Ебипетский папирус

{♂ 1 ♀}

Однажды вкусив сладенького, хочется повторить испытанное, а затем ещё, и ещё. Так и мы с Альфиёй придавались плотским утешениям. Я полюбила такие встречи,

после которых узнавала всё больше подробностей из её сексуальной жизни. Сегодня она поведала, почему ей нравится менять партнёров.

— Мариш, помнишь, мы жили в двухкомнатной квартире, в которой сейчас живёт баба Аня? — на мой кивок, она продолжила, — И так как места было мало, папа сделал проём между кухней и залом. В этом окошке он поместил длинный стол, пара ножек, которого были в зале, а другая на кухне. Выставляешь пищу на стол и выдвигаешь его в зал. В зале сделал маленький диванчик.

— Так вот. Однажды, когда мне шёл тринадцатый год, к нам приехала мамина подружка детства, тётя Галя с мужем Володей и мелким сынишкой. Так как места мало, мама попросила бабу Аню, чтобы наши близняшки, их малой и Шамилька ночевали у бабы Ани. Отправляли и меня, но я не захотела. И правильно сделала.

За встречу, за то, что баба Аня разрешила переночевать, мои родаки устроили попойку. Мужики, на радостях, не почувствовав меры, накидались, уснули первыми. Женщины помыли посуду, уселись беседовать. Я улеглась на маленьком диванчике, считай на кухне.

Поначалу уснула, но от чего-то проснулась. Прислушалась к речи на кухне. От таких речей бабы Ани, я уже не могла уснуть. Говорила она полушёпотом, временами, когда рассказывала об напряжённых моментах своей жизни, громче.

— …Девчата, вступайте в близость со всеми, кто понравится. Ведь для чего нам цветок,

данный природой нужен…? Правильно! Для продолжения рода. Но мы-то в отличие от животных — люди, существа разумные. Нам ведь присущи наслаждения не только пищей, но и усладой. У нас есть руки, которыми мы можем ласкать партнёра. Губы, чтобы его целовать…. Влюбляйтесь, ревнуйте, будьте чувственными…. Да что я с вами как девочками младыми говорю — ебитесь пока молоды, пока соки вагину смазывают…. Э-э…, торопиться вроде некуда…. Расскажу вам о своих плотских похождениях.

Рассказ бабы Ани.

— Четыре памятные вехи случились с моей кункой, девоньки, четыре. Первая значит, как у вас и у всех мокрощелок — так называемая дефлорация, срывание цветка, а по-простому разрывание целки. Не знаю, как у других, может, и было как-то живописно, но у меня не очень. Всё произошло быстро после свадьбы. Дед мой и сломал.

Конечно, были робкие предложения и хамские домогательства со стороны пацанов и раньше, в пионерлагере, где я была вожатой, в школе, но я целку берегла. Пионерское воспитание, блядь.

— Вторая памятная веха — это рождение детей. Это со всеми…, ну почти со всеми, происходит. Не буду вам рассказывать, у вас может, краше моего было.

— Третья, значит веха. Работала я тогда, уже после третьих родов, на стройке, штукатуром-маляром. На стройке мужиков и баб полно. В какие-то моменты нарывалась на пикантные ситуации, когда какой-нибудь электрик или сантехник, ставил раком маляршу и шпилил её, не замечая других. Ко мне так же поначалу приставали мужики опытные, парни безусые, но я честь берегла. Мужу не изменяла. Хотя догадывалась, что он у меня ходок налево. Поразмыслив, поняла, что случайный секс на стороне, не повод для длительных интрижек мужа. Наоборот меня заводила мысль, что вместо моего образа, он представляет сучку-интриганку, старается применить к образу все свои тайные желания, которые он стесняется мне предложить открыто.

В юности, узнав об онанизме, доводила себя до клиторального оргазма. Потом стыдилась этого. Корила себя. Давала зарок, что не опущусь до постыдного самоудовлетворения. Но попадая в объятия Морфея, в сон, не контролировала разумом, мастурбировала, так что, проснувшись, уже не могла остановиться…. Да, что я вам рассказываю. Вы наверно не хуже меня онанируете. Так ведь…? Но теперь я была замужем, получала достаточно секса. Чего же мне не хватало?

Однажды, после рождения Андрюши, я покормила его дополнительной порцией смеси из бутылочки. Пока он засыпал, толкнула посуду себе меж ног. Случайно тёплая бутылка коснулась моего клитора. Машинально плотней прижала её бёдрами. Сладкая истома охватила меня. Одной рукой, поглаживала сына. А другой перемещала сосуд, одновременно подмахивая тазом. Образ мужского пениса сопровождал меня при этой мастурбации. Я не видела ни лица, ни тела, только твёрдый, горячий член.

Чмоканье сыном соски, мои постанывания соотносились со звуками совокупления. Оргазм наступил после пары минут фрикций. Так я ещё никогда не онанировала. Упала тут же на пол у кроватки и затряслась, как от настоящего полового акта. Маленькая лужица женской секреции осталась на самотканом половичке. После зашла в ванну и отколотила себя по ладоням, называя себя грязными словами.

Теперь просыпаясь ночью на плач сына, успокоив его, возбуждала Васю, шептала ему слова любви, просила сделать со мной, что подсказывает его фантазия, лишь бы познать толѝку нового в усладе. Вася на обрывках сна, возможно, воспринимал меня как любовницу, трахал как незнакомую женщину, иногда вытворяя что-то необычное. И я, забыв о маме, себя не сдерживала.

Бедная мамочка! Она, спавшая за стенкой, просила умерить мою страсть, быть тише при соитиях. Я её понимала — папа умер в тюрьме от туберкулёза — ей не хватало мужчины в постели, мои сладострастные стоны, наверно доводили её до мастурбации и греховных мыслей. Поэтому, как только Вася отучился и устроился на работу, нам, как молодой семейной паре, выделили комнатушку в общаге, мама наконец-то смогла устроить свою жизнь — сошлась с коллегой, учителем ОВП.

Чем старше становилась, тем чаще снились эротические сны. Всё больше посещали мысли испытать орган другого мужчины. Корила себя за крамольные мысли. Затем уговаривала свою совесть, уступить позывам. Сама себе обещала всего лишь единожды испытать связь с посторонним мужчиной.

Заметьте, что это всё происходило годами. Совесть перед мужем, перед детьми, была заперта в самый дальний угол сознания. Оставалось только решиться и подыскать объект.

Однажды свекровь показала свои семейные фотографии. Поразила разница её теперешнего тела, в сравнении с фигурой на фото в юности. Меня очень испугала такая перспектива для своей фигуры.

Придя домой, нашла свои фото. Чёрно-белые снимки, сделанные на пляже, показывали моё тело до свадьбы, до рождения детей. Сравнивая себя перед зеркалом, заметила разницу — груди выросли на два размера, небольшой жирок не уродовал тело, а наоборот скрадывал, округлял острые углы суставов. Губы из тонких полосок, превратились в полненькие, чувствительные уста.

Появилась ещё одна гордость — бугорок внизу живота. В самом низу брюшной полости — находилась сложенная аккуратными складочками матка. Она выделяла столько энергетики рожавшей женщины, столько любви в точке зачатии. Аутоэротично разглядывая себя, производила действия схожие с мастурбацией. Не тревожа клитор и груди, только проводя ладонью по этому месту, ощущая мягкость вздутия, наслаждалась своим телом.

А груди! А груди-то так просились, так трепетно желали чуждой ладони, пальцев, ласкающих соски. Хотелось, пусть чуточку предстать перед другим мужчиной, чтобы у него загорелись глазки от желания поласкать моё тело.

Моё внимание привлекла небольшая асимметрия желёз — левая грудь несколько отвислая, но такое незначительное различие, не играло роли. Ареола этой груди была эллиптичной по сравнению с круглым пятаком правой груди. Также изъяном были два волоска, настырным образом, появляющиеся на ареоле. Удалять их мне приходилось раз в две недели.

Во время акта с мужем, в пылу воллюста, закрыв глаза, представляла постороннего мужчину. Ментально я совокуплялась с этим фантомом. Трепетала от мыслей, улетала в астрал с воображаемым любовником.

"А как же моральная сторона?". — спросите вы. Ну и живите со своей моралью! Чахните вместе с ней! Сначала церковь, затем идеалы коммунизма, устанавливали коридор, по которому женщина должна была идти к лавочке у подъезда. Мне становилось страшно, вспоминая женщин, которые сидели у подъезда и судачили на абсолютно не стоящие темы. "Пятнадцать-двадцать лет — стану такой же", — думала я.

— А попка не увеличилась? — спросила мама. — У меня на двадцать сантиметров увеличился объем.

— Про магнит для мужских глаз забыла! Ай-яй. Ой, стыдно…! Правильно! После родов тазовые кости перестроились, стали шире. А ножки!? Мои стройные ножки! Я сама от их вида трепетала. Как они прекрасно сочетались с попкой! Мужики-то на задницу больше ведутся, впрочем, не оставляя стройные ножки без внимания. Не знаю, насколько она стала объёмней, не меряла.

В общественной бане, разглядывала женские тела, сравнивала со своим. Вспомнился фильм "А зори здесь тихие" когда Ольга Остроумова входит в баню и все "серенькие" девчата, замолчали очарованные её красотой. В моём случае, были не постановочные кадры, но я не находила конкурирующих с моей фигурой тел. Девичьи формы имели своё очарование, выигрывали в одном — непорочности, проигрывали в раскрепощённости, уверенности зрелой женщины.

{♂ 2 ♀}

В тот знаменательный для меня день, пятнадцатого мая семьдесят седьмого года, я проснулась без будильника. После утренних процедур, разбудила домочадцев. Отправила детей в школу. Вася пошёл на работу в одну сторону, я на служебном автобусе в другом направлении. Что-то руководило мной с утра. Всё шло гладко, умиротворённо.

По разнарядке послали меня с тётей Розой в дом к начальнику управления, переклеить обои в парочке комнат. Дело не хитрое, старые обои прочь, поклеили новые. Тётя Роза наказала мне убирать инструмент, комнату, а сама ушла домой. Я всё сделала, переодеваться начала и тут хозяин заходит.

Другой бы извинился за конфуз, а этот стал, на меня смотрит.

— Здравствуй, красавица, — говорит и продолжает окидывать взглядом моё тело. — Не нужно закрывать красоту, радуйся, что на тебя смотрят, а не брезгливо отворачиваются.

Подошёл ко мне, отстранил мою руку от грудей, сделал шаг назад, снова подошёл, поправил волосы у меня на голове. Взяв меня за плечи, развернул немного к свету. Подобием художника — то так посмотрит, то эдак. В глазах огонёк задора горит. Я тоже на него стала внимательнее поглядывать — мужчина за пятьдесят, стройный, высокий. Стáтью похож на артиста Ланового в фильме «Офицеры».

Аромат мужского одеколона, исходящий от него, приятно дразнил нюхательные рецепторы.

Одно из моих желаний начало сбываться — посторонний мужчина страстно меня осматривает. От его взора я начала течь. Соски отвердели, груди слегка, со стороны не заметно, поднялись.

— Как считаешь — без трусиков ты привлекательней?

— Редкие художники изображают женщин в нижнем белье, считая полную наготу привлекательней. — отвечаю ему, отстраняю руку от лобка. Поднимаю эту длань над головой. Лёгкий стыд за пышную растительность, выбивающуюся из-под края трусов, пропадает во время разговора.

— Во-о-от уже гораздо красивей, — продолжил он, — последнюю деталь сама снимешь или мне разрешишь?

— Логически рассудив и отбросив все второстепенные звенья цепочки, можно прийти к выводу, что после удаления детали, последует предложение о близости. Но я боюсь двух нюансов. Первое — амбре от моего потного и пыльного тела оставит у вас негативное мнение обо мне, как о грязной свинье. И вам рекомендую помыть руки после касания моих волос и тела. — какой-то суфлёр подсказывал мне слова пьесы, разыгрываемый высшим разумом.

— Это легко исправить. Ванна вот, свежее полотенце — на полке. А пока прелестная мадам будет освежаться, приготовлю чего-нибудь.

Знаете, бабоньки, я пошла. Пошла как загипнотизированная, в предвкушении следующей части моих фантазий — неизведанный фалдус расширит границы мой сексуальности. Нашла полотенце, шампунь, мыло. Тщательно помыла везде. Высушила волосы феном, расчесалась. Замоталась полотенцем, достаточно широким, чтобы прикрыть соски на грудях и густо заросший лобок, однако не настолько, чтобы скрыть стройность моих ножек.

Мужчина уже переоделся в домашнее — шорты, рубашка навыпуск. На столе стояла бутылка коньяка.

— А какой твой второй страх, красавица? — продолжая рассматривать меня, спросил мужчина.

— Антон Сергеевич, меня зовут Анна. Со второй опаской — я… никогда… не изменяла… мужу, справилась, когда сделала первые шаги в ванную комнату. — всё время глядя в глаза, с акцентами на главном объяснила ему. Отхлебнула из бокала.

Аромат хорошего коньяка, приятно пощекотал мои ноздри. Жидкость, обжигая гортань и пищевод, оказалась в желудке. Вступив в реакцию с его соками, начала выделять тепловую энергию. Тепло выпитой порции алкоголя, перегоняемое кровью, растеклось по моему организму. От первого глотка до гипоталамуса, энергия солнца, собранная плодами винограда, затем перебродившая в спирт и заключённая в напитке прошла менее чем за полминуты. Достигнув полушарий мозга, отключила барьеры, включила игривость самки.

— Редкое сочетание ума и красоты, досталось тебе. Ты меня всё больше поражаешь. Налить тебе ещё? О чём я спрашиваю! Конечно! Ведь молодость так быстротечна, не успеешь ею насладиться, а она кончилась.

Подошёл ко мне, налил коньяка, поцеловал меня в губы. Нежно. Не так, как делал мой муж. Запустил свою ладонь мне в гриву на затылке, приник длительным поцелуем. Защитная функция организма на вмешательство во внешнюю ауру оскалилась, взъерошила шевелюру на голове, подняла остальные волоски — мурашки пошли по моему телу, начиная от темечка из-под вздыбившихся волос и кончая копчиком.

Внизу живота появилось знакомое чувство возбуждения, давно испытанное перед первым соитием с Василием. Обняла партнёра свободной рукой за плечо и шею. Всем известный процесс начался в шортах мужчины. Пенис наливался кровью, приятно прижимался к моему холму внизу живота. Расслабленные мышцы пресса приняли в себя твёрдость органа, тем самым увеличив площадь соприкосновения. Пульсация сердца передавалась через кровеносные сосуды члена моему животу. Моё сердце начало корректировать своё сжатие, подстраиваясь под частоту движка Антона. Эта же пульсация будила матку: "Просыпайся, будь готова к приёму живчиков".

Когда он отстранился, промочила горло большим глотком напитка. Мужчина тоже выпил. Взял меня за руку, повёл к дивану…. Сел первым, меня усадил на колени…. Скинул с меня полотенце. Нежно подняв мою грудь, припал поцелуем к соску. Ласки его языка по ареоле соска, заставляли трепетать мой передок — мышцы влагалища начали сжиматься, выдавливая всё больше влаги. Бугор, оказавшийся у меня как раз под попкой, значительно отвердел и пульсировал.

Полез мне меж ног, которые я тут же автоматически развела. Нащупал клитор, начал нажимать на точки вокруг него, следя за моей реакцией. Одновременно целуя губы, шею, плечи, развёл пальцами губки, проверяя увлажнённость вагины. Опять мурашки побежали по моему телу, вызвав трепет мускулатуры, как у лошадки. Первый микрооргазм всего лишь от таких раздражителей как язык и палец, шокировал не только меня.

Подождав пока я успокоюсь, попросил лечь на диван. Быстро скинул свою одежду, предстал пред моими очами с гордо поднятым древком. Без полотнища. Я трепетно ждала атаки, чтобы сдаться бойцу с таким подобием штандарта.

Покрытое седыми волосами, его натренированное тело, нравилось мне всё больше. Он встал на колени у дивана, опять полез целоваться. Сбылись мои желания — другой человек проводит рукой по моему молодому телу, исследует его на эластичность, бархатистость кожи. Пальцы полезли в раздраконенную вагину. Сжимая мышцы ягодиц, начала подмахивать. Своими пальцами поправила его фалангу, указывая точное место, где надо ласкать сикель. Вся основная суть эволюции — самец должен впрыснуть семя в большее количество самок, подходила к кульминации.

Бабоньки! Бабоньки-и-и! Что только не отдала бы, чтобы испытать снова это чувство, когда незнакомое мужское тело прислоняется к твоему животу, ляжкам, мм-м! Мой организм оказался оголённым от кожи. Будто нервы, освободившись, вылезли наружу. Я чувствовала каждый волос его тела, который касался моих бёдер, грудей.

— Светка, Галина, давайте-ка ещё выпьем винца, уж больно горло пересохло. А у вас не пересохло? А там не намокло? Ха-ха…! — отвлеклась баба Аня от основного повествования.

— Прохладным членом, не торопясь, вошёл он в меня, словно целку мне ломал. Сжатое от невероятного возбуждения влагалище, походило на целку. Однако, как только головка коснулась врат во влагалище, мышцы тут же расслабились, позволяя беспрепятственно войти в него….

Правда, он ведь действительно ломал мою целостность, будто я пионерка, не целованная была до этого. Вскрыл мои потаённые страсти, желание испытывать оргазм ежедневно, ежечасно. В моей памяти отложилось первое соитие с Антоном, заменив акт дефлорации. Даже сейчас, если закрою глаза, сосредоточусь, могу представить, какое положение он занимал в пещерке. Вагина с радостью приняла твёрдый фалдус, обмочила всю поверхность. Груди трепетали от сжатий ладонями. Охватила свои колени руками, подняла крестец выше.

[Фаллос — это ИЗОБРАЖЕНИЕ пениса. Согласитесь — комично совершать П.А. картинкой.]

Кончил он бурно, будто давно не трахался. С частотой раз в секунду мускулатура промежности сжималась, впрыскивая очередную порцию эякулята. Удары спермы по шейке матки довели меня до оргазма. Лежала под ним, не шевелясь, успокаиваясь сама, не тревожа его.

"Я сделала это! Чего же я раньше сдерживала своё желание?! Ничего страшного! Исполнилась моя бабья мечта. Ура!" — думалось мне. Чувство приятной неги успокаивало меня.

Сладкую истому, также ощущал партнёр — мышцы самца начали расслабляться — мошонка, оттягиваемая яйцами начала опускаться вниз, щекоча волосами мою попку. Расслабление мышц вагины, вытолкнуло пенис из глубины. По направлению к анусу побежала вязкая струйка спермы.

Чтобы окончательно не испачкать диван, мы сбегали в туалет, подмылись. Спросив у него разрешения, накинула его рубашку на тело. Хозяин, дабы болтающийся орган не смущал его движений, натянул шорты.

— Перекусить хочешь? — На моё согласие, он принёс лёгкой еды и ещё раз налил из бутылки. Антон расспросил меня о моей жизни.

— После школы поступила в профтехучилище, получила специальность штукатур-маляр. Вышла замуж в восемнадцать, за парня, которого полюбила в пятнадцать лет. В девятнадцать родила Андрея. Через три Алёшу. Между рóдами работала по специальности. В двадцать шесть родила Сереженьку. Живём пятеро в малосемейке, скоро надеемся получить квартиру. Беспартийная. Жизнью довольна. — отчиталась как перед командиром.

— Надо продолжить обучение, — сказал собеседник, поглаживая мою щеку, — и обязательно вступить в партию. Ты же не собираешься всю жизнь скакать по кóзлам, портить бархатистую кожу лица агрессивной строительной пылью? Я считаю тебе надо заочно поступить в школу профсоюзов.

— Никогда не думала о профсоюзной карьере. В моём представлении — я бригадир или учётчик, максимум. Хоть образование мне давалось легко — дальше не думала обучаться. Неохота опять по экзаменам мотаться, краснеть от неправильных ответов.

— Наивная глупышка! Ты думаешь, что женщины, сидящие в политбюро страны, знанием достигли таких высот? Нет! Единственное их знание — передком можно покорить мужчину и тем самым добиться желаемого. Конечно, знать одно дело, надо ещё умело применить его. Умным и особенно красивым женщинам не надо учиться. Ты только напиши заявления о приёме в школу и в партию.

Несогласная с явной дискриминацией женщин в развитии культуры, науки я затеяла спор…, но это другая тема, сегодня же у нас эротическая.

— В партию я тебе рекомендацию дам. У тебя ведь никаких грешков нет?

— Прими покаяние моё, батюшка! Грешна я…! Ой, грешна-а-а! Не обуздала свою похоть. Вступила в связь порочную, плотскую, с мужчиной прелестным, змием-искусителем. Не смогла устоять перед его привлекательностью и шармом. Ибо велúк был искус! Теперь даже если партия, правительство, запретят иметь с ним дело — я вряд ли устою.

От комплемента, любовник опять загорелся, притянул меня к себе, начал мять мне сиськи, ляжки.

— Епитимью на тебя, дочь моя, накладывать не буду, ибо сам тем же грешен — твоё тело искусит любого обладателя скипетра между ног. — Поддержал шутку он.

Запустила руку в шорты к пенису. Можно сказать — просто положила неокрепшее существо себе вдоль ладони, согревая его, облегчая потокам крови проникать в сосуды. Всегда приятно наблюдать, как орган увеличивается в размере, массе. Нежно поглаживая яички снизу, добилась реакции — живой орган не смог долго противостоять настойчивым ласкам. Медленно увеличиваясь в размерах, пенис наливался кровью. Обретал тяжесть, тепло. Стержень начал твердить, мошонка сморщивалась.

Ведь вы не прочь тактильно опробовать мужской орган? Не сказала бы, что член у него больше, чем у мужа, но был несколько изогнут, что добавляло пикантности. Но главное в тот момент был не размер, а то, что ещё один фалдус становился родным и желанным.

Мы опять соединили наши уста в поцелуе. Нежные поцелуи сменились страстными лобзаниями. Даже сказала бы извращёнными поцелуями. Нацеловавшись до боли в губах, двинулись к лежбищу. Тут уже я, держа за член, как кобеля на поводке, потянула его на диван. Села, оперевшись о спинку. Стопы ног поставила у своих бёдер, раскрывая все прикрасы свои.

Мысленно представив себя со стороны, осталась довольна своей грацией — во мне всё было прекрасно. Осанка похотливой кошки. Опьянённый, томный, взгляд бывалой блядёшки. В картине преобладают красные оттенки — щёки пылают алым мрамором. Красные уста поблёскивают от слюны оставленной любовником. Срамные внешние губы призывно распухли. Малые губки трепетали от похоти. Алый перламутр вульвы, контрастировал с чернотой волос на лобке. Многочисленные железы, расположенные в стенках влагалища активно вырабатывали и впрыскивали слизь для облегчения входа к матке.

Секреции впрыскивали в воздух феромоны. У самцов от него раздуваются ноздри, захватывая всё больший объем воздуха. Сердце мощней гонит кровь к органам. Сфинктер в венах малого таза прикрывает отток крови. Кровь наполняет капилляры фалдуса, раздувая его во всех измерениях. Из желёз, расположенных в пещеристом теле пениса выделяются капля за каплей секреты для смазки головки.

Антон скинул шорты. Встал на колени у дивана. Принялся, окаменевшим членом, водить по моим эрегированным большим и малым губкам, проводя от ануса до сикеля. Расстегнул рубашку на мне. Припал губами к торчащим соскам. Многомиллионолетние этапы эволюции, снабдили соски млекопитающих самок особой функцией ареол — мышцы выпрыскивали специальный секрет для защиты от травм зубками сосущих детёнышей. Эти же мышцы подгоняли кровь к соскам, придавая им твёрдость.

— Ой, подруженьки, налейте-ка, как дохожу до эротических сцен, во рту пересыхает.

— Да, тебе, тёть Ань, эротические романы писать, — вставила тётя Галя. — Я прям взмокрела.

— … Этап готовности самки — возбуждение, нахлынул как утренняя заря. Ярким лучом загорелся в моём сознании. У Антона нервные окончания на головке фалдуса, передали импульс в мозг — количество и качество влаги на входе в пещеру, достигли оптимальной концентрации.

— Не пугайся моих стонов. Я очень эмоционально выражаю оргазм. — предупредила Антона.

Любовник запустил свои руки мне под бедра, поднял к верху спинки дивана, направив копье в средоточие похоти, засадил в меня, что дух перехватило. Придавил к спинке, практически закинув мои ноги себе на плечи. В этот раз темп был разный, частые толчки сменялись степенными скольжениями. Молочные железы, прижатые к его телу, стонали от трения об волосатую грудь. Стеклоподобная твёрдость сосков, если не оставляла царапин на теле партнёра, то уж в эмоциональном разрезе, крошила на мелкие части мужскую стойкость.

Толчки Антона не давали вздохнуть. Только подстроив ритм его фрикциям, смогла дышать полной грудью. Спазмы мускулатуры вагины, вызванные микрооргазмом, выдавили новую порцию смазки из стенок вагины. Запыхавшийся мужчина, лёг на диван и попросил сесть на его кол.

Теперь руки его были свободны. Он мял мне груди, массировал внутреннюю поверхность бёдер, сикель. Раздвигал срамные внешние губы, для большего погружения в меня. Любовник видел, какое выражение моего лица было во время оргазмов. Лом крушил остатки преграды перед наступающим экстазом, вызывая мои нечленораздельные вскрики. С грохотом падали последние моральные заслоны.

Душа моя отлетела…. Со стороны она увидела самку, отклонившуюся назад. Выпрямленными руками она упиралась в ноги самца. Голова откинута к спине и не шевелится. Зрачки открытых глаз замутнены пеленой экстаза. Яремные вены на шее вздрагивают от толчков сердца. Грудная клетка вздымается, загоняя воздух в лёгкие. Ареолы палевого оттенка, венчались башенками сосков, которые налившись кровью, алели рубинами. Похотливо расставленные, согнутые в коленях ноги, открыли полный обзор на перевозбуждённую вульву. Чёрный треугольник волос, поблёскивая антрацитом от влаги, не мог скрыть взбитую в крепкую пену смазочную слизь. Тёмно-розовые валики вульвы были похожи на сильно распаренную кожу. Любовник тихо поглаживал мои бёдра, успокаивая тело, возвращая душу обратно в него, одновременно любуясь его красотой.

Насмотревшись, душа вернулась в тело. Сознание произвело быструю ревизию организма. Шея выпрямилась, подняв голову. Мускулатура влагалища, до этого сжатая в пучок, начала расслабляться, позволяя ставшему родным органу, продолжить движение. Антон, напрягая мышцы ягодиц, возобновил фрикции. В какой-то момент, он кончил, вызвав вторую волну моего оргазма. Упала на его потную грудь, несколько минут лежала, не чувствуя своего тела. Наши сердца колотились в груди, мешая нормальному дыханию. От елейной благодати хотелось умереть.

Но жизнь продолжалась. Сердце не остановилось. Сознание пришло в норму. Напомнило самке о её детёнышах — ведь они ещё не совсем окрепли. К тому же открывался другой этап в моей жизни. Даже очень интересный этап. Знала, что продолжение будет.

Надо идти и к супругу тоже. Ведь похоть похотью, а его я любила.

{♂ 3 ♀}

Феромоны другого самца, явно неощутимые, после мозгового анализа полученной информации, возбудили в супруге ревность. Заставили пометить свою самку обильной порцией своих секретов. Вася в тот вечер, как в молодости, не вынимая члена, дважды кончил в меня. Первая порция спермы чвакала во мне как жижа в болотной грязи. В молодости эти звуки — пукания, даже можно сказать дрыстания, смущали меня. Сейчас же принесли радость от воспоминаний о прошедших временах. Под действием поршня, сперма струёй вылетала из влагалища, увлажняя наши бёдра и ягодицы.

Я начала испытывать каскадный оргазм — начиная от микроэкстаза, каждый последующий, становился всё глубже и продолжительней. Последний оргазм как всегда был связан с эякуляцией. Сознание отключилось, позволяя подсознанию руководить процессом, сжимать вульву, расслаблять напряжённые мышцы. Аханье, вырывавшееся из горла, больше походило на хрип. Такое я познавала до рождения первенца.

Реакция мужа восхитила меня. Напомнила, что и я, как-то почувствовала флюиды другой женщины от супруга и со злостью, с остервенением возбудила его, доставила ему феерическое блаженство, хоть и находилась в то время на шестом месяце беременности.

Вы, наверно, тоже сношались, как бешеные сучки при беременности…? Видимо плод выдавливает вульву наружу, а мы инстинктивно хотим затолкать её обратно. Я даже грешила мастурбацией как одиннадцатилетняя целка. Хи-хи-хи…. Ах, да,

Через некоторое время меня перевели в другую бригаду, которая работала только в жилищном строительстве, исключая промышленные объекты. Трёхкомнатную квартиру, кстати, я получила уже через декаду после случившегося. Так что, можно сказать — вот этой самой пиздой и своим ярким умом заработала. Антон сказал, что во всяких организациях есть резерв, на случай появления ценного специалиста.

Заявление в партию и в школу профсоюзных деятелей я тоже подала.

Как-то во время беседы Антон, с которым продолжала встречаться то дома у него, то в кабинете в управлении, сказал, что я должна вырабатывать свой имидж. Что должна стремиться к высокой должности. Мне необходимо поменять стиль своей одежды, осанку, манеру ходить, лексику.

Работа среди вечно матерящихся сантехников, электриков, испортила мой лексикон — я легко крыла матом. А вот Антон, он интеллигентен, никогда лишний раз не сквернословит. Я замечала, как коробит его брань и впоследствии старалась подбирать выражения. Как я ему благодарна за уроки! Царство тебе небесное, мой милый учитель.

— Наполни рюмки, надо помянуть….

— …Беготня по библиотекам, чтобы написать задание по учёбе, общественная работа, которой меня нагрузили в профкоме, участие в родительском комитете, сделали меня гораздо стройнее и привлекательней. Какой-то контроллер в моём сознании следил за моей осанкой, походкой. Слова из меня выходили с некоторой задержкой, пройдя через этические фильтры.

Теперь уже кобели натурально обссыкали мне пятки на каждом шагу. Каждый желал запустить своего змея мне под кожу. Неоднозначные намёки о своём желании, мужчины высказывали каждый… ну, практически каждый день. Или сама испускала, какой-то блядский запах, как течкующая сучка? Но, не собиралась совокупляться с каждым. «Дрочите, кобели!». - думала про них.

Следующим любовником…, да каким там любовником!? Так… один раз ему подставила…, стал, глава парткома управления. Без глав парткомов, ну никак не обходилось в советское время. По сравнению с Антоном, это как карамелька против шоколадки. Неухоженный, неопрятный, всегда слегка пьяный, с дряблым телом. Антон так и сказал, что придётся вытерпеть этого поросёнка.

— У меня есть меры воздействия на него. Но излишнее внимание, что ты моя протеже, испортит твою галопирующую карьеру. Так что потерпи, прими это как горькую микстуру. Любовник из него, никакой, но советую тебе, поохай, изобрази страсть для его самолюбия.

Об этом соитии даже вспоминать не хочу. Но пришлось ему подставить манду, чтобы быстрее продвинул документы в партию, так как меня выдвигали бригадиром — в этом коллективе я проработала всего полгода.

Глава парткома затем попался на чём-то, его потихоньку перевели в другой город. Так что больше он мне не докучал. Всё намекал, будто я ему за закорючку на бумажке, каждый день пизду на блюдечке подносить должна.

{♂ 4 ♀}

Через пару недель после того как стала бригадиршей, после пятиминутки, прораб попросил меня зайти к нему после развода людей по точкам. Молодой, моего возраста инженер, самой приглянулся, так что предварительно сбегала в раздевалку, напудрила носик, и не только. Вы же понимаете!?

Борис, прораб наш, начал разговоры о жизни, то да сё. Сама направилась к нему, обняла с просьбой поцеловать меня. Было бы странно, если бы отказался. После предварительных ласок, во время которых он мял мне полужопенки, груди, а я умудрялась возбуждать его член, он положил меня спиной на стол, чтобы видеть моё тело. Снял с меня брюки и трусы.

Куртку и рубашку расстегнула сама, высвободила груди из лифчика, который остался единственной застёгнутой вещью. Короче — "смотри, ебунок, какая красавица". А смотреть было на что — частично одетое женское тело, распластанное на столе, сверкало белизной европейской женщины. Утренний свет от окна создавал тени на впадинах под грудями, в пупке. Груди оканчивались остроконечными вершинами светло-коричневого цвета. Треугольник чёрных волос, как восклицательный знак, взывал к вниманию. Призывно раздвинутые ляжки желали обвить корпус мужчины. Руки, готовые ласкать, тянулись к партнёру.

Глянула на прибор, который собиралась принять в себя — пенис, как пенис. Не отличался от родного Васиного.

Если самка, распространяя феромоны своего тела, призывает, то и самец не будет задерживаться. Натянул презерватив, закинул мои ноги на свои плечи и вошёл в меня. Все мои расслабленные телеса, колыхались в такт фрикциям мужчины. Я прислушивалась к этим движениям, ожидая волны эйфории.

Сношает он меня, девки, а сам только и думает, чтобы никакая зараза не перебила еблю. И от этого не может кончить (он мне сам сказал потом). Я уже не могу, от экстаза орать охота, а он всё долбит. Я вся мокрая, потная, блядь, как после продолжительного забега. Смотрю, с него тоже пот ручьём, глаза ему заливает. На кончике носа повисла капля. Ляжками влажными друг к дружке липнем. Кое-как закончили манёвры. Потом только он сказал, что хотел договориться о более приятном месте для сношения, но я своей активностью чуть не погубила всю сладость. Предупредил:

— Если я, после планёрки, вот так брошу ручку в карандашницу, значит, я желаю тебя и встреча через полчаса в каптёрке со стройматериалами.

Это, кстати, был самый длительный коитус с Борисом. Может быть, при подходящих условиях в более интимных местах, он смог бы довести меня до оргазма. Но таких мест у нас не было. Оргазмов, естественно тоже. Но надежда получить от партнёра ожидаемое наслаждение, толкала на новые совокупления с Борисом. Вот такая сука эта надежда. Некоторая меркантильность в этом вообще-то была — мне легче было отпроситься с работы.

{♂ 5 ♀}

В бригаду ко мне приняли электрика молодого, на тринадцать лет младше меня. Спортсмен-тяжелоатлет. Как я его захо-те-ла, де-вча-а-та! В ночных видениях я гуляла с ним по райским садам, где мы приятно беседовали и страстно целовались. Он на меня ноль внимания. Зачем ему тридцатитрёхлетняя старуха сдалась?!

Повела его на верхние этажи, как будто задание дать. Ходила теперь в юбке разлетайке, чтобы удобнее было на кóзлы, запрыгивать время от времени. Ну и для соитий легче.

Привела, значит, его к подготовленному месту, где удобнее мне будет стоять раком, чтобы удовольствие доставить ему. Главное в этот момент было — заманить его, дать, как говорят рыбаки — «червячка попробовать». Спрашиваю:

— Разве не мелькала у тебя мысль потрогать упругость моего тела, я ведь тоже спортсменка? У меня вот есть желание ощутить рельефность и твёрдость твоих бицепсов, трицепсов.

— Анна Андреевна, да как я могу? — начал было он.

— Во-первых, не Андреевна, Слава, не такая уж и старая, чтобы меня величать. Во-вторых — быстро ухвати меня за ягодицы, за груди. И не бойся сюда никто не придёт, а даже если заметит, то из деликатности уйдёт, — добавила я, помня о случае с Борисом.

Уламывать его больше не пришлось. Впился по-молодецки мне в губы, поцелуи перешли на шею, грудь. Руки усердно массировали моё тело. От мысли, что сейчас меня будет иметь молоденький, я завелась. Подняла подол, развернулась к нему жопой, попросила стянуть трусы. Ему раздеваться пришлось труднее, он в рабочем комбинезоне. Пока скинул, я заждалась. Но то, что увидела, обрадовало меня. Дубинка отменная, я вам скажу, ствол тоньше, но залупа как у болта головка.

…Я поначалу думала, будет больно, но всё оказалось не так страшно. Любовник опытный — поводил головкой по моим текущим из вульвы ручьям, смазал залупу. Как люди в автобус втискиваются во время давки, раздвинул губки и вставил.

Внимательно прислушивалась к своим ощущениям. Руками сильно, до боли схватил меня за талию, будто боялся, что выскачу, убегу. Заталкивает туда член — воздух из влагалища с хлюпаньем, сказала бы с попёрдыванием, выходит изнутри, теребит малые, распалённые губки. Выходит, пенис — вакуум за собой тянет все внутренности, освобождая место для новой порции воздуха, что вызывает невероятный кайф. Поршень, одним словом. Будто поцелуем высасывает плоть. Правда, кончил он быстро. Я конечно не удовлетворилась. Но задел был сделан — рыбка подцеплена на крючок. И я вам скажу «рыбка» хорошая, на многие годы мне хватило.

Теперь моя очередь была командовать кавалером. Объяснила ему, что после фразы: "Слава, ты оставляешь длинные концы у проводов, экономь", он найдёт меня в кладовке. Эх, бабоньки, сколько раз мы в той каптёрке кувыркались! На скольких рулонах обоев его малофья набрызгана была.

Вы, наверно, считаете, что я часто его звала? Не угадали! Пока я работала бригадиром, чаще он меня заманивал. Мигнёт глазком, и я на его остроге. Иногда по два раза в день. Уже на следующий день Славик подморгнул: "Жду, нагоняя за перерасход материала". Перед уходом домой ещё один сигнал. Блаженно улыбаясь, целовала его губы, увлажнялась. Принимала позу, какую желал любовничек. Говорю же вам — рыбка замечательная!

{♂ 6 ♀}

Через полгода знакомства, лежали с Антоном после коитуса, он поведал такую историю.

— Это ведь не фатум был, когда я, как бы неожиданно вернулся домой и увидел тебя. Всё это было подстроено. Уже много лет я вдовец и у меня появилось желание заниматься сексом с молодыми женщинами. Два-три раза в год подстраиваю аналогичные ситуации, и у меня происходит плотский контакт с интересными, на мой взгляд, дамами. Имея допуск к личным делам рабочих управления, я выбираю, кого-нибудь. Вот такое у меня хобби.

Критерии такие: от двадцати пяти до тридцати пяти лет, не страшненькая, не толстушка. Он встречался с ними несколько раз и прекращал отношения, сменяя на другую избранницу. Если дама во время "осмотра" визжала как курсистка — продолжения не было. Он таких истеричек не терпит. Если сама назойливо требовала встреч, то разумным наставлением он отшибал желание дамы. В случае со мной произошёл сбой — я не попадала под фильтр. Своим умом я понравилась ему — Антон пожелал стать Пигмалионом.

— Ну и как тебе Галатея?

— Пока ты меня не разочаровывала.

— Вообще-то возраст согласия наступает в восемнадцать лет. Почему не с такого момента?

— С ними много возни. У них романтизм в голове. Букетно-конфетные отношения меня не прельщают. Посидеть с юной женщиной в ресторане. Пройтись с ней по улице, чтобы другие мужчины завидовали, конечно, хотелось бы. Но это ведь игра на публику. Зачем она мне? Секс со спелыми женщинами приносит намного больше счастья, чем контакты с молодыми неумехами, не дающими ни себе, ни партнёру того главного наслаждения, которое и является единственным смыслом жизни. К тому же это хоть небольшие, но траты. А у меня в крови гены матери-еврейки — я ужасно жаден. Ну, не ужасно…, так… чуть-чуть. В городе меня знают. У меня дети, внуки. Ты мне понравилась. Своей мягкостью. Логическим рассуждением. С тобой приятно вести беседы. Знаю, что ты не будешь требовать от меня верности, подарков. Как бывало с некоторыми особами.

— Но у юных, не рожавших сучек пиздё… ой, извини, у молодых девушек влагалище узкое, соки сладенькие!

— А ты что, пробовала на вкус…? Не скажи про узость. По опыту молодых лет помню — у некоторых так просторно — не у всех рожавших такая щель. Твоя пещерка мне понравилась.

— А из управления дамочек как заманиваешь? Или с ними не имеешь дело?

— В управленческих кадрах не такая текучка. С некоторыми, с прошедшими фильтр я уже поконтачил, так сказать. От некоторых сам отбиваюсь временами — видят перспективного вдовца, сучки меркантильные, — не сдержавшись, ругнулся партнёр. — Им замужество подавай, а я не хочу сильной привязанности. Уж больно трагедию с супругой перенёс…. На днях в твою бригаду придёт новенькая рабочая. Я тебя попрошу — направь её, с какой-нибудь пожилой маляршей ко мне в дом. Старшую женщину предупреди. А остальное я сам устрою.

— У-у-у, даже так!? Как эротичненько! А если Галатея захочет узнать о результатах, Пигмалион поделится впечатлениями?

— Тебя это уже сейчас возбуждает…? Взмокрела, моя довольно-таки немраморная душечка?! — И… поставил мне следующую палку, добавляя восхитительных воспоминаний в мою жизнь.

— Если уж у нас разговор на эротические темы — мне нравится поза "мужчина сзади", — после отдыха начала новую тему, — а ты против такого соития.

— Ещё до женитьбы, был у меня контакт с одной женщиной. Так вот в пылу страсти ставлю её в такую позицию…

…и начинаю двигать…. И тут в мои ноздри ворвался такой отвратительный запах. Смрад шёл от копчика этой женщины. Не сказал бы, что она нечистоплотная, но видимо плохо ухаживала за этим местом. Потом только я вычитал о сохранившихся в этом месте рудиментарных секрециях, оставшихся нам от былых приматов. Теперь у меня отвращение от такой позы. Тогда не смог закончить начатое сношение. И тебе советую — если нравится так совокупляться, если хочешь доставить партнёру усладу — тщательно смывай секрет с копчика.

— А расскажи, о каких-либо особо интересных случаях, — пристала с необычной просьбой к нему. — Мне для опыта интересно, чтобы не попасть впросак с другим кавалером. Вернее сказать — хочу быть более опытной в сексуальном вопросе. Вот, например, с супругом, такие яркие акты были в молодости, а сейчас не то.

— Ой, посмотрите на неё. Она уже себя в старушки записала. Всё у тебя прелестно в эротическом образовании. А я не настолько извращён, чтобы быть ментором по индийскому ученью — камасутра…. Относительно встреч с дамами, тоже ничего интересного. Если отбросить, что это были разные женщины, то можно считать рутиной. Вот ты особенный человек…. Мне больше нравится женский стриптиз…. Раздевайся грациозней…, медленней, продлевай момент встречи. Ведь ты же не дворовая сучка, чтобы только впустить член в себя. Больше движений телом. Руки приглашающе вздевай, попку вызывающе изгибай…. Да, да. Вот так. Грудки руками поднимай, соски свои ласкай. — говорил он, когда я начала выполнять движения перед ним, стоя на кровати. — Вот взгляни на моего петушка — он уже воспрял от таких видений, его уже заманили твои движения. — и поставил мне кол, от которого я не расплакалась как первоклассница, а трепетала от эйфории. Ведь это был третий кол за эту встречу. Хотя обычно обходились двумя соитиями — мне и ему хватало. Но…

{♂ 7 ♀}

Как-то день у меня выдался особенно ебливым, четверо мужчин макнули свои перья в мою чернильницу. Не разом конечно, а последовательно.

Однажды утром снится мне сон, будто Слава теребит мои губки, что на входе во влагалище. Мнёт груди, гладит соски. Мне так приятно, я постанываю, мокрею, вульва распаривается. Передком к нему прижимаюсь…. Славик одной рукой теребит мой сосок. Пальцы другой руки проникают в промежность. Третья рука!!!???

Фантастический образ прерывается явью — открываю глаза, а это мой Василёк, тоже сквозь сон ласкает меня. Видимо ему тоже эротический сон снится. Ночнушка под горлом, как шарф.

Беру его за уже не квёлый член, вздрачиваю. Вася проснулся, ноги перекинул меж моих конечностей. Бросил палку — убежал довольны-ый-й. Ссать, бриться. Тоже сбегала ссыканула. Но до будильника ещё час. Не удовлетворил меня поганец…

— Будильник не удовлетворил? — со смехом спросила мама.

— Ха-ха! Васька не удовлетворил, дурочка. Во мне костёр пылает. В глазах Славик с торчащим жезлом. Заходит Вася, в спальню, оправдываясь, говорит:

— Сон приснился, будто мы молодые и искали где сношаться. Повёл тебя в сад и так далее. Но ты меня разбудила.

— Хорошо, что разбудила, а то в трусы спустил бы, ведь уже бывало. Надо нам и перед сном чпокаться. Лучше, чем в трусы спускать. — говорю ему, а сама глажу его по бедру, будто невзначай задеваю по члену. Глажу ему живот и тоже рукой задеваю причандал.

— Это всё физиология, я не специально…. Ты стала полностью развитой женщиной…. У тебя изменился голос, походка. Подмахиваешь тоже активнее. Запах от тебя исходит соблазнительный. Давай-ка съездим на курорт, детей к бабкам отправим. Ах, ты моя проказница, что ты делаешь? Я ведь тебя сейчас заломаю и отдеру, как сучку.

— Да! Да! Называй меня сучкой, блядью, только еби, сношай. Я ведь вся горю от первого недоёба. Разжёг — туши давай. Загони мне под кожу жеребца, истопчи моё поле ромашковое.

Ночнушку не одевала. Стянула с него трусы. Начала мять член. Сразу вставать не захотел. Прильнула ротиком к головке пениса, оголив её от крайней плоти, и давай язычком вокруг неё водить.

— О-о-о! Ты раньше так не делала! Где научилась? Любовника завела? Он тебя научил?

— Это во мне первобытные инстинкты проснулись, пробуждая новые порывы в интимных отношениях, — говорю. — Теперь ты тоже, если я не получу оргазм… будешь лизать мне срамные губы и клитор, попробуй отказаться… когда я недоёбанная… ужасная мегера. — и продолжила фокусы языком.

После нескольких манипуляции, мягкий перчик превратился в знакомый огурец со своими пупырышками. Я сама возбуждалась от аромата, исходящего от мужской промежности. Вася лежал на спине, наблюдая за моими действиями. Придерживая пенис руками, направила его в свои врата. Пару раз, мазнув головку о срамные губки, стукнулась в створки. Пенис был родной. Пропуска не требовалось и он, плавно раздвинув створки, начал уже многократно испытанные движения.

Мебель у нас была новенькая, но под моими скачками начала поскрипывать. Наскакалась вдоволь. Мозг, оценивая ускоренную трату энергии, рассчитав, что дальнейшие действия могут привести к коллапсу организма, отключил мышцы бёдер, рук. Упала ему на грудь, успокоилась, прохрипела:

"Давай сзади — я уже не могу". Пристроился Вася сзади. Чувствую жопенками влажность волосни на гениталиях мужа, радуюсь этому обстоятельству — значит ссыкнула ему на неё.

…Супруг руками бёдра, ягодицы, спину, груди мои ласкает. Чваканье члена во влагалище, шлепки ударов по жопе, напомнили мне о Славике. Только представила его вместо Васи, кончила феерическим оргазмом. Упала грудью на кровать, не в силах упираться руками. Благо муж меня за бёдра придерживал — упала бы, так тряслись поджилки.

А Василёк всё загоняет. Стоны хрипом вырываются из моей гортани. Полезла пальцами к сикелю — дрочу сама себе, пальцами ощущаю удары колокольчиков по ним. В момент касания яичек об меня, ловлю их, пытаюсь затолкать ещё дальше в себя…. Не поверю, вам, если скажите, что не пытались так сделать…! По ляжкам сок мой бежит. По комнате разнёсся аромат спермы, смешанный с запахом течкующей самки.

— Сейчас ты у меня получишь, кобылица…! Разъебу тебя вдоль…, а затем поверну поперёк и так разъебеню…, лошадка ты моя строптивая, — запыхано говорит муженёк.

— Выверни меня наизнанку, достань до сокровенных точек. — не меньше его запыхано поддакиваю я.

Перевернул меня на спину как игрушку, закинул мои ноги себе на плечи. Девчата, даже как будто в горле его одеревенелый член почувствовала. Дыханье во мне спёрло. Лежу под ним в скрученной позе, буквы "зю". У него ноздри расширяются, как у жеребца, который услышал приманивающий запах кобылицы. Налитые кровью глаза дополняли образ мустанга. Это зрелище поставило меня на грань эйфорического сознания — ещё толчок и провалюсь в беспамятство.

А он всё долбит. Уже и пукать стала. Васька смеётся, говорит: "Ты там мне яйца не обосри". Я тоже засмеялась. От смеха стенки влагалища стали сжиматься. Что сделало приятнее ебунку. Махом излился. Первый удар спермы по шейке матки стал тем толчком, от которого наступил мой оргазм. Даже не почувствовала, как Вася упал на бок.

Отдышавшись, спрашивает: "Теперь никого не убьёшь? Могу быть спокоен, что в городе не случится массового побоища?"

— Здоро-о-во то ка-а-ак!!! Отодрал, так отодрал…! Теперь я добренькая… готова украсить планету радостью и поделиться со всеми. Спасибо, миленький муженёк, — контрольным, смачным поцелуем закрепила сказанное.

Довольная полученной порцией оргазма женщина, упорхнула умываться, готовить завтрак, поднимать малышей.

С радостным настроением, со счастливой мордой оплодотворённой самки, которой для дополнения образа не хватало хвоста, чтобы быть окончательно похожей на сучку, напевая весёлый мотив, прихожу на планёрку — Борис бросает на меня взгляд и… ручку в стакан. Точно вам говорю — какие-то флюиды исходили от меня в тот день. И воображаемый хвост, размахивая, распространял информацию — «Самцы, идите, окучивайте самку!». Через полчаса, считай, через два часа как поебана была мужем, в комнатушке с материалом, меня приходовал прораб.

Встала раком, оперевшись о стол. Борис, недолго думая, вошёл со своим инструментом. Подкинул дровишек, значит и убежал. "А кочегарить кто будет, блядь!". - хотелось крикнуть ему вслед. Второй раз за утро, начавший взводить затвор моего оргазма мужчина дезертировал, не воспламенив запал. Первый исправился, а этого убила бы.

Благо у меня имелся не подводящий "спасильник" — так про себя называла Славика. В противовес Борису — насильнику. Боря хоть предварительно возбуждал меня, но спускал быстро, не сняв моего возбуждения, быстро убегал — "Дела, дела". - одним словом насиловал меня! Возбудить-то меня легко — Вася даже в молодости называл меня "Полпинковой", мол, завожусь с пол пинка, а вот насчёт успокоения — тут требовался или сокрушительный оргазм, или длительное поглаживание ладонью по низу живота.

— Так вот. Сбегала в раздевалку, влажным полотенцем протёрла органы свои. Так сказать, подмылась. Устранила запахи. Сбрызнулась духами. Пошла к Славику. Напомнила ему об экономии проводов. "Стань, — говорю, — передо мной как лист перед травой"

Передвигалась в тот момент интересно — возбуждённый передок паралитично дёргался вперёд, как только ткань трусиков задевала клитор. Успокаиваясь, не добрым словом поминала прораба. Прибежал Сивка-Бурка. Скинул амуницию. Имеющий понятие в предварительных ласках, Славик, покусывая мочки моих ушей, до засоса втягивая себе в рот мои губы, и в тоже время нежно лаская мои груди, принялся возбуждать меня. Но, как вы помните, соответствуя своему названию — влагалище, было полно влаги. Только моей слизи, потому что Борис всегда использовал презервативы. Уложила милочка на стол, на котором обои разрезают. Взгромоздилась на болт — давай в себе резьбу нарезать.

Молодой меня стимулирует, гладит ляжки, сикель большим пальцем надрачивает. Руками молочные ёмкости придерживает, чтобы не оторвались в момент наиболее энергичных подскоков. В фантазиях, будто скольжу на лыжах, а по бокам ещё два мужчины стоят с эрегированными членами, я об их чресла, как об палки опираюсь, отталкиваюсь — обмякла. Он подождал моего возвращения в сознание. Поднял на руки, что для тяжелоатлета было легко, да и я ещё сбросила несколько кэгэ, и как куклу скрутив, испортил всю резьбу, которую я нарезала. Восстановив дыхание, мы оделись.

— Какая-то ты сегодня особенная. Ненасытная девочка что ли. Энергетика от тебя исходит, мужики шею сворачивают, глядя на тебя. Смотри, затащат в подвал и изнасилуют…. Может, придёшь вечером ко мне в общагу?

— Скажи мужикам пусть дрочат. Вечером не могу, дети, семья. Сам понимаешь. Но мысль об общаге, запомни — я этого тоже жажду, — чмокнув его в губы, пообещала.

Теперь весело, как молодая пионерка, с ощущением молодости и здоровья, носилась по объекту. В манде приятно чвакало, в голове ясность. Обежав работников, пришла в прорабскую. Там мне учётчица сказала, что меня вызывают в управу к главному. В предчувствии ещё одного фалдуса, который как минимум дважды, оросит и простимулирует моё внутритазовое пространство, переоделась. Предварительно забежала домой, смыла с себя весь сегодняшний пот, считай грех. Надела новый костюм, стала, как сейчас говорят — бизнес-леди.

Антон Сергеевич поздравил меня с успехами и предложил по "пять грамм" коньячка. Промочили горло напитком, поговорили о будущих планах. В будущем году я должна занять место уходящей на пенсию Тамары Николаевны, председателя профкома.

— Антон Сергеевич…, Антоша, я не знаю, как благодарить тебя. Учитель ты мой ласковый, мудрый, сладенький. Ты мне как отец родной. Меня распирает от желания, что-то тебе сделать приятное, но кроме как ублажить тебя по-женски ничего в голову не приходит.

— Ублажи, конечно, мне только это и надо. Но не здесь. Поехали в профилакторий. Сегодня ничего срочного нет, так что обойдутся без нас. Позвони прорабу и семье. Скажи — «на профкоме». Я тебя жду в машине.

Ведомственный профилакторий был за городом. Номер, располагавший к интиму, имел все необходимое для приятного секса.

— Ой, как прелестно здесь. Какое возбуждающее убранство. Я на секундочку, носик попудрить.

Зашла в душевую кабинку, начала ополаскиваться от дорожной пыли, сюда же зашёл Антон.

— Давай я тебя помою. Давно доченьку не мыл, спинку помою.… Теперь ручки. Одну…, другую. Грудку помыть тоже надо…. Ой, а смотрите, что тут у доченьки выросло. Такое мягкое. Аппетитное. Дай-ка на вкус попробую. Мм-м, какая вкуснятина. Животик у дочурки, какой мягкий. А волосиков то сколько выросло! Может их сбрить? Давай папочка аккуратненько бритвочкой срежет эту «бородку». Присядь вот на борт, чтобы удобней ноженьки моей дочурки развести и везде побрить…. Ой, а куда это мои пальчики провалились? Как тут тепло! Я наверно сегодня спрячусь здесь!

