Орам Келли

Быть Джейми Бейкер

Келли Орам

Быть Джейми Бейкер

Джейми Бейкер — 1

Перевод выполнен специально для группы The Best Library

https://vk.com/the_best_library

Переводчик: Адрианна Фонтейн, El Myles

Редактор: Мия Хейз (1–5 главы), Адрианна Фонтейн(1- до конца), Линара Аглиулина(с 6 главы)

Вычитка: Адрианна Фонтейн, Линара Аглиулина

Русификация обложки: Анна Риодан

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления.

Размещение перевода без указания ссылки на группу ЗАПРЕЩЕНО!

Любое копирование и распространение ЗАПРЕЩЕНО!

Уважайте чужой труд!

Об авторе

Келли Орам недавно убежала от суеты Лос-Анжелеса и переехала в небольшой городок в Аризоне, где она сидит дома с тремя детьми. «Быть Джейми Бейкер» — ее дебютный роман.

Глава 1

Большинство историй супергероев начинаются с метеоритного дождя или укуса насекомого, но моя начинается с поцелуя. Был ли это поцелуй жизни или смерти, я еще не решила, но он был, очень хороший поцелуй. Не то что я когда-нибудь скажу ему об этом.

Поцелуй на самом деле не давал мне мои способности. Они проявились раньше, в результате странного несчастного случая, включавшего токсические отходы и около сорока тысяч Вольт электричества. Но этот поцелуй заставил меня выйти из укрытия и изменил мою жизнь, и в итоге сделал меня той, кем я являюсь сейчас, и бла…бла….бла. Ну, вы поняли.

Майк Дрисколл фактически начал все это, за три недели до Осеннего бала, когда спорил с Райаном Миллером, кого пригласить на танцы. Майк и Райан были самыми популярными парнями в школе, и Бекки Истман закрепила за ними этот титул среди всех девчоно.

— Я думаю, что возьму Бекки на выпускной, — как-то небрежно сказал Майк над куском холодной курицы и салатом с капустой.

— Чувак, ты брал ее на бал в предпоследнем классе, — сразу же запротестовал Райан.

— Да, и что?

— То, что теперь моя очередь. Я зову ее на танцы.

— Только через мой труп. Она — самая горячая девчонка в школе. Как капитан футбольной команды я имею право выбрать первым.

— Кто сказал? — Засмеялся Райан. — Я — квотербек. Все знают, что я — настоящая звезда. Кроме того, я лучше выгляжу, чем ты. Держу пари, если бы мы спросили ее в одно и то же время, она выбрала бы меня.

— Не выбрала бы.

— Еще как выбрала бы.

— Уж точно нет.

Я не знаю, как долго они боролись, но это было так долго для меня, что хотелось вырвать себе волосы.

Суперслух может быть полезен время от времени, но в основном это отстой. Особенно когда ты застрял в переполненном школьном кафетерии в окружении толпы испорченных провинциальных подростков, у большинства из которых разговоры были столь же нелепы, как у Майка и Райана. Я стараюсь заглушить шум, и получается, до определенной степени, эта раздражающая болтовня — причина, почему я всегда сижу в дальнем углу, всегда одна. Ну, это одна из причин.

Мне удается заглушить бульшую часть ерунды в своей голове, сосредотачиваясь на звуке своего жевания, но отчасти я похожа на одну из правительственных программ, которые вы выдели в шпионских фильмах, выискивают ключевые слова и выстраивают цепочку. В переводе, я очень чувствительна к собственному имени. И когда оно слетело с языка Райана, я тут же обратила на него свое внимание.

— Технически, — сказал он, — Джейми Бейкер намного горячее, чем Бекки. И если ты хочешь пригласить самую горячую девчонку в школе, то должен позвать ее.

Майк взорвался отвратительным смехом.

— Да, она очень горяча для «Ледяной королевы». Бекки — самая горячая нормальная девчонка в школе. Джейми никогда не пойдет с кем-то на танцы.

— Даже с великим Майком Дрисколлом? — засмеялся Райан. — Ты всегда говорил, что мог бы заполучить любую девчонку в школе.

— Джейми не в счет. Цыпочка настоящая одиночка.

— Возможно, она просто неправильно понята, — поддразнивал Райан.

— Возможно, она просто бесчувственная.

Я ухмыльнулась, вполне довольная мнением Майка. Когда впервые появилась в Роклин Хай, Майк Дрисколл подкатил ко мне прежде, чем я добралась до крыльца. Он и его приятели тусовались позади его грузовика перед занятиями. Я знала, чего ожидать, когда он поправил свою куртку и улыбнулся мне этой классической кривой улыбкой, которую каждый крупный бабник довел до совершенства. Возможно, посмеяться прямо ему в лицо перед всей его футбольной командой было жестоко, но я добилась своей цели. С тех пор больше он меня не беспокоил. Никто из них.

В любом случае, я рада, что он меня ненавидит. Распространяя слухи, он облегчает мне задачу поддерживать статус «одиночки».

— Я уверен, что смогу заставить ее пойти со мной, — размышлял Райан, отрывая Майка и меня от мыслей, которые, держу пари, были одинаковыми. Хотя я не могу быть уверена. Телепатия не входила в список моих сверхспособностей.

На этот раз я чуть не присоединяюсь к дикому смеху Майка. Не знаю, почему Райан решил, что он какой-то особенный и, очевидно, сможет сделать то, чего не смог Майк.

— Джейми Бейкер? Да я уверен, что ты не сможешь заставить ее поговорить с тобой.

— Да? Я смогу, — сказал Райан. — Спорим, что смогу подойти к ней и заговорить, и получу ее телефон к концу обеда.

— Ты думаешь, что сможешь получить телефонный номер Джейми?

— Я просто сказал, что смогу. Думаешь, не смогу?

– Не сможешь, — сказал Майк.

— Хорошо, как насчет этого. Если я смогу получить номер Джейми к концу обеда, тогда иду с Бекки на танцы. Если же нет, идешь с ней ты.

— Поцелуй, и ты выиграл.

— Поцеловать Джейми Бейкер, и тогда я поведу Бекки на бал?

— Не так, что кто-то может поцеловать кого-то, — сказал Майк. — Ты должен заставить ее поцеловать тебя, или сделке конец.

Я чувствовала взгляд Райана на себе. Вероятно, он пытался выяснить, смог бы он сделать это, и затем после паузы он сказал:

— До конца обеда?

— Ага. — Майк хлопнул Райана по спине. — У тебя только десять минут, Казанова. Лучше иди, делай свой ход.

Я услышала, как Райан отодвинул стул от стола и улыбнулся. У парня не было шансов, но ставка была очень забавна, и я не могла дождаться его попытки. Когда он приблизился ко мне, я ждала, что он процитирует мне строки, которые, уверена, можно найти в любой книге по пикапу, но, к моему разочарованию, все, что я услышала, было:

— Эй, Джейми. Не против, если я присяду?

У меня не было неприязни. Трудно оскорбить Райана, когда он не выставляет из себя идиота. Так как я не смогу устроить сцену, стоящую сплетни, то решила ничего не делать вообще. Я даже не признавала его присутствие. Но все же это не помешало ему сесть.

Райан выдвинул стул справа от меня и повернул так, чтобы сесть лицом ко мне. Не уверена, сел он так, думая, что это заставит меня посмотреть на него, либо чтобы оказаться спиной к еще одному гению этого плана и не видеть, как смеется Майк.

Он сидел там в течение минуты, без сомнения, все еще пытаясь продумать свою стратегию, и когда я улыбнулась от того, что он нервно подергивал коленом, он немедленно наклонился вперед и положил свои локти на ноги.

— Вот что, — наконец начал он. — Если я не смогу поцеловать тебя к концу обеда, тогда должен буду позволить Майку повести Бекки Истман на танцы. А я уже зарезервировал столик в ее любимом ресторане.

Из всех вещей в мире, я ни на секунду не ожидала, что он скажет правду. Я, честно, была удивлена. Нет, я была поражена. Этот парень был сделан совершенного из другого теста, чем все остальные 99,99 процентов людей с проклятой Y-хромосомой. То, что он сказал, было смешно, и, по крайней мере, он заслуживал ответа.

— Прежде такого я не слышала, — сухо сказала я, все еще не смотря на него.

— Такая горячая девушка как ты не может не узнать правил игры, поэтому я решил, что честность — мой единственный шанс.

— Признаю, это было наиболее близкой попыткой.

— Хорошо, а что насчет взятки?

— Извини, но нет.

— О, да ладно, Джейми. Это же ничего не значит. Я даже не буду использовать язык. Ты ведь не хочешь, чтобы Майк победил?

Действительно, Райан определенно меньшее из двух зол. Я вздохнула, определено смягченная неожиданной тактикой сказать правду, и, наконец, посмотрела на него.

— Я буду должен тебе, — сказал он с надеждой.

Я изучала его в течение минуты. Он определенно неплохо выглядел. Медовые светлые волосы, голубые глаза, высокие скулы. Хорошо, прекрасно, он был горяч. Если вам нравится тип американского соседского парня.

Который, к сожалению, нравится и мне.

Плюс, жалкая попытка Райана выглядела столь очаровательно, поэтому я рассмотрела свои варианты. Поняв, что, уступив ему в этой просьбе, заставлю людей думать, что я какой-то фрик, хотя они и так уже об этом думают; я дам им тему для разговоров на несколько дней. А почему бы и нет? По крайней мере, я получу удовольствие от разочарования Майка и спасу Бекки от ночи пьяных обжиманий.

— Хорошо, — сказала я со вздохом. — Действуй.

Я расслабилась и ждала, когда потрясенный взгляд Райана исчезнет. И улыбнулась, когда он нахмурился.

— Вообще-то, — сказал он, съежившись. — Ты должна поцеловать меня, или это не засчитывается.

Я уже знала это, но все же удивленно подняла бровь. Возможно, у меня получится заставить его немного попотеть.

— Ты не должна делать вид, что тебе это понравилось, — сказал он с отчаянием. — Пожалуйста?

Я ничего не сказала. Просто взглянула за голову Райана на Майка, который анализировал каждое мое движение, затем наклонилась и прижалась своими губами к Райану.

Прошел всего лишь год после моего несчастного случая, который заставил меня отнести себя к комиксам, и я не хочу признавать это, но с тех пор, как я изменилась, я не целовалась с парнями.

Знаю, что у меня есть немного электрического тока, пробегающего через меня, я даже могу завести машину, если захочу, но никак не ожидала, что это повлияет на поцелуй с парнем.

Фактически, не было никаких искр, но я ощутила, что импульс прошелся от меня к Райану. Я хотела лишь коснуться его губ, но когда они встретились, я потеряла все свое самообладание. Я набросилась на него так решительно, что он чуть не упал со стула, но, казалось, он не возражал.

Энергия прошла прямо через меня, и я могла ощутить ее, исходящую от его рук, когда он потянулся к моему лицу. Следующее, что я помню, это как я оказалась на его коленях, а мои руки обхватывали его шею.

Все в кафетерии затихли, или мне показалось, что звук исчез. И именно тогда я поняла, что произошло. Это был не просто обычный поцелуй, если я рисковала, что Райан поймет, что со мной что-то не так. Я просто продолжила целовать его, пока не взяла свои эмоции под контроль. И когда мы оторвались друг от друга, мы еле дышали.

— Можешь оставить жвачку, — сказала я, пытаясь сохранить свою беспечную репутацию, и медленно поднялась с него. — Удачи на танцах.

Когда я уходила, Райан все еще сидел на стуле, потеряв дар речи. Я задавалась вопросом, возможно, я казнила его на электрическом стуле или парализовала его, или хуже, но к тому времени, когда я обернулась, он, спотыкаясь, возвращался к Майку. Он был, кажется, ошеломлен, но с ним все было в порядке, поэтому я продолжала идти. Я направилась прямо в туалет, чтобы полностью осознать, что случилось, прежде чем пойти в класс.

Весь оставшийся день единственной вещью, о чем я могла думать, был поцелуй. Разумеется, мне очень понравилось, и я уверена, что и ему тоже, но это было странно. Это был не совсем обычный поцелуй. Скорее, суперпоцелуй. Такой же странный, как и я.

Это была просто еще одна вещь, чтобы напомнить мне, что я не смогу больше жить нормальной жизнью, эту пугало меня и угнетало. Что если я причинила ему вред? Что если что-то плохое произошло с ним? Что если это означало, что у меня никогда не будет нормальных физических отношений? Что если кто-то узнает правду обо мне? Или что, если из-за моей способности к суперпоцелую, которой я обладаю, Райан уже знает правду?

Именно этот последний вопрос пугал меня больше всего и полностью поглотил мой разум, что я не услышала звонок. И не осознавала, что Райан был там, пока не плюхнулся за стол передо мной и не обернулся. Он действительно напугал меня, и это раздражало, но не так сильно как то, что он посмеялся надо мной. Я наградила его злым взглядом, но он просто спросил:

— Не хочешь пойти на танцы со мной? — он спросил так, будто мы были лучшими друзьями и ответ был ясен.

Я не смогла скрыть замешательство на своем лице, и он посмеялся надо мной снова. Я оглядела класс, английский был общим уроком у меня, Райана и Бекки, я хмуро посмотрела на девушку, которая являлась причиной нашей странной первой встречи.

— Столько усилий было потрачено, и она продинамила тебя? Отстойно.

Райан пожал плечами.

— Я не спросил её.

— Эй, я выполнила свою часть в этой идиотской маленькой схеме. Теперь ты должен пойти и сделать свою. Я не хочу думать, что сделала себя звездой школьных сплетен в школе напрасно.

— Это не должно быть напрасно, — Райан снова пожал плечами. — Пойдешь со мной?

Я вообще не понимала этого парня. Не то чтобы я похожа на большого страшного монстра или кого-то еще, но разговор с Джейми Бейкер — это своего рода табу в моей школе. Обычно все избегают смотреть на меня, не то что разговаривать.

— Прости, — казала я. — Тот поцелуй был одноразовой сделкой, и это не было приглашением ни для чего-то еще. Поверь мне, у тебя гораздо больше шансов, что тебе что-то перепадет, если ты пойдешь с Бекки.

Я бы не сказала, что казалась враждебной, но и дружелюбной не была, и когда Райан просто посмеялся над моим комментарием, мое раздражение превратилось в настоящий гнев.

— Все не так, — сказал он.

— Ну да.

— Нет, действительно. Мне просто кажется, что это будет интересно.

Я посмотрела на него самым грозным взглядом, на который была способна, но он проигнорировал его. Он оглянулся на Бекки, когда она уходила из класса, а затем снова посмотрел на меня так небрежно, как никогда.

— Я думаю, гораздо интереснее пойти с тобой.

Хорошо, теперь мне было любопытно. Я имею в виду, Бекки и Райан в основном не разлей вода. Лучшие друзья с детского сада, или что-то нелепо похожее. Райан поклоняется ей так же, как и любой другой парень в школе, если не больше, так что я никак не могла понять, почему он спросил меня, когда мог позвать ее.

— Я знаю Бекки, — объяснил Райан, заметив мой хмурый взгляд. — Ты загадка для меня. Я люблю загадки.

— Тогда, Шерлок, в твоих же интересах придерживаться первоначального плана. Если бы мы пошли на танцы, и ты узнал меня поближе, я бы больше не была загадкой. — Я схватила свою сумку и встала. — Я не иду ни с тобой, ни с кем-либо еще.

Я вышла из класса, не оглядываясь. Но когда ушла, я услышала, как он вздохнул. Это был мой самый странный день с тех пор, как я переехала сюда, и самое долгое социальное взаимодействие с одноклассником. Это не было плохо, но я молила, чтобы все закончилось сегодня, и когда я приду в школу на следующий день, все вернется к нормальной жизни без осложнений.

ГЛАВА 2

Я гадала, будет ли Райан беспокоить меня и дальше, но он не стал этого делать. Кроме Пола Уоренна, президента Роклин Хай, копирующиго себя под Эминема. Каждый раз, когда видел меня, он кивал. Все вернулось на круги своя всего за пару дней. По крайней мере, так было до следующего четверга, пока я не столкнулась с Райаном в кино, и у него даже хватило наглости поговорить с моими родителями.

Райан работает в кинотеатре, и я знала, что есть шанс встретиться с ним там, но никогда не предполагала, что он подойдет к моим родителям. Я также не могла не пойти, потому что четверг — наш договор. Видите ли, мой несчастный случай произошел в среду. И на следующий день, когда родители должны были организовывать мои похороны, меня выписали из больницы. И мы все пошли праздновать тот факт, что я осталась жива. С тех пор четверг стал нашим днем. Как день семьи. Несомненно, мои родители слишком банальны и любят смягчаться, когда дело касается меня, но я все еще люблю четверги.

Возможно, это глупо: зависать со своими родителями. Но я бы ни за что на свете не бросила наши четверги. Мои родители — это все, что у меня есть. Только с ними я могу полностью быть собой. Несмотря на их причуды, когда мы выходим куда-то, то хорошо проводим время вместе. Это единственное время, когда я чувствую себя обычным ребенком. Именно поэтому мои родители узнали бы сразу, что что-то произошло, если бы я внезапно решила остаться дома, чтобы не встретиться с Райаном.

Я много раз видела Райана в кинотеатре. И он всегда странно смотрел на меня, прежде чем брал наши билеты, делая вид, что не знает меня. Я считала, что все в порядке. Но на этот раз я поняла, что быть беде, потому что его лицо озарилось, когда мы вошли. Предполагаю, что наше с ним «столкновение» изменило правила и сделало приемлемым для него поздороваться со мной. Потому что он сказал так радостно:

— Эй, Джейми! — что поразило моих родителей.

Он подмигнул мне с такой обаятельной мальчишеской улыбкой, что, обернувшись, я увидела, как моя мать замерла. Прежде чем она смогла что-то сказать, он протянул руку и сказал:

— Здравствуйте, мистер и миссис Бейкер. Я друг Джейми, Райан. Приятно познакомиться.

Так что, мы теперь друзья? Один случайный поцелуй и отклоненное свидание делает нас друзьями? Я хотела возразить, но он, похоже, говорил без сарказма. И печальный факт — у меня не было друзей. Возможно, то, что он разговаривал со мной, делает его ближе к этому статусу.

Так что, предполагаю, не будет вреда позволить родителям в это поверить. По крайней мере, они немного расслабятся. Райан пожал руки моим родителям, и моя мать заключила его в объятия. Я знаю, что она отчаянно желает, чтобы я с кем-нибудь подружилась и имела нормальную жизнь. Но даже если бы я и попыталась с кем-нибудь подружиться, она не помогла, уж точно.

Вы хотя бы должны понять мою маму. Они с папой — наихудший кошмар подростка. Серьезно, они словно из одного из тех телешоу о подростковой беременности или анорексии, или чего-то еще. Знаете, всегда пытаются помочь мне быть сильной, говорят, как сильно гордятся мной, как любят меня и все такое прочее.

В современном мире разводов и семейного неблагополучия, мои родители словно фрики. Они всегда были чрезмерно опекающими, думаю, такое бывает, когда ты вырос в небольшом сельском городишке в штате Иллинойс, но все стало намного хуже после моего несчастного случая. Иногда я думаю, что они ведут себя так, будто я нахожусь на грани безумия, и боятся, что если моя жизнь не будет идеальна, то я сломаюсь. Но правда в том, что мой несчастный случай повлиял на них так же сильно, как и на меня. И после всего, через что мы прошли в прошлом году, возможно, мы все на грани. Я уверена, они нуждаются в образе совершенства так же, как и я.

В то же время я должна быть глубоко оскорблена тем, как моя мать приветствует Райана объятиями, но не могу винить ее. Вместо этого я просто хочу убить его. Льстить моим родителям, давая им надежду, это низкий удар. Но парень действительно знает, как играть в эту игру. Он у меня получит.

— Я удивлена. Джейми никогда прежде не упоминала о таком симпатичном парне, — разразилась моя мать. — Просто ты тот тип, о котором она обычно болтает.

Райан улыбнулся с гордостью ради моей мамы, но взгляд, которым он стрельнул в меня, казалось, говорил: «Я твой тип, да? Приятно это знать».

Я могу ошибаться, но мне показалось, что он выглядел немного разочарованным, когда я не отреагировала на его насмешку. Он сосредоточился на моей маме и спросил:

— Она никогда не упоминала обо мне? Даже после того, что случилось на прошлой неделе?

Я застонала, когда Райан даже изобразил удивление на лице, но моя мать заглотила наживку. Папа, с другой стороны, очень внимательно посмотрел на Райана и на меня, а затем осторожно спросил:

— А что? Что произошло на прошлой неделе?

— Ничего, — проворчала я.

— Это определено было что-то, — спорил Райан.

Я почувствовала панику, думая, что Райан скажет моим родителям, что я поцеловала его. И мысленно поклялась убить его, если он раскроет секрет. Придурок подмигнул мне, счастливый видеть, что добрался до меня. К счастью, он обнародовал только крошечную часть истории.

— Я, наконец, набрался храбрости, чтобы пригласить ее, — объяснил Райан.

Я хотела верить, что я не единственный фрик в мире со сверхспособностями, и что Райан не упомянул наш поцелуй, потому что обладал телепатией. Но я знала, что это не так. Было довольно очевидно, что я замышляю убийство. Знаю, что Райан заметил это, как и мой отец. Даже при том, что нашел Райана крайне забавным и изо всех сил пытался скрыть свое веселье.

Мама, однако, не обратила на меня внимания. Она была слишком занята, глядя на группу девушек, флиртующих с Райаном, когда он проверял их билеты. Она сказала громче, перекрывая их хихиканье.

— Райан, Джейми не говорила мне, что у вас свидание!

— Потому что его у нас нет, — быстро сказала я.

Вы должны были видеть взгляд, которым одарила меня моя мать. Она была крайне разочарована мной. Но Райан засмеялся и пробормотал:

— Я все еще работаю над этим, миссис Бейкер. — Заставляя ее хмурый взгляд исчезнуть.

Мне стало плохо от того, как они дружелюбно общались.

— Разве мы не должны сейчас смотреть кино?

Райан — последний человек, который будет нуждаться в помощи в игре знакомств, но мама не собиралась упускать возможность сыграть роль свахи.

— Есть, по крайней мере, десять минут рекламы перед началом фильма. Если вы хотите поговорить пару минут, мы оставим вас, а когда фильм начнется, я тебя позову.

Ага, словно такое случится.

— И пропустить десять минут от нашего дня четверга, чтобы поговорить с ним? Я и не мечтала об этом.

Моя мать начала протестовать. Папа вышел вперед, чтобы остановить ее прежде, чем она начнет спор со мной, но Райан опередил его.

— Все в порядке, миссис Бейкер. В любом случае, я могу поболтать с моим боссом, и я не хотел бы прерывать вас. Думаю, это здорово, что вы столько времени проводите вместе. Я не хочу навязываться.

Как ни странно, я не могла сказать, подлизывался ли Райан к моим родителям или был на самом деле серьезен. Эта его глупая усмешка. Слишком естественна. Мама попала под его очарование, но папа был немного скептичен, как и я.

— А ты много проводишь времени с родителями? — спросил он.

Мой отец без сомнения пытается использовать свой у-меня-пистолет-и-я-без-сомнения-им-воспользуюсь голос, но Райан, кажется, не возражал.

— Ну, мой отчим уехал ненадолго по делам. Но он хороший парень. И я провожу много времени с мамой, когда он в отъезде, так ей не одиноко. — Райан пожал плечами, и я не могла поверить, кажется, он покраснел, поэтому быстро добавил. — Она воспитывает меня.

Это не помогло исправить ситуацию.

Я думаю, что именно то, что Райан покраснел, убедило моего папу, что он был искренним. Он медленно кивнул и сказал.

— Ты хороший парень.

— Спасибо, сэр. Я надеюсь, вы запомните то, что сказали, когда Джейми, наконец, согласится пойти со мной на свидание.

Папа засмеялся, уступая очарованию Райана Миллера. На меня это тоже немного подействовало.

— Фильм уже наверняка начался, — рявкнула я и зашагала в зал.

Я услышала, как мама вздохнула и извинилась за свою грубую дочь. Они попрощались с Райаном, но он остановил их, прежде чем они успели последовать за мной.

— Есть ли какой-нибудь способ добиться ее расположения? — спросил он.

Мой папа только рассмеялся, но мама сжалилась над ним.

— Не дави на нее слишком сильно. Будет только хуже.

— Я запомню это. Спасибо, миссис Бейкер.

Я пыталась выяснить, было ли разочарование в голосе Райана, но, не видя его лица, я не могла сказать точно. Я хотела, чтобы мама использовала слова «не беспокоить» или «это никогда не случится», но все же она этого не сказала. И хорошо, что она не стала разглагольствовать на тему, что мне нужны друзья, как она обычно это делает дома.

Достучаться до моих родителей, чтобы они перестали донимать меня насчет того, чтобы я пошла с Райаном, было легко. Но достучаться до Райана, который донимал меня, чтобы я пошла с ним — это другая история. Я так нервничала перед школой на следующий день. Если у Райана хватило смелости подойти ко мне, когда я была с родителями, то не будет абсолютно никаких проблем продолжать преследовать меня в школе.

Пятница прошла без каких-либо реальных проблем. Я была отчасти удивлена, но и чувствовала облегчение. Полагаю, Райан прислушался к совету мамы — не давить на меня. И каждый раз, когда видел меня, он улыбался мне, излучая дружелюбие, но не разговаривал со мной.

После этого я полагала, что кризис был предотвращен. И надеялась, что Райан просто думал, что я одиночка, которая, как оказалось, очень хорошо целуется. Но потом все резко изменилось за неделю до танцев.

Это был понедельник, и английский начался так же, как и в любой другой день. Я как обычно сидела в дальнем углу, а Райан и Бекки где-то впереди с остальной частью класса, столпившихся вокруг них, как стадо овец. Райан то и дело посматривал в мою сторону, как и делал с момента нашего поцелуя. Но он застал меня врасплох, решив закончить наш перерыв молчания.

За десять минут до звонка, освобождающего нас на весь остаток дня, мистер Эдвардс сказал нам выбрать себе партера для следующего задания: мы должны будем написать биографию одноклассника. Обычно я сидела и рисовала в тетради, пока все остальные подбирали себе партнера. Затем, когда мистер Эдвардс пытался пристроить меня к другой группе, я говорила, что могу сделать проект и сама.

С большинством учителей это бы не прокатило. Но это первый год преподавания мистера Э, и он еще не осознал, что не должен позволять ученикам указывать. Сегодня все было по-другому, и это застало меня врасплох.

— Используйте последние десять минут, чтобы выбрать себе партнера, обменяться телефонами, спланировать встречу или сделать все, что нужно сделать, потому что эти работы должны быть сданы в течение двух недель, — сказал мистер Эдвардс.

Бекки, конечно, автоматически повернулась к Райану с широкой улыбкой.

— Это будет легко, — сказала она. — Я уже знаю все о тебе.

Но затем, к моему и всеобщему удивлению, Райан ответил:

— Почему бы тебе на этот раз не выбрать в партнеры Пейдж? Я думаю, что сделаю работу с Джейми.

У меня не было времени запротестовать, потому что Бекки была в бешенстве.

— Что? — закричала она, а затем впилась в мою сторону. — Я что-то пропустила? Уродка веселится «как собака в жару» и внезапно вы лучшие друзья?

— Какие-то проблемы, мисс Истман? — спросил мистер Эдвардс.

Райан быстро вмешался.

— У нас все в порядке, мистер Э. Это задание Джейми не сможет сделать сама, а я знаю, что никто не хочет быть ее партнером.

— Это точно. — Издевалась Бекки с гримасой, достойной Оскара. Думаю, она бы выцарапала мне глаза, если бы могла.

Мистер Эдвардс перевел взгляд с меня на Райана, пытаясь скрыть свой шокированный вид. А затем прошептал Райану так, как если бы его не мог услышать весь класс:

— Ты уверен?

— Я не боюсь ее, — сказал Райан, улыбаясь мне широкой улыбкой.

Мистер Эдвардс стряхнул свое удивление и начал записывать наши имена.

— Э-э, мистер Э? — рявкнула я. — Я не буду работать с ним.

Я посмотрела на мистера Эдвардса и ждала, что он как обычно отступит, но на этот раз, когда он вздохнул, то не сказал «хорошо». Вместо этого он сказал:

— Боюсь, что Райан прав, Джейми. Это задание ты не сможешь сделать сама.

— Мистер Э, я не рассказываю незнакомцу все интимные подробности своей жизни, чтобы потом он смог распространить это на всю школу.

Весь класс следил за нашим противостоянием с большой интригой, все еще пытаясь справиться с шоком от того, что Райан предложил быть моим партнером. Словно мы были на American Idol[1], и Саймон Коуэлл [2]только что похвалил кого-то.

Мистер Эдвардс изучал меня мгновение, обдумывая. А когда он улыбнулся, я думала, что выиграла спор, но он покачал головой.

— Если вам настолько некомфортно с вашими одноклассниками, я полагаю, вы можете взять интервью у меня.

— У вас? — моя челюсть отвисла, и я услышала вздохи и смешки по всему классу. — Вы хотите, чтобы я была вашим партнером?

— Я не так уж и плох, — сказал мистер Э шутливо.

Это правда, для учителя он не так уж плох. Он смешной, играет в группе на бас-гитаре и позволяет нам есть в классе. Он даже мил. Вы знаете, для учителя.

Но все же!

Я не могла поверить, что мистер Эдвардс не понял весь ужас этой идеи. Возможно, я и настоящий изгой, но даже у меня есть свои пределы.

— Разве я не могу просто написать автобиографию?

— Это не одно и то же. Вы должны оценить, как хорошо вы можете извлечь информацию в процессе интервью. Вы не можете сделать это сами с собой.

Я просто сидела там и пялилась на мистера Эдвардса. Он всегда позволял мне делать по-моему. С чего все вдруг изменилось? Это всего лишь глупая работа. И это даже не о чем-нибудь важном!

Молчание нарушил веселый голос Райана.

— Ну же, Джейми. Ты должна признать, что я лучшая альтернатива, чем партнерские отношения с учителем. Без обид, мистер Э.

