Андрей Измайлов

Только спорт

…«Вот как это было!» — на самой высокой ноте интригующе закончил комментатор и смолк. Далее слов не надо. Далее нужно было только смотреть. Экран прокручивал традиционную хронику ночи.

Камеры-видео, установленные в самых «горячих» секторах Города, фиксировали всё. Все, что происходило в самых темных закоулках, в самых заброшенных трущобах, в самых глубоких провалах ночи. Инфраобъективы выдавали вполне сносное изображение. Компьютер сам выбирал из километров пленки аппетитное — то, что каждый, уткнувшийся в экран утром, проглотит, желая острых ощущений, и не обманется в ожиданиях. Компьютер сам отстригал лишнее: пустынные часами площади, пока они были пустынны, случайных полуночников, если они были случайными, мелкие стычки конкурирующих банд, если они были мелкими.

И на этот раз хроника ночи, спрессованная в традиционные двадцать минут экранного времени, угодила каждому любителю нервной встряски.

«Вот как это было!»

Сектор Бича, по обыкновению, вымер на ночь. Мало кому взбредет в голову сунуться в сектор Бича, как только стемнеет. А если кто и сунется, то голове такого сумасброда недолго оставаться на плечах. Даже патрульные мобили блюстителей благоразумно объезжали этот сектор после рождественской бойни, когда блюстители решили навести свой порядок и навязать его Бичу.

Камеры-видео прошлой ночи фиксировали: шальной мобиль вывернул из-за угла в секторе. Мобиль не был патрульным. Это был частный мобиль. Это был очень хороший, классный мобиль. Такого мобиля не было даже у Бича… Не было, так будет!

Два мобиля Бича скользнули из боковых провалов, начисто отрезав гостя, перегородили улицу и спереди, и сзади. Вилка. Захлопали дверцы, загонщики мягко и уверенно двинулись к добыче. Четверо загонщиков, и среди них сам Бич. Подошли вплотную — по двое в лоб и с тыла. Для страховки — пятый, зависший сверху с флай-ранцем на спине. Он парил в воздухе, изготовившись для пикировки, если… если вдруг какая-то неожиданность. Да нет же! Какая может быть неожиданность?! Против четверых, среди которых сам Бич, не устоит никто. Даже если добыча ростом в шесть с половиной футов и двести сорок фунтов весом. Даже если добыча — столь мощногрудый джентльмен, который не спеша выгрузился из пойманного мобиля и щелкал зажигалкой, безуспешно пытаясь прикурить.

Ничего-о-о… Сейчас Бич и его парни так дадут прикурить, что мощногрудый джентльмен надолго запомнит. Если будет, чем запоминать. Бич и его парни да-авно изучили замашки подобных мощногрудых джентльменов… Так что удачная сегодня ночь. А то попрятались все в свои дыры! После рождественской бойни и дела-то настоящего не было. Скучно. А вот рисковый джентльмен — это чисто по-мужски. Еще какой рисковый. Не будь он таким — не направил бы свой мобиль через сектор Бича. Хороший мобиль… Если мощногрудый джентльмен спасует и отдаст его без лишних слов, то испортит все развлечение. Нет, не похоже. Значит, можно будет поразмяться! И риска никакого. Для страховки — пятый сверху.

Бич и его парни терпеливо дождались, когда мощногрудый джентльмен наконец-то раскурил сигарету под своим капюшоном. И приготовились. Бич и его парни съедали и не таких. Но таких они точно не съедали.

Огонек сигареты высветил лицо джентльмена. Они узнали это лицо. «Вляпались!» — мигнуло у Бича и его парней. «Вляпались!» — было последнее, что мигнуло у них в головах.

Потом в головах у них сверкнуло. Потом погасло. Навсегда.