Так с шутками он мылил меня и ласкал одновременно. Побрил мне бугорок Венеры. Мне стало безумно приятно. Так ни один мужчина со мной не играл. Я продолжила игру. Мылила его тело и с сюсюканьем говорила:

— Я тоже хочу помыть папеньку. Спинку, ручки натереть. Крепкие, мускулистые грудь и пресс. О-о-о! Папенька принёс с собой флейту! Давай я её помою…, ополосну…. Папенька, можно я на ней поиграю? Правда, никогда не играла на таком инструменте, так что, если слегка сфальшивлю — не ругай меня.

Взяла залупу в рот. Глядя любовнику в глаза, изображала пальцами игру на дудке. Если до этого момента хер был увеличен, но абсолютно не пригоден для органа без всасывающей помпы, то от манипуляций языком вокруг головки, он набух, и теперь его можно было ввести в пещерку. Я плотно держала рукой орган. Пальчиками принялась нежно массировать яички, Антон постанывал от блаженства.

Заглатывала член, насколько могла, хотелось весь засосать, но в горло не лез. Заметила — если во рту создавать вакуум, член увеличивался, больше наливался кровью, приятно заполнял всю полость. Языком, лаская извивы головки, проникая им в канал, слизывала выделяющуюся смазку.

Мужчина не выдержал и пары минут такой услады. С конвульсиями извергся мне в рот. Интересно было руками и ртом чувствовать пульсацию члена. Вкус спермы мне не понравился, но сам процесс отложился в моей голове, как удовлетворяющий меня саму. Я чувствовала, что мышцы вульвы сокращаются как при оргазме. Потом только я узнала о приятном воздействии спермы на женские кожу, либидо. У молодого Славика сперма оказалась вкусней, чем у Антона.

Ополоснувшись и одевшись, мы спустились в столовую перекусить. Антон пошутил:

— Для игр с дочуркой мне надо подкрепиться. Ты-то перекусила. Вон, какую колбасу с майонезом сжевала, а я голоден.

Хотелось ему сказать, что я сегодня столько энергии потратила, что бедро молодого барашка, обжаренного на вертеле, мне, вряд ли хватило бы. Но не стала говорить, чтобы не смущать любовника. Сейчас же в моем желудке были только несколько миллилитров спермы.

За приёмом пищи побеседовали о моих планах. О муже, где он работает, кем, сколько зарабатывает. Собираем ли мы деньги на машину.

Муж работал на фабрике наладчиком. Образование инженер-электрик, но после института, не было вакансии на этом предприятии, поэтому работает простым наладчиком. Зарплата не очень, но хватает. О машине не думали. Так как есть старый родительский "Москвич"

— Я позвоню на фабрику, у меня там знакомец есть. Он продвинет твоего Василия. Его чем-то надо будет отблагодарить…. Ты намёк поняла? Да, да. Этим самым…. Мне, конечно, не хотелось бы делить своё произведение с другим автором, но для твоего дела, с некоторой ревностью — уступлю. Следи только за тем, чтобы он не испортил те извивы, которые я отшлифовал. Хи-хи-хи…. Тебе понравится Папенька. Хочешь ведь, чтобы муж получал больше…? Нет, не думай об этом как о проституции. Это чисто деловые отношения. Ты ему — он тебе. Глядишь, твой Вася займёт его место.

— Что-то мне не комфортно с незнакомым человеком встречаться.

— В понедельник в области конференция профработников. Поедешь туда. Найдёшь его, я предупрежу. Завтра сходишь в магазин "Галантерея", завмаг Алёна Петровна продаст импортное белье.

— Немного ревнуя, Галатея, хотела бы услышать приятные в её пользу сравнения с Ириной.

— Ты знаешь. Никаких приятных воспоминаний. Оказалась слишком доступная — не раздумывая, не заботясь о партнёре, кинулась расстёгивать ремень, рубашку на мне. Еле уговорил, чтобы хоть подмыться сходила. Излишне страстная. Не для моего возраста. После одного соития, сразу стала требовать второго. И плакаться начала — муж такой, дети сякие. Ирка тебе даже на гигиенические тряпки не годится.

В этот день я решила ублажить любовника всеми известными мне способами.

Как и наставлял Антон, эротично расстёгивая пуговицы на блузке, вертела оттопыренной попкой. Намекнула ему глазками — «Не робей. Расстегни замочек на юбке». Пояс, держащий чулки, тоже позволила ему расстегнуть. Застёжка первая, вторая… последняя. Руки храбро массируют мои бёдра, лезут под край моих трусиков в районе дырочки, всё так же скользят по ляжкам. Поставив ногу на подлокотник кресла, скатывала чулок, обжигающим взором сверлила его глаза. После произведённого пируэта, у меня оказался в руках бюстгальтер. По-девичьи спрятав груди ладонями, мимикой лица, изобразила невинность. Затем "осмелев" подняла их ко рту, начала облизывать соски. Страстно прикусив нижнюю губу, подошла к нему.

— Ты как-то предлагал помощь в удалении последней детали. Так вот, раб, госпожа соизволяет тебе коснуться своего тела и снять препятствие.

Игриво раболепствуя, "раб" легонько стянул с меня трусики. Нагая исполнила перед любовником балетные упражнения. Более всего старалась задирать ноги, исполнять наклоны, позволяя грудям опускаться вниз, создавая необычные образы.

Свет от двух бра, отражался от раскрытой головки пениса, создавая образ глаз на ней. Я старалась показать этим "глазкам" цель, куда желаю заполучить фалдус.

Сходила, ополоснула пот с гениталий, встала в проёме дверей. Вот тут-то мне и пригодились уроки в балетном классе, где участвовала практически до замужества. Задрала ногу к потолку, сделала аллонже, это наподобие вертикального шпагата.

— Опёрлась ею о косяк, открывая весь обзор на свою симпатичную, побритую кунку.

Он подошёл ко мне, впился устами в мои мягкие, малые губки. Пальцем залез в вагину, языком теребит клитор. Девки, у меня аж ноги начали подкашиваться, а у него стояк такой сильный случился, что вены на нём вздулись до посинения. Придержал мою попу, спасая меня от падения — так тряслись мои коленки.

Для следующей задумки требовалось много места. Попросила Антона лечь на пол.

— Подержи его вертикально, сейчас кое-что сотворю.

Поднялась во весь рост над любовничком. Разводя ноги в стороны, выполняя «шпагат», опускалась на торчащий прибор. Всё ниже и ниже, не торопясь, стараясь продлить любовный акт.

— Корабли идут на сближение. До стыковки остаётся десять сантиметров… пять… три, — голосом руководителя полётами говорил партнёр.

Взгляд Антона неотрывно следил за раскрывающейся вагиной. Вот уже коснулась мягкими губками его головки. Стыковка прошла успешно.

Неудобства, причиняемые твёрдым полом, вынудили нас перейти на кровать. Тут-то я и вспомнила о влагалищных мышцах, начала напрягать по мере моих сил. Причинила массу блаженства любовнику.

Домой я вернулась поздно. Детей забрали родители мужа. Васька после приёма водных процедур, спал на диване в халате. Сходила, чтобы смыть запах другого мужчины, тоже ополоснулась. В шёлковом халате, с тюрбаном на голове вошла в комнату. Василий во сне лёг на спину. Одна пола халата оголила тело до пояса. Слегка возбуждённый член был прекрасно виден.

От искушения пройти более детальный курс фелляции устоять не смогла. Мягкими движениями подняла орган от живота, оттянула плоть с головки, лаская сначала языком вокруг неё, затем губами целовала всё увеличивающийся пенис. Дыхание мужа изменилось. Кровь ещё больше накачалась в орган, раздув вены до синевы.

— Это мне снится? Или ты действительно ЭТО делаешь? О-о, как хорошо. Не останавливайся. Потом расскажешь…

Рот у меня был занят более приятной темой, чем пустой трёп. Засосав фалдус, совершала возвратно-поступательные движения. Тюрбан с моей головы слетел, разметавшиеся волосы взлетали от движений. Насосавшись до ỳстали в нетренированных губах, и не желая излива в рот, скинула халатик.

— Миленький, смотри, каким цветочком я хочу испросить твою милость за сегодняшнюю ситуацию. Не ругай меня, лапочка. Лепестки этого пиона поцелуют головку твоего пениса. Не только поцелуют, но и страстно всосут его. Всосут, опорожняя твои бубенцы.

— О, да ты и лобок побрила! Совсем как маленькая девочка! Может ты и плеву восстановила? Так я готов ещё разок её подковырнуть, чтобы посмотреть, что под ней находится.

— Отымей меня как утром — мне так понравилось. Весь день как приличная комсомолка исполняла свои обязанности. А насчёт пионерок-целок — на складе завоз будет только через год и там ещё очередь. Так что придётся тебе, миленький мой супруг, чпокать свою комсомолку… ой нет, уже коммунистку с рваными губками. — говорила со стонами от возбуждения.

Муж освободил лежак. Повторяя последовательность утренних позиций — наездница — раком — ноги на плечи, только ещё страстней, потому что дети не мешают, с ещё более грязными матерными выражениями, дошли до пика наслаждений. Вот тут-то я испытала до этого не известный мне тип оргазма. Квинтэссенцию экстаза!!!! На грани потери сознания чувствую, как после семяизвержения, моё влагалище начало совершать волнообразные сокращения мускулатуры. Начиная от наружных мышц, волны напрягали последующие мышцы, тем самым, как будто высасывая остатки спермы из члена. Вася взвыл от эйфории.

— Вау…! Как ты это делаешь? Ого…! Сумасшедший кайф…!!! Я прощаю тебе все грехи…. Я клянусь тебе — я всё прощаю.

Всё это я слышала сквозь пелену, окружившую моё сознание.

— Я… тебе… тоже всё… прощаю…, миленький. — язык мой еле ворочался. Видимо мозг, не окончательно контролировал действия органов. — Это офигительный секс…!!! У тебя есть силы сходить за напитком…? Лучше вина, пожалуйста.

Вася принёс бутылку вина и бокалы. Выпив, я хотела во всём признаться, так сказать, покаяться. Но…

— Расскажи, как это получилось. Почему ты вдруг начала делать минет.

— Вчера на работе видела, как сотрудница сосала член, какому-то мужчине. Маляршу знаю, а мужика не видела в лицо, так как он стоял спиной ко мне. Она, почмокивая губами сосала так смачно, что я сама несознательно почмокала ртом. Я конечно из деликатности отошла, но продолжила подсматривать. Сильно возбудилась от движения члена в горле женщины. Покинула это место, чтобы не упасть без сознания от перевозбуждения. Утром тебе слегка лизнула, но ты своим возгласом прервал меня. Весь день ходила с уверенностью, что сегодня точно отсосу у тебя. Может завтра, я высосу из тебя сперму, чтобы узнать вкус субстанции. Ты ведь не будешь против? Не побрезгуешь целовать меня в губы?

— Нет, конечно, дурашка, моя. Это новый этап наших половых отношений.

— Насчёт сегодняшнего оргазма — это нас — женщин, обучили в школе профработников! Чтобы мы могли высасывать кровь из наших работников! Даже экзамен сдавала — сосала старому профессору…. Закрой рот — я пошутила. Ты что…? На самом деле сама не знаю. Я это не контролировала! Думаю, что это заложено природой. Ещё сначала эволюции. Ведь сперма состоит на девяносто девять процентов из питательной жидкости. В одном проценте эякулята каждый сперматозоид на счету…. Во…! Видал ведь как собаки склещиваются…? У сук наверно так же стенки влагалища устроены. Да, да, теперь я больше чем уверена в своём виденье этого. Мышцы влагалища помогают отстающим живчикам покинуть канал. Почему так раньше не происходило? Не знаю. Возможно экология, возможно уже не требуется эволюцией. Будет ли повтор? Посмотрим.

Начав врать об "увиденной" ситуации с маляршей, уже не смогла покаяться.

В виде вечернего моциона сходили к родителям, забрали мальчишек — утром в школу. Андрей был на моей стороне, когда все затеяли игру в снежки. Затем валялись в сугробе свежевыпавшего снега.

Здраво рассудив, пришла к выводу — сколько ни было у Васи любовниц — ни одна не доставляла ему такой оргазм. Тенью сомнений было восклицание о всепрощении.

"Чувствует или догадывается? Может, какая-нибудь стерва, доложила? Надо всё-таки, признаться. Честнее будет" — Думала перед забытьём.

Спала как убитая, так как за день натрахалась до упаду. Возможно я получила бы ещё такой оргазм, если бы повторила все этапы того дня.

Утренний стояк соблазнительно намекал на секс. Думаю — чего надолго откладывать обещанный любимому мужу минет? Сходила пописсала, чтобы не обоссаться в постель. Легонько выпростала дубинку из трусов.

Нежными поцелуями, лаская сначала венчик головки, подвенечную бороздку, затем уздечку, ствол, добилась окончательной звенящей эрекции. Запах пота, исходящий от гениталий, возбуждал мои нюхательные рецепторы. Сигнал от них шёл в гипоталамус, тот впрыснул в кровь эстроген. В свою очередь гормон пробудил остальные железы, в первую очередь увлажняющие вагину.

Муженьку снится эротический сон, он охает от наслаждения, тазом навстречу мне двигает. Я всё больше, всё страстней заглатываю пенис. Всё чаще двигаю головой, совершая фрикции. Одной рукой массирую кокушки, другой свой клитор. Взрыв оргазма сравнимого с фейерверком, будит Васю. Муж дугообразно изгибается в эпилептичной судороге. Детонацией его оргазм шокирует меня, сжимает мои пальцы в вагине, передком паралитически трясусь.

— Вот это будильник!!! — сопит муж, отходя от эйфории.

— С добрым утром, любимый…. Отнеси меня в ванну — у меня ноги трясутся. Вроде только ртом работала, а кайф как от полноценной случки. — прошу после лёгкого отдыха.

Импульс получен — умывание, побудка детей, завтрак. Всё это в приподнятом настроении, с блаженной улыбкой на устах, с блеском глаз. "Как ты все успеваешь"? — Вопрошает муж. Поцелуй в губы, при детях, подтверждает мою энергичность. "Логистика!". — отвечаю. Целую ещё разок, для закрепления любви. "И вас тоже целую, чтобы вы знали какая я логистичная!" — чмокаю в щёчки мальчишек. Вася, задумавшись, наказал: "Андрей, ты за старшего помощника, думай сам как организовать содействие мамуле". По-отцовски треплет чубы мальчишек и убегает на работу. Делов то — правильно разбудить домочадцев и вечером можно отдыхать.

{♂ 8 ♀}

По пути на работу проанализировала свои поцелуи домочадцам. Подсознательно проверила реакцию Васи о чистоте моего рта после минета. Энергетика Васиного ответа окончательно раскрепостила меня — поэтому я целовала детей, уверенная, что ничего постыдно-грязного в фелляции нет.

С утра на работе всем задание дала, каждому объяснила важность сдачи объекта в срок. О больших премиальных. Предупредила — к обеду вернусь. И умчалась в галантерею.

Алёна Петровна оказалась женщиной деловой и приятной в общении, лет на двенадцать старше меня. В своём кабинете сразу налила в бокалы белого вина — за знакомство.

Поговорили о жизни. Узнав, что я работаю на стройке, сказала:

— Мне как раз нужно сделать ремонт в квартире. Нужны специалисты — штукатуры, электрик, сантехник. Разумеется, за отдельную плату. Есть у тебя в бригаде такие люди?

— Да, конечно. Я поговорю с ними. Три штукатура, два сантехника, электрик. За полмесяца сделают твою квартиру конфеткой. Электрик у нас (не проболталась ʺу меняʺ, чтобы не выдать интимных связей) парнишка молодой, но во всех отношениях опытный. Он будет главным среди них.

О том, что он хороший любовник, промолчала — самой нужен такой. Вот Васю не ревновала, а Славика делить не хотела. Сучек молодых, которые бросали взгляды на моего жеребца, под разными предлогами убирала из бригады.

— Антон сказал, приодеть тебя. Я приготовила комплекты разных фирм и расцветок. Также есть парфюмерия импортная. Нужна? Да чего я спрашиваю? Конечно, нужна! — Фразами и интонациями напоминала Антона. — Как он тебе, кстати? Приятный мужчина…? Я вот тут нашла книгу «Сексуальные патологии женщин». Почитай, может какая «патология» и тебе покажется заманчивой. Мне нравится секс между грудей или по-индийски — нарвасадата. Приятно наблюдать вылезающий промеж твоих «персиков» «банан», и слизывать с него мужскую смазку. — Сказала она, похохатывая и облизывая губы. — А лучше, чтобы «баклажан» скользил, правда, ведь? Ха-ха-ха!!

Как я поняла из разговора — Антон просовывал свой «банан» меж её довольно таки аппетитных млечных бидонов. Хотела затянуть меня в омут бабского трёпа о флиртах, но я мягко ушла от дискуссии.

{♂ 9 ♀}

Приоделась, чтобы не стыдно было перед новым партнёром раздеться. Набралась знаний сексуальных. И это того стоило! Бабы! Какой кавалер! Тоже в годах мужчина, следящий за своим телом. Гладковыбритое лицо. Галантное обращение со всеми, при знакомстве со мной поцеловал руку. Снял дорогой номер в гостинице. В нём угощения знатные с букетом цветов на столе. Шампанское импортное, коробка дорогих конфет как закуска к вину.

После небольшого возлияния и болтовни с эротическим подтекстом, пошла в ванную, освежилась, надела новое белье. Вышла к нему посвечивая бёдрами. Блядски поверчивая попой, сюсюкая, сказала:

— Папочка, не желает ли отшлёпать непослушную дочку? Видишь, какая она развратная?

Посмеиваясь, любовник убежал освежаться. Вернулся он тоже в халате, но не застёгнутом. "Прибор" не стоял. Я подошла к нему. Взяла рукой за хер:

— Развращённость и беспутство в детях надо выбивать ремнём. Но не мою распущенность. Мою развязность можно только дубинкой.

Он целовал меня, гладил спину, шею. И опять аура ощерилась, протестуя против вмешательства чужеродной энергетики, волосяной покров поднялся дыбом. А член его твердел. Видимо мои мысли об этой встрече, сыграли роль — тепло и лёгкие спазмы внизу живота, увеличение температуры вульвы — первый признак моего возбуждения, быстро настигли меня.

Встала раком на постели.

— Отшлёпай меня быстрее, тятенька.

— Для этого я должен снять с проказницы штанишки.

Красные, кружевные трусики он снимал аккуратно, медленно, с игрой. Временами, запуская пальцы в вагину. Затем членом начал водить по кунке, от чего смазка обильнее полилась. Длинным поездом заезжающим в туннель, стал вводить конец. Действительно длинный пенис. Окружность не отличалась от моего эталона — родненького пениса Васи. Постеснялась спросить о габаритах у Егора. Потом ладошкой приложилась — мерила, а затем дома линейкой — двадцать шесть сантиметров. Бабское любопытство. Вы ведь тоже желаете знать, каким инструментом вас стимулируют?

— Упёрся, значит, мне в шейку матки и давит. Больновато сначала было, но выпитое спиртное и интимность происходящего притупили боль. Любовник расстегнул застёжки на бюстгальтере. Как за вожжи держась за мои груди, изобразил всадника. "Плеть" подстёгивала активней подмахивать навстречу ездоку. Надвигающаяся волна оргазма, заставила дрожать поджилки. Из-за сухости во рту — могла только хрипеть.

Пелена удовлетворения от маточного оргазма, закрыла мои глаза — даже не почувствовала, как мужчина излился в презерватив.

После лёгкого отдыха и гигиенических процедур, мы сходили в театр, побродили по городу. Затем вернувшись в гостиницу, снова предались утехам. Теперь я толкнула его на кровать, стянула с него брюки, трусы. Возбудила его, лаская член язычком. Окончательно в рот не брала — надо было ополоснуть его — чужой запах пота перешибал желание пососать. Но он и так возбудился.

Раздевшись, запрыгнула на стержень. Как юная амазонка, оседлав жеребца, крепко охватив бёдрами корпус партнёра, понеслась по прериям своего сознания. Балетная выучка, плюс тонус моих мышц, пригодились мне во время верчения на фалдусе.

Сбоку от кровати стояло зеркало — в нём прекрасно отражалась моя поза. Временами показывающийся из глубин моего тела член блистал смазкой, сбитой в белую перламутровую пену. Мышцы моего пресса сжимались от усилий. Груди не сжимались — они яростно подлетали в такт моим подскокам. От эротичного зрелища я ещё сильнее возбудилась. Ощущения молодости и здоровья, сознание того что получаю от жизни благо, усладу, тешили меня. Длинный член агрессивно стимулировал вход в матку. Боль и радость смешиваясь в сознании, вызывали очумительный кайф. Мои выдохи были продолжительным оханьем.

Любовник тоже без дела не лежал — старался придерживать груди во время скачки, — ʺчтобы не оторвалисьʺ — подшучивал запыхавшийся мужчина. Массировал мою точку вверху лона. Мужчина захотел покрыть женщину своим телом. Как пушинку перевернул меня на спину. От миссионерской — поза отличалась высоко задранными ногами партнёрши. Временами ноги охватывали любовника за бёдра.

Выпитый алкоголь блокировал какой-то участок в цепи достижения оргазма. Мне было гипер приятно, но я не могла кончить. Сменили позу. Он стал сзади как первый раз и тут дела наладились — опять галоп, опять скачки. Обоюдный оргазм настиг нас резко — неожиданно.

Только через час мы смогли встать и подмыться. А подмывать было что — простынь с огромным пятном от вытекшей смазки и спермы, вытекшей из разорванного презерватива, как из жеребца, большое количество нашей шерсти, свидетельствовали — здесь парочка сношалась до безумия.

{♂ 10 ♀}

Подсознательно выпрашивая прощения у супруга за нового любовника, по возвращению домой, сделала ему фелляцию, мол: "Прости меня блядищу за нарушение клятвы верности". На вопрос, чем вызвано такое действие ответила: "Надоело слушать приторные речи докладчиков. Ополоснула их муторные восхваления твоим сладким кисельком". Это был удобный момент для раскаянья, объясниться с мужем о своём поведении, но на странице книги судеб не было таких слов.

Так наскакалась на члене Егора, что натёрла шейку матки. Пришлось идти к гинекологу.

— Эрозия у тебя, Аня, глубоко в шейке матки, — сказала врач, между прочим приятная знакомица. Мы вместе с ней лежали после родов, — глубина твоего влагалища десять сантиметров, поэтому оптимальный пенис для тебя восемнадцать, максимум — двадцать сантиметров, никак не больше. Налево сходила…?! Хоть приятно было…? Да, наверно приятно — вижу твою мордашку. Ладно, не говори — соблазнюсь. Лекарство пропишу. С коитусом будь осторожна, будет дольше заживать. Васе скажи, чтобы повременил со своими желаниями. Больничный на пять дней я выпишу.

— Спасибо, Зин. Сама не ожидала, такого развития. Напоролась на двадцати шестисантиметровую занозу. Отступать было уже поздно. — прорекламировала я размер фалдуса Егора.

— Ого! А толщина?

— М-м, где-то три-три с половиной. Главное кавалер приятный, джентльмен. Захочешь, я сведу вас. А у тебя какова глубина влага… влагоёма? Достаточна для погружения такого аппарата? Ха-ха-ха.

— А продолжительность акта?

— Первый минут семь, второй через три часа минут двадцать пять. Оба были подшофе.

— Чёрт! По всем параметрам хорош. Беру…, заверните…! Ха-ха-ха…! Поверила? Шучу я, шучу.

Муж повременил — ему пришлось принимать новую должность. Обмывать это дело. Больничный пригодился — я привела домашние дела в норму, а то забросила. Антону позвонила, поблагодарила. Рассказала о приключении:

— Своим «долотом», нанёс значительные повреждения внутри моего тела. Так что, если Пигмалион пожелает Галатею, то ей будет несколько больновато доставлять усладу своему автору. — говорила, сюсюкая о себе в третьем лице. Он похихикал.

— Значит, ты знал о размере инструмента Егора. Поэтому хихикал, предупреждая о возможной порче статуи. Расскажи откуда у тебя такая информация. Правда, что ли письками меряетесь?

— Галатеюшка, позволь мне иметь мужскую тайну.

— Бяки вы мужики…! Жаль, у меня нет большого опыта, я бы в обмен на свою историю узнала твою.

— К тому же если начну повествовать, ты потечёшь. Захочешь близости, а тебе врач запретил. — Поставил точку Антон.

{♂ 11 ♀}

Закрыла больничный лист. Понесла его на работу. Сообщила Славику, что могу быть свободна до вечера. Рабочий день в разгаре, комната Славика была в полном нашем распоряжении. И плевать было, что эрозия не зажила окончательно. Как лечить я знала. Не знала, будет ли ещё такой момент, поэтому решила не пренебрегать им.

Бутылка красного вина понадобилась для поддержания сил. Страстно целуясь, выпили по бокалу напитка. Оттолкнула его на постель. Изобразила стриптизёршу. Затем нагую балерину. Славик, откинувшись на кровати, поглаживал фалдус, намекая: "Сейчас насажу тебя на эту дубину — хрен провернёшься!" Из уретры выделялись капля за каплей чистейшей жидкости, маня слизнуть их. Я слизнула.

— Хочу видеть, как ты в меня входишь, сними зеркало с дверей. Поставь вот сюда в проход между кроватями. Я сделаю шпагат, а ты уж сам пристраивайся к лунке.

Так и сделали. Славик из нескольких книг смастерил лежак себе. Растянулась, как хотела, руками опёрлась о кровати, чтобы не потерять равновесие. Милок принялся нырять в меня. Ни ему, ни мне такая поза, не доставляла удобств, но зрелище было умопомрачительное. Зато было легко язычком щекотать клитор и лепестки моего бутона. Вот такая фантазёрка я была. Перешли на кровать.

Спрятала пенис в свою пещерку. Обхватив его тело своими бёдрами, сначала медленно, затем наращивая темп движений, вызвала взрыв салюта из орудия любовника. Фейерверк обжог мои интимные места — я облила ствол орудия обилием соков.

В мужской рубашке, накинутой на голое тело, в домашних тапочках, побежала в умывальную комнату. Благо никто не встретился. Подмылась. Славик, сопровождавший меня, тоже ополоснул гениталии. В комнате нас ждал напиток из винограда.

Что я дура переться в общагу, чтобы получить один оргазм? Чтобы у милёночка был повод побежать к другой сучке? Ни фига! Времени ещё навалом. Ополоснув рот большим глотком вина, приступила к оральным утехам. Чмок в головку пениса. Появилась капелька, слизываю её. Языком огибаю подвенечную бороздку. Губами охватываю набалдашник. Выдёргиваю его изо рта. Хлопóк как при открытии бутылки. Пара минут и солдат, подкреплённый фелляцией, готов к атаке. Закинула ноги на плечи любовника. Он яростно сжал моё тело,

…придавил мои коленки к грудям, выдавливая из меня воздух.

Опять обратила внимание на расширяющиеся ноздри, налитые кровью глаза.

Информация из генов, напомнила мне о каком-то соитии моих диких предков, когда главный самец пытался насильно осеменить испуганную обладательницу матки, в которой будет развиваться потомок этого спермоносца. Самец загнал умирающую от страха в угол пещеры, но не смог повернуть её к себе задом, поэтому решил ввести свой орган, во влагалище самки, встав спереди. Для этого ему пришлось производить возвратно-поступательные движения.

Страх у самки сменился уверенностью, что её не собираются съедать. И тогда она совершила такой поступок, который изменил все половые отношения в этой ветке приматов. Она двинула передок навстречу члену самца. Всё ещё не уверенный в том, что семя попадёт к матке, самец сильнее нажал членом в орган самки. Ещё один шажок в эволюции — самка раздвинула ноги, и член достиг требуемой глубины.

После совокупления самец принёс несколько фруктов этой самке. Она должна хорошо питаться и так же отдаваться ему передом. Теперь лёжа на спине, она снова двигала тазом, устраиваясь удобней, тем самым доставляя блаженство партнёру. Такая позиция не совсем подходит для глубокого проникновения. Самка подняла нижние конечности, приведя в восторг самца.

Затем он и других самок оплодотворял только спереди — нравилось ему смотреть в сначала испуганные, затем восторженные от небывалого, глаза. А в теле первой самки, зрела дочь этого совокупления, в память которой была записана информации не только о страхах, но и возможном получении блаженства и власти над желающими такой близости самцами.

Прошло энное количество лет, запах мочи сообщил о созревшей яйцеклетке в матке перворождённой дочери, отцу, другим самцам, которые возжелали обладания этой самкой. В пылу битвы между отцом и некоторыми самцами, одни были убиты, другие бежали. Кровь из ран отца дочь прикрыла травой и листьями деревьев.

Яйцеклетка внутри матки дочери, снабжая выделения дочери феромонами, взывала к спермам самца. Отец овладел дочерью, как привык после нескольких лет спаривания — спереди. Для закрепления результатов оплодотворения он совершал акты по несколько раз в день, пока в запахе мочи не появилась информация — сперматозоид проник в яйцеклетку.

Во время таких соитий, дочь выше поднимала таз навстречу пенису. От таких трений в верхней части половых губок натёрлась мозоль. Натёртость сначала болела, но затем приятно напоминала ей о времени совокуплений. Согнувшись, она смотрела на эту точку и ласкала её пальцем.

Отец обратил внимание на это. Подойдя к дочери, в знак благодарности за заживлённые дочерью раны на своём теле, облизал мозоль. Понял, что эта болячка появилась после трения его волосатого корня пениса об гениталии дочери при половом акте, возбудился и совокупился с беременной дочкой, хотя нужды в её оплодотворении не было. Болячка же была записана в глобальное информативное поле как место приятного возбуждения — эрогенную зону. В последующих поколениях самок превратившуюся в клитор. Единственный орган, созданный природой, служащий только гедониии — наслаждению.

Необязательный акт превратился в игру, в которую теперь ради утехи они привносили новые движения типа ласок молочных желёз и зализывания выделявшегося молозива. Другие члены племени переняли их игры, совокупляясь ради забавы. Так появился секс.

Дочь стала доминантной самкой в племени. Рожала каждый год здоровых детей. Её сестры так же были здоровы, но у них не было права перворождённой самки. Отец-самец погиб в бою с диким животным. Царица племени, оставшись без защиты, подверглась осаде со стороны других самцов, но те инстинктивно боялись её гнева. Доминанта сама выбрала себе подобающего её статусу самца, убив при этом свою сестру, которая не желала отдавать осеменителя. Убила, опустив руку с камнем на голову соперницы. Первое убийство, совершенное самкой было противоестественное, но совершенное под управлением высшего разума. Избранник был родным братом предводительницы. Этим же камнем она измельчала твёрдые плоды орехов. Именно в таком порядке — сначала необычный способ зачатия, то бишь совокупления, только затем орудие в руках, превратили наших далёких предков в людей.

К тому времени подрос её старший сын, в инстинктивной памяти, которого секс был приятным времяпровождением. Мать унюхала выделения его внутренней секреции и соблазнилась, подчиняясь инфополю, его порывам. Оба фертильных существа, в максимально тесном инбридинге, зачали ещё более информированных в сексуальном плане детей. Дочери скрещивались с братьями. Прошло ещё несколько смен поколений, и на свет появилась девочка с расположением входа во влагалище ближе к животу.

Пройдёт ещё несколько миллионов лет, прежде чем на теле существ будет меньше волос, которые не скрывали возбуждающие очертания самок. Строя глазки они добивались расположения самцов, которые несли им дары.

Я почувствовала власть над мужчинами, которую могу получить, только за право позволить впрыснуть в себя их генотип. Принести усладу партнёру от возможности менять рутинную позу миссионерки. Эту мысль мне передала та самая самка, которая сейчас моими глазами смотрела на Славика. Затем вечером, анализируя своё видение, я ещё больше укрепилась в таком развитии человечества.

Оказывается, я словила такой оргазм, что Славка испугался, от моего состояния. "Минуты полторы, ты лежала с открытыми глазами, но не шевелилась. Я за тебя испугался. Думал, поломал тебе позвоночник, и ты лежишь парализованная".

Дождавшись моего восстановления, развернул меня в мою любимую позицию. Ласково поглаживая тело кобылицы, успокаивая дрожащую мускулатуру, ввёл пенис в мою полость. Ноги мои разъехались в стороны, сиськами упала на подушку, буквально через несколько минут после начала атаки. Боец придержал меня от падения. Ещё несколько минут сечи и мы, одержав победу, пали обессиленные на кровать.

Носовым платком заткнув вход во влагалище, упала спать — до того уставшая была. Спать на груди у близкого мужчины, приятная вещь. Проснувшись, рассказала о своей "встрече" с прародительницей. Он посмеялся, но восхитился моим необычным оргазмом.

На книжной полке увидела "Декамерон",

— …поговорили об этом произведении, посмеялись над ситуациями, в которые попадали герои. Разыграли сценку, когда один из персонажей "приделывал хвост" жене, приютившего его мельника, пожелавшего иметь днём ослицу, а ночью жену. В нашем случае "хвост" был хорошо приделан, в отличие от сценки в рассказе. Навилялась я этим хвостищем до отключения всех функций организма, кроме сердцебиения и дыхания. Опять заткнула истекающую спермой и влагалищными соками вагину платком.

Во второй поход к умывальне, нам встретился мужчина, который внимательно посмотрел на мои уж слишком открытые бедра. "Дрочи". — мысленно приказала я. И только в уборной я вспомнила про затычку. Как представила свой вид сзади с болтающимся хвостиком, расхохоталась. Слава не меньше меня ржал.

Одевалась в комнате слишком эротично. Комплект нижнего белья сиреневого цвета, вызвал эрекцию у миленького мужчины. В зеркале, повешенном на входной двери, отражалась я в объятиях Славика. Любовник стоял сзади, руками подхватил груди, которые и так, между прочим, элегантно выглядели в импортном лифчике. Стволом он упирался в попку. Я закинула руки за голову, повернула её к Славке, подставив губы для поцелуя. Большим калибром ствола он заставил меня сдаться.

Идти снова подмываться не хотелось. А мужчину с взведённым курком пистолета оставлять нельзя. Надо помнить о других обладательницах спермоприемника. Из полов его халата достала фалдус и приступила к настоящей фелляции. Как опытная минетчица довела его до выстрела. Не позволяя брызгам испортить чистоту моего белья, плотно сжала губы и утолила голод, приняв несколько миллилитров обогащённой смеси.

— Не могу я позволить, чтобы дама ушла от меня возбуждённой, — сказал любовник, положил меня поперёк кровати. Снял трусики, вибрирующим языком сделал мне куннилингус, доведя до лёгкого оргазма, от которого весело идти по городу.

— Не смотри, а то опять возбудишься. И я действительно опоздаю. — предупредила его, одеваясь. — Не забудь проветрить помещение, чтобы убрать запах блуда, а то мужчины не смогут спать с эрегированными чреслами.

Всё-таки сперма молодого человека вкуснее. Я это проверила тем же вечером, доведя Васю до семяизвержения. Также напросилась на ласканье языком своего клитора, так сказать для сравнения умения мужа и любовника. Опять победил Слава. Супруг даже не почувствовал запах другого самца исходящего из моей промежности. А я этот аромат чувствовала, это помогло мне достичь оргазма вовремя не умелых действий Василия.

{♂ 12 ♀}

Вот так, тому подставив, другому, стала председателем профкома управления. С начальником Василия больше не трахалась — сама не навязывалась, он не приглашал. Хотя если бы представился благоприятный случай — не устояла.

Со Славой кувыркалась дольше и чаще чем с кем-либо. Кроме мужа конечно. В общаге у него, а затем, когда он квартиру получил, которую я тоже помогла выбить, проходили наши любовные встречи. Показывала, какие балетные позы изучала в танцевальной школе. Вы конечно понимаете, что никаких пуантов и пачек при этом на мне не было. Ну, разве что серёжки в ушах и резинки, поддерживающие хвостики волос, ха-ха! Даже после женитьбы он не охладел ко мне.

Для получения Славиком квартиры пришлось пойти на некоторую аферу. Жилплощадь выделялась только супружеским парам. Нашла девушку, представилась её как сестра Славика, уговорила на фиктивный брак с ним. Взамен устроила даму в управление на не пыльную работу с приличной зарплатой. После получения ордера на квартиру, Славик оформил с ней развод, так как: "Ещё не нагулялся. И в сексе ты лучше! Обучи её своим приёмам и только потом, после неоднократных экзаменов, я может быть, на ней женюсь опять"

— Мне приятно вспоминать наши соития на стройке, как ты без ума отдавалась наслаждению, и сама хотела причинить мне усладу. — говорил он временами. — Ты такая мастерица на выдумки. Вот честное слово — если бы не твоя семья, я бы взял тебя в жены. — из деликатности, не упоминая о разнице в возрасте.

Как-то в промежутке между коитусами, Слава разоткровенничался. До этого он мало говорил о своей семье. Так общие фразы — родители матери, отец, мать, брат и сестра. Слава был поздним ребёнком, родителям было далеко за тридцать, когда мама забеременела. Даже хотели назвать его Нежданом. Но любившая командовать бабушка назвала Славой. "Саша, Соня, Слава Ромашовы — СССР"

Деревенский двор был полон живности, поэтому процесс оплодотворения, Славка видел воочию. Видел, как изнутри самцов вылезал орган внушительных размеров. То собаки склещатся, то козёл козу осеменяет. В пять лет впервые увидел соитие людей.

— Бабуля хотела пойти со мной к своей матери, моей значит прабабке, которую я не любил, она у меня ассоциировалась с Бабой Ягой. Я спрятался под накидку на ножной швейной машинке. Машинка стояла в бабушкиной спальне у окна. Уселся там, бабушка ищет, кличет меня: "Славка, ты куда спрятался? Где ты озорник?". Вдруг слышу, как папа говорит: "Где, где? В пизде! Проверяла? Дай-ка я гляну" Они стояли буквально в полуметре от меня. В щёлочку меж тканью вижу, что папа полез бабушке под юбку. Обыкновенную деревенскую юбку.

Бабушка сначала отталкивала руку отца, шёпотом предупреждала, что я могу вернуться и увидеть, но потом страсть взяла верх. Она развернулась лицом к машинке, оперлась об неё. "Сухо там ещё. Старая кунка уже. Ты хоть послюнявь". Отец смачно плюнул, бабка тоже плюнула на свои пальцы, подняла подол спереди. Мне открылся вид на лысый старческий лобок. Бабушка мазнула слюнями у себя меж ног, папины пальцы тоже показались в промежности. Потом вместо пальцев мелькнула мужская залупа и исчезла в вагине. Подол упал, перекрывая мне обзор. Машинка шаталась в такт толчкам.

"Пошли на кровать, устала стоять, чай скоро семьдесят. — предложила баба. — Не думала, что ты ещё вздумаешь тиснуть. Томка не даёт, что ли? Ишь оголодал, на старух запрыгиваешь!" — Продолжила она уже на кровати. Вот тут обзор был прекрасный. Правда, они одежду не скидывали, кроме зеленных бабкиных панталон. Но папка запустил руку к её крупным сиськам и мял усердно. Таких звуков, как мы производим при соитиях, не слышал. Отец замер, полежал ещё на мягкой бабушке. Встал, заправил хозяйство в портки. В бане я часто видел его голым, но после бабки член был огромен.

По детской простате, вечером я спросил у брата, когда бабушка родит. Сашка был на тринадцать лет старше меня. Дал мне леща: "Бабушка старая, она не может рожать". "Зачем же тогда папа её осеменял?" Сильнее леща от него я первый раз получил. Затылок загорелся от боли. Я заплакал. Он опомнился, прижал меня к себе: "Ты только больше ни у кого не спрашивай про то, что видел! Я потом тебе объясню. На тебе денежку, купишь лампасеек в автолавке". - отвлёк меня Сашка, и я махом забыл обо всём.

Однажды зимой я простыл. Взрослые напарили меня в бане, укутали в тёплые одеяла и положили на печке лечиться дальше. Ночью просыпаюсь и не чувствую тела, лёгкость бытия окружила меня. Я думал, что я умер, так было прекрасно. Но потом я почувствовал влажные от пота простыни, аромат трав, которыми меня парили в бане. Открыл глаза. Луна светила в окно, освещая родительское ложе. Папа лежал поверх мамы. Тел не видать — под одеялом лежали. Фрикции производимые папой, напомнили мне о бабушке и папе. Опять всё тихо, без стонов, без чмоканий. Одеяло всё же сползло. Папины трусы находились у него на щиколотках, мама лежала голой. Ноги её тоже были раскинуты гораздо больше, чем бабкины. "Давай быстрее, замучил уже, кобелина.». — просила мама. «Сейчас, ещё капельку, сейчас", — твердил отец. Я, глядя на них вспомнил подзатыльник Сашки и больше к нему с вопросами не лез. За то дружок мой, Витька, сказал, что уже много раз видел, как его родичи "ебутся". Родители его вообще не стесняются, под одеялом или простынёй: "Делают мне братика или сестричку".

— Когда мне было одиннадцать лет, сыграли двойную свадьбу — Сашка женился на Ольге, Соня вышла замуж за городского и укатила с ним после свадьбы. Мне досталась маленькая спаленка Сони, а большỳю заняли молодожёны. Через месяц после торжества, я решил подсмотреть за Ольгой, как она купается в бане. Но был пойман матерью, дран за ухо. Однако желаний своих не бросил. Залёг под кровать супружескую, жду, когда она придёт переодеваться. Они вернулись оба разом, Сашка и Ольга. Осмотрев дом, не нашли меня и взрослых. Женское бельё упало на пол первым, затем бельё брата. Я видел только голые ноги. Потом кровать надо мной скрипнула и застонала от толчков. Ольга в отличие от бабки и мамки, страстно стонала.

"У твоего отца член по более твоего!". — начала говорить после соития Ольга.

"Что? Где ты уже насмотрелась, сука? Или уже он тебя ебал? Убью и тебя и его, сволочь!"

"Нет, меж нами ничего не было. Он был в сарае, я дома вытирала окно после зимы. Он смотрел на меня и дрочил".

Вечером был грандиозный скандал. Сашка грозился убить папку, мамка тоже обещала: "Кастрирую, подонок! Что тебе деревенских баб мало? Вон сколько молодух живут без мужика, катись к ним, не держу, извращенец". Баба с дедом примиряли всех. Мы с Ольгой забились в угол дивана. Она прижала меня к себе, одновременно оберегая меня, и ища поддержки от кровного родственника буянящих взрослых.

— Аня, в этот момент впервые возбудился. Кровь накачала мой писюн. А причиной тому были мягкие сисечки Ольги. Я вообще был без рубахи и майки, тонкая ткань платья отделяла моё плечо от женской груди. Перестал воспринимать звуки, только осязательные чувства обострились. Сердцебиение просачивалось через мягкость Ольгиной груди. Тепло согревало меня. Мелкие мурашки от возбуждения подняли мой член. Утром я проснулся от поллюции. Твёрдый писюн извергал таинственную жидкость, которую я сначала принял за мочу. Я вспомнил сон перед утром — Ольга в бане разрешала мне трогать её грудь. С этого дня я начал онанировать.

Вскоре Ольга родила пацана, сидела дома ухаживала за ним. Кормила при всех его сиськой. Это же так натурально, естественно, оголять источник молока, кормя наследника. Ой, бля! Как я хотел тоже приложиться губами к этому источнику.

Троих родственников мы лишились в мои двенадцать лет. Папка всё-таки соблазнил эту дурочку Ольгу. Я не видел этого, но видел, как выносили три трупа из нашего дома. Сашка зарезал отца, Ольгу и сам повесился. Племянника забрали родители Ольги. Мама, оберегая меня от тяжких воспоминаний, увезла в Н-ск.

Мама по совету детского психолога записала меня в секцию тяжелоатлетов. Новая школа, новое увлечение помогли мне. Через год к нам приехала жить бабушка, так как дом вместе с дедом спалили родичи Ольги. Но и бабушка сразу слегла, не прожив и полугода после смерти деда. Вот такая история в духе итальянской вендетты. Не все несчастья на мою голову обрушились, как тумаки брата, они били с каждым разом всё страшнее. У мамы нарушилась психика. Врачи её заперли в дурдом. Я позвонил единственному родственнику — Софии. Она приехала сразу же. Оформила надо мной опеку.

Семейная жизнь у неё не сложилась, так как детей не родила, муж от этого запил. Так что Соня была только рада приехать и заботиться обо мне. Устроилась на престижную работу в адвокатуру. Врачи сказали, что маму нельзя выпускать окончательно — очень агрессивная стала.

Мы с Соней сделали ремонт в двухкомнатной квартире. Она вместо матери мне была, встречала с соревнований на вокзале. Юноши завидовали мне — такая красавица встречает с победой. Я тоже стал обращать внимание на её формы. И как ты догадываешься подрачивал на её образ. Теперь уже я не отворачивал лицо при поцелуях в щёчку, обнимал её как свою женщину, впитывая тепло родного тела.

У Сони были какие-то мимолётные связи, ничего серьёзного. Перелом наступил, когда она пришла заплаканная. На мой вопрос, ответила, что доверилась одному человеку, он сначала был ласков, внимательно слушал её откровения о семье. После близости отдалился и на назойливые вопросы бросил: "Я женат. Не докучай мне, истеричка!". Я хотел пойти набить ему морду, желая, как все пацаны, вступиться за родного человека. Она сильнее прижала меня к себе, ещё сильнее расплакалась от тепла моих помыслов. Её слеза покатилась по моей щеке. Попала мне в рот. Я принялся целовать родные глазки, собирая с них слезинки. Слёзы проливались на её губы. Они были мягкими, нежными….

— Нет! Постой! Я хочу тебе сам рассказать, хочу ещё раз пережить тот момент…. Она начала меня целовать, слизывая, не знаю уже, чьи слёзы — я тоже плакал. Губы наши жили своей жизнью. Руки отдельной. Одна рука придерживала голову сестры, другая блуждала, нет, даже не блуждала, она со сноровкой профессионала, мяла тело Софии.

— Ань, ты замечаешь, куда ложится моя рука при нашей встрече…? Правильно, на ягодицу. Так и с сестрой, происходило — я сжимал её попку. Как в начале осени листва начинает падать, начиная с одного листа, затем все массивней становится листопад. Так и у нас в тот вечер — упал шёлковый шарф с её плеч. Плащ был следующим. Промежутки между падением одежды становились всё короче. Не позволяя друг другу усомниться в правильности деяний, мы раздевались, уже зная, чем закончится листопад одежды.

Свою обнажённую нимфу

я понёс на руках на постель. Положил, отошёл, любуясь телом сестры. Вечерние сумерки не освещали её. Включил торшер у кровати. Посмотрел с одной стороны, перешёл на другую сторону ложа. Присел, рассматривая в таком ракурсе. Когда-то мне попалась иллюстрация в журнале. Женщина была сфотографирована в таком ракурсе, что нежнейший пушок на её теле, создавал волшебный ореол. Я нашёл такой ракурс — тело Сони так же светилось. И мой ракурс был волшебней — она была обнажённой. Лучи от лампы пронизывали кожу женщины, отражались от крови и создавали иллюзию розового мрамора. Соски, губы пропускали свет, окрашиваясь в алую магию.

Как танковый гироскоп, взгляд сестры неотрывно следил за моими глазами, куда бы я ни передвигался. Я упёрся в этот взор. Пошёл на луч. Мне никто не говорил, как ласкать женскую грудь. Хотя нет. Говорил! Маленький племянник, когда сосал сиську Ольги. Он мягко надавливал на грудь, я так же хотел тогда нажимать. У меня сейчас не получится, показать с какой нежностью я поднял грудь сестры для поцелуя. Огрубел уже…. Да, я знаю, что тебе нравятся мои ласки. Я просто лёг рядом с ней на бок, припал ртом к соску и как маленький племянник совершал сосание. Соня гладила меня по голове, больше ничего не предпринимая. Так я и уснул. Уснул бы я сейчас со стоячим членом…? А тогда уснул. Соня не спала. Как потом она мне сказала — ждала продолжения. Если я ограничусь только сосанием, она не станет претендовать на соитие.

Я проснулся другим человеком. У меня было явное стремление овладеть сестрой. К тому времени она высохла и придержала попытку войти в неё, попросила поцеловать, погладить груди. Только затем я окунулся в море Софии. Естественно коитус был коротким. Разум понимал весь стыд положения, я начал корить себя. Сестра, почувствовав нервное напряжение сказала: "Не ругай себя, ты сделал всё правильно. Только так мы сегодня могли поступить. Не ставь себя в один ряд с папой. Ты гораздо лучше его. Поверь мне, я его очень хорошо знала! Он насильник, ты утешитель. Я тебя тоже утешу, миленький братик"

Она начала целовать меня в губы. Кровь опять нахлынула к тазовой области. Соня оседлала меня, показывая свои прелести, доставляя удовольствие. Опытная женщина сама достигла экстаза за несколько минут. Потом отдохнув опять начала двигать попкой, привела меня в восторг, и сама окунулась в него.

С тех пор мы жили как муж и жена. Она стремилась домой после работы, я, после учёбы и соревнований. Государство выплачивало мне пособие по утере кормильца, и Соня тоже неплохо зарабатывала. Она хотела, чтобы я поступил в институт, но моя лень осилила только профучилище. Перед службой в армии она рассказала мне об отце ещё одну отвратительную историю. Он Соню изнасиловал в шестнадцатилетнем возрасте. Потом ещё несколько раз вступал с ней в половую связь. После одной из них, сестра забеременела. Маме она сказала, что от деревенского парня. После аборта, который крайне неудачно осложнился, Соня не может иметь детей. "Лучше бы я тогда маме сказала правду об отце, может она его убила бы или посадили его в тюрьму, было бы всё по-другому".

Во время моей службы София познакомилась с уважаемым адвокатом, который был на несколько лет старше её. Ему не нужны были дети, так как был вдовец с детьми. Только женское тепло и ласки. Я вернулся со службы. Поскучал без Сони и переехал сюда.

Вот такая необычная судьба у моего Славика.

{♂ 13 ♀}

Так и жила с любовниками. В квартиру Славы даже принесла своё белье — на запас, если при внезапных порывах страсти пачкалось. Грязные трусики, лифчики запихивала в пакетик и в сумку.

Научилась определять ебливых кобелей…

— Ой. Как будто не ебливые есть. Я вас умоляю. — Вставила тётка.

…Стоя, наклонялась вперёд, как бы подписывая документ. А затем резко поднимала глаза. Если мужик не трус, то не отведёт взгляда от выреза в декольте, в котором аппетитно уложенные в полупрозрачный бюстгальтер груди, манили взор. Слабаки обычно прятали глаза — значит и в любовники они не годились. Всё будут озираться, не идут ли их супружницы.

Ещё один определитель мужской силы — вздутые вены на руках. Если они ярко выражены, значит, сердце мощное, загоняет кровь по всем сосудам, а член — это самый ёмкий сосуд в мужском теле. В три-четыре раза увеличивается при эрекции.

Летом поехали с Васькой на курорт, путёвку без проблем выдали на двоих. Блядей на тех курортах я вам скажу! Не меряно.

— И ты туда же заявилась. — Сказала мама.

— Ага! И я ещё приехала! Ха-ха! Не-а, я не блядь. Я честная давалка. Ха-ха-ха.

Как-то лежу на шезлонге. Загораю. На бугорки и приличные бугры, торчащие из плавок мужчин, смотрю, оцениваю. Стараюсь сдерживать волну возбуждения. Васька пошёл в море. Но что-то не возвращается. Я волноваться стала. Уж не утонул ли? От сердца отлегло, когда увидела его выходящим из сарая с катамаранами. Ещё сильнее полегчало от вида выходящей оттуда же дамы. "Как не глубока её лагуна, муженёк умеет в таких влагоёмах плавать"!

Взбучку ему дать даже не думала, зачем портить отпускное настроение. Ведь у меня самой личико в пушку. Потом меня трахает, а в мыслях с этой шлюшкой находится. У меня такие мысли были часто: то Антона, то Славика представляю. Да и вы, сучки, тоже практикуете ментальную мастурбацию, более чем уверена. От этого лучше эрекция, более утолщённый член загоняют мужики. Точно ведь, в номере мы каждый день совокуплялись, секс был на высоте. Пару раз замечала, как он из другого корпуса выходил, где жила сучка молодая. Я только улыбалась, глядя на его блаженную мордочку, поглаживая ладошкой по щеке.

За день до отъезда говорю ему, что надо фруктов, ягод набрать. Муженёк отнекался будто потянул лодыжку. Пришлось самой идти в город за гостинцами с юга. В одном переулке, местные парни затащили меня в подсобку магазина. Придушили.

— Не сопротивляйся. Получай удовольствие, а то в жопу отъебём и задушим.

Испугалась капитально. Даже не знаю, за что более испугалась — за жопу или жизнь! Ха-ха! Один разложил меня на столике, держит, второй начал насильничать. Кричу: "Больно! Вы хоть смажьте, чем-нибудь, ироды". Плюнул стервец мне на гениталии смачно и вошёл. «Болт» наверно… вот с эту бутылку!

Второй отпустил меня и сует мне залупу в рот. Грязную, тоже не хилого размера, вонючую залупу. Чуть не вырвала. Но от большого члена, который кочегарил мою топку, вошла в раж. Уже подмахивала вовсю. И стонала.

Сама ухватилась за член второго и принялась яростно сосать. Раз отключилась от кайфа. Очнулась, а меня всё сношают. Два отключилась, а они всё дерут. Первый кончил мне на пузо. Пристроился второй и тоже кончил на живот.

— Я бы сама разделась перед такими молодцами, — сказала, натягивая трусики, после того как обтёрлась носовым платком, смоченным водой из бутылки, — не надо было следы на шее оставлять, что теперь мужу скажу?

— Скажи правду, мол, душили, но отбилась и убежала. О сексе можешь не говорить, на своё усмотрение. Давай мы тебе пару корзин ягод, фруктов соберём. Для такой хорошей женщины не жалко.

— Сарафан помяли, следы оставили. Вы думаете, одними ягодками отделаетесь? Где мы можем нормально полюбовничать? Или вы «нормально» не можете? Только насильно?

— Вах! Какая женщина! Пойдём на второй этаж, там душ есть, кровать большая.

Люблю иметь дело с чистоплотными людьми и сама чуть, что, сразу гигиену навожу. Ополоснулась, парней заставила вычиститься. Вино из местных сортов винограда, которым любезно угостили молодые люди, расслабило мои разум и тело.

Попросив только не тыкать в анус, мол, у меня проблемы с кишечником, дозволила парням пользовать мои рот и влагалище для их фантазий. Оторвала душу с ними, бабоньки! Как дорвавшаяся до дармовщины торговка, хватала дубины парней, сама запихивала во влагалище. Повспоминала все случаи, когда Вася не доёб. Когда Борька раздраконит и умотает. Вкусила сперму каждого из молодых парней — слегка отличающиеся по вкусу, выделения, отдавали виноградным ароматом. Член Гоги не влезал в мой рот, поэтому я облизывала только головку, наслаждаясь фрикциями Вано, забивающим свой пятисантиметровый по толщине фалдус в мою разомлевшую вагину. Все знания в своей сексуальной патологии применила. Сама порадовалась, парней ублажила. И если бы позволяли приличия — шла бы пешком, голая, измазанная спермой — смотрите, люди, вот идёт полностью удовлетворённая сучка. Но…. В санаторий возвращалась на ногах в раскорячку, довольн-ая-я-я.

