказать?

Остальные свадьбы прошли по традиционному сценарию, и к концу третьей народ перестал посматривать косо в нашу сторону. Правда, когда начались танцы и Стийв, вытащив меня к танцующим парам, сразу стал вести, шепот за столом снова возобновился. Но я расслабилась и просто наслаждалась, потому что меня уже ничто не связывало с этими людьми. Я выплатила тетушке «отступные» и теперь была свободной женщиной, имеющей право организовать свой личный Дом. Айрин обещала мне дать беспроцентный займ на покупку земли недалеко от Венгсити, где, под присмотром Зэйха, будет построен дом на две семьи. Мы вчера вчетвером выбирали из десятков проектов самый устраивающий нас в соотношении цена-удобство-красота. Хайура смирилась с тем, что летать ей больше не суждено, но жить на своем хуторе категорически не хотела. Она наконец-то набралась духу и спросила у меня разрешение на брак с Зэйхом, так что через месяц будем играть еще одну свадьбу.

12 КЙУМХУ 330 ГОДА. ПЛАНЕТА Х:

Невысокая красивая блондинка где-то лет так сорока с небольшим, в ярко-красном платье и слегка растрепанной прической вошла в ресторан. Администратор сразу оценила и дорогое ожерелье, и ухоженные руки, и свежий маникюр, и чистые, несмотря на дождь за окном, туфли. Клиентку проводили к свободному столику в элитной зоне, официантка тут же возникла рядом, положив планшет с меню и замерев в ожидании заказа.

Не глядя на планшет, женщина произнесла:

— Мне, милочка, рыбу горячую с закуской из овощей и салатик «Цезарь», чтобы я не скучала, пока рыба будет готовиться, а еще вино красное… Сразу бутылку принеси. И хлеба к рыбе не забудь. Только пусть его подсушат сначала. Все, можешь идти…

Официантка быстро прошагала между столиков, вспоминая, какое из блюд больше всего подходит под описание заказанного. А блондинка, откинувшись на спинку диванчика, достала мобильный видеофон и нажала на кнопку вызова последнего звонка.

— Дорогая, я уже на месте. Где твой ручной зайчик? Здесь? — взгляд женщины несколько раз быстро пробежался по посетителям ресторана, наконец наткнулся на знакомое лицо. — Отлично.

Салат принесли почти сразу же, и когда его неспешное уничтожение подходило к концу, за столик подсела еще одна женщина, тоже блондинка, но заметно моложе и не так вызывающе одетая.

— Госпожа Альцейкан?

— Да, дорогая, именно. Ты принесла то, о чем я тебя просила?

— Нет. Мне очень неприятно Вас расстраивать, но, к сожалению, у меня ничего не получилось.

— Жаль, дорогая… Ты даже не представляешь, насколько сильно мне жаль… Ну что ж, иди.

Молодая женщина встала, одернула свое серо-голубое платьице, на секунду в ее глазах сверкнуло высокомерное презрение, но встретившись взглядом со своей собеседницей, она тут же еще раз виновато улыбнулась и вышла из ресторана. За ней следом мелькнул незаметной тенью молодой человек, абсолютно непримечательной внешности и неброско одетый. Он не стал красться за женщиной вечером, по грязи, под дождем, пользуясь своим умением блекнуть, сливаясь с окружающим фоном. Мгновенно оказавшись у девушки за спиной, он заткнул ей нос и рот платком со странным запахом и с силой толкнул в вылетевшую из-за деревьев аэрошку, тут же быстро растворившуюся в небе. Сам же спокойно вернулся в ресторан.

Поджидающая в нескольких шагах от двери подруга девушки даже не успела понять, что происходит. А ведь вчера, когда они продумывали план, все казалось таким простым. Всего лишь прийти, отказать Клаусийлии Альцейкан и пойти кутить на честно заработанные деньги. Ведь госпожа Альцейкан хотела получить все бесплатно, а серьезные люди, с которыми связалась ее подружка, платили большую сумму. Наверное, теперь эти деньги придется потратить на розыск подруги и надеяться, что ее удастся найти живой.

19 ВАЙЭБА 330 ГОДА. ПЛАНЕТА Y:

В баре было шумно, наверное, даже слишком шумно. Команда с венговского корабля отмечала удачную сделку, команда корабля с Рвейнша отмечала день рожденье капитана, а группа студентов тоже что-то отмечала, при этом плотоядно облизываясь на венговских женщин. Рядом с одной из них, на коленях, прямо на грязном полу, сидел молодой парнишка. Его локоны спадали до плеч красивой волной, и женщина с удовольствием наматывала их на свои пальчики.

Один из студентов подсел к ним за столик, и, смущенно лепеча про то, что было бы неплохо познакомиться поближе с такими красивыми дамами, быстро провел ладонью по руке женщины. Та едва заметно улыбнулась, а сидящий у ее ног паренек потерся об ее колено щекой. Женщина игриво ущипнула его за сосок, и скомканная бумажка из ее руки переместилась в карман рубашки парнишки. Студент, тяжко вздохнув, ушел обратно за свой столик. Полицейский, пристально следящий за юношей, подозреваемым в передаче важных данных, в очередной раз ничего не заметил.

30 ВАЙЭБА 330 ГОДА. ВЕНГА

— Юй, я требую еще пару часов спокойного сна!

— Ты можешь требовать все, что угодно, мой хороший, но твои клиентки требуют тебя. Так что спустись вниз и не забудь надеть штаны.

