Питер Чейни

Ночной клуб

Peter Cheyney: “Night Club”, aka “Dressed to Kill”, 1945

Перевод: Э. А. Гюннер

Глава 1

Встревоженный джентльмен

Руфус Гаунт не успел запереть дверь своей конторы, как полил дождь. Задержавшись у входа, он поднял воротник плаща, не без удовольствия наблюдая за ладной фигуркой Джозефин Дарк, спешившей к автобусной остановке: девушка наклонилась вперед, стараясь противостоять порывам ветра, который нагло теребил ее юбку, бесцеремонно стараясь приоткрыть пару точеных ножек.

Гаунт нащупал в кармане портсигар, достал сигарету и прикурил от зажигалки, пряча язычок пламени в ладонях от ветра. Кинул взгляд на часы со светящимся циферблатом. Они показывали двадцать два пятнадцать. Четверть часа назад в его контору позвонил Зонас. Трубку подняла Джозефин, которая, справившись у шефа, сказала, что мистер Гаунт посетит мистера Зонаса в «Серебряном Кольце» в одиннадцать. Шагая по мокрому асфальту тротуара, Гаунт не без злорадства подумал, что Зонасу предстоит поволноваться лишние четверть часа. Нервничающим клиентам, звонящим частному детективу среди ночи, ожидание идет на пользу: они становятся куда сговорчивее при обсуждении вопроса о гонораре.

На углу он остановился в защищенном от дождя месте и стал ждать такси.

Руфусу Гаунту было тридцать восемь лет. Это был крепкий мужчина шести футов ростом, широкий в плечах и узкий в талии, с удлиненным лицом и большими карими глазами, в которых нередко вспыхивали насмешливые огоньки. У него был квадратный, слегка выдающийся вперед подбородок, рот с иронически опущенными уголками губ и нос с горбинкой. Его лицо привлекало к себе внимание: мужчины в основном обращали внимание на подбородок, женщины — на рот.

Поджидая такси, он думал о Зонасе. Почему тот так нервничал? Судя по тому, что было известно Гаунту о дедах Мариоса Зонаса, в Уэст-Энде трудно было найти делового человека, имевшего меньше оснований тревожиться. Разве что в дело замешана женщина… Эта мысль вызвала на его лице усмешку. А потом он подумал о Рикете.

Вот кто мог знать кое-что о Зонасе! Когда Гаунт видел последний раз инспектора Скотланд-Ярда Рикета, тот упомянул в разговоре его имя.

Речь шла о ночных клубах Зонаса, в частности о «Серебряном Кольце»…

Такси вынырнуло из-за угла неожиданно. Гаунт остановил его и назвал водителю адрес клуба «Калво», в котором Рикет часто бывал по вечерам. Откинувшись на спинку сиденья, он закурил сигарету и расслабился, прищурив глаза. Через пять минут такси остановилось на Беркли-плейс. Гаунт поднялся на третий этаж, отворил знакомую дверь и оказался в узком холле. Сидевший за столом управляющий улыбнулся частному детективу.

— Рад вас видеть здесь, мистер Гаунт.

— Добрый вечер! — Гаунт кинул управляющему. — Я ищу мистера Рикета. Он здесь?

Управляющий кисло усмехнулся.

— Здесь. И не рискует потеряться в толпе. Кто в наше время посещает клубы? Люди, у которых нет денег, и полицейские, отпугивающие тех, у кого деньги водятся.

— Веселые дела, ничего не скажешь! — сочувственно заметил Гаунт.

Он прошел через холл к задрапированному входу в противоположной стене, откинул портьеру и оказался в зале. И сразу увидел Рикета. Детектив-инспектор стоял у стойки и разговаривал с каким-то мужчиной в коричневом костюме, цвет лица которого свидетельствовал, что сегодня вечером он не терял напрасно времени. Рикет тоже заметил Гаунта. Детектив заказал выпивку. Поставив свой стакан на уединенный столик в углу зала, он сел и стал ждать.

Ожидание продлилось не более трех минут: Рикет, увидев Гаунта, поспешил отделаться от своего изрядно захмелевшего собеседника и с кружкой немецкого пива в руке направился к столику частного детектива.

— Привет, Руфус, — сказал он, занимая место напротив Гаунта. — Как успехи на детективной стезе?

Гаунт усмехнулся.

— Детектив-инспектору Скотланд-Ярда надлежит знать все самому, — ответил он. — Ну, а инспектор Рикет, чем он занимается? Все еще щупает тех парней на ипподроме?

Рикет тоже улыбнулся и двумя пальцами извлек сигарету из протянутого ему Гаунтом портсигара.

— С этим делом покончено, — сказал он. — Ну, а зачем вы сюда пожаловали? Или опять кто-то кого-то шантажирует?

— Если б я знал, — ответил Гаунт безмятежно. — Вообще-то я ищу Зонаса. Он звонил мне сегодня вечером.

Инспектор пожал плечами.

— Неужели? — спросил он небрежно. Слишком небрежно. — И что же стряслось с Зонасом?

— Если бы я знал, — повторил Гаунт. — Однако Джозефин, моя секретарша, уверяет, что голос его звучал несколько испуганно.

Рикет без особого сочувствия покачал головой.

— Да, скверно, должно быть, обстоят дела, если Зонас перепугался, — заметил он и, закурив сигарету, которую держал в руке, бросил на Гаунта взгляд над пламенем спички. — Послушайте, Руфус, вы не раз имели возможность убедиться, что я отношусь к вам вполне доброжелательно, хотя вы и ухитрились пару раз заставить меня таскать для вас каштаны из огня. Вспомните хотя бы тот последний процесс, который не принес мне особой славы. Так вот, я не хотел бы, чтобы вы еще раз совершили серьезную ошибку и влипли в скверную историю.

Гаунт недоуменно взглянул на инспектора.

— Серьезную ошибку? Что вы имеете в виду, Рикет?

— Я должен вам напомнить. Надеюсь, вы не забыли дело Стэнфорда? Ярд расследовал его в прошлом году. У нас все было готово, мы собрали все материалы, и комиссар уже был готов дать мне распоряжение арестовать его. Что же делаете вы? В последний момент вы обеспечиваете ему алиби. Разумеется, это было фальшивое алиби, и вы прекрасно это звали. Однако оно спасло Стэнфорда от тюрьмы.

— Вы ошибаетесь, Рикет, — сказал Гаунт миролюбиво. — Стэнфорд не был виновен. И уж при всех условиях я не стал бы стряпать ему липовое алиби.

Рикет выдохнул струйку дыма.

— Ладно, ладно… Предположим, что я вам верю, Руфус. Однако я все же намерен кое-что сказать вам и очень хотел бы, чтобы вы постарались это запомнить, Гаунт… Любой частный детектив даже если он такой циник, как вы, найдет достаточно благоразумия, чтобы не восстанавливать против себя Скотланд-Ярд. Не забывайте, что у нас есть люди, которые только и ждут удобного случая, чтобы свести с вами счеты.

— Я понимаю вас, Рикет, — сказал Гаунт. — Но почему вы считаете, что я созрел для серьезной ошибки? Что предосудительное я делаю? Пришел в клуб, встретился с вами, пью, чтобы поправить свои нервы… И при чем тут Зонас?

Рикет допил свое пиво.

— Я не раскрою никакой тайны, если скажу, что уже полгода Зонас балансирует на грани между бизнесом легальным и бизнесом криминальным. Вы слышали о его делах в Манчестере?

— Нет, — ответил Гаунт без особых эмоций. — Но надеюсь, что вы мне о них расскажите.

— Он занялся игорными домами. Наиболее крупный из них он приобрел на окраине Манчестера. Такие же заведения есть у него в Бирмингеме, в Бристоле, в Глазго… Это только то, что мы знаем, но можно предположить, что всего их у него не менее десятка. Они закамуфлированы под ночные клубы, но развлекаются в них еще так… К нам поступило уже несколько жалоб. Посетители игорных заведений редко обращаюсь в полицию, но, видимо, Зонас сумел их достать, и они готовы скомпрометировать себя, лишь бы добраться до его шкуры!

Гаунт зевнул.

— Но ведь это периферия, дорогой Рикет. А меня интересует «Серебряное Кольцо».

— Ночной клуб «Серебряное Кольцо»… Это скверное место, Руфус. Я был бы рад, если бы это заведение прихлопнули.

— Однако, насколько мне известно, его посещают люди и из высших слоев общества, — возразил Гаунт. — Там очень неплохая кухня, выступают отличные артисты. Вы видели когда-нибудь программу кабаре в «Серебряном Кольце», Рикет?

— Не видел, — отрезал Рикет. — И вовсе не жажду этого. И вообще меня интересует не то, что происходит в этом клубе до часа ночи. Меня интересует, чем там занимаются с половины второго до четырех.

Гаунт молча раздавил в пепельнице окурок и тут же закурил следующую сигарету.

— И все же, почему вы завели разговор о Зонасе? — спросил Рикет.

Гаунт улыбнулся ему через стол.

— Видите ли, Рикет, возможно, мне придется работать на Зонаса. Вы сами понимаете, что он не стал бы звонить мне, чтобы поболтать о погоде…

— Мне без разницы, о чем он собирается говорить с вами.

— Послушайте, Рикет, не хотите ли вы сказать, что против Зонаса собираются возбудить дело? — посерьезнел Гаунт.

— Нам ни к чему спешить… — ответил Рикет с усмешкой. — Посмотрим, как будут развиваться события. Однако мне кажется, что этот твой Мариос Зонас сколотил организацию, рассчитывая, что она будет работать на него, но теперь она вынуждает его работать на нее. Словом, он выпустил джина из бутылки и не может загнать его обратно. Может быть, именно это и было причиной того, что, когда он говорил по телефону, его голос звучал испуганно.

Гаунт плотно сжал губы.

— Считаете, что он забрел так далеко, что уже не может повернуть назад?

— На то похоже. — Рикет поднялся со стула. — Будьте здоровы, Руфус. При случае я навещу вас. Ну, а вы… пожалуйста, не забывайте об осторожности!

* * *

Было почти двенадцать, когда Гаунт, расплатившись с водителем, вылез из такси в нижней части Риджент-стрит возле Боунтс-роуд. Дождь прекратился, но порывы ветра стали, казалось, еще сильнее. Гаунт прошел немного по Боунтс-роуд и, остановившись перед одним из домов, постучал в дверь. Минуту спустя в двери приоткрылось зарешеченное оконце, и чье-то лицо уставилось на частного детектива. Затем оконце захлопнулось, а дверь отворилась.

Гаунт оказался в довольно длинном коридоре. В конце его он зашел в кабину лифта и поднялся на третий этаж. Выходя из лифта, он услышал звуки весьма приличного оркестра, приглушенные тяжелыми бархатными драпировками.

Откинув портьеру, Гаунт прошел в холл, где девушка в униформе приняла у него плащ и шляпу, а затем через вращающуюся дверь проник на территорию «Серебряного Кольца».

Невысокий балкон, на котором оказался Гаунт, возвышался над полом фута на четыре, огибая зал. Здесь царил полумрак, скрывающий расставленные на балконе столики. Были слышны негромкие голоса тех, кто сидел за ними, позвякивание стекла. Лучи расположенных наверху прожекторов очерчивали светлый круг посреди зала. И в центре этого круга стояла девушка.

Неожиданно для себя Гаунт осознал, что улыбается. То, как Зонасу удавалось подбирать исключительно хорошеньких девушек, всегда вызывало у него недоумение. Но девушка, пение которой он слышал сейчас, была не просто хорошенькой. Перед ним была красавица.

Высокая и гибкая, она не была излишне худощавой — все положенные выпуклости находились на надлежащих местах. Тонкие черты исключительно красивого лица оттеняли каштановые, с золотым отливом волосы, контрастирующие с матовой, молочно-белой кожей. Девушка пела под приглушенные звуки оркестра, а Гаунт слушал, забыв, что держит в руках незажженную сигарету.

Когда девушка умолкла, в зале вспыхнул свет. Гаунт подозвал метрдотеля.

— Я — Руфус Гаунт, — сказал он. — Мистер Зонас ждет меня.

— Следуйте за мной, сэр.

Гаунт последовал за метрдотелем. Обогнув зал по правому крылу балкона, они вышли через боковой выход. В коридоре, где они оказались, метрдотель остановился у высокой двери напротив входа в зал.

— Сюда, сэр…

Гаунт нажал на дверную ручку и переступил порог. Он оказался в личном кабинете Зонаса. Хозяин сидел наискосок от двери за большим письменным столом орехового дерева, отсекающим угол оформленного в серо-черных тонах кабинета.

Мариосу Зонасу было лет сорок. Даже если бы Гаунт ничего не знал о нем, одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что перед ним сильный человек, привыкший любой ценой отстаивать свои интересы. И это впечатление было отнюдь не ложно. Его холодные голубые глаза поблескивали сталью; их узкий разрез и выдающиеся скулы придавали его лицу что-то азиатское. Его рука, белая, пухлая, холеная, свободно лежала на крышке стола; выбившийся из-под рукава манжет ослепительно-белой рубашки украшала бриллиантовая запонка величиной с фартинг.

Гаунт приблизился к столу, извлек из портсигара очередную сигарету, громко щелкнув крышкой, закурил и присел на край стола.

— Добрый вечер, мистер Зонас, — приветствовал он хозяина.

Зонас поднял глаза на вошедшего. Казалось, он с трудом пробуждается от глубокого сна. Он улыбнулся, но улыбка показалась Гаунту вымученной. Рука Зонаса, скользнув по поверхности стола, выдвинула ящик. На столе появились бутылка коньяка и два стакана. Пока Зонас готовил выпивку, Гаунт принес стул, стоявший у стены, и, поставив его у стола, напротив хозяина, сел. Зонас придвинул ему стакан с коньяком и заговорил. Грек по происхождению, он говорил на очень правильном английском языке, но медленно и негромко.

— Мистер Гаунт, я позвал вас к себе потому, что намерен сообщить вам нечто чрезвычайно важное. Я попрошу вас внимательно выслушать меня. Вам все понятно? — Гаунт кивнул.

— Вам следует рассказать мне все, мистер Зонас, подробно и ничего не скрывая. После этого я вам скажу, согласен ли я заняться вашим делом. В любом случае все, что вы мне скажете, останется между нами.

Он выпустил колечко дыма, внимательно наблюдая за своим собеседником.

— Хорошо. — Зонас коротко вздохнул. — Смысл того, что я намерен рассказать вам, можно выразить в двух словах: я боюсь, мистер Гаунт. Я чертовски боюсь.

— Весьма определенно и понятно, — кивнул Гаунт. — А теперь расскажите, кого вы боитесь.

Зонас откинулся на спинку кресла.

— Войдя в зал, — начал он, — вы, наверное, обратили внимание на выступавшую певицу. Миранда Грей — так ее зовут. Я много лет знал отца этой девушки и сохранил о нем добрую память. Как-то он выручил меня, когда я попал в серьезную передрягу, и я этого не забыл. Вот почему я счел нужным позаботиться о его дочери — взял ее сюда, кое-чему научил… У нее отличный голос, и она красива. И потом… я привязался к ней, мистер Гаунт. Надеюсь, вы меня понимаете?

— Вполне, — коротко ответил Гаунт.

— Полгода назад, — продолжал Зонас, — она пела в моем клубе в Манчестере. Там она встретила одного парня и влюбилась в него… или ей показалось, что она влюбилась. Я не препятствовал; более того, я дал работу и этому парню, потому что он нравился ей, и она заботилась о его будущем. Его зовут Лоример, Майкл Лоример. Парень показал, что он умеет работать. Сейчас он мой управляющий…

Зонас поднес к губам свой стакан и отпил маленький глоток коньяка.

— Лоример хорошо проявил себя в Манчестере, и я перевел его сюда, в Лондон. В его обязанности входил присмотр за всеми моими клубами. Я не хотел бы говорить вам об этом, но понимаю, что должен быть искренним с вами… Видите ли, в моих клубах поигрывают в азартные игры… так, совсем немного. Когда заканчивается программа кабаре и клуб закрывается, некоторые наши постоянные клиенты остаются… и играют. Ведь надо же нам делать деньги, мистер Гаунт. Так вот, Лоример присматривал за всем этим и контролировал выручку. Однако три месяца назад я обнаружил в отчетности кое-какие расхождения, которые мне совсем не понравились. Я позвал Лоримера и выложил ему все, считая, что это простая оплошность с его стороны. Однако ничего не изменилось. И теперь у меня есть все основания считать, что парень повел грязную игру.

Гаунт пожал плечами и закурил очередную сигарету от окурка предыдущей.

— Не могу понять, зачем вам понадобился детектив для решения такого вопроса, — сказал он. — Не думаю, чтобы вы нуждались в подсказках. Вышвырните его вон — и делу конец.

Зонас нервно потер руки.

— Не так все просто… — буркнул он. — Парень крутился возле меня полгода. За это время он мог узнать многое. И… он опасный человек, мистер Гаунт.

Гаунт прищурил один глаз.

— И это говорите мне вы, мистер Зонас? — Зонас снова поднес стакан к губам.

— Я решил, что мой долг — предупредить Миранду. Две недели назад я пытался поговорить с ней… Сказал, что ее увлечение Лоримером — серьезная ошибка, что он вовсе не тот человек, каким старается казаться. Более того, у меня есть основания полагать, что она рассказала Лоримеру о нашем разговоре. После этого со мной произошло несколько достаточно странных происшествий. В квартире, которую я снимаю, кто-то открыл газовый кран, не потрудившись зажечь газ. Это было ночью, когда я спал. К счастью, под утро зазвонил телефон, стоявший в моей спальне на прикроватном столике. Если бы не этот звонок, я, возможно, был бы уже покойником. У меня есть все основания полагать, что это дело рук Лоримера.

— Понятно… — Гаунт кивнул. — Итак, вы считаете, что он решил избавиться от вас. Но почему? Неужели ваш разговор с Мирандой Грей мог толкнуть его на столь решительные действия?

— И на этот вопрос я вам отвечу, — сказал Зонас. — За неделю или две до разговора с Мирандой я подумал, что было бы полезно навести справки о прошлом милейшего мистера Лоримера. И я кое-что узнал… Я не буду говорить, что именно, так как к нашему разговору это отношения не имеет. Однако я знаю немало лиц, не говоря уже о полиции, которая, получив эту информацию, предприняла бы действия, наверняка не доставившие бы радости Лоримеру. Боюсь, Лоримеру известно, что я располагаю такой информацией, и он не остановится ни перед чем, чтобы заставить меня умолкнуть навсегда.

Гаунт молча рассматривал выпущенное им дымовое кольцо.

— Хорошо, — сказал он наконец, — и чего же вы намерены потребовать от меня?

Рука Зонаса снова нырнула в ящик стола, но на этот раз вынула из него пачку банкнотов.

— Здесь пятьсот фунтов, — сказал он, переправляя деньги по полированной поверхности стола к частному детективу. — Я хочу, чтобы вы взяли на себя мою охрану. Завтра вечером у меня найдется свободное время. Если вы сможете прийти ко мне, я более подробно расскажу вам об этом.

Гаунт встал со стула.

— Ладно. Где и когда?

— В половине восьмого, если вас устроит это время. — Зонас тоже встал. Теперь он держался более свободно, чем несколько минут назад. — Я буду ждать вас у себя дома, в «Клиндейл Эпартментс» на Беркли-плейс.

— Я знаю, где это. Буду у вас в половине восьмого, — согласился Гаунт. — Всего доброго.

Сунув деньги во внутренний карман пиджака, он подошел к двери и открыл ее. Переступив порог, он чуть не столкнулся с девушкой, которая пела в зале, и широко улыбнулся ей.

— Добрый вечер, мисс Грей, — сказал он. — Очень рад возможности сказать вам, что вы отлично поете.

Его улыбка и комплимент не возымели, однако, ожидаемого действия. Когда девушка взглянула на него, ее рот был гневно сжат, а голубые глаза метали молнии.

— Вы мистер Гаунт? — резко спросила она. — Знаменитый Руфус Гаунт, частный детектив, а теперь, возможно, еще и новый телохранитель Зонаса?

Гаунт неслышно прикрыл дверь за своей спиной.

— А вы считаете, мисс Грей, что мистеру Зонасу не нужен новый телохранитель? — спросил он.

— Я ничего не считаю! — Она попыталась обойти Гаунта и приблизиться к двери за его спиной. — Но мне не нравится этот маленький заговор, который он плетет против Майкла. И я не собираюсь терпеть это.

— Вы не собираетесь это терпеть? — переспросил Гаунт с усмешкой. — И что же вы, позвольте вас спросить, намерены делать?

— Это мое дело, мистер Гаунт, — ответила она. — Но Зонасу следовало бы поберечься. Он перегибает палку.

Гаунт покачал головой.

— Я понимаю вас, — сказал он мягко. — Вам не нравится Зонас, верно?

Она взглянула ему в глаза.

— Ну… Он всегда говорил, что он мой друг и друг моего отца. Но теперь я начинаю узнавать о нем такие вещи… Поневоле начнешь думать, что все это время он только притворялся.

— Послушайте, — сказал Гаунт, — если вы так озабочены делами Лоримера, то почему бы вам не прийти ко мне, чтобы мы могли обо всем этом побеседовать? Завтра в пять часов я буду в своей конторе на Кендант-стрит. Так что, если вы располагаете временем… Или вы опасаетесь, что тем самым сунетесь в логово льва?

Она резко откинула голову.

— Я не боюсь ни вас, ни кого-либо другого, мистер Гаунт, — выпалила она. — Я только хочу, чтобы вы знали, что если Зонас… иди кто-нибудь другой попытается повесить на Майкла ложное обвинение, я пойду на все!

Гаунт улыбнулся.

— Полагаю, вы шли сюда, чтобы высказать все это Зонасу, не так ли? — сказал он. — Ну что ж, не буду вам мешать, мисс Грей. Спокойной ночи.

Глава 2

Девушка с пистолетом

Вошедшая в кабинет Гаунта Джозефин Дарк застала своего шефа в его любимой позе: он сидел в кресле у пылающего камина, поставив нога на каминную решетку, и безмятежно пускал кольца табачного дыма.

— В приемной Миранда Грей, — сказала Джозефин. — Она хочет видеть вас, хотя по выражению ее лица не скажешь, что эта девушка относится к вам с особой симпатией.

— Я удивился бы, если б дело обстояло иначе, — усмехнулся Гаунт. — Ну что ж, ведите ее сюда.

Он снял ноги с каминной решетки и перебрался за письменный стол.

В комнату вошла Миранда Грей. Руфусу Гаунту было достаточно одного взгляда, чтобы заметить очень элегантный и дорогой костюм, перчатки, едва прикрывавшие запястья, великолепный мех серебристой лисы на плечах девушки и очень маленькую ножку в серой туфельке на высоком каблучке.

Он поднялся из-за стола ей навстречу.

— Рад вас видеть, мисс Грей, — сказал он. — Садитесь, пожалуйста. Вот сигареты, а я сейчас позвоню, чтобы вам принесли чашечку чая.

Его рука коснулась кнопки у края стола.

— Благодарю вас, — сказала она. — Но я не…

— Не спешите отказываться, мисс Грей, — перебил ее Гаунт. — Послушайте… — Он широко улыбнулся. — Не кажется ли вам, что для дела будет лучше, если мы попытаемся стать друзьями? У вас хватило бы на это храбрости?

Она сбросила мех лисы с плеч, но от этого нисколько не проиграла. Детектив с удовольствием поглядывал на нее, стараясь вспомнить, видел ли он когда-нибудь столь же привлекательную девушку.

— Стать друзьями? Но разве такое возможно, мистер Гаунт?

В комнату вошла Джозефин Дарк и поднесла чай. Улыбающийся Гаунт, стоявший спиной к камину, подождал пока она вышла, а потом обратился к Миранде:

— Возможно ли нам стать друзьями? Но я не вижу ни одной причины, которая могла бы этому воспрепятствовать. Я понимаю, вы имеете в виду то, что я работаю на Зонаса, но одно не исключает другого. Видите ли, мисс Грей, можно выделить два типа частных детективов. Одни принимают за истину все, сказанное их клиентом. Детективы другого типа предпочитают сохранять трезвый ум и свободу своих суждений. Предположим, что мы оба, вы и я, раскроем карты. Как вы считаете, это поможет делу?

Казалось, такая постановка вопроса была для нее неожиданной. Подумав немного, она сказала:

— Ну… Может быть. И вообще вчера вечером я, по-видимому, совершенно напрасно нагрубила вам.

— О, это забыто, — сказал он дружелюбно. — Вам не следует думать об этом. Вы были раздражены, а вспышки гнева бывают у каждого. Кажется, и вы не являетесь исключением?

Девушка в первый раз улыбнулась. У нее были ровные белые зубы, что тоже не осталось незамеченным Гаунтом.

— К сожалению, это так, — призналась она. — Я легко завожусь, я знаю за собой этот недостаток. Но это никогда не длится долго.

— Это хорошо. Ну что ж, теперь мы знаем друг друга немного больше. Вы иногда даете волю раздражению, а я отношусь к детективам с трезвым умом. Итак, раскроем карты. Начнем с меня. Зонас познакомил меня с основными моментами этого дела, однако я вполне допускаю, что его толкование событий может быть односторонним. Он рассказал мне, что, работая в Манчестере, вы увлеклись Майклом. Зонас ради вас предоставил ему работу. Сравнительно недавно Зонас выясню, что кто-то основательно греет руки на игорном бизнесе, и заподозрил, что Лоример надувает его. Он не поленился проверить его прошлое и, видимо, пришел к выводу, что у парня основательно подмочена репутация. Зонас полагает, что Лоример дознался об этих его действиях, а потому может быть опасен. По словам Зонаса, уже было совершено покушение на его жизнь: кто-то ночью отвернул газовый кран в его квартире. В то же время Зонас боится попытаться отделаться от Лоримера, так как не исключено, что этот парень слишком много знает. Вот одна сторона дела — так его видит Зонас. Но вы, наверное, не со всем согласны и не во все это верите.

Девушка решительно сжала губы.

— Мистер Гаунт, все это ложь, мерзкая ложь! Ложь и сплетни! — убежденно заявила она. — Вы не знаете Майкла, а я знаю его отлично. Это чудесный человек! Мне ли этого не знать! Ведь я… я собираюсь выйти за него замуж. А теперь, я постараюсь показать вам другую сторону этой истории. Мистера Зонаса я знаю много лет и уже давно на него работаю. Я с детства хотела стать певицей, и мистер Зонас предоставил мне эту возможность. Он всегда выдавал себя за друга моего отца, и тогда у меня не было оснований не верить этому… Это теперь я ему не верю.