Ваське сказала, как было (не всё конечно, только о самом факте), потому, что побоялась, вдруг подцепила, чего-нибудь. Чтобы не лез, пока не проверюсь.

— Сам тоже проверься, видела я, как ты выходил из сарая с молодкой. Небось, здесь остался, чтобы поебаться с ней на прощание? Распрощался? Доволен? Ну и я тоже не в претензиях. Извини за грубость.

Он аж заикаться стал от такого моего козыря.

Парни меня заразили. Ничего страшного — уреаплазмоз. Курсом антибиотиков вылечилась. И это всего одно наказание за всю жизнь.

{♂ 14 ♀}

{1}

После возвращения с курорта, где муж имел связь с блондинкой, она позвонила нам домой и требовала дать развод Ваське, потому что залетела от него. Рассорилась я с ним в тот вечер. Мальчишек отправила к родителям мужа, чтобы не слышали нашу ссору. Наговорила ему сгоряча всяких гадостей. Затем логически рассудив, что дальнейшая ссора приведёт к разрыву — дети останутся без отца, которого они любят. Без меня они тоже жить не хотят. Попросила у него прощения за грубые слова, вылетевшие в его адрес. Сказала, что не была готова к такому повороту. Что думала о приятном этапе, а этот звонок испортил настроение.

— О чем же таком приятном ты думала?

Шелестя, открылась та самая страница из книги судеб. Внимательно, с расстановкой ударений и знаков препинаний, читаю вслух абзац за абзацем:

— Об Антоне Сергеевиче…, любовнике…! После встречи, с которым, наша с тобой жизнь пошла по другому пути….

Как на духу, рассказала об своих изменах. Всё-всё. О датах, о встречах с другими мужчинами. Что постоянными членами моего кружка является он, на правах супруга, Антон на правах Пигмалиона, и Славик в статусе молодого жеребца.

Вася тоже рассказал о своих похождениях. Поведал о первой измене, когда я была беременна старшим. Затем всё больше жаждал перемен: "Ты же знаешь, что даже самая благоприятная погода, царящая в Эдеме, надоедает, хочется сибирского мороза, зноя пустыни, ливня сравнимого с вселенским потопом. Но мысли покинуть тебя и уйти к другой женщине, никогда не приходили. Потому что был уверен, что, в конце концов, и новая жена приестся. А эта блондинка так похожа на тебя в юности, что в первый же день её появления соблазнился". Постоянных "кружков" для его члена не было: "Не встретилась ещё соперница тебе"!

Сказал, что догадывался о моём адюльтере. Уж больно внезапно я расцвела после рутины домашнего существования. И карьера моя стала меняться с ужасающей скоростью.

— После восьми лет ожидания квартиры — бац, и мы в трёшке, хотя в очереди были во втором десятке и могли рассчитывать только на двухкомнатную. Бригадирство твоё уникальное. Внезапная тяга к образованию. Я даже стал побаиваться, что ты покинешь меня, посчитав недостойным.

— Я же не падаль, какая-то, чтобы разрушить идиллию нашей жизни. Можешь считать меня, блядью, проституткой, прошмандовкой, но не обижай даже намёками, что я разорву семейную связь. У меня помимо похоти, есть ты, наши дети, которые радостной гурьбой повисают на нас при встрече. И по утрам расставаясь перед работой, они так страстно ждут встречи. Поверь, любимый, мой адюльтер от такого же желания испробовать другое блюдо.

— Да, любимая жёнушка, мне тоже нравится, когда они ватагой, в выходной день лезут в нашу постель, как маленькие дети, чтобы ещё с пол часика понежиться в наших объятиях. Даже Андрей ещё не бросил такую привычку, хотя уже четырнадцать лет…. Нравится передавать свой опыт сыновьям. Кто бы ещё рассказал Андрею, как правильно снимать утреннюю эрекцию.

— Больше скажу тебе, родненький, если какая-либо стерва приворожит тебя колдовским зельем, и ты захочешь уйти от нас, как минимум займусь знахарством, изготовлю приворотное питье против заклятия. Если это не получится — вырву с корнем её манду и пришью вместо своей. Либо убью её, уйду в тайгу, стану как Агафья Лыкова, затворницей. Чтобы ты страдал от обоюдной потери, терзая себя за мимолётное увлечение. Я на многое способна ради тепла, исходящего от созданного нами очага. Готова, даже усыновить того ребёнка, который стал причиной нашего небольшого разлада.

— Ни в коем случае! Даже если это действительно от меня ребёнок, я не хочу иметь дело с этой женщиной….

— Ты научил Андрея дрочить? — заговорила я, сменяя щекотливую тему. — Офигеть! Давно? Расскажи, как это было. Замечала его поллюции в трусах, но это ведь возрастное. Ты сам уже взрослый мужик, имеющий под боком удобный способ разрядиться, всё равно обтрухиваешь трусы.

— Два года назад. Помня себя в его возрасте, объяснил ему об особенностях физиологии. Сказал, что лучше "расслабляться" по утрам в ванной при утреннем туалете. Согласись, что уж лучше я, чем шпана из подворотни. Алёшку и Сергея тоже обучу. Тебя то они стесняются спросить.

Вася поведал мне о юморной ситуации. Однажды его перехватила женщина и сказала:

— Мой муж изменяет мне с вашей супругой. Прошу вас исправить ситуацию. Не потерплю такого. В горком партии буду жаловаться.

Васе не хотелось, чтобы у меня были проблемы.

"Чего же ты сразу в горком не пошла? Сама значит, хочешь отомстить прелюбодействием" — предположил Вася.

Он решил, что легче будет ебануть ту бабу елдаком по пизде. Хоть она и не в его вкусе — тощая, визгливая и истеричная: "Давай отомстим им? — сучка для приличия поломалась. — Ты же умная женщина. Должна думать холодной головой и понимать, что слава обладательницы рогов тебе ни к чему. С таким подходом к решению этого вопроса, можно дойти до развода, а у вас как я понимаю, есть дети", — такой завуалированный подхалимаж и страшная перспектива сломили сопротивление.

Квартира её матери была свободна и там он её отжарил. Даже натёр себе лобок об её кости. "Ушками щенка, выглядели её плоские титечки. Ареолы на них были с однокопеечную монету, меньше чем у мужчин. Сухость манды говорила о какой-то патологии".

За это изображение, прошу прощения у эстетов.

Израэля

"Неудивительно, что мужик ныряет в океан моей красавицы. Ладонями, ласкает двух китов, меж которыми находится вход в этот влагоём. Пристаёт к островам грудей. Утоляет жажду пьянящим соком из спелых уст. Щекой трётся о персики ланит, слушая райские вздохи из глубин души", — поэтически размышлял тогда Вася. Посоветовал ей нарастить жирок и страстней отдаваться мужу.

— Своим членом спас твою карьеру. Кто такой этот Бобров, кстати? Ей об измене сообщила подружка. Мол, видела, как ты удалилась с её мужем.

— Монтажник на стройке. И поверь, я с ним не спала. По описанию я поняла о ком идёт речь. Она приходила на стройку устраивать разборку. Дама, с которой ей изменял муж, моя тёзка. Не удивительно, что перепутала. В одежде та женщина страшненькая, а уж оголённая…! Бр-р. Сейчас получишь медаль за отважный бросок на кучу досок.

— Я уже расписался в получении. В тот вечер, приятно понырял в твоей лагуне, стирая из памяти все ощущения, которые остались от контакта с ревнивой женщиной.

{2}

Для закрепления обоюдного прощения, выпили пару бокалов коньяка, устроили развратную случку.

Первоначально пошли в ванную, Вася пожелал побрить мои гениталии. От предложения сбрить его волосню, не отказался. Ой, как трудно у мужика брить яйца! Тем более что они скукоженны от возбуждения. Дрочка с минетом, ослабили эрекцию. Не успели ополоснуться, раздался звонок в дверь. Открывать не хотели, но настойчивость дребезжания звонка доконала.

Накинула сарафан, Вася одел семейники. Явились свёкр со свекровью. Прилипшее к мокрому телу, платье, хоть и скрывало наготу, заставляло фантазировать, додумывать образ. Лямка сарафана всё время пыталась упасть с плеча. Папа крякнул от видов выпирающих сосков, полужопенок.

— Чего вы тут разругались? — спрашивает мама и смотрит на мои откровения. А мне, пьяной, пофиг. Свекровь попыталась отлепить лиф платья от сисек — я прилепила обратно. Ещё и нагло дышала ей в лицо, распространяя аромат только что проглоченной спермы.

— Кто сказал, что мы ссорились? Ик.

— Андрей. Слышал, что ты материла Ваську. Боялся, что он тебя побьёт.

— Ты разве дебошира воспитывала? Он джентльмен! Ик! Спасибо тебе за него, миленькая мамочка. А ссорились мы для пробы, чтобы крепче любилось. Ик!

На кухне муж с отцом выпивают. Налитый в бокалы коньяк, дождался перелива в наши с мамой желудки. Икота прошла. Я уселась на колени к супругу. Обняла его за шею, всё больше пьянея от коньяка, развратного куража, запаха мокрых волос мужа, которые вывели образ только что сбритых кудряшек с его мудей. Провела языком меж дёсен и щекой, выискивая застрявших живчиков, не смытых коньяком.

Моя левая грудь, упирается в торс Васи, соском царапает его. Разрезает внутреннюю ауру мужу, вызывает сладострастную боль, от чего кровь заполняет сосуды. Гормон усиливает ритм сердцебиений. Учащённый пульс сердца загоняет мощную порцию крови в пенис, распрямляя его от небольшой преграды. Толчок члена, как удар барабанной палки в мою ягодицу, возвестил о готовности главного калибра к артподготовке. Пьяно улыбнувшись, уселась удобней, чтобы пенис расположился по центру попки.

Родители ещё что-то говорят. Опьянённый Василий, кивая им в знак согласия, как китайский болванчик, правой рукой из-за моей спины прижимается к груди, пальцами откровенно ласкает телебашню, выпирающую сквозь ткань. Лямка на сарафане падает с плеч, и лиф платья держится только поддерживаемый рукой мужа. Левая рука под столом ласкает внутреннюю поверхность бедра. Волна эйфории глушит звуки. Мне откровенно наплевать на их вещания — я настроена на грязную, развратную, необузданную еблю.

Фалдус морзянкой выбивает мне телеграмму: "привстань тчк подними подол тчк войду в тебя тчк" Принимаю приказ к обращению — привстаю, провожу рукой от бедра к пояснице, выпускаю подол из-под задницы, сажусь. Похеру, что родители тут же, за столом — во мне просыпается доминанта. Вася рукой старается вставить головку в мою вагину, слегка шевелю попой, помогая ему. Блаженно лыблюсь, когда залупа касается моих гениталий. Всего головка внутри, а уже можно сказать, что Вася потрахивает меня. Он напрягает мышцы таза, производя фрикции. Целую супруга в губы. Мысленно сговорившись с Васей, намекаем им, что если они не уйдут, то попадут в эпицентр разврата.

— Могли бы уж постыдиться, мы все-таки ещё здесь, — бубнит мама.

"Да пиздуйте вы, наконец, мы пьяны. И не только от алкоголя". — думаю я.

— Пойдём. Пусть дальше дебоширят. — сказала мама, учуяв энергетику, предшествующую знатному коитусу.

Старики ещё одевали обувь в прихожей, я уже стояла голой, труселя Васи оказались у его щиколоток. Ещё не захлопнулась входная дверь, я лежала животом на столе, а муж смазывал головку пениса о мою слизь. Ещё не отъехал лифт, я уже была в эйфории. Мощный стон из наших гортаней, сотряс здание, возвестив о начале второй брачной ночи.

Разнообразию позиций в ту ночь, могли бы позавидовать порно режиссёры. Коитус в ванной комнате перешёл в интересную позу, когда Вася перевернул меня вверх ногами. Я оперлась о его плечи бёдрами…,

…обхватила талию руками, таким образом, не сваливаясь с его тела. Моя промежность была открыта взору супруга. Он впился губами в мои гениталии. Мне же предоставил возможность заглотить фалдус. Не пробовали такую позу? Ха…! Малолетние вы ссыкухи тогда…! Блядь! Открыть что ли курсы по повышению вашей квалификации? Буду вашей секс-сэй…!

— Не отвлекайся, — донёсся чей-то неузнаваемый, изменённый хрипотой шёпот, то ли мамин, то ли тёткин. Видимо сидели и подрачивали на эротические сценки.

— Ах, да. Дальше. А вверх ногами видели позицию? Я стала на руки возле стены. Оперлась попой об неё. Вася так же перевернулся в стойку на руках и подошёл ко мне. Разница в росте как раз подходила, чтобы член мужа занырнул в прорубь. Слегка опускаясь и поднимаясь на руках, стал совершать фрикции в моей кунке. Удобств мало, особенно когда не вставлялся — жалели, что третьей руки нет, но экстазу от возбуждения навалом.

В детской спальне была установлена шведская стенка. Так же там были гимнастические кольца. Подтащив кресло-кровать под них, Вася улёгся на спину. Пенис держал вертикально, а я, повиснув на руках, поднимала и опускала тело. Надеваясь и снимаясь со штыря. Наотжималась до судорог в руках.

А мочу мужскую пили…? Ха! После хорошей дозы коньяка, как только не извращались. Вася просунул ноги в кольца. Свесился вниз головой, член как раз на уровне моего рта. Я сначала сосала его. Муж сказал, что очень писсать хочет.

Принесла ведёрко и подставила под "краник". Эротичный такой гусачок. Вася после некоторого напряга начал журчать в ведро. Я поймала ртом струю, глотая массовый поток, дождалась окончания дождичка. От увиденного, Вася опять возбудился. После пары моих всасываний, он выстрелил спермой.

— Садись мне над лицом, помочись, хочу пить и смотреть, откуда дамы писсают.

Не знаю, как он не захлебнулся. Затем начал лизать мой клитор, губки всасывать. Благо это всё происходило возле той же шведской стенки. Не упала во время оргазма. Слышу сзади набат — оглянулась — хуище стоит, ждёт пещерку, чтобы пошуровать в ней. Поставила мужа возле стенки. Оперлась ногами о нижнюю жёрдочку, руками схватилась за другую палку. Теперь уже приседая и поднимаясь, практически так же как на кольцах, начала совершать фрикции. Едва не свалилась во время оргазма — Вася придержал за попку. Понёс меня на кровать.

— Нет! Так не хочу! Не хочу просто так. Хочу фантастическую позу. Пошли на подоконник…, похрену, пусть видят.

Встала раком на широкий подоконник, Вася сзади вошёл, и началась гонка. Не знаю, смотрел ли на нас, кто-либо в эту ночь. Эксгибиционизм в моем пьяном сознании вылез наружу. Открыли входную дверь, оперлась руками о косяк, согнувшись в пояснице. Считай на лестничной площадке, сношались. Ой! Как вспомню, аж дрожь пробирает! Многократным эхом разносились шлепки бёдер Васи о мою детонирующую от оргазма попку.

{3}

Душа моя опять отлетела. Пьяная она ещё никогда не отлетала. Пролетела сквозь стену, оказалась в тёмном неизвестном помещении, запаниковала, стала метаться. Всё время, попадая в разные пространства, тревожа души спящих людей, металась в поисках своего тела. Метнулась вертикально вверх — город мирно спал. Тишина ночи вернула ясность душе. Вернулась к дому, стала залетать в освещённые окна.

В одном потревожила душу младенца. Вернулась, успокоила её. В другом помещении увидела эрегированный пенис подростка, побаловалась с душой мальца, обучила её сладострастным сновидениям. Передала картинки обнажённых женщин и девушек, информацию о ласках эрогенных зон. Приняла экзамен от молоденькой неопытной души. Та показала мальчику эротический сон, от чего тело пениса задёргалось — произошла ойгерхе — первая поллюция. Душа порадовалась, вызвав блаженную улыбку на устах подростка. Не протрезвевшая душа, желала ещё пошалить, но начинала терять астральную связь с телом и с максимальной скоростью кинулась на поиски.

Наконец-то душа обнаружила родное тело. Восстановив астральную связь, зафиксировала координаты в четырёх измерениях. Радостно хихикнула. Понеслась к уже знакомой душе подростка. Пригласила на просмотр интересной картинки. Молодая предложила позвать ещё одну душу — душу девочки, в которую был влюблён отрок. Долго искать девочку не пришлось, она жила через стенку с подростком. Ласково разбудили девичью душу.

Моя душа пригласила посмотреть в каком положении находится её тело.

Потная, с растрёпанными космами женщина, стоит, руками упираясь о дверной косяк. Мужчина держит её за круп, так как она в состоянии нестояния. Голова самки безвольно опущена. Слюни капают из раскрытого рта. Веки на глазах открыты, но взор зрачков устремлён в подлобие. Сисяндры колышутся от частого дыхания. Видны засосы на ягодицах, спине, грудях и шее женщины. Многочисленными полосами расцарапана спина мужчины. Три души нырнули к промежности. Выбритые гениталии, позволяли детально рассмотреть расположение пениса в вагине. Мокрые губы плотно охватывают ствол члена, по яйцам стекает слизь из влагалища.

Довольные зрелищем молодые души пожелали ещё веселья. Три души, как три грации взлетели к небесам. На востоке начало светлеть. Молодые просили показать, что-либо похожее на мой случай. Им хотелось знать больше о сексе. Моя душа не знала где в городе можно найти совокупляющихся людей в такое время суток. Придумала такую каверзу — в доме напротив поселилась пара молодожёнов.

Нашли квартиру. Так как в комнате было темно, всё пришлось рассматривать в инфракрасном спектре. Тела молодожёнов лежали под разными простынями. Тихо разбудили души женатиков, обменялись информацией о нравственности людей. Мужчина имел половую связь до женитьбы, но такую мимолётную, что её вряд ли можно считать связью. Так, один тычок, одна эякуляция. Стыд и насмешливое изгнание. Рукоблудие спасало его от разрыва мошонки. Фильтруя разговоры одноклассников, затем сокурсников, он имел поверхностное понятие об удовольствии. Поэтому женитьба на дочери профессора права, стала радостью для молодого человека. Он безропотно принял правила, установленные тёщей — секс четыре раза в неделю, после двадцати двух часов. Остальное время сон под разными одеялами: "Скажи спасибо, что на одной широкой кровати, которую мы, отдавая дань моде, вам купили. Вот мы с отцом спим на двух кроватях!"

Женщина до свадьбы была девственницей. До умопомрачения двадцатитрехлетней девственницей — она даже ни разу не мастурбировала. Поэтому о таком сладострастии как оргазм, она только слышала. С детства она спала в пижаме, руки поверх покрывала. Купаясь, девочка, ни разу не ласкала своё тело, как делают миллионы подростков: "Так поступают дрянные люди. А ты у меня умница, ты не опустишься до уровня рабочего скота!" — продолжала внушать мама.

О боли при дефлорации, можно было сочинить отдельное произведение. Мамочка предупредила свою некрасивую дочурку о крайне неприятном обряде. Хотели даже довериться хирургу, но брат девушки, тоже чопорный как отец, отговорил:

"Мама ты же знаешь, что эти костоломы крайне болтливы после принятия медицинского спирта. Нас могут неправильно понять, они же плебеи! Давай лучше сделаем ей пластическую операцию, тогда можно будет подумать о лучшей паре для Наташи, чем этот прыщавый Юра".

Пластический хирург в Москве, после осмотра лица Наташи, вынес приговор — невозможно скорректировать пластику, не будучи уверенным в лучшем исходе.

Считав информацию поля Наташи, моя душа узнала о тайном желании брата Наташи, самому сорвать цветок. Он даже начал подбивать клинья к сестре, поглаживая её по плечу, руке, спине, но в последний момент удержался. При соитиях со своей супругой, он представлял тело Наташи под собой.

Те азы, которые муж почерпнул, несколько пригодились ему при дефлорации. Наташа лежала, сняв штаны пижамы. Рубашку даже не расстёгивала. Юра слегка погладил тело жены, только низ живота, не касаясь молочных желёз. Супруга слегка раздвинула ножки. Мужу пришлось втиснуться меж ними, как в автобус в час пик. Слизи на конце пениса было маловато, об увлажнённости влагалища никто не знал. Поэтому вход в сухое лоно был действительно очень, очень болезнен. Внушённый страх усилил боль в разы. Секундой ранее — девушка, а после разрыва — женщина, вскричала. Так кричат при ампутации конечности без наркоза. Испуганный муж, не смог эякулировать. Только через неделю его пенис допустили во влагалище. И то только по причине зачатия наследника. Как будто вопрос стоял о престолонаследии. Стоит ли говорить о продолжительности соития, после стольких дней воздержания. Полминуты и мужу осталось дожидаться следующей пятницы. Так прошло уже восемь недель совместной жизни. Намёков на беременность не было — хоть это спасало бедного мужчину от сперматоксикоза.

Моя душа очень пожалела молодых людей. Из моего опыта она передала все знания о блаженстве. Осталось только, чтобы тела молодых людей почувствовали эйфорию.

Член молодого человека и так был эрегирован от давления из мочевого пузыря. В состоянии сна он перемещается под простыню супруги. Начинает ласкать её тело, руки забираются под одежду жены. В тёмной комнате из-под простыни проявляются два светлых пятна — груди наливаются кровью, теплом. Супруге становится жарко — дёргая ногами, она скидывает простыню. Руки сами расстёгивают пуговицы на рубашке.

Наташа тоже видит сладкую сцену, от которой её вульва мгновенно наполняется кровью. Ещё одно тепловое излучение озаряет темноту. Руки молодых людей самопроизвольно ласкают тела партнёров. Они находятся на границе сна и яви. Ладонь супруга оказывается под резинкой штанов супруги. Пальцы мужчины проникают в вагину.

Душа подростка внимательно наблюдает за его действием.

Муж притягивает супругу к себе, ладонь сжимает ягодицу. Затем рука опускается вниз к бедру, снимая при этом штанишки. Жена помогает ему разоблачить себя. Взмахивая ногами, как малое дитя, она скидывает препону.

Теперь уже она начинает снимать с него семейные трусы, которые так же летят в неизвестность помещения. Яркими венами фалдуса дополняется освещение картины.

Душа девочки не может коснуться такого интересного объекта — может только получать фотонную информацию. Как раскалённый прут из горна кузнеца, член излучал жар. Окалинами тускнели чуть менее горячие, по сравнению с венами, участки пениса, создавая великолепный монумент орудию ласки.

Похотливо раздвинулись ножки женщины, открыли блеск трепещущей вагины. Как свет зари, блеск вырывался из глубины женского лона.

Душе подростка пришлось уменьшить восприятие фото потока. Пять областей вульвы излучали наибольшее свечение. Четыре полоски света по краям вагины и самая яркая из места спайки губ. Клитор сверкал огнём маяка в тёмной ночи. Сходство со светочем создавалось из-за пальцев мужчины, который лаская притягательное тепло, перекрывал обзор. Ещё три объекта озаряли темноту комнаты — соски на грудях просвечивали через ткань ночного белья, и уста, которые тоже налились кровью, соблазняя их поцеловать.

Моя душа нашёптывает душе женщины слова, которые должна сказать жена, когда окончательно проснётся.

— Любимый…! Проснись…, подбрось дровишек в мою топку…, она так нуждается в топливе, нарубленном твоим колуном.

Мужчина, наконец, просыпается, удивляется необычной просьбе супруги. Почувствовал, как молодая жена, охватила своими маленькими ладошками его жезл и водит ею по стволу, доставляя невероятную усладу, явно нарушая их недолгую традицию. Однако он отбрасывает размышления. Раскалённый скипетр оказывается у сдвоенных полосок тепла. Окунается в поток лавы текущий меж ними. Лава обжигает головку. Скипетр скрывается в лучах светоча. Два излучения сливаются в одну яркую плазму.

— Что это такое горячее течёт явно не из мочеточника? — интересуется душа девочки.

— Женская слизь, чтобы смазывались пенис и влагалище при соитиях. Смазка, по-простому. — Объясняет моя душа.

— Любимая моя, ласковая, я тебя так обожаю. Я хочу тебя всю. Ты чувствуешь мою страсть?

— Да, да…. Возьми меня…, я обожаю тебя, любимый…. Давай сделаем нашего наследника…. Пусть он будет так же умён и красив как ты, ласковый мой. Ай…ой… ещё…ещё… прошу, не останавливай…ся…. Э-э-эх.

Мужчина замирает в толчке. Несколько секунд лежит не шевелясь. Потом откидывается на бок. Твёрдый скипетр превращается в размякший свечной огарок, с которого продолжает капать воск. Но этот воск уже не согревает.

— Из мужского канальца изливается сперма — жидкость, в которой плавают сперматозоиды, живчики. — Объясняет всезнайка.

Между тем заря между ног женщины продолжает полыхать. Моя душа подсказывает душе мужчины, что ему надо, по крайней мере, успокоить жар в теле жены. А лучше будет подкинуть ещё топлива, чтобы окончательно расплавить топку. Душа советует разуму своего мужчины обратить внимание на надутые уста супруги. Минуту назад шептавшие о любви, могут произнести обидные слова. Из глубин сознания всплывает информация о куннилигусе.

Ошеломлённые души подростков наблюдают, как мужчина припал к гениталиям супруги и начал проводить различные движения губами, языком. Как молодой скаут, выискивая точки слабины врага, так и язык носился по поверхностям гениталий. Задевая чувствительные места, возвращался к ним, с большей лаской воздействовал на них. Слизывал вытекающую смесь спермы и слизи, утоляя жажду. Жажду влаги, не дополученного экстаза. Всего несколько минут, и супруга сменила обидное "Эх" на протяжное, произносимое на вдохе — "АЙЯЙ" и окончательно выдохнутое — "Фуфх", плотно сжимая бёдра, зафиксировала голову мужа в апогее…

Супруг сходил в туалет, опорожнил мочевой пузырь. Взглянул на своё отражение в зеркале. Как атлет, сжал руки, наблюдая за отвердевшими бицепсами. Улыбнулся отражению. Вспомнились ласковые слова супруги, протяжное "айяй" извещавшее о пике наслаждения. Порадовался, своему прозрению о другом способе ласки жены. Хорошее настроение воздействовало на пенис. Головка вылезла из крайней плоти как голова черепахи из панциря, как бы спрашивая: "Мы ещё потрудимся?". Мужчина почесал затылок, согласно кивнул. В тёмную спальную муж занёс разгорающийся жезл. Женщина не видела теплового излучения от пениса. Но биополем почувствовала энергетику, исходящую от ауры супруга.

Она была обескуражена. Нет! Это сделала не она!!! Кто-то, только не она, держал пенис мужа рукой, не просто держал — водил по всей его длине, ладонью ощущал жар, исходящий от органа. Кто-то, только не она, шептала постыдные слова. Но она, только она, почувствовала сладкую истому, как после сна, когда нечаянно отлежишь конечность, распрямляешь её и наслаждаешься потокам крови в органе. Только истома от сегодняшнего соития была в разы приятней. Она ощутила негу от скольжения пениса в увлажнённом влагалище. Она не знала верхней границы блаженства, просила мужа продлить фрикции и была очень обиженна за остановку. Разум ещё не овладел сознанием, когда супруг припал устами к её промежности. Языком он докатил камень до вершины горы. Камень перевалил вершину и покатился, ломая все наставления мамы:

"Только плебеи могут унизиться до грязного соития".

Называть другие слои общества, связывая их с деторождением, мама вообще отказывалась. Молодая женщина где-то слышала об оргазме, но только лишь слышала. Она помнила, что с вечера они оба совершили все подобающие чистоплотным людям гигиенические процедуры. За ночь они вряд ли могли нацеплять микробов, поэтому можно считать их тела, если не стерильными, то гигиенически чистыми. Ведь не боится же она целоваться в уста с супругом?! А по разумному размышлению рот наоборот грязней гениталий.

Вернувшийся супруг прервал её размышления и припал к её соску губами. Что тоже являлось табу в пуританской семье. Но сейчас вызвало трепет организма. За пару минут отсутствия мужа, тело жены не успело успокоиться.

Супруг тем временем опять оказался меж аппетитных, так, по крайней мере, сейчас считали муж и бестелесное создание — душа подростка, ножек.

Супруга берегла семя, которое муж впрыснул первый раз, но сам же и слизал, поэтому она обрадовалась дополнительной порции эякулята. Опять огонь страсти мешает наблюдать проникновение пениса в глубины влагалища. Душам приходится максимально понизить восприятие, чтобы внимательно разглядывать акт.

Как цинично люди называют процесс передачи любви от одного любящего сердца другому — АКТ. Актом можно назвать соитие двух подвыпивших искателей приключений на свои гениталии. Грубым актом — насилие. Извращённым — мужеложство, зоофилию.

Но в ту ночь наши души стали наблюдателями смешения двух кровей, в которых максимально сконцентрированы две любви. Молодая жена, сама того не подозревая, похотливо развела ноги и приняла в себя факел страсти. Повинуясь мысли об удобстве полноценного введения мужского органа в лоно, жена подняла попку навстречу движущемуся в неё пенису. Ахнув от услады, следующую фрикцию встретила ещё выше задрав таз, ахнув ещё громче.

В конце концов, ей начали мешать ноги — она закинула их на поясницу супругу, тем самым поставила окончательный "А-а-а-ах", сжала бёдра, сдавив рёбра мужу. Сжались не только бёдра, но и мышцы влагалища. Которые в свою очередь, выдавили обильное количество влаги, похожей на слизь.

Любящий супруг излил из себя сперму, в которой находился тот единственный сперматозоид, в силах которого проникнуть через барьеры испытаний, ведь только сильный может считаться носителем правильного генома. Живчик уже через полчаса добрался до яйцеклетки.

Удовлетворённая жена лежала в раздумьях, как ей поступить. О гневе, мысль даже не возникала, хотя прежняя — неудовлетворённая, могла нагрубить и даже отколошматить ботаника, коим был её супруг. Что же такое сказать, сделать, чтобы мужу было приятно?

Мысль возникла. Нет, она не может так сделать! "Я что проститутка? Нет, конечно. Но ведь никто не узнает, тем более мама! Я всего лишь попробую! Нет! Я хочу угодить любимому мужу! Да!".

Однако она решила придержать сюрприз до лучших времён. Через пару недель, когда наступит срок обновления яйцеклетки, и супруг будет страдать от её пятидневного физиологического недуга, она поцелует головку пениса. За это время она хотя бы разузнает, как это правильно делать. Она поборет свою брезгливость, высокомерие. Чего не сделаешь ради любви.

{4}

Молодые души, понесли информацию о сексуальных утехах, о любви, в свои тела, чтобы в сновидениях побаловать подростков видениями сексуального удовлетворения.

Моя душа вернулась в точки пространства и времени. Опять полюбовалась мной и Васей. Нарадовавшись увиденным зрелищем, душа вернулась в тело. Поделилась информацией с разумом. На экспресс консилиуме — эйфория, блаженство и нега, подкреплённые спиртным, изнасиловали совесть, вставили ей кляп в виде мужского органа, засунув в сосуд влагалища, законсервировали спермой.

— Возбуждаетесь ли вы от мысли, что за вами наблюдают во время ваших соитий или переодеваний…? Да-а-а! Все мы бабы дырявые существа!

— Эксгибиционизм. Вот как это называется. Напомните потом мне. Расскажу свою историю, — вмешалась тётка.

— Энергии в ту ночь потратили столько, что принялись варить пельмени. Побеседовали.

— Как мы будем дальше жить? — в голосе мужа слышались нотки стыда, отчаяния.

— Мне не охота ничего менять, — после долгого раздумья, когда я пыталась подобрать нужные слова, — любовь между нами только усилилась от сегодняшнего объяснения. Давай не будем ханжами, обещать не выполнимое…. Убьём червя сомнений в зародыше…. Я абсолютно и твёрдо уверенна, что ты любишь меня, так же, как и ты в обратном. Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!!!

— Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!!! — поклялся любимый.

— В каком статусе у тебя Борис? — спросил после молчания Васенька.

— Брошу его, как стану главой профкома, а сейчас я его подчинённая…. У меня чисто меркантильная выгода от безвкусных сношений. Отлучка с работы, повышенная премия, — поведала я. Но уже попала в капкан следующего вопроса:

— Кто лучше, я или любовники? — мне пришлось задуматься, чтобы не обидеть супруга унижением его достоинств.

— Если проводить аналогию с потреблением пищи, то согласись, что хорошая трапеза прекрасна разносолом. В которой, одни блюда острые, другие сладкие. Одни жидкие, вторые поджаренные. Так и вы у меня, как разные блюда одного празднования, ублажаете мой аппетит, не превосходя друг друга.

— Не боялась, что начну ревновать? Выяснять отношения с любовниками?

— Боялась. Ещё как!!! До холодного пота трусила…. Перед тем как сесть в тюрьму, папа грозил маме: "Узнаю, что скурвилась, на одну ногу наступлю, за другую возьму и раздеру прямо по щели". Он ещё ребром ладони показал, как будет рубить между маминых ног. Боялась, что ты мне так же сделаешь…. Шучу я, шучу…. Тревожилась…. Но логически рассудив, поняла, что ты не такой человек, не истеричный ханжа, заботящийся о своём благе, притесняя других. Я подчинялась воле провидения, не зная, сколько ещё вытерплю без снятия пробы, неизведанного "блюда". Может быть, если вместо Антона, был бы другой человек, после первой пробы отказалась бы от затеи.

— Меня поражает твоя деликатность — не свалила на меня: "Это ты первый начал"!

— Спасибо за комплемент. О твоих увлечениях я догадывалась. Что-то сдерживало меня от разговоров с тобой. Чуть ревновала, но наслаждалась твоим усилившимся либидо. Понимала, что ментально ты совокупляешься с другой, страстнее насилуешь меня. Прощала тебе всё. Даже надуманную мной связь с моей мамочкой…. Да…. Да…. Мама так страдала без мужчины, слушая наши стоны, что я не удивилась бы, если она совратила тебя, ведь она была ещё в самом соку…. А ещё я мыслила так — детей родила, быт потихоньку устраивается. Надо и о себе подумать. Различные женские кружки меня не устраивают. Ты знаешь, что не терплю бабский трёп. Хотелось бы в альпийский поход какой-то, или сплав по бурной реке, но это разлука с домом. Да и там я думаю, без перепихонов всё равно не обошлось бы. Не буду тебя расспрашивать кто лучше — я или любовницы…, нет, погоди, даже не любовницы, ведь любовница от слова "любовь", а любви меж вами не было, скорее так — избранницы для ублажения твоего каприза. Давай их называть "Ник", "Ница", хорошо…? Думаю, первая ница обольстила тебя запахом свежести, новизны. Хотя, скорее всего это была женщина не много младше меня. Уверена — я лучше их любой. Просто мы пахнем, излучаем тепло, по-разному.

— В кого же ты у меня такая умная?

— Да! Я — У ТЕБЯ! Дай губы — чмокну…! Ой, нет, не возбуждайся, умираю от голода…! Во мне скопилась мудрость всех самок. Начиная от первой дикой самки приматов, которая первая раздвинула ноги.

— ???

— Помнишь тот оргазм, после которого моя вагина выдаивала тебя…? В то утро я лежала прижатая твоим телом буквой "зю" в твоих глазах увидела образ зверя. И уже почти увидела видение, но начала пукать, ты засмеялся, и я потеряла образ. Но лёжа под Славкой в такой же позе, смотрела в его глаза, настроилась на связь с глобальным информативным полем и получила откровения от своей прародительницы, от которой и пошёл весь род человеческий.

Полностью рассказала о полученном знании. Васька смеялся дольше Славика, но это можно было списать на алкоголь.

— Ты знаешь, до сегодняшнего вечера не был на сто процентов уверен в твоей измене. Видел, что ты меняешься — говоришь, одеваешься, красишься по-другому. Импортное белье вообще посчитал подарком любовника. Уже как-то настроился с тобой поговорить…. Но то, как ты отдавалась мне, вносило растерянность: "Обычно женщины сразу холодеют к супругам, даже отказывают им в близости" — думал я. Опуститься до банальной слежки, претило мне. Свет мой ясный, ладушка ты моя, я горжусь тобой. Ты пятнадцать лет сохраняла мне верность. Да тебя в пример можно ставить. Первую свою любовницу, уломал после её полугодичного замужества.

— Давай сегодняшнюю ночь, назовём второй брачной? Согласен…? Да, я у тебя выдумщица! На курорты, в санатории будем ездить по отдельности, чтобы дать разрядку душе, не смущая свою любимую половинку. — ещё сильнее закрепила своё условие взаимного адюльтера.

Слопали по тарелке пельменей, выпили остатки коньяка. Легли спать физически истощёнными, морально удовлетворёнными. Вы же знаете, какая это истома?! Мм-м.

{5}

Утро. Славик, возбуждённым пенисом тычет в мои гениталии. Мне приятно, от необычных ощущений — пенис маленький, с бешеной скоростью двигается по самой поверхности вагины. Движения становятся всё быстрее, не успеваю подмахивать фрикциям. Спазм сдавливает половые органы, от этого начинаю мочиться… просыпаюсь — Василёк в благодарность за ночь, решил разбудить меня таким образом.

— Быстро неси меня на горшок, сейчас обмочусь. — кричу мужу.

…Открыла окна, проветривая запах алкоголя, мочи, любовных утех. Нагая, потягиваюсь до ломоты в костях. Показываю язык, возможным наблюдателям из окон дома напротив. Вспоминаю приключения своей души, смотрю на окна молодожёнов. Прекрасно вижу молодую супругу — она сидит на краю кровати, поглаживает низ живота, улыбаясь, замечает очертания эрегированного фалдуса. На минутку скрывается. Затем появляется обнажённой. Лезет под простыню к мужу. Голова женщины оказывается у паховой зоны мужчины — всё-таки дождался фелляции. Смотрю на другие окна, балконы. Меня прекрасно видят, развешивающие белье на своих балконах старушка, молодая мамаша. Эксгибиционизм ещё не уснул. Поглаживаю груди. Приподнимаю их, как бы пробуя на вес. Тепло в промежности наступило на моем пути к возбуждённому пенису.

— Начнём с миссионерской позы. Мышцы болят. Давно так не тренировались. Жаль, ночью крестики не ставили после эякуляций, можно было посчитать, сколько спермы выработали мои кокушки. — Муженёк ждал своей порции оргазма.

Ужом пролажу под него. Ногами притягиваю мужа к себе. Затыкаю ему рот поцелуем. Вася имел, чем заткнуть моё поддувало. Как на сеансе лечебного массажа, нежно ввёл пенис. Ласково полизывая мои уста, ушки, шею, совершал фрикции всего на половину члена. Разомлела я быстро, подмахивая, добилась от партнёра желаемой амплитуды, частоты.

Душа моя опять полетела посмотреть на состояние тела во время оргазма: изогнутое в позвоночнике тело, опирается подошвой о постель. Затылок служит ещё одной точкой опоры. Из раскрытого рта исходят клокотания слюны вперемежку с воздухом. Глаза в поволоке экстаза. Натурально эпилептический удар, только пены изо рта не хватало. Тело мужчины не может двинуться, так как пенис сжат мускулатурой влагалища.

Не удержалась от вуайеризма, метнулась под простыню молодожёнов. Просто посмотреть. Покрывало уже откинуто, обзор великолепен. Минет отвратителен,

неопытная женщина облизывает только головку. В процессе не участвуют губы, которыми можно охватить венец, ствол. Руки тоже бездействуют. Моя душа нашёптывает молоденькой душе приёмы фелляции. Возбуждённый разум женщины тут же исполняет урок. Рот всасывает чуть ли не половину пениса, затем с чмоканьем выпускает его изо рта. Супруга повторяет забавное движение. Кайфует от вкуса пениса, звуков откупориваемого шампанского.

Наташа сильно сжимает ствол пениса, радуется силе, которая ей противостоит. Где-то в памяти, из-под родительских запретов, появляется слово "Кладенец", такую ассоциацию вызвал, в общем-то, среднего размера детородный орган Юрия. Охватив ствол пениса двумя маленькими ладошками, она потрясла им, как бы угрожая врагу, опять припала ртом к горячему жезлу, придавая ещё больше могущества этому подобию меча.

Муж, проснувшийся от необычного действия, вспоминает, как сам слизывал соки из влагалища жены, постанывает. Предупреждает о возможном фонтанировании. Супруга на секунду отрывается: "Давай, любимый, я хочу попробовать твою сперму". Влажные от слюны, алые уста напоминают половые губы. Она успевает перехватить брызги фонтана. Но не все — часть спермы оказывается на верхней губе, подбородке. Она с жадностью глотает порцию за порцией свежей, сегодняшней выработки, спермы. Вкус напоминает белок куриного яйца. По-детски наивное лицо жены, обращённое к мужу, замирает в улыбке. Мужчина принимается слизывать капли. Затем поцелуи переходят всё ниже и ниже. Женщина уже знает, какие ласки может причинить язык любимого. Она отбрасывает все нравоучения мамочки.

Крамольной фразой: "На хуй вас всех, пуритан!". - затирает образ родителей, укоряющих её за примыкание к касте плебеев. Улыбается за свою смелость произнести матерное слово, которого из её уст ещё никто не слышал. Она знает, что этим "хуем" как "Кладенцом" она сможет отбиться ото всех, кто помешает ей насладиться сексом.

СВОБОДОЙ!!!

Под радостное "Да-а-а! Фуфх!" Наташи, моя душа возвращается в моё тело.

— Фух! Ах! — хриплю я, после оргазма, — Ложись на спину, не хочу полностью истощать тебя физически. Лучше минетом доведу до экстаза. — Со стопроцентной уверенностью, что ещё одна пара в сфере ста метров наслаждается сексом, говорю мужу.

Вечером этого дня, находясь на границе сон-явь, получаю мыслеграмму: "За приобщение молодожёнов к истинной любви, ты и твоё поколение вплоть до внуков, будете ограждены от болезней и несчастий! Также знай — сегодня молодая женщина зачала девочку, которая станет выдающейся музыкантшей!"

Скажите бред? Отвечу — нет. Вот случаи, которые я сама заметила.

Однажды закрыла двери и, подходя к лифту, обронила связку в щель шахты. Связка зацепилась брелоком. Пока я осторожно высвободила её, пока сама успокоилась, прошла минута. Еду в машине на работу, вижу, упала опора столба прямо на проезжую часть. Спросила у людей о происшествии, ответили, что столб упал буквально минуту назад. Не задержись я чтобы достать связку — угодила бы под столб.

А катастрофа поезда "Новосибирск — Адлер"? У нас уже были куплены билеты, я собиралась поехать с Сергеем на курорт. Обычно мы всегда летали самолётом, но мест не было. И тут внезапно узнаю, что группа музыкантов, сдала свои билеты. Я естественно поменяла поезд на самолёт. Повторяю — это только те, которые я заметила. Самым странным в случае с поездом было то, что никто в кассе "Аэрофлота" не знал нашего адреса. Но на столе оператора лежала записка: "Позвонить по телефону ******, как только появятся места на рейс до Адлера на пятое июня одна тысяча восемьдесят девятого года".

Как вы уже догадались, моя душа имела привычку улетать во время моего оргазма. Так вот, где-то, через три месяца, я опять отключилась. Душа моя полетела посмотреть на моих подопечных. Уже заметный животик, не мешал Наташе выполнять такую же позицию, какую я сама придумала во вторую брачную ночь — бёдра на плечах мужа, член во рту, супруг, стоя на ногах, вылизывает ручейки из влагалища. На кровати лежит "Камасутра" — красочная книга, иллюстрированная цветными фотографиями.

Пообщавшись с душами супругов, моя душа узнала, что каждый вечер пара занимается сексом. Начинают обычно с детального изучения тел партнёра. Заканчивают обязательно минетом, навык, по которому Наташа отшлифовала до виртуозности. За это время Наташа округлилась, прибавила в весе, лицо приобрело шелковистость, спрятались шрамы от угрей. Глаза подобрели, излучая истинную любовь. Юра тоже прибавил в весе, исчезли прыщи с лица. С родителями Наташа только созванивается и перебрасывается с мамой односложными вопросами-ответами. При упоминании плебеев, Наташа морщит лоб и уходит от темы. Более глубокое зондирование информационного поля Наташи показало о фригидности мамы, которая таким образом создала своё кредо — избавиться от упоминаний о половых связях.

{♂ 15 ♀}

— Мам Ань, последними высказываниями ты меня шокировала. Василий Петрович знает о твоих… э-э-э. Блин! Как бы мягче это назвать-то? Похождениях? — спросила мама.

— Да. Более того. Он под видом недомогания оставлял меня одну в компании, если какой-нибудь мужчина, пытался за мной ухаживать и, если…. Заметьте, ЕСЛИ, я оказывала претенденту внимание. Также и я не возражала против исчезновений Васи с празднований с понравившейся ему дамой.

— Ах-уеть…! Потом делились впечатлениями?

— За редким исключением — нет. По молчаливому согласию, никаких тем на эти ситуации. Не хвастались, не спрашивали. Как будто не было никаких интрижек. Опять же по молчаливому согласию, случки с другими партнёрами проходили где угодно, только не в нашей квартире.

Как-то вечером, Вася рассказывает:

— На завод приехали наладчики оборудования. Женщина и мужчина. Лет на пять младше нас с тобой. Дама в моем вкусе. Она согласна на близость. Мужчина является помехой — она боится, что по приезду в Москву, он начнёт шантажировать её. Ты сможешь отвлечь его? Я думаю, он в твоём вкусе. Галантный кавалер с аристократическими манерами.

— Джентльмен шантажист? Странное сочетание. Ты так не считаешь?

— Я думаю, что он просто ей не нравится. Поэтому выдумала про шантаж. Так как насчёт двойного развлечения! Они завтра последний день, послезавтра улетают.

— Не слышал чмок?

— ???

— Забыл, что я легковозбудимая? Я уже фантазирую, поэтому лепестки расправляются, увлажняясь…. Завтра я закажу двойной номер в профилактории. Обычный номер на семью с двумя детьми. Один сексодром и две полуторки. Подъеду к пяти часам к вашей проходной и как будто случайно с вами встречусь. Я твоя кузина…. Нет! Не случайно! Будто я приехала хвастаться машиной. Остальное по мере поступления вопросов. Сам-то возбудился от предчувствия послушать, как будут сношать меня…? Также не смущайся, если я буду за вами подглядывать — первый раз порно всё-таки.

— Надо будет предупредить Ольгу, чтобы она не смутилась. Давай сегодня позиция шестьдесят девять, чтобы не тратить физическую силу. И твои соки повышают моё либидо!

— Только мои?

— Любые женские, если быть точнее…. О-о-о! Как тут много возбудителя!

И мы в такой позиции — я над лицом мужа нависаю своей промежностью. Всё-таки меньше обоссым постель. Ой! Да, что это я вам расписываю, будто вы не знаете такую позу.

Тёплые майские деньки. Оделась вызывающе, в свободную юбку. Блузка с рукавами до локтей. Декольте "не оторвать глаз". Сходила к парикмахеру, сделала завивку. Аромат духов испытанный на некоторых особях, показал стойкое пленение. С туфлями на высоких каблуках, возникла заминка — давать на педали неудобно. Взяла сменную обувь — лёгкие кеды.

К оговорённому времени, окликнула:

— Вася…! Здравствуй, братик! Вот приехала наконец-то показать машину.

— Молодец. Я думал, зажала обмывку. У меня даже есть приятная компания для этого. Знакомься — это товарищи из Москвы. Ольга Александровна. Георгий Иванович. А это моя кузина Анна Андреевна.

— Можно просто Григорий. — галантно целуя, протянутую мной руку, щебетал кавалер. Непримечательного телосложения мужчина, излучал энергию молодости.

В отличие от него, Ольга выделялась пухлой фигурой. Ямочки на суставах — локтях, коленях, говорили об её медленном ожирении. Знаете, такие опухающие пальчики, как у купидончиков на картинах? Щёчки тоже с ямочками. Ноги, как конуса, точенные на токарном станке, начинались с маленькой ступни, ровно поднимались к упругой попке. Не сказала бы, что она жирная. Скорее пышечка.

Натуральная брюнетка.

— Я специально приехала обмыть бибику…. Вы, сеньорита…, вы сеньор…, не будете против пары бутылок вина? Спрыснем по русскому обычаю обновку.

Москвичи не были против кутежа. Повезла их к ресторану. Гоша сел рядом на переднее сиденье. Мне дальше не надо было пленить кавалера — как насекомое в паутине, трепетал возле меня. Прилип глазами к открытым бёдрам, очертаниям грудей, которые колыхались во время манёвров машины. Воспитанная галантность не позволяли прилипнуть руками, языком.

Перед входом в ресторан, Гоша, извинившись, отлучился. Пока мы занимали места у столика, вернулся с двумя букетами цветов.

— Дамы, позвольте притенить вашу яркость цветами. Хотя я сомневаюсь, что несколько роз смогут закрыть от взора элегантность ваших фигур. Скорее они сыграют обратную роль — ещё больше привлекут внимание к вам, Анна…, можно просто Анна…? К тебе, милая Оля!

Если рассказывать все речи, произнесённые за столом, не хватит сегодняшней ночи. Алкоголь сблизил нас. Ольга оказалась энергичной танцовщицей. Она шёпотом поведала мне, что такой пампушкой была всегда. И чтобы окончательно не разжиреть, ходит в танцевальный кружок. Даже учувствовала в соревнованиях по твисту.

— Предлагаю продолжить вечер в загородном профилактории. Там свежий воздух. Можно посидеть на террасе, послушать тишь природы. Вась, ты не торопишься…? А вас, ребятки, я и спрашивать не буду. Какие могут быть дела у командированных людей!?

С тремя бутылками вина, мы оказались в номере. Под музыку из магнитофона принялись танцевать. Вася открыто лапал аппетитные телеса Ольги. Она тоже страстно прижималась передком к его бугру меж бёдер. Не тринадцатилетний юноша, Гоша понял, что ночь продолжится в постели, поэтому не стал фамильярничать и тоже испытывал мою пятую точку на упругость. Целовал шею, ушко. Я первая удалилась в ванну. Ополоснулась. Вышла к ним в халате. Ольга дольше меня мылась. Бедный Гоша извёлся, ожидая своей очереди. Вася тоже не терпел запустить гулять жеребца.

— Разыграем, кому достаётся большая кровать. Те полуторки придётся сдвинуть. — предложила я. Мне не повезло.

Пока Гоша мылся, мы втроём сдвинули кровати, застелили простыни. Кровати находились в разных комнатах, отделённых стеной.

Ник вышел освежавший, в халате. Сел на край кровати. Прикрыв дверь, я принялась показывать стриптиз. В глазах у меня всплыл образ, танцевавшей испанский танец, Ольги. Щёлкая пальцами, изображала игру кастаньетами. Поясок халата от движений развязался, полы халата разошлись, раскрылось моё тело. Сбросить халат, тряхнув плечами, секундное дело. Походкой охотящейся кошки подошла к нему. Взяла лицо в ладони и поцеловала.

Он встал, сбросил халат, показывая с каким оружием идальго, пришёл на битву. С таким копьём можно идти во второй шеренге и протыкать врагов насквозь. Только вовремя подхвативший меня кабальеро, не дал упасть моему телу на ослабших ножках.

— Не бойся, я буду предельно осторожен, — нашёптывал заклинания ник, подводя в лежанке. Уложил аккуратно на подушку мою голову. Прилёг рядом. Полез к промежности. Ощетинившийся организм, напомнил мне про случаи с Антоном и Егором. Мужчина проверил поток лавы из кунки. Занял позицию для атаки.

Мысленно командую мышцам влагалища расслабиться, впустить древко. Острие копья вымазывается влагой. Слизь покрывает головку, размазывается по ещё не увлажнённым местам. Расслабившаяся вагина, открылась для пропуска бойца. Как в штыковой атаке, воин, протыкая одного неприятеля, передвигается на шаг для ранения следующего. Так и ник, входил в меня всё глубже. Ранения всё приятнее, уже сама насаживаюсь на копьё во всю его длину. "Ахи" переросли в хрипы. Одновременно ник наносит ласкающие повреждения по поверхностям грудей, сжимает их соски, впивается поцелуями. Я губами захватываю мочку его уха и совершаю сосательные действия. У ника в мочке оказывается эрогенная зона, мурашки пробегают по его телу. Самая большая мурашка увеличивается в размере — не значительно, но приятно. Я плотнее сжимаю мышцы вагины, партнёр стонет в предвкушении победы.

Пятиминутная атака. Сражающиеся войны, с охами и ахами, попадают в воронку оргазма. Экстаз их крутит, слепит глаза фейерверком.

Закрываю пробоину салфеткой — не хочу лежать на мокрой постели. Ник поглаживал, успокаивал моё тело. Лёгкими поцелуями в плечо, благодарил за соитие. Нашёптывал всякую чушь, от которой мне стало ещё веселей.

— Действительно, ты был так нежен. Благодарю тебя, милый любовничек. Я на секундочку. — побежала опорожнять влагалище.

Вася, последним зашедший в комнату, не закрыл дверь. Свет от уличных фонарей освещал помещение. Держа себя руками за ступни, Ольга подмахивала с такой яростью, что казалось, необъезженная кобыла желала сбросить ковбоя. Я забежала в туалет, подмылась и вернулась к нику.

— Иди, ополоснись…. Если тебе позволяет воспитание, можешь обратить внимание на другую пару.

Вернувшийся мужчина, хмыкнул: "Интересненько. Силен, однако, твой братец!".

Гордость за мужа обрадовала меня.

— Однако и дама тоже сильна, не ожидала такой энергичной стойкости. Пойдём, понаблюдаем. Ни разу не видела совокупляющуюся пару.

— Вуайеризмом страдаешь…? Я тоже любитель подсматривать…. Пошли.

Высунулись из-за косяка, подглядываем. Ольга уже в позе наездницы, подскакивает на Васином члене. Охает не переставая. Мамочку зовёт на поддержку. Она к нам спиной, нас не видит. Я показала мужу, вздёрнутый большой палец мол: "Во! Молодец", видимо у мужа от одобрения, член чуть увеличился в размере — вздохи самки стали громче.

Чувствую, у ника шевельнулся орган. Раз дёрнулся…, другой. Подёргивания всё чаще, сменились тычками в моё бедро. Руки полезли меж моих ляжек. С чавканьем раскрылось влагалище. Дыхание участилось. Повернулась к нику, подставила губы для поцелуя. Затем опустилась к несколько вялому органу. Лизнула головку, провела языком по стволу. Пальчики не забывают про мошонку. Погружаю фалдус по горло в рот, наблюдаю за Васей. В предчувствии своего оргазма, прекращаю сосать. Встала в проёме двери, так чтобы видел Вася. Подняла ногу. Заправила в себя фалдус ника. Запрыгнула на его грудь, ухватившись руками за шею. Мужчина понёс меня на постель.