— Юй! Ну пусть Гайнз посмотрит… Зря я его, что ли, учу…

— Стийв! Клиентка хочет работать именно с тобой, так что отрывай свою тощую задницу от кровати и спускайся. Человек специально ждал, пока мы вернемся из очередного рейса.

— Тикусйо! Я спать хочу… Ну хоть тайшу принеси и поцелуй, а то орешь через весь дом, как не родная…

— Хорошо, солнышко мое. Тайшу, поцелуй, клиентка и ремень. Такая последовательность тебя устроит?

— Нет, конечно, ремень надо вычеркнуть из списка, у меня еще с прошлого раза все болит!

— Тогда клиентка, а тайшу и поцелуй потом.

— Тикусйо! Умеешь ты уговаривать… Ладно, жди меня, и я спущусь. Только штаны найду…

Зарисовка, написанная спустя год после окончания книги

Я сладко потянулся и, свесив ноги с кровати, поболтал ими в воздухе. После низеньких узких коек корабля наша с Юйшей огромная высокая мягкая кровать всегда будила во мне мальчишку. Вчера я пол вечера просто прыгал на ней, как на батуте, пока мне не напомнили, что я взрослый женатый мужчина и моя жена желает, чтобы я прыгал под нею, а не просто так.

Солнца уже во всю сияли в небе, а Юйша уже давно сияла где-то по дому.

— Юу-у-уй! Я встал!

— Я рада за тебя, солнце мое! — ответили мне откуда-то с первого этажа.

— Я хочу утренний поцелуй и тайшу в постель!

— А ремня ты не хочешь? — ехидный голос жены зазвучал чуть ближе.

Я снова упал в кровать и изобразил спящего. Дверь тихо скрипнула и на пороге появилась моя женщина. Небрежно заплетенная золотая коса перекинута через плечо, вместо строгого комбинезона — нарядное платье в легкомысленный горошек, плотно обтягивающее красивую грудь и тонкую талию. Пока еще тонкую… Я непроизвольно облизнулся.

Юйша уже довольно часто начинала разговор про детей, а я пытался ей объяснить, что полтора года вместе еще не повод заводить кого-то третьего. Ну зачем нам сейчас дети? Какие дети, когда мы неделю назад чуть не погибли всем кораблем, в последний момент оторвавшись от погони и каким-то чудом миновав черную дыру, в которую попали наши преследователи?

Это хорошо, если девочка родиться. Зэйх с Хайурой ее воспитают. А если мальчик? Я даже головой потряс, отгоняя неприятные мысли. Всегда, когда я начинал думать о том, что у нас с Юйшей будет сын, мне становилось мутновато на душе, до тошноты в животе.

Моя женщина с выражением лица человека, задумавшего пакость, подошла к кровати. Я внимательно следил за ней из под ресниц, весь такой обманчиво расслабленный. Вот она наклонилась… И я обхватил ее обеими руками, притянул к себе, уронил в кровать и быстро уселся сверху:

— Поцелуй возьму сейчас… А тайшу где?

Юйша ехидно улыбнулась:

— А ты его разве заслужил?

Тикусйо! Дожили… Ну для начала возьмем то, что дают. Вернее то, что позволяют взять. И я нежно прикоснулся губами к скуле, пососал мочку уха, языком провел по тонкой венке на шее… И неожиданно оказался под Юйшей… Ну да, мой единственный день в месяце, когда я сверху, еще не наступил.

Через час мы спустились на первый этаж, и, под ехидными взглядами Хайуры и Зэйха, я выпил свое тайшу, налопался пирожков с мясом и умял тарелку картопельцы.

— Куда в тебя столько влезает, солнышко?

Юйша сидела за столом, напротив меня и следила за исчезновением еды с таким лицом, как будто впервые видела это зрелище.

— Вот сюда… — откинувшись на стуле я погладил живот и зажмурился от удовольствия.

В это время в столовую влетел Гайнз:

— Там клиентка очередная пришла… Стива хочет!

— Что значит «хочет»? — Юйша строго посмотрела на Гайнза и тот испуганно ойкнул.

— Ну хочет чтобы он заценил… Подарок на Первоснежен. Завтра же дарить…

Я лениво приоткрыл один глаз:

— Через десять минут подойду. Сейчас мне надо посидеть и подумать о вечном…

— Солнышко, — вкрадчиво-ласковым голосом произнесла моя женщина и от ее слов невыносимо запахло вкусной старой кожей… ее любимого ремня.

Тикусйо! Вот что этим клиенткам не сидится дома в последний день года? Зима на улице! Снег кругом!

— Ну хоть три минуты еще! У меня изжога будет…

Юйша задумчиво принялась изучать ноготочки на руке, потом повернулась к Хайуре:

— Через часик слетаем маникюр сделаем? А то я позавчера ноготь сломала…

Об мою спину она его сломала, тикусйо! Садистка любимая… Полоска от плеча до копчика, тонкая и до крови. И ведь ничего такого не сделал… Подумаешь, с Пойлей пококетничал. Я же в шутку, в качестве отвлекающе — успокоительного фактора, пока они с Мийем трассу рассчитывали.

Тяжело вздохнув, я налил себе кружку сока, кислого адски, но бодрящего. Залпом выпил и повернулся к Гайнзу:

— Ну, где там твоя клиентка, тикусйо!?

Content

Ирина Смирнова
СТИВ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Зарисовка, написанная спустя год после окончания книги