…На экране момент избиения шел рапидно. Это был действительно только момент, миг — и все. Даже рапидный показ не дал времени осознать — как, что, каким образом…

Пятый сверху щелчком тумблера перевел флай-ранец на форсаж — пике! Он обрушился на затылок мощногрудого джентльмена. Попал! Пятый сверху вцепился одной рукой в этот затылок, другой — в подбородок и, привычно взвизгнув, привычно провел свинч. Но голова мощногрудого не дернулась, шея не обмякла. И пятый сверху взвизгнул уже непривычно. И смолк… Флай-ранец скрежетнул по мостовой. Джентльмен, так и не ставший добычей, помассировал затылок. Повернулся лицом к камере-видео, чуть задрал голову, чтобы попасть в фокус, и сбросил капюшон.

Это — Кэп! Тринадцатый! Кэп! Вот это да! Сам Кэп! Звезда спейсбола!.. Давно не было такой хроники ночи!.. Кэп!

Джентльмен, глядя прямо в камеру-видео, раздвинул губы в привычной и столь знакомой всем поклонникам спейсбола улыбке. Поднял руку, приветствуя каждого зрителя хроники ночи привычным жестом — кольцо, сложенное из большого и указательного пальцев.

Экран погас.

— Это победа! — приподнято сказал Вице, ловя взгляд Босса. — Это настоящая победа! Сегодняшней хроникой ночи мы сломаем хребет каждому слюнтяю, который хоть заикнется против спейсбола!

— Гм! — уронил Босс. — Гм-гм! — Лицо блином: ноздреватое, плохо пропеченное, круглое — не выразило ничего, но в междометии мелькнуло удовлетворение.

У спейсбола — масса поклонников, но есть и слюнтяи, которые поминают чуть ли не гладиаторские бои, требуя распустить федерацию, а спейсбол объявить вне закона. Их не так много, этих «нежно-розовых», но лучше бы их не было вообще! При чем здесь гладиаторы?! Любой участник спейсбольного финала не раб. Он сам свободен выбирать: да или нет, быть ему сателлитом в финале или отсиживаться всю жизнь в кресле перед экраном, потягивая тоник и разбухая от малоподвижности, пока под ним это кресло не подломится. Спейсбол не каждому по плечу. Спейсбол — спорт настоящих парней. Да, только спорт! Только спорт. Да, травмы в спорте неизбежны, можно даже стать безнадежным, но именно потому финал собирает на спейсбольном полигоне самых, самых, самых… Вот Кэп. Хроника ночи показала всем, каких парней делает спейсбол! Если бы не было таких парней, то кто бы навел порядок в горячих точках Города?! Да сунь свой нос в тот же сектор Бича хоть один из «нежно-розовых», разглагольствующих о жестокости, зубодробительности, кровопролитности и о чем-то там еще… спейсбола, — и где бы сейчас был тот слюнтяй?! И в каком виде?! А Кэп… Да, Кэп продемонстрировал всем и каждому: только тот, кто причастен к спейсболу, способен защитить себя! Способен справиться с любой бандой, даже с парнями Бича! Способен положиться на самого себя! А на кого еще можно положиться в Городе ночью? Не на блюстителей же, сникших после рождественской бойни, потерявших половину патрульного состава.

Да, сегодняшняя хроника ночи — лучшая реклама спейсболу. Этот спорт готовит ко всему! Да, это — спорт, и только. Только спорт. Босс был удовлетворен. Но отнюдь не желал показывать это Вице: пусть тот, как обычно, чувствует дистанцию. Вице хоть и Вице, но Босс есть Босс.

— Гм! — еще раз уронил он. — Зачем Кэпа понесло среди ночи через сектор Бича?! Утром — финал, а его носит по сомнительным секторам…

— Он заявил, что хочет срезать кусок пути, — виновато, сразу сникнув, проговорил Вице. — Он заявил, что не собирается тратить лишнее время на объезд каких-то там секторов. Я пытался его удержать, но… — и Вице снова вырулил на восторженную интонацию, — разве нашего Кэпа кто-нибудь может удержать?! Его не удержит никто! Его, нашего Тринадцатого, не удержит вся эта свора из «Оранжа». Вот увидите, Босс, сегодня он положит в финале Кровожада и всех его сателлитов.

