Афанасьев Иван

МОРСКАЯ ЗВЕЗДА

Платформы с приговорёнными были готовы к спуску под воду. Старший исполнитель Зак дал своим помощникам знак подождать, надел дыхалку — кислородогенерирующую маску, и пошёл под воду. В лагуне смерти всё было спокойно и тихо. Солнце играло бликами на серовато-жёлтом песке дна, сквозь прозрачную воду было видно чистое голубое небо. Зак обошёл пещеры, клетки с душами, затем поднялся обратно по склону так, чтобы помощники его увидели, и махнул им рукой закатывать платформы. Неки и Флорин нехотя поднялись с бревна в тени пальм и покатили платформы к воде. Смертники, подвешенные к перекладинам, закачались в такт толчкам младших исполнителей. Как только вторая платформа, за которую отвечал Неки, скрылась под водой, Зак включил цифрометр. Трое из восьми захлебнулись сразу — парни даже не успели закатить платформы в пещеры. Неки выложил на стол две смертных таблички, Флорин — одну. Ещё через пару делений оба выложили ещё по две таблички. Все души с платформы Неки ушли в море, у Флорина последний приговорённый ещё держался. Размеренное покачивание неглубоких вод лагуны и контрастные вентиляционные течения всегда наводили на Зака сон. Вот и сейчас только он опустился на свой камень и стал считать деления, как глаза сами собой стали закрываться. Сквозь пелену полузакрытых глаз он посмотрел на цифрометр, заметил, что прошло уже пять делений, а Флорин так и не выложил последнюю табличку. Вдруг какая-то тень промелькнула перед старшим исполнителем. Он открыл глаза и увидел девушку в сильно поношенном, полупрозрачном от воды балахоне заключённой. Она быстро всплывала, гребя одной рукой. Вторую она прижимала к груди. От неожиданности Зак даже не сразу среагировал. Плавать он не умел, поэтому как мог быстрее пошёл наверх по длинному пологому склону, помогая себе руками. Когда он вышел на пляж, сбежавшей смертницы уже не было видно, но на тёплых камнях ещё не испарились её мокрые следы. Они вели на север — к краю скалы, мимо коптильни и домика палача. Зак поспешил за беглянкой.

Там, за нагромождением обломков скал был открытый океан. Если подняться на скалу и не побояться спрыгнуть с неё — то заключённых ждала свобода. Зак быстро петлял между знакомыми камнями, выискивая взглядом подходящий проход. Наконец он выбрался на самый верх, на гладкую вершину. Девушки не было видно. Либо Зак не успел, и она уже спрыгнула в воду, что было маловероятно, либо он ошибся и упустил её. Он растерянно обернулся, выискивая белую женскую фигуру среди серых камней и вдруг увидел её сидящую между двумя валунами. Она по прежнему прижимала что-то к груди и беззвучно рыдала. И тут Зак вспомнил её. Это была Виолин, служанка казнённой баронессы-мужеубийцы Газнийской. Зак не особо интересовался прошлым своих многочисленных клиентов, но это дело было громкое. После исполнения приговора своей госпоже, служанка пробралась в дом родственников убитого хозяйкой мужа и пыталась украсть сундук с золотыми драхмами. Кража у членов аппарата Его Величия карается смертью через утопление. И хотя защитник просил заменить наказание ссылкой на острова, правовед настаивал на смерти, и судья с ним согласился. Зак подошёл ближе. Девушка не пыталась сбежать. Она продолжала плакать и капли слёз смешивались со струйками воды, стекающими с её мокрых волос. Зак достал из-за спины гарпунное ружьё и направил его на Виолин.

— Что у тебя там? — спросил он, указывал остриём гарпуна на её прижатые к груди руки.

Девушка молча протянула ладони вперед. Боги, это была морская звезда! Она украла чью-то душу! Животное судорожно шевелило лучами, кожа уже начала высыхать — звезда умирала без воды. Зак заколебался. Он должен был вернуть беглянку, но пока они доберутся до пляжа, звезда умрёт. Если же спасать душу, то приговорённая к смерти сбежит, и не важно, что она по непонятной причине не сделала этого раньше.

— Прости, — сказал Зак, приняв решение.