С Майклом я познакомилась, когда пела в Манчестере, в «Клубе Пиратов» — это заведение тоже принадлежит Зонасу. Мы начали встречаться. Как-то Зонас встретил меня с Майклом и стал расспрашивать меня о нем. Я не стала ничего скрывать. Сказала, что мы с Майклом любим друг друга. Мистер Зонас вроде бы отнесся к Майклу с участием. Он предложил Майклу работу в своем бизнесе, сказав, что так будет лучше для нас обоих. Я была уверена, что им движут самые хорошие чувства…

— А сейчас вы подозреваете, что он руководствовался какими-то скрытыми мотивами? — спросил с интересом Гаунт.

— Я не подозреваю, — ответила она. — Я уверена в этом. Теперь я убеждена, что Зонас взял Майкла в свой бизнес потому, что у парня не было никакого опыта работы в ночных клубах. Он ничего не смыслил в этом деле, и Зонас взял его в «Клуб Пиратов» менеджером. Ему просто был нужен молодой дурак, который бы принял на себя ответственность, если бы дела клуба пошли плохо или возник конфликт с полицией. Иначе эта ответственность легла бы на плечи Зонаса.

— Какую ответственность должен был принять на себя Майкл? — спросил детектив. Бросив окурок в огонь, он потянулся за следующей сигаретой.

— Я не знаю, — призналась она. — Но Майкл выяснит это. Выяснит и тогда скажет.

Гаунт кивнул головой. Следующие несколько минут он молча курил, размышляя о странном разговоре с Рикетом, состоявшемся вчера вечером. Не вышел ли случайно Лоример на то, что подозревал Рикет?

— Ну а вы что думаете по этому поводу? — спросил он наконец.

— Что я думаю? Но ведь я ничего не знаю. Я могу только предполагать, что в клубах Зонаса творится что-то незаконное. А Майкл… он оказался в сложном положении. С одной стороны, он верен интересам доверенного ему дела. Видимо, Майкл сказал Зонасу, что ему известно о его темных делах, в чем бы они там ни заключались, и предложил ему покончить с этим. Естественно, Зонаса это испугало… может быть, и не его одного. Его друзья и компаньоны тоже могут считать, что Майкл знает слишком много…

— Понятно… — протянул Гаунт. — Итак, вы считаете, что против Майкла организован заговор, на него хотят повесить ложное обвинение, а звонок Зонаса ко мне — это первый шаг в выполнении того плана, который они разработали?

Девушка кивнула головой.

— Я в этом уверена.

Прохаживающийся по комнате Гаунт остановился у окна и бросил взгляд на улицу. Уже совсем стемнело, и в свете, падающем от уличных фонарей, были видны струи лившего как из ведра дождя.

— А теперь ответьте мне на один вопрос, — сказал он. — Почему Лоример не пришел сюда с вами? Если то, что вы сказали, правда, то не считаете ли вы, что и Лоримеру следует раскрыть карты? У меня создалось впечатление, что в этом деле каждый замкнулся в свою скорлупу. Зонас чего-то боится, вы чего-то боитесь, ваш друг чего-то боится… И… и я, кажется, тоже боюсь.

Она улыбнулась, но в глазах ее была печаль.

— Мистер Гаунт, вы не производите впечатление человека, которого легко напугать. Чего можете бояться вы?

— Единственное, что вызывает у меня опасение, это то, что я не успею вовремя раскрыть это дело, — ответил он. — Если я не открою истину или доберусь до нее слишком поздно, произойдет непоправимое, а я не смогу ничего противопоставить ему… Но вы оставили без ответа мой вопрос — почему я не вижу сегодня здесь с вами Лоримера?

— По очень простой причине, — ответила она. — Лоримера нет в Лондоне. Я настояла, чтобы он уехал отсюда.

Гаунт недоуменно приподнял брови.

— Вы мне не верите, мистер Гаунт? — продолжала девушка. — Я вижу по вашим глазам, что вы что-то заподозрили. Но дело действительно обстоит именно так. И не думайте, что это было легко. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы уговорить Майкла на время покинуть Лондон. И все же я убедила его, что так будет лучше. Сейчас Майкл вернулся в Манчестер, там он попытается устроиться на свою старую работу. Тем самым удастся разорвать эту цепь недомолвок и подозрений. Разве это не лучший выход, мистер Гаунт?

— К сожалению, я не могу согласиться с вами, мисс Грей. — Гаунт показал головой. — Ведь если он подвергался опасности в Лондоне, то переезд в Манчестер лишь усугубит ее. Ведь он и там будет под наблюдением Зонаса и его компании. Им даже легче будет следить за ним в Манчестере.

Она вздохнула, а потом с надеждой взглянула на него.

— Мне удалось убедить вас, мистер Гаунт? Теперь вы разделяете мою точку зрения?

Гаунт покачал головой.

— Все обстоит не так просто, мисс Грей. Зонас уплатил мне аванс, и я взял эти деньги, так что теперь я работаю на него. Поймите, до нашей беседы у меня не было оснований не верить тому, что он сообщил мне. Вам следует иметь это в виду. Однако, — он усмехнулся, — многие считают Зонаса темной личностью… Кто знает, может быть, такое мнение сложится и у меня. Подождем — увидим. — Его рука потянулась к серебряному портсигару за следующей сигаретой. — Скажите, мисс Грей, Майкл, уезжая, не думал, что вам может угрожать опасность?

— Конечно, думал! Именно поэтому он не хотел ехать в Манчестер, и мне пришлось долго уговаривать его. Майкл прямо сказал, что, по его мнению, Зонас я его компания ради успеха пойдут на все. Полагая, что Майкл располагает опасной для них информацией, они пойдут на все… и в отношении него, и в отношения меня… Поэтому он сказал мне, что во время его отсутствия при мне всегда должен быть пистолет. Он здесь… — Ее рука легла на замок сумочки. Гаунт сжал губы.

— Неужели дошло до этого? — спросил он недоверчиво. — Надеюсь, вы умеете обращаться с пистолетом, мисс Грей?

Она улыбнулась.

— Умею. Правда, мне никогда не приходилось иметь дело с таким пистолетом, как тот, который дал мне Майкл, но стреляю я неплохо.

— Я хотел бы взглянуть на это оружие, — сказал Гаунт. Щелкнув замочком, девушка открыла сумочку и вынула из нее пистолет. Это был новенький блестящий кольт тридцать второго калибра. Гаунт приблизился к девушке, взял из ее руки пистолет и внимательно осмотрел его.

— Отличная штука, — констатировал он. — У меня тоже есть кольт, но более ранняя модель. У этого предохранитель новой системы. Однако я не думаю, что новая модель намного лучше прежней. Одну минутку…

Он вышел в приемную и вскоре вернулся, держа в каждой руке по пистолету. Объяснив Миранде, чем отличается новая модель от старой, он поставил пистолет на предохранитель и вернул его девушке.

— Не знаю, может быть, Лоример и прав, считая, что человеку в вашем положении полезно иметь пистолет. Но я его мнения не разделяю. Мой опыт свидетельствует, что чаще убивают тех, кто носит оружие, — добавил он с холодной усмешкой.

По лицу девушки не было заметно, что он переубедил ее.

— Я верю в вашу порядочность, мистер Гаунт, — решительно сказала она, — и не возражаю против того, чтобы раскрыть карты. Так вот, я решила откровенно поговорить с Зонасом. Об этом не перестаю думать с той минуты, как проводила Майкла. Я хочу добиться от него правды, пусть он гарантирует безопасность Майклу и мне. Нужно покончить с этой неопределенностью.

— А может, вы излишне драматизируете ситуацию, мисс Грей? Вы уверены, что положение действительно настолько серьезно?

— Да, — коротко ответила она. — И вот что я еще вам скажу: сегодня днем я звонила Зонасу. Я встречусь с ним в его квартире в семь часов. Это решено. Я предупрежу его, что пойду на все, чтобы защитить Майкла. Я не позволю, чтобы он на нем отыгрался.

Гаунт молча смотрел на девушку и думал о своем визите к Зонасу, который был назначен на половину восьмого. В комнате воцарилась тишина. Было слышно, как дождь барабанит в окно. Наконец Гаунт нарушил молчание.

— Мисс Грей, позвольте мне дать вам совет. Не ходите сегодня к Зонасу. Отложите свой разговор с ним, а еще лучше совсем откажитесь от него.

— Почему? — настороженно спросила она.

— Я мог бы назвать это предчувствием, — ответил детектив. — Но коль скоро мы решили раскрыть карты, я отвечу на ваш вопрос. Сегодня я тоже должен встретиться с Зонасом. В половине восьмого вечера. Нам предстоит серьезный разговор. Я постараюсь разрешить этот конфликт ко всеобщему благу. Я не исключаю, что кое-что из того, что вы мне рассказали, — правда. Однако Зонас — крутой парень. Вполне возможно, что он зашел слишком далеко, чтобы так просто отступить. Я надеюсь, что в процессе нашего разговора многое прояснится. И тогда я постараюсь дать ему хороший совет. Я думаю, это лучший способ решения проблемы, не так ли? — Она поднялась со стула.

— Может быть, вы и правы, мистер Гаунт, но… я не изменю свою позицию. По всей вероятности, вы были честны со мной, и я тоже намерена быть с вами честной. И прямо скажу, что не знаю, на чьей вы стороне в данный момент. Ведь вы сами сказали, что работаете на Зонаса. Зачем же мне рисковать? Я хочу одного: чтобы мы с Майклом были счастливы. Поэтому сегодня в семь я встречусь с Зонасом и постараюсь раз и навсегда покончить с этим делом.

Гаунт невесело улыбнулся и покачал головой.

— Пусть будет так, мисс Грей, — сказал он. — Вы вправе поступать так, как сочтете нужным. Итак, вы намерены встретиться с Зонасом в семь. А когда вы должны быть в клубе?

— Обычно я прихожу туда в половине двенадцатого, к началу моего номера, — ответила она, набрасывая черный мех на плечи.

— Понятно… Мисс Грей, как бы вы отнеслись к такому предложению: давайте пообедаем вместе в девять вечера; к этому времени и вы, и я повидаем Зонаса, поговорим с ним. Может быть, у нас возникнут какие-нибудь идеи, полезные нам обоим. Что вы на это скажете?

Она обрадовала его улыбкой.

— Мистер Гаунт, пожалуй, в некоторые моменты вы мне даже нравитесь, — просто сказала она. — Я охотно пообедаю с вами. Благодарю за приглашение.

— Великолепно! Вы не возражаете, если мы встретимся в девять в ресторане Лорела. Я буду ждать вас.

— Хорошо, я приду, — согласилась она. — Всего доброго, мистер Гаунт.

Он открыл перед ней дверь, а когда девушка вышла, вернулся в свое кресло у камина. Водрузив ноги на каминную решетку, он пустил к потолку первое кольцо табачного дыма.

* * *

Было шесть часов вечера, когда в соседней комнате зазвонил телефон. И почти тотчас зазвучал зуммер на столе Гаунта. Детектив поднял трубку и услышал голос Джозефин Дарк.

— Звонит Зонас, шеф. Ой хочет говорить с вами. Уверяет, что речь пойдет об очень важных вещах.

— Переключите аппарат на меня.

В трубке щелкнуло, и Гаунт услышал хриплый голос:

— Алло! Это вы, мистер Гаунт?

— Что с вами, мистер Зонас? Вас плохо слышно.

— Обычная простуда, мистер Гаунт. Эти дожди… Я сегодня весь день дома.

— Ну что ж, вам следует поберечься, — с усмешкой посоветовал детектив. — Обычная простуда может стать причиной пневмонии. А от пневмонии иногда умирают.

— Чтобы умереть, у меня найдутся и другие причины, — прохрипел его собеседник. — А звоню я вам потому, что сегодня у меня был престранный телефонный звонок. Кто-то пытался выдать себя за Миранду Грей!

— Неужели? — удивился детектив.

— Я вам говорю. Кто-то выдал себя за нее, потому что настоящая Миранда просто не могла так говорить. Эта женщина позвонила в четыре. Она заявила, что Лоример находится в безопасном месте, куда я и мои люди не смогут до него дотянуться. А дальше пошли угрозы. Эта особа предупредила меня, чтобы я не искал его. Она сказала, что убьет меня, если я попытаюсь что-либо предпринять против него…

Глава 3

Смерть Зонаса

Часы над камином показывали четверть восьмого. Стоявший у окна Гаунт смотрел на улицу. Дождь наконец прекратился. Все еще мокрый асфальт отражал свет уличных фонарей. Гаунт потер глаза, зевнул и вернулся к столу. Закурив, он нажал кнопку звонка. Когда улыбающаяся Джозефин вошла в комнату, он покачал головой.

— Ну и престранное дельце нам досталось!

— Что вы имеете в виду, шеф?

— Что я имею в виду? Прежде всего цель, которую преследует Зонас. Зачем он нанял меня? Он заплатил мне солидную сумму за то, чтобы я опекал его. Зонас, видите ли, боится этого сопляка Лоримера! Вы в это поверите?

— Но в таком случае вам остается только радоваться легкой добыче, — улыбнулась она.

Гаунт мерил шагами комнату.

— Но я не радуюсь, — бросил он, задержавшись у камина, — и хочу разобраться во всем этом. Сейчас вы позвоните в Манчестер, Рэндолу. Пусть поинтересуется ночным клубом Зонаса, который там находится… «Клуб Пиратов», кажется, так он называется. И пусть провернут это дело поделикатней, чтобы все было тихо. Пусть поразнюхает, чем они там занимаются после официального закрытия клуба. Скажите ему, что эти сведения нужны мне очень срочно.

— А потом? — спросила она.

— А потом можете быть свободны, — ответил он. Девушка захлопнула блокнот и вышла из кабинета. Гаунт проводил ее взглядом, после чего вернулся к своему креслу у пылающего камина; его ноги вновь оказались на каминной решетке, а сигарета — в губах. Он сидел, размышляя над тем, что услышал за эти сутки.

Странный разговор с Зонасом прошлой ночью… Визит мисс Грей сегодня и беседа с ней. Сегодняшний разговор с Зонасом по телефону…

Все это не слишком хорошо согласовывалось. Мелкие неувязки бросаются в глаза, факты отказываются укладываться в единое целое…

Прошло еще минут пять. В приемной Джозефин разговаривала по телефону, по-видимому, с Рэндолом.

«Какой приятный у нее голос!» — подумал Гаунт.

Резко зазвонил телефон на его письменном столе. Гаунт поднял трубку.

— Алло! — бросил он и неожиданно для себя услышал в ответ голос Миранды Грей.

— Мистер Гаунт? Это вы?

Он не ждал ее звонка. Но еще больше удивили его нотки растерянности, тревоги и откровенного страха, прозвучавшие в голосе девушки.

— Что случилось, мисс Грей? — поспешно спросил он.

В трубке зазвучал смех — высокий, истеричный. Потом смех оборвался, и девушка сказала неожиданно спокойным, почти безразличным голосом:

— Случилось… кое-что, мистер Гаунт. Я убила Зонаса. — Гаунт перебросил сигарету в другой угол рта.

— Вы бредите? — спросил он. — Вы понимаете, что говорите?

— Конечно, понимаю. Но это… — Голос ее дрогнул. — Это действительно так. Я убила Зонаса. Я его застрелила. Зонас мертв. — Она коротко вздохнула. — Это ужасно, мистер Гаунт! Что мне теперь делать? Я ушла оттуда… Сейчас я у Лорела, в баре… Я больше никуда не заходила.

— Ясно! А теперь слушайте меня. Ничего не предпринимайте, не уходите из бара. Сидите, пейте… Рекомендую лимонный сок — очень помогает при истерике. Я еду к вам. Буду в баре через несколько минут.

— Я никуда не уйду, я буду ждать вас. — В ее голосе прозвучали умоляющие нотки. — Приезжайте поскорее, прошу вас.

— Я еду.

Гаунт опустил трубку на рычаг. Швырнув недокуренную сигарету в камин, он некоторое время стоял, устремив взгляд на пылающие угли. Потом подошел к вешалке в углу комнаты, надел пальто и взял шляпу. Когда он вошел в приемную, Джозефин уже закончила разговор с Манчестером.

— Вы могли и не заказывать разговор из своего кабинета, — сказала она. — Я уже переговорила с Рэндолом.

— Ничего, — сказал Гаунт, улыбнувшись девушке. — Иногда невредно напомнить о задании повторно: это стимулирует его выполнение. Ну, я пошел. Доброй ночи, Джози.

— Доброй ночи, шеф, — с улыбкой ответила она.

Гаунт вышел, тихо закрыв за собой дверь.

* * *

Он увидел Миранду Грей там, где и предполагал ее обнаружить, — за самым отдаленным столиком в углу коктейль-бара при ресторане Лорела. Она сидела молча, и, неподвижно глядя в пространство, механически курила сигарету.

Гаунт заказал у стойки виски с содовой, а затем со стаканом в руках подошел к столику девушки и сел напротив нее.

— Ну, так как? — обратился он к ней. — То, что вы сообщили по телефону, мне совсем не понравилось. Это действительно так?

Она не произнесла ни слова. Только кивнула и провела языком по губам. Лишь сейчас Гаунт заметил, как побелели от страха ее губы.

— Так как же? — повторил он. — Мисс Грей, будет лучше, если вы все мне расскажете. Видимо, вы сделали это неосознанно?

Она кивнула. Гаунт пододвинул к ней стакан.

— Выпейте, — сказал он. — Сейчас вам это необходимо. И не надо так бояться. Будем смотреть на вещи реалистично.

Когда она брала стакан, он заметил, как дрожат пальцы девушки. Отпив маленький глоток, она поставила стакан на прежнее место.

— Ну вот! А теперь вы расскажете мне все. А потом мы вместе поразмыслим над этим.

Казалось, мягкий, но уверенный голос Гаунта подействовал на девушку ободряюще. Она коротко вздохнула и заговорила сбивчиво и путанно.

— Выйдя из вашей конторы, я остановила такси и поехала домой. В почтовом ящике я обнаружила записку, напечатанную на машинке… Эту записку прислал он, Зонас. Не знаю, как он узнал, что я ходила к вам… Наверное, он организовал за мной слежку. И в этой записке… он высказал все, что думал обо мне и о Майкле. Он писал, что я — вероломная интриганка. Но то, что я предпринимаю за его спиной, не принесет мне пользы… Что я напрасно убрала Майкла из Лондона, потому что он уже знает о Майкле все — достаточно, чтобы отправить его за решетку, чем, кстати, он и собирается заняться в ближайшее время. И еще он писал, что я скверная женщина, что я такая же, как Майкл, и что теперь он считает меня своим врагом. И чтобы вечером я не приходила, потому что он не хочет меня видеть. А если я не уберусь с его пути, то вскоре об этом пожалею…

— Вы сохранили записку Зонаса? — перебил он ее. Девушка покачала головой.

— Нет… Я скомкала ее и бросила в камин. Его письмо так подействовало на меня, что я потеряла контроль над собой. Одна мысль не покидала меня: я должна увидеть Зонаса, я должна высказать ему все. Гнев захлестнул меня. Я сбежала по лестнице, остановила первое попавшееся такси и поехала в «Клиндейл Эпартментс». Когда я постучала, он открыл мне дверь и… улыбнулся. Мы прошли в его кабинет. Зонас сел за письменный стол… Мне он сесть не предложил. Потом спросил, что мне нужно. Я высказала ему, как он обидел меня своей запиской… Спросила, чего он, собственно, добивается, обвиняя меня во всем этом. И тут он взорвался. Начал говорить мне совсем уж страшные вещи. Он обвинял Майкла, обвинял меня… обвинял нас в том, что все это время мы изменяли ему и творили за его спиной грязные махинации… И еще он заявил, что Майкл был организатором всех темных дел, творившихся в клубе, но что он, Зонас, не мог избавиться от него, опасаясь шантажа. Именно поэтому он, по его словам, был вынужден обратиться к вам. И, сделав это, узнал, что я за его спиной проникла к вам, чтобы склонить вас к измене клиенту. Боже! Он был по-настоящему ужасен! А потом он снова начал кричать, что я напрасно стараюсь прикрыть Майкла. Что он все равно расправится с ним, чего бы это ему ни стоило. Майкл будет в тюрьме, а я должна считать себя счастливой, если не окажусь там с ним. Все это время я пыталась сдерживать себя, но тут моя рука сама открыла сумочку и нащупала пистолет. Вынув пистолет, я сказала Зонасу, что он лгун, подлец и преступник, что все это время Майкл был для него подставной фигурой, которую всегда можно подставить под удар, когда того потребуют обстоятельства. И еще я сказала ему, что он даже меня использовал для осуществления своего плана: ведь через меня он смог заполучить Майкла и затянуть его в свой грязный бизнес.

Я сказала ему: «Оставьте в покое меня и Майкла, или я вас убью!» — и показала ему пистолет. — Он засмеялся и сказал, что в искусстве я так и не поднялась над любительским уровнем и что моя дилетантская игра его не трогает. Лучше бы он этого не говорил!

Не знаю, что со мной случилось. Только в жизни своей я никогда никого так не ненавидела, как Зонаса. Я вскинула пистолет и выстрелила… Я стояла футах в семи от его стола, чуть справа. Грохнул выстрел, и Зонас сунулся носом в лежащие на столе бумаги. В последний миг я увидела красное пятно пониже его левого виска…

И вдруг, я словно проснулась… Я поняла, что натворила. Я выбежала из кабинета, миновала холл и выскочила в коридор, захлопнув за собой дверь. Я шла по коридору, меня мутило, мне казалось, что вот-вот грохнусь в обморок. Я не знала, что мне делать дальше, а потом вдруг вспомнила о вас.

В холле «Клиндейл Эпартментс» были телефонные кабины; я хотела позвонить, но побоялась. Вдруг в этом доме разговоры ведутся через коммутатор. Тогда я выбежала, поймала такси и приехала сюда…

Ее глаза налились слезами, и она зарыдала, пряча лицо в ладонях. Гаунт видел, как вздрагивают ее плечи.

Он молча курил, глядя на нее, а потом, невесело улыбнувшись, сказал негромко:

— Майкл счастливчик: женщина, которой он дорог, готова ради него даже на убийство. И все, же это был не лучший способ решения задачи. Вы согласны со мной? А теперь постарайтесь взять себя в руки. Слезами делу не поможешь.

— Не лучшее решение, говорите вы? Да это было просто глупо, невероятно глупо! А теперь… теперь мне не на что надеяться!

— Я позволю себе не согласиться с вами, — покачал головой Гаунт. — Как сказал один из великих, «пока живу — надеюсь»… Кстати, где ваш пистолет?

Она уже овладела собой.

— Здесь, в моей сумочке.

— Будет лучше, если вы отдадите его мне, — сказал он. — Только сделайте это аккуратно: присутствующим необязательно его видеть.

Миранда щелкнула замочком своей сумочки и по гладкой поверхности столика переправила ее детективу. Гаунт опустил сумочку на колени, вынул пистолет и спрятал его в карман.

— Что я должна теперь делать? — спросила его Миранда. Гаунт, наблюдавший за ней, выпустил струйку дыма.

— Ничего, — ответил он. — Отправляйтесь домой, ложитесь в постель и постарайтесь заснуть. Я свяжусь с вами, когда возникнет необходимость.

Она взглянула на него, и в глазах ее был страх.

— А что намерены делать вы? — спросила она.

— Еще не знаю. — Гаунт пожал плечами. — Посмотрим, как сложатся обстоятельства. Однако при всех условиях я хотел бы прежде всего проверить ваш рассказ. Мне нужно самому взглянуть на Зонаса. А вы идите домой.

— Да, да, уже иду… — торопливо сказала она. — Но… может быть, мне следует пойти в полицию и во всем признаться?

Гаунт снова улыбнулся. Его улыбка, приоткрывшая крепкие, белые зубы, почему-то подействовала на нее успокаивающе.

— Явиться с повинной вы всегда успеете, — сказал он. — Идите домой, я с вами свяжусь. Но сперва вам следует попудрить носик — об это не следует забывать ни при каких обстоятельствах.

Несколько успокоившаяся Миранда исчезла за дверью дамской комнаты, а через пять минут они уже покинули бар. На улице Гаунт усадил девушку в такси и назвал водителю адрес. Сам же он прошел пешком по Риджент-стрит около квартала, а потом остановил такси и попросил отвезти его на Беркли-плейс.

Рассчитавшись с таксистом, он пересек площадь и оказался возле дома, в котором Зонас снимал квартиру. У входа он задержался, наблюдая за холлом из темноты через стеклянную дверь; сам он при это оставался невидимым, что вполне устраивало его. Прошло несколько минут, и кто-то вызвал лифт на верхний этаж. Поскольку в холле в данный момент никого кроме лифтера не было, Гаунт без всяких опасений прошел внутрь. Воспользовавшись указателем, он нашел квартиру Зонаса — она находилась на третьем этаже. Гаунт бесшумно поднялся по лестнице и, оказавшись в коридоре, обнаружил нужную ему дверь за первым поворотом налево.

Судя по рассказу Миранды, дверь должна была быть заперта лишь на защелку автоматического замка. Вытащив из кармана пластинку гибкого целлулоида, он просунул ее в щель между дверью и дверной коробкой и без труда отжал защелку. Не прошло и минуты, как замок уступил, и дверь открылась.

Войдя в маленький холл, Гаунт закрыл за собой дверь. Миранда, убегая, не выключила свет. Детектив огляделся. Прямо перед ним была закрытая дверь. Он нажал на ручку, дверь приоткрылась, и Гаунт вошел в кабинет хозяина квартиры.

Перед ним был Зонас, лежавший на письменном столе. Видимо, падая на стол, тело отодвинуло стул, на котором до этого сидел Зонас. Его ноги, не согнутые в коленях, касались пола, пальцы рук были сжаты в кулаки. Возле его головы на поверхности стола темнела лужица крови.

Рука Гаунта скользнула в карман в поисках сигареты. Закурив, он натянул перчатки и приступил к осмотру комнаты. Тренированная память детектива фиксировала все: мебель, ее расположение, предметы на столе, окружающие тело Зонаса.

В комнате была вторая дверь, Гаунт открыл ее, нащупал выключатель и зажег свет. Он находился в спальне. В отличие от кабинета, здесь царил полный порядок. Гаунт тщательно обследовал и это помещение. Вид пожарной лестницы за широким двойным окном вызвал у него усмешку: такой старый лис, как Мариос Зонас, не мог не позаботиться о том, чтобы в его норе был запасной выход. Гаунт взглянул в окно. Да, по пожарной лестнице любой без труда мог достичь улицы.