К следующему коитусу, я была более подготовленной. В позе амазонки, понеслась к эйфории. Мужчина, быстро сдавшийся во время первого сражения, теперь брал реванш, мысленно сравниваясь с Василием, желал доказать свою потенцию. Первый мой оргазм, даже не заметил, продолжал таранить моё тело. От второго оргазма, я упала ему на грудь, требуя пощады. Смилостивившись, ник поставил меня в позицию "приделать хвост", ухватил за талию, пошёл в следующую атаку.

От дверей послышался шёпот, посмотрела — Вася с Ольгой разглядывают нашу гонку. Муж сзади массирует груди Ольги. Та, подмахивая попкой, возбуждает моего миленького муженька. Я уже не участвую в битве, сложила голову на постель, и жду окончания акта. Гоша последним тычком, добивается моего: "А-а-а-а-ай!!! Фух!!!"

Пофигу, что сперма вытекает на простыню, пофигу жажда томящая горло. Засыпаю вместе с ником…. Просыпаюсь от ржания через стенку. Иду подмываться — смазка, несколько минут назад, доставлявшая удовольствие, теперь раздражает.

Подмылась. Гоша спит мертвецким сном. Запах блуда из соседней комнаты призывает к себе. Да и напитки там. Захожу. Ольга опять в позе воительницы, оседлала моего жеребца. На фоне полного тела, её груди четвёртого размера, казались маленькими. Дама останавливается от моего появления. Наливаю два бокала вина. Один подаю Ольге. Со второго отхлёбываю половину. Запускаю пальцы себе в вагину, достаю влагу. Ополаскиваю пальцы в вине. Ещё три раза повторяю действие. Как раненному солдату, поднимаю Василию голову и пою его вином: "Тебе нужен, эликсир, пей, братик".

— У вас тут весело. Я посижу. — утверждаю, почувствовав себя доминантной самкой в нашем мирке. Включаю торшер, стоящий у кровати. Мои слова и действия возбуждают кобылицу. Она просит приделать ей хвост. Становится раком, выпирая, и так не маленький пердильник. Две дойки как коровье вымя свешиваются от груди. Ареолы сосков огромными пятнами, в синеватых прожилках, дополняют картину. До того незаметный живот, здоровенным жирным куском, тоже сваливается книзу.

Вася резко загоняет фалдус в мандень кобылы. "Нет! Не в ту дырочку…! Милая, подай тюбик из сумочки. Хвост

…нужно приделывать к анусу. Вася, загони туда, я привычная" — ошеломляет нас с Васей, Ольга, пытаясь сместить доминанту. Насколько позволяли мои познания в латыни, догадалась, что это специальный анальный гель, с эффектом прохлады и ароматом лаванды.

Хорошо смазав анус и пенис гелем, муж загоняет взбрыкивающего жеребца под кожу. Ослица с кряхтением впускает пенис в уже разработанное очко, устраивается удобней. Сиськи мотыляются от живота к подбородку. Закатив глаза, закусив губу, Ольга млеет от фрикций. Непонятные звуки раздаются из горла женщины. К запаху блуда подмешивается вонь из ануса, которая смешиваясь с лавандовым ароматом, только усугубляла её. Задубевший член, часто показывается из чёрного, как у негритянки сфинктера. Коричневый ободок на светло-красном пенисе, объясняет, от чего вонь в помещении. Вася выстреливает в кишку ослицы. Я ухожу. Вася следом бежит смывать говно.

"Надо спасать Васю, не то Ольга сотрёт мой любимый инструмент". Бужу Гошу. Шепчу на ушко, чтобы просыпался:

"В самолёте выспишься. Лови момент, пока мы тёпленькие"

— Ты, знаешь, сегодня удобный случай…, я давно хочу испробовать член брата. Давай застигнем их врасплох. Ты возьмёшь Ольгу…, наверно хочешь её…? Тебя ведь возбуждает её попка? А я кончаю от мысли о брате. Посмотрела, как Вася её имеет, извелась желанием. Они сейчас лежат, отдыхают. Сначала лягу возле Васьки, а ты следом пристройся к попе подружки.

Гоше идея понравилась. Я зашла в комнату, налила вина, выпила. Легла сзади мужа. "Братик, я возле тебя полежать хочу, не прогоняй меня, миленький, любименький братик". Гоша, пристроившийся к попе Ольге, вспугнул её, но потом она повернулась к Григорию лицом и принялась его целовать. Я взяла Васю за руку, увела в другую спальню. Закрыла обе двери.

— От последней позиции я резко возбудилась, но затем чуть не обрыгалась от смрада…. Как ты вытерпел…? Лежи, лежи, не шевелись, любимый. Успокаивайся.

Уснула, сквозь сон слышала ещё ржание. Вот такое приключение на Васин член выпало.

{♂ 16 ♀}

— Запал, на пухленькую попку Ольги…. Обнажённой, жопа мне разонравилась — прыщавая, мышцы при ходьбе сбиваются в ужасные узлы. — повествовал Вася следующим вечером дома. — Вагина, извини, разъёбана как кувшин, или у неё конституция такая. Не поверишь — до матки не доставал, как в колодец какой-то окунался. Никакого кайфа от облегающих сжатий при оргазме. Больше пухленьких пышек не буду выбирать. Даже стороной обходить буду. А уж в жопу ебать тем более. Даже тебя! Не уговаривай. Лучше членом пожертвую! — будто я его уламывать собиралась.

— Я находилась в прострации от мысли, что ты, хорошенький мой, находишься рядом. Наверно в астральном плане, моя вагина соучаствовала с влагалищем Ольги. Меня это так возбудило, что я не запомнила коитусы с ником…. Теперь, смакуя, привирая, будут хвастать перед друзьями, подружками в Москве — заебали, мол, сибиряков…. Ты то, надеюсь, не хвастаешь о своих победах?

— Огорчу тебя, лапушка, хвастаюсь. Не во всех подробностях, но делюсь с мужиками в гараже. Они мне доверяют свои тайны, я тоже. О наших интересных отношениях ни слова. А ты делишься с кем-либо?

— Значит, занимаетесь вербальной мастурбацией? Может, потом достаёте пенисы и суходрочкой доходите до эякуляции? Письками меряетесь? — но сразу перешла на другую тему, потому что начала возбуждаться. — Орлову я перевела в статус "знакомая", после того как она сообщила мне о твоих увлечениях. Спрашиваю: "Зачем ты мне это говоришь?", "Ну, чтобы ты знала правду. Мы же подружки, должны делиться горестью". "А ты не думаешь, что такими новостями ты ранишь сердце подружки? Мне ведь больно слышать это от тебя. Я бы не стала огорчать тебя. Теперь ты мне просто знакомая!" Арцыбашева уехала. Семенова спилась. Ты, моя лапушка, самая близкая моя подружка, тебе я все интимные истории ведаю. Вот хочешь, даже расскажу…. О том, как тужусь на горшке? Более нет у меня интимней темы. Или как вставляю затычку? Хочешь?

— Ой, нет!

— Ещё в роли задушевных подружек имею Антона и Славика. С ними я не вытворяла то, что делала с тобой во вторую брачную ночь. Но поведала им о нашем разговоре. Извини, если тебя это очень удручает…. Антон опять поразился моему разуму. Славка, поражённый известием, несколько минут лежал в ступоре. Если ты продолжишь рассказ, о чём вы разговариваете в гараже, я истекусь от возбуждения…. Котик мой, не стесняйся, давай, во всех красках расскажи, пожалуйста. — всё-таки не удержалась сама от словестной дрочки.

— Представим, ты юный помощник автомеханика, или ещё какого-либо рабочего. Ты надеваешь комбинезон-унисекс. Волосы прячешь под берет. Груди обматываешь, чтобы не выпирали. Сигарету в зубы. Садишься на корточки и слушаешь байки. Временами чвыркаешь через зубы. При словах: "О, смотрите, тёлка идёт!", соскакиваешь, чешешь яйца.

— Минутку. Объясни термины — чвыркаешь через зубы, чешешь яйца.

— Сплёвываешь слюну через просвет в зубах. Натурально чешешь яйца, потому, что они у тебя затекли. Временами даже раздвигаешь ягодицы, по-мужски говоря — полужопенки, полупопенки, потому что и там плохо кровь циркулировала.

Так вот, при осмотре "тёлки", некоторые говорят, что именно привлекло их внимание. Естественно, что сильнее выделяется, то и привлекает — попа, груди, стройность фигуры. Дальше следует действие, на которое пойдут самцы — натяну на кукан, отпендорю, дам пососать, обвафляю, то бишь — спущу на лицо, в рот…. И многое другое. У кого-то всплывают ассоциации, связанные с похожей кралей. Начинается трёп. Но не досконально. Только общее — я такую, в таком-то году, в такой-то позе, уделал — она в раскорячку уползла. От услышанного у молодого пацана, роль которого играешь ты, начинает давить в промежности. Он может только зайти за гараж и помочиться. Ну, или вздрочнуть, если уж совсем прижмёт. Ах, да! У тебя отсутствуют яйца и член — не годишься ТЫ в космонавТЫ…. А вот это уже провокация, милая! Я тебе рассказываю, стараюсь, а ты дрочишь себе и мне, отвлекаешь от нити сюжета…. Всё ты попалась, сейчас будет страшная кара…. Натяну на кукан, вздрючу, отдеру….

— Ха-ха-ха! Ой-ёй, мамочки! Помогите! Хулиган девственности лишает…! Да, я щас сама тебя выебу, чпокну, дам отсосать и как там… — обвафляю, салажонок. Ах! Ой!

— Не кричи, детей разбудишь. Андрей там наверно писюн сотрёт от мастурбации.

Утром позвонила Зина, гинеколог, попросила о личной встрече. Сговорились встретиться в обед в кафешке.

— Блин, подруга! Мои познания в сексе, не удержали мужа в семье, дело идёт к разводу. Нашёл какую-то молодку, говорит о любви к ней…. Фиг поймёт этих мужчин, вроде всё правильно делаю, но видимо нет. Пошла я тоже в загул. Благо Настёнку могу с мамой оставить, иногда сутками их не вижу, с блядок сразу на работу…. Ты мне душу растревожила много сантиметровой, долго функционирующей занозой. Давай созванивайся с обладателем уникального прибора, я уже в нетерпении.

По её рассказам в роддоме, как они с мужем любили друг друга, так это уникальная любовь была. Но видимо на её странице книги судеб было так написано. Муж её погулял, она тоже. Конечно, я позвонила Егору. Потом опять сошлись, склепали ещё одного ребёнка. Как вы уже догадались — в воспламенившей любви душа моя повинна.

{♂ 17 ♀}

Видимо от моих искажающих действительность желаний, когда я врала Гоше: "Я давно хочу испробовать член брата", произошёл трагичный случай. Вернулась блудная сестра Васи, Настя. Я только знала, что у Васи есть сестра. Где она и что с ней, никто не знал. Исчезла она двадцать два года назад. Несколько раз за это время приходили открытки с поздравлениями с новым годом. Последний раз открытку получили более семи лет назад.

— Здравствуй, Аня. — приветствовала меня женщина. Ниже меня ростом на целую голову. На вид ей можно было дать все пятьдесят лет. Возраст добавляли седые волосы и сильно загорелая кожа. — Пропустишь или так, и будем на пороге стоять?

— Здравствуйте. Проходите. — ответила я оторопевшая. Указала на диван. — Вот сюда можно присесть.

— Извини, я без приглашения. Ах, ты, черт! Извини, я Анастасия, сестра Васи. У папани узнала ваш адрес. Дома братик? Мальчишки вроде у вас!? Они дома? — она тараторила, будто боялась, что её перебьют.

— Они все на даче. Часа через полтора ребята приедут, а Вася там останется.

— Это хорошо, что он один там будет. Мне надо с ним наедине поговорить. Как мне туда добраться?

— Андрей тебя отвезёт. Я сейчас приготовлю чай. Посиди тут.

— Нет, чая не надо. Есть напиток покрепче…? Давай.

До приезда мальчиков, мы сидели, попивали коньяк, разговаривали. В основном она расспрашивала о нашей семье, обо мне. Начала разговор о верности.

— Вася ходок налево…? — после моего молчания, пока я подбирала слова, продолжила. — Весь в папу. Тот тоже по молодости гулёна был. Мама его дубасила, умоляла, грозилась разойтись. К тебе, кстати, не приставал?

— Нет, не приставал. Всегда ведёт себя тактично. Только после твоего заявления узнала о его увлечении. Многие мужчины заводят интрижки. А с Васей мы живём отлично. Я ему не мешаю, он мне. Только родителям не говори. Хотя мы огласки не боимся, но поберечь здоровье стариков надо.

— Вот значит, как решила проблему.

— Никогда не считала мелкую интрижку мужа проблемой. Меня любит, детей обожает…. Вот мои мальчики приехали…. Дети…, знакомьтесь, это ваша тётя Настя…. Папа о ней рассказывал.

Познакомились. Потом Андрей повёз её на дачу. Оставил там с Васей.

По виду мужа в воскресенье вечером, я поняла, что-то случилось. Оставшись наедине со мной, рассказал:

— Я её не узнал. Только когда она начала смеяться над моей оторопью, узнал. Очень она в детстве и юности озорная была. Напроказничает и смеётся. Андрей уехал. Настя спросила, топлена ли баня. Пошла купаться. Кликнула меня похлестать её веником. Переоделся в банные шорты. Не стесняясь меня, сестра оголилась. Легла на живот. Аня! Её хлестали кнутом! Несколько следов от шрамов явно выделялись на спине. Постегал её спину веничком. Перевернул на спину. Шрам на молочной железе. Шрам от аппендицита. Это самые заметные. Мелкие шрамы от ожогов сигаретами.

Мы сидели в предбаннике пили чай с травами. Она легко отвечала на мои вопросы.

— Мне было семнадцать, я так и не понял, из-за чего ты так резко сбежала. Что случилось? Мама только тебя обвиняла. Папа молчал.

— Да! Это я виновата. Раздвинула ноги перед отцом. Он же у нас бабник. Всё началось ещё раньше. Тебя, почему-то обходили стороной их ссоры или ты сам не обращал внимания на склоки. Часто из их ругани слышала матерные слова, описания как отец совокупляется с лярвами. Так мама называла любовниц папы. Мне, одиннадцатилетней, легко было нафантазировать процесс соития папы. Потом они мирились, не закрывая дверей, придавались утехам. С твоей кровати не видно было их ложе, с моей видно. Временами одеяло сползало с них, и они оголялись.

К половозрелому возрасту, я уже онанировала, представляя соития с отцом. Нюхала его грязное белье, подглядывала за ним, когда он был голым. За тобой тоже подглядывала. Ты начал дрочить, соблазняя меня. Я разрывалась в желаниях. Член у папы был больше твоего. Но ты был моложе и доступней. Спали то мы в одной комнате. Захотела подгадать наш с тобой акт к твоему четырнадцатилетию. Подарок, так сказать.

За неделю до твоего праздника папа пришёл с работы раньше обычного времени. Я лежала на кровати и наслаждалась мастурбацией. Абсолютно нагая, дрочила, представляя сначала тебя голым, подрачивающим. Затем папу у себя меж ног. Кончила как обычно — довольно страстно для пятнадцатилетней девочки. Когда открыла глаза, то увидела папу наяву. Эмоции искажали его лицо с такой скоростью, что я не могла понять его отношение к конфузу.

— Девушка ещё? — Что угодно я готова была услышать. На мой кивок он продолжил. — Ну, хоть одну целку поломаю. — Ещё сильнее шокируя меня. Принялся скидывать одежду.

Не так я представляла свой акт дефлорации. От него пахло перегаром, машинным маслом, пóтом. Небритое лицо царапало мои щёки. Грубые шершавые руки рабочего человека, царапали ягодицы, груди. Это я запомнила. Боли от дефлорации не чувствовала. Стыда тоже не испытывала, мне стало хорошо от мысли, что теперь папа будет заниматься со мной сексом. После соития, я разглядывала его причиндал, ласкала, называла всякими глупыми именами. Дурочка, что с меня взять. По уговору, на следующий день опять сношались. Уже внимательно прислушивалась к его ласкам, проникновению. Как же мне понравился папин пенис. Твёрдый, тёплый и главное живой. Он вздрагивал от прикосновений. Оргазм, не схожий с экстазом от мастурбации, оказался выше моих чаяний.

Рассказывая ему о подглядывании за ним с мамой, добилась повторной эрекции. Обрадовалась новому знанию. При следующих соитиях, фантазировала о необычных чувствах, которые могли бы меня постигнуть при разнообразии в позах. Папочка опять возбудился второй раз. Сам стал играть моими сисичками и писечкой.

Бутон тебе, братик, не достался. Вот не поверишь, по ночам я сидела, свесив ноги с кровати, мне оставалось сделать шаг, и я могла лечь к тебе под бок, насладиться ещё одним членом. Но моё дурацкое желание сделать тебе подарок, останавливало меня. По утрам ты, зажав эрегированный член, пробегал мимо меня в туалет. Буквально в полуметре от меня находился желанный пестик.

На твоё пятнадцатилетие у меня случились месячные. Внезапная беременность, даже не знаю от кого, от папы или от парней, совокуплявшихся со мной в подъездах, испортила тебе подарок к следующему дню. Вычищая матку, старуха порушила во мне способность беременеть.

Мы с тобой рассорились из-за пустяка к семнадцатилетию, к последнему дню рождения, когда я ещё жила с вами. Да и страсть моя к тебе прошла. Миловалась с другими парнями, больше прячась от отца, чем от матери. Он уже считал меня своей женой. Как только появлялась возможность нам с папой покувыркаться, мы не упускали её. Учёбу забросила. Зачем мне знания, когда охота сношаться?!

— Ты ведь не родная мне дочь. — сказал он мне однажды. — Мамку твою, брюхатой в жены взял. Станешь взрослой, уедем от них. Я тебе буду денег давать, ты прячь, чтобы мамка не нашла. Накопим деньжат, поедем на юг. Я там служил, там тепло. Зимы считай, не бывает.

Мать радовалась, что папа стал чаще бывать дома, решила — бросил блядовать. Как там у блатных? "Бог не фраер, он всё видит". Я лежала под папой и громко стенала, приговаривая: "Давай любименький, давай, муженёк, вставляй глубже, покажи, как ты любишь свою молодую жёнушку. Я рожу тебе мальчика, девочку".

И так всегда агрессивная мама, услышав такие слова от восемнадцатилетней дочери опешила, но, когда поняла, что на мне папочка, устроила такой торнадо… ой ужас.

— Лярва! Лярва!!! Говорили мне — вытрави зародыша, вытрави! Родила на свою голову. Лярва! — кричала в истерике мама. Не плакала. Зло исказило её лицо. — Убирайся из моего дома, лярва!

Как дворник метёт мусор — "Лярва" и нет моих воспоминаний о детстве. В другую сторону метнёт — "Лярва" и нет теплоты в душе. Прошлась метлой по дороге моей жизни, ничего не оставила. Лучше бы она меня там же и убила.

Папу она не трогала, больше на мне отыгрывалась. Он закрыл её рот рукой и увёл из спальни. Под звон в ушах — "Лярва!!!", я покидала в сумку одежду. Взяла накопленные деньги и последний раз закрыла дверь родного дома. Через трое суток была уже в Ленинграде. Черканула письмо папе.

Без всяких знаний, без опыта, трудиться никуда не брали. Спала на вокзале. Оттуда же я попала к сутенёру Коле. За то, что я любила больше всего — трахаться, мне ещё деньги приплачивали. Я очумела от такой жизни. Огни большого города, иностранные туристы, короче, сам понимаешь…. Кормили, устроили к бабусе на квартиру. Опытные подружки обучили приёмам, как лучше ублажать мужиков. "Охай, ахай, громче, мужики сами напрашиваться к тебе будут" — говорил Коля, после "экзаменов". В пьянках, оргиях, я не заметила, как пролетело пять лет. Как раз момент просветления настал под новый год. Отправила папе открытку "Поздравляю с новым годом!" Сама не знала, как он там после скандала. Живёт он с мамой или нет? Облегчала душу этим посланием, короче.

Не помню, когда в следующий раз поздравила его с новым годом. Три раза из Ленинграда и один раз из Крыма. Потом угадила в рабство. В Андижане пробыла вот до этих пор. Алибек, который заманил меня из Крыма, продал меня Закиру. Уже не молодая, я обслуживала его родственников и гостей. Не! Я не плакала. Была всем довольна, что надо дуре, у которой вместо мозгов влагалище? Сношали регулярно, кормили отлично. В этом их не упрекнёшь. Переломным моментом стала фраза Закира: "Иди, ублажи брата!" Из-под кучи листвы "Лярва", вырос твой образ. Твой, милый братик. Как же я про тебя забыла, видимо действительно мама сгребла поганой метлой все мои чувства.

В тот день была под кайфом от плана, который там курят с пелёнок. Целуя младшего братишку Закира, я целовала тебя, Вася. Я отдавалась тебе. Каждого последующего мужчину, ублажала, представляя твой образ. Попросилась у Закира типа в отпуск. Мол, съезжу и вернусь, проведаю родственников. Покажусь сама. Отказал. Начала готовиться к побегу. По мелочи воровала деньги, прятала под матрасом в своей келье. На вокзале поймали. Привезли к хозяину. Десять раз хлестнул по спине. Неделю валялась от ран. Уже не считали за человека, использовали как пепельницу. Пьяными куражились.

Видимо от мелких ран души, сердце, разрываемое болью по тебе, обрастая новыми шрамами, в какой-то момент приобрело серьёзную болячку. Стала задыхаться временами. Знакомый врач, послал на рентген. Выявили рак сердца. Мне осталось жизни с месяц. Врач сказал об этом Закиру. Тот подумал и сказал мне.

— По магометанским законам, я не могу бросить твоё тело псам. И хоронить не буду. Вот тебе деньги, паспорт твой. Уходи.

— Похоронишь…? Можно я здесь поживу…, верней доживу…? Может завтра, может через месяц, умру. Васенька, миленький братик, я хочу почувствовать тебя в себе…, прости меня дуру…, но только ради этого я… сюда приехала, выследила… папу, узнала твой… адрес. Если бы не ты, я там и умирала бы. Может в канаве…, мо…жет в ре…ке. — всё чаще всхлипывая, проливая на меня литры слёз, упрашивала меня сестра.

Обычная женщина, как миллионы женщин, имеющая такой же набор женских прелестей. Нюанс в том, что это моя сестра. Пусть я отвык от неё, считал пропавшей. Она предлагала мне перейти тот барьер, который я морально себе установил — инцест запрещён. В юности, я мог бы…, да что там "мог", я с радостью принял бы такое предложение.

— Я не стал говорить, что мама в течение пары дней выкинула из дома все её вещи, разорвала фотографии, документы. Уничтожила все следы, напоминающие о Насте. Закрасила пометки об изменении роста на косяке дверей. Поменяла обои, в теперь уже моей спальне. Выкинула кровать, матрас. Действительно, как ураган прошлась по квартире. У меня в то время в голове была ты, я приходил поздно, уходил рано. Стыдно, но я сам всего однажды поинтересовался о пропавшей сестре…. Она там, на даче, ждёт моего решения. Я прошу совета у тебя, солнышко.

— Завтра же, после работы езжай к ней. Обогрей. Забудь про табу. Она нуждается в тебе. Я днём вырвусь, привезу свежей еды. Борща, наварю. Потом разузнаю о её болячке, может, в больницу определим.

— Я ей предлагал, она категорически против медицинских осмотров и тем более лечении. "Я приползла быть похороненной, так как уже больше двадцати лет мертва". — сказала она, не плача, сухо, как о решённом вопросе.

Написала заявление о неоплачиваемом отпуске на неделю. Поехала на дачу, прихватив продуктов. Вместе с Настей приготовили отменный борщ. Выпили коньяка. Иногда смеясь, чаще всхлипывая, она повествовала о своей жизни. Повторила то, что Вася мне говорил.

О жизни в Ленинграде и в Крыму говорила восторженно, радостно смеясь. Вещизмом, как мы, оседлые, не страдала. Деньги давались ей легко, выбрасывала не жалея одежду, обувь. Покупала новое. В Андижан она приехала с дамской сумочкой, в которой была косметика, паспорт и деньги.

Вечером приехал муж. Поужинали втроём как семья. Я постелила им на нашем супружеском ложе. Сама спала на кровати Серёги. На следующий день Вася с утра поехал на работу, тоже написал заявление об отпуске по семейным обстоятельствам. Чтобы подольше быть с Настей.

Болтали втроём обо всём, стараясь не задевать темы, связанные с исчезновением, родителями. Вечером пошли купаться на озеро. Затем обогревались в бане, так как Настя уже привыкла к южному климату и замерзала мгновенно. Таких страшных шрамов я не видела. Рубцы от них перекрещивались меж собой, накладываясь на ребра, представлялись ещё ужаснее. Муж сделал ей массаж, завернул в махровый халат и унёс в дом на кровать.

В эти моменты я старалась быть незаметной, чтобы не нарушать ауру любви. Платонической, плотской, родственной. Слышала их стоны, смех. Сама радовалась за них. Двое суток так продолжалось. Днём я была ей подружкой, ночью Вася мужем. В пятницу утром она не проснулась.

{♂ 18 ♀}

Через пять лет после начала моей карьеры, удачно подвернулась вот эта четырёхкомнатная хата. Владельцы уезжали в Германию, и мы её купили, провернув валютную операцию. Трёхкомнатную не сдали управлению, хотя по законам СССР так принято было. Её мы разменяли на двушку и однушку. Большую жилплощадь подарили Андрею в виде свадебного подношения. В однушке соорудили конспиративную квартиру для встреч с никами. Как у шпионов, цветочный горшок на кухонном окне, говорил о занятости помещения.

Один из ников, с которым у меня был сексуальный контакт, попросил об услуге. Его семнадцатилетний сын боялся близости с женщинами. С эрекцией у парня всё в порядке. От меня требовалось раскрепостить юнца: "Ему скоро в армию, а он не знает, что такое совковое масло".

— Ха-ха-ха! Извини. Я сама не знаю, что это такое. Но логически рассудив, думаю, что это влагалищная смазка. Правильно?

— Да. Смешанная со спермой. Знаешь, я после встреч с тобой, обрёл новую любовь в лице своей супруги. Ты подсказала, что в сексе нет запретных тем. Запретных ласк. Тонкими намёками, приучил Надю к оральным ласкам. К разнообразию позиций. Сын Серёжа, при откровении со мной, рассказал, что со своей девушкой, дальше поцелуев не может пойти. Как будто сковывает его что-то. Хотя он у меня, храбрец среди молодых парней, самбист. Хочет обязательно пойти в десантники.

— Дай мне несколько минут, для обдумывания плана.

Меня чуть смутил возраст парня. Младше моего Андрея. Но небольшое самовнушение перед встречей позволит мне не замечать разницу в возрасте. По сути это мужчина с таким же набором инструмента, как любой другой.

— Мы недавно выменяли однушку. Там надо собрать чешский спальный гарнитур. С сыном придёшь, соберёте мебель. Потом уйдёшь, а я попрошу Сергея помочь убраться, и ещё чего-нибудь. Не говори ему о наших планах. Пусть будет сюрпризом для него. Никаких спиртных напитков для храбрости! Понял! Чтобы не выработался рефлекс — заниматься сексом только после рюмочки.

Всё протекло по моему плану. Заманить паренька оказалось не сложно. Если не считать, что самой пришлось залазать на стремянку, чтобы повесить шторы, но это входило в сценарий. Из одежды на мне была старая Васина рубашка с закатанными рукавами и трусы. Откровенно видимые трусики из-под рубахи, заметно возбудили мальчика. В пылу уборки, как бы невзначай, расстегнулась верхняя пуговица. Начала застилать простыню, пододеяльник, попросила помочь. Он с радостью помогал, глазея на груди. Я уже сама возбудилась. Соски полосовали ткань. Но подсекать было ещё рано — не все красоты показала. Взялась за мытье полов. Типа швабре не доверяю, ползала на карачках по полу, засвечивая бедра, ягодицы.

— Ну, вот и всё. Иди, сполосни тело, а то потным пойдёшь домой, расшугаешь население. В ванной есть шампунь, мыло пахучее, большое зелёное полотенце. А я чайком угощу в знак благодарности.

Десять томительных минут, умывался мальчонка. Про чистую одежду для паренька я не подумала. Да и как это выглядело бы?

— Посиди, телик посмотри. Я тоже сполоснусь. — сказала Сергею и за три минуты, как опытный спринтер, помылась. Одним халатом прикрыла трепещущее тело. Думаю: "Как бы самой раньше времени не отключиться?"

— Умеют же мастера! Какой сексодром соорудили! Правда, ведь…? Приляг, пожалуйста, хочу посмотреть, как мужчина на ней смотрится. — голосом Каа гипнотизирую паренька. Сергей лёг поверх покрывала. — И квартирка получилась очень даже располагающая к интиму. Согласись? — бедненький мальчик лежит, не шевелится, часто глотает слюну.

Сама приближаюсь к жертве. Пуговицы халата отлетают одна, за одной. Я уже на кровати. Медленно, на четвереньках, надвигаюсь на взор мальчишки. Глаза прикованы к раскачивающимся грудям.

Начинаю не торопясь расстёгивать рубашку на его теле. С трудом, но расстегнула пуговицы на джинсах. Нервное оцепенение начало проходить — парнишка взялся снимать свою одежду. Показались мокрые от смазки трусы, как парус на лодке, поддерживаемый мачтой. Скинула свой халат, начала целовать мальчика. Его руки исследуют упругость моей груди. Полезла к нему в трусы.

Резинка слегка задерживает руку, цепляясь о костяшки фаланг. Мгновенно всплывает ассоциация с моей девственной плеврой. Она так же придержала пенис Васи. На долю секунды. Порвавшись, дала свободу пенису. Окропила фалдус и губки вульвы, кровью. Так и в тот момент, слизь из члена Сергея, измазала мои пальцы. Ассоциация была реалистична, будто два времени соединились. Даже воспоминания прежней боли, вернулись в вульву, вызвали радость, эйфорию. Ласкаю орган, провожу два раза от головки до яичек. Ментально ощущаю фрикции Васи в себе, впадаю в оргазм. Член тоже пульсирует спермой. Пульсация по руке передаётся мышцам вагины. Конвульсия охватывает моё тело. Со скрипом в зубах, стараюсь окончательно не потерять реальность. На успокоение тратится минута. Снимаю трусы с парня, иду в ванну, стираю их.

— Не волнуйся, в первый раз так бывает, — говорю Сергею. — Сходи, ополоснись.

Расправила постель.

— Анна Андреевна, вы такая красивая. Не налюбуюсь очертаниями вашего тела.

— В приделах этой квартиры, называй меня, Аня…. Фигура мне самой нравится. Твоё тело прекрасно молодостью, силой. Фалдус соответствует твоей стати — понравится твоей жене такая игрушка. Тактильное изучение, добавит полноту картины. Приляг, поласкай меня, я тебя.

За время, необходимое для двух шагов, пенис поднялся к указателю "десять часов". Звон от яиц, пошёл после пары касаний руками об мою грудь. Притягиваю парня меж своих ног.

— Не пугайся, если я отключусь — со мной так бывает во время наивысших наслаждений. — Предупреждаю его.

Одеревеневший, молоденький пенис, беру рукой, обмазываю головку слизью, направляю во влагалище. Трепещу от понимания, что фалдус ещё не был в эксплуатации, ни разу не находился во влажной среде женского лона. Парнишка еле дышит, руками не перестаёт мять груди.

Трудно удержаться, чтобы раньше времени не оргазмировать. Парнишка, молодец, энергично работает тазом…. Нет…, не могу… я долго о Сергее рассказывать…. Много хорошего было в наших уроках, но не могу. Комок в горле мешает…. Обучила его правилам, эстетике половых актов. Не за один раз конечно, шесть вечеров посвятила обучению. Сказала, что это отец уговорил меня быть его учителем.

— Девушка твоя ещё девственница…? Как дело дойдёт до… Ты понимаешь? Есть у вас, где укрыться…? Так вот, возьмёшь у меня ключи от этой квартиры. Чтобы всё было романтично. На память о первом соитии.

Через два дня прибежал за ключами. Потом они ещё несколько раз бывали на явке. Осенью мужчину забрали в армию….

Четыре года спустя, Геннадий, отец Сергея, встретил меня у дома. Он осунулся, посерел. Поседел. За руку держал внучку.

— Это моя внучка Анечка. В честь тебя назвал. Благодарю тебя за уроки сыну…. Вот оставил нам наследницу…. Молох забрал нашего папу…. В афгане…

— Давайте помянём Серёжку, моего самого молодого любовника.

{♂ 19 ♀}

— …Летом восемьдесят шестого я поехала на Алтай, в Белокуриху, отдохнуть. Так-то всегда самолётом летала. А тут ехать сутки, взяла билеты в купейный вагон. Зашла в своё купе. Там уже ехали — пожилая женщина, лет так за шестьдесят и девушка двадцатилетняя. Познакомились. Женщину не помню, как звали. Девушка Анжелой назвалась. На следующей станции в купе зашёл четвёртый пассажир. Мужчина по виду лет тридцать с хвостиком. Бывший зек.

— О, бля! Как мечтал! — сказал он, бегло осмотрев нас, не представившись, не поздоровавшись. Кинул багаж на полку и вышел. Вернулся с четырьмя пустыми стаканами.

— Ну что, соски, выпьете со мной за свободу? Я только откинулся. — не встретив желающих выпить с ним, налил себе водки из бутылки, которую вытащил из сидорка. Чуть ли не полный стакан, выпил, понюхал рукав и присел на полку, к Анжелке. Не обращая внимания на нас, положил ей руку на бедро.

— Хочешь, соска, настоящего мужского члена? — Анжела, откинула руку и пересела к нам. Женщина выбежала из купе. Скоро вернулась с проводником. Тот попросил быть вежливей, и переселил женщину в другое купе, так как та отказывалась ехать вместе с "наглым хамом".

— Ещё лучше, баба с возу кобыле легче. Так как, соски, показать вам, на что способен свободный мужчина? — налил себе ещё выпить. После вышел покурить, не дождавшись нашего ответа.

— Чтобы ни случилось, сиди и не бойся. Тебя он не тронет. С такими надо так же нагло говорить. — сказала я Анжеле.

— Ах, красатулечка, лапулечка, до чего же я рад, что ты едешь со мной в купе. Так ска-ать попуцица, тьфу бля, попущица…. Да лано, пох… — продолжил он приставать к Анжеле, после перекура.

— Тебя, хуила, — напала я на него. — мама видимо не обучила, что не со всеми девушками надо говорить, не как с пидорами в зоне или шалавами подзаборными. Или долго чалился, что с грубости начинаешь базар? Мы девушки современные, воспитанные. Мог бы поласковей пригласить нас. Испробовать мужского члена, мы знаем где. Если, что можем тебя самого обвафлять. Хочешь настоящей женской вафли?

— Упс, ты, что зечка? Не видно по прикиду. Лан, давай по нежному.

— Дочь зека. Сестра зека. Папаня в пятьдесят третьем году, здесь в Н-ске умер от тубика. К невестке не лезь, мудила. Везу эту целку к брату. Батя её проиграл в карты моему брату. Брат за неё тебя на перо посадит. Водяру свою убери, вонь от неё. Ну-ка, целка, встань. — все время, разговаривая грубо, не позволяю вставить слово в мою тираду, лезу в свой чемодан, достаю бутылку коньяка, закуску. У самой мондраж от внутреннего куража, с которым я, общаясь с мужиком, решаю его напоить, чтобы не приставал.

— Вот напиток, мной любимый. — Наливаю в стаканы — мужику больше половины, себе меньше половины, Анжеле на палец. — Как звать-то тебя, мил человек? Откуда на свободу вышел?

— Виталя я. Откинулся из…, - называет номер тюрьмы, где умер мой папа. — Шестерик, нахуй, отбарабанил.

— За твоё здоровье, Виталя. Анжел, давай пей, не ссы, Виталя хороший парень…. Хуй знает, чего это нормальных пацанов менты сажают?! Вот и брата моего по беспределу хапнули. Восьмерик уже отчалил. Ещё год тарабанить. Давай, Анжел, налей нам ещё…. Да, лей ты нормально, чо по капельке льёшь?! Пей, Виталя, колбаской вот закуси, почувствуй вкус свободы.

Выпитый коньяк расслабил меня. Виталя присел ко мне вплотную, начал движения руками по моему телу. Бёдра, попку погладит. Уже не нагло, не по-джентльменски конечно, но допустимо. Во время, когда он выходил покурить, раскрепощалась, снимала напряжение. Наставляла попутчицу как себя вести. Оставлять его наедине с нашими вещами боялась, фиг его знает, в чемодане у меня дорогая одежда, украшения мои, коньяка ещё три бутылки. У Анжелки тоже золотые изделия, деньги. Договорились по очереди в туалет выходить, она уже не боялась ненадолго оставаться с попутчиком. Я почувствовала слабость мужика. Если дальше выдавать себя сочувствующей его душе, он не будет наглеть.

Выпили, закусили. Анжела тоже от выпивки растаяла, вылезла из угла. Улыбалась скабрёзным шуткам. Поздний вечер, коньяк выпит. Остатки водки Виталя тоже выпил. Но никак не засыпает. Спермотоксикоз блокирует действие алкоголя. Гормоны давят. Рука Виталика, массирует мои ляжки, тянется к грудям.

— Анжел, иди, чисти зубы, и спать ложись, мы тут ещё поговорим. — решаю пожертвовать своим телом.

Виталя, хоть пьян, но тоже пошёл чиститься, умываться. Анжелку отправила на верхнюю полку, насказав не удивляться событиям.

— Муж у меня строгий, но мы же не будем афишировать, того что здесь произойдёт…? Показывай, настоящий мужской хуй…. Ух, ты…! Нормальный такой инструмент…. А это что? — нащупала под венцом залупы твёрдые предметы.

— Шары! Для вас, сучек, бля, боль терпел, бля, чтобы значиться удовольствия вам причинять, бля!

Я охерела!!! Слышать, слышала, но встретился впервые. Благо, что презервативы у меня импортные всегда в сумочке находились. Надела две штуки на оригинальный фалдус. Легла под Виталика. Пизда моя боялась, сжалась до вагинизма. Не впускает вовнутрь. Виталя давит, причиняет боль.

— Подожди, сейчас расслаблюсь, честно сказать впервые такую игрушку пробую. — беру член руками, нежно вожу по срамным губкам, чувствую наступающее расслабление. Виталя дышит как паровоз от возбуждения. Наконец-то хуище вошёл в мою дрожащую, то ли от экстаза, то ли от страха, плоть. Необычность члена почувствовала сразу. Шары разминали мускулатуру влагалища. Натирали слизистую. До оргазма не дошла. Сказалось воздержание ебунка. С кряхтением спустил. Вынул. Посмотрел на количество спермы в презервативе. Ещё раз крякнул. Я перелезла на свою полку.

— Щас, отдыхну и ещё раз напялю. Хошь, сучка? Вижу — хошь. — я действительно хотела. Вернулась к нему на полку, позволила лапать себя. Посмотрела наверх. Анжела наблюдает за нами. Эксгибиционизм появился тут как тут.

— Нахуя два то? — ворча, спрашивал Виталя, натягивая второй гандон.

— Боюсь, что порвётся один, вон какой хуище, зашарённый. Вдруг ты заразный, хер знает, с кем в тюряге сношался. — А Анжела наблюдает, как мужик надевает гандоны, глотает слюну. Смотрит, как ёбарь всаживает скипетр. Прислушивается к моим стонам. Вижу, начинает себе клитор дрочить.

Каскадный оргазм начался с микро и поднялся до макро за несколько минут. Уложила ебаря спиной на полку. Заскочила на елду. Сняла майку, расстёгнутый лифчик. Царапаю его волосатую грудь, охаю непрерывно. Запах от немытых мудей, подстёгивает меня ещё сильней. Шары во влагалище творят невообразимое…, все спящие точки проснулись, начали участвовать в процессе. Анжела на второй полке натурально ебёт себя рукой. Слегка отвлекает меня раздумьем, чтобы не сорвалась и не приняла непосредственное участие в перепихоне, сорвав легенду о моем брате. Ёбарь ещё сильнее засадил гарпун, напоминая мне о себе. Обессилила себя окончательно. Виталя предложил:

— Давай в шоколадный глазок? Больно ты страстная.

— Убью, падла, если туда сунешься! С поезда, блядь, не сойдёшь! Выкинут нахуй! Раком стану, давай вставляй.

По секрету скажу вам, девчата — так возбуждена была, что хотела распечатать и анус. Боялась боли. И что-то ещё сдерживало.

Виталя начал драть меня в моем любимом положении. Легла грудью на постель, и отдалась на растерзание драконом. Пять шаров, как когти зверя истязали мою плоть. Матка под действием оргазма опустилась ближе к входу во влагалище, принимала поцелуи залупы.

— Вот так тебя, сучка, будет драть её братан, — говорил Виталя Анжеле, смотрящей на наше совокупление, — будешь так же стонать, бля. А-а, бля, смотри, сука, учись, как надо ублажать ёбаря, а-а-а!

От своих слов он кончил. Один гандон порвался. Я перебралась на своё место.

Утром расстались как давнишние знакомые.

Анжела тоже ехала в Блядокуриху. Прописались с ней в один номер. Призналась, что так сильно онанировала, наблюдая за моим соитием, что поранила срамные губки. Как дочку обучила её тонкостям обращения с мужчинами. Сказала, что не надо бояться больших членов — пизда наша растяжимей, чем размеры фалдуса. Но и мелкими хуйками не пренебрегать — ведь не от размеров зависит услада, а от качества партнёра.

Вместе с ней, я поменяла четверых мужчин. Она пятерых. Возвращалась в номер поёбанной кошкой. Как будто отчитывалась, говорила о качестве и количестве соитий. Сказала, что не нравится ей сосать, мол, не возбуждает. Что фелляция, наоборот, отвлекает. Зато понравились два пальчика одного из парней в её прямой кишке, и она подумывает об анальном спаривании.

{♂ 20 ♀}

{1}

Шурка Арцыбашева приехала в том же году, как у нас появилась явка. Умер отчим. Мама её умерла, когда Шуре было десять лет. Отчим плохо относился к ней. Когда она стала финансово независимой, уехала в город своей мечты — Москву. Поэтому она не очень горевала по поводу смерти отчима. От неё требовалось похоронить старика и оформить наследство: домик, гараж и старый "Москвич"

По окончании процедуры оформления и всех формальностей, она разузнала, где я живу. С мужем Семёном, пришли к нам в гости. За практически двадцать лет Шура изменилась в лучшую сторону. Костлявая фигура обросла мышцами, жирком. Мы рассматривали друг дружку, хвалили, сыпали комплементами.

Семён ничем не отличался от среднестатистического мужчины. Такого можно и не заметить в толпе. Но говорливый и грамотный.

Рассказывать о нашей болтовне не буду. Вася был на даче, я предложила поехать к нему на природу, в бане покупаться. Набрали продуктов и алкоголя. Все сошлись на крепком напитке — коньяке. На такси быстро добрались до фазенды. Познакомила супруга с гостями, попросила его растопить баньку. Мужчины предложили сначала за знакомство по писярику. Потом взяв по бокалу напитка, ушли растапливать баньку.

— Семён третий мой муж. От каждого родила по ребёнку. Девочка, мальчик, девочка. Старшая уже нагуляла мне внучку. Натурально нагуляла. Даже сама не знает от кого. Ты же знаешь современную молодёжь? Мальчишки не хотят одевать своего конька в пальто, девочки не предохраняются, надеясь на мальчиков. А как дело доходит до секса — мозги окончательно отключаются — думы только о соитии.

— Вася уже настращал сыновей о контрацепции, обучил их правилам. Так что я думаю, внезапных внуков у нас не будет. Ты-то чего меняешь мужиков? Характерами не сходитесь? Или по сексуальным темам?

— Думаю, что в основном сексуальная сторона стала причиной разводов. Первый в сексе был слаб. Может если я опытней была в постели, приемлем бы был непродолжительный акт. Второй муж доводил меня до оргазмов, но и других сучек тоже. Застукала его на нашем супружеском ложе с шалавой. Пять лет жила с ним и за полтора месяца развелась. Потом по ночам плакала, корила себя за нежелание простить. Плакала в основном от нехватки мужика. Теперь умная — если дойдёт до адюльтера, прощу Семёну. Этот не смотри что невзрачный, и в постели не гигант как второй муж, но ласковый и сильный.

Пока готовили закуски, выпили ещё по паре бокалов коньяка. Я рассказала о наших отношениях в семье. Естественно она очень удивилась и, подумав, даже похвалила меня за разумность.

— Ни разу, никому не изменяла? Хоть на пол шишечки не давала присунуть?

Она посмотрела в сторону бани, где мужья сидели на лавке, посмотрела по сторонам, выискивая возможного наблюдателя и созналась:

— Один раз за всю жизнь с троими мужьями, Семёну изменила. С первым мужем. Когда этой зимой родилась внучка, он пришёл один к окнам роддома. Там и встретились. Был слегка навеселе — благое дело обмыть внучку. Поцеловал меня у губы. Длительней чем требовалось при встрече разведённых людей.

Пошли с ним в кафешку, я тоже выпила за здоровье Леры и внучки Шуры, между прочим. Искра пробежала, когда он взял мою ладонь и поцеловал как в молодости. Ведь я его страстно любила в юности. Выпили ещё по одной. Опьянела быстро от вина, воспоминаний. У него оказался ключ от квартиры товарища, куда я брела с ним под ручку с отключённой совестью, прекрасно понимая, что иду на риск, быть узнанной кем-нибудь из знакомых. Но отмазка была заготовлена — встретила первого мужа, обмыли внучку, чего тут такого криминального?

Адреналин подстегнул мою сексуальность, я уже опытная женщина, знаю, как возбудить мужчину. Да Алёшка тоже опыта поднабрался. Устроили мы с ним хороший поебончик. После первого непродолжительного коитуса, полежали, потрепались о жизни. Затем целуя губы, шею опустился к промежности, начал языком лизать мой клитор, губки. Семён тогда ещё не делал мне куни. Только второй муж Николай, доводил меня до горячки вылизыванием соков. От процедуры, Алёшка завёлся, вставил скипетр в меня и долго трахал в различных позициях. Обоюдный оргазм сковал нас в положении, когда мои ноги лежали на его плечах…. Рассказываю и мокрею. Ты как? Тоже взмокрела…? Можно на второй этаж? Уединиться с Семёном.

— Конечно. Зачем сдерживаться?! Я потекла, как только ты оглядываться начала — так возбуждают чужие интрижки. Пойду, скажу Сене, чтобы вздрючил тебя… шучу, шучу. Хи-хи

…Пошла я к бане, сказала Семёну, что Шурка хочет ему, что-то сказать. В предбаннике стоит кушетка. Там, показав мужу на прорыв в плотине, сняла возбуждение. Рассказала ему об общении с подружкой. Вася сказал, что будет не против вставить фалдус между ног Шурки, если мне приглянулся Семён. О подружке позабочусь я, а Семёна он берет на себя.

Банька меж тем разогрелась, осталось дождаться гостей. Шурка вышла довольная как мартовская оплодотворённая кошка. Щёки малиновые от экстаза, блядский блеск в глазах. Под халатом, который я выдала подружке, свободно болтались, не поддерживаемые лифчиком, груди. Подол халата припал к влажным бёдрам, не скрывая стройность ножек Шуры. Семён тоже посвистывал марш "Победы".

— Предложения такие — сначала девочки моются, затем мужчины. Второй вариант — супружескими парами. Третий — заходим все вместе…. Достаточно ли мы нетрезвы для третьего варианта? — Сразу ошарашиваю присутствующих. — Купальников у вас нет, так что придётся красоваться голышами. Думаю, что мы достаточно взрослые, чтобы не стесняться наготы. — И скидываю халатик, засвечиваю ещё не остывшую от коитуса лысую манду, которая поблёскивает влагой. Соски, готовые уколоть острой твёрдостью.

Гости переглянулись, скинули одежду, загипнотизированные моими доводами. Шурке, тоже только халат снять. Кучеряшки волос небритого лобка в остатках смазки и спермы. Семёну шорты с трусами, он быстро прикрыл хозяйство ладонью, смущаясь моего рентгеновского взгляда. Убежали в парилку.

— Я уже мокрая, блин. Возбудилась от своей речи, запаха чужого секса. Пошли, глянем на тела гостей, может, не захотим поблядушек.

Парочка сидела на полке, прижавшись телами. Слегка закрепощённые. Вася сел рядом с ними прижавшись к Семёну, поднял гениталии над бёдрами, чтобы не придавливать их. Семён повторил за ним. Различия состояли только в побритости Васиных причиндалов. Обрадовалась, что фалдус как фалдус. О потенции можно будет потом рассуждать.

Я стояла внизу, подняла руки, как бы расправляя волосы. Взоры зрителей на моё тело, разбудили мою игривость. Ещё дальше завела руки к загривку, потянулась, изгибая спину, всё больше открывая вид на свои груди. Одновременно расставляя ноги, показываю возбуждённость вульвы. Бисеринки пота на лицах наблюдателей, магически воздействуют на моё сознание, окончательно разыгрываюсь.

Плюхнула воды на каменку, расхохоталась над съёжившимися от жара гостями. Кинулась охаживать их веником. Вася предложил попарить гостей, похвастаться своим умением работать банным массажистом. Уложил Шурку на полок, начал разогревать веником. Мы с Семёном сидели на верхнем полкé, парясь и наблюдая за умелыми действиями Васи. Потом позвала его ополоснуться, так как процедура длительная, и мы замучаемся ждать.

В предбаннике ходила перед Семёном обнажённой. Налила ему чаю, предложила варения, сладостей. Села рядом с ним на углу стола. Откинувшись на спинку стула, показывала ему свои прелести. Мужчина закинул ногу на ногу, скрывая эрекцию. Я обрадовалась этому, улыбнулась ему, кивая на промежность.

— Приятно осознавать, что можешь вызвать чёртика из преисподней мужчины…. Не зажимай его так…, ему там некомфортно.… Вот так…. Видишь, как он обрадованно воспрял? Можно сказать, это не чёртик, а чёрт…. — говорю ему комплемент, от которого пенис ещё больше увеличивается. — Между прочим, моя девочка уже пустила слюнки. — Гипнотизировала его нагло. Сунула пальцы во влагалище. Наскребла жидкости на них. — Смотри, если не веришь, вот сколько слюней. Считаю их достаточно, чтобы утихомирить бесёнка. — И мазнула слизью по его головке.

Пенис от прикосновения дёрнулся, затрепетал, вибрируя как стальная рессора. Опустилась на колени перед ним. Облизнула головку, подготавливая мужчину к фелляции. Затем начала сосать. Гипноз сковал сознание ника. Сидел как мумия, ждал моих команд.

— Ты долго будешь так сидеть? Поласкай мои груди, у меня там одна из многих эрогенных зон. Погладь другие места, поищи их.

— А как же…? — Кивает на парилку головой ник.

— Полчаса минимум у нас есть, знаю, как Вася долго массажирует. Слышишь, как кряхтит Шурка? Видимо нашёл напряжённую точку. — И продолжила сосать. Семён принялся искать эрогенные точки на моем теле. И скоро кончил от пикантности ситуации. Я тоже получила толúку оргазма.

Ополоснулись из ушата. Попили ещё чаю.

С алой кожей, как у новорождённого ребёнка, трясущуюся от бессилия подружку, Вася вывел к нам в предбанник. Не менее красным выглядел пенис мужа, как окровавленный штык, торчащий на супостата.

— Получи, Семён, супругу с обновлённой кожей. Извини за эрекцию, не часто приходится массажировать чужих жён.

— Ты так же извини, мой орган тоже не мёртв, обрадовался на твою жену.

— Ань, твоя очередь, скинуть старую кожу…. Да, ты не змея. Ха-ха!

— Пусть Шура отдыхает. Можно я с вами пойду? Поучусь искусству твоему. Аня, ты не против моего присутствия?

— Напротив, буду рада помучиться под четырьмя руками.

Сначала ник смотрел на действие Васи, затем тоже взялся оглаживать моё тело. Я разомлела от воздействия сильных рук. Кряхтела, стонала. Вася массировал одну руку, Семён другую. Спину изнахратили как мясную отбивную. Потом также каждый по ягодице. Вася чмокнул полупопенку, Сеня тоже приложился устами. Перевернули на спину. Сначала мяли мои плечи, спустились к молочным железам, в тот момент только так можно было называть расслабленные сиськи. Но от касаний мужскими руками — гордо переименовались в груди. Соски заалели в свете фонаря. Каждый сосок удостоился лизания.

После грудей сразу перешли на подошву, подёргали пальцы, повертели щиколотками. Согнули ноги в коленях, раздвигая их для массажа бёдер. Я ссыкнула от осознания, что посторонний мужчина разглядывает мои гениталии. Муж заметил мой микрооргазм, улыбнулся, вставил палец в вагину и сказал, что там тоже надо размять, стесать омертвевшие частицы эпидермиса.

Вася сел на нижний полок, усадил моё расслабленное от массажа тело на пенис, спиной к себе, начал приподнимать, опускать. Семён понял, что требуется его помощь. Начал оглаживать мои груди, ласкать клитор. Маячивший пенис угодил мне в губы. Капля слизи осталась на них. Слизнула её. Взяла пенис руками, подрачивала, посасывала,

…прислушиваясь к ощущениям. Землетрясение случилось в тот момент, когда я мяла кокушки и целовала головку Семена.

Очнувшись, продолжила фелляцию Семёну, и подпрыгивать на коленях мужа. Вы же понимаете, что фалдус его по-прежнему торчал, вызывая мою следующую эйфорию. В предчувствии сотрясений, соскочила со стержня мужа, встала попкой к Семёну, а пенис Васи начал таранить мой рот. Семён понял, что ему позволено всё и загнал коня в лоно полей оргазмов и экстазов.

— Придерживай её, она при оргазме падает без сил. — Подсказал муж. И вовремя. Все втроём начали оргазмировать с различными звуками….

Вася подмыл мои гениталии водой из ковша, положил рядом с посапывающей от неги Шурой. Её расслабленное тело излучало прохладу и умиротворение. Я тоже уснула под монотонный разговор мужчин. Начавшая шевелиться подружка, разбудила меня. Она на мгновение забыла, что мы её уже видели голой, и хотела прикрыться пледом.

— Спутала сон с реальностью…. Васька…, окаянец, довёл женщину до оргазма без члена. Как и где ты так научился? Сеня, тебе надо перенять опыт у него.

— Пока ты спала, я уже помог Васе. Видишь подружка не в состоянии присесть.

В моей голове уже зрели другие планы для продолжения оргии. Зная себя, что могу до голодного обморока сношаться, приказала:

— Так народ! Сейчас идём кушать. Не знаю, как вы, но я съем всё что есть. Вася, подкинь ещё дровишек в печь, чтобы вечерком ещё покупаться.

