Никс Гарт

Превосходная Суббота

Никс Гарт

Превосходная Суббота

Пролог

Суббота, самопровозглашенный Великий Чародей Дома, стояла в персональной обзорной комнате на самой вершине своего владения, наверху башни, которую она воздвигала уже почти десять тысяч лет. Эта комната со стенами из чистого хрусталя всегда находилась выше всех: строители каждый раз поднимали ее и вставляли новые этажи под ней.

Сквозь мокрые от дождя стекла Суббота смотрела вниз, на множество мутно-зеленых огоньков. Башня высотой в несколько километров словно бы подверглась массированной атаке светящихся короедов, но на самом деле этот свет исходил от ламп с зелеными абажурами, стоявших в одном и том же месте на каждом столе в Верхнем Доме. Каждый стол, в свою очередь, располагался точно посередине открытого куба из кованого железа, с решетчатым полом, но без стен и потолка.

Эти кубы — кирпичики башни Субботы — могли двигаться по вертикальным и горизонтальным рельсам, поднимаясь, опускаясь и сдвигаясь в стороны сообразно заслугам Жителей, что работали за столами.

Кубы перемещались за счет множества цепей, а те, в свою очередь, приводились в движение могучими паровыми машинами глубоко под башней. Бронзовые автоматы и невезучие Жители, которые так или иначе подвели Субботу, строили рельсы и подбрасывали в машины топливо. Еще ниже них по статусу стояли маслята — дети Дудочника, которые смазывали и обслуживали бесчисленные километры опасных, быстро двигающихся механизмов.

Превосходная Суббота созерцала свои владения, но вид мощной башни и десятка тысяч чародеев в ней не мог заставить ее пульс убыстриться. В конце концов, не в силах бороться с искушением, она подняла голову и посмотрела вверх.

Поначалу она видела только тучи, но затем мелькнул проблеск зеленого света — более темного и загадочного, чем свет ламп. Облака слегка разошлись, давая взглянуть на изумрудный потолок Верхнего Дома, пол Несравненных Садов. Суббота скривилась, гримаса исказила ее необыкновенно прекрасное лицо.

Вот уже десять тысяч лет она воздвигала свою башню, чтобы достигнуть Несравненных Садов и вторгнуться туда. Но как бы высоко она ни поднялась, Сады все равно поднимались еще выше. Лорд Воскресенье издевался над ней, дав только ей одной видеть это. Если бы любой Житель посмотрел вверх, тучи немедленно сомкнулись бы снова.

Суббота поджала губы и отвернулась, но новый вид тоже не успокаивал. Далеко, на границе Верхнего Дома, вертикальная тень поднималась с земли до облаков. Если присмотреться, она тоже сияла зеленым светом, ибо это было огромное дерево, одно из четырех деревьев Драсиль, что поддерживали Несравненные Сады.

Деревья Драсиль и были причиной, по которой Суббота никак не могла достроить свою башню — они росли быстрее, чем она строила, и возносили Сады на своих вершинах. Она пыталась разрушить или срубить Драсили чарами, ядом и грубой силой, но никакие ее замыслы не были в состоянии хоть чуть-чуть повредить деревьям. Она посылала Искусных Медлителей и Добавочных Чародеев взобраться по стволам и проникнуть во владения Лорда Воскресенье, но им никогда не удавалось добраться даже до середины стволов — они не могли противостоять гигантским оборонным насекомым, обитавшим в туннелях в коре великих деревьев. Даже полет не был выходом из положения. Высоко над облаками ветви Драсилей простирались повсюду, и были они хищными, агрессивными и стремительными.

Так продолжалось тысячелетиями: Суббота строила, Драсили росли, а Лорд Воскресенье оставался могущественным и отдаленным в безопасности Несравненных Садов.

Но все изменилось с одним-единственным чихом, прозвучавшим на поверхности отдаленной мертвой звезды. Волеизъявление Зодчей освободилось и избрало Законного Наследника. И теперь Наследник отбирал Ключи у неверных Доверенных Лиц. Его звали Артур — смертный, чей стремительный успех оказался неожиданностью не только для Субботы.

Не то чтобы успехи Артура много значили для Субботы; она строила планы на случай исполнения Волеизъявления и прибытия Наследника почти с того момента, как исчезла Зодчая. Суббота была не просто Доверенным Лицом, получившим силу и власть от Ключа Зодчей, вверенного ей; она также являлась чрезвычайно могущественным и умелым чародеем сама по себе. Не считая Зодчей и Старика, она была древнейшей сущностью во вселенной.

Это-то и грызло ей сердце. Первая из Жителей, сотворенных Зодчей, она чувствовала, что именно ей должно было возглавить всех прочих, включая детей Зодчей (эксперимент, против которого она высказывалась в свое время). Не Воскресенье, а Суббота достойна обитать в Несравненных Садах. И все, что она до сих пор делала, было направлено именно на то, чтобы исправить эту несправедливость.

Приглушенное покашливание за спиной вернуло Субботу к текущим делам. Она развернулась, и накидка из звездного света и лунной тени взвихрилась вокруг ее стройных ног. Под накидкой, древней магической вещью, Суббота носила мантию из золотых нитей, испещренную крохотными сапфирами, и туфельки на беспощадно острых стальных каблуках. Длинные ярко-голубые волосы, струящиеся по плечам и спине, удерживал золотой обруч на лбу. Чародейские слова, написанные алмазами, двигались и переливались на нем.

— Прошу прощения, ваше величество, — произнес высокий, безукоризненно одетый Житель. Когда она обернулась, он преклонил колено, так что фалды его сюртука коснулись сверкающего ботинка.

— Ты кандидат на должность моего Заката, — сказала Суббота.

Житель склонил голову еще ниже в знак согласия.

— Прежний Закат был твоим братом? Вы вышли из одной формы?

— Да, ваше величество, он был старшим из нас.

— Ясно. Он хорошо послужил мне, и почти преуспел в своем последнем задании, пусть и встретил свой конец. Полдень осведомил тебя о положении дел?

— Полагаю, да, ваше величество, — ответил новый Закат Субботы.

Суббота двинула пальцем, и Закат поднялся. Хоть он и достигал двух с лишним метров в высоту, его госпожа возвышалась бы над ним даже без каблуков. Впрочем, он все равно держал голову опущенной, не решаясь взглянуть Субботе в глаза.

— Так скажи мне, — потребовала она, — все ли мои приготовления движутся к последней победе?

— Мы полагаем, что да, — доложил Закат. — Хотя Дом рушится не так быстро, как мы некогда надеялись, он все же разрушается, а наше новое атакующее решение ускорит дело. В настоящее время доклады показывают, что Пустота основательно проникла в Дальние Пределы и широко распространилась по Пограничному Морю. Также, хоть это вызвано и не нашими стараниями, причинен значительный урон горным укреплениям Великого Лабиринта. Безо всякого сомнения, ни у Первоначальствующей Госпожи, как теперь называет себя Волеизъявление, ни у ее марионетки Артура не хватит сил остановить разрушение.

— Хорошо, — произнесла Суббота. — И каково воздействие на деревья?

— По мере распространения Пустоты глубокие корни Драсилей оказываются отсеченными. Это уже замедлило их рост на шесть процентов. Однако они по-прежнему поднимают Сады быстрее, чем мы можем строить. Расчеты показывают, что если Пустота полностью поглотит остатки Дальних Пределов и Нижний Дом, мы сможем строить быстрее, чем деревья растут, и достигнем желаемого положения в течение дней. Если падут и другие области Дома, то это время сократится до часов.

— Превосходно! — воскликнула Суббота, и улыбка заиграла на ее сияющих, выкрашенных в голубой цвет губах. — Надеюсь, Парадная Дверь надежно закрыта? Мне не нужно, чтобы Госпожа или Дудочник вмешались.

— Парадная Дверь закрыта, хотя Младший Хранитель подал в Суд Дней петицию о ее открытии. Так что если Лорд Воскресенье…

— Воскресенье замурован в Садах, — прервала Суббота. — Ему нет дела ни до чего другого. Он не станет вмешиваться… по крайней мере, пока не станет уже слишком поздно что-либо делать.

— Как скажете, ваше величество, — дипломатично согласился Закат. — Все выходы из лифтов в Верхнем Доме надежно запечатаны и охраняются, хотя операторы-ренегаты, по слухам, открыли доступ к некоторым другим сервисам Дома.

— Пусть их бегают по развалинам, — пренебрежительно произнесла Суббота. — Чары против Невероятной Лестницы и Пятого Ключа остаются в силе?

— Четыре смены по девятьсот чародеев поддерживают преграду. Двадцать восемь сотен чародеев исполнительского уровня сидят наготове, чтобы отразить любое действие Ключей, находящихся в руках Самозванца, или чары Дудочника.

— Дудочник — выплюнула Суббота. — Если бы только мне удалось прикончить его столетия назад! Хорошо хоть он винит в этом брата. Что слышно о Дудочнике? Избавились мы от его чертовых крыс?

Закат осторожно продолжил.

— Нам не вполне ясно, чем занят сейчас Дудочник. Его силы отступили из Великого Лабиринта, предположительно в мирок, который он создал для Новых пустотников. Но мы до сих пор не смогли обнаружить этот мирок, и не знаем, собирает ли он силы против нас или же против Первоначальствующей Госпожи.

— Наша оборона выстоит против Дудочника, как и против Самозванца, — уверенно сказала Суббота. — Они не смогут войти через лифт, Лестницу, Парадную Дверь или же силой Пятого Ключа. А других путей нет.

Закат Субботы ничего не ответил, но на его лбу появилась легчайшая тень морщинки, которую он тут же согнал.

— А что Крысы? — напомнила Суббота.

— Вот уже пять дней никаких известий. Мы потеряли четырнадцать клерков низкого уровня и нескольких детей Дудочника из-за Автоматов-Крысоловов, и уже есть требования их отозвать.

— Нет. Пусть работают. Я не хочу, чтобы эти твари тут шныряли.

— Кстати о детях Дудочника. Мы используем немалое их число в качестве маслят и цепочников, но согласно докладам, некоторых детей, служивших Сэру Четвергу, Дудочник заставил выступить против него. Нам не нужно, чтобы и наши дети Дудочника тоже обернулись против нас.

— Верно, — согласилась Суббота. — Он обладает властью над своими творениями, и они повинуются его дудочке. Но этого не произойдет, пока мы держим его подальше от Верхнего Дома, а дети нужны нам, чтобы ускорять строительство. Но мы должны быть готовы. Передай Полдню, чтобы он выделил достаточное количество Добавочных Чародеев, чтобы следить за детьми Дудочника — и перебить их, если я прикажу.

— Слушаюсь, ваше величество. Остается еще один вопрос…

— Да?

— Самозванец, этот Артур Пенхалигон. Нам только что доложили, что он вернулся во Второстепенные Царства, на Землю. Привести в действие план особого случая?

Суббота улыбнулась.

— Незамедлительно. Нам известно, при нем ли Ключ?

— Мы не знаем, ваше величество, но обстоятельства подсказывают, что при нем, по меньшей мере, Пятый Ключ.

— Хотелось бы знать, сможет ли он защитить его. Будет интересно посмотреть. Передай Правуилу, чтобы приступал немедленно.

— Кхм… — кашлянул Закат. — С прискорбием должен заметить, что сейчас на Земле еще не суббота, ваше величество. Остается еще сорок минут до полуночи пятницы, а Дом и это Второстепенное Царство близки друг другу по времени.

Суббота помолчала, взвешивая ситуацию. Соглашение между Доверенными Лицами было фактически уже нарушено, но сам договор оставался в силе, и неведомые чары могли сработать, если бы она или ее агенты вступили в игру вне отмеренного им промежутка власти во Второстепенных Царствах.

— Тогда пусть Правуил нанесет удар, едва часы закончат бить полночь. В первую секунду субботы, не позже. Присмотри за этим немедленно.

— Да, ваше величество, — ответил новый Закат. Элегантно поклонившись, он отступил на серебряную винтовую лестницу, которая вела в кабинетный куб прямо под обзорной комнатой.

Едва он скрылся из виду, взгляд Превосходной Субботы снова был прикован к небу, расходящимся облакам, и новой, вызывающей ярость и жажду, вспышке подкладки Несравненных Садов.

Глава 1

Вокруг маленькой частной больницы царила темнота, фонари не горели, а в домах через дорогу были закрыты все окна. Только еле заметные контуры света в некоторых окнах свидетельствовали, что там, возможно, находятся люди, и что в городе еще есть электричество. В небе хватало огней, но они принадлежали патрульным вертолетам — крохотные красные светлячки высоко верху. Время от времени с какого-нибудь из вертолетов сверкал луч поискового прожектора, и сразу за ним следовал треск пулеметной очереди.

В самой больнице вспышка света внезапно озарила пустой плавательный бассейн, и раскат грома сотряс все окна, заглушив отдаленные звуки от вертолетов и стрельбы. Когда вспышка слегка померкла, ровный неспешный барабанный бой заполнил залы.

В приемном покое усталая женщина в помятой синей больничной униформе оторвалась от видеоэкрана, с которого сообщали последние плохие новости, и вскочила, чтобы включить свет в коридоре. Затем она схватила швабру и ведро и побежала. Гром и барабаны возвещали о прибытии доктора Пятницы, а доктор Пятница желала, чтобы пол мыли перед самым ее приходом, чтобы она могла видеть свое отражение в блестящей поверхности свежевымытого линолеума.

Уборщица промчалась по всем палатам, везде включая свет. Перед самым бассейном она покосилась на часы. Было 23:15, ночь пятницы. Доктор Пятница еще никогда не появлялась так поздно, но ее слуги иногда приходили. В любом случае, уборщице запрещалось покидать пост, пока день не закончится совсем. Не то чтобы ей было куда идти, со всеми этими карантинными мерами и вертолетами, отстреливающими всякого, кого заметят на улице. В новостях то и дело упоминали о "крайней мере" по отношению к "рассаднику заразы", появившемуся в городе.

На пороге комнаты с бассейном уборщица перевела дух. Затем она опустила голову, окунула швабру и толкнула ее вместе с ведром перед собой в дверь, протягивая в то же время руку, чтобы не глядя включить свет, как она делала это уже столько раз, в течение стольких пятниц. Она давно уже поняла, что нельзя смотреть вперед, иначе можно встретиться взглядом с Пятницей, или тебя ослепит ее зеркало.

Но из темного портала в пустом бассейне поднимались по пандусу не слуги Пятницы и не она сама.

Уборщица уставилась на их босые ноги и синие больничные ночнушки. Она уронила швабру, подняла взгляд и завизжала.

— Они возвращаются! Они же никогда не возвращаются!

Спящие, которые на ее глазах ушли в пруд только сегодня утром, ведомые доктором Пятницей, ковыляли обратно наверх, выставив руки перед собой в классической позе лунатиков, как их часто показывают в фильмах и по телевизору.

Но на этот раз доктора Пятницы здесь не было, как и ее странно высоких и привлекательных помощников. Уборщица увидела девочку, ту, которая проснулась этим утром. Она вела самую первую из спящих, женщину во главе колонны, придерживая ее посередине пандуса. Спящие повиновались хуже, чем по пути туда, и не так крепко спали.

— Привет! — позвала девочка. — Помните меня?

Уборщица машинально кивнула.

— Меня зовут Листок. А вас как?

— Весс, — прошептала уборщица.

— Ну так помогайте, Весс! Нам нужно всех вернуть в кровати, по крайней мере на сегодня.

— А как же… как же доктор Пятница?

— Нету ее, — ответила Листок. — Артур ее одолел!

Она махнула рукой назад, и уборщица увидела красивого мальчика примерно одного возраста с Листок. Его кожа прямо-таки светилась здоровьем, волосы блестели, а зубы сверкали белизной. Но не это поражало в нем больше всего. В руке он держал свет, сияющую звезду, в которой уборщица сразу же узнала зеркало Пятницы.

— Сэр! — проговорила уборщица, опустилась на одно колено и преклонила голову. Листок нахмурилась, оглянулась на Артура и словно бы увидела его заново.

— Что такое? — спросил Артур. — Эй, давай веди их не останавливаясь, иначе у нас внизу куча-мала будет.

— Прости, — Листок поспешно потянула первую из спящих — свою тетю Манго — прочь из строя и придержала ее за руку. — Это… ну, я просто поняла, что ты выглядишь… не так, как обычно.

Артур осмотрел себя и снова поднял взгляд. На его лице отразилось недоумение.

— Ты вроде был чуть ниже меня, — пояснила Листок. — А теперь подрос сантиметров на десять и стал… лучше выглядеть.

— Что, правда? — пробормотал Артур. Всего несколько недель назад он бы обрадовался, услышав, что стал выше. Сейчас же он ощутил только неприятный мороз по коже. Мальчик покосился на крокодилье кольцо на пальце, показывавшее, насколько магия пропитала его кровь и кости. Но, еще не успев разглядеть, до какой отметки дошла золотая полоска, он заставил себя отвести взгляд. Здесь и сейчас он не хотел подтверждать свои опасения, что процесс его преображения в Жителя зашел за точку невозврата. В глубине души он и без кольца знал ответ.

— Ладно, неважно, — продолжил Артур. — Нам сейчас нужно всех уложить. Как, вы сказали, вас зовут? Весс, нам нужна ваша помощь, чтобы вернуть всех этих спящих в кровати, пожалуйста. Их здесь около двух тысяч, а нам помогают только Мартина и Гаррисон.

— Мартина и Гаррисон? — переспросила Весс. — Я их не видела уже… я думала, они умерли!

— Мартина и Гаррисон… присматривали за спящими в убежище Леди Пятницы, — пояснил Артур. — Эй! Листок, они сейчас в дверь врежутся!

Листок аккуратно повернула свою тетю лицом к стене и побежала вперед, чтобы провести передних спящих через дверь, открыв ее так, чтобы она не закрывалась. Затем она сняла с пояса маленький серебряный рупор и поднесла к губам. Это был один из инструментов, при помощи которых слуги Леди Пятницы управляли спящими. Он усиливал голос Листок и изменял его, и Весс поежилась, услышав знакомые интонации Леди Пятницы.

— Пройди к пустой кровати и встань рядом с ней, — скомандовала Листок. — Пройди к пустой кровати и встань рядом с ней.

Спящие повиновались. Правда, они толпились возле каждой кровати, толкая друг друга, пока кто-нибудь один не становился точно у изголовья — тогда остальные ковыляли дальше. Листок вернулась к тете, которая кружила на месте, пытаясь исполнить приказ и найти кровать.

Артур оставался у пруда и повторял команду следующим спящим, проходящим сюда. Ему не требовался серебряный рупор; может быть, потому, что он держал Пятый Ключ, а может, спящие повиновались власти его голоса, чувствуя силу Законного Наследника Зодчей.

Внешне он по-прежнему оставался просто мальчиком, но Артур уже вырвал пять Ключей из рук пяти Доверенных Лиц, предавших доверие. Теперь он властвовал над большей частью Дома, эпицентра вселенной. Добиваясь этого, он стал намного старше, пусть и прошло совсем немного времени. И еще он осознавал, что в нем все меньше от человека.

Спящие продолжали прибывать, возникая на темном полу бассейна, который в действительности был проходом в другое Второстепенное Царство, тайный курорт Леди Пятницы. Там она поглощала человеческие воспоминания, оставляя только бессмысленные оболочки тел. Те спящие, что сейчас возвращались, чудом избежали этой участи. В свое время они проснутся, даже не помня, через что прошли.

Мартина, одна из смертных служителей Леди Пятницы, появилась, кивнула Артуру и зашагала вверх по пандусу. На ее лице появилось выражение, которое на взгляд Артура выглядело смесью страха и возбуждения. Мартина была вынуждена оставаться в убежище Пятницы больше тридцати лет.

Для нее современный мир должен показаться очень странным местом, подумал Артур. И странность прибывает с каждым днем — в том числе из-за того, что Жители и пустотники Дома своим присутствием плохо влияли на Второстепенные Царства вроде Земли. Это разрушало окружающую среду на всех уровнях, включая появление новых смертоносных вирусов.

Артур обдумал это, продолжая следить за шагающими спящими и время от времени вмешиваясь, чтобы они продолжали двигаться. То, что он здесь с Пятым Ключом, тоже наверняка расшатает обстановку на Земле, может быть, даже создаст что-то жуткое вроде сонного мора. Ему нельзя было оставаться надолго, даже, может быть, на столько времени, сколько нужно, чтобы добраться до дома и увидеть семью. Но он отчаянно хотел убедиться, что с его сестрой Михаэли и братом Эриком все в порядке, и найти хоть какой-то ключ к местонахождению своей матери, Эмили. Или узнать, кто ее похитил, если Чихалка не ошибся и она действительно больше не на Земле.

Звонок телефона оборвал его мысли. Он становился все громче и звучал все ближе. Артур нахмурился. У него не было мобильника, но старомодный звонок раздавался из кармана его бумажного одеяния…

Со вздохом мальчик сунул Пятый Ключ в карман и зашарил рукой в поисках, что там еще может оказаться. Нащупав небольшую холодную трубку, которой там раньше не было, он потянул за нее и извлек здоровенный старинный телефон в форме канделябра, с отдельным наушником. Этот аппарат никак не мог бы поместиться в кармане, или выйти оттуда, если уж оказался внутри. Словом, это был совершенно нормальный телефон Дома, действующий по собственным магическим законам.

— Да? — спросил Артур.

— Оставайтесь на линии, — произнес голос, намного больше похожий на голос нормального телефонного оператора, чем Жителя. — Соединяю, сэр.

— Алло! Кто там? — спросил кто-то другой. Знакомый мужественный голос, опять не принадлежащий Жителю.

— Эразм? — удивленно спросил Артур. Эразм, старший из его братьев, был майором в армии. Как ему удалось воспользоваться телефоном Дома?

— Артур? А что экран не работает? Ладно, отставить. Эмили дома?

— Эээ, нет, — сказал Артур. — Я не…

— Эрик? Михаэли?

Эразм говорил очень быстро, не давая Артуру вставить слово, так что мальчику не удалось сказать, что он сам не дома, даже если Эразм набирал домашний номер.

— Нет, они не…

— Это…

Голос Эразма на секунду умолк, затем вернулся; теперь он говорил еще быстрее.

— Ладно… Хватай бутылки с водой и всю еду, какую сможешь взять: консервы, пакетики, и открывалку возьми. И теплую одежду. И спускайся в подвал как можно быстрее, чтобы через десять минут был уже там, десять минут максимум, понял? Запрись наглухо и оставайся там. Ты знаешь, где Эмили и остальные?

— Нет! Что вообще происходит?

— Генерал Правуил взял на себя командование, и приказал сбросить четыре ядерные микробомбы на остатки больницы Восточного квартала через минуту после полуночи. Если спустишься в подвал, все обойдется, только не выходи до моего прибытия. Я буду с командой по расчистке…

— Что? — воскликнул Артур. — Бомбы! Поверить не могу, что вы — в смысле армия — собираетесь бомбить часть города! Там же тысячи людей…

— Артур! Я вообще не имею права с тобой сейчас разговаривать! Не трать времени!

В голосе Эразма ясно слышалось отчаяние.

— Его не остановить, у него полное право — больница объявлена рассадником вирусной эпидемии согласно Крейтоновскому акту. Бери воду и еду, и одеяла, и в подвал, быстро!

Связь оборвалась. Телефон начал растворяться в руке Артура, делаясь прозрачным, его грани стали туманными и холодными.

— Погоди, — приказал Артур, сжимая трубку крепче. — Мне нужно позвонить.

Телефон снова поплотнел. Раздался звук, словно от отдаленного хора, затем невнятные крики. Затем высокий звонкий голосок произнес:

— Ой, оставьте уже нас в покое. Это наше дело — нам все равно, что приказывает Суббота. Оператор на связи.

— Это лорд Артур. Пожалуйста, соедините с доктором Скамандросом. Я не уверен точно, где он — вероятно, где-то в Нижнем Доме.

— О-о, лорд Артур. Это будет трудновато. Сделаю, что смогу. Ждите.

Артур на секунду опустил телефон и огляделся. Он не видел никаких часов и не имел понятия, сколько сейчас времени. Не знал он и того, насколько близко эта частная больница находится от большой больницы Восточного Района — возможно, вообще в соседнем здании. Листок, Мартина и Весс ушли в другие комнаты, устраивая спящих, так что спросить было не у кого. Все новые старики продолжали проходить мимо него.

Артур взбежал по пандусу, уворачиваясь от медленно и беспорядочно взмахивающих рук и шагающих ног. Наушник он продолжал держать у уха, но ничего там не слышал, даже криков в отдалении.

— Листок! Листок! Который час? — крикнул он куда-то в направлении двери. А потом поднял телефон и почти так же громко повторил туда:

— Мне очень нужно поговорить с доктором Скамандросом! Побыстрее, пожалуйста!

Глава 2

Листок прибежала назад, когда Артур побежал вперед, и оба чуть не столкнулись в дверях. Пытаясь восстановить равновесие, они растолкали в стороны нескольких спящих. Чтобы вернуть их в строй, понадобилось некоторое время, тем более что Артур продолжал держать телефон.

— Время сколько? — снова спросил Артур.

— Время? Понятия не имею, — выдохнула Листок. — Снаружи ночь.

— Спроси Весс, быстро. Армия сбросит ядерные бомбы на больницу Восточного Района в 12.01 в субботу!

— Что?! — взвизгнула Листок.

— Я наверняка смогу что-то сделать, — поспешно проговорил Артур. — Нужно спросить доктора Скамандроса. Выясни, насколько мы близко к Восточному району!

Листок убежала. Артур прижал наушник к уху, ему показалось, что он что-то слышит. Но единственным звуком вокруг оставалось только шаркание спящих, медленно проходящих мимо. Телефон молчал.

— Ну давай же, давай, — в нетерпении прошептал Артур, не то в телефон, не то в воздух. У него была мысль, что он мог бы сделать, но он хотел посоветоваться со Скамандросом, как конкретно это сделать и что может пойти не так.

Телефон молчал, зато прибежала Листок.

— Без десяти двенадцать, пятница! — крикнула она. — От нас до Восточного района меньше чем полкилометра, эта больница вообще раньше входила в состав общего комплекса!

Она остановилась рядом с Артуром и громко перевела учащенное от страха дыхание.

— Что ты будешь делать? У нас всего десять минут!

— Алло! — крикнул Артур в трубку. — Алло! Мне нужен доктор Скамандрос сейчас же!

Ответа не было. Артур вцепился в телефон еще крепче, желая, чтобы соединилось, но и это не помогло.

— Теперь уже, наверное, девять, — сказала Листок. — Сделай хоть что-нибудь, Артур!

Мальчик мельком покосился на крокодилье кольцо. Листок заметила это.

— Может быть, Скамандрос ошибся насчет магического заражения, — сказала она. — Или кольцо не совсем точно меряет.

— Да все нормально, Листок, — медленно проговорил Артур. — Я все равно об этом думал. Знаешь ведь, почему Волеизъявление выбрало меня Законным Наследником, как оно надуло Мистера Понедельника? Я должен был умереть, но Первый Ключ меня спас…

— Помню я, — поспешно ответила Листок. — А теперь мы все умрем, если ты что-то не сделаешь!

— Я сделаю, — сказал Артур. — Я это тебе и объясняю. Я подумал, что все равно должен был умереть, так что все, что я сделал потом — все, что еще сделаю — это уже вроде бонуса. Даже если я стану Жителем, то ведь все равно буду жив и смогу помогать другим людям…

— Артур, я все понимаю! — перебила Листок. — Давай же, действуй, пожалуйста! Поговорить можно и потом!

— Ладно, — Артур уронил телефон. Еще в полете тот превратился в дождь искорок, угасших, не долетев по пола.

Артур глубоко вздохнул, и какое-то мгновение поражался тому, насколько глубоко может дышать. Его астма исчезла вместе с прежней смертной природой. Все человеческие недостатки уходили, уступая место новой, бессмертной форме.

А потом он достал зеркало Пятого Ключа из кармана и поднял его перед собой. Ослепительный свет сиял вокруг зеркала, словно солнечная корона, но Артур смотрел в него без напряжения и видел только отражение своего изменившегося лица: более правильный нос, более белые зубы, шелковистые волосы.

Листок прикрыла глаза рукой, и даже спящие начали отворачиваться и зажмуриваться еще крепче, проходя мимо.

"Хоть бы это сработало", подумал Артур. "Должно сработать. Если бы только я узнал детали у доктора Скамандроса, я ведь не знаю, что…".

Артур поморщился, изгнал из головы испуганный внутренний голос и сосредоточился на том, что хотел от Пятого Ключа. Он заговорил вслух, обращаясь к Ключу — так казалось проще и почему-то звучало так, как будто это обязательно случится.

— Пятый Ключ Зодчей! Я, Артур Пенхалигон, Законный Наследник Зодчей, гмм… я хочу, чтобы ты закрыл этот город внутри пузыря, который бы отделил его от остальной Земли. Чтобы этот пузырь защитил город и оберегал всех, кто в нем есть, от любой опасности, и… ну… это все… спасибо.

Зеркало сверкнуло, и на этот раз Артуру пришлось моргнуть. Открыв глаза, он тут же почувствовал, что пол уходит из-под ног, так что мальчику пришлось взмахнуть руками, подобно канатоходцу, чтобы не упасть. В то же мгновение все вокруг замерло. Листок и колонна спящих были неподвижны, словно на фотографии. Многие из спящих застыли с поднятой ногой — положение, которое никто не смог бы выдерживать долгое время.

А еще стало тихо. Артур не слышал ни вертолетов, ни стрельбы, ни других звуков. Он словно оказался в музее восковых фигур после закрытия, окруженный статуями.

Артур сунул зеркало обратно в карман и провел рукой по волосам — они сделались намного длиннее, чем он бы предпочел, но каким-то образом все равно не лезли в лицо.

— Листок? — неуверенно проговорил он, слегка похлопав подругу по плечу. — Листок? Ты как?

Девочка не пошевелилась. Артур посмотрел ей в лицо. Ее глаза были открыты, но зрачки не среагировали, когда он покачал перед ними пальцем. Он даже не мог понять, дышит ли она.

Артур ощутил приступ паники.

"Я их убил", подумал он. "Я пытался спасти их, но всех убил…".

Он снова прикоснулся к плечу Листок. По его пальцам заструилось слабое красное свечение, но она не пошевелилась и никак не отреагировала.

Артур отступил на шаг и огляделся. Вокруг каждого спящего тоже появилось красное свечение, и когда он подходил и касался их, оно на мгновение делалось ярче. Артур не знал, что оно обозначает, но оно слегка успокаивало, намекая, что какие-то чары тут все же действуют, и он не убил всех.

"Но я даже не знаю, защитил ли я их от бомб", подумал Артур. "Который час?".

Он побежал через комнаты, сквозь следующие две палаты и в приемный зал. Через минуту он нашел кабинет с часами. Те застыли, показывая ровно 11.57, секундная стрелка подрагивала на двенадцати. Часы тоже светились красным, а секундная и часовая стрелки отбрасывали призрачные алые тени.

Артур выскочил на улицу. Главная дверь захлопнулась за его спиной со зловещим стуком. Он едва успел остановиться, чуть не слетев с пандуса для колясок — все вокруг было окрашено красным. Он словно бы смотрел на мир сквозь красные очки в пасмурный день — вместо неба оказалась багровая поверхность, которая гудела и переливалась, и на нее трудно было смотреть, словно фары дальнего света сияют в лицо.

— Я определенно что-то сделал, — сказал сам себе Артур. — Только вот пока не знаю, что…

Он прошел дальше, на парковку. Что-то в небе привлекло его внимание — крохотный силуэт. Приглядевшись, он понял, что это военный вертолет. Но он не двигался. Он, словно модель на проволочке в диораме, неподвижно висел в красном небе.

Замер в моменте времени.

"Вот почему все застыли", подумал Артур. "Я остановил время… вот как Ключ намерен охранять от опасности всех в городе…"

Если время остановилось или замедлилось только в пузыре вокруг города, оно может снова начать идти, или его может запустить внешняя сила. А это значило, что ядерный удар по больнице Восточного района все равно случится. Мальчик не спас город от нападения, а просто отложил его.

— Час от часу не легче, — прошептал Артур.

Он посмотрел вдаль по пустой улице, странной в красном свете, и подумал, не стоит ли сбегать домой и посмотреть, все ли там нормально. Может быть, он мог бы перетащить всех в подвал… но если он так сделает, то потратит время, за которое лучше бы понять, как защитить всех остальных.

Всех кто в опасности, в укрытие не перенесешь. Он дал городу немного времени, и мог бы еще его растянуть, если бы отправился в Дом. Отбыв сейчас, он смог бы вернуться почти в то же самое время, даже проведя в Доме дни или недели.

"Смог бы — это еще не значит, что вернусь", подумал Артур. "Если бы я еще понимал все эти тонкости со временем получше. Если бы я больше знал о том, как пользоваться Ключами. Если бы я вообще во все это не впутывался…".

Он оборвал сам себя.

— Если бы я не впутывался, то уже умер бы, — сказал он вслух. — Нужно просто как-то справиться.

А чтобы справиться, понял он, нужно смотреть вещам в лицо. Он поднес руку к глазам и взглянул на крокодилье кольцо. Даже в странном красном свете он видел его отчетливо. Бриллиантовые глаза крокодила выглядели зловеще, они казались не розовыми, как обычно, а цвета засохшей крови. Десять сегментов его тела, помеченных римскими цифрами, показывали степень магического заражения в его теле. Если больше чем шесть сегментов обратятся золотыми, Артур будет необратимо изменен чарами и непременно превратится в Жителя.

Артур медленно поворачивал кольцо, чтобы посмотреть, как далеко зашло золото, и считал в уме. Один, два, три, четыре, пять… он уже знал, что оно достигло этого числа. Он снова повернул кольцо и увидел, что золото перехлестнуло через пятую отметку и почти целиком заполнило шестой сегмент.

"Я… я стану Жителем".

Артур глубоко, но неуверенно вздохнул и снова посмотрел на кольцо, но оно не изменилось. По-прежнему шесть золотых частей. Он уже на шестьдесят процентов бессмертен.

— Пути назад нет, — сказал Артур красному миру вокруг. — Время браться за работу.

Он отвел взгляд от кольца и опустил руку. На мгновение повесив голову, он снова достал Пятый Ключ. По словам Первоначальствующей Госпожи, зеркало Леди Пятницы могло перенести его куда угодно, где он уже раньше был, если только там была отражающая поверхность.

Артур представил себе тронную комнату в Нижнем Доме, большой зал заседаний, где он совещался с Госпожой и остальными, когда его призвали в Армию Зодчей. Это место в Дневной комнате Понедельника он мог вообразить проще других, поскольку там было не так много мелких деталей, зато много украшений — включая пол из полированного мрамора.

— Пятый Ключ, перенеси меня в тронный зал в Дневной комнате Понедельника.

Пятый Ключ задрожал в руке Артура, и из него ударил луч белого света, изгоняющего красноту. Свет образовал идеально правильный вертикальный прямоугольник, словно дверь.

Артур вошел в прямоугольник света и исчез из родного города и с Земли, не зная, вернется ли когда-нибудь.

Глава 3

Тронный зал был пуст. В остальном он выглядел точно так же, как и в тот раз, когда Артур был здесь: как огромная, шикарная, безвкусно обставленная гостиничная ванная. Размером с большой театр, со стенами, полом и потолком, выложенными белым мрамором с золотыми прожилками, отполированным до зеркального блеска.

Обширный железный круглый стол по-прежнему стоял в середине зала, окруженный сотней белых стульев с высокими спинками. С другой его стороны возвышался позолоченный трон Артура и радужное сиденье Первоначальствующей Госпожи.

— Эй! — позвал Артур. — Есть кто?

Голос заполнил пустое помещение, и только эхо было ему ответом. Артур вздохнул и направился к выходу, слыша эхо и от собственных шагов, словно вместе с ним шло множество маленьких спутников.

Коридор снаружи был все так же загроможден тысячами пачек бумаги, перевязанных красной ленточкой и уложенными, как кирпичи, но сержанты-Порученцы уже не стояли на страже в промежутках между штабелями.

— Эй! — снова крикнул Артур. Он побежал по коридору, то и дело проверяя, какие двери ведут наружу. В конце концов он достиг конца коридора, где нашел полуприкрытую дверь, заложенную бумагами. Ее можно было разглядеть только потому, что одна из пачек упала.

По-прежнему никаких Жителей не было видно. Артур пробрался через полуоткрытую дверь и понесся по новому пустому коридору, распахивая двери по пути, но никого не находя.

— Эй! Есть тут кто? — кричал он через каждые несколько метров, но никто не отвечал.

Наконец, он подошел к высоким арочным дверям из темного дуба. Они были заложены засовом, но его он легко поднял — даже забыв удивиться, что справился с брусом дерева, весящим не меньше ста килограммов. Оставшись без засова, дверь легко открылась.

Она вела наружу. Артур ожидал увидеть озеро и край кратера, окружавшего Дневную комнату, и потолок Нижнего Дома над головой. Но вместо этого увидел гигантскую волну Пустоты, поднимающуюся высоко над ним, волну, которая уже пожрала все, кроме маленькой виллы за его спиной. Он словно оказался на крохотном холмике, последнем участке сухой земли перед цунами — но волна поднималась все выше, и вот-вот должна была обрушиться, чтобы уничтожить и это последнее прибежище.

Артур повернулся, чтобы бежать, его сердце заколотилось от ужаса, рот пересох, как пыль. Но после первого же шага он остановился и снова повернулся. Волна Пустоты наступала, и бежать не было времени. Он сомневался, что Пятый Ключ защитит его от такой массы Пустоты. Если, конечно, не направить его силу активно.

"Что-то надо делать", подумал Артур и начал действовать со скоростью этой мысли.

Когда волна уже обрушивалась на него, он поднял зеркало и воздел его над головой, направив против темного падающего неба.

— Стой! — крикнул он, и его голос был наполнен силой, а весь разум сконцентрировался на том, чтобы остановить цунами Пустоты. — Стой! Властью Ключей, которыми я владею, я повелеваю Пустоте остановиться! Дом, ты должен выстоять против Ничто!

Ослепительный свет ударил из зеркала, горячие белые лучи поджигали воздух, устремляясь вверх, поражая натиск Пустоты, расплескиваясь по стене мрака, крохотными искорками на поверхности Ничто.

Артур ощутил, как страшная боль расцветает в его сердце. Она распространялась, струясь по рукам и ногам. Суставы жутко захрустели, и мальчик зажмурился и закричал, когда зубы зашевелились во рту, перестраиваясь в более совершенном порядке. Затем зашевелилась сама челюсть, и он понял, что кости черепа двигаются.

Но он продолжал держать зеркало над головой, даже упав на колени. Он использовал боль, чтобы усилить концентрацию, направляя волю против Пустоты.

Наконец, это перешло меру его сил. Артур не мог ни переносить боль, ни продолжать усилие. Он рухнул ничком, и его крики превратились во всхлипы. Лишившись сил, он уронил Пятый Ключ на узкую полоску травы — все, что осталось от лужайки, некогда окружавшей Дневную комнату.

Он лежал на траве, полуоглушенный, ожидая, что сейчас будет уничтожен, и зная, что потерпел поражение, а после его смерти вскоре погибнет и вся Вселенная. Все, кто был ему дорог, умрут — на Земле, в Доме и во всех мирах.

Прошла минута, затем другая, но уничтожение медлило. Боль в суставах несколько отступила, Артур застонал и перевернулся лицом вверх. Он хотел встретить Пустоту лицом к лицу, чтобы она не поглотила его бессильно лежащим на траве.

Вместо подступающей гибели он увидел тонкую сетку золотистых линий, словно кто-то растянул на небе паутину или решетку из света. Она сдерживала массу угрожающей тьмы, но Артур чувствовал давление Пустоты, ощущал, как Безграничное Ничто надвигается на эту преграду. Мальчик понял, что уже скоро оно преодолеет светящуюся сеть и снова двинется вперед.