Что я могу еще сделать? Мистер Эдвардс — один из тех учителей, которые заботятся о своих учениках. Он на самом деле внимательно следил за мной с первой же моей недели, думая, что я — один из тех «проблемных» подростков, которые собираются на семинары в колледже. Он всегда пытается дать мне напутствие, подбодрить и прочее. Я не хочу давать ему дополнительные возможности узнать, все ли у меня в порядке, и попытаться заставить меня сходить к школьному психологу.

Знает Райан о моих способностях или нет, он действительно был лучшим вариантом. Я сердито посмотрела на него, но он, казалось, уже знал, что победил. Он подмигнул мне, и затем мистер Эдвардс накарябал наши имена.

— Хорошо, Райан и Джейми — партнеры, — сказал он, а затем пробормотал себе под нос: — Удачи.

Улыбка, которой одарил меня Райан, когда плюхнулся за стол рядом, излучала победу.

— Ну, это очень удобно, — сказал он весело. — Наконец-то я могу попросить твой номер телефона.

— Ты его не получишь.

— Еще лучше, просто дай мне свой адрес, и я заскочу на этой неделе.

— Хорошая попытка.

— Мы должны собраться вместе.

— Просто придумай что-нибудь. Никто не узнает, что это неправда.

— Не сработает, — засмеялся Райан. — Даже если бы я так сделал, все знают меня. Все бы поняли, что ты написала это сама.

— Я просто не обращу внимание.

Райан вздохнул, но я могу сказать по выражению его лица, что он вообще не унывал. Это даже раздражает, как под давлением он всегда выглядит энергично и невозмутимо.

— Это убьет тебя, если ты пойдешь со мной?

— Ах, теперь мы говорим о свидании, а не просто о работе?

— Это может быть просто работа, если хочешь.

Я могу быть терпеливым человеком, если нужно, но, по правде говоря, его вид жалкого щеночка был настолько мил, что мне придется избавиться от него прежде, чем я сдамся как в прошлый раз. Знакомство с людьми может быть опасно для моего здоровья, особенно когда речь идет о моем прошлом.

— По мне так лучше ни то, ни другое, — сострила я, а затем стремительно направилась к выходу из класса.

Он не последовал за мной, отчего я была счастлива. Но во вторник, во время обеда, он был таким прилежным, как никогда, и таким милым, что моему раздражению не было конца.

— Эй, Джейми! — поприветствовал меня Райан, когда поставил свой обед рядом с моим.

— Что заставило тебя уйти?

— Интервью.

Я закатила глаза, но Райан вытащил блокнот и ручку, будто зная, что я сдамся.

— Прямо здесь, посреди столовой, так что это не свидание, — сказал он. — Никаких глупостей, только основное, и тогда я оставлю тебя в покое. Обещаю.

Это того стоило. Я посмотрела на него, и он улыбнулся, уже зная, что получит свое.

— Прекрасно. Что ты хочешь узнать?

— Все.

— Ладно. Я люблю радугу, щенков и долгие прогулки по пляжу. Я не люблю рэп-музыку, квашеную капусту и людей. В основном, тебя.

— Идеально. — Райан записал мои слова в блокнот, прекрасно зная, что я несу чушь. — Что еще?

— Это все.

— Это не помогает, Джейми. Я должен написать биографию, а не статью для Playboy.

— Что ты еще хочешь знать?

— Я много чего хочу знать. У меня много вопросов к тебе.

— Например? — спросила я с сарказмом.

— Например, на днях мне стало интересно, почему ты красишь волосы?

Хорошо, я ожидала, что он спросит, где я родилась, или когда у меня день рождения, но почему я крашу волосы? С чего это вдруг?

— Что? — спросила я, стараясь не смеяться. Потому что не хочу, чтобы он думал, что одержал победу.

Он улыбнулся, наслаждаясь моим смущением.

— Ну, ты не азиатка и не пытаешься косить под гота. Не то чтобы твои волосы не смотрятся с этими яркими зелеными глазами, но это, очевидно, не твой естественный цвет. Так почему черные?

Я задумалась на мгновение. Уклонение от вопроса вызвало бы больше подозрений, чем ответ. Но я не могла придумать, что сказать, поэтому решила, раз он сказал правду, то и мне стоит.

— Ну, их натуральный цвет — зеленый, — призналась я. — И черная краска намного лучше, чем осветлитель.

Он нахмурился на секунду, почти поверив мне, но затем рассмеялся.

— Зеленый?

— И это не естественный цвет моих глаз. Это голубые линзы.

— Но если ты носишь голубые контактные линзы, чтобы глаза казались зелеными, тогда они должны быть…..

— Желтыми.

— Получается, что твои волосы зеленые, а глаза желтые?

— Ага. Ты закончил?

Я надеялась, что мои ответы, довольно правдивые, дадут Райану намек, что он не сможет добиться от меня реального интервью, и отступит. Он был тих секунду, глядя на меня из чистого любопытства. И я могла сказать, что он обдумывал спросить что-то еще.

Я смотрела на него, и он, отряхнувшись от оцепенения, улыбнулся.

— Еще один вопрос, — сказал он, сделав недолгую паузу, чтобы я не успела сказать «нет». — Где ты научилась так целоваться?

Снова Райан был полон сюрпризов. Я не ожидала этого. При одном упоминании о нашем поцелуе мое сердце чуть не остановилось. Я попыталась скрыть свою реакцию, но он заметил, что я вздрогнула, и наклонился ко мне поближе с дерзкой ухмылкой.

— Неужели я задел за живое?

— Допрос окончен, — огрызнулась я.

Я должна была постараться найти какое-нибудь фальшивое объяснение, но запаниковала. Нелегко быть в моем положении. Я имею в виду, сколько раз Кларк Кент[3] был пойман и должен был придумывать глупые объяснения? И он имел с этим дело всю свою жизнь. Я «другая» всего лишь год. И на самом деле, с тех пор как мы сюда переехали, мне не приходилось пытаться что-то скрыть.

Когда я схватила свою сумку и вышла из столовой, то молилась, чтобы Райан не последовал за мной точно так же, как раньше. Но не тут-то было. Он, несомненно, привлекал внимание.

— Джейми, подожди!

Я ускорила шаг, надеясь, что могу быть вне пределов слышимости любопытных зрителей столовой, но Райан схватил меня за руку, как только я вышла за дверь.

— Ты остановишься? — спросил он. — Я схожу с ума, с тех пор как ты меня поцеловала.

— Это был просто поцелуй, Райан, всего лишь поцелуй. Это ничего не значит. Я, возможно, немного увлеклась, но он должен был хорошо смотреться на глазах всей школы.

Я нервно оглядывалась, и он наконец понял, что я не хочу, чтобы кто-то слышал этот разговор. Потому что он понизил голос и отошел подальше.

— Просто поцелуй? — спросил он недоверчиво. — Я никогда не чувствовал ничего подобного.

Я попыталась успокоиться и ухмыльнуться, насколько могла.

— Ты хочешь сказать, что была искра?

— О, определенно были искры! Этот поцелуй был горячим. Но это не то, что я хочу сказать. Словно я был заряжен, будто батарейка. Я пошел домой, пробежал 5 миль на беговой дорожке и все еще не мог заснуть до четырех утра.

— Ты был немного возбужден.

— Ты, должно быть, тоже почувствовала. Может, это то, что называют химией.

— Между нами нет химии, Райан.

— А я говорю, что есть.

— Ну а я говорю, что ты неправ.

Я попыталась уйти, но он остановил меня.

— Тогда докажи это. Поцелуй меня еще раз и скажи, что ничего не чувствуешь.

— Нет.

— Тебе даже не любопытно?

На парня суперпоцелуй подействовал слишком сильно, потому что он так старался. Я хотела сделать это. Мне, наверное, было намного любопытнее, чем ему, но я не могу сходиться с кем-либо. Никогда.

Я думала об этом каждый день, с тех пор, как поняла, что отличаюсь. И жизнь со сверхспособностями одинокая. Я теперь полностью понимаю, почему герои в комиксах сварливы и подавлены. Они не могут жить своими жизнями. Я не могу быть связанной с Райаном, независимо от того, насколько бы хотела. У меня есть слишком большая тайна, о которой он не должен узнать.

Даже когда произошел несчастный случай, прежде чем я поняла, что у меня появились сверхспособности, врачи проводили разные тесты, пытаясь понять, как я выжила. И спустя несколько часов журналисты и ученые стучались в мою дверь. Был даже бульварный журналист, который стал одержимым и начал преследовать меня. Он даже не знал о моих способностях, и я должна была пересечь всю страну, чтобы сбежать от него. Представьте, если бы кто-то узнал, что я могу сбегать туда и обратно из Сакраменто в Нью-Йорк за десять минут.

И сталкерацци [4] был бы наименьшим из моих забот. Сюда бы заявились из правительства с автоматами и гигантскими пластиковыми пузырями. Я точно не хочу, чтобы надо мной ставили эксперименты, будто я с Марса.

— Видишь? — обвинил меня Райан, отрывая меня от моих навязчивых мыслей, когда я не ответила ему. — Тебе любопытно!

Райан протянул руку к моей щеке, будто собирался меня снова поцеловать. И я сразу же отскочила назад. Я должна быть холодна к нему, как была холодна к Майку. Но с Майком было просто, а перед Райаном крайне трудно устоять.

— Я не могу, — я ахнула, поняв, что не смогу его убедить прекратить попытки, если не буду звучать, как «Не буду!».

Он посмотрел на меня таким взглядом, впервые таким грустным, с тех пор как все это началось. Я желала, чтобы он оставался всегда таким раздражающе счастливым и беспечным.

— Почему ты все делаешь для себя? — спросил он.

Его голос был искренне полон замешательства, но не его голос расстроил меня, и не печальное выражение его лица, ясно показывая, что он жалел меня. Меня расстроил вопрос. Это означало, что я делаю что-то для себя, и это что-то — неправильно. И он сказал это так, словно у меня есть выбор. Это было наихудшей частью. Я не просила, чтобы это произошло со мной. И это не так, будто я делаю это для себя.

Его вопрос заставил меня почувствовать горечь, что мое тело начало дрожать от гнева. Я едва смогла выдавить:

— Это не твоя проблема.

— Ладно, прости, — он отступил, пораженный моей внезапной сменой настроения. — Но эта домашняя работа — моя проблема. И я не чувствую себя комфортно, обманывая. Так что, по крайне мере, может, поможешь мне и дашь хоть что-нибудь, с чем я смогу поработать.

Я почувствовала себя ужасно. Я имею в виду, в глубине души, он на самом деле неплохой парень. Он заслуживал намного больше уважения, чем я проявляла к нему. И в основном, мне было противно, что я каким-то образом раздавила его радостный дух. Я была уже подавлена, испугана, растеряна и зла на весь мир. Я не хочу чувствовать себя еще и виноватой.

— Хорошо, — сказала я, а затем попыталась успокоиться. Я написала свой адрес на листке бумаги и вложила ему в руку. — Если ты действительно хочешь узнать меня, будь там в пятницу в девять.

— В пятницу вечером? Но в это же время танцы.

— Точно.

— Но…но, — проговорил он, — это же наш Осенний бал, и я должен быть на танцах. Я номинирован на короля. Если ты не занята, почему бы тебе не пойти со мной на танцы? Ты должна быть там, как и я.

— Я знаю, что это большая ночь для тебя, вот поэтому я выбрала это время. — Я заставила себя улыбнуться. — Если ты не заметил, я не подпускаю к себе людей. Это своего рода вопрос доверия. Если ты хочешь, чтобы я нарушила правила ради тебя, то я должна знать, насколько сильно ты этого хочешь.

Райан посмотрел на бумажку с моим адресом. Я не была уверена, приняла ли глупое решение или нет, и надеялась, что он не покажется, но часть меня хотела, чтобы он пришел.

— Я не ожидаю, что ты придешь, — сказала я. — Но я не даю второго шанса, подумай об этом. Увидимся в пятницу. Возможно.

ГЛАВА 3

Это было импульсивное решение, и я не могла забрать свои слова назад. Не уверена, как Райану удалось заставить меня пригласить его, когда он стоял прямо здесь, говоря о химии между нами и желая снова меня поцеловать. Похоже, это он имеет сверхспособности и по-джедайски воздействует на мой разум, заставляя сказать адрес.

Я даже начала верить, что это была хорошая идея, пока не заметила, как он пялился на меня во время обеда на следующий день, и поняла, что, возможно, он примет мое предложение. Он вроде бы улыбался, но в основном просто смотрел, пытаясь раскусить меня. Я чувствовала, что меня сейчас стошнит, и, возможно, я выглядела соответственно, потому что он перестал глазеть и похлопал по столу, предлагая сесть рядом.

Я взглянула на него, словно он сошел с ума. Честно, это было сумасшедшее предложение, и я была не единственной, кто так считал. Бекки была первой, кто посмотрел в мою сторону, и когда она ахнула, то привлекла внимание Пейдж Шульц. Когда Пейдж поняла, что сделал Райан, газировка брызнула из ее рта, случайно облив Тамику Ларсон.

Пейдж и Тамика вроде свиты Бекки. Они лучшие друзья и постоянно говорят о Бекки за её спиной, но терпят ее, потому что она тесно общается с Райаном. (Никто не любит Райана больше, чем Пейдж. Она трещит о нем с каждым, кто готов слушать — это отвратительно).

— Что за уродка? — ворчит Тамика, пытаясь вытереть липкую жидкость с руки. — Хорошо, что это твоя кофта, Пейдж.

— Джейми Бейкер? Ты что, рехнулся? — прошипела Пейдж Райану вместо того, чтобы извиниться или ответить Тамике. — Что если она подойдет сюда?

Ха! Даже с недовольной гримасой у Райана не было шанса. Я не собиралась присоединяться к нему.

— Ну, учитывая, что это своего рода приглашение, — сказал Райан, — я надеюсь, что она подойдет.

И вдруг все самые популярные ребята в школе посмотрели на меня. Это был единственный раз в моей жизни, когда я была рада, что я фрик со смертельными суперспособностями, потому что уверена, что любая из тех девушек с удовольствием расправилась бы со мной, особенно после того, как Майк рассмеялся и сказал, чтобы все сжалились над его бедным перевозбужденным другом.

— Ой, дайте ему поблажку. Вы видели, что Бейкер сделала с ним? Я сам захотел ее после того поцелуя.

Все ребята за столом захохотали. Райан обнял Майка.

— Аминь, Майки, — сказал он. — Кто знал, что Ледяная Королева может быть так горяча.

Предполагаю, что я не единственная, кто обладает сверхспособностями. Майк, похоже, обладает способностью снижать IQ Райана. Идиоты.

Во всяком случае, я знала, что Пейдж, будучи страшно влюбленной в Райана, не понравится такой ответ, и была уверена, что Тамике пришлось бы ловить ее, если бы бедняжка от горя упала в обморок. Но Пейдж повела себя не так, как я предполагала. Вместо того чтобы впасть в шок, когда Райан махнул мне снова, приглашая присоединиться, она посмотрела на меня еще злее, чем Бекки, прожигая меня взглядом.

Затем я обратила внимание на свой обед. Или, по крайней мере, отвела глаза. У меня не получалось «отключиться» от них полностью, даже если бы и могла. И было очень трудно проигнорировать следующий комментарий Пейдж.

— Ты ведь не хочешь встречаться с той шлюхой?

Это было нелепо, что Пейдж назвала меня беспорядочной, когда все знали, что она перевстречалась почти со всей футбольной командой. У меня не было времени злиться, потому что, как только она произнесла эти слова, Райан стал защищать меня.

— Джейми не шлюха. Это был просто один поцелуй. И она сделала это, только потому что я попросил.

— Залезть на тебя перед всей школой тоже было частью плана? — спросила Пейдж. — Уродка практически разорвала свою одежду!

Ладно, я знала, что это будет преследовать меня. И когда Пол Уоррен сказал:

— Я бы позволил ей залезть на меня в любое время, — заставляя всех спортсменов засмеяться и «дать пять» друг другу, я внутренне съежилась. Меня не волнует, если каждая девчонка в школе думает, что я дешевка. Но последнее, что мне нужно, так это чтобы все больше парней захотели замутить со мной.

Хотя опять же у меня не было времени, чтобы беспокоиться об этом, спасибо Райану.

— Эй, это не её вина, — сказал он. — Она не знала, насколько я неотразим, когда согласилась поцеловать меня.

Я не могла поверить, что он сказал это. Но думаю, он сделал это, только чтобы указать на ошибку Пейдж, потому что он ухмыльнулся ей и сказал:

— Кроме того, если один маленький поцелуй делает ее шлюхой, я бы не хотел знать, что делает ею тебя.

Думаю, я не единственная, кто подумал: «горшок обзывает чайник черным» (послов.) Комментарий Райана закрыл рот Пейдж, и я бы поцеловала его снова, если бы была там. Но Бекки и Тамика не оценили это так, как я. Они схватили Пейдж, назвав Райана не очень приличным словом, и эффектно удалились из кафетерия.

Когда я взглянула на Райана, мое сердце чуть не остановилось, потому что он смотрел прямо на меня. Он был в замешательстве, но заинтригован, и я поняла, что смеялась вместе с тупыми приятелями-качками Райана. Он застукал меня после их разговора, который технически я не могла услышать.

Я мгновенно стерла улыбку со своего лица и вернулась к поглощению своего обеда, проклиная себя за то, что была такой идиоткой. Я была так расстроена, что не заметила, когда Райан встал и пробрался через столовую ко мне. Мне не удалось подавить паническую атаку, пока не услышала его голос позади себя.

— Джейми, если ты все слышала, что там было, мне очень жаль. Почему бы тебе не пойти и не пообедать со мной? Я познакомлю тебя с остальными. Дай им шанс искупить свою вину. Ты знаешь, ребятам просто любопытно узнать о тебе, как и мне.

Его, похоже, не интересовало, как я могла слышать его. Ему просто было не по себе от того, что я слышала, поэтому я начала немного успокаиваться.

— Конечно, им любопытно. Они все думают, как залезть ко мне под юбку. — Выражение лица Райана заставило меня чувствовать себя плохо за эти слова, поэтому я добавила. — Меня действительно не волнует, что все думают, будто я шлюха.

— Хорошо, меня волнует. Я попросил тебя поцеловать меня. Это моя вина. Пейдж сказала это о тебе, и я не хочу, чтобы вся школа так думала.

Это удивило меня, и это было так мило, что я немного смягчилась. Независимо от того, сколько я хотела злиться.

Как ни странно, Райан одарил меня самоуверенной улыбкой, когда понял, что сможет очаровать меня снова. Он стоял там с милой маленькой надеждой на лице и сказал:

— Расстроена ты или нет, но я плохо себя чувствую из-за этого. Как я могу загладить свою вину?

— Ты реально хочешь загладить свою вину?

— Конечно хочу.

— Тогда прекрати разговаривать со мной, пока другие не начали думать, что это нормально. Пожалуйста.

Я вышла за дверь прежде, чем он смог поспорить со мной. Я даже не стала ждать, пока он нахмурится. Я не могу. Рядом с ним я бессильна.

На этот раз я не хотела соответствовать своей репутации, потому что Райан, казалось, был приличным парнем. Он не должен быть наказан за желание узнать меня. И, честно говоря, наш поцелуй был нормальным, и я рассматривала возможность разрешить ему разговаривать со мной время от времени.

Но тот факт, что он был очарователен, и я была немного заинтересована им, делал нас безнадежным случаем. У нас не могло быть отношений, и я не могу позволить ему спрашивать почему. Так что я не вижу, как такой вид дружбы имеет место быть.

Райан не разговаривал со мной до конца недели. Мы иногда переглядывались, и я не уверена, ловила ли я его, когда он смотрел на меня, или, может быть, на этот раз было наоборот. Так или иначе, я была уверена, что он не появится у порога моего дома. И была удивлена, что чувствовала разочарование так же, как и облегчение. Думаю, именно поэтому в день Осеннего бала[5] я решила пойти на свое первое школьное спортивное мероприятие, с тех пор как я переехала сюда.

Фактически, я не пошла на игру. Я смотрела с холма, всего в миле оттуда, но для меня это было словно у края поля. Моё зрение не совсем как у Супермена, потому что я не могу видеть сквозь предметы, но определенно лучше, чем обычное стопроцентное. Я скорее думаю об этом, как иметь встроенный бинокль с суперзумом. Даже в миле отсюда я могу видеть милую возбужденную улыбку на лице Райана каждый раз, когда он делает хороший пас.

Наша команда победила, и хотя я была рада за Райана, игра показалась мне неинтересной, как я и предполагала. И единственную хорошую вещь, которую я получила от посещения этого мероприятия, это интересный разговор между Бекки, Райаном и Майком. Я собиралась идти домой, когда услышала, как Бекки спросила Райана о танцах, и не могла не подслушать.

— Ты едешь с нами на лимузине сегодня? — спросила она.

— Я пока не уверен, — ответил Райан.

— С кем ты идешь, во всяком случае?

— На самом деле, я без пары сегодня вечером.

— Ты собираешься идти один? Почему?

— Ну, я знал, как сильно Майк хотел пойти с тобой, поэтому решил пойти один за всю команду.

От этого кокетливого «Оу» Бекки меня чуть не стошнило. Но это того стоило, чтобы увидеть выражение ее лица, когда Майк сказал:

— Плюс, он хотел взять с собой Джейми, но она ему отказала.

Я не могла сказать, смотрела ли Бекки с отвращением или выглядела оскорбленной, но она не пыталась скрыть ужас, когда ахнула:

— Ты позвал Джейми Бейкер на танцы?

Я ждала, что Райан начнет отрицать или защищаться какими-то формальными оправданиями, что ему жаль меня или еще что, но он не стал этого делать. Он просто улыбнулся и виновато пожал плечами.

— Вообще-то, дважды. Но не волнуйся, она сказала мне заблудиться.

— Ага, отвергла его, словно он был толстым парнем в плавках. — Добавил Майк, истерически смеясь, толкая локтем Райана.

Бекки была слишком обеспокоена как просто друг, чтобы посмеяться вместе с Майком.

— Ты же не всерьез хочешь замутить с той девчонкой, да?

— Я не знаю, может быть. Все еще пытаюсь решить, стоит ли она всех этих проблем.

Я ответила «нет» столь же решительно, как и Бекки. И, к сожалению, наше описание меня было не так уж и разным. В принципе, она сказала, что я урод с проблемами, но не такими словами. Она была права, и Майк согласился, но Райан защищал меня. Ну, вроде как.

— Я уверен, что где-то под всей этой враждебностью погребен приличный человек, — сказал он.

— Ты что, шутишь? — спросила Бекки.

— Нет, — ответил он весело. — Я уверен, у нее есть уязвимое место. Иначе, зачем она так меня поцеловала? Держу пари, я мог бы «сломать» ее в конце концов.

Самоуверенный мерзавец…

Я захотела ударить его за это. Я достаточно быстра, он никогда не узнает, кто ударил его. Но если задуматься, парень заставил меня поцеловать его, пригласить домой и прийти на мою первую футбольную игру без особых усилий.

Очевидно, я была немного увлечена им, спрашивая себя, что было между мной и квотербеком. Бекки же театрально вздохнула.

— Ох, Райан. — сказала она, качая головой, словно была намного старше и мудрее его. — Хочешь мой совет? Держись от нее очень-очень далеко. Не только она может испортить твою репутацию, но и ты сможешь.

— Я не знаю, мужик. — Не согласился Майк. — Я говорю — дерзай. Джейми Бейкер горяча и ее невозможно «сломать». Если бы ты сделал это, то стал бы легендой.

В этот момент я начала злиться. Это не означало, что Майк говорил Райану, что тот должен приструнить меня ради хвастовства. Но Райан смеялся вместе с ним, что означало: либо ему понравилась идея приструнить меня, либо быть в школе почитаемым словно бог. Зная его. Оба варианта.

Независимо от причины, я усвоила свой урок. Райан Миллер может быть обаятельным, но он никогда меня не «сломает».

Я не стала оставаться, чтобы услышать продолжение этого разговора. Я была зла, что решила отправиться куда-нибудь, где могла бы подумать в тишине. Есть много мест в стране, где можно посидеть и подумать. На этот раз я отправилась в Гранд-Каньон[6]. Мне там нравится, даже если там и много пешеходных маршрутов, я все еще могу найти место достаточно глубоко в глуши, где не буду слышать туристов. Плюс, видя красоту Гранд-Каньона на закате, мне трудно оставаться в плохом настроении, а я была сейчас особенно сварлива.

Не знаю, что заставило меня думать, что Райан другой. Я же вижу, что он очарователен, что способен «сломать» меня. Он просто с гормонами, как и любой другой парень в школе. Только он очень хорошо играет в «игру», что делает его опасным.

Мне не стоило надеяться. Я не могу рассказать ему правду о себе, и я не могу быть его девушкой и постоянно лгать. Видимо, я не могу даже поцеловать его, так что вряд ли он может оставаться рядом, даже если бы я могла быть честной.

Я сидела и думала очень долго, даже после того, как зашло солнце. Когда же решила вернуться домой, я сказала себе, что больше не буду тратить энергию на Райана Миллера. Конечно, мне потребовалось почти столько же времени, чтобы сказать себе, что я больше не буду думать о нем. Но когда я вернулась, этот глупый мальчишка был в моем доме, так что я сдержала свое обещание лишь на полсекунды.

Я услышала его смех в начале улицы и остановилась. Было около половины десятого, так что, теоретически, он мог быть здесь около получаса. И судя по разговору, он был с моими родителями. Определенно. Фото, над которым он смеялся, было сделано перед моим несчастным случаем, а зная мою мать, она начала с моих детских фотографий.

— Она еще и королева красоты? — удивленно спросил Райан, но затем засмеялся, прочитав название. — «Мисс Сладкая Кукуруза»?

— Не смейтесь, молодой человек, — я слышала, как сказала моя мать, — но это грандиозное мероприятие в штате Иллинойс. Люди приезжают со всех концов среднего Запада, чтобы попасть на этот фестиваль, и Джейми очень много работала, чтобы выиграть эту корону.

— И выглядела она столь же красиво, как и ее мать, когда завоевала корону в средней школе, — добавил мой отец. Мне не нужно суперзрение, чтобы увидеть гордый взгляд на его лице; он всегда смотрит на маму таким образом.

Все стихли на секунду, и я подумала, что пора их прервать, но тогда Райан сказал то, что заставило меня остановиться.

— Она выглядела такой счастливой, — сказал он очень задумчиво. — Что с ней случилось? Почему ей больше ничего не нравится?

Я хотела зайти внутрь и положить конец этому вторжению в личную жизнь, но моя мама ответила на его вопрос, прежде чем я смогла заставить себя открыть дверь.

— Джейми попала в автомобильную аварию.

Автомобильная авария — это не совсем правильный термин для того, что случилось, но он по-прежнему резал мне сердце. Болезненные воспоминания затопили мой разум, но мама продолжила объяснение.

— Ее парень погиб, — сказала она нерешительно.

Если Райан и отреагировал на эту новость, то не сделал этого вслух. Он не издал ни единого звука. Хотела бы я видеть выражение его лица, или какие предположения он делал, пытаясь оправдать то, как я поступаю, но я едва могла дышать, не то что держать себя в руках.

— Джейми не хочет говорить об этом, — сказал отец. — Несчастный случай изменил ее. Для нее это было трудное время. Она во всем винит себя.

Я не могла поверить своим ушам. Они могли бы еще сказать ему, что сейчас я фрик со сверхспособностями. Как они могли быть настолько бесцеремонными? Что если он начал бы задавать вопросы, на которые они не нашли бы ответы?

— Мы переехали сюда, надеясь, что лучше начать все с чистого листа, — объяснила мама, преодолев ужасную тишину, которая была сейчас в доме. — Но она уже не та, что раньше. Она не хочет ни с кем сближаться. На самом деле я очень удивлена, что она пригласила тебя. Ты, должно быть, особенный.

Я была так зла, но почувствовала облегчение, услышав намек на смех Райана.

— Не особенный, просто упрямый, — сказал он. — Я думаю, что она сдалась только потому, что думала, я не приеду. Сегодня осенний бал.

Я съежилась, когда услышала, как мама ахнула. Я знала, как бывшей королеве бала ей это не понравится. Я наконец собралась с духом и толкнула дверь. Я изо всех сил старалась не смотреть на родителей слишком долго, поскольку, как думал Райан, я понятия не имела, о чем они говорили. Но мои родители знали, что я их слышала, и когда я вошла в комнату, вскочили на ноги, выглядя виноватыми.

Мой отец начал разговор.

— Где ты была? Ты заставила этого бедного мальчика ждать почти сорок минут.

— Я не ожидала, что он придет.

— И ты заставила его пропустить бал? — завыла моя мать. — Джемилинн Бейкер, как ты могла?

— Я не заставляла его ничего делать.

— Все в порядке, миссис Бейкер, — засмеялся Райан и стрельнул в меня той же беззаботной улыбкой, которая заставляет меня или растаять, или вскипеть — сейчас определенно вскипеть. — Я уверен, что Майк будет королем, а я всегда могу взять Джейми на выпускной.

Я одарила Райана раздраженным взглядом. А глаза моей матери вылезли из орбит.

— Ты был номинирован на короля бала? — выдохнула она, а затем посмотрела на меня с отчаянием. — Ради всего святого, Джейми, иди надень платье и возьми этого бедного юношу на танцы.

Когда Райан стал нести чушь о том, что это отличная идея, я больше не смогла этого вынести и отвела родителей на кухню.

— Что вы делаете? — зашипела я, как только за нами закрылась дверь.

Я была удивлена, когда папа заговорил первым и сказал именно то, что я думала услышать от мамы.

— Он, кажется, славный парень.

— Еще и симпатичный, — взволновано добавила мама.

Я чувствовала, что моя голова начинает болеть, и с трудом пыталась контролировать свое самообладание.

— Да, мама, он очень симпатичный. Он очаровательный, милый и забавный. Но так же говорят о дьяволе, а вы не хотите, чтобы я тусовалась с ним.

Мои родители нахмурились, выражая свое неодобрение, но мне было все равно.

— Он практически незнакомец. Как вы могли рассказать ему об аварии? О Дереке!

— Что мы должны были сказать ему, дорогая?

— Ничего! Это не его дело!