— Слушаюсь, мой командир.

Замотавшись в простыни, как римские патриции, под ручку с подружкой пошли к дому.

— Семён вчера ел шашлык…? Угадала…?

— Да вчера мы съели по паре шпажек баранины. Как угадала?

— По вкусу спермы…. Совратили мы твоего муженька. Пока ты спала, они с Васей насадили меня на вертел. А ты разве Ваське не сосала…? Стерпел же, милёнок. То-то я смотрю, у него вибрирует. Думала, уже по новой возбудился.

— Семён тебя…?

— Нет, блядь…! Отвернулся и крестился, как монах, пока Вася меня имел и в рот, и в манду! Конечно, трахнул…. Кончил в меня, отсношал, совершил коитус со мной. Какие ещё эпитеты тебе нужны, блядь? Теперь твоя очередь отсосать моему мужу, принять его член в себя, подмахивать ему, сесть на его лицо мандой пусть вылизывает твои соки, да, в конце концов, сама выеби его.

— Ой, как грубо!

— Сама напросилась…. Я на стройке с сантехниками работала, так наблатыкалась материться, что у любовников уши вянут…. Если быть честной, то это я его совратила. Пока Вася тебя парил, я загипнотизировала Сеню. Сделала ему фелляцию. Поэтому я знаю вкус его спермы. А когда меня парили, подставила ему…. Если хочешь ссоры, то я готова парировать…. Давай лучше выпьем коньячку, поболтаем по-дружески. Вон мужья идут, что-то задумали против тебя. Не ссышь оказаться на двух вертелах?

— А чо сразу против меня, может против нас. От твоих грубых речей у меня набухли губы… половые.

— Посмотри на пол подо мной… это моя кунка накапала. Не захочешь у Васи отсосать — я тебя своей влагой напою, сучка…. Ой, отойди от меня подальше….

Мужья сразу принялись уминать котлеты с картошкой, салаты, сало. Дважды выпили за "Присутствующих здесь дам".

— Пойдёмте на озеро, — предложил Вася после непродолжительного трёпа на тему дом, сад, урожай — Там есть затон, скрытый камышами, можно купаться без купальников.

До озера идти сотню метров, расстелили пледы, скинули прикрывающие нашу наготу мужские рубахи, одетые на наши с подружкой голые тела. Шура сначала отказывалась идти без трусов, однако видя, что мужчины любуются моими стройными ножками, согласилась. Мужики были только в шортах. Как обычно в воде мальчики начали топить девочек. А вернее лапать за интимные места. Но и мы тоже лапали за поникшие в прохладной воде пенисы. Наигравшись в воде, принялись играть в волейбол. Писюны мальчишек начали отогреваться, увеличиваться в размерах. Особенно от касаний о женские тела.

Набесились. По моему примеру зашли в воду остальные — ополоснули пыль, песок. Сели отдыхать на пледы. Отдышались. Начался непринуждённый трёп. Радуюсь на эрекцию мальчиков. Шура тоже облизывается, вздыхая, закатывает глазки. Двум сучкам не терпится напялиться на дубины кобелей. Да и кобели рефлекторно, поглаживая концы, мечтают заправить их в блядски поблёскивающие от смазки средоточия разврата. По взглядам мужей, понимаю, что они мечтают совокупиться отнюдь не с законной супругой.

— Предлагаю игру, вот два камешка одного цвета и два другого. Нам с Шуркой по камню разного цвета. Мальчишки из-под полотенца тянут остальные камни. Так будет выбрана пара мне и Шуре.

— А затем?

— Не торопись. Не разочаровывайте нас с мужем, что вы пуритане и строго предпочитаете миссионерскую позу при коитусах. Вы ведь взрослые, догадываетесь, что сегодня мы хорошо потрахаемся. Я, например, этого очень хочу. Не смущаю вас? Извините за мою перверсию. Вы уедете в столицу, мы останемся здесь. О наших играх больше никто не узнает.

— Ты как всегда меня опередила. Я уже предложил Семёну обмен жёнами…. Не навсегда! Я люблю только тебя.

— Чистый обмен не интересен. Давайте, что судьба покажет. Шура…. Шура…. Аллё, гараж…! Шурка, блядь, закрой рот, слюна вытекает…, бери камень. Так…. Мне другой. Сеня, эти два камня под полотенце… Вась тащи свой камешек… Сеня, ты мой. А теперь изюминка…. Пара, кончившая первой, считается проигравшей и идёт жарить картошку. Мужчина оставшейся пары жарит не картошку. Хи-хи.

— В дом пойдём…? Вы что…? А вдруг появится, кто-нибудь посторонний? Не-е, я не буду.

— Хорошо уже то, что ты не против Васиного пениса. А постороннего тоже оттрахаем, — алкоголь в моей голове вытворял чудеса, — ха-ха-ха! Тебе-то чего бояться? Это мы здесь местные, нас узнать могут. А тебя через два дня только в Москве искать. А адреналин от сознания, что тебя могут застукать за аморалкой? Вась! Начинай насиловать, потом она сама просить будет, чтобы её вздрючила рота кремлёвского караула, во время парада на Красной Площади. Сеня, я тоже сопротивляюсь, насильничай над моим телом.

Через пару минут аханья и оханья раздавались с нашего пляжа. Сеня, сегодня трижды, как мне было известно, опорожнявший яйца, не был таким голодным до соития, как мой муж, приступил к предварительным ласкам. От нетерпения, пришлось самой лезть под него, заправлять шланг в бак и дожидаться наполнения оргазмом. Из-за страстного восприятия воллюста, Семён поддался на мои проявления экстаза, впрыснул зажигательной смеси в камеру сгорания — мы кончили первыми. Отдышалась. Смотрю на мужа — он закинул ноги подружки на плечи и гонит её к оргазму. Та покряхтывает, стонет, временами выкрикивает инопланетные слова.

Зашли с ником по колено в воду, подмылись. Шурка четырьмя конечностями обвила стан Васи, покрывает поцелуями его лицо. Край пледа начал сбиваться из-под ног Васи, я присела, поправила. Глянула между ног мужа, увидела и услышала громыхающие по ягодицам подруги, яйца. Облизнулась.

Пошли жарить картошку. Она уже жарилась и только потом пришли любовнички. Колени у обоих краснели от позиции «Приделать хвост». Я вспомнила об Ольге с Гошей.

"Может и эти москвичи трахаются в жопу? Тьфу-тьфу".

— Долго ты, Вася, однако собирал табун лошадок в стойло, — говорит Семён.

— Меня ещё никто так не ебал. Извини, дорогой, натурально вы-е-бал. Этот самец…, не вынимая…. Ой, как вспомню…. Аж стыдно…. Ань, часто он так?

— Последний раз со мной — в тот день, когда я ему впервые изменила — видимо помечал самку. Считай девять лет назад. Мне тоже в юности было стыдно пердеть вагиной. Вернула ты его к молодости, тогда он часто не мог уснуть без двойного залпа. Никто из моих ников так не мог. Даже молоденький Славик.

— Извини, Шура, но это Анюта своими стонами, заполнила мой кожаный шприц. Ты разве не заметила, как я посматривал, на Анины подмахивания…? Кончил вперёд Семена…. Но если не вынул, не считается, что мы должны были картошку жарить.

— Ну, да. Ты Шурку жарил, смотри, как зарумянилась. Аппетитненькая.

— Ников? Это кто? — поинтересовался Сеня.

— Сокращения от любовников. Не хочу смешивать любовь и похоть. Давайте кушать, не то придётся опять тушить огонь, не знаю, как в твоей вагине, Шура, но в моей точно.

— Как вы начали практиковать свинг? — Начал разговор после приёма пищи и лёгкой дремоты Семён.

— Свинг? Это что такое?

— Групповые соития. Пара на пару или большее количество пар, сговариваются и устраивают потрахушки. Дети партийных бонз балуются таким. Вернутся из поездок за рубеж и привозят такие перверсии. О "ромашках" вы уже наслышаны…? Оттуда же…. Анюта, тебе в "ромашку" нельзя. Не с твоими "улётами"

— А мне? — Поинтересовалась подружка. — И откуда ты так осведомлён.

— Трезвая ты победишь, но стоит тебе пригубить винца, стойкость твоя теряется. С первой женой я участвовал пару раз в свинге. Тебе, золотце, я боялся предложить такое развлечение. Отхлещешь ещё по щекам, скажешь: "За кого ты меня принимаешь?"

— У нас с Васей свои развлечения. Обычно мы развлекаемся порознь. Однажды мы объяснились и решили не скрывать друг от друга. Что толку скрытничать, врать, трястись от опаски быть уличённым…? Даже если мы поклянёмся больше не изменять друг дружке, всё равно осадок останется, и червь сомнений будет мутить рассудок: "А может партнёр изменяет? Умело скрывает адюльтеры?", будет ослаблять психику.

— Давно вы так живете?

— С семьдесят восьмого года. Восемь лет.

— Как узнали? Вернее, как начали разговор на эту тему?

— Я сама начала сознаваться, объяснила всё, как камень с души сняла. Вася тоже покаялся. Сейчас у нас как у шпионов есть явка — однушка для поебушек. Ведь большим препятствием является отсутствие удобного места для соитий. В квартиру ни в коем случае. Не хотим портить ауру домашнего очага. Хватит болтать, пошли ещё покупаемся, пока банька тёплая.

Жар в бане был хороший, пар валил от каменки. Мужики захотели сделать массаж, но мы перехватили инициативу и уложили их на полки. Сначала спинами вверх. Начали охаживать вениками. Руками мажем, сиськи трясутся. Синхронно перевернувшись, мальчики явили пред наши очи своих солдатиков.

— Прикрывайте, не то обожжём, — кричит подружка, — испортим вечер, а я только заводиться начала.

— А руками, когда будете действовать? — Подал наконец-то голос муженёк.

— У нас в руках сила только для разминания опавших членов, — хохочет подружка, — и дрочки стоячих. Подрочить?

— Лучше ротиком прикрой, от каменки жаром пышет, — не унимается Вася, а мне приятно, что он раскрепостился. Вроде и с нами, но как-то отстранённо. Шурка заглотила распаренный пенис. Я шепнула Сене, чтобы он вошёл в жену сзади пока она стоит в благоприятной позе. От прикосновения она слегка вздрогнула, ноги шире разводить не стала — были и так достаточно разведены. Сеня поводил залупой по губкам. Резко вошёл в изнывающее лоно. Шурочка вскрикнула и застонала от воллюста.

Пока они сношались, я выдумывала очередную каверзу. Подсматривала, как происходит интромиссия. Мясистые, отливающие алым перламутром, малые половые губы, подчиняясь трению о член, входили за ним в вагину и выскальзывали наружу при обратном движении. Единорог на шарах размеренно долбил изнывающую плоть.

Мне захотелось потрогать лафет пушки. Полезла между ног Семёна к яичкам, потрогала, лаская по кругу, заметила, что манда раскрыта максимально, и туда можно вставить ещё что-либо. Что-либо — это мои пальцы. Сначала два, затем три пальца поместились, создавая плотность облегания члена. Сеня громче застонал. Решила большим пальцем раздражать клитор. Вынула пальцы из мокрого влагалища, обмазала большой палец соками. Указательным и безымянным пальцами сдавливала ствол пушки с боков, средним давила на переднюю стенку влагалища, а большим ласкала сикель….

— Да, вот так, — отвлеклась баба Аня, на вопрос мамы, которая пожелала взять на вооружение фигуру из пальцев.

… Шура начала громко охать. По переменке, соснёт фалдус, вскричит. Чмок, ох, или ах, опять чмок. Вася, не понимая, чем вызван такой резкий переход, от спокойного минета к агонизирующему оргазму, начал кончать подружке в рот. Подружка закашлялась, трясясь всем телом. Семён тоже не выдержал одновременной мастурбации моими пальцами и стенками вагины, всадив до упора единорога, принялся салютовать. Ага! Кончать то он кончал, но не в супругу. Та окончательно обмякла и упала животом на продолжающий извергаться Васин пенис. Эякулят Сени окропил белёсыми пятнами спину Шурки. Одна я не издавала звуков. Хотя стояла на краю водоёма блаженства.

— Вася, миленький…, беги ты от этой сучки, она иностранная лазутчица-диверсантка…. — заговорила вернувшаяся в реальный мир подружка, лёжа на топчане, куда мы её перенесли. — Развращает нас, доводит до греха. Разрушает наш моральный облик…. Я ещё на берегу озера заподозрила её империалистическую натуру…. Ну-ка, сучка, говори, в какой цэрэушной школе обучают таким приёмам? Что ты вообще делала?

— Она такая фантазёрка! Во вторую брачную ночь такого со мной натворила, что запомнил навек.

— И мне тоже мастурбировала, вставив пальцы во влагалище Шурёнка…. Вторая ночь? Вы что, разводились, потом опять женились?

— Ночь, когда мы всё друг другу рассказали и в знак любви совокуплялись под фантазии вот этой ухмыляющейся дамочки. Давай, лазутчица, колись, чем ты довела трудовой народ до разврата?

— Если я диверсантка, то ты вообще инопланетянка. На берегу такие слова говорила, я уверена, что ни в одном диалекте нет таких звуков….

— Я сама себя не понимаю. Наверно не контролирую язык — он и болтается как помело на ветру.

— Сейчас силы наберётесь, покажу. Объяснять долго. Хочу сама такое испытать…. Нет, Шура, ты не кролик подопытный. Вась, расскажи им пока о наших позах в ту ночь, я пойду, подмоюсь и чай сюда принесу.

"…ей в рот, а потом сам пил её золотой дождик. — говорил муж, когда я пришла с подносом снеди, — Потом помню, принудила меня иметь её на лестничной площадке. Между прочим, мне самому понравилась опаска быть увиденным соседями".

Попили чай, съели по несколько кексиков. Москвичи сидят, заворожённо слушают Васю, который вспомнил, что мы начали совокупляться при его родителях. О своих чувствах при этом. "Стыдно признаться, я ласкаю сосок Анюты, а сам не свожу глаз с маминой груди. От сознания порочности, ещё сильнее возбуждаюсь, смазка потоками из члена льётся. Если бы ещё пару минут родители остались, то я не выдержал бы и разложил маму… тьфу, ты черт… Аню на столе".

Я сидела возле подружки, подняла её грудь, как бы пробуя на вес. По комплекции мы с Шурой не различались, естественно сиськи тоже одинаковые. Она поначалу не заметила моих действий. Но опомнившись, тоже потрясла мою грудь.

— Представь, что отламываешь краюху хлеба…. Вот так же вставишь пальчики в меня. Три или четыре в вагину, а большим влажным пальцем ласкаешь, заметь влажным, ласкаешь клитор. Можешь внести изменения на своё усмотрение. Пенис сжимаешь по бокам, создаёшь плотность. — Обучаю подружку и ласкаю её тело, так как бойцы ещё не получили оружия для штурма.

Целую её губы, шею, ласкаю соски. Наслюнявила пальцы и начала тревожить клитор подружки. Она с точностью повторяла мои действия. Лежим с ней на кушетке, лицами друг к дружке, целуемся, задрав одну ногу, позволяем ласкать гениталии. Соку побежало много. Развернулась валетом.

Припала устами к водопаду слизи. Шура тоже поняла, что от неё требовалось. Я ещё никогда не облизывала женскую промежность. От осознания этого, мелко затряслась, потоками орошая уста подружки.

Очнулась я, лёжа на боку. Шура поглаживала мою взбрыкивающую мускулатуру. Мальчишки, насмотревшись на лесбийские ласки жён, уже полировали кончики штыков, похотливо разглядывая наши тела. Я блаженно улыбалась, выдумывая ещё испытание для концов сливового оттенка.

— Сень, ложись на кушетку.

Повторили такую же позицию как в парилке. Только теперь уже я получаю максимум. Вася загоняет дружка мне под кожу, Шура ласкает мои груди. Потом полезла к нашим промежностям. Помяла яйца Васе. Впервые в моей кунке, по мимо члена находились пальцы третьего человека. Мгновенно в мозгу всплыло видение о втором члене. Как только я почувствовала её пальцы в себе, воспарила на облаке блаженства, летаю и одновременно чувствую цунами надвигающего оргазма. Вася, зная слабость моих коленей, придержал меня за талию, спасая от развала фигуры.

— Ребята, а давайте её на два жезла напялим? — предложила подружка. Я, резко повернув голову, одарила её удивлённым взглядом. — А что? Там места хватит и для большего количества пенисов.

— Как ты прочитала мои мысли? Я хотела с тобой это устроить.

— Давай тогда я первая…. Брр-р…! Аж дрожь пробирает от предчувствия…. Так, Сеня, стой.

Подружка обхватила Сеню за шею, подпрыгнула и уселась на кол. Вася подошёл сзади Шуры и медленно ввёл ещё и свой орган в её влагалище. Шурка покряхтывала от лёгкой боли, затем застонала от эйфории. Сеня, придерживая за ягодицы жены, приподнимал и опускал её. Васе оставалось стоять и кайфовать от такой мастурбации. Руки то его свободны, так он начал выкручивать соски женщине.

Я, ещё не оправившаяся от предыдущего цунами, оргазмировала в такт фрикциям тройки. От представления как сама буду скакать на двух членах, кончила, затряслась на кушетке, добавляя свои хрипы в какофонию звуков тройки.

— Не кончайте! Оставьте сладость Аньке…. Ой, не могу…! Всё! Всё! Хватит! Бля-я-дь! А-а-ах! — она колотила Семена по плечам, требуя прекратить процедуру, но затем обмякла. Вася вынул фалдус. Сеня отнёс её ко мне на кушетку. Протянул руку мне, приглашая на действо. Обняла его за шею, впилась в уста. Он приподнял меня и усадил на кол. Как при операции на зубах, сижу, жду неизвестной боли от проникновения ещё одного члена. Вася долго томил. Целых пятьсот миллисекунд. Ещё тысячу миллисекунд вводил. Устала ждать. Не ожидала, что так больно будет, но терпела, зная, что кайф будет отличный. Отталкивая пенис Семена, Васин член плотнее прижимался к стенкам влагалища. Начала напрягать и расслаблять руки, двигаясь на шестах.

— Семён, замри, не двигайся. Вася, долби…. Ещё быстрее…! Да…! А-а-ах…! — Ощущала, как пенис мужа натирает заднюю стенку вагины. — Теперь, Вася, замри. Сеня, двигай попой…. Вот теперь чувствую различия…! — Почувствовала, что на передней стенке больше эрогенных точек. — О-о-ох…! Кто не сидел на двух членах не поймёт, как офигенно…! Так, мальчики, теперь в разнобой работайте, один входит, другой выходит. Давайте… постараемся разом… кончить… ай, я… я… йа… а-а-а-а-а.

От залпа двух стволов я взлетела к небесам, увидела свет далёких звёзд. Пушинкой порхая, медленно опускалась на землю. Зенитчики тоже стояли обессиленные, и только мощность ног не давала им свалиться вместе со мной.

Пелена спала с моих глаз, появилась сила для ходьбы. Подставила ладошку под влагалище, собрала в неё вытекающее совковое масло. Часть слизала, другую часть понесла подружке, которая во время нашего соития усиленно онанировала. Она с жадностью припала к влаге, начала хлебать как кошка. И от этого кончила — упала головой на подушку, изогнулась в судороге.

{2}

— Первый раз он изнасиловал меня в неполные четырнадцать лет, — рассказывала Шура, когда мы с ней лежали на кровати в доме. Мужчины пошли спать на детские кровати, а нам по всем параметрам удовлетворённым, спать не хотелось. — Сказал, что вернёт меня к родному отцу-алкашу, который нас бросил в моем трёхлетнем возрасте. Отчим давно поглядывал на моё развивающееся тело. Я хоть и худышкой была, но груди и попка развились хорошо.

До этого папочка водил разных женщин в дом. Некоторые задерживались на пару недель, но потом он их прогонял. "Нету такой бабы, как твоя мать, нету! — говорил он, будто оправдываясь. — Ты должна понимать, что мне нужна женщина, тебе советчица"

Первая менструация, так испугала меня, что я лежала целый день, боясь чего-то неизвестного. Папаня забеспокоился, увидев, что я не притрагивалась к еде. Узнав о начале, облегчённо вздохнул и объяснил, что к чему. Позвал одну из своих знакомых подстилок. Та рассказала, как предчувствовать наступление месячных, как подмываться, прокладываться.

Ты наверно не помнишь, как я вызнавала у вас о сексе? По капелькам, стесняясь всех, составила картину соитий. А папочка всё больше наглел. Ходил по дому в труселях, откровенно перекладывал яйца, сидя с раздвинутыми ногами. Старался подглядеть, как я переодеваюсь, заглянуть в ванную, когда купалась.

Семнадцатого июля пятьдесят девятого года, лёг ко мне в постель. Я крепко спала. Во сне восторгаюсь ведениями приятных ласк сосков, промежности. Губы мои целует мальчишка из нашего класса, Захар Кривцов. Помнишь красавчика такого?

Внезапная боль внизу живота будит меня окончательно. Папочка загнал в меня свой дрын. Резкая смена сновидений на реалии, страшно испугали меня. Я закричала от страха. Отчим испугался моего крика. Соскочил, убежал из моей спальни. Я всё продолжала голосить. Благо частный дом, никто не слышал моих стенаний. Папаня вернулся, поглаживая, успокоил. Сказал, что уже не мог терпеть без женщин. Что я всё равно кому-нибудь, отдалась бы, утратила девственность. Алкашом напугал. "Ведь по закону я должен тебя отдать родным. А кроме отца у тебя никого нет. И его собутыльники будут насиловать тебя. А так я буду тебя любить как женщину. Не нужны нам подстилки всякие. Ты у меня и хозяйкой будешь и женой. Мне-то много не надо. Раз или два в неделю. А ты девка молодая, здоровая".

Я лежала и под монотонные речи папеньки уснула. Он тоже уснул рядом со мной. В следующую ночь он опять лёг со мной. Возбудил поцелуями, ласками и медленно вошёл в меня. Вчерашняя боль ещё оставалась, но нега покрыла её.

Презервативов в нашей местности было мало, поэтому он строго следил за моими циклами и имел меня, надеясь на авось. Авось не прошёл. В пятнадцать лет я забеременела. Он нашёл бабку, которая тайно выскребла мне зародыша. "Вот станешь восемнадцатилетней, тогда родишь мне ребёночка, а сейчас нельзя. Ты должна окончить десятилетку. Поступить куда-нибудь, учиться" — говорил он после чистки. Теперь-то я понимаю, что он боялся сесть за совращение ребёнка.

— Вот так вперёд вас я стала полноценной женщиной. Удовольствий от соитий было мало, поэтому я назвала все акты изнасилованиями, он ещё трындел, что женщины нужны как хозяйки в доме и как дыра для ублажений, откровенно унижая моё эго. Хорошо хоть я любила читать. В романах о любви, вычитала о свободе женщины перед мужчиной. Решила всячески избегать соитий. Говорила о боли, то в животе, то головы. Внезапно умерший папа алкаш, оставил домик-развалюху. На деньги, вырученные от его продажи, укатила в Москву. На жилплощадь там рассчитывать не могла, но могла снимать жилье у старушек. Вот так и жила до замужества.

Мы уснули, обнявшись, как любовники. На другой день они, уезжая, сердечно благодарили нас за гостеприимство и не реальный секс, приглашали к себе в гости.

{3}

— Я боюсь….

— ???

— Боюсь, что когда-нибудь у тебя кончится фантазия и прекратятся такие сказочные игры. — говорил Вася на перроне после проводов москвичей. — Жить уже не могу без них. Наркоманом стал.

— А я первый раз ширнулась с Антоном. И тоже страдаю от нехватки разнообразия…. Может это бешенство матки…? Нет, матка тут не причём. Это моя неугомонная фантазийность, под научным названием нимфомания.

Через год позвонила Шурка. Обрадовала, что с вероятностью один к двум, мой муж является отцом её сына. Назвали Васей.

— Ты в то время не предохранялась?

— По циклу было время безопасного секса. Мы только кондомами пользуемся.

В две тысячи втором году, они сделали ДНК анализ. Ребёнок точно от моего Васи. Он так и сказал, узнав о дополнительном отцовстве, что умеет делать только детей со стручками. Его цитата: "Расщелинки более тонкая работа, можно промахнуться и заделать пропасть. Не смейся! Твой папа одним росчерком соорудил пизденку тебе. Шуркин папа — бракодел, как и отцы других женщин — не умелый член пропахал канаву".

{♂ 21 ♀}

Однажды случилась комичная ситуация — сотрудник одного проектного института, пленил меня своим джентельменским обхождением. Пригласил меня в ресторан, там посидели до поздней ночи. Позвонила Васе, что не приду домой. Поехали на "явку". Там хорошо покувыркались. Экстраординарного в соитиях не было. Уже искушённая в интимных отношениях, я в тайне надеялась хотя бы на небольшое чудо в виде оригинального пениса, но судьба, видимо решив, что с меня хватит полученной доли, перестала баловать. Только разве что новизна запаха, ухаживаний, разоблачений. Утром этот мужчина пошёл попить воды на кухню. Увидел цветок на солнцепёке и убрал его с подоконника.

Была суббота, спешить некуда, покувыркались ещё не раз. Тут слышу, замок открывают снаружи. "Воры что ли"? — соображаю я, потому что сигнал на окне и Вася не мог зайти. Накинула халатик от эротичного пеньюара, поблёскивая бёдрами, выскочила в прихожую. Вася всё-таки смог заявиться.

— Познакомьтесь это мой брат Вася, а это сотрудник нашего НИИ, Пётр Ильич, — быстро сообразила я, дабы не объяснять наши с мужем интересные отношения. Ник только успел замотаться в простыню.

— Ольга Семёновна, разрешите представить — это моя любимая сестра, Анна Андреевна. Мы единоутробные брат с сестрой, поэтому у нас разные отчества. — подхватил выдуманную на лету легенду муженёк.

— Мы с товарищем из Москвы засиделись вчера, обсуждая планы развития управления. Не желаете ли кофе выпить…? Братик, пусть тебе Оленька Семёновна поможет на кухне, а мы тут в портфельчик все бумаги покидаем, и придём к вам. И полей цветочек на подоконнике.

— Я его убрал в тень, оно не любит солнцепёк. — Объяснил Пётр. Мы, с Васей переглянувшись, поняли, кто виноват в случившемся казусе.

Выпили кофе и ретировались из квартиры. Наплела нику о том, что это квартира бывшей Васиной жены, которую они всё никак не разменяют, после развода.

— Я сказал, что тебя не удовлетворяет муж и поэтому ты, посчитав, что я на рыбалке, привела любовника в мою квартиру, — отчитался вечером Вася.

— Тебя ведь тоже муж заставляет мучиться от не завершённого оргазма, иначе ты не пришла бы со мной в неизвестный район города. — Пподолжил я загонять в тупик её мысли, чтобы она не допытывалась о тебе дальше. Но её очень завела мысль, что она будет сношаться на той же кровати, где трахали мою "сестру", флюиды вашего совокупления витали в воздухе. Обкончала мне ладонь, как только я залез проверять увлажнённость. Смотри, какие засосы поставила сучка. А нику, что ты сказала?

— Что это квартира твоей бывшей жены и никак не поделите её. Надо будет купить солнцелюбивое растение, а то вдруг с кем-то знакомым пересечёмся. Свежее белье увезёшь завтра.

{♂ 22 ♀}

{1}

В день своего сорокалетия, проснулась от приятного поцелуя. Вася, склонившись надо мной, шептал, чтобы я просыпалась. Открываю глаза — и тут же стадо мужчин заскакивают на постель и чмокают меня в губы, уши, лицо. Уже взрослые Андрей с Алёшкой, не так прыгали на постели, тринадцатилетний Серёжа скакал за троих. От всех лились поздравления.

— Ну-ка отвернитесь, дайте родительнице поправить ночнушку и вылезти из-под одеяла. "Я сегодня только родилась, папочка должен отнести девочку пописсать".

Пока мылась, завтрак уже был на столе. Букет цветов венчал застолье. Предупредила, что сорокалетие не отмечают, поэтому празднеств не будет. Но подарки приму с радостью. Вася сказал, что подарок я получу. Начались звонки от родственников, знакомых. Антон позвонил. На мои нотки отчаяния о размене следующего десятка лет, сказал о сущности бытия и нашем безвластии над годами. Славик позвонил, поздравил. Сказал, что приготовил подарок, который получу пополудни у него на квартире.

Он часто встречал меня в банном халате, накинутом на нагое тело. Поцелуй, букет цветов. Небольшой спич с пожеланиями. Затяжной поцелуй с вдавлением своего "дружка" в мою любимую точку живота. Приятный аромат, говорил, что ник уже покупался.

Снимает с меня верхнюю одежду, затем остальную. Всё это с нежнейшими поцелуями в эрогенные точки на лице, ушах, шее. Ванна с благоухающими веществами уже ждёт меня. Опустил меня в эту воду. Принялся мыть моё тело. Скинул свой халат, чтобы не намочить. Родной эрегированный пенис, радостно шлёт мне привет, раскачиваясь от движений.

Если в другие разы, Слава залезал ко мне в ванну, этот раз не окунулся. Всё так же лаская, моет каждый сантиметр моего тела с особой нежностью. Поднял груди мои, промыл под ними, поцеловал соски. Спину, грудь, животик с ласковым ковырянием в пупке. Промежность, хотя она и так лысая, побрил, затем обмыл. Развернул попкой к себе. Раздвигая ягодицы, помыл копчик, анус, половые губки. Пальчики на ногах раздвинул, промыл там. Обтёр меня полотенцем. Вынес в зал. Показал новый пеньюар с гардеробом нижнего белья. Надел на меня трусики, лифчик. Модные по тем временами капроновые чулки. Босоножки на высоком каблуке.

— Подарок ждёт тебя в спальне, мне надо завязать тебе глаза. — завязывает. Ведёт в спальню. Негромкая музыка льётся из динамиков. Слава снимает только что надетые трусики, привлекает меня к себе, целует. Поднимает верх и насаживает на фалдус. Как дежа-вю накатывают воспоминания. Следующим толчком служит лёгкое дуновение от дыхания другого человека за моей спиной. Он обнимает меня и входит пенисом в вагину.

— Золотце, моё, Васенька! — поворачиваю лицо к нему, подставляю губы для поцелуя. — Вот какой подарочек вы организовали.

Развязывают мне глаза. Спальня украшена разноцветными шарами, цветами. На кровати шёлковые, мои любимые, простыни. В нескольких правильно расставленных зеркалах отражаются мои любимые мужчины. Фотоаппарат на штативе.

Слава держит меня, не шевелясь, Вася совершает фрикции. Потом они меняются, уже Славик медленно водит родным пенисом вверх-вниз. Меня надолго не хватает. Оставляю их одних со своим телом. Смотрю на них со стороны. Сжатое тело больше контактирует с ником. Обвивает его руками, ногами. Любимый муж сзади придерживает тело, ласкает груди. Ныряю к промежностям. Бёдра широко раздвинуты. Обзор прекрасен. Два пениса растягивают губки влагалища. Влага струйками течёт по обеим бритым мошонкам. Расширяю инфополе, заглядываю вовнутрь вагины. Два ствола увитые набухшими венами, легонько перекрещиваются. Подёргиваются от пульсации сердца, каждый в своём ритме. Из стен влагалища обильными потоками проступает слизь, даря пенисам витаминозную подкормку.

Души моих мужчин находятся в благостном состоянии. Васина сверкает чистотой, уверенностью в своих действиях. Душа Славы закабалена воспоминаниями о семье. Груз образов, связанных с действиями отца, угнетает Славу до сих пор. Он хочет иметь семью, несколько детей, но тревожится за свою психику: "Вдруг крыша поедет, и я буду насиловать их, как папа Соню? Также как отец, плохо относиться к супруге?"

Из генетического инфополя душа узнает, что отец попал под действие отравляющего вещества во время службы в армии. В генотип детей яд не попал, изменений в психике не обнаружено. Моя душа начинает очищать душу Славика от скверных мыслей. Блокада снята, душа засверкала истинным цветом. Разум Славика желает найти женщину с лицом и телом похожим на Соню и характером похожим на мой.

Душе пора. И отсюда же, из вагины возвращается в тело. От чего оно опять трепещет.

Мужчины опускают меня на ноги. Слизывают с моих бёдер слизь. Обтирают салфеткой. Облачают опять в трусики.

— Знаем, как ты любишь смотреть и показывать себя, мы приготовили вот такой антураж. Сделаем фотографий для истории. Солнышко, наши органы будут в тех местах, где ты пожелаешь, отпусти их. Выпей бокал вина. Исполни эротический танец, он ведь не только для нас, ты и сама кайфуешь от стриптиза.

Щелчки затвора фотоаппарата, символизируют каждый этап разоблачения…. Одежды, глупышка! С небольшим трудом, задираю ногу вверх, открываю вид на свои гениталии — щелчок. Вася поддерживает меня при такой позиции, я ловлю микрооргазм, выпускаю струйку влаги — щелчок. Следующий оргазм, ещё обильней поток — щелчок. Успокаиваюсь от поцелуев мужа. Бокал вина, выпитый вместе с мальчишками, восстанавливает моё состояние. Ещё несколько эротических поз стоя у мебели. Затем мою позу на постели. Выгибаю спинку, соблазнительный взор в объектив — щелчок. Смена кассеты в аппарате. Мои поцелуи с Васей. Пенис на входе изнывающего влагалища — щелчок. Орган на половину погружен в меня, малые губки завёрнуты вовнутрь вагины — щелчок. Фаллос покидает влагалище, губки вывернуты наружу — щелчок. Стыковку пениса и вагины опускаясь на шпагат, сняли детально — вид сзади меня, спереди.

Вася лежал на кровати, я на Васе. У нас ноги раздвинуты. Мои шире. Слава взводит затвор аппарата, включает авто спуск и всаживает свою игрушку в меня.

Щелчок, вспышка молнией озаряет наши промежности — снимок на память готов.

Три кассеты плёнки, более сотни фотографий запечатлели это событие в подарок на день рождения. Чтобы от души нарадоваться, попросила напиток покрепче. В меру выпитый коньяк, не даёт отключаться во время оргазмов.

Сначала мужчины на пару ублажали меня, один меж ног, другой во рту, двое в вагине. Затем стали брать тайм-аут. Один кувыркается со мной, другой подзаряжается порно видами. Виагр всяких в то время не было. Мальчишки, особенно Вася, потратили силы на игры со мной. Да и я ужасно хотела кушать. Предусмотрительно приготовленные салаты, пополнили наши энергетические потребности.

Вот такой подарок вручили… ой не так — вхуячили…, хотя лучше будет всё-таки — впиздючили, мои мужчины. Вася сам созвонился со Славкой, обговорили сценарий. У меня осталась только одна горечь — не додумалась устроить такое Васе на его день рождения. Света, ты мне вместо дочери! Я помру, ты забери себе эти фотографии. Хорошо…? Не глупости.

{2}

Мыслеграмма: "Женщину с подобным образом и характером найдёшь завтра в кафе "Солнышко" в обеденный перерыв"

Никогда не бывала в этом кафе. Позвонила Славе, пригласила его типа поболтать о подарке для мужа. Сидим, общаемся. Я её сразу узнала по образу из памяти Славы. Она зашла в помещение как раз в тот момент, когда Слава смотрел в сторону двери. Я его в это время держала за руку. Толчок, расширяющий ауру, передался даже мышцам Славы. Зрачки мгновенно увеличились, засверкали увлажнённым блеском.

Девушка поискала свободное место. Слава встал, предлагая свой стул. Девушка направилась к нам. Как будто стародавний знакомец, Слава помог снять плащ, повесил его на крючок вешалки. Пододвинул стул, когда девушка присаживалась.

Я понимала, что сейчас происходит. Я… сама… подпитывалась… энергией зарождающейся любви. Эта энергия была такая сильная, что я почувствовала нарастание зубной эмали на своих зубах. Несколько седых волосков обрели свой натуральный цвет. Хрящи на суставах восстановились.

Подошедшей официантке, я заказала для девушки то же что и себе — салат, пирожное и кофе. Собеседники познакомились.

— Я Вячеслав. Слава. — девушка представилась: "Аделаида. Мама называет меня Адель".

— Это моя… наставница Анна Андреевна. Ужасно злится, когда её величают. Так что просто Анна. Вы часто здесь обедаете? Мы впервые посетили этот район города.

— Я работаю вон в том здании, проектный институт. Обычно обедаю там же в столовой. Сегодня мне захотелось изменить традицию. Анна, как вы узнали, что я хочу сегодня перекусить именно этими блюдами?

— Адель, она волшебница, ей всё подвластно. Трудно не удивляться, конечно, однако со временем привыкаешь.

— Вы шутник, Слава.

— Молодые люди, мне пора. Счастлива познакомиться, Аделаида…, Адель!

Слава позвонил утром следующего дня.

— Я влюбился! Она так похожа на Сонечку. Она такая же была пятнадцать лет назад. И самое удивительное — Адель сказала, что я похож на её отца в молодости. Думаю, она тоже в меня влюбилась.

Месяц спустя, страдальческим голосом Слава рассказал, что Адель вдова. Муж с дочерью погибли в катастрофе поезда "Новосибирск — Адлер". Адель не хочет связывать свои отношения новыми узами брака. Боится новых трагедий, ссор, так как муж был неверен ей.

Узнала у Славы номер телефона Аделаиды, договорилась с ней о встрече. Она пригласила меня к себе. За бокалом чая…, сами понимаете какого, она рассказала мне о своей жизни. Ничего примечательного, абсолютно средняя советская семья была у неё до трагедии.

— Мужа я любила…, по началу, затем страсть сменилась разочарованием — он изменял мне. Потом просил прощения. Опять изменял. Прощала. Сама решилась однажды на адюльтер. Целый вечер потом отмокала в ванной, смывая внутренний позор. Видимо катастрофа — божья кара. Хотела удавиться после смерти дочки. Что-то удержало, хотя я не видела смысла существования.

— В моей семье всё по-другому. Муж начал гулять рано, я всегда прощала, не требуя верности. Ведь не прошло главное — он так же любит меня, детей. Я тоже пристрастилась к соитиям с другими мужчинами. Объяснения с мужем, перевели нашу любовь на новый уровень. Если я тебя этим шокирую, прости. Ещё одно прощение прошу, за следующее — уже много лет Слава мой третий любовник. Знаю, что он однолюб — я у него вторая женщина…. Нет, вообще-то была ещё одна, но она была фиктивной женой. Хотя может он тебе уже об этом говорил. Если ты страдала от измен мужа, то от Славы не дождешься. Смело решайся на брак с ним. Трагедия с твоей семьёй ничто иное, как испытание. Ты успешно его прошла — согласись чудесное знакомство с нами — мы никогда не были в том районе, ты решила пообедать в том же кафе.

— Действительно примечательное стечение обстоятельств. Поразительным также является удивительное сходство лиц папы и Славика….

— Он мне говорил об этом. Ты не ревнуй его ко мне — он только общался со мной, делился радостью, говорил, что ты так же напоминаешь ему Соню, сестру его…. Адель, ты должна рожать, я уверена, дети тебе помогут забыть прошлое.

— Дети? Во множестве? Я Лизу выстрадала, пока носила, такая тяжёлая беременность была. Из-за этого отказалась от второй — сделала аборт. Ой…! Что-то я уже растрепалась, как будто уже о решённом говорю. Чем ты меня опоила?

— Любовью! Видимо у вас с мужем была слишком разная кровь. У тебя какая?

— Вторая, положительная.

— У Славы такая же. Будешь носить, не заметишь. Ещё понравится рожать.

Через пару месяцев они расписались. И жили они долго и счастливо, и умерли в один день…. Хи-хи. Шучу, не умерли.

{♂ 23 ♀}

Следующее заметное приключение. Антону намекнули: "Пора на пенсию. Освобождай место". Ставленника прислали из Томска. Лет на семь старше меня. Не урод, не красавец. Временная антипатия управленцев вызвана солидарностью с землячеством. О политике даже не думала. Намекнула начальница отдела кадров.

— Аннушка, милая, меня могут уволить, так как я пенсионерка. Павел Иванович может поставить своего протеже. Тебе тоже следует позаботиться о своём положении в управе. — таким прямым намёком: "Ты должна лечь под нового начальника, сука. Я знаю, каким местом ты добилась своего кресла"

— Благодарю за науку. Придётся влезать в политику, Римма Егоровна. Годы берут своё, и даже такому сильному мужчине, как Антон Сергеевич тоже надо отдохнуть. — вставила свою шпильку я, намекая, что и она стала начальником отнюдь, не блистая профессионализмом.

Самой ластиться к Павлу Ивановичу ни в коем случае нельзя. Надо, чтобы он сам желал испить моих ласк. Чтобы он жить не мог, не исполнив мои прихоти. Дома рассказала супругу о назревающей проблеме. Спросила совета, как подцепить на крючок.

— Лапонька, ты у нас гуру, как завлечь мужчину. Ты даже можешь завлечь женщину, если захочешь. Я в этом деле сгожусь только в качестве помощника.

В моем сознании сразу завязывается действо.

— Так! Мы похищаем Павла. Раздеваем догола. Связываем его. Давай порепетируем. Разденься… руки вдоль тела, будто ты связан…. Я сажусь промежностью на лицо жертвы…. Он лижет мне гениталии! Лежи, давай, чего замер? Мм-м, как приятно насиловать. Брр-р. Ой…! Я потеряла суть сценария. Ай…. Ещё…! Да! Айя-яй…. Фух!

— Плохая из меня насильница. Не сможем сделать из него секс-наркомана. Придётся испытанными средствами. Секретные духи, блядское виляние попой, случайные столкновения…. Ну, что ж это тоже восхитительно. Посмотрим, насколько он падок на уловки дам.

— А может перейдешь на следующий уровень, станешь работать в горкоме, а там и до главы не далеко?

— Ты не был на заседаниях горкома, мне, как ты помнишь — приходилось. Более отвратительных рож я не видала — толстопузые, брюзжащие ядом старики. Хочешь отправить меня на их растерзание? Идет она к чёрту, такая должность. В крайнем случае пойду опять на стройку. — отмахнулась я от предложения Васи.

Различными увёртками, создавала видимость случайных встреч, столкновений. До того мало посещаемые мною совещания, стали обязательными по моей инициативе. Обеденные перерывы позволяли пройти мимо стола, за которым обедал Паша. Шлейф аромата от духов западных производителей, смерчем окутывал те места, где находилась жертва. Паутина была соткана.

Не надо забывать, что соперниц в лице более молодых сучек, работавших в управе, было достаточно. Они, откровенно одеваясь в коротенькие юбчонки, наоборот отталкивали эстетично воспитанного Павла. Я же наоборот всегда в строгом костюме или приличном платье, была недоступным плодом. А, как известно недоступность подстегивает желание.

И однажды он сам зашёл ко мне в кабинет. Испытанным способом, показываю ему, какого цвета мой бюстгальтер. С полминуты стояла, будто копалась в кипе бумаг, позволяя ему насладиться белизной кожи на моих грудях.

Через пару дней вызвал меня к себе в кабинет, под видом обсуждения довольствия рабочих. Ладонью обхватил угол стола. Я подошла к этому углу, как будто пытаюсь показать что-то в документах, чуть-чуть потёрлась лобком об костяшки пальцев. Лаконичность речи пропала у обоих одновременно. Бекали, мекали.

Поднялся из-за стола, провёл пальцами по моей щеке, убирая прядь волос за ухо. Поцеловал. Я показываю оторопь. Он смелеет, притягивает к себе, опять целует. Я руками будто отстраняюсь от него.

— Павел Петрович, не надо, — голосом целки умоляю его, — я тревожусь за последствия.

— Анна Андреевна, прошу вас, не отталкивайте меня. Один поцелуй. Всего один страстный поцелуй охладит меня.

Всасывает мои губы. Долго облизывает их. Я ему позволяю. Феромоны от моего цветка, окончательно вскружили разум мужчины. Рукой, нажимая на попу, придавил мой передок к уже обозначившемуся бугру.

— Ах, Пал Петрович! Умоляю вас. Посмотрите на моё лицо. Оно залито краской стыда, как я выйду отсюда? — жеманюсь я как институтка. Лицо действительно было алым, но не от стыда, а от возбуждения. Алые щёчки наоборот сделали привлекательней меня.

— Как у вас со временем сегодня вечером? Приглашаю вас на ужин в ресторане. Анна Андреевна, умоляю вас, не отказывайте. — клише, выработанное в позапрошлом веке, слетало с его уст.

— Меня пригласила подружка на девичьи посиделки. Не знаю смогу ли я найти повод отказать ей. — я также использую двухсотлетнее клише.

— Солгите ей о внезапной работе. — Явно начитался дамских романов. — Я буду вас ждать в ресторане в двадцать часов. Хотя бы кивните, что не отказываете! — трепыхалась жертва правильно сплетённой интриги.

Вечер прошёл удачно, всеми органами Паша, как муха влип в сиропчик. Алкоголь раскрепостил его, он откровенно тёрся членом о мои бёдра кружа в медленном танце. Я деланно краснела от таких намёков. От поездки в "тихое местечко", как он назвал профилакторий, отказалась — "Меня дома семья ждёт. Придумай, что-либо другое". Пьяное сознание нарисовало ему такой план — на следующий день едем знакомиться с проблемами отдыха трудящихся в профилактории.

Администратор заведения, так же боящаяся за своё место, в предварительном моем звонке, была предупреждена о нашем визите. Чтобы она, или её сотрудницы ненароком не сболтнули о моих визитах с другими партнёрами. Вера Сергеевна, умнейшая женщина, быстро смекнула о моей задумке и попросила замолвить за ней слово, если дело дойдёт до смены начальника гостиницы.

Специальный номер к нашему визиту был приготовлен в наилучшем виде. На журнальном столике, помимо обычных прохладительных напитков, стояла бутылка коньяка, которая никак не вязалась с правилами отдыха трудящихся. Коньяк, вызвал моё удивление, так как по плану — я целомудренная женщина.

Как впоследствии оказалось, Паша сам позвонил Вере Сергеевне, попросил раздобыть бутылку хорошего алкоголя. У той был свой небольшой гешефт в этой сфере — несколько ящиков водки, коньяка, и вина, дефицитных сладостей, хранились в тайной подсобке.

"В лучшем номере нашей гостиницы, находится то, о чем вы просили Павел Петрович", — успела шепнуть хозяйка борделя. Для многих не было секретом, что командированные, да и просто желающие интимно уединится горожане, за отдельную плату, могли найти помимо приюта для перепихона с любовницей, проститутку на ночь, которую любезно предлагала Вера Сергеевна. А уж алкоголь среди ночи, даже желая переплатить, не везде можно было найти. Дешёвую водку можно было найти у таксистов, а вот элитную выпивку только в профилактории.

Предложив утолить жажду, Паша налил коньяка. Продолжая изображать порядочную мать семейства, сначала прятала губы от настойчивых лобызаний Павла. Затем, как бы опьянев от спиртного и ласк, позволила задрать подол юбки, залезть руками под блузку. Не забывала часто охать и постанывать. Натурально чуть не упала в обморок, когда его пальцы добрались до клитора. Организм мой сам начал проявлять признаки страсти.

Не заметила, как оказалась полностью обнажённой, только чулки, не поддерживаемые поясом, болтались на ступнях. Предупредила его о звуках пикирующего бомбардировщика при моем оргазме. Паша умело ввёл фалдус в мой вздрагивающий от микрооргазмов передок. Начал стрелять уже через минуту после старта. Я тоже провалилась в омут экстаза.

Целый день мы ревизировали профилакторий, опять же кавычках. Написали массу рекламаций — если что, это сарказм. Горничная, обученная Верой Сергеевной, принесла горячего обеда. Сменила простыни, пока мы утоляли голод.

Я должна была показать все своё умение, свои навыки в ублажении мужчины, чтобы он чаще желал ширнуться моими соками, как наркоман морфином.

— Вера Сергеевна, у вас замечательное хозяйство, вы правильно руководите сотрудниками. Отдыхающие довольны. — плотски удовлетворённый Паша сыпал благодарности. — Думаю, будет уместным выписать премию сотрудникам. Список составьте, я завизирую.

О судьбе Веры Сергеевны можно было не беспокоиться.

"Хорошо ты его ублажила — мурлыкает котёночком…. С меня презент — мужчина, выпивка. Я в твоём возрасте также не терялась. От мужа правда, пиздюлей получала, но потом он привык принимать подарки в виде хорошего виски", — позвонила она потом.

Спасти Римму Егоровну мне не удалось. Да и не сильно хотелось, вспоминая, как Вася работал на простой должности, из-за пенсионера, желающего получать деньги с двух касс.

До моего ухода на пенсию, оказавшийся хорошим, простым мужчиной, Паша не заикался о моей должности председателя профкома, не нужной после развала страны.

— Как же твоя… э-э… суперспособность? — пыталась поймать бабу Аню, тётка.

— Для корыстных целей моя, как ты говоришь, способность, не предназначена. Только совершенствование мира, для любви.

{♂ 24 ♀}

{1}

Весной девяностого года, опять позвонила Шура.

— Мы с Сеней едем в Сочи. В частный пансионат…. Да…, да. Такое бывает. Приезжайте тоже. Для вас будет сюрприз…. Только там узнаете какой.

Назвала адрес и срок, к которому они подъедут.

К назначенному времени мы приехали. Таксист, узнав об адресе, с радостью довёз нас к большому кирпичному дому, не взял дополнительно оплаты, которую я пыталась всучить за его доброту, весёлый нрав. Как потом выяснилось, это здание было на балансе КГБ, и начальники отделов могли устроить отдых.

Встречали нас Шурка, Семён.

— Знакомьтесь…. Тамара… и Михаил…. Это так называемый сюрприз. Я прошу называть меня — Шэр. Мужа Сай. Хозяева Томá, с ударением на второй слог, без всяких склонений. И Майкл. Можно Майк. Ты будешь Энн, а…

— Базилио не хочу. Пусть буду одним русским в вашем рассаднике империализма, ха-ха-ха.

Как выяснилось, дом был построен по западному проекту. Бассейн, тренажёрный зал с различным оборудованием, бильярдный зал с двумя столами. Обеденный зал на сотню мест. Короче любили отдыхать чиновники.

Неприметная обслуга, выставляла напитки, убирала использованную посуду. После дальней дороги нас накормили, предложили отдохнуть.

Шэр с последней встречи, ещё сильней округлилась. Сай потерял ещё сотню, другую волос на голове. Томá оказалась на несколько лет старше нас. Майк под маской загадочности умело скрывал свой возраст. Атлетически сложенное тело, покрыто равномерным загаром.

Я позвонила по межгороду домой. Назвала номер телефона, по которому нас можно найти — болела свекровь. Узнала, о её состоянии. Появились улучшения, и мы с супругом обрадовались этому обстоятельству, расслабились, начали полноценно отдыхать.

Нам предложили посетить баню. Размерами она превосходила нашу баню в десять раз и была больше похожа на наш дачный дом. Разогреваться можно было либо в сауне, либо в традиционной парилке. Я выбрала парилку, где молодой человек в халате, профессионально обрабатывал тела желающих различными вениками. В парилке пахло травяным разнообразием. Естественно не обошлось без фирменного Васиного массажа. Хотя там имелся свой массажист — крупная женщина по имени Васса, являвшаяся также распорядительницей бани.

Привыкшая к чужим оргиям Васса, не обращала внимания на чресла мужчин. Два специальных стола для массажа, сразу заняли Шэр и Сай. Разогретые в сауне тела пациентов, легко поддались расслаблению и за полчаса их довели до истомы. Я и Томá тоже попали под жернова массажистов. Причём я досталась Вассе. Ох и помяла она меня! Томá тоже постанывала под руками Васи.

Вася пошёл разогреваться, а Майкл готовый к массажу, с удовольствием разлёгся на кушетке. Мы попивали напитки, я пила квас, Шэр, Томá и Сай пили пиво. Как только Васса закончила массажировать Майкла, настал черед Васи. Закончив мять ему спину, она попросила перевернуться, что Вася немедленно выполнил. От притёкшей к гениталиям крови, фалдус воспрял и выглядел зенитным орудием. Окончив массаж, Васса, попросила освободить кушетку. Вася взял её руку и положил на свой пенис.

Васса подняла лицо к потолку, как бы молясь. Затем глянула на Томá. Та кивнула, разрешая исполнить просьбу гостя. Васса укрыла моего мужа махровым покрывалом, вышла в неприметную дверь. Через несколько минут она вышла голая, со стеклянным сосудом в виде стакана. В стакане находилась какая-то жидкость, цветом напоминающая лимонад "Тархун".

Сняла покрывало с Васи, принялась ещё раз растирать тело, больше уделяя времени паховой зоне. Шокируя нас, запустила пальцы себе во влагалище, смочила их слизью. Охватила ствол пениса руками и начала онанировать его. Ещё пару раз смачивала пальцы соками и добилась залпа. Вовремя подставила стакан к головке и перехватила энергетически активную субстанцию. Обтёрла влажной салфеткой мой любимый писюн. Взболтала жидкость в сосуде, смакуя небольшие дозы, за несколько глотков опорожнила стакан.

Мы зааплодировали ей. Теперь я больше внимания уделила её телу. В медицинском халате, она выглядела крупной женщиной. Видимо некрасивое лицо с множеством шрамов от юношеских прыщей и нос картошкой, губами как у артиста Бельмондо, подразумевали мужланство. Да, тело было крупным, ширококостным, но одновременно стройным с гладкой кожей. Крупные груди венчались тёмно-коричневыми ареолами с несколькими сальными секрециями. Если не обращать внимания на лицо, её можно было отнести к первым красавицам.

Я обратила внимание на Шэр, которая сидела, прижав ладони, друг к другу. Мгновения мне хватило для фантастической мысли.

— Я хочу отблагодарить Вассу за удовольствие. Шэр, давай сюда…. Так! Складываем ладони сандвичем, в четыре слоя…. Большие пальцы вертикально вверх…. Васса, ты не будешь против надеться на это подобие нефритового стержня?

— Ура! Проснулась! — вскричала подружка.

Васса опять получила разрешение Томá. Переступила через наши руки, медленно опустилась на пальцы. Влаги ещё было недостаточно, и мы начали пошевеливать фаланги, возбуждая женщину. Наконец погрузили пальцы в вагину и начали пошевеливать их в разные стороны. Я целовала живот, а Шэр ставила засосы на ягодицах женщины. Зрители смотрели на лицо Вассы, оценивая производимый эффект. Она сжимала наши ладони бёдрами, но Шэр удалось одним кончиком фаланги коснуться крупного клитора. От раздражения женщина затряслась в оргазме. Схватила меня за волосы и прижала голову к своему животу.

— Браво. Не убирайте станок ебальный, — крича, подбежала Томá. — Я не могу такое пропустить. Энн, ты автор такого станка, получи поцелуй.

— А я хочу сам отблагодарить Вассу за массаж. Иди, золотко, разогревайся — я помну твоё прекрасное тело. — сказал Вася и поцеловал её в губы.