Артур подобрал зеркало и поднялся на ноги. Земля казалась дальше, чем обычно, и он на мгновение потерял равновесие, качнувшись на месте. Ощущение пропало, когда Артур помотал головой, и он бросился назад к дверям. В библиотеке был телефон, как он помнил, и сейчас нужно было узнать, где в Доме безопасно, чтобы не попасть в место, уже поглощенное Пустотой. Ему не хотелось даже думать, что произойдет, если Пятый Ключ закинет его прямиком в Ничто, хотя такая гибель, по крайней мере, была бы быстрой…

"Хотя, возможно, Ключ защитит меня какое-то время", подумал Артур, ощутив внезапную тошноту. "Достаточно долго, чтобы я успел почувствовать, как Пустота меня растворяет…".

Он бежал по главному коридору, пока не увидел дверь, которую искал. Метнувшись в нее, он поскакал через четыре ступеньки, ударяясь в стены, когда не вписывался в лестничные повороты.

Наверху он пронесся по другому длинному коридору, тоже загроможденному стопками записей, многие из которых были на папирусе и выделанной коже вместо бумаги. Остановившись только за тем, чтобы сдвинуть с пути упавшую двухметровую каменную скрижаль, Артур не стал тратить время на открывание двери, распахнул ее пинком и ворвался в библиотеку.

Там тоже было пусто — и не только в смысле отсутствия Жителей. Книги исчезли с полок, а вместе с ними — уютные кресла и ковер. Даже алый шнурок, за который Чихалка тянул, чтобы открыть дверь в семиугольную комнату с часами Семи Циферблатов, не висел на месте, хотя сама комната, вероятно, оставалась за книжным шкафом.

Телефон, обычно стоявший на столике сбоку, тоже отсутствовал.

Плечи Артура поникли. Он чувствовал давление снаружи, словно боль от воспаления во лбу. Он знал, что это действует вес Пустоты, пытающейся преодолеть воздвигнутый им барьер. Давление оставалось в голове, принося усталость, почти слишком сильную, чтобы ясно мыслить.

— Телефон, — пробормотал Артур, вытягивая вперед правую руку, в то время как Пятый Ключ оставался в левой. — Мне нужен телефон, пожалуйста. Сейчас же.

Телефон без лишних проволочек возник прямо в руке. Артур поставил его на пол и сел рядом, поднеся наушник к уху и наклонившись к микрофону. В трубке раздавались потрескивание и жужжание, и в отдалении кто-то напевал нечто напоминающее мотив "А дождь все льет сегодня ночью", только со словами "А строчки в ряд сегодня ночью".

— Алло, это лорд Артур. Мне нужна Первоначальствующая Госпожа. Или Чихалка. Или вообще хоть кто-то.

Пение резко оборвалось, и раздался тонкий тихий голос, звучавший как шелест бумаги.

— А откуда вы звоните? Эта линия технически, гмм, ни к чему не подключена.

— Из Нижнего Дома, — ответил Артур. — Пожалуйста, меня тут скоро поглотит Пустота, и я хочу знать, куда мне бежать.

— Легко сказать, — ответил голос. — Вы вообще пробовали подключать несуществующую линию к коммутатору, которого тоже больше нет?

— Нет, — сказал Артур. Откуда-то снаружи раздался звук, словно от лопнувшей гитарной струны. Мальчик не только услышал его, но и ощутил, и его желудок сжался. Защитная сеть, преграда на пути Пустоты, начала рваться. — Прошу вас, быстрее!

— Могу соединить с доктором Скамандросом, сойдет? — спросил оператор. — Тут у меня записано, что вы заказывали разговор с ним…

— Где он? — выдохнул Артур.

— В Глубоком Угольном Подвале, что вообще странно, — сказал оператор. — Больше ничего в Нижнем Доме не подключено… но в метафизических заморочках я не силен. Соединить вас? Алло… алло… лорд Артур, вы там?

Артур бросил трубку и поднялся, не дожидаясь ответа. Он поднял зеркало Пятого Ключа и сосредоточился на нем, желая взглянуть через отражающую поверхность одной из луж в Глубоком Угольном Подвале — если там еще оставались лужи и был источник света.

Его на секунду отвлек вид его собственного лица, знакомого, но другого. В сущности, оно оставалось таким же, как и во все прошлые разы, когда он смотрел на себя в зеркало, но в нем произошли многочисленные мелкие изменения. Скулы стали чуть резче, форма головы слегка изменилась, уши немного уменьшились…

— Глубокий Угольный Подвал! — рявкнул Артур зеркалу, чтобы отвлечься от зрелища и вернуться к срочному делу: найти убежище, прежде чем Пустота уничтожит Дневную комнату Понедельника.

Отражение подернулось рябью и превратилось в плохо освещенную картину: масляный светильник, поставленный на толстую книгу в кожаном переплете, которая, в свою очередь, лежит на покосившейся пирамиде из кусочков угля. Лампа почти не давала света, но Артур разглядел, что кто-то по ту сторону пирамиды заносит над головой удочку, собираясь ее забросить. Артур увидел только руки удильщика в горчично-желтых рукавах, которые сразу же узнал.

— Пятый Ключ, — приказал Артур, — перенеси меня в Глубокий Угольный Подвал, к доктору Скамандросу.

Как и в прошлый раз, возникла дверь из чистого белого света. В тот момент, когда Артур вступил в нее, он почувствовал, как защитная сеть окончательно рвется за его спиной, и Пустота надвигается.

Через несколько секунд после его исчезновения последние остатки Нижнего Дома перестали существовать.

Глава 4

Артур возник рядом с кучей угля, выйдя из воздуха и до смерти напугав невысокого лысого Жителя в желтом пальто. Тот уронил удочку, отпрыгнул и выхватил из объемистого кармана дымящийся бронзовый шар, похожий на старинную гранату.

— Доктор Скамандрос! — крикнул Артур. — Это я!

— Лорд Артур!

Трубы, вытатуированные на лбу доктора Скамандроса, выдули по облачку конфетти. Он попытался затушить фитиль своей гранаты, но пламя просто обогнуло его пальцы и продолжало двигаться вперед. Адская машина задымилась еще сильнее.

— Скаманд… — начал Артур, но доктор перебил его, зашвырнув шар за особенно большую кучу угля метрах в десяти.

— Секундочку, лорд Артур.

Раздался оглушающий грохот, и ударила волна воздуха, за которой последовало облако дыма и угольной пыли, взвившееся вверх по спирали. Секундой позже посыпался угольный дождь; некоторые куски в кулак размером падали неуютно близко к мальчику и чародею.

— Прошу прощения, лорд Артур, — доктор Скамандрос, слегка пыхтя, опустился на одно колено, погрузившись в облако пыли почти по плечи. — Добро пожаловать.

— Прошу вас, вставайте, — Артур наклонился и помог Жителю подняться. Доктор оказался удивительно тяжелым — или, может быть, все то, что он таскал в карманах желтого пальто, столько весило.

— Что вообще творится? — спросил Артур. — Я вернулся в Дневную комнату Понедельника, но там была… огромная волна Пустоты! Я еле сумел ее сдержать, чтобы успеть удрать.

— Боюсь, мне недостает знаний о природе случившегося, — ответил Скамандрос. Татуировки на его лице изобразили стадо растерянных осликов, ходящих по кругу от подбородка до переносицы и обратно, пихая и брыкая друг друга. — Я был здесь с того момента, как мы расстались в убежище Леди Пятницы, вот уже несколько дней. Первоначальствующая Госпожа пожелала, чтобы я расследовал некоторые необычные феномены, включающие в себя внезапный рост цветов и сильный аромат розового масла. Это было довольно успокаивающее занятие в некотором смысле, хотя должен сказать, что запах роз уже исчез…

Житель заметил, что Артур хмурится, и вернулся к теме.

— Кхм… словом, примерно час назад я ощутил дрожь земли, за которой моментально последовал натиск Пустоты, уничтоживший не менее трети Подвала, прежде чем его продвижение замедлилось. К счастью, это была не та треть, где я находился в тот момент. Я незамедлительно попытался связаться с Первоначальствующей Госпожой в Цитадели, но все линии были разорваны. Точно также не смог я призвать и лифт. Некоторые эксперименты, которые я предпринял, свидетельствуют о следующем.

Он выставил вперед три черных от угля пальца, загибая их по мере перечисления.

— Пункт первый. Защита между Безграничным Ничто и Дальними Пределами, вероятно, рухнула в одночасье, из-за чего внутрь и прорвалась такая масса Пустоты.

Пункт второй. Если вы видели волну Пустоты, достигшую Дневной комнаты Понедельника, то вероятнее всего Дальние Пределы и весь Нижний Дом разрушены. Но есть и хорошая новость, которую я обозначу пунктом третьим.

Пункт третий. Если вам удалось дозвониться до оператора, больверк между Нижним и Средним Домом выстоял. Или еще держится, даже несмотря на потерю всего, что ниже него.

— Всего? Но здесь… где мы сейчас находимся, — спросил Артур. — Это же часть Нижнего Дома, как получилось, что она не… эээ… исчезла?

— Темница Старика прочна, — сказал Скамандрос. Он указал налево. Артур посмотрел туда и увидел в отдалении слабый отсвет синего сияния, исходящего от циферблата, к которому был прикован Старик. — Зодчая создала ее невероятно стойкой, чтобы удерживать Старика. Изготовленная из столь непреклонного материала, она сдержала и первый натиск Пустоты. Но сейчас это всего лишь островок, потерянный в Безграничном Ничто. Мы полностью окружены и совершенно отрезаны от остального Дома. Это все очень интересно, но признаюсь, что я обрадован вашим появлением, лорд Артур. Без вас, я боюсь…

Скамандрос прервался. Ослики на его лице повесили головы и постепенно превратились в круг выщербленных надгробий.

— Боюсь, что я бы нашел нынешнюю ситуацию, при всей ее интересности, фатальной, и в самое ближайшее время, учитывая, что Пустота разъедает это крохотное укрытие со скоростью примерно метр в час.

— Что? Вы же только что сказали, что это место непреклонное и твердое и все такое! — возмутился Артур. Он уставился в темноту, но так и не смог понять, глядит ли он в надвигающуюся Пустоту или просто не может видеть далеко из-за слабости светильника на куче угля.

— О, участок, непосредственно примыкающий к циферблату, вне всякого сомнения, пустотоустойчив. И как раз перед вашим прибытием я взвешивал сравнительные… выгоды удушения руками Старика по сравнению с растворением в Пустоте.

— Старик не стал бы вас душить… ой… нет, все-таки стал бы, — сказал Артур. — Он в самом деле ненавидит Жителей…

Артур замолчал и снова взглянул в сторону синего свечения, вспоминая свою первую встречу со Стариком. Он хорошо помнил петлю из цепи на своем горле.

— Надеюсь, со мной он поговорит. Раз уж я здесь, хочу задать ему пару вопросов.

Доктор Скамандрос уставился на Артура немигающим взглядом. На его лбу блестели очки, помогающие ему сфокусировать свои невидимые третий и четвертый глаз.

— Это верно, что Старик питает слабость к смертным. Но я полагаю, что вы более не смертный. Что показывает мое… ваше кольцо?

Артур посмотрел. Золото перевалило уже и за седьмую отметку.

— Примерно на семьдесят пять процентов преобразован, — тихо сказал он. — Надеюсь, Старик почувствует эту четверть человека во мне.

— Может, лучше было бы просто уйти отсюда, — встревоженно предложил Скамандрос. — Хотя я должен сказать, что кольцо имеет предел…

— Я должен хотя бы попробовать получить у него ответы, — не обращая внимания, продолжил Артур. — Буду держаться на расстоянии, так что все будет нормально. После этого вернемся в Цитадель и узнаем у Госпожи, что случилось. Да, и я хотел спросить вас кое о чем, что сделал на Земле…

Артур быстро описал, что сделал при помощи Ключа, и рассказал о странном красном ореоле, в котором город, кажется, застыл во времени.

— Не могу сказать в точности без должного исследования, лорд Артур. Но вероятно, как вы и подозревали, вы отделили свой мир от общего потока времени Второстепенных Царств, или выделили только часть его, окружающую ваш родной город. В любом случае, разделение вскоре прекратится. В свое время течение времени восстановит свой нормальный ход, и все, что должно случиться, произойдет, если вы, конечно, не вернетесь и не предотвратите это до разрушения разделения, что вам должно удаться, учитывая эластичность времени между Домом и Второстепенными Царствами. Уверен, Чихалка сможет рассказать вам больше при помощи Семи Циферблатов.

— Но Семь Циферблатов уничтожены, — напомнил Артур. — Вместе с Дневной комнатой.

Он прервался и хлопнул себя по лбу.

— И все записи, что хранились в Нижнем Доме. Они же теперь тоже исчезли! Это не значит, что те, чьи это были записи, тоже должны исчезнуть? Моя запись была там!

Скамандрос покачал головой.

— Семь Циферблатов переместились в безопасное место по своему усмотрению. Надеюсь, в какую-то часть Дома под нашим контролем. Что до записей, то только мертвые документы хранятся в Нижнем Доме. Предположительно, их уничтожение создаст пробелы в прошлом, но это не великая беда. Понедельник получил вашу запись во временное пользование, вероятно при помощи Волеизъявления, но по правилам она должна находиться в Верхнем Доме, как активная.

— Чихалка отдал ее мне после победы над Понедельником, но я оставил ее там, — вспомнил Артур. — Значит, сейчас она у Первоначальствующей Госпожи.

— Или вернулась в Верхний Дом. Подобные документы не могут долго находиться не на своем месте.

— Но это значит, что Суббота может изменить мою запись, и тогда изменюсь я! — воскликнул Артур. — Она может вообще уничтожить ее… меня… нас обоих!

Скамандрос снова покачал головой. Появившийся на его левой щеке портрет крючконосого судьи в красной шляпе повторил этот жест.

— Нет, даже если Суббота узнает, где находится запись, то не сможет ничего с ней сделать. Уже не сможет, с того момента, как вы получили хотя бы один Ключ.

— У меня сейчас голова распухнет, — Артур помассировал виски и вздохнул. — Слишком много всего… Эй, вы что делаете?

Скамандрос замер. Он как раз доставал большую механическую дрель из внутреннего кармана пальто и блестящее двадцатисантиметровое сверло — из внешнего.

— Я просверлю дырочку в вашем черепе вот тут, — доктор прикоснулся к своей голове сбоку. — Это облегчит давление, которое, как я предполагаю, есть побочный эффект вашего превращения в высшего Жителя…

— Я не имел в виду, что у меня голова на самом деле распухнет. Так что можете спрятать свою дрель. Просто слишком много всего нужно делать, слишком много всего я узнал, и с этим тоже нужно что-то делать. Сплошные проблемы!

— Возможно, я смог бы помочь каким-то иным образом? — спросил Скамандрос, пряча инструменты.

— Нет, — вздохнул Артур. — Ждите здесь. Я пойду поговорю со Стариком.

— Кхм, лорд Артур. Мне можно будет переместиться немного в том направлении? — Скамандрос указал на кучу угля в нескольких метрах. — Насколько я могу видеть, передняя часть вон той пирамиды перестала существовать…

— Конечно, можно! — огрызнулся Артур. В нем поднялась странная ярость, чувство, которого он никогда раньше не испытывал, негодование от того что приходится общаться с низшими Жителями и прочими низкими тварями. В какой-то момент он почти хотел ударить Скамандроса или заставить его умолять о прощении на коленях.

Затем это чувство исчезло, сменившись стыдом и угрызениями совести. Артуру нравился Скамандрос и совершенно не нравилось то, что он только что чувствовал; не нравился горделивый гнев, который бурлил в нем, как бутылка газировки, которую хорошенько встряхнули, чтобы она взорвалась. Артур остановился, глубоко вдохнул и напомнил себе, что он всего лишь мальчик, которому предстоит много трудной работы и что ему понадобится любая помощь, какую ему смогут оказать, и лучше всего — от добровольно участвующих друзей, а не от напуганных слуг.

"Я не стану таким, как Доверенные Лица, твердо решил Артур. В глубине его разума добавилась еще одна мысль. "Или как Первоначальствующая Госпожа".

— Простите. Простите, доктор Скамандрос. Я не собирался орать на вас. Я просто… немного… короче, можете делать что угодно, чтобы держаться подальше от пустоты. Мы скоро отсюда уберемся.

Доктор низко поклонился, из его кармана выпала еще одна граната и тут же начала дымиться. Житель цокнул языком, затушил пальцами фитиль и сунул гранату в рукав, где, на взгляд Артура, было отнюдь не лучшее место для ее хранения. Впрочем, назад она не вывалилась.

Артур пошел вперед, огибая кучи угля и с плеском форсируя лужи грязной воды. В прошлый раз в Глубоком Угольном Подвале ему было очень холодно, но сейчас оказалось приятно, почти тепло. Может быть, это побочный эффект от Пустоты, окружающей это место, подумал мальчик.

Кругом виднелись и другие перемены. Приближаясь к синему сиянию, окружающему часы, Артур заметил, что многие пирамиды покрыты цветами. Ползучие розы обвивали куски угля, а между луж росли купы колокольчиков.

Колокольчики распространялись все шире по мере того, как земля становилась выше и суше, так что цветы росли тут уже из каменных плит, а не из угольных куч. И то, и другое было равно невозможно, но Артура не беспокоило. Он привык к Дому. Цветы на углях и камнях были далеко не самым странным зрелищем здесь.

Возле последней кучи он остановился, как сделал и в прошлый, такой далекий, раз, когда с осторожностью приближался к темнице Старика. Мерцающий синий свет меньше, чем тогда, раздражал глаза, и в нем можно было видеть четко, даже не прибегая к Ключу для дополнительного освещения.

Артур увидел несколько иную картину, чем в прошлый раз. Между ним и часами-тюрьмой простиралось поле колокольчиков, в котором там и сям виднелись высокие желто-зеленые стебли, на их вершинах покачивались бледные цветы, похожие на маленькие, но очень длинные нарциссы. Они выглядели настолько чуждыми, что вряд ли происходили со знакомой ему Земли.

Круглое каменное возвышение, циферблат часов, стал заметно меньше, словно съежился. Раньше он был примерно двадцати метров в диаметре, шириной с улицу возле дома Артура, теперь же не достигал и половины той ширины. Римские цифры, торчавшие стоймя по окружности, сделались меньше и тусклее, их синий свет почти померк. Кое-какие из них вообще сильно накренились, и ползучие розы, красные и розовые, обвивали их все.

Металлические стрелки тоже пропорционально уменьшились. Стальные цепи все так же проходили сквозь отверстия на концах стрелок через центральную ось, а на другом конце заканчивались кандалами на запястьях Старика.

Изменился и сам Старик. Он по-прежнему выглядел огромным героем-варваром, два с лишним метра рельефных мускулов, но его кожа, прежде дряхлая и почти прозрачная, сделалась загорелой и упругой. Некогда лысая голова покрылась порослью белоснежных волос, связанных сзади. Вместо набедренной повязки на нем красовался кожаный жилет и красные бриджи длиной чуть ниже колен.

Если раньше он выглядел обессилевшим, одряхлевшим старцем восьмидесяти или девяноста лет, то теперь Старик казался шестидесятилетним ветераном в расцвете сил, способным легко одолеть сколько угодно молодых врагов.

Великан сидел на краю циферблата между тройкой и четверкой, медленно общипывая лепестки с розы. Он повернулся вполоборота от Артура, так что мальчик не видел его глаз — или, если их недавно выкололи куклы, пустых кровоточащих глазниц.

Решив, что этого последнего ему бы видеть не хотелось, Артур осторожно попытался рассмотреть положение стрелок. Часовая показывала девять, а минутная — пять. Это обнадеживало по трем причинам. Глаза Старика должны были восстановиться, а цепи — держать его поближе к центру часов. Что не менее важно, это также значило, что до появления кукол-мучителей оставалось еще несколько часов.

Артур шагнул вперед, на поле колокольчиков. При его приближении цепи зазвенели, и Старик поднялся ему навстречу. Артур остановился метрах в десяти-двенадцати от часов. Хотя циферблат уменьшился, он не был уверен, что и цепи уменьшились вместе с ним, и потому решил перестраховаться.

— Приветствую, Старик, — позвал он.

— Привет и тебе, мальчик, — громыхнул Старик. — Хотя не знаю, могу ли называть тебя мальчиком теперь. Артуром тебя зовут, верно?

— Да.

— Присядь со мной. Выпьем вина и поговорим.

— Ты обещаешь, что не тронешь меня? — спросил Артур.

— Ты будешь вне всякой опасности в течение четверти часа по этим часам. Ты еще достаточно смертен, чтобы я не стал убивать тебя, как таракана — или как Жителя Дома.

— Спасибо, — произнес Артур. — Наверное.

Он осторожно приблизился. Старик снова уселся на место и, сложив цепь пополам, расчистил от колючих роз достаточно места, чтобы Артур мог сесть.

Мальчик робко присел рядом с ним.

— Вино, — сказал Старик, вытягивая руку. Маленький каменный кувшинчик выскочил из земли, не потревожив цветов. Он поймал его и опрокинул себе в рот. Струйка вина пахла смолой. Артур отчетливо ощущал этот запах, и, как и в прошлый раз, его слегка затошнило.

— В прошлый раз ты призвал вино стихом, — нерешительно проговорил Артур. Он обдумывал вопросы и не знал, с чего начать.

— Сила моей воли придает Пустоте форму, — ответил Старик. — Это верно, что многие меньшие существа сосредотачивают свою мысль словами или пением, когда имеют дело с Пустотой. Мне нет нужды делать так, но иногда мне приятно сложить рифму или стих.

— Я хочу задать тебе несколько вопросов. И кое о чем рассказать.

— Спрашивай же. Я отвечу, если пожелаю. Что до рассказов, если мне не понравятся твои вести, это не заставит меня нарушить слово. О чем бы ты ни вел речь, отсюда ты сможешь уйти свободно. Если не останешься здесь сверх отпущенного времени.

Он вытер рот тыльной стороной ладони и протянул кувшин Артуру. Тот поспешно помотал головой, так что старец снова отпил сам.

— Ты, наверное, знаешь о Зодчей больше, чем кто-либо другой, — начал Артур. — Так что я хотел спросить, что с ней случилось? И что такое ее Волеизъявление, и что оно… она… собирается делать? В смысле, я Законный Наследник и все такое, и я думал, что это значит, что в конце концов я буду главным над всем хочу я этого или нет. Но сейчас я уже не уверен.

— Я знал Зодчую некогда, — проговорил Старик. Он сделал несколько маленьких глотков. — Не так хорошо, как полагал, иначе не страдал бы здесь столь долго. Я не знаю, что с ней случилось, кроме того, что это, по крайней мере частью, произошло по ее собственной воле. Что до Волеизъявления, то это выражение ее силы, направленное к достижению некой цели. Если ты Законный Наследник, я бы сказал, что ты должен искать ответ на вопрос: что ты на самом деле унаследуешь, и от кого?

Артур нахмурился.

— Я не хочу быть Наследником. Я хочу просто вернуть назад мою жизнь и убедиться, что все в безопасности. Но я не могу сделать это без помощи Ключей, а они превращают меня в Жителя. Скамандрос сделал мне кольцо, и оно показывает, что я уже больше чем на шесть частей из десяти преобразован чарами, и это необратимо. Значит, я все-таки стану Жителем, да?

— Твое тело принимает бессмертную форму, это очевидно, — сказал Старик. — Но не всякая бессмертная плоть есть Житель. Помни, Зодчая не создавала смертных Земли. Она изготовила семена жизни и рассеяла их по всему творению. Вы, смертные, выросли из возможностей, созданных ею, и, хоть ей и нравилось думать иначе, не по ее непосредственным планам. В тебе, как и в других смертных, намного больше, чем просто плоть, в которой ты обитаешь.

— Но я могу снова стать обычным мальчиком?

— Я не знаю, — Старик допил вино и зашвырнул кувшин далеко за пределы света часов. Звук разбивающейся посуды раздался из темноты, обнадеживая, что там еще осталась твердая почва — по крайней мере, пока. — Обратной дороги нет, это закон. Но, идя вперед, ты можешь обрести что-то из того, что желал в прошлом. Если выживешь, может случиться что угодно.

Старик сорвал еще одну розу, не обращая внимания на шипы, и поднес ее к носу.

— Возможно, тебе даже будут дарованы цветы. Часы тикают, Артур. Твое время почти на исходе.

— У меня еще так много вопросов, — сказал Артур. — Ты можешь дать мне еще десять…

Старик опустил цветок и пронзил мальчика взглядом яростных синих глаз, от которого даже самый высший Житель затрепетал бы и отступил.

— Ладно, проехали, — сглотнул Артур. — Я просто хотел сказать, что если в самом деле стану главным над всем, я сделаю все, чтобы тебя освободить. Это неправильно, что куклы тебя мучают.

Старик моргнул и снова поднял розу.

— Это делает тебе честь. Но взгляни — кукол больше нет. Когда Дом ослаб, я стал сильнее. Час назад циферблат содрогнулся, и я ощутил приближение Пустоты. Куклы тоже его ощутили, и согласно своему предназначению, вышли раньше времени, чтобы предотвратить мой побег или не дать кому-то спасти меня. Я сразился с ними, сломал их и сбросил обратно.

Я все еще скован, но по мере разрушения Дома моя сила будет расти, а моя темница — слабеть. В свое время я освобожусь, как обещают мне эти цветы. Я обрываю с них лепестки, чтобы кидать в своих врагов. Куклам это не нравится, они знают что цветы — предвестники перемен. Иди, я даю тебе время взглянуть на них!

Артур, нервничая, встал и посмотрел через циферблат, но не двинулся с места. Ему совершенно не хотелось подходить к дверцам по сторонам центральной оси часов.

— Скорей! — поторопил Старик.

Артур подошел ближе. Дверцы были разбиты, от них остались только щепки на толстых железных петлях. Что-то зашуршало внутри, и мальчик посмотрел вниз, в глубокий колодец, почти заполненный розовыми лепестками. Кукла-дровосек была там, в неизменной зеленой шляпе с пером. Но ее конечности были сломаны, и она могла только биться на лепестках, скрежетать зубами и шипеть.

Содрогнувшись, Артур попятился к краю, чуть не врезавшись в Старика.

— Надеюсь… Надеюсь, мы никогда не будем врагами, — сказал Артур.

Старик наклонил голову, но ничего не сказал.

Артур спрыгнул с циферблата и поспешил прочь, в его голове бурлили страхи, факты и предположения. Он надеялся, что Старик сможет помочь ему разобраться в ситуации, прояснить все.

Но стало только хуже.

Глава 5

— Лорд Артур, я крайне рад видеть вас снова, — крикнул Скамандрос при виде Артура, спешащего назад. — Надеюсь, Старик ответил на ваши вопросы?

— Не совсем, — сказал Артур. — На самом деле, совсем нет. Пустота все приближается?

Вместо ответа Скамандрос закинул удочку. Приманка, крабообразное членистоногое величиной сантиметров десять, исчезла во тьме. Скамандрос смотал леску обратно, считая отметки на ней. Приманки на конце не было.

— Шесть… семь… восемь… скорость поглощения возросла, лорд Артур.

— Где была Первоначальствующая Госпожа, когда вы последний раз связывались? И Сьюзи?

— Обе были в Цитадели, — ответил Скамандрос. — Она стала главной штаб-квартирой ваших сторонников в Доме, лорд Артур.

— Туда будет трудновато попасть, — протянул Артур. — В смысле, при помощи Пятого Ключа, Цитадель ведь укрепили против Леди Пятницы. Наверное, мы могли бы пройти по Невероятной…

Скамандрос начал качать головой, и Артур прервался.

— Ах да, вас же Лестница не примет. Ну ладно… в спальне Сэра Четверга… в моей спальне было зеркало. Надо попробовать, а если не выйдет, то сунемся куда-нибудь еще, в Среднем Доме, например, и оттуда попытаемся на лифте.

Он уже поднимал Пятый Ключ, но тут же опустил его снова.

— Эээ, а если я создам дверь, то смогу взять вас с собой?

Доктор поднял руку и помахал в воздухе пальцами.

— Если позволите мне держаться за ваши полы, то меня протащит вслед за вами, лорд Артур.

— Ну тогда держитесь. Пробуем.

Он взглянул в зеркало и попробовал вспомнить, как выглядели его апартаменты в Цитадели Четверга. Артур помнил большую кровать о четырех столбиках, на которых были вырезаны батальные сцены, еще там был шкаф, кресло, в котором его брили, и — да, там было высокое зеркало в бронзовой раме, оно стояло в углу. Если представить, что зеркало — это окно, то через него можно было бы увидеть кровать, и дверь, и картину на стене…

Постепенно он разглядел комнату, хотя картинка выглядела смазанной и нечеткой. Через несколько секунд мальчик сообразил, что зеркало наполовину занавешено тканью. Но он видел большую часть помещения — вполне достаточно, чтобы Ключ открыл туда дверь.

— Пятый Ключ, перенеси меня… нас… в мою комнату в Цитадели, в Великом Лабиринте!

На этот раз пройти через дверь белого света оказалось не так легко, а сам перенос был не столь мгновенным. Артур чувствовал, что его не только тянут сзади за одежду, но что некая невидимая сила давит на все его тело, стараясь отбросить назад. Телом и разумом он сражался с ней, но все равно это было, словно идешь против очень сильного ветра. А затем в одно мгновение все исчезло. Он ввалился в свою комнату в Цитадели, и доктор Скамандрос споткнулся о его ноги и рухнул. Оба они покатились по полу, Артур стукнулся головой о резной столбик огромной кровати.

Он вскрикнул и ощупал лоб, но крови не было, а боль через пару секунд почти утихла.

— Прошу прощения, лорд Артур, — произнес доктор, поднимаясь на ноги. — Я такой неловкий… Это было восхитительно, совершенно не похоже на перенос через тарелку. Я неимоверно благодарен вам за то, что вы спасли меня из Глубокого Угольного Подвала.

Артур тоже встал, ухватившись за столбик. Рукава его бумажной куртки задрались. Он поправил их, но только теперь заметил, что они не доходят ему и до запястий. Штаны тоже сделались до смешного короткими, открывая лодыжки.

— Мне нужно переодеться, — проговорил Артур. Он шагнул в сторону платяного шкафа, помедлил, вернулся к двери, открыл ее и крикнул:

— Часовой!

Застигнутый врасплох Житель в мундире отрядного сержанта Орды ворвался в комнату и замер по стойке смирно, отсалютовав потрескивающим громоносным тулваром. Артур услышал грохот сапог вдали по коридору: другие всадники, только что отдыхавшие, вскакивали смирно.

— Лорд Артур! Стража здесь, сэр!

Артур уже вошел в шкаф, стащил с себя бумажную одежду и теперь торопливо натягивал самую простую форму, какую смог отыскать. Это оказался песочного цвета мундир и бледно-желтые кожаные штаны пограничника на пустынном дежурстве. Правда, этот конкретный мундир был украшен золотым шитьем на плечах, а штаны — с золотыми лампасами. Вдобавок они были намного мягче и комфортнее, чем мог бы рассчитывать любой простой пограничник. Форма села как влитая, после того как несколько секунд сама подстраивалась с размеров Сэра Четверга на новый рост и сложение Артура.

— Отлично! — крикнул Артур сержанту. — Мы отправимся в оперативный штаб через минуту. Первоначальствующая Госпожа там? И Сьюзи Бирюза?

— Первоначальствующая Госпожа в оперативном штабе, сэр! — громыхнул отрядный сержант. Он, кажется, пребывал в заблуждении, что Артур либо глух, либо очень-очень далеко. — Генерал Бирюза где-то в Цитадели.

— Генерал Бирюза? — переспросил Артур. — Я не производил ее в генералы, верно ведь? Я помню, что говорил об этом, но не припоминаю, чтобы в самом деле…

— Вероятно, она просто надела мундир, — предположил Скамандрос. — Никто не посмел усомниться.

Артур нахмурился, но через секунду уже смеялся.

— Это похоже на Сьюзи. Бьюсь об заклад, она просто хотела получать чай получше. Или позлить Госпожу.

Он взял пару бронированных сандалий, посмотрел на них, сунул обратно на полку и надел простые, но блестящие черные сапоги.

— Хорошо, что вы вернулись, сэр, — сказал отрядный сержант, когда Артур вышел из шкафа.

— И еще раз спасибо, сержант, — ответил Артур. — Идемте в штаб. Я хочу знать, что в точности происходит.

В коридоре оказалось не меньше двадцати солдат охраны, которые выстроились вокруг Артура, едва он появился. По пути в оперативный штаб Артур распорядился послать вестника, чтобы найти Сьюзи.

Помещение штаба заметно выросло за те несколько дней по времени Дома, что Артур здесь не был. Оно по-прежнему было большим, с куполообразным потолком, но стены раздвинулись, сделав его раза в два просторнее. Теперь оно стало размером со школьный спортзал, и в дополнение к военным в форме Полка, Орды, Легиона, Умеренно Почтенной Артиллерийской Бригады и пограничников, здесь хватало и Жителей в штатском. Многие из них были без сюртуков, а на рукавах их белых рубашек красовались зеленые нарукавники для защиты от чернильных пятен.

Вокруг главного стола с картой, который тоже вырос за последнее время, стояли ряды узких столов, похожих на парты, за которыми сидели штатские — одни говорили по телефонам, другие записывали сообщения. То и дело кто-то из них выскакивал из-за стола и несся через комнату с бумажкой, направляясь либо к маршалам Рассвету, Полдню и Закату, либо к самой Первоначальствующей Госпоже. Она нависала над картой, вглядываясь в детали, а Жители выпаливали ей сообщения, иногда одновременно.

Госпожа стала еще выше, чем раньше, два с половиной метра от пяток до макушки. Она облачилась в золотой чешуйчатый доспех, звякавший при каждом ее движении. Это одеяние выглядело неудобным и опасным для окружающих, поскольку оно было украшено шипастыми наплечниками в форме когтистых лап. Хотя когти этих лап охватывали ее плечи, другие шипы торчали во все стороны.

Перчатки Второго Ключа были засунуты за широкий кожаный пояс Госпожи возле пряжки. Часовой меч Первого Ключа покоился в ножнах на левом бедре. Маленький трезубец Третьего Ключа расположился в специальном чехле справа, а маршальский жезл Четвертого Ключа Первоначальствующая Госпожа держала в руке и время от времени помахивала им.

Какофония выкрикиваемых сообщений, звонящих телефонов, скрипа стульев, шума голосов и шагов мгновенно прекратилась, едва объявили о прибытии Артура. Затем шум стал вдвое громче: все в помещении повскакивали со стульев или отошли от стен, повернулись к двери и вытянулись по струнке.

— Продолжайте! — тут же скомандовал Артур. Еще мгновение тишины, и помещение снова наполнилось движением. Телефоны надрывались звоном, больше похожим на треск, так что трубки подпрыгивали на подставках, курьеры побежали туда-сюда, а чиновники вернулись к обсуждениям.

Но ни один из курьеров не успел донести свое коряво написанное сообщение до Первоначальствующей Госпожи. Она подняла руку и отмахнулась от них, а затем широким шагом устремилась поприветствовать Артура. Маршалы Рассвет, Закат и Полдень следовали за ней.

— Лорд Артур, вы как нельзя кстати. Надеюсь, теперь вы поостережетесь принимать подарки от странных посетителей?

Артур только через несколько секунд сообразил, что Первоначальствующая Госпожа напоминает о пакете, который вручила ему Эмелина, посланница Леди Пятницы. В том пакете была тарелка переноса, которая тут же включилась и перебросила его в Средний Дом. Он и забыл, что не видел Госпожу с тех пор — по крайней мере, первые четыре ее части. В Среднем Доме он нашел Пятую часть, и она ему понравилась. Мальчик надеялся, что она улучшит характер Волеизъявления, добавив к нему немного здравого смысла. Сейчас Пятая часть воссоединилась с другими, судя по тому, что одеяние, которое он поначалу принял за плащ на плечах Госпожи, в действительности было тонкими полупрозрачными серыми крыльями, точно такими же, какими пользовалось чудище, обитавшее во Внутренней Тьме Среднего Дома.

— В следующий раз поостерегусь, — пообещал Артур. — А сейчас хочу знать, что происходит. Нижний Дом в самом деле уничтожен??

— За исключением Глубокого Угольного Подвала, Нижний Дом потерян полностью, — подтвердила Первоначальствующая Госпожа. — Так же как и Дальние Пределы, и Пустота продолжает проникать сквозь наши укрепления. Только Ключам под силу укрепить материю Дома, а нам угрожает слишком много опасностей с разных фронтов, чтобы я могла справиться с ними в одиночку. Если вы отправитесь с Пятым Ключом в Средний Дом и усилите больверк, я отправлюсь в Барьерные Горы и отремонтирую их…

— Погоди, — прервал Артур. — Как это вообще произошло? И где армия Дудочника? Мы все еще воюем с новопустами?

— Лорд Артур, сейчас некогда тратить время. Армия Дудочника отступила и не представляет непосредственной угрозы. А вот разрушение основ Дома — представляет, и только мы с вами можем что-либо предпринять…

— А что насчет Превосходной Субботы? — спросил Артур. — Что она затевает? Зачем ей уничтожать Дом, и что мы будем с ней делать? Я не пойду никуда, пока ты или кто-нибудь еще не объясните мне все, что я хочу знать!

Первоначальствующая Госпожа нависла над ним. Хотя он и стал выше, но все равно намного уступал ей ростом; ее глаза сузились, а губы плотно сжались от неудовольствия. Артур ощутил сильный позыв отступить, даже преклонить колени перед ее невыносимой красотой и силой. Но вместо этого он заставил себя шагнуть вперед и взглянуть прямо в ее странные глаза, в которых розовая радужка окаймляла угольно-черные зрачки. Каждым своим дюймом она была воплощением Волеизъявления Зодчей, и Артур понимал, что отступи он сейчас — и никогда уже не сможет сам принимать решения.

— Я Законный Наследник, не так ли? — спросил он. — Я хочу знать в точности, каково наше положение. После этого я приму решение, что нам делать.

Госпожа выдерживала его взгляд долгую секунду, затем слегка кивнула.

— Хорошо, лорд Артур. Как вы повелеваете, так и будет.

— Ну вот и отлично. Начнем с начала. Что вообще произошло в Нижнем Доме? Пустота прорвалась через Дальние Пределы?

— Я покажу это вам глазами очевидца, — Первоначальствующая Госпожа взмахнула жезлом, и все лампы в комнате внезапно потускнели. — Мистер Скерриким, выживший еще у вас?

Житель в черном фраке, черном шейном платке и вышитой серебристой шапочке отозвался утвердительно из дальнего угла и протолкался к Первоначальствующей Госпоже, волоча за собой большой потрепанный чемодан с тремя застежками.

— Оператор лифта как раз закрывал двери, когда это случилось, — объяснила Первоначальствующая Госпожа. — Он уже почти выбрался из Дальних Пределов, но Пустота его настигла. Уцепившись зубами в потолочный светильник лифта, его голова добралась сюда вместе с остатками кабины. К счастью, мистер Скерриким подоспел вовремя, сумев предотвратить полное растворение.

Мистер Скерриким, которого Артур раньше не видел, положил чемодан на пол, расстегнул застежки и открыл его. Внутри чемодан был полон розовых лепестков, а на них лежала голова, замотанная с макушки до подбородка белыми бинтами, словно у нее болели зубы. Глаза головы были закрыты.

Скерриким поднял голову за уши и поставил ее лицом к Артуру и Госпоже. Затем достал бутылочку активированных чернил, окунул перо и написал что-то крохотными буквами на лбу выжившего.

— Проснитесь, Марсон! — радостно скомандовал мистер Скерриким.

Артур вздрогнул, когда глаза головы распахнулись. Доктор Скамандрос, державшийся чуть позади мальчика, пробормотал что-то весьма недружелюбным тоном.

— Ну что такое? — мрачно спросила голова Марсона. — Выращивать новое тело трудно. И еще больно! Мне нужен отдых.

— Будет тебе отдых, — пообещал мистер Скерриким. — Мы просто хотим еще разок посмотреть, что случилось в Яме возле дамбы.

— Это так нужно? — спросил Марсон. Он скривился, и в уголках его глаз блеснули слезы. — Я не переживу этого снова — опять ощущать боль от Пустоты, разъедающей мои ноги…

— Это совершенно не необходимо! — запротестовал доктор Скамандрос и, растолкав нескольких заинтересованных чиновников, встал рядом с Артуром. Татуировки на его щеках изображали раскрашенных дикарей, танцующих вокруг костра под руководством колдуна в нелепом уборе из перьев. — Этому бедняге вовсе не нужно снова переживать прошлое только затем, чтобы мы его увидели! Вдобавок я вижу, что вы, сэр, применили совершенно негодное заклинание для сохранения головы. Так что я попросил бы вас передать заботу об этом индивидууме кому-нибудь, действительно знающему свое дело!