Он медленно и осторожно забрал у девушки звезду, приставил гарпун к её сведённым вместе коленям и выстрелил. Стальная стрела пробила оба сустава и застряла, надежно скрепив ноги. Ходить и плавать Виолин уже не сможет никогда. Не обращая на крики девушки, Зак он быстро побежал обратно. Уже подбегая к пляжу он встретил двух полицейских в черных гидрокостюмах. «Поздновато они», — подумал Зак. Похоже, побег только недавно заметили, хотя прошло уже минут десять. Из воды выбежали двое одетых только в свои татуировки хранителей. Они подбежали к Заку и забрали у него всё ещё живую звезду. Одной проблемой меньше. У кромки воды, набегающей ленивыми волнами на берег, прямо на камнях сидели Неки и Флорин. Неки был заметно грустнее Флорина — он ошибся, не проверил как следует приговорённую и поспешил выложить табличку о смерти. Заку нечего было ему сказать — он действительно допустил промах и ответит за это перед главным советом исполнения наказаний. У Флорина, слава богам, всё прошло гладко. Стойкий заключённый захлебнулся через семь минут — почти рекорд. Судя по дыму, в коптильне уже разжигали печь для новых семи трупов.

Тем временем полицейские уже несли беглянку с окровавленными ногами к домику палача. Она не сопротивлялась. Зак пошёл за ними. В вотчине Бонгера как всегда царил полумрак, раздавались сдавленные крики и всхлипы жертв. Виолин отнесли в одну из камер, а Зак пошел к палачу. Бонгер как раз видимо закончил очередной допрос и стоял в дверях своего кабинета, вытирая нож и жмурясь на солнце.

— Привет, Зак, — произнёс он без эмоций, — что за суматоха?

— Побег, — ответил Зак коротко.

— Что, больше десяти делений? — удивился Бонгер.

— Нет, освободилась, а Неки не заметил.

— Не повезло пареньку, — констатировал палач.

— Посмотришь? Я ей колени пробил, — попросил Зак.

— Конечно, — согласился Бонгер. Он вернулся во мрак кабинета и Зак последовал за ним.

В дальнем углу комнаты, на соломе, вжавшись в угол сидел голый паренёк, прикованный цепью к кольцу в полу. С операционного стола уборщики стаскивали чьё-то окровавленное тело на носилки.

— А с этим что? — поинтересовался Зак, кивнув в сторону паренька.

— Изнасиловал кого-то, — ответил Бонгер. — Дурачок. Подарил бы пару жемчужин и развлекался бы сколько хочется. А теперь пойдёт в гарем.

На этих словах Бонгер достал небольшой серповидный нож, а несчастный насильник ещё сильнее вжался в свой угол и застонал. Уборщики наконец справились с предыдущим клиентом палача и понесли его к выходу. Когда они проносили труп мимо Зака он увидел, что это была девушка. Вдоль всего её тела, ног, рук, от шеи до пят проходили длинные глубокие разрезы. Кровь с неё уже смыли и было похоже, будто она одета в красно-белый костюм с оборками. Только это были не оборки, а её кожа. Зак остановил взгляд на лице девушки и отпрянул — мёртвыми глазами на него смотрела Виолин. Сходство было поразительным, и даже обескровленная и уже посиневшая кожа не могла скрыть различия — это была точная копия беглянки, двойник.

— Кто это? — спросил Зак у Бонгера. Его помощники пытались затащить сопротивляющегося юношу на стол.

— Не знаю, — пожал плечами палач, — сказали провести общий допрос.

Насильника уже растянули на столе, широко раздвинув ему ноги, и Зак поспешил уйти. Он пошел в изолятор, где в одной из камер должна была быть Виолин. Кроме девушки, в соседней камере на полу лежало ещё какое-то тело. Зак не смог даже понять, мужчина это или женщина, живо оно или нет. В любом случае, сосед девушки был без сознания или рассудок его окончательно помутился, и он им не помешает. Зак подошел вплотную к прутьям решетки. Виолин сидела прислонившись к противоположной стене, опершись о каменный пол руками. Её простреленные ноги всё ещё были полусогнуты и прибиты друг к дружке стрелой гарпуна. Он была в сознании. Марк понял, почему сумел вспомнить её и смог найти сходство с тем трупом у Бонгера. У девушки была необычная внешность — очень короткие светлые волосы, высокие изогнутые брови, постоянная полуулыбка и лёгкое удивление на лице. Правда сейчас её лицо было искажено гримасой боли и тоски.