— Гм-гм… М-да, между тем пора на полигон. Гм.

Полигон был готов. Ряды скамеек забирались круто вверх, под небо. Скамейки ломились от жаждущих видеть. Видеть финал.

Рев!!! Началось!!!

…Кэп мгновенно рванулся вбок. Реакция у него была отменная. Если бы Кэп не был готов, если бы он не поймал срабатывания клапана у Шара, то… свежезаряженный Шар — это пятьдесят фунтов. Плюс ускорение. Но Кэп не зря Тринадцатый, Кэп не какой-то там сателлит. Кэп был готов к срабатыванию Шара. И когда тот все же смазал его по шлему, Кэп одновременно с рывком резко крутнул головой. Затылок чуть потрескивал после вчерашнего ночного приключения, но бит у Кэпа прошел неплохо. На подобный бит попадались все. И Кровожад тоже попался. Шар вильнул — зигзаг — и врезался Кровожаду в живот. Кровожад скорчился в безнадежного, зажав Шар между животом и пахом. Рискованно. Шар имеет более ста клапанов, и срабатывает каждый клапан-сопло произвольно, периодизации не подлежит и не поддается.

Если бы Кэп до сегодняшнего финала не видел Кровожада в деле, то поверил бы, что сейчас, вот сейчас Кровожад выбыл, стал безнадежным. Спейсбол есть спейсбол, и Шар есть Шар: он может сработать каждую секунду. Прижимать Шар, который может смять тебя в лепешку, к животу?! Такое возможно, если действительно стал безнадежным.

Но Кэп видел Кровожада в деле на полигоне до сегодняшнего финала и знал, на что тот способен. Кровожад был Тринадцатым высокого класса. Кэп уловил последнее движение, гасящий контрбит Кровожада. Кэп понял: Кровожад скорчился в безнадежного, выжидая. Конечно, Шар мог сработать, и тогда Кровожаду не помогли бы никакие гасящие контрбиты. Но в спейсболе ты или рискуешь и уходишь с полигона победителем, или ты не рискуешь — и тогда тебе нечего делать в спейсболе.

Кровожад умел рисковать. Шар сработал. Но за миг до того Кровожад раскрылся и нагрудником подрезал Шар в Кэпа. Кэп ждал и увернулся волчком. Его сателлит справа зазевался, и Шар превратил сателлита в безнадежного. Шар чмокнул сателлита пониже шлема и вмял забрало внутрь.

«Оранж» взвыл — все семеро сателлитов Кровожада: еще один из «Маренго» свален! Но тут же Кэп подхватил Шар и четко провел свой коронный бит-маятник. Шар ударился, сработал, попал в плечо сателлиту «Оранжа», еще раз сработал, уже падая вниз, и взмыл навстречу второму сателлиту, прикрывавшему Кровожада слева, — скрежетнул в бедро. Отлично! Пусть эти двое и не стали безнадежными, но надлом уже есть. Во второй фазе Кэп их доделает. Хорошо бы доделать их еще в первой фазе. Но Шар высветился и затих, иссяк. Шар нуждался в подзарядке.

…Кэп стянул бронежилет «Маренго», спустил кольчужные гетры, поднял забрало, сел. За дверью раздевалки был шум. Дверь раздевалки прогибалась: Кэпа жаждали видеть, жаждали потрогать, жаждали спросить, доволен ли Кэп сегодняшним финалом.