Когда слезы упали из моих глаз, то поняла, насколько взвинчена я была, и перестала кричать. Моя мама тоже начала плакать, и, когда отец протянул руки, я практически рухнула в них. Я знаю, как сильно мои родители беспокоятся обо мне, и когда папа обнимал меня, я не могла злиться.

— Мы не рассказали о том, что было в Иллинойсе, — прошептал папа. — Мы должны были ему хоть что-то сказать. Он записывает для проекта. Если бы мы не ответили на любой из вопросов, это было бы подозрительно.

Иногда я забываю, что мои родители борются с этим так же сильно, как и я. Они не всегда знают, что делать, но на этот раз мой отец был прав.

— Я сожалею, папа.

— Я знаю, дорогая.

Мама вытащила меня из объятий отца, чтобы тоже обнять. Она указала глазами в сторону двери, которая отделяла нас от Райана.

— Я знаю, это тяжело для тебя, Джейми, но ты не умерла в ту ночь. И ты не можешь продолжать жить, как живешь сейчас. Я думаю, что Райан подходит тебе. Я не говорю, что думаю, что он должен заменить Дерека, но…

— Не будет другого Дерека! Никогда!

Свет в доме замерцал, мгновенно заставив меня собраться. Я не хотела терять контроль, но мне все еще трудно держать свои эмоции под контролем, особенно когда дело доходит до квотербека средней школы Мендота. Дерек все еще чувствительная тема.

Я наблюдала, как моя мама сгладывает, а затем заставляет себя улыбнуться сквозь страх.

—Я знаю, что ты боишься, — сказала она, а затем шепотом добавила, — как и мы все.

Видеть, как родители боятся вас — самое худшее чувство, которое человек может испытывать. Но по крайней мере это заставляет чувствовать меня немного лучше, боясь себя. И я благодарна за то, что они пытаются быть сильными, даже если не всегда могут с этим справиться.

— Ты должна пойти туда и поговорить с этим юношей, — продолжила мама. — И на твоем месте я была бы милой. Тебе не помешает хороший друг, Джейми.

Сказала моя мама тоном, означавшим я-тебя-люблю-но-знаю-свое-дело. И я знала, что разговор окончен. Больше ничего не сказав, я вернулась в гостиную, втайне надеясь, что Райан все же решил уйти на танцы, но мне не повезло. Он по-прежнему листал наш семейный альбом, но когда я вошла, он встал. Он улыбнулся мне, но не своей невинной улыбкой, она была гораздо серьезнее.

— Ты знаешь, она права, — сказал он. — Ты действительно должна позволить мне быть твоим другом, потому что я бы этого очень хотел. И потому что я не думаю, что в школе есть какой-то еще храбрец.

Клянусь, Райан — самый уверенный в себе человек на планете, и это так раздражает. Я стояла и глазела на него, злясь, что он подслушал нас, а он просто улыбнулся в ответ, полностью расслабленный. Зная его, он наверняка ждет, что я скажу ему, что он прав, и уступлю его просьбе. Ну, я не собиралась сдаваться. Я больше не поддаюсь Райану Миллеру!

Я взяла альбом с журнального столика, взглянув на фотографию моей победы в конкурсе, и поставила обратно на полку.

— У тебя предостаточно информации для написания биографии о жизни Джейми Бейкер. Думаю, что беседа окончена. Теперь ты можешь идти.

— О, нет! — сказал Райан. — Твои родители довольно круты, но я пропустил танцы не ради того, чтобы получить шанс разглядывать всю ночь фотографии. Я пришел, чтобы увидеть реальные вещи, и я под впечатлением, что ты не была здесь, если бы я объявился. Так что, думаю, будет справедливо, если ты дашь мне немного времени, Джейми, прежде чем выгонишь.

Я хмыкнула, потому что была расстроена. Серьезная улыбка Райана обратно превратилась в задиристую ты-дашь-все-что-я-хочу. И мне трудно злиться, когда он так смотрит на меня. Не поддаваться Райану Миллеру слишком трудно!

— Тьфу, хорошо, но я не обещаю быть доброй!

ГЛАВА 4

Райан имел наглость посмеяться надо мной, когда я ворвалась в свою комнату и хлопнула дверью у него перед носом. Я не удивилась, когда он вошел следом. Так или иначе, я знала, что моя чрезмерно драматичная истерика перед ним не прокатит.

Я опустилась на свою кровать с книгой, готовясь игнорировать его настолько, насколько могла. Я позволила ему провести время со мной, но не обещала развлекать его. И не собиралась делать ничего, что могло бы дать ему представление, будто я наслаждалась его компанией, хотя частично так и было. У парня итак достаточно большое эго. Он не должен добавить меня к списку своих побед.

Он был тихим в течение минуты, осматривая мою комнату. А затем решил просто чувствовать себя как дома. Он взобрался на кровать рядом со мной, оставляя между нами немного места.

— Не возражаешь? — огрызнулась я.

— Немного, — хихикнул Райан. — Но я справлюсь с этим, так что и ты сможешь.

— Ну, если это так беспокоит тебя…

— Я не говорил, что это беспокоит меня. Я предпочел бы быть ближе, вот и все.

— Ближе? Разве может быть еще ближе, чем сейчас?

Я бы засунула ногу себе в рот в момент, когда это произнесла. И Райан, не упуская возможности, обнял меня и притянул ближе.

— Никогда не спрашивай парня, может ли он стать еще ближе, — сказал он, не отпуская меня. — Ответ всегда да.

Он игриво сжал руки так, чтобы я не смогла оттолкнуть его. Но не думаю, что он дразнил меня, когда вдруг вздрогнул. Вероятно, это потому что я не была в чьих-то объятиях довольно долго, и я отреагировала так же, как и тогда, когда поцеловала его. Предполагаю, это не столько способность к суперпоцелую, сколько к супергормонам.

С тех пор, как я получила заряд от сбитых линий электропередач, я более заряжена, чем электрогенератор. Учитывая, что был удар током, когда Райан коснулся меня, означало, что он просачивается на поверхность, не только когда я злюсь. Я предполагаю, что каждый раз, когда я теряю над собой контроль.

Очевидно, это не хорошо. Поэтому, когда он задрожал, я запаниковала. Я ткнула его локтем, достаточно сильно, чтобы оставить синяк, и рванула через комнату к безопасному одноместному стулу, стоявшему около стола.

— Ты должен был придерживаться компромисса, — проворчала я. — Я бы не ушла, если бы ты держал свои руки при себе.

— Это того стоило. — Он снова надо мной смеялся.

— Почему ты такой раздражающий?

— Почему ты так неотразима?

Это было бесполезно. Я никогда не выиграла бы. Он намного лучше острил. И его очень трудно было вывести из себя, так что я прекратила спор. Я вполне уверена, что он стремился вывести меня из себя. Моей лучшей тактикой в таком случае будет — не бороться. Я отступила и, вероятно, казалась немного отчаянной, когда спросила:

— Почему ты делаешь это? Что конкретно ты хочешь от меня?

— Это настолько плохо поговорить с кем-то другим, кроме своих родителей? — Серьезно спросил он. — Я ничего не хочу от тебя. Ладно, нет, это ложь. Я бы не прочь поцеловаться с тобой снова, но это не то, почему я здесь сегодня.

— И почему же ты здесь?

— Я просто хотел понять тебя. Я не могу вообразить, зачем кому-либо изгонять себя так, как это сделала ты.

— Да, ну, в общем, теперь ты знаешь. Я убила своего парня. И из-за этого мои друзья возненавидели меня. Целый город, если уж быть точной. Люди могут отвернуться от тебя и причинить боль, и даже те, кто говорил, что любил тебя. Я не хочу проходить через это снова. Вот почему.

Райан ничего не сказал. Он просто смотрел на меня. Давно я не чувствовала себя так неуверенно. Тишина заставила мое сердце биться со скоростью миллион миль в час, и если я не смогу успокоиться, то, скорее всего, вырублю электричество в доме.

Это было не очень зрело, но я решила скрыть свою уязвимость враждебностью.

— Тайна раскрыта, — сказала я холодно. — И я бы оценила, если бы ты это не указывал в своей статье. Мистеру Эдвардсу нравится зачитывать работы вслух. Я предпочла бы, если бы меня продолжали называть Ледяной королевой вместо убийцы своего парня.

— Конечно, нет.

Я была удивлена, как искренне Райан это сказал, но затем он снова ухмыльнулся.

— Я ничего не скажу, — дразнил он. — Но это не имело бы значения, если бы я это указал. Потому что все будут в шоке от слов о твоем участии в конкурсе красоты, что даже не услышат конец моей статьи.

Я не могла не улыбнуться. И то, как лицо Райана осветилось из-за этого, заставило меня покраснеть.

— Я предполагаю, что это ты тоже пропустишь.

— Ни за что, — засмеялся Райан. — Я собираюсь придумать, что сказать мистеру Эдвардсу, потому что он никогда не поверит, что я это не выдумал. Я видел фотографии, и я едва могу поверить в это.

— Просто скажи ему, что я не говорила тебе. Ему будет проще поверить этому. Так или иначе, это правда. Я не говорила тебе. И не собиралась. У моих родителей слишком длинные языки.

— Ну, я рад, что ты кинула меня тогда, потому что это облегчение — иметь реальную историю.

— Реальную историю?

Райан с виноватой улыбкой пожал плечами.

— Я выдумывал свою собственную в течение многих недель. Я убедил себя, что ты в программе защиты свидетеля. И что ты скрываешься до момента свидетельствования против подпольной мафии.

— Программа защиты свидетелей? — я снова улыбнулась. Я ничего не могла с этим поделать. — Я думаю, это могло бы объяснить краску для волос. Но почему я связана с мафией?

— Девушка, столь горячая как ты? Ты встречалась с племянником босса, конечно. Ты была свидетелем тяжкого преступления, и, когда ты испугалась, они угрожали тебе. Но ты была стойкой, а твой парень убийственным придурком, так что ты все равно пошла к копам. И вот ты теперь с черными как смоль волосами, враждебным отношением и недоверием ко всему человеческому роду.

Не думаю, что он разыгрывает меня. Было приятно знать, что не только я не могла прекратить думать о нем последние несколько недель.

— Звучит, словно ты уже написал конец своей статьи, — сказала я и затем вздохнула. — Твоя версия мне нравится больше.

— Мне тоже, — застенчиво признался Райан. Ну, застенчиво для него. — Это менее всего навредит тебе. Мне действительно жаль, что тебе пришлось пройти через все это.

Я попыталась благодарно улыбнуться, но не думаю, что получилось. И стало тихо. Неловко тихо. Слава богу, своей веселостью Райан сменил тему и сумел вернуть то легкое настроение.

— Так, скажи мне, каково быть коронованным. Ведь благодаря тебе, я этого не узнаю.

Две секунды назад я утопала в памяти единственного худшего момента в моей жизни. И вот, благодаря одному небольшому комментарию Райана, я снова улыбаюсь. Как он делает это?

Я не знала, как ответить на его вопрос. Поэтому пошла в ванную и достала глупую диадему из старой обувной коробки. Держа ее в руках, я вернулась к нему.

— Это чувствуется отчасти как это, — сказала я и поместила корону на его голову.

Райан изобразил удивление и вытер фальшивые слезы, благодаря воображаемую аудиторию. Когда он попытался помахать, мне пришлось вмешаться.

— Нет, нет, нет, нет! Королева красоты — это утонченность и грация.

Я села очень ровно и продолжила показывать ему фирменный знак приветствия Мисс Америки.

— Все, что мне нужно, это платье, — сказал Райан, старательно пытаясь скопировать мое прекрасное взмахивание рукой.

Он выглядел столь смешным, что я рассмеялась. Это был первый раз после несчастного случая, когда я так искренне смеялась. И это чувствовалось удивительно хорошо.

— Это можно устроить, — сказала я.

— У тебя все еще есть платье?

— Это вечернее платье, и да. Оно висит в шкафу.

— Ну, и чего ты ждешь? Иди и надень его. Я хочу видеть Мисс Сладкую Кукурузу во всей ее славе.

Это была самая странная вещь, но я хорошо проводила время. И когда Райан попросил, чтобы я надела платье, я даже не подумала дважды. Я схватила свое платье и рванула в ванную. Я возвратилась несколько минут спустя в нежно-голубом шелке, платье, в котором я выиграла корону более года назад.

Я застегнула пояс на груди и покружилась.

— Что думаешь?

— Я думаю, что чувствую жалость к любой девушке, что конкурировала с тобой.

Райан снял диадему и осторожно поместил на мою голову.

— Она лучше выглядит на тебе, — сказал он, а затем отстранился, чтобы лучше меня осмотреть.

Я была удивлена бабочкам в животе и тому, как Райан смотрел на меня. Он был очарован, и я покраснела под его пристальным взглядом. Думаю, ему это понравилось, потому что он усмехнулся, а затем притянул меня в свои объятия.

— Что ты думаешь? — прошептал он тоном, который немедленно сменил игривую атмосферу на более интенсивную. — Похоже, я получу свой танец, в конце концов.

Я могу быть подростком на плакатах Marvel Comics[7], но в тот момент, когда он начал танцевать со мной, я была бессильна остановить его. На секунду я задалась вопросом: что если мои родители были правы. Что если Райан подходил мне? Я чувствовала себя нормальной. Я чувствовала себя лучше, чем нормальной. Я чувствовала себя признанной, желанной. Находиться в его объятиях было приятно. Я ничего не говорила, просто стояла и чувствовала себя немного разбитой. И следующее, что я поняла, его губы почти касались моих.

Я солгала, если бы сказала, что не хотела поцеловать его снова, и мы оба знали это. Я боялась себя, потому что не думала, что смогла бы остановить его, если бы он попробовал. Особенно не когда мой мозг продолжал твердить мне, что наш первый поцелуй не причинил ему вреда. Но когда он протянул руку, чтобы убрать с лица выбившуюся прядь моих волос, его ударило током.

Это был действительно удар током, заставивший его вздрогнуть, и я увидела испуг на его лице, когда он засунул палец в рот, словно это было больно.

Райан просто рассмеялся и пошутил про искры между нами. Но я знала правду, и мой желудок сжался в комок. Мне удалось отскочить назад прежде, чем он смог поцеловать меня, посмотреть на него и увидеть, как он закатывает глаза.

— Как долго ты будешь играть в недотрогу? — заныл он, пытаясь вернуть мгновение назад.

Бедный парень понятия не имел, что у него никогда не будет другого момента как этот. В этот раз его лишь слегка шибануло током, но что если в следующий раз это будет, словно засунуть вилку в розетку. Я чувствовала себя плохо, потому что не могла объяснить все противоречивые сигналы, но теперь, когда мои худшие страхи подтвердились, больше не будет путаницы. И ему не понравится результат.

— Вечно, — прошептала я, когда ко мне вернулся дар речи.

Я сняла с головы диадему, чтобы убрать. Мои руки дрожали, когда я клала старую обувную коробку обратно в шкаф. И Райан напугал меня, когда приблизился ко мне.

— «Вечно» меня не устраивает, — сказал он, и я подскочила так высоко, что уронила коробку и выронила старые фотографии на пол.

— Кто-то напряжен, — подразнил Райан и наклонился, чтобы помочь собрать фото. — Я не заставляю нервничать тебя, правда? Потому что, знаешь, если это так, значит, я тебе нравлюсь, но ты не хочешь это признать.

Было столько способов, которыми я могла ответить, если бы уделила ему внимание, но не могла. Я сидела на полу, уставившись на старую фотографии Дерека и меня на футбольной игре. Не знаю, сколько времени я так сидела. Я и не заметила, когда Райан сел рядом со мной. Я даже и забыла, что он здесь, пока он не указал на фото.

— Это он?

Я стряхнула оцепенение и с кивком передала фото, радуясь смене темы, даже если это и о моем мертвом парне.

— Это было в начале года предпоследнего класса. Прямо после того, как я встретила его, — объяснила я. — Мы росли в одном городе, но он был старше меня, до этого мы никогда не разговаривали. Я была единственной десятиклассницей в команде поддержки. И когда самый симпатичный парень в школе и звезда-квотербэк позвал меня на свидание, я была ошеломлена. Я думаю, что влюбилась до конца нашего первого разговора.

Глаза Райана заискрились, и я знала, что он подумал прежде, чем озвучил это.

— Так что, у тебя слабость к красивым квотербэкам, да?

— Это был просто такой период, — проворчала я, выхватывая фотографию и запихивая обратно в коробку. — Я закончила с вашим видом.

— Это мы еще посмотрим.

Мы опять официально вернулись на круги своя, и почти искренняя беседа вернулась к раздражающей.

— Ты такой эгоцентричный, — простонала я, вставая на ноги.

— А ты все отрицаешь, — ответил Райан. — Ты все еще можешь дурачить остальных в школе, но ты не настолько плоха, как думаешь. Почему ты не можешь признать, что устала от всего этого дерьма? Прекрати пытаться быть Ледяной Королевой, и начни снова быть Джейми Бейкер.

— Начать быть снова Джейми Бейкер? Думаешь, все так просто?

И я окончательно потеряла свое самообладание. Слезы заполнили мои глаза, гнев заполнил сердце, и электричество в доме немедленно ответило. Райан озадачено посмотрел на свет, и я еще больше расстроилась.

— Не все черное и белое, Райан! Не думай, что, проведя со мной вечер, ты знаешь меня. Я никогда не смогу быть той Джейми Бейкер снова. Ты понятия не имеешь, как сильно я этого хочу, но не могу. Та Джейми Бейкер мертва! Ясно? Её больше не существует!

Свет замигал снова, и я попыталась успокоиться.

— Я хочу, чтобы ты ушел.

На сей раз у Райана не было остроумного комментария. Он выглядел расстроено, и я ненавидела это. Ненавидела, что причиняла ему боль, но я всего лишь человек. Ну, когда дело доходит до моих эмоций. Я была так зла, что не могла думать ясно, и просто позволяла слезам течь.

— Джейми, я сожалею. Я не хотел, чтобы это звучало, словно я…

— Просто уйди!

Я была так расстроена, что, когда закричала, свет стал очень ярким, а затем все электричество в доме вырубилось. Родители стучались в дверь моей спальни. Мама выглядела взволнованной, когда вошла в комнату с фонариком.

— Джейми? Райан? Кажется, у нас неполадки с электричеством. У вас все хорошо?

Неполадки с электричеством? Ну конечно, потому что я взорвала все!

— Миссис Бейкер, мне так жаль, — запинался Райан. — Я понятия не имею, что произошло. В одну секунду мы смеялись, а затем она просто… я не хотел расстраивать ее.

— Ты не виноват, дорогой, — настаивала мама, когда выводила Райана из моей комнаты.

Это была его вина. Было такое чувство, что это все его глупая ошибка. Я хотела заглушить голоса в голове, как только дверь моей спальни закрылась. Но независимо от того, как сильно я старалась, мне все еще нужно будет выслушать объяснение матери насчет моего нестабильного поведения и убедить Райана, что он не сделал ничего плохого.

Это было ужасно, потому что я хотела злиться. Я хотела ненавидеть его, но в глубине души знала, что моя мать была права. Райан действительно не сделал ничего плохого, и единственный человек, которого я действительно ненавидела, была я сама.

ГЛАВА 5

Бывают ночи, когда ты просто не можешь уснуть. После того как Райан ушёл, у меня была одна из таких ночей. Он нравился мне, и я ненавидела себя за это. Я легла спать, представляя, как могу заставить себя прекратить испытывать к нему симпатию, но единственным недостатком, который я нашла в нем, до сих пор была чрезмерная уверенность, так что не уверена, что это считается. Не было никакого способа заставить меня ненавидеть его. Я способна ненавидеть только себя, потому что не могла заполучить его, и это была замечательная мысль, которая заставила меня ворочаться всю ночь.

Думаю, я наконец-то задремала через некоторое время после восхода солнца, и когда мама, крадучись, зашла в мою спальню, было чувство, что еще рано, чем полдень, как она утверждала.

— Проснись и пой, Джейми, прежде чем не останется лучиков, которые могли бы подняться.

— Мам, я чувствую себя нехорошо. Я просто хочу сегодня остаться в постели.

— Ты не больна, Джейми, ты просто валяешь дурака. Хандрить в своей комнате все выходные не заставит тебя почувствовать лучше. Давай, вставай, вставай, вставай! Я где-то слышала, что в Мейсиc устраивают распродажу. Давай подберем себе что-нибудь новенькое и сделаем маникюр, как привыкли.

Я должна была признать, что, хотя она оставила решение за мной, предложение было заманчиво. Я пропустила спонтанные поездки с матерью в Чикаго, в которые ездили, когда у одной из нас был действительно плохой день. Но мысль о новом милом платье навеяла на меня волну депрессии, и я натянула одеяло поверх головы.

— Ты иди, мам. У меня нет никакой необходимости в новом наряде.

— Нам так же нужно зайти в магазин косметики. У тебя заканчивается краска для волос, а твои корни уже нужно подкрасить.

— И ты не знаешь, каким брендом и цветом я сейчас пользуюсь?

— Хорошо-хорошо, — говорит мама, не давая мне закрывать лицо одеялом. — Я куплю новую одежду, а ты можешь сходить с ума в Бордерс.

Это предложение было еще лучше. Я люблю читать. Не всегда любила, но теперь я нашла это такое тихое, спокойное, расслабляющее хобби. Это дало мне возможность читать про таких людей, как я, пусть они и просто выдуманные. Моя мама, однако, видела в этом только легкий способ быть замкнутой, и ей не нравился тот факт, что я посвящала этому слишком много времени. И то, что она подкупала меня книгами, означало, что на этот раз она была действительно обеспокоена.

Было ясно, что она никогда не позволила бы мне лежать в постели весь день, так что я с неохотой встала. Следующее, что я знала, было то, что ела Апельсиновый Джулиус в переполненном кафе, стараясь не допустить, чтобы мама поняла, что из-за громкого шума у меня разболелась голова. Она уже чувствовала себя достаточно плохо из-за восьми новых книг, так что не нужно, чтобы ей стало хуже.

Я не прикоснулась к своему обеду. После прошедшей ночи я не была голодна. Мама заметила это, но ничего не сказала. Я могла бы сказать, что она все еще пытается найти способ подбодрить меня, и я знаю, что она очень хочет спросить меня о том, что случилось с Райаном, но до сих пор это был просто разговор, который позволял легко избежать этой темы.

— Что если тебе найти работу? — спросила она случайно, когда стало тихо.

Я скептически посмотрела на нее.

— Нет, я серьезно, Джейми. Ты ходишь в школу и, кажется, хорошо справляешься с этим. И, в конце концов, ты вырастешь, и тебе придется найти работу. Что плохого в том, чтобы найти ее сейчас? Это даст тебе что-то кроме чтения.

— Я люблю читать, мам.

— Да, но тебе нужно выйти в свет и быть более общительной. И к тому же, как еще мы будем продолжать платить за все эти книги?

— Для этого существуют библиотеки.

— Брось, Джейми. Наличие работы является нормальной подростковой деятельностью. Ты всегда говорила, что хочешь быть нормальной, но ничего для этого не делаешь. Тебе не обязательно заводить друзей на работе, если ты не хочешь, но это может быть полезной деятельностью для тебя.

— Да, потому что часов, проведенных в школе каждый день, да и плюс всей домашней работы, недостаточно.

— Я знаю, что у тебя был плохой день, но ты не должна срываться на мне, — строго сказала мама, неожиданно заставляя почувствовать себя идиоткой. — Ты не инвалид, как ты думаешь. Если твоя жизнь несчастна, то только потому, что ты позволяешь ей быть такой.

— Прости, — пробормотала я из чувства вины, хотя на самом деле не верю, что она сказала. Моя жизнь была несчастной, и это вне моего контроля, независимо от того, что она думала. Я не хотела, чтобы она чувствовала себя плохо, поэтому попыталась поддержать разговор. — Работа может быть не так плоха, — признала я. — Просто после нескольких часов в школе, после всего шума, моя голова обычно очень сильно болит, поэтому мне нужны тишина и покой. Трудно все время быть среди людей.

Кислое выражение лица мамы сменилось на обеспокоенное, когда она огляделась по сторонам переполненного торгового центра.

— Ты сейчас чувствуешь себя так же? Нам стоит пойти домой?

— Нет, мам, — вздохнула я, даже если не хотела ничего больше, чем вернуться домой и лечь в постель. — Сейчас я в порядке. Просто говорю, что, возможно, работать будет трудно, пока я хожу в школу.

Она вздохнула, и снова наступила тишина. Я взглянула на нее, прежде чем начала тереть голову, но она не заметила моего дискомфорта, потому что была слишком занята, хмурясь из-за одной книги, которую я только что купила.

— Почему всегда про инопланетян или супергероев? — пожаловалась она.

— Фрики с суперспособностями, которые пытаются скрыть свою сущность? — я горько рассмеялась. — Не знаю даже.

— А эта? — мама подняла биографию Стивена Кинга с неодобрительным взглядом.

— Эй, — сказала я, защищаясь. — Это не фантастика. Приятно знать, что есть фрики хуже меня.

— Милая, это не поможет тебе чувствовать себя более нормальной. И в тебе есть гораздо больше, чем просто суперспособности, ты знаешь. Почему бы тебе не найти хорошую драму? Держу пари, тебе бы понравилось.

Я люблю свою маму. Она была очень серьезной, но все равно заставила меня улыбнуться.

— Ты называешь меня королевой драмы? — засмеялась я. Не было никаких сомнений, где я научилась сценическому искусству. — Нет, спасибо. Сейчас мне хватает драмы в моей жизни. И к тому же, — я взяла биографию из рук мамы, — я должна прочитать это для школы.

— Это задание? — моя мама была настроена больше чем скептически.

Я пожала плечами.

— На английском мы говорим о биографиях.

— И ты выбрала Стивена Кинга?

— Мистер Э не уточнял, чья должна быть биография, и ты должна признать, что Стивен Кинг намного интереснее, чем Президент Обама или Тейлор Свифт.

Мама драматично вздохнула, а затем нахмурилась, когда взяла другую книгу.

— Хорошо. Но ты могла бы попробовать читать и другие книги. Ты никогда не знаешь, что можешь наслаждаться хорошим… романом.

И вот оно. Умно, но не достаточно хитро, чтобы обмануть меня.

— Разве ты не говорила, что где-то здесь распродажа? — спросила я, вставая из-за стола.

Мама вздохнула и последовала за мной вниз торгового центра, пока я не остановилась перед витриной одного магазина, где было выставлено очень красивое платье.

— Ты должна купить что-то подобное, а затем позволить папе отвести тебя в милое местечко.

Мама на минуту притихла, и я усмехнулась, потому что она наконец-то решила сказать это. Конечно же, она выпалила:

— Мне нравится Райан, — неудачная попытка схитрить.

Я зашла в магазин, делая вид, что не понимаю. Когда она посмотрела на меня долгим взглядом, я пробормотала:

— Этого не произойдет.

— Джейми, что случилось прошлой ночью?

— Ничего, — я знала, что она не купится на это, но я должна была попробовать.

Да, я была права. Она посмотрела на меня своим «не-зли-меня» взглядом.

— Ты заставила меня волноваться, и ты боишься, что довела бедного мальчика до полусмерти.

— Хорошо. Может быть, теперь он оставит меня в покое, — проворчала я. Моя мама наградила меня другим злым взглядом, и я пожала плечами. — Я не могу ничего сделать с этим. Мне не нужно, чтобы он говорил мне, как жить. Ты и папа уже много раз говорили мне, но это не так просто, как все думают!

Я заметила, что мой тон вдруг стал очень резким, когда на глазах моей мамы появились слезы, и я почувствовала себя паршиво.

— Я пыталась, хорошо? — сказала я, успокаивая себя. — Я пыталась поговорить с Райаном, и это не сработало. Я чуть не взорвала дом! Пойми это, мам. Как бы сильно я не хотела быть нормальной, я не смогу.

Мама выглядела расстроенной, и я могла сказать, что она хотела согласиться, но не знала, что сказать. Она не могла согласиться, что я спалила электрический генератор прошлой ночью, и я была уверена, что она знала, что могло быть намного хуже. Я плохо себя чувствовала, но что я могла сделать?

Иногда просто нечего сказать, чтобы нарушить неловкое молчание, и я сняла маленькое черное коктейльное платье с вешалки и передала его маме.

— Ты должна примерить его.

Потребовалась секунда, но моя мама сдалась и взяла платье. Когда она исчезла в примерочной, я начала просматривать ближайшие стеллажи. Как только она ушла и перестала отвлекать меня, я начала замечать все разговоры, которые происходили вокруг меня. Два голоса появились сразу. Я не могла видеть их, но это точно были Пейдж и Тамика, и они с удовольствием обсуждали свои любимые темы.

— Она все еще не отвечает на телефонные звонки. Я надеюсь, что она в порядке, — сказала Тамика.

— Это Бекки, — проворчала Пейдж. — Она игнорирует нас все время.

— Да, но она обычно звонит.

— Держу пари, она с Майком. Ты видела, что он был все время вокруг нее всю прошлую ночь? Почему ты думаешь, что они не пошли на афтерпати? Интересно, что они делают.

— Я так не думаю. Бекки сказала мне, что они собирались пойти к Райану, чтобы выяснить, почему он не пришел на танцы, но это последнее, что я слышала от нее. Я говорю тебе, Пейдж, думаю, что-то случилось. Она всегда отвечает на звонки и никогда не пропускает хорошие распродажи.

Я усмехнулась, когда Тамика упомянула Райана, потому что я знала, что Пейдж немного раздражена тем, что он не пришел на танцы. Она, на самом деле, отказала трем парням, потому что думала, что Райан пригласит ее, и в итоге она оказалась без пары. Заслужила.

Теперь девушки попали в поле моего зрения. Они вошли в магазин, в котором находилась я, выглядя как провинциальные версии Пэрис и Николь с их очень короткими юбками и большим количеством пакетов из магазинов.

— Кто беспокоится о Бекки, — как по заказу сказала Пейдж. — Я беспокоюсь о Райане. Парень был номинирован на короля бала и даже не появился на танцах. Он в последнее время сам на себя не похож. С тех пор, как Ледяная Королева промыла ему мозги.

Я должна была посмеяться над этим. Хотя промывание мозгов могло быть полезным навыком.