— Мистер Скерриким вполне компетентно обучен, — мягко сказала Первоначальствующая Госпожа. Она игнорировала Скамандроса, вместо этого обращаясь к Артуру. — Будучи Главным Дознавателем Сэра Четверга, Скерриким провел множество показов из разума Жителей. Как ты помнишь, Артур, Жители плохо чувствуют боль. Марсон получит подобающее вознаграждение, когда отрастит новое тело.

— Я думал, что доктор Скамандрос — единственный наш чародей, не служащий Субботе.

— Мистер Скерриким не совсем чародей, — пояснила Госпожа. — Он практикует магию Дома, но круг его знаний довольно узок.

— Шакал, — тихо прошипел Скамандрос.

— Зазнайка, — несколько громче парировал Скерриким.

Артур задумался. Он хотел увидеть, что произошло, но не хотел причинять страдания и без того пострадавшему Жителю.

— Скамандрос, вы можете показать нам то, что мы хотим увидеть, не причиняя ему боли?

— Именно так, сэр, — подтвердил Скамандрос, выпячивая грудь.

— Скерриким — эксперт, — произнесла Первоначальствующая Госпожа. — Лучше пусть он…

— Нет, — тихо отрезал Артур. — Этим займется Скамандрос. На этом все, мистер Скерриким, большое спасибо.

Скерриким бросил взгляд на Госпожу. Та не шелохнулась и не подала никакого знака, который Артур мог бы разглядеть, но Житель в шапочке поклонился и исчез.

Скамандрос присел рядом с чемоданом и красной бархатной тряпицей стер то, что Скерриким написал на лбу Марсона. Затем он достал собственную чернильницу и фазанье перо и написал что-то другое.

— Отодвиньтесь, — скомандовал доктор нескольким чиновникам. — Изображение возникнет как раз там, где вы стоите. Надеюсь, вам не больно, Марсон?

— Ни капельки. Только нога чешется, но у меня ее все равно нет.

— Превосходно. Откройте глаза чуть шире, еще чуть-чуть… очень хорошо… подержите их так. Сейчас я вставлю спички, и мы продолжим.

Чародей поднялся и произнес слово. Артур почти увидел его буквы — колебания воздуха вышли изо рта Скамандроса. Сила заклинания отозвалась покалыванием в суставах мальчика, и какой-то частью своего существа он понял, что некогда, очень давно, он ощутил бы боль. Теперь же его тело приспособилось к магии и привыкло к силе.

В глазах Марсона зажглись крохотные огоньки, и вдруг вперед ударили два яростных луча света, расширяясь, обретая цвет, танцуя, словно безумный художник писал картину световыми потоками.

В воздухе возле стола возникло изображение, спроецированное широко открытыми глазами Марсона. Широкий экран, как в кино, примерно четыре на три метра, показывал участок дна Ямы в Дальних Пределах — глубочайшую дыру в земле, которую вырыл Мрачный Вторник, стремясь добывать все больше и больше Пустоты. Его не волновало ни то, насколько это опасно, ни то, насколько это ослабляет основы Дома.

Артур наклонился вперед, всматриваясь в изображение. Даже зная, что все это уже произошло он невольно напрягся, словно в самом деле был там…

Глава 6

— Память расплывчата, — заметила Первоначальствующая Госпожа. — Надо было поручить дело Скеррикиму.

— Оно всего лишь не в фокусе, миледи, — Скамандрос наклонился и поправил Марсону веки. Пальцы доктора отбросили на экран тени, похожие на шагающие деревья. — Вот так лучше.

Картинка стала резкой, и появился звук. Они видели то же, что видел Марсон. Житель смотрел через открытую дверь своего лифта, готовый нажать на одну из бронзовых кнопок, чтобы вознестись вверх. За дверью простиралась усыпанная булыжниками равнина, освещенная там и сям масляными лампами на железных столбах. В полусотне метров группа Жителей собралась у основания огромной стены из светло-серого бетона, из которого на равных расстояниях торчали стержни из светящегося железа.

— Эй, это же то место, которое я починил! — воскликнул Артур. — Дамба из Бестелесного бетона.

Жители что-то рассматривали. Внезапно все они попятились, и один из них обратился к кому-то за пределами поля зрения:

— Сэр! Здесь какой-то странный бур! Он сам по себе сверлит стену! Это…

Его слова оборвались, когда стремительный и безмолвный поток Пустоты ударил из-под стены. Все Жители, подкошенные им, тут же исчезли. Снова хлестнул поток, и раздался жуткий грохот. По стене снизу вверх побежали трещины, пузырящиеся тьмой Пустоты.

Зазвонил колокол и отчаянно засвистел паровой свисток.

Марсон ткнул пальцем в кнопку. Двери начали закрываться, когда вал Пустоты уже почти добрался до лифта. Раздался голос Марсона, странно громкий, как он сам его слышал:

— Нет, нет, нет!

Он продолжал тыкать в кнопки. Двери захлопнулись, и лифт взмыл вверх. Марсон нащупал в кармане ключ, которым открыл дверцу под главной панелью. Там была красная ручка с надписью: "Экстренный подъем". Марсон повернул ее, разорвав шелковый шнурок с восковой печатью. Лифт набрал скорость, и он упал на колени, но даже экстренный подъем оказался слишком медленным. Пол лифта вдруг стал дырявым, как швейцарский сыр, пятна тьмы разъедали его. Марсон подпрыгнул и ухватился за люстру на потолке, подтянувшись вверх как раз в тот момент, когда нижняя часть лифта перестала существовать. Он вопил и визжал, глядя вниз, где как раз исчезали его ноги…

— Хватит, — сказал Артур. — Достаточно.

Скамандрос щелкнул пальцами. Свет из глаз Марсона погас. Когда чародей нагнулся чтобы вынуть спички, голова произнесла:

— Ну, не так плохо было.

— Спасибо, Марсон, — сказал Артур и посмотрел на Первоначальствующую Госпожу. — Я уверен, за тобой присмотрят, как надо.

— Как видите, лорд Артур, — подытожила Госпожа, — некое весьма могущественное диверсионное устройство было использовано, чтобы пробить дамбу. Весьма вероятно, что одновременно было приведено в действие множество таких устройств, поскольку рухнула большая часть стены. Это открыло путь титаническому приливу Пустоты, который уничтожил Дальние Пределы за четыре или пять минут.

К счастью, больверк между Дальними Пределами и Нижним Домом продержался несколько часов, позволив нам провести эвакуацию важных записей и предметов, а также значительного числа Жителей. Затем последовало полное разрушение Нижнего Дома, последние остатки которого поддались Пустоте примерно час назад. Сейчас Пустота давит непосредственно на нижний больверк Среднего Дома.

Что еще хуже, хотя и не связано с этим событием напрямую, когда армия Дудочника отступала, он прикрыл отход мощным пустотным взрывом, который повредил Барьерные горы здесь, в Великом Лабиринте. Также Пустота, как обычно, продолжает просачиваться в Пограничное Море. Поэтому нужны мы оба. Нам необходимо воззвать к силе Ключей, чтобы замедлить разрушение Дома.

— Замедлить разрушение? — переспросил Артур. — Мы не можем его остановить?

— Сомневаюсь. Но мы можем сдерживать Ничто достаточно долго, чтобы вы успели получить последние два Ключа. После этого с делами можно будет разобраться должным образом.

— Ты хочешь сказать, что все равно, что бы мы ни делали, Дом — и с ним вся вселенная — погибнут? — спросил Артур. — Это только вопрос времени?

— Я этого не говорила, лорд Артур, — произнося это, Первоначальствующая Госпожа отвела взгляд, словно что-то привлекло ее внимание. — Вы меня не так поняли. Когда мы стабилизируем Дом, вы сможете потребовать Ключи, и тогда наше положение позволит нам оценить ущерб и определить, что можно сделать.

— Мне казалось, ты сказала…

— Вы меня не так поняли, — мягко повторила Госпожа. Она снова посмотрела на Артура и встретилась с ним взглядом. Еще сильнее, чем раньше, мальчик ощутил себя зверьком в свете фар стремительно несущегося грузовика, но не отвел глаз. — Итак, какую часть работы вы возьмете на себя? Здесь, в горах, или в Среднем Доме?

— Ни там, ни там, — ответил Артур. — Кто-то запустил все эти буры, и этот кто-то, вероятнее всего — Превосходная Суббота, ведь так? Или Лорд Воскресенье, работающий заодно с ней, хотя та бумага, что была у бедняги Угхама, говорит против этого.

— Что за бумага? — подозрительно спросила Первоначальствующая Госпожа.

— Подписанная вензелем, то ли "В", то ли "С". В ней было сказано "Я не хочу вмешиваться", или "не хочу иметь дело", или что-то еще в этом роде. Она осталась в моей старой одежде, я так думаю.

— Подпись из одной буквы? Значит, это "В" — знак Лорда Воскресенье. Превосходная Суббота, как она сама себя называет, никогда не стала бы подписываться всего одной буквой, это для нее слишком скромно.

— Ну хорошо, значит, это подтверждает, что Воскресенье не в игре — пока, по крайней мере. Значит, нужно убедиться, что Суббота не сможет еще чего-нибудь вытворить. Ну в смысле, это все очень хорошо — укреплять оборону, но что если она подкапывается под Дом где-то еще, где мы даже не знаем?

Маршалы согласно кивнули. Насколько дело касалось их, они всегда считали, что лучший способ защиты — нападение.

— Я согласна, что с Субботой необходимо разобраться, — кивнула Первоначальствующая Госпожа. — Но нашей первоначальной задачей должно стать укрепление Дома! Он не должен рухнуть таким образом. Я не могу находиться в двух местах сразу, так что вам придется что-то делать самому. Когда наша часть Дома будет в безопасности, можно будет перейти к освобождению Шестой части меня и борьбе с Субботой. Не раньше!

— Ты не можешь быть в двух местах сразу, — задумчиво произнес Артур, почти про себя.

— Прошу прощения? — Госпожа чуть наклонилась вперед, словно чтобы лучше слышать.

— Ты не можешь быть в двух местах сразу, — повторил Артур громче. — Но у нас на двоих пять Ключей, и ты некогда была пятью разными существами. Ты можешь разделиться пополам?

Первоначальствующая Госпожа нахмурилась сильнее.

— В смысле — чтобы стало две тебя, со всеми частями Волеизъявления в каждой, — поспешно добавил Артур. Большинство отдельных частей Волеизъявления были довольно неуравновешенными, кое-кто — даже опасно неуравновешенными. Например, мальчику совершенно не хотелось, чтобы змеистая, предвзятая Четвертая часть снова освободилась.

— Это… возможно, — признала Госпожа. — Но не рекомендуется. Мы бы смогли намного лучше…

— И ты сможешь потом соединиться снова? — Артур не хотел так просто расставаться с идеей.

Госпожа неохотно кивнула.

— Отлично. Значит, ты сможешь разделиться пополам, и каждая из вас с двумя Ключами отправится чинить то, что необходимо починить, — решил Артур. — Эй, погоди, ты могла бы стать четырьмя, и каждая из вас взяла бы по Ключу…

— Я не стану дробить себя до такой степени, — яростно прервала его Первоначальствующая Госпожа. — Это только даст Субботе или даже Дудочнику возможность напасть на меня, одолеть маленькую часть меня и вырвать Ключи из наших рук.

— Значит, надвое, — подытожил Артур. — Будут Первоначальствующая Госпожа и… Второначальствующая?

— Первая Дама и Вторая Дама, — подсказал Скамандрос.

— Это плохая мысль, Артур, — произнесла Первая Дама. — Делить мою силу пополам очень глупо. И если вы полагаете, что это даст вам возможность вернуться в ваше Второстепенное Царство, то вы не приняли во внимание вашу собственную трансформацию, и последствия от вашего…

— Я не собираюсь возвращаться домой, — холодно прервал ее Артур. — Пока что, по крайней мере. Я же сказал, нам нужно разобраться с Превосходной Субботой. А это значит — освободить Шестую часть Волеизъявления, для начала, так что скажи мне, ты знаешь, где она? Я же помню, ты можешь чувствовать другие части себя.

Первая Дама выпрямилась.

— Шестая часть меня определенно находится в Верхнем Доме. Мне неизвестно, где именно, и я не располагаю способами это выяснить. Верхний Дом закрыт от нас силами чар. Лифты туда больше не ходят, нет телефонной связи, а Парадная Дверь остается плотно закрытой. Еще раз повторяю: даже если в наших общих интересах вам и следует туда отправиться, сейчас это невозможно, и вам следует помочь мне и не делать глупых — я имею в виду, наивных — предложений о моем разделении.

— Совсем нет туда пути? — спросил Артур. — А как насчет Невероятной… нет, я должен был бы вначале там уже побывать. То же и с Пятым Ключом…

— Я же сказала, способа не существует, — настаивала Первая Дама. — Это в очередной раз показывает, насколько мне лучше знать, Артур. Ты должен помнить, что хотя ты и Законный Наследник, совсем недавно ты был обычным смертным мальчиком. Никто не ожидает, что ты обретешь мудрость…

Артур не обращал внимания на ее слова. Он обдумывал новый план.

— Должен быть путь, — сказал он. — Мне нужно пойти и проверить это.

— Что? — нетерпеливо воскликнула Первая Дама. — Что за путь? Даже если бы вам удалось попасть в Верхний Дом, не забывайте, что у Субботы тысячи чародеев, возможно, даже десятки тысяч. Действуя сообща под ее руководством, они вполне могут осилить вас, взять в плен…

— Я не собираюсь просто вламываться туда, — возражения Первой Дамы уже изрядно утомили Артура. — Если удастся воспользоваться тем способом, о котором я думаю, это будет очень скрытное проникновение. В любом случае, мы теряем время. Тебе, Первая Дама, пора делиться и приступать к работе. А мне — в Пограничное Море.

— Это слишком поспешно! — запротестовала первая Дама. — И что вам делать в Пограничном Море?

— Мне нужны Взращенные Крысы.

Первая Дама задохнулась от возмущения, а ее брови нахмурились так, что почти сошлись на переносице.

— Взращенные Крысы служат Дудочнику! Им, как и детям Дудочника, нельзя доверять! Их следует выследить и уничтожить!

— У старухи опять панталоны перекрутились, — произнес голос за спиной Артура. Тот обернулся и расплылся в улыбке: Сьюзи Бирюза, умело проскользнув между двумя Жителями, стояла рядом с ним.

— Сьюзи! Ты что это на себя нацепила?

— Новую форму, — пояснила Сьюзи.

Она приподняла свой помятый цилиндр, к которому сзади на манер ткани от солнца были теперь прицеплены два огромных золотых эполета, и поклонилась. При этом зазвенели с полдюжины явно незаслуженных медалей на ее красной пехотной форме (с обрезанными рукавами, чтобы было видно желтую рубашку), а нога, которую девочка выставила вперед, скрипнула: Сьюзи носила кожаные леггинсы, которые до того Артур видел только на Сэре Четверге. Красные сапожки не входили ни в одну из форм, которые Артур выучил за время рекрутской тренировки. Непонятно откуда взялся и поблескивающий зеленый и чешуйчатый ремень, хотя свирепомеч на боку красовался в уставных ножнах.

Артур моргнул, и не в последнюю очередь потому, что к Сьюзи подтянулись еще несколько детей Дудочника в похожих нарядах.

— Рейдеры Сьюзи, — пояснила девочка, заметив его взгляд. — Нерегулярное подразделение. Маршал Закат лично распорядился. Я ему сказала, что это твоя идея.

— Моя идея… — начал было Артур, но проглотил недосказанные слова, когда заметил, что Сьюзи подает ему знаки бровями.

— Ну, это потому, что мы тут типа все под подозрением, — добавила Сьюзи. — Нас лучше всех держать вместе. Присматривать проще. Если стару… ну, то есть Первая Дама захочет нас всех прихлопнуть.

— Ничего личного, мисс Бирюза, — фыркнула Первая Дама. — Я всего лишь делаю то, что необходимо для обеспечения финального триумфа лорда Артура. Ты сама уже однажды стала жертвой музыки Дудочника. Убедиться, что это не повторится, попросту разумно.

— Для этого не нужно нас убивать, — ощетинилась Сьюзи. Порывшись в карманах, она продемонстрировала два неказистых серых куска свечного воска. — Мы можем попросту заткнуть уши вот этим вот воском, и не услышим никакой дудочки! И вообще, я теперь генерал Бирюза!

Первая Дама снова фыркнула и собиралась что-то сказать, но тут вмешался Артур.

— Я уже распорядился, чтобы детям Дудочника не причиняли вреда. И Взращенным Крысам тоже, при условии, что они не выступают против нас. А теперь я отправляюсь к Крысам. Они еще должны мне вопрос, а я им — ответ, так что уверен, что они захотят поторговаться. Первая Дама, маршалы, все прочие, продолжайте, как мы решили. Доктор Скамандрос, не возражаете отправиться со мной?

— Разумеется, лорд Артур, разумеется, — пропыхтел доктор Скамандрос. — Эмм, а вы планируете снова воспользоваться Пятым Ключом?

— Так быстрее всего, — сказал Артур. — Я отправлюсь прямо на "Раттус Навис IV". Там у них есть серебряный кубок, он даст отражение. Ну что тебе, Сьюзи?

Девочка тянула его за рукав.

— Я тоже с тобой, да? Повидать Крыс, а потом навалять Субботе?

— Тебе, наверное, лучше остаться и присмотреть за деть…

— Остаться? Если ты вырос больше нормального и выбелил зубы, это еще не значит, что ты сможешь обойтись без меня! Кто спасал твою задницу кучу раз?

— Возможно, мне следует предупредить вас, лорд Артур, что по пути сюда я ощущал сильное сопротивление, — сказал Скамандрос. — Меня чуть было не отшвырнуло назад. Возможно, было бы разумнее отправиться на лифте в порт Среды, а оттуда послать за Крысами.

— Времени нет. Но я думаю, что вы мне понадобитесь, так что если сможете это выдержать…

— Я отправлюсь с вами, — сказал Скамандрос. — Буду держаться крепче на этот раз. Хотя у вас теперь нет длинных пол. Можно мне будет взяться за вашу руку?

— Ну так что насчет меня? — напомнила Сьюзи.

— Хорошо, ты тоже с нами, — согласился Артур. — По крайней мере, на переговоры с Крысами.

Артур протянул одну руку Скамандросу, а вторую — Сьюзи, хотя так было труднее держать Пятый Ключ. Он уже собирался взглянуть в зеркало, но вдруг прервался и обернулся к Первой Даме. Она отошла к столу с картой и изучала ее, не подавая ни малейшего признака, что собирается делиться пополам.

Артур вспомнил и кое-что еще.

— Первая Дама! — позвал он. — Пока ты еще не поделилась, я бы хотел получить назад Полный Атлас Дома. Думаю, он мне очень пригодится.

Первая Дама продолжала смотреть на стол и не повернулась, когда отвечала.

— Атлас обладает собственной волей, — сказала она. — Полагаю, его последний раз видели в Среднем Доме, он там менял себе обложку безо всякого постороннего участия. Думаю также, что он вскоре вернется сюда или разыщет вас, где бы вы ни были. Советую внимательно осматривать все книжные полки поблизости.

— Ох, — сказал Артур, и тут до него дошло.

"Она мне врет", подумал он. "Или избегает правды. Интересно, почему она не хочет, чтобы я получил Атлас? От него в самом деле была бы польза. Но она не может врать мне прямо в лицо…".

Маршал Рассвет выскочила из-за стола и побежала через комнату, размахивая полоской бумаги.

— Первая Дама! Возле Забавы Писца обнаружен небольшой гейзер Пустоты!

Первая Дама приняла бумажку с сообщением.

— Вот видите, Артур! Ну что же, раз вы туда не собираетесь, мне придется поступить по вашей просьбе. Маршал Рассвет, подготовьте эскорт и персональный лифт!

Рассвет отдала честь и умчалась. По комнате пронесся шум голосов, и все повернулись к Первой Даме, но все тут же утихло, когда она с хмурым видом осмотрелась кругом. Возобновилась прежняя лихорадочная активность, тихо было только вокруг Первой Дамы и вокруг Артура, Сьюзи и Скамандроса.

— На это стоит посмотреть, — пробормотала Сьюзи. — Ты как думаешь, она развалится и будет извиваться, как дождевой червяк?

Артур покачал головой. Для Первой Дамы это было бы несолидно.

На их глазах она шагнула вперед, и ее очертания расплылись, а затем она уменьшилась, словно наступила в яму. А в следующий момент ее уменьшенная копия шагнула вперед, оставив за собой еще одну уменьшенную копию, так что вместо одной Первой Дамы ростом два с половиной метра получились две двухметровых.

Они выглядели одинаково и были одинаково одеты, но у одной остались меч Первого Ключа и трезубец Третьего, а у второй — перчатки Второго Ключа и жезл Четвертого.

Два воплощения Волеизъявления посмотрели друг на друга и сделали реверанс.

— Дама Кварто, — сказала та, что с мечом и трезубцем.

— Дама Септум, — сказала та, что с перчатками и жезлом.

— Хммм, — прошептал Скамандрос. — Самовозвеличивание. Они сложили один и три, и два и пять. Видимо, стараются сделать сумму частей больше.

Кварто и Септум повернулись к Артуру и сделали реверанс.

— Лорд Артур, — хором произнесли они.

— Привет, — сказал Артур. — Спасибо за разделение. Думаю, пора за дело.

— Воистину, — согласилась Дама Кварто.

— Пора, — добавила Дама Септум. Она подняла руку и патетически провозгласила:

— Я отправляюсь в Средний Дом!

— А я — в горы! — добавила Дама Кварто, и они обе вышли из комнаты.

— А я… разбираться с Превосходной Субботой, — закончил Артур. Почему-то это прозвучало как-то не так. Он поднял зеркало и сосредоточился на том, чтобы увидеть через него то, что отражается в серебряном кубке в строгой каюте "Раттус Навис IV". Скоро он окажется там, где этот корабль бороздит странные воды Пограничного Моря.

Глава 7

Пройти сквозь дверь света с двумя людьми оказалось намного сложнее, и какое-то мгновение Артур боялся, что их просто отшвырнет назад — и не в безопасную Цитадель, а куда-то, куда они совершенно не хотят попасть. Земля колебалась под ногами, свет слепил глаза, а Сьюзи и Скамандрос повисли на руках, словно свинцовые грузы, и тянули их вниз и назад. Но мальчик продолжал идти вперед, всецело сосредоточившись на своей цели. Он уже почти видел стол и стулья в просторной каюте. Казалось, до них оставался всего шаг, но сделать его было почти невозможно.

Наконец, геркулесовым усилием взмокший и сбивший дыхание Артур все-таки пробился, и все трое рухнули на наклонный пол каюты, тут же соскользнув по доскам к правому борту. Корабль качнулся в другую сторону, и они покатились по диагонали к левому борту, врезались в стол, отчего серебряный кубок с лязгом покатился на пол.

Едва они сумели подняться и ухватиться за что-нибудь устойчивое, дверь распахнулась и в проеме появился солдат-новопуст.

— Чужаки! — крикнул он, выхватывая из ножен искрящийся кинжал. — Враг на борту!

Скамандрос сунул руку в рукав и достал оттуда, к собственному изумлению, крохотную десертную вилку с наколотой на нее луковицей, которую тут же поспешно спрятал обратно.

Сьюзи обнажила свирепомеч, но новопуст был быстрее и устойчивее на ногах. Он кинулся на Артура, который инстинктивно загородился рукой. Конечно, рука — слабая защита против кинжала, испускающего раскаленные искры. Но это была правая рука и в ней мальчик держал Пятый Ключ. Новопуст еще не успел закончить удар, как вспыхнул ослепительный свет. Странный химический запах, сдавленный вскрик — и на том месте, где только что был новопуст, осталась только пара дымящихся сапог.

Артур ощутил внезапный прилив гнева.

Как смеют эти жалкие твари нападать на меня? Как они посмели? Я пройду среди них, сея разрушения…

Помотав головой и переведя дыхание, Артур прогнал прочь эту вспышку дурного характера туда, откуда она пришла. Он испугался, испугался собственного гнева и того, что первой реакцией было желание атаковать.

Когда ярость утихла, мальчик понял, что рука сильно болит.

— Ой! — вскрикнул он. Острие кинжала новопуста, кажется, все-таки достало до него. Повернув руку, чтобы разглядеть, мальчик понял, что это не просто царапина. На предплечье зияла рана длиной сантиметров пятнадцать, глубокая, почти до кости. Но прямо на его глазах рана закрылась, оставив только еле заметный белый шрам. Артур смахнул несколько капель крови, постаравшись не замечать, что кровь эта — не красная, как у человека, но и не синяя, как у Жителей. Она оказалась золотой — насыщенного медового оттенка, и видеть это было больнее, чем ощущать саму рану. Он превращался во что-то очень странное.

— От него ничего не осталось, — удовлетворенно произнесла Сьюзи, перевернув дымящиеся сапоги острием меча.

— Я не хотел, — грустно проговорил Артур. — Это все Ключ.

— Лучше нам подготовиться, — Сьюзи ухватилась за стол, чтобы подтащить его к двери, но он был привинчен к палубе. Она потеряла равновесие и врезалась в Скамандроса. Оба, еще не успевшие приноровиться к качке, упали на кресло. Сьюзи тут же вскочила снова, а Скамандрос еще некоторое время барахтался, как перевернутый жук.

— Тут не мог быть только один новопуст, — предупредила Сьюзи. — Они сейчас все навалятся.

— Может они не слышали, — предположил Артур. Вокруг в самом деле было шумно: ритмичный гул паровой машины смешивался со скрипом и потрескиванием такелажа наверху, и ко всему этому добавлялся периодический грохот, когда корабль проходил сквозь внушительные волны.

— Да все они слышали, — заверила Сьюзи. Она поплевала на ладони и покрепче ухватила рукоять меча. — Ну да твой Ключ может так же подпалить еще парочку врагов.

— Не хочу я никого подпаливать, — запротестовал Артур. — Я просто хочу переговорить с Крысами!

— Очень рады это слышать, — сказал голос из-под стола.

Сьюзи выругалась и нагнулась, чтобы посмотреть.

— Люк в полу, — восхищенно произнесла она. — Вот хитрюги!

Метровой высоты крыс в белых штанах и синем мундире с одним золотым эполетом на плече выбрался из-под стола и отдал честь Артуру. Его улыбка демонстрировала два золотых передних зуба. У крыса был тесак, но он покоился в ножнах на боку. Наполеоновская шляпа сидела на его голове под острым углом.

— Лорд Артур, я полагаю? Я лейтенант Златокус, с недавних пор я командую этим судном, унаследовал его у капитана Длиннохвоста после его повышения и перевода. Ранее я не имел удовольствия встречаться с вами, но осведомлен о ваших прежних договоренностях с нами. Возможно, вы и ваши спутники желаете присесть?

Он указал на кресла.

— У нас перемирие? — уточнил Артур, не садясь. — Вы говорите за всю команду?

— Я капитан. Я объявляю перемирие от лица всех нас, новопустов и Взращенных Крыс.

— А Дудочника здесь нет, а? — спросила Сьюзи. Она тоже не стала садиться, а вот Скамандрос плюхнулся обратно, едва сумев-таки встать.

— Дудочника нет на борту этого судна, — заверил Златокус. — И хотя мы в существенном долгу перед ним, а потому перевозим его войска и так далее, Взращенные Крысы не станут сражаться в его войне, и нас не следует видеть в том же свете, что и новопустов. Кстати, если вы не возражаете присесть, я сейчас выскочу наружу и успокою и моих людей, и новопустов.

— Прошу прощения за того… того, которого я убил, — сказал Артур. Он слишком хорошо помнил, что новопусты, хотя верно служат Дудочнику, мечтают быть фермерами. Для Артура они больше походили на людей, чем на Жителей. — Он напал на меня, и Ключ…

Златокус кивнул.

— Я им передам. Он не первый и не последний. Но я надеюсь, что на борту "Раттус Навис IV" между нами больше не будет сражений. Угощайтесь сухарями из вон той банки, а в том кувшине еще есть клюквенный сок.

— Очень вовремя, — сказал Артур, когда крыс вышел. Он подобрал кубок и налил себе из кувшина, а Сьюзи достала сухари и постучала ими по столу, чтобы вытрясти жучков. Затем она предложила сухари остальным, но Артур отказался, а доктор Скамандрос вместо этого достал из внутреннего кармана чуть помятый сэндвич с ветчиной и кресс-салатом на красной тарелке в клеточку.

— Вот бы еще знать, что делают на борту новопусты, — тихо продолжил Артур. — Надеюсь, Дудочник не собирается атаковать нас в Пограничном Море.

— Порт Среды хорошо защищен, — сказал доктор Скамандрос. — Треугольник более уязвим, если его не обороняют корабли регулярного флота. Но его нет смысла захватывать — там нет лифтов и вообще мало ценного. Разумеется, Крысы могут доставлять армию Дудочника куда-то еще посредством Пограничного Моря, куда-нибудь во Второстепенные Царства…

— Ш-ш-ш, — прошипел Артур. — Златокус возвращается.

Капитан постучал и сунул в дверь длинный нос.

— Все устроились? — спросил он перед тем, как войти. — Отлично. Боюсь, что мой первый лейтенант не сможет присоединиться к нам: она несет вахту, но мой действующий третий лейтенант — сможет. Полагаю, вы уже знакомы.

Взращенный Крыс, стоявший за спиной Златокуса, вышел вперед и отдал честь. Хотя его усы были теперь аккуратно подровнены, и он носил синий китель, Артур сразу его узнал.

— Уоткингл! Тебя повысили!

— Да, сэр, — сказал Уоткингл. — И это за то, что я стукнул вас по голове, сэр, и предотвратил каташествие или проистрофу, как вам больше нравится. Это я удачно попал, если вы не в обиде за такое выражение, сэр.

— Не возражаю, это действительно было очень вовремя, — Артур пожал Уоткинглу лапу. — Иначе Лихоманка точно бы меня заполучил.

— Вы выглядите… эээ… превосходно, сэр, — сказал Уоткингл. — Стали выше.

— Да, — отозвался Артур без особой радости и снова сел. Уоткингл прислонился к борту, растопырив лапы так, чтобы не потерять равновесие от качки корабля.

— Полагаю, вы пришли задать третий вопрос? — предположил Златокус, когда взаимное молчание начало становиться неловким.

— Да, задать вопрос и попросить помощи. Я слышал, что Превосходная Суббота полностью отрезала Верхний Дом, и что туда нельзя попасть никаким способом. Но я убежден, что вы, Крысы, знаете дорогу. На самом деле я точно знаю, что это так, потому что Взращенная Крыса сумела сбежать оттуда с куском бумаги. Я хочу узнать, что это за путь, и хочу, чтобы вы помогли мне им воспользоваться.

— И мне! — добавила Сьюзи.

— Хмм, — протянул Златокус. — Мне придется известить коммодора Монктона…

Артур покачал головой.

— Времени нет. Думаю, вам известно, что защита от Пустоты в Дальних Пределах была прорвана и дамба уничтожена. Нижний Дом также разрушен. Мне нужно остановить Субботу, пока она не уничтожила весь Дом.

Златокус наморщил нос от волнения.

— Нам известно о катастрофе, но мы не знали, что она столь ужасна, — сказал он. — Но чтобы ответить на ваш вопрос, мне придется раскрыть тайны. Я не слишком долго командую этим судном, и чин мой не очень высок…

— Я уже приказал не причинять вреда Взращенным Крысам, пока вы не выступаете против моих сил, — сказал Артур. — Я с радостью сделаю для вас что угодно, отвечу на любые ваши вопросы, если вы мне расскажете, как проникнуть в Верхний Дом.

Он чуть помолчал и поправился.

— Как проникнуть в Верхний Дом незамеченным, я имею в виду.

— Как вы уже догадались, лорд Артур, способ существует, — медленно проговорил Златокус. Он покосился на Уоткингла, тот пожал плечами. — Принимая во внимание всю ситуацию, я полагаю, что должен помочь вам. Но вы должны согласиться, что цену за эту услугу назначат коммодор Монктон и прочие командующие Крысы, в дополнение к тому ответу, который вы нам должны.

— Это кот в мешке, — сказала Сьюзи. — Вы, Крысы, всегда готовы урвать хрустящий кусочек.

— А можно? Спасибо, — Уоткингл наклонился вперед и взял у нее сухарь.

— Да я не о том! — возмутилась Сьюзи. — Зачем Артуру соглашаться…

— Все в порядке, Сьюзи. — сказал Артур. — Я согласен.

"Если не соглашусь, это скоро не будет иметь значения", пришел он к выводу. Тихий голос из глубокой, темной части его разума добавил: "И я всегда могу взять свое слово назад. Они всего лишь крысы…".

— Я также попрошу вас сохранить это в тайне, лорд Артур, — продолжал Златокус. — Все вы должны хранить это в тайне.

Артур кивнул, кивнула и Сьюзи, хотя Артур сильно подозревал, что девочка незаметно скрестила пальцы за спиной.

— Всегда рад сохранить тайну, — сказал Скамандрос. — У меня их уже сотни, вот тут.

Чародей постучал себя пальцем по лбу, и там тут же возникло изображение замочной скважины. В ней провернулся ключ, и картинка превратилась в стаю разномастных вопросительных знаков, летящих от висков к ушам.

— Хорошо, — кивнул Златокус. — Лорд Артур вам известно о наших одновременных бутылках? То, что помещено в одну бутылку из пары, появляется в другой?

— Да. Они могут передавать послания и все такое. Но Монктон говорил, что они действуют только в Пограничном Море!

— Так и есть. Это верно для большинства из них. Но у нас есть малое количество особенных одновременных бутылок — точнее, одновременных навуходоносоров, — которые не только действуют за пределами Пограничного Моря…

— Что за навуходоносор? — спросила Сьюзи.

— Это размер бутылки, — пояснил Скамандрос. На его лице появился ряд увеличивающихся бутылок. Самая маленькая, на левой щеке, была всего в сантиметр, а самая большая, на правой, начиналась от подбородка и продолжалась до верхнего края уха. — Большой размер. Есть стандартные бутылки. Дальше идет магнум — двойная бутылка. Затем иеровоам — в него вмещается четыре обычных бутылки. И так далее: реховоам, шесть бутылок; маттафия, восемь; салманазар, двенадцать; валтасар, шестнадцать; навуходоносор — двадцать!

Он принялся рыться в карманах и добавил:

— Где-то тут был иеровоам отличного игристого вина, подарок от бедного капитана Лечинко…

— Да, да, — вмешался Златокус. — Одновременные навуходоносоры — это очень большие бутылки, которые мы разместили парами в различных местах Дома, в том числе один из них есть и в Верхнем Доме. Их размер так важен потому, что они достаточно велики для того, чтобы переместить одного из нас. Но, скажу сразу, они малы для вашего размера, лорд Артур.

— Я предполагал, что так окажется, — сказал Артур. — И вот тут уже ваша работа, доктор Скамандрос. Вы должны превратить меня во Взращенную Крысу. Временно, я имею в виду.

— И меня, — добавила Сьюзи.

— Не так-то это просто — предупредил Скамандрос. — Я действительно создавал когда-то для вас иллюзии, чтобы придать вам обличье крыс. Но на самом деле изменять форму, пусть и на ограниченное время — не знаю. Вы могли бы сделать это сами при помощи Ключа, Артур.

Мальчик кивнул.

— Возможно, мог бы. Но тогда я бы беспокоился, смогу ли вернуть прежний вид. Но ваше заклинание неизбежно выветрится, верно?

— Я бы полагал, что да. Но не могу быть уверенным, как любая магия повлияет на вас, лорд Артур. Вполне возможно, что Ключ воспримет подобное заклинание как нападение, и со мной будет то же, что с тем новопустом.

— Уверен, что этого не будет, если я сосредоточусь на том, что хочу стать Крысой, — сказал Артур. — В любом случае давайте попробуем.

Златокус кашлянул и поднял лапу.

— Одновременный навуходоносор, соединенный с тем, что мы спрятали в Верхнем Доме, находится не на борту этого судна. Если вы желаете им воспользоваться, на оговоренных мною условиях, нам придется встретиться с "Раттус Навис II". Если я пошлю сообщение, и они отправятся к нам на всех парах, а мы к ним, то встреча состоится всего через полчаса. Мы идем одним конвоем.

— Конвоем? — спросил Артур. — С новопустами на борту. Надеюсь, вы не собираетесь все-таки атаковать порт Среды?

— Мне неизвестен пункт назначения армии новопустов. Могу лишь сказать, что мы приняли их на борт во Второстепенном Царстве, а значит, скорее всего, высадим их в каком-нибудь другом.

— Ну хорошо, — ответил Артур. — Наверное. Что они затевают? Хотелось бы мне, чтобы Дудочник вообще не совался во все эти дела. Может, стоит спросить у кого-нибудь из них…

— Прошу вас! — перебил его Златокус. — Как я уже говорил, Взращенные Крысы стремятся оставаться мирным населением. В настоящий момент новопусты согласились с официальной версией, что один из них погиб в ходе морского происшествия. Они не станут спускаться вниз, чтобы искать вас, но если вы покажетесь, они сочтут себя обязанными сражаться. Полагаю, вы победите, лорд Артур, но ваши спутники могут погибнуть, и уж конечно умрет множество новопустов. Прошу вас, оставайтесь здесь, пейте клюквенный сок, а когда наступит время рандеву, мы переправим вас на другой корабль как можно быстрее и незаметнее.

— Ну ладно, — Артуру снова пришлось бороться с желанием подняться на палубу и повелеть новопустам преклонить колени перед ним. А если не согласятся — обратить их в пепел, чтобы ветер и волны развеяли его…

"Ну нет", подумал Артур. "Хватит! Я буду все делать по-своему. Как бы я там ни выглядел, я не собираюсь меняться. Я человек, я знаю, что такое любовь, что значит уважение, и как сострадать тем, кто слабее тебя. Раз у меня есть сила, это еще не значит, что я буду всюду ей пользоваться!".

— Мне кое-что понадобится, — сообщил доктор Скамандрос, роясь по карманам. — Так… свежесрезанная шерсть Крысы… четыре отпечатка лап в желе, гипсе или песке, по вкусу… серая или бурая краска, кисточка побольше этой… кажется, все остальное есть.

— Уоткингл все вам организует, — сказал Златокус.

— А чья шерсть, сэр? — спросил Уоткингл. — Мне вроде пока не нужна стрижка…

— Кому-нибудь точно нужна, — сказал Златокус. — Обеспечьте.

— Есть, сэр, — проворчал Уоткингл. Он вышел из каюты, бормоча под нос:

— Шерсть, гипс, серая или бурая краска…

— Так, посмотрим, — продолжил доктор. Он поставил на стол бутылочку зеленого хрусталя со свинцовой печатью на пробке. — Большая бутыль активированных чернил… и нужно кое-что перечитать. Тот отрывок из "Ксамандеровых Ксенографических Кследований"… где-то у меня был экземпляр…

— А где второй навуходоносор? Тот, что в Верхнем Доме? — спросил Артур, оторвавшись от созерцания. Он, как всегда, поражался тому, сколько всего помещается в пальто Скамандроса. — И есть ли там Крысы, которые смогут помочь?

— Я сам немного знаю, — признался Златокус. — Полагаю, он где-то в самых нижних этажах Верхнего Дома, среди паровых машин, которые движут цепи. Там у нас есть несколько агентов. Ну и разумеется, тамошние дети Дудочника, которые часто помогают нам, смогут помочь и вам.

— Дети Дудочника? — переспросила Сьюзи. — Вот уж не знала, что наши есть и в Верхнем Доме.

Одновременно с ней Артур спросил:

— Паровые машины? Цепи?