Выключив свет, он вернулся в кабинет, закрыв за собой ведущую в спальню дверь. Несколько минут он стоял неподвижно возле письменного стола, куря и размышляя. Потом извлек из кармана кольт, который отдала ему Миранда, и, поставив оружие на предохранитель, вынул обойму. Поднеся пистолет к лицу, понюхал ствол. Да, из пистолета недавно стреляли. Он внимательно осмотрел обойму. Одного патрона не хватало, девять были на месте. Детектив осмотрел пол, довольно быстро нашел возле стола гильзу и сунул ее в карман. Высыпал из обоймы патроны, осмотрел их с усмешкой, снова зарядил пистолет и отправил его на прежнее место.

Его взгляд вновь остановился на лице мертвого Зонаса. Не прошло и суток, как этот голубоглазый грек пятью сотнями фунтов оплатил его профессиональные услуги, но это не пошло ему на пользу — больше Зонасу никогда не придется заниматься своим клубным бизнесом.

В большом камине на другом конце комнаты тлели угли. Гаунт швырнул в топку недокуренную сигарету, тут же закурил новую и сел с ней в стоящее перед камином кресло. Посидев неподвижно несколько минут, он встал, подошел к телефонному аппарату на столе Зонаса и набрал номер: Уайтхолл, 1212.

Когда дежурный полицейский в Скотланд-Ярде взял трубку, Гаунт попросил пригласить к телефону детектив-инспектора Рикета.

Он ждал, а на лице его была почти веселая улыбка, не слишком соответствовавшая обстоятельствам.

Глава 4

Сюрприз

В восемь с минутами Гаунт услышал, как возле дома затормозила машина. Он встал, вышел в холл и отпер дверь. Затем вернулся в кабинет и остановился у камина, глядя на мертвого Зонаса. Там его и застал вошедший в комнату Рикет.

Гаунт ничего не сказал вошедшему, лишь движением головы указал на навалившийся на стол труп. Рикет с видом человека, привыкшего иметь дело с трупами и убийствами, приблизился к столу, присматриваясь к тому, что совсем недавно было Мариосом Зонасом.

— Вы правильно поступили, сразу же позвонив мне, — сказал он наконец. — Но как вы здесь оказались?

Гаунт явно не спешил ответить на этот вопрос.

— Вы вызвали врача и фотографа? — в свою очередь спросил он.

— Естественно. Через четверть часа они будут здесь.

— Отлично, — кивнул Гаунт. — Ну что ж, Рикет, вы знаете, что я предпочитаю играть с открытыми картами.

— Приятно слышать это. Однако не забывайте, что я достаточно хорошо знаю вас и то, что вы понимаете под открытыми картами. На вашем месте я просто рассказал бы мне все, ничего не скрывая…

— Что я и собираюсь сделать, — прервал инспектора Гаунт, протягивая ему свой портсигар. — Курите и слушайте. Я расскажу вам все, что мне известно. Так вот, вчера, около десяти, Зонас позвонил в мою контору. С ним говорила Джозефин. Он казался встревоженным и выразил желание встретиться со мной. Я назначил встречу на одиннадцать, чтобы иметь возможность до этого встретиться с вами в клубе «Калво». Я надеялся, что вы, может быть, знаете кое-что о Зонасе. Но мне не повезло: вы были в клубе, вы наверняка что-то знали о Зонасе, но не сочли нужным сказать мне что-либо конкретное. Впрочем, вы не были единственным человеком, знавшим это самое «кое-что» о Зонасе.

Рикет приподнял брови.

— Не понял. Что вы имеете в виду, Руфус? — спросил он.

— Из «Калво» я отправился в «Серебряное Кольцо», эту резиденцию Зонаса. Я приехал туда около полуночи, — продолжал Гаунт. — Первым человеком, привлекшим мое внимание в этом кабаке, была девушка, которая там поет. В этом нет ничего странного — она была самой красивой из всех, кто там находился… Так вот, она тоже кое-что знала о Зонасе. Потом я встретился с Зонасом. Он нервничал и был встревожен. Впрочем, то, что он рассказал мне, встревожило бы любого. В последнее время в его лондонском клубе, а также в ряде периферийных заведений того же типа обнаруживаются систематические недостачи. Зонас подозревал в нечистой игре своего менеджера — некоего Майкла Лоримера. Зонас взял его в свое дело с полгода назад из-за Миранды Грей, той девушки, о которой я вам говорил, звезды его кабаре. Миранда Грей — дочь старого друга Зонаса; она влюбилась в Лоримера, и Зонас дал приятелю своей подопечной работу, о чем впоследствии горько пожалел. Я, естественно, сказал Зонасу, что если он подозревает Лоримера, то кто может помешать ему уволить этого молодого человека — это самый простой выход. Однако, Зонас ответил мне, что не может так поступить, потому что Лоример слишком много знает. Разумеется, я сразу же подумал, что и вы, и Лоример занимаетесь одной и той же стороной деятельности Зонаса, так что то, что известно ему, может заинтересовать и вас. Однако Зонас представил это в несколько ином свете. Когда он пришел к выводу, что творящиеся в его ночных клубах махинации — дело рук Лоримера, наш Зонас решил пойти дальше и навести справки о Лоримере и преуспел в этом: он узнал о нашем молодом человеке такие вещи, которые, будучи преданы огласке, надолго лишили бы его покоя. Зонас полагал, что Лоример готов пойти на все, чтобы заставить его замолчать.

Внимательно слушавший Рикет покивал головой.

— Любопытная ситуация. Продолжайте, Гаунт, продолжайте.

— Мы договорились встретиться сегодня вечером. Предполагалось, что во время этой встречи он расскажет мне все. Выходя из его кабинета, я столкнулся с Мирандой Грей. То ли она подслушивала под дверью, то ли Зонас был не слишком осторожен, когда звонил ко мне, но она явно знала, о чем мы говорили. Насколько понял, она собиралась идти к нему и выложить ему все, что она о нем думает. Я подумал, что она может попытаться узнать кое-что и от меня и с этой целью в ближайшее время появится в моей конторе. Ну и постарался внушить ей мысль, что я — парень объективный, который хотел бы выслушать обе стороны. Я не ошибся: сегодня в пять она пришла ко мне. Ее версия происходящего не была для меня неожиданностью: Зонас был представлен мне законченным негодяем и злодеем, а Лоример — благородным героем.

Она сказала, что договорилась с Зонасом о встрече — сегодня в семь вечера. Девушка очень серьезно относится к этому делу. Она упросила Лоримера покинуть Лондон, опасаясь, что Зонас подстроит ему какую-нибудь пакость. Например, состряпает против него ложное обвинение. Я выслушал ее и предложил ей пообедать вместе в девять, чтобы она могла рассказать мне, как прошла ее встреча с Зонасом и к чему она привела…

Гаунт отправил окурок в камин и потянулся за следующей сигаретой.

— В семь часов с минутами, — продолжал он, — Миранда позвонила мне, я был в конторе. Растерянная, испуганная, близкая к истерике. Она сказала мне, что только что убила Зонаса… Застрелила его. Не скажу, чтобы это известие особо удивило меня.

— Почему? — деловым тоном спросил Рикет.

— Сейчас объясню. Когда мы беседовали с ней в моей конторе в пять, она рассказала мне о том, что настояла на отъезде Лоримера из Лондона; тот не хотел уезжать, так как опасался, что она тоже подвергается опасности. Однако Миранда настояла на своем, и тогда Лоример оставил ей свой пистолет, чтобы в случае чего она могла бы постоять за себя. Это автоматический кольт тридцать второго калибра. Лоример заклинал ее ничего не предпринимать в его отсутствии. Но она решила встретиться и объясниться с Зонасом, они поссорились, Зонас начал угрожать ей и ее возлюбленному. И она убила его.

Рука Рикета нырнула в карман и извлекла оттуда трубку и кожаный кисет. Набивая трубку, он сказал:

— Мне нравится, как вы раскручиваете это дело, Руфус. Значит, они поцапались, а потом девочка хлопнула старину Зонаса… Ну что ж, это уже кое-что.

— Я тоже так думаю, — согласился Гаунт. — Если бы я знал еще какие-нибудь подробности, я познакомил бы вас и с ними. Вы правы, говоря, что это уже кое-что, хотя сам факт может быть истолкован двояко. Да, Миранда могла выйти из себя и в состоянии аффекта пристрелить Зонаса. Но возможно и другое толкование: пришедший в ярость Зонас угрожает ей пистолетом, и она убивает его в порядке самозащиты.

Рикет хохотнул.

— А вот теперь вы излишне спешите, Руфус, — сказал он. — Если эта женщина, эта Миранда Грей, действовала, защищая себя, то где же тот пистолет, которым Зонас угрожал ей? Когда вы пришли сюда, вы ничего такого не заметили? А может, вы…

— Что вы, Рикет, я никогда не пошел бы на такое, и вы отлично это знаете, — запротестовал детектив. — Однако скажу вам вот что: если вы откроете эту дверь, то попадете в спальню и увидите там широкое окно, через которое можно попасть на пожарную лестницу без особых затруднений. Если вы осмотрите это окно, то заметите, что оно лишь закрыто, но не заперто изнутри на задвижку. Так что возможен, например, такой вариант: Миранда Грей убила Зонаса в порядке самозащиты, а в это время кто-то находился в спальне. После того как Миранда Грей ушла, это лицо могло войти в кабинет, взять пистолет, выйти через окно и спуститься вниз по пожарной лестнице.

— А вам не кажется, Руфус, что такое объяснение просто притянуто за уши? И вообще, ради чего вы стараетесь? Вы что, хотите воспрепятствовать выдвижению обвинения против этой особы? — Рикет заговорщически улыбнулся. — Может быть, это ваша девушка, а?

Гаунт передернул плечами.

— Нет, Рикет, я впервые увидел ее прошлой ночью, — сказал он без каких-либо эмоций.

— Тогда я не понимаю, к чему все эти измышления. — Инспектор пожал плечами. — Вы сказали, что она позвонила вам и призналась, что застрелила Зонаса. Неужели, если бы это был акт самозащиты, она ничего не сказала об этом? Я думаю, что она именно с этого и начала бы. А вы как считаете, Руфус?

Гаунт покачал головой.

— Не ждите, что я отвечу вам на этот вопрос, Рикет, — с усмешкой сказал он. — А если бы я даже и ответил, это не внесло бы в дело ясность. Полагаю, вам придется искать ответ у мисс Грей. Кстати, уверен, что сказанное ею является чистой правдой.

— Где она сейчас? — осведомился детектив-инспектор.

— Я не знаю, — ответил Гаунт. — Скорее всего она поехала к своей матери — та живет где-то в сельской местности, кажется, в графстве Норфолк. Но рано или поздно она вернется сюда, в свою квартиру. Так что вы без труда найдете ее.

— Найти ее мы, конечно, найдем, — согласился Рикет. — Послушайте, Руфус, мне хочется верить, что вы говорите правду, хотя я и чувствую, что ваши симпатии на стороне этой мисс Грей. Впрочем, меня это не удивляет. Я могу понять любого, кто воспылал бы желанием ухлопать Зонаса. Но я на службе, а значит, могу придерживаться лишь одной точки зрения — точки зрения полицейского. Судя по тому, что я услышал от вас, здесь не может быть никаких сомнений. Это убийство. Возможно, убийство в состоянии аффекта. Случай достаточно типичный. — Гаунт, меривший шагами комнату, подошел к креслу напротив Рикета и сел.

— Может, вы объясните мне эту полицейскую точку зрения? — попросил он спокойно.

— Охотно, — согласился Рикет. — Это дело кажется мне достаточно простым. Как нам известно, Зонас оказался в затруднительной ситуации. Он чувствовал, что ему угрожает опасность. А ведь Зонас не был ребенком, и какой-нибудь пустяк его не напугал бы. Но он испугался, мы оба понимаем это. Иначе не стал бы нанимать Руфуса Гаунта, одного из самых высокооплачиваемых частных детективов Лондона. А мне как-то не доводилось слышать, чтобы Зонас бросал деньги на ветер. Итак, события развивались, и вчера наступила своеобразная кульминация. Вопрос об отношениях между Зонасом и его управляющим… этим Лоримером… очевиден: Зонас считает, что Лоример его обворовывает, даже угрожает его жизни, но, в то же время, опасается разоблачений и шантажа со стороны этого парня. Он меняет свое отношение и к Миранде Грей, влюбившейся в Лоримера, считая, что девушка предала его. Миранда в свою очередь боится за Лоримера настолько, что убеждает того уехать из Лондона. Возникает своеобразный треугольник: два мужчины, женщина и воровство в центре. Да, я уверен, что девушка опасалась за жизнь этого парня. Она полагала, что Мариос Зонас способен ликвидировать его. В то же время и Лоример, покидая Лондон, беспокоился за подругу. Он понимал: Зонас на пределе и вовсе не расположен церемониться. Но Миранда уговорила все же Лоримера уехать…

Рикет достал из нагрудного кармана карандаш, утрамбовал тупым концом его табак в чашечке, после чего снова раскурил трубку.

— Женщины — странные создания, — изрек он сентенциозно.

Гаунт изобразил на лице восхищение.

— Вы всегда были психологом, Рикет. — Комплимент явно доставил удовольствие инспектору.

— Ну что ж, надеюсь, вы не будете утверждать, что головы варят только у частных детективов. А теперь пойдем дальше. Когда Миранда была в вашей конторе, она говорила, что намерена в тот же день встретиться с Зонасом. Какой вывод можно сделать из этого? Он очевиден: она рассчитывала заключить с ним какое-то соглашение. Логично? Скорее всего, она думала, что сможет убедить Зонаса оставить Лоримера в покое и, кроме того, добиться от него каких-то гарантий. Но Зонас не пожелал дать их ей. Более того, он, по всей вероятности, высказал ей все, что думал о Лоримере. И о том, как он намеревается с ним поступить. Ясное дело, ей это пришлось не по вкусу. Но она была готова и к такому исходу. Недаром в ее сумочке, когда она направилась к нему, лежал заряженный пистолет. Видя, что ей не удается переубедить Зонаса, она достала оружие и застрелила его. Типичный случаи преднамеренного убийства: простой, очевидный, ничем незамаскированный. — Услышав, что возле дома остановился еще один автомобиль, Гаунт покинул кресло. Видимо, приехали полицейский врач и фотограф из Ярда. Он возвратился на прежнее место у камина и, стоя шиной к окну, поглядел на Рикета.

— Послушайте, Рикет, — сказал он. — Должен признать, что ваша версия звучит достаточно убедительно. Но к сожалению, есть один маленький фактик, который не оставляет от нее камня на камне.

Брови Рикета поползли вверх.

— Что же вы имеете в виду, Руфус?

— Видите ли, — начал Гаунт, — после того, как Миранда Грей позвонила мне, я встретился с ней в коктейль-баре ресторана Лорела. Я заставил ее немного выпить, ей это было необходимо. Как раз тогда она и сказала мне, что собирается съездить к матери.

— Ее желание не вызывает у меня удивления, — хмыкнул Рикет. — Мне не приходилось встречать женщину, которая не намеревалась бы смыться сразу же после убийства.

— Охотно вам верю. Но в данном случае дело обстоит несколько иначе. Она не убивала Зонаса, Рикет. Я знаю, что она не убила и не могла убить его.

Рикет сорвался с места.

— Вы меня разыгрываете, Руфус? Объясните, что вы имеете ввиду?

— Только то, что сказал. И я меньше всего намерен разыгрывать вас, друг мой. Я только констатирую факт. — Он извлек из кармана автоматический кольт, который отдала ему в баре мисс Грей. — Вот тот пистолет, который был у Миранды Грей во время встречи с Зонасом. Когда мы разговаривали в баре, я посоветовал ей отдать его мне, что она и сделала. Так вот, посмотрите на него как следует. Пистолет десятизарядный, из него сделан один выстрел. Если вы пожелаете вынуть из него обойму и осмотреть патроны, то убедитесь, что все они холостые. Этот пистолет был заряжен холостыми патронами. А раз так, то каким образом она могла застрелить Зонаса?

Рикет протянул руку за пистолетом. Ловко вынув обойму, он большим пальцем оттянул пружину, и патроны высыпались на его ладонь. Инспектор взглянул на них и присвистнул.

— Да, патроны холостые, — подтвердил он. — Но…

Он какое-то время рассматривал лежащие на его ладони патроны, а потом, глядя на Гаунта, покачал головой.

— Так вы говорите, что познакомились с этой Мирандой Грей только вчера вечером? — спросил он. — Ну что ж, Руфус, я готов этому поверить. Однако, знаете ли вы, о чем я сейчас думаю?

— Для этого я недостаточно сообразителен, — с усмешкой ответил Гаунт. — Но надеюсь, что вы мне скажете.

— Так вот, этот пистолет находился в вашем распоряжении не менее часа. Как вы знаете, этого времени вполне достаточно, чтобы заменить боевые патроны на холостые, если у человека возникнет такое желание…

Усмешка не сошла с лица Гаунта.

— Ну, Рикет, — сказал он. — Это лишь предположение, не более. А предположение нужно доказать.

Глава 5

Джеральдин

Когда Гаунт покинул квартиру Зонаса, часы показывали десять минут десятого. Выйдя из «Клиндейл Эпартментс», он зашагал по направлению к Болл-стрит, На ближайшем углу он увидел будку телефона-автомата, вошел в нее и набрал номер телефона Миранды Грей.

— Алло? — прозвучал в трубке знакомый голос.

— Говорит Гаунт, — сказал он. — Мисс Грей, я попрошу вас очень внимательно выслушать меня. Я не буду пускаться в объяснения, так как у нас слишком мало времени. Только факты. Прежде всего я должен сказать вам, что вы не убивали Зонаса. Вы не могли убить его, потому что ваш пистолет был заряжен холостыми патронами. — Гаунт помолчал; в трубке было слышно тяжелое дыхание девушки.

— Но… — начала было она, однако Гаунт прервал ее.

— Никаких «но», — сказал он резко. — Я говорю вам, что патроны в вашем кольте были холостые. Я только что покинул квартиру Зонаса, а детектив-инспектор Рикет из Скотланд-Ярда еще находится там. Он намерен встретиться с вами и допросить, однако я сказал ему, что вы уехали к матери, так что, не найдя вас в вашей квартире, он не станет немедленно бить тревогу. Я скажу вам, что вы должны сделать, причем немедленно. Когда мы закончим этот разговор, вы уложите необходимые вещи в чемодан, возьмете такси и перебазируетесь в отель «Сигнит» — это на Баффер-плейс. Снимите номер, но не на свое имя, вы зарегистрируетесь как мисс Стивенсон из Глазго. Вам придется провести в номере один или два дня, а когда настанет время, я сам представлю вас Рикету. В клуб сегодня не ходите: возможно, Рикет все же будет ждать вас там… Кстати, кто теперь будет руководить клубом?

— Наверное, Вольф Линел. Это секретарь и доверенное лицо Зонаса. Но я не могу понять…

— От вас это и не требуется, — прервал ее Гаунт. — Должен сказать вам одно: если вы будете точно выполнять все, что ж вам говорю, то я, пожалуй, смогу вам помочь выбраться из этой передряги. Ну, а если нет… тогда это может плохо для вас кончиться. Могу ли я рассчитывать на то, что вы будете выполнять мои приказания?

— А что мне остается делать? — Ее голос звучал слабо и растерянно. — Я сейчас даже думать не могу. Мне страшно… Я боюсь…

— Было бы странно, если бы вы не боялись, — проворчал Гаунт. — Но хватит разговоров. Поторопитесь. Сложите в чемодан все самое необходимое и немедленно отправляйтесь в «Сигнит». Итак, вы мисс Стивенсон из Глазго. Не забывайте об этом. Я вам позвоню.

— Хорошо, — сказала она, — я поступлю так, как вы сказали.

Гаунт повесил трубку, вышел из будки и продолжил свой путь по Болл-стрит. Добравшись до Ганновер-плейс, он пересек площадь и вышел к «Серебряному Кольцу». Было еще довольно рано, и клуб только начал заполняться людьми. Гаунт сел за столик и заказал виски с содовой. В ожидании заказанного, он полез за портсигаром и обнаружил, что у него кончились сигареты. Посмотрев по сторонам и заметив на другой стороне балкона продавщицу сигарет, державшую поднос с табачными изделиями, он подозвал ее. «Что за очаровательная малышка!» — подумал Гаунт, когда она подошла к его столику. Девушка действительно была небольшого роста, миниатюрная блондинка, напоминавшая фарфоровую статуэтку. Наметанный глаз детектива подметил, что для девушки, продающей сигареты в ночном клубе, на ней слишком дорогие туфли и чулки. А когда он брал с подноса пачку сигарет, то заметил, что девушка бледна, а руки ее, державшие поднос, вздрагивают. И тут в голове детектива мелькнула мысль, показавшаяся ему заслуживающей проверки. Он улыбнулся девушке и спросил:

— Как вас зовут, моя дорогая? — Его вопрос вроде бы не удивил ее.

— Мое имя Нелли, — ответила она. — Нелли Винтер. Но здесь все меня называют Джеральдин.

— Очень хорошо. А теперь, Джеральдин, я хотел бы кое о чем спросить вас. Скажите, когда вы в последний раз видели мистера Зонаса?

Она взглянула на него, и он заметил страх в ее расширившихся глазах.

— Значит, это правда, Джеральдин? — сблефовал он. Она вскинула головку, но губы ее задрожали.

— Я не знаю… не понимаю, о чем вы говорите! — Гаунт изменил направление атаки.

— Скажите, где вы были сегодня вечером около семи часов?

Она опустила глаза.

— А почему вы меня спрашиваете? Я не обязана отвечать на ваши вопросы и не собираюсь это делать!

Девушка резко повернулась и ушла. Гаунт встал и вышел в холл, где находился гардероб.

Там же на барьере стоял телефон. Гаунт подошел к гардеробщице и сказал:

— Моя фамилия Гаунт. Я частный детектив и провожу расследование для мистера Зонаса. Сегодня в семь я должен был встретиться с ним, но эта встреча не состоялась. Он не просил что-нибудь передать мне?

— Нет, сэр, — ответила девушка. — Мистер Зонас звонил сюда примерно в половине седьмого, но о вас он ничего не говорил.

— А зачем он звонил? — поинтересовался Гаунт, выкладывая на барьер однофунтовый банкнот.

— Ну… велел мне найти Джеральдин и сказать ей, чтобы поторопилась, если хочет увидеться с ним.

— Благодарю, — сказал Гаунт.

Он прошел через зал в коридор и негромко постучал в дверь кабинета Зонаса.

— Войдите! — послышался голос за дверью.

Гаунт вошел в знакомую комнату. На месте Зонаса за письменным столом сидел мужчина лет сорока, коренастый, плотный, с крупными чертами лица.

— Прошу прощения. Я разговариваю с Вольфом Линелом, секретарем мистера Зонаса? — осведомился Гаунт.

— Да, это я. — Линел усмехнулся. — А вы — мистер Гаунт. Зонас говорил мне о вас.

— Это хорошо. Слушайте, Линел, Зонас был убит сегодня вечером и полиция скоро здесь будет. Боюсь, она станет подозревать многих людей. Надеюсь, что не вас.

Линел отложил авторучку. Он не выглядел удивленным.

— Зонас чувствовал, что что-то надвигается.

— Он вам не нравился?

— Я работал на него, но не скажу, чтобы он мне нравился. Он мне совсем не нравился… Боюсь, что в этом заведении вам любой скажет то же самое!

«Итак, здесь уже известно, что Зонас убит», — подумал Гаунт. Он вытащил только что купленную пачку сигарет, вскрыл ее, предложил сигарету Линелу и закурил сам.

— Скажите, Линел, и пусть это будет между нами, почему у вас так не любят Зонаса?

Секретарь нехорошо улыбнулся. Гаунт обратил внимание на его зубы, белые и крепкие.

— Это из-за женщин, — сказал Линел. — Зонас считал, что его святое право — трахать всех женщин, которые у него работают.

— Не такая уж редкость среди владельцев ночных клубов. Я знаю немало типов, которые ведут себя точно так же. — Гаунт пустил голубое кольцо табачного дыма. — Бьюсь об заклад, что этой малышке Джеральдин немало досталось от него. — Гаунт заметил, как судорожно сжались пальцы Линела при упоминании имени девушки.

— Мистер Гаунт, меня очень интересует ваша точка зрения относительно случившегося, — сказал Линел. — Если это не секрет, разумеется. Зонас говорил мне вчера, что причиной того, что он пригласил вас, были расхождения в отчетности по клубам. Это так?

— Именно так, — подтвердил Гаунт. — Вы, наверное, знаете и то, что вчера Зонас выплатил мне аванс, а я привык выполнять работу, за которую мне платят. А потому, если вы намерены продолжать его дело, я мог бы оградить вас… и Джеральдин от опасностей.

Во взгляде, которым ответил Линел на это предложение, была не симпатия, а скорее враждебность.

— При чем здесь Джеральдин? — буркнул он. — Она не имеет отношения ко всему этому. Эта девушка — просто милый ребенок, ее все любят. Ни к чему ввязывать ее в убийство Зонаса.

— Как сказать, — возразил Гаунт. — Вам известно, что сегодня вечером у нее было свидание с Зонасом?

— Мне не известно, — отрезал Линел. — А вам?

— А мне известно. Вот эти сигареты я только что купил у Джеральдин. Трудно было не заметить, что девушка перепугана, и я спросил у нее, когда она в последний раз видела Зонаса. Мой вопрос произвел на нее сильное впечатление, однако, ответить на него она отказалась. Чтобы проверить возникшее подозрение, я вышел в холл, поговорил с девушкой-гардеробщицей, которая отвечает на телефонные звонки, и та выложила мне все, что я хотел звать. Зонас позвонил в половине седьмого и велел передать Джеральдин, чтобы та поторапливалась…

Линел попытался заговорить, но Гаунт движением руки остановил его.

— Я не собираюсь копать под Джеральдин, Линел, так что у вас нет никаких оснований для беспокойства… Даже если вы неравнодушны к Джеральдин. — Он широко улыбнулся. — У меня и в мыслях нет подозревать каждого, кто находился под той крышей в то время. Но с какой целью Зонас хотел встретиться с ней?

Его вопрос не доставил Линелу удовольствия. Он встал и начал шагами мерить комнату.

— Послушайте, мистер Гаунт, я предпочел бы играть с вами в открытую. — Он остановился и посмотрел в лицо детектива. — Буду с вами откровенен: я рад, чертовски рад, что Зонас мертв. И любой, кто его знал, рад этому. Зонас был грязным развратником.

Гаунт покачал головой.

— То, что вы сказали, хорошо согласуется с тем, что мне известно о Зонасе. Однако, даже если человек действительно развратен, это не дает права лишать его жизни.