— Кем она себя возомнила? — продолжила Пейдж. — Меня не волнует, насколько горячей считают ее другие. Она не заслуживает такого хорошего парня, как Райан.

Да, а Пейдж была лучше меня? Райан заслуживает намного большего, чем мы обе вместе взятые.

— Это так убого, что она пытается использовать его популярность, чтобы выбраться из Лузервилля.

— Пф, как будто подобное может когда-нибудь произойти, — засмеялась Тамика. — Райан, может, и горяч, но он не чудотворец. Никто не сможет помочь этой бедной уродке.

Ладно, что хорошего в суперспособностях, если вы не можете использовать их в подходящее время? Я больше не могла слушать это, поэтому просто ради удовольствия случайно подошла к другой стороне стойки с одеждой, у которой стояли Пейдж и Тамика, просматривающие коллекцию юбок на распродаже, потому что уже становилось слишком холодно, чтобы носить их. Не сомневаюсь, они обе будут завтра в спортивном, независимо от того, какую погоду обещали синоптики. Они были настолько поглощены разговором, что даже не заметили, что я стою в трех футах от них.

Когда я провела рукой перед собой, одежда стала цепляться друг к другу. Я наблюдала, как статический разряд прокладывает путь к Пейдж и Тамике, от чего их волосы встали дыбом. Я решила добавить немного силы, и вскоре они обе выглядели так, будто об их головы терли воздушные шарики.

— Извините, — сказала я, — но вы только что назвали меня уродкой?

Они обе подпрыгнули и попытались скрыть шок на своих лицах, хмурясь.

— Конечно, нет, — пробормотала Тамика.

— Вы себя в зеркало видели?

Они посмотрели друг на друга и ахнули в унисон. Взгляды на их лицах подтвердили, что суперспособности стоят того. Я хотела рассмеяться, но мне удалось сдержаться, и это очень хорошо, потому что за моей спиной мама вышла из примерочной.

— Другие твои друзья, дорогая?

— Не совсем, мам, — небрежно сказала я. — Платье подошло?

С моей мамой слишком легко. Ее лицо вспыхнуло при упоминании о платье, и она забыла о Пейдж и Тамике.

— Ты права, Джейми. Оно великолепно. Я думаю, что заставлю твоего отца пригласить меня куда-нибудь.

Тамика все еще пыталась взять волосы под контроль, но Пейдж усмехнулась довольно громко.

— Ты пришла сюда с мамой?

Она сказала это так, будто тусоваться с мамой было ужасно неловкой вещью, и это не беспокоило бы меня вообще, если бы я могла сказать, что это не задело мою маму. Оскорблять меня — это одно, но моих родителей трогать не надо.

— Это намного лучше, чем приходить одной, — сказала я и изобразила широкую фальшивую улыбку на своем лице. — Говоря о походе в одиночку, как прошли танцы прошлой ночью? Вы знаете, кто стал королем? Я не знаю. Мы с Райаном потеряли счет времени, но, держу пари, он бы хотел знать, кто победил.

Мама точно не знала, что произошло, но она стрельнула в меня взглядом, когда увидела, как расстроилась Пейдж. Я проигнорировала это. Если Пейдж и Тамика собирались называть меня Ледяной Королевой, то я должна соответствовать образу. И Пейдж была довольно безрассудной в этот раз. Она выглядела так, будто ее сейчас вывернет наизнанку, или она взорвется. Я не шучу. Она была настолько безумной, что аж глаз дергался.

Конечно же, я продолжила притворно улыбаться настолько широко, насколько могла, когда спросила:

— Так что, Райан выиграл?

— Держись подальше от Райана, ты, уродка!

Я была очень удивлена, что она имела мужество назвать так меня перед моей мамой, но никогда не видела, чтобы кто-то так сильно злился.

Я боялась, что мама расстроится, но она не была обижена на Пейдж. Что ж, она видела удовлетворенный взгляд на моем лице. Она подождала, пока Пейдж и Тамика выбежали из магазина, чтобы перетереть мне косточки, но лекция ждала меня по дороге домой.

— Что? — огрызнулась я, когда она потребовала от меня объяснений. — Она ужасна. Она сходит с ума от того, что влюблена в Райана, а он обращает внимание на меня. Плюс, они начали это. Они назвали меня уродкой.

— Мне все равно, кто начал, Джейми. Я не воспитывала свою единственную дочь, чтобы она вела себя, как избалованное маленькое отродье. Мы поговорим с твоим отцом, когда вернемся домой, и ты должна серьезно измениться, или будешь наказана.

Конечно, я подросток, а это значит, что у меня были разногласия с родителями, как у всех, но это был первый раз, когда я видела, чтобы мама действительно сердилась на меня, когда дело касалось моих возможностей. Я была очень удивлена этим, и еще я была удивлена тем, что она заставила меня чувствовать себя виноватой. Я не сказала ни слова, пока мы не вернулись домой, и я едва выдержала лекцию своего отца, когда он был проинформирован о ситуации.

Можете не верить, но я была отстранена от компьютера, библиотеки и всех моих книг, пока не найду работу, вступлю в какой-нибудь школьный клуб или не пойду на свидание. Не совсем обычное наказание для подростков, но оно было столь же жестоким.

Хуже, чем лекции, и хуже, чем наказание, были разговоры моих родителей после того, как я поднялась наверх. Они отправились гулять по улице, но у меня слишком хорошие способности. Они должны были поехать в город, если не хотели, чтобы я услышала их.

В основном там было много заявлений, как «Я волнуюсь за нее» или «Ей становится все хуже», и было много разговоров о возможной терапии. Но самая тревожная часть настала, когда они начала разговаривать на тему Райана. Моя мама думала, что у меня были все эти проблемы сейчас, потому что мне нравился Райан, и я беспокоилась об этом. Хорошо, может, она в чем-то права, но это все еще сводило меня с ума, и она знала это.

От этого разговор перешел к милейшей беседе о Райане.

— Такой милый мальчик, — хмыкнула мама. — И такой воспитанный. И он, кажется, начал проявлять интерес к ней.

— И он полезен, — добавил мой отец. — Он помог мне переустановить выключатели, прежде чем пошел домой. У него для семнадцатилетнего хорошая голова на плечах.

После этого они пошли домой и провели остаток выходного, пытаясь убедить меня в том, что все, что происходит с Райаном, могло бы заставить чувствовать меня лучше.

ГЛАВА 6

Я знала, что с тех пор, как мы переехали в Сакраменто, мои родители хотели, чтобы я постаралась жить обычной жизнью, но они не прекращали говорить о Райане всю оставшуюся часть выходных. Они, казалось, были о нем такого же высокого мнения, как и он о себе.

Мне было настолько плохо из-за их надоедливых разговоров о нем, что, когда наступил понедельник, и я была вынуждена увидеть Райана в школе, один его вид заставил меня хотеть ударить что-нибудь. Когда я пришла в школу, он стоял перед входом со своими футбольными приятелями, и я могла сказать, что он хотел поговорить со мной, но я была не в настроении.

Он начал приближаться ко мне, когда я проходила мимо него, но я послала ему самый злобный взгляд, на который была способна. После этого он не пытался меня остановить, и Майк начал дразнить его.

— Ох, Отшит Ледяной Королевой! — сказал он, хлопая Райана по спине. — Я так понимаю, в эти выходные тебе не повезло. В чем дело, приятель? Потерял свою харизму? Я думал, что тебе точно повезет после того, как она забралась на тебя до этого.

Я могла чувствовать их взгляды на себе, когда уходила, но я не оглядывалась назад. Меня разозлило то, что Райан, кажется, не расстроен шутками и подколками своих друзей. И что еще хуже, я ненавидела его реакцию. На самом деле он посмеялся вместе с ним, а потом сказал:

— Это Джейми Бейкер, чувак. Понадобится время, чтобы сломать лед.

— Рай, — сказал Майк. — Я знаю, что ты мужик и все такое, но даже ты не сможешь уломать Бейкер. Это невозможно.

— Посмотрим.

Ха! Если он думал, что я была зла на него вечером пятницы… «Посмотрим»? Кто-то должен сказать ему, что нельзя злить меня, и после этого разговора «злость» будет преуменьшением.

Я не понимаю его! Я имею в виду, он будет стоять с Пейдж перед всей школой и говорить, что я не шлюха, а потом будет разговаривать со своими приятелями и хвастаться тем, что уломал меня?

Новость для Райана: Майк прав. Этому. Никогда. Не. Бывать.

Я была так зла, что боялась, что, просто смотря на него, потеряю контроль над своими силами, так что я решила не обедать в кафетерии, но урок английского беспокоил меня. Я думала о том, чтобы прогулять, но не хотела, чтобы это выглядело так, будто я прячусь от него после того, как он увидел, что я плакала на этих выходных.

К счастью, во время урока Райан не сказал мне ни слова, но он догнал меня через две секунды после того, как я вышла за дверь. Он сверкнул в мою сторону небольшой улыбкой, когда выходил из класса, которой он говорил, что знает, что я не рада, поэтому я думала, что я в безопасности. Я была уверена, что он просто уйдет.

Я долго не выходила из кабинета просто на всякий случай. Этого времени хватило для того, чтобы Мистер Эдвардс спросил меня, не оставили ли меня после уроков в качестве наказания, о котором он не знал.

— Простите, мистер Э. Я просто была увлечена своей книгой, — соврала я.

Когда мистер Эдвардс встал из-за стола и пошел в моем направлении, я начала собирать свои вещи. Я не была достаточно быстрой.

— Интересный выбор, — сказал он, взяв биографию Стивена Кинга.

— Эй, вы говорили, что можно выбрать любую.

— Я не говорил, что это плохой выбор, — хихикнул мистер Эдвардс на мою оборонительную позицию. — Стивен Кинг является одним из величайших писателей нашего времени.

Это удивило меня.

— Вам нравится Стивен Кинг?

— Американская литература — это не только Марк Твен, мисс Бейкер. — Сказал мистер Э, подмигнув. — Я просто нахожу интересным то, что вы выбрали короля ужаса как субъект для вашего доклада. Как правило, люди выбирают кого-то, с кем они себя сопоставляют.

Именно поэтому я и выбрала его, хотела сказать я. Но я не хотела слушать лекцию и получить направление к школьному консультанту, поэтому проворчала:

— Он гораздо интереснее, чем Райан Миллер, — я выхватила книгу у мистера Эдвардса. Мне еще было немного больно от того, что я была вынуждена иметь партнера.

Мистер Эдвардс посмеялся надо мной, а потом ушел с моего пути, чтобы я могла выйти из класса.

— Увидимся с вами завтра, мисс Бейкер, — сказал он мне вслед.

Мистер Эдвардс отвлек меня настолько, что я забыла о Райане до тех пор, пока не вышла из класса и не увидела, что он ждет меня. Я застонала, когда он оттолкнулся от стенки и начал идти со мной в ногу.

Сначала он ничего не сказал, и я подумала, что это странно, и он был немного осторожен, когда, наконец, заговорил. Я была удивлена, потому что это был первый раз, когда я слышала волнение в его голосе, пусть и небольшое.

— Как ты? — спросил он.

— Отлично, — проворчала я, отказываясь смотреть в его сторону.

— Ох, брось, Джейми. Ты же больше не сердишься на меня, да?

Я не стала отвечать. Я все еще была в ярости, но только не по той причине, что он думал. Я продолжила игнорировать его, но он ждал всего лишь мгновение, прежде чем продолжить:

— Я уже закончил свою статью. Хочешь прочитать?

— Что, никаких ужинов? Никаких свиданий?

— Да, — он засмеялся, немного смущаясь. — Я не отличник, но я очень волновался о тебе после случившегося, так что не хочу куда-то идти. А так я не мог перестать думать о тебе, поэтому решил, почему бы и нет?

Райан действительно начинал раздражать меня. Я не могла сказать, нравлюсь ли я ему по-настоящему, либо он просто пытался выиграть пари. Я имею в виду, в пятницу вечером в моей комнате он был просто невероятным парнем. Он слушал меня, подбадривал, обещал сохранить мои секреты, и он до сих пор сдерживал свое обещание, но то, что было утром, та ситуация с Майком?

— Мне очень жаль, что расстроил тебя в ту ночь. — Он вздохнул, когда я не ответила. — Я не пытался издеваться над твоим прошлым. Просто ты, оказывается, удивительный человек, когда снимаешь свою защитную оболочку. Я бы хотел, чтобы каждый увидел тебя такой, какой я видел тебя в ту ночь.

Я была так тронута его извинениями, что я, наконец, посмотрела на него, и сразу же пожалела об этом, потому что все внутри меня перевернулось.

Серьезно, как он это делает?

Неожиданно я перестала злиться, и это было действительно плохо. Я ударила себя по лицу, протирая глаза и пытаясь скрыть свое разочарование. Было очевидно, что я немного смягчилась из-за его признания, и я ожидала, что он воспользуется этим, но он не стал. Вместо этого он решил перейти к другой тактике, которую явно обдумал прежде.

— Ты сейчас занята?

Да, как будто мне нужно провести с ним больше времени сейчас, чтобы он мог сломать меня полностью?

— Хочу ли я знать, почему ты спрашиваешь меня об этом?

— Что же, у меня есть двадцать минут до тренировки, и я подумал, что это время можно потратить на интервью.

— Что ты имеешь в виду?

— Для твоей статьи. Я свою закончил, но ты до сих пор ничего обо мне не знаешь.

— Я сказала тебе, что писать статью не собираюсь.

— Ты не собираешься выполнять задание?

— У меня «отлично» по этому предмету. Одна статья ничего не сделает.

Ему потребовалась минута, чтобы ответить, но, в конце концов, он улыбнулся:

— Почему же ты не хочешь написать свою статью?

— Почему бы тебе просто не назвать причину, — сказала я сухо, — потому что ты, кажется, знаешь ее?

— Ты боишься узнать, что я не такой уж плохой парень. Потому что если ты поймешь, как сильно я тебе нравлюсь на самом деле, тебе будет труднее злиться на меня.

Я проигнорировала тот факт, что он был на сто процентов прав, и вздохнула, когда вышла через передние двери школы.

— Ты удивительно самоуверен.

Он просто улыбнулся мне и сказал:

— Ага. Так что?

— Не хочу тебя растаивать, если это вообще возможно, но я всегда буду злиться на тебя. Я не просто делаю вид, что меня трудно заполучить, Райан. Ты и я, мы никогда не будем вместе.

Райан оглянулся вокруг и понизил голос, хотя большинство студентов уже находились в своих автомобилях, и единственными людьми рядом с нами была пара садовников, но они не могли слышать нас из-за шума газонокосилки.

— Слушай, — сказал он, — то, что случилось с тобой, было кошмаром. Я понимаю. Но ты никогда не переживешь это, если будешь все время держать людей на расстоянии от себя. Почему бы тебе не дать мне шанс? Я знаю, что часть тебя хочет этого.

Он почти умолял меня, и я была удивлена его напору, но после этого его рот исказился в кривой улыбке, и он сказал:

— Никогда не встречал такой девушки.

Я знала, что он шутит, но я также была уверена, что он думал, что это было правдой. Я была совершенно убеждена, что Райан действительно думает, что каждая девушка на планете счастлива от одного его присутствия. Хотя было очень, очень трудно не улыбнуться ему, поэтому я должна была действительно злиться на него, чтобы этого не делать.

Это не значит, что я ненавидела Райана, нет. Я была далека от этого, если говорить правду. Но тот факт, что он мне нравился, бесил меня, что делало ситуацию более невозможной, и только это заставляло меня быть гораздо злее.

— Мне не нужен шанс, чтобы понять, насколько ты удивительный. Я уже знаю. Ты постоянно говоришь мне об этом.

— Но это не то же самое, если ты сама это поймешь.

— Ты никогда не получишь этого. Я не хочу узнавать тебя, потому что я, честно говоря, не хочу, чтобы люди мне надоедали. И в это трудно поверить, но это все только об одном-единственном Мистере Совершенство, Райане Миллере!

Он действительно казался удивленным, и я осмелюсь сказать, что ему было немного больно от моих слов. Он не выглядел сломленным или что-то в этом роде, он просто выглядел расстроенным, но прежде я никогда не видела Райана таким. На самом деле, нет.

Я не могла отвести глаз от его хмурого взгляда, и он стоял, бросая вызов мне своими глазами, пока вдруг мы не услышали визг шин. Шум поразил нас, и мы оба обернулись, чтобы посмотреть, что происходит. Это был всего лишь Пол Уоррен, который демонстрировал свой новый джип, резко увеличивая скорость на школьной стоянке.

К сожалению для Пола, джип имел большие колеса, и он не знал, как с ними обращаться. Он потерял контроль над машиной, перепрыгнул бордюр и врезался прямо в школьную вывеску. Для которой бампер был слишком большого размера, потому что новая электронная вывеска стоила школе целое состояние и была радостью и гордостью директора школы Хуанга.

Не то чтобы я забочусь о придурках, как Пол, но, вопреки распространенному мнению, мое сердце не сделано полностью изо льда. Поэтому когда большой, громоздкий знак начал падать всем своим весом прямо на бедолагу с газонокосилкой, я побежала.

Мои рефлексы лишь чуть-чуть быстрее, чем у среднестатистического человека, и когда я двигаюсь так быстро, как могу, мне кажется, что все остальное движется медленно. Всего за доли секунды и прежде, чем кто-то понял, что происходит, я сбила садовника с пути.

Это должна была быть первая легкая попытка героизма, ведь так? С куском пирога? Да, я тоже так думала, пока не взрезалась в самого большого парня, которого когда-либо видела. Я не шучу: чувак был примерно четыреста-пятьсот фунтов[8]. Мне удалось сбить его и передвинуть в безопасное место, но я не была готова к такому большому сопротивлению. Удар был настолько сильным, что я упала на землю, и тех секунд, когда я была дезориентирована, хватило, чтобы знак упал на меня.

Удар выбил меня из колеи за считанные секунды, и, когда я пришла в себя, я поняла, как чувствовал себя Хитрый койот, когда в него врезался Дорожный бегун[9]. Боль. Много боли. И тогда я подумала, что супергерои не должны получать травмы. Жизнь несправедлива.

Хорошо, теперь я была новичком этого концерта по спасению людей, но это не было похоже на то, словно я закончила Академию супергероев. Из меня выбили дерьмо, но я уверена, если бы я не вмешалась, садовник был бы сейчас мертв, а не пытался встать на ноги, чтобы убедиться, в порядке ли я.

Вот тогда мне стало ясно, что любой нормальный человек в моем положении сейчас был бы мертв. Я должна была сделать что-то, поэтому я проигнорировала жжение в мышцах и использовала все силы, которые остались, чтобы поднять знак с себя и прислонить его к боковой стороне газонокосилки.

Затем я протиснулась в крошечное пространство под знаком и стала ждать Мистера Борца Сумо, который смог бы поднять его с меня.

Через несколько секунд три садовника смотрели на меня сверху вниз, шокированные тем, что я еще дышала.

— Старайся не двигаться, — сказал один из них. — Я вызвал скорую помощь.

Что я могла сделать? Я не могла просто встать и уйти, но я и не могла остаться и позволить какому-то санитару осматривать себя. После того, как мне потребовалось несколько секунд, чтобы побороть панику, я решила воспользоваться ничего-не-случилось тактикой. Супергерои в комиксах постоянно так делают. Все это произошло за считанные секунды, и, так как я была закрыта газонокосилкой, никто не видел меня. Я скрестила пальцы в надежде, что они были потрясены достаточно, чтобы поверить мне.

— Я в порядке, — сказала я, медленно вылезая из-под моего импровизированного навеса.

— Это невозможно, — прошептал Борец Сумо, которого я спасла. — Эта штука упала прямо на тебя.

— Нет, — сказала я, не обращая внимания на боль во всем теле, когда встала на ноги.

— Да. Он должен был сделать из тебя блин.

— Если бы так и было, я была бы сейчас мертва, — сказала я, пытаясь скрыть страх в своем голосе. — Я увернулась. Знак ударил газонокосилку, а не меня. — Я стряхнула с себя грязь и протянула руки, пытаясь игнорировать соблазн станцевать чечетку или что-то в этом роде. — Я в порядке, видите?

Я могла видеть их мысли, в которых они убеждали самих себя, что им все показалось, потому что исход должен быть другим. Тогда я расслабилась, потому что они купились, хотели они этого или нет.

Мое облегчение длилось всего секунду, потому что ученики, которые были на стоянке, стали прокладывать свой путь к нам, и они уже обсуждали, действительно ли это я нахожусь в центре хаоса. Мне нужно уйти отсюда, и когда, наконец, послышался вой сирены скорой помощи, все повернули головы в сторону этого звука.

Я пропала прежде, чем они обернулись.

Я хотела бежать. Домой, в Нью-Йорк, Гималаи — не имеет значения куда. Я была просто напугана и хотела быть где угодно, но только не здесь, но я знала, что это не вариант. Я должна была вернуться к Райану. В противном случае, я никогда бы не смогла объяснить факт своего исчезновения или то, что половина школы думала, что видела, как меня раздавило.

Я вернулась в школу, но не могла просто появиться рядом с Райаном, и из-за того, что я чувствовала себя так, будто меня переехал грузовик, я села на крыльцо. Я сидела там в течение нескольких секунд, когда увидела, что Райан внимательно оглянулся и начал идти ко мне.

— Вот ты где, — сказал он, все еще хмурясь в замешательстве. — Я не видел, как ты ушла. Я думал, что ты исчезла или что-то в этом роде.

Он засмеялся, но я не чувствовала себя веселой. На самом деле я не чувствовала себя хорошо во всех смыслах. Я думала, что люди с суперспособностями не могли получить травму, но моя голова болела так, что я спрятала лицо в ладонях, чтобы скрыться от света, который делал все только хуже.

— Джейми? Ты дрожишь. В чем дело? — спросил Райан, когда, наконец, понял, что я не в порядке.

Я думаю, что у меня может быть дрожь после случившегося, но я не могла объяснить ему.

— Я в порядке, — пробормотала я, не опуская рук. — Я просто не люблю аварии.

Это была правда. Я действительно ненавижу аварии, и я, наверное, до сих пор была бы расстроена, если бы не была частью этого. Это может иметь что-то общее с одной аварией в частности, я не знаю, но уверена, что Райан теперь думает о той же аварии, потому что он присел передо мной и очень бережно провел пальцами по моим волосам.

— Я даже не подумал об этом. Извини. Ты в порядке?

Его голос был таким успокаивающим, и то, как он гладил мои волосы, было таким удивительным, что на мои глаза навернулись слезы. Я не могла ничего с этим сделать. Я ни о ком не заботилась в течение года, кроме моих родителей, а Райан пытался успокоить меня, потому что он был действительно обеспокоен.

— Что я могу сделать? — прошептал он.

— Уходи, — пробормотала я.

Я не думала, что это на самом деле сработает, но я также не думала, что он поднимет мой подбородок вверх и вытрет слезы. Это было всепоглощающее чувство, и я была настолько шокирована, что не могла ничего делать, кроме как смотреть на него.

— Джейми…

Он остановился и уставился на меня с удивлением.

Должно быть, мы сидели около тридцати секунд, просто смотря друг другу в глаза, но чем дольше он смотрел, тем больше я была в замешательстве.

— Твои глаза! — наконец ахнул он. — Одна из твоих линз, должно быть, выпала. Они на самом деле… — Райан пытался сказать «желтые», но он не мог правильно выразить это слово. Из меня вырвались проклятия, и я отвернула свое лицо от него.

— Прости, — сказал он, когда я поднялась на ноги. — Я не хотел смотреть, но я никогда ничего подобного не видел. Я думал, что ты шутишь.

Я пыталась уйти, но его голос звучал настолько отчаянным, что я сделала только два шага.

— Пожалуйста, не убегай от меня на этот раз, — умолял он.

Я открыла рот, чтобы что-нибудь сказать, но кто-то на парковке позвал Райана по имени, и, когда я увидела Майка и его друга Джастина в нескольких метрах, мое сердце остановилось. Я замерла, но Райан улыбнулся и снял свои очки, затем надел их мне на лицо перед тем, как повернуться к своим друзьям, чтобы поприветствовать их.

— Приятель! — крикнул Майк. — Я думаю, что твоя воображаемая подружка была только что раздавлена знаком.

— Ты имеешь в виду Джейми? — спросил Райан, совершенно запутавшись.

— Да, — ответил Джастин, — а затем эта чудачка просто встала и ушла.

Райана обернулся, чтобы послать мне смущенный взгляд, и, когда Майк и Джастин поняли, что я стою рядом, они остановились, как вкопанные, во время своего движения.

— Но разве ты не…? — сказал Майк, не закончив свой вопрос.

— Извини, что расстроила тебя, — выплюнула я. — Но как ты видишь, я, очевидно, не была сбита сегодня вывеской. Я думаю, тебе надо просто продолжать надеяться, да?

— Тогда это должен был быть твой злой близнец, — сказал Джастин, — потому что он выглядел точно так же, как ты.

— Джейми и есть злой близнец, — проворчал Майк.

— Отстань от нее, Майк, — сказал Райан.

Не то чтобы я обиделась на оскорбления Майка, но было приятно видеть, что Райан защищает меня. Майк просто закатил глаза, а затем что-то пробормотал о том, что идет на тренировку.

— Я догоню, — сказал Райан.

Я сжалась, потому что знала, что он потребует объяснений, и я понятия не имела, что сказать.

После того, как Майк и Джастин ушли, лицо Райана снова выражало беспокойство.

— Позволь мне отвезти тебя домой.

— У меня есть машина.

— Да, но несколько секунд назад ты казалась довольно потрясенной.

— Что же, теперь я в порядке.

— Тогда я могу увидеть тебя после тренировки?

Хорошо, это было хуже, чем, если бы он просто спросил меня, почему мои глаза желтые. Это означало, что ему нужно, чтобы я объяснила ему, что произошло. Но это невозможно.

— Мне нужен отдых! — огрызнулась я. — Нет! Ты не можешь увидеть меня после тренировки. Я не шутила, когда говорила, что не хочу, чтобы ты больше беспокоил меня.

— Тебе не нужно бояться меня, Джейми.

— Я не боюсь тебя, — врала я. — Самоизгнание — это не крик о помощи. Это не какая-то пропаганда ледяной королевы, ясно? Из-за маленького инцидента Джейми не нуждается в тебе, чтобы ты мог спасти ее. Я не твой жалостливый проект!

Я видела, как поникло лицо Райана, когда он осознал, что на этот раз я говорю серьезно, и его лицо выглядело настолько расстроенным, что я хотела забрать свои слова назад. Очень жаль, что я не могла.

— Я делаю это не потому, что мне жаль тебя, — сказал Райан почти шепотом.

Я была удивлена его тоном. Я не знала, что он способен на что-то вроде смирения.

Слезы угрожали показать мои настоящие чувства, когда он потянулся к моей руке. Я отстранилась от него прежде, чем он смог прикоснуться ко мне, и из чистого отчаяния позволила энергии пульсировать по всему телу, чтобы она вышла из-под контроля.

Ничто не заставляет меня быть такой злой, как чувство того, что я отличаюсь от остального мира, и мне нужно рассердиться прямо сейчас, поэтому я позволила себе гневаться в течение секунды. Я бы, наверное, пронзила его электрическим током, если бы он прикоснулся ко мне, так что думаю, хорошо, что он не дотронулся до меня, но я устала бороться с собой, когда он рядом.

— Я не собираюсь быть очередным твоим завоеванием, — сказала я, наконец, когда пришла в себя.

— Прости?

На этот раз я оскорбила его, по-настоящему обидела, и это его задело, но я должна была так поступить. Чем дольше я поощряю его, тем больнее я бы ему сделала, а то, что ему будет больно, было неизбежным.

Я плотно сжала кулаки, молясь, чтобы он не видел меня насквозь, и сказала:

— В первый раз ты заговорил со мной потому, что поспорил с кем-то, что смог бы заставить меня поцеловать тебя, и ты пытался заигрывать со мной каждый раз с тех пор, как заговорил со мной.

— Да, потому что ты нравишься мне. Разве это настолько плохо?

— Ох, прошу тебя, Райан. Просто то, что я не разговариваю с людьми, не означает, что я не знаю, о чем они разговаривают. Джейми Бейкер, чудаковатая Ледяная Королева, которую невозможно расколоть? Поэтому парень, который нашел способ сломать лед и смог прибрать к рукам Королеву, будет здесь легендой, не так ли?

Мы стояли там, в течение минуты, и Райан был первым, кто нарушил молчание, но его голос звучал сердито.

— И ты думаешь, это то, что я делаю?

Нет. Вообще нет. Возможно, он шутил с Майком обо мне, но я могла сказать, что теперь это было не просто состязанием. Поэтому я ненавидела себя за те слова, которые сказала.

— Я знаю, что ты «мужик», но даже тебе не сломить Бейкер? — сказала я, цитируя его слова, которые он говорил Майку в то утро. Я знала, что он поймет. — Поспорим?

— Как ты…? — лицо Райана побледнело, когда он понял, что это его собственные слова. — Погоди, я не это имел это в виду! Я не просто говорил о…

— И что теперь? — перебила я, намеренно не желая дать ему шанс объясниться. — Поставь на меня двадцатку — я хороша для этого. Тебе никогда не попасть ко мне в трусики.

Я не хотела ранить его, но у меня не было другого выбора. Он бы никогда не оставил меня в покое, если бы я этого не сделала. Я делала некоторые плохие вещи в своей жизни, но то, как я обошлась с Райаном Миллером, до сих пор заставляет меня чувствовать себя плохо и по сей день.

— Хорошо! — рявкнул он, а затем проглотил свой гнев. — Ты выиграла. Я сдаюсь.

— Спасибо.

Он смотрел, как я ухожу от него, до тех пор, пока я не села в машину, но он отпустил меня, и я была уверена, что он больше не побеспокоит меня. Я знала, что приняла верное решение. Просто еще не осознала этого.

ГЛАВА 7

В тот день я плакала всю дорогу от школы до дома. Я не горжусь этим, но и не стыжусь. Я имею в виду, скольким людям приходится беспокоиться не о том, кем они являются на самом деле, а о том, кто они вообще. Быть Джейми Бейкер — это много ответственности, о которой я не просила. Ответственности, к которой я не была готова, которую не хотела. И которой не должно было быть. Особенно не в одиночку.