Златокус объяснил, как мог. Скамандрос время от времени перебивал его, в промежутках между упорядочиванием необходимого инвентаря и перекладыванием странных вещей, появлявшихся из карманов. Но, как выяснилось, чародей мало что мог добавить к пояснениям капитана. Скамандроса исключили из Верхнего Дома несколько тысяч лет назад, а в то время Превосходная Суббота придерживалась более стандартных методов строительства, и там были и другие здания, а не одна огромная конструкция из железных кубов.

— Похоже на что-то вроде гигантского конструктора, — подытожил Артур. — И все эти кубы двигаются по рельсам при помощи цепей и паровых машин?

— Насколько мне сообщили, — кивнул Златокус.

— Да, на это стоит поглазеть, — радостно заявила Сьюзи. — Тучка пара и старый добрый угольный дымина с сажей — что еще так усердит легкие!

— Усладит, — рассеянно поправил Скамандрос. — У-сла-дит. То, другое, больше имеет отношение к экзаменам и проникновению в суть вещей. Я из-за этого провалился.

— Я уверен, что это интересно, — согласился Артур. — Только это еще и крепость нашего врага, не забывай. Если ты со мной, Сьюзи, то держись тише воды ниже травы. Я не хочу драться с тысячами чародеев. Или с самой Субботой — только не в ее родном доме при Шестом Ключе. Просто заходим, ищем Шестую часть Волеизъявления, добываем и уходим. Ясно?

— Ясно, — сказала Сьюзи.

— Ну вот и ладно, — сказал Артур. В этот момент он вспомнил своего отца Боба, как он смотрит один из своих любимых фильмов с Дэнни Кеем и заливается смехом. Но воспоминание тут же исчезло, и Артур даже не понял, к чему он вдруг это вспомнил. Но мальчику хотелось подержаться за воспоминание подольше. Отец и вся семья казались сейчас такими далекими. Даже мимолетная память о них уже помогала чувствовать себя не таким одиноким.

Глава 8

На "Раттус Навис II" их переправили на шлюпке. Восемь просоленных Крыс в соломенных шляпах с синими ленточками налегли на весла — Уоткингл задавал им ритм хриплыми выкриками "Раз, два" — и лодка легко и быстро преодолела несколько сотен метров открытого моря между двумя судами.

Артур сидел спиной вперед, глядя на "Раттус Навис IV" и воинов-новопустов на палубе. Все они смотрели в другую сторону, старательно игнорируя отбытие пассажира. Мальчик думал о них, о том, куда они могут направляться, и о том, куда направлялся он сам, как вдруг на его плечи обрушилась холодная морская вода. Он повернулся как раз вовремя, чтобы остатки воды угодили ему точно в открытый рот. Шлюпка боролась с волной, гребень которой только что прорезала, по пути набрав примерно треть ведра воды. Могло быть намного больше, если бы не мастерство Уоткингла, сидевшего у руля.

В этой воде, большая часть которой досталась Артуру, было еще кое-что, что теперь лежало на его коленях. Плюшевый желтый слоненок — его детская игрушка, которую он уже однажды нашел на Пограничном Море, куда попадает все потерянное, но снова потерял где-то между Морем и Лабиринтом.

— Слоненок, — машинально сказал Артур и прижал его к груди, так же сильно, как делал в раннем детстве. Через пару секунд он вспомнил, кто он и где находится, и медленно опустил игрушку обратно на колени.

— Вы бы поосторожнее с этим, — сказал доктор Скамандрос, глядя поверх "Ксамандеровых Ксенографических Кследований" — маленькой красной книжечки, казавшейся тонковатой для источника чародейской премудрости. — Детские тотемы чрезвычайно могущественны. Кто-нибудь мог бы вырастить из него Пожирателя Душ, вроде Мальчика-без-кожи, или при помощи симпатической иглы причинить вам боль.

— Слоненок больше не потеряется, — пообещал Артур. Он сунул игрушку за пазуху поглубже, чтобы она не выпала. Снаружи получился странного вида бугор, но мальчик не обратил на него внимания.

— У меня тоже была игрушка, когда я была маленькой, — сказала Сьюзи. Она наморщила лоб и добавила:

— Не помню только, какая. Но она двигалась и была такая забавная…

— Эй, на шлюпке! Швартуйся сюда!

Воспоминания Сьюзи были забыты. Все вскарабкались по веревочной лестнице на палубу "Раттус Навис II", где их встретил щеголеватый Крыс, одетый в самую качественную и роскошную форму из виденных Артуром. Даже простая синяя ткань его кителя оказалась с муаровым шелковым узором, блестящим на солнце.

— Приветствую, лорд Артур! Я лейтенант Тонкоус, командир этого судна. Прошу вас, следуйте за мной. У нас здесь тоже свой контингент новопустов, главным образом старших офицеров, но они любезно согласились собраться внизу и выпить чаю, пока вы… кхм… посещаете нас.

— Спасибо, — сказал Артур.

— За мной, пожалуйста, — Тонкоус быстро прошел в кормовую надстройку и жестом пригласил всех в каюту капитана. Она была такой же, как и на "Раттус Навис IV", но намного роскошнее. На окнах красовались красные бархатные занавески, а кресла были обтянуты светлой тканью в шотландскую клетку.

Но Артур почти не заметил обстановку. Его внимание захватила огромная зеленая бутыль на деревянной подставке, привинченной к палубе. Бутыль была два с половиной метра в длину и полтора в диаметре, так что если бы не горлышко толщиной всего с ногу Артура, мальчик поместился бы внутри, даже не превращаясь в Крысу.

Зеленое стекло было дымчатым, но не совсем матовым. Внутри колыхалось что-то похожее на дым или туман, но оно не могло выйти наружу из-за массивной, оплетенной проволокой пробки одновременного навуходоносора.

— Все готово, — сообщил Тонкоус. — Вам остается только войти в бутылку, как только… ааа… вы будете готовы. Могу я предложить вам освежающей настойки, лорд Артур, пока ваш чародей готовит заклинание?

— Спасибо, не надо. Доктор Скамандрос, сколько у вас еще уйдет времени?

Доктор снова раскладывал разнообразные принадлежности на скамейке. Он покосился на Артура, пару раз моргнул на навуходоносор и откашлялся.

— Примерно полчаса, лорд Артур. Если я мог бы попросить кого-нибудь принести мне большой кусок сыра с корочкой, я был бы признателен. Мне казалось, что где-то у меня было пол-головки сыра "Старый Жуй", вот только найти не могу.

— Скажу коку, чтобы он принес, — кивнул Тонкоус. — Располагайтесь поудобнее. Я пойду на палубу на пару минут, но вернусь обратно, чтобы открыть навуходоносор. Для этого используется специальная техника, поэтому прошу вас не пытаться открыть его самостоятельно. Также просил бы не касаться стекла. Его поверхность иногда бывает чрезвычайно холодной, а иногда — очень, очень горячей. Ни холод, ни тепло не чувствуются на расстоянии, а потому ощущение может стать большим неприятным сюрпризом.

— Не чувствуются на расстоянии? — пробормотал Скамандрос. — Как интересно…

Он отложил гипсовую отливку крысиного следа, которую держал в руках, и шагнул к навуходоносору, затем всплеснул руками и вернулся обратно. На его лбу крутанулось изображение штурвала, показывая, что он вспомнил, чем сейчас занят.

— Значит, мы пролезаем через эту вот бутыль, — задумчиво проговорила Сьюзи. — И ищем Шестую часть Волеизъявления, так?

— Так, — сказал Артур.

— А как мы это будем делать? — спросила Сьюзи. — Типа она сама появится, как и первая, и прыгнет мне в глотку?

— Хотелось бы, — сказал Артур. — Но она как-то скована. Надеюсь смогу почувствовать, где она — я вроде как начал ощущать части Волеизъявления. Или оно сможет мысленно со мной поговорить, как и другие части делали, когда я был близко.

— У меня в пузе бурчит, когда Первая Дама рядом, — сказала Сьюзи. — Может, это поможет?

— Все, что угодно, может помочь. Но нужно быть очень осторожными. Как только достанем Шестую часть, я применю Пятый Ключ, чтобы переместиться в Цитадель…

— О, нет, нет, нет, — перебил Скамандрос. — Ни в коем случае. Я же объяснял. Целая смена чародеев только и делает, что выглядывает магию в Верхнем Доме. Думаю, в последнее время их даже больше. Как только вы призовете силу Ключа, они тут же накроют вас чарами заточения или вообще зацистуют…

— Они не посмеют накладывать чары на Законного Наследника, обладателя Пятого Ключа! — провозгласил Артур громовым голосом. Он встал и выпятил грудь. — Они всего лишь Жители, и я…

Он прервался, вытер внезапно взмокший лоб и сел обратно.

— Простите, — произнес он уже нормальным тоном. — Это все Ключи… они влияют на меня. Так что нам делать, когда добудем Шестую часть, доктор?

— Я не знаю, лорд Артур. Не силен я в стратегии… Все, что я знаю — как только вы примените Ключ, пройдет всего мгновение, и они обрушатся на вас. Если будете действовать очень быстро, можете успеть убраться, прежде чем они завершат заклинание. Возможно также, что вы окажетесь сильнее сотен и тысяч чародеев. Но они смогут удерживать вас несколько минут, а этого будет достаточно, чтобы сама Суббота присоединилась к их усилиям.

— А Шестой Ключ сильнее всего в своем домене, — закончил Артур. — А что значит "зацистуют", кстати уж?

Скамандроса передернуло, и его татуировки стали зелеными.

— Вас вывернут наизнанку и засунут в… мешок… из ваших же собственных телесных жидкостей… которые затем делаются твердыми, как стекло.

— Какой ужас! Но если это сделают, я ведь погибну?

— Нет, если вы Житель. Мы можем пережить цистование в течение нескольких месяцев или даже года. Суббота раньше развешивала цисты там и сям, как предупреждение нарушителям. Правда, в мои дни так делали редко.

— Звучит лучше, чем повешение, — жизнерадостно сказала Сьюзи. Затем снова нахмурилась. — Повешений я, правда, тоже не помню. Мы раньше ходили на них смотреть, и мама брала с собой перекус в белой тряпице…

Она замолчала, пытаясь вспомнить свою давно прошедшую человеческую жизнь.

— И я вам дам еще кое-что, чем завернуть Пятый Ключ, — продолжил Скамандрос. — Чтобы спрятать его магическое излучение. У меня как раз для этого есть одна вещь, где-то тут… но вначале нужно завершить заклинание. Будьте любезны сохранять молчание и смотреть в другую сторону несколько минут, мне нужна полная концентрация.

Артур и Сьюзи повиновались. Артур отвернул уголок одной из занавесок и смотрел в волнующееся море. Волны доходили почти до окна, и брызги падали на стекла всякий раз, когда корабль кренился. Но окно было достаточно прочным и не протекало. Артур ощутил, что его завораживает движение серо-зеленой воды с белой пеной на гребнях. На несколько минут ему удалось очистить разум от тревог и просто смотреть на безбрежное море…

— Готово! — воскликнул Скамандрос.

Артур и Сьюзи обернулись. Отпечатки следов и крысиная шерсть исчезли, а бутылка активированных чернил опустела. Скамандрос держал в одной руке жестянку с серой краской, а в другой — большую кисть.

— Отлично, теперь раздевайтесь. Мне придется вас покрасить.

Сьюзи скинула помятую шляпу и начала расстегиваться.

— Погодите… эээ… постойте минуточку, — Артур покраснел от смущения. В Славной Армии Зодчей он привык к общей ванной, но там никто до конца не раздевался. И потом, там были Жители, а Сьюзи, хотя он периодически и забывал об этом, оставалась по сути обычной человеческой девочкой. — Зачем нам раздеваться?

— Это трансформирующая краска, она подготовит превращение, — пояснил доктор. — Активацию я напишу на корочке сыра, и как только вы его съедите, то превратитесь во Взращенных Крыс. Я так думаю.

— Ну ладно, — пробормотал Артур. Он отвернулся к окну и неохотно разделся.

— Ну хоть тут нет библиофагов, жаждущих попробовать на зубок любую буковку, — сказала Сьюзи. — У тебя тогда на всей одежде что-то было написано, Артур. Так теперь делают там, дома?

— Да, — сказал Артур. Он глубоко вздохнул и вылез из трусов. — Красьте, Скамандрос.

— Он меня красит, — сказала Сьюзи. — Тебе придется подождать. Ай, она же холодная!

Артур проглотил желание приказать поторопиться и сосредоточился на виде из окна. Он не знал, что делать с руками. Упереть их в бока будет глупо, когда ты голый, но и просто позволить им болтаться — тоже. В конце концов он сложил руки перед собой, хотя и был уверен, что это тоже смотрится не лучшим образом.

— Прекрасно, лорд Артур, мы приступаем, — сказал Скамандрос. В следующий момент Артур ощутил холодную жидкость у себя на спине и дернулся.

— Стойте смирно! — приказал Скамандрос. — Нельзя попусту тратить краску.

Артур сжал зубы и стоял неподвижно, пока Скамандрос быстро намазал его краской с головы до пяток.

— Превосходно, лорд Артур. Повернитесь, пожалуйста.

Мальчик закрыл глаза и медленно повернулся. В тот же момент он услышал стук в дверь, и какой-то Крыс позвал:

— Ваш сыр, сэр. Я его сюда положу.

— Руки вверх, лорд Артур, — весело скомандовал доктор. Артур, зажмурившись еще сильнее, поднял руки. Он невольно дернулся, когда кисточка прошлась по всем укромным уголкам.

— Готово! — сказал Скамандрос.

Артур открыл глаза и осмотрел себя. Он ожидал увидеть серую краску, но вместо этого увидел плотный темно-серый мех, который покрывал его от лодыжек до запястий, словно пушистый гидрокостюм.

Хотя мех до определенной степени сохранял ему благопристойный вид, Артур быстро сел, положил ногу на ногу и прикрыл колени курткой.

— Хвостов у вас не будет, — печально сказал Скамандрос. — Не получилось. Но кое у кого из Крыс их тоже нет — потеряли в морских сражениях или вроде того.

Он взял кусок сыра, разломил его пополам и принялся писать на корочке фазаньим пером, окуная его в бутылочку активированных чернил размером не больше ногтя.

— А мне мех нравится, — сказала Сьюзи. — Не нужно стирать и менять одежду.

Артур поднял брови.

— Да, я стираю свои вещи, — возмутилась Сьюзи. — И меняю. И вообще, одежда Жителей очень часто сама чистится. И подгоняется по размеру. Интересно, а этот мех под дождем не слипнется?

— Сыр готов, — сообщил Скамандрос. Он держал два куска, каждый примерно треугольной формы и длиной почти двадцать сантиметров.

— Нам все это нужно съесть? — без особого энтузиазма спросил Артур.

— Ну, возможно, что нет, — неуверенно сказал Скамандрос. — Примерно двух третей должно хватить… но тут лучше перестараться для надежности.

— Ладно. Теперь нам осталось, чтобы лейтенант Тонкоус открыл навуходоносор… А, я почти забыл. Вы еще собирались дать нам что-то, чтобы спрятать эти, как вы их назвали…

Доктор Скамандрос кивнул, покопался в карманах и вынул скомканный кусок металлической ткани, больше всего похожий на смятую шляпу из фольги. Когда он разгладил этот предмет и расправил углы, оказалось, что это небольшая прямоугольная сумочка.

— Положите сюда Ключ, и они его не разнюхают. По крайней мере, если не окажутся совсем рядом и не будут на него смотреть.

Артур положил зеркало Пятого Ключа в сумочку. Он уже затягивал завязки, когда, вспомнив, распустил их снова и отправил туда же Слоненка. Затем, опять уже почти завязав сумочку, сунул в нее медальон Морехода, который носил на самодельной веревочке из зубных нитей. После этого он, наконец, затянул завязки, а саму сумочку надежно привязал к своему левому запястью.

— Сыр завершит превращение, — напомнил Скамандрос.

— Вот только Взращенные Крысы обычно носят одежду, а значит, и нам понадобится, — сказал Артур. — Нам нужно где-то достать матросские штаны или хоть что-нибудь. В том сундуке что-то есть?

Никто не шелохнулся.

— Сьюзи, посмотри, пожалуйста, — попросил Артур.

Сьюзи распахнула сундук, порылась в нем и достала несколько великолепных комплектов формы, явно принадлежащих лейтенанту Тонкоусу. Она кинула Артуру пару штанов и белую рубашку, и сама оделась так же. Девочка тоскливо посмотрела на длинный парадный китель с фалдами и лазурным узором, но неохотно вернула его обратно в сундук.

— Присмотри за моим барахлом, док, — сказала она Скамандросу. — Оно мне еще понадобится, и все целиком.

— Думаю, нам пора, — сказал Артур. Он посмотрел на Сьюзи и поднял кусок сыра, как бокал. Она ответила тем же.

— Едим! — сказал Артур и вгрызся в сыр.

Сыр оказался не слишком вкусным. Проглотив очередной кусок, Артур внезапно ощутил тошноту, каюта закружилась сильнее, чем раньше. Он уже начал говорить что-то о морской болезни и изменившихся волнах, но осекся. Его мутило потому, что он уменьшался, и глаза его меняли местоположение в голове. Поле зрения стало другим — увидеть то, что прямо перед носом, стало труднее, зато обор по сторонам заметно расширился. В каюте словно бы посветлело.

— Превосходно! — воскликнул Скамандрос. Из-под его воротника выбежала стая нарисованных крыс и поскакала по щекам. — Сработало.

— Да, — проговорил Артур. Он посмотрел на свои внезапно укоротившиеся руки и понял, что они теперь заканчиваются розовыми лапками. — Я теперь Взращенный Крыс.

Его голос стал высоким и хриплым. Сумка с Ключом и Слоненком осталась висеть на руке. Она стала намного тяжелее, но держалась прочно.

Артур медленно начал одеваться. Лапы поначалу плохо слушались, но он быстро привык, и еще пришлось привыкать к новому зрению. Он только-только закончил застегивать пуговицы на штанах, когда лейтенант Тонкоус постучал в дверь и вошел, не дожидаясь ответа. Он отсалютовал Артуру, и тот наклонил мордочку в ответ.

— Готовы войти в навуходоносор, лорд Артур? — спросил Тонкоус.

— Да.

— На вас замечательная одежда, насколько могу судить, — весело заметил Тонкоус. — Превосходный вкус. Итак, повернем здесь, теперь с другой стороны…

Он ловко снял проволочный каркас, державший пробку, а затем осторожно повернул ее, чтобы она легче выходила. Раздался скрежет, как от ногтей по школьной доске, и пробка медленно выкрутилась. С удивительно тихим хлопком она освободилась, и Тонкоус шагнул назад, сжимая ее в лапах.

Из бутыли заструился дым — едкий угольный дым.

— Вам придется прыгнуть прямо в горлышко, — сообщил Тонкоус. — Прыгнуть как можно сильнее, вытянув лапы вперед. По возможности старайтесь не прикоснуться к стеклу.

— Спасибо, Тонкоус, — сказал Артур. — И вам спасибо, доктор Скамандрос. Надеюсь, увидимся в Цитадели.

— Удачи, лорд Артур, — чародей поклонился и добавил, — Заклинание развеется через несколько часов, я полагаю.

— Пошли, Артур! — Сьюзи подскочила к бутыли и подобралась, готовясь к прыжку. — Кто последний, тот вонючая кры… эмм… крынка уксуса.

Артур потянул ее назад за воротник.

— Не сейчас, Сьюзи. Я иду первым.

Сьюзи принялась выкручиваться, но не всерьез, и он отодвинул ее в сторону. Даже будучи Взращенной Крысой, он оставался удивительно сильным, и ему даже не пришло в голову, что вообще-то трудно вот так передвинуть того, кто весит почти столько же, сколько ты, всего одной лапой.

Освободив место, Артур пару раз прыгнул по каюте для практики. Затем, вытянув лапы вперед, отошел к открытой двери каюты, повернувшись в сторону горлышка навуходоносора. Оттуда все еще выходил дым, а внутри все было темно и туманно.

"Храбрость и глупость — близкие родственники", подумал Артур. "Знать бы еще, что я сейчас делаю…".

Он слегка согнул ноги, рванулся вперед и прыгнул прямо в горлышко бутыли.

Уже в воздухе в его голове внезапно возникла последняя мысль:

"А что если Крысы соврали? Что если эта бутылка ведет куда-то совершенно не туда?"

Глава 9

Артур ожидал, что попадет внутрь огромной бутыли из зеленого стекла, по крайней мере, на несколько мгновений перед переносом. Но вместо этого он обнаружил, что вылетел из горлышка совершенно другого навуходоносора, сделанного из блестящего синего стекла. Он плюхнулся на пол — вернее, на узорную железную решетку, отпечатавшуюся на его шерсти, и ушибся.

Артур покатился по полу, но быстро встал. Он едва успел оглядеться по сторонам, как Взращенная Крыса, в которой он с трудом узнал Сьюзи, налетела на него, и они оба опять оказались на решетчатом полу. Пока они расцеплялись и поднимались, тихий резкий голос произнес:

— Давайте шустрее! Помогите мне двигать бутылку! Они будут здесь через пару минут.

Артур вскочил и осмотрелся. Синий навуходоносор покоился на грубой деревянной тележке с разными колесами, а тележку толкал самый уродливый сын Дудочника, какого Артур когда-либо видел. На нем был просторный плащ и широкополая шляпа с пером, но даже в тени шляпы Артур разглядел, что у мальчика одутловатое лицо и огромный нос.

Навуходоносор, Артур, Сьюзи и уродливый мальчик стояли на широком трапе, подвешенном к потолку на бронзовых штырях. Трап был шириной метра четыре, но без перил, и весь был окутан дымом и паром.

Артур осторожно посмотрел вниз. Под трапом не было ничего — ни малейшего признака земли. Насколько хватало глаз, только клубился черный дым. Мальчик слышал уханье, шипение и низкий, раскатистый ритм огромных паровых машин где-то далеко внизу, но не видел ни одной из них.

Дым внезапно закружился и слегка разошелся, и Артур мельком увидел верх гигантского бронзового колеса размером с дом. Оно очень медленно вращалось, но Артур не успел разглядеть, с чем оно соединено или зачем нужно: новые клубы дыма все закрыли.

Ближе к трапу поредевшие тучи раздвинулись, открывая конец ржавой балки, длиной с три школьных автобуса. Балка поднялась из дыма, словно кит из воды, и снова с резким гулом опустилась в глубины, а дым сомкнулся над ней.

Металлическая решетка под ногами Артура дрожала в одном ритме с машинами внизу, и бронзовые штыри загудели в ответ на его прикосновение. Мальчик с некоторой тревогой заметил, что штыри разъедены патиной, и их крепления к потолку выглядели не особо надежными, хотя трудно было в точности рассмотреть, как именно десятиметровые стержни соединены с камнем над головой. Судя по немногим чистым участкам, потолок весь состоял из прочного светлого камня, но большая его часть так покрылась сажей, что напоминала грязный ковер из черного плюша.

— Ну быстрее же! Помогайте толкать! — крикнул сын Дудочника. Он изо всех сил старался сдвинуть бутыль с места.

Артур осторожно обежал бутыль справа, а Сьюзи — слева. Вместе они навалились плечами на дно навуходоносора и нажали. Тележка заскрипела и тронулась с места, постепенно наращивая скорость. Она шла неровно, то и дело виляя в стороны, так что всем троим приходилось быть настороже.

— Нужно доставить его назад на склад смазочных материалов, — выдохнул сын Дудочника. — Наполнить его маслом и спрятаться. Вам еще понадобится маскировка.

Артур покосился на мальчика — и уставился во все глаза. Это был вообще не сын Дудочника, а Взращенный Крыс в маске из папье-маше, раскрашенной под человеческое лицо. Огромный нос маски прикрывал морду Крыса.

— Лорд Артур, я полагаю, — произнес Крыс. — Острошерст к вашим услугам.

— Рад встрече. А это моя подруга Сьюзи.

— Генерал Сьюзи Бирюза, если не возражаете, — фыркнула девочка.

— Добро пожаловать в Верхний Дом, генерал, — сказал Острошерст. — Чуть дальше нужно будет повернуть налево. Быстрее.

Трап соединился с другим, более широким трапом, образовав Т-образный перекресток. Повернуть тележку налево так, чтобы она — или кто-то из них — не свалилась с края, оказалось нелегко, но они справились. Вокруг стало больше места, и толкать навуходоносор было уже легче.

Острошерст то и дело оглядывался назад, так что Артур тоже оглянулся, но видел только серый дым, смешивающийся с более густым черным. Мальчика уже не удивляло, что дым не оказывает на него никакого влияния. Ему даже нравился этот запах, хотя он и понимал, что его прежние человеческие легкие быстро вышли бы из строя в этом ядовитом воздухе.

— Что вы высматриваете? — спросил Артур, когда они прошли уже около ста метров, а ни впереди, ни сзади не появилось ничего интересного — только решетчатая платформа и дым.

— Автоматов-Крысоловов, — ответил Острошерст. — Чародеи знают, что здесь сработал навуходоносор. По крайней мере, они знают, что кто-то сотворил серьезные чары. Но у них уходит минута или две, чтобы определить, где именно. Мы под полом, так что сами они сюда не полезут, пришлют Крысоловов. Но думаю, мы оторвались достаточно быстро. Склад смазочных материалов прямо перед нами, в скале больверка.

— Мы под полом Верхнего Дома? — уточнил Артур.

— Ага, — Острошерст встал перед тележкой и затормозил ее. Они подошли к крутой и, похоже, совершенно цельной скале из грязного желтого камня, испещренного еле заметными прожилками светящегося пурпурного металла. — Мы в больверке между Средним и Верхним Домом. Суббота изрыла всю его верхнюю часть, чтобы поместить сюда паровые машины, цепи и все такое. Да где этот звонок?

Крыс принялся нажимать на разные выступы скалы, но ни один не поддавался.

— Эта штука, будь она неладна, все время перемещается. Можно подумать, ее фокусник делал! — посетовал Острошерст.

— Сзади что-то есть, — сообщила Сьюзи. — Я видела, как оно нырнуло под пол.

— Крысолов! — прошипел Острошерст. Он полез под навуходоносор и взял с тележки три длинных кривых ножа; один отдал Сьюзи, другой — Артуру.

— Они бронированные, так что цельтесь в красный огонек на голове спереди. Там у них глаз или что-то еще в этом роде. Но берегитесь хватал. И усов — они у них как щупальца у кальмара из Черной Воды.

Он говорил очень быстро и в то же время снял маску, чтобы лучше видеть, и теперь она свисала у него под мордой. Его черные глаза стреляли в разные стороны, а нос дергался, стараясь унюхать приближающегося врага. Внезапно он шагнул вперед и поднял нож.

— Где… — начала было Сьюзи, и тут Автомат-Крысолов выметнулся из-под пола трапа. Сверкая стальными пластинами панциря и звеня, как монеты в кошельке, четырехметровый тощий стальной богомол рванулся вперед, раскрыл хватательные лапы и накинулся на Острошерста. Одновременно его невероятно длинные, бритвенно-острые усы хлестнули по Артуру и Сьюзи.

Острошерст нырнул под лапой и навалился на нее. Левая лапа автомата столкнулась с правой, и они обе сомкнулись, заклинив друг друга. Сьюзи отскочила от уса. Тот полоснул ее по груди и попытался обвиться вокруг шеи, чтобы оторвать голову, но она отбила его ножом и спряталась под тележкой с навуходоносором.

Артур рефлекторно отбил атаку ножом и повернул его, чтобы удержать ус. Затем, не раздумывая, он схватился за ус и дернул. Края врезались в его ладонь, причинив боль, но он смог полностью выдернуть ус из головы Крысолова. Из места разрыва ударил сноп искр, похожий на фейерверк.

— Бей в красный глаз! — завопил Острошерст. — Пока он не расцепил лапы!

Артур кинулся вперед. Оставшийся ус автомата хлестнул ему по ногам, но мальчик подпрыгнул, взлетев в воздух настолько высоко, что приземлился на спину Крысолова. Автомат мгновенно откинулся назад, но Артур уцепился за его треугольную голову и глубоко вонзил нож в красный шар в ее середине. Сумочка, в которой хранился Пятый Ключ, ударилась о металлические перекрывающиеся пластины Крысолова. Артур бил еще и еще, пока, наконец, автомат издал высокий, почти электронный визг и медленно опустился на пол. Его задние ноги свесились с края.

Артур слез с него, очень осторожно, чтобы не потерять равновесие и не рухнуть вместе со сломанным автоматом в дымные глубины. Едва мальчик твердо встал на ноги, Острошерст принялся спихивать Крысолова вниз.

— Этих они тоже отслеживают, — пояснил он. — Где погиб один, туда тут же сбегаются другие.

Артур помог ему толкать. Сьюзи, выбравшись из-под тележки, дала Крысолову пинка, когда он уже падал с края. Не то чтобы это помогло, но ей явно полегчало.

— Ну ладно, вот теперь я все-таки открою дверь, — сказал Острошерст. Он восхищенно посмотрел на Артура и добавил, — Отличный бой, лорд Артур.

— Спасибо, — рассеянно поблагодарил мальчик. Он посмотрел на свою лапу и понял, что она уже практически полностью зажила. Золотая кровь исчезала, как только высыхала. С запозданием он вспомнил, что Сьюзи ранена.

— Сьюзи, эта штука тебя ударила! Ты как?

Сьюзи, которая в этот момент смотрела вниз, повернулась. Ее рубашка была рассечена, и на мохнатом животе виднелась кровавая полоса. Кровь оказалась не синей, как у Жителей, но и не красной, как у людей, а какого-то промежуточного цвета.

— А, бывало и хуже, — отмахнулась девочка. — Будь я одета как обычно, он бы вообще до кожи не достал. День-другой, и я буду как огурчик.

— Нашел! — воскликнул Острошерст. Он изо всех сил надавил на выступ камня примерно на высоте своего колена. Из скалы в ответ послышался рокот. Каменная плита шириной во весь трап откинулась в сторону.

— Толкай бутылку, — скомандовал Острошерст. Он взялся за тележку, и Артур быстро присоединился к нему. Сьюзи двигалась медленнее обычного, и Артур заметил, что она скривилась от боли, когда навалилась плечом на навуходоносор.

За дверью — которая со скрежетом закрылась за ними — оказалось высеченное в скале помещение размером со школьный класс, с очень высоким потолком. Вдоль стен возвышались огромные стеклянные бутыли размером не меньше — а некоторые и больше — навуходоносора, а перед ними стояло множество бутылок, банок, кувшинов, урн и прочих контейнеров из стекла, металла и даже камня.

Возле одной стены оказалось пустое место между двумя бутылями. Одна, янтарного цвета, была наполнена темной густой жидкостью, в другой, прозрачной, было что-то вроде зеленоватого оливкового масла. Острошерст указал на это место, и они развернули туда навуходоносор, отвязали его от тележки и начали поднимать.

— Держите его под таким углом и обоприте на этот горшок, — распорядился Острошерст. — Нужно налить туда масла, чтобы он казался уместным. Спрятанное письмо, знаете ли.

— Что? — переспросил Артур.

Острошерст поднял бутылку размера иеровоам и, основательно поднатужившись, вылил оттуда в навуходоносор струю темно-бордового масла.

— А, слышала я про это, — сказала Сьюзи. Она оставила Артура держать одновременную бутыль и отошла в сторону, поглядеть на маленькую узкую дверку с другой стороны помещения.

— Хочешь спрятать письмо — положи его на видное место, где оно не будет бросаться в глаза, — пояснил Острошерст. — Блестящая идея. Ну все, теперь поставим пробку на место и вперед.

— Вперед куда? — спросил Артур. — Нам понадобится новая одежда, когда мы перестанем быть Взращенными Крысами. Эта нам будет не по размеру.

— Точно! — сказал Острошерст. — Секундочку.

Он снял шляпу, перевернул ее и достал изнутри крохотную бутылочку, размером с флакончик духов, и нечто похожее на пачку сигарет. Из пачки Острошерст вытряс миниатюрный свиток, проверил, что на нем написано, открыл бутылочку и сунул свиток туда. Затем вернул пробку на место, сложил все обратно в шляпу, крепко надел ее на уши и снова закрыл морду маской.

— Самые маленькие Одновременные бутылки, — сказал он и указал на навуходоносор. — Одна сто двадцатая этого гиганта. Нужно было доложить о вашем прибытии. Свора Субботы такие бутылочки не отслеживает — такое слабое чародейство ниже их уровня. Пошли.

— Я спросил, куда мы направляемся, — произнес Артур ледяным голосом.

В самом деле, эти низшие существа несносны. Им следует научиться мгновенному повиновению…

Артур помотал головой и коснулся сумки, пытаясь нащупать Слоненка.

"Я не какой-нибудь злобный, надутый высший Житель", твердо подумал он. "Я человек. Я вежливый. Я забочусь о других".

— Наверх, на пол, — пояснил Острошерст. — Присоединимся к цепной команде. Когда к вам вернется ваш обычный облик, вы легко смешаетесь с детьми Дудочника. Это хорошая компания, они вас примут без особых вопросов. И одежда у них для вас найдется.

— Это хорошо. Но как мы туда попадем?

— По служебной цепи. Она перемещает смазочные материалы. Мы просто ухватимся, и она нас поднимет.

Он достал из-за шляпной ленты маленький ключик и рысцой подбежал к узкой двери. Артур только сейчас заметил, что у Острошерста тоже нет хвоста. Но Артур остался бесхвостым, потому что доктор Скамандрос не сумел вовремя изготовить хвост, а Острошерст когда-то лишился своего, о чем свидетельствовал обрубок, торчащий из аккуратного разреза на штанах сзади.

Взращенный Крыс открыл и распахнул дверь. За ней оказалась вертикальная шахта чуть больше метра шириной. Точно посередине шахты свисала тяжелая цепь из темного железа. Каждое ее звено было больше полуметра в длину. Такая цепь, подумал Артур, была бы уместна на военном корабле.

— Нужно ее запустить, — сообщил Острошерст. Он беспечно наклонился в шахту и ухватился за неподвижную цепь; та была так тяжела, что почти не лязгала. Артур сунулся в дверь и посмотрел вверх и вниз. Цепь продолжалась в обоих направлениях, насколько хватало глаз, уходя в задымленную шахту.

Острошерст продолжил объяснения.

— Когда она тронется, быстро прыгайте на нее и хватайтесь, пока не разогналась. Ждите, пока я не скажу спрыгивать, и тогда прыгайте. Если промедлите, цепь принесет вас к колесу и отправит обратно вниз — или вообще размажет. Подойдите ближе к двери… готовы?

Артур и Сьюзи встали в дверном проеме плечом к плечу. Острошерст перехватил цепь поудобнее, затем прыгнул и повис на ней. Под его весом она ушла вниз на пару метров, с жутким скрежетом и лязгом. Затем раздался щелчок, громкий, почти как ружейный выстрел, и цепь медленно двинулась вверх, и Острошерст вместе с ней.

Сьюзи прыгнула раньше, чем Артур успел сообразить, что пора. Она уцепилась сразу крепко и вскарабкалась еще выше, чтобы устроиться как раз под задними лапами Острошерста.

— Вот это здорово! — крикнула она и исчезла из виду. Цепь уже ускорялась.

Артур сглотнул и прыгнул следом за ней.

Глава 10

Артур ушибся о цепь носом, но как следует ухватился лапами, изо всех немалых сил сжимая звено. Цепь поднималась вверх на скорости пятьдесят или шестьдесят километров в час, встречный поток был настолько силен, что прижимал крысиные уши Артура к голове.

— Ой-ой, — неожиданно сказала Сьюзи.

— Что такое? — Артур взглянул вверх. Сьюзи висела всего на одной лапе, а другой болтала в воздухе. — Ты что творишь? Держись обеими руками… лапами… держись, короче!

— Легко сказать! — крикнула Сьюзи. — Не могу. Лапа превращается назад в руку и не хочет нормально работать!

— Держись зубами! — посоветовал Острошерст и показал, как это делать. У него были впечатляющие зубы длиной где-то двенадцать сантиметров.

— Да не могу! — ответила Сьюзи. — У меня и со ртом что-то творится, его весь перекосило!

Она соскользнула по цепи ближе к Артуру. Сейчас она выглядела чем-то средним между крысой и человеком. Он вскарабкался к ней, и по его голове проехались две ноги — крысиная и человеческая — утвердившись у него на плечах.

— Почти на месте! — крикнул Острошерст. — Я считаю. Прыгайте на счет три, неважно куда.

— Не могу… держаться!

Сьюзи упала на Артура. Он ухватился за звено собственными внушительными передними зубами и одной лапой, а другой лапой поймал девочку. Он даже не был уверен, за что именно ее держит: все ее тело извивалось и изменялось, части его принадлежали Взращенной Крысе, а часть — человеку. Даже на вид этот процесс выглядел очень неприятным и болезненным, и морская одежда превратилась в лохмотья, разорванная трансформацией.

— Раз!

Сьюзи выскользнула из хватки Артура, но он взмахнул ногами и поймал ее задними лапами. Оказалось, что у Крыс они почти такие же ловкие, как и передние.

— Два!

Они вылетели из узкой шахты в большой грязный склад, на две трети заполненный смазочными материалами, как и помещение внизу.

— Три! Прыгай! — крикнул Острошерст.

Артур открыл рот и оттолкнулся от цепи — изо всех сил, чтобы прихватить с собой и Сьюзи. Оба приземлились на краю шахты, и ему пришлось отползать в более безопасное место, волоча Сьюзи за собой задними лапами.

Над их головами цепь продолжала движение через широкую трубу в какое-то другое помещение. Артур мельком увидел огромное быстрое колесо, которое двигало ее.

— Скамандроса я отпинаю, когда снова увижу! — прорычала Сьюзи. Она поднялась на ноги и тут же снова рухнула: ее нижняя часть стала человеческой, а верхняя — крысиной, так что пропорции нарушились, и центр тяжести уехал куда-то далеко.

— Должно быть, оно скоро… ох… выветрится, — предположил Артур. Ему пришлось прерваться на середине фразы, когда накатила волна тошноты. Его торс вдруг вытянулся на метр, затем снова укоротился, а лапы превратились в четыре ступни.

— Да уж было бы неплохо, — сказала Сьюзи. — Спасибо, Артур.

Она отползла подальше от шахты, и Артур после некоторого размышления последовал за ней. Быстрые изменения в теле могли заставить его упасть вниз, если оставаться так близко к краю.

— Я пока осмотрюсь и разведаю, пока вы тут в себя приходите, — сказал Острошерст. — У маслят — местные дети Дудочника так себя называют — есть депо через дорогу, и дренажная труба ведет отсюда туда. Поверху перейти не получится, потому что наряд Добавочных Чародеев присматривает за депо, но я проберусь внутрь, переговорю с маслятами и принесу вам одежду.

— Только не называй наших настоящих имен, — предупредил Артур. У него жутко чесался нос, но руки не слушались, и почесать его он не мог. — Скажи им… ой… скажи, что нас демобилизовали из Армии, и что нам только что промыли головы, так что мы не помним ни своих имен, ни вообще ничего.

— Будет сделано, — кивнул Острошерст. Он подошел к люку неподалеку и открыл его. Раздался шум текущей воды — очень сильный шум.

— Придется подождать пару минут. Эта труба то и дело наполняется водой. Время решает все, как говорится.

— Тихо! — внезапно приказал Артур. Он сел, насколько это у него получилось с перекошенной шеей, и насторожил единственное крысиное ухо. Кроме шума воды, он услышал голос, и в тот же самый момент ощутил хорошо знакомый толчок в голове.

— Артур!

Это Волеизъявление звало его по имени. Но голос прозвучал слабо и словно бы удалялся. Даже когда остальные замолчали, мальчик слышал теперь только гул потока, звяканье движущейся цепи и отдаленный шум подземных машин.

— Вы это слышали? Меня кто-то позвал.

— Нет, — ответила Сьюзи. Она снова выглядела собой. Даже лохмотья крысиных штанов и рубашки смотрелись на ней вполне уместно, учитывая ее обычный выбор в одежде. — Ничего я не слышала.

— Боюсь, что я тоже, — сообщил Острошерст. — А мои уши принесли мне не один приз на состязаниях слухачей на флоте.

— Ладно, проехали, — сказал Артур

"Оно говорило с моим разумом", подумал он. "Как это делал Карп… только издали. Или, может быть, оно только на мгновение сумело вырваться из заточения…".