Томá, наслаждаясь нашими пальцами сказала: "На сегодня ты свободна, решай сама, что делать". Супруг повёл Вассу в парилку. Я уже знала, что он не доверит молодому человеку хлестать женское тело веником. В обряд возбуждения Васи входил такой ритуал.

Сай с Майком уверенные, что ещё получат свои оргазмы, попивали виски и наблюдали за начавшей оргазмировать Томá. В её раздолбанной пизде, наши пальцы свободно двигались в различных направлениях. Но уже понявшая, что надо ещё ласкать клитор, Шэр, яростно драконила скрытую в крупных половых губах ягодку.

Чекистка, обученная в школах КГБ, внесла свою толúку в эту позицию. Она начала вертеть попой, как в позе "наездница". И скоро прозвучал отрывок из песни "Относи готовенького", кавалеристка слетела с седла, сражённая своим оргазмом.

Наши пальцы размокли как от длительной стирки. О возбуждении наших влагалищ можно было судить по большим пятнам влаги на пуфиках, на которых мы с Шэр сидели. В засос, поцеловавшись, как настоящие лесбиянки, подошли с подружкой к скучающим мужчинам.

— Сударь, будьте любезны, познакомьте меня с вашим другом, который так любезно выпрямился, глядя на наши тела. — Говорю Майклу, слегка опьянев от микрооргазмов, которые происходили со мной вовремя дрочки Вассы и Томá.

— Я называю его "Водолаз Федя" или просто Федя. Он хоть и крестьянского происхождения, но галантен. Любит покормить обладательниц роскошных тел жидкостью богатой тестостероном.

— Федя, познакомься с Лизой, — беру пенис в руку и вожу головкой по своей кунке. Окружающие похохатывают от нашего диалога. Обхватив Майкла за шею, насаживаюсь на Федю. Как опытный водолаз, Федя быстро спасает Лизу от реалий и отправляет меня в нирвану сладострастия. От произведённого эффекта, Федя извергает фонтан спермы, подкашивая ноги Майклу. Салфеткой промокаю выливающуюся сперму.

Откинулась на спинку дивана, наблюдаю за массажем. Смазанное пихтовым бальзамом тело Вассы, отбрасывает бронзовые блики. Наблюдая за сильными и в тоже время ласковыми действиями, я понимаю, что Вася подготавливает тело женщины для полового акта. Мне так приятно от мысли, что мой любимый не брезгует безобразного лица женщины.

По окончании массажа, они скрылись за неприметной дверью. Понимаю, что на три расщелины, остались две дубины. Тут появляется мужчина в форме повара и приглашает к столу на террасе.

Кто нагишом, кто, как я, накинув банный халат, начали уминать гору шашлыка, разнообразных блюд, салатов. Попросила официанта отнести яств со стола в комнату, где скрылись Вася и Васса. Затем послушали анекдоты, рассказанные Саем. Подремали. Потом до вечера, занялись, кто чем. Играть в бильярд я не умею. Пошла бродить по зданию. Осмотрела бассейн, тренажёрный зал. Полистала журналы.

На ужин были предложены салаты из морепродуктов. Употребила крепкого алкоголя. Опять попросила отнести часть еды Вассе и Васе. В горах темнеет быстро. Все собрались в большой гостиной. Вассы и Васи среди нас не было. Я не волновалась, было просто скучно. Моя фантазия не выдавала новых идей.

Ещё дважды злоупотребила. Плюнула на фантазию и отдалась простой ебле со всей душой. Страстно насаживаясь на всё, что схоже с пенисом. Томá предложила для этого импортные штучки — фаллоимитаторы. Для оргий переместились в большую комнату с траходромом, размером с палубу авианосца. Мужчины, будто чего-то, опившись сношали нас до умопомрачения. Алкоголь не позволял мне отключиться, и поэтому я принимала участие практически во всех совокуплениях. В отличие от меня, Шэр свернулась калачиком на большом кресле и спала. Из её влагалища вытекала сперма, соблазняя меня заткнуть эту дырку резиновым изделием. Пожалела манду.

Майк и Сай наконец-то устали. Я пригласила на кровать Томá и лесбиянила с ней как шлюха. Самотыки перемещались из влагалища одной в рот другой.

Очнувшаяся Шэр, использовала приём, с которым она познакомилась у нас в бане — доводила до обморока Тома, сунув её пальцы во влагалище при фрикциях Сая.

Я осуществила стыковку с Водолазом Федей, исполняя шпагат. Располневшая Шэр не смогла повторить за мной, но обещала Саю, что вернёт былую растяжку и напялится на его стыковочный узел. Она вспомнила позицию "верх ногами" и смогла встать в стойку, оперевшись на три точки — локти и голову. Развела ноги, как смогла и пригласила желающего мужчину помакать. Мужчин, желающих стать на голову не нашлось. Томá свернула из листа, вырванного из журнала, воронку, вставила конус во влагалище подружки, налила туда соку. Пизду начало щипать, и Шэр, разливая напиток, убежала в туалет.

— Слабачка! — крикнула ей в след окончательно опьяневшая Томá, встала своей воронкой вверх и попросила меня залить её манду чем-нибудь. Почти литр абрикосового сока вместилось в неё. — Ну, что кто желает выпить коктейля?

Желающих оказалось много. Она встала на ноги и мы, подставляя стаканы, набирали смеси абрикоса, спермы, смазки.

Я вспомнила, что сама не испытала "станок ебальный". Попросила отдыхающих, Шэр и Майкла, сложить ладони. Как кавалеристка, запрыгнула на четыре торчащих вверх пальца. Раздирая мою вагину в разные стороны, пальцы шевелились червячками, задевая эрогенные точки на стенках влагалища. Длинные пальцы Шэр, сразу же принялись теребить пимпочку в складке лона. Кайф неимоверный. Пообссыкала все руки партнёрам. Легла успокоиться.

С видом: "Ну что!? Кто ещё тут не ёбан?", появился мой любимый. Целый, залупа не стёрта. Даже засосов не видать. И трезвым, как ни странно. Чтобы догнать нас по состоянию разума, хлопнул два бокала виски. Подхватил меня за бока и начал страстно целовать.

Блядь, как я его захотела!!! Даже в самые страстные соития я его так не желала. Каждые две-три минуты меняя позы, еблись как последний раз. Воллюст полностью охватил нас. Я раздирала его спину, кусала за плечи и уши. Остальные, глядя на нашу страсть, опять возбудились, восстановив потенцию.

Увы, силы мои не были безграничными. Моё подсознание отключило сознание, посчитав такой быстрый расход сил, опасным. Лёжа, прислушивалась к успокаивающееся манде — она увеличивала промежутки между сокращениями. Любимый лежал рядом со мной с эрегированным органом. Как муха на мёд, прилетела Томá, начала сосать. Глядя как пенис мужа раздвигает её гортань, я удивлялась её способности вытворять такое и не обрыгаться. В тот вечер я наеблась как больше никогда не сношалась.

Утром нам сообщили, что Васина мама умерла. Томá, позвонила куда-то. За нами приехала служебная машина. Нас увезли в аэропорт Адлера. Посадили в самолёт, летящий в Ташкент. Оттуда как раз успевали на борт, летящий до Томска. Через десять часов мы были дома.

{2}

После похорон, после поминок. Вася рассказал, что Васса настояла на оплодотворении.

— Я ведь могла и тайно это сделать, не ставя тебя в известность, но мне хочется, чтобы ребёнок был от любви…. От всего сердца…. Мне уже тридцать пять лет. Я офицер КГБ. У меня есть материальные блага. У меня нет любви…. Я понимаю, что никакой мужчина не захочет жить со мной…. Сделай мне ребёночка, миленький… сделай. Со многими мужчинами я спала, но не от одного из них я так не желала дитя. У меня как раз благоприятный срок. Сделай это любя, прошу тебя, миленький, любимый…. Представь, что ты зачинаешь ребёнка с Анной.

— Она говорила, страстно целуя, обливая меня слезами. Я по правде тебе изменил. Вернулся во времени в нашу первую брачную ночь. Помня об ошибках в соитии с тобой, ласково целовал её, нежно поглаживал её содрогающееся от плача тело. Буквально по миллиметру входил в лоно. Она почувствовала энергетику любви, перестала всхлипывать, поглаживала меня по голове. Четыре контрольных выстрела я совершил, ответственно, с любовью относясь к желанию Вассы.

— Мама моя была актрисой областного театра. — рассказывала она в паузах, — Часто играла роль Вассы Железновой, была мастером в перевоплощении в эту личину. А когда внезапно забеременела, не стала делать аборт, как часто до этого случалось, а родила меня, назвала Вассой. Стáтью я вышла в маму, а вот лицом в отца. Тоже артиста театра, но бездарного лицедея.

В школе я влюбилась в одноклассника. Он оказался подонком. Сознавая, что выполню любые его просьбы, заманил меня в кабинет биологии. Там оказались ещё трое парней из нашей школы. Толкнули меня на стол, зафиксировали своими телами мои руки, ноги. Сашка порвал моё белье и начал насиловать. От боли я потеряла сознание. Но старый стол неожиданно сложился, и я почувствовала свободу.

Мне, крупной девочке, махнуть рукой и выбить челюсть насильнику, оказалась плёвым делом. Отец одного из насильников, оказался офицером КГБ. Хорошим человеком. Разрулил ситуацию, чтобы без расследований обошлось. Родители Сашки выплатили компенсацию. После экзаменов меня приняли в спецшколу КГБ. Многое тайна, сам понимаешь, не могу рассказывать.

— Так, что я опять буду отцом. Ты меня извинишь за измену?

— Да-а-а, — дуновением ветра сказала я. — В тот вечер я чувствовала, какую-то потерю…. Оказывается, ты не покрывал меня куполом ауры любви…. Какой-то нестерпимый холод… вс… окутывал меня… вс…, я хлебала спиртное, дробила своё тело… вс… членами, вс…, пытаясь согреться… вс…

— Не плачь… я с тобой.

Через десять месяцев, Вася получил телеграмму. "Спасибо! Назвала Васей!"

{3}

История с Вассой не закончилась. Два раза в год стали приходить посылки. Вернее, их приносили люди в штатском. Ничего серьёзного, кашне, мужские белье, парфюм. На день рождения Васи и день зачатия Василька. И устные послания "Целуем".

С того времени прошло три года. У нас с мужем опять всё вернулось в свою колею. Ники, ницы. Я придумала новую каверзу для секса с мужем. Но для этого требовалась женщина. Довериться я могла только трём женщинам — Шэр, Томá и Вассе. Рассказала мужу о задумке. Он одобрил, но выбор соучастницы оставил за мной. Выбрала Вассу. Как раз подходил день зачатия. Курьеру, который принёс подарок, Вася сказал:

— Передайте адресанту "С любовью. Плюс один. Знак вопроса".

Так мы зашифровали приглашение Вассе. Звонок в нашу дверь прозвенел через три недели. Васса с Васильком стояли на пороге. Лёша и Серёжа не понимали, кто эти гости. Познакомила их: "Это Васса и Василёк. Мы с Вассой отдыхали три года назад в Сочи, там познакомились. Пригласили её в гости. Вот только сейчас она смогла приехать". Я схватила малыша на руки, обрадованно начала тискать, целовать, показывая, что я рада Вассе. Она сказала, что устроилась в гостиницу. Я ей предложила нашу явку в качестве жилья. Васса, подумав, согласилась с моими доводами, что в гостинице в эти смутные времена шумно….

— Напомню вам, что начались девяностые годы.

Я накормила их пельменями, которые мы сообща лепили, даже маленький Василёк помогал. Мама Васса рассказала, как проходила беременность, роды. Взрослым парням такие разговоры были не в новинку, и они, не смущаясь, слушали. Вечером Вася повёз их на явку. Остался там на ночь.

— Я хочу с тобой поговорить, — начал утром разговор Алексей, — ты же понимаешь, что между папой и Вассой, что-то происходит. При встрече более долгое объятие. Ночь, проведённая явно с ней. Ты так спокойно к этому относишься?

— Сынок, милый. Я знаю обо всех отношениях папы с женщинами. Он меня любит, а остальное это развлечение. Хобби, так сказать. Не осуждай его. Меня тоже не осуждай. У меня аналогичное хобби.

— Как можно любить и прелюбодействовать? Вам обоим приятны грязные…, блин?!!

— Прелюбодействие это термин, выдуманный ярыми эгоистами и двуличными циниками. Запрещая изменять жёнам, они сами совокуплялись с падшими женщинами, намеренно загоняемыми теми же циниками в нищету. Соблазняли жён и сестёр менее обеспеченных сограждан. Церковники, потворствуя богачам, писали книги с правилами жизни в семье, явно способствуя загнать ещё в большую нищету людей. И сами так же содомничают с мальчиками. Ты же грамотный юноша, начитан. Больше всего я хочу, чтобы мои дети завели семью именно любя жён. И создали такой же очаг, как мы с папой.

В субботу, мы отвезли малыша к моей маме. Познакомили её с Вассой. Сказали, что нам необходимо съездить в Томск и малыш в дороге устанет. Бабуля рада была, что такой весёлый и ласковый мальчик побудет у неё.

На явке мы все покупались, смывая пот и пыль. Васса одела эротическое белье. Я так же одела белье, привезённое в качестве подарка. Надела босоножки на каблуках, чтобы сравняться ростом с Вассой. Лёгкие ажурные кружева не скрывали ареол на грудях, пухлые половые губы меж ног Вассы. Супруг, последний принявший душ, облачился в эротические мужские трусы "Слоник",

привезённые из-за рубежа.

Все трое хохотали, поддерживая юморизм авторов такого белья.

— Ты приготовишь коктейль из спермы и своего сбора? Не терпится узнать, что это такое!

— Пока тёплой водички приготовь. Не более сорока градусов. Сейчас сразу и подоим слоника!

От наших разговоров слоник вострубил. И исчез во рту Вассы. Я, засунула руку меж ног мужа, поглаживая мошонку, стимулировала оргазм. Эякулят был удачно слит в стакан, перемешан с каким-то концентратом. Сто миллилитров зелья мы разделили между троими участниками события. Я больше возбудилась от священнодействия. Измазала пальцы своей влагой, мазнула по губам Васи и Вассы. Смеясь и целуясь, мы сбросили бельё. Вася, сидя в кресле, восстанавливал потенцию, наблюдал за нашими лесбийскими играми.

Перекрещиваясь ногами, мы начали тереться клиторами, Васса всё сильней подтягивала меня к себе.

— Вась, сможешь вставить в это место? Получится? Сделаем стрекозу. — У Васи от моей фантастической задумки, мгновенно встал. Да и не просто встал — зазвенел от возбуждения. Он просунул пенис меж наших бёдер. Мы сжали его и начали шевелиться, выискивая оптимальные фрикции.

— Давайте я снизу лягу, а вы потом пристройтесь.

Сделали по Васиному предложению. Стало лучше. Муж напрягал ягодицы, мы замерли, вслушиваясь в ощущения. Виргхата — всплыл в моем мозгу термин из брошюры о сексуальных патологиях. Это когда возбуждение члена от трения по женским гениталиям, без проникновения. А тут получилась двойная виргхата. Из двух влагалищ полились ручьи. Вместо журчания, слышались постанывания.

Устали от такой позы, Вася лёг на меня, принялся со страстью заколачивать кол. Мне много не надо — отключилась. Открыв глаза, увидела, что Васса в позе наездница, тихой рысью скачет на единственном мустанге. Решила попоить коня из своего ручья. Села ему промежностью на лицо. Передом повернулась к Вассе, целуя её в губы, прислушиваясь к ласкам Васиного языка по клитору, провалилась в омут счастья. Вид агонизирующей женщины, не оставил равнодушными партнёров, они тоже начали извергаться.

{4}

— У меня такое предложение — поехали на дачу. Пригласим Славика, повеселимся.

— Я только Васе отдамся, не хочу другого…, - тихо, но внятно сказала Васса.

Задумка понравилась. Славик, которого, беременная вторым ребёнком Аделаида, заставила скидывать напряжение со мной, работал тренером, вырваться с работы не составило труда. Набрали еды. Бутылку коньяка, так как Васса и Вася отказались от употребления алкоголя по известной причине. Заехали за ником. Через час баня топилась, я с ником была чуть пьяна.

— Ложимся попарно на одной кровати. Васса, сегодня возможно муж, не вынимая сделает тебе два укола кожаным шприцом. Любит он смотреть как его жену другой мужчина шпилит. Славка, постарайся больше страсти выдать. Представь, что последнюю палку перед расстрелом бросаешь.

Ник постарался. Руками раздирал мои полужопенки в разные стороны. Впивался губами в соски. Я не играла, я по-настоящему представила наш с Васей коитус, вспоминала расположение вен на его члене. Вкус его спермы. Он смотрел мне в глаза, я в его.

Эксперимент удался. Муж изогнулся в пояснице, извергся в лоно Вассы. Лёг на ее грудь и через полминуты начал опять двигаться. Женщина под ним радостно застонала, подняв ноги выше, принялась яростно подмахивать. Пердение вагины не смутили её. Славика это тоже подстегнуло, закинув мои ноги себе на плечи, придавил к постели. Радости моей не было предела. Две самки в одинаковых позах получают усладу, доставляя радость мужчинам. Поочередно — Славик, я, Васса и Вася попали под обстрел оргазмов.

Как сговорившись — две женщины в центре кровати, мужчины по краям. Мы обе ласкали друг дружку, успокаивая тела, мужчины тоже поглаживали наши плечи, груди.

— Слав…, Васса офигительная массажистка. Готов постонать под её умелыми руками? Я от такого массажа кончила. Баня уже согрелась. Идёте?

— Я с полчаса полежу, — сказала Васса. И посмотрела мне в глаза. Влага на глазах говорила об умиротворённости её души, о благодарности нам с Васей. Где-то в матке толпа сперматозоидов таранила яйцеклетку, пытаясь внести генотип Васи.

— Нет, я сначала приготовлю еду. Знаю я себя — натрахаюсь до голодного обморока.

Мужиков заставила чистить картошку, сама накрошила овощей для окрошки и салатов. Поели, поболтали о разной чепухе. Васса сказала, что концентрат, с которым смешивали сперму это энергетик, для спецназовцев. Так как сегодня мы уже употребляли его, то больше нельзя.

Через два часа только пошли в баньку. Попарились. Затем нам сделали массаж. Мы с ником ушли в дом. А массажисты наминали друг друга. Часа через два любовники присоединились к нам, потому, что было пора ужинать. Так предаваясь утехам, мы вернулись домой, только следующим днём. Забрали Василька. Поехали к нам домой. Я решила объясниться с сыновьями. Мужу не говорила о претензиях Лёши.

{5}

Андрей пришёл без жены, как я просила. За столом с нами сидела Васса. Ребёнок играл рядом на диване.

— Детки мои, разрешите вам представить Васёньку. Он ваш братик…. Самые проницательные из вас уже догадались о необычных отношениях между мной и папой. — Немая сцена из пьесы "Ревизор" не сравнилась бы с этим молчанием моих домочадцев. — Половых отношений, я имею в виду. Мы, также, как и все годы, прожитые вместе, любим друг друга. Игры с другими партнёрами являются отдушинами в рутине быта.

— А Вася тоже от игры? — также неласково глядя мне в глаза, как и три дня назад, спросил Алексей.

— Повторяю — любовь между мной и папой безгранична. Мы решили поделиться частицей любви с Вассой. Я прям, чувствую, как в ответ получаю такую же энергетику любви. Ты что не видишь, как сияет папа? Я тебя умоляю, прими наши отношения. Не тормоши свою душу сомнениями — ничто не мешает мне уважать и любить вашего папу. Андрей, Серый, вы то хоть на нашей стороне?

— Я за вас очень рад. Знаю, что ругань из-за адюльтера приводит только к разводу или мордобоям. Это хорошо, что у вас такое кредо. Васса, можно на ты…? Я принимаю твоего сына своим братом. — более благоразумный Андрей, внёс свою лепту в миротворство.

— Мамочка, я тебя люблю, ты такая классная. С уважением принимаю твоё желание. — Сжав мою руку, сказал Сергей.

— Давно вы живете такой жизнью? — не унимался Лёша. — Я всё ещё не понимаю, чего вам обоим не хватает. Судя по вашим…м-м… шумам из спальни и моих познаний в половых отношениях, вы далеко не бесстрастные партнёры.

— С семьдесят восьмого года. Пятнадцать лет нашего брака можно назвать образцовыми по всем канонам — моральным, церковным, коммунистическим, а за тем договорились расслабляться таким образом. — спасая Васю от более гневных нападок Алексея, протараторила я. — Тебе надо идти психологом учиться. И позволь не раскрывать нашу с папой страсть. Так недалеко и до инцеста договориться, что я не приемлю, как и педерастию.

— А лесбиянство? — Не унимался средненький. Однако моё покрасневшее лицо ответило за меня.

— Ребятки, я так счастлива, что встретила вас на своём жизненном пути. — заговорила молчавшая до этого Васса, уже спасая меня. — В моей жизни было мало семей, с которыми я общалась. Но вы лучшая семья из известных мне. Я уверенна, что никакая мощь не порушит ваш очаг.

— Ах, да! Я пригласила Вассу, чтобы у папы был ещё один ребёнок, а у вас братик. Надеюсь через девять месяцев мы поедем встречать малышку.

— Может, сестричку уже кто-нибудь, родит, — растаивая, проговорил Алексей.

— У меня только под сыновей резец заточен. — общий хохот окончательно расставил точки во всех вопросах.

— Я разрешаю вам выбрать имя для него, — перекрикивая гвалт, сказала Васса и прижалась к плечу мужа. "Пусть будет второй женой" — решила про себя.

— А я узнал, что у тебя есть другой мужчина шесть лет назад! — дождавшись тишины, сказал Сергей.

— Поподробней, — попросил папа.

— Мама вышла из кафе с неизвестным мне мужчиной. Он её целовал в губы, тискал ниже спины. Ты, мамочка, не замечая меня, смеялась и не возбраняла ему. Вы пешком куда-то направились, я за вами. Оказывается, вы шли к дому, где наша однушка. Я остался на улице, увидел, как ставишь горшок с цветком на подоконник. Если до этого момента, я считал тебя…э-э-э, нехорошей женщиной. То после сигнализации, я, начитавшись шпионских романов, решил, что ты шпионка.

Затем ушёл. Ты пришла домой только вечером следующего дня. Бросила свою связку ключей в ключницу. Я взял лепёшку пластилина, захотел сделать слепок, чтобы тайно посмотреть шпионскую явку. Каково же было моё удивление, когда я не смог отличить какая твоя, а какая папина. "Точно! Они оба агенты ЦРУ!" — решил я. Буквально по крупицам вслушиваясь в ваши разговоры, я убеждал себя в вашей деятельности.

Ты сказала папе: "Надо увести чистое бельё на явку". "Явка! Точно они шпионы. Их завербовали! Машину, квартиру купили им!". Как-то вечером, когда вы оба были дома, я схватил связку ключей и понёсся в однушку. Очень не терпелось обнаружить аппаратуру связи или ещё какой-нибудь шпионский атрибут.

Я подошёл к входу в квартиру. Глянул под коврик, выискивая крошки сухарика, на обрамление двери, пытаясь увидеть волосок или нитку, сигнализирующие о вскрытии двери. Ничего не обнаружил. Вошёл в квартиру. Произвёл обыск. Кроме постельного, там было два комплекта женского белья. Эротичного, между прочим. Из мужских следов, там были носки и одни трусы. Обычные мужские трусы. Всё лежало в прикроватной тумбочке. На кухне нашёл только бокалы, несколько разных бутылок — коньяк, соки, газ вода, лимонад. "Мама красотка, сюда заманивает мужчин. Цветком сообщает, что жертва готова. Папа приходит и вербует жертву. Рация наверно у него в гараже. Он часто бывает там". — Выстроил я схему. Подумал, что вы только звено в крупной шпионской сети, в которой ваша роль заманить жертву.

Пока Серёга рассказывал, все сидели, закрыв ладонями рты, сдерживая смех. Но потом поржали до упаду. Он и сам смеялся.

— Другими свидетельствами были ваши с папой внезапные "командировки", обычно на одну ночь. Потому, что папа тоже не ночевал дома, я решил, что ты тоже вербуешь. Только женщин. А теперь самое страшное для вас, родители. Извини, мамочка. Ты тоже извини, пап. Представляя, как вы запутываете жертв, я…. Ой, нет. Мне стыдно…. Васса, вы тоже извините, если что. Сейчас…, сейчас…. Короче я дрочил. Фух…! Сказал.

— Ты…, ты… трухал на родную мать? — успокоив, начавшие болеть от смеха скулы, смогла спросить я.

— Ма! Ты реально красотка из шпионских фильмов. И не на тебя не посредственно, только на образ в голове….

— Ещё не хватало, чтобы ты спускал мне на подол!

— …Я видел твоё эротическое белье ярко-фиолетового цвета. Папу тоже представлял. Извини, пап, но мне думалось, что твоими жертвами должны быть старухи из горкомов. Или что-то на подобие. Ой, я извращенец!!! Простите меня, родители…. Ну, ма…!? Между прочим, я сам жертва. Книги! Раннее половое развитие. Лешка, дрочащий по ночам, будто я не слышу. Ну, что вам объяснять… Вы сами жертвы сексуального становления.

— Не подглядывал за мной? — обильное покраснение лица, с головой выдало Серого. Он опустил голову и, посмеиваясь, плакал.

— Ну, уж каяться, так всем! — неожиданно произнёс Алёшка. — Я тоже подглядывал…. В бане…. Извини…. Видимо…. Поэтому я очень тебя ревную, мамочка! Это уже проходит…. Ты остаёшься моим идеалом…. С другими женщинами я разряжаюсь от мысли о тебе…. Пап, ты тоже извини, если что.

— Мамы всегда самые любимые женщины в жизни сыновей. Чтобы разрядить обстановку, скажу, что я возбудился, глядя на свою маму, будучи женат. И вы уже были рождены.

— Когда это? — Я.

— Вторая ночь. — Вася.

— А-а.

— Во! Видите? Они опять общаются по-шпионски. У-у, агенты империализма! — Серый не унимался.

— Я тоже мастурбировала, глядя на папу, — начала Васса. — вернее, как он лапал маму. Как она ласкалась к нему. Звуки за стеной спальни. Пыталась подсмотреть за папой в ванной комнате. Но кроме внезапно выпавшей мошонки, когда он садился в кресло ничего не видела. А ты, Ань?

— Во время моего полового развития, папа сидел в тюрьме, не на кого было смотреть. На образ мальчиков в балетной студии мастурбировала. Эти дурацкие балетные костюмы для мужчин, кого хочешь до греха доведут.

— Остался только я, — оживился самый молчаливый из нас, Андрей. — Родители! Из-за вашей возни через мою стенку… я спал на уроках…. Я карандаш стёр. В смысле пенис. Сейчас с Жанной отрываюсь, приучаю её к такой же страсти.

— Всё!!! Прекращаем каяться!!! Давайте ужинать и смотреть "Изауру"!

С Вассой мы приготовили ужин, покормили мужа, детей. Андрей уехал домой к своей Жанне. Вася со второй женой поехал на явку. Я выстирывала трусы, которые обильно намокли от эротических разговоров.

{♂ 25 ♀}

— Только не думайте, что мы с Васей каждый вечер чпокались с никами на явке. Два-три раз в год я. А у Васи не спрашивала. С Вассой мы до сих пор общаемся. Она официально вышла замуж за какого-то офицера отставника. Вася несколько раз ездил на Кубань. Ну, что, девки, а у вас какие приключения были? Рассказывайте вы, у меня язык устал.

— Моя мама сказала, что она всё время только с папкой занималась, ничего интересного. Зато у тёти Гали язык от выпитого вина развязался и рассказала:

Рассказ тёти Гали

Ну, также как вам, тёть Нюра, целку мне порвали обыденно, не умело. А может, не хотел порвать нежно. Остались воспоминания только о боли. Тренер по гимнастике. Пиздорванец, блядь! Вошёл в меня грубо, не возбудив. Он был слегка подшофе. Ирка Захарова, Гулька Шамсина тоже говорили о такой не приятной дефлорации. Сказал, что нужно для эластичности, гибкости тела. Светка, тебе тоже он связки растягивал …? Ну и как растяжка? Нам тогда по пятнадцать лет было. Тренер из него плохой, а любовник тем более. Что такое оргазм, что его можно достигнуть, я узнала на краевых соревнованиях.

Парень из соседнего города, сразу приглянулся мне. Я ему тоже понравилась, так как постоянно ловила его взгляды. Макс, с друзьями пригласил меня с подружками посмотреть Красноярск. Если рассказывать предысторию, то это долго. А быстро — в конце концов, я и Ирка Захарова оказались в одном номере с Максом и Олегом.

В этот вечер я узнала об оргазме не понаслышке. Молодая, твёрдая дубина, с частотой — раз в полчаса, ныряла к шейке моей матки, вызывая трепет в поджилках от сжимающихся стенок влагалища. От первого оргазма я была в таком шоке… я…, я прям не знаю, как описать ту сласть, то чувство…, да вы сами испытывали — всепоглощающее чувство эйфории, квинтэссенции неги.

Глотком лимонада, восстанавливала уровень влаги в теле, потому что текла как полноводная река. На соседней кровати Олег с Ириной не отставали. Не так закомплексованная подружка не стремилась удержать одеяло — оно валялось на полу. Не сдерживала она и поскуливаний от экстаза.

Порнографический вид сношающейся парочки, снял все мои этические барьеры. Я хотела также как Ирка терять сознание. Желала ласкать, сосать пенис. При этом не выпускать другой член из вагины. К сожалению, фалдусов, было всего два. Вторая мокрощелка того же хотела.

Так продолжалось до одиннадцати ночи. Потом парни сходили за перекусоном в ближайшее кафе. Мы, с Иркой сходили в свои номера, тоже принесли свои домашние запасы. Соседки моей, Ольги Викторовны, нашей медички, тоже не было в номере. Потом, утром, я первая вернулась в номер, она пришла чуть позже, растрёпанная как болонка, без макияжа, страшная как смерть. Но довольная напевала песенку в душевой. Я ухмылялась, глядя на её немолодое тело, пока она надевала спортивный костюм. "А ведь она тоже наеблась сегодня, как и я. Тоже напевала мотивы, лаская своё тело, успокаивая его от возбуждающих воспоминаний". Разница между нами была не только в возрасте — медичка была замужем, между прочим, за приятным на вид мужчиной, в которого ссыкушки наподобие меня, были влюблены. Это потом я начала понимать, что страсть заставит изменить даже самому лучшему человеку, а тогда я мысленно стыдила её.

Шушукаясь, с подружкой, делись информацией о соитиях, ощущениях во влагалище. Ирка сразу сравнила член Олега с прибором Сергеича. По её ощущениям — тренер в два раза проигрывал парню. А уж о продолжительности и говорить не стоит.

Видимо парни меж собой договорились о смене партнёрш. Как и мы с Ирой поговорили о смене мальчишек. Олег мог сравниться всеми параметрами пениса с тренером и Максом вместе взятыми, не боясь поражения.

Под такой размер фалдуса, моя вагина была не готова.

Возбуждённость, увлажнённость были готовы, а вот стенки нет. Юная пизда с минимальным опытом половых отношений, не ожидала такого массированного натиска. Мне показалось, что мои тазовые кости разошлись от проникновения Олегова пениса. Слизистая оболочка влагалища растянулась до разрыва. Феерический оргазм накатил на меня буквально через десяток фрикций.

И как у тебя, тёть Нюр, у меня произошёл аналогичный оргазм. Мускулатура вагины намертво захватила член парня и начала совершать действия схожие с доением вымени коровы. Парень не мог двигать телом. Это продлилось буквально секунд пять, но ошарашило Олега до одурения. И так повторялось всегда. Я окончательно не теряла сознание, чувствовала, что вытворяет моя вагина и от этого ещё больше кайфовала.

За первое соитие, я потеряла счёт приплывам. Лежим, отдыхаем. Ощущаю пустоту во влагалище, так охота заполнить её вот этим пенисом, который сейчас лежит обессиленный. Для ускорения ввода члена в боевое положение — принялась ласкать прибор языком. Первый раз чмокнула головку пениса. Вы тоже, наверное, в такие моменты действуете спонтанно, не размышляя — приличны или нет, дозволены или запрещены в правилах секса такие методы. Просто захотела и коснулась губами измазанного совковым маслом органа.

Сразу вагина отозвалась сжатием. Всё необычно делать впервые. Слизывая остатки слизи, едва не кончила от кайфа — смесь мужской спермы с моими соками, казались вкуснее пломбира. Пенис принял борцовскую стойку буквально за полминуты. Видимо конституция моего тела имеет такую особенность, что при соитиях с партнером, мне было более приятно находиться в коленно-локтевой позе. Встала на четвереньки и направила поршень Олега в себя. Ритмические покачивания парня, передавались моему телу — груди тоже совершали колебания. Лёгкий ветерок охлаждал разгорячённую поверхность сосков. Накачанная спермой и соками вагина издавала такие пердежи, что действительно было стыдно. Но приятно, чёрт возьми.

Отдыхая, мы с Олегом наблюдали, как Макс закинул ноги Ирины себе на плечи. Если бы не гимнастическая гибкость — позвоночник девчонки поломался. Она не могла пошевелиться — Макс использовал её как дырку в матрасе. В тот момент Ирка лежала под ним в сознании. Но не постоянном. Чаще она отключалась от накатывающих оргазмов. Причём оргазмы становились чаще, продолжительней, промежуток меж ними сокращался. Ирка, нещадно сжимала простынь. Мне видны были её пальцы — белые от напряжения, будто кости голимые. Сжатые зубы, чётко выделили её скулы. Её кунка так же пердела, вызывая наши с Олегом смешки. Когда Максим кончил, она была без сознания.

Парень побежал в туалет облегчиться. Несколько секунд понадобилось подружке понять, что с ней произошло. Глянула на нас. Вспомнила и улыбнулась пьяной мимикой, хотя никто из нас спиртного не пил. Довольно долго пожурчавший в туалете Макс, наконец, освободил унитаз, и я тоже сходила помочиться, подмыться. Из меня лилось с двух стволов. Олег принёс в ванну Ирину и посадил в поддон. И не стесняясь, принялся мочиться. Ирка писсала в поддон. Так же не из одной дырки. Шипение мочи из уретры, смешивалось со шлепками капель из влагалища. Я направила струю душа на гениталии подружки, от чего она дёрнулась. Полезла рукой раздвинуть её створки — она отскочила — до того возбуждена была её кунка. Оставила попытки подмыть подружку.

Общий вид Ирки был сравним с кадрами из фильмов о бомжах — расплывшаяся тушь, помада на всём лице, взлохмаченные волосы на голове. Зеркало показало, что мой видок был похлеще — засос на шее, появился от поцелуя Макса. Сполоснула лицо. Руками расправила волосы, восстановила, что-то на подобии пробора. Улыбнулась, подмигнула отражению, радуясь новым достижениям в сексе.

Член Олега опять захотел войти в контакт с моей пещеркой, как вы понимаете, я была этому только рада. Опять встала раком, снова наслаждалась контрастом температуры своих сосков и охлаждающего их ветерка. Снова склещивалась с Олегом, доставляя ему усладу. С Володькой я тоже получаю такой кайф. А ты, Свет? Как у тебя?

— Нет, не разу не испытывала такого оргазма, сжатие происходит и только. Спину спазмом выгибает от сильного экстаза. Охаю бесконтрольно громко. Соки из клитора струёй льются. — Ответила мама.

— Ирка опять лежала безучастно, — продолжила тётка, — Максиму это видимо надоело — вынул член и, подойдя ко мне, подставил его к моему рту. Очевидно, он поймал мою телепатему: "Хочу засосать твой член". Вкус смазки Макса, перемешанный с соками Ирки, приятно щекотал слизистую оболочку моего языка. Со звуками, как при всасывании макаронины, облизывала все соки с члена. Попросила парней поменяться местами. Хотелось испробовать свой сок. Мм-м, какой смак!!! Это не сравнить с облизыванием пальца, побывавшего у тебя в вагине при мастурбации. Это совершенно другой экстаз. А запах? От одного только запаха я кончила. Сперма Олега, покидающая яички под действием мышечных спазмов, начала наполнять мой рот. Чтобы не пролить субстанцию, держала губы плотно замкнутыми вокруг члена и глотала часто, как воду после жажды.

— Макс, я тоже хочу пососать, иди ко мне, — попросила Ира, наблюдавшая за нами, сидя на кровати, широко раскинув согнутые в коленях ноги. Она потихоньку поглаживала свой клитор, успокаивая его.

Глядя, как она мило просила, практически с детским выражением лица, как она шевелила своими маленькими устами, я бы сама дала ей пососать член.

…Если бы он у меня был. Макса не надо было просить дважды.

На дальнейшее продолжение оргии, у мальчишек не хватило сил. Они сходили, помылись. Затем я с Иркой пошла.

— Ты так эротично просила пососать, что я захотела иметь член, чтобы выебать тебя в твои нежные уста. Как тебе смесь спермы и моей смазки? — Спросила подружку.

Ирка залезла пальцами в мою щёлку, обмакнула их соками, причмокивая, облизала. А я что, дура? Произвела такую же операцию.

— Вкусные чернила в твоей чернильнице. Я как увидела движение твоей гортани, когда ты принимала сперму парня — ощутила нестерпимый голод, — подружка всё чаще ныряла в мои органы, намекая на лесбийское продолжение…. Но усталость доконала меня. Мы легли спать. Утром парни довели нас до…

— Номеров? — спросила баба Аня.

…оргазма ещё раз. Они сначала пошушукались. Кинули монетку. Как потом выяснилось, оба хотели меня. Так как Ирка отключалась и лежала не лучше бревна. Я же хоть не так выражала экстаз звуками, находясь в состоянии эйфории, продолжала активно учувствовать в процессе. Данная информация меня порадовала. Выиграл Олег. Парни поставили нас раком, плечом к плечу, головами к стене, так что мы с Иркой могли целоваться. Кавалеры тоже плечом к плечу, как слаженный механизм — синхронно входили в наши уставшие, но желающие большей ỳстали, дырочки. Ирка обиделась, что её сравнили с бревном и мысленно отстранилась от коитуса. И только когда я кончила, она позволила себе словить оргазм.

На соревнованиях по гимнастике, никто из нашей четвёрки не победил. Не зря тренеры не разрешают парням заниматься сексом перед битвой. Я лично больше вспоминала прошедшую ночь, начинала мокреть, что перестраивало организм на другие свершения. К тому же чувствовалась усталость в нетренированных мышцах влагалища. Я даже по юношеской наивности мечтала так натренировать их, чтобы "раскусывать орех". Но победа была — мы удовлетворили наши потребности в настоящем оргазме.

Соревнования закончились. Ирка кстати, залетела от тех парней. Отец её хотел найти и предъявить, что-нибудь Максу и Олегу. Но благоразумная мать, запретила ставить в известность интересное положение дочери.

Затем я с родителями переехала в другой город. Учёба, работа. Как у всех. Половые контакты были, но не такие как с парнями — Максом и Олегом. Всё в основном из-за отсутствия мест, где можно было, не стесняя движений и звуков достичь точки перехода к истинному эйфорическому оргазму. С Ириной перед отъездом встретилась для проверки своей лесбийности. Нет, это не моё. Гораздо лучше вкушать ароматы мужских выделений. Тактильно ласкать извивы вен и головки, звенящего от напряжения фалдуса.

Затем я замуж вышла. Даже сама не знаю, для чего сказала: "Да" на предложение парня. Этот так себе ебунок, я вам доложу. Быстро своё дело сделает и на боковую. За три года жизни всего пару раз было, чтобы до оргазма дошла. Да и оргазм так себе…, как бы сказать культурнее… поверхностный…, не до такой степени, чтобы не могла встать на ноги, пошатываясь пойти в туалет и выпускать из двух отверстий жидкости, при этом стараться не упасть с унитаза от головокружения.

{♂ 26 ♀}

Свёкор устроил меня на промбазу, кладовщиком. Временами экспедировала грузы. Отправили нас по осени на картошку. Сели, отобедали. А выпивки не хватило. Так как я самая бойкая была, отправили меня в сельпо за водочкой. А там давка. Толкаемся к прилавку. Вдруг чувствую, кто-то мне промеж полужопенок упирается. И не рукой. Повернулась. Мужик деревенский. Глазки озорные. А "не рука" все твёрже толкается. Рука мужчины полезла под фуфайку, стиснула грудь. Мне, пьяной блядёшке, только того и хотелось. Да почему только пьяной? Я и трезвая не ломалась бы. Махнула ему головой "следуй за мной" мол.

Зашли за магазин. Там то ли лес, то ли парк. Ухватилась за дерево, предварительно скинув штаны с трусами. И вот так просто, как блудливые кобель с сучкой потрахались, даже ни слова не сказав друг другу. Поправили одежду и опять за водкой.

Отъебал…, да только этот эпитет подходил к тому процессу…, он меня знатно. Тоже чем-то на подобии вот этой бутылки. Я поначалу решила, что он рукой полез в меня. Но тут заметила его руки у себя на бёдрах. От представления, каким шкворнем меня приходует тракторист, истосковавшаяся по настоящему оргазму, я запустила руки к его причиндалам и в некоторые моменты тащилась от силы ударов большими яйцами по пальцам. Когда ёбарь вошёл в раж, стал приподнимать меня от земли, так как выше меня ростом был. В сумрачном состоянии подсознательно обхватила дерево, боясь упасть. Мышцы вагины сжали пенис мужика, а ему как бы похеру. Разрывает меня, но ебет. Одновременно больно и приятно.

При семяизвержении, дико, как лев не рычал, хотя считала, что он сейчас обязательно зарычит. Нет! Обыденно кончил. Как будто мастурбировал мною. Чуть-чуть потрясся от экстаза, отряхнув член, натянул штаты и гуд бай. Я же пообссыкала ему и себе спущенные портки.

Когда шла к девчатам с бутылкой водки в руке, представляла такую же посуду в пизде…. Хотела бы я ещё раз на том штыре поболтать ножками. Да, что там скромничать, целку из себя строить — не единожды позволила бы раздвинуть мои тазовые кости, чтобы они после соитий с лязгом сходились!

Домой добралась, покупалась. Легла на диван, ноги раскинула — проветриваю пизду. Еблю вспоминаю. Одной рукой сосок тереблю, другой сикель массирую. Напрягая тазовые мышцы, подмахиваю своей же руке. Провалившись в туман оргазма, уснула с пальцами в вульве. Муж пришёл домой тоже поддатый. Увидал красоту. И давай на мне прыгать. Бабы! Вот как ложка в стакане болтается, так и его писюнок по сравнению с той "бутылкой" в моей вагине теребенькался. Но я спросонья конечно подмахнула ему.

— А что за ранки у тебя на шее и плечах? — спросил он, заметив следы от царапин, когда я, боясь упасть, обхватила дерево. Блядь! Ещё и ревновал, недомерок.

— Да вот поспорила с людьми, что тоже могу мешок картохи на плече унести. А мешок то рогожный — поцарапал. — Быстро нашлась я. Мы же бабы найдём, что спиздеть наивным мужьям. Правда, ведь?

{♂ 27 ♀}

Недолго после этого с ним жила.

Была зима. Меня направили отвести товар в ближайший район. Водителем направили Вовку, моего теперешнего мужа. Едем. Тут мне захотелось пописсать. Остановились. Девочки направо, мальчики налево. Вернулась к машине, водителя нет. Слышу, кто-то кричит. Побежала на крик. Смотрю — шофёр в полынью провалился. Выбраться не может, лёд скользкий и ломкий по краям.

Пока я хворостину отыскала, пока подползла к полынье, Володька замёрз. Еле уцепился за ветки. Вытащила и в машину его оттащила. КамАЗ со спальником. Раздела его догола. Накинула на него одеяло, какое было. Одежду его развесила, на чём попало. Окна махом затянулись влагой. Вовку колотит озноб, никак не согреется мужичок.

Вспомнила, как северные женщины отогревают замёрзших людей. Разделась сама догола. Нырнула к нему под одеяло. Берусь за член, чтобы разбудить в нём энергию. А он такой холодный, такой маленький, сморщенный, как недозревший перец, и по цвету не сильно различается. У меня в ладонях огонь. Начал оживать писюн. Дыхание участилось. Полез Вовка целоваться. Руками за дойки мои хвататься. Руки, правда, холодные, но страстные. Я ему спину, жопу руками массажирую, кровь разгоняю.

Чувствую и сама распарилась. Сок потёк из меня. Потянула мужика на себя, помогла с направлением, не совсем окрепшего члена во влагалище. Вот тут я почувствовала разницу температур наших органов. Холодный пенис в распаренной вагине очень контрастно чувствуется. Если изначально фрикции были вялые, затем переросли в энергичные толчки. Во всю длину члена. Я только подмахиваю ему. И старалась, чтобы одеяло не соскользнуло с нас. Потрудился на славу. Потёк изо всех щелей. И пóтовых, и…, ну вы понимаете ещё из какой.

— Согрелся, — спрашиваю, — не помрёшь?

— Часик полежу, посплю, — Отвечает. Ну и я на его плече уснула. Проснувшись, повторно палку бросить решил. Сильно уж замёрз. Не вылезая из-под одеяла, принялся обхаживать мои груди. Полез с поцелуями. Запустил руку мне меж ног, тревожа покой во мне.

Я тоже принялась дрочить его член. Правильно ты, тёть Нюр, говорила, всем охота помацать инструмент. Чем больше он твердел, тем интересней становилось — у него инструмент оказался кривой.

— У тебя от холода член искривило! — шепчу ему.

— Нет, не от мороза, с детства такой, — говорит. — Только мне надо помогать вставлять его куда следует.

От такого я сильнее завелась. То-то, думаю, чего это мне так приятно было, от необычных ощущений.

Согрелись основательно, а уже вечер за окном. Товар везти надо. Позвонил на базу, придумал отмазку насчёт поломки. У шофёра нашлась газовая плита с кастрюлькой. Вскипятили воды, заварили чаёк. Ужинали Вовкиными запасами. Машина мирно работала, обогревая салон. Мы мирно трахались от радости, что так легко всё обошлось.

Вот так Вовку встретила, начала от мужа к нему бегать. Он хоть и старше меня гораздо, но опытней первого. Этот своим искривлённым хуем ублажит, так ублажит. Мужу сказала о разводе. Причину назвала — не сходимся характерами.

{♂ 28 ♀}

Развод не хотел оформлять, гадёныш: "Люблю тебя, руки на себя налажу". — я понимала, что шантажирует, но смерти ему не желала и подстроила, как будто он мне изменил. Старшей кладовщицей на промбазе была старая лесбиянка. Мужеподобная гора мышц, по прозвищу "Гаврош" с первых дней моей работы приставала с намёками. Знаете, как маленькая сучёнка боится огромного кобеля? Так и я поджимала промежность при её касании.

Однажды она всё-таки изнасиловала меня. Подговорила молодого грузчика, чтобы тот охмурил меня. Когда начался процесс совокупления, я дошла до точки потери сознания, он вышел из меня. И тут же припал устами к моей промежности.

Я его хвать за волосы, чтобы сильнее придавить к клитору. А причёска другая. Смотрю замутнёнными глазами, вижу, что это лесбиянка. Сил и желаний не было. Вылизала она меня хорошо. Ссыканула я ей живительной влаги из манды.

Пригласила её к себе домой, муж тоже дома был. Подсыпала в водку клофелина. Себе наливала венгерский "Рислинг". Муж сразу вырубился. Вторая жертва сначала меня помучила. Пососала груди, клитор. Там у сикеля и уснула. Раздела её окончательно. Перетащила пьяного мужа на диван. Устроила позу, будто он на ней. Через некоторое время, дав снотворному рассосаться, начала истерично орать, будить их: "Тварь! Сука! Опоил меня, а сам ебешь мою подругу! Гад такой! Обещал верности! Оторву тебе мудья под самый корень!" — выкрикивала я заготовленный текст, натурально схватив за причиндалы. Видимо подсознательно, старалась причинить боль, тянула мошонку, будто намереваясь оторвать. Кричала громко, чтобы соседи слышали. Слёзы выдавливала из себя натурально, хоть смешно было смотреть на лесбиянку, не понимавшую, откуда появилось существо с палкой вместо расщелины.

Развод оформили, как положено через месяц. Квартиру его не стала забирать — у Вовы своя большая трёшка. Лесбиянка попалась на махинациях с материалами. Освободилась от обоих.

{♂ 29 ♀}

{1}

— Эксгибиционизм, — напомнила баба Аня.

— Точно…! Анна Андреевна! Позволь, сказать, что ты истинная мать Тереза или кто у нас символ супружеской верности, по сравнению со мной. Двум мужьям начала изменять в первые месяцы супружеской жизни.

Первому через две недели после свадьбы. Купили спальный гарнитур. До подъезда магазинные грузчики доставили. Валерик, муж мой пожалел грошей за занос на третий этаж. Позвал друзей. Занесли. Опустошили поллитровку. Собрали. Я приготовила поляну — закуску, выпивку. Двое друзей ушли, третий, насмотревшись на то, как я ползала, убирая мусор, протирая пыль, заправляла новую кровать, начал подпаивать муженька. Тому много не надо. Умысел дружка поняла и мгновенно потекла.

Новое супружеское ложе опробовала с дружком супруга. Предварительно сходила, смыла пыль с тела, намазалась лосьоном. Любовник, раздевшись, терпеливо ждал на прикроватном пуфике. Противозачаточное приспособление натягивала на хуище, оценивая и сравнивая его параметры с супружеским перчиком. Длина и толщина соответствовали размерам пениса Максима. Темперамент, правда, другой, но в этом и красота разнообразия мира.

Новая кровать, новый любовник, муж, спящий на кухне, мгновенно довели меня до экстаза. Кончила склещившись с новым пенисом. Любовник тоже мгновенно излился. Думала, как и Валерик, одну палку кинет и уйдёт. Не-ет!

Презерватив с молафьей положила на тумбочку. Сходили на кухню, выпили сами. Разбудили новоиспечённого козла, выпили с ним за удачную покупку. При этом я сидела в застёгнутом на одну пуговицу халате у него на коленях. Я провела ладонью по его волосам — вдруг и вправду рога лезут, ха-ха-ха. Супруг так и уснул, засунув руку мне в промежность.

Ебунок поставил меня раком в дверном проёме кухни. Я бесстрашно стонала от кайфа, сотрясалась от оргазмов. Ещё больше возбуждалась, когда Валера поднимал голову, пробуждаясь от моих криков, не понимая, смотрел на ебущуюся жену. Второй контрацептив лёг к первому. Легли на новое ложе. Поспали чуточку.

Муженёк так и не проснулся. Разбудила его:

— Сходи в туалет, ты же хотел ссать.

Пришлось его вести с дружком на горшок. Стянули с него штаны с трусами. Сами пошли на кухню промочить горло. Чуть ли не падая, пришёл голый муж. Не замечая дружка, начал приставать ко мне. Отодвинула бутылку с рюмками, легла животом на обеденный стол. Любовник оставался у раковины. А муж начал сношать меня. Я опять, от того, что за мной наблюдают, начала кончать раз за разом. У любовника тоже хуище стоит, мама не горюй. Аж звон по хате раздаётся. Валерка кончил. Выпила с ним остатки водки. Он опять уснул.

Елда любовника уже облачена в презерватив. Лежу на этом же столе пузом вверх. Ноги на плечах любовника. В нескольких сантиметрах от лица мужа. Сперма Валерика, являясь дополнительной смазкой, чавкает в манде. Ух, как возбуждающе! Экстремально — вдруг муж очнётся, сообразит! Даже сейчас трясусь от воспоминаний.

Третий презик, лёг рядом с предыдущими. Отволокли мужа на супружеское ложе. Любовник ушёл.

— Какую трахательную кровать ты купил, три раза за ночь меня сношал. Можно сказать, выеб в доску. Ух, какой секс-гигант. — Сказала ему утром, показывая презики. Он с бодуна не соображал, почему это он использовал гандоны. На правах мужа мог не предохраняться. Пару недель томился этой мыслью.

— А почему я презики одевал тогда? Не напомнишь?

— Сказал, чтобы от пьяного не зачать. — произнесла заготовку ему в ответ. Я не желала так рано рожать. Хотела большей стабильности в семье. Поэтому гинеколог тайно поставила мне спираль.

Как же я в тот момент захотела отомстить ему за ревность. Пусть даже заслуженную. Но часть вины лежала на нем. Хотелось поковырять ему болячку сомнений. Надумывала, как бы устроить аналогичную ситуацию. Только через полтора года, на дне рождения супруга, среди приглашённых гостей, как лучший друг мужа был Андрей, тот любовник.

{2}

Это был вечер блядства. Из приглашённых гостей только мой свёкор и бабка мужа не трахались…. Ха-ха! В тот вечер, а не всегда. Не перебивайте…. Естественно банкет начался с обильного возлияния спиртных напитков. Мужчины пили водочку, бабушка тоже потребляла сей продукт. Дамы пили "Рислинг" Потом начались танцы-обжиманцы. Я танцевала, сначала с Валеркой, который как секс-маньяк, прижимал мою попку руками к себе. Лез с поцелуями к шее, от которых я, жеманно отстранялась: "Люди смотрят, неудобно, прекрати" Со свёкром пару танцев покрутилась, этот вольностей не допустил. Золовка своему мужу Игорю запретила из ревности пригласить меня на круг. Андрей тоже пригласил на тур. В кутерьме гостей, незаметно тёрлась лобком о бедро любовника. Он тоже прессовал мои ягодицы.

— Уйдёшь со всеми. Как муж уснёт, пару раз включу, выключу свет на кухне. Дверь будет открыта. — Шепнула ему.

Опять напились. Свекровка с золовкой Ольгой оказались такими же блядьми как я. Мамаша исчезла из компании на некоторое время. Вернулась растрёпанная, без колготок. Через минуту появился свёкор старшей дочери Ян Ионович — ясно дело на лестничной площадке сношались. Золовка в ванной еблась с мужем. Будто им своей хаты мало. Я, сидя на горшке, слушала их блядские оханья, возбудилась. Энергетика блуда, витала по помещению. Жаль, подсмотреть не было возможности. Свёкор за столом обсуждал что-то с Валеркой.

Ян опять тёрся о передок сватьи во время бесконечных танцев. Охватывает за полужопенки, прижимает к бугру в штанах. Догадываюсь, что есть вероятность повторного акта меж ними. Выскакиваю на площадку. Спускаюсь на один этаж. Жду. Недолго ждала. Парочка вышла, уже не таясь — вместе. Пошли на пятый этаж — там меньше вероятность спалиться перед жильцами. Тихонько поднимаюсь за ними. Пухленькая мама оказывается, трусов не одевала. Задрала подол, стала раком. Кавалер минут пять кочегарил сучку.