Кэп был доволен сегодняшним финалом: восемь сателлитов «Маренго» против семерых из «Оранжа» — и это результат уже первой фазы! Остальные выбыли бесповоротно. Да еще двое в «Оранже» уже с надломом! Двое, которых Кэп в первую минуту второй фазы превратит в безнадежных. Так что можно считать восемь против пяти. Блестящий финал! Кровожаду, Тринадцатому «Оранжа», не помогут все его хитроумные биты. Кровожад еще может попытаться поразить Мишень и все-таки выиграть финал. Победа на полигоне достигается либо поражением Мишени, либо превращением в безнадежных всех противников до единого. Какой путь будет избран — решает Тринадцатый. И Кровожад, Тринадцатый «Оранжа», во второй фазе будет целить в Мишень — кованый обод, зависший в центре на невидимых тросах. Кровожад будет целить в Мишень, чтобы отделаться малой кровью. Но Мишень остается непораженной вот уже который финал подряд. И Кэп, Тринадцатый «Маренго», постарается сделать так, чтобы сегодняшний финал не стал исключением…

Так что Кэп был доволен сегодняшним финалом. Но Кэп был недоволен шумом за прогибающейся дверью раздевалки. И Кэп пошевелил пальцами. И хотя его сателлитам в первой фазе очень досталось и отдых был им нужен, но пальцами пошевелил Кэп. Кэп есть Кэп, он выигрывает не первый финал спейсбола. А сателлиты — это только сателлиты. Если Кэп заработал право на передышку между фазами, то сателлиты — еще нет. Если они хотят чего-то добиться в спейсболе, то должны слушать Кэпа. Вот когда хоть один из них хоть близко подберется к сумме Кэпа за финал, тогда конечно… А пока делай, как хочет Тринадцатый.

Кэп хотел, чтобы не было шума за дверью, он хотел отдохнуть. И семеро сателлитов «Маренго» поднялись из своих шезлонгов. Еще четверо сателлитов не поднялись — те, что стали безнадежными в первой фазе финала. Их принесли, их положили. И они лежали, они уже не делали того, что хочет Кэп. Они уже ничего не делали, не могли сделать — даже согнать мух. Этот финал спейсбола стал для них последним.

— Э, падаль! — сказал Кэп и снова шевельнул пальцами.

Сателлитов было двенадцать. Из них четверо — безнадежные, семеро поднялись, чтобы выполнить желание Кэпа. Но еще один остался в шезлонге. Этот сателлит неплохо провел первую фазу, у него даже прошел бреющий против Шара. Но лучше бы ему не сидеть в шезлонге, лучше бы ему встать вместе с остальными и с остальными убрать шум за дверью.

— Э, падаль! — повторил Кэп. Он не любил повторять.

Сателлит, откинувшись в шезлонге, приоткрыл глаза.

— Меня зовут Завр! — сказал он.

Бунт? Знакомый бунт. До того как Кэп стал Тринадцатым, до того как его стали каждый вечер показывать по визиону, до того как Кэп добрался до своей суммы за каждую победу в финале и выбил право набирать себе сателлитов, — до всего этого он сам был сателлитом. Когда он вот так же сказал своему Тринадцатому: «Меня зовут Кэп!» — тот просто поднял брови. И остальные одиннадцать сателлитов чуть не превратили Кэпа в безнадежного там же в раздевалке. И Кэп усвоил, что надо уметь выбрать время и место. Кэп выбрал время, когда Шар скосил Тринадцатого «Маренго» на полигоне. Кэп выбрал место, где им никто не мог помешать. И тогда-то Кэп еще раз сказал: «Меня зовут Кэп!» И стал Тринадцатым. И вот теперь какая-то падаль вякает…

— Тебя зовут падаль! — сказал Кэп, выгружаясь из шезлонга. Затылок все потрескивал, но Кэпу было наплевать на какой-то там затылок.

Сателлит тоже встал и напружинился. Ему, сателлиту, было что напружинивать — сателлиту, возомнившему себя Тринадцатым и прилепившему себе «Завра». Сателлит был посерьезней вчерашних ночных пятерых. Те просто разминочная мелочь. И Кэп сделал вид, что затылок у него не потрескивает, он его просто почесал, прикидывая, как поступить с наглецом.