Я плакала, потому что несправедливо, что я должна отказаться от Райана. Отвергнуть его было вещью, которую необходимо сделать. Это просто отстой. Я не хотела и не должна была делать этого, когда все ребята моего возраста были заняты свиданиями.

Но в то же время несуществующая социальная жизнь — это не конец света. Я определенно немного драматизирую, но я думаю, что зацикливаюсь на Райане больше, чем нужно, потому что хочу забыть обо всех других причинах, почему я плачу.

Я взяла себя в руки, когда вернулась домой, хотя это из-за того, что я не хочу ничего объяснять маме. Я сумела успокоиться и остановить слезы, но в ту же секунду, как я появилась в дверях, моя мама знала, что что-то случилось. Она всего лишь взглянула на меня и сразу же бросилась ко мне, как и должна поступать хорошая мама. Она обняла меня, и я вскрикнула, когда она сжала меня, потому что, несмотря на то, что я уже отошла от аварии, думаю, что я, возможно, повредила плечо, и я чувствовала себя разбитой с головы до ног.

— В чем дело? С тобой все хорошо?

— Был несчастный случай, — пробормотала я, не в силах держать это в секрете от нее. — И я попыталась предотвратить его.

Я не могла сказать, расстроилась ли она из-за меня или нет, но она определенно была подавлена новостями. Я надеялась, что она не сердится на меня, но я не была слишком обеспокоена ее реакцией. С папой будет труднее.

— Ты ранена?

— Зависит от того, что ты понимаешь под этим словом.

— Кто-нибудь еще пострадал?

— Нет, но могли бы.

После того, как я посвятила ее в детали, мама мгновение сидела спокойно, а потом улыбнулась.

— Хорошо. Я очень горжусь тобой, дорогая.

— Да, но, мам, я была раздавлена огромной вывеской, но только я оставила в ней вмятины.

Моя мама снова обняла меня, впитывая новую волну страха от меня.

— Джейми, мы говорили с тобой об этом.

— Я знаю.

— Милая, ты необыкновенная молодая девушка, но ты не Супердевушка. Мы не знаем, как работают твои силы. Что если тебя ранят?

— Но что я должна была делать? Этот человек умер бы. Я должна была просто наблюдать, зная, что могу помочь?

— Ты не ответственна за спасение людей. Если Бог хочет, он заберет их.

— Тогда почему бы ему не забрать меня? — взорвалась я.

Я отскочила назад, оставив между нами небольшое расстояние, прежде чем я могла причинить ей боль. Я чувствовала, что могу потерять контроль, но я кричала не на нее, а просто орала, и я думаю, что она знала это. Помимо Дерека, если и есть другой способ оставить весь город без электричества, то это Бог. Учитывая, что один раз я уже подожгла провода на этой неделе, я сделала глубокий вдох, но не удержалась и спросила:

— Я Ему не нужна?

— Конечно, нужна.

— Тогда почему вместо того, чтобы позволить мне попасть в рай, как всем остальным, он оставил меня здесь и превратил в какого-то урода?

— Ты не урод, Джейми. Ты просто другая. У тебя все еще может быть норм….

— У меня не может быть нормальной жизни, мам! Я не могу посещать такие мероприятия, как танцы или футбол, как все остальные, потому что слишком занята попытками не слышать разговоры вокруг себя. У меня не может быть близких друзей, потому я слишком сильно беспокоюсь о той лжи, которую должна буду сказать им, если они зададут вопрос, на который я не смогу ответить. А о свиданиях не может быть и речи! Я не могу поцеловать парня, не превращая его при этом в кролика Энерджайзера!

Хорошо, может быть, я была немного больше расстроена проблемой с Райаном, чем Я-Не-Джейми-Которую-Раздавили-Прямо-Сейчас вопросом, потому что свет снова замерцал после упоминания поцелуя, из-за которого начались все мои неприятности. Моя мама не глупая. Она не стала терять время, чтобы все выяснить.

— Это как-то связано с Райаном?

— Я поцеловала его.

К сожалению, это была моя инициатива.

Я не знаю, что беспокоит меня больше: тот факт, что мама была так потрясена тем, что я поцеловала парня, или то, что она чуть не упала с дивана, потому что была так взволнована этим событием, что завизжала:

— Ты правда сделала это?

Не желая вдаваться в подробности отношений с Райаном, которых у меня и нет, я решила перейти сразу к делу:

— Это что-то сделало с ним.

— Что ты имеешь в виду под «это что-то сделало»? Что случилось?

— Я не знаю, мам. Что происходит со светом, когда я злюсь? Почему рыба выпрыгивает из аквариума, когда я прохожу мимо?

Я знаю, что моя мама ненавидит, когда у нее нет ответов на все вопросы, и я не ожидала их от нее, но я все еще хотела, чтобы у нее было что-то еще, кроме вздоха, для меня. Ее вздох был раздраженным, и мне было плохо из-за того, что я могу расстроить ее, поэтому я придержала свой сарказм и попыталась объяснить как можно лучше.

— Я поцеловала Райана, и это зарядило его как долбанные Duracell.

— Он в порядке?

Был ли Райан в порядке? Я даже ухмыльнулась из-за этой мысли.

— Если я и навредила ему, то он не возражал.

— Слава Богу!

Я бы хотела чувствовать облегчение, как и моя мама.

— Мне повезло, — сказала я угрюмо, — но в ту ночь я так нервничала, что довольно хорошо ударила его током, когда он пытался прикоснуться ко мне.

Даже просто воспоминания об этом прекрасном моменте заставили меня снова плакать.

— Он продолжает приглашать меня, — сказала я, всхлипывая, — и последнее, что я хочу, — это причинить ему боль, но как еще я могу остановить его? Я сказала ему ужасные вещи сегодня. Мне всегда придется делать это, чтобы оставаться в одиночестве.

— Нет, ты не останешься, — настойчиво сказала моя мама. — Мы поговорим с твоим отцом, когда он вернется домой. Я уверена, у него есть несколько идей, как все это решить.

Ох, он сделал все правильно. У моего отца было полно ответов, когда я все рассказала ему в тот же вечер. Он всегда был более практичным родителем, оставляя романтические мечты о счастливых концах и заслуживающих доверия людях моей маме. После обсуждения со мной каждой детали несчастного случая, спрашивая снова и снова, думаю ли я, что Райан знает, в чем я действительно была замешана, он пришел к выводу, что я никогда не должна быть вовлечена в нечто подобное.

Он не был зол на меня больше, чем я была зла на Райана, но он определенно занял твердую позицию, когда дело дошло до притворства, что я Чудо-Женщина, и, честно говоря, это более чем устраивало меня. Это был мой первый несчастный случай, и я бы с удовольствием предпочла, чтобы это была моя последняя попытка спасти положение.

Единственное, что мне не нравилось в нашем разговоре, это то, насколько папа согласен со мной по поводу Райана. Я знала, что это не было связано с личностью Райана, потому что он потратил все выходные, пытаясь убедить меня в том, что дружба с Райаном могла быть хорошей, но теперь Райан знал слишком много. Теперь он был угрозой.

— Тебе может это не нравиться, — сказал он, — но ты поступила правильно, оттолкнув Райана.

Я знала, что сказала точно такие же слова несколько часов назад, но когда это сказал мой папа, они действительно взбесили меня. Затем, делая все только хуже, он в принципе запретил мне разговаривать с Райаном. Он сделал это из-за хороших побуждений, но неразумный подросток во мне все еще хотел пойти завтра в школу и все рассказать Райану, просто так.

— Будет лучше, если ты оставишь все так, как есть, — ответил мой отец, когда я сказала ему, что это не имело значения, потому что Райан все равно меня сейчас ненавидел.

— Что случилось с «будь нормальным подростком, гуляй, заводи друзей»?

— Он хороший парень, но мы не знаем, как он поведет себя, если узнает, кто ты. — Я хотела возразить, но знала, что не было никакого смысла. — Джейми, ты ненавидишь эту тайну. И это несправедливо, что ты заставишь и его нести ответственность. И это также небезопасно ни для кого из вас.

Я испытала чувство вины и даже больше. Не то чтобы раньше я рассматривала возможность, но теперь я действительно никогда не заговорю с Райаном снова. Конечно, это Райан, поэтому я не могу нести ответственность, если он заговорит со мной первым, и я уступлю ему во всем, в чем он захочет. Глубоко-глубоко в душе я надеялась, что будет именно так, но этого не произошло. Предполагаю, я должна сказать, мне повезло, что Райан сдержал свое обещание сдаться, потому что на следующий день я проснулась с такой болью, что даже если он попытается сказать «привет», он бы что-нибудь понял.

Знаете, если вы забыли размяться перед тренировкой, а затем идете спать, то, просыпаясь, не можете разогнуться? Ну, по-видимому, быть раздавленной тонной имело такой же эффект, и я думаю, что к супермышцам приходит суперфитнес. Так что мне сейчас нужно было суперобезбаливающее. Но как ты можешь обратиться к врачу с просьбой о лекарствах для лечения травмы, полученной в результате несчастного случая, в котором ты не участвовал?

Я проснулась, и мне было так больно, что я едва могла двигаться и могла бы легко попросить моих родителей оставить меня дома, за исключением того, что может показаться подозрительным, что я не пришла в школу на следующий день после того, как половина моих одноклассников наблюдала за тем, как меня сплющило. Поэтому я проигнорировала боль и пошла в школу. Да, быть мной — отстой.

Я ни с кем не разговаривала и даже ни на кого не смотрела в тот день, но я слышала всех. Все они говорили одно и то же. Кто-то сказал, что на меня упал знак, а потом кто-то другой спорил с ним, что я была с Райаном, когда это случилось. Затем, конечно, первый человек хотел поинтересоваться, были ли мы с Райаном вместе.

Слухи о Райане и моей тайной любви распространялись, как лесной пожар, и к обеду все говорили об этом, все, кроме Райана. Он ни разу не произнес моего имени за весь день. Даже когда Эми Джонас набралась мужества и спросила его прямо в лицо, были ли слухи о нас правдой. Он просто сказал:

— Нет.

Тогда в истинной манере Райана он улыбнулся ей и спросил:

— А что? Ты обеспокоена, что я вне игры? — Бедная Эми покраснела, и Райан рассмеялся. — Боюсь, я все еще одинок. На самом деле я свободен в пятницу вечером. Не хочешь пойти в кино или что-нибудь в этом роде?

Мне было смешно, как глаза Эми загорелись из-за этого спонтанного предложения. Она старалась не визжать, когда согласилась на свидание. То, что она лишилась чувств, было почти жалким, и если бы я не была слишком занята тем, чтобы быть нормальной, ревнивой, эмоциональной девушкой, я бы похвалила его. Парень действительно творит чудеса с девушками. Вместо этого я хотела прикончить их.

То, как действовал Райан, меня очень злило. Может быть, я действительно была просто вызовом для него. Это имело смысл, я полагаю, но он действовал так, будто вчера ничего не произошло, и мы вовсе не ссорились, практически так, будто я даже не существовала. Я продолжала говорить себе, что это то, о чем я его просила, и что он просто добросовестно держал свое слово, но это не помогло. Этот день был паршивым для меня, но худшее еще не произошло.

Директор Хуанг указал на меня:

— Это она.

— Джеймелинн Бейкер? — спросил один из полицейских.

— Я предпочитаю Джейми.

— Мисс Бейкер, вчера днем перед школой произошел несчастный случай, и все свидетели говорили о девушке, похожей по описанию на вас.

— Мило.

Я не думаю, что кто-то из полицейских оценил мой ответ, но я не сдержалась. С момента моей аварии — полицейские, врачи и папарацци, все они охотятся за мной ради информации — я не очень хорошо реагирую на какую-либо форму допроса.

— У нас также есть несколько свидетелей, которые указали именно на вас.

— Что ж, мне жаль отказываться от главной роли, но это была не я.

Старший из двух полицейских, тот, что задавал вопросы вплоть до этого момента, фыркнул из-за раздражения, и второй парень взял все на себя.

— Вы не в беде или что-то подобное, мы просто надеялись получить немного информации, которая прольет свет на некоторые вопросы, оставшиеся без ответа.

— Да, нам нужны ответы! — прервал директор Хуанг, он был на грани. — Мистер Уоррен явно напоролся на мою вывеску, но страховщики угрожают не платить, потому что они говорят, что ущерб не совпадает с описанием того, что произошло. Вы можете в это поверить?!

На самом деле я могла в это поверить. Уверена, страховой компании была очень интересна небольшая вмятина, которую я оставила на этом драгоценном знаке. Меня не интересовало повреждение этой глупой вещи. В конце концов, он полностью упал на меня.

— И, конечно, мы хотим убедиться, что вы в порядке, — добавил молодой полицейский, все еще пытаясь уломать меня.

К несчастью для него, я ненавижу подлиз почти так же сильно, как и полицейских. Я перевела взгляд от него обратно к первому полицейскому, который все еще хмурился на меня, и ухмыльнулась.

— Хороший полицейский, плохой полицейский, да? Я думала, такое бывает только в фильмах.

У меня никогда не было больших неприятностей, но я все равно очень нервничала и боялась, что если бы они все поняли, то могли бы догадаться, что я была действительно вовлечена в это. Я полагала, что, будучи непослушным подростком, отвлекала их достаточно, чтобы они не заметили, как я испугалась.

Казалось, это работает с директором Хуангом.

— У школы нет тысячи долларов, чтобы заменить эту школьную вывеску, — сказал он, — поэтому, если вы что-нибудь знаете, вы должны нам сказать.

— К сожалению, мистер Хуанг, я не знаю, что вам сказать. Может быть, в следующий раз вы подумаете о деревянном знаке.

Мистер Плохой Коп начал терять терпение.

— Мисс Бейкер, — сказал он, почти крича, — если вы не готовы к сотрудничеству, тогда я боюсь, что нам придется арестовать вас и продолжить обсуждение этого вопроса в отделении.

— Арестовать меня? — повторила я недоверчиво. К несчастью, я сказала это довольно громко, и вокруг нас сразу же образовалась толпа. Я не хотела терять самообладание, но они продолжали тонко намекать на доказательства и нападать на ребенка перед ее одноклассниками, что было довольно жалким. — Арестуете меня за что?

— Вы знаете, что, уйдя с места аварии, вы нарушаете закон?

— О, мне так жаль. Я не знала, что, увидев аварию через парковку, я стану важным свидетелем.

— Девушка, некоторые из ваших одноклассников сказали, что видели, как вы пострадали от упавшего знака.

— Ну, это, своего рода, невозможно, учитывая, что меня даже не было на стоянке, когда это случилось. Спросите мистера Эдвардса — я вчера задержалась в классе.

Оба полицейских посмотрели на моего учителя, и он пожал плечами.

— Это правда. Она вчера задержалась в классе на десять минут после звонка.

Копы нахмурились, и когда сварливый начал что-то строчить в своем блокноте, мистер Эдвардс снова нарушил молчание, обращаясь к группе учеников, которая образовалась вокруг нас.

— А если говорить о звонке на урок, то все должны идти в классы прежде, чем вас оставят после занятий.

Учащиеся начали расходиться, но мистер Эдвардс не последовал собственному совету. Пока он с любопытством наблюдал, молодой полицейский — Мистер Хороший Коп — застал меня врасплох, когда попросил, чтобы я сняла свои очки. Я точно знала, к чему он ведет, и вообще не беспокоилась об этом, так что я без колебаний сняла очки и показала ему глаза.

— Может быть, она говорит правду, Вик, — сказал он своему товарищу. — Оба глаза одинакового цвета, а не зеленого или желтого. Они карие.

Я не знала, что Райан по-прежнему наблюдал за моим допросом, пока он не подошел к полицейскому с широко открытыми глазами. Когда я увидела его, мое сердце стало биться чаще.

— Зеленый и желтый? — сказал Райан, глядя на меня с удивлением.

Офицер принял удивление в голосе Райана за замешательство.

— Все трое из садовников, присутствовавших при аварии, описали девушку, у которой один глаз зеленый, а второй желтый, — пояснил он. — Они были абсолютно уверены.

Райан снова посмотрел на меня, и я могла видеть это в его глазах. Он знал. И он знал, что я знаю, что он знает. Мы смотрели друг на друга — или, вернее, он смотрел на меня, пока я паниковала, как олень, попавший в свет фар, — пока полицейский не засомневался в нас обоих.

Райан справился с этим лучше, чем я. Он улыбнулся полицейскому своей мальчишеской улыбкой и прикрыл меня, как профессионал.

— Я был с Джейми вчера после уроков. Мы только что вышли из передних дверей, когда произошла авария. Я бы с радостью тоже дал вам показания, но сомневаюсь, что вам это очень поможет. Мы ничего не видели.

— Так вы были с ней в момент аварии?

— Да, сэр.

— Обман полицейских — это уголовное преступление, молодой человек, — прервал Мистер Плохой Коп. — Вы же не просто прикрываете эту молодую девушку, не так ли?

Райан послал мне еще один понимающий взгляд.

— Нет, сэр. Я клянусь, она была со мной все это время.

Старший полицейский скептически осмотрел Райана с головы до ног и вздохнул, когда снова начал записывать.

— Ваше имя?

— Это Райан Миллер, — сказал директор Хуанг, не давая ответить Райану.

— И я полагаю, что ты ее парень или что-то в этом роде? — спросил полицейский.

— Эм, нет, сэр, мы просто партнеры по проекту. Она брала у меня интервью перед тренировкой по футболу для своей статьи.

Сварливый полицейский казался разочарованным таким ответом, и, к сожалению, он был не единственным. Это напомнило мне о ссоре с Райаном днем раньше. Я плохо себя чувствовала из-за того, что Райан был вынужден мне помогать после того, как я сказала ему держаться от меня подальше, но я была благодарна за то, что он сделал, даже если я и знала, что мои отношения с ним стали сейчас только хуже.

— Кто-нибудь был еще с вами?

— Да, Майк Дрисколл и Джастин Рейдер разговаривали с нами сразу же после того, как это случилось. Они могут сказать вам, что это была не Джейми. Они говорили это весь день в школе. Это, должно быть, был кто-то, кто просто очень похож на Джейми.

— Хорошо, — сказал полицейский, еще раз драматично вздохнув, — но если истории этих парней не совпадут, мы свяжемся с вами, мисс Бейкер.

— Не могу дождаться.

После того, как полицейские ушли, взяв с собой раздраженного директора Хуанга, я сражу же побежала на урок. Я благополучно зашла в класс, прежде чем Райан смог догнать меня, но я знала, что на этот раз он не отстанет. Сомневаюсь, что Райан слышал хоть одно слово, которое было сказано в классе в этот день, потому что он смотрел на меня с того момента, как мы заняли свои места, и до звонка.

Я вышла за дверь так быстро, как только могла, но Райан преследовал меня всю дорогу до дома. К тому моменту, как мы вышли из своих машин, я была зла на него.

— Разве у тебя не тренировка?

— Да, — ответил Райан, не обращая внимания на то, что я показывала, как рассердилась. — Тренер будет очень зол, что я пропустил тренировку, но я не уйду, пока ты не объяснишь мне, что происходит!

Не думаю, что игра в дурочку сработает, но я должна была попытаться.

— Что? Я потеряла одну из своих синих контактных линз, и у меня их больше не осталось, поэтому я носила коричневые. Почему, ты думаешь, я целый день была в твоих солнцезащитных очках? — я передала Райану очки. — Теперь ты можешь забрать их назад, спасибо.

Райан забрал свои очки, и я начала уходить, но он остановил меня.

— Ты участвовала в той аварии?

— Не будь идиотом, это невозможно.

— И все-таки половина школы видела тебя, и полицейские ищут девушку с зеленым и желтым глазами.

Я не знала, что сказать. Я стояла там, медленно позволяя моим эмоциям выйти из-под контроля, и Райан, наконец, пошатнулся.

— Ты должна объяснить мне, Джейми. Я схожу с ума! Я ради тебя лгал полицейским, а я даже не понимаю, о чем лгал. Ты должна мне!

Он выглядел абсолютно отчаянным, и он знал, что случилось что-то странное. Мы прошли этап, когда притворялись, так что в этот момент я поняла, что лучше все рассказать, а не позволять ему понимать это самостоятельно. Я оглянулась на свой дом. Когда я услышала, что мама внутри занимается чем-то похожим на аэробику, я поняла, что она не слышала нас, и я снова посмотрела на Райана.

— Пожалуйста? — умолял он.

— Хорошо, — сказала я, толкая его к его машине, — но не здесь.

И снова я сдалась Райану Миллеру.

ГЛАВА 8

Я привыкла загадывать желание, что однажды уеду из своего провинциального городка, в котором выросла. Но я думаю, что не была достаточно конкретной, потому что пригород Сакраменто? Большой шаг назад. Мы проезжаем через его тусклые коричневые окрестности, и это похоже на кукурузные поля, которые я очень сильно ненавидела в Иллинойсе, только не такие гламурные.

Да, нет ничего, кроме бесконечных рядов маленьких домиков, мелькающих в окне, которые делают наше неловкое молчание еще более неловким. Когда мы, наконец, достигаем окраины города, Райан нарушает тишину жалким словом:

— Куда?

— Останови машину!

Райан немного ошеломленно посмотрел на меня, но припарковался. Я тут же выскакиваю, прежде чем сожгу машину вместе с ним. Когда начинаю уходить, я чувствую, как электричество пульсирует по моему телу, и я слишком расстроена, чтобы прекратить это.

— Остановись! — закричала я, когда Райан побежал за мной. — Не прикасайся ко мне!

Он останавливается только на секунду, потому что я напугала его, но затем он медленно протягивает ко мне руку.

— Я серьезно, Райан! Не подходи ко мне! — я пячусь от него. — Я не хочу причинить тебе боль!

Райан не выглядит просто сконфуженным; он напуган. К сожалению, он имеет право бояться. Я была опасна.

— Что ты имеешь в виду под «причинить мне боль»?

— Я не могу контролировать это!

— Контролировать что?

Чем больше расстраивается Райан, тем более безумной становлюсь я. Я сжимаю руки в кулаки, когда чувствую, как температура моего тела повышается, и вдруг ближайший ко мне светофор загорается и взрывается.

После того, как Райан увернулся от душа из стекла, я наблюдаю, как он логически связывает свой грузовик, разбитую лампу и меня. То, как отвисает у него челюсть, заставляет меня чувствовать тошноту. Возможно, это был один из самых худших моментов в моей жизни, и я хотела убежать. В конце концов, какое теперь будет иметь значение, если я просто исчезну? Райан четко знал, что я была другой.

Но по какой-то причине я не могла заставить себя двигаться. Я не могла здраво рассуждать. Я не могла даже дышать. На самом деле, Райан первым пришел в себя. Он поднял руки и медленно отступил назад.

— Хорошо, я отхожу в сторону, — его голос низкий и мощный, но он очень успокаивает, и дистанция, которую он создал между нами, очень помогает. — Сделай глубокий вдох, — советует он, — и давай попробуем оставаться спокойными.

Райан глубоко вдохнул, как будто он тренировал сам себя и, на самом деле, не говорил со мной вовсе, но я все равно подчинилась его приказу. Я могла чувствовать, как мои мышцы начали расслабляться, когда сосредоточилась на звуке его дыхания.

Когда я успокоилась, низкий гул фонаря прекратился, и, в конце концов, я смогла сделать глубокий вдох, в котором так отчаянно нуждалась. Приятно чувствовать, что я снова дышу. Кроме того, мне теперь было легче успокоиться, потому что я видела, что Райан не паниковал или тому подобное. Я закрыла глаза и сделала несколько более глубоких вдохов.

— Ты готова поговорить со мной? — спросил Райан, когда убедился, что разговор не заставит меня снова что-нибудь взорвать.

Я была готова больше, чем когда-либо буду, поэтому я развела руками, признавая свое поражение. Я в небольшом оцепенении направилась обратно к его грузовику, но когда я начала садиться на пассажирское сидение, то поняла, что Райан еще стоит в добрых десяти футах от меня. Он поборол беспокойство, как будто не хотел задавать следующий вопрос, но у него не было выбора.

— Это безопасно?

Я была слишком усталой из-за всего этого, чтобы расстраиваться по поводу того, что он боялся меня, поэтому просто кивнула. Он очень медленно подошел к грузовику, и я заметила, что он колебался, прежде чем завести машину.

Я не знаю, почему чувствовала, что должна извиниться, но прошептала слабым голосом:

— Прости меня.

Он ничего не ответил. Вместо этого он посмотрел на сожженный фонарь еще раз, а затем повез нас к себе домой, не сказав ни слова.

— Здесь только мы, — в конце концов пообещал он, когда я не решалась последовать за ним внутрь.

Он не мог оторвать от меня глаз, когда я вошла, но я не могла встретиться с ним взглядом. Я смотрела куда угодно, только не на его лицо, потому что не хотела видеть выражение его лица. Я не хотела видеть, как он смотрит на меня, как будто боится меня, или как будто думает, что я какой-то урод, которого нужно держать в клетке. Многие люди смотрят на меня именно так, но я привыкла, что Райан видит во мне человека. Обычно он смотрит на меня так, будто я нравлюсь ему, или о ком он действительно заботится. Придется увидеть, что это все в прошлом, потому что он узнал, что правда может принести слишком много боли.

Я стою у входа, оглядываясь по сторонам, удивленная, что в декоре дома отдали предпочтение дереву. Даже, несмотря на то, что это место вызывало у меня мирные чувства, я почувствовала, что иду на смерть, когда за мной закрылась дверь. Вокруг моей шеи была веревка, и толпа ждала, когда под моими ногами провалится земля. Я понимаю, что это своего рода ужасная аналогия, но то, что я должна была рассказать Райану правду о себе, чувствовалось, как конец моей жизни, которую я знала.

Я прокручивала у себя в голове эти сцены, пока мне, наконец, не хватило смелости посмотреть на Райана. Вместо того чтобы спросить, есть ли мне что сказать напоследок, он тихо спросил:

— Подобные вещи случаются с тобой все время?

Да, ситуация ужасна для меня, но голос Райана настолько слаб, что я поняла, что я не единственная, кто сейчас борется с собой. Райан был в шоке. Он пытался изо всех сил скрыть это от меня, но классической дерзкой улыбки Райана не было.

Я думала, что, увидев, как он боится, мне будет больно, но он казался таким же уязвимым, как и я. Своего рода это хорошо, что не одна я здесь была бессильной, и я была в состоянии ответить на его вопрос без того, чтобы он снова растерялся.

— Только когда я расстраиваюсь.

— Так вот что произошло в моем грузовике? И в тот вечер у тебя дома, когда погас весь свет? — Райан с трудом сглотнул, как будто не хотел верить в то, что он думает, но он знал, что это было правдой. — Это была ты?

Я пожала плечами.

— Люди имеют право называть меня уродкой.

Райан вздрогнул, когда я произнесла слово «уродка», давая мне крошечный проблеск надежды, что он не согласен с этим. Он не стал поступать как моя мама, говоря, что я не одна, он просто смотрел на меня в течение нескольких секунд, прежде чем спросить:

— Ты же не собираешься взрывать мой дом? — он был искренне обеспокоен, и я не могла его за это винить.

— Весь дом? — я покачала головой и попыталась улыбнуться, но потерпела неудачу. — Нет. Но я не могу пообещать, что не спалю автоматический выключатель, если буду слишком расстроена.

— Так это происходит только тогда, когда ты злишься?

— Злюсь, нервничаю, боюсь, волнуюсь… Все время. Просто это сложнее контролировать, когда я на эмоциях.

Повисла тишина, и я была в ужасе от того, как он снова уставился на меня. Он делал это не потому, что был грубым, он просто пытался принять все, что я сказала. Когда он вышел из своего транса, он заговорил более расслабленным тоном.

— Тогда давай попробуем сохранять спокойствие, хорошо?

Уголок его рта дернулся, словно он действительно пытался улыбнуться, несмотря на то, что был полностью разбит. Этого было достаточно, чтобы на время сдержать электрические бури. Я кивнула, но сказала слабым голосом:

— Я попробую.

— Пойдем, — Райан бросил свой рюкзак на пол. — У меня есть кое-что, что может помочь.

Я последовала за ним на кухню и стала заинтригованно наблюдать, как он поставил на плиту чайник. Я ничего не сказала, когда он вытащил из шкафа какое-то домашнее варево из листьев, но когда он поставил две довольно маленькие чашки с крошечными блюдцами на стол, я, наконец, выдавила улыбку.

— Ты должен был предупредить, что у нас будет чаепитие, — дразнила я. — Я бы принесла свои куклы Барби.

Я была очень удивлена, когда вечно уверенный в себе Райан Миллер покрылся густым румянцем, но он был таким милым, что я больше не хотела ничего усложнять.

— Мои родители в последнее время помешаны на всем природном, — нервничая, объяснил он. — Лекарственные средства растительного происхождения и прочее. Этот должен снимать напряжение.

— Это реально работает?

— Я надеюсь на это, — со смехом сказал Райан, когда начал заливать листья кипятком. — Моя мама использует экологически чистые лампочки. Они дорогие, и мне придется работать в течение месяца, чтобы заплатить за них, если ты вздумаешь их взорвать.

Я странно на него посмотрела, но, наконец, рассмеялась, и на несколько секунд мы превратились в обычных подростков, которые наслаждаются компанией друг друга, так же, как в тот вечер, когда он примерил мою корону. Я не могла поверить, что мы шутили о моих силах, но это было такое облегчение, что больше не было напряженности. Я думаю, он испытывал такие же чувства, потому что, когда мы смеялись, он наконец-то стал тем расслабленным, счастливым Райаном, которого я тайно желала увидеть.

Когда я стояла и смотрела, как Мистер Звезда Квотербэк радостно пил чай из кружки с цветочками, как будто он постоянно так делал, я, наконец, поняла, что, кроме его увлечения футболом, ничего не знаю о нем. Мне вдруг захотелось узнать все.

— Так твои родители хиппи?

Мне понравилось, как он съежился. Я знаю, что это, возможно, означает, что я получаю удовольствие от того, как Райан покрывается румянцем, но я не могла сдержать улыбки, глядя на его очевидное смущение. Было приятно на этот раз иметь над ним верх.