— Джеральдин посоветовал встретиться с Зонасом я. И я настоял, чтобы она пошла к нему и сказала, чтобы он раз и навсегда оставил ее в покое, — заявил Линел и раздавил в пепельнице свою недокуренную сигарету. — Зонас буквально отравлял жизнь этой малышки в течение последних месяцев. Джеральдин выглядит ребенком, но ей двадцать четыре года. У Зонаса были на нее какие-то особые виды. Видите ли, даже я не все знаю о деятельности Зонаса, но всегда подозревал что после официального закрытия клуба здесь творится что-то скверное. Видимо, Зонас хотел заставить Джеральдин принимать участие в происходящем. В чем именно и на каких ролях, я не знаю. Она избегала говорить со мной на эту тему. И вот сегодня, когда я был здесь, Джеральдин пришла в клуб и разоткровенничалась со мной. Видите ли, она всегда относилась ко мне с симпатией и доверием… — Он слетка смутился. — Но, по вполне понятным причинам, она была очень осторожна. Девушка боялась Зонаса — здесь все его боялись. Возможно, он раскопал какие-то компрометирующие материалы или просто запугал ее. На это он был мастер. Тогда я сказал, что самым лучшим выходом для нее было бы встретиться с Зонасом, сказать ему, что она все рассказала мне, и отказаться от сомнительных предложений. В такой ситуации он мог изменить свои планы и оставить ее в покое. Я посоветовал ей немедленно позвонить Зонасу по телефону и сказать, что она хочет поговорить с ним, не указывая конкретно о чем.

Она согласилась и тут же, прямо отсюда, позвонила ему. Зонас назначил встречу на шесть пятнадцать. Из того, что узнали вы, можно сделать вывод, что Джеральдин к нему в назначенное время не пришла. Вот он и позвонил сюда, чтобы поторопить ее.

Гаунт докурил сигарету и тут же закурил новую.

— Любопытно… Очень любопытно… — пробормотал он. — Ну, а теперь, Линел, приготовьтесь ответить на самый важный вопрос. Вы достаточно хорошо знали Зонаса и, как мне кажется, лучше других знали людей, которые его окружали и на него работали. Так вот, кто из них имел основания больше других желать смерти Зонаса. Представьте себе, что Зонас жив. Кого бы вы поставили в списке желавших его смерти первым?

Линел подумал, прежде чем ответить.

— Боюсь, вы мне не поверите, мистер Гаунт, если я скажу, что в таком списке я поставил бы первым… самого Мариоса Зонаса.

Гаунт взглянул на него в недоумении.

— Зонаса? Но почему?

Линел оперся локтем на стол, глядя на Гаунта.

— А потому, что Зонас не раз и не два задумывался над самоубийством. Он, можно сказать, был внутренне готов лишить себя жизни. За прошлый месяц я не раз слышал, как он говорил, что устал от всего и что знает, как в два счета с этим покончить. И, поверьте мне, он говорил это не без причины. С одной стороны, он испытывал финансовые затруднения. Разумеется, он говорил вам об инцидентах с отчетностью? С другой стороны, у него было очень неважно со здоровьем. Две недели назад его скрутил сердечный приступ, и он прямо на работе потерял сознание. Естественно, он обратился к врачу, и тот сказал ему, что у него запущенная болезнь сердца. Не думаю, чтобы он долго продержался…

Линел умолк. Взяв карандаш, он неосознанно чертил на листе бумаги какие-то линии. Наконец он поднял голову и сказал:

— Очень странно… Но когда мне сказали, что Зонас мертв, первое, что пришло мне в голову, была мысль о том, что он покончил с собой.

Гаунт ничего не ответил. Он молча курил, откинувшись на спинку кресла. Линел снова встал и прошелся по комнате.

— За последние месяцы Зонас сильно изменился, — снова заговорил он. — Он странно выглядел… Стал скрытным. Я был его секретарем и знал о многих его делах за последние два года… но не за последний месяц, когда он проявлял неоправданную скрытность даже в отношении меня. Я часто бывал у него дома, почти ежедневно. По служебным делам, разумеется: мы обсуждали итоги предыдущего дня, подсчитывали выручку, Зонас давал мне указания на следующий день. Несколько раз я приходил позже назначенного времени, в нашем деле такое бывает. В этих случаях дверь квартиры была заперта, и на мои звонки никто не реагировал, но в то же время я слышал, что в квартире кто-то есть. Три дня назад, когда я побывал там, я слышал странные звуки за дверью: казалось, там кто-то работает пилой… пилит дверь. Когда я постучал, звуки смолкли, но дверь никто не открыл. Позавчера днем, когда Зонас был здесь, ему понадобились кое-какие бумаги, и он послал меня за нами к себе на квартиру. Мне он дал запасной ключ, который хранил здесь, в своем кабинете. Я сходил за документами, но забыл вернуть ключ. На следующий день эти документы нужно было вернуть на место, и я снова отправился туда где-то около четырех часов. Я знал, что Зонас в клубе, а потому не стал звонить, а сразу открыл дверь ключом, который был при мне, и поднялся наверх по лестнице. Когда я вошел в кабинет, то не поверил глазам своим. Там царил хаос. Снятые с книжных полок книги в беспорядке валялись на полу, край ковра был загнут, а комната выглядела так, словно там сражались. Вернувшись в клуб, я поспешил рассказать об этом Зонасу, но он одернул меня и посоветовал заниматься своими делами.

— Ну что ж, Линел… — Гаунт встал. — Мне пора. Признателен вам за откровенность. — Сыщик улыбался, лицо было спокойно, но мозг лихорадочно работал. Одна мысль не давала покоя: Линел слишком спокойно и слишком равнодушно воспринял известие о смерти Зонаса… — Я еще увижусь с вами, — сказал Гаунт на прощание и вышел.

В гардеробе он взял пальто и шляпу, спустился по лестнице и вышел на улицу. Воспользовавшись первым попавшимся телефоном-автоматом, он позвонил в Скотланд-Ярд и, услышав в трубке голос дежурного, попросил узнать, вернулся ли детектив-инспектор Рикет и нельзя ли позвать его к телефону. Ждать пришлось не более минуты, после чего Рикет взял трубку.

— Извините, что снова беспокою вас, Рикет, но я хочу попросить вас об одной услуге. Мне хотелось бы еще раз взглянуть на квартиру Зонаса. Полагаю, что сделать это я смогу только с вашей помощью… Действовать так, как в прошлый раз, я не хочу.

— Очень рад этому, — ответил Рикет. — В тот раз вы удивили меня. Как вам удалось отпереть дверь, не оставив никаких следов? Что же касается вашей просьбы, то я возражать не буду. Если вам нужно осмотреть квартиру, я охотно вам посодействую. Мой человек дежурит внизу, в холле, вместе с портье. Я сейчас же позвоню ему и распоряжусь, чтобы вас впустили. Кстати, — продолжал он, — я хотел бы, чтобы вы завтра сказали мне, что нам нужно сделать, чтобы получить показания этой Миранды Грей. Мы побывали у нее на квартире, но ее там нет. Мы не можем ее найти.

— Она придет к вам, — пообещал Гаунт. — Завтра же я разыщу ее и поговорю относительно дачи показаний. Не исключено, что они будут интереснее, чем вы предполагаете.

Глава 6

Странное убийство

В половине одиннадцатого Гаунт был уже возле «Клиндейл Эпартментс». Он показал дежурившему в холле полицейскому свою лицензию и беспрепятственно поднялся в квартиру Зонаса. Тело убитого уже увезли, Гаунт убедился в этом, войдя в кабинет. Там он закурил сигарету, сел в кресло перед камином и погрузился в размышления.

Только что состоявшийся разговор с секретарем убитого позволил ему по-новому взглянуть на случившееся и многое переосмыслить. Разумеется, больше всего его заинтересовал рассказ Линела о его посещениях квартиры Зонаса.

Во время последнего визита сюда в кабинете царил беспорядок: разбросанные но полу книги, сдвинутый… нет, отогнутый ковер…

У Гаунта сложилось впечатление, что Линел специально хотел привлечь его внимание к беспорядку в комнате. Видимо, он хотел внушить детективу определенную мысль… или что-то подсказать. Он подошел к стене и начал осматривать книжные полки. Книги с левой стороны покрывал тонкий слой пыли, к ним давно не прикасались, по крайней мере, неделю. А вот с правой стороны полки, ближайшей к стулу Зонаса, книги действительно брали.

Гаунт начал снимать книги с этой части полки, складывая их в стопку на полу. Его усилия не пропали даром: когда полка была освобождена, он увидел скрытую до того книгами небольшую подвижную панель. Он попытался отодвинуть ее, и она легко поддалась. За панелью оказалось углубление, размерами не превышающее коробку для туфель.

Гаунт посветил карманным фонариком. Тайник был пуст. Детектив задвинул скользящую панель и поставил книги на прежнее место. Неужели Линел не заметил панель, когда осматривал комнату? Ведь книги были сняты и не увидеть ее было просто невозможно. Странно, очень странно… Гаунт холодно усмехнулся. «Похоже, что Линел сказал мне далеко не все», — подумал он.

И в то же время Линел настойчиво старался обратить его внимание на сброшенные книги и, следовательно, на книжные полки. И еще он подчеркнул, что край ковра был загнут… Гаунт взглянул на покрывавший пол ковер с желто-коричневым узором и черной каймой, на котором стоял письменный стол Зонаса. Он осмотрел края ковра: они были аккуратно прибиты к полу. Такой ковер не сдвинешь и не завернешь… Но тут он заметил, что под письменным столом, там, где должны были находиться ноги сидящего, ковер прибит не был. Гаунт отодвинул стол, опустился на колени и посветил фонариком. И охнул от удивления. Справа от сидящего за столом ковер был разрезан примерно на фут с небольшим. Ухватившись за край разреза, детектив отогнул угол ковра. Под ним был вырезан паркет: примерно дюймов десять на десять. Черная дыра вела вглубь, видимо, в вентиляционный колодец.

«Чем дальше, тем забавней!» — подумал Гаунт, Вот и звук пилы, который слышал Линел, нашел свое место в складывающейся картинке. Пилой выпиливали паркет. Он сунул в отверстие руку. Его пальцы ощутили какой-то бугорок чуть ниже края отверстая. Детектив склонился ниже и направил в отверстие луч фонарика. Это была шляпка не до конца забитого гвоздя, за которую зацепилась какая-то веревка. Оба конца ее уходили в темноту. Очевидно, к концам веревки был привязан груз.

Осторожно ухватившись за веревку, Гаунт обмотал ее вокруг руки, чтобы не упустить. Вытащив три или четыре фута веревки, он наконец добрался до предметов, привязанных к ее концам. При виде их глаза детектива блеснули. К одному концу было привязано тяжелое пресс-папье, к другому — пистолет.

Гаунт водрузил свою находку на стол, придвинул стул, сел и принялся рассматривать извлеченные из отверстия предметы. Пистолет оказался близнецом оружия, находившегося в сумочке Миранды Грей: автоматический кольт тридцать второго калибра, та же модель. Обернув пистолет носовым платком, чтобы не оставить отпечатков, Гаунт осторожно извлек обойму и осмотрел ее. Как и в случае пистолета Миранды, в обойме было девять патронов, десятый отсутствовал. Только патроны эти не были холостыми… Гаунт вспомнил отстрелянную гильзу, найденную им на ковре во время прошлого визита. Какому из двух пистолетов она принадлежала?

Гаунт встал, отошел от стола, поглядел в окно, а потом снова сел в кресло у камина. Его находка отлично соответствовала версии Линела, согласно которой Зонас сам убил себя. Ведь обнаруженное им устройство со всей определенностью предназначалось для совершения замаскированного самоубийства. Человек, решившийся на самоубийство, должен был сесть за стол, отогнуть ногой край ковра и придержать его носком ботинка. Пресс-папье, привязанное к одному концу веревки, следовало опустить в отверстие, другим концом веревки была обвязана рукоятка пистолета. После выстрела увлекаемый тяжестью пресс-папье пистолет должен был выпасть из руки, нажавшей на спуск, и исчезнуть в отверстии. Упругий ковер, после того как нога сидевшего соскользнула бы с него, распрямился бы, и комната приобрела бы прежний вид. Оружие исчезло бы, остался бы только труп.

Губы Гаунта искривила саркастическая улыбка, когда он осознал, что это устройство годится не только для самоубийства, но и для убийства, маскируемого под замаскированное самоубийство. Такой изощренный план мог разработать, однако, только очень умный преступник. Техническая же сторона дела отнюдь не была сложной. Убийце нужно было лишь, воспользовавшись отсутствием Зонаса, проникнуть в комнату, разрезать ковер и выпилить отверстие в паркете, Привязать пистолет и пресс-папье к веревке можно было уже после убийства. В таком случае и шляпка гвоздя в отверстии переставала быть случайностью: веревка была надета на нее специально, иначе пистолет и пресс-папье исчезли бы в вентиляционном колодце и, возможно, никогда не были бы обнаружены, что, разумеется, не входило в планы убийцы.

Гаунт поразмыслил о назначении тайника за книгами и в конце концов решил, что он предназначался для пистолета: здесь Зонас хранил свое оружие.

Мысли Гаунта снова вернулись к Линелу. В руках секретаря часто оказывался ключ от квартиры шефа. Значит, он имел возможность заявиться сюда в часы, когда Зонас наверняка отсутствовал, и все устроить. Возможно, это приспособление было подготовлено им давно, и он только ждал удобного случая, чтобы им воспользоваться. И Линел вполне мог знать, где прячет Зонас свой пистолет. Уж не Линел ли был этим убийцей? В этом случае все, что он говорил Гаунту, имело целью осторожно навести детектива на пистолет, который Линел аккуратно подвесил вместе с пресс-папье на не до конца забитом гвозде.

Если дело обстояло именно так, то идея, которой руководствовался Линел, была очевидна. Он хотел, чтобы Гаунт поверил, что Зонас сам убил себя, но с помощью маленькой хитрости сделал это так, чтобы самоубийство выглядело как убийстве. Зачем? Чтобы в результате исчезновения пистолета подозрение в убийстве пало бы на определенное лицо. На того, кто последним побывал в его кабинете.

Но последним человеком, побывавшим в квартире Зонаса до того, как был обнаружен труп, была Миранда Грей, посетившая Зонаса в семь часов.

Если Зонас действительно совершил самоубийство, загнанный Лоримером в угол? Не для того ли он назначил встречу с Гаунтом на половину восьмого, чтобы тот, обнаружив его труп, заподозрил Миранду Грей в убийстве? Тем самым Зонас, уходя из опротивевшего ему мира, одновременно жестоко мстил Лоримеру и девушке, которая, по его мнению, предала его. Или все же это убийство, совершенное Линелом? В этой версии было одно весьма слабое звено. Линел знал, что в этот вечер с Зонасом должна встретиться Джеральдин, более того, это он сам посоветовал ей попросить Зонаса принять ее сегодня. Если Линелу не было известно, что после Джеральдин у Зонаса будет еще одна посетительница, то своим поступком он ставил Джеральдин под удар: она автоматически становилась подозреваемой номер один. Ну, а если Линел знал, что Миранда встретится с Зонасом после Джеральдин? Если он был заинтересован в том, чтобы причинить вред Миранде и Лоримеру, и учел появление мисс Грей в квартире Зонаса в своем чудовищном плане?

Гаунт потянулся за следующей сигаретой, продолжая анализировать вставшую перед ним загадку.

Он вспомнил свой разговор с Мирандой Грей в баре сразу же после убийства Зонаса. Тогда девушка рассказала ему о записке, присланной ей Зонасом, в которой тот отказывался от встречи.

На первый взгляд могло показаться, что эта записка освобождает Зонаса от подозрений в намерении коварно отомстить Миранде: ведь если бы девушка не пришла к нему на квартиру, то никто не заподозрил бы ее в этом убийстве. Но только на первый взгляд. Миранда сказала, что эта записка была написана в оскорбительном тоне, что Зонас в ней упрекал девушку во всех мыслимых и немыслимых грехах. Может быть, Зонас, хорошо знавший взрывной характер Миранды, специально послал ей такую записку, чтобы возмущенная девушка обязательно явилась к нему на квартиру требовать объяснений?

Нет, записка Зонаса не может помочь расследованию… и помешать ему не может тоже. Из нее нельзя сделать однозначный вывод.

Гаунт сосредоточил свои мысли на Рикете. Здесь все представлялось более или менее ясным. Если бы Гаунт не сообщил инспектору, что Миранда Грей призналась в убийстве Зонаса, Рикет, конечно, прочесал бы квартиру Зонаса частым гребнем. При этом инспектор, несомненно, обнаружил бы и разрезанный ковер под столом, и дыру в паркете, извлек бы веревку с пистолетом и пресс-папье и, конечно же, заподозрил бы самоубийство.

Ну… а почему бы ему не заподозрить самоубийство сейчас, когда он узнал о холостых патронах в пистолете Миранды?

Ясно было одно: это устройство для маскировки самоубийства или убийства было подготовлено до смерти Зонаса. После убийства на это просто не оставалось времени. «Кто мог соорудить все это?» — задавал себе вопрос Гаунт. И тут же ответил на него: «Линел, если это было убийство; Зонас, если это было самоубийство».

А кто еще? Мог ли приложить к этому руку кто-то третий? Не могла ли быть этим лицом Джеральдин? Если то, что сказал Линел об интересе Зонаса к этой девушке, было правдой, то секретарь грека мог и не знать, в каких отношениях находилась Джеральдин с его хозяином, а она, разговаривая сегодня с Линелом, могла и не сказать ему все, особенно если это компрометировало ее. В таком случае Джеральдин и раньше вполне могла бывать в квартире Зонаса, он мог даже давать ей ключ от квартиры. Гаунт вспомнил о странной реакции девушки, когда он заговорил о Зонасе: она категорически отказалась говорить о том, что в этот вечер произошло.

Гаунт отправил недокуренную сигарету в камин и зашагал по комнате. При всех условиях обнаруженное им устройство заставит Рикета крепко призадуматься.

Пожалуй, теперь Рикет поверит его словам о том, что пистолет девушки, из которого, по словам Миранды Грей, она застрелила Зонаса, был заряжен холостыми патронами. Если же он будет продолжать сомневаться, у Гаунта есть способ заставить инспектора поверить ему.

А почему, собственно, он так об этом заботится? — вдруг подумал Гаунт. Теперь, когда он обнаружил это устройство, позволяющее считать смерть Зонаса самоубийством, он мог на этом закончить расследование. Пусть этим занимается полиция, это ее дело, а он исполнил свой долг. У него нет клиента, а дальнейшее расследование не принесет ему никакой выгоды… Однако подсознательно он уже знал, что не бросит это дело. И причиной тому была Миранда Грей…

Гаунт встречал немало женщин, и некоторые из них не оставляли его равнодушным. Однако в Миранде Грей было что-то особенное, что притягивало и привлекало его. Но не слишком ли он заинтересовался этой молодой женщиной?

Он заставил себя переключить мысли на Майкла Лоримера. Кем бы ни был этот парень, думал он, но ему крепко повезло. Он должен считать себя счастливчиком, если его любит такая девушка, как Миранда Грей. Любопытно, что подумает Лоример, когда завтра прочтет в газетах о смерти Зонаса?.. Впрочем, еще неизвестно, что многоопытный инспектор Рикет выделит газетчикам для публикации.

Кстати, что предпримет в ближайшие часы инспектор? Ответ очевиден: он будет разыскивать Миранду Грей. Он будет искать ее потому, что не сомневается в том, что именно она убила Зонаса, а Гаунт, Бог ведает по какой причине, уже после убийства заменил в ее пистолете боевые патроны на холостые.

Гаунт передернул плечами. Нет, это не годится. Он подошел к столу, снял трубку и позвонил в Скотланд-Ярд Рикету. Тот сам поднял трубку.

— Привет, Рикет, — сказал Гаунт спокойно. — Я звоню вам из кабинета Зонаса. Так вот, слушайте: я обнаружил здесь нечто чрезвычайно любопытное. Во всяком случае, я могу теперь утверждать, что Зонас не был убит.

— Неужели? — воскликнул детектив-инспектор. — Руфус, вас сегодня осеняют одна блестящая мысль за другой. Смею вас заверить, что столь причудливого убийства я не видел за всю мою практику. Сначала молодая женщина звонит вам и доверительно сообщает, что она только что лично пристрелила Зонаса. Этого было бы достаточно любому, но не вам, Руфус. Вы заявляете мне, что она не могла сделать это, так как пистолет ее был заряжен холостыми патронами. Но вам и этого мало! Через пару часов вы звоните мне, чтобы поделиться совсем уж поразительным открытием: оказывается, Зонас вообще не был убит. Однако я верю в вас, Руфус, и готов биться об заклад, что это не конец: еще до утра вы свяжетесь со мной и заявите мне, что Зонас жив, а тело, которое мы увезли из его квартиры, всего лишь каучуковый манекен.

Гаунт рассмеялся.

— Рикет, вы по-прежнему остроумны. И все же я утверждаю, что он действительно не был убит. Если вы сейчас приедете сюда, я докажу вам это.

— В самом деле? — буркнул инспектор. — Думаю, что вам потребуются очень веские доказательства, если вы надеетесь убедить меня в этом… Кстати, что вы думаете о местонахождении Миранды Грей в настоящее время? Все это выглядит совсем не так уж безобидно, особенно, если вы вспомните, как относится к таким вещам закон. А мне совсем не хочется, чтобы вы оказались в дурацком положении, Руфус. Думаю, для вас будет лучше найти эту женщину. И что вы ее найдете. Так, как насчет этого?

— Вы не ошиблись, Рикет, и я думаю также, — сказал Гаунт с усмешкой. — Вы можете встретиться с Мирандой в любой момент, когда пожелаете!

— Понял, — ответил Рикет. — Ну, а как все-таки насчет Зонаса? Что с ним случилось? Вы можете ответить на этот вопрос просто и понятно?

— Без проблем, — ответил Гаунт небрежно. — Зонас покончил жизнь самоубийством.

Глава 7

Мотив преступления

Только в полночь Гаунт смог, наконец, позвонить в отель «Сигнит». Он сказал дежурному, поднявшему трубку, что хотел бы поговорить с мисс Стивенсон и попросил пригласить ее к телефону. Он ждал, покуривая сигарету и мысленно поздравляя себя с тем, как он обработал Рикета: сейчас у парня наверняка сумбур в голове от его оригинальных идей но поводу смерти Зонаса. Надо думать, что детектив-инспектор всерьез поверил в возможность самоубийства грека.

Когда Миранда Грей подошла к телефону, он сказал:

— Как поживаете, мисс Стивенсон? Извините за поздний звонок, но меня вынудили обратиться к вам важные и неотложные дела. Я сейчас на пути в свою контору на Кендант-стрит. Было бы очень хорошо, если бы вы сели в такси и тоже приехали туда.

— Хорошо. Я сейчас приеду, — коротко ответила она. Гаунт повесил трубку, вышел из кабины и отправился к себе наверх. Войдя в контору, он включил свет. Входная дверь осталась открытой. Усевшись за письменный стол, он глубоко задумался.

Примерно через четверть часа Гаунт услышал, как внизу хлопнула наружная дверь. Он перешел из кабинета в приемную и стал ждать. Когда девушка возникла из темноты коридора на пороге ярко освещенной комнаты, он ощутил жалость, увидев ее безвольно опущенные плечи и глаза, в которых легко было прочесть страх и тревогу. Когда она вошла, Гаунт закрыл дверь и пригласил мисс Грей в свой кабинет.

— Видите это кресло? — сказал он. — Оно большое и удобное. Сядьте в него и по возможности расслабьтесь. Дела обстоят совсем не плохо. Не скажу, что вы уже выпутались из этой передряги, но непосредственной опасности больше нет. Вы наверняка спасены от угрозы ареста. Я считаю, что нам удалось опровергнуть версию, согласно которой Зонаса убили вы.

— Но… я действительно в него стреляла! — В ее голосе прозвучала безнадежность. — Я уверена в этом! Я думаю…

— Вы могли бы дать отдохнуть своему мозгу! — перебил ее Гаунт. — Я, Руфус Гаунт, говорю вам, что вы не могли убить Зонаса. В настоящий момент даже Рикет, детектив-инспектор из Скотланд-Ярда, которому поручено расследование этого дела, усомнился в вашей виновности.

— Но…

Гаунт движением руки прервал девушку и протянул ей портсигар.

— Возьмите сигарету, закурите, а я расскажу вам, что на самом деле произошло в квартире Зонаса. — Он щелкнул зажигалкой и дал девушке прикурить. — Так вот, — начал он, — из вашего рассказа следует, что в тот момент, когда вы выстрелили в Зонаса, он сидел за письменным столом. Вы же стояли справа от него, по другую сторону стола. Вы действительно выстрелили в него. По вашим словам, вы увидели, как на его голове пониже виска появилось красное пятно. С того места, где вы стояли, вы могли видеть только левую сторону его головы, значит, пятно появилось слева. Вы увидели, как Зонас падает лицом вперед на стол, повернулись и выбежали из кабинета. Так вот, мисс Грей, по моей версии, если бы вы задержались там еще минут на пять, вы стали бы свидетельницей воскрешения Зонаса. Вы увидели бы, как он шевельнулся, приходя в себя, а затем снова сел на стул.

Наслаждаясь произведенным эффектом, Гаунт сделал паузу, глубоко затянулся и выпустил дым через ноздри.

— Видите ли, мисс Грей, ваш пистолет был заряжен холостыми патронами. Так что, когда вы нажали на спуск, то, что полетело в голову Зонаса, не было пулей: это был пыж, правда, довольно жесткий. Попав в голову с левой стороны, пыж, естественно, повредил кожу, вызвав небольшое кровотечение. Зонас потерял сознание, что вполне естественно: пыж, выпущенный с расстояния в несколько футов, угодив в висок, вполне может оглушить человека. Итак, вы просто не могли застрелить Зонаса. Однако, Зонас действительно погиб от пули, но пуля эта была выпущена слева, с другой стороны стола. Она вошла в его голову справа, чуть левее виска, а вышла слева, несколько ниже, почти у шеи. Инспектор Рикет искал эту пулю, однако так и не нашел ее. Причина, по которой инспектору не удалось отыскать пулю, проста: пулю отыскал убийца и унес с собой.

Девушка смотрела на него с недоверием и надеждой, а потом с ее губ слетел вздох облегчения.

— Мистер Гаунт… неужели?.. — Она улыбнулась, щеки чуть заметно порозовели. — Как это прекрасно — перестать думать, что это я убила Зонаса. Теперь я понимаю, что не должна была стрелять в него — такому поступку нет оправдания. Но тогда…, тогда я просто не сознавала, что делаю! Честное слово!