Звук текущей воды постепенно утих. Острошерст взмахнул шляпой и прыгнул вниз. Артур и Сьюзи услышали всплеск, когда он приземлился на дно трубы.

— Тут наверху окошко есть, — Сьюзи указала на большое, загороженное железной решеткой окно из грязного, мокрого от дождя стекла. Окно было вставлено в железные стены метрах в четырех от земли. — Если я залезу на эти бутыли встану вон на ту желтую, может, смогу посмотреть, что снаружи.

Через окно струился серый свет. Глядя на него, Артур сообразил, что у него, похоже, сильно улучшилось ночное зрение. Он видел все весьма ясно, а между тем на весь склад была только одна тусклая лампа, свисающая с высокого потолка, а шесть окон вдоль одной стены не слишком пропускали свет.

— Сьюзи, здесь вообще светло? — спросил он.

— Здесь, внутри? Да если бы не окна и светильники, было бы темно, как в собачьем брюхе, да и с ними не намного лучше, — ответила Сьюзи, которая уже начала перелезать с одной бутыли на другую, подбираясь по этой импровизированной лестнице к окошку. — Но я так думаю, что сейчас день, просто дождь идет.

— Что ты там видишь?

Артур уже почти полностью стал собой, только кисти рук остались лапами и двигались сами по себе. Они болтались и махали крайне неприятным образом и уже пару раз заехали ему по лицу. Могло быть хуже, но он уже восстановил контроль над шеей и руками и увернулся. Одежда тоже обратилась в клочья, но это было и к лучшему — при его нынешнем росте она была бы ему ужасно мала.

— Дождь, — сказала Сьюзи. — В основном дождь. И еще там стоит очень высокое здание с зелеными огнями.

— Ой! — вырвалось у Артура: лапы окончательно превратились в руки, но продолжали дергаться, и он ударился пальцами об пол. — Хватит! Стоп!

Руки задрожали и замерли. Артур пошевелил пальцами и вздохнул с облегчением. Он снова был собой и держал все под контролем.

Сьюзи слезла вниз, и оба подошли к люку. Ржавая железная лестница вела вниз, в сводчатый проход, выложенный красным кирпичом. Посередине текла тонкая струйка воды, но по сырости стен можно было судить, что вода может здесь подниматься почти до самого люка. Так оно наверняка и было за пару минут до того, как Взращенный Крыс спустился туда.

Сьюзи тут же полезла вниз по лестнице, но Артур ее остановил.

— Постой! Нужно дождаться Острошерста. Нам нужна одежда. И потом, в любой момент тут все может снова затопить.

— Просто хотела посмотреть, — проворчала Сьюзи.

— Как там твой порез? — спросил Артур.

Сьюзи посмотрела вниз и ощупала грудь сквозь лохмотья.

— Исчез! — воскликнула она. — Это был порез дня на четыре, не меньше!

— Зажил во время превращения, надо полагать, — предположил Артур.

— А может, я и не буду пинать доктора, — радостно заявила Сьюзи.

— Рад, что тебе лучше, — Артур наклонился и заглянул в туннель. Хотя там не было никакого света, он свободно видел по меньшей мере на десять метров в глубину. Это навело мальчика на нехорошие сомнения относительно глаз, он выпрямился и внимательно посмотрел на Сьюзи. Ее глаза выглядели как обычно: темно-карие, любопытные и внимательные.

— Сьюзи, мои глаза, случаем, не остались крысиными, а?

— Не-а. Они только стали ярко-синими. Васильковый — так этот цвет называется у нас, чернильщиков. И еще они светятся. Я так думаю, это из-за того, что Ключи превращают тебя в… ну во что они там тебя превращают.

— В Жителя, — мрачно сказал Артур.

— Не-е, — протянула Сьюзи. — Никто из высших Жителей так не выглядит. Вернется Острошерст, надо будет тебя грязью намазать, чтобы ты сошел за одного из нас.

"Теперь меня даже за одного из детей Дудочника принять нельзя", подумал Артур с неожиданной грустью.

Сьюзи склонила голову набок, ощутив его настроение.

— Ты все равно Артур Пенхалигон, — сказала она. — Не самый умный, не самый храбрый. но готов на все. Во всяком случае, я тебя так вижу. Ты мне как младший братишка, вот только вымахал выше меня.

Она осеклась и нахмурилась.

— А у меня вроде и был младший братишка когда-то. Не помню только, это было здесь, или еще дома, или где еще…

Она замолчала, и их взгляды встретились. Оба они помнили Невероятную Лестницу, которая привела их в родной город Сьюзи, на Землю в давние времена, и этот город был охвачен бубонной чумой. Если у Сьюзи и был брат, то он наверняка умер в детстве давным-давно, от болезни.

Это напомнило Артуру о той заразе, что осталась дома, и о больнице, и о Мальчике-без-кожи, занявшем его место, и о том, как брат предупредил о ядерном ударе по больнице Восточного района. Откуда-то из живота поднялась волна беспокойства, и мальчик чуть не задохнулся от осознания своей ответственности. Он должен найти здесь Волеизъявление, и победить Субботу, и вернуться домой вовремя, чтобы успеть что-то сделать, прежде чем ядерные бомбы упадут…

— Эй, перестать дышать — не лучшая идея, — сказала Сьюзи, прервав панику Артура. Она похлопала его по спине, и он резко вдохнул.

— Да знаю я. Я просто… просто…

— Эгей, детишки!

Острошерст выбрался из туннеля, таща большой тюк с надписью "белье". Открыв тюк, Крыс вывалил на пол кучу одежды и обуви.

— Облачайтесь, — сказал он. — Оно само подгонится по размеру, если не выдохлось. Я на всякий случай взял несколько комплектов.

Одежда оказалась грязными бежевыми комбинезонами с множеством карманов. Артур взял один из них, чуть поколебался, затем стащил с себя лохмотья и натянул комбинезон как можно быстрее. Одежда тут же изменила размер на более подходящий, при этом несколько масляных пятен переместились на другие места. Кое-какие из них даже немного потолкались между собой из-за наилучшего расположения.

— Странный прикид, — с сомнением произнесла Сьюзи. Она влезла в свой комбинезон, но оторвала от прежней одежды полоску синей ткани и повязала вместо пояса.

— В депо вам дадут служебные пояса, — сказал Острошерст.

— А я хочу чуток цвета, — фыркнула Сьюзи.

— И ботинки еще, — указал Острошерст. — Они вам понадобятся, чтобы карабкаться и прыгать, и что там еще придется делать.

— Карабкаться и прыгать? — переспросил Артур. Он сел и взял пару ботинок. Они были сделаны из мягкой кожи, а их подошвы оказались покрыты множеством мелких щупалец, вроде как у актинии. Когда Артур поднес к ним палец, они ухватились за него.

— Все, что выше первого этажа, сделано здесь из рабочих модулей, — пояснил Острошерст. — Открытые железные кубы с решетчатым полом. Они втиснуты в сетку направляющих рельсов и двигаются туда-сюда за счет цепей. Дети Дудочника работают тут маслятами — они смазывают цепи, убирают препятствия, обслуживают пневмопочту и все такое. Тут приходится много карабкаться и прыгать. Раз уж собрались осматриваться в Верхнем Доме, вам придется выглядеть, как маслята.

— Кто сказал, что мы собираемся осматриваться в Верхнем Доме? — с подозрением спросил Артур.

"Возможно, следует убить этого Крыса немедленно", всплыла непрошеная мысль. "Он слишком много знает, и он мне больше не нужен… Нет, хватит! Отставить такие мысли!".

— Пришло сообщение, которое предупредило о вашем прибытии, — ответил Острошерст. — Там было сказано, что вы что-то ищете, и что я должен вам помогать чем угодно в пределах разумного.

— Ясно, — сказал Артур, заталкивая злые, эгоистические мысли поглубже и закрывая крышкой. — Спасибо. Мы действительно кое-что ищем. Собственно…

Он глубоко вдохнул и решился идти напрямик. Людям нужно доверять, даже если они Взращенные Крысы. Или Жители. Или дети Дудочника.

— Я ищу Шестую часть Волеизъявления Зодчей. Она где-то здесь. В ловушке или в заточении. Ты что-нибудь об этом слышал?

Острошерст снял шляпу и почесал затылок. Потом снял маску и почесал нос. Потом надел все обратно и сказал:

— Боюсь, что нет. Может быть, маслята…

— Может быть, — согласился Артур. — Но их я вначале проверю, так что пока держи это в секрете. Помнишь, мы только что вернулись из Армии, после промывки головы?

— Так точно, помню. Мы, Взращенные Крысы, хорошо храним секреты. Вы готовы идти?

Вопрос был адресован Сьюзи — она игралась с подошвой своего ботинка.

— Наверно, да, — сказала девочка, обуваясь. — Вниз, в трубу?

— Ну да, чтобы не попадаться Добавочным Чародеям, я же говорил, — напомнил Острошерст. — До следующего наполнения трубы еще час.

— Откуда ты знаешь? — спросил Артур, посмотрев в сторону окна. — Это разве не зависит от дождя?

— И да и нет, — ответил Острошерст, спускаясь по лестнице. — Видите ли, здесь всегда идет дождь, и всегда с одной и той же силой. Это делает путешествия по водостокам и водоотводам весьма предсказуемыми.

— Всегда идет дождь? Почему?

— Ей нравится дождь, — сказал Острошерст. — Или, может быть, она любит зонтики.

Не было никаких сомнений, кого он имел в виду. "Она" — Превосходная Суббота. Как Артур теперь понимал, именно она была его главным врагом, источником не только его бед, но и угрозы для всего Дома и Вселенной за его пределами.

Сейчас он находился в ее владениях. Суббота и ее тысячи чародеев были где-то наверху. Возможно, в счастливом неведении о его прибытии, но возможно — великолепно знающие, что он находится в пределах ее досягаемости.

Глава 11

Как и обещал Острошерст и вопреки опасениям Артура, водосточный туннель не спешил наполняться водой. Всю дорогу мальчик старательно прислушивался, готовый при звуке надвигающегося потопа кинуться назад к лестнице на склад. Когда же впереди показалась вторая лестница, он еле удержался от порыва смести Крыса с дороги и вскарабкаться наверх.

"Наверно, от всех этих неприятностей у меня еще и клаустрофобия началась", с некоторой тревогой подумал Артур. Но потом он напомнил себе, что вполне нормально нервничать, когда идешь, фактически, по канализации в месте, где всегда сильный дождь. Люди постоянно тонут, когда делают глупости вроде этой. И еще в Пограничном Море Артур особенно беспокоился, что Ключ будет поддерживать в нем жизнь под водой, так что захлебываться придется очень и очень долго.

Во всяком случае, он сумел сохранить спокойствие и не стал кидаться по лестнице, как крыса, спасающаяся от наводнения. Вместо этого он вспомнил, что Сьюзи говорила о его внешности, набрал пригоршню ила и намазал лицо и одежду спереди. После этого медленно полез наверх, чтобы приспособиться к свету и шуму, проникавшему через колодец.

Помещение наверху сильно отличалось от склада. Оно было намного меньше, с каменными стенами без всяких окон и с единственной дверью, запертой и заложенной засовом. Но тут было очень светло: с потолка свешивались на разнокалиберных проводах множество светильников. И шумно: источником шума были тридцать с лишним маслят. Они сидели на простых деревянных скамьях возле шести дубовых столов — или не совсем сидели, поскольку кто-то из них прыгал через столы, играя в салочки, или ходил колесом, или играл в лапту импровизированными мячами и битами, или собирал какие-то странные машинки. Или в одиночку занимал весь стол — одна из маслят там спала.

Когда Острошерст помог Сьюзи вылезти из люка, и они с Артуром встали рядом, вся эта активность моментально прекратилась. Все дети бросили свои занятия и повернулись к новеньким.

— Здорово! — сказала Сьюзи и подняла руку к шляпе. На полпути она вспомнила, что шляпы больше нет, и просто помахала.

Никто из маслят не помахал в ответ. Они так и стояли, пока та, что только что вроде бы спала на столе, не протерла глаза и не села. Она выглядела точно так же, как и остальные дети Дудочника — неровно обстриженные взъерошенные волосы, грязное лицо и комбинезон в масляных пятнах. Но по тому, как на нее смотрели остальные, Артур понял, что она здесь главная.

— Доброе утро, — сказала она. — Острик тут сказал, что вас типа демобилизовали и послали сюда, а заодно промыли голову.

— Ну да, — сказал Артур. — Эээ, типа того.

— Я Элис, передвижник первого класса, — сказала девочка. — Я бригадир всей этой компании, Двадцать седьмой бригады поддержки цепного транспорта Верхнего Дома. Ваши имена и специальности? Номер по порядку следования можете не называть — нас эта фигня не интересует.

— Ну, я не совсем помню, — сказал Артур. — Вроде меня зовут Рэй.

— Бумаги? — спросила Элис, протягивая руку.

— Потерял, — пробормотал Артур.

— Где-то там, — туманно добавила Сьюзи. — Меня вроде зовут Сьюз.

— Сьюз и Рэй, — повторила Элис. — И какие у вас специальности?

— Ээээ… — Артур по возможности небрежно огляделся по сторонам. В конце концов он заметил вдоль дальней стены длинный ряд крючков с плащами и другими предметами. На каждом крюке висел желтый прорезиненный плащ-дождевик, желтая остроконечная кепка и широкий кожаный пояс, увешанный подсумками, инструментами и снабженный чехлом, из которого высовывался длинный гаечный ключ.

— По-моему, я закручивал гайки, — сказал Артур. — Для болтов.

Элис посмотрела на него.

— Достаточно длинные руки для такой работы, — согласилась она. — Гайковерт. Возможно, даже первого класса. А ты?

— Без понятия, — сказала Сьюзи. — Забыла. Но наверно, что угодно смогу делать.

Элис оглядела ее и пожала плечами.

— Поясок хороший. Ты из тоскующих по синему небу? Наверняка была проводным летуном.

— Может быть, — осторожно согласилась Сьюзи.

— А кто такие проводные летуны? — спросил Артур.

— Да, тебя и в самом деле хорошо промыли, — сказала Элис. — Давай, вспоминай! Это относится к установке, а не к обслуживанию. Проводные летуны поднимают направляющие тросы, чтобы рельсоклады могли поднять рельсы для цепепрокладчиков. Потом пристяжные ставят на место рабочие модули, а гайковерты с болтокрутами привинчивают их, а передвижники всем этим командуют. А когда мы не строим, то летуны делают всякие вспомогательные работы, помогают смазчикам и все такое. Ну, припоминаешь?

— Эээ… немного, — сказал Артур. Ему не было необходимости притворяться, что он озадачен объяснениями.

— Думаю, лучше увидеть, — сказала Сьюзи. — Картинка лучше тысячи слов. Это там чай?

— Ну, оно все вернется, — заверила Элис, полностью игнорируя Сьюзи. Затем плюнула на ладонь и протянула руку Артуру. — Добро пожаловать в двадцать седьмую бригаду поддержки цепного транспорта. Мы называем себя…

— Макаки Элис! — грянули хором маслята.

После рукопожатия Элис снова плюнула на ладонь и протянула ее Сьюзи. Та плюнула на свою, и Артур подумал, что, наверное, и ему следовало так поступить. Впрочем, он надеялся, что на промывку головы удастся свалить и этот пробел в знаниях по части этикета детей Дудочника.

— Чай там, — Элис указала на большой чайник, булькавший на треножнике над стеклянной спиртовой горелкой в углу. Затем кивнула в сторону здоровенных, потрепанного вида часов с кукушкой, которые почти свалились со стены и висели под странным углом прямо над полом. Стрелки на них все равно двигались, и Артур слышал тиканье внутреннего механизма. Часы показывали без семнадцати двенадцать.

— Угощайтесь. Смена начинается в двенадцать, так что пропустите по чашечке, пока можете. И не забудьте проверить снаряжение до двенадцати.

Элис зевнула и принялась укладываться обратно на стол, но кто-то из маслят спросил:

— Элис! А какие вешалки им достанутся?

Девочка скривилась и снова встала.

— Ни минуты покоя, — вздохнула она, хотя Артур был уверен, что до их прихода она крепко и безмятежно спала. Из одного из карманов комбинезона Элис достала толстый захватанный блокнот. — Так, посмотрим. Йоник был последним, кто упал, так что его вешалка свободна. Это номер тридцать три. Перед ним была Дотти…

— Но Дотти же не упала, ей только ноги раздавило, — возразил один из маслят. — Она еще вернется.

— Не раньше чем через три месяца, если не больше. Так что ее вешалка и пояс тоже свободны. Таковы правила.

— Номер двадцать, — она обратилась к Сьюзи, указывая на середину ряда крючков. — Тебе повезло — Дотти держала снаряжение в порядке. Лучше чем Йоник, что и заметно. Он бы не упал, если бы держал в чистоте крылья.

— И нос, — добавил кто-то, и все рассмеялись.

— Он серьезно пострадал? — спросил Артур.

— Пострадал? — засмеялась Элис. — Когда ты работаешь на башне, как мы, и падаешь, а твои крылья не срабатывают, ты не страдаешь. Ты погибаешь мгновенно. Даже Житель не перенесет такого падения. Четыре километра прямо вниз. Нам еще повезло, что мы сумели найти его пояс и инструменты, и то ключ пришлось заменять. Согнулся в дугу, так-то вот.

Артур потряс головой. Ему всегда казалось, что Сьюзи несколько цинична, но эти дети Дудочника оказались куда хуже.

"Наверное, когда живешь очень-очень долго, начинаешь по-другому относиться к смерти", подумал он. "Интересно, буду ли я таким же… правда, вряд ли я протяну так долго…".

Кто-то потянул его за локоть.

— Мне пора, — сказал Острошерст. — У меня еще есть дела, а по трубе идет поток сразу после полудня.

— Спасибо, — сказал ему Артур. — Ты нам действительно очень помог.

Пожимая лапу, Артур наклонился к уху Крыса и прошептал:

— Если что услышишь о Шестой части Волеизъявления, дай мне знать.

— Будет сделано, — сказал Острошерст. — До встречи, Рэй и Сьюз.

— Спасибо, Острик, — Сьюзи помахала рукой. Крыс скрылся. — Пошли чай пить, Рэй.

С этими словами она извлекла две большие кружки из нестройных рядов выщербленных и треснутых кружек и чашек вокруг горелки. Несколько маслят, которые уже пили там чай, начали здороваться, так что Сьюзи наливала чай одной рукой, а вторую то и дело протягивала другим, поплевав на нее.

— Пойду снаряжение проверю, — сказал Артур. Это, видимо была ошибка. Прочие маслята вернулись к своим занятиям, и никто не представился ему, пока он шел к своей вешалке.

Артур накинул дождевик. У плаща не было рукавов, зато был капюшон, надевавшийся поверх кепки. Кепку снабдили ремешком, который застегивался под подбородком.

Под кепкой на крючке оказались прозрачные защитные очки, которые Артур тут же примерил и подогнал по размеру. В единственном большом кармане плаща лежала пара грязных желтых крыльев. Артур достал их, потряс, чтобы развернуть в полный размер, и потратил десять минут, чтобы выбрать из перьев грязь и мусор, а потом свернул и убрал на место.

Пояс оказался очень тяжелым. В одном из шести карманов лежали разнокалиберные гайки и болты. В другом — заплесневелый огрызок яблока, который Артур выкинул. В следующем — масленка в виде пистолета. Она протекала, пока Артур не подкрутил ей носик. В четвертом кармане оказались легкие кожаные перчатки без пальцев, которые Артур тут же надел. В пятом — чистенькая, явно ни разу не использованная тряпочка для протирки, небольшая щетка и брусок мыла, на котором было выдавлено "Безводное постоянное мыло высшего качества".

В шестом кармане было пусто. Артур проверил его завязки, затем быстро сунул туда Слоненка и Ключ. И огляделся проверить, не видел ли это кто-нибудь, но, кажется, он сумел не вызвать никаких подозрений. После этого он снова достал из пятого кармана мыло и испробовал его на масляном пятне на комбинезоне. Часть грязи исчезла с удивительной легкостью. Артур уже собирался смыть все целиком, но кинул взгляд на остальных маслят, большинство которых сейчас тоже надевали снаряжение.

У всех них комбинезоны были заляпаны, а у Элис — сильнее всех: ее униформа щеголяла масляными пятнами дюжины цветов и оттенков.

Артур быстро сунул мыло на место и надел пояс. Сьюзи, дальше по ряду, тоже надела пояс и с улыбкой помахала Артуру.

"Наслаждается, как всегда", подумал Артур. "Хотел бы я уметь вот так жить в настоящем моменте".

Он слегка улыбнулся и помахал в ответ, затем достал раздвижной гаечный ключ и постучал им по ладони. Ключ был блестящим и очень тяжелым. Колесико, которое должно было его раздвигать, было забито грязью, так что Артур быстро прочистил его щеткой и смазал из масленки. Он не заметил, что Элис все это время наблюдала за ним с удовлетворением.

— Они могут сколько угодно промывать нам башку, — сказала она, — но настоящий работяга всегда помнит, как следить за снаряжением.

Затем она забралась на ближайший стол и взмахнула рукой. Последние маслята закончили собираться и все повернулись лицом к предводительнице. Артур и Сьюзи поступили так же.

— Мы готовы? — спросила Элис.

— Готовы! — выкрикнули маслята.

— Ну так пошли! — Элис спрыгнула со стола и заняла место в голове колонны. Маслята сделали правый поворот, при виде которого старый наставник Артура сержант Хельве изошел бы воплями из-за его медлительности и неряшливости. Шагая не в ногу, все они направились к двери.

Глава 12

Элис откинула засов и открыла дверь. Перейдя вброд первую лужу, она вывела маслят под дождь, на вымощенную мелкими камушками площадь, которую с трех сторон огораживали железные строения, похожие на склады, а с четвертой — острый угол огромного массивного сооружения.

Снаружи поджидал неряшливо выглядящий комитет по встрече. Около дюжины Жителей под черными зонтиками, в длинных черных плащах поверх серых жилетов и бледно-синих рубашек, с серыми шейными платками и в шляпах вроде цилиндров, но пониже. Их белые брюки были заправлены в зеленые непромокаемые веллингтоновские ботинки. Стояли они полукругом вокруг двери.

Элис не обратила на них никакого внимания и прошла между ними, направляясь к гигантскому строению — как понял Артур, тому самому, которое Сьюзи увидела из окна склада. Теперь, подойдя поближе, мальчик понял, что это башня, которая поднималась вверх, сколько хватало глаз. Ее огромная масса вздымалась, кажется, даже выше бледного, почти незаметного из-за дождя солнца, которое болталось где-то сбоку.

Артур убедился и в том, о чем ему уже рассказывали — вся башня действительно была выстроена из ящикообразных кабинетных модулей без стен и с решетчатым полом, так что снаружи было видно далеко внутрь. Что-то похожее можно увидеть, если смотреть ночью на современный небоскреб, но только если у этого небоскреба и внутренние стены прозрачные.

Судя по ближайшим кабинетам, которые Артуру было видно весьма неплохо, в каждом таком ящике находился один Житель, работающий за письменным столом. На каждом столе стояла лампа с зеленым абажуром, а сверху висел раскрытый зонтик. Зонтики, как заметил Артур, очень сильно различались по цветам и оттенкам, но он не смог понять, почему.

Артур стоял в шеренге маслят вторым с конца. Паренек за ним задержался, чтобы запереть дверь, затем бегом догнал остальных. Он был на голову ниже Артура, с каштановыми волосами, такими же обкромсанными, как у Элис, и большими оттопыренными ушами. Вместо того чтобы занять место за спиной Артура, он поравнялся с ним, плюнул на ладонь и протянул руку.

— Врод, — представился он. — Болтокрут второго класса. Надо думать, будем работать вместе.

— Род? — переспросил Артур. На этот раз он не забыл плюнуть на ладонь перед рукопожатием.

— В-род, — сказал Врод.

— Рад знакомству, — произнес Артур, но смотрел он через плечо Врода на Жителей под черными зонтиками — те мрачно следовали за ними.

— Да ну их, — сказал Врод, заметив его взгляд. — Это Добавочные Чародеи. Приставлены, чтобы перебить нас, если появится Дудочник и заставит нас что-то делать. Их до смерти достает торчать тут снаружи под дождем всю ночь. Да еще весь день они таскаются за нами и никогда не успевают. Ну да им не привыкать.

— Эээ, а почему? — спросил Артур. Эти типы выглядели решительно несчастными. Он еще ни разу не видел таких мрачных Жителей. Даже Полночные Посетители Понедельника не отличались настолько похоронным видом.

— Ну, они же Добавочные Чародеи, — сказал Врод. — Провалили экзамен на звание полного чародея, так что не видать им приличных должностей в Верхнем Доме. У них нет шансов подняться куда-нибудь выше пола, это на них и давит.

— А почему бы им не уйти? В другую какую-нибудь часть Дома?

Врод уставился на Артура.

— Тебя реально основательно промыли, а? Никто не может уйти со службы Превосходной Субботе. Если только не призовут, как вот тебя, и то это только на сто лет. И потом, я так думаю, им нравится быть несчастными. Это дает им смысл в жизни. Пошли вперед, а то отстаем.

Врод ускорил шаг, и Артур вслед за ним. Добавочные Чародеи устремились вдогонку печальной трусцой.

Элис подвела их к основанию башни. Артур думал, что там будет дверь и коридор, но вместо этого маслята просто вошли в ближайший кабинет, протопав мимо стола, за которым Житель внимательно смотрел в нечто, напоминающее зеркальце для бритья. Одновременно он что-то писал сразу двумя руками на двух листах бумаги, время от времени окуная перья в позеленевшую медную чернильницу с пятнами оставшейся позолоты. От дождя и потоков воды с верхних этажей его защищал зонтик — коричневый и изрядно заплесневелый, то и дело пропускающий капли, которые каким-то образом падали только на Жителя, но не на его работу.

Он даже не поднял головы и не взглянул на маслят и следующих за ними Добавочных Чародеев. Так же поступил и следующий, и следующий за ним, и еще один. Пройдя через полсотни кабинетов, Артур уже не ожидал, что кто-то там будет делать еще что-то — все только смотрели в зеркала и лихорадочно записывали.

В пятьдесят первом кабинете лис подняла руку, и все остановились. Она вспрыгнула на угол стола, вытянулась во весь рост и поправила трубу шириной в полтора кулака. Артур только сейчас обратил внимание, что башня пронизана сетью таких труб. Горизонтальные проходили под полом верхних кабинетов, и к ним там и сям присоединялись вертикальные трубы в углах некоторых кабинетов — вроде того, в котором сейчас стояла Элис.

— Что это за трубы? — спросил Артур у Врода.

Масленок уставился на Артура с изумлением.

— Ну и поработали они над тобой. Прямо деревенский идиот. Эти трубы…

Он не договорил. Артур ухватил его за ворот комбинезона и поднял вверх, выкрутив ткань так, чтобы она сдавила горло.

— Как ты меня назвал? — прошипел он.

— Агхррр, — прохрипел Врод. Он потянулся к гаечному ключу на боку, но Артур перехватил его запястье и сдавил.

— Ар… то есть Рэй, отпусти его!

Голос Сьюзи прорвался сквозь полную концентрацию гнева, в которую погрузился Артур. Его передернуло, и он разжал руки. Врод рухнул к его ногам. Сьюзи подбежала и встала рядом, тут же взяв Артура за руку. Мальчик не был уверен, то ли этот жест выражает дружбу и солидарность, то ли готовность удерживать его.

Добавочные Чародеи, рассеявшиеся по нескольким соседним кабинетам, подтянулись ближе. Некоторые из них так заинтересовались, что даже начали прямо смотреть, что происходит, вместо того, чтобы, как обычно, глядеть под ноги и кидать косые взгляды, если потребуется.

— Прости, — прошептал Артур. Он поднял голову, глотнул воздуха и получил прямо в лицо порцию воды, в основном расплескавшуюся по очкам. — Прости. У меня… голова как-то не так работает. Плохо переношу оскорбления.

Врод ощупал горло и поднялся.

— Да я ничего такого не имел в виду, — сердито сказал он. — А ты силен, я таких никогда еще не видел.

— Сто лет в Армии любого натренируют, — сказала Сьюзи. — Пошли, Рэй.

— Что за задержка? — крикнула Элис из головы колонны.

— Ничего! Все улажено! — отозвалась Сьюзи.

— Мне правда жаль, — сказал Артур. Он протянул Вроду руку, тот поколебался, но все же пожал ее. Ни тот, ни другой не стали плевать, и Артур невольно задумался, значит ли это что-нибудь. Под кепкой и очками нельзя было разглядеть, выражает ли лицо Врода ненависть, любопытство или какую-то еще эмоцию.

"Лучше глядеть в оба. Здесь легко упасть, если тебя толкнут, а даже я могу не пережить полет с четырех километров".

— Трубы, — медленно произнес Врод, — это пневмопочта. Она доставляет записи и сообщения. Правда, здесь внизу, среди низших из низших, она не в ходу. Здешние клерки только копируют, и бумаги им носят курьеры.

— Спасибо, — пробормотал Артур.

Они пошли дальше сквозь новые и новые клетки-кабинеты, в основном по прямой, но время от времени сворачивая туда-сюда — например, чтобы обойти кабинет, сквозь который низвергался настоящий водопад. Насквозь промокшая Жительница отважно продолжала работать над совершенно сухими бумагами, вода струилась по ее голове и плечам, а погнутый зонтик торчал где-то сбоку.

После сотой клетки Артур услышал впереди шум — низкий рокот, словно там работала гигантская кофемолка. Он становился громче с каждым шагом, пока в конце концов не заглушил и шум дождя, и звуки падающих капель и даже плеск обрушивающихся сверху водопадов.

Звук исходил от пустого пространства впереди, которое Артур не мог толком разглядеть за клетками-кабинетами, зонтиками и головами маслят, идущих перед ним.

Подойдя поближе, мальчик увидел пустую шахту шириной в несколько кабинетов, ограниченную четырьмя массивными железными балками по углам. Такие же, но горизонтальные, поддерживали верхний ряд кабинетов, а за ними виднелись и еще — квадратная сетка балок тянулась вверх, сколько хватало глаз.

Посреди шахты гудели, скрежетали и лязгали две цепи. Одна поднималась вверх, а другая уходила вниз, в дыру в полу, которая каждые несколько секунд испускала струю дыма и пара.

Цепи были совершенно не похожи на ту, при помощи которой Артур и Сьюзи выбрались со склада смазок. Они больше напоминали велосипедные — только велосипедные цепи, в которых каждое звено было два метра шириной и высотой. К внутренним стенкам звеньев оказались приклепаны металлические кольца. К некоторым кольцам были еще привязаны веревки, а кое в каких звеньях стояли даже железные стулья или скамейки.

Обе цепи двигались с одной и той же скоростью — как прикинул Артур, со скоростью бегущего человека. При виде этой конструкции мальчик сразу понял, как маслята собираются подниматься выше на башню.

Элис остановилась и подняла руку, и маслята собрались вокруг нее.

— Ну, вас учить не надо, — сказала она. — Но тут у нас двое промытых новичков, так что я все повторю. Это северо-восточная Большая Цепь, она служит движителем для всех северо-восточных Малых Цепей. Поскольку она Большая, мы путешествуем по двое на звено. Вместе забираемся туда, и вместе сходим. Если кто заметить, что звено выглядит скользким или еще какую проблему, тот должен крикнуть "Стой!" прежде, чем его напарник прыгнет, и тогда заберетесь на следующее. Так, посмотрим…

Она достала из кармана листок бумаги развернула его и тут же отпрыгнула, уворачиваясь от внезапного потока воды.

— Сегодня мы помогаем автоматам провести повышение. Кого-то повышают с уровня 6995 на уровень 61012 и на сорок два кабинета по диагональной цепи. Начнем с вертикальной части, и проделаем ее побыстрее — не нужно давать соседям этого везунчика время устраивать неприятности. Так что сходим на 6995. Все поняли? Сьюз и Рэй?

— Да, — сказал Артур. Сьюзи кивнула.

— Вот и ладно, — сказала Элис. — Рэй, иди сюда. Вспрыгнешь на первое звено вместе со мной. Сьюз, ты за нами вместе с Витаном.

Артур прошлепал по лужам к Элис. Она властно ухватила его за руку и почти подтащила к поднимающейся цепи.

— Весь фокус в том, чтобы не прыгать, потому что рухнешь, — предупредила Элис. — Просто подходишь поближе и ступаешь на звено, когда оно с тобой поравняется.

— Как скажешь.

"Было бы не так плохо, если бы она еще не двигалась так быстро", подумал он. "Так ведь и ногу оторвать может…".

— Подойди еще ближе, — распорядилась Элис. Они приблизились к цепи, встали так, чтобы быть лицом к открытой стороне звеньев, всего в шаге от них. Артур ощущал стремительное движение цепи — слишком близко для спокойствия: звено может чуть-чуть колыхнуться в сторону. Мальчик все еще полагал, что цепь едет слишком быстро, чтобы на нее можно было встать.

— Готов? — спросила Элис.

— Да, — сказал Артур, и он действительно был готов — пока чуть ли не бочка воды не вылилась на него сверху. Остроконечная кепка наехала ему на глаза, он отклонился назад и чуть не упал. И в этот момент он снова услышал Шестую часть Волеизъявления.

Артур! Ты должен забрать меня из…

Элис рванула его вперед. Ослепленный кепкой и водой в глазах, Артур мог только сделать шаг, даже не зная, успел ли он вовремя или отстал на роковые полшага. Последнее значило, что он промахнется мимо звена, упадет в отверстие, и его разнесет в клочья следующее звено.

Он выпрямился, и земля ушла у него из-под ног…

Глава 13

Глаза Листок сощурились, и она несколько раз моргнула. Артур исчез. Только что был здесь, и вот уже нет.

Она огляделась и нахмурилась. Мало того что Артур исчез, так еще все вокруг замерли…

"Армия собирается бросать атомные бомбы совсем рядом!", внезапно вспомнила Листок. "Через минуту после полуночи. Так что я тут стою с разинутым ртом, как дурацкая золотая рыбка?".

— Артур! — крикнула она. Затем побежала, через палату, мимо спящих, застывших статуями.

— Артур!

Никто не ответил. Листок остановилась в дальнем конце помещения и снова огляделась. Все вокруг не просто замерли — их окружал странный красноватый свет. Еле заметная аура, которую можно было увидеть, только глядя краешком глаза. То же свечение окружало и часы высоко на стене. Они остановились, показывая без трех минут полночь.

Или не совсем остановились. Прямо на глазах Листок красное свечение исчезло. Минутная стрелка двинулась вперед, и в палате разом зашевелились спящие. Листок услышала чей-то голос из кабинета. Не Артур — это женский голос. Вероятно, Весс или Мартина.

"Две минуты!", в панике подумала Листок. "За это время ничего нельзя сделать! Мы все умрем!"

Часы остановились. Спящие снова застыли. Красноватая аура вернулась на место.

Но Листок все еще слышала женский голос, и он становился все громче и громче. Мартина ворвалась в палату.

— Что происходит? Где лорд Артур?

— Без понятия. Под этой больницей что-нибудь есть? Ну в смысле подземные этажи… может, бомбоубежище?

— Я здесь двадцать лет не была! — воскликнула Мартина. — Спроси Весс.

Листок посмотрела вокруг и указала пальцем. Весс неподвижно стояла в углу палаты.

— Ох, — сказала Мартина. — Ну, двадцать лет назад на уровне В3 были операционные, и там же было бомбоубежище. Это место строилось в пятидесятых, чего ты еще хочешь?

— Нам нужно переправить всех туда, — твердо сказала Листок. — Нам с тобой вдвоем. И как можно быстрее.

— Но они же как статуи…

— Мы отвезем их на койках. По двое-трое на каждую койку. Знать бы еще, работают ли лифты. Свет вроде горит, — Листок заметила нерешительность на лице Мартины. — Пошли, поможешь мне погрузить вон тех двоих.

— Я не понимаю, — проговорила Мартина. — Я думала, попаду домой, и все будет хорошо. Но я все равно ничего не понимаю. Зачем нам всех переправлять вниз? Зачем нам бомбоубежище?

— Артур сказал, сюда прилетят атомные бомбы. В смысле, армия будет бомбить больницу Восточного района в 12.01, потому что это рассадник заразы. А Восточный район недалеко отсюда. Артур, кажется, как-то остановил время, но секунду назад оно снова пошло. Оно может снова пойти еще через секунду, или через минуту, я не знаю. Пожалуйста, нам пора что-то делать!

— Нет, — выдохнула Мартина. — Нет.

Она повернулась и, всхлипывая, кинулась прочь, проскочила через незапертые двери и скрылась из виду.

Листок какую-то долю секунды смотрела ей вслед, затем подошла к ближайшей больничной койке. На ее колесах оказались стопоры, которые пришлось отщелкнуть. На койке уже лежал спящий, так что девочка ухватилась за спинку, вытащила койку в проход и повернула ее. Это оказалось труднее, чем казалось на первый взгляд — вероятно, потому, что койку не двигали уже очень давно.

— Ты будешь номер один, — сказала она мужчине, лежащему на кровати. — По дороге прихватим тетю Манго, она будет номер два. После вас мне останется переправить в безопасное место примерно тысячу девятьсот девяносто восемь человек. За две с половиной минуты.

У Листок ушло куда больше двух минут на то, чтобы найти лифты и, к своему большому разочарованию, выяснить, что они не работают. По всей видимости, вещи, остававшиеся неизменными во время работы — такие, как лампочки — продолжали действовать, а вот все движущееся замерло. К счастью, рядом с лифтами оказалась карта, показывавшая, где находится пандус для инвалидных колясок, ведущий на нижние этажи.

На койку она погрузила не только тетю Манго, но и еще двоих. Они были самыми невысокими и худыми, каких девочка смогла найти в ближайшей окрестности, но даже так ее спина разламывалась от усилий, которые потребовались, чтобы протащить их по полу и положить на кровать. Они в самом деле стали как статуи, только сделанные, к счастью, из плоти и крови, а не из мрамора. Но их твердость все равно сильно затрудняла маневрирование.

На верхней площадке пандуса обнаружился еще один план помещений, но он не показывал, где находятся операционные или старое бомбоубежище. Листок поняла, что искать их придется методом тыка. Катя перед собой койку, она заметила застывший телевизор на посту медсестры. Часы в углу экрана показывали 11.57. Время остановилось в середине новостной программы. Рот ведущего был широко открыт, а внизу замерли субтитры: "меры могут повлечь серьезные".

Добравшись до нижнего этажа, девочка сразу поняла, что он давно заброшен. Там было пыльно, с потолка свешивалась паутина, и работал только каждый третий потолочный светильник.

Но на стене виднелся тусклый знак, а на полу — цветные линии, едва заметные под слоем пыли. Красная линия вела в операционные, а синяя — в помещение, эвфемистически названное "Центр выживания". Это, очевидно, было бомбоубежище.

Листок втолкнула койку в коридор, затем оставила ее, чтобы посмотреть, куда следует направляться дальше. Ее бег поднимал облачка пыли вдоль коридора.

Центр выживания ее разочаровал. Это определенно было бомбоубежище, с бронированной дверью, которую можно было открывать и закрывать при помощи гидроусилителя. Но оно оказалось слишком маленьким — там едва смогли бы разместиться двадцать стоящих людей. Все трубы и коммуникации отсюда давно обрезали, оставив только дырки в стенах и торчащие провода. Листок предполагала, что ей придется задержаться там, куда она заберется, и ей совсем не улыбалось оказаться там, где нет ни туалета, ни воды.

Она устремилась вперед, распахивая двери. Большинство помещений были маленькими и бесполезными, но вот операционный комплекс оказался более обнадеживающим. Конечно, аппаратуру оттуда давно вынесли, но все же это были четыре просторные операционные вокруг центральной комнаты, в которой стояло несколько раковин с действующими кранами. Был тут и туалет с одним унитазом, видимым из коридора.

Листок подперла дверь и побежала назад к койке. Закатывая ее в операционный комплекс, она раздумывала, что, в конце концов, ей делать дальше. Она явно никак не сможет перекатать сюда всех спящих. Даже просто грузить их на койку было для нее тяжело, учитывая, что большинство из них были крупнее, чем она, кое-кто весил в два раза больше нее, а то, что они застыли, только добавляло трудностей. Она выдохнется прежде, чем успеет перевезти дюжину, даже если вообще успеет это сделать раньше, чем время снова пойдет для всех остальных.