— Не совсем хиппи. Они больше похожи на супер крепких орешков. Моя мама — инструктор йоги, а мой отчим — оратор-мотиватор. Таким образом, вместо встреч, где обнимают деревья, и акций протеста, у нас семинары самопомощи и медитации.

— И расслабляющие лекарственные средства растительного происхождения, — подразнила я, подняв кружку с чаем.

— Так чай работает? — в голосе Райана слышалось больше надежды. — Ты чувствуешь себя лучше?

— Может быть, немного.

— Достаточно, чтобы сказать, что происходит, не взорвав меня?

Мое сердце екнуло от его слов, но он уже знал, что я была другой, и был готов шутить на эту тему, но я не знала, почему мне было так трудно объяснить это. Может быть, потому, что я никогда не говорила об этом вслух, кроме как с родителями. Кроме того, он не знал в полной мере о том, о чем мы говорили.

— Я работаю над этим, — сказала я, делая последний глоток чая.

Райан мгновение смотрел на меня, думая, ответить ли что-нибудь, затем пожал плечами и повел меня на задний двор. Сначала я подумала, что он полагал, будет меньше разрушений, если я буду на улице, но когда мы вышли во двор, мы словно оказались в другом мире.

Я никогда не видела более прекрасного двора. Здесь было множество цветов и деревьев, и даже пруд с миленьким фонтаном в центре. Я была очень удивлена, поэтому просто стояла и глазела, пока Райан не схватил меня за руку и не повел через сад к крошечной беседке.

— К сожалению, у нас нет места, где можно сесть, — сказал он, когда я села на тонкий коврик. — Здесь моя мама занимается йогой.

— Я понимаю почему. Здесь красиво.

— Мой отчим называет его садом дзен. Я не шучу о медитации, — я была немного удивлена, когда Райан зажег благовония. Опять же, как если бы он часто делал это.

— Твой отчим кажется интересным человеком.

Я знала, что попала в беду, когда доверие Райан вернулось, но я еще не была уверена почему.

— Да, он немного отличается, — сказал он, садясь рядом со мной. — Но теперь мне кажется, что все люди, которые меня окружают, немного необычны.

И вот он снова хозяин положения. Райан подмигнул мне, как будто действительно только что вернул власть в свои руки. Он не только сумел перевести разговор на мои возможности, но и смог поразить меня этим. Хуже всего то, что это прозвучало очень мило и заставило меня покраснеть!

Что с ним было? Если бы я не была осторожной, я бы целовала его пять минут, а на шестой он бы уже умер. Я никогда не хочу проходить снова через это, чтобы кого-нибудь не убить, поэтому я стряхнула с себя его чары и прошептала:

— Я не должна быть здесь.

Я попыталась встать, чтобы уйти, но Райан сразу же потянул меня вниз.

— Ладно, ладно. Мне жаль, хорошо? Больше никакого флирта. Обещаю. Пожалуйста, не уходи.

Райан послал мне взгляд, такой грустный, отчаянный… и милый. Если кто и мог сопротивляться такому, то точно не я. Я не могла отказать этому парню.

— Я не плохой парень, и ты знаешь это, — сказал он, когда я снова почувствовала себя комфортно. — Ты не должна бояться меня.

Я знала, что никогда не смогу уйти, ничего не объяснив ему. Я также знала, что пришло время и некуда больше оттягивать, но у меня не было никаких идей, с чего начать. Я глубоко вдохнула и посмотрела вниз на свои ноги, потому что нет никакого способа, чтобы я смогла пройти через это, смотря ему в глаза.

— Я должна бояться всех, — прошептала я. — Даже саму себя.

Мне удалось на мгновение поднять взгляд, и я увидела, что Райан хотел возразить, но он не смел прервать меня, когда я, наконец, начала говорить.

— Для людей небезопасно знать обо мне. И пока я не пойму, как контролировать себя все время, людям небезопасно даже находиться рядом со мной. Ты сам видел. Это опасно.

— Что же… это такое?

— Я не знаю точно. Я излучаю какую-то странную энергию. И, как ты заметил, мне иногда сложно держать это под контролем.

— Так ты взрываешь вещи силой мысли?

Он был на сто процентов серьезен. И я знаю, что я последний человек, который должен так говорить, но сила мысли? Бросьте, это смешно.

— Нет, это работает не так, — сказала я, сдерживая смех. — Это как электричество.

— Электричество?

Пока что все идет хорошо. Райан, кажется, больше не испытывал шок. Он выглядел действительно заинтригованным, поэтому я рискнула и провела своей рукой над его головой.

— Да, — я снова улыбнулась, когда его волосы встали дыбом. — Электричество.

Когда я убрала руку, Райан потянулся и ощутил статический заряд в своих волосах. Он минуту поигрался с этим, потом уложил свои волосы, а затем посмотрел на меня в полном восхищении.

— Это вроде круто, — прошептал он.

Его восхищение было настолько сильным, что я забыла обо всем на свете. Мое сердце начало трепетать, и я так сильно хотела, чтобы он поцеловал меня, что мне стало больно. Конечно, когда он наклонился ко мне, как будто действительно мог сделать это, я снова замолчала и сказала себе, что могу удержаться от того, чтобы не броситься на него.

— Когда я теряю контроль, какой-то скачок напряжения взрывается во мне, и что-нибудь электрическое рядом со мной поджаривается. Вот когда становится действительно страшно.

Райан разочарованно отклонился немного назад, когда понял, что момент упущен.

— Это имеет смысл, — сказал он. — Но почему ты так боишься навредить мне? Я же не на батарейках.

— Ты шутишь, да? — Райан просто взглянул на меня пустым взглядом. — Да, я не могу выключить тебя, как свет, но это не означает, что я не могу причинить тебе боль, если ты коснешься меня, когда во мне пульсирует сила. Ты не обращал внимания в классе естественных наук?

— Я, возможно, спал раз или два, — надулся Райан, как будто мой комментарий его оскорбил, но я знала, что он улыбался, говоря это. — Эй, я не могу быть красавчиком и гением сразу. Не хотелось бы, чтобы все девчонки в школе начали борьбу за меня или что-то в этом роде.

— Ох, пожалуйста! Они и так уже делают это, и ты знаешь, что тебе это нравится.

— Ладно, хорошо, может быть, это так, — хмыкнул Райан. Но потом его лицо стало серьезным. — Но действительно расстраивает, что одной девушке в школе даже не нужно выходить на ринг, чтобы бороться за меня.

Ладно, он не просто заставляет меня краснеть своей дурацкой спортивной метафорой. Что со мной не так?

Сладко говорящий подонок.

— Райан, — вздохнула я. — Ты говоришь это только потому, что я первая девушка, которая сказала тебе «нет».

— Я знаю, что ты так думаешь, — Райан решительно покачал головой. — Но это неправда.

— Ты имеешь в виду, что тебе раньше отказывали? — в моем голосе слышалось сомнение.

— Хорошо, нет, — признался Райан, на его губах появилась дерзкая ухмылка. — Но ты знаешь, что я имел в виду не это.

— В любом случае, этого никогда не произойдет, поэтому перестань пытаться. Пожалуйста!

— Но почему? Я только что узнал о тебе правду, так что тебе мешает?

— Ты когда-нибудь рассматривал этот вопрос с точки зрения того, что я не заинтересована в этом? Может быть, ты мне не нравишься в этом смысле?

Райан посмотрел на меня так, словно я сказала то, что невозможно в принципе.

— Как это не нравлюсь?

Я без энтузиазма посмотрела на него, но он не считал нужным отступать.

— Предлагаю сделку, — сказал он, и я должна была признать, что мне стало любопытно. — Мы сходим в эти выходные на настоящее свидание, в любое место, куда ты захочешь. Но ты должна быть непредвзятой и дать мне шанс. Если я не смогу влюбить тебя в себя до беспамятства к концу вечера, я никогда не попрошу снова.

И вот он снова сломал меня. Как будто ему потребуется ждать конца вечера. Ему даже не нужно ждать до конца этого разговора. Я могла чувствовать, как кивает моя голова, не дождавшись моего согласия.

— Нет! — крикнула я, стараясь оставаться сильной. — Мы никогда не пойдем на свидание. Мы не можем! Ты помнишь ту часть меня, которая опасна?

— Ты можешь спалить электронику, большое дело. Я просто не буду стоять рядом с тем, что может взорваться.

— Ты по-прежнему проводишь электричество! — я не хотела кричать, но отчаянно желала заставить его увидеть, насколько серьезной я была. — Всего лишь одно касание. Если бы ты приблизился ко мне, когда я действительно расстроена, или застал бы меня врасплох и испугал, я могла бы поджарить тебя. Поверь мне, несчастные случаи происходят, и если бы кто-нибудь сделал так, я бы не смогла остановить себя. Я бы психовала, и это только убило бы тебя быстрее. Мне очень жаль, Райан, но я не могу рисковать.

Казалось, цель была достигнута. Из Райана вырвался огромный разочарованный вздох.

— Хорошо, если мы никогда не сможем быть друзьями или кем-то еще, тогда что ты здесь делаешь? Почему ты пошла со мной? Почему ты мне все это рассказываешь?

— Я не хотела, но у меня не было выбора, — из-за путаницы в его глазах мне хотелось плакать. Я понизила голос, чтобы он не заметил, как он дрожал. — Ты знал, что я была в той аварии. Я боялась, что, если не приду, ты разозлишься и всем расскажешь обо мне.

— Ну, это то, о чем ты можешь не волноваться. Я никому не собираюсь рассказывать. Обещаю.

Я была удивлена тому, настолько задетым он выглядел. Опять! Похоже, каждый раз, когда я разговариваю с ним, я обижаю его в той или иной форме. Из-за этого я чувствовала себя очень плохо, но также чувствовала себя такой же опустошенной, как и он на данный момент. Я едва слышно прошептала:

— Спасибо.

Он кивнул, я пожала плечами, и мы просто сидели.

Я снова осмотрела сад вокруг себя, и это действительно правда, что они говорят о поиске спокойствия в красивых местах. Сад был очень красив, и у меня было столько мыслей в голове, что было трудно поспевать за ними. Я не знаю, как долго Райан позволил мне сидеть и думать, но, кажется, прошла целая вечность, прежде чем он заговорил.

— Джейми? — я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. — Как именно ты участвовала в той аварии? Это не имеет никакого смысла. Благодаря электричеству ты не можешь быть в двух местах одновременно. И как так получилось, что ты не пострадала? Майк сказал, что вывеска упала на тебя.

Я знала, что это случится. На самом деле я удивлена, что он так долго не спрашивал. Но несмотря на то, что Райан уже знал, что я была другой, и, кажется, неплохо с этим справлялся, я все равно боялась рассказывать ему все.

— Вред — это относительный термин.

Я снова чувствовала бабочек в своем животе, поэтому глубоко вдохнула, прежде чем смущенно стянуть рукав рубашки, предоставляя Райну обзор на ушибы, которые покрывали мое плечо.

— Я, вероятно, должна быть мертва сейчас, так что полагаю, что в некотором смысле не поранилась, но моему плечу хорошо досталось, и у меня до сих пор такое чувство, будто моя голова билась об асфальт несколько раз подряд.

У Райана отвисла челюсть. Он никак не мог оторвать глаз от моего черно-синего плеча, поэтому я продолжала говорить, чтобы избежать неловкого молчания.

— Какой бы ни была сила внутри меня, она делает меня другой. Я не была в двух местах одновременно. Я просто очень быстро передвигалась между ними.

— Ты бегала?

Я кивнула, и он снова затих. Затем, хотя он уже был ошеломлен, что-то еще случилось с ним, что-то, что не имеет ничего общего с тем, что я могла быстро двигаться.

— Ты побежала под гигантский падающий знак? — выдохнул он.

Я снова кивнула.

— Почему?

На этот раз я пожала плечами. Я, правда, не знала, почему сделала это. В то время я даже не думала, просто среагировала.

— Парень с газонокосилкой должен был превратиться в тост. Я полагаю, что не могла смотреть, как он умирает. Я бы благополучно вернулась на свое место к тому времени, как знак бы упал на землю, если бы тот парень не весил как борец сумо.

— Так ты как Супермен?

Я улыбнулась, хотя не думаю, что Райан пытался быть забавным. Думаю, он все еще пытался понять концепцию. Я не могла винить его. Это тяжело понять, и я могу сказать, что он справлялся с этим намного лучше, чем я. Когда я поняла, что со мной, я была полностью разбитой в течение нескольких недель. Я рада, что Райан намного спокойнее, чем я.

— Я уверена, что у Супермена не бывает ушибов, — пошутила я, желая сделать ситуацию более расслабленной. — И он не позволил бы этой штуке ударить себя, но, да, полагаю, это одна точка зрения.

Райан был тих в течение минуты, но затем он посмотрел на меня своими большими любопытными глазами.

— Как это случилось с тобой?

Это был самый страшный вопрос за последний час. Я не хотела объяснять эту часть. Я даже не хочу сейчас об этом думать, но я поняла, что все равно рассказываю эту историю.

— Это был несчастный случай.

Мой голос обратился в шёпот, и потом я погрузилась в историю, как будто снова переживаю этот кошмар.

— Это была ночь театрализованного представления. Я так устала от поздравлений, поэтому Дерек и я уехали в тихое место. Автомобиль был припаркован на обочине дороги, и большой грузовик-танкер, полный опасных отходов, выскочил на шоссе. Водитель ударил по тормозам, когда увидел нас, но машина двигалась слишком быстро. Грузовик сложился вдвое и сошел с дороги. Часть с цистерной врезалась в мою машину и протащила ее почти пятьдесят футов, прижав к электрической башне. Была теплая ночь, поэтому мы ехали с открытым верхом, и когда машины врезались, в баке грузовика образовалась дыра. Вонючая зеленая жидкость начала брызгать во все стороны. Она загорелась, но я была придавлена, поэтому не могла двигаться. Последнее, что я помню, — электрическая башня падает на крышу автомобиля, все горит, и грузовик взрывается.

Затрудненное дыхание Райана вернуло меня в реальность, но он действительно поразил меня, когда взял мою руку и сжал ее. Я легонько ударила его током, но это не остановило его. Я позволила ему держать мою руку всего лишь секунду, прежде чем отстранилась, чтобы вытереть слезы, которые катились по моему лицу.

Райан дал мне время, чтобы я взяла себя в руки, а затем задал единственный логичный вопрос:

— Как ты выжила?

К сожалению, не было никакого логичного ответа. Я пожала плечами и притянула коленки к груди.

— Я должна быть мертва, — прохрипела я. — Так же, как водитель грузовика. Так же, как Дерек.

Произнеся имя Дерека, на глаза снова навернулись слезы, и я уткнулась лицом в колени, пока плакала. Через несколько секунд я почувствовала, как руки Райана обернулись вокруг меня. Плотно прижиматься к нему, вероятно, было самым лучшим чувством в мире, поэтому я медленно погрузилась в его объятия, забывая о возможных последствиях своих действий.

Прямо сейчас я не была уродом. Я не была Ледяной Королевой. У меня не было супервозможностей. То, что у меня был друг, который утешал меня, было именно тем, в чем я нуждалась. Прямо сейчас я была обычной девушкой, а Райан был супергероем.

Я глубже уткнулась лицом в его грудь и обняла его. В свою очередь он крепче прижал меня к себе, и мои слезы полились с большей силой, но теперь была другая причина. Вы понятия не имеете, насколько хорошо чувствовать себя нормальной, пока у вас это не отнимают.

Я была готова остаться на этом месте навсегда, но это точно работает не так. Мое блаженство было прервано слабым шумом.

— Джейми? — голос был похож на его, но очень слабый. — Джейми? — спросил он снова, но более громко.

Я открыла глаза и увидела, что руки Райана обернуты вокруг меня. Его кожа покрылась мурашками, и волоски на коже встали дыбом. Я бы завизжала, но я была так напугана, что мой голос меня подвел. Я отодвинулась от него на безопасное расстояние, и энергия снова начала пульсировать через мое тело.

— Райан! — я начала задыхаться, как только слово покинуло мой рот.

Райан выглядел дезориентированным, таким же, каким был после моего поцелуя.

— Все хорошо, Джейми… Я в порядке… Я обещаю, что… — он запнулся. — Что бы ты ни сделала, это не причинило мне вреда. Я просто немного… эм… перегружен? Я думаю, мне нужна минутка.

Я чувствовала тошноту, думая о том, что могло произойти. Я знала лучше него и допустила, чтобы это зашло так далеко. Но более того, я была в ужасе из-за того, что я что-то сделала с ним. Он сказал «перегружен», но, судя по тому, как он смотрел на меня, он имел в виду «совершенно в шоке».

— Прости меня! — умоляла я, пока слезы не вернулись с новой силой.

— Все в порядке, — заверил он снова.

Но все было не в порядке. Далеко не в порядке. Я официально пугала его. И я больше не могла смотреть ему в лицо.

— Я должна идти, — это было последнее, что я сказала, прежде чем исчезла из поля его зрения.

ГЛАВА 9

Каждый раз, когда я закрывала этой ночью глаза, я видела Райана, который обнимал меня так нежно, что я чувствовала себя так, будто умерла и попала на небеса. Затем я отстранялась, и вместо его беззаботной улыбки я видела обугленную черную плоть. И потом он превращался в груду пепла.

После несчастного случая мне каждую ночь снились кошмары. Но их давно не было, так что мои родители пришли проверить меня, когда я проснулась, крича. Я сказала им, чтобы они забыли об этом и пошли спать, но сон был роскошью, которую я не могла себе позволить. Не после этого.

Как будто кошмаров было недостаточно, чтобы я чувствовала себя больной, на следующий день Райана не было в школе. Помимо того, что я, очевидно, беспокоилась, на сколько дней он пропал, я была полна разочарования. Прошло несколько недель с тех пор, когда я заходила в кафетерий и не встречалась взглядом с его любопытными глазами. Я не могла поверить, как привыкла быть встреченной его улыбкой, и даже хуже, насколько сильно мне было это нужно, чтобы пережить остаток дня. Я хотела ударить себя за то, что стала настолько зависимой от его присутствия, но, как ни странно, я не была единственной, кто страдал от его отсутствия.

Только Райан Миллер мог произвести такой эффект на всю школу. Он был солнцем в этой дрянной тюрьме, и без него темная, тоскливая сила нависла над всем кафетерием. Или, по крайней мере, над столиком популярных ребят.

С одной стороны, было приятно знать, что я не единственная попала под его чары. Майк каждый раз что-то ворчал Джастину, когда тот смотрел на пустое место рядом с собой, — никто не осмелился занять место Райана — и Пейдж сидела напротив них, довольно жалко надувшись. Самым странным отличием, однако, было пустое место рядом с Пейдж. Конечно, Тамика сидела справа от нее, ловя каждое ее слово, как обычно, но место слева, место Бекки, пустовало, как и место Райана.

— Ему лучше быть мертвым, — ворчал Майк, когда я, наконец, решила узнать, знают ли они больше, чем я. — Тренер был зол, когда он вчера не пришел на тренировку.

— Так вот почему вы вчера бегали столько кругов? — спросила Тамика. Угрюмость на лице Майка подразумевала ответ «да».

— Должно быть, он действительно болен, — сказала Пейдж. — Может быть, мы должны сходить к нему после школы и проведать его.

Как бы сильно я не ненавидела соглашаться с Пейдж, я тоже думала, что нужно сбегать к Райану между уроками. Я просто хотела увидеть, что он был дома, и убедиться, что он был в порядке, но я струсила. Если бы я не знала, почему его не было в школе, то могла бы притвориться, что его родители просто потащили его на какую-нибудь конвенцию Будды или что-то в этом роде, вместо более вероятного ответа — что он болтался у себя дома, потому что сильно боялся меня, чтобы прийти в школу. Если бы это было так, это бы все равно не помогло, если бы он поймал меня, шпионящей за ним.

— Я не знаю, Пейдж, — поспорила Тамика. — Если Бекки тоже нет, то, может быть, это заразно. У нас первый конкурс чирлидеров в эти выходные. Мы не можем заболеть.

— Бекки не больна, — голос Пейдж был настолько резким, что это поразило всех присутствующих, включая меня. — Она сидела рядом со мной на математике утром. Я не знаю, почему она суетилась. Она едва даже сказала «привет».

— Тогда где она?

— Избегает нас, очевидно. Как и всю неделю.

— Ты знаешь? — Тамика выглядела так, будто только сейчас поняла всю правду в сказанном Пейдж. — Она ведет себя очень странно с танцев, — она кокетливо хихикнула в сторону Майка и добавила: — Что ты с ней сделал?

— Я ничего не делал, — я была удивлена оборонительными нотками в голосе Майка. — Я не знаю, какие у нее проблемы. Мы провели отличный вечер на танцах.

— А еще лучше было время после танцев, как я слышал, — засмеялся Джастин.

— Что? Так что, Майк, вы двое, вроде как, вместе сейчас? — спросила Пейдж.

Пейдж казалась взволнованной от идеи пары Майка и Бекки. Она, очевидно, надеялась, что больше не придется беспокоиться о Бекки как о конкуренте за Райана, потому что все знали, что «Райан и Бекки» — всего лишь вопрос времени, но Майк довольно быстро лопнул ее пузырь:

— Она хотела, — сказал он.

— Тьфу, так это был ты. Большое спасибо.

— Что насчет меня?

— Ты причина, по которой Бекки ходила надутой всю неделю. Она была не в себе из-за того, что ты ей отказал.

— Что я могу сказать? Я просил ее пойти со мной на танцы, а не выходить за меня замуж. Я не могу быть связан таким образом. В этой школе слишком много красивых дам.

Майк подмигнул Тамике, когда ударился кулаком с Джастином. Тамика сидела спиной ко мне, поэтому я не могла сказать наверняка, но, судя по ее молчанию, я уверена, что она упала в обморок. У меня же отпала челюсть. Парень заставлял меня чувствовать тошноту. Я не могу поверить, что привыкла думать, что он и Райан были на одном уровне.

Я больше не могла это слушать, поэтому покинула кафетерий и провела остаток дня, пытаясь блокировать окружающий мир. Обычно лучший способ сделать это — потеряться в своих мыслях, и сегодня это не составило сложности. Райан не был в школе, и я сошла с ума от беспокойства. Я была обеспокоена тем, что напугала его так сильно, что он прогуливал школу, или что все, что я сделала с ним, каким-то образом причинило ему вред, и сейчас он находится в больнице. Умирает. Прямо сейчас. Из-за меня.

Когда я шла на урок английского языка, мое волнение распространялось не только на благополучие Райан. Я начала опасаться, что он может сказать своим родителям. Может быть, они пойдут в полицию. А может быть, просто предположение, правительство прямо сейчас планирует секретную операцию, чтобы увести меня в Зону 51* или какое-нибудь другое секретное место.

Моя паранойя была нарушена, когда я зашла в класс и увидела, что Бекки уже сидит за партой, опустив голову на стол. Когда я только пришла в эту школу, я почувствовала намек на симпатию к ней. То, что сделал с ней Майк, было довольно паршиво. Я не могла поверить, что думаю об этом, но мы были одни в классе, поэтому я хотела поговорить с ней. Я знаю, что не должна вовлекать себя в неприятности, — у меня уже достаточно проблем с Райаном, и только не хватало, чтобы еще кто-то искал обо мне информацию. Но по причинам, которые я просто не могу объяснить, когда она почувствовала мой взгляд на себе и подняла голову, я улыбнулась ей и сказала:

— Привет.

Бекки выглядела смущенной, но быстро скрыла удивление за жестоким ненавистным взглядом. Взгляд жалит. Не то чтобы у нее не было никаких причин быть дружелюбной со мной и доверять мне, но это был первый раз, когда я попыталась с кем-то заговорить после моего несчастного случая. Я была шокирована тем, что сделала это, но была больше удивлена тем, что ее реакция ранила меня.

— Вот ты где! Я тебя повсюду искала.

Появление Пейдж испугало нас обеих. Пейдж переводила взгляд с меня на нее и начала спрашивать, что происходит, но потом решила, что Бекки важнее.

— Почему ты не сказала нам, что случилось? — спросила она с легким сочувствием. — Майк рассказал нам о вечере пятницы.

— Что ты имеешь в виду? — ахнула Бекки. — Что он вам сказал?

— Он говорит всем, что вы зависали после танцев, и ты была в шоке, когда он сказал, что ему не нужна девушка.

Было что-то жутко знакомое в ничего не выражающем взгляде Бекки и ее безэмоциональном голосе, когда она ответила Пейдж:

— Майк — лжец.

— Ты имеешь в виду, что вы не делали этого?

Даже если бы молчание Бекки не выдало правду, это сделали слезы на ее глазах. Она положила голову обратно на стол, и Пейдж коснулась рукой ее плеча.

— Тебя использовали, Бекки, но ты не должна позволить ему унижать себя. Все в школе знают, что произошло. Ты должна смириться с этим и не позволить им увидеть, что он причинил тебе боль. В противном случае, ты… — Пейдж взглянула на меня и понизила голос. Как будто это имело смысл. — В противном случае, ты закончишь, как она.

Глаза Бекки, естественно, обратились ко мне, и впервые в жизни я отвернулась, потому что мне было страшно и стыдно. Страшно от того, что думала обо мне Бекки, и стыдно из-за того, кем я позволила себе стать. Из-за этих чувств я готова была заплакать, и я была в ужасе из-за того, что собираюсь расплакаться перед ними, но, к счастью, в класс начали заходить ученики, нарушая напряжение.

Когда раздался звонок, Пейдж наконец села на свое место.

— Почему бы тебе и Тамике не прийти ко мне домой после тренировки сегодня, и мы бы обдумали большую грязную кампанию для подонка. Ты знаешь, что Скотт Коул одинок, и он великолепен. Если ты сходишь с ним на свидание, это заставит Майка ревновать, и он будет просить у тебя прощения целую неделю.

— Мы можем об этом больше не говорить, пожалуйста? — огрызнулась Бекки. — Я не собираюсь идти на свидание со Скоттом, и я определенно не собираюсь прощать Майка! Послушай, это мило, что вы с Тамикой хотите помочь, но, пожалуйста, просто дайте мне справиться с этим самостоятельно. Хорошо?

— Отлично. Рой себе могилу.

Пейдж была явно оскорблена, и как бы сильно я не хотела получить удовольствие от ее страданий, я не могла. Я все еще думала о том странном взгляде, которым наградила меня Бекки. Не знаю почему, но это испугало меня. Я не думала, что это возможно, но Бекки Истман на самом деле ранила мои чувства. Я старалась не думать об этом до конца урока, потому что не могла позволить ей добраться до меня, но я просто не могла остановиться. Это не прекращалось до тех пор, пока я не пошла домой, и я успела переключиться на Райана вместо Бекки, но это не заставило меня чувствовать себя лучше.

— Я НЕНАВИЖУ ЕГО!

Я захлопнула дверь своей спальни так сильно, что она слетела с петель и врезалась в стену прямо по коридору. Затем, конечно же, я бросилась на кровать, как будто наступил конец света.

— Я ненавижу его! Я ненавижу его! Я ненавижу его!

Я услышала, как хрустят обломки под ногами моей матери, когда она пересекла теперь бездверный порог в мою комнату.

— Джейми? Что случилось?

— Я ненавижу его!

— Ненавидишь кого?

— Почему он сделал это? Мне было хорошо самой по себе! Я наконец-то начала забывать все, что потеряла. Начала привыкать быть одной. Приняла свою судьбу! Теперь один маленький грязный взгляд Бекки, и я проливаю больше слез, чем Ниагарский водопад. Я НЕНАВИЖУ ЕГО!

— Милая, ты должна взять себя в руки. Соседи не знают, что их автоматические предохранители перегорают, когда ты расстроена, и я не хочу, чтобы наш дом был единственным на улице с электричеством.

— Меня больше не волнуют соседи! — закричала я, не обращая внимания на предупреждения мамы. Я знала, что она права настолько, насколько я знала, почему ее голос раздавался с другого конца комнаты, а не справа от меня. Но я не хотела успокаиваться. — Мне семнадцать лет — я должна быть неразумной! Я хочу быть нормальным подростком с гормонами! Я хочу быть в состоянии любить ИЛИ НЕНАВИДЕТЬ, кого захочу, так сильно, как захочу!

Когда я закричала, весь дом задрожал вокруг меня, заставляя мою мать и меня замереть. Она выключила питание в доме в ту минуту, когда услышала, как хлопнула дверь, — полезный трюк, который мы отработали в последний год, — поэтому я не знаю, как я вызвала такой эффект.

Сила внутри меня была сильнее, чем когда-либо до этого. Это было так страшно, что моя ярость улетучилась за мгновение.

— Я должна уйти на некоторое время, пока это небезопасно. Я вернусь к обеду, — моя мама просто кивнула, кровь отхлынула от ее лица, и я ушла прежде, чем она попросила меня быть осторожной.

Где был дзен сад Райна, когда он так нужен? Я была на вершине горы Рашмор, одном из самых красивых мест Америки, и все же не чувствовала и десятой части того спокойствия, которое я бы чувствовала на заднем дворе Райана.

— Потому что это не те цветы, которые заставляли бы чувствовать себя лучше, идиотка! — вздохнула я, признавая поражение. — Но я ничего не могу с этим поделать!

Разговор вслух, казалось, помогает.

— Я люблю каждую вещь в нем. Даже вещи, которые ненавижу. Его уверенность. Его настойчивость. Эта глупая ухмылка, которая на его лице двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, — я чувствовала, как мои губы растягиваются в улыбке, когда я говорила. — Я люблю его глупые, остроумные комментарии, даже если у него они лучше, чем у меня. Я люблю его смешной, беспечный настрой, даже если он всегда заставляет меня хотеть кричать.

Я закрыла глаза и видела Райана так ясно, что практически могла ощущать его присутствие. Моя улыбка исчезла, и я не могла решиться сказать последнюю вещь вслух, но я не могла не думать об этом. Я любила, когда он обнимал меня, даже если и предупреждала его, что это крайне опасно.

Я попыталась избавиться от воспоминаний, но все же одно всплыло на поверхность. Он обнимал меня после того, как узнал правду. Я напугала его, и это справедливо. Но он не пытался с криками убежать. Не так, как это было со мной.