— В это нетрудно поверить, — сказал Гаунт. — Состояние аффекта. Вы были во власти эмоций и действовали бессознательно. Однако, не считайте, что все неприятности позади, и что вы окончательно выпутались из этой передряги. Вы еще не вычеркнуты из списков подозреваемых, ведь вы одной из последних видели Зонаса. Кто-то же его убил! Впрочем, в этот момент инспектор Рикет более склонен верить, что он сам пустил себе пулю в голову.

— Но что заставило его так думать? — спросила она. Гаунт рассказал об устройстве, обнаруженном в кабинете Зонаса, и о втором пистолете, который он извлек из отверстия в полу, где тот висел на гвозде.

— Хотя Рикет ухватился за версию о самоубийстве, кое-что в этой версии не слишком хорошо стыкуется, — сказал он. — Давайте попробуем проанализировать. Предположим, что Зонас решил совершить самоубийство, но проделать это так, чтобы подозрение пало на вас. В этом случае он должен был знать две вещи: что вы придете к нему в определенное время и что у вас будет с собой пистолет. В оптимальном варианте он должен был также знать марку и модель вашего пистолета, его калибр. В сущности, он мог бы обойтись и без этой информации, хотя в таком случае картина получилась бы менее убедительной. Это хитрое приспособление, которое я обнаружил в его кабинете, в любом случае создало бы подозрение в отношении вас. Если бы у вас не было пистолета, полиция, с полным на то основанием, предположила бы, что он у вас был и что, совершив убийство, вы поспешили от него избавиться.

Девушка кивнула, соглашаясь с ним. Гаунт, выпустив кольцо дыма, наблюдал, каково, расплываясь, поднимается к потолку.

— Но все могло произойти и совсем иначе, — продолжил он после паузы. — У меня появилась еще одна версия, на мой взгляд более правдоподобная. Этой версией я еще ни с кем не делился. Она предполагает, что у вас был пистолет, что соответствует действительности.

— В чем заключается ваша версия, мистер Гаунт? — спросила она, подавшись вперед.

— Эта версия базируется на одном достаточно веском аргументе: то, что второй пистолет тоже был автоматическим кольтом тридцать второго калибра и той же модели, что и ваш, не могло быть простым совпадением. Кто бы ни поместил это оружие туда, где мне удалось его обнаружить, он имел вполне определенные намерения: спрятать в тайник точно такой же пистолет, какой был у вас. Но какова причина этого? Почему нужно было опустить в отверстие такой же пистолет, как ваш? Можете ли вы ответить на этот вопрос?

— Нет… Не могу. Да и есть ли такая причина?

— Есть, мисс Грей. И очень веская. — Он улыбнулся девушке. — Вспомните, откуда взялся пистолет, который был у вас в сумочке, когда вы пришли к Зонасу? Кто вам его дал?

— Ну… Майкл, разумеется, — ответила она. — Однако…

— Вот именно. И вы все еще не понимаете? Пистолет этот принадлежал Майклу. Разве не могло лицо, соорудившее это устройство в кабинете Зонаса, знать, что у Майкла был автоматический кольт тридцать второго калибра? Однако, если в тайнике, сооруженном в кабинете Зонаса, будет найден именно такой пистолет, разве не станет очевидным, что это не самоубийство, а убийство, в котором следует заподозрить Майкла? Неужели вы не понимаете?

— Я понимаю, — тихо ответила она. — Но, если кто-то решил таким путем бросить подозрение на Майкла, то мог ли он быть уверен, что полиция найдет то, что обнаружили вы? Ведь полиция обыскивала комнату и ничего не нашла, не так ли?

— Да, они ничего не нашли, — согласился Гаунт. — Не нашли только по той причине, что и не искали, а не искали потому, что я сразу сказал им, что вы сознались в убийстве. Если сознавшийся убийца налицо, к чему еще что-то искать? Очень может быть, что ваше вторжение в это дело было для настоящего убийцы незапланированным и нежелательным. Как рассуждала бы полиция, если бы ей не стало известно, что вы стреляли в Зонаса? Если бы они приняли версию, что Зонас убит, Майкл так или иначе попал бы под подозрение вне зависимости от того, было бы найдено спрятанное оружие или нет. Полиция наверняка узнала бы, что Зонас и Майкл в последнее время враждовали. Я первый подсказал бы им эту мысль: ведь Зонас во время нашей последней встречи рассказал мне о своих подозрениях в отношении Майкла. Да, даже без второго пистолета у Майкла была бы куча неприятностей, и ему совсем не легко было бы отмыться от подозрений. А если бы второй пистолет был найден, полиция могла бы счесть, что Зонас совершил замаскированное самоубийство. Но при более глубоком анализе происшествия полиция наткнулась бы на одно обстоятельство, которое вроде бы опровергает эту версию. Пуля, убившая Зонаса, прошла навылет — вошла в правый висок, вышла почти у шеи. Значит, она должна была быть в комнате, но ее не нашли. Очевидная подсказка, что это было не самоубийство. Кстати, вылетевший из вашего пистолета пыж тоже не был обнаружен. — Миранда медленно наклонила голову.

— Я поняла… Значит, произошло убийство… Кто-то убил Зонаса так, чтобы подозрение пало… Но вы же сами сказали: полиция считает это самоубийством!

— Да, — кивнул Гаунт. — Они так думают. И тому есть определенная причина. — Он сделал паузу и таинственно улыбнулся.

— Какая? — спросила она.

— Наш неизвестный режиссер не учел, что Зонас все же мог покончить с собой так, чтобы пуля не была найдена — сказал он. — Если Зонас, собираясь спустить курок, стоял так, чтобы после выстрела оружие соскользнуло бы в прорезанное отверстие, которое затем прикрыл бы ковер, то слева от него должны были находиться книжная полка и окно, которое в тот момент было открыто. Если построить траекторию пули, учитывая входное и выходное отверстия, то окажется, что она вполне могла вылететь в окно. Зонас, падая, сделал бы полуоборот от удара пули и упал на стол. В этом случае его тело лежало бы на правой стороне стола, либо лицом вниз, либо на боку.

— Он так и лежал? — спросила девушка.

— Нет. Он лежал в странной, даже нелепой позе, — ответил Гаунт. — Однако, — добавил он с усмешкой, — я счел разумным чуточку обмануть Рикета и сказал ему, что, осматривая тело, случайно задел его ногой, когда обходил стол, и труп перевернулся.

Она смотрела на него изумленно и растерянно.

— Но… почему вы так поступили? Вы хотели кого-то выгородить?

— Сам не знаю, — улыбнулся Гаунт. — Но, если я и пытаюсь кого-то выгородить, так это вас. Во всяком случае, Рикету пришлась по душе версия, согласно которой Зонас, пресытившийся, по словам Линела, жизнью, Майклом Лоримером и всем остальным, столь изощренно расстался со своим существованием, позаботившись, чтобы подозрение пало на Майкла Лоримера. Рикет уже наполовину уверовал в это и, вроде бы, не собирается менять точку зрения.

— Понимаю. Но теперь скажите, что я должна делать дальше. Мистер Гаунт, я очень скверно чувствую себя в этом отеле под чужим именем. Я теряю присутствие духа…

— А вами не нужно больше жить там, — ответил Гаунт. — Версия самоубийства, которой сейчас придерживается Рикет, подразумевает, что нет необходимости кого-либо арестовывать. Завтра в утренних газетах появятся сообщения о смерти Зонаса. Думаю, что материал будет подан в самых общих чертах: Рикет постарается отсрочить публикацию конкретных результатов следствия; он постарается выиграть время, чтобы собрать данные и навести справки. А это окажется для него отнюдь не легким делом. Так что вы переночуйте в отеле, а завтра утром возвращайтесь домой. Ведите обычный образ жизни. Я свяжусь с Линелом и скажу ему, что завтра вы снова будете выступать в «Серебряном Кольце».

— Хорошо. Я это сделаю. Но вы… вы странный человек, мистер Гаунт. Вы непредсказуемы…

— Я? — искренне удивился Гаунт. — Но почему?

Она встала, бросила сигарету в пепельницу и окинула внимательным взглядом сидевшего в кресле детектива.

— Почему вы считаете, что инспектору Рикету будет нелегко наводить справки? Или вы собираетесь что-то предпринять, чтобы помешать ему?

— Зачем? Почему я должен делать это? — Гаунт пожал плечами.

Она провела рукой по волосам.

— Не знаю… Но я уже говорила, что вы странный человек и делаете странные вещи… По крайней мере, мне так кажется. Я не могу понять, почему вы так заботитесь обо мне. Я звоню вам, говорю, что убила человека, сама в это верю, а вы стараетесь разубедить меня и снять с меня подозрения… Почему?

Гаунт закурил очередную сигарету. На губах его была усмешка полная сарказма и, в то же время, печали.

— Все, что я делаю, мисс Грей, логически обосновано, — сказал он. — Ну, а если вы хотите знать, почему я сказал, что у Рикета могут возникнуть трудности, то на этот вопрос я вам отвечу. Рикет кое-что еще не знает, а когда узнает, хлопот у него прибавится. Видите ли, мисс Грей, вы не единственный человек, посетивший Зонаса в тот вечер в его квартире.

Ее глаза расширились.

— Неужели? И кто же еще приходил туда? — спросила она.

— Джеральдин, девушка, продающая в «Серебряном Кольце» сигареты, — ответил Гаунт. — Она наверняка побывала в тот вечер в квартире Зонаса, Зонас в половине седьмого позвонил в клуб и велел гардеробщице передать Джеральдин, чтобы та поторопилась. Если бы она сразу после этого звонка пошла к нему и вошла через холл, то успела бы побывать у него до вашего прихода. Но она этого не сделала. В тот вечер видели только одного человека, посетившею Зонаса и воспользовавшегося парадным входом. Это были вы.

— Ничего не понимаю… — растерялась девушка. — Если она не входила в «Клиндейл Эпартментс», то как же могла увидеться с Зонасом?

— Я не сказал, что она туда не входила. Я сказал, что она не входила через холл, то есть через парадный вход. Джеральдин проникла туда по пожарной лестнице, — ответил Гаунт. — Линел сказал мне, что Зонас основательно осложнял жизнь Джеральдин. А вы знаете, каким человеком был Зонас, и понимаете, что это означает. Естественно, он не хотел, чтобы портье и прислуга знали, что его посещает клубная девочка, продающая там сигареты. Вот он и договорился с ней относительно пожарной лестницы.

Миранда Грей покачала головой.

— Бедняжка Джеральдин! Но ведь вы не думаете, мистер Гаунт, что все это сделала она? Джеральдин выглядит совсем ребенком!

Гаунт позволил себе улыбнуться.

— В жизни случается всякое, мисс Грей, а вы должны это знать, Ведь всего несколько часов назад вы были уверены, что убили человека. А если вы могли пойти на это, то почему Джеральдин не могла совершить нечто подобное? Однако то, что она воспользовалась пожарной лестницей и окном, еще не означает, что она убила Зонаса. О том, что в его квартиру можно лопасть таким путем, могли знать и другие.

— Кто именно? — спросила она.

— Ну, например, Линел, — ответил Гаунт. — То, что он неравнодушен к этой девушке, заметил бы и слепой. Кстати, именно он посоветовал Джеральдин встретиться с Зонасом сегодня, объясниться и раз и навсегда отказаться от его предложений. Очень странно, что, договорившись с Зонасом о встрече, Джеральдин не явилась к нему вовремя, и Зонасу пришлось сделать ей замечание по телефону. Может, она не пошла, узнав, что там будет кто-то другой?..

— Я не могу понять, — прервала его Миранда. — Вы имеете в виду…

— Я имею в виду, что с этим визитом связан Линел. Он настоял, чтобы она договорилась с Зонасом о встрече; телефонный звонок в половине седьмого явился для него доказательством того, что Зонас дома. Вполне возможно, что после этого он сказал Джеральдин, что ей не следует ходить к Зонасу. Он отправился туда сам, проник, воспользовавшись пожарной лестницей, в его квартиру и убил хозяина.

Глава 8

Сделка

Усадив Миранду Грей в такси, Гаунт отправился в «Серебряное Кольцо». Часы показывали половину второго, когда он, раздвинув тяжелые портьеры, прикрывавшие вход в зал, вышел на балкон и окинул взглядом присутствующих. Мужчины и женщины в дорогих туалетах сидели за столиками, ели, пили и негромко разговаривали.

Он поискал глазами Джеральдин, но ее нигде не было видно. Пройдя по балкону, он вышел через боковой вход в коридор, постучал в дверь кабинета Зонаса и вошел. В комнате был Линел. Сидя за письменным столом, он разбирал бумаги, спокойный и сосредоточенный. «Если Линел убийца, — подумал Гаунт, — то у него проволока вместо нервов!»

— Мне кажется, что дела клуба идут совсем неплохо, — сказал он. — Насколько я могу судить, отсутствие Зонаса не отразилось сколько-нибудь заметно на вашей клиентуре.

Линел пожал плечами.

— Они еще не знают о том, что с ним приключилось, а когда узнают, их будет здесь еще больше. Публика любит происшествия такого рода. Ужасно интересно танцевать в заведении, хозяина которого только что отправили на тот свет. Им это нравится.

Гаунт кивнул, пододвинул к столу стул, сел напротив Линела и закурил.

— Я не нижу здесь Джеральдин, — сказал он. — Где она?

— Я отпустил ее домой. Девочка напугана и растеряна. После вашего ухода у меня был с ней разговор. Я рассказал ей все о Зонасе… и о вас тоже. — Он с вызовом взглянул на детектива.

— Ну, а кроме этого, что еще здесь происходило? — небрежно спросил Гаунт.

— Многое, — отрезал Линел. — Прежде всего сюда заявился детектив-инспектор Рикет из Ярда. Знаете такого? Он задал нам кучу вопросов. Мне показалось, что у него уже сложилась определенное мнение: он считает, что Зонаса убила Миранда Грей, звезда нашего кабаре. Кстати, — он посмотрел на Гаунта, — вами инспектор тоже интересовался. Спрашивал, как давно вы знакомы с Мирандой.

— А что его интересовало? — с усмешкой спросил Гаунт.

— Ну… Он полюбопытствовал, оставил ли Зонас завещание. Я ответил, что да. Оно хранится здесь, в сейфе.

— Вот как? — воскликнул Гаунт. — Это уже интересно! Ну и кому же наш Зонас завещал свое состояние?

— На этот вопрос я могу вам ответить, — сказал Линел. — По завещанию основной наследницей является Миранда Грей. Ей достанется почти все. Зонас недавно говорил мне, что он намерен изменить завещание. Однако похоже, — он цинично усмехнулся, — что у него не хватило на это времени.

— Я понял, — сказал Гаунт. — Ну что ж, будем считать, что Миранде повезло. Что еще говорил Рикет?

— Он много чего говорил и не старался скрыть свои мысли, — ответил Линел с улыбкой. — Он сказал, что Миранда Грей сама считает, что это она убила Зонаса, потому что стреляла в него. Но вы, спустя некоторое время обнаружили, что она не могла этого сделать, так как пистолет, из которого она пальнула в Зонаса, был заряжен холостыми патронами. — Его улыбка стала прямо-таки лучезарной.

— И что же, вы в это поверили? — поинтересовался Гаунт.

— А почему я должен этому верить? — Линел пожал плечами.

— Выслушайте добрый совет, Линел. Никогда не следует делать выводы, о которых, возможно, придется пожалеть в будущем. Для тех, кто идет против меня, я далеко не безопасный человек. И если я говорю, что пистолет Миранды был заряжен холостыми патронами, то вам надлежит этому верить! Будет хорошо, если вы запомните это, иначе…

— Что иначе? — спросил Линел.

Гаунт сосредоточенно изучал тлеющий конец своей сигареты.

— Иначе я обращу внимание инспектора Рикета на некоторые неизвестные ему стороны этого дела. Вы прекрасно знаете, что Миранда Грей не была единственным лицом, посещавшим Зонаса в этот вечер. Ваша подружка… Не пытайтесь оспаривать очевидное, Линел! — Он движением руки заставил замолчать, попытавшегося прервать его Линела. — Все вокруг знают, что Джеральдин — ваша подружка. Так вот, она тоже побывала там, причем при куда более подозрительных обстоятельствах, чем мисс Грей.

— Это… Это надо еще доказать! — выкрикнул Линел.

— Не забывайте, что в «Клиндейл Эпартментс» постоянно дежурит портье. Так вот, Миранда Грей честно и открыто прошла через парадный вход и холл, чего нельзя сказать о Джеральдин. Чтобы проникнуть в квартиру Зонаса, она предпочла воспользоваться пожарной лестницей.

— Это ложь! Дьявольская ложь! — выкрикнул Линел. — Портье не мог ее видеть!

— Не буду спорить. — Гаунт передернул плечами. — Однако, есть еще девушка из гардероба, которая подтвердит, что Зонас позвонил ей в половине седьмого и поручил сказать Джеральдин, чтобы та поторапливалась. Я уверен, что она не могла отправиться туда раньше семи часов… если вообще она туда ходила.

— Если ходила? — переспросил Линел. — Что вы имеете в виду, Гаунт? Я полагал, что вы не сомневаетесь в том, что она там была.

— Она могла быть там, но могла и не быть. — Гаунт говорил тихо и спокойно. — И она может сказать, что была там, хотя ее там не было. Это будет доказательством, что в то время там был кто-то другой… более заинтересованный в сокрытии своего визита к Зонасу.

— Вы хотите сказать… — начал Линел и оборвал фразу, не закончив ее. — Вы считаете, что Джеральдин кого-то прикрывает, так? И кто же это, по вашему мнению, был?

— Вы, разумеется. У вас достаточно мотивов для совершения этого убийства — больше, чем у кого-либо другого. Вы увлечены этой девочкой, а Зонас упорно отравлял ей жизнь. Заставляет задуматься и тот факт, что вы сами посоветовали Джеральдин пойти к Зонасу и поговорить с ним начистоту. Это очень странно — послать свою девушку на квартиру к человеку, который ее преследует. Я скорее поверил бы, если бы мне сказали, что вы сами дошли туда.

— И вы считаете, что это было бы разумным решением вопроса? — фыркнул Линел. — Да я просто вылетел бы с работы, затей я ссору с Зонасом! Он вытряхнул бы меня и остался с Джеральдин, совершенно беззащитной. Ведь я тогда ничем не мог бы ей помочь, даже советом! Нет, мистер Гаунт, я вовсе не такой дурак!

— Разумеется, нет. Вы вовсе не дурак. Вы весьма умный человек. Мне очень понравился способ, с помощью которого вы навели меня на тайничок за книжной полкой. И как изящно вы обратили мое внимание на ковер. Вы, конечно, знаете об этом устройстве для маскировки самоубийства, которое я обнаружил под письменным столом Зонаса? Уж не вы ли приложили к этому руку?

Линел криво усмехнулся.

— Я знаю об этом лишь то, что мне рассказал инспектор Рикет, — сказал он.

Гаунт тряхнул головой.

— Линел, вы могли бы избавить меня от этих сказок, — сказал он. — Я хорошо помню, что у вас был ключ от квартиры Зонаса. Вы слышали как в квартире кто-то пилил. Паркет, несомненно. Вы рассказали мне о снятых с полки книгах и отогнутом ковре. Поверьте, мне или Рикету не составит труда установить, кто пилил пол. Не удивлюсь, если этим человеком окажетесь вы.

— Докажите это! — бросил Линел.

— Отлично сказано! — улыбнулся Гаунт. — Те же самые слова я сказал Рикету, когда он предположил, что это я после совершения убийства заменил в пистолете мисс Грей боевые патроны на холостые.

Гаунт откинулся на спинку стула, вынул из кармана портсигар и предложил сигарету Линелу. Они оба закурили и некоторое время сидели в молчании, а потом Гаунт сказал:

— Итак, у инспектора Рикета сейчас, сложилось несколько версий. В основном он концентрирует внимание на Миранде Грей — она является его главной подозреваемой. Он всерьез думает, что это я поменял патроны в ее пистолете на холостые уже после того, как она пристрелила Зонаса. Однако, чтобы эта версия обрела вес, нужно опровергнуть другую версию, согласно которой Зонас покончил жизнь самоубийством. Я чувствую, что эта версия не удовлетворит его, и он сделает все возможное, чтобы доказать ее несостоятельность.

Линел кивнул.

— Да, если инспектору удастся доказать, что Зонас не покончил с собой, то Миранде это будет дорого стоить. Ведь все косвенные улики свидетельствуют против нее.

— В самом деле? — удивился Гаунт. — Вам так это представляется, Линей? — Он подался вперед, неотрывно глядя в лицо Линела. — Ну, а я не допущу, чтобы ей пришили убийство, которое она не совершала. Мне нравится эта девушка.

— А кому она не нравится? — осведомился Линел не без сарказма. — Особенно, если учесть, что теперь она стоит двадцать пять тысяч фунтов!

— Ого! — Гаунт негромко присвистнул. — Это Зонас оставил ей столько?

— Именно. Я думаю, ради этого стоит постараться доказать ее невиновность, не так ли? Даже если для этого придется заменить обойму в ее пистолете!

Гаунт пустил к потолку кольцо дыма, понаблюдал, как оно, постепенно расширяясь, плывет по воздуху, а потом перевел взгляд на Линела.

— Я уже советовал вам избегать скоропалительных выводов, Линел. В частности, на вашем месте я не старался бы повесить это убийство на мисс Грей. Ну, а если вы не оставите свои попытки, я заставлю вас пожалеть об этом.

Линел передернул плечами.

— Ах, как вы испугали меня! — сказал он с издевкой. — Нельзя ли спросить, что же вы собираетесь сделать?

— Я уже ответил на ваш вопрос, но могу и повторить, — резко сказал Гаунт. — Если, может быть, с вашей подачи, Рикет придет к выводу, что самоубийство Зонаса инсценировано, если он начнет копать в этом направлении, если он попытается повесить это дело на мисс Грей, то я информирую его о звонке Зонаса в клуб и о том, что он просил поторопиться Джеральдин прийти к нему. Естественно, я скажу ему и то, что вы интересуетесь этой девушкой и что идея встречи ее с Зонасом принадлежит вам. Именно вы посоветовали ей пойти к Зонасу в «Клиндейл Эпартментс». В порядке предположения я упомяну, что не удивился бы, если бы выяснилось, что вы тоже ходили туда, чтобы присмотреть за ней. Кстати, вы позаботились об алиби на это время? Где-то с половины седьмого до половины восьмого вечера. — Линел усмехнулся.

— Как это ни странно, но нет, — ответил он. — В это время я был в Уэст-Энде. Гулял. В одиночестве.

— Понятно. — Гаунт кивнул головой. — Но в таком случае инспектор Рикет может заподозрить и вас.

— Не могу не согласиться с вами, — хладнокровно заявил Линел.

Гаунт встал и прошелся по кабинету.

— Кстати, — он повернулся к Линелу, — существует еще один подозреваемый, о котором мы почему-то забыли.

Линел недоуменно поднял брови.

— Неужели? А мне кажется, что мы перебрали всех. Больше подозреваемых вроде бы нет. Кого вы имеете в виду?

Гаунт остановился у стола.

— А что вы скажете относительно Майкла Лоримера? — спросил он. — Предполагается, что он находится в Манчестере, куда выехал по настоятельным уговорам мисс Грей. Но, кто знает, доехал ли он до Манчестера? Он мог сойти с поезда на первой остановке и возвратиться в Лондон. Кстати, у него был серьезный мотив поступить именно так. Он имел все основания беспокоиться о любимой девушке. Естественно, этот мотив не является единственным. Ну, например, он мог знать о завещании Зонаса и о том, что тот собирается изменить это завещание, исключив из числа наследников Миранду. Двадцать пять тысяч фунтов — солидное состояние. Так что, это тоже может быть мотивом. Он, конечно, собирается жениться на ней. Если бы Миранда унаследовала деньги Зонаса, Лоример оказался бы в немалом выигрыше… Разумеется, в том случае, если бы Зонас ушел в лучший мир, не успев переписать завещание.

Линел ничего не ответил детективу. Он сосредоточенно курил, видимо, что-то обдумывая. Наконец, он заговорил:

— Вам не удастся воспользоваться этой версией. Я и Лоример, мы никогда не были врагами, неплохо относились друг к другу. Да, он любил совать нос в дела, которые его не касались, но только не в мои личные дела. Так что, согласитесь, это не повод, чтобы враждовать с ним. Я знал, что он уехал в Манчестер утренним поездом. Перед отъездом он позвонил мне, сказал, что уезжает и попытается найти в Манчестере работу. Я пожелал ему удачи и сказал, что если у него нет ничего на примете, ему следует толкнуться к Брикету, управляющему «Клуба Пиратов». Этот человек знает массу людей в Манчестере и скорее всего сможет помочь ему с работай. До Манчестера Лоример добрался благополучно. Я знаю об этом, так как во время ленча он позвонил мне из клуба. Брикета там не было. Однако Лоример позвонил ему домой, и они условились встретиться вечером. Сейчас я уже могу сказать, что эта встреча состоялась, и Брикет рекомендовал Лоримера одному из своих знакомых. Так что работой Лоример обеспечен. Вы сами видите, что включить Лоримера в список подозреваемых вам не удастся.

— Печальный факт. — Гаунт вздохнул. — Значит, нам придется исключить его. Итак, мы вернулись к тому, с чего начали. У нас трое подозреваемых: Миранда Грей, Джеральдин и вы, если Зонас не совершал самоубийства.

Он прошел по комнате, снова опустился на стул напротив Линела и неожиданно улыбнулся ему.

— Не считаете ли вы, Линел, что мы мешаем друг другу? Почему бы нам не взяться, за дело так, чтобы это было выгодно нам обоим? Я готов сотрудничать с вами, разумеется, если вы ничего не имеете против.

Во взгляде Линела смешались интерес и подозрительность.

— Что вы хотите мне предложить? — спросил он.

Гаунт извлек из портсигара очередную сигарету. Теперь он смотрел на Линела открыто, доброжелательно, даже доверительно.

— Мне кажется, что мы можем решить возникшую проблему, не причиняя друг другу неприятностей, что, кстати сказать, не идет на пользу ни одному из нас. Заметьте, в создавшемся положении все сводится к одному-единственному обстоятельству. И все, что нам необходимо — это правильно подойти к данному обстоятельству.

— И в чем же заключается это обстоятельство? — спросил Линел.

— А вот послушайте. Рикет сейчас колеблется между двумя версиями: то ли Зонас совершил самоубийство, то ли его убила Миранда Грей. Если Рикет убедится, что пистолет мисс Грей был заряжен холостыми патронами, у него не будет оснований подозревать девушку. И тогда ему останется принять версию самоубийства. Конечно, есть и другой способ отвлечь внимание инспектора от мисс Грей. Для этого достаточно намекнуть, что Джеральдин была у Зонаса после Миранды, и что вы ею интересуетесь. Уверяю вас, он тут же перенесет свое внимание на вас. Но мне совершенно ни к чему будет говорить с ним на эту тему, если…

— Если, что? — поспешил спросить Линел.