— Прости, у меня не было выбора, — повторил Зак извинения. Девушка молчала. — Ты ведь Виолин?

Она слегка кивнула.

— Бонгер вытащит гарпун и зашьёт раны, — сообщил Зак и продолжил, увидев вопрос в глазах девушки, — это наш палач, но так то он доктор и поможет тебе.

В ответ было снова молчание.

— Почему ты не убежала? — спросил Зак.

— Звезда. Умирала, — тихо произнесла девушка.

— Глупости, я знаю десятки способов как украсть душу, сбежать и сохранить её, — сказал Зак, — правда, без шамана всё равно ничего бы не получилось, да и тело так просто не достать. Или у тебя были помощники?

Виолин продолжала молчать.

— Слушай, я не правовед, мне просто интересно. Не каждый день у меня сбегают смертники. Ты первая, после того случая два года назад, после которого приказали держать вас под водой в два раза дольше, — Зак пытался разговорить её, но понимал, что она в шоке и в принципе не обязана ему отвечать. — А у тебя случайно нет сестры?

— Сестры? — вдруг немного оживилась девушка.

— Да, я тут только что случайно у Бонгера встретил, э-э-э… заключённую, как две капли похожую на тебя. Даже причёска такая же.

— Где она? — на лице Виолин разгорелся неподдельный интерес.

— Ну, — замялся Зак, — от Бонгера редко кто уходит живым. Даже целым и то не всегда.

Лицо Виолин внезапно осунулось, посерело, она закрыла глаза руками и снова зарыдала. К Заку подошел палач и встал рядом:

— Что это с ней? — спросил он.

— Не знаю, — ответил Зак, — похоже она знала эту, которую ты располосовал.

— Ясно. Ладно, пойдём посмотрим, что там с ней.

Они вошли в камеру и Бонгер склонился на ногами девушки, поставив рядом потёртый кожаный саквояж.

— Тебе стрела нужна? — поинтересовался палач у Зака.

— Гарпун, — поправил Зак, — желательно, а что?

— Если так вытаскивать, то ноги лучше будет ампутировать, — пояснил Бонгер.

— А если не так?

— Тогда я отломаю оперение и вытащу, — ответил палач.

— Ладно, ломай, — согласился Зак. Гарпуны были дорогие, но он не хотел причинять девушке ещё больше страданий, хотя её всё равно в итоге снова приговорят к смерти, а то и к сожжению.

Сильные руки Бонгера оторвали от металлического стержня гарпуна стабилизирующее оперение, на хвостовой части остались небольшие зазубрины, но больше ничего сделать было нельзя. Виолин с ужасом смотрела на манипуляции палача-доктора.

— Будет немного больно, — произнёс тот, и не дав девушке опомнится, двумя резкими движениями выдернул гарпун и, надавив на пробитые колени, распрямил ноги.

Девушка закричала. В камеру заглянул надзиратель, но увидев Бонгера, быстро исчез. Палач между тем уже зашивал продолговатые ранки, оставшиеся от не до конца раскрывшегося острия гарпуна.

— Сгибаться они больше не будут, — сообщил Бонгер, — но ходить сможет, если успеет зажить до суда.

— Думаешь будет суд? — усомнился Зак.

— Да кто их знает, — вздохнул палач. — Пошли, пропустим по стаканчику морсянки, у меня на сегодня всё.

Бонгер собрал инструменты, встал и вышел из камеры. Зак собрался было последовать за ним, как вдруг услышал, что девушка зовёт его.

— Ты идешь? — крикнул из коридора Бонгер.

— Сейчас, — ответил Зак и вернулся в камеру.

— Зак, так ведь тебя зовут? — прошептала Виолин. Зак кивнул и она продолжила. — Я знаю. Я не могу. Просить тебя. Я всё провалила. Мне больше некого просить, — её речь была тихая, отрывистая и Зак невольно наклонился к самому её лицу.

— Я вижу. Можно доверять тебе, — сказала она после некоторой паузы, — Пообещай выполнить две мои просьбы. Хотя, я всё равно. Расскажу. Ты решай. Найди таких же как я. Так та, вторая. Ты видел. На островах. На планете есть ещё. Мы помогаем. Найди и покажи, что я тебе дам. Что ты найдешь. Есть нож?