После того, как я пришла к выводу, что просто не было никакого способа покончить с Райаном, я решила, что, если он мог рисковать получить удар электрическим током, чтобы попытаться заставить меня чувствовать себя лучше, он заслуживает небольшой храбрости с моей стороны. Если он хотел отношений, то он их получит. Время дать Райану Миллеру шанс.

Нет, не совсем. Я все еще не могла целовать его. В конце концов, я не могла превратить своего единственного друга в груду пепла. Но я была уверена, что, если смогу объяснить необходимость строго платонических отношений, он поймет. Будем надеяться, он будет доволен этим компромиссом.

Будучи в состоянии отпустить свой страх и признать, что можно быть друзьями — просто друзьями — с Райаном, стресс ушел, как я и молилась. Я чувствовала себя настолько лучше, что практически не заметила дорогу домой, а потом зашла через дверь с огромной улыбкой на лице.

Мама ахнула, когда я появилась позади нее на кухне и обняла ее так крепко, как только могла, не сломав ее пополам.

— Чувствуешь себя лучше? — спросила она, ее глаза искрились счастливым облегчением.

— Намного лучше!

— Я рада. Это означает, что, по крайне мере, один из нас в хорошем настроении.

Мама кивнула головой в сторону гостиной, где папа был увлечен какой-то программой на канале ESPN, и вдруг вернулось мое напуганное и сердитое настроение. Мама обнадеживающе посмотрела на меня, когда я предстала перед своим отцом, но я не могла избавиться от ощущения, что иду на верную смерть, когда оторвала его от игры.

— Пап?

— Джеймилинн Бейкер, где тебя носило последние четыре часа?!

Он буквально взревел. Как медведь. И когда он вскочил со своего места, я могла видеть, как вздулись вены на его шее. Я знала, что он точно не будет в восторге от состояния коридора наверху, но я не ожидала, что он так вспылит. Я имею в виду, это действительно была не моя вина. Ну, не полностью. Я не хотела срывать дверь с петель.

— Не волнуйся, пап, — я не могла ничего поделать, но оборонялась. — Я не была в библиотеке, компьютерном или читальном зале. Я наказана, ладно. Я понимаю.

— Наказана или нет, ты не можешь просто убегать! Не сообщив нам, куда ты направляешься.

Хорошо, я согласна с этим. Я была немного в шутливом состоянии, когда достала из кармана свой телефон и помахала перед ним. Подайте на меня в суд.

— Слишком много мест? — выплюнула я. — Вот почему вы дали мне эту глупую вещь, помнишь? На горе Рашмор удивительно хороший прием. Не то чтобы ты потрудился позвонить мне, чтобы узнать, как я. Прости меня, если я боялась, что взорву маму.

Я была готова к обвинениям, но была удивлена состраданию. Папа вздохнул и сгреб меня в охапку, что напоминало объятия медведя больше, чем его крики. Не было ничего лучше медвежьих объятий моего отца, за исключением объятий Райана. Я успокоилась в его руках и глубоко вздохнула.

— Я действительно сожалению насчет двери, пап. Я помогу тебе починить ее. Клянусь, я действительно не хотела… — я остановилась, когда мой папа хихикнул. — Ты… не злишься?

Объятия моего отца стали крепче.

— Не на тебя, дорогая. Ты моя девочка — как я могу? Но жду не дождусь, когда доберусь до парня, который тебя так расстроил, что ты швырнула дверь до моей ванны, — он не шутил.

— О, нет, пап! Все нормально. Райан, вообще-то, суперхороший парень. Это не на него я рассердилась. Хорошо, на него, но не по его вине. Видишь ли, есть девочка в школе, и…

— Так это был Миллер? — его сострадание медленно превратилось в разочарование. — Джейми, мы говорили об этом.

— Я знаю, но, пап…

— Никаких «но». Он знает слишком много. Это слишком опасно. Ты должна прекратить общаться с ним.

Ха! Если бы он только знал.

— Да, но, пап, я думала об этом. Ты не считаешь, что было бы лучше, если бы я объяснила ему некоторые вещи?

Глаза моего отца выкатились из орбит, но я глубоко вздохнула и продолжила объяснять свою теорию.

— Я имею в виду, он, очевидно, знает, что что-то случилось. Он не сдастся. Я ему нравлюсь, пап, и я доверяю ему. Он может сохранить этот секрет, — я надеялась…

— Абсолютно нет!

Слишком много разочарования. Мы официально возвращались к гневу.

— Я не понимаю. Ты говоришь, что хочешь, чтобы я завела друзей, а затем ты запрещаешь мне общаться с моим единственным другом. Мне нравится Райан, пап. Очень сильно нравится. Я думаю, он смог бы справиться с этим. Подумай, насколько бы проще все было, если бы я рассказала ему правду.

— Никто никогда не должен узнать правду о тебе! Никто! Разве ты не понимаешь, что произойдет, если люди узнают о вещах, которые ты можешь делать?

— Да, — проворчала я с горечью. Мой отец был не единственным, кого переполняли эмоции. — Я бы в конечном итоге оказалась в какой-нибудь секретной правительственной лаборатории. Но отложим в сторону иглы, я не понимаю, как мне может стать хуже, чем уже есть. Это не похоже на то, что я не живу здесь в клетке, так или иначе, только с моими книгами, которые составляют мне компанию. И у меня даже их теперь нет!

Это был удар ниже пояса. Папе было больно. Но он сохранил свое хладнокровие.

— Я принял твердое решение, — сказал он таким холодным голосом, который мог сравниться с моим званием ледяной королевы. — Ты больше никогда не заговоришь с этим парнем снова. Никто не заберет мою дочь. Ни сейчас, ни когда-либо.

— Важно ли это, если я не могу иметь нормальную жизнь?

— Пообещай мне, Джейми, — теперь он меня умолял. — Не ставь парня выше своей жизни. Заведи друзей, гуляй, имей нормальную жизнь. Ты знаешь, что я не хочу для тебя ничего больше, чем это. Только пообещай мне, что ты никому не расскажешь. Может быть, тебя это не волнует, но я не могу потерять свою девочку.

У него снова вздулись вены, но его глаза затуманились слезами. Они были ничем по сравнению с потоком, который лился по щекам моей мамы, но все же, если он намекал на вину, то это сработало. Жаль, что он просил об обещании, которое я не могла сдержать. Обещание, которое я уже нарушила.

— Пап, — я отказывалась плакать, но не могла скрыть боль в голосе. — Обещаю, что сохраню свой секрет в безопасности.

Это было лучшее, что я могла сделать. И это была правда. Райан сказал, что никому никогда не расскажет обо мне, и я верила ему. Райан, может быть, знает правду, но мой секрет был в безопасности, и я не собиралась делать ничего, что может поставить его под угрозу.

* Зона 51 — военная база США.

ГЛАВА 10

Я заняла привычное место в первом ряду на краю Большого Каньона, ожидая очередной впечатляющий закат. Я вздохнула, когда солнце достигло горизонта, дно каньона окрасилось в яркие цвета, а небо над головой — в оранжевый и фиолетовый.

— Почти идеально, — выдохнула я, по-прежнему очарованная природной красотой Земли, хотя видела много пустынных закатов.

— Почти? — прошептал голос позади меня.

Сердце заколотилось в груди, когда я повернулась к моей неожиданной компании. Моим первым инстинктом было спросить его, как он сюда попал, но я сразу же отвлеклась на идеальную улыбку на его лице и букет полевых цветов, который он мне протягивал.

Райан вложил цветы мне в руку и засмеялся, когда я не смогла перестать смотреть на него в недоумении.

— Ты пропустишь лучшую часть, — сказал он, а затем осторожно повернул мое лицо в сторону пейзажа.

Его руки обжигали меня, когда скользнули вокруг моей талии и крепко притянули меня к его прекрасному скульптурному телу. Я не могла поверить, как естественно себя чувствовала при этом. Было чувство, будто мое тело специально создано для того, чтобы быть ближе к нему.

Я вздрогнула от дрожи, которая прошла через мое тело, когда он уткнулся лицом в мои волосы, чтобы вдохнуть мой запах. Потом он мягко коснулся губами моей шеи за ухом.

— Что я должен сделать, чтобы этот момент стал абсолютно совершенным?

Еще одна дрожь заставила меня чувствовать слабость в коленях, и мне едва хватило воздуха, чтобы ответить:

— Ничего не может сделать его более совершенным сейчас.

Мы молчали, пока солнце полностью не скрылось из поля зрения, и тогда Райан развернул меня так быстро, что у меня закружилась голова. Или, возможно, она уже кружилась до этого. Честно говоря, меня не заботило ничего, кроме того, насколько лицо Райана было близко к моему.

— Ты знаешь, что это противозаконно — собирать полевые цветы в национальном парке, не так ли? — нервно пробормотала я, сглатывая, когда он стал медленно наклоняться ко мне. Райан не ответил, уголки его губ растянулись в моей любимой дерзкой маленькой ухмылке.

Я ахнула, когда его рот страстно набросился на мой. Чувство было настолько невероятным, что я не могла отойти от него, хотя знала, что должна. Я ждала, когда он отстранится. Ждала, когда он закричит от боли. Ждала образ из сна: горящее лицо исказилось от боли. Но ничего из этого не было. Вместо этого его страсть усилилась. Я забыла свой ночной кошмар, и мои руки обернулись вокруг его шеи, как будто они не хотели позволить ему когда-нибудь убежать. Это был самый идеальный и страстный поцелуй в моей жизни.

А затем я проснулась.

Я знала, что этой ночью мне больше не удастся уснуть. Этот сон был таким же ярким и насыщенным, как и мои ночные кошмары. В то же время, целовать Райана во сне было гораздо лучше, чем сжечь его заживо, но когда мой сон закончился, я не могла решить, что хуже.

Именно после этого сна, пока я ждала в постели, когда встанет солнце, я, наконец, обдумала требование папы больше не общаться с Райаном. Обдумав все долго и упорно, я пришла к выводу, что мой отец был прав. Дружить с Райном и поделиться с ним своим секретом — огромная ошибка.

Я также решила, что меня это абсолютно не волновало. Это секрет не моего отца, который нужно сохранить, это мой секрет, и я могла решать, кому его можно доверить. Я знаю, что чувствую себя немного виноватой из-за игнорирования желания моего отца, но это не убьет меня. Я действительно не делала ничего плохого, и дружба с Райаном определенно будет не единственным секретом, который я скрывала от родителей. Или самым худшим.

С такими мыслями я приготовилась к школе, чувствуя небольшое предвкушение. Я встала на час раньше и привела себя в порядок, закрашивая свои вечно раздражающие зеленые корни и брови. Даже нанесла макияж. Я не могла избавиться от волнения. До этого момента я всегда нервничала насчет того, что же делать с Райаном, но теперь, видя его, это было похоже на то, что я с нетерпением жду чего-то.

Я все еще была немного обеспокоена тем, что напугала его в тот день, но я придумала, что сказать ему, чтобы помочь пройти через это. Уверена, что у него много вопросов, но сейчас я была готова ответить на все. Готова к любым возможным вещам, которые он мог мне сказать. Единственное, к чему я не была готова, — что он не скажет ни слова. И это именно то, что он делал весь день.

Я поднималась вверх по ступенькам, когда с облегчением увидела, что его пикап стоял на парковке. Я не думала, что смогу справиться с тем, что его не было два дня подряд. Я увидела его в окружении друзей во дворе, когда шла на первый урок. Мое сердце чуть-чуть затрепетало, когда я увидела его, и я ждала эту широкую глупую улыбку. Но ее не было, пока Майк не увидел меня и не сказал:

— Для кого-то, кто сделан изо льда, Бейкер выглядит особенно горячо этим утром.

Райан мельком взглянул на меня. Не было ни улыбки, ни какого-то сигнала. Не было видно внутренней борьбы, что он раздумывал, подойти ко мне или нет. Но отвернулся так же быстро, как и взглянул на меня. Все они смотрели на меня — Майк, Джастин, Скотт, вся школьная спортивная команда — все, кроме Райана. Райан схватил рюкзак, лежащий у его ног, и пошел в противоположном направлении.

Майк был сбит с толку этой реакцией, но я была совершенно поражена. Глаза жгло, когда мое разочарование готово было вызвать поток слез, но потом Майк снова посмотрел на меня с выражением крайнего отвращения, и было легко забыть свое разочарование, вернув ему взгляд.

Мгновение спустя Майк пошел догонять Райана. Я не хотела слышать, что он скажет, но не удержалась от подслушивания.

— Забудь об этом, приятель, — сказал Майк Райану. — Каждый обжигается на ледяной королеве, в конце концов. Если бы я был тобой, я бы больше беспокоился о тренере Пелтоне, который оторвет тебе сегодня голову.

Райан был тихим какое-то мгновение, но затем он начал говорить, и его голос звучал таким же веселым, как и всегда.

— Нет, с тренером все хорошо. Мама вчера с ним разговаривала. Но если бы я был тобой, я бы волновался насчет Пейдж. Она позвонила мне вчера и нелестно отозвалась о тебе. Что случилось? Я думал, что ты с Бекки.

— Слишком много драмы.

— Хочешь поменяться? — засмеялся Райан. — Ты думаешь, что с Бекки — это драма? Попробуй побыть влюбленным в Пейдж хотя бы пять минут.

Когда Райан и Майк вместе счастливо рассмеялись, я так разозлилась, что вынуждена была пропустить первый урок, чтобы не оставить школу без электричества. Я просто не понимала, как все может вернуться к нормальной жизни. Нормальной до поцелуя. Я пошла против каждого своего инстинкта, было принято решение, изменившее мою жизнь, рассказать ему самый сумасшедший секрет в мире, а он ведет себя так, будто ничего не произошло. Я не понимаю этого, и, более того, была полностью раздавлена.

Я думала, что обед проходил плохо без Райана, но теперь стало еще хуже, когда он вернулся и намеренно избегал меня. Он чуть не уничтожил всю вселенную Роклин Хай, когда сел не на обычное свое место, а втиснулся между Пейдж и Бекки, чтобы удобно расположиться спиной ко мне.

Он обнял Бекки. Не совсем так, как обнимал меня во дворе, но это словно посыпать соль на рану. В конце концов, он узнал, что я урод, и пошел прямо к ней. Думаю, я должна была это знать, но действительно верила, что Райан был другим.

— Пейдж рассказала мне, что случилось, — сказал он Бекки.

— Конечно, она рассказала — она рассказала всем, — пробормотала Бекки себе под нос.

— Брось, Бекк. Мы все знаем, что предназначение Майка — быть холостяком, — продолжил Райан.

— Аминь, брат, — рассмеялся Майк.

— Не помогает, чувак, — сказал Райан и повернулся обратно к Бекки. — Если он извинится, как думаешь, ты бы смогла простить и забыть?

Я была почти рада, что не могла видеть лицо Бекки, потому что, держу пари, она наградила его таким же взглядом, каким меня в тот день.

— Хочешь, чтобы я ударил его? — спросил Райан, не обращая внимания на ее взгляд так же легко, как делал это со мной. — Защитил твою честь и тому подобное?

— Ты можешь попробовать, — сказал Майк, — но ты знаешь, что я надеру тебе зад.

— Вряд ли.

— Так и будет.

— Вряд ли.

— Все знают, что квотербека ударить невозможно.

— Иди сюда, — рассмеялся Райан.

— Ох, вот как, — сказал Майк с таким же энтузиазмом. — Сегодня, во время тренировки. Я все равно должен тебе за все круги, которые тренер заставил нас бегать, когда ты не пришел.

— Попробуй, — сказал Райан, снова обнимая Бекки. — Я собираюсь ради тебя размазать лицо Майка об землю на тренировке. Тогда ты должна будешь почувствовать себя лучше. Знаешь, тебе стоит пойти с нами погулять в пятницу после игры. Мы могли бы собраться компанией и пойти играть в боулинг или куда-нибудь еще.

Я ждала обморока, что обычно происходило, когда Райан распространял свою магию на кого-то, но этого не произошло.

— Сохрани своего дерьмового рыцаря в сияющих доспехах для Джейми, — огрызнулась Бекки, сбрасывая руку Райана. — Я не куплюсь на это.

Мои глаза сразу же переключились на еду передо мной, но не думаю, что кто-нибудь из них посмотрел в моем направлении. Все они были слишком заняты тем, что следили, как Бекки быстро покидает зал.

— Просто отпустите ее, — услышала я ворчание Пейдж.

Через несколько минут я почувствовала взгляд на себе. В ту минуту, когда я подняла взгляд, Райан повернулся обратно, но не раньше, чем Пейдж заметила короткое взаимодействие.

— Что именно происходит между тобой и Джейми? — прошипела она.

— Ничего, — сказал Райан. — Так же, как между Джейми и любым другим в этой школе.

— Поверь мне, чувак. Это на самом деле к лучшему, — перебил Майк.

— Она сказала, что ты был с ней во время танцев, — продолжала обвинять Пейдж.

— Ты разговаривала с ней? — после того, как Райан не замечал меня, я не понимаю озабоченность в его голосе, но она определенно была.

— У нас с ней была неудачная стычка в торговом центре, — объяснила Тамика. — Она была жестока с Пейдж без всякой причины. В ней есть что-то действительно странное, Райан. Серьезно, я не знаю, почему ты волнуешься. Ты не можешь ей помочь. Она настоящий урод.

— Я никому не пытаюсь помочь. Мы с Джейми не встречаемся. Мы даже не друзья. Мы должны были вместе готовить статьи. Это был единственный раз, когда она была свободна. Это все. Моя статья готова.

— Тогда зачем ты целовал ее?

— Это было ничем. Майк поспорил, что я не смогу сделать это. Я знал, что он ошибается.

Это было ничем? Он знал, что Майк ошибается? Какой же он придурок!

— И я никогда не буду снова сомневаться в тебе, — торжественно сказал Майк.

Свет в кафетерии замерцал. Только раз. Спина Райана напряглась, и пришло время мне покинуть кафетерий.

Английский прошел в такой же обстановке. У меня было чувство, что Райан смотрел на меня, но я не хотела выяснять это. Мне было достаточно трудно контролировать себя. Если бы я посмотрела на него хотя бы раз, пришлось бы вызывать пожарных, чтобы потушить пламя, когда я бы самопроизвольно загорелась на своем стуле.

Я покинула класс, как только прозвенел звонок, и делала свою домашнюю работу на озере Тахо в течение нескольких часов, прежде чем пойти домой. (Я была вынуждена найти новое место, потому что Гранд Каньон теперь был запятнан для меня.)

Выходные были бесконечными, и в понедельник я пришла к выводу, что, хотя Райан явно держал свое обещание никому обо мне не рассказывать, — достаточно легко, когда я не существую, не так ли? — он по-прежнему был крупнейшим придурком в мире, и я собиралась вечно его ненавидеть.

Плюсом было то, что так я подчинилась требованию отца, и большая часть напряженности ушла из нашего дома. Я загнала Джейми Бейкер под ковер и снова стала Ледяной Королевой.

ГЛАВА 11

Были преимущества в том, чтобы снова стать Ледяной Королевой. Например, неприятные взгляды Бекки больше не затрагивали мои чувства, и у меня не было эмоциональных всплесков. Мучительно приятный поцелуй с Райаном, наконец, перестал преследовать меня во сне. А когда противный репортер, который преследовал меня в Иллинойсе, появился на стоянке школы после уроков в пятницу, мне удалось предотвратить нервный срыв перед всеми. Еле-еле, но у меня получилось.

Я просто спускалась по ступенькам школы, направляясь к стоянке, и остановилась как вкопанная, когда он сказал:

— Джеймилинн, — позвал он тихим настойчивым тоном.

Голос раздался позади меня, но я знала, даже не взглянув, что это был Дэйв Картер, журналист экстраординарной бульварной газеты и главная причина, по которой моя семья была вынуждена бежать в Калифорнию.

Моя кровь немедленно закипела, и я повернулась лицом к нему, наполовину желая совершенно случайно подпалить его. Когда я напряглась, готовая взорваться, он поднял руки, защищаясь.

— Подожди! Не надо остро реагировать, Джеймилинн. Это не то, что ты думаешь. Нам нужно поговорить.

— Единственное, что нам нужно, — это судебный запрет.

— Джейми, о том несчастном случае, в который ты была недавно вовлечена, ты…

— Проверьте отчеты полиции. Я не была вовлечена в это.

— Я проверил отчеты полиции, и твое имя там есть.

— Если вам нужна история, вам следует спросить людей, которые были вовлечены.

— На этот раз я здесь не для истории.

— Ха!

Я ушла, чтобы не тратить на этого слизняка время, но, когда я повернулась к нему спиной, он сказал:

— Я знаю правду, Джеймилинн. Я знаю, что токсичные отходы изменили тебя.

Кровь застыла в жилах, и я не смогла сделать ни шагу. Во всех бесчисленных статьях в Иллинойсе он никогда даже близко не был к истине. Да, он знал все интимные подробности моей жизни, вплоть до марки зубной пасты, которую я предпочитаю, и мою слабость к реалити-шоу. Но он никогда не намекал на мои суперспособности.

Когда я остановилась, Картер немедленно продолжил:

— Садовник, который попал в несчастный случай в понедельник, видел, как школьный знак упал на тебя, но две секунды спустя ты просто скинула его с себя. Есть также некоторые необъяснимые повреждения в вывеске. Загадочная вмятина размером с тебя. Не нужно быть гением, чтобы все понять.

Я обернулась и посмотрела на него.

— Я не знаю, о чем вы говорите, — сказала я. Я хотела выглядеть жестокой, но мой голос превратился в шепот.

— Если ты хочешь, чтобы люди верили, что ты нормальный подросток, тебе нужно прекратить чудесным образом быстро отходить от несчастных случаев. Тебе не следует быть настолько небрежной.

Хорошо, он был совершенно прав. Это было пренебрежение. И он совершенно точно попал в цель, говоря о моих суперспособностях. Но ясно, что у него не было твердых доказательств. Он бы сейчас не травил меня, если бы они у него были. Поэтому я выбрала путь, по которому идет каждый супергерой. Я назвала его сумасшедшим. А почему нет? Всем, кроме меня, все, что он сказал, казалось безумием.

— Вы ненормальный, — сказала я, невесело рассмеявшись. — Вы поехали сюда за мной, чтобы обвинить меня в чем? Что у меня есть суперспособности? Смертоносной бывшей девушки было недостаточно? Теперь я Невероятный Халк?

— Ты можешь отрицать все, что хочешь. Но это не делает доказательства менее правдивыми.

— Вы называете это доказательствами? Искореженный знак и один очевидец, который был в шоке от того, что его не превратили в сумо-блинчики? Это мелочно, даже для вас. Давайте, печатайте свою дурацкую теорию. Не думаю, что кто-то в это поверит, так как он будет сливаться с рассказом о похищении инопланетянами и ребенком, который родился с тремя головами.

Должно быть, я ударила по больному месту, потому что Картер неожиданно очень зло посмотрел на меня.

— Я сказал тебе, что на этот раз я здесь не для истории, — с досадой закричал он.

Я не была уверена, о чем он, но одну вещь я знала наверняка.

— Всё всегда для вас история, Картер!

Я вдруг вспомнила мои последние месяцы в штате Иллинойс. Я смогла бы, наконец, отойти от смерти Дерека, если бы не было всех этих слухов. Всех фотографий и рассказов. Этот человек в одиночку уничтожил меня. Он обернул все, что я любила, против меня, и заставил покинуть дом, в котором я выросла.

От злости на моих глазах выступили слезы.

— ВЫ РАЗРУШИЛИ МОЮ ЖИЗНЬ!

Я была настолько увлечена Картером, что забыла, что мы находимся в публичном месте, пока Майк Дрисколл, из всех людей, не возник в середине спора. Я яростно сомкнула глаза, ужаснувшись, что Майк мог заметить слезы, но его внимание было полностью сосредоточено на незнакомце.

— Какие-то проблемы? — спросил он, его голос был жестким.

— Никаких проблем, касающихся вас, Джонни Футболист, — сказал Картер, задевая его. Мне он сказал: — Можем ли мы поговорить где-нибудь в более приватной обстановке?

Прежде чем я успела сказать Картеру, куда именно он должен пойти, по моему мнению, какой-то голос пропел:

— Нагибайся, детка, вау, вау!*

Комментарий поразил меня. Я посмотрела через плечо и увидела Пола Уоррена, который ухмылялся, как идиот.

— Пресмыкающийся старый чувак, неравнодушный к Бейкстер, — он кивнул Картеру и сказал: — Возьми номерок, бро.

Мне не удалось подобрать слов, я просто наблюдала, как Скотт Коул обозвал Пола членом и ударил его по ногам.

Когда Пол упал на землю, Пейдж внезапно оказалась прямо перед моими глазами. Выражение ее лица не только заставило меня забыть о Поле, но и вызвало всплеск адреналина в моем теле.

Мне понадобилось мгновение, чтобы распознать свой страх. Я быстро перевела взгляд с лица Пейдж на Бекки, рядом с ней, а затем на всех людей, которые меня окружили. Половина школы смотрела на меня, и все они хотели знать, кто такой Картер и что он от меня хочет. Я могла видеть это в их глазах. Любопытство. Подозрение. Прямо сейчас они будут верить всему, что им скажет Картер.

А он мог рассказать многое.

Я посмотрела на Картера, мои глаза умоляли, а не злились, когда началась паника.

— Я никуда с вами не пойду, — сказала я. К сожалению, мой голос дрогнул, поэтому я добавила: — Уходите, пока я не вызвала копов и не сказала им, что вы преследуете меня по всей стране.

Когда я вытащила телефон, Картер закатил глаза и сказал:

— Ты не можешь сейчас вести себя как подросток, Джеймилинн. Ты пожалеешь, если не выслушаешь меня, обещаю.

Угроза Картера вызвала еще один всплеск в моем теле, как и то, что он тянулся ко мне, как будто силой хотел утащить меня со стоянки. Но на этот раз волна, которую я почувствовала, была не адреналином, а электричеством, и оно довольно сильно пульсировало по моему телу.

— Не прикасайтесь ко мне! — вскрикнула я, представляя, что с ним случится, если он ослушается.

Ужас в моем голосе заставил Картера с любопытством отдернуть руку, и Майк шагнул между нами:

— Хорошо, чувак, — сказал он, глядя Картеру в лицо. — Время уходить.

На лице Картера вспыхнул гнев:

— Или что? Ты собираешься дать мне под зад? — огрызнулся он, делая решительный шаг в сторону Майка.

Майк тоже сделал шаг, и оба начали наступать друг на друга и отступать, как пара шестиклассников. Немедленно все ребята из футбольной команды выстроились в линию, готовые броситься на защиту Майка, и Пол Уоррен начал скандировать:

— Драка! Драка! Драка!

Я собиралась использовать этот момент, чтобы сбежать, но одно простое слово заставило все остановиться.

Райан Миллер произнес мое имя.

И все. Только мое имя. Но этого было достаточно. Я обернулась, и он был прямо передо мной. Его взгляд задержался на мне одно мучительное мгновение, а затем его лицо приобрело убийственное выражение лица.

— Что, — спросил он контролируемым, но опасным голосом, — здесь происходит?

Даже Майк сглотнул, прежде чем сказать:

— Этот чувак издевался над твоей девушкой, — объяснил он. Затем он повернулся к Картеру и добавил: — Я собираюсь ударить его, если он не исчезнет. Прямо сейчас.

Райан быстро взглянул на Картера, но он не мог отвести от меня взгляд.

— Джейми? — снова спросил он.

Мое сердце вышло из-под контроля, когда Райан впервые за неделю посмотрел на меня. Подавляющее чувство облегчения было лишь одним из большого количества чувств, которые навалились на меня, и мне было тяжело справиться с ними. Я закрыла глаза, прежде чем потекли слезы, и не открыла их снова, пока не услышала вздох Картера. С меня было достаточно, поэтому я беспомощно посмотрела в глаза Райана.

— Уведешь меня отсюда? — прошептала я.

Райан даже не колебался, но когда мы начали уходить, Картер проворчал:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Джеймилинн. Поскольку эти несчастные случаи, кажется, преследуют тебя, и если здесь что-нибудь случится с твоим новым Дереком Виттерсом, — он жестом указал на Райана, — я буду наименьшей из твоих забот.

Мои колени подогнулись под тяжестью его заявления. Райан был слишком ошеломлен упоминанием моего мертвого парня, чтобы поймать меня до того, как я упала, но не слишком сильно, чтобы сжать кулак и ударить Картера по лицу так сильно, что тот упал на задницу. Нос Картера начал кровоточить: определенно, он был сломан.

— Вау, Райан! Что здесь происходит?

Я рада, что из всех учителей именно мистер Эдвардс увидел удар Райана. Он классный. Он, вроде, понимает меня. Или, по крайней мере, не раздражает. Он также единственный учитель, который не отведет Райана в кабинет директора. За драку, пусть она и связана с подлым журналистом, а не с другим учеником, в Роклин Хай отстраняют от занятий, а я не хочу, чтобы Райан был дисквалифицирован. Конечно, он был королем подонков за то, что игнорировал меня всю неделю, но он защитил мою честь. К тому же, это Картер. Я хотела ударить его бесконечное число раз.

Ладно, может быть, Райан был прощен.

— Джейми?

Я отогнала свои мысли и покраснела, потому что, судя по ошеломленному взгляду Райана, я, вероятно, мечтательно на него смотрела, пока не решила, что больше его не ненавижу.

Я поднялась на ноги в тот же момент, когда мистер Э подошел к Картеру.

— Кто-нибудь скажет мне, что здесь происходит?

Мистер Э выглядел очень злым на Картера. Должно быть, он видел больше, чем я думала.

— Просто недоразумение, — рассеянно сказал Картер мистеру Э, затем он повернулся ко мне. Когда вытер засохшую кровь, он сказал: — Мы поговорим позже, Джеймилинн.

— Нет, если вы беспокоитесь за себя, — предупредила я.

Он снова рассердился и намеренно посмотрел на Райана:

— Я не тот, о ком ты должна волноваться.

Я не знаю, почему я так рассердилась. Ладно, я знаю. Потому что его тонкое предупреждение, что я должна беспокоиться о Райане, было недалеко от правды. Но даже в этом случае я не должна была терять над собой контроль. Энергия вырвалась из моего тела, как невидимая ударная волна, и внезапно фонари на школьной парковке загорелись. Это произошло лишь на секунду, и большинство людей даже не заметили этого, но я заметила, Райан заметил, и даже мистер Эдвардс заметил. Он озадаченно смотрел на фонари.