— Во что ты меня теперь втравил, Артур? — вслух сказала она. — И куда ты делся?

Глава 14

Артур почти ожидал резкой боли, когда его расплющит цепью, но ничего такого не случилось, и Элис все еще держала его за руку, так что он поправил кепку и потряс головой, чтобы избавиться от воды, попавшей в глаза.

— Осторожнее! — сказала Элис. — Не делай резких движений. Держись вот за это кольцо.

Они стояли в звене цепи, которая стремительно поднималась мимо новых и новых кабинетов-клеток. Артур ухватился за кольцо, вделанное в левую стенку звена, и тогда Элис, отпустив его руку, шагнула в сторону и взялась за правое.

— Сейчас будет хороший вид на один из Драсилей, — сообщила Элис. — Ну, настолько хороший, насколько позволяет дождь. Уровень 6222 всегда пустует, так что там видно насквозь.

— Почему он пустует? — спросил Артур. — И что такое Драсиль?

Он все еще мучился догадками, что хотело сказать Волеизъявление, почему оно заговорило с ним только в этот момент и так недолго, так что забыл удерживать на лице безмятежное пустое выражение недавно промытого. Элис пристально на него взглянула, прежде чем ответить, но Артур, думающий о Волеизъявлении, и этого не заметил.

— Без понятия, почему. Пустые клетки продолжаются на всех этажах с 6222 до 6300, с 6733 до 6800, и я слышала, что есть еще пустые этажи под самым верхом, где бы это ни было. Сейчас это, наверное, уже 61700 или что-то такое.

— Шестьдесят одна тысяча семьсот уровней? — вот теперь Артур действительно заинтересовался. — Но каждый из этих кубов примерно три метра в высоту, значит, башня должна быть высотой двести километров…

— Не-а, просто номера всех этажей начинаются с шестерки. Самый нижний носит номер 61. Традиция, надо думать. Не знаю, докуда уже достроили верх, но это должно быть примерно в пяти километрах над землей. Мне бы хотелось посмотреть оттуда.

— Мы туда подниматься не будем? — спросил Артур с некоторым облегчением.

— Пока нет, — кивнула Элис. — Там помогают другие бригады. В основном верхнее строительство вообще ведут автоматы. Эй, вот и двухсот двадцатые. Смотри туда.

Артур уставился на пролетающие мимо клетки кабинетов. По сторонам мелькали размытые силуэты зеленых ламп, разноцветных зонтиков и Жителей в черных или темно-серых костюмах, ссутулившихся за одинаковыми столами.

А затем все это вдруг исчезло. Артур видел скелет башни: пустые кабинеты — клетки из металла, горизонтальные и вертикальные движущие цепи там и сям, сеть пневматической почты. То и дело на глаза попадались закрытые участки или огороженные шахты, но по большей части сквозь башню можно было неплохо видеть дождливое небо.

Далеко-далеко возвышалось нечто, показавшееся ему еще одной башней — темный вертикальный мазок на горизонте, поднимающийся снизу и исчезающий в небе.

— Сегодня четкий вид на этот Драсиль, — заметила Элис. — Вот куда я бы тоже с удовольствием забралась, если бы не насекомые.

— Насекомые? — самому Артуру не понравилось, как прозвучал этот вопрос. Он хотел подробнее расспросить, что такое Драсиль, но наконец заметил что Элис смотрит на него с подозрением, и задумался, не слишком ли он полагается на отмазку насчет промытой головы.

— Ну да, сторожевые насекомые Воскресенья, которые патрулируют Драсили. Да и сами деревья неплохо защищаются, как мне говорили. Знаешь, Рэй, вот теперь, когда тебя сполоснуло, ты не слишком-то похож на сына Дудочника.

— Правда? — переспросил Артур. Поток воды, похоже, смыл большую часть грязи.

— Ага, — Элис опустила руку на разводной ключ, и ее глаза под мокрыми защитными очками похолодели.

Артур сам потянулся к своему ключу и слегка напрягся, готовый его выхватить.

— Я так думаю, что ты какой-то мелкий Житель, шпионящий для Больших Боссов. Нам и Добавочных Чародеев, ходящих за нами хвостиком, за глаза хватало, а теперь еще и шпион в наших рядах. Так что тебе самое время…

Собственным ключом Артур заблокировал внезапный удар по ногам. Когда инструменты столкнулись, брызнули искры. Элис отпустила кольцо и ударила снова, держа разводной ключ двумя руками. Этот удар свалил бы любого из детей Дудочника. Артур отразил его одной рукой, Элис сама отшатнулась назад и упала бы, если бы Артур не зацепил ногой ее лодыжку.

— Я не шпион! — крикнул Артур. — И не Житель!

Элис снова ухватилась за кольцо и настороженно посмотрела в его сторону.

— Тогда кто ты?

— Я Артур, Законный Наследник Зодчей. Я пришел сюда, чтобы найти и освободить Шестую часть Волеизъявления.

— Вот уж нет! — воскликнула Элис. — Артур выше двух метров ростом, и у него борода до пояса!

— Опять эти дурацкие книжки! — простонал Артур. Какой-то Житель (или группа Жителей) где-то в Доме продолжал сочинять и издавать чрезвычайно преувеличенные отчеты об Артуре и его приключениях в Доме. — Эти книги — вранье. Я в самом деле Артур.

— Ты реально силен, — сказала Элис. — И больше похож на нас, чем на Жителей… Значит, бороды нет, да?

— Нету.

— Но раз ты Артур, значит, ты враг Большому Боссу, так?

— Если ты о Превосходной Субботе, то да.

— А она нам больше не доверяет, из-за того что Дудочник снова вернулся и все такое.

— Ну да. И Первая Дама тоже — то есть Волеизъявление Зодчей. В смысле, те части, которые я уже собрал. Но я вам доверяю. Я имею в виду, доверяю детям Дудочника в целом. Я вообще думаю, что дети Дудочника самые сообразительные и здравомыслящие люди во всем Доме.

— А так и есть, — легко согласилась Элис. — Но если говорить о нашей бригаде, нам нет дела до политики. Мы просто хотим делать наше дело.

— Я не собираюсь мешать вашей работе, — пообещал Артур. — Просто не надо на меня стучать. Как только я выясню, где Волеизъявление, мы уйдем.

— А эта Сьюз, которая с тобой — она-то в самом деле из детей Дудочника?

— Да.

Уголком глаза Артур заметил, что пустые кабинеты закончились, и кубы снова пестрят зелеными лампами и работающими Жителями. Только здесь все зонтики были оранжевыми.

Элис задумчиво посмотрела на Артура.

— Думаю, мы можем все это проехать на сегодня, — сказала она. — То есть посчитать тебя тем, кем ты называешься. Если будут какие-то неприятности, я ничего не знаю.

— Это было бы здорово! — воскликнул Артур. — Мне просто нужно чуть-чуть времени, чтобы выследить Волеизъявление. Я не буду мешаться у вас под ногами.

— Просто делай свое дело. Иначе будешь выглядеть подозрительно. Сможешь незаметно выбраться из депо ночью. И чтобы к утру убрался отсюда.

— Ну и хорошо, — сказал Артур. — Надеюсь, к этому времени я уже буду знать, куда идти.

— Так ты не знаешь, где это Волеизъявление?

— Нет. Но оно может говорить со мной мысленно, подсказывать, где его искать. Я уже слышал его здесь дважды. Последний раз — когда мы всходили на цепь, когда меня облило водой.

— Здесь вода часто так падает, — сказала Элис. — Полноправные чародеи, с этажей выше 61000, любят так играть. Сплетают сети из чар, собирают дождь и выливают его на головы тем, кто ниже. Это бывает опасно. Мы так потеряли нескольких рабочих, их смыло из кабинетов в колодец или вообще наружу со стены.

— Странно, — проговорил Артур. — Этот вечный дождь… В Среднем Доме погода была сломана, но здесь-то это нарочно. У Превосходной Субботы полно чародеев, которые могли бы все починить.

Элис передернула плечами.

— Так было всегда, — сказала она. — Последние десять тысяч лет. С тех пор, как Большой Босс начала строить башню.

— Десять тысяч лет? Здесь идет дождь уже десять тысяч лет по времени Дома? А откуда ты знаешь? Тебе что, не промывали голову?

— Да промывали, конечно, — ответила Элис. — Так говорят Жители. Они всегда толкуют о плане, о строительстве, как все идет уже десять тысяч лет, и что если башня достигнет Садов, то дождь кончится и все такое. Смотри, снова Драсиль показался — мы проходим через семисотые.

— Достигнет Садов? Несравненных Садов? Так Суббота именно к этому стремится?

— Так говорят чародеи. А мы просто делаем свою работу. Нам некогда беспокоиться о планах и всем таком, что замышляют наверху.

— А что же такое Драсиль? — Артур снова выглянул наружу сквозь пустую структуру башни, глядя на отдаленную вертикальную линию.

— Это очень, очень большое дерево. Всего Драсилей четыре. Они держат на себе Несравненные Сады, и еще они всегда растут. Не знаю, докуда они уже выросли, но все говорят, что башня пока еще намного ниже их.

— Может, они от дождя растут, — предположил Артур.

— Может.

Артур смотрел на Драсиль, пока они не миновали пустой сектор, и вид снова не заслонили тысячи кабинетов. Элис молчала, но Артура это устраивало. Ему было о чем поразмыслить.

"Этот дождь чем-то важен", думал он. "Непременно должен быть важен, раз он начался десять тысяч лет назад, когда Доверенные Лица нарушили Волеизъявление. Может, это Воскресенье начал здесь дождь, чтобы поливать Драсили? Нет, так не может быть, потому что у Субботы Шестой Ключ, и он должен быть здесь сильнее… Хотя я вроде как помню, как кто-то говорил, что Седьмой Ключ превосходит остальные, или сильнее всех, или что-то еще в этом роде…".

— Поднимаемся до восьмисотых.

Голос Элис вывел Артура из раздумий. Он огляделся вокруг и уже не в первый раз заинтересовался, как девочка умудряется считать этажи. И тут он увидел, что кругом зеленые зонтики разных оттенков. Чародеи или будущие чародеи — прятались под темно-зелеными, изумрудно-зелеными зонтиками или зонтиками цвета лайма, а некоторые щеголяли переливами или узорами зеленого цвета.

— Зеленые зонтики на восьмисотых этажах, — сказал Артур. — Так вот почему ты знаешь, где мы — ты смотришь на смену цвета зонтиков.

— Ага, — подтвердила Элис. — Желтые на девятисотых, после этого начинаем считать. На балках есть номера, но они маленькие, и с Большой Цепи их не прочитаешь. Приготовься — спрыгиваем через минуту.

Она снова взяла его за руку, и они сместились к краю звена. Кабинеты пролетали мимо очень быстро, на взгляд Артура. Внезапно зонтики сменили цвет на желтый. Покосившись на Элис, мальчик увидел, что ее губы шевелятся: она считала. Он и сам попытался считать, но быстро сбился.

— Восемьдесят пять — готовься! — резко произнесла Элис.

Артур снова начал считать про себя.

— Девяносто четыре! Вперед!

Элис потащила Артура за собой, и они вместе сошли со звена. Девочка рассчитала все с такой точностью, что получилось не страшнее, чем сойти с высокого бордюра.

— Пошел! — бросила Элис. Артур последовал за ней, плюхая мимо стола и ушедшего в работу Жителя под желтым зонтиком.

— Нужно дать остальным место, — пояснила Элис, направляясь в соседний кабинет. За их спинами еще двое маслят сошли со звена и поспешно пошли по диагонали в другой кабинет.

Артур огляделся и заметил, что на этот раз Жители за столами искоса наблюдают за маслятами. Хотя большинство из них продолжали писать обеими руками, все они замедлили темп, чтобы успевать еще и глядеть в стороны.

— Почему они на нас смотрят? — прошептал Артур Элис.

— Потому что знают, что мы здесь, чтобы передвинуть кого-нибудь вверх или вниз, — громко сказала Элис. Она пристально посмотрела в глаза Жителю за ближайшим столом. Он немедленно уставился обратно в свое зеркало и застрочил пуще прежнего.

— Понятно, — сказал Артур. Все новые и новые маслята спрыгивали с цепи, и один из них помахал ему, плюхая по мокрому полу. Это оказалась Сьюзи, и она явно наслаждалась происходящим. Он помахал ей в ответ и тут же понял, что при этом не стоит поднимать голову — на его лицо тут же вылилась вода сверху.

Элис снова достала свой блокнот и изучала запись, возя пальцем по строчкам. Артур заметил, что все ближайшие Жители внимательно наблюдают за ними, даже несмотря на свирепый взгляд Элис мгновением раньше.

Маслята продолжали прибывать парами и распределяться по кабинетам, пока последний, Врод, не сошел со звена в одиночестве.

Элис с хлопком закрыла блокнот и указала вглубь башни.

— Туда! — сказала она.

— Это повышение? — спросил Житель. Он перестал даже притворяться, что работает, и смотрел прямо на Элис, его рот кривился в неприятной гримасе, очень странно выглядящей на красивом лице.

Элис не обратила на него внимания. Пройдя сквозь водопад, только что начавший низвергаться сверху, она повела бригаду дальше, то и дело останавливаясь, чтобы свериться с номерами, выбитыми на железных балках, которые составляли скелет здания.

Пока маслята шли, Артур слышал шепот Жителей со всех сторон.

— Повышение… наверняка… повышение… кто бы это мог быть… повышение… кто-нибудь видел пурпурную капсулу… повышение… повышение…

— Вон она в четырех кабинетах впереди, — прошептала Элис Артуру. — Зонтик с шафрановыми клетками на темно-желтом фоне. Подожди здесь и иди с Вродом, он скажет, что тебе дальше делать. И смотри в оба.

— Что такое? — осведомился Артур.

— Остальные начнут швыряться, как только поймут, что это повышение. Жди Врода.

Артур кивнул и остановился. Врод был уже близко, да и остальные маслята надвигались толпой сразу через дюжину кабинетов.

— Пошли! — крикнула Элис. Она побежала к нужному кабинету, вскочила на стол, а оттуда к углу куба. Одной рукой держась за каркас, другой она стремительно заработала разводным ключом.

Жительница встала и сложила желтый зонтик. Тот тут же почернел. Затем она снова его открыла, и по ткани распространился насыщенный пурпурный цвет, растекаясь, как масло по воде. Поставив зонтик на место, Жительница тут же залезла под стол и крикнула оттуда:

— Прощайте, недоумки! Долгих вам лет напрасного труда!

Остальные маслята тоже рванулись в кабинет. Артур вместе с Вродом подбежали к нижнему левому углу. Врод выхватил свой ключ и принялся откручивать здоровенный болт, которым куб был привинчен к основной решетке. Артур не мог понять, что ему полагается делать. Он тоже достал разводной ключ, но просто стоял с ним, пока Врод сердито не зыркнул в его сторону.

— Давай же! Держи с другой стороны!

Болт проходил сквозь раму, а с другой стороны его держала большая шестиугольная бронзовая гайка. Артур зацепил ее своим ключом, Врод повернул болт и вытащил его.

Артур поймал упавшую гайку, не дав ей провалиться сквозь решетку пола.

— Теперь следующий! — скомандовал Врод, переходя к болту в полуметре над первым. Еще три группы маслят отвинчивали болты в других углах, а другие работали над верхней частью кабинета. Кое-кто из них стоял на плечах других детей, а некоторые, как настоящие макаки, свешивались с потолка, держась только одной рукой.

— Книголизка! — выкрикнул ближайший Житель.

— Жаба!

— Скользкая лицемерка!

— Ты украла мое повышение!

Все Жители в ближайших клетках орали, размахивали зонтиками и вообще выглядели весьма враждебно.

— Быстрее! — бросил Врод. — Они сейчас швыряться начнут!

Артур согнулся, чтобы взяться ключом за очередную гайку и тут что-то твердое ударило его по спине и упало к ногам. Это оказалась разбитая чашка. В следующий момент тарелка разбилась вдребезги у самого его лица, осыпав осколками спину Врода.

— Нижние восточные болты готовы! — крикнул кто-то из маслят.

— Нижние западные готовы!

— Нижние северные готовы!

— Блин, — сплюнул Врод. — Последние. Гайку взял? Нижние южные готовы!

Одна за другой доложились и команды, работавшие сверху, а затем раздались возгласы еще выше. Посмотрев вверх, Артур понял, что на верхних этажах работали другие бригады, и вместе с ними — несколько тусклых бронзовых автоматов, похожих на медуз: метровые сферы, передвигавшиеся на четырех или пяти суставчатых щупальцах, а в других многочисленных конечностях сжимавшие разнообразные инструменты.

— Проверить цепь! — скомандовала Элис.

Врод ключом откинул то, что до сих пор казалось частью вертикальной балки, но в действительности было крышкой, приделанной к этой балке. Под ней проходила уменьшенная копия Большой Цепи, ее толстые звенья были в пять или шесть раз больше велосипедных. Располагалась она в желобе внутри балки, но сейчас не двигалась.

— Цепь на месте, на вид в порядке!

Элис подняла голову, сложила ладони рупором у рта и закричала:

— К подъему готовы! Начинай сдвиг!

Артур тоже смотрел вверх. Происходящее поглотило его целиком, все беды и заботы отступили, оставив только любопытство: что, собственно, будет сейчас сдвигаться?

Глава 15

Кабинетные клетки над головой Артура затрещали и задребезжали, а затем целый ряд их медленно сдвинулся направо, сильно напоминая вагоны поезда, отходящего от станции. Еще этажом выше кабинеты сдвигались в другом направлении, и еще выше, и еще выше, до самого уровня 61012, семнадцатью этажами выше.

Как только открылась вертикальная щель, достаточная, чтобы поднялся кабинет повышенной Жительницы, обстрел чашками, тарелками и чернильницами тут же прекратился, смолкла и ругань. Зато сверху потекло намного больше воды — куда больше, чем можно было бы объяснить дождем. Артур краем глаза смог уловить смутные, словно во сне, образы огромных ведер из пурпурного света, которые одно за другим опрокидывались в новую шахту.

— Всем очистить помещение! — приказала Элис. — Кроме тебя, Рэй, ты поднимешься со мной. Остальные Большой Цепью на этаж 61012.

— Эй, я тоже хочу подняться в этой… — начала было Сьюзи, но Артур, повернувшись к ней, резанул себе ладонью по горлу. Девочка нахмурилась, посмотрела на Элис (та, не моргая, встретила ее взгляд) и неохотно последовала за остальными к Большой Цепи.

Артур перешел в середину кабинета, увернувшись от очередного потока воды, и встал рядом со столом, под которым все еще пряталась Жительница. Та взглянула на Артура и фыркнула.

— Поднимай! — крикнула Элис. Автомат в ответ взмахнул щупальцем, и через несколько секунд кабинет затрясся: цепи пришли в движение. Медленно, с жутким скрежетом, кабинет принялся подниматься куда нужно.

В этот момент сверху обрушилось столько воды, что она даже не сразу смогла утечь вниз, и какие-то секунды Артур стоял в ней по колено.

Артур! Меня распределили среди…

Это был голос Шестой части Волеизъявления.

— Это что было? — спросил голос из-под стола. — Я чую чары!

Жительница высунула голову наружу и понюхала воздух, но тут же спряталась, когда ей в лицо плюхнулась очередная порция воды.

Артур потряс головой, прибавив к дождю водяные брызги. Элис подозрительно посмотрела на него.

— Все в порядке, — радостно сказал Артур и поднял разводной ключ. — Готов к дальнейшей работе.

— Да уж постарайся, — ответила Элис.

"Распределили среди… среди чего?", подумал Артур. "Волеизъявление говорило со мной трижды, и последние два раза — когда я промок…"

— Среди дождя, — прошептал Артур сам себе. Он сунул ключ под мышку, сложил руки лодочкой и подождал, пока дождь наполнит его ладони. После этого он поднес руки к зеленой лампе на столе, разглядывая прозрачную воду в поисках подтверждения своей догадке.

В этом свете Артур увидел сквозь жидкость буквы, извивающиеся, переплетающиеся. Они соединялись в хорошо знакомые слова, но тут же снова разделялись и опять стремились друг к другу, борясь с водой, окружающей их.

"Шестая часть Волеизъявления скрыта в дожде. Разбита по тысячам — может, даже миллионам — дождевых капель. Она может хотя бы чуть-чуть соединиться только там, где вода собирается. В сточной трубе или потоке воды сверху…".

— Ты что это делаешь, дитя Дудочника? — вопросила Жительница, снова выбравшаяся из-под стола. Она сгорбилась под зонтиком и подняла пенсне, свисавшее на веревочке с ее шеи.

— Мне показалось, что что-то упало сверху, — сказал Артур. — Я поймал, но это оказался кусочек хлеба или еще чего-то, что развалилось на части.

— В самом деле? — Жительница водрузила пенсне на нос и моргнула. — А мне показалось, что я почуяла чары… и теперь я вижу, что у тебя в кошеле что-то есть. Отдай это мне.

Артур медленно покачал головой и шагнул вперед, сжимая ключ.

— Рэй… — предостерегающе проговорила Элис.

— Отдай это мне, или я разнесу тебя в мелкие дребезги, — скучающим тоном сказала Жительница. — Я теперь полноправный чародей, пусть и всего лишь пятого класса… пока. Дай сюда!

Она потянулась к зонтику, готовая сложить его и использовать как оружие.

Артур ударил, едва ее пальцы сомкнулись на ручке и зонтик начал складываться. Разводной ключ отскочил от головы Жительницы. Она моргнула и проговорила:

— Никакой маленький сын Дудочника не сможет ударить достаточно сильно, чтобы… чтобы…

Она снова моргнула и медленно осела на пол. Артур, прикрывшись от посторонних глаз полусложенным зонтиком, запихал ее обратно под стол.

— Ты что натворил? — яростно воскликнула Элис. — Нас же всех казнят!

— Я ее только вырубил. Так было надо. Слушай, весь этот дождь куда-нибудь стекает? Есть какой-нибудь большой дождевой резервуар или что-то в этом роде?

— Что? — переспросила Элис. Она заглянула под стол, а затем снова посмотрела вверх. Бригада была уже там, но вокруг них стояли грустные Добавочные Чародеи.

— Как они нас опередили? — удивился Артур.

— Поднялись на нормальном лифте, как всегда!

— Они заинтересуются, что случилось с этой чародейкой, да?

— Ну еще бы! Конечно!

— Жители когда-нибудь спят за столами? — спросил Артур. Он искал способ спрятать чародейку, но никакое место в клетке не было полностью скрыто от глаз. Их окружали чародеи за столами, тысячи их…

— Они всегда спят на рабочих местах, — ответила Элис. — Но сейчас же не ночь, а? Ведь знала я, что тебя нужно было столкнуть с Большой цепи!

Им оставалось подняться четыре этажа до места назначения. Артур уже видел Сьюзи, которая заглядывала за край, высматривая его. Девочка помахала рукой. Артур в ответ озадаченным движением почесал кепку и вскинул руки в воздух, чтобы хоть так дать понять, что у них сейчас будут серьезные неприятности. Не то чтобы Сьюзи могла что-то сделать…

Все, что ему приходило в голову — выхватить Пятый Ключ, уничтожить внезапной атакой как можно больше Добавочных Чародеев и тех, что за столами, а затем с помощью Ключа сбежать. Но так Волеизъявление не освободишь, а вернуться сюда снова будет очень трудно, даже учитывая, что он уже видел здесь довольно много и сможет применить Ключ. Все-таки вокруг полно чародеев, которые высматривают именно это.

— Кто-нибудь тут продолжал прятаться под столом, когда подъем уже завершился? — спросил Артур у Элис.

— Нет, естественно! Кое-кто из них тысячи лет ждал повышения. Они вылезают и танцуют на столах. Или принимаются творить заклинания, чтобы собрать воду и вылить ее на своих прежних приятелей.

Три этажа до места, и еще больше Добавочных Чародеев скорбно таращатся вниз и переминаются на краях временной шахты.

— Ну ладно, — сказал Артур. Он быстро огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что кабинет сейчас не попадает на линию взгляда соседних Жителей. — Пора что-то делать.

— Что? — спросила Элис.

— Вот это, — сказал Артур, передвигая зонтик так, чтобы он скрывал его и часть стола от Жителей наверху.

Изумление на лице Элис сменилось ужасом, когда Артур взмахнул разводным ключом и разнес зеленую настольную лампу. Та взорвалась с жутким треском и вихрем искр. Вверх ударил язык пламени, и дождь, падающий на него, создал облако пара.

Под прикрытием облака Артур метнулся в угол и сунул ключ в поднимающуюся цепь. Напрягая все свои неестественные силы, он пытался сломать одно из звеньев, но ключ согнулся пополам и сломался сам. Цепь продолжала подниматься вместе с отломанной головкой ключа, и кабинет по-прежнему двигался… еще где-то полметра. Затем раздался оглушительный скрежет, и клетка внезапно перекосилась на одну сторону. Артур, Элис, стол и бесчувственная Жительница начали соскальзывать в соседний кабинет.

— Стоп машина! — завопила Элис вверх по колодцу и пихнула стол в сторону угла. — Поломка цепи! Стоп машина! Поломка цепи!

Артур, все еще невидимый в облаке пара, остановил падение Жительницы, но дальняя сторона кабинета все еще продолжала подниматься, перекашивая пол еще больше.

— Стоп машина! — надрывалась Элис.

Цепь внезапно остановилась, скрежет прекратился, и кабинетная клетка замерла под углом градусов тридцать. Пламя лампы угасло, а пар рассеялся. Артур быстро пристроил Жительницу у стола, словно ее ударило по голове во время происшествия.

— Кто знает, куда стекается вода? — снова спросил Артур с долей нажима.

— Да как ты смеешь! — ответила Элис. — У нас был такой послужной список!

— Есть вещи поважнее, — холодно заметил Артур. — Например, что Дом и вся вселенная могут разрушиться, если я кое-что не смогу сделать. Так что кончай скулить и скажи мне, кто может знать, куда стекается вода!

Элис состроила гримасу и посмотрела вверх. Дождь бил по ее очкам. Затем она снова взглянула на Артура.

— Острошерст наверняка знает. Иди спроси его и убирайся от нас!

— Вы там как, целы? — спросил кто-то из маслят сверху.

— Не совсем! — крикнул Артур. — Еще минуточку!

— Где мне найти Острошерста? — спросил он уже тише. — И наверняка понадобится какой-то пропуск или что-то еще, чтобы самостоятельно спуститься вниз, так?

— Возле того туннеля, через который вы прошли, есть свисток, — сказала Элис. — Сыграй его мелодию, и он придет в депо.

— Его мелодию? А, да, ту, которую он все время насвистывает — я ее помню.

У Артура была великолепная музыкальная память и отличный слух — настолько, что многие предполагали, будто он унаследовал их от своего отца, вокалиста группы "Крысюки"; они не знали, что Боб ему не родной, а приемный отец.

— Пропуск нам нужен?

— Я напишу записку, что вам нужно принести для нас детали, — Элис достала блокнот, синий карандаш, и что-то быстро нацарапала на листке бумаги. Затем вырвала этот листок и протянула Артуру. — Вот. Давай уже, уходи!

— Все равно все скоро изменится, — сказал ей Артур. — Хочешь ты этого или нет. Вопрос только, к лучшему или к худшему.

— Мы просто хотим делать свою работу, — Элис повторяла эти слова, словно мантру.

Зонтик над их головами внезапно сдвинулся — его оттолкнул одетый в черное Добавочный Чародей. Еще один с плеском приземлился рядом с ним, и еще один спрыгнул сверху. На Артура и Элис они не обратили внимания, окружив бесчувственную чародейку на полу. На их лицах, как заметил Артур, появилась почти незаметная тень улыбки, которую бы не разглядел никто, стоящий дальше, чем Артур и Элис. Они явно рады были видеть пострадавшего чародея и отложенное повышение.

— Босс! Что делать будем? — спросил масленок сверху.

Элис посмотрела на него.

— Спускайся сюда! Ты, Бигби и Врод. Рэя и Сьюз я отправляю вниз за временной цепной скобой номер три. Остальные — проверьте все горизонтальные цепи отсюда и на десять кабинетов во все стороны. Ищите ржавчину!

— Происшествие, порожденное эффектом коррозии? — спросил жестяной громыхающий голос.

Говорил один из восьминогих автоматов. Звук исходил из мембраны внизу центральной сферы, которая жутковатым образом открывалась и закрывалась во время речи.

— Мне откуда знать? — крикнула Элис. — Наверное. Лучше посмотреть.

— Приближается высшее начальство, — сообщил автомат. — Ждите указаний.

— Большой ноб! — прошипел масленок сверху. Трое Добавочных Чародеев выпрямились, словно марионетки, вытянулись смирно и быстро вскарабкались обратно вверх.

— Быстрее, прыгай на нижний этаж, беги к северной стороне и используй крылья, — сказала Артуру Элис. — Чародей-Надзиратель сразу же увидит, кто ты такой, едва только взглянет.

— Сьюз! — крикнул Артур. — Спускайся сюда!

Он скользнул по наклонному полу и нагнулся через край, чтобы убедиться, что не шлепнется на голову Жителю внизу.

— Спасибо, — он повернулся к Элис. — Сьюз! Где ты там?

— Да здесь! — Сьюзи со стуком приземлилась рядом с Артуром и чуть не покатилась по полу, прежде чем сумела ухватиться покрепче. — Мы торопимся, а?

— Да, — кивнул Артур. Он повис на руках и спрыгнул на нижний этаж. Он подумывал упасть на стол, чтобы уменьшить высоту, но по некотором размышлении передумал. Незачем было привлекать внимание чародея, тем более мальчик заметил, что эти Жители под пурпурными зонтиками не пишут. Они по-прежнему смотрели в свои бритвенные зеркальца, чем бы эти зеркальца ни были, но уже ничего не писали.

— И куда мы? — спросила Сьюзи.

— В сторону и вниз, — тихо произнес Артур, ведя ее через кабинет и обходя сидящего там Жителя, который отодвинул свой стул от стола куда дальше обычного. — И полетим. Нужно снова найти Острошерста, чтобы он показал, куда собирается дождевая вода.

— А почему было просто не спросить Элис? У нее же есть путеводитель по всему этому месту.

Артур резко остановился, так что Сьюзи ткнулась ему в спину.

— Путеводитель?

— Ну книжка такая — в ней есть карты и инструкции и вообще все что нужно, чтобы бригада могла добраться куда угодно, — пояснила Сьюзи. — Мне так Бигби по дороге сказал. Вроде твоего Атласа, только чуть похуже.

Артур посмотрел назад. Они отошли всего на полдюжины кабинетов.

— Она просто хотела от нас избавиться, — проговорил он.

— Ну, это честно, — сказала Сьюзи. — Нельзя винить ее за это.

— Еще как можно, — Артур хотел сказать еще что-то, но тут поток воды обрушился между ними, сбив Сьюзи с ног.

— Меня этот дождь уже достал, — сказала Сьюзи, поднимаясь на ноги. — Лично я была бы не против и немного солнышка увидеть.

— Мы все были бы не против, — произнес Житель за ближайшим столом. При этом он не отрывался от зеркала.

— Эй, вам разве можно с нами разговаривать? — с ехидцей поинтересовалась Сьюзи.

— Не положено, — вздохнул чародей. — Но так скучно просто смотреть в зеркало и ждать, пока произойдет что-то, на что стоит взглянуть… Что вы там сказали, что кто-то хочет избавиться от вас? Я из-за дождя плохо расслышал.

— Ничего, — сказал Артур.

— Как обычно? — Житель снова вздохнул. — Я думал, вы, маслята, не такие одержимые, вас ведь не повышают и все такое.

— Одержимые? — удивилась Сьюзи.

— Злобные и завистливые, — пояснил Житель. — Взять хоть мое последнее повышение. Приятели, с которыми я вместе пил чай тысячу лет, с которыми делился печеньками… они швырнули в меня серебряным чайником нашего департамента, едва я поднялся над их головами.

— Пошли, Сьюз, — сказал Артур. — Нам пора наверх.

— Точно? А как же Надзиратель?

— Надзиратель? — взвизгнул Житель. — Отойдите от меня! У меня есть работа!

Он тут же открыл книгу и принялся тихо читать вслух, в то же время не отрываясь от зеркала. Одним глазом он смотрел налево, а другим направо, и выглядело это довольно пугающе.

Артур какое-то время постоял в размышлениях, затем направился назад к покосившемуся кабинету.

— Так что насчет того Надзирателя? — шепотом повторила Сьюзи, поравнявшись с ним.

— Если будем держаться от него подальше, все будет нормально, — заверил Артур. Он так кипел от гнева на Элис, что даже не стал оценивать потенциальную опасность обнаружения. — Я выбью из Элис нужные сведения, и мы снова уйдем.

Четверо маслят работали в сломавшейся клетке, но ни Элис, ни оглушенной чародейки нигде не было видно, как и Добавочных Чародеев и вообще любых Жителей. Несколько секунд Артур осматривался, проверяя, все ли чисто, затем вскарабкался по угловой балке назад в кабинет.

Врод, развинчивавший сломанное звено, оглянулся на него.

— Элис вроде послала тебя за скобой?

— Ну да, — сказал Артур. — Но мне нужно кое-что у нее уточнить. Где она? С Чародеем-Надзирателем?

— Каким еще Надзирателем? — спросил Врод. — Здесь был Планировщик Автоматов, но он на пять… нет, на четыре ранга ниже…

— Ну и где тогда Элис?

— Без понятия, — Врод пожал плечами. — Все, кроме нас, проверяют цепи наверху.

— Точно! — Артур пару раз присел, вскочил на стол, который опрокинули, чтобы не мешал, и оттуда прыгнул на следующий этаж, взлетев с места почти на три метра.

— Выпендрежник, — проворчала Сьюзи и полезла по угловой балке.

Глава 16

Элис обнаружилась через одну клетку на следующем уровне. Она сворачивала листок бумаги, чтобы засунуть его в капсулу пневмопочты на столе чародея. Все остальные маслята были заняты — проверяли цепи по всем окрестным кабинетам. Поблизости не было никаких признаков ватоматов или их Планировщика.

Артур кинулся к Элис и схватил ее за локоть, повернув так, чтобы оба они стояли спиной к чародею.

— Ты пыталась меня надуть, — яростно прошипел Артур. — У тебя в книге все нужные сведения!

— Отпусти! — запротестовала Элис, но и она говорила шепотом.

— Не поднимай шума, — предупредил Артур, усиливая хватку. — Если узнают, кто я такой, то вся твоя бригада попадет под раздачу… Вас могут даже казнить.

— Ну ладно. Что тебе нужно?

— Мне нужно найти большой резервуар для дождевой воды. Но вначале дай-ка взглянуть на это письмо.

Он дотянулся до бумажки и выхватил ее раньше, чем Элис успела убрать руку, и одной рукой развернул листок.

Старшему Сдвижному Чародею 61580

Сообщаю о двух подозрительных детях Дудочника, направляющихся в Смазочное Депо 27 бригады поддержки цепного транспорта. Называют себя Рэй и Сьюз.

— Предательница! — сплюнул Артур.

— Сообщение готово или нет? — спросил чародей. Явная враждебность между Артуром и Элис нисколько его не озадачила. — Я не могу ждать весь день.

— Произошла ошибка, — сообщил Артур. — Письмо не понадобится, благодарю вас.

Он потащил Элис к временной шахте, а записку перебросил Сьюзи. Та прочла, и ее лицо потемнело.

— Мы, дети Дудочника, всегда держимся друг за дружку, — прошептала Сьюзи. — Всегда.

— Работа прежде всего, — произнесла Элис.

— Подержи ее, Сьюзи, а я посмотрю в книжке, — распорядился Артур. — Действуй непринужденно. Элис, а ты помни: если что затеешь, достанется всей бригаде, так или иначе.

— А что значит "действуй непринужденно"? — спросила Сьюзи, хватая Элис за другую руку.

— Как будто вы приятельницы и вместе ищете что-то на полу, — пояснил Артур. Он сунул руку в карман Элис и достал книжку.

— Для тебя не сработает, — сказала Элис. — Ты не бригадир.

— Лучше ей сработать, — ответил Артур, открывая книгу. Элис сглотнула.

— Но ты же не можешь ее открывать!

Не обращая на нее больше внимания, Артур прочел титульный лист: "Руководство цепных и подвижных бригад, регистрационный номер 457589". Мальчик перелистнул в конец. Там был индекс, просто перечислявший буквы алфавита по порядку. Артур коснулся буквы В, и страницы перелистнулись, показывая список тем, начинающихся на эту букву. Он быстро пробежался по ним взглядом, пока не нашел пункт "Вода", у которого оказалось множество подпунктов, включающих "Хранилища, постоянные" и "Хранилища, передвижные".

В "Хранилищах, постоянных" обнаружилось несколько пунктов, и среди них "Центральный дождевой резервуар" и "Срединный Дожденакопительный бак". До этого последнего пункта даже не понадобилось дотрагиваться: Артур просто смотрел на него чуть дольше, чем на остальные, и страницы немедленно перевернулись, показывая схематическое изображение, карту и перечень технических деталей.

— Наверху есть бак с водой. Он сто клеток площадью и занимает этажи с 61350 до 61399, - сказал Артур. — Это сойдет, он наверняка достаточно большой.

— Достаточно для чего? — спросила Сьюзи. Они с Элис сидели на корточках, сосредоточившись на решетке пола.

— По дороге скажу, — Артур перечитал запись, закрыл книгу и уже собирался сунуть ее в карман, как вдруг она затряслась и затрещала.

— Это еще что?

— Смена приказов, — ответила Элис. — Пожалуйста, дай мне прочитать.

Артур поколебался. В этот момент он услышал со всех сторон шипение и треск, а секунду спустя из всех приемников пневмопочты на каждый стол в пределах видимости начали с хлопками выскакивать капсулы.

Артур открыл книгу, которая незамедлительно показала ему страницу с большими красными буквами:

ОБЩАЯ МОБИЛИЗАЦИЯ!

Башня достигла целевой точки внизу Несравненных Садов. Всем инженерным бригадам немедленно явиться на Внешнюю Площадку Платформенного Лифта номер один под командование Полдня Субботы для обслуживания и подъема штурмового тарана.

Артур огляделся. Жители один за другим вставали, и все они снимали и складывали свои зонтики. Те, у кого зонтики уже были в руках, становились в длинные очереди, уходящие куда-то вглубь башни, и явно готовились маршировать.

— Нормальные лифты в ту сторону? — спросил Артур.

— Да, — ответила Элис. — Что там за приказы? Мы должны их выполнить!

Артур отдал ей книгу. Пока Элис читала, он огляделся. Предводительница Добавочных Чародеев глядела в книгу, почти такую же, как у Элис. Когда Жительница подняла голову, ее взгляд встретился с взглядом Артура. Мальчик поспешно опустил глаза, на случай если та достаточно сильна, чтобы понять, кто — или что — перед ней стоит.

— Нам нужно немедленно идти! — повторила Элис. — Это оно, час Ч. Нам придется подниматься до самого верха!

— Что такое этот штурмовой таран? — спросил Артур.

Элис пожала плечами.

— Что-то достаточно большое, чтобы его везли внешним грузовым лифтом. Он сам по себе просто чудо — сто метров в длину и ширину и без цепей. Он самоходный, его движут двести старших чародеев…

— А можно и нам на нем прокатиться? — спросила Сьюзи, заражаясь энтузиазмом Элис.

— Нет, — решительно сказал Артур. — Элис, я позволю тебе и твоим людям уйти. но ты должна пообещать, что никому не скажешь и не предашь нас.

— Конечно! Отлично! — чуточку слишком быстро согласилась Элис.

Артур оглянулся. Ближайшие чародеи уже маршировали прочь. Только Добавочные Чародеи оставались поблизости, но они наблюдали за маслятами, а те, в свою очередь, притворялись, будто заняты цепями, а на самом деле смотрели на Элис и ждали, когда она скажет им, что происходит.

— Дай мне руку, — быстро и тихо проговорил он. — И пообещай мне, лорду Артуру, Законному Наследнику Зодчей, что не предашь нас.

Элис взяла Артура за руку.