Остальные семеро сателлитов отвлеклись от прогибающейся двери, чтобы видеть урок Кэпа и… чтобы «подсказать» Завру. Сателлиты прошли у Кэпа неплохую школу, они помнят уроки Кэпа. Они помнят, как на тренинге Кэп вместо холостого Шара подкинул им Шар заряженный, как они сшибались с Шаром, как потом утирали кровавые сопли. Они помнят, как Кэп ставил их по одному на малом полигоне и говорил: «В спейсболе превращают в безнадежного так…» И показывал.

Сателлиты, прошедшие все уроки Кэпа, с удовольствием сделали бы из него безнадежного, но… Тогда им не видеть процентов с его суммы — без Кэпа им не выстоять против Кровожада и семерых сателлитов «Оранжа». Завр этого не учел, он еще не научился выбирать время и место. Рановато ему, Завру, быть Тринадцатым. А вот среди сателлитов он, Завр, конечно, лучший. И калечить его перед второй фазой нерационально. Поэтому Кэп сделал ложный бит. Завр попался на него, но все же успел нырнуть и отделался легким грогги.

— Так что тебя все-таки зовут падаль! — сказал Кэп уверенно. Хотя как раз уверенность потерялась. От ложного бита еще никому не удавалось уйти. А Завр ушел. Остальные семеро даже не заметили этого. Но Кэп-то знал. И Завр тоже знал. Почувствовал, что Кэп рассчитывал отнюдь не на грогги — Кэп рассчитывал на более серьезный результат, но не получилось.

Может быть, из-за того, что затылок все еще зудел?.. Но сателлиты видели то, что видели: Завр взбунтовался — Кэп его усмирил. Время, чтобы «подсказывать» Завру, еще не пришло. Зато пришло время второй фазы. Потом придет время получить процент с суммы Кэпа, когда он им сделает победу в финале спейсбола.

— Какую сумму они предлагают за Кэпа?! — переспросил Вице. Босс задумчиво ковырял в ухе. Старательно, сосредоточенно. Потом поднял голову и, глядя сквозь Вице, сказал:

— Что?

Вице раскинул умом и не стал спрашивать еще раз. Какую бы сумму ни предложили за Кэпа, она никогда не перекроет суммы сумм, которую наработает Кэп для «Маренго» во всех финалах спейсбола. Особенно сейчас, когда звезда спейсбола, настоящий парень Кэп, Тринадцатый «Маренго», прекратил существование банды Бича — банды, против которой были бессильны все блюстители Города! Какая сумма может перекрыть уход Кэпа?!! Вице подумал, что своим вопросом поставил под сомнение собственную лояльность к «Маренго». Вице подумал, что лояльность к «Маренго» надо срочно проявить. Вице кинулся к бронежалюзи, поднял их до неразумного предела, высунулся по пояс и восторженно заголосил, указывая в центр полигона:

— Вышел!!! Уже вышел!!! Кэп вышел!!! Он покончит с Кровожадом еще во второй фазе!!! Хей! Хей!

В ответ ему обрушился рев трибун — они тоже отметили появление Кэпа на полигоне.

Вице обернулся к Боссу и на этот раз вложил в вопрос максимальную порцию издевки:

— Так какую сумму они предлагают за Кэпа?! — Чтобы Босс не усомнился, Вице сопроводил фразу характерным жестом.

Босс принял игру Вице и приподнял краешек рта. Потом прикрыл бронежалюзи так, чтобы обзор был полным, но Шар с полигона не влетел ненароком в бункер.

Шар уже стоял в захватах на центре полигона. К Шару приближался Кэп и восемь сателлитов «Маренго». С другой стороны — Кровожад и семь сателлитов «Оранжа».

Захваты разжались и освободили Шар. Вторая фаза спейсбола…

Кэп дышал тяжело. Кэп никогда раньше не дышал так тяжело. Потому что раньше во всех финалах спейсбола он был спокоен за свою спину. Спину всегда прикрывали трое-четверо сателлитов. Во второй фазе этого финала за спиной Кэпа оказался Завр.