Но Гаунт не спешил ответить. Слегка подавшись вперед, он пристально смотрел на Линела. На его лице была улыбка, но взгляд стал холоден и тяжел.

— Если бы вы тоже сказали инспектору, что пистолет Миранды был заряжен холостыми патронами. Вы, скажем, беседовали как-то с Лоримером, и он намекнул вам, что в его пистолете обойма с холостыми патронами. Я же, со своей стороны, постараюсь устроить так, чтобы Лоример подтвердил это. Думаю, его не придется долго уговаривать: он готов сделать все, что угодно, лишь бы помочь мисс Грей.

Гаунт замер, ожидая ответа. Линел помолчал немного, потом обнажил в усмешке свои великолепные зубы и сказал:

— Но что же дальше?

— Я предлагаю сделку, — пояснил Гаунт. — Вы подкрепляете мои показания о холостых патронах в обойме пистолета, а я выбрасываю из памяти все, что касается Джеральдин. А кроме меня, о ее визите к Зонасу никто не знает, так как она не проходила через холл, а воспользовалась пожарной лестницей. Я сделаю так, что и Лоример подтвердит это. И тогда Рикет будет вынужден отбросить эту версию. Предполагать он, разумеется, сможет многое, но ничего не сможет доказать. И что же ему останется делать? Вернуться к версии самоубийства, разумеется.

— Ну, что ж, вы изложили все предельно ясно, — сказал Линел. — В результате Миранда получит свои двадцать пять тысяч и выйдет замуж за этого молодого идиота Лоримера. Полагаю, что вам тоже отстегнут неплохой кусочек пирога за то, что вы выведете ее из-под огня. Ну, а что буду иметь я?

— Все, — коротко ответил Гаунт. — Я ничего не сообщу Рикету о Джеральдин, о ее посещении Зонаса, о том, что вы неравнодушны к ней… ну и о том, что вы недолюбливали Зонаса. Когда я получу упомянутый вами кусочек пирога, мы разделим его пополам. Я гарантирую вам это. Ну, так как же?

— Вот это деловой разговор, мистер Гаунт, — сказал Линел, с улыбкой поднимаясь из кресла.

Глава 9

Визит к Джеральдин

Гаунт вышел из кабинета, притворил за собой дверь и вернулся в клубный зал. Поглядев на часы, он увидел, что уже половина третьего. Позвонить ли сейчас Джеральдин, чтобы сообщить ей об этом предложении? Гаунт подумал и решил, что нет. Девушка устала, изнервничалась, и он, чтобы дать ей прийти в себя, подождет до утра.

Гаунт улыбнулся. Если бы эту улыбку увидел Линел, она не понравилась бы ему. Детектив решил воспользоваться моментом и провести задуманную операцию: он намеревался побеседовать с Джеральдин до того, как Линел поговорит с ней и введет в курс дела.

Закурив, Гаунт направился к выходу. В этот поздний час клуб был почти пуст, если не считать нескольких хвативших лишнего посетителей, да и те, видя, что уставшие музыканты откровенно зевают, начали потихоньку просачиваться в гардероб за своими шляпами и плащами.

Гаунт подошел к гардеробу последним. Клиентов обслуживала та самая девушка, которую он одарил фунтовой купюрой.

— Я могу у вас узнать новый адрес Джеральдин? — обратился он к гардеробщице. — Она уже сообщила вам его? — Гаунт постарался, чтобы его голос звучал буднично и естественно.

— Новый адрес? — удивилась девушка, — Разве она переехала с Карлос-стрит? А я и не знала.

— Мне сказали, что она переехала в другой дом по той же улице.

Девушка пожала плечами.

— Здесь какое-то недоразумение, — сказала она. — Джеральдин просто не успела бы переехать: она еще вчера вечером жила в доме номер десять. Я точно знаю это, потому что мистер Линел именно туда посылал ей вчера записку.

Гаунт охотно согласился с тем, что произошло недоразумение, попрощался с девушкой и покинул клуб.

Карлос-стрит находилась совсем рядом с «Серебряным Кольцом». Гаунт за несколько минут добрался пешком до нужного ему дома.

Дом номер десять оказался старой, запущенной меблирашкой. Гаунт в течение нескольких минут настойчиво жал на кнопку звонка, но безрезультатно. Наконец, какая-то растрепанная женщина в красном фланелевом халате перегнулась через подоконник на втором этаже и спросила, что ему нужно.

— Скотланд-Ярд, — весьма непринужденно, но твердо солгал он. — Очень сожалею, что вынужден побеспокоить вас в столь поздний час, но я должен срочно поговорить с проживающей здесь Нелли Винтер.

— Да, она снимает здесь комнату, — ответила женщина. — Сейчас впущу вас и схожу за ней.

Спустя минуту дверь открылась, и женщина пригласила Гаунта войти.

Он оказался в плохо освещенном холле, соседствующем с небольшой гостиной.

— Подождите здесь, — сказала женщина. — Я пришлю ее к вам.

Гаунт сел на стул и закурил. Ему не пришлось долго ждать: примерно через пять минут в комнате появилась Джеральдин. Девушка выглядела утомленной, под ее глазами Гаунт заметил черные круги.

— Вы?! — узнала она его. — Но разве вы из полиции? — В голосе девушки звучало недоверие. — А если вы полицейский, то почему не сказали мне об этом, когда расспрашивали меня в клубе?

Гаунт улыбнулся девушке.

— Сначала присядьте, Джеральдин. — Гаунт указал на кресло по другую сторону камина. — И не нужно так нервничать Постарайтесь расслабиться. Не хотите ли закурить? Я немного поговорю с вами, вот и все.

Гаунт подошел к двери, плотно закрыл ее, а потом вернулся к камину. Стоя у каминной решетки, он смотрел на девушку сверху вниз.

— Вы совершенно правы, — продолжал он. — Я не полицейский, я частный детектив, и вы отлично это знаете. Моя фамилия Гаунт. Мистер Зонас пригласил меня, чтобы я расследовал вопрос о хищениях, обнаруженных в «Серебряном Кольце».

Он помолчал немного, сильно затянулся, а потом, видя, что девушка молчит, заговорил снова:

— Я только что разговаривал с Вольфом Линелом, вашим другом. Мы обсудили ряд вопросов и, в конце концов, пришли к определенному соглашению. Видите ли, Джеральдин, никто из нас не хочет, чтобы смерть Зонаса обернулась для него неприятностями. А следовательно, мы не должны вредить друг другу. В частности, я сказал Линелу, что ему не следует рассказывать инспектору Рикету из Скотланд-Ярда, что вы побывали вчера вечером в квартире Зонаса. Я тоже не буду болтать об этом.

Ее руки стиснули подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев.

— Откуда вам известно, что я была там? — с волнением спросила она. — Это он вам сказал?

— О, нет, — ответил Гаунт небрежно. — Простое стечение обстоятельств позволило мне узнать об этом. А потом я проверил полученную информацию у него. Видите ли, он не смог скрыть этот факт, даже если бы пытался, потому что некое лицо видело вас. — Он опустился на стул, доброжелательно поглядывая на Джеральдин. — В этот вечер три человека побывали у Зонаса в «Клиндейл Эпартментс»: мисс Грей, вы и… Я думаю, нет необходимости называть третьего, ведь мы с вами знаем, кто это.

Он подмигнул ей. Девушка растерянно смотрела на него. Ловушка сработала!

— Вольф сказал вам и это? — засомневалась она. Гаунт улыбнулся.

— Милая девочка, то, что сказал мне Вольф, равно как и то, что я сказал ему, навсегда останется между нами. Я пришел сюда не для того, чтобы пересказывать наш разговор. Причина моего визита иная. Не исключено, что в ближайшем будущем нам зададут очень много вопросов. В наших интересах, чтобы показания, которые мы будем давать, не противоречили одно другому. Следовательно, нужно упорядочить то, что мы знаем и выработать общую линию. Сам по себе факт нашей встречи с Зонасом не будет иметь большого значения, но… этот телефонный звонок в половине седьмого, когда он велел передать вам, чтобы вы поспешили… — Гаунт немного поколебался, а потом решил рискнуть. — Почему вы не пришли к нему сразу после звонка?

— Я сейчас вам все объясню, — начала она. — Вольф, конечно, рассказал вам, что я пришла к нему днем и выложила все о моих неприятностях с Зонасом и его предложениях. Вольф разволновался, стал убеждать меня встретиться с Зонасом и объясниться с ним. Когда после этого Зонас пришел в клуб, я попросила его встретиться со мной по важному делу. Зонас согласился.

Мы условились в половине седьмого или чуть раньше. Он предупредил, что мне следует идти не через парадный вход, а подняться по пожарной лестнице: в спальне будет открыто окно. Но у меня захватывало дух от одной мысли, что я пойду к нему домой совсем одна. Вольф, наверное, рассказал вам, каким милягой был наш старый Зонас. Особенно, если дело касалось девушки, которой он был увлечен.

— А он был увлечен вами?

— В большей мере, чем мне того хотелось бы. И не скажу, чтобы я была от этого в восторге.

— Послушайте, Джеральдин, — мягко сказал Гаунт, — если Зонас отравлял вам жизнь своими приставаниями, почему вы продолжали работать у него? Ведь вы могли бросить «Серебряное Кольцо» — девушка с такой внешностью, как вы, без труда найдет себе работу.

— А Вольф? — сказала она. — Он не хотел, чтобы я бросила эту работу. Он хотел быть вместе со мной.

— И что же было дальше?

— Я сказала Вольфу, что боюсь идти к Зонасу. Он вошел в мое положение и сказал, что поможет мне. Я должна была идти домой и ждать, пока Вольф не зайдет за мной, а потом мы вместе пойдем к Зонасу, и я поговорю с ним в присутствии Вольфа. Но потом оказалось, что планы изменились, и он не может зайти за мной. Вольф сказал, чтобы я подошла к «Клиндейл Эпартментс» и подождала его там.

— Вот видите, многое начинает проясняться, — ободряюще заметил Гаунт. — Значит, вы ушли из клуба до половины седьмого, раньше, чем Зонас позвонил вам?

— Ну, да. Я пошла к себе домой, переоделась и немного подождала. Мне страшно не хотелось оказаться с Зонасом один на один в его квартире. В семь я отправилась туда и, когда оказалась в переулке позади «Клиндейл Эпартментс», вдруг увидела Вольфа, спускающегося по пожарной лестнице. Я окликнула его, но он, видимо, меня не услышал. Спустившись на землю, он быстро зашагал по переулку в противоположную сторону. Я очень удивилась, что он не подождал меня, а потом решила, что он подумал, что я, не дождавшись его, решила одна отправиться к Зонасу, и захотел проверить это. Но теперь, когда он ушел, я была вынуждена идти на свидание с Зонасом одна. Я собралась с духом и начала подниматься.

Добравшись до середины пожарной лестницы, увидела, что Вольф возвращается обратно. Как раз в этот момент он поднял голову и увидел меня. Я помахала ему рукой. Поднявшись до квартиры Зонаса, я подергала окно и убедилась, что оно не заперто. Вольфа поднимался за мной по лестнице. Я немного успокоилась, открыла окно и оказалась в спальне Зонаса. Там никого не было, но дверь, ведущая из спальни в кабинет, была приоткрыта, и можно было видеть через нее правую часть кабинета. Я увидела правую руку мужчины и часть его плеча. Рука лежала на столе, сжимая пистолет, к которому была привязана веревка.

И вот тут я перепугалась по-настоящему. Вольф не раз говорил мне, что не будет удивлен, если Зонас наложит на себя руки. Вот я и подумала, что он именно так и поступил. Теперь я уже ни с кем не хотела говорить, а хотела только поскорее убраться оттуда.

Я вылезла через окно, закрыла его за собой и, не сказав ничего поджидавшему меня у окна Вольфу, стала спускаться по лестнице. На полпути Вольф спросил меня, что я видела в квартире Зонаса. Я ответила, что через полуоткрытую дверь видела руку Зонаса с пистолетом на столе и мне показалось, будто он мертв.

Мои слова напугали Вольфа. «Бог мой, давай сваливать отсюда!» — сказал он. Мы посмотрели вниз, на улицу: не было видно ни души. Мы быстро скатились с лестницы, пересекли Беркли-плейс и вышли к Мейн-стрит. Я сказала Вольфу, что видела, как он спускался по пожарной лестнице, и он мне все объяснил. Придя в переулок и не найдя меня там, он подумал, что я пришла раньше и, не дождавшись его, сама отправилась к Зонасу. Тогда он добрался по пожарной лестнице до окна, открыл его, проник в спальню и заглянул в кабинет. Там никого не было. В квартире царила тишина. Дверь из кабинета в холл была закрыта. Решив, что Зонаса нет дома и не найдя меня в квартире, он понял, что я еще не приходила, и он просто не дождался меня. Еще он сказал, что Зонас, наверное, был в холле, когда он заглядывал в кабинет. Возможно, что, пока он спускался, а я поднималась, Зонас вернулся в кабинет, достал пистолет и застрелился.

А потом он спросил меня, почему я думаю, что Зонас мертв, если я не выходила из спальни, а видела только его руку. Я ответила, что просто знаю, что это была рука мертвого человека. Вот и все.

Гаунт помолчал, размышляя над услышанным. Он не сомневался в искренности Джеральдин: простодушная девушка верила тому, о чем рассказывала. Но соответствовало ли это действительности? В это Гаунт не верил.

Тренированный ум детектива сразу же подметил противоречия в услышанном. Ведь, если бы Зонас уходил из дома, он не оставил бы окно незапертым. Скорее всего Зонас никуда не выходил и был в кабинете, когда в квартиру проник Линел, однако, последнему было выгодно, чтобы Джеральдин думала иначе, и он постарался внушить ей то, что она сейчас пересказала Гаунту. Так или иначе, но здесь ему больше нечего было делать.

— Я благодарен вам, Джеральдин, за откровенность и доверие. Конечно, ничего нового вы мне не сказали. Почти все это я узнал от Линела. Вот видите, как все просто объясняется. А теперь, нам всем лучше всего забыть об этом визите к Зонасу. Иначе пойдут разговоры…

— На все эти разговоры мне наплевать, — сказала Джеральдин, по-прежнему расстроенная и встревоженная, — но… Понимаете, мне все это не нравится. И я боюсь! Когда Зонас был жив, я боялась его; сейчас он мертв, а я… я все равно боюсь!

Гаунт надел шляпу.

— Поверьте мне, Джеральдин, у вас нет оснований для беспокойства. Есть только один человек, которому сейчас следует по-настоящему бояться.

Она бросила на него быстрый взгляд и тут же отвела глаза.

— И кто же это?

— Убийца. — Он усмехнулся. — А теперь, разрешите пожелать вам доброй ночи, Джеральдин.

Девушка проводила его до двери. Выйдя на улицу, Гаунт медленно побрел к своему дому, он жил неподалеку от конторы на Кендант-стрит. Только теперь он почувствовал, как устал за этот, столь насыщенный событиями, день. Да уж, в этом мире, если что-то случается, то все разом… Анализируя события дня, он пришел к выводу, что за этот вечер им сделано очень много. Прошедший день немало дал ему, но, что готовит грядущий?

Гаунт заснул, как только щека его коснулась подушки и проснулся только в десять. Принимая душ, бреясь и одеваясь, он мысленно репетировал предстоящий разговор с инспектором Рикетом. Это будет забавный и немного странный разговор, и инспектор наверняка будет удивлен. Но это позже. Он не собирается первым выходить на контакт со Скотланд-Ярдом. И вообще, не нужно торопиться. Дадим немного времени Линелу и Джеральдин, чтобы они могли встретиться, обсудить вчерашние дела и обговорить версию, которой оба будут придерживаться. Гаунт не будет удивлен, если, узнав о его вчерашней беседе с Джеральдин, Линел взбесится и пожалеет о заключенной вчера сделке с частным детективом…

Гаунт удовлетворенно усмехнулся.

В одиннадцать он уже был в своей конторе. Утренняя почта уже пришла, и Джозефин выложила на его стол ворох корреспонденции. Отодвинув счета и рекламные листки, Гаунт взялся за письма. Однако, не успев дочитать первое письмо до середины, услышал телефонный звонок, а в трубке — голос Миранды Грей.

— Мистер Гаунт, я звоню из дома. Думаю, вам следует знать, что полиция уже здесь. В соседней комнате меня ждет сержант из Скотланд-Ярда. Его прислал инспектор Рикет с тем, чтобы я пошла с ними: в Скотланд-Ярде желают поговорить со мной.

Гаунт улыбнулся. Именно так он представлял себе дальнейшее развитие событий.

— Все нормально, Миранда, — ответил он спокойно, стараясь подбодрить девушку. — Надеюсь, вы позволите мне обращаться к вам по имени? У вас нет оснований для беспокойства. Поезжайте с сержантом в Скотланд-Ярд, ответьте инспектору на все вопросы, которые у него возникнут, и все будет в порядке. Я уверен, что этот вызов не будет иметь серьезных последствий. Разумеется, инспектор Рикет попытается на вас надавить — так уж водится в его заведении. Не нервничайте, не выходите из себя, держитесь спокойно и сдержанно. Он, конечно, задаст вам кучу вопросов. Отвечайте только правду, вам ничего не нужно скрывать. Ничего, кроме правды! Я позвоню вам днем.

— Я… я должна сказать вам кое-что еще… Очень важное, но это потом, — неожиданно сказала она. — Я верю вам, мистер Гаунт, и надеюсь, что все будет так, как вы сказали. До встречи!

— Одну минутку, Миранда! Вы звонили сегодня еще кому-нибудь, кроме меня?

— Да, — без колебании ответила она. — Прежде чем звонить вам, я позвонила в Манчестер Майклу. Видите ли, сегодня, утренней почтой, я получила от него письмо, переговорила с ним лично но телефону.

— Понял. И что же сказал вам Майкл?

— То же, что сейчас сказали вы. Чтобы я не тревожилась, что все будет хорошо. Он немедленно возвращается в Лондон. Майкл сказал еще, что, приехав, он сразу же явится в Скотланд-Ярд. Говорит, что у него есть для них сюрприз.

— Интересные дела! — Гаунт покачал головой. — Значит, он намерен преподнести им сюрприз… Ну что ж, посмотрим. А вы не переживайте. Помните: спокойствие и правдивость. Я вам позвоню. Желаю удачи.

Некоторое время он сидел молча, сосредоточенно разглядывая телефонную трубку, которую держал в руке. Потом на лице его появилась усмешка, в которой было еще больше сарказма, чем обычно. Ну что ж, пока события развивались по намеченному плану.

Глава 10

Признание

В двенадцать тридцать Гаунт покинул свое место за письменным столом, взял шляпу, вышел в приемную и сказал Джозефин Дарк:

— Я собираюсь перекусить. Если позвонит Рикет и захочет узнать, где я, скажите, что не знаете. Я ушел на ленч, но обязательно вернусь в контору.

Сидя за ленчем, Гаунт продумывал вчерашний разговор с Джеральдин.

Его очень заинтересовала фраза Линела, повторенная Джеральдин. Он сказал: «Давай сваливать отсюда!» Предложение, несколько странное для человека, узнавшего о смерти своего патрона!

Внешне это выглядит просто: Линел побоялся оказаться замешанным в это дело. Однако, это противоречит логике, а Линел ничем не напоминает страуса, пытающегося решать проблемы, пряча голову в песок. Куда естественней было бы, если бы он предложил пойти взглянуть, действительно ли Зонас мертв, а потом позвонил бы в полицию. Почему же он так не поступил?

В свою контору Гаунт вернулся около трех. Пройдя в кабинет, он поднял телефонную трубку, набрал номер Скотланд-Ярда и попросил пригласить к аппарату детектив-инспектора Рикета.

— Привет, Рикет, — сказал он, когда в трубке зазвучал голос его приятеля. — Звоню, чтобы поделиться с вами информацией. Полагаю, кое-что из того, что мне удалось раскопать, вам будет полезно знать.

— Неужели? — с деланным изумлением воскликнул инспектор. — Какое совпадение: у меня тоже есть кое-что, о чем я хотел бы с вами поговорить.

— Вы чем-то обеспокоены, Рикет?

— Сегодня утром, памятуя о нашем вчерашнем разговоре, я послал сержанта за Мирандой Грей. Да, она была дома. Она не стала возражать против поездки к нам, но сказала, что сначала ей нужно кое-кому позвонить. Звонила она из спальни, закрыв дверь. Девочка не знала, что я еще вчера получил разрешение на прослушивание ее телефона. Естественно, запись ее разговоров немедленно доставили мне. Сначала она позвонила в Манчестер, своему приятелю Майклу Лоримеру. Сказала ему, что Зонас мертв, что она оказалась среди подозреваемых и что сейчас в соседней комнате ожидает сержант-полицейский, который должен препроводить ее в Ярд. Парень встрепенулся, начал уговаривать ее, чтобы она не волновалась, потому что уверен, что она невиновна, и готов доказать это любому. Сказал, что немедленно выезжает в Лондон и что у него есть сюрприз для работников Скотланд-Ярда. Это был ее первый разговор. Второй разговор я пересказывать не буду, она звонила в вашу контору.

Он выжидающе молчал. Гаунт улыбнулся.

— Вы совершенно правы, Рикет. С содержанием этого разговора я знаком. Кстати, вы должны оценить, как старательно я лью воду на вашу мельницу.

— К этому разговору мы еще вернемся, — сухо ответил инспектор. — Так вот, примерно через двадцать минут после того, как мне принесли запись, в Ярд позвонил этот парень. Я имею в виду Лоримера. Он позвонил из Манчестера, с вокзала. Сказал, что ждет поезда, чтобы отправиться в Лондон, где немедленно свяжется со мной. Он заявил далее, что нет никакой необходимости допрашивать Миранду Грей, потому что Зонаса убил он. Я ответил, что это очень интересно, и попросил его хотя бы вкратце описать, как он это проделал. Он ответил, что проник в контору Зонаса, воспользовавшись пожарной лестницей и незапертым окном. Через спальню он прошел в кабинет и застрелил сидевшего, за письменным столом Зонаса. Это произошло в пять часов. — Гаунт расхохотался:

— Но это же великолепно! Я не понимаю, чем вы недовольны, Рикет? Ведь вы получили первоклассное признание. Убийца является к вам с повинной!

— Чушь это собачья, а не признание! — рявкнул Рикет. — И уж кто-кто, а вы отлично это знаете. И вам, и мне известно, что Лоример был в Манчестере и никак не мог в пять часов упражняться здесь в стрельбе из пистолета. Это во-первых. А во-вторых, нет никаких сомнений в том, что Зонас был жив не только в пять, но даже в семь часов. Как оказалось, он звонил из своей квартиры в холл «Клиндейл Эпартментс» портье и отдал ему какие-то распоряжения. Этот факт мы проверили и установили точное время звонка: восемнадцать пятьдесят шесть. Значит, в это время Зонас был еще жив.

— А этот парень уверен, что по телефону с ним говорил именно Зонас?

— Уверен, И готов подтвердить это под присягой.

— Значит, так оно и было, — согласился Гаунт. — Интересное дело, Рикет, очень интересное. Значит, вы считаете, что его признание — липа?

— Стопроцентная, да к тому же еще и скороспелая. Парень не успел разузнать об обстоятельствах, при которых прикончили этого типа. Да вы и сами знаете, что это липа, как знаете и причину, по которой он столь скоропалительно «сознался».

— Я? — наивно удивился Гаунт. — Знаете, Рикет, все-таки будет лучше, если вы мне сами скажете, почему он все это затеял.

— Потому что он неравнодушен к Миранде и отлично знает, что это она ухлопала Зонаса, причем из пистолета, который он ей дал, уезжая в Манчестер. Вряд ли он предполагал, что она успеет так результативно использовать его за столь короткое время. Вот он и готов на все, лишь бы вытащить ее из болота, в которое она ушла по уши. В четыре часа он будет здесь, и я с ним потолкую.

— Из ваших слов, Рикет, я понял, что полицейские власти окончательно уверовали в виновность Миранды. Вы тоже убеждены, что это она убила Зонаса? — спросил Гаунт.

— Да, — уверенно ответил Рикет. — Теперь я более чем убежден в этом.

Он акцентировал слово «теперь», что не осталось незамеченным Гаунтом.

— И почему же, Рикет? Что заставило вас окончательно уверовать в это?

Инспектор не спешил с ответом. Он вздохнул, помолчал, словно решая для себя какой-то вопрос, а потом сказал:

— Послушайте, Руфус… Мы с вами знакомы давно, и, видит Бог, я всегда относился к вам по-дружески… как и вы ко мне. И вот сейчас, хочу по-дружески предостеречь вас. Я скажу, почему теперь убежден, что Миранда Грей — убийца. Вы знаете человека по имени Вольф Линел?

— Конечно, знаю. Дельный парень. Он был секретарем Зонаса.

— Так вот, этот самый Линел пришел к нам в Скотланд-Ярд и сообщил, что вы после убийства заменили боевые патроны в ее пистолете на холостые, чтобы никто не смог доказать, что это она убила Зонаса. Парень готов засвидетельствовать это. А теперь скажите, достаточно ли оснований быть уверенным в том, что эта девица — убийца.

Лицо Гаунта побледнело. Он глубоко вздохнул воздух.

— Хорошего, однако, вы обо мне мнения, Рикет. Сейчас вы уверены, что я поменял патроны в пистолете после убийства. Еще немного, и вы обвините меня в соучастии. А потом? Заявите, что я присутствовал во время убийства и помогал ей целиться в Зонаса?

В голосе Рикета прозвучало легкое смущение.

— Вам не следует говорить так, Руфус. Напротив, я забочусь о вас. Просто я хотел выслушать ваши объяснения. Кстати, так будет лучше и для вас.

— Значит, объяснения? Ну, что ж, я всегда готов объясниться. Вы сказали, что Лоример приедет в четыре часа… Может быть, и мне к этому времени подойти в Ярд? Кстати, а где сейчас Миранда Грей? Она у вас?

— Нет, я отпустил ее домой, но она под следствием и не сможет уехать отсюда до окончания процесса. А подвергнуть ее аресту я не могу, пока не опровергну версию, связанную с холостыми патронами, и не разберусь с бредом, который несет Лоример. Я допросил ее. Она охотно отвечала на вопросы. Восстановила полную картину случившегося. Сказала, что вы брали у нее пистолет во время посещения вашей конторы в первый раз. Вынимали обойму, рассматривали ее. Какие там были патроны, холостые или нет, она не знает. Когда вы сказали ей, что пистолет был заряжен холостыми патронами, она вам поверила. Видимо, ей очень хотелось в это поверить.