— Я обещаю тебе, лорд Артур, что не предам тебя.

Слабое свечение возникло вокруг пальцев Артура и перекинулось на руку Элис. Девочка вскрикнула, но Артур не отпустил ее, пока свет не угас.

— Что происходит? — спросил кто-то протяжным низким голосом.

Артур повернулся. Один из Добавочных Чародеев подошел поближе и нюхал воздух.

— Что-то блестящее упало сверху и где-то тут провалилось под пол, — поспешно сказал Артур. — Но наверное, сейчас не время это искать, со всей этой общей мобилизацией и прочим, верно, босс?

— Да, — медленно сказала Элис. Она яростно потрясла головой, послав веер брызг в лица Артура и Сьюзи. — Нельзя терять времени…

— Что-то сверху? Что-то блестящее? — вопросил Добавочный. Он тут же плюхнулся на колени и принялся обнюхивать пол. Артур и остальные отодвинулись подальше.

— Времени нет! — крикнула Элис. — Бригада, стройся! Мы отправляемся на пол, а оттуда — к Внешнему Лифту номер один!

— Номер один? — крикнул кто-то снизу. — Внешний Лифт номер один?

— Да! — заорала в ответ Элис. — Шевелись! Все к Большой Цепи!

Добавочный Чародей продолжал вынюхивать, все ближе и ближе к ногам Артура. Один за другим и прочие пасмурные Жители придвигались сюда посмотреть, что заинтересовало их коллегу.

— Когда первые двое уедут на цепи вниз, мы направимся вверх, — сказал Артур, пока они со Сьюзи следовали за Элис. Все кабинеты опустели, Жители исчезли вместе с зонтиками. — Доберемся до бака, освободим Шестую часть Волеизъявления, и уберемся отсюда.

— А что тогда вся эта кутерьма с тараном, и с тем, что эта Суббота добралась до Садов, и все такое? — спросила Сьюзи.

— Все по порядку, — ответил Артур. До Большой Цепи оставалось около дюжины кабинетов. Он оглянулся. Все Добавочные уже ползали по полу в том кабинете, где он стоял — неприятная куча-мала из одетых в черное Жителей, пытающихся что-то учуять на полу. Они напомнили ему клубки гусениц, которые иногда валились с ветвей в саду дома.

"Надеюсь, что вернусь вовремя, чтобы у меня вообще еще был дом", подумал мальчик. "Люди, конечно, важнее строений, а мой дом вроде бы достаточно далеко чтобы пережить ядерный взрыв. Но Листок и остальные — они слишком близко, а я даже не знаю, что я сделал и сколько оно продлится. Не могу сейчас об этом думать. Нужно сосредоточиться на том, что передо мной сейчас".

— Какого цвета зонтики на тысяча трехсотых? — спросил Артур. — Если они все тоже не ушли…

— Сине-желтая клетка, — сообщила Элис.

— Придется считать отсюда, — Артур взглянул вверх. Он видел ряды шагающих Жителей, но они уже сложили свои зонтики и никто не остался за столом. — Отправляйся вниз, Элис. А мы обойдем цепь и поедем вверх.

— Без обид, — предупредила Элис.

— Говори за себя, — отрезал Артур.

"Я вернусь и покараю ее ужасным образом", подумал он, но тут же погасил очередную вспышку ярости. "Есть много куда более важных дел. Забудь".

— Чао, Элис, — сказала Сьюзи. — Не теряй голову.

Она радостно помахала, когда Элис и еще один масленок вступили на цепь, ведущую вниз. Артур поспешил вокруг шахты и встал на край рядом с поднимающейся цепью.

— Полегче, — сказала Сьюзи. Артур взял ее за руку, и они несколько секунд стояли, примеряясь к поднимающейся цепи, прикидывая, в какой момент лучше всего шагнуть вперед.

— Давай! — крикнула Сьюзи, и они шагнули. То ли Сьюзи оценивала скорость хуже, чем Элис, то ли Артур лучше действовал с закрытыми глазами, чем с открытыми, но они чуть-чуть промахнулись, и их резко шатнуло. Артур одной ногой соскользнул со звена, но восстановил равновесие и поспешно встал обеими ногами.

— Ой, — сказала Сьюзи. — Ошибочка вышла. А эта цепь — прикольная штука. Нам бы такую завести у себя в Нижнем Доме, я так думаю.

— Нижнего Дома больше нет, — напомнил Артур. Он пытался сосчитать мелькающие мимо этажи.

— А, точно. Забыла. Ну ладно.

Артур уставился на нее. Как об этом можно было так легко забыть? Иногда ему казалось, что в детях Дудочника не больше человеческого, чем в Жителях, хоть они и родились смертными детьми.

Он так задумался, что сбился со счета.

— Тьфу! Ладно, думаю, ошибка в пару-тройку этажей не имеет значения. Этот дождевой бак огромный, судя по руководству. Которое мне лучше было забрать с собой.

— А зачем нам нужно к дождевому баку?

— Собери чуть-чуть дождевой воды и присмотрись хорошенько.

Артур сложил ладонь лодочкой, чтобы продемонстрировать. Сьюзи сделала так же, стараясь не высовывать руку слишком далеко, чтобы ее не оторвало какой-нибудь балкой.

— И что мне искать? — спросила девочка, когда ее горсть наполнилась прозрачной водой.

— Буквы и слова.

— Да! Я их вижу! — воскликнула Сьюзи. — О-р-л-г-в-к-с-т-р-е… орлгвкстре… хммм… звучит знакомо, но все равно никак не возьму в толк…

— Это не слово! — сказал Артур. — Это просто случайный, перемешанный кусочек Волеизъявления. Оно разделено по всем каплям дождя. Вот поэтому мне и нужно найти место, где собирается много воды, потому что там будет больше Волеизъявления — а может, и вообще его большая часть.

— Ясно, — кивнула Сьюзи. — Ты его добываешь, и мы сваливаем?

— Наверное. Думаю, это будет самое разумное, хотя еще хотелось бы узнать, зачем Суббота хочет попасть в Несравненные Сады, и почему она не может просто подняться туда на лифте. О, нет!

— Что такое? — Сьюзи испуганно закрутила головой.

— Я опять сбился со счета. Может, мы его просто увидим, если все кабинеты пусты.

Все кабинеты, мимо которых они проезжали, пустовали, но несколькими этажами выше промельк движения привлек внимание Артура.

— Там кто-то есть — но они не сидят за столами, а стоят.

— И тут тоже. Что они вообще делают?

Этажи пролетали мимо слишком быстро, чтобы присмотреться, но насколько Артур понял, кабинеты здесь были полны Жителей, которые исполняли что-то похожее на гимнастику тай-цзи — медленный формализованный танец. Правда, при этом они все равно не отходили от столов. Их зонтики были сложены, и они танцевали под дождем, взметая радуги брызг всякий раз, когда медленно поворачивались и подпрыгивали.

— Совершенно без понятия, что они делают, — ответил Артур и нахмурился. — Я надеялся, что все Жители ушли к лифтам и направляются, куда им там скомандовали. Высматривай все, что похоже на резервуар для воды. Мы должны быть уже близко.

Они миновали еще несколько этажей с чародеями, танцующими у столов, затем снова пошли пустые этажи, кое-где виднелись вдали ряды марширующих чародеев, уходящих куда-то вглубь башни.

— Ты смотри туда а я буду смотреть сюда, — распорядился Артур. — Совершенно не знаю, где тут север. Мне точно нужно было оставить руководство себе. О чем я только думал?

— О том, что Элис оно нужнее? — предположила Сьюзи. — Ух ты! Это оно?

Артур крутнулся на месте — не самое лучшее движение, если ты стоишь внутри здоровенной движущейся цепи. Он чуть не потерял равновесие и врезался в Сьюзи, которая отшатнулась назад и тоже чуть не выпустила из руки кольцо.

Выровнявшись, Артур увидел стеклянную стену невдалеке в башне. За стеной мерцала голубым светом сплошная масса воды. Стена и вода продолжались и на следующем этаже, и на следующем за ним.

— Пока едем? — спросила Сьюзи.

— До верха, — ответил Артур, который теперь считал очень внимательно. — Приготовься, эта штука ровно сорок девять этажей в высоту.

Они сошли с цепи на сорок девятом по счету этаже, ожидая увидеть кабинеты — пустые или с чародеями. Но клетки на этом уровне оказались без столов. Вместо этого в каждой располагалась небольшая кушетка, а рядом с ней торшер. Кушетки были покрыты пледами разных расцветок и тканей, от черных кожаных до ярких с узорами из цветов, и абажуры торшеров тоже были подобраны в цвет.

— Это территория Искусных Медлителей, — прошептала Сьюзи.

— Ага, — согласился Артур и посмотрел по сторонам. — Но их здесь нет.

Он направился к водяному баку. Хотя дождь несколько затруднял обзор, он видел стеклянную стену резервуара, проходящую сквозь несколько этажей, а открытый верх был прямо впереди — синяя водная гладь, покрытая рябью от дождевых капель. Все это было похоже на исполинский аквариум, и Артур невольно задумался, не водится ли тут рыба. Или какие-нибудь еще твари…

— Значит, ты сейчас просто сунешь туда руку, или как? — спросила Сьюзи, когда они дошли до края бака и оглядели поверхность воды.

"Мы в трех с лишним километрах над землей, и этот "бак" почти двести метров глубиной", подумал Артур, "а поверхность у него, как у шестнадцати олимпийских бассейнов. Хорошенький резервуар для дождевой воды!".

Он наклонился и опустил ладонь в воду. Шестая часть Волеизъявления тут же откликнулась в его разуме.

— Артур! Мне нужна твоя помощь, чтобы собраться. Войди в воду! Нельзя терять времени!

Глава 17

— Оно хочет, чтобы я вошел в воду, — сказал Артур Сьюзи.

Он посмотрел на всплески от дождевых капель, а затем оглянулся на пустые кушетки сзади.

— Так оно тут? — спросила Сьюзи. Она тоже то и дело оглядывалась.

— Да. Так что мне лучше идти. А ты тут приглядывай.

Сьюзи кивнула, извлекла разводной ключ и хлопнула его тяжелой головкой по своей ладони.

"Сто с лишним метров глубины", подумал Артур. "Это о-о-очень глубоко… но Волеизъявление нужно добыть".

Собравшись с духом, Артур соскользнул с решетчатого пола в воду. Она оказалась холодной, но не настолько, как он ожидал. Определенно теплее, чем полагалось бы на такой высоте, но, с другой стороны, здесь и воздух был довольно теплый. Возможно, Субботе нравится дождь, но ей определенно не нравится холод, приходящий с высотой на Земле.

— Отлично! — подбодрило его Волеизъявление. — Выплыви на середину и позови меня!

Артур рассекал воду несколько минут. Он проходил курсы спасения на водах, и ему уже приходилось раньше плавать в одежде, но не в обуви. Он уже собирался скинуть ботинки, но передумал. У него не возникало никаких проблем с тем, чтобы держаться на плаву. Возможно, это было от того, что исчезли все трудности с дыханием, а его сила и выносливость возросли с недавних пор многократно.

Он направлялся в середину водоема, плывя брассом вместо вольного стиля, чтобы видеть, куда плывет. Так было медленнее, зато безопаснее. На полпути он перевернулся на спину, чтобы взглянуть на Сьюзи. Та помахала, и он помахал в ответ.

— Превосходно, Артур! Теперь мысленно позови меня!

Гребя, чтобы удержаться, и глядя на дождь, Артур мысленно представил себе частицы Волеизъявления в каждой капельке.

— Шестая часть Волеизъявления Зодчей, внимай мне, Артуру, Законному Наследнику, — подумал он, наморщив лоб от концентрации. — Соединись и иди ко мне!

Строчки текста замерцали и задвигались в воде, извиваясь, словно отростки какого-то странного водяного растения. Дождь засиял внутренним светом и устремился к Артуру вместо того, чтобы просто падать сквозь решетчатые этажи. Далеко вверху капли, упавшие на пол, пришли в движение, направляясь к ближайшему проему, чтобы снова упасть вниз.

Шестьюдесятью этажами ниже чародейка в изумлении уставилась в свое зеркальце. Спустя секунду она открыла маленький потайной ящик в середине стола и отжала пыльную бронзовую кнопку.

Вокруг нее засверкали зеркала. Жители, до сих пор едва уделявшие внимание происходящему, наклонились вперед, захлопывая книги и роняя перья. Над их головами зашипели и закашляли трубы пневмопочты, извергая на столы красные капсулы.

Танцующие чародеи остановились в середине движения. Все они мгновенно распахнули зонтики, пододвинули стулья и уселись, развернув зеркала для лучшего обзора.

Высоко-высоко на башне, на самой ее вершине, куда пока еще не доставили штурмовой таран, зазвонил телефон, и молочно-белая нежная рука подняла трубку.

Артур смотрел, как строчки сплетаются, проходя сквозь воду, и продолжал мысленно звать Волеизъявление. Постепенно буквы начали принимать форму — форму большой птицы. Она потемнела, стала блестяще-черной, и ее клюв, голова и взъерошенная шея поднялись из воды.

— Превосходно, лорд Артур, — каркнул ворон. Одно испещренное буквами крыло хлопало по поверхности, а второе пока еще состояло из бесформенных строк текста. — Уже почти все собрано. Еще немного дождя должно упасть, чтобы завершить дело.

— Артур!

Мальчик обернулся на Сьюзи. Та указывала куда-то своим ключом.

— Искусные Медлители! Их тут куча!

— Еще несколько минут, — сказал ворон. — Продолжай звать меня, лорд Артур!

Артур попытался подпрыгнуть, чтобы увидеть, что видела Сьюзи, но даже самый сильный толчок приподнял его сантиметров на двадцать, не больше. Но и этого хватило. Во всех кабинетах за резервуаром Искусные Медлители выползали из-под своих кушеток. Они сидели там все это время, спрятанные и тихие.

Теперь они надвигались на Сьюзи, со своими изогнутыми мечами синей стали и хрустальными стилетами, отравленными Пустотой.

Сьюзи откинула плащ за спину и подняла ключ.

— Сосредоточься, Артур! Зови меня! — воскликнула Шестая часть.

Артур нырнул вперед и устремился к берегу как мог быстрее.

— Артур! Я не смогу освободиться без тебя!

Мальчик проигнорировал крики ворона и поплыл еще быстрее, рассекая воду как дельфин. Но, хотя он и плыл быстрее, чем когда-либо, после дюжины гребков он нисколько не приблизился к берегу, а после еще дюжины — ощутил, что его с огромной силой тянет назад. Он перевернулся и понял, что движется и в сторону тоже. Борясь с течением, он почувствовал, что его словно тащат за ноги.

Он был в водовороте. Воду выпускали из бака, и его вместе с ней.

— Сьюзи! — завопил Артур. Уровень воды понижался так быстро, и вдобавок его так крутило что он еле мог разглядеть голову девочки. — Крылья! Уле…

Вода плеснула ему в рот. Отчаянно работая руками, Артур еле-еле смог снова подняться на поверхность. Втягивающая сила казалась неизмеримой: сила многих тонн воды, утекающих в водосток высотой три километра. В отчаянии он оглянулся назад, но не увидел Сьюзи — только сверкание мечей искусных Медлителей, а через залитые водой уши пробился лязг металла, вопли и одинокий, оборвавшийся вскрик.

Дальше он мог думать только о себе. Он тонул, его легкие наполнялись водой, и его неудержимо затягивало в глубину. Все его страхи долгой, медленной смерти под водой становились реальностью.

Он потянулся к кошелю на поясе и сунул туда руку, чтобы сквозь сумочку ощутить Пятый Ключ, но не для того, чтобы извлечь его — мальчик понимал, что тут же его потеряет. Он чувствовал силу Ключа, пусть и слабо сквозь экранирующую металлическую ткань, и сосредоточился, чтобы применить чары — но вместо этого его дернуло вперед столь яростно, что руки завело за спину напором потока, и он перевернулся головой вниз, устремляясь в водосток.

Вода полностью залила его легкие, и изо рта вырвался последний жалкий пузырь воздуха.

"Я отказываюсь умирать", подумал Артур. "Я больше не человек. Я Законный Наследник Зодчей. И я буду дышать водой".

Он открыл рот и сделал долгий, освежающий вдох воды. Ощущение удушья тут же исчезло, а губы, секундой назад искривившиеся в паническом беззвучном вопле, слегка изогнулись в чем-то, едва напоминающем улыбку. Он снова вдохнул воду и кувырнулся так, чтобы снова встать головой вверх — и устремился ногами вперед по огромной трубе.

"Сьюзи, возможно, просто взяли в плен", сказал он себе. "Я переживу это погружение и освобожу ее. Все будет в порядке…".

Поток, несший его вниз, вдруг сменил направление. Артур со страшной силой ударился обо что-то. Он вскрикнул, но не раздалось ни звука, только поток воды вырвался изо рта. Затем его подняло и ударило еще сильнее, а потом еще и еще. Течение изгибалось и закручивалось, увлекая его за собой.

Все еще крича, Артур свернулся в клубок, чтобы защититься — и, словно клубок, его несло вперед и вперед, по огромной водосточной трубе, которая шла сложной изогнутой дорогой с высоты трех километров.

Чтобы достигнуть дна, воде понадобилось полчаса. За это время Артур раз сто врезался в стенки трубы. У него все болело, но он все-таки пережил жуткий спуск, который убил бы любого смертного в самом начале.

Внизу труба открывалась водопадом, который каскадами устремлялся в обширное подземное озеро, высеченное в скале больверка под Верхним Домом. Артур упал с этого водопада, погрузился на дно и просто лежал там, пока боль, терзающая все тело, не превратилась из режущих приступов в тупое, обессиливающее нытье.

Двигаться все еще было больно, но Артур заставил себя всплыть на поверхность. Высунувшись из воды, он какое-то мгновение боялся, что уже не сможет дышать воздухом, но все же смог, и это оказалось не труднее, чем вдыхать воду.

Вяло гребя, Артур огляделся. Он видел трубу и водопад, низвергавшийся из нее, но больше почти ничего. Туман или пар заслонял все вокруг. Когда вода вылилась из ушей, он начал слышать звуки: тупой, повторяющийся стук могучих механизмов.

"Снова под полом", подумал он. "И в середине большого водоема. Должно быть, это Центральный Дождевой Резервуар…".

— Часть шестая? — прохрипел Артур. — Волеизъявление? Ты здесь?

Из воды поднялась голова ворона, но она не выглядела глянцево-черной, и местами в ней не хватало некоторых строчек. Она открыла клюв и каркнула:

— Большая часть меня здесь, лорд Артур, но некоторые фрагменты еще не прибыли. В действительности я полагаю, что несколько параграфов, формирующих мой хвост, еще падают с дождем и не смогут явиться еще в течение по меньшей мере часа.

— Не думаю, что у нас есть час, — сказал Артур. — Я был слишком самонадеян. Скамандрос предупреждал, что они смогут выследить любые чары, которые я сотворю. Я просто не подумал, что позвать тебя — это тоже считается.

— Должно быть, Суббота поручила большому числу Жителей отслеживать малейшие следы чар, — сказало Волеизъявление. — Это странно, поскольку одновременно она собирает все силы для штурма Несравненных Садов. Если нам повезет, битва вскоре начнется, и это послужит отвлекающим маневром. В любом случае, сейчас мы глубоко под полом, и ее слуги не решатся отправиться в эти края.

— Зато Автоматы-Крысоловы решатся, — заметил Артур. — Скажи, ты можешь собрать себя из любого места этого озера?

— Ну да, — сказало Волеизъявление. — А что?

— Значит, займешься этим возле сухого берега. Мне нужно выбраться из воды. Я себя чувствую, словно по мне мамонт пробежался. Где здесь ближайший берег?

— Следуй за мной, — сказала голова ворона и поплыла прочь. Выглядело это жутковато — птичья голова и часть шеи движутся по поверхности воды без всякого видимого движителя.

Артур медленно и устало плыл следом, думая о Сьюзи и Листок. Он чувствовал, что в некотором роде оставил их в беде, но он сделал это не намеренно. Так просто сложились обстоятельства.

"Правда, это все равно не оправдание", мрачно подумал он. "Может, Сьюзи и в порядке, и ее просто захватили. И может быть, время все еще не движется для Листок. Ждать, пока Воля соберется вместе, а потом улепетывать в Цитадель — это трусливо… но что я еще могу сделать?".

Облака пара разошлись, открывая длинный каменный причал или платформу, поднимавшуюся всего на несколько сантиметров над водой. Артур втащил себя на нее и рухнул. Волеизъявление наблюдало за ним из воды, осторожно пробуя шевелить постепенно образующимся левым крылом.

Чуть-чуть полежав, Артур услышал звук, не похожий на размеренный шум и лязг паровых машин. Нечто гораздо более подозрительное — словно кто-то подметает пол, и одновременно с этим еле слышный топот ног и намек на посвистывание…

Он сел и взглянул вдоль причала. Свист казался очень тихим, но мальчик узнал его, и догадка подтвердилась, когда Острошерст возник из тумана. Крыс держал в одной руке небольшой арбалет, а за собой тащил полную чем-то сеть.

— Острошерст! — позвал Артур.

Взращенный Крыс подпрыгнул, уронил сеть и обеими лапами поднял арбалет.

— Лорд Артур! Что вы здесь делаете?

— Меня смыло в трубу. Но я рад тебя видеть. Мне как раз нужен совет. Эй, ты что делаешь?

Острошерст целился в него из арбалета, одновременно мотая головой. С ужасом и в то же время любопытством Артур заметил, что наконечник болта сделан из Бестелесного Стекла в виде бутылочки, содержащей крохотную каплю Пустоты.

— Мне очень жаль, лорд Артур. Хотелось бы мне, чтобы вас здесь не было! У меня строжайший приказ…

— Нет! — крикнул Артур.

Острошерст потянул скобу, и отравленный Пустотой болт устремился в грудь Артура.

Глава 18

У Артура не было времени принять решение или уклониться. Оно и не понадобилось. Без всякого сознательного решения он отклонился в сторону и поймал стрелу точно за середину. Бутылочка с Пустотой на конце осталась нетронутой.

Перехватив болт так, чтобы его можно было использовать в ближнем бою, Артур начал наступать на Острошерста, который поспешно натягивал арбалет, чтобы перезарядить его.

— Строжайший приказ, — причитал Крыс. — Застрелить любого, кто может вмешаться. Я не хочу вас убивать, но я обязан!

Артур остановился. Кое-что — несколько кое-чего — только что вышло из облаков пара. Шесть Автоматов-Крысоловов ощупывали усами дорогу, пробираясь по причалу.

Острошерст увидел выражение лица Артура и развернулся как раз в тот момент, когда первый Крысолов кинулся вперед. Крыс отшвырнул арбалет, схватил сеть и кинул ее в воду. Затем он попытался выхватить свой длинный нож, но сеть отняла все время, которое у него еще оставалось. Левая лапа Крысолова схватила его за горло и защелкнулась. Второй автомат, подскочив, обвил его тело бритвенно-острыми усами и сдавил.

Это была ошибка. Острошерст и без того был наверняка уже мертв, а усы разбили бутылочки с Пустотой, хранившиеся в делевянном ящичке на его спине. Пустота вырвалась наружу, и усы Крысолова тут же растворились. Автоматы загудели и завизжали в тревоге, но Пустота, словно ртуть, распространилась по их лапам и телам, уничтожая все, к чему прикасалась.

Через несколько секунд ни от Острошерста, ни от двух Автоматов-Крысоловов не осталось и следа. Пустота собралась в лужицу мрака и постепенно погрузилась в камень больверка, оставив в укрепленной материи Дома глубокий шрам.

Артур внимательно следил за оставшимися четырьмя автоматами, готовясь к атаке. Но они не стали нападать. Они махали усами, их центральные глаза светились, а затем все четверо повернулись и исчезли в теплом тумане.

— Поняли, что ты не крыса, — пояснило Волеизъявление. У него теперь было уже два крыла, и оно прыгало по поверхности пруда, невзирая на отсутствие лап и хвоста. — Это удачно. По-моему, у них обычно проблемы с распознаванием добычи.

— Бедняга Острошерст, — сказал Артур. — Он же не хотел в меня стрелять. По крайней мере, именно в меня. Что он бросил в озеро?

— Сейчас посмотрю, — Волеизъявление скользнуло по воде и притащило Артуру в клюве плавающую сеть. Артур сел на край пристани, спустив ноги в воду. Ботинки с него все равно слетели сами во время спуска, а комбинезон истрепался в клочья, открывая колени и локти. Пояс, впрочем, очень удачно остался на месте, и Артур похлопал по кошелю, в котором лежали Ключ, медальон Морехода и Слоненок.

— Это магические предметы, — сообщило Волеизъявление, кладя сеть рядом с Артуром. — Я не знаю их предназначения.

Артур взял сеть. Внутри лежали три больших стеклянных поплавка. Красный, синий и зеленый. По виду они были изготовлены из того же самого стекла, что и Одновременные бутылки.

— Он кинул это в воду даже при том, что из-за этого не успел вытащить оружие. Значит, это что-то очень важное.

— Значит, нам следует кинуть их обратно в воду, — решило Волеизъявление. — Из уважения к его последней воле.

— Что? — не понял Артур. Такого поведения он никак не ожидал от любой части Волеизъявления.

— Нам следует кинуть их обратно в воду, — повторил ворон. — Из уважения. Прости, только что прибыл текст для одного из моих хвостовых перьев. Буду через минутку.

Он оставил Артура держать сеть и устремился к водопаду, вытекающему из трубы.

Артур поднял красный поплавок и осмотрел. Он не выглядел особо волшебным.

Какое-то время Артур держал поплавки в руках, но думал при этом о том, что его мать когда-то объясняла его сестре Михаэли, не зная, что он тоже слышит. Никогда нет единственно и полностью правильного решения. Все, что ты можешь делать — уважать то, во что веришь, принимать последствия своих действий и выбирать наилучший вариант в имеющихся обстоятельствах.

— Я об этом точно еще пожалею, — вслух сказал он и бросил поплавки обратно в воду. Они немного побултыхались у его ног, а затем вдруг поплыли прочь, так медленно, что он даже не понял, то ли у них какой-то внутренний двигатель, то ли здесь просто есть течение.

Артур следил взглядом за уплывающими поплавками и размышлял, что делать дальше. Ему по-прежнему было больно — кроме физических повреждений, его мучил тяжкий груз вины.

"Нужно было сказать Сьюзи, чтобы она плыла со мной. Я не подумал. Я был слишком самоуверен. Нет, хватит сетовать. Что было, то было. Просто нужно теперь ее спасти. Мне так и так придется бросить вызов Субботе ради Ключа. Но у нее слишком много чародеев. Значит, нужно вернуться и привести Армию. Или Первую Даму, или Третью, или какую там. Короче, нужны остальные Ключи. Но если я так поступлю, это займет много времени…".

Волеизъявление, скользя по воде на одной лапе, вернулось через пару минут, когда Артур еще сражался со своей совестью, страхами и не до конца сформированными планами.

— Почти готово! — сообщило оно. — Осталась только часть лапы и хвостовое перо!

— Ну и хорошо — сказал Артур. — Как только закончишь, думаю, нам лучше будет вернуться в Цитадель…

Он осекся и насторожился.

— Что такое? — спросило Волеизъявление. Оно укладывало перья на крыле клювом.

— Паровые машины. Они стали словно бы ближе.

Он встал и покрутился в разные стороны.

— Ближе и с другой стороны.

Птица закончила прихорашиваться и посмотрела на воду блестящими черными глазами-бусинами.

— Пароход, — решил Артур. — Или несколько. Вот что я слышу.

— А я их вижу, — сказало Волеизъявление. — Вон, смотри! Их восемь.

Артур уставился вдаль. Там клубился дым и пар, но, даже ничего не видя, он слышал ритмичный шум двигателей и плеск воды, рассекаемой кораблями. Наконец из тумана выдвинулся острый нос, и мальчик увидел пароход Взращенных Крыс, а на его палубе — ряд за рядом солдат-новопустов.

— Дудочник! — воскликнул Артур. — Нужно сматываться отсюда!

— Столько магии! — произнесло Волеизъявление. — Суббота просто обязана отреагировать в любой момент!

— Думаю, она уже начала, — Артур указал на дымные облака над их головами. Над кораблями начало формироваться огромное огненное кольцо, кольцо размером со стадион, метров пятьсот в диаметре. Языки пламени срывались с него вниз, поначалу небольшие, словно огненный дождь, но они начали быстро увеличиваться и, судя по тому, что их цвет сменился с желто-красного на сине-белый, раскаляться. Корабли в ответ прибавили ходу. Они направлялись точно к тому причалу, где стоял Артур, их трубы извергали дым, а машины работали на пределе мощности.

— Они собираются причалить прямо сюда! — сказал Артур. — У тебя все готово?

— Не вполне, — спокойно ответил ворон. — Последний абзац, коротенький, но важный, он станет маховым пером…

— Побыстрее, — поторопил Артур. Корабли приближались, и огненное кольцо двигалось вместе с ними, а огненный шторм становился все яростнее.

Но он не мог поджечь корабли и даже, как заметил Артур, не задевал солдат-новопустов на палубах. Дождь соскальзывал с невидимой преграды, раскинутой над мачтами и вантами кораблей — чародейского щита который пока успешно сопротивлялся атакам Субботы.

"А у нас такой защиты нет", осознал Артур. "Огонь уже слишком близко…".

Он уже ощущал на лице жар пламенного дождя. Его языки раскалились до такой степени, что погружались в воду на метр с лишним, прежде чем погаснуть. Их огонь горел намного дольше, чем должен был.

— Теперь все готово? — резко бросил Артур. — Нужно бежать!

— Почти, почти, почти все, — пропел ворон.

Огненные капли шипели в воде уже в трех метрах от них. Корабли, идущие на полном ходу, пока еще приблизились только на триста метров. Кто-то из солдат указал в сторону Артура, и в воздухе засвистели стрелы, метко нацеленные, но неспособные преодолеть огненный шторм.

— Готово, — сказал ворон. Он взлетел и уселся Артуру на плечо. — Завершено. Я Шестая часть Волеизъявления…

Мальчик не стал слушать дальше. Он повернулся и кинулся бежать вдоль причала как мог быстро. Пламя уже падало на камни за его спиной. А еще там звучали гудки пароходов и боевые кличи новопустов, хорошо знакомые ему по битвам в Великом Лабиринте.

И сквозь весь этот шум, сквозь грохот машин, вопли гудков, шипение и рев огненного шторма и вопли, пробивался еще один звук. Чистый и ясный звук, прекрасный и ужасный. Дудочник взялся за свою дудку.

— А, — сказал ворон. — Проблемный третий сын Зодчей.

— Проблемный! — фыркнул Артур. — Он намного хуже.

Пристань уперлась в сплошную каменную стену. Артур тупо смотрел на нее где-то секунду, затем поспешно начал искать странно выглядящие выпуклости на камне. Такая быстро нашлась, он нажал на нее и ворвался внутрь, едва замаскированная под скалу дверь открылась.

Пещера за дверью оказалась складом оборудования, на ее стенах располагалось множество инструментов, которые в другое время заинтересовали бы Артура. Сейчас, с армией Дудочника за спиной, он едва их заметил.

— Как запереть дверь? — спросил он у Волеизъявления, как только увидел, что отсюда есть другой выход.

— Совершенно не имею понятия.

— Ты сидел здесь десять тысяч лет! Что, ничего не узнал?

— Возможности моего обзора были крайне ограничены, — пояснил ворон. — Не говоря уже о раздробленности точек зрения.

Артур схватил несколько длинных железных шестов и упер их в пол и в дверь, а затем пнул так, чтобы они утвердились.

— Этого на пару минут хватит. Пошли!

— Куда мы направляемся? — спросило Волеизъявление.

— Подальше отсюда, для начала, — Артур открыл дальнюю дверь и оказался на винтовой лестнице из кованого железа, украшенной позолоченными розетками. — Дудочнику понадобится время, чтобы высадить всю армию, но он наверняка разошлет разведчиков, а Суббота отправит сюда свои войска. Я хочу держаться подальше от них обоих.

— Суббота, вполне возможно, занята наверху, — сказало Волеизъявление. — Ее башня достигла нижней части Несравненных Садов, и Драсили больше не растут.

Артур поскакал по лестнице вверх через три ступеньки. Ворон летел над ним, периодически присаживаясь ему на голову.

— Зачем ей так нужно в Несравненные Сады? — спросил Артур на бегу.

— Несравненные Сады были первым, что сотворила Зодчая, а значит, падут последними, — каркнул ворон. — Но кроме этого, Суббота верит, что именно ей всегда следовало править там. Она завидует Воскресенью и желает свергнуть его.

— Даже если для этого потребуется уничтожить Дом? — спросил Артур. Лестница вилась между проходами-помостами вроде того, на котором они со Сьюзи оказались, выйдя из навуходоносора.

"Отсюда было бы так легко ступить на Невероятную Лестницу", подумал он. "Я и так поднимаюсь по ступенькам, так что очень просто представить…".

— Она верит, что Несравненные Сады устоят, даже если остальной Дом обрушится в Пустоту. Возможно, она даже права. Уничтожение нижних регионов Дома было единственным способом остановить рост Драсилей.

— Значит, она туда попадет? Лорд Воскресенье сможет ее остановить?

— Мне неизвестны нынешние возможности Воскресенья, — ответило Волеизъявление. — Как и его намерения. Нам следует отыскать и освободить Седьмую часть, чтобы узнать это. Но вначале, разумеется, тебе нужно потребовать Шестой Ключ у Субботы, самопровозглашенного Превосходного Чародея.

— Это я знаю. Но вот как мне это сделать?

— Где есть Воля, там отыщется и…

— Замолчи уже! — оборвал Артур. — Устал это слышать.

— О? — удивилось Волеизъявление. — Ты это уже слышал? Прошу прощения.

— А как насчет чего-то более конкретного? — спросил Артур. — Вроде плана, или какого-то разумного совета для разнообразия?

— Хмм, — протянул ворон. — Похоже, мои меньшие части не слишком угодили тебе?

— Не совсем. Какие-то из них лучше, чем другие. Да когда уже кончится эта лестница!

— Вообще-то у меня есть план, — сказало Волеизъявление еще через полсотни ступенек.

— Ну хорошо, что у тебя? — Артур даже не запыхался после всей этой лестницы. Он еще не до конца в это верил.

— Твоя подруга, дитя Дудочника, ты ведь хочешь ее спасти?

— Ну да, — сказал Артур.

"Если Сьюзи еще жива…".

Он резко остановился, и ворон чуть не врезался ему в лицо, но все же сумел сесть на плечо.

— Ты точно часть Волеизъявления? Все остальные как-то не очень преисполнены заботой о… да вообще ни о чем, если честно.

— Это часть моего плана, — заверило Волеизъявление. — Видишь ли, будучи рассеянным в дожде, мне приходилось посещать множество уголков и закоулков, куда редко заглядывает кто-либо еще. Включая подвесные клетки, куда заключают пленников.

— Подвесные клетки? — Артуру не понравилось, как это прозвучало.

— Ну да, — энергично подтвердил ворон. — Смотри. На южной и западной сторонах башни находятся большие подъемные устройства и все такое. Северная сторона совершенно ровная и пустынная, уж не знаю, почему. Но на восточной стороне множество небольших выступов, платформ, балкончиков, пристроек и тому подобного. Ближе к вершине, в районе этажа 61620, находится собственная башенка Внутренних Аудиторов, она выступает наружу метров на пятнадцать, и с этой башенки они свешивают клетки с заключенными. Твоя подруга, скорее всего, сейчас там. Если, конечно, Искусные Медлители не убили ее на месте. Они жестокие твари, и эти их отравленные Пустотой кинжалы…

— Будем считать, что она жива, — прервал Артур. Затем помолчал и добавил:

— Я хочу ее спасти, но как нам добраться до этих клеток и не привлечь внимание Внутренних Аудиторов? Там наверняка будет битва, а может, и две…

— Это нам только на руку. Но что до способа туда добраться, то он прост. Мы замаскируемся под Помывочного Надзирателя.

— Мы? — переспросил Артур. — Под одного Помывочного Надзирателя?

— Ну да, — радостно каркнул ворон. — Ты почти достаточно высок, чтобы сойти за низенького Помывочного Надзирателя, а я могу превратиться в твою маску.

— Но для начала, с какой стати Помывочным Надзирателям вообще туда подниматься?

Артур поежился, вспоминая закрытые золотыми масками лица Надзирателей, которые когда-то промыли ему голову, временно стерев почти все воспоминания.

— Потому что они — Внутренние Аудиторы, — пояснило Волеизъявление. — В смысле, все Помывочные Надзиратели суть Внутренние Аудиторы, но не все Внутренние Аудиторы суть Помывочные Надзиратели.

— Хочешь сказать, они работают на Субботу? Это она в ответе за то, что детям Дудочника стирают память?

— Да, да. Это все как-то связано с попытками отсрочить приход Законного Наследника. Или, если тебя вырубят, следующего, и еще следующего…

— Ну ладно. Итак, мы маскируемся под Помывочного Надзирателя, идем в кабинет Внутренних Аудиторов и спасаем Сьюзи из подвесной клетки. Но как это связано с захватом Ключа у Субботы? Или вообще с чем-нибудь еще?

— Ну, там не должно быть никаких Внутренних Аудиторов, — пояснил ворон. — Они ведь лучшие воины Субботы, так что они будут наверху, готовые проложить путь в Несравненные Сады. Как ты уже знаешь, это восточная сторона, и на ней будет тихо. Мы спасаем твою подругу, затем наблюдаем, как силы Дудочника сражаются с силами Субботы, а в подходящий момент ты открываешь лифт в Цитадель и впускаешь сюда свои собственные силы.

— Я не знаю, как открывать лифты.

— Это просто. Ну или будет просто, поскольку все чародеи Субботы, которые сторожат лифты, отвлекутся. А если нет, ты используешь Пятый Ключ, чтобы вытащить нас, мы перегруппируемся и вернемся назад тем же путем. Ну, как звучит?

— Сомнительно — сказал Артур. — Но эта штука с маскировкой может сработать. Если я смогу спасти Сьюзи, и мы втроем выберемся отсюда, этого будет достаточно на данный момент. Мне еще нужно вернуться на Землю. Мне там нужно кое-что важное…

— Забудь про Землю! — настоятельно произнес ворон. — С Землей все будет в порядке. Сейчас о Доме нужно беспокоиться.

— А разве это не одно и то же? — спросил Артур. — В смысле, если рухнет Дом, рухнет все.

— Не-а, — ответил ворон. — Кто тебе такое сказал?

— Но… все… — пробормотал Артур. — Зодчая создала Дом и Второстепенные Царства…

— Типично для Жителей, — кивнул ворон. — Она создала большую часть Дома существенно после остальной вселенной. Держу пари, это Суббота ввела термин "Второстепенные Царства", скользкая девчонка. Зодчая создала Дом, чтобы наблюдать и фиксировать события Вселенной, потому что это было интересно. Никак не наоборот.

— Большую часть Дома, — протянул Артур. — Ты сказал "большую часть Дома".

— Ну да, Несравненные Сады первыми вышли из Пустоты.

— Так значит, это они — эпицентр Вселенной? А что будет, если Несравненные Сады будут уничтожены?

— Все рухнет, конец творения, тушите свет.

— Ну, значит, мне говорили, в сущности, правду, — подытожил Артур. — Просто получается, что пока существует последняя часть Дома — первая часть — будет жить и остальная вселенная.

— Я так полагаю, — согласился ворон. — Если говорить технически. Это дверь там?

Он полетел вперед, сквозь середину спиральной лестницы. Артур следовал за ним медленнее, погрузившись в мысли.

Глава 19

— Стой! Не открывай! — крикнул Артур, но было поздно. Ворон вскочил на ручку и нажал ее вниз, а затем клювом открыл дверь. Услышав слова Артура, он повернулся и взглянул на него, оставив дверь открытой.

— Что?

Артур добежал до проема и осторожно выглянул наружу, на мощеную площадь у подножия башни. Всего в метре от него стояли двое Добавочных Чародеев — к счастью, спиной к двери. А дальше вся площадь была буквально забита Жителями. Там их было не меньше двух тысяч, включая сотни Добавочных Чародеев и огромное множество полноправных чародеев разных рангов. Все — со сложенными, несмотря на дождь, зонтиками.