— Да, — Зак рефлекторно схватился за ножны. Убить она его что-ли собралась и сбежать? Вряд ли у неё получится.

— Разрежь бедро, вдоль. Там знак, — произнесла Виолин. — Но сначала, убей меня. Сердце.

— Погоди, — попытался остановить её Зак, — может тебе ещё позволят умереть в море, ты сохранишь душу.

— Нет души, — ответила девушка, — нет моря, нет богов. Вы ничего не знаете. И не помните. Убей и достань знак. Прошу тебя. Найди таких, как я. Спаси их всех.

Зак колебался. Конечно, его распирало от любопытства, что же за знак у неё в ноге, как она говорит. Если, конечно, это не бред умирающей преступницы. Если он убьёт её сейчас, ему самому придётся бежать. Наказание, конечно, будет мягким — пару лет на южных островах с пляжем и осуждёнными проститутками, но карьеру он себе попортит. С другой стороны, эта Виолин явно какая-то странная. Она всё это говорила очень уверенно. Да и вела себя с самого начала странно. И она она до сих пор держится, не смотря на то, что ей пришлось продержаться под водой более пяти минут, вытерпеть ранение и последующие манипуляции Бонгера. Она либо совсем сумасшедшая, либо говорит правду и это всё важно для неё. Зак решился. Ничего хорошего её действительно не ждёт. В море её никто не пустит, сожгут заживо и обрекут душу на вечную жизнь на Огненном Камне. Лучше уж тут. Виолин лежала с закрытыми глазами и тяжело дышала. Зак достал нож и она открыла глаза.

— Спасибо, — произнесла девушка.

Зак поставил нож остриём между ребер чуть левее и наискось — чтобы достать до сердца. Немного помедлив, он сделал глубокий вдох и всем своим весом навалился на рукоять. Острый нож легко вошел в тело и упёрся в позвоночник. Девушка не произнесла ни слова, лишь выпустила последний вздох. Теперь её душа будет вечно скитаться вместе с ветрами по поверхности моря, устраивать штормы и губить моряков. Зак выдернул лезвие из груди и стал ощупывать белые бёдра. На ощупь в них ничего не было. Он не помнил, говорила ли Виолин какое именно бедро надо разрезать, и начал с левого. Нож легко рассёк мёртвую плоть до самой кости, но там ничего похожего на знак не было. На всякий случай Зак сделал ещё пару длинных надрезов с верхней и внутренней стороны бедра — пусто. Глядя на дело своих рук он вдруг понял, что Бонгер делал тоже самое с двойником Виолин — он искал знак. Но не знал где, поэтому исполосовал её всю. Зак приступил к поискам в другой ноге и только он начал резать, как лезвие наткнулось на что-то. Он продолжил резать и увидел, что под слоем мышц что-то блестит. Разрезав бедро до конца, Зак вытащил из ноги Виолин странный предмет. На ощупь это была металлическая пластина, но она гнулась, как хрящ молодого моллюска. Пластина была круглая, с гладкими краями и слегка изогнута. На верхней изогнутой стороне было изображение — звезда, вокруг неё три круга с шариками, а поверх всего этого большая птица, похожая на горных омиков, только с клювом поменьше. На обратной вогнутой стороне пластины, было явно что-то написано, но эти символы Заку были незнакомы. Он узнал только цифру шесть, как на диске цифрометра внизу и ещё несколько букв, но вместе они в знакомые слова не складывались. Но удивительнее всего было то, что по краям пластины тускло мерцали огоньки, и когда Зак поворачивал пластину, огоньки перемещались, будто указывали направление всегда в одну сторону.

Пора было уходить. Зак встал, опустил нож в ножны, убрал окровавленную пластину в карман и вышел из камеры, затем из домика палача и побежал туда, где нашел между камнями девушку. Разбежавшись, Зак прыгнул со скалы, надев предварительно дыхалку. Плавать он не умел, но вдоль берега он за пару цифр дойдет по дну до деревушки китоедов, возьмёт лодку и отправился на острова, искать таких же, как Виолин.

Content

Афанасьев Иван
МОРСКАЯ ЗВЕЗДА