— Ну, что ж. Так я подъеду к четырем часам, Рикет?

— Ладно, приезжайте…

* * *

Часы на стене кабинета Рикета показывали половину пятого. Хозяин кабинета, откинувшись на спинку стула, бесцеремонно рассматривал сидевших напротив Майкла Лоримера и Гаунта. Гаунт, с губы которого свисала сигарета, тоже наблюдал за Лоримером, но не так открыто. Молодой человек выглядел так, словно из него выпустили воздух, его руки ерзали на подлокотниках кресла, он поглядывал умоляюще то на Рикета, то на Гаунта.

— Вы поступили плохо, мистер Лоример, — отечески внушал ему Рикет, — хотя я могу понять ваши чувства. В какой-то мере я даже чувствую симпатию к вам, но нельзя же думать, что в полицию идут законченные дураки. Чего стоит ваше так называемое признание? Ведь это наивная чепуха, которая не выдерживает самой поверхностной проверки. Вы заявили, что убили Зонаса в пять часов. Но мы точно знаем, что в шесть и даже почти в семь часов он был жив. В шесть тридцать он позвонил в клуб и передал поручение гардеробщице, а в шесть пятьдесят шесть разговаривал по телефону с портье. Когда я спросил вас, где находился Зонас, когда вы в него стреляли, вы ответили, что он стоял возле стола. На вопрос, куда попала выпущенная вами пуля, вы ответили, что в левый висок. И это тоже не соответствует действительности: пуля вошла в голову Зонаса справа.

Рикет извлек из лежавшей на столе пачки сигарету и закурил. Окинув взглядом смущенного Лоримера, он улыбнулся.

— Ну, а если мы все это суммируем, то какой довод можно будет сделать? Ответ очевиден: для человека, заявившего, что он убийца, вы чертовски мало знаете о там, как это убийство совершено, — констатировал Рикет. — Но это еще не все. Нам известно, и это, пожалуй, главное, что вчера вы были в Манчестере, в «Клубе Пиратов». Вы искали управляющего, к которому у вас была устная рекомендация Вольфа Линела. Управляющий проявил к вам сочувствие и обещал устроить на работу. Могли ли вы к трем часам оказаться в Лондоне? Да, могли, но для этого вам пришлось бы воспользоваться самолетом — это единственная возможность. Так вот, мы проверили списки пассажиров и установили, что вас среди них не было.

Рикет встал, прошел вокруг стола к креслу, в котором сидел Лоример, и неожиданно похлопал его по плечу.

— Так-то, молодой человек. Я не в восторге от того, что вы пытаетесь столь дорогой ценой выгородить виновного!! Никогда больше так не поступайте. Нам известно, кто убил Зонаса, и этот человек — не вы. Возвращайтесь в Манчестер к своей работе, забудьте обо всем… и о Миранде Грей тоже. Поверьте моему опыту, эта девушка не подходит такому парню, как вы.

Лоример встал с опущенной головой. Следом за ним встал Гаунт и тоже двинулся к двери, но Рикет окликнул его:

— Задержитесь на минуту, Гаунт. Я хочу вам дать совет: забудьте о том, что пистолет был заряжен холостыми патронами.

Гаунт печально усмехнулся.

— Спасибо за совет, Рикет. Может быть, я последую ему… а может, нет. Пока.

Он закрыл за собой дверь. В коридоре его ждал Лоример.

— Да, такие вот дела, — сказал Гаунт молодому человеку. — Инспектор Рикет еще в три часа рассказал мне о вашем признании, и я уже тогда понял, что он не принял его всерьез. Ведь у него в руках свидетельские показания гардеробщицы из «Серебряного Кольца» и этого портье из «Клиндейл Эпартментс». Если бы вы сказали, что застрелили Зонаса не в пять, а, скажем, в семь пятнадцать, вам бы поверили и вы заработали бы обвинение в убийстве. Да и то, если бы Рикету не удалось доказать, что в этот вечер вы были в Манчестере, а он большой мастер на такие дела. Ну, да что не делается… Зайдем куда-нибудь выпить? Я хотел бы поговорить с вами.

— Но все это… это просто ужасно! Миранда не могла совершить такое! Я не верю в это и никогда не поверю!..

Гаунт пожал плечами.

— Я не буду с вами спорить, однако, советую вам привыкнуть к мысли, что Рикет обвинит ее в убийстве. Думаю, он сделает это в ближайшие двадцать четыре часа.

Лоример совсем повесил голову. Они двинулись в направлении Виктория-стрит, а когда переходили через улицу, Лоример споткнулся о край тротуара и чуть не упал. Гаунт успел подхватить его.

— Осторожно! Вам следует поберечь свои нервы, — сказал он. — Если вы будете так распускать себя, то ничего не добьетесь. Помните, Миранда в очень тяжелом положении, и мы сможем ей помочь лишь при условии, что нам крепко повезет.

— Неужели… вы хотите сказать, что у нас есть шанс? — встрепенулся Лоример.

Гаунт кивнул.

— Пожалуй, да, но шанс этот невелик. Видите ли, чтобы помочь девушке, я сказал Рикету, что патроны в пистолете Миранды были холостыми. Об этом я говорил и с Линелом, а он рассказал Рикету, что я поменял патроны в пистолете уже после убийства. Видите ли, Лоример, я надеялся перехватить вас до встречи с Рикетом и обо всем договориться. Тогда вы могли бы показать, что пистолет Миранды был заряжен холостыми патронами — уже тогда, когда вы передавали ей его. Однако, Рикет опередил меня. Результат вам известен.

Они зашли в первый встретившийся бар на Виктория-стрит. Лоример явно был на грани нервного срыва. Когда он подносил стакан ко рту, рука его дрожала.

Спустя некоторое время: Лоример нарушил молчание.

— Но вы… вы сумеете что-нибудь сделать. Я надеюсь только на вас, мистер Гаунт. Рикет сказал мне, что Зонас нанял вас, чтобы вы занялись клубными делами. Наверное, Зонас говорил и обо мне?

— Говорил. — Гаунт кивнул. — Он много говорил о вас, но я ему не поверил. Я не раз встречал таких людей, как Зонас, и у меня сложилось о них определенное мнение. — Лоример слабо улыбнулся.

— Но это не в какой мере не объясняет, почему вы хотите помочь Миранде…

— Мы оба хотим ей помочь, — прервал его Гаунт, — но пока что ничего не достигли. Однако… — Он подался к сидящему напротив Лоримеру. — У меня на руках есть крупный козырь. Но, чтобы правильно разыграть эту карту, мне потребуется время.

Лоример смотрел на него широко раскрытыми глазами.

— Это правда? Вы в самом деле считаете, что сможете одолеть Рикета?

— Я далек от мысли обещать что-либо. Однако не исключено, что я смогу кое-что предпринять, и тогда мне, возможно, понадобится ваша помощь. Где я смогу вас найти?

— Я собираюсь остановиться в «Уайт-отеле» в Олдвиче.

— Отлично. Отправляйтесь туда и никуда не отлучайтесь. И не пытайтесь увидеть Миранду. Это важно. Потерпите немного. Я позвоню вам… скорее всего, около восьми. Возможно, после этого нам придется встретиться и все обговорить. У меня есть одна идея… пока еще неопределенная. К тому времени я постараюсь ее обдумать.

— Я готов на все, чтобы помочь вам… Но, может быть, вы скажите мне об этом чуть больше?

— Не сейчас. Время еще не пришло. Я уже сказал вам, что у меня на руках козырная карта. Когда придет время разыграть ее, я расскажу вам все. Это я вам обещаю.

Глава 11

На острие ножа

Выйдя из бара, Гаунт немного постоял, глядя на удаляющуюся по Виктория-стрит фигуру Майкла Лоримера. Когда тот исчез в сгущающихся сумерках, детектив зашагал по направлению к Уайтхоллу. Когда на середине пути его догнало такси, он остановил машину, сел и назвал водителю адрес «Клиндейл Эпартментс». Выйдя у дома, где жил Зонас, он вошел в холл и, приблизившись к столику ночного портье, выложил на стол банкнот.

— Частный детектив Гаунт. Я работал на мистера Зонаса перед тем, как его… Могли бы вы сообщить мне кое-какие сведения?

— Все, что пожелаете, сэр. Что вас интересует? — Гаунт предложил портье сигарету и закурил сам.

— Сегодня в Скотланд-Ярде я беседовал с детектив-инспектором Рикетом. Вы его, конечно, знаете, он проводил здесь расследование. Так вот, по его словам, вы сообщили ему, что мистер Зонас в шесть пятьдесят шесть звонил вам из своей квартиры.

— Совершенно верно.

— Вы уверены, что он звонил вам именно в это время?

— Да, сэр. Абсолютно уверен. Как видите, здесь, в холле, есть часы, они видны с моего места. Часы электрические, они всегда правильно показывают время.

— Понятно. Ну, а теперь повторите мне, что именно он вам сказал.

— О, ничего особенного. Он просто попросил меня принести ему в квартиру бутылку виски. Эти просьбы относительно спиртного страшно надоедают, но что делать. Я сказал, что сейчас принесу. Достал бутылку и уже направился к лифту, когда телефон снова зазвонил. Пришлось вернуться. Это опять был мистер Зонас. Он сказал, что отменяет свой заказ: виски ему не нужно.

— И вы уверены, что с вами говорил именно Зонас?

— Еще бы! Его голос я узнал бы из миллиона!

— Благодарю вас. Это все, что я хотел узнать, — сказал Гаунт. Выйдя из «Клиндейл Эпартментс», он поймал такси и поехал к Миранде Грей. У двери он оглянулся и заметил мужчину на другой стороне улицы, старавшегося укрыться в тени. Рикет определенно решил не рисковать. Гаунт усмехнулся и позвонил.

Ему открыла служанка, которая приняла у него плащ и шляпу и проводила в гостиную. Сидевшая в кресле Миранда, смотрела на пылающие угли в камине. За этот день девушка изменилась до неузнаваемости. Ее глаза, обведенные черными полукружиями, запали; она была бледна и казалась больной. Услышав его шаги, она повернула голову.

Гаунт дружески улыбнулся ей.

— Послушайте, Миранда, мне кажется, что вы принимаете происходящее слишком близко к сердцу. Успокойтесь и постарайтесь расслабиться.

Он угостил ее сигаретой и щелкнул зажигалкой, чтобы она могла прикурить.

— А разве можно воспринимать это иначе? Как я могу быть веселой? Поймите, только теперь я многое поняла, только теперь взглянула в глаза действительности. Назовем вещи своими именами: я — убийца, это я убила Зонаса. — Гаунт покачал головой.

— Так думаете вы, но я так не думаю. — Ее взгляд задержался на его лице.

— Я не верю, что вы в самом деле так считаете. Вы просто хотите вселить в меня хоть какую-то надежду.

— Нет, Миранда, это не мой стиль, и я не привык бросаться словами. Я не считаю, что вы совершили убийство. И я это докажу, хотя для этого потребуются некоторые усилия. Видите ли, наш инспектор удвоил свою бдительность, после того, как Линел сказал ему, что я подменил патроны в вашем пистолете после убийства. Сказал… с моего посыла.

Она с удивлением взглянула на него.

— Так значит, вы сами натолкнули Линела на то, чтобы он рассказал инспектору о патронах?

— Угу, — кивнул он. — С пользой для дела. Я был уверен, что Рикет поверит этому типу, если он скажет, что мое заявление о холостых патронах — лжесвидетельство и вызовет вас в Ярд. В результате мы обеспечили его ум работой, что при данных обстоятельствах нам необходимо.

Она недоуменно покачала головой.

— Мистер Гаунт, вы все еще пытаетесь доказать мне, что Зонаса убил кто-то другой?

— Естественно, коль скоро вы его не убивали. Я это знаю, понимаете, знаю!

— Но, почему?

— Разрешите мне задать вам несколько вопросов, воздержавшись пока от ответа на ваш. Так вот, слушайте меня внимательно. Вчера вечером вы позвонили мне в контору из бара и сказали, что застрелили Зонаса. Скажите, сколько времени прошло между вашим уходом из его квартиры и этим звонком ко мне?

— Около пятнадцати минут, — ответила она, немного подумав.

— Так я и предполагал. А теперь, обещайте мне оставаться здесь, не выходить из дома, кто бы вас ни вызывал, никого не принимать и никому не звонить, пока я не разрешу. Договорились?

Девушка слабо улыбнулась.

— Мистер Гаунт, я сейчас никому не верю, кроме вас. Сама не знаю, по какой причине.

— Вот и отлично, — сказал с улыбкой Гаунт. — Теперь еще один вопрос. Вы знаете, что Зонас завещал вам деньги?

Немного помолчав, она ответила:

— Вообще-то он несколько раз говорил, что упомянет меня в завещании, что хочет кое-что сделать для дочери старого друга, но я как-то не задумывалась над этим.

— Если бы вам сказали, что он оставил вам двадцать пять тысяч фунтов, вас это удивило бы?

— Разумеется, — ответила она.

— Так вот, именно так он и поступил. Он оставил завещание, мне о нем рассказал Линел. Такие вот дела… Ну, я пошел. Да, еще одно: по всей вероятности, я позвоню вам ночью. Обязательно возьмите трубку. Хорошо?

— Я сделаю все, что вы сказали. Ведь я доверяю только вам.

— Вы — умница. И не терзайте себя. Все будет хорошо. Я позвоню. До свидания.

Выйдя из дома, он взглянул на часы. Они показывали шесть тридцать. Гаунт немного постоял на тротуаре, прикуривая сигарету и обдумывая план действий, а потом остановил такси и поехал в «Серебряное Кольцо».

В этот ранний час клуб был почти пуст. Девушка наводила порядок в гардеробе. Две уборщицы, закончив протирать пол, расставляли стулья.

Гаунт прошел по балкону в коридор, на минуту задержался у двери кабинета покойного Зонаса, а потом без стука отворил ее и вошел.

Линел, как обычно, сидел за письменным столом. Напротив него расположилась Джеральдин, курившая сигарету.

— Добрый вечер, — приветствовал их Гаунт.

Он вынул из кармана портсигар и тоже закурил. Линел холодно и недружелюбно наблюдал за его действиями.

— Я пришел сюда, чтобы поговорить с вами, Линел. То, что Джеральдин здесь, упрощает дело.

Линел передернул плечами.

— Не думаю, что смогу услышать от вас что-нибудь такое, что заинтересовало бы меня. Полагаю, что последняя встреча с инспектором Рикетом доставила вам удовольствие.

Гаунт презрительно поморщился.

— Не старайтесь казаться более глупым, чем вы есть на самом деле, Линел. Вы думаете, что до смерти напугали меня, выложив все Рикету?

Он придвинул стул к столу и сел.

— Вы пришли ко мне вчера и предложили соглашение, — сказал Линел, — и обещали молчать о том, что Джеральдин посещала квартиру Зонаса. Я должен был показать, что Лоример говорил, что переданный им Миранде пистолет был заряжен холостыми патронами. Я согласился. И как же поступили вы? Сразу же после разговора со мной отправились к Джеральдин и выведали у нее, как проходило наше посещение квартиры Зонаса. Тем самым, вы нарушили наше соглашение. В ответ на это я рассказал Рикету о том, что вы лжесвидетельствовали относительно холостых патронов в пистолете Миранды Грей.

— Почему же вы не рассказали Рикету заодно о том, что вы с Джеральдин побывали в квартире Зонаса и не сочли нужным уведомить полицию о том, что он убит? Кстати, как мне кажется, вы и не собираетесь говорить ему об этом.

— Я подожду, пока меня об этом спросят. И тогда, в случае необходимости, Джеральдин подтвердит мои слова.

— Джеральдин? — Гаунт усмехнулся. — Вы имеете в виду, что Джеральдин готова подтвердить все, что вы скажете? Но в этом плане ее свидетельства не принесут вам никакой пользы. А вот то, что она видела, как вы спускались по лестнице из квартиры Зонаса, когда она подходила к дому со стороны переулка, — это интересно. Так что было в квартире Зонаса, Линел, а? Вы говорили, что хозяина там не было. Ну что ж, Джеральдин поверит вам на слово, однако…

— Что вы хотите этим сказать?

— Я хочу сказать, что вы лгали, а теперь крепко увязли в куче вашей лжи. Но что же вы увидели на самом деле, когда забрались в квартиру вашего шефа по пожарной лестнице до появления Джеральдин? Она была уже в переулке, когда вы спускались, но вы не заметили ее и поспешили к Беркли-плейс, надеясь встретить Джеральдин и увести ее, сказав, что ей не следует встречаться с Зонасом. Но вам и тут не повезло: девушка выбрала другой путь, а когда вы вернулись, то увидели ее уже на пожарной лестнице. Вы поспешили наверх, но встретились с ней, когда она уже покинула квартиру Зонаса. Напомнить вам, что вы сказали ей, когда она поведала вам, что видела наверху? Вы сказали: «Давай сваливать отсюда!» Почему вы предложили ей сбежать? Если вы не знали, что произошло в квартире Зонаса, почему вы не вошли туда и не проверили? И почему не позвонили в полицию?

— Мне?! Звонить в полицию? Хорошенькое дельце! Зачем? Чтобы меня и Джеральдин притянули к этой истории? Я отнюдь не хотел этого.

— И вы хотите, чтобы я в это поверил? Да что там я! Взгляните на Джеральдин — разве не ясно, что и она вам не верит? Она согласна со мной. И еще один момент. Зонас назначил ей встречу на более раннее время. Но она пришла к вам и сказала, что не хочет идти к нему, потому что боится. Не сомневаюсь, что это правда. Что же делаете вы? Вы обещаете, что будете сопровождать ее. Сперва уславливаетесь, что она будет ждать вас дома, потом договариваетесь, что встретитесь возле «Клиндейл Эпартментс». В шесть тридцать Зонас звонит сюда и требует, чтобы Джеральдин поторопилась. Вы выходите несколько раньше, чем предполагали. Подходите к тыльной стороне «Клиндейл Эпартментс», но Джеральдин там нет. Тогда вы сами поднимаетесь в квартиру. То, что вы там увидели, крепко озадачивает вас. Вы спускаетесь… Ну, о том, что было дальше, мы уже говорили. И в отношении Майкла Лоримера вы мне тоже солгали. Он не звонил вам вчера после двенадцати, вы сами звонили ему в «Клуб Пиратов»… Кстати, как вы догадались, что он будет там?

Гаунт ждал ответа, глядя в лицо Линела. Он видел, как лоб того покрылся мелкими капельками пота. Гаунт усмехнулся и перевел взгляд на Джеральдин. Девушка застыла с расширившимися от удивления глазами. Гаунт сочувственно покачал головой.

— Вы поражены, Джеральдин? Даже вас поразила игра, которую ведет этот тип, уверяющий, что он вас любит. — Гаунт раздавил в пепельнице свою сигарету и тут же закурил новую. — Хотите, я сам скажу вам, Линел, зачем вы звонили в Манчестер? Слушайте. — Он придвинул стул поближе к столу и, склонившись к Линелу, продолжил неторопливо и веско: — Позавчера вам стало известно, что Зонас связался со мной и, по-видимому, кое-что мне рассказал. Похоже, что это не привело вас в восторг, на то на то были веские причины. Скажите, Линел, уж не вы ли были ответственны за те хищения, которые заметил Зонас и происхождение которых он хотел понять. На следующий день с утра пораньше вы заявились в контору, чтобы заглянуть в личные бумаги Зонаса. И обнаружили то, что хотели найти — его завещание. В полдень вы позвонили в Манчестер. Значит, в это утро произошло нечто, заставившее вас связаться с Лоримером. Я угадал, Линел? И я знаю, что это было. Видите ли, отгадывать загадки — это мое ремесло.

Линел молчал. Он неотрывно смотрел на Гаунта, и в глазах его был ужас.

— Как видите, — продолжал Гаунт, — несмотря на вашу осторожность, дела сложились не слишком благоприятно. Вот я и собираюсь выяснить, как вы стали соучастником убийства. И как втянули в это дерьмо свою девушку, сделав ее фактически тоже соучастницей. Вы меня поняли?

Не дождавшись ответа, Гаунт встал и взглянул на Линела сверху вниз.

— Так вот, самое лучшее, что вы можете сделать, чтобы хоть в какой-то мере избежать неприятностей, это безоговорочно слушаться меня. Вот мой совет: оставайтесь здесь, вы и Джеральдин, и никуда отсюда не выходите. И упаси вас Бог звонить Лоримеру или кому-нибудь еще. Я полагаю, Рикет пришлет сюда кого-нибудь из своих людей, чтобы потолковать с вами. Так вот, если вас будут допрашивать, говорите только правду. Помните об этом. А теперь, всех благ, Линел. До свидания, Джеральдин.

Гаунт приподнял шляпу и, не оглядываясь, вышел из кабинета, Когда дверь за ним закрылась, Линел бросил взгляд на Джеральдин: девушка отвела взгляд и спросила.

— Это правда? Значит, ты мне лгал, Вольф? Послушай, будет лучше, если ты мне скажешь все…

Глава 12

Письмо

В восемь вечера Гаунт, сидя в своем кабинете, слушал, как капли дождя барабанят по стеклу. Когда его сигарета догорела, снял телефонную трубку и набрал номер инспектора Рикета в Скотланд-Ярде. Рикет был на месте.

— Привет, Рикет, — сказал Гаунт. — Я думаю, пришло время выложить карты на стол.

— Очень неплохой замысел, Руфус, — ответил инспектор, — но я не уверен, заинтересует ли меня что-либо в твоих картах.

— Ну, как хотите. Тогда, может быть, скажете мне, собираетесь ли вы арестовать Миранду Грей?

— Охотно отвечу, Руфус. Да. Соответствующие бумаги оформлены и находятся у комиссара. Если он подпишет ордер, мы тут же арестуем ее по обвинению в убийстве.

— Понятно. А теперь послушайте, что я вам скажу, Рикет. Поверьте, мне очень неприятно видеть, как вы собираетесь совершить идиотский поступок. Ведь, если вы арестуете Миранду, то через несколько часов пресса предаст вас осмеянию. А я этого не хочу.

— Благодарю за столь трогательную заботу. Однако у меня есть достаточно убедительные доказательства. Что ты скажешь о таком пустяке, как гильза, которую мы нашли на ковре в комнате, где был убит Зонас? Гильза из обоймы Миранды.

— У меня есть основания усомниться, что эта гильза от пистолета Миранды Грей. Но при всем при этом, Зонас был убит не гильзой, а пулей. Эта гильза имеет вес лишь в сочетании с показаниями Линела о том, что я дал ложные показания относительно холостых патронов в кольте Миранды. Так вот, дорогой друг, все, что я говорил Линелу, — ложь. Я втирал ему очки. А теперь о том, что было на самом деле. Вам, наверное, будет интересно узнать, что я своими руками заменил боевые патроны в ее кольте на холостые в своей конторе до того, как она отправилась к Зонасу. И делал я это не один, а в присутствии Джозефин Дарк, моей секретарши. А те патроны, которые я извлек из пистолета, лежат в ящике моего стола, там, куда я их положил. Ну, нравится вам это?

Последовало сдавленное восклицание, которое трудно было принять за выражение удовлетворения.

— Я понимаю, Рикет, что для вас это сюрприз. Равно как и то, что вам очень хочется арестовать кого-нибудь за убийство Зонаса. Ведь оба мы, и вы и я, уверены, что это отнюдь не самоубийство. Так вот, я знаю, кто это сделал. И если вы хотите арестовать убийцу, я могу доставить вам это удовольствие уже сегодня. Но для этого вы должны сделать то, что я вам скажу.

— Может быть, вы перестанете шутить, Руфус? Что еще вы хотите мне сказать?

— Многое. И прежде всего то, что сейчас следует сделать. Вам нужно послать кого-нибудь в «Серебряное Кольцо», что бы допросить Вольфа Линела и Джеральдин. Они там, я видел их совсем недавно и говорил с ними. Это был забавный разговор, Рикет. На Линела он произвел сильнейшее впечатление; сейчас он в том состоянии, когда человек говорит правду и только правду. Так что добиться от них показаний не составит труда. Готов биться об заклад, что, если вы будете допрашивать каждого из них отдельно, то их показания будут идентичны. Ну, и последнее, что я должен вам сказать, это не для телефона. Я сейчас к вам приеду.

— Жду, — коротко сказал Рикет. — Я буду в своем кабинете. Надеюсь что вы сможете все это доказать. — Гаунт негромко хохотнул.

— Никаких проблем, Рикет. У вас свои методы работы, у меня свои. Я буду у вас через четверть часа. А пока вам придется потерпеть.

Опустив трубку на рычаг, он с минуту сидел неподвижно, наблюдая за кольцами дыма, а потом встал и принес из соседней комнаты телефонную книгу. Сев за стол, он нашел номер телефона «Уайт-отеля» в Олдвиче и тут же набрал его. Ответившего портье он попросил соединить его с Майклом Лоримером. Не прошло и минуты, как в трубке зазвучал напряженный и нетерпеливый голос Лоримера:

— Алло? Это вы, мистер Гаунт? Как обстоят дела?

— Не хочу что-либо утверждать категорично, но, кажется, нам удастся доказать невиновность Миранды. Причем совершенно неожиданным путем.

— Я очень рад. Так что же у вас произошло?

— Сейчас расскажу. Мне удалось выяснить, что вчера, после шести, Зонас написал письмо, адресованное мне и велел переслать с рассыльным в мою контору. В том, что письмо это важное, не может быть сомнений: Зонас знал, что я приду к нему в половине восьмого. Значит, он хотел, чтобы я о чем-то узнал срочно, до моего прихода. Видимо, не мог ждать. Но перед тем, как Зонас сел за это письмо, ему кто-то звонил, — вдохновенно врал Гаунт.

— И что же было в этом письме?

— Я не знаю. Этот идиот портье забыл переслать его мне. Сунул в карман, отвлекся, занялся другими делами… Знаете, как это бывает. Придя сегодня на дежурство, он час назад обнаружил это письмо.

Конечно, он поспешил позвонить мне, извинился и пообещал, что сразу же после окончания дежурства сам занесет его. Так что до десяти часов письмо будет у меня. Я жду его с нетерпением. Вполне возможно, что Зонас говорил по телефону со своим убийцей. Опасаясь, что его жизнь в опасности, Зонас послал мне письмо, в котором высказал свои опасения и назвал человека, звонившего ему.

— У вас есть какие-нибудь предположения относительно того, кто бы это мог быть?

— Есть. Я думаю, что это Вольф Линел.

— Ну, а что вы хотите от меня?