Взмокрев, я вернулась к гостям. Папа с сыном яростно обсуждали какие-то вопросы, не зная, что их жены изменяют им — ведь я мысленно уже напяливалась на член Андрея. Любовник присел рядом с ними, начал спаивать рогоносцев. Присела между мужем и любовником. Положила ладонь на ширинку супругу, придавливаю, мну — ноль эмоций, всё ещё в споре с папашей, а я реально хотела секса, хотела увести мужа в спальню и потрахаться. Сменила руки — бугор любовника радостно откликнулся, желала его заманить на пятый этаж, но я была распорядительницей застолья и моё отсутствие станет заметным.

Смеясь как лошади, появились Ольга с Игорем. Зятька перехватила тёща, потащила танцевать, а золовка села возле бабки на диван. С моего ракурса было видно, что и эта сучка не удосужилась надеть трусы: "Они, что весь вечер будут тут ебаться?" — думаю про себя. И уже планирую как бы перепехнуться с Андреем. Предложила ещё выпить за здравие именинника. Первой радостно подскочила бабка, видимо скучно ей без ебаря. Выпили. Я сходила тоже сняла трусы. Всё равно мокрые. Если что, легче будет чпокнуться.

Бабка, ссылаясь на больные ноги, отказалась от тура с Яном. Он пригласил меня. Жар, исходящий от быка производителя, наверно меньше. Как самую молодую женщину в обществе, Ян лапал меня. Не обнаружив под подолом складок трусов, возбудился сам, а обо мне и говорить не стоило.

Я хотела утащить его на площадку, но Игорь позвал отца покурить на балконе. Золовка тоже примостилась меж ними. Если на кухне не включать свет, то никто не заметит наблюдателя. Ольга обняла мужа за талию, положила голову ему на плечо, а Ян задрал ей подол и полез рукой к кунке. Золовка выперла жопу, второй рукой оттянула одну ягодицу, чтобы глубже пальцы запустить. Гляжу — временами двигает задницу то назад, то вперёд — подмахивает блядище. "Бля! Да тут настоящий инцест получается. Видимо папочка сношеньку поебывает. — рассуждаю сама и мокрею. — Да, когда же вы, суки, уйдёте!"

Услышали мои молитвы: "Команда по домам"! — крикнул мой свёкор. Другой свёкор вынул пальцы из лона, понюхал и облизал. Золовка блядски улыбнулась этому. Её лопоухий муженёк не заметил измены. "Ещё один рогоносец. Бля! Вы тут рогами не переплетитесь, олени!" — радостно думаю я.

Да как же без традиции — на посошок! Мой лось, шатаясь, кинулся грудью поддержать обычай. Зря я радовалась — где вы видели, чтобы посошок обходился одной рюмкой?

Муженёк вспомнил, что торт не разрезали.

— Тащи торт, жена, чего зря покупали, что ли? — кричит именинник.

"Я тебе за это таких рогов наставлю, пизденыш, хер в двери проходить сможешь!". - мысленно угрожаю и радостно лепечу:

— Действительно. О! Да тут ещё бутылочка водочки осталась. По традиции надо весь алкоголь выпить, чтобы не дай бог не выдохся! — кручусь возле стола как белка, разгребаю, устанавливаю. Всё предельно быстро. Как бы намекая — давайте быстренько уничтожайте яства и на хуй отсюда — я ебаться хочу.

Валера, Игорь опять затеяли спор с папочкой. Андрей тоже не отстаёт, с умыслом окончательно опоить всю компашку, особенно моего козла. Свекровка с бабкой мне в радость, в обе щеки уминают торт, запивают чаем. Две чашки с чаем стоят не тронутые. В комнате больше никого. Я на кухню. На балконе золовку шпилит Ян….

…Уже в раж входят. Сучка замечает меня, но не может выскочить из-под кобеля. Ухожу. Уже не надеюсь, что это кончится. Захожу в зал. Образ переплетённых корней деревьев, венчает головы трёх рогоносцев. Ольга заявляется, как ничем не бывало. Садится за стол, лопает торт. Ёбарь через минуту подсаживается к спорщикам. Сжирают всё, уходят гурьбой.

Супруг потянул меня на постель.

— Сейчас уберу продукты, чтобы не пропали и приду, жди меня.

Переоделась в домашнее, начала убирать посуду. Глянула на храпящего супруга. Посигналила любовнику. Он разорвал мою одежду, страстно целуя и говоря, что ему охота сношать меня возле мужа. Легли рядом с нагим супругом.

Опять страстно стонала, опять оргазмировала от экстрима. Мужу снился эротический сон…, что не удивительно от моих стенаний. Кровь наливается в пятнадцатисантиметровый перчик. Андрей, весь вечер, изнемогавший от эрекции, быстро кончает и отваливается на край постели. Я тут же заскакиваю на писюн мужа. Сперма Андрея, вытекая из влагалища, возбуждающе чвакает, напоминая о виновнике. Пощёчинами бужу супруга: "Очнись, половой гигант, ты меня уже заёб, второй, раз не вынимая сношаешь!". — фантазирую о несбыточном акте. Заставляю врубиться в процесс. Муж, подмахивая, мнёт мои груди, бёдра. Стонет как умалишённый.

Ещё один привет, получаю от возбуждённого фалдуса Андрея, в полутьме лежащего рядом с нами. Соскакиваю с мужа. Сажусь ему промежностью на лицо, намекая на куни. Вытекающие остатки совкового масла заливают рот мужа. Дрочу член оленя рукой и одновременно сосу хер любовника. На мгновенье проваливаюсь в беспамятство от сознания, что наставляю рога законному супругу, закрывая обзор происходящему. Трезвый человек сразу по положению моего тела заинтересовался бы о происходящем. Вот он вылизывает мне манду, а я сосу член его лучшего дружка. Передком яростно трусь о рот мужа. Любовник выстреливает спермой мне в лицо, слизываю вкусные остатки с члена. Начинаю сосать у мужа. Капли спермы Андрея скользкими нитками срываются с лица, пачкают простыню, гениталии мужа. Тот тоже частично кончает мне на лицо. Поворачиваю мордашку ко рту мужа: "Слизывай, давай, это так возбудительно, когда ты слизываешь сперму". Муж лижет сперму, выпущенную из двух стволов. Рукой сигналю любовнику, чтобы лёг под кровать.

Идём с супругом умываться. Затем к столу промочить горло. Две рюмки водки окончательно выключают сознание супруга. Освобождаю стол для повторения позиции. Опять экстремальная ебля под носом мужа. Скрипения стола унисоном с моими стонами, звучат по квартире. Олень, что-то бубнит в полудрёме. Как это меня заводило, брр-р. Жаль, в то время у меня не было сотки с фотоаппаратом — запечатлела бы.

Пошли с Андреем спать. Просыпаясь опять сношались, забрызгивая простыню совковым маслом. Рассказала ему об увиденных вечером случках. Спросила, почему он так поступает с другом, совокупляясь со мной.

— Во-первых, из-за тебя. Какой-то шарм от тебя исходит. Ну, а главное — это месть. Он считает меня другом, а я нет. Он гад, увёл у меня девчонку. Ладно бы если полюбил страстно, взял в жены. Использовал её и бросил. Такой девчонки больше не встречал, поэтому холостячу. Да теперь уже точно не женюсь — все вы, бабы бляди, слабы на передок, легко раздвигаете ноги, несмотря на присутствие законного мужа. Разве я не прав о слабости твоего передка…? Уверен, ещё ни одному мне отсосёшь, блядь! Если останешься жить с Валеркой — сопьёшься вместе с ним, будешь бомжам яйца лизать.

В три ночи ушёл от меня опустошённый. Легла голой спать, не умываясь, стараясь сохранить аромат другого самца, чтобы подразнить рогоносца.

Утром муж помнил, только что слизывал сперму. Показала ему громадное мокрое пятно на простыне: "Это твоя сперма. Ты как выпьешь, становишься маньяком. Смотри, какие синяки на сиськах и бёдрах. Заставил сосать член мол, это полезно, так все жены делают. Тебе что, уже сосала какая-то блядь…? Сколько раз до меня ты был женат…? Или чью жену ты пялил? Сознавайся, паскудник…! Оторву мудья к херам! И пизду мою лизал…. Не помнишь…? Я не знаю, правильно ли ты это производил, но было приятно. Тоже блядешка научила…?! А…? Сучонок, говори! — ковыряю его болячки — Сам ревнуешь, и изменяешь мне подлец!" "Ме! Бе!". — только и смог выдать, больной с бодуна муженёк.

— Честное слово нет у меня никого кроме тебя. Хочешь, в знак моей любви подарю тебе шубку и шапку?

— Ой, подлиза, ох, хитёр. Обвёл меня, наивную дурочку, вокруг пальца. Ладно, поверю. Всё равно не могу доказать твою измену. Что-то чувствую, а фактов нет. Подарки приму.

Наверно в психиатрии есть название и этому пункту, но я реально возбуждалась от вида кобеля с поджатым хвостом. "Всё-таки реально трахает какую-то шалаву. Ха! И с шалавой живёт!"

— Садизм называется, — подсказала баба Аня.

Обещанные вещи купил. Я ему, типа в порыве страсти, сделала минет.

{3}

Ольга пригласила меня к себе. Я поняла, что из-за компромата. Шестером: свёкор с женой, она с мужем и двое их детей жили в своём доме. В тот момент она была одна. Выпили вина. Начали разговор.

— Я тебя понимаю — когда есть возможность поиметь два члена, чего отказываться. Особенно если у супруга прибор не соответствует желанию. Об увиденном казусе никому не скажу. Останемся подружками?

— Конечно, мне нужна подружка. Не с кем пошушукаться. Я сказала Яну, что ты нас заметила, он сказал, что если я распространю компромат, то придётся открыться Игорю, а если не проболтаешься, то тебя можно брать в подружки. И как подружке скажу: оба моих ребёнка от Яна.

— Упс!

— Прожили мы с Игорем более года, а внуков никак не зачнём. Свекровка инвалидка, как-то зовёт меня к себе и говорит, что она будет рада, если я забеременею от Яна. Так как на Игоря надежд мало, в детстве упал в холодную воду. Видимо что-то случилось с репродуктивными способностями. Хотя прибор маячит отменно. "Ты видишь, в каком я состоянии, Яну тоже нужна разрядка. Бегает тут к одной вдовушке, опорожняет яйца. Но будет лучше, если ты заменишь ему меня", "Мама, мне стыдно. А Игорю что сказать?", "Игорь не должен знать ни в коем случае, чтобы не было психологической травмы. Благо он часто в командировки ездит".

Конечно я уже замечала со стороны Яна волнительные взгляды, но явных домоганий он не проявлял. Однажды видела его прибор в действии…. Щас расскажу. Свекровь из-за инвалидности стала грузной женщиной. Ян уже не справляется один, просит меня помочь. Как-то посадили её в поддон, я пошла поменять постельное белье на кровати. Возвращаюсь, вижу в приоткрытую дверь, как мама лазит в шортах Яна, запустив ладонь через штанину. Он просит остановиться, мол я могу прийти, но она не унимается. Член естественно встал. Она стянула окончательно одежду. Подрочила ещё, а затем… начала сосать. Если честно, не ожидала такого от малоподвижной женщины. Я стояла за дверью, ощущала себя бесстыдницей, но показать, что наблюдаю не могла — понимала, что это хоть какое-то удовольствие для мамы.

— Вот так и пошло. Только Игорь в командировку уехал, Ян пришёл в нашу спальную. Я ведь однолюбка, только с Игорьком до этого спала. Лежу, трясусь, то ли от возбуждения, то ли от страха. Папа лёг на край, погладил мои волосы, поцеловал необычно ласково. Шепча эротические слова: "Оленька, милая, не тушуйся. Из нас четверых об этом будем знать только мы и мама. Как ты дрожишь… впервые принимаешь другого мужчину…? Девушкой до свадьбы была…. Как замечательно!", ласкал мои перси, бёдра. Я успокоилась от гипнотизирующих слов Яна. Он положил мою ладошку на свой пенис, намекая на тактильное знакомство. Несколько короче, чем у Игоря, но толще. Ты, знаешь, Галь, с Яном я испытала вторую дефлорацию — так моя киска встретила пока чужой член — сжалась до вагинизма, но расступилась под натиском древка. Только когда он полностью погрузился в меня, я поняла, что уже люблю этот пенис. Вообще Ян очень любвеобильный мужчина, в первую ночь три раза вгонял в меня. Так он сделал себе сына-внука.

Утром, меня позвала мама: "Оля, милая, как он тебе? Как любовник? Понравился? Расскажи, побалуй меня эротическими моментами".

— Представляешь? Такая стыдоба меня охватила, залила меня краской от макушки до пят.

"Расскажи. Ну, пожалуйста! Я ведь тоже хочу, извини за мат, ебаться! Болезнь видишь, как меня скрутила!" Начала я повествовать, сначала робко, потом стала приукрашивать. Вижу свекровь раскраснелась, дышит возбужденно. Когда закончила, она попросила всякий раз говорить ей об ощущениях при соитиях с её мужем. После этого, как только остаемся с ней одни, придумываю эротические рассказы для мамочки. Рассказала, что видела как-то её фелляцию. Она, чуть покраснев, поведала, что в первые годы после аварии, просила у Яна близости, ведь женскому организму нужны мужские гормоны. Но боль была такая сильная, что ни о каких соитиях речи не могло быть. Приходилось сосать….

В ту же командировку мужа, я забеременела. Сказала ему о положении. Как Игорь был этому рад. На руках меня носил, подарками одаривал. Затем Ян постарался, сделал дочку-внучку. В тот раз, если ты заметила, мы с Яном мало пили вина — как раз срок для зачатия третьего внука. Как ты понимаешь — я беременна. Мне двоих мужчин достаточно — Игорь все ночи трахает законную жену, навёрстывая время, проведённое в командировке и как он считает — делает ляльку, Ян потом, когда уедет муж, разряжается со мной. А мама то, как довольна — Ян пристроен, налево не бегает. В доме идиллия. Малышня радует бабушку — она прямо цветёт. Сейчас Ян повёз их к святому источнику.

Попросила у Ольги прощения, за плохие мысли о ней, как о бляди. Узнала об её отношении к возможным изменам Игоря во время командировок.

— Ой, да пусть разряжается, жалко мне что ли. Во время войны люди хлебом делились. Тут мирное время и не хлеб. Ян, вон тоже мамочке моей загоняет рыжего дурачка в зону сладострастия. Только смотри папе не проболтайся. У него слабо маячит, он тяжко переносит это.

— Игоря, то ко мне не подпустила танцевать. Я решила, что ты ревнуешь. Ян меня облапил до разрыва плотины.

— Валерка ещё не сильно пьян был к тому времени. Я боялась скандала. А потом он только в рюмку поглядывал. Зато я заметила, как тебя щупал Андрей. Он-то вставил тебе? Колись, давай…, мы же подружки…. Ну и как? Сколько ветвей на рогах Валерика?

Вино окончательно развязало мой центр речи, выболтала все свои тайны.

Сейчас мы с ней близкие подружки, временами встречаемся. Носит шестого ребёнка. Четвёртого ребёнка, кстати, она рожала в тоже время, что и я Гришеньку. Спросила, почему она так часто рожает, ответила: "Пока Ян в фертильном состоянии надо поторапливаться. Средств, хватает. Игорь тоже любит большое количество малышни. Может, успеем десятерых зачать, так мечтаем все — свекровь, Ян, Игорь и я. Люблю рожать, первый раз боялась, но во время родов я получила оргазм. Не знаю с чем сравнить, чтобы описать экстаз, будто с десяток оргазмов сотрясают тело. Может, есть, где описание подобного. Я не искала, но с нетерпением жду следующих родов".

Одобрила мой развод с братом. Так и сказала, что от него толкового потомства не будет — пьянствует. Я ей рассказала, как спасала Володю. Выбор Вовки в качестве отца моих детей, приветствовала.

{♂ 30 ♀}

Вовке изменила через полгода после росписи. Уже на втором месяце беременности. Вот я сучка поганая! Слабенький у меня передок!

Во время обеда на промбазе, услышала разговор между женщинами.

Одна говорит: "Мужики кобели, сволочи. В автобусе начали тискать меня. Воспользуются теснотой, и давай лезть руками к гениталиям, к грудям. Кое-как развернулась, влепила пощёчину наглецу".

"Я тоже влепляла пощёчины. С мужем развелась из-за его измен. Теперь сплю с резиновым хуем. А так охота, чтобы кто-нибудь, залез рукой к сикелю. Помял груди. Раньше хоть Гаврош временами манду лизала. И то если вас, молоденьких, не уломает. Своим трёхсантиметровым клитором слегка растормошит манду. Смотри не повторяй моей ошибки. — Сказала пожилая женщина, из состава кладовщиц. — Не хочешь, чтобы приставали, — садись на переднюю площадку, где больше женщин, автобус служебный, так уже не один десяток лет заведено"

"Всего лишь, чтобы узнать, о чем разговор меж теми бабами" — подкупила свою совесть.

Служебный транспорт делал большую петлю по городу, собирая рабочих трёх предприятий — промбазы, кондитерской фабрики и колбасного цеха. От нашего дома, что до первой остановки, что до последней, расстояние одинаковое. На первой остановке можно занять свободные места. Естественно на последней надо было втискиваться между пассажирами.

По жаркой погоде надела только стринги и сарафан. Я одна женщина, остальные парни молодые, ломимся в заднюю дверь автобуса. Пристраиваюсь возле вертикального поручня. Поправляю ступни, чтобы легче было стоять. Парни тоже размещают свои тела, согласно возможности. Задний мальчик сразу приступил к ощупыванию ягодиц. Он стоял на одной ступени ниже меня, ему легко было проникнуть под подол. Слегка толкнув мешающие ноги, раздвинула свои. Парнишка крякнул и полез к губкам. В стрингах это делать легко. Влагалище приветливо встретило раздражитель. Указательным пальцем, парень тревожил клитор, большой вставил в вагину. Как тряпичную куклу насадив на руку, вертел моими чувствами.

Рука рядом стоящего парня опирается об стояк. Прислоняюсь к руке сиськой. Точнее соском. Он сигналит парню: "Смотри не поранься о мою твёрдость!" Сама смотрю на мужчину, сидящего на заднем сидении. Его взор направлен на шевеления пальцев под моим подолом. От понимания, что сейчас занимаюсь аморальным сексом с неизвестным человеком, на глазах у другого парня, кончаю. Влага ручейком бежит по ляжке.

— Девушка, вам тяжело стоять там, идите ко мне на колени. — Говорит один из сидящих. Поднажав в спины окружающих, парни позволяют мне протиснуться на колени.

— Полегче, синяки будут, — говорю парням, сразу же полезшим до моих грудей. — Своими шершавыми пальцами довёл бедную женщину до обморока. Спасибо. Сам то кончил? — Спрашиваю парня, который лазил в моей кунке.

Парень, изловчившись, поднялся на наш уровень. Высвободил свою дубинку. Руки остальных парней без устали тискают меня. Раздирают меня вдоль тела. Парнишка взял мою руку, поднёс к своему напряжённому органу. Как малолетке показал, что надо делать. Понимая, что фонтан спермы может испачкать окружающих, достаю влажную салфетку, прикрываю уретру. Вовремя успела. И сама впадаю в негу последних содроганий. Смачно кряхчу от возбуждения. Прошу парней помочь снять трусы — всё равно мокрые хоть отжимай.

Кто-то из них прячет трофей себе за пазуху. Обтираюсь салфеткой. Её тоже кто-то конфискует. Фетишисты, блин.

На следующий день повторяю приключение. Совесть осталась дома, не пожелала жить с проблядью. Парни сразу подхватывают меня за подмышки и усаживают на колени. Чистые трусы лежат у меня в сумке — если каждый день отдавать трофеи, никаких средств не хватит. Практически нагая — сарафан задран к плечам, сижу и мну члены двум парням. Один из них пытается усадить меня на свой кол.

— Только в презервативе! Ты хочешь, чтобы я измазанная шла до раздевалки? — Говорю ему. Соседний парень делится презиком с первым и сам пытается снять шорты. Пять секунд, и я уже насажена на кол. Вибрация автобуса на кочках помогает мне подскакивать на члене. Восемь пар глаз наблюдают за моим оргазмом.

Парень стоящий напротив меня, в спортивной одежде, достал елду из штанов. Нагибает мою голову к залупе, загоняет петушка по самую гортань. Давлюсь, кашляю. Сосать в такой позе неудобно, автобус трясёт, чьи-то руки массируют мои груди. Всё равно довожу до семяизвержения. Глотаю сперму, отираю подбородок салфеткой. Александрийский столп в виде пениса появляется ещё из одних штанин. Заглатываю и его. Как куклу меня пересаживают на соседний поршень. Давлюсь, но сосу фалдус. Глотаю порцию за порцией терпкую сперму. Подъезжаем к предприятиям, обтираю промежность салфетками, отдаю их желающим понюхать выделения сучки, парням. Поправляю сарафан, причёску.

По окончании работы, один парень сует мне пакет с коробкой конфет, другой пакет с копчёной грудинкой. Но я сажусь через передние двери.

На третий день места возле двери заняли другие парни. Появилась и боевая напарница — та самая женщина, которая жаловалась, что мальчишки тискают. Она стала так же как я в первый день у опоры. Ей сразу предложили место на коленях. Покраснев, она поддалась на уговоры, так как меня уже опять оголили. Я уже стонала на стержне, дрочила соседнему парню. Её мокрые трусы так же ушли в качестве трофея. Посадили на кол, который я возбудила, хотя в те моменты не было не эрегированных пенисов. За предыдущие дни, насмотревшись на наши игры, заряженные под горло мальчишки, трухали быстро. В тесноте автобуса — поза для соитий только сидя на коленках у парня. Но и то приятно, особенно неизвестное мне до того психическое отклонение — эксгибиционизм. Бля! Сейчас рассказываю, а у самой мурашки по телу от микрооргазмов.

— Я подслушала твой разговор с Петровной, когда ты говорила о наглецах. Решила только разведать о приключении. Теперь каждое утро ублажаю себя. А ты чего вернулась?

— Твои стоны услыхала. Увидела тебя с блестящими глазами и решалась…. Вроде замужем, ребёнку пять лет и супруг удовлетворяет, а охота. Ой, как охота! Зря из себя целку строила. Что мужу скажешь, если узнает?

— Будь что будет. Я ведь беременна…. От мужа конечно…. Это точно. Будет бить — сожмусь в комочек, перетерплю. Прогонит — туда мне и дорога. Сама что надумала?

— Тоже так — будь что будет. Зато будет, что вспомнить, а не жалеть об упущенной возможности. О двух событиях уже жалею — на выпускном балу отказала однокласснику, по слухам подружек, оказавшийся страстным любовником, много девок перееб, но мне больше не предлагал. И в тот раз дала пощёчину парню.

— Видимо это судьба. Как бы тогда я узнала о традиции мацать девиц на задней площадке? Не знаю, были ли до меня такие оторвы как я, но думаю, теперь слухи дойдут и до остальных двустволок. Глядишь, через пару лет от баб на задней площадке отбоя не будет.

Один из парней работал на нашей базе. В рабочее время предложил покувыркаться.

— В автобусе тебя удовлетворяет совершенно другая женщина. Её здесь нет. Я не ломаюсь, целку из себя не строю. Пойми, так не хочу. Догадаешься, как хочу — предлагай вариант, я подумаю.

Сейчас-то понимаю, что вела себя, как дворовая сука. Еблась с незнакомыми парнями, беспутно, грязно. Мной управляла животная похоть. Парни наверно за глаза называли последними словами, смеялись надо мной. Ладно! Стану старухой, буду замаливать грехи.

Правильно ты, баб Нюр, заметила, что передком мы можем много добиться. Вовке говорила, что меняю эти подарки на различные метизы с базы. Мол, все хотят строиться, все хотят на халяву приобрести. Но в тоже время я тайно желала своего разоблачения, возбуждалась от мысли, что муж всё узнает, каким-то образом накажет меня.

— Психиатры называют это отклонение — мазохизм. — Вставила баба Аня.

— Неделю получала удовольствие. Потом с первой остановки начала садиться в автобус. Парням послала привет. Вот такая я прошмандовка. Пойду, ссыкану, изнемогаю от возбуждения.

{♂ 31 ♀}

— Про тренера то я забыла, — опомнилась мама.

Рассказ тёти Светы.

— Тренер меня ещё, раньше вас, Галка, распечатал! Уж очень я аппетитно смотрелась в обтягивающем импортном купальнике. Помнишь, как вы мне завидовали из-за него?

Всё чаще ловила взоры Сергеича, направленные на мой лобок. Бугорок Венеры живописно выделялся на фоне плотных бёдер. Ткань купальника входила в разрез абрикосовых долек. А данный мне природой крупный сикель сразу выскакивал из ложбинки вульвы от похотливых взглядов мужчин. Груди у меня тоже первыми появились среди нас ровесниц, двумя кукишами дразня пацанов не только на тренировках, но и в классе.

Однажды тренер настоял на индивидуальном, в кавычках, тренинге. Я осталась после занятий.

— Более глубокий шпагат тебе нужно делать, — начал Сергеич, — тогда легче будет выполнять и остальные упражнения. И на бревне скакать сможешь без опаски.

Тогда попросил снять купальник типа — "Возможно, он тебе мешает". Как вы догадываетесь, одним купальником не обошлось. Я находилась перед ним в маечке и обычных девичьих трусиках. Усадив на стопку матов, развёл мои ноги руками. Начал мацать бёдра. И так постепенно добрался до расщелины. Сам страстно зыркает на мои соски, которые помимо моей воли отвердели. Дышит через ноздри, раздувая их как бык.

— Не надо стесняться, я ведь твой наставник, — сдвинул край трусиков. — Вот узел, который мешает. Его надо прооперировать. Сделать небольшой надрез. Но операция — это долго, а соревнования на носу. Давай естественным способом я тебе сам устраню препятствие. Это не сильно больно. Тебе же уши прокалывали? Их проколоть гораздо больнее. А зубы молочные сама дёргала? Не больно? И я раз и всё. Каких-то пять минут. Ты только никому не говори — я ведь не имею право производить медицинские операции. Снимай трусики, чтобы не испачкать.

— Словами то, как играл, подлец — «препятствие, узел, соревнование». А мы ж дурочки уши развесили и рады, что нам индивидуальные занятия назначили. Хотя знала, что сейчас произойдёт, но верила, что достигну высот в спорте.

Как хирург, надел резиновые перчатки. И двумя большими пальцами разорвал мне плевру. Как будто раскрыл половинки персика. Я потом разглядела, как разрыв произошёл — ровно по вертикали на две части. Это уже после родов разрывы испортили вид соцветия. Промокнул салфеткой капли крови. И всё молча. Видимо стиснул зубы, чтобы не кончить в штаны. На следующем занятии только членом влез. Хватило же терпения!

— Не до конца удалилась связка — надо по-другому. — И начал меня возбуждать, воздействуя на клитор, который и так не маленький, от стимуляций увеличился в разы. Гандон уже натягивал, когда я лежала на стопке матов и постанывала от оргазма. Вошёл в моё лоно беспрепятственно и боли. Как будто я этим каждый день занималась.

— Давай это будет нашим сюрпризом для родителей и девчат — никому не говори, как мы достигли таких результатов. Хорошо?

Я никому не говорила, так как понимала, что случилось. О результатах ты знаешь. Время от времени он проводил «растяжку». Мне такая игра понравилась, часто сама напрашивалась на секс. Нравилось, что взрослый мужчина обращался со мной как с полноценной женщиной. И до оргазма доходила всегда, видимо эмоциональный порог у всех женщин разный.

Однажды у него дома побывала. Теперь при нормальной обстановке рассмотрела его пенис. Орган толще перекладины, всё равно охватывался моей ладошкой, когда я придерживала, чтобы одеть презерватив на него. Я сглатывала слюну, выступающую от возбуждения. Прикинув, что ещё один раз кулачок, плюс пара-тройка пальцев, перекроют длину члена, замерила размер. Дома сняла размер со своего сжатого кулака — выходило шестнадцать сантиметров в длину и три сантиметра в диаметре. Если можно назвать диаметром абсолютно некруглое сечение.

Сергеевич сидел на краю дивана, поднял меня за подмышки и насадил на свой член. Целовал меня в губы, в соски. Я, незнакомая с правилами секса, позволяла ему управлять процессом. В тот раз он использовал меня, как фантазия ему позволила. И на коленях у него сидела, под ним лежала. Раком стояла. И что такое струйный оргазм узнала. Пообссыкала ему ковёр в комнате.

— Галь, тебя сколько раз «оперировал»?

— Ну его к чёрту. Не хочу вспоминать…. Не помню, почему ты с нами на соревнования в Красноярск не ездила. Мы Олега и Макса ещё сильнее ухайдакали бы.

— Лодыжку потянула во время соскока.

— Слушай, Свет, а ты вроде встречалась с Мальцевым. Вроде как он первый твой парень был.

— Да, это был мой первый парень, с которым я целовалась в засос, с которым почти каждый день чпокалась, где только можно. Чаще у нас дома. По весне из-под снега, как подснежники проявилась куча презервативов. Сделав несложный расчёт по месту, где лежат, мама определила, что они из нашей форточки. Как всегда, при волнениях переходила на украинский язык: "Подивітiся люди добрі, які квіти виросли…! Добре що охороняєшсi". — смирилась мама с моей ранней, как ей казалось половой жизнью. Зятьком называла Мальцева. Но потом он мне изменил, козёл блядский.

Пригласила нас к себе на день рождения Семенова Катька. Двоюродная сестра Катьки, Наташа пришла с взрослым парнем. Представила его: "Камиль. Он только вернулся из армии".

Мальцев оказывал внимание Наталье, а Камиль чаще общался со мной. В конце вечера Наташе стало плохо от выпитой водки, она ушла в ванну рыгать. Абсолютно пьяный Мальцев, решив, что она заманивает его туда, пристроился сзади и ебёт её. Она рыгает, он дрючит. Тьфу, бля. Аж противно. Катька это увидела, позвала меня, показать картину.

Я в отместку решила «замутить» с Камилькой. Но он оказался галантным и не полез трахаться сразу. Просто проводил до дома, даже не ответил на поцелуй. От такого тактичного поведения я в него влюбилась.

— Кстати, про спальник в машине. Мы как поженились с Камилькой, жили у его родителей. У татар так принято, старший сын должен привести сноху в родительский дом. Квартира двушка с большим балконом. Меньшие его братья летом на балконе спали. Мы в спальне. Братишки наверно подрачивали на меня.

Но зимой одному из четверых братьев негде спать. Только с нами в спальне. А нам и летом то не удобняк перепихиваться, а зимой вообще выгадывали раз или два в неделю. Родители говорили, что это естественно когда муж с женой любятся, зачиная продолжателя рода и ничего страшного в том нет, если кто увидит скрытые под одеялом движения. Но я не могла.

— Хорошо Камиля на КамАЗ посадили. Он перед рейсом меня в машину затащит. Выедем за город и отрываемся — делаем живых людей. Аля, кстати, из таких соитий.

Как-то муженёк стругает мне ребёнка, я ему в этом активно помогаю, говорю ему на ушко как лучше «стругать», вдруг в машину кто-то стучится. Прервал, сукин сын такое хорошее занятие, вот-вот дошли до экстаза. Петя открывает дверцу. Тут мужик какой-то просит инструмент. А как меня увидел, так и заявил:

— Сколько за часик берёшь, подруга плечевая?

Камиль вылез, надавал ему крепко и сказал, что я его жена. И что он мудак не умеющий держать язык за зубами, выдавая секреты водителей. Говорили они громко, и я услышала их разговор. Потом муж божился, что не имеет дел с проститутками. Удобней было поверить.

{♂ 32 ♀}

— Ну, я смотрю, выпивка кончилась. Истории тоже, — сказала баба Аня, — пойду я к деду. Ведь вы не позволите с вашими мужиками мне побаловаться

— Винцо есть ещё. И историю ты не закончила, тёть Нюр — сказала тётя Галя. — Ты говорила, что четыре вехи у твоей мохнатки были. И побаловаться с мужиками нашими не позволим. Лично я от твоих эротических рассказов, вся мокрая. Не видишь разве — ногу на ногу закинула, чтобы не хлынуло из меня. Ха-ха. Устрою тут все квартирный потоп, ха-ха-ха. От того, чтобы не запрыгнуть на Вовку, меня сдерживает любопытство. Давай дальше говори.

— Капельку налей, чтобы в горле не дырынчало.

Продолжение рассказа бабы Ани…

Вы не подумайте, что я каждый день меняла партнёров. Два-три кавалера в год. Трудно найти достойного моим критериям партнёра. Это сказка быстро сказывается. Но помимо этого ещё семья, дом, дача хозяйство короче. Уж не прошмандовкой была, чтобы забросить кровных детей.

Как и говорил Антон, меня выбрали, в кавычках, председателем профкома. Появился свой кабинет. Научилась водить машину.

Кавалеров у меня со временем прибавилось. Кому-то надо то, кому-то это. Все идут через профком. Кто с подарком. Кому-то надо наоборот благодарность выказать. Появились знакомства, блат. Так и трудилась, опять же в кавычках.

Как сейчас говорят: "насосала" себе машину, квартиру четырёхкомнатную, пенсию повышенную. Детям по квартире.

На курорты каждый год ездила. И там знакомилась со многими мужчинами. Молодые конечно не так часто смотрели на меня — всё равно годы своё берут.

После климакс начался. Увлажнённость вагины оставляла желать лучшего. Ощущений приятных меньше. Васька после пятидесяти пяти лет больше на даче пропадал. Ухайдакается там, на меня ноль внимания. Зимой только пару раз в неделю, а то и в месяц окропит кунку мою. Временами играли в ролевые игры…. Это отдельная тема, будет время, расскажу….

Ну, короче. Четвертая веха такая.

Сватья, тёща нашего старшего сына, умерла. Стал сват к нам наведываться от скуки. Заметила — он на меня поглядывает. Тело то у меня хоть и дряблое, но стройное. Дойки, вот какие…. А раньше, когда только дети наши поженились, был у нас со сватом контакт. Он был сильно пьян, и не думала, что он запомнил мимолётный секс. Предваряя ваши предложения переспать с остальными сватами, скажу — одна сноха безотцовщина, у другой отец алкаш, а как говорится: «Рождённый пить, ебать не может».

Так вот, сват то на жопу мне поглядывает, то на сиськи. Я сама загорелась, хочу. Либидо моё воспламенилось. Хочу и всё. Что делать? Где дать? И главное — как? Чтобы приятно было. Отправила Васю за хлебом. А свату так прямо и говорю:

— Я твои взгляды поймала, желание твоё понимаю. Давай на следующей неделе Вася поедет на дачу, а я приду к тебе.

Сама думаю, как лучше всё обустроить. Купила в аптеке смазки гелевой. Чтобы влагалище намазать. Приготовила одежду. Решила школьницей нарядиться. Юбочка, блузочка, бантик на голове. Всё это от ролевых игр с Васенькой лежало, ждало возможности применения. Себя молоденькой почувствовать и ника порадовать. Пришла к нему домой, благо ехать всего одну остановку. Переоделась в озабоченную старшеклассницу, сват увидел, затрепетал.

— Не торопись. У нас масса времени. Давай лучше в школу поиграем. Я старшеклассница. Ты или учитель, или школяр. Учитель…? Хорошо!

— Семён Семёнович, я сегодня не выполнила домашнее задание, — говорю плаксивым голосочком. — Потому что у меня разболелась грудь. Вот эта. Потрогайте её, какая она горячая. — Я вынула сиську из лифчика. Он начал гладить.

— Надо сравнить температуру с другой железой.

И сам уже полез за второй. Начал целовать их. Сосать соски. Припал к моим губам страстно. Всё равно это было быстро, решила, осадить чуть. Предложила ему выпить коньяку. Промочили горло.

— Ну, так что вы скажите насчёт не выполненного задания? Может меня надо поставить на колени? Чтобы просила прощения. Или по попке отхлопать? А давайте я вам вместо геометрии отвечу по анатомии, — встала на колени у его ног. Стянула штаны с трусами. Взяла в руки отвердевший член.

— Вот это мужской член. По-научному пенис. Мужчинам он нужен для мочеиспускания, — продолжая поглаживать сватовский огурец, говорю. — Наливаясь кровью, пенис увеличивается в размерах. В эрегированном состоянии он нужен для продолжения рода. Член состоит из головки и пещеристого тела…. Ой. Я тут подумала — тут есть немного геометрии. Смотрите, Семён Семёнович, член находится под некоторым градусом к горизонту. Я сейчас принесу транспортир и замерю угол…

— Да, ты симулируешь, дрянная девчонка! Тебя надо наказать. Ну-ка оголи зад! Сейчас получишь ремнём.

Этого я и добивалась, чтобы показать ему свои хоть блеклые, но жаждущие ягодицы. Встала в позу. Задрала юбку.

— Слишком мягкое наказание будет — пороть тебя через трусы, снимай. Снимай. Не то я сам сниму. И это будет страшнее для тебя, — строгим голосом наставника поигрывает любовник.

Снял трусы и начал похлопывать по ягодицам и пальцами полез в норку…. Нет, не в жопу, дурочки. Вынул пальцы. И пошла, гулять Европа. Я уже не чаяла, что вагину кто-то поковыряет. Девки! Что я вытворяла! Ногу поднимала. Спину выгибала, как могла.

Вульва моя напиталась кровью, разбухла как апельсиновые дольки. Ник о чём-то замечтался, всё кончить не может. Хотя я пару раз приплывала.

Попросил лечь на постель. Разделись догола. Мне всего-то лифчик расстегнуть и бантик из волос на голове скинуть. Легли. Пока раздевались, у него обмяк член. Я ноги раздвинула, показываю ему свою прелесть. Рукой мну член. Продолжили.

Вот тут разошёлся. Как скорый поезд. Я подмахиваю. Он пыхтит, но долбит. Сильнейший оргазм судорогой свёл мои мышцы, и он тоже кончил. Лежит, не шевелится. Сама отдышалась. Вся потная лежу. Чувствую, член не опадает. Думаю, как Вася в молодости, не вынимая ещё одну палку бросит. А он не шевелится. Я его толкаю. А он и не дышит. "Твою мать, — кричу. — Оживай!". Сбросила его на бок. Попыталась сделать искусственное дыхание. Но не смогла. Позвонила в "скорую". Член у мёртвых не опадает! Ладонями давай выжимать кровь из пениса, кое-как справилась. Быстренько ему трусы, одежду натянула. На кровати порядок навела. Свата было уже не спасти. Но честь, и его, и свою надо было спасать.

«Скорая» констатировала остановку сердца. Вот так. Заебла мужика до смерти. Доставила ему предсмертный оргазм.

"Из кайфа земного сразу переместился в кайф небесный. Повезло ему!". — Сказал Вася после моего объяснения.

— Помянём моего последнего ёбаря…. Пойду я…. Может Васька заебёт меня до смерти. А вы, девки, запомните — пока щель влажна, пока желает внутривлагалищного массажа — ебитесь.

— Ещё один момент, тёть Нюр. У тебя книжечка, в которой описываются патологии осталась? Дай глянуть — чувствую, я вся патологична.

— Мам Ань, не помирай. Ты нам нужна. Кто за моими огольцами следить будет, уму разуму учить. — Сказала мама.

— И Альфиюшку я предупрежу — пусть начинает пораньше. — На что я услышала шипение мамы.

{♂ 33 ♀}

{1}

Баба Аня ушла, пообещав найти книжонку и не умирать. Я уже думала всё, сейчас спать пойдут и эти. Они поседели, обдумывая услышанное повествование, помолчали. Тут мама заявляет:

— Вот ты спрашиваешь, откуда у нас чернявые двойняшки? Аля рыжая, Шамиль рыжий, оба в деда татарина. Я светловолосая украинка. А эти черные и двойняшки. В роду ни у кого нет таких аномалий. Это я нагрешила.

— Маришка, я чуть не подскочила на диванчике. И мама продолжила исповедоваться перед тёткой.

Рассказ мамы Альфии.

Во время беременности Шамилем, его мы уже «стругали» в этой квартире, не стесняясь стонов моих, перевели меня на лёгкий труд в заводоуправление. В архив. Бумажки подшивать. Архивариусом тогда был Глеб Кузьмич. Красивый мужчина за пятьдесят уже. В архиве он огородил себе кабинет. В нём помимо стола и стульев была тахта. Типа медицинской кушетки. Мой стол стоял в другом углу, напротив входных дверей. А если голову повернуть налево, видна дверь в кабинет.

Сижу, подшиваю бумаги. Заходит одна барышня. В руке пакет с чем-то. Направляется в кабинет. О чём-то разговаривают. Глеб Кузьмич закрывает свою дверь. И что там происходит, я не знаю. Через некоторое время барышня выходит, несколько потрёпанная, поправляется на ходу. Через день, два, ещё такая же история. Мне без разницы. Ну, думаю, может он массажистом подрабатывает.

Как-то приходит совсем молоденькая, худощавая двустволка. Через несколько минут выходит от него. Ноги на раскорячку. Спотыкаясь, идёт в коридор. Я вышла посмотреть. Из-за чего она так идёт. Тут и Глеб подходит. Я говорю:

— По-моему она что-то стырила и под юбкой утащила.

— Ага. Стырила. Папирус ебипетский.

Так и сказал "ебипетский". Только после этого я поняла, чем они там занимаются.

В столовке со знакомой об этом поговорили, она мне рассказала. Он знатный ебун. Все бабы управления к нему ходят. Но надо коньяк дорогой приносить. Уж очень он его обожает. За это он так ублажит даму, что та не забудет вовек.

Интерес и желание чего-то тайного, побудили меня обратиться к Глебу.

— А можно хотя бы посмотреть на ваше "орудие"? Чего там не обычного? — Спросила я напрямик.

— Конечно, секса с беременной женщиной у меня давно не было, но я не хочу наносить вреда плоду. Поверь мне — просто осмотром не закончится. Ты обязательно захочешь ощутить его вагиной.

— Давай глубину введения-погружения я буду сама определять, чтобы не повредить плод.

— Хорошо. Коньяк потом принесёшь.

Но случился облом. Пришла ещё одна хуестрадательница. А на следующий день мне стало плохо, положили на сохранение. А там и роды.

{2}

Через год после родов, я всё чаще просыпалась от желания одеться своей вагиной на эфемерный, созданный только моим подсознанием, ствол. Похотка моя после двух родов, стала сверхчувствительной. До неё дотрагиваться стало нестерпимо.

— Похотка? Это что такое?

— Сикель.

…От слова «похоть». На Украине так называют. Старославянское название — похотник. Камиля каждый день заставляла вспахивать свою «пашню». Волосню на лобке не сбривала — облысела от сношений. Но чего-то хотелось дополнительного. Да, да, того самого ствола, который был в моем подсознании.

Однажды мы с Андреевной сидели на лавочке у дома. Аля играла с детворой, Шамиль мирно в коляске посапывал. Тут откуда не возьмись, заявился младший сын мамы Ани, Сергей. Он приехал на мотоцикле, с его слов, первом импортном мотоцикле в городе.

Пока его мама на радостях побежала готовить обед, Сергей принялся катать малышей по двору. Сажая по два мальца на бензобак и по два сзади себя, он быстро откатал их.

— Светка, садись и тебя покатаю. — Я, как была в домашнем халате и босоножках, села сзади него, обхватила его за торс.

— Только не быстро, я боюсь! — А сама ощутила тепло его спины, рельефность его мускулатуры на груди и прессе. От него пахло дорожной пылью и мужским пóтом. Груди мои отвердели, сигнализируя мужчине о страждущей ласки женщине. Запах дурманил моё сознание, укрепляя уверенность во мне — я желаю этого самца. Сергей был тем, с кем я захотела погасить желание. Желание покрыть собой чужой, не мужний детородный орган. С ним-то я и совершила свой первый адюльтер.

Вспомнился фильм с Ольгой Кабо, «Крестоносец»,

…в котором героиня едет, прижавшись телом к байкеру, а ветер треплет подол, оголяя её молодые бёдра. Так и я представила себя на месте Кабо. Не прижала подол задницей, а специально выпустила его, чтобы ляжки блистали во всей своей красе.

Когда родичи сидели за столом, забежала к ним как будто за солью, зная, что гостеприимная мама Аня уговорит меня отпраздновать. Ну, естественно меня пригласили посидеть с ними, обмыть покупку сына. Обмениваясь взглядами с ним, поняла, что он сам тоже запал на меня. Не в смысле отбить у мужа и потом взять себе в жены бабу с двумя детьми, а только поразвлечься. Я пошла, укладывать спать детей. Сергей вышел, как бы покурить.

— Неохота целый вечер со стариками сидеть, можно к тебе зайду? Часа через полтора удобно будет? — Я не сказала: «Нет», но «Да» тоже не сказала. Просто посмотрела на него. Взгляда оказалось достаточно — она не против игр. И продолжил курить, как будто не было просьбы.

Камиль тогда был в рейсе. С Сергеем я провела всю ночь. Но об этом не должна знать ни одна падла. — Поняла?! — Открыла ему дверь, сразу обняла за шею и подставила губы для поцелуев. Его ладони от моих ягодиц отделяла тонкая ткань халата. Послала к чёрту его нежность, сразу начала расстёгивать его рубашку и джинсы. Там же в прихожке запрыгнула на торчащую елду. Сладкая истома мгновенно охладила мою жажду ебли. Сергей наслаждался трением моих сосков о его грудь. Попросила не оставлять следов на своём теле, дозволив всё остальное.

Он то и научил меня сосать мужской орган. Я была подвыпившая и исполняла его прихоти. Он сам страстно сосал мою похотку. Я вспомнила, что умею делать «мостик». Изогнулась. Вот тут-то он и припал своими устами к моему торчащему как маленький хуёк, сикелю. Перепахал мне все «грядки». Высосал всю влагу из бутона. А её брызгало не мало. Шамилька заплакал. Я насаженная на стержень, не могла подойти успокоить, так как находилась в оцепенении от оргазма. Подползла к кроватке, и пока поглаживала ребёнка, яростно двигала тазом, подмахивая ёбарю. Кувыркались всю ночь, временами отходя отлить наполненный резервуар влагалища и мочевого пузыря. Пополняли запасы влаги вином.

— Парни и мужчины засматривались на твои голые ноги, — сказал Сергей, отдыхая от гонки. — Я заметил, как они вызывающе блистали по бокам моей задницы, а один парень даже сильно расшиб себе колени, когда споткнулся об бордюр. Его внимание было на твоих бёдрах, а не на пути.

Ушёл от меня рано утром, а вечером уехал дальше.

— Вот почему Андреевна так странно посмотрела на тебя. Она ведь знала, где ночевал Сергей. Понравилось ему? Может ещё раз-другой раздвигала ножки, чтобы он пососал похотку?

— Она потом выпытала у меня о той ночи. Сказала, что понимает меня и не судит. Даже рада случившемуся. "Можешь называть меня "мама Аня", женщина, которая доставила радость моему сыну, является, моей дочерью".

Больше так звезды не сходились — то муж дома, то у меня беременность. А эротические сны, в которых Глеб входит в меня чем-то одновременно огромным, пугающим, но в тоже время желанным, продолжали бередить душу. Попадается мне на глаза рулон бумажных полотенец — вспоминаю про ебипетский папирус, распечатывается пузырёк с моей влагой — истекаю, мастурбирую. Трусь об угол стола или ещё чего-нибудь. Как-то снится сон, что свиток в меня входит, разворачивается во мне. Матка моя выворачивается наружу, её облизывают мужики. Короче, думаю — наверно у меня бешенство матки.

{3}

Шамильке исполнилось три года, я вышла на работу. Документы всё равно надо было нести в управление. Зашла в магазин, купила коньяка. В тот же день испробовала знаменитое копьё. Совершила свою вторую измену.

Галка! От одних только ожиданий, что сейчас увижу и не только увижу, но ещё испытаю то, о чём мечтают все бабы управления, моя шахна намокла.

— Блядь! Где ты этих слов то нахваталась «похотка», «адюльтер», «шахна»?

— Не перебивай.

Глеб принялся целовать меня, гладить моё голое тело (я решила снять с себя всю одежду, чтобы ощущать его ласки). Мне уже не терпится руками потрогать вожделенный орган.

В кабинете он всегда был в спортивном костюме. Так что член прощупывался легко.

Да-а-а! Как у меня на родине говорят: «Візьмеш в руки маєш річ». Как будто секвойя, увитая виноградной лозой. Красота-а-а неописуемая — до того синие вены на нём вздутые, видимо сердце у него мощное — хорошо накачивает органы. Головка от многократного использования — открытая, с матовым блеском. Если уж с флорой сравнивать — то цветом чёрная слива в момент созревания. Двадцать пять сантиметров в длину. Он сам сказал, когда я спросила. Презервативы принципиально не использовал, так как они всё равно рвались.

Меня ждала услада, о которой я мечтала весь отпуск.

— В какой позе ты желаешь? Не знаешь? Давай с миссионерского положения начнём, а там по обстоятельствам. Прекрасное тело, не смотря на роды, я тебе скажу.

Легла на спину. Кушетку он застелил свежей простынею. Видимо всегда так делал. И вообще он действовал как врач, обыденно. Не хватало только халата, маски для антуража. Как будто на медицинскую процедуру пришла к нему.

Лежала значит, а сама таращилась на произведение природы, на палку сервелата. Да, да с сервелатом я его и сравнила. Не как бутылка, но толще Камилева и главное — длиннее. Тяжёлый видимо, потому что ёбарь держал его рукой, так как он прогибался от своего веса. От одного только вида я затряслась в экстазе. Чуть ли не потеряла сознание, будучи не в силах вздохнуть от парализующего эффекта виденного зрелища… Появилась опаска за свои органы — вдруг разорвёт к чертям всё. Но припоминая виденных мной отъёбанных дам, успокоилась.

Глеб опустился лицом к моему лысому лобку и принялся высасывать и вылизывать вытекающие соки. Распалил меня окончательно. Прикоснулся головкой к вульве. Как там мама Аня говорила? Как поезд в туннель заезжал? Да, так тоже можно сравнить. Вагина моя уже заполнена членом, головка уткнулась в шейку матки, а яйца ещё не упёрлись в мой таз.

Но любовник опытный. Не засадил до конца, по самые яйца. Ждал, когда сама стану всё больше впускать в себя. Принялась подмахивать. Всё больше члена во мне. Всё слаще истома. Затряслась от кайфа, остановилась парализованная экстазом. Глеб подождал, пока я начну снова подмахивать. Из очередного оргазма выходила с полминуты. Попросила его лечь на спину, чтобы могла водрузиться на елду.

Да, Галка, это прелестный свиток. Встала на ноги над ним. Смотрю с высоты своего роста и вижу небоскрёб среди степи. Присела, взяла его в рот. Сосала когда-нибудь…? Ах, да, говорила. Смачно…? Со своим-то так не поступишь, скажет "блядь", а с любовником можно. У самой из вагины сплошным потоком соки льются.

Пососала, значит. Любовник терпит, не кончает. Хотя видно, член накалён до предела. Взяла его рукой, поднесла к малым губам, как маляр кистью по стене водит, так же разов десять мазнула, увлажняя головку, как бы пугая свою манду ещё более увеличенным елдищем. Ввела. Сначала не во всю длину. Затем всё больше, всё глубже. Чувствую, вовнутрь матки пробирается, расправляя её.

Как только мои ягодицы коснулись его лобка, а сикель наконец-то дотронулся до волос на его лобке — я спустила. И не так как

…обычно, а мощной струёй из моих желёз полились соки. Вот как у мужиков из уретры моча льётся, так из меня струя вылилась. Да-а-а! У тебя бывает струйный оргазм…? Кайфово, да? Любовник тоже кончил в этот момент. Что добавило остроты ощущений. Мощные толчки помпы извергали сперму непосредственно в матку, заставляли моё влагалище сжиматься, высасывая всё до капельки. Обтёрлась прихваченными с собой влажными салфетками.

Домой шла в раскорячку. Это ещё я, рожавшая, а ссыкушки, которые только начали ебаться?

Камилю не давала, отмазывалась болезнью. Побоялась, вдруг Глеб заразный. Сходила, сдала кровь на анализы. Сказали: «Всё нормально. Вы беременны». Как так получилось, не знаю. Видимо судьба, потому что цикл позволял не предохраняться. Вот это сюрприз. От кого? От Камиля? Фиг там! От Глеба!

Когда родила уже, тогда поняла. Камилю сказала, мол, экология. Мол, были в родне цыгане. Были двойняшки. Маме своей рассказала про грех, попросила поддакивать насчёт цыган в родстве. Вот такая я хитрожопая грешница с рванной мандой. И ты знаешь, как только я узнала, что беременна, у меня пропала охота трахаться. Как бабка пошептала. И токсикоз был сильный, не как с Альфиёй и Васей.

— Да, подруга! Ни хрена у тебя новости…! А этот Глеб так же "принимает"? Я бы тоже "соснула"!

— Глеба сильно побили, видимо какой-то ревнивый муж или любовник — теперь не маячит у него.

— Бляди, суки!!! Такой инструмент погубили. Я бы его во всю длину заглотила. Наверно до желудка достал бы…. Ах! А я дура, почему-то не применяю свои познания в гимнастике — надо будет испробовать и «мостик», и «шпагат». С Вовкой не получится наверно — кривой у него. А с Серёженькой…, упс… ладно…. Ты о своём грехе рассказала, так и быть… о своём расскажу. Не хотела никому говорить, боюсь сглазить счастье своё. Но похвастаюсь тебе.

{♂ 34 ♀}

Второй рассказ тёти Гали.

В апреле месяце этого года Вовка сломал ногу. Ходить не может. А у него на крыше нашего дома — голубятня. Каждый день надо подняться, воды подлить, проса насыпать. Выпустить полетать. Этим пришлось мне заниматься — он лежит на кровати под грузом растяжки. Говорю ему, что надо отдать кому-нибудь птиц.

— Не отдать, а продать. Позвоню парнишке — покажешь ему, как туда пройти, пусть посчитает, сколько там птиц, кормушки тоже пусть купит. А ты следи за ним, чтобы всё было почестному.

Вот из-за его жадности я и согрешила.

Пришёл мальчишка пятнадцатилетний. Спортсмен какой-то. Надела на себя трикушку, чтобы легче скакать по лестнице. Поднялись на плоскую крышу нашего дома. Показала ему на Вовкину конструкцию. А Серёга — раз и присел. Спрятался за парапет. И мне показывает — пригнись мол. На корточках к нему приблизилась, смотрю на соседней крыше, а наш дом несколько выше соседнего, так как находится на пригорке, мужик бабу трахает аж шум стоит.

Матрас надувной на крыше расстелен. Женщина, на нём высоко задрав ноги, входит в экстаз. Серёга во все глаза уставился на парочку. Я тоже не отвожу глаз. Чувствую — мокрею. Боковым зрением вижу — пацан поправляет в спортивных штанах возбудившийся член. Дыхание у него участилось. Если меня не было бы — просто подрочил и всё.