Когда Шар взвинтился спиралью, Кэп сильно выпрыгнул, закрывшись весь, кроме спины. Ведь спину страховал сателлит. Но Шар вывернулся, сработал и… должен был столкнуться с тем, кто страховал спину Кэпа. Шар попал Кэпу в затылок. Завр ушел от страховки, и Шар задел Кэпа по затылку! Завр возомнил себя Тринадцатым и ушел от страховки!!!

Кэп не обернулся. Обернуться в начале фазы, когда Шар заряжен до предела, — такое может себе позволить только сателлит, которому надоело все. И жизнь в том числе. Кэп не обернулся, но понял: сателлит, назвавшийся Завром, ищет время и место.

Поэтому Кэпу не удалось покончить с Кровожадом и его сателлитами уже во второй фазе. Кэп доделал тех двоих из «Оранжа», которые попались на бит-маятник в первой фазе. Потом сателлит, назвавший себя Завром, провел косящий бит сразу против трех сателлитов Кровожада. Те стояли треугольником — спина к спине. Кэп отрезал их от Кровожада, и, пока Кровожад продирался сквозь заслон, Кэп ухватил Шар и метнул его в эту троицу. Шар сработал в воздухе, брызнув огнем, и отскочил к Завру. Завр среагировал — поймал и провел косящий бит. Шар сделал свечу и рухнул в центр треугольника из спин сателлитов Кровожада. И заметался в треугольнике, срабатывая и срабатывая.

Уже не стало треугольника — стало на трех безнадежных «Оранжа» больше. Кровожад и двое — «Оранж». Кэп и восемь — «Маренго». «Вторая фаза — без потерь, — думал Кэп. — Значит, сумма — на четверть больше. Если покончить с „Оранжем“ во второй фазе. А для этого прежде всего надо сосредоточиться на Кровожаде». Восемь сателлитов Кэпа справятся с двумя сателлитами Кровожада. А Кэп должен справиться с Кровожадом, должен не допустить, чтобы Кровожад метнул Шар в Мишень и отделался малой кровью. А это последний шанс Кровожада.

И Кэп сосредоточился…

Они оба были настороже. Тринадцатый «Маренго» и Тринадцатый «Оранжа» Кэп и Кровожад. Оба выставили пластинчатые рукавицы, страхуясь от срабатывания Шара. Кэп уже не пытался поймать Шар. Кровожад уже не рисковал своим гасящим контрбитом. Гасящий контрбит годен, если на полигоне относительное равенство. Ни один сателлит не будет атаковать Тринадцатого, пока тот на ногах. А если Тринадцатый будет снесен при гасящем бите, то его прикроют свои сателлиты. Кровожад теперь не мог рассчитывать, что его прикроют. Некому. Двое против восьмерых, у них своя забота — не превратиться в безнадежных.

И Кровожад кружил. У него был шанс перехватить Шар и метнуть его в Мишень. Кровожаду не хотелось превращаться в безнадежного.

Но Кэп-то мог применить гасящий контрбит, выдайся такая возможность и необходимость. У Кэпа оставалось восемь сателлитов — Кэп мог рассчитывать, что его прикроют. Но Завр не прикрыл его. Не прикрыл. Вот тогда Кэп стал дышать тяжело. И он тоже стал кружить.

Кэп не видел под забралом лица Кровожада, но Кэп отлично его себе представлял. У Кэпа в подобной ситуации тоже бы вытянулось лицо: если бы против Кэпа был Кровожад и восемь сателлитов и Кровожад, вместо того чтобы покончить с противником, вдруг стал бы кружить… Может быть, Кэп так же растерялся бы и пропустил нырок Кровожада, как пропустил его Кровожад, забыв о Мишени. Да, Кровожад пропустил нырок, и оранжевый шлем Тринадцатого сорвался, покатился, громыхая, по полигону. Голова Кровожада осталась незащищенной. Шар сработался полностью. Еще клапан-другой — и Шар высветится, иссякнет.