— Абсолютно ничего. Но я подумал, что это может вас заинтересовать. Возможно, вам будет любопытно познакомиться с содержанием письма. Я ничего не буду иметь против. Портье сказал, что зайдет ко мне до десяти. Так что, если вы придете в десять пятнадцать, письмо уже будет в моих руках. В конторе, кроме меня, никого нет. Входную дверь я оставлю открытой. Так что не звоните, а идите через приемную в мой кабинет.

— Спасибо. Приду обязательно.

Гаунт, усмехаясь, покачал головой. Затем встал, надел плащ и шляпу и на такси отправился в Скотланд-Ярд. Рикет ждал его с нетерпением.

— Надеюсь, вы не ошибаетесь, Руфус, и, кроме слов, у вас найдутся какие-нибудь доказательства?

Гаунт пожал плечами.

— При всех условиях версия, согласно которой убийца Зонаса — Миранда, пролетела. Я уже сказал вам, что перезарядил пистолет Миранды до того, как она отправилась к Зонасу, причем в присутствии свидетеля. Ну, а если мисс Грей не могла убить его, значит там побывал кто-то еще, кто и прикончил Зонаса. Вас интересует, кто это был? — Рикет энергично кивнул.

— Ладно, Руфус, будем надеяться, что вы правы. Кстати, комиссар не подписал ордер на арест Миранды Грей — он не исключает, что кто-то пытается подставить ее, а улик, свидетельствующих против Миранды, у нас недостаточно. Не считаете ли вы, что Зонаса ликвидировал Линел… или Джеральдин? Сдается мне, что между Зонасом и этой девочкой что то было… Как вы полагаете?

— Послушайте, Рикет, вам не удастся заставить меня заговорить раньше, чем я того пожелаю, — прервал его Гаунт. — Давайте сперва проанализируем кое-какие неясные вопросы — я думаю, это поможет нам выявить настоящего убийцу. Миранда Грей пришла ко мне в контору около пяти часов. Пистолет был при ней, в сумочке, и она даже не старалась это скрыть. Согласитесь, Рикет, такое поведение не совсем типично для человека, готовящегося совершить убийство. И все же, какое-то шестое чувство подсказало мне, что надо сделать. Мне было известно, что у нее вспыльчивый, неуравновешенный характер. Под пустяковым предлогом я взял у нее пистолет и вышел в соседнюю комнату. Вспомнив, что у меня есть обойма с холостыми патронами, я быстро вынул из пистолета обойму, поместил на ее место свою, а ее обойму сунул в ящик стола. Все это происходило в присутствии моей секретарши. Миранда, не знавшая, что теперь ее пистолет не опаснее детской игрушки, была в полной уверенности, что застрелила Зонаса. Как развиваются события дальше? После шести мне позвонили. Джозефин сказала, что это Зонас. Он сообщил, что останется дома, так как простудился. Голос у него был хриплый, но тогда я подумал, что это от простуды. Теперь-то я знаю, что голос, который я слышал, вовсе не был голосом Зонаса. Со мной говорил убийца. Он сказал, что Миранда — или выдающая себя за Миранду женщина — звонила ему в четыре часа и угрожала, что убьет его. Ну, а теперь, сопоставьте это с показаниями портье из «Клиндейл Эпартментс». Он сказал, что Зонас позвонил ему в шесть пятьдесят шесть и попросил привести виски. Зонас говорил нормальным, не хриплым и не простуженным голосом.

Рикет присвистнул. Разговор пробуждал у него все больший интерес.

— То, что Зонас вдруг попросил бутылку виски, очень заинтересовало меня, — продолжал Гаунт. — Теперь, как мне кажется, я догадался, в чем тут дело. За несколько минут до этого звонка в Зонаса стреляла Миранда. Представьте себе эту картину: девушка стоит справа от стола; она выхватывает пистолет, целится в Зонаса и нажимает на спуск… Что же произошло дальше? Вылетевший при выстреле холостым патроном довольно жесткий пыж попал в висок и слегка оглушил его. Миранда, увидев кровь на его голове, решила, что убила Зонаса, и выбежала из квартиры. Спустя минуту-другую Зонас пришел в себя и решил, что нужно продезинфицировать ранку. Поэтому он и попросил портье принести ему бутылку виски: он намеревался промыть спиртным эту ссадину. Портье нашел бутылку и уже отправился было относить заказ, когда телефон зазвонил снова. Зонас отменил свой заказ. Верно?

Рикет кивнул.

— Все правильно, Руфус.

— А вам не показалось странным, что человек делает заказ, а через две минуты вдруг его аннулирует?

— Показалось. Но объяснить это я не смог.

— А я могу, — усмехнулся Гаунт. — Зонас позвонил в холл и приказал принести виски, а спустя несколько секунд некто вошел в кабинет из спальни. Этот человек проник в квартиру Зонаса по пожарной лестнице. Это был убийца. По-видимому, Зонас не был особенно удивлен: дело в том, что убийца связался с ним по телефону раньше и договорился о встрече. Зонас, не желая, чтобы во время этого разговора их беспокоили, позвонил портье и отменил заказ.

— Это выглядит достаточно правдоподобно. Но откуда уверенность в том, что убийца звонил ему и договорился о встрече?

— Это достаточно очевидно. В этот день после полудня Джеральдин просила Зонаса принять ее, и он назначил ей время встречи. Однако, она не пришла: Вольф Линел, имеющий на нее влияние, сказал, что идти туда одной не следует. Вот она и тянула время — ждала, когда Линел освободится и сможет пойти с ней к Зонасу. В шесть тридцать Зонас звонит в клуб и велит передать Джеральдин, чтобы та поторопилась. Что заставило его так поступить? Да то, что он хотел, чтобы она была у него, когда появится убийца.

— Понятно. Но тогда у Линела были основания не пускать Джеральдин к Зонасу.

Гаунт подтверждающе кивнул.

— Да, и весьма серьезные. И еще один момент — это кажущееся самоубийство Зонаса. Наш герой не пожалел сил, чтобы полиция, обнаружив труп Зонаса, решила, что он попросту покончил с собой. Такая декорация! А отсюда, Рикет, можно заключить, что мы имеем дело с очень неглупым убийцей. Он совершил преступление, так сказать, с двойной страховкой. Первый вариант — это Миранда Грей, которую заподозрят в убийстве, а может, и обвинят, причем вне зависимости от того, воспользуется она пистолетом или нет. Однако, если это не сработает, то у полиции будут основания считать, что это самоубийство. Настоящий убийца опять останется вне подозрений. — Гаунт встал. — А теперь, я хотел бы воспользоваться вашим телефоном. Вы не возражаете?

Рикет кивком выразил согласие. Гаунт снял трубку и набрал номер Миранды. Когда она подошла к телефону, он сказал:

— Добрый вечер, Миранда. Могу вас обрадовать: тучи над вашей головой рассеялись окончательно. Скажите, после того, как я ушел от вас, Линел вам не звонил?

— Нет, — ответила она. — Мне никто не звонил… Кроме Майкла.

— Полагаю, этот разговор вас порадовал? — спросил Гаунт с усмешкой.

— О да, мы очень хорошо поговорили. Он сказал, что звонит, чтобы я знала: он всегда со мной душой и телом и не покинет меня в эти ужасные дни. Первое, чем он намерен заняться завтра, это получить специальное разрешение, чтобы мы сразу могли пожениться.

— Великолепно! — воскликнул Гаунт. — Верная любовь не знает преград и приводит к благополучному финалу. А сейчас, разрешите попрощаться с вами. Думаю, мы скоро увидимся.

Он опустил трубку на рычаг и обратился к Рикету:

— У меня назначена встреча на десять пятнадцать в моей конторе. Так вот, нужно, чтобы вы тоже пришли ко мне. Точно в десять двадцать. Наружная дверь будет открыта, дверь в контору — тоже. Не нужно ни стучать, ни звонить. Зайдите в приемную. Я буду рядом в кабинете с моим посетителем. Уверен, что вы без труда услышите наш разговор: между комнатами есть вентиляционное отверстие, оно будет открыто. Полагаю, что вам не придется скучать. Уверен, что еще до полуночи убийца будет в ваших руках.

Глава 13

Рандеву со смертью

Часы на стене показывали десять с минутами. Сидевший за пишущей машинкой Гаунт, печатал письмо. Самому себе. Закончив эту работу, он перечитал письмо еще раз, сложил его и положил во внутренний карман пиджака. Теперь все было готово. Он сел в кресло, откинулся на спинку и стал ждать.

Ровно в десять пятнадцать он услышал шаги в коридоре и вышел в приемную. Когда он открыл дверь, на пороге стоял Майкл Лоример.

— Входите, Лоример, — сказал он дружелюбно. — Вы точны, как хронометр. — Он провел Майкла в кабинет и предложил ему стул напротив. — И нет необходимости меня о чем-либо спрашивать, — предупредил он вопрос, который собирался задать его гость. — Миранда в безопасности. Я знаю, кто убил Зонаса. Убийца сегодня же окажется в руках правосудия…

— Вам принесли письмо? — нетерпеливо перебил его Майкл Лоример. Гаунт ответил кивком. Сунув руку в карман, он извлек письмо, которое только что кончил печатать.

— Сейчас я прочту вам его. Когда Зонас писал это письмо, ему оставалось жить несколько минут. Видимо, он писал его, движимый чувством мести. Итак, слушайте.

Развернув лист бумаги, он начал читать:

«Мистер Гаунт!

Хотя Вы и должны прийти ко мне сегодня в 19.30, я счел нужным написать Вам это письмо, чтобы сообщить о некоторых событиях, имевших место за последнее время. Как Вы помните, вчера вечером я сказал Вам, что не могу уволить Лоримера, так как опасаюсь, что он слишком много знает. Так вот, он только что звонил мне с железнодорожного вокзала. Он вернулся из Манчестера — приехал шестичасовым поездом — и сразу же позвонил мне. Я не буду пересказывать все, что он мне сказал — это был довольно продолжительный разговор — и ограничусь сутью. Лоример, как я и предполагал, пытается шантажировать меня. Он пригрозил мне, что если я не отстегну ему весьма солидную сумму, то окажусь за решеткой. Я понимал, что он блефует, но то, что он может причинить мне неприятности, — это правда. Он выразил желание встретиться со мной и все обсудить. Сначала я собирался отклонить встречу с ним, но потом решил, что будет лучше, если я выслушаю его.

Вскоре он приедет ко мне — по всей вероятности, он уже в пути. В разговоре со мной он особо подчеркнул, что для меня будет лучше, если о его визите никто ничего не узнает. Это предупреждение заставило меня насторожиться. Более того, я почувствовал тревогу. Вот я и решил написать Вам: если со мной что-нибудь случится, вы будете знать, кто в этом замешан. Не сочтите, что я излишне драматизирую события, но сегодня утром я открыл кое-что, определенно напугавшее меня. Несколько дней назад мой секретарь Вольф Линел приходил ко мне домой. Дверь ему никто не открыл, хотя он настойчиво звонил, однако он слышал за дверью шум, похожий на звук пилы, пилящей дерево. На следующий день он обнаружил беспорядок в моем кабинете: кто-то снял книги с полки и разбросал их по полу. Сегодня, выслушав его рассказ, я осмотрел кабинет и обнаружил, что из находящегося за книгами тайничка исчез мой пистолет, который я там хранил. Я продолжил поиски и сделал еще одно открытие: кто-то разрезал ковер, на котором стоит мой письменный стол, и выпилил несколько плиток паркета, проделав отверстие. Я обследовал это отверстие и обнаружил не до конца забитый гвоздь и переброшенную через него веревку. Я вытащил ее; оказалось, что к одному ее концу привязан пистолет, к другому — пресс-папье. Я не стал это разбирать — оставил все, как было: хочу, чтобы вы взглянули на эту штуку, когда придете ко мне.

М. Зонас».

Гаунт с усмешкой бросил письмо на стол.

— Так, как же, Лоример? Дело принимает для вас не слишком приятный оборот, а?

— Какая ерунда! — воскликнул Лоример с негодованием. — Неужели вы не понимаете, что Зонас, ненавидевший меня, специально придумал все это, чтобы создать мне неприятности с полицией? Я…

— Вам лучше помолчать, — сказал Гаунт вставая. — То, что вы убили Зонаса — факт. Я отлично это знаю, а вы еще лучше. Так к чему зря препираться?

Лоример презрительно засмеялся.

— Ну, если вы так в этом уверены, не соблаговолите ли вы рассказать мне, как я ухитрился сделать это, пребывая в Манчестере? А то, что я там был, могут засвидетельствовать многие.

— Вздор! — возразил Гаунт. — Вчера во время ленча Линел позвонил вам в Манчестер. Вы обосновались в «Клубе Пиратов». После разговора с ним вы сразу же уехали. Выехав двухчасовым поездом, вы добрались до Лондона в шесть. С вокзала вы позвонили Зонасу, а потом мне, в контору. О том, что я занимаюсь делом Зонаса, вам сказал Линел. Измененным голосом вы, назвавшись Зонасом, сказали мне, что простудились и остаетесь дома, а потом сообщили, что вам звонила Миранда и угрожала вас убить.

Отличный ход! Сперва вы уговорили ее обзавестись оружием для самообороны, а потом, зная, что она должна встретиться с Зонасом, бросили на нее подозрение, фактически обеспечив ей обвинение в убийстве. Ваш план удался бы великолепно, если бы я не заменил в ее пистолете боевые патроны холостыми.

— У вас богатая фантазия! — Лоример саркастически усмехнулся. — Ладно, предположим, что я действительно приехал в Лондон и зашел к Зонасу. Но вы должны считать меня законченным идиотом, если полагаете, что я предварительно позвонил бы ему.

— Позвонили, Лоример, позвонили! — с уверенностью заявил Гаунт. — Вы позвонили ему, потому что хотели узнать, будет ли он дома один, когда вы туда заявитесь. Но Зонас был настороже. В тот день он должен был встретиться с Джеральдин. Она задерживалась, и он сразу же после вашего звонка позвонил в клуб, чтобы она пришла поскорее. По его замыслу, Джеральдин должна была быть у него, когда появитесь вы. Он понимал, что вы не станете пытаться ликвидировать его на глазах свидетеля, даже если им будет девушка.

— А вот это уже интересно! Если Джеральдин была у Зонаса и не видела меня, то кто сможет доказать, что я там был? Гаунт, вы блефуете!

— Я? — Гаунт холодно усмехнулся. — Нет, Лоример, я не блефую, и вы это отлично знаете. Джеральдин не пришла к Зонасу вовремя: ее задержал Линел, обещавший пойти с ней вместе. Почему он это сделал? Да потому, что знал о том, что вы посетите Зонаса. Когда во время телефонного разговора он сообщил вам, что найдено завещание Зонаса, в котором тот объявляет Миранду своей наследницей, вы сказали Линелу, что собираетесь нанести Зонасу визит. Не думаю, чтобы Линел был очень удавлен этим. Он понимал, что, поссорившись с Мирандой, Зонас может в любой момент изменить завещание, а вас это никак не устраивало. Вот вы и лишили его возможности это завещание пересмотреть. Вы убили Зонаса, Миранда Грей стала богатой наследницей, и именно поэтому вы позвонили ей сегодня и выразили трогательное желание немедленно жениться на ней, несмотря на нависшее над девушкой грозное обвинение. Кажется, завтра вы намеревались получить специальное разрешение на брак? — Гаунт помолчал, давая возможность Лоримеру лучше осмыслить его слова. — Ну, а потом, когда ее вздернули бы на виселицу за убийство Зонаса, эти деньги перешли бы к вам.

Сузившиеся глаза Лоримера неотрывно следили за детективом.

— Должен признать, что у вас в голове мозги, а не опилки, Гаунт, — процедил он. — Однако, опасаюсь, что вам недолго осталось ими пользоваться…

— Я придерживаюсь иного мнения, — прервал его Гаунт с улыбкой. — Ну, как вы, удовлетворены? Или хотите, чтобы я рассказал, что произошло в квартире Зонаса в шесть пятьдесят шесть? Извольте! — Он раздавил в пепельнице недокуренную сигарету. — С вокзала вы позвонили сначала Зонасу, а потом мне, притворившись страдающим простудой Зонасом. После этого вы отправились к нему в «Клиндейл Эпартментс». Оказавшись на месте, увидели Миранду, входившую в дом. Какая удача! Вы поднялись по пожарной лестнице, прошли через незапертое окно в спальню и стали незримым свидетелем разыгравшейся сцены. Вы слышали их разговор, видели, как Миранда выхватила из сумочки пистолет и выстрелила в Зонаса, видели, как он упал на стол, а она убежала. Может быть, вы даже возблагодарили судьбу, сделавшую вашу работу руками Миранды, однако вас ждало разочарование. Могу себе представить, как вы удивились, увидев, что покойник вдруг ожил, взял телефонную книгу и позвонил портье, чтобы тот привес бутылку спиртного.

Гаунт сделал паузу, чтобы закурить.

— И тогда вы поняли, что заняться Зонасом придется самому. Вы вошли в кабинет, держа в руке пистолет, приказали Зонасу позвонить вниз и отменить свой заказ.

Губы Лоримера искривила злобная ухмылка.

— Да, Гаунт, вы — отгадчик, что надо. Что же было дальше? Продолжайте, вы сумели заинтересовать меня.

— Мне приятно это слышать. — Гаунт слегка поклонился.

— Зонас, увидев вас, перепугался. Видимо, он не был таким крутым парнем, как полагали окружающие. Вы сказали, что вам нужны деньги, очень много денег, и если он не выложит их вам, вы выложите в надлежащем месте все, что о нем знаете. Зонас, конечно, пытался возражать. Он заявил, что проводить в клубе криминальные операции начали вы с Линелом, что он тоже может многое рассказать и не позволит шантажировать себя. — Гаунт задумчиво пустил в потолок струйку дыма. — Мне почему-то кажется, Лоример, что в ответ на эти слова вы издевательски расхохотались. Вы объяснили ему, что, уезжая, оставили свой пистолет Миранде для самозащиты, что вы видели, как она выстрелила в него, а потом удрала; так что теперь ничто не воспрепятствует вам убить его, ибо в убийстве заподозрят не вас, а Миранду; Тем более, что у вас есть великолепное алиби. Ведь вы находитесь в Манчестере это могут подтвердить» Линел и Брикет из «Клуба Пиратов». Зонас в отчаянии пытался выиграть время: он все еще надеялся, что появление Джеральдин прервет этот кошмар. Но и вы прекрасно понимали, что следует поспешить: пора было возвращаться в Манчестер вечерним поездом, и вы застрелили Зонаса.

Собирались уйти, но тут в голову приходит еще одна отличная мысль: у вас есть возможность получить и Миранду, и деньги, а не только деньги. После неудачной попытки отравить Зонаса газом, вы решили инсценировать самоубийство, замаскированное под убийство, и соорудили в его комнате соответствующее приспособление. Почему бы не использовать его теперь, а Миранду оставить в качестве запасного варианта? Вы усадили Зонаса на стул у стола, извлекли из дыры пистолет, привязанный к веревке, и вложили его в руку Зонаса, а пресс-папье оставили в отверстии. Вы не стали отправлять пистолет в дыру, как предполагалось раньше, чтобы облегчить полиции констатацию самоубийства. Свою пулю вы, разумеется, забрали с собой. Пока вы занимались этим, в спальню проник Линел — тоже по пожарной лестнице. Он видел, как вы инсценировали самоубийство, и поспешил удалиться тем же путем. Спускаясь, он не увидел приближающуюся Джеральдин и поспешил к Беркли-плейс, чтобы перехватить девушку и не дать ей подняться наверх. Но, когда он вернулся, Джеральдин уже была на лестнице. Оказавшись в квартире Зонаса, Джеральдин, выглянув из спальни, увидела плечо и руку Зонаса с зажатым в ней пистолетом. Когда испуганная девушка выбралась из квартиры на лестницу, Линел поспешил увести ее — он знал, что вы еще в квартире, и меньше всего собирался вам мешать. Линел тоже рассчитывал извлечь из случившегося выгоду: он намеревался, если полиция сочтет случившееся самоубийством, шантажировать вас и заставить поделиться с ним деньгами, оставленными Миранде Зонасом.

— А ведь вы очень неплохой детектив, Гаунт, — заметил Лоример.

— Я такого же мнения. Но Линелу не повезло: в дело вмешался я. Я нажал на Джеральдин: сказал ей, что знаю о том, что она побывала в квартире Зонаса и что ее могут обвинить в убийстве. Это испугало Линела, который действительно любит Джеральдин. Он знал, что полиция не клюнула на версию о самоубийстве: к несчастью для вас, ваше приспособление сработало. То ли вы не слишком устойчиво усадили покойника, то ли началось трупное окоченение, но тело соскользнуло со стула и упало на стол, а пистолет вывалился из руки и провалился в дыру, Поскольку полиция уже имела подозреваемую, признавшуюся в том, что она стреляла в Зонаса, кабинет не стали обыскивать очень тщательно, и пистолет Зонаса, который был вами выкраден, обнаружен не был. Тогда Линел довольно прямолинейно направил меня на след устройства, подтверждающего версию самоубийства. Но и из этого ничего не получилось. Тут Линел, который хотел уже только защитить себя и Джеральдин, не вмешивая в дело вас, попытался навлечь подозрения на мисс Грей. Он обратился в Скотланд-Ярд и сообщил, что я, желая выгородить Миранду Грей, зарядил ее пистолет холостыми патронами после совершения убийства. Этот его ход ни в какой мере не встревожил меня, так как это обвинение я мог опровергнуть в любую минуту: у меня был свидетель, видевший, как я менял в пистолете обойму. Напротив, его поступок доказывал, что он связан с вами, Лоример.

Гаунт швырнул сигарету в пепельницу. Откинувшись на спинку стула он молча рассматривал своего собеседника.

Молчание нарушил Лоример.

— Ну, что ж. Все правильно. Очень жаль, что Зонас написал эту записку.

Гаунт широко улыбнулся.

— Он ее не писал. Да-да, он никогда не писал мне. Это письмо я сам напечатал на машинке. Мне было нужно, чтобы вы пришли. Я был уверен, что если скажу вам, что Зонас перед смертью написал мне записку, и она еще не дошла до меня, а получу я ее только сегодня вечером, вы непременно примчитесь сюда за ней. Ведь в ней может быть ваш приговор, не говоря уже о том, что она разрушала ваше алиби. Все произошло именно так, как я предполагал. Вы пришли ко мне за письмом Зонаса.

Рука Лоримера скользнула в карман пальто, а когда она снова появилась, в ней был зажат пистолет. Лоример очень спокойно прицелился в голову детектива.

— И снова вы правы, Гаунт! Я действительно пришел сюда за этим письмом. Кто его написал, не имеет значения. Вы слишком много знаете обо мне, Гаунт, но эта партия не проиграна окончательно, у меня есть шанс выбраться, но для этого придется убрать вас. Ну что ж, я убил Зонаса, убью и вас.

— Понял, — сказал Гаунт, искоса глядя на часы.

Было десять двадцать восемь. Гаунт, настороженно ловивший каждый звук, услышал легкий шорох в приемной.

— Ваше намерение мне совсем не нравится, Лоример. Поэтому я хотел бы, чтобы вы еще немного послушали меня. Так или иначе, Линел будет вас шантажировать, но если мы сейчас договоримся, я помогу вам повесить это убийство на него. И обойдется вам это совсем не дорого.

— Даже так? Ну что ж, я готов выслушать. Как вы предполагаете это устроить?

— А вот послушайте, — громко начал Гаунт, видя боковым зрением, что дверь в приемную начала бесшумно открываться. — Мы устроим это так…

Он достал портсигар, взял сигарету и протянул портсигар Лоримеру. И в этот момент, когда молодой человек потянулся за сигаретой, ворвавшийся в кабинет Рикет бросился на него.

Гаунт вовремя присел: Лоример успел нажать спуск, и пуля просвистела над головой детектива. В то же мгновение кулак Рикета врезался в подбородок убийцы.

Лоример рухнул на пол, а Рикет с профессиональной сноровкой защелкнул на его запястьях наручники, которые, казалось, сами выскочили из его кармана.

После этого он вытер ладонью вспотевший лоб.

— Чистая работа! — похвалил он Гаунта, который, поднявшись с пола и отряхнув колени, закуривал очередную сигарету. — Вы не тратите время зря, Руфус.

— Ну вот, Рикет, вы и получили своего убийцу. И выслушали его признание, — улыбнулся Гаунт. — Надеюсь, эта история показалась вам достаточно интересной?

— Еще бы! Лоример, конечно, негодяй, но в одном я с ним совершенно согласен: вы действительно чертовски хороший детектив, Руфус! Впрочем, у нас еще будет время обсудить все это. Ну, а теперь следует позаботиться об этом красавчике: сейчас я вызову машину и препровожу его в самый комфортабельный номер нашей гостиницы.

Он потянулся за телефонной трубкой. Гаунт встал, надел плащ и взял шляпу.

— Я покидаю вас, Рикет. Советую смотреть в оба за Лоримером: он очень резвый мальчик. Если я буду вам нужен, дайте знать. Когда будете уходить, захлопните дверь конторы… и наружную дверь тоже.

Рикет внимательно посмотрел на детектива и покачал головой.

— Все будет сделано. Однако, если я не ошибаюсь, вы куда-то торопитесь?

Гаунт засмеялся.

— Рикет, надеюсь, вы не считаете, что я просто так потратил эти два дня и в заключение позволил этому ловкачу выстрелить в меня?

— Речь идет о Миранде Грей? — с улыбкой осведомился инспектор.

— Шерлок Холмс, как всегда, угадал. Да, я еду сейчас к ней. Должна же она узнать, что может сегодня спать спокойно и что больше ей ничего не угрожает. Впрочем, я собираюсь ей сказать и кое-что еще, ну, а что именно, вам, дорогой Рикет, знать ни к чему.

Лоример, приходящий в себя, шевельнулся. С улицы донесся звук подъезжающей машины.

— Ну что ж, желаю удачи. Однако скажу откровенно, Руфус, я никогда не предполагал, что вы можете влюбиться в такую эксцентричную женщину, как Миранда Грей. Только любитель сильных ощущений рискнул бы…

— А разве вы не знаете, Рикет, что я всегда был не равнодушен к сильным ощущениям?

Он кивнул инспектору и вышел, негромко насвистывая.

Content

Питер Чейни
Ночной клуб

Глава 1 Встревоженный джентльмен

Глава 2 Девушка с пистолетом

Глава 3 Смерть Зонаса

Глава 4 Сюрприз

Глава 5 Джеральдин

Глава 6 Странное убийство

Глава 7 Мотив преступления

Глава 8 Сделка

Глава 9 Визит к Джеральдин

Глава 10 Признание

Глава 11 На острие ножа

Глава 12 Письмо

Глава 13 Рандеву со смертью