Сидела на корточках возле него, чувствую, что влага из меня наружу вылилась — аромат распространился. Ударил парню в нос. Он посмотрел туда и говорит: «Вы описсались». Тоже глянула себе меж ног. Возбуждённые большие губки, контуром просматривались через тонкое трико, а посередине виднелось влажное пятно.

— Не обоссалась, не бойся. Сейчас сам уссышься. — Говорю. — Потому что у тебя дубинка тоже напряглась до предела.

А на соседней крыше, дамочка с криками кончила. Ебарь видимо тоже. Серёга сидит с широко открытым ртом, оцепенел от увиденного действа. Вот тут я решилась.

Поманила его от края крыши. Стянула с него трико, трусы и подрочила ему. Излился мгновенно. Парень хоть молодой, но станок у него уже развит, как у настоящего мужика. Первый раз, говорит, чтобы кто-то ему дотрагивался до письки. Но, я-то не удовлетворённая, распалённая. Тем более чужой пенис в руках держала — считай, изменила мужу. Сказала ему:

— Сиди здесь, я сейчас приду.

Спустилась домой, потихоньку взяла соседкин ключ. Она оставляет его у нас, чтобы за цветами следить. Поднялась на крышу. Поманила за собой паренька. В квартире быстро разделась. Парень не дурак — тоже скинул одежду. Орган его уже стоял как коммунист перед расстрелом. Начала перед ним красоваться — руки на затылок себе положила — от этого груди поднялись.

Затем повернулась к нему задом, наклонилась — показала ему вид сзади. Сиськи при наклоне опустились вниз, что добавляло эротизма в картину. Разгорячённая вульва, выпирала из меня, как манда мартышки во время течки. Сияла алым цветом семафора. Серёженька подошёл, запустил пальцы в меня, вынул, облизал. Я от этого сильнее раздраконилась. Всосала ртом весь его член в себя. Вовка научил, как заглатывать его до упора в яйца. Паренёк ухватил за голову меня, и ебёт, что есть маху, от головки до яиц двигает. Я себе сикель надрачиваю.

Завела его в спальню. Разлеглась на кровати, так же, как та баба на крыше, развела широко ноги. Мальчонка точно знал, что дальше делать — упал лицом к пизде и давай языком орудовать. Затем вставил свою дубинку в меня. Наяривал минут пять. Я кончала пару раз.

Домой спустилась только через два часа, мокрые трусы в корзину с грязным бельём сунула. Отчиталась перед Вовкой о голубях. Сказала, что за один раз не заберёт ещё несколько раз придёт за ними. Пошла за Гришенькой в детсадик. Сама думала о происшествии. Млела от воспоминаний. Фантазировала.

Сергей уже сам поднимался, так как рассчитался с мужем за птиц, а я типа за хлебом, в аптеку, выходила из дому и имела Серёженьку в той квартире. Ой, какой сладенький любовник! Затем, когда всех голубей перетаскал, стала с ним встречаться по звонку. Всё в той же квартире. Обучила его тем ласкам, которые мне приятны. Он тоже показал, как ебать по-негритянски. Не знаю почему, «по-негритянски», он сам так сказал.

Выперев очко как можно выше, ложусь. А он становится рядом с моими коленями, и на полусогнутых ногах дрючит меня. Насмотрится порнофильмов, практикуется на мне.

Недавно уговорил меня на анальный секс. Боязно за очко. Вдруг говно откусывать перестанет. Ха-ха-ха. Сломал мне эту целку. Пока он меня в жопу чпокает, запускаю пальцы в вагину — дрочу ему через тонкую стенку, кайфуе-е-ет салажонок.

— Уже разработал тебе дырочку? Каждый раз дозволяешь?

— Знаешь, даже удобней стало — предохраняться не надо, в кишку кончит и всё. Такой процесс и мне приятен, временами кончаю…. Я твою историю услышала, теперь подумываю, может мне от Серёженьки родить? Вовка всё равно просит девочку.

— Ты на меня не смотри, я нечаянно залетела. Сейчас ты пьяная, не соображаешь, что говоришь.

— Приходится ублажать парнишку, так как может, какая-нибудь ссыкушка, его переманит, и он перестанет ко мне приходить. Фотку сейчас покажу…. Вот он у меня такой миленький, хорошенький. Перед отъездом на соревнования предложил привести ещё двоих друзей. «Трое мальчиков и одна девочка» — сказал он. Мне прям, не терпится домой. Три молодых кобеля и я — течкующая сучка. Пусть поимеют меня во все щели.

— Смотри не попадись — посадят за совращение малолеток.

— Ой! Только не надо портить настроение. Всё будет чики-пуки. Парням ведь хочется секса — чего же не воспользоваться — они же и в «холостую» могут…. Слушай, ты упомянула про большой сикель. Действительно такой большой? Покажи…. Ого! Вишенка целая. Сейчас возбуждённая…? Пойдём в ванну — я тебе её оближу.

— Ты бабонька ебанулась совсем с пьяну…. У меня вишенка, а у мамы моей как две фаланги мизинца.

— Она сама хвасталась? Как увидела?

— Мне девятый год шёл. Жили мы ещё на херсонщине, в деревне. Застукала маму с крестным в бане. Они находились в стадии оргазма. Чуть не склещились от моего появления. Крестный прикрылся и вон из бани. Мама в эйфории, мутными глазами на меня смотрит. А я зырю на раздвинутые мамины ляжки, вижу маленький хуек, с красной головкой. Это я уже потом догадалась, что видела мамин сикель. Мама начала прикрываться руками, но от касания об клитор, паралитично отдёргивала ладони. Вытолкала меня из бани. Подарила мне кофточку, чтобы я молчала про крестного.

— Блядь! Ебаться хочется, сейчас лаять начну! Это ничего если Вовка меня здесь на диване чпокнет?

— Да ладно уж, ебись. Только Алю не разбуди. Я тоже пойду "сушить" протечку, не меньше тебя взмокрела.

— Или давай я к Камилю, а ты к Вовке? Поменяемся, а? Они пьяные, не разберут в темноте.

— Ты, сучка ебливая, на Камильку не раскатывай губу. А то зашью тебе мандень…. Я тут недавно поэму прочитала. «Лука Мудищев» называется. Не читала? Так вот, там есть такой отрывок, который я запомнила:

О вы, замужние, о вдовы,

О, девки, с целкой наотлёт!

Позвольте мне вам наперёд,

Сказать о ебле два-три слова.

Ебитесь с толком, аккуратно,

Чем реже еться, тем приятней,

Но боже вас оборони,

От беспорядочной ебни!

От необузданной той страсти.

Пойдут и горе, и напасти,

И не насытит вас тогда

Обыкновенная елда.

— Мужу больше изменять не буду. И так чужих детей растит. Впустила одну чужую залупу, а наружу вышли ещё два писюна. Я себе зарок дала.

— А зря! У Вовки член кривой.

До точки ДЖИ достаёт, мм-м. Никогда с кривохуевым мужиком не трахалась?

— Я думала, что мама сейчас согласится, потому что она не сразу ответила:

— Иди, не трави душу, зараза.

— Маринка, ты только никому не говори про мамин грех!

— Зуб даю. Рассказывай дальше. Ведь подсматривала, как дядька тётку порет?

— Ещё бы не подсматривать! Такая возможность! Ты бы отвернулась…? Во-во! Подглядывала. Не дышала. Боялась спугнуть. Они ведь буквально в паре метров от меня находились. Тётя Галя сбегала поссать и нырнула под простыню к мужу. Начала его ласкать, будить. Пошла возня. Дядя Вова начал сношать бабу. Коленки её в разные стороны из-под простыни просвечивают. Сначала пятки их показались. Затем вся простыня сползла. Стала видна голая задница ебунка. Тётя Галя всё выше ноги задирает. Сиськи от толчков взлетают к плечам тётки. Она спину выгибает, чтобы жопу выше поднять. Постанывает. И пукает от толчков. Я чуть не прыснула от смеха. Чавканье хуя в пизде, хлопки бёдер о ляжки послышались. Потом разом замерли, поохали. Приплыли, значит.

Посмотрела в сторону маминой спальни — там папа маме тоже тесто намешивает. У мамы только ножки подлетают от толчков. Дядька соскочил и голышом мимо меня пробежал. Хуй мокрый, не до конца опавший, поблёскивает от света из окна. Тётка на него цыкает, куда, мол, голый побежал. Тот с будуна думал, что дома у себя. Вернулся, натянул трусы. От него, когда мимо меня пробежал, запахло селёдкой. Сбегал в туалет, вернулся и уснул. А тётя Галя заметила, как я головой вертела, когда на родителей смотрела. И говорит мне шёпотом:

— Не хорошо подглядывать.

Я после россказней и видов плохо спала. Мне всё мерещились колбасы, которые в меня лезли. Наутро проснулась с острой болью внизу живота, пошла пописсать — смотрю, кровь течёт. Испугалась. Думала, что ночью себе расцарапала всё. Сказала маме. Тогда-то мама и объяснила мне физиологию женщины.

— Аленька, я ещё ни разу не видела, как люди в натуральную чпокаются. Только видела порно по телику и как Андрюха дрочит. Тебе повезло. И парней поимела и меня. Как я хочу испытать мужской орган в себе! Пока ты рассказывала, особенно, как наблюдала за дядькой, я тоже потекла. Может, ты вылижешь? А сперма мужская такая же на вкус, как наши выделения?

— Я ещё не всё рассказала. Продолжить или сначала полижимся? Я ведь и сама мокрая. Иди ко мне, моя сладенькая. Моя вкусненькая.

После ласк, Аля продолжила:

— На следующий день, баба Аня пригласила всех нас на свою дачу. Взрослые попили пивасика, мы детки, компотом обпились. Женщины пошли готовить что-нибудь перекусить. Детвора по грядкам ягодки собирать. А я и Шамилька, забрались под навес на террасе второго этажа. Прикемарили малехо.

Хоть ночью спала плохо и мало, но проснулась уже от мужских голосов. Это папа мой, дядя Вова и дед Вася меж собой, под рюмочку водочки треплются. Естественно, о нас, о женщинах.

{♂ 35 ♀}

— Василий Петрович, ну-ка расскажи, как ты с первой женщиной переспал, — попросил мой папик.

— Ой…, это было сто лет тому назад и подробности не помню…. Помню, что это была сестра моего дружка Мишки. Это было на новый год, нам было по семнадцать лет. Ночными поллюциями и суходрочкой снимали напряжение в штанах. Мишка просил уговорить мою сестрёнку, чтобы она тоже была на нашем сборище. Сам сказал, что приведёт свою сестру Алёнку. Она была старше нас на два года и уже опытной в любовных делах дамой. Вот с ней то и перепехнулся впервые. Затем только с Аннушкой получилось почпокаться, так как весной в армию забрали. А после неё сразу свадьбу затеяли, потому что Аня меня дождалась. После, конечно, налево бегал, но это так, как кобель.… Сейчас молодёжь наверно по-другому развлекается.

— А я по пьяному делу, — начал говорить мой папик. — Даже не помню с кем из двоих шлюх, которые появились в нашей компании, после начала попойки. Проснулся голым. На чужой постели. С пустыми яйцами, так как чувствовалась лёгкость в органе. Бляди, проснувшиеся рядом со мной, были страшными, не накрашенными. Убежал от них.

Признался бате. Тот сначала поругал, но только за то, что не предохранялся. Кричал: «Вдруг забеременеют. Вдруг сифилисом или триппером наградили!» Пообещал свести с порядочной женщиной. Ей было лет сорок наверно. Естественно женщина опытная, ласковая. Научила меня некоторым тонкостям сексуальным. Какие позы нравятся женщинам, какие ласки. По наивности сказал, что женюсь на ней. Она смеялась и говорила, что уже замужем и только из услужения моему отцу согласилась на близость со мной.

Давайте лучше я расскажу, что было этой весной.

Помните, Петрович, по весне я вам картошки на рассаду привёз? Да, да, от внучатой племянницы бабы Ани. Возвращался тогда из поездки за запчастями на своей машине. Ходка была попутной и Андреевна, сговорившись с племянницей, наказала мне забрать мешок картошки. Подъезжаю к Н-ску, звоню по номеру, который мне дала Андреевна. Племянница отвечает, что на даче, где картошка, меня встретит дочка её, Ольга.

Испросив маршрут, быстро добрался до дачного посёлка. Ольга уже стояла у ворот, ждала меня. На вид девахе лет пятнадцать. Но телом уже развитáя, как все бабы в селеньях. В лёгком платьишке, несмотря на прохладную, дождливую погоду.

Погреб находился в домике. Чтобы воры не нашли лаз в погреб, он был прикрыт диваном и линолеумом. Пока отодвинул, пока линолеум подняли. Опустился в подпол, Ольга с краю стоит, бёдрами поблёскивает. Пригляделся, бля, возбудился. Вижу у неё то ли трусы красные, то ли без трусов она совсем, то ли солнце так подсвечивает. Но мешок поднял. Она сверху подсобила. Опять повторяем всё в обратном порядке. Линолеум, диван. Отнёс картошку в машину. Испачкался, весь в пыли и поту.

— Смотрю, баньку растопила. Можно помыться?

— Конечно. Ведь знала, что испачкаетесь. Только я первая, чтобы вас потом чаем перед дорогой напоить.

Убежала мыться. Я сходил к машине. Взял презервативы, которые у меня в тайничке всегда лежат. Ведь шофёру в дороге, что только не пригодится. Решал, что, если она будет ломаться, на трассе облегчу душу с плечевой.

С замотанным тюрбаном из полотенца, Ольга выглядела как стройная Гюльчитай. Платьишко сменила на халат. Я пошёл быстро скупался в баньке, представляя даму, ещё сильнее возбудился. Когда вернулся в домик, стол уже стоял накрытым. Горячий чай с мелиссой. Горячее юное тело Ольги, находившейся по правую руку от меня, согревало моё плечо. Глотнув для приличия, и чтобы промочить горло, чая, решился. Провёл тыльной стороной пальца по бугорку, который был образован соском девичьей груди. Как будто тумблером щёлкнул. Если «загорится» — продолжу. Не вспыхнет — придётся ждать проститутку.

— Дядя Камиль, я думаю, что вы человек опытный… и сделаете мне очень приятно и нежно. Я ведь специально сюда напросилась. Специально…, потому… что я… ещё девушка… и… — Говорила она, запинаясь, — хочу, чтобы было нежно и ласково. Подруги подсказали, что молодые, не опытные. Причиняют боль, — продолжила скороговоркой, — К тому же видите, у меня прыщи лезут, а мамка сказала…, что только мужские соки помогут.

Я сидел ошарашенный таким заявлением. Мало того, что малолетка, так ещё целка! Чуть не убежал, блядь. Хлебнув чаю, смываю подступивший ком к горлу. Ольга сидит, ждёт моей реакции. А у самой от предвкушения момента соски прорезают старенький халат. Я уставился на эту красоту и чувствую, что член может порвать мои плавки.

Повёл её на диван. Посадил к себе на колени, принялся нежно целовать, можно сказать, детские губы. Рукой начал по одной пуговице расстёгивать халатик. Две верхние расстегнул, залез рукой к соскам. Короче, раздел её. Она оказывается и трусиков не надела. Волосы на лобке нежно-рыжего цвета, скручены в небольшие кудряшки. «Вот отчего красным выделялось — она всё время без трусов». — Подумал я. Половые губки так плотно сжатые и набухшие были, что выглядели как плод абрикоса.

А грудки! Мм-м. Ареолы отдельными конусами возвышаются над небольшими упругими холмами грудей, нежно розового мраморного оттенка. Мм-м, кайф!

Розовые сосочки, подсвеченные заходящим солнцем, сверкали янтарным блеском. Запустил пальцы до сикеля, ощущая жар влагалища, подрочил его. Дыхание у неё через раз — то учащается, то замирает. Глазки закрыты, на поцелуи отвечает уже страстно, позволяет всосать язык.

Раздеваюсь сам. Ольга открыла глаза, смотрит на моего скакуна. Я собираюсь надеть презик. Она просит: «Можно я сама надену его на ваш…?» Не знает, как его назвать. Приседает передо мной на корточки и, попросив придержать член, начинает неумело накручивать. Сама глазеет на залупу, какого она цвета, какого размера. Мне сверху открывается вид, элегантной попки. По бокам позвоночника в районе таза две аппетитные ямочки. Бёдра развёрнуты наружу. Кожа как бархатистый мрамор. Мужики! Только от одного такого зрелища можно кончить!

Влага, выделявшаяся из вульвы, обильно смазала нежно-розовые губки. Я наклонился к её щёлке. Лизнул раз, другой. Понравилось. Аромат юности, неизведанные вкусы остались у меня во рту. Полизал ещё, ведь не каждый год аромат молодости достаётся испробовать.

— Давай сфоткаем «глазок» на память? — На согласный кивок, попросил пальчиками раздвинуть вульву, чтобы целка виднее была. Я сфотографировал лепоту. Вот посмотрите. Так выглядит девичья плева….

Целая…

…А вот уже порванная. Через неделю снимал…

— В моей жизни это была первая целка, поэтому я решил действовать нежно, аккуратно, будто сапёр разминирует мину, вводить конец в неё. Негромкое «Ах» и свобода, с которой полез дальше член, дали понять, что плева порвана. От накопившейся энергии я кончил быстро. Упал на грудь ей. Помня, что надо так же нежно успокоить девушку, припал с поцелуями к груди, шее, губам. Девочка отвечала тем же самым.

— Как прекрасно! Даже не больно. Сейчас я помоюсь и прибегу. — сверкая попкой, Ольга скрылась на огороде. Я снял презик, кинул его в мусорку. Сам сижу обескураженный. «Это, что же я малолетку трахнул? Дочери моей, Альфии, считай ровесница. И кто я после этого? Ни хуя себе!» Ольга вернулась такая же нагая, как и была. Молодость, юность, радость светились в её глазах. Накинув халатик, предложила ещё чайку выпить.

— Сегодня поедите или ночевать останетесь?

— Давай я сегодня поеду, а через неделю приеду для повторной «операции». - сказал я с улыбкой.

Естественно съездил и ещё пару раз окропил вагину моей девочки. Теперь уже без презика. Так как она попросила, сказав, что у неё «неопасный» период. И мужские гормоны очистят её кожу. Всё в том же дачном домике. Она привезла с собой чистые простыни, которыми укрыла старые потрепанные покрывала. Сфоткал рванную вагину.

Опять не обошлось без внимательного изучения моего члена. Проводила пальцами по головке. По венам. Запоминала тактильно его. Зырила широко открытыми глазами. Немножко поиграла с «игрушкой» — отклонит в сторону, отпустит. Член с вибрацией возвращается в вертикальное состояние.

— Хи-хи, — веселится молодая женщина. — Я лизну чуть-чуть?

— Да хоть весь оближи — буду рад.

Записал номер мобильника её для контакта как «Соляра».

{♂ 36 ♀}

{1}

— Маринка! Я охуела! Мама рожает от кого-то, папка ебёт, чуть ли меня. Я ведь так себе это представила. Я, правда, только дачный разговор отца слышала. Этот папин монолог я услышала семь лет назад. И не знаю, что сейчас творится между ними. А вдруг она ему уже родила кого-нибудь?

Разговор этот стал моим козырем, когда я пришла домой подвыпившая, и он начал меня ругать, мол, порядочные девушки так себя не ведут. Так, мол, могу и в подоле принести. Тогда не будет тебе прощения. «А что там Соляра? Как поживает?». - выдала я своё знание. Он сначала не врубился о чём речь. «Оля — Соляра. Не понесла в подоле?». - напомнила ему. Папочка сразу замолчал. Но на утро поговорил со мной. Можно сказать, даже по-дружески. Пообещала ему всячески предохраняться и не бухать сильно. Попросила прощение за подлый удар по слабому месту, которым является для него тайна о любовнице.

— Как только ты начал рассказывать я сразу вспомнил. — Опомнился дед. — Мы с Аней купили вот эту дачу, вернее участок. Здесь ничего не росло. Анна созвонилась со своим двоюродным братом насчёт саженцев яблони и вишни. В Н-ск, я поехал один, так как у детишек школа, у супруги на работе завал. Приезжаю значит, хорошим майским днём, сажаю жену брата и их детей в «жигули» и поехали на дачу. Она, Глафира — растопила баню. Меня заставила выкапывать саженцы. Но так как я ещё не опытный садовод был, она всё время командовала мной.

Глашка по случаю тёплой погоды разрешила детям раздеться догола. Мальчонке десятый год, девочке восьмой. Сама мать была в сарафане. И я, испарившись, скинул рубашку и ходил с голым…

— Хуем? — вставил дядька, похихикивая.

…торсом. Хозяйка обтиралась об меня голыми плечами. Всячески провоцируя меня на грех. И тоже, как у тебя, не обошлось без ныряния в подпол. Варенья, соленья достать. Так же диван, линолеум двигал. По окончании Глаша направила меня в баню. Сижу, парюсь, заходит хозяйка, садится рядом со мной на полок. У меня привычка — сидеть в бане, подняв хозяйство над бёдрами, чтобы значит не придавливать его. При виде обнажённой Глаши, прибор у меня возбудился. Как голова черепахи вылез из панциря и маячит. Глашка ноги развела, послышался чмок от влажных губ. Сидим не реагируем на происходящее. Хотя я понимаю, что всё равно она окажется на моем вертеле. И она понимает это же.

— Давай я теб…, - только хотел предложить ей массаж, но она резко запрыгнула на шкворень. Начали, значит с массажа стенок влагалища. Пизда была нерасхоженная, сначала хуй шёл туго. Давно бедняжку не ебли по-настоящему. Глашка громко застонала, сначала от боли, потом от наслаждения. Галоп был яростный — думаю: "Изголодалась бабец. Не ебет её, что ли муж?" Признаться, сам от себя не ожидал — кончил быстро от её скачки. Она не удовлетворилась. Но баба опытная — сразу залупу за щеку. Три минуты и боец готов к штыковой атаке. Ставлю бабу раком. Ноги она раздвинула широко, даже очень широко, пришлось поднять её, чтобы войти, ну а затем уже я сам задаю темп скачкам.

Тут малой в баньку забегает — «Мама, нас соседка зовёт ягодки поклевать. Можно?»

— Только шортики оденьте, не бегайте по улице голенькими, — отвечает, как ни в чём не бывало подруга.

У неё даже не один мускул не дрогнул от пикантности ситуации. Конечно, со стороны не заметно было, что именно мы творили, но у меня член выпал.

— Не волнуйся. Они уже не раз нарывались на такую ситуацию. — Сказала сучка. Ну, тогда я продолжил.

Не знаю, что у них в семье творится, но ясно, что блядства много. Потом ещё в домике пыталась мне вздрочнуть. Но я не любитель такого экстрима.

— Это получается, я сломал целку внучке Глафиры? — Опомнился папик.

— Видимо мама её специально к тебе послала, чтобы ты распечатал цветок. Я ещё удивлялся, как это детишки голышом бегают, не стесняясь, вроде уже большенькие. И сценарий один и тот же: мужик — дача — баня — ебля. Не представляю, что она с мужем при детях вытворяет. Если бы не детки её, я бы конечно не раз вздрючил сучку.

{2}

— Ясно, что горячая была! — Спросил дядька, — вообще сравнивая Глафиру и Анну Андреевну, кто лучше?

— Глашка — баба, как баба — сиськи, дырка. Фигурой тоже бог не обидел — рыжеволосая, стройная, спортивного телосложения, с бархатистой кожей. Чего таить то, многие женщины ласкали меня, многие обладали таким страстным темпераментом, что укротить их пыл могли бы только стадо коней, но мне по нраву адекватные женщины, которые в меру темпераментны. С Глашкой я всего однажды чпокался, может она при других обстоятельствах более нежная, ласковая. Про Анну скажу одно — ни одна не сравнится с моей женой. Она собирательный образ всех баб, которые были у меня. Временами кончает за пять-десять минут с таким оргазмом, что сам улетаешь от её экстаза, иногда полчаса как минимум наслаждается, при этом меняя темп, позы. Выдумщица на разнообразные акробатические позы. А когда мы оба сознались в желании иметь связь на стороне, то ещё интересней стала в постели.

— Вы утверждаете, что знаете об измене тёти Ани? — удивлено воскликнул папа.

— Да! Даже придерживал член её любовника, когда надо было вставить в неё при исполнении оригинальной фигуры. Супруге тогда исполнился сороковник. Нашёл её постоянного дружка, сговорился с ним. У него на квартире и поздравили вдвоём нашу любимую женщину. На поздравлялись в тот день до потери сил. Так и уснули — два мужчины и один цветок между нами.

— А что за поза, что он сам не мог вставить?

— Вверх ногами. Я такую раньше испытывал. Славка тоже захотел так окунуться. Анна встала вверх ногами, Славка тоже. А вот с попаданием в такой позе тяжко. Пришлось мне брать руками член любовника, и так далее. Хотя мне самому понравилось — встал у меня по новой. Между прочим — я отец семи детей. Генетический, как сейчас говорят. О шести я сто процентов знаю. Седьмой родился или нет, не знаю, но женщина одна требовала бросить Анну и жениться на ней так как, я, мол, заделал ей ребёночка.

Троих мне Анна родила, один случайно получился, когда участвовали в свингерской вечеринке вот тут на даче. Подружка супруги предохранялась только гондонами, а на то, что мы их совратим, не рассчитывали. Но всё равно довольны. Двоих родила одна женщина знакомая. Попросила нас с Аней оказать такую услугу.

— Ах-уеть! Светка меня убила бы, узнай она о моих шашнях. Да и я не оставил бы без последствий её измену. Нет. Такая жизнь не для меня. Только подумаю, что мне жена изменяет — бешусь.

— Когда сам проститутку пялишь, не бесишься? Они ведь считаются грязными женщинами. Почему же ты резиновую куклу не ебешь? Или суходрочкой не расслабляешься? Потому, что хочешь женской энергии, тепла, ласки. Хочешь узнать об отличии жены и шлюхи. Скажи, бывают у тебя тени сомнений о её верности? Она тебя не морочит вопросами о твоей верности?

— Ваша, правда, Петрович, у обоих бывают сомнения. За двенадцать лет уже приспособились — она молчит, я тоже помалкиваю, получается — обоих устраивает такая жизнь.

— Аннушка пятнадцать лет мочала, терпела. Всё в своей психике держала. А потом поговорили — у неё как камень с души свалился. Любовников выбирала не ахти как. Не по мужскому достоинству, а по душевным качествам человека. А какой с моей души камень скатила она своим разговором. Лет на десять помолодел сразу.

— Вов, что-то мы тебя не слышали. Давай расскажи о своей жизни половой.

{3}

Рассказ дяди Вовы.

— А я в восемь лет. В восемь лет представляете, испытал оргазм на бабе.

— Мама была разведёнкой. Воспитывала меня одна. Жили мы в Экибастузе, в бараке, рассчитанном на восемь семей. Шесть однокомнатных и две двухкомнатных…. Да, это только одна комната, в которой и печь, и спальня, и кухня. Туалет на улице. Ночью в ведро. Вода в колонке. Мы с мамой в однушке. В одной из двушек жила семья корейцев, Югаи их фамилия. Отец, мать и пятеро детей.

Как-то Ёська, сын корейцев, моего возраста шкет, зовёт меня. Потихоньку поднимаемся к окну одной из комнат. И видим, чью-то голую задницу, совершающую возвратно-поступательные движения. По бокам от неё, чьи-то ляжки посверкивают.

— Ебутся. — Со знанием происходящего объяснил Ёська.

— Что это такое — ебутся? — Спросил я.

— А ещё сестрёнку или братишку мне сделают. Ты что не знаешь, откуда дети берутся? Пойдём, расскажу и покажу.

Зайдя в угольный сарай, он скинул с себя старые, дранные, доставшиеся ему от старших детей, шорты. И начал дрочить. Несмотря на юный возраст Ёськи, членик его встал.

— Потрогай, какой твёрдый хуй. Вот таким хуем мужики ебут баб. У папки он больше, но, когда я выросту у меня будет ещё больше. — во всю сквернословя, тараторил корейчонок, — это мне братовья рассказали. Гошка (его старший брат) сказал, что он скоро выебет своим хуем твою мамку в пизду и сделает тебе братика, а то тебе скучно одному с матерью. У него уже малафья есть. Да! Он мне показывал. А я дождусь, когда мне будет десять лет и у меня появится малафья, а Наташке из четвертой квартиры, семь лет и выебу её. Пусть она мне родит сына.

Фантазий у мальца было хоть отбавляй. Для меня, тогда ещё семилетнего, только собирающегося в первый класс, такая информация оказалась шокирующая. Я с наивностью решил рассказать маме о планах Гошки.

— Гошка Югай сказал, что выебет своим хуем тебя в пизду и сделает мне братика, — вот так прямо и дословно сказал, считая себя уже достаточно взрослым, потому что видел, как мелькает жопа дядьки меж ног тётки.

Нравоучений и подзатыльников в тот вечер я получил достаточно. Ругань мамы с родителями Ёськи слышали все соседи. Но зародыш древа познания во мне начал зреть. Теперь я уже сам смотрел, как наполняется кровью мой писюн.

Подсматривал с пацанами через щели в общественном туалете, как писсают женщины. Уши фильтровали разговоры о сексе, отбрасывая ненужную информацию. Только услышу: «бросить палку», «почпокаться», «манда» и тому подобное — моё внимание уже на этих диалогах.

Ёська приводил свою маленькую сестрёнку, на которой из одежды была только майка брата, в угóльник. Раздвигал ей ноги и показывал нам гениталии девочки. Правда без подробностей, так, как и сам не знал, куда толкать

Мы с Ёськой, ещё с одним другом, Сашкой, познавали азы половой жизни взрослых. Зазывали соседских девочек в сарай и обменивались с ними знаниями о строении наших органов. Они нам показывали, мы им. Трогали их за сисечки-писечки, они нас за перчики. Пиздюлей конечно временами отхватывали, когда взрослые палили нас.

Лексикон мой сменился до неузнаваемости, мат-перемат, через слово. Корейские матерные слова Ёська не знал, но по-русски, по-казахски матерился как заправский мужик. Разложение моей личности дополнилось курением. Курили в основном окурки. Не в затяг. Так, для пантов. Тапком по жопе не раз получал, под домашним арестом сидел, из-под которого убегал через форточку, пока мама была на работе. Однако она нашла мою слабость — как-то расплакалась от обиды на себя, что не может воспитывать меня. Плакала навзрыд, очень тревожа мою душу. Я поклялся, что не буду курить. Материться. До пятнадцати лет не курил. А без мата не смог связывать свою речь.

Однажды, во время пребывания на речке, увидели, как молодые люди скрылись в ивняке. Мы за ними, конечно, поползли подглядывать. Вид был сбоку от трахающихся и подробности как елозит член в женщине, не видели. Но видели, как он мял её груди и целовал в губы. И что тётка гораздо выше и шире чем Ёськина мать раскидывала ноги. Апогеем увиденного была поза «раком». Тётка повернулась к ёбарю спиной, встав на четвереньки. Елда мужика нас поразила размерами. Сиськи партнёрши болтались от толчков. Наши руки усердно натирали головки пенисов.

Разговоров об увиденном соитии нам хватило на все ближайшие недели. Мы втроём стали центром внимания пацанов из близлежащих домов. Многие потом бегали на речку, ловить момент, когда кто-нибудь сношается.

{4}

На следующий год Югаи уехали на Сахалин. Моя мама, заранее узнавшая о переселении, прописала к нам свою мать. И как только квартира корейцев освободилась, мы её заняли. Правда, не без драки и ссоры с другими соседями, желавшими так же расширить жилплощадь и начальством предприятия, которым расстроили их планы.

Теперь у нас появилась моя отдельная кровать, так как до этого вторую некуда было ставить. Но и мама не стала одна спать. Появился дядя Паша. Он надеялся создать семью, хотел, чтобы я называл его «папой», но я приревновал. Иногда просыпаясь по ночам, когда свет от луны, позволял видеть, как мама раздвигает ноги для утех дядьки, я плакал в подушку. Подсознательно, наверное, я хотел находиться на месте дяди Паши.

В пустующую комнату заселилась молодая красивая женщина с десятилетней дочерью.

«София-молдаванка» — отложилось у меня в памяти. Мать её звали Наташа. Среди соседских мужиков — «Наташа — три рубля, и наша»! Действительно помимо работы на предприятии, она занималась проституцией. В Наташу я тайно влюбился, украдкой наблюдал за ней. Старался зайти в туалет, послушать, как она журчит. Да вы и сами малыми, наверно влюблялись во взрослых женщин.

Да! Забыл сказать, что в каждой квартире был погреб. Дом стоял на сваях, так что, спустившись в погреб, можно было проползти под любую квартиру. Однажды я увидел, как к Наталье зашёл неизвестный мужик. Мы с Сашкой, пробрались из нашей квартиры в погреб под помещением молдаванки. Надеялись, хотя бы услышать звуки ебли. Ну и подрочить конечно.

Мальчишеские фантазии, сложили из скрипа кровати и аханий тётки, изумительную картину. Я в тот памятный день впервые спустил. Не знаю, как так получилось, но капелька мутной жидкости выделилась из моего органа. Ну и экстаз конечно не сказанный.

Рассказал о том, что «видел» как ебут её мать, Софийке. Она не удивилась и сказала, что уже видела, как мама сношается с дядьками. А за батончик шоколада даже покажет свою «пизду».

И рассказала, что однажды мамин ёбарь и Софию трахнул. Ей сначала дали выпить вина, а затем мать сама держала дочь, когда мужик вставлял в неё. Было больно и страшно, но мать заткнула ей рот рукой. Она не знала, насколько щедро расплатился клиент, но мама купила ей новое платье и сладостей. После последующих соитий мужиков с Софийкой у них появился телевизор, новые одежды у мамы, у дочери.

Насобирав пустых бутылок, и сдав их в пункт приёма, я купил шоколад «Алёнка», а на оставшиеся деньги леденец на палочке. София сразу и разделась. Легла на кровать и раздвинула ноги. Пальчиками начала показывать, откуда она писсает. Я стоял рядом и усиленно дрочил. Нет! Дым не пошёл! Девчушка сосала леденец, а я «выстрелил».

— За десяток «Алёнок», я тебе дам вставить в мою письку твою письку. — Заявила малолетняя блядь.

Дым пошёл, когда я собирал стеклотару и очищал её от этикеток. Малолетка раздевшись, основательно устроилась на кровати и раздвинула ноги. «Давай, вставляй» — поторопила она меня. Да я и сам горел желанием потрахаться. По незнанию, со всего размаху толкнул своего конька в сторону гениталий девчонки. Но попал в лобок и сломал хуй. Да, да! Не смейтесь. Оказывается, есть чему ломаться. В баню пойдём, покажу, какой кривой стал.

Член сразу упал. Я побежал домой. Через недельку только смог начать дрочить — боялся. Мама очень стонала под дядей Пашей и я, отвернувшись к стенке вздрочнул. Получилось.

Пришёл к Софийке и сказал, чтобы она отдала шоколадки.

— Дурак. Ты сам не вставил в меня, а я должна тебе отдавать! Я их уже съела. Давай бесплатно чпокни меня. Только не торопись, я тебе направлю.

Направлять член теперь приходится всегда — искривлён. Но то, как она впервые взяла пальчиками мой агрегат, вставила в вагину, я запомнил навсегда. Непередаваемая сладость.

— До конца не высовывай, чтобы опять не поломал. — Слышал я сквозь эйфорию. Оргазм наступил мгновенно.

— А ты знаешь с тобой лучше ебаться, чем с взрослыми — с ними так больно и тяжело. Они как налягут аж дышать невозможно. У тебя писюн меньше чем у взрослых — мне приятней.

Я, только став взрослым начал понимать, какие гады были те мужики, которые смогли сношать эту маленькую, хрупкую девочку. Она в своём возрасте была комплекцией с меня восьмилетнего.

Затем несколько раз я бегал к Софии. Иногда она сама предлагала «за бесплатно», но чаще приходилось платить. Наталью потом посадили за проституцию и за совращение Софии.

{5}

Мама заметила ссохшуюся сперму в моих трусах и на простыне. Попросила дядю Пашу поговорить со мной по-мужски. Я уже привык к нему, мы вместе ходили на рыбалку, зимой катались на лыжах. Посещали общественную баню, до этого я купался в оцинкованном корыте. От разнообразия мужских органов, увиденных в бане, я ошалел. Смущаясь за свой кривой перчик, сидел, закинув ногу на ногу.

Наводящими вопросами вызнал у меня про мастурбацию. Потом откровенно рассказал об интимных сторонах супружеской жизни. Практически всё. Даже что дети рождаются из пизды. До этого я думал, что как-то раскрывается живот, всё пытался увидеть нафантазированный мною и дружками шрам на животе мамы от операции, после которой я появился на свет. Сашка, кстати, клялся, что у его матери есть такой шрам, но потом выяснилось, что это след от операции по удалению аппендикса.

Дядя Паша сводил меня к собачьей будке, когда дворовая сучка щенилась. Объяснил, что к чему. После этих разговоров, дядя Паша стал мне ближе и роднее. Теперь со всеми интересующими меня вопросами я обращался к нему. Паша, как он разрешил себя называть, маме сказал, что я уже мастурбирую и что лучше оставить так, чтобы не было проблем. Маму шокировал такой ранний возраст "дрочилы." Она выделила тряпочку для чистоты. "Трухай в неё, я потом постираю и положу под подушку"

Рассказал дяде о своём опыте с Софийкой. Об искривлённом инструменте. Паша сказал, что я буду пользоваться спросом у женщин, но должен быть осторожен, так как девочка может внезапно вспухнуть. И если у меня появится подружка, то он даст гондонов. Мама от этой новости чуть в обморок не упала. Чтобы отвлечь меня от эротических мыслей, чтобы нагрузить организм физическим утомлением заставила ходить в спортивные секции — борьба, плаванье.

Сами того не сообразив, решили увеличить поголовье нашей семьи. Живот у мамы рос как на дрожжах, вызывая во мне невероятные образы доступные мальчишескому сознанию.

Следующей женщиной была тринадцатилетняя одноклассница. И понеслось, то с одной, то с другой. Слух о необычном ёбаре распространился по школе и окрестностям. Я совсем забросил учёбу — школьные задания выполняли сучки, желающие опробовать прибор. Опытная женщина Татьяна обучила правильно сношать дамочек, показала точки воздействия на своём теле. Мне, четырнадцатилетнему пацану, нравилось иметь взрослую бабу, расставаться с ней не хотел.

Хорошо, что переехали на север, я весь Экибастуз перетрахал бы. Мечта мамы и Паши о моем высшем образовании пролетела медным тазом. Сейчас завгаром работаю — самая высшая точка моей карьеры. А так дальнобойщиком напахался. На проституток ни разу денег не тратил, всё время со мной какая-нибудь бабёнка ездила в кабине. И стряпуха и мягкое тепло под боком. Вот только на Галке остановился, до неё всё холостячил.

— Казашку чпокнул? Говорят, у них щель поперёк, — поинтересовался дед.

— Тоже попался на эту байку. Нет, не поперёк. Я с женщинами разной национальности имел связи — у всех вдоль оси симметрии. Завяжи нам глаза, дай полежать на женщине — не отгадаешь её национальность. Разве, что по запаху. Жительницы севера пахнут вяленой олениной, казашки, узбечки, киргизки — бараниной, китаянка какой-то специей. Это при условии, что они помылись, не мазались косметикой, как многие современные женщины.

Гульке так и сказал по-казахски: "Ам берщешь, кутак салаем", что дословно означает: "Давай пизду, хуй положу",

…портфелем по спине получил. Но и в черноволосой пизде побывал. И не раз. "Дамбал шешь, бир сёз айтам" — "Снимай портки, что-то скажу: " Смеялась до упаду от моего акцента, но раздевалась.

Дом её родителей находился через улицу от нашего барака, когда отсутствовали её родственники, я пробирался к ней. Гуля, напевая народную песню "Камажай", исполняла народный танец и дразнила меня. Штанишки и трусишки потихоньку спадали с её худеньких бёдер. Ласковая, счастливая, она поила меня чаем, кормила баурсаками. От её братьев получил пиздюлей — кто-то сказал о моих тайных посещениях. Я опять приходил к верной подруге. Опять был бит. Уже, будучи взрослым, проезжая Экибастуз, заехал в тот переулок. Гулю я узнал только по её манере петь "Камажай". Не окликнул. Годы испортили её ровный стан, ясный блеск глаз.

— Затем, дядя Вова пересказал практически ту же историю, которую я слышала от тёти Гали, как она его спасла, как согревала. Сказал, что теперь не будет изменять супруге.

Шамиль, которому тогда шёл десятый год, растопырив уши, слушал эти байки и помаленьку мял письку.

— Петрович, у вас ни разу сердце не ёкнуло от сознания, что другой мужик чпокал Андреевну? — опять вернулся к прежней теме папик. — Ведь он мог быть, по крайней мере, заразный. Или псих, какой-нибудь. Приставал бы потом, домогался.

— Я же тебе говорю, Анна у меня умная женщина. У неё чутье какое-то есть на заразных и психов. Только однажды заразилась. И то, когда насиловали её. А ты сам долго думал, когда малолетку чпокал? Там ведь ещё больший риск помимо заразы. А вдруг они хотели с тебя денег поиметь…? Все мы сначала головкой думаем, потом соображалкой. Ты в раздумьях поговорить со Светкой или нет…? Мой совет поговори. И знаешь, что? Давай детей домой отправим и устроим свинг! Вов, ты как? Галка согласится?

— Эта страстная женщина подпишется на любую авантюру. Я за свою жизнь столько баб оттрахал, так что одной больше, одной меньше не испортят статистику. Я предполагаю, у тебя ещё маячит…? А значит на молодых встанет?! Хи-хи. Хорошо. Анна Андреевна тоже хороша до сих пор. Осталось татарина с хохлушкой подписать. Ты чо, рот раскрыл и молчишь? Домой поедешь с детьми, Светку нам оставишь…? Хе-хе-ха, уф, умора с тебя.

— Только тихо. Чтобы никто не прослышал. Сейчас малышей накормим ягодами, борщом. Алька потом за старшую дома командовать будет. Аня их домой на машине отвезёт. Камиль, иди супругу оповести, что её сегодня ебать будут, ха-ха-ха. Ой, блин! Тс-с! А то может она не согласится и с вами домой поедет! — дед пьянел от каждой своей фразы.

— Брр-р. Мурашки по коже разбегаются от одних только мыслей. И главная мурашка шевелится. Хи-хи. — Папик тоже подписался на свинг. — Малышей только к родителям моим надо увезти — Аля с ними не справятся, больно шустрые цыганята. Пойду у Светки между ног потрогаю, любит она такие авантюры или нет…. Пизда я имею в виду. А потом у Светки поинтересуюсь.

{♂ 37 ♀}

Обломилось мне посмотреть на вечеринку. Но какими блаженно утомлёнными выглядели мама и тётка на следующий день. Это словами не передать. Если бы в понедельник не на работу, они очумели бы окончательно. А в субботу тётка выловила меня, когда я рвала вишню, и выдумывала способ вернуться на дачу, наблюдать за невероятным поебоном, пусть даже ценой вынутого из глазницы глаза.

— Ну-ка расскажи, что ты слышала прошедшей ночью. — Я даже не смогла отбрехаться — так на лице у меня всё было написано.

— Если ты что-нибудь, такого слышала, то никому не рассказывай. Не то я расскажу про братиков. Ты ведь не хочешь развода родителей?

— Баба Аня подготавливала тебя к взрослой жизни?

— Нет. Это ведь так пьяные разговоры были. Но ты если хочешь, можешь подтолкнуть её к теме, мол, как вы в молодости с парнями, то, да сё! Мол, в старые времена мальчишки ласковей были, теперь мол, сразу на кукан натягивают.

— Вот интересная ситуация — твой папа дрючит малолетку, а мама ему верна. Тётю Галю чпокает салажонок, супруг ей верен.

— Ну, не настолько мама и верна. Представляешь, каким шоком для меня были откровения папочки? Наезды тётки? Я помню, что истуканом ходила по даче и затем дома. Мама сказала всем, что я стала девушкой, поэтому такая замкнутая.

Уже через пару лет тётя Галя звонила нам домой, сказала, что родила девочку. По-хитрому ведению разговора мамы с подружкой, я поняла, что тётка забеременела от Сергея.

— А двойняшкам по наследству большой член достался? Не контролируешь?

— Вот ты догадливая! Я даже не задумывалась. Сейчас им по двенадцать лет, вполне могут суходрочить. Они всё больше у абийки пропадают. Если ты стесняешься переспать с братом, то я, не стесняюсь — соблазню Русланчика — больно он озорной.

— Означает ли это что, Шамиля ты уже лишила девственности?

— Ага! Лишишь ты его! Он ведь не ровня нам — по соревнованиям и тренировкам на базах пропадает. Всё время на фигурном катании, а там ему можно пощупать напарницу. Они уже наверно лишили друг дружку целостности. Нет! Лучше и Ринатика позову — надо ведь и его лишить девственности.

— Меня лиши! Меня! Порви пальцем эту перегородку. Приведи сюда Русланчика или Рината. Я всё сделаю и сосать буду. Только разреши мальчонке войти в меня.

— Иди ко мне. Я тебя успокою, моя ласковая, моя нежная, моя любимая.

{♂ 38 ♀}

— Так значит, ты хочешь быть похожей на бабу Аню? Не заметно, что ты правильно поняла её жизненное кредо. Она же ясно говорила, что женщина передком может всего добиться, стоит только правильно применить эти знания.

— Небольшой успех у меня уже есть — добилась от главного менеджера места кассира. Надоело на упаковке пальцы морозить, ковыряться в грязи…. Вот удачный случай…. Смотри, баба Аня деревца белит. Пойдём, поможем и поговорим с ней. — сказала Альфия.

Она сбегала домой, переоделась в старенькую одежду. Я тоже нашла обноски. Переодевалась, с чувством чего-то необычного. Будто приближалась к какому-то барьеру, за который боязно заглянуть, но неизвестность затягивает, подпитывая любопытство.

— Добрый день, баба.

— Здравствуйте Анна Андреевна. Будет ли так любезна, уважаемая сеньора, позволить нам помочь ей в благородном деле? — Выпаливаю я.

— Ух ты. Какой слог! Какой официоз…! Здравствуйте. Кто же отказывается от помощи двух прекрасных сеньорит. Сухую траву вокруг деревьев выдёргивайте, я буду белить.

Таким образом, по окончанию работ, мы были приглашены на чай к бабуле. Я впервые была в гостях у бабы Ани. Во всём чувствовалась рука хозяйки — больше внимания привлекли цветочные горшочки. Отделанные бисером сосуды, притягивали взор индивидуализмом. Какая-то фантастическая энергетика исходила от узоров. Деда Вася пропадал в гаражах. Поговорили о пустяках. О работе подружки, о моей учёбе.

— Лесбияните потихоньку…? Смотри, Алька, тебя, как совершеннолетнюю, посадят за совращение малолетней целки.

— Кхы, кхы! Баб, как ты догадалась? Особенно про целку?

— Целки ходят по-другому, походка у них девичья, будто прячут заветную вещь. А про лесбийство догадалась по вашим касаниям руками при прогулках. Частым встречам. Что ещё может связывать девятнадцатилетнюю женщину с четырнадцатилетней девушкой?

— Будем надеяться, что соседи не сдадут. А больше нам бояться некого. — сказала я. — Чужаки вообще примут нас за ровесниц ввиду одинаковой комплекции. В юности вы разве не ходили с подружками, взявшись за руки? Не чмокались при встрече, прощаниях?

— Очень редко ручкались. Лобзались только при поздравлениях с праздником. Тогда пионерия, комсомол, толковали нам образ молодого поколения. У нас были другие интересы.

— А были в ваше время лесбиянки?

— Были, конечно. И, прости, господи, гомосексуалы тоже были. Особенно в верхних эшелонах власти. Но это не афишировалось.

— Анна Андреевна, извините за прямой вопрос, как вы обходились без мастурбации? Я, без дрочки, извините опять, не могу прожить неделю.

— Кхы. Да, уж откровенный вопрос…. Будем считать, что мы здесь ровесницы и подружки…. Голова у нас была повёрнута в другую сторону. Мыслили мы о будущем. Кружки всякие, театральные, балетные школы в каждом населённом пункте были. Я с восьми лет живу в этом городе. Мама сразу отдала меня в балетную студию. Затем в бассейн в секцию ватерполо. Сейчас эти помещения заняты под бары, рестораны, торговые центры….

Анна Андреевна, отвлеклась на секундочку, продолжила:

— И… теперь совершенно секретная информация! Только для подружек. Если проболтаетесь — вы мне враги! Я… онанировала! Да, да. Подружка моя, Надя Орлова, рассказала, что застала свою мать в отключке. Абсолютно нагая женщина лежала на кровати. Рукой тёрла, что-то там в волосне. Клокотание слюны из горла, необычный изгиб тела, испугали Надю. Когда мать пришла в себя от криков дочери, сказала, что всё хорошо. Не надо бояться. Надя видела, как горели мамины глаза, влагу на пальцах. И необычный запах. Только вечером, в постели, когда мама уснула, подружка полезла себе меж ног. Влага мгновенно выступила из вагины. Надя достала пальцы, понюхала, и поняла, что за запах стоял в маминой комнате.

— Она продолжила исследования своей промежности. Нашла эрогенные зоны. И в ту же ночь отключилась от оргазма. Когда она говорила — я тоже возбудилась. Ну, а ночью, под толстым одеялом полезла себе к половым органам. Я их и раньше трогала, когда мылась, подмывалась. Но это были, так сказать, рабочие моменты. В первый вечер только исследовала.

Утром пристыдила себя, поклялась, что не буду опускаться до животного уровня. Вечером, однако, любопытство взяло верх. Седьмого октября, пятьдесят восьмого года первый оргазм сковал моё тело. Запомнила эту дату. Как веху в своей жизни.

Из объяснений мамы, знала, как происходит продолжение рода. Теперь в балетной студии, обращала внимание на бугры у мальчишек. Эротические сны стали частыми гостями в моем сознании. Школьные мальчишки лезли руками к кукишам из-под блузки. Добавляя сцен в мои сны. О том, как болят растущие груди, вам не стоит говорить…? Особенно тебе, Маринка. Твои железы, как хорошее дрожжевое тесто, за полгода вспухли. У Альки титечки росли медленно. Я обратила внимание на ваше становление. В четырнадцать лет мои кукиши выросли до не стыдного, приятного размера. В пятнадцать лет влюбилась в парня. В семнадцатилетнего деду Васю.

— Когда ты с ним первый раз поцеловалась?

— Я такие даты хорошо запомнила. Четырнадцатого июля пятьдесят девятого года. Мне было пятнадцать лет. Вася тайком, потому что этот фильм допускались смотреть только с шестнадцати лет, провёл меня в летний кинозал. Фильм назывался "Бродяга". Индийский. Первый фильм, в котором я увидела целующихся людей. Конечно, в советских фильмах были сцены с поцелуями, но тут была своя интрига — детям не позволено. Так вот, Вася проводил меня до дома и поцеловал…. В губы конечно, глупышка! Знаете ли вы, что такое любовь…? Алька, я в твоём возрасте уже родила!

— Сейчас не модно рано рожать. Вот ещё раз осенью попытаюсь в мединститут поступить. Не получится, пойду на медсестру учиться. Там может молодого интерна встречу. Или седобородого профессора. Хи-хи. Любовь…? Да! Мне не доступно это понятие. Привязанность есть, такого сжигающего душу чувства, увы, не испытывала.

— Любовью надо делиться. Отдашь частицу любви, тебе вернётся в десятки раз больше. Даже от тех, у кого нет любви в душе….

— Я можно сказать и себя-то не очень люблю, что уж говорить о других.

— Давеча ты меня называла "любимая"! — Вскричала я.

— Ты же понимаешь, что это лишь увлечение! В моменты эйфории мысли не подконтрольны разуму. Сама ведь говоришь, что желаешь мужчину.

— Маринка, не спеши, не подгоняй лошадей судьбы. Всё в твоей жизни будет. Всё, что записано в твоей книге судеб, сама прочтёшь, сама поплачешь, сама порадуешься. Хочешь, познакомлю с внуком? Шестнадцать лет парню, как раз тебе ровня, как мне Василий.

— А где ты его скрываешь? Что-то раньше не видела. — Встряла Алька.

А на меня, как бы необыкновенный луч тепла направили, который вызвал приятную негу. Первым делом потеплели щеки, как от возбуждения.

— Алёшка с семейством возвращается с северов. — Андреевна посматривает на мои заалевшие скулы, мокреющие глаза.

— Да-а-а…, хочу…. Это что, я сегодня начала читать новую страницу…? Ебипетский папирус!!!

— Как ты сказала?

— Извините, Анна Андреевна, за мат. — смотрю на Альфию, на Андреевну, слёзки катятся из глаз, кто-то тёплым покрывалом укутывает меня. Вроде начало весны. Не холодно, но эфемерная защита согревает каким-то невероятным излучением, создавая уют. Меня слегка трясёт, как после озноба. А они всё бегут — слезы радости, приятной неги, которые мгновенно высыхают от воспоминаний о брате. — Придётся решать проблему с Андреем. Он запугал всех пацанов в округе, чтобы те не липли ко мне. Обещался голову оторвать любому.

— Ишь, какой собственник выискался. Я-то думаю, чего это пчёлки не вьются вокруг такого цветка. Поговорю с твоим братом, наставлю на путь праведный. Не называй меня по имени-отчеству.

— Вы для меня идеал женщины. Не хочу в своём сознании перестраивать портрет молодой, красивой дамы в образ старушки. А как вас называть?

— Комплементы делать умеешь. Наверно много классической литературы читаешь?! Зови меня Саломея. Так меня звали в детстве, от фамилии Саломатова.

— Саломея — это вроде иудейское имя? Так…? А какой он…? Внук ваш. Как зовут?

— Поражаешь интуицией. Васей назвали в честь деда. Лысый. Беззубый. Шепелявый. Влюбляешься потихоньку в образ? Ха-ха-ха. Я его сама в полугодовалом возрасте видела последний раз. Сейчас ноутбук включу….

— Вот они — семья Алёшки, сам сын, супруга его Ольга, внуки Семён и Васенька, здесь ему четырнадцать лет. Семёну семнадцать. Он не приедет сразу, поступает в институт. Может к осени приедет. И тебе, Алька, будет женихом. Глядишь, замуж за них выйдете, будете свояченицами…. Так! Ладно, вот вам моё напутствие! Если встретите достойного мужчину, влюбитесь, выйдете за него — живите с ним по формуле — "Проститутка. Хозяйка, Леди"

Проститутка в постели с супругом.

Хозяйка в доме.

Леди со всеми остальными. Тогда в вашей жизни все будет хорошо!

— На ваших свадьбах, я вам про эту формулу напомню.

— Ты чего про папирус вспомнила? — Аля тычет мне в плечо, когда мы покинули Саломею. — Вдруг мамочка уже её покаялась.

— Теперь всё будет хорошо!!!! У меня есть ангел…. Саломея…

Это — конец!

Content

Ебипетский папирус