Кэп прижал Шар рукавицей, огладил его сверху вниз, сажая себе на ладонь, и — метнул. Шар попал. Голова Кровожада, Тринадцатого «Оранжа», была незащищенной. Шар подкатился к оранжевому шлему Тринадцатого и высветился…

«Не получилось», — подумал Кэп. Не удалось покончить с «Оранжем» во второй фазе: на полигоне оставался еще один сателлит Кровожада. Уже с надломом, но не безнадежный. Всего один бит — и очередной финал спейсбола кончился бы уже второй фазой!

Но Шар высветился. И времени для последнего бита не осталось. Теперь только в третьей фазе…

Но уж до того!.. Кэп представил, что он сейчас устроит своим сателлитам в раздевалке. Какого холода он напустит в штаны этим червякам, не сумевшим обработать всего-то двоих сателлитов «Оранжа»! Этим червякам, из-за которых он, Кэп, потерял прибавку в четверть суммы. Этим восьмерым червякам, включая так называемого Завра, который должен был прикрыть ему спину и не сделал этого. А вот Кэп сейчас выяснит в раздевалке, почему этот восьмой червяк…

Боль толкнулась от затылка, куда попал Шар во второй фазе, куда попал вчерашней ночью пятый сверху из банды Бича. Боль хлынула вниз: плечи, грудь, живот, пах, ноги.

Он замер, пытаясь контролировать. Не смог. Надлом… Он еще смог шевельнуть пальцами. И сателлиты, окружив его, подняли на руки и вынесли с полигона. Они вынесли Кэпа как победителя, как Тринадцатого «Маренго». Кэп был Кэпом. Он смог скрыть надлом от сателлитов. От всех восьмерых — от Завра тоже. А в раздевалке Кэп, пожалуй, не будет напускать холода в штаны своим сателлитам. Пожалеет… И выйдет в третьей фазе как ни в чем не бывало. У него надлом, но восемь сателлитов «Маренго» справятся с одним сателлитом «Оранжа» без своего Тринадцатого. Разве нет?..

— Какую сумму они предлагают за Кэпа?! — еще раз проорал Вице, изо всех сил демонстрируя лояльность к родному «Маренго».

Теперь Босс не принял игры Вице. Босс снова стал задумчиво ковырять в ухе. Босс не был бы Боссом, если бы не уловил того, что прозевал Вице. Босс видел, что произошло с Тринадцатым «Маренго». Босс взвешивал. Босс поднял голову и сказал, глядя сквозь Вице:

— Мы отдадим Кэпа за эту сумму. «Оранж» получит Кэпа. Контракт немедленно. Думаю, они не заметили.

— Что не заметили? — Вице был ошарашен.

— Делай то, что сказано!.. Третью фазу Кэп должен провести уже за «Оранж»… Спорт есть спорт. Нужно уметь… выигрывать.

Оранжевый бронежилет Кровожада немного жал под мышками Кэпу. Спину Кэпа страховал единственный сателлит «Оранжа», у которого тоже был надлом. Шар уже стоял в захватах.

Кэп подумал, что может на прежнем авторитете отпугнуть «Маренго» и накрыть Шар. И метнуть его. И поразить Мишень. И даже выиграть финал. Малой кровью. Но выиграть. А потом набрать сателлитов для себя теперь уже в «Оранж». Через месяц он уже будет в полном порядке и сможет показать «Маренго» в следующем финале спейсбола… Через месяц «Маренго» не отделается от Кэпа малой кровью. Он припомнит им всем и каждому — вплоть до Босса. Они еще узнают, каково это — бросаться Кэпом!

Кэп сделал шаг — затылок ответил порогом боли.

Восемь сателлитов «Маренго» выжидали. Нет. Семь сателлитов — «Маренго» Завр в бронежилете Кэпа отныне был Тринадцатым…

Они выжидали. Они тоже хотели поразить Мишень. Но не ту, которая дает победу малой кровью. Все они нацелились на другую Мишень…

Захваты щелкнули и выпустили Шар…

Content

Андрей Измайлов
Только спорт