Все Жители стояли к Артуру спиной. Они смотрели на огромную железную платформу возле самой башни. Размером с футбольное поле, она возвышалась метра на четыре. Ее сковали из многих тысяч стальных плит, и она напоминала палубу старого военного корабля, если, конечно, с него убрать борта и все надстройки.

Платформа стояла на четырехметровых бронзовых колесах — по дюжине с каждой из двух сторон. По ее углам высились открытые башенки, набитые чародеями.

Но не платформа привлекала внимание Жителей на площади. Они глядели во все глаза на то, что стояло на платформе — конструкцию, напоминавшую гигантскую пулю. Цилиндр больше ста метров высотой, с нижней частью из цельной бронзы, верхняя же его часть представляла собой решетку из бронзовых прутьев, словно птичья клетка в стиле барокко. Решетчатая часть была разделена на восемь этажей с плетеными полами, как в корзине воздушного шара. Полы соединялись между собой лесенками, тянущимися по всей высоте цилиндра от сплошной "гильзы" до верха открытой части.

На вершине этой ракеты или чем она там была, угнездилась команда восьминогих автоматов, разминая щупальца. В воздухе вокруг них кружили, трепеща крыльями, десятки маслят, многие из которых держали какие-то блестящие металлические предметы.

Как и Жители, маслята смотрели вверх. Артур, не удержавшись, тоже посмотрел вверх, хотя в то же время слегка прикрыл дверь, чтобы его было труднее заметить.

Сморгнув каплю дождя, попавшую в глаз, Артур увидел силуэт столь черный, что это явно была оформленная Пустота. Он медленно опускался сквозь дождь на бронзовый цилиндр — так медленно, что поначалу казалось, будто он висит в воздухе сам по себе. Только приспособившись к мраку, Артур разглядел на его поверхности мерцающие линии Бестелесных веревок, при помощи которых несколько сотен летающих Жителей двигали этот предмет к бронзовой ракете.

Веревки светились ярко, но темный предмет больше беспокоил глаза Артура. Мальчик сразу понял, что перед ним: шип магически фиксированной Пустоты, вроде того, что использовал Дудочник, чтобы остановить перемещение квадратов Великого Лабиринта. Но этот был много-много больше, хотя тоньше и изящнее. Артур прикинул, что его высота не меньше тридцати метров, а заканчивался он невероятно тонким острием наверху.

Крылатые Жители выровняли шип с бронзовым решетчатым цилиндром. Затем откуда-то среди них раздался приказ, и все вместе отпустили веревки. Шип упал на оставшийся метр и был подхвачен автоматами, чьи щупальца окутывало нечто вроде защитного покрытия, которое заискрилось и засветилось от соприкосновения с Пустотой. Они чуть-чуть передвинули шип, поместив его в нужное положение, затем опустили на место. Тут же в дело вступили маслята, закрепив обруч из светящегося прозрачного материала — вероятно, Бестелесного Стекла — чтобы держать шип на месте наверху цилиндра.

— Устройство Субботы, чтобы пробиться сквозь пол Несравненных Садов, — произнесло Волеизъявление, на взгляд Артура — слишком громко. Мальчик прикрыл дверь и повернулся к ворону.

— Тебе нужно быть потише и поосторожнее, — прошептал он. — Там снаружи тысячи Жителей.

— Мне казалось, что я говорю тихо, — сказало Волеизъявление, чуть-чуть понизив голос. — Тысячи лет приходилось оставаться без тела. Трудно привыкнуть, что у тебя есть горло… и клюв.

— Ну так постарайся быть тише, — потребовал Артур.

— Хорошо, — каркнул ворон настолько тихо, что Артур едва его слышал. — Я только хочу сказать, что если это устройство Субботы для штурма Несравненных Садов, то, вероятнее всего, все эти Жители сейчас погрузятся на него. А когда они войдут, мы сможем выйти.

— Должно быть, это и есть штурмовой таран, о котором говорилось в приказах Элис. А это, значит, Внешний лифт номер один, или как там его.

— Неважно, как оно называется. Важно, что он скоро уедет. А чем быстрее Суббота вступит в бой с Воскресеньем, тем лучше будет для нас возможность пробраться на другую сторону башни.

— Хорошо, — Артур взглянул на свой порванный комбинезон и голые ноги. — Только нужно достать одежду.

— Без проблем, — сообщило Волеизъявление. Прежде чем Артур успел его остановить, ворон прыгнул к двери, приоткрыл ее и выскочил наружу, одновременно превратившись в маленького и чрезвычайно встрепанного масленка.

Мальчик увидел, как Волеизъявление что-то говорит ближайшему Жителю, ответ которого был настолько громок, что его мог слышать не только Артур, но и вообще все в радиусе двадцати метров.

— Ты уверен? Вызывали меня, по имени? Воксрот?

— Да, — сказало Волеизъявление. — Именно так. Воксрот. Зайдите сюда.

Артур прижался спиной к стене и пожелал, чтобы ему раньше пришла в голову мысль выработать для Волеизъявления какие-то четкие правила. Он сейчас остался даже без разводного ключа, и как раз раздумывал, сумеет ли он задушить Жителя или хотя бы достаточно сильно стукнуть его кулаком, как дверь распахнулась, и вошел Добавочный Чародей, за которым следовало Волеизъявление. Оно закрыло дверь за его спиной.

Добавочный посмотрел на Артура, тот поднял вначале обе руки, затем кулак. Поскольку Житель продолжал грустно смотреть на Артура, мальчик опустил руки и сказал:

— Мне нужно твое пальто, шляпа и ботинки. Дай их мне.

— Что? — спросил Житель. — Так ты не доставил мне письмо?

— Нет, — Артур ощутил подавленную ярость, снова поднимающуюся внутри. Это чувство всегда возникало, когда его воле противостояли незначительные существа. — Я Артур! Дай мне…

Раздался громкий стук, и Житель резко рухнул на землю. Ворон спрыгнул с его головы и уронил камешек, которым воспользовался для лучшего эффекта.

— И зачем ты с ним разговаривал? — спросил он. — Врезал бы ему сразу.

— Я так и собирался, — возразил Артур, нагибаясь, чтобы снять с бесчувственного Жителя пальто. — Просто он выглядел таким печальным и жалким.

Пальто и ботинки сами подогнались по размеру, когда Артур их надел, но они и так неплохо подходили. Артур осмотрел себя и подумал, не стал ли он еще выше, может быть, даже за последние несколько минут, потому что ему нужно было выглядеть как Житель. Если Волеизъявление решило, что он может сойти за Помывочного Надзирателя, значит, в нем сейчас почти два метра роста. Почти сравнялся с братом Эриком — баскетболистом, понял мальчик, ощутив укол печали.

"Эрик, возможно, уже мертв. Он погибнет, когда на больницу сбросят бомбы и разрушат весь город. Я не должен был так сильно вырасти, пока не пройдут годы. Словно вся моя жизнь ускользает от меня… быстрее и быстрее… и я уже никогда не стану снова нормальным".

Он только-только закончил одеваться, сунул свою драгоценную сумочку в карман пальто и подобрал черный зонтик с пола, как дверь внезапно распахнулась. В мгновение ока Волеизъявление превратилось в одеяло и накрыло оглушенного Жителя на полу.

Внутрь заглянула чародейка с желтым зонтиком.

— Быстрее, придурок! — крикнула она на Артура. — Мы поднимаемся на штурмовой таран! Пошел!

Под ее взглядом Артур натянул шляпу на самые глаза, чтобы скрыть лицо, и попытался что-то придумать. Заметив, что он не двигается с места, та нахмурилась и взмахнула зонтиком.

— Некогда тебя дожидаться! Я про тебя сообщу немедленно. Воксрот, верно?

— Простите, — пробормотал Артур. Он двинулся в ее сторону, подумывая, что, возможно, имело бы смысл просто втащить ее внутрь и захлопнуть дверь, и тогда Волеизъявление сможет и ее пристукнуть камешком. Но многие другие чародеи уже выглядывали из-за ее спины, привлеченные криком. Так что вместо этого мальчик просто потопал из двери. Когда она захлопнулась за его спиной, он уловил мгновенное движение и внезапно ощутил, что Волеизъявление пролезло ему в рукав, превратившись во что-то вроде таракана.

Ожидающие снаружи Жители уже не стояли беспорядочной толпой, глазея на бронзовую ракету. Они выстроились в длинную очередь, извивающуюся туда-сюда по всей площади. Очередь уходила в штурмовой таран, Жители там карабкались по наружным лестницам цельной части и выстраивались на разных этажах.

Артур встал в конец очереди. Жительница перед ним, еще одна Добавочная Чародейка, оглянулась на него, но только испустила горестный вздох и шагнула вперед. Артур скопировал ее позу, волоча ноги и свесив голову почти на грудь, чтобы скрыть лицо шляпой.

Добираться до ракеты оказалось долго. У Артура было время, чтобы оценить количество чародеев, забирающихся в штурмовой таран. К тому моменту как все заберутся, решил он, там будет порядка пяти тысяч чародеев. И большинство из них — полноценные, кое-кто с серебряными и золотыми зонтиками, а это значит, что они с высоких этажей, которых он даже не видел. Наверху тарана (они, должно быть, были там с самого начала) стояли десятки Жителей в блестящих атласных цилиндрах Внутренних Аудиторов, точно такие же, как и те, кого Дудочник перебил в Скриптории Пятницы в Среднем Доме. Отряд Искусных Медлителей расположился на одном из средних этажей, они сидели у решетки и болтали ногами в воздухе.

Приблизившись к основанию тарана, Артур увидел, что там чародей с золотым зонтиком сверяет всех по списку. Но, что еще хуже, там еще стоял надменный Житель двух с лишним метров ростом, одетый в безупречный серебристый фрак, угольно-черные брюки и зеркального блеска туфли. На плечи он набросил серый плащ из семи накидок, а дождевые капли в радиусе метра от него сами собой исчезали с шипением.

"Это точно Закат Субботы", подумал Артур. "Он меня увидит… и тогда пять тысяч чародеев со мной расправятся".

Стараясь выглядеть непринужденно, Артур поднял руку и почесал нос. Частично прикрыв ладонью рот, он прошептал:

— Волеизъявление!

Белый таракан, на спинке которого красными буквами было написано "Воля", выполз из рукава на ладонь Артура.

— Думай мне. Не обязательно говорить.

— А, да. Я забыл. Там впереди Закат Субботы. Думаю, тебе нужно его отвлечь. Превратись во Взращенную Крысу, или что-нибудь еще, и убегай. А потом иди спасать Сьюзи, потому что у меня, похоже, нет возможности…

— Ты этого точно не знаешь. И потом, не думаю, что Закат Субботы сможет тебя учуять. Кругом и так полно чар, ему будет трудно принюхиваться. Эта бронзовая штука просто смердит магией, я уж не говорю о платформе, на которой она стоит. Двести пятьдесят чародеев исполнительного уровня готовятся прямо сейчас поднимать все это, знаешь ли. Просто смотри в пол.

— Но я все равно хочу, чтобы ты пошел и спас Сьюзи! Уходи сейчас, пока есть возможность.

— Нет, — ответило Волеизъявление. — Мое дело — найти Законного Наследника, и теперь, когда это сделано, я от тебя не отстану. Нам может даже подвернуться шанс с Ключом. Все, что угодно, может сейчас произойти. Внизу армия Дудочника, а наверху насекомые Воскресенья.

— Но я хочу, чтобы ты спас Сьюзи! Я приказываю тебе!

— Имя? — спросил чародей с золотым зонтиком.

Артур быстро опустил руку, и Волеизъявление спряталось в рукаве.

— Эээ, Воксрот, — пробормотал Артур.

— Во всем последний, — хмыкнул чародей. — По лестнице, и ищи там себе место.

Артур полез вверх, а чародей повернулся к Закату Субботы, который вставил в правый глаз монокль и смотрел на мостовую.

— Погрузка почти окончена, сэр.

— Очень вовремя, — ответил Закат. — Силы Дудочника закончили высадку и движутся вверх. Пусть им достанется Пол. Все равно они не поднимутся высоко по башне, а мы скоро окажемся в Садах.

— А они в самом деле столь прекрасны и удивительны, как говорят? — спросил чародей, тоже залезая на лестницу. Закат следовал за ним. Они были примерно метрах в пяти за Артуром, и мальчик слышал каждое слово.

— Скоро увидим, — ответил Закат. — Время начинать, я так думаю.

Держась за лестницу одной рукой, вторую он поднес ко рту рупором и крикнул, обращаясь к еще одному чародею с золотым зонтиком, стоявшему на страже в ближайшей башенке на платформе.

— Начинай подъем! До самого верха!

Глава 20

Добавочные Чародеи располагались в самом низу ракеты, прямо над сплошной частью. Сквозь плетеный пол Артур мог видеть металл. Он даже не хотел думать, что же скрыто внутри нижней части ракеты. Вероятно, какой-то движитель. Ясно, что штурмовой таран выстрелят в пол Несравненных Садов, а самое логичное, откуда это можно сделать — вершина башни.

Артуру повезло, что он поднялся на борт последним, потому что это значило, что ему досталось место возле самой решетки. Жители внутри стояли плечом к плечу, но он смог повернуться и глядеть наружу.

Чародеи вокруг Артура не разговаривали. Он смотрел сквозь прутья на тех, что стояли в угловой башенке на платформе внизу. Они устанавливали свои золотые и серебряные зонтики в отверстия в железном полу. Сделав это, чародеи повернули рукоятки зонтиков так, что получилось некое подобие пюпитров. Все одновременно положили на эти пюпитры открытые книги, и без какой-либо видимой или слышимой команды принялись писать там фазаньими перьями.

Артур ощутил силу в том, что они писали. От магии ему стало слегка плохо, и все тело зачесалось. Платформа медленно оторвалась от земли и начала подниматься вдоль стены башни.

Как только восхождение началось, Добавочные Чародеи тут же зашептались.

— Мы все умрем.

— И я первым.

— Нет, мы все умрем вместе.

— А может, и нет. Может, нас только жутко искалечит, а потом снова понизят.

— Ты, как всегда, во всем видишь светлую сторону, Ательберт.

— Вовсе нет. Лично я ожидаю, что меня убьют.

— Странно, что нас поставили сюда, вниз. Думал, нас первыми кинут в мясорубку.

— Не-а, толку нет ставить нас в первые ряды. Те громадные жучилы перекусывают таких, как мы, в один миг.

— Какие еще жучилы?

— Тихо! — рявкнул кто-то командным голосом из глубины рядов Жителей.

Артур поежился, ощутив новый выплеск силы со стороны пишущих Жителей в башенке, и платформа ускорила подъем. Он стоял на дальней от башни стороне и не мог видеть, насколько они уже поднялись, но, посмотрев вниз, решил, что лифт преодолел двести или триста этажей.

— А что это ты стал ниже, Воксрот? — спросил Житель из-за спины Артура.

— Добавочное понижение, — буркнул Артур.

Ответом было потрясенное молчание, а затем бормочущий голос:

— А я-то думал, что это мне туго пришлось. Понижение и смерть в жвалах жука в один день…

— А они тут оптимисты, не правда ли? — спросило Волеизъявление.

— Возможно, просто реалисты, — подумал в ответ Артур. — Есть предложения, что мне дальше делать?

— Жди нужного времени и высматривай возможности. Как только увидишь, пользуйся.

— Да уж, очень полезный совет.

— Чародеи с хорошим наружным обзором, приготовиться! — скомандовал голос изнутри, и эту команду повторили на всех этажах.

Жители по обе стороны Артура зашевелились и выставили свои сложенные зонтики наружу через решетку. Артур сделал так же, хотя и не понимал, зачем это.

— Приближаемся к уровню 61600, вершина сейчас 61850. Готовьтесь к контратаке. Если оно зеленое и светится, стреляйте!

— Воксрот, — прошептал Житель над ухом Артура. — Для лучевого уничтожения материи, начинать нужно с визуализации горящего уголька или острия пламени свечи? Я не помню точно…

— Эээ, без понятия, — пробормотал Артур. Он старался, чтобы его голос звучал тихо и жалко, как у настоящего Воксрота.

— Уголек, разумеется, — сказал Добавочный справа от Артура. — Ты вообще все, что ли, провалил?

— Почти все, — ответил левый. — Ооо! Что это? Уголек, уголек…

— Не спеши, — посоветовал Житель справа. — Это наша задача. С этой стороны, конечно.

Артур уставился сквозь решетку. Платформа поднимала ракету быстрее, чем он предполагал, почти так же быстро, как и цепь, на которой он уже ездил. Так что разглядеть, что творится снаружи, было трудно из-за воздуха, гудящего между прутьев, легкого покачивания ракеты и постоянных небольших перемещений Жителей.

В сотне метров над ними — все ближе и ближе — небо было расчерчено дымными следами. Внезапные искры вспыхивали там, как бесшумные фейерверки ярких цветов, гаснущие через пару секунд. Артур слышал только дыхание рядом стоящих Жителей и тихое гудение поднимающейся платформы.

Искрами стреляли тысячи крылатых Жителей, окруживших башню сплошным периметром на расстоянии несколько сот метров. Поначалу Артур не видел, куда они направляют свои бесшумные заклинания — столько в небе было дыма и света. Затем зеленое щупальце по меньшей мере сто двадцать метров длиной и не меньше трех метров толщиной хлестнуло из облаков и ударило летуна, поднявшегося слишком высоко. Щупальце щелкнуло, словно кнут; Артур и Жители поежились от этого звука и от вида разбитых крыльев Жителя. Удар, должно быть, серьезно покалечил и самого чародея: он — или она — упал вниз, как куль.

— Нас разнесет в щепки растение. Завидная судьба, — сказал один из соседей Артура.

— Не, — возразил другой. — Ветки в полукилометре над нами. Эту штуку выстрелят с вершины башни, вне пределов досягаемости растений, и мы пройдем сквозь щупальца, как горячий нож сквозь масляный торт. Ну, правда, после этого мы станем легкой добычей для жуков.

— Ни разу не видел масляного торта.

Артур вполуха слушал разговоры соседей. Он увидел, как ветвь снова атаковала, и опять вздрогнул от щелчка, хотя и знал, что он последует. Но Житель, утверждающий, что они не станут приближаться, оказался прав. Платформа замедлила подъем и теперь маневрировала в сторону. Артур почувствовал, что чародеи в башенках используют меньше магической энергии.

Платформа начала вращаться, Артур заметил это по изменившемуся полю зрения. Он увидел угол башни, а затем и всю ее сторону. Они поравнялись с вершиной, а земля скрылась из виду, до нее теперь было больше пяти километров.

Здесь, на вершине, башня была намного уже, чем на тех этажах, где Артур уже побывал. Последние пятнадцать этажей оказались всего пять кабинетов в длину и ширину. На самом верху, точно посередине, расположился один большой кабинет размером в четыре стандартных куба. Помимо железного каркаса, он еще располагал прозрачными хрустальными стенками и крышей из того же материала.

Кто-то стоял внутри этого хрустального кабинета и смотрел, как платформа и ракета медленно поворачивается к нему… к ней.

Превосходная Суббота. Это точно она. На вид в ней было не меньше двух с половиной метров, и Артур не мог разглядеть, то ли у нее сверкающие светлые волосы, то ли на ней металлический шлем. Доспехи на ней точно были — кираса из червонного золота, сияющая, словно закат, и поножи и наручи, изготовленные из пластин разных оттенков вечернего солнца.

Платформа поворачивалась так, чтобы дверь на нижнем этаже ракеты приблизилась к кабинету. Та самая дверь, рядом с которой стоял Артур. И через эту дверь явно собиралась войти Превосходная Суббота…

— Дорогу! Сделайте проход! — приказал командный голос. Жители нажали на Артура, раздвигаясь в стороны от двери. Он оказался еще плотнее прижат к своим соседям, когда от двери образовался проход к внутренней лестнице, ведущей на следующий этаж ракеты.

Какой-то Житель надавил Артуру прямо на лицо, но мальчик не протестовал. Он чуть сдвинулся вправо и заглянул в пятисантиметровый промежуток между плечами чародеев перед ним.

Превосходная Суббота прикоснулась к стенке своего кабинета, и хрусталь разлетелся тысячами огоньков, которые закружились в воздухе и соткались в сверкающие крылья. Крылья возлегли на ее плечи и дважды ударили по воздуху, когда она рванулась сквозь пустой воздух к проему между бронзовыми прутьями, служащему дверью ракеты. Суббота приземлилась там с грацией балерины и широким шагом пошла сквозь толпу, не глядя на Жителей, склонивших головы и пытающихся поклониться, несмотря на тесноту и множество столкновений.

— В ее руке! — позвало Волеизъявление. — Ключ. Ты мог бы воззвать к нему. Хотя, по зрелом размышлении, лучше пока не стоит…

— Вот уж точно, — подумал в ответ Артур. Он поднялся на цыпочки и вытянул шею, стремясь разглядеть, что у Субботы в руке. Это был не зонтик, по размерам оно даже до ножа не дотягивало, просто что-то тонкое и короткое…

"Это ручка", подумал Артур. "Перьевая ручка".

Он потерял из виду Ключ, да и саму Субботу, когда та взобралась по внутренней лестнице. Платформа поднялась еще метров на шесть или десять и, сдвинувшись в сторону, повисла над вершиной башни. Затем, после одновременного взмаха фазаньих перьев, платформа утвердилась на вершине со скрипом и скрежетом железа о железо. Через минуту наверх взобрались десятки автоматов, снизу прилетели маслята, и все они начали прикреплять платформу к башне.

Артур посмотрел вверх и по сторонам. Ему показалось, что до облаков остается еще метров триста, а щупальца, все еще щелкающие над головами, могли протягиваться примерно на сто метров вниз. Значит, остается где-то двести метров безопасного пространства. Вероятно, штурмовой таран нужно было поднять так близко к ним, чтобы у него был шанс пронзить пол Несравненных Садов.

Кто-то крикнул снизу. Посмотрев туда, Артур увидел, что маслята и автоматы скрываются под платформой.

— Закрепиться перед стартом! — приказал голос изнутри ракеты.

Жители вокруг Артура ухватились за прутья, а те, кто был внутри, уцепились друг за друга. Артур взялся покрепче за ближайший прут и подогнул колени.

— Поджечь синий фитиль! — приказал голос.

Артур не видел, что случилось после этого, но откуда-то из недр ракеты, словно извержение, внезапно выметнулся вертикальный фонтан раскаленных добела искр, который дошел до плетеного пола, но по каким-то причинам не зажег его.

— Пять… четыре… три… два… один! — выкрикнул голос. — Огонь!

Раздалось громкое сиплое шипение, и ничего больше.

— Огонь? — повторил голос уже менее командным тоном.

— Что происходит у вас внизу? — поинтересовался холодный, ясный женский голос, от которого по Артуру побежали мурашки. — Я что, должна сама все делать?

— Никак нет, миледи, — отозвался первый голос, теперь звучащий умоляюще. — Есть еще и второй фитиль. Я зажгу его собственноручно.

Через минуту вспыхнул новый поток искр.

— Пять… четыре… три… два… один… хм…

Страшная сила сотрясла ракету, все Жители попадали на колени. Артура кидало из стороны в сторону, он врезался в чародеев, стоящих по бокам, рукояти их зонтиков тыкали его в ребра и по ногам. Наружу вырвались клубы густого дыма, и ракета ринулась вверх с платформы, ускоряясь быстрее, чем Артур мог представить раньше.

Через четыре секунды он услышал жуткий щелчок щупальца, за которым последовали новые и новые.

Ракета содрогалась от каждого удара, и бронзовые решетки гудели, словно колокол. Но штурмовой таран не отклонялся от курса, приближаясь к подбрюшью Несравненных Садов.

— Готовьтесь к удару!

Для большинства Жителей предупреждение запоздало. Немногие оставались на ногах, и пол вокруг Артура напоминал какую-то безумную игру в Твистер.

Когда штурмовой таран врезался в цель, все взлетели к потолку и обрушились обратно. Артур ударялся со всех сторон о самые разнообразные комбинации локтей, коленей, наконечников и ручек зонтиков. Оставайся он человеком, то переломал бы все кости в теле и, вероятно, получил бы несколько колотых ранений.

Но он уже не был человеком, и сейчас это пришлось вдвойне кстати, потому что человеческому разуму пришлось бы сейчас так же туго, как и телу. Когда ракета погрузилась в пол Несравненных Садов, внутри резко потемнело. Несколько более способных Жителей заставили свои зонтики светиться цветным светом, все увидели, как сквозь прутья устремляется внутрь густая черная земля — земля, текущая, словно вода, стремясь потопить и задушить их.

— Оградите стороны! — крикнул кто-то. Несколько Жителей раскрыли зонтики и начали читать заклинания, слова которых словно пронзали голову Артура, хотя он и не чувствовал боли.

Зонтики и чары остановили поток земли. Ракеты начала замедляться, и взволнованные Жители внизу услышали радостные крики сверху. Затем ракета совсем остановилась, и вокруг не было ничего, кроме почвы.

— Верхний этаж прошел! — крикнул Житель сверху. — Мы прорвали пол!

— Вперед! — воскликнул кто-то другой. — К лестницам и навстречу победе!

Артур поднялся на ноги, сжимая зонтик. Едва он успел встать, как его снова сбила Жительница. Отчаянно вопя, она упала, сжимая обеими руками здоровенного зубастого червя, прыгнувшего из-за решетки. Червь был по крайней мере частично пустотником — в его открытой пасти вместо глотки виднелась лишь тьма Пустоты.

Мальчик ткнул червя наконечником зонта.

"Умри!", в ярости подумал он. "Тлеющий уголек… пламя свечи… что угодно, просто сдохни!".

Глава 21

Двухметровое пламя, яростное, белое, ударило в червя и охватило его целиком, не тронув Жительницу, которую он пытался сожрать. Ничтожную долю секунды она еще продолжала держать оставшийся от него пепел, затем тот разлетелся, она хлопнула в ладоши и сказала:

— Тьфу!

— Так значит, ты не провалил продвинутое огнеметание, — сказал кто-то другой. — И все же на чем-то срезался, став таким же, как и мы… ой! Еще один!

Языки пламени, жгучие искры и разряды ледяного холода устремились из множества зонтиков в сторону все новых и новых здоровенных червей, лезущих через решетку. Жители вопили, кричали и стреляли, многие из них уже пали жертвами отравленных Пустотой укусов червей, их удушающих колец или чар своих же товарищей.

— Наверх! Наверх! — проревел кто-то. — Нужно убраться отсюда! Это еще не битва!

— А уж я-то подумал было… — буркнул кто-то над ухом Артура, вбивая еще одного атакующего червя в землю, откуда тот выполз.

— Наверх!

Артур подчинился команде, отступая спиной вперед к лестнице. Жители за его спиной и Добавочные Чародеи по сторонам могли позволить себе повернуться к ней лицом, но черви продолжали наступать. Сжимающееся кольцо Жителей и постоянные магические атаки только и могли сдерживать их натиск.

В конце концов у подножия лестницы остались только Артур и еще четверо Жителей, отчаянно поливающие огнем бурлящее море червей, которое копошилось вокруг них.

— Мы не сможем подняться — как только один из нас полезет на лестницу, черви сожрут остальных! — сказал один из Жителей. — Вот знал, что все так закончится…

— Тихо! — рявкнул Артур. Червей было слишком много, а языки пламени могли убивать только пару-тройку за раз.

"Кругом и так настолько много чар", подумал он. "Наверняка никто не заметит еще чуточку".

Артур сунул левую руку в карман, продолжая отбиваться от червей зонтиком, но пока используя его просто как палку из металла и ткани. Он сунул два пальца в отверстие сумочки, в которой лежал Пятый Ключ, и коснулся холодной, гладкой поверхности стекла.

— Властью Пятого Ключа, — прошептал мальчик так тихо, что даже сам не слышал себя из-за омерзительного звука, который издавали горящие черви, — пусть все черви вокруг меня будут уничтожены. Пусть они сгинут, как будто их и не было!

Сверкнул ослепительный свет, сопровождаемый долгой чарующей нотой, и черви исчезли. Даже пепел и обугленные останки сгинули без следа, словно их никогда и не было.

— Ну вот, — сказал Артур. Теперь он слышал сверху крики, взрывы и шипение огненных и разрушительных чар. — Наверх!

Остальные Жители посмотрели на него, затем развернулись и взобрались по лестнице со скоростью, которую оценила бы Элис.

— Они боятся тебя сильнее, чем червей, — хмыкнуло Волеизъявление. Из рукава Артура вылетел семисантиметровый ворон, стремительно вырос и уселся мальчику на плечо. — Думаю, стоит чуть подождать перед подъемом. Она знает, что ты здесь.

— Что? Но я подумал, что тут столько магии…

— Не того рода, который даруется Ключами, — сказало Волеизъявление. — Но сейчас подходящий момент. Она занята защитниками Воскресенья. Мы нападем на нее, когда они закончат работу. До тех пор лучше подождать здесь.

— Здесь? — переспросил Артур. Словно в ответ на его слова, ракета содрогнулась, просела на метр, а ее пол слегка накренился.

— А может, и нет, — признал ворон. — Быстро наверх!

Артур проскочил лестницу, и другую, и третью, так, словно сам был ракетой.

Но дальше его продвижение замедлилось: он догнал цепочку Жителей. Те тоже карабкались изо всех сил, потому что ракета шаталась и смещалась. Посмотрев вниз, где полы еще были слабо освещены зонтиками погибших Жителей, Артур увидел, что там и тут от штурмового тарана отвалились некоторые части… или их оторвали.

— Быстрее! — крикнула Жительница перед Артуром. — Таран разваливается!

Взглянув вниз, она поспешно поправилась:

— В смысле, он падает обратно вниз!

Артур тоже взглянул вниз. Нижних этажей ракеты больше не было. Вместо них осталась только грубая дыра в земле шириной в ракету, и в ней клубились облака. Далеко внизу виднелось туманное зеленое пятно — вершина башни.

— Быстрее! — взвизгнула Жительница, и все поспешили наверх, а под ними все новые куски отваливались от ракеты и падали в дыру, чтобы упасть на башню или проделать еще более долгий путь — все семь с лишним километров до пола Верхнего Дома.

Артур выскочил на верхний этаж тарана, как пузырь воздуха со дна ванны. Пустотный бур исчез, выполнив свое предназначение — пробив дорогу сквозь пол Несравненных Садов. Вот только он не совсем пробился насквозь, или, может быть, ракета немного не дотянула. Артур быстро огляделся, моргая от мягкого, теплого солнечного света. Верхняя площадка тарана оказалась на семь метров ниже края дыры, проделанной буром. Кто-то выдрал несколько внутренних лестниц ракеты и поставил их к земляной стене. Судя по крикам и шуму, именно туда, наверх, все и ушли.

Пол просел под ногами Артура сразу на несколько метров. Он рванулся к лестнице и сразу прыгнул до ее середины. Пока пол опускался, Артур изо всех сил лез вверх, хватаясь за каждую четвертую перекладину. В трех перекладинах от верха он прыгнул, вложив в это движение силу и энергию олимпийского призера. Волеизъявление тоже помогло, ухватив его за голову и отчаянно работая крыльями.

И он едва успел — упал на край отверстия, наполовину повиснув на нем, хватаясь за мягкий зеленый дерн, грозивший в любой момент поддаться. Пока он карабкался вперед, к безопасности, остатки штурмового тарана вместе с дюжиной невезучих Жителей рухнули в бездну.

Артур еще не перевел дыхания, как его чуть не перекусили пополам гигантские удлиненные жвалы. Мальчик вовремя откатился в сторону и ткнул зонтиком в четырехметрового блестящего зеленого жука, нависающего над ним.

Жук схватил зонтик и раздробил его в щепки. Это была неплохая тактика против обычного чародея, но Артуру это только дало время достать из сумочки Пятый Ключ. Подняв его, мальчик сосредоточился, и жук, словно вывернувшись наизнанку, превратился в собственное зеркальное отражение. А затем пропал, став, как падающая звезда, крохотной точкой света.

Вокруг было полно жуков, но все они — довольно далеко. Артур воспользовался секундами передышки, чтобы оценить обстановку.

Он стоял на великолепном зеленом лугу с настоящей травой. Овальной формы, почти километр длиной, луг был окружен приземистой изгородью вереска и полевых цветов, а за ней поднимались величественные красно-желтые кроны осенних деревьев, за которыми уже ничего не было видно.

Примерно в сотне метров отсюда оказалось кольцо из серебряных крокетных воротцев, и именно там Суббота и остатки ее сил оборонялись от непрерывного потока жуков. От отверстия за спиной Артура до кольца вела длинная цепочка из тел Жителей, главным образом обезглавленных. Рядом с Артуром тела были навалены в кучу, так что он подбежал туда и укрылся за этой импровизированной стеной. Жуки за ним не погнались.

— С тобой все в порядке, — сказал голос возле колена Артура. Мальчик отпрянул в ужасе, когда понял, что на него хмуро смотрит голова Жителя. — Вот так всегда. Все хорошее достается другим, что с повышениями, что со всем прочим. Нам бы хоть победить, я так скажу. Мы побеждаем?

— Не знаю, — сказал Артур. Понять, что происходит, было трудно. Там оставалось еще не меньше тысячи чародеев, плюс сама Суббота. Они выстроили сплошное кольцо открытых зонтиков, и из-за этой защиты посылали огненные и разрушительные чары, взрывы и расколы, уничтожающую и трансформирующую магию. Но жуков было не меньше, они выхватывали чародеев из-за стены и разрывали их жвалами.

— Этот раунд за ней, — сообщило Волеизъявление. — Она использует силу Ключа в дополнение к обычным чарам. Смотри!

Суббота возвышалась среди своих воинов, и двое Жителей почти той же высоты стояли рядом с ней. Шестой Ключ она держала почти небрежно, как дирижер держит палочку. На глазах Артура она аккуратно написала что-то в воздухе. Строчка светящихся наклонных букв, сойдя с пера, образовала длинную ленту в воздухе.

Едва Суббота закончила писать и взмахнула ручкой, строка метнулась вперед поверх голов чародеев и вонзилась в жука, затем сквозь него в другого, и еще, и еще, словно это была нитка, следующая за иголкой умелой швеи. Все равно, попадала она в конечность, в голову или в панцирь, жук падал на землю и больше не двигался.

— Думаю, вот сейчас самое время, — сказало Волеизъявление. — Заяви свои права на Ключ. Он придет к тебе, когда ты позовешь.

— Но у нее еще толпа чародеев, и эти жуки дохнут, как… как мухи.

— Знаю, но что еще остается делать? Ты уже слышал, у меня плохо с составлением планов. И потом, она все равно нас засечет через пару секунд.

— Подумать. Нужно подумать, — пробормотал Артур. Он огляделся. Добыв Ключ, куда лучше пойти? До деревьев слишком далеко, и там могут обитать другие жуткие насекомые. А что за ними, он вообще не имел понятия. Не знал он и того, станет ли вмешиваться Лорд Воскресенье, и на чьей стороне.

Удар Субботы с помощью Шестого Ключа решил исход битвы за секунды. По меньшей мере половина жуков Воскресенья уже лежали мертвыми или обездвиженными вокруг кольца зонтиков. Еще многие падали сейчас, под смех чародеев Субботы.

— Она нас заметила, — констатировало Волеизъявление. — Прошу прощения. Наверное, не надо мне было так хлопать крыльями.

Суббота смотрела прямо на Артура, и вместе с ней — ее два спутника, Полдень и Закат.

Артур оглянулся и принял решение. Перекинув Пятый Ключ в левую руку, правую он поднял и провозгласил как можно громче:

— Я, Артур, помазанный Наследник Королевства, принимаю Шестой Ключ…

Молния сверкнула в руке Субботы. Она раздвоилась, пройдя сквозь Полдня и Заката, и снова разветвилась ко всем чародеям вокруг, а от них — к следующим.

Через секунду у нее было уже сто ветвей, а еще через секунду — тысяча. Чародеи умножали силу заклинания Субботы во много раз. И едва все ветви вышли за пределы круга чародеев, как объединились в молнию, во много раз сильнее, чем могла бы породить естественная гроза.

Молния ударила в Артура. Он поднял зеркало, стремясь отразить или отклонить ее, но удар был слишком силен. Мальчика сбило с ног и швырнуло на семь… десять метров… Волеизъявление каркало и вопило что-то сбоку.

Артур рухнул на землю на самом краю отверстия. Какую-то секунду он раскачивался на грани. Шляпа свалилась с его головы, а Волеизъявление тащило его за руку с такой силой, что из-под птичьих когтей показались капельки золотой крови, а крылья яростно молотили по воздуху.

— И вместе с ним власть над Верхним Домом, — кричал Артур, теряя равновесие. — Я принимаю его по праву крови и кости и состязания…

Он все-таки упал, но даже в падении продолжал кричать, и его голос донесся до Субботы и ее чародеев.

— Во имя правды, во имя завета, всем бедам наперекор!

Глава 22

Листок успела переправить двадцать человек, когда вернулась Мартина. Старая женщина не стала ничего объяснять, да и вообще говорить. Она просто появилась, когда Листок мрачно пыталась перегрузить одного из спящих на койку, и взялась за дело. Листок с благодарностью начала держать пациентов за ноги, пока Мартина поднимала их, обхватив под руками.

Через час они переправили в старую операционную уже пятьдесят человек, и Листок начала надеяться, что, возможно, им удастся спасти всех. Это была крохотная надежда, но даже она была лучше тусклой обреченности, которая совсем недавно холодной тяжестью давила ей на сердце.

Они везли пятьдесят первого, пятьдесят второго и пятьдесят третьего спящего, когда часы снова пошли.

— О нет! — ахнула Мартина, когда цифры на дисплее медленно, очень медленно сменились с 11.58 на 11.59.

— Оно все еще замедлено, — сказала Листок. — Время. Оно идет медленно. У нас есть больше минуты. Может быть, оно будет идти очень медленно, и мы еще успеем подняться…

Мартина с внезапной силой толкнула кровать вперед, сильнее, чем обычно, быстрее, чем было бы безопасно. Койка устремилась вдоль коридора и довольно громко врезалась в дальнюю стену. Мартина толкнула вперед и Листок, но девочка остановилась. Может быть, еще можно успеть подняться и перевезти еще нескольких спящих, хоть кого-то еще…

Часы показали 12.00.

Листок и Мартина кинулись вслед за кроватью.

— Артур, тебе лучше появиться и все исправить прямо сейчас! — крикнула Листок в потолок. — Ты не можешь позволить этому случиться!

Мартина повернула койку в сторону операционной. Листок всхлипнула, подавила плач и помогла толкать.

Они прошли полпути по коридору, когда земля затряслась и свет погас. Тряска продолжалась по меньшей мере минуту, раздавался грохот и лязг падающих предметов, на Листок упало несколько потолочных панелей.

Затем все стихло. Листок съежилась в темноте, возле койки, держась за руку Мартины. Она уже не могла думать, что делать дальше. Ее разум был парализован случившимся.

— Не могу поверить, что они это сделали, — проговорила она. — Артур не вернулся. А мы спасли только… так мало… Подумать только, спастись от Пятницы только затем, чтобы умереть здесь, даже не проснувшись…

— Мы не знаем точно, что случилось, — сказала Мартина хриплым незнакомым голосом. — Нужно выяснить.

Листок засмеялась — истерическим хихиканьем страха и тревоги, которое ей едва-едва удалось подавить. Пока она боролась с собой, постепенно загорелись зеленые аварийные огни, осветив лицо Мартины, наклонившейся к Листок.

— Прости, что я сбежала. Ты храбрее меня, ты знаешь?

— Разве? — спросила Листок. Она проглотила всхлип, который чуть не вырвался наружу. — Ты ведь вернулась.

— Да, — кивнула Мартина. — И я думаю, что Артур вернется тоже.

— Да уж лучше бы он так и сделал! — резко бросила Листок. Она поднялась и осмотрела троих спящих. С ними все было в порядке, их только слегка припорошило пылью и кусочками потолочной панели.

— Слышишь, Артур? — произнесла Листок, глядя на обнажившиеся провода над своей головой. — Ты должен вернуться и все исправить! Ты… ты должен вернуться!

Content

Никс Гарт Превосходная Суббота

Никс Гарт Превосходная Суббота

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22