Но что более важно, заметил Картер. Он выпучил от шока глаза, но он быстро справился с собой и бросил на меня понимающий взгляд, прежде чем уйти.

— Увидимся, Джеймилинн, — теперь он знал, что не ошибается.

Когда он ушел и все пришли в себя после того, что здесь произошло, мистер Эдвардс заговорил первым:

— Все в порядке, Джейми?

Он собирался спросить что-то еще, но я прервала его.

— Не беспокойтесь об этом, мистер Э. Я позабочусь о нем.

Наконец я подняла голову и увидела, что половина школы смотрит на меня. Я глубоко вздохнула, а затем встретилась взглядом с Майком.

— Спасибо.

— Не стоит, — пробормотал он, явно удивленный моей искренностью. — Кто этот парень? О чем он говорил? Кто такой Дерек Виттерс?

— Послушай, я ценю, что ты сделал, но это действительно не твое дело.

— Как хочешь, — хмыкнул Майк и тут же направился к парковке.

— Ты уверена, Джейми? — с напором спросил мистер Эдвардс. — Я думаю, что стоит позвонить в полицию. Это человек не должен тебя беспокоить.

— Просто забудьте об этом, я в порядке. Его домогательства — вторая натура для меня.

— Кто он?

— Никто, все хорошо! — я начинала терять терпение. На меня так действовал Картер.

— Хорошо. Если ты уверена.

Мое выражение лица снова стало холодным.

— Уверена.

— В таком случае, — со вздохом сказал мистер Эдвардс, — Мистер Миллер, я сделаю вид, что не видел, как вы сломали кому-то нос.

С этими словами мистер Эдвардс ушел, и оставшаяся часть толпы начала расходиться. Достаточно скоро остался только Райан.

— Ты в порядке? — спросил он, когда мы, наконец, остались вдвоем. — Я могу что-нибудь сделать?

Я пошла против своего главного правила и встретилась взглядом с Райаном, мгновенно потерявшись в нем. Он мог сделать одну единственную вещь. Он мог обнять меня и чудесным образом заставить забыть все плохое, что было в моей жизни, так же, как он сделал это на заднем дворе.

Воспоминание о магии того момента напомнило мне, как внезапно все это закончилось и как Райан после этого даже не смотрел в мою сторону. Вдруг магия исчезла.

— Райан, ты не должен делать этого.

— Делать что?

— Притворяться, будто тебе есть до этого дело, — я старалась не сломаться, но Райан все еще был поражен моей внезапной враждебностью. — Ты прав: твоя статья готова, и ты разгадал тайну. Я рассказала тебе правду о себе, поэтому ты не должен продолжать свою игру.

— Ты все слышала?

Я постучала по своему уху.

— Как Супермен, помнишь?

— Мне жаль, Джейми. Я не думал, что ты настолько хорошо слышишь.

— Значит, ты сожалеешь только потому, что тебя поймали? Это шутка для тебя? Ты хоть понимаешь, насколько это серьезно для меня? На прошлой неделе я не просто раскрыла тебе интимные подробности моей жизни. Я отдала в твои руки всю жизнь моей семьи, сказав правду. Это достаточно плохо, что ты игнорируешь меня, чтобы твоя репутация не была запятнана какой-то связью, но доверять тебе, а потом слышать, как ты говоришь, что это ничего не значит? Что мы даже не друзья?

— Но я не имел в виду то, что говорил!

— Какую часть?

— Все!

Я сразу же пожалела обо всем, что сказала, когда увидела его лицо. Он выглядел таким отчаявшимся, что простила его, поэтому я расслабилась настолько, насколько могла.

— Я просто пытался избавиться от них, потому что испугался, — наконец объяснил он.

— Испугался? Чего? Боишься, что они разозлятся, если ты признаешься, что мы друзья?

Райан виновато покраснел, но покачал головой.

— Это больше, чем это. После того, как ты покинула мой дом, что бы ты там со мной не сделала, это было похоже на то, когда ты меня поцеловала. Я отскакивал от стен с безумной энергией, которую не мог объяснить. Моя мама начала задавать вопросы, но я не знал, как на них ответить. Она хотела отвести меня к врачу, но я волновался и не хотел идти. Я не пострадал, не заболел или еще что-то. Это, на самом деле, удивительное чувство. Но я не знал, как это работает. Я боялся, что врач может обнаружить что-нибудь странное, и я не хотел, чтобы это вывело на тебя.

Мой гнев постепенно сменился ужасом из-за мысли, что я могла навредить ему, и я ахнула.

— Уверен, что ты в порядке?

— О да, со мной все хорошо! Я имею в виду, когда все закончилось, я чувствовал себя разбитым и проспал около восемнадцати часов, но, не считая этого, я в порядке.

Я не думаю, что когда-либо в жизни слышала что-нибудь более приятное, чем то, что я не причинила ему вред. Я была уверена, что убила его, когда он не появился в школе на следующий день.

— В любом случае, Джейми, я понял, что ты была права. Все то время, что ты говорила мне, что будет лучше, если я не буду с тобой разговаривать, — теперь я понял. Как бы сложно мне не было, я держался от тебя подальше всю неделю, потому что боюсь, что люди что-нибудь поймут. Я понимаю, почему ты не подпускаешь к себе людей. Это слишком большой секрет. Было бы слишком легко ошибиться.

Все, что я когда-либо хотела, — это чтобы Райан понял. И все же, соглашаясь со мной, он разрушал всякую надежду на нормальную жизнь. Райан был той единственной вещью, которая заставляла меня думать, что моя жизнь все еще заслуживает того, чтобы ее прожить, но теперь этого не было.

Внезапно мои глаза наполнились слезами. Райан потянулся, чтобы стереть их, но снова решил не прикасаться ко мне.

— Твоя безопасность важна, — прошептал он. — Если это значит, что я должен держаться от тебя подальше, значит, так оно будет. Я сдаюсь. Ты выиграла, — он улыбнулся, но улыбка не затронула глаза. — Большая честь. Ты первая девушка, которой удалось отвергнуть меня. Я не думал, что это возможно, до сих пор, — он еще долго смотрел на меня с большим сожалением в глазах, а затем вздохнул. — Увидимся, Джейми Бейкер.

Позволить ему уйти — правильное решение. Это было то, что я искала, и чего хотел мой отец. Это было безопасно, правильное решение. Но если вы еще не заметили, мне иногда не хватает здравого смысла. Кажется, Райан Миллер — мой Криптонит*. Он сделал около десяти шагов.

— Райан, подожди.

Он развернулся гораздо быстрее, чем я ожидала, и его лицо, наполненное надеждой, почти заставило меня забыть, почему я его остановила.

— Да? — подсказал он, когда я забыла, как говорить.

— Я не заслуживаю такой чести. Я действительно не заслужила этого.

— Какой чести?

— Отказываться от себя.

— О чем ты говоришь?

— Я была неправа. Это слишком большой секрет. Он слишком большой, чтобы пытаться сохранить его в одиночку. Это опасно, и совершенно несправедливо с моей стороны навязывать тебе эту ответственность. Я прошу о многом и знаю, что не заслуживаю этого, но если ты не напуган мной, не слишком поздно принять твое предложение быть друзьями?

Я никогда не видела, чтобы кто-то был настолько ошеломлен, как Райан сейчас. Это похоже на то, будто ты узнаешь, что герои комиксов действительно существуют, но даже это было ничем по сравнению с тем, что я захочу быть его другом. Мило. Очень мило. Должно быть, я была больше, чем просто Ледяной Королевой, как я думала. С другой стороны, это был хороший вид удивления. Как только он взял себя в руки, его улыбка превратилась в печально известную ухмылку.

— Друзья? — скептически спросил он, делая шаг ко мне.

— Друзья, — серьезно предупредила я.

Его лицо было в нескольких дюймах от моего, и он улыбался мне так, будто владел всем миром.

— Я знал, что ты тайно хотела меня.

Способ убить момент.

— Ох, когда ты перестанешь?

— Я не могу, — его улыбка стала еще шире. — Я только что заполучил сердце единственного супергероя в мире. Я мужчина!

— Тьфу. Хорошо. Я пойду домой, пока мне не стало плохо.

— Ладно, ладно, извини. Я шучу. В некотором роде. Но если серьезно, я нравлюсь тебе. Я могу сказать это. Я мужчина, и могу сказать это. Я хочу тебя, Джейми. Так сильно, что схожу с ума. Почему ты просто не признаешься, что тоже меня хочешь?

— Я хочу оставить тебя в живых — вот, чего я хочу.

— И все?

— Это довольно важная вещь, ты не думаешь?

— Ну, да, не убить меня — хорошая цель, но я имею в виду, это то, что держит нас друг от друга?

— Хм.

Райан снова был так близко ко мне, что все, что мне нужно было сделать, — это наклонить голову, и наши губы встретились бы. Я почувствовала, как мое сердце ускорилось, и внезапно он наклонился ко мне.

— Ты же не пытаешься поцеловать меня, не так ли? — я вздохнула прямо перед тем, как его губы коснулись моих.

— Ты же не попытаешься меня остановить, не так ли?

Вы знаете? В конце концов? Я клянусь, что дерзость Райана спасет его. Гораздо легче сказать «нет», когда он так уверен в себе. Я вздохнула, а затем слегка похлопала указательным пальцем по его животу. Удар не навредил ему, но, определенно, не заставил чувствовать его хорошо.

— Ой! — он хмыкнул, а затем нахмурился. Я не испытывала к нему жалости. — Ты специально это сделала? — захныкал он.

— У меня не было выбора. То, что ты собирался сделать, было намного хуже.

— Но ты целовала меня прежде.

— Да, и тогда я была полностью, на сто процентов спокойна, потому что: а — я не знала, что это может навредить тебе, и б — этот поцелуй был всего лишь частью пари. Он абсолютно ничего не значил.

Райан перестал хмуриться.

— Значит, ты признаешь, что, поцеловав меня сейчас, это будет что-то значить для тебя?

— Нет, — я упрямая, что я еще могу сказать?

— Ты убиваешь меня, Джейми Бейкер! Убиваешь меня!

— Слушай, Райан, если ты не можешь справиться с тем, чтобы быть просто друзьями, мы можем вернуться к я-тебя-отвергаю выбору.

Сердитый взгляд, которым наградил меня Райан, был бесценен.

— Хорошо, — проворчал он. — Просто друзья. Но пока что.

— Навсегда.

— Пока ты не научишься это контролировать.

Райан снова протянул к моему лицу руку. Я начала отступать, но он не хотел меня отпускать, поэтому я глубоко вздохнула, прежде чем он медленно провел своей рукой по моей щеке. Это было такое приятное ощущение, что мои веки затрепетали.

— Все, что требуется, — это практика, — прошептал он.

Вы даже не представляете, как я надеялась, что он прав.

* Песня: Mike Posner — Bow Chicka Wow Wow

* Криптонит — Вымышленное кристаллическое радиоактивное вещество, фигурирующее во вселенной DC Comics. Аналог выражения «ахиллесова пята».

ГЛАВА 12

В восемь утра в субботу я была в своей комнате, — да, смотрела мультфильмы, если вам интересно, — когда голос Райана внезапно привлек мое внимание. Откуда бы он ни шел, это было не так далеко от моего дома.

— Это здорово, мам, — сказал он.

Я выключила телевизор и попыталась сконцентрироваться на разговоре. Вторжение в личную жизнь? Может быть. Мой моральный компас обычно указывает на север, но у меня есть слабости, и давайте посмотрим правде в глаза: девушка-подросток, шпионящая за своей погибелью, не новость с первой полосы. Я ничего не могу поделать с тем, что могу позволить себе это. К тому же, мне было интересно, что он делал в моем районе.

Я слышала голос его мамы, который раздавался через динамик его телефона.

— Ну, мы хотели вернуться домой и пойти с тобой на праздничный ужин, но мы немного задержимся. Прости, Рай, но ты, похоже, сегодня принадлежишь сам себе.

— Все хорошо. У меня, вообще-то, есть планы на сегодня. Ну, надеюсь. Я ее еще не спрашивал, но я сегодня взял выходной.

— Мне есть о чем беспокоиться? — поддразнила его мама.

— Только если меня поймают, тогда тебе сообщат из полиции.

Райан, смеющийся со своей мамой, — самая милая вещь, которую я когда-либо слышала. Какой маменькин сынок. Неудивительно, что он так хорошо ладил с моими родителями.

— На самом деле, мам, — сказал он, волнуясь, — помнишь ту девушку, о которой я тебе рассказывал? Джейми?

Подождите, что?

Я подошла к своему окну, пытаясь понять, видна ли его машина на моей улице. Ее не было.

— О, дорогой! — заговорила его мама с внезапным волнением. — Она наконец-то позволила тебе пригласить ее на свидание? Рай, я так горжусь тобой! Видишь? Я же говорила, что ни одна девушка не может устоять перед тобой.

— О, конечно! — я громко рассмеялась про себя. — Броситься в атаку, почему бы нет?

Неудивительно, что у него такое огромное эго.

— Ну, вообще-то, — сказал Райан, — она еще не согласилась на свидание, но у меня есть план, который, я думаю, сработает. Сейчас я направляюсь к ней домой.

— Молодец, дорогой. Удачи.

— Спасибо, мам. Повеселитесь с Джином, и передай ему мои поздравления.

Райан направлялся к моему дому? Нехорошо. Если он будет вести себя так, будто мы теперь друзья, у моего отца случится приступ гнева. Особенно, если он поймет, что Райан знает обо мне правду. Я должна добраться до Райана прежде, чем он доберется до двери. Я сбежала вниз, но потом увидела свое отражение в зеркале и вернулась в свою комнату.

Я знаю, что, если бы захотела, могла поставить множество мировых рекордов, но, даже перемещаясь на суперскорости, я приняла самый быстрый душ в мире, почистила зубы и надела первое, что попалось под руку. Я спустилась вниз по лестнице, но мои родители слишком хорошо знают, что за слабый ветерок проносится мимо них.

— Джеймилинн, ты сейчас же вернешься обратно и скажешь мне, куда ты направляешься, юная леди! — сказала моя мама, зная, что я слышу ее.

— Прости, мам, — я слегка запыхалась из-за того, что слегка паниковала, а не из-за усталости. — Я собиралась пойти на пробежку. Я слишком много времени провожу взаперти, и мне нужно куда-то деть всю энергию. Ты хочешь, чтобы я принесла тебе сувенир откуда-нибудь?

Вы должны увидеть наш холодильник. Я не уверена, что иметь так много магнитов, полезно для здоровья, но я не могу перестать приносить их из всех мест, где я останавливаюсь, когда мне скучно. Мне нравится реакция моей мамы, когда прихожу домой с каким-нибудь магнитом, и она понимает, что я была в Небраске или еще где-нибудь.

— Джейми, дорогая. — О, отлично. Она была в том настроении, чтобы читать мне лекции. Не совсем лучшее время, когда Райан может появиться в любую секунду. — Я не думаю, что бег — это то, что тебе нужно. Почему бы тебе не сходить туда, где собираются все ребята? Разве сегодня нет футбольного матча или еще чего-нибудь?

— Футбольные матчи проводятся каждую пятницу, — сухо заметила я.

— Ох. Ну, должно же проходить хоть какое-нибудь мероприятие. Джейми, когда мы с твоим отцом сказали, что тебе нужно куда-нибудь выбираться, мы не имели в виду пробежки по всей стране. Тебе следует использовать всю свою энергию, чтобы проводить время со сверстниками. Тебе нужно быть общительной.

— Ладно, хорошо. Пойду посмотрю, что делает Райан.

— Джейми.

Я могла сказать, что мама хочет сказать «да», но я полагаю, что не могу винить ее за беспокойство.

В этот момент я услышала, как грузовик Райана подъезжает к моему дому, и у меня чуть не случился инфаркт.

— Хорошо-хорошо, — сказала я, у меня не было времени спорить. — Пойду искать работу. Это сделает тебя счастливой?

Лицо моей мамы озарилось проблеском надежды, который внезапно заставил меня почувствовать себя виноватой.

— Очень! — воскликнула она, хлопая в ладоши. — Но ты не можешь искать работу в этом. Иди и надень что-нибудь более подходящее.

Я нахмурилась, глядя на джинсы и футболку, которые подняла с пола, когда собралась останавливать Райана. Я так быстро исчезла и снова появилась перед мамой в строгой юбке и пиджаке, что она даже не успела покачать головой.

— Лучше?

— Прекрасно, — сказала мама. — Удачи, милая. Ты не пожалеешь об этом, обещаю! — я уже ушла, но все равно услышала ее слова.

Я потянула Райана за руку прежде, чем он успел постучать в дверь. Если бы я не была таким параноиком из-за того, что мои родители могли увидеть его, я бы насладилась его смущенным выражением лица, когда он понял, что я только что появилась из воздуха и тащила его со своего крыльца. Единственное слово, которое он, казалось, смог произнести, было:

— Что…

— Объясню через минуту, — проворчала я. — Просто давай уберемся отсюда, пока мои родители не увидели тебя.

Райан нахмурился, но послушался, очевидно, довольный тем, что хоть я и заставляла его уходить, но я, по крайней мере, шла с ним.

— Доброе утро? — наконец, сказал он, впервые в жизни неуверенный в себе, когда мы завернули за угол, и мой дом скрылся из поля зрения.

— Извини, — вздохнула я. — Я просто слышала, как ты подъезжал к моему дому, и не хотела, чтобы у моего отца случился припадок, если бы ты упомянул, что знаешь мой секрет.

— Они не знают о твоих суперсилах?

— О, нет. Они знают обо мне. Они не знают, что ты знаешь. Я бы сказала им, если бы мой отец не запретил мне с тобой разговаривать.

— Что? Но я думал, что нравлюсь твоим родителям. — Я не знаю, что было милее: удивление в его голосе или оскорбленное выражение лица. — Твой отец сказал, что я могу заходить в любое время. Твоя мама даже обняла меня.

Это признание заставило меня поежиться.

— Да, она иногда становится немного возбужденной — прости за это. Но дело не в тебе. Они просто испугались, когда я рассказала об аварии и упомянула, что ты помог мне разобраться с полицейскими. Они боятся, что ты можешь узнать мой секрет и рассказать его всему миру. У моего папы снова разглагольствования насчет тестов в секретной правительственной лаборатории.

— Но я не хочу, чтобы кто-то тебя забирал, даже больше, чем он.

— Он прекрасный отец. Это его работа — быть чересчур осторожным.

С лица Райана медленно сошла хмурость.

— Наверное, если бы ты была моей дочерью, я бы тоже чересчур тебя опекал. — Он вздохнул и улыбнулся мне. — Наверное, было бы даже хуже, судя по тому, что я чувствовал, когда появился тот репортер.

Я не могла поверить, что мое сердце трепетало от этого, но это было так, и, что еще хуже, мне нравилось это чувство.

— Твой удар был хорош, — засмеялась я, стараясь не краснеть.

— Да, я удивил самого себя.

— Я не удивлена — ты всегда находишься под впечатлением от самого себя.

Райан рассмеялся, но не стал отрицать обвинение.

— Я никогда не был драчуном, но признаю, что хотел убить этого парня.

Райан был не единственным. Я тоже хотела отправить Картера в могилу. Единственная разница между мной и Райаном была в том, что я могла это сделать. Запросто. Мои силы пугают меня, но иногда чувства, которые приходят с этими силами, намного страшнее. Я почти понимаю, почему суперзлодеи становятся теми, кто они есть, потому что так трудно избегать желания использовать свои силы, чтобы причинить кому-то вред, когда кто-то причиняет вред тебе. Конечно, моя совесть всегда спасает меня, но если бы мне пришлось все время иметь дело с такими парнями, как Картер, когда-нибудь я бы сломалась.

Я содрогнулась от своей мысли, и, когда Райан спросил, в чем дело, я быстро сменила тему.

— Куда мы идем?

Райан ухмыльнулся, успешно отвлекшись.

— Я надеюсь, у тебя не было никаких планов на сегодня.

— Нет, но, очевидно, ты знаешь это. Не мог бы ты просветить меня?

— Тренировка.

— Не обижайся, Райан, но я не в восторге от идеи смотреть, как вы с Майком будете часами размазывать друг друга по полю.

— Не я — ты. Ты научишься контролировать свою силу.

— И как ты предлагаешь мне сделать это?

— Тренировка, — снова сказал он. — Ты смотрела Тайны Смолвиля*?

— Все смотрели Тайны Смолвиля, — сказала я, не удивляясь, что он сравнивает мою жизнь с сериалом о вымышленном городе, полном фриков.

— Каждый раз, когда у Кларка появлялась новая способность, он практиковался. Это не занимало у него много времени, поэтому если ты больше похожа на Супермена, как ты утверждаешь, то я готов поспорить, что мы бы сделали это к следующей неделе.

Я бросила на него косой взгляд, но он просто рассмеялся.

— Ты знаешь, что хочешь этого.

— Этот план похож на тот план с Бекки.

— Эй! Технически, тот план сработал.

Я была так раздражена из-за того, что он был прав.

— Хорошо, Эйнштейн, у тебя есть стратегия для этого плана?

— Интересный выбор слов, — сказал Райан, а затем намеренно сменил тему. — Кстати, ты выглядишь очень горячо. Похожа на Лоис Лэйн*.

— Ох, заткнись!

— Извини, это немного иронично, учитывая, что мы собираемся сделать.

— И что это будет?

— Сюрприз.

Райан не стал бы мне рассказывать о своем плане больше, чем о том, куда мы направляемся. Конечно, это не было тайной, когда он свернул с I-80 в сторону Тахо-Сити*. Я задавалась вопросом, почему он вез меня на озеро Тахо, но должна признать, что после моего сна про Гранд-Каньон я абсолютно не была против того, чтобы остаться с ним наедине в пустынном месте.

Мы ехали мимо гор, и в окнах мелькал только лес, пока мы не достигли большого бревенчатого дома с огромной верандой. Я не могла не смотреть на это красивое сооружение. Казалось, что это место спрятано от мира, и у меня было чувство, будто мы с Райаном единственные люди на земле. Опять же, я не жалуюсь.

— Тебе нравится? — спросил Райан, увидев улыбку на моем лице.

— Трудно поверить, что что-то настолько прекрасное может находиться рядом с Сакраменто. Это похоже на кусочек пазла.

— Близко. Однажды это место попало в календарь, — Райан ухмыльнулся. — Это хижина моего отчима.

— Ты назвал это хижиной?

— Джин так называет. Когда он женился на моей матери, он переехал в наш дом, чтобы мы чувствовали себя более комфортно, потому что дом, в котором он жил, был в три раза больше этого.

Я моргнула. Я не могла это осмыслить. Мой отец управляет лесопильней в Западном Сакраменто. Он получает достаточно, чтобы мы могли содержать наш маленький домик в пригороде, но он должен выиграть в лотерею, чтобы иметь такой дом.

— Многих недовольных людей в этом мире нужно мотивировать, — пошутил Райан. — Пойдем, вид с другой стороны лучше.

Он был прав: вид был намного лучше. Мы как будто висели над склоном горы, и нам открывался вид на озеро. Я узнала эту часть дома. Я видела ее каждый раз, когда приходила на это озеро, чтобы делать домашнюю работу в тишине и спокойствии. Это был один из самых красивых домов на берегу озера, и я часто задавалась вопросом, каким людям принадлежит это место. Странно было сейчас находиться здесь.

— Спасибо, что привез меню сюда, здесь очень красиво, но что мы здесь делаем?

— Ну, если мы собираемся увидеть твои возможности во всей красе, то нам нужно место, где нас никто не увидит. Это было единственным приватным местом, о котором я вспомнил.

— Ты хочешь «увидеть во всей красе» мои возможности?

— Да, покажи мне, что у тебя есть.

— Чего ты хочешь? Место в переднем ряду на шоу уродов? Я не собираюсь стоять здесь и делать трюки за коробку собачьего печенья.

— Джейми, — Райан закатил глаза, как будто я была смешной. — Я понимаю, что ты стесняешься быть другой, но ты не пугаешь меня, поэтому перестань так беспокоиться. Я не ищу дешевых развлечений. Я просто пытаюсь тебе помочь. Если мы собираемся практиковаться, тогда мне сначала необходимо узнать, на что ты способна. Как пробы.

— Пробы?

— Да, — Райан залез в вещевой мешок, который привез с собой, и достал лампочку. — Затем, после того, как я узнаю, что ты можешь делать, мы начнем с основ.

На лице Райана появилась широкая ухмылка. Ненавижу, когда он так делает. Это так несправедливо! Он был слишком симпатичным, и я купилась на это. Я не могла удержаться от того, чтобы не посмеяться над ним.

— Для чего это?

— Можешь зажечь ее?

Я посмотрела на него, но он ждал, что я сделаю так, как он просит, поэтому я забрала лампочку и пустила через нее настолько большую силу, что она взорвалась.

— Я так и думал, — засмеялся Райан, доставая вторую лампочку из мешка. — Теперь ты можешь просто держать ее, не зажигая? — я все еще не была удивлена. — Ну, можешь?

Я взяла лампочку и сжала ее в кулаке.

— Доволен? — спросила я, когда свет погас.

Райан широко улыбнулся. Я никогда не видела на его лице такой широкой улыбки.

— Вполне, — признался он и подошел ко мне. — Видишь? У тебя есть какая-то власть над этим. Тебе просто нужно понять, как это работает, и затем ты попытаешься сделать это, когда начнешь терять контроль.

Райан медленно взял мою свободную руку, и как только его пальцы коснулись моей кожи, я почувствовала бабочек в своем животе.

— Как сейчас, например, — сказал Райан, глядя на тусклое свечение, которое шло от лампочки. — Ты начинаешь терять контроль. Давай проверим, можешь ли ты выключить ее.

Я умирала от стыда, но мне также было любопытно посмотреть, смогу ли я сделать это, поэтому я подыграла. Я не отрывала взгляд от лампочки, потому что, если я посмотрю на Райана, лицо которого было так близко от моего, будет гарантированный взрыв лампочки. Через мгновение свет начал постепенно исчезать. Я почувствовала прилив волнения, и свет снова начал появляться, поэтому я сконцентрировалась еще сильнее. Свет снова погас.

Райан отпустил мою руку с гордой улыбкой на лице, которая кричала: «Я же говорил тебе», но я была слишком поражена, чтобы волноваться об этом. Даже если это и был маленький тест, я на самом деле контролировала себя.

Я улыбнулась темной лампочке, но затем, без предупреждения, Райан коснулся своей рукой моей щеки и начал приближаться своими губами к моим. Он застал меня врасплох, и я отскочила назад, пальцы Райана соскользнули с моей щеки. Лампочка загорелась так ярко, что почти слепила.

Райан рассмеялся.

— Хорошо, хорошо. Извини. Я больше так не буду. Но ты не можешь винить меня за то, что я хотел убедиться.

Я не думаю, что это было смешно. Моя рука сжималась вокруг лампочки, пока свет не замигал, а осколки от лампочки не посыпались на пол.

— Извини, — снова сказал Райан, в этот раз более серьезно. — Я обещаю: больше никаких сюрпризов. Но ты видела это? Ты контролировала себя. Если мы продолжим работать над этим, у тебя будет получаться все лучше и лучше. И мы можем сделать это со всеми твоими силами.

— Хорошо, — вздохнула я. — Ты хочешь увидеть, что я могу?

— До смерти хочу увидеть все, что ты можешь.

— Будь осторожен со своими желаниями, — проворчала я и побежала.

Меня не было около десяти секунд. Когда я вернулась, Райан все еще выглядел ошеломленным из-за того, что я исчезла.

— Вот, — я пересыпала горсть песка в его руку.

Райан посмотрел вниз широко раскрытыми глазами.

— Это… — он посмотрел вниз на гору позади нас, где располагалось озеро. — Ты только что…

Я посмотрела через его плечо на озеро внизу и покачала головой.

— Нет. Это тихоокеанский песок. Кармел-Бич, на самом деле, в Монтерее*, - я пожала плечами, когда он широко открыл рот. — Только самое лучшее.

Я ждала, скажет ли Райан что-нибудь или нет. Ему понадобилась минута, но он, как и обещал ранее, не сошел с ума.

— Ты говоришь мне, что только что побывала в Монтерее? Это в пяти часах езды отсюда.

Я снова пожала плечами.

— Я быстрая. Из всех моих сил скорость является самой сильной, кроме слуха. Их я использую чаще всего. Все остальные я не могу так хорошо использовать.

Райан пытался сохранить выражение своего лица нейтральным, но его глаза снова были потрясенными. Он не мог перестать смотреть на меня, поэтому я прислонилась к перилам на крыльце и смотрела на воду, чтобы не смотреть ему в глаза. Через минуту он присоединился ко мне. Когда он посмотрел на озеро, а не на меня, он смог заговорить.

— Итак, ты быстрая, ты хорошо слышишь и можешь убить меня одним прикосновением. И ты говоришь, что можешь делать что-то еще?

— Немного. Помимо того, что я ходячая батарея, остальное, кажется, только физические навыки. У моего отца есть теория об этом.

— Я люблю теории! — после того, как я посмотрела на него, Райан объяснил. — Помнишь о себе и мафии? — он пожал плечами, чувствуя себя виноватым. — Это была не первая моя теория.

Я не знаю, как Райану удалось сохранить спокойное выражение лица, потому что я не смогла. Я вздохнула, но это немного облегчило рассказ.

— Грузовик, который перевозил отходы, попавшие на меня, был с завода по производству удобрений. Мой папа думает, что электричество от линии электропередач внесло эти удобрения в мое тело, как какой-то суперкоктейль Miracle-Gro. Мы думаем, что это сделало меня физически сильнее, как какую-то траву или еще что-то.

— Так вот почему твои волосы зеленые? — спросил он с дьявольской усмешкой.

— Ха-ха, — сказала я.

— Это травяной зеленый? Или неоновый зеленый?

Я проигнорировала его.

— Извини, — сказал он, смеясь над собой. — Я просто не могу представить тебя с зелеными волосами. Ты должна мне как-нибудь показать.

— Ага, — сказала я, фыркая. — Конечно.

— Почему нет?

— Эм, может быть потому, что я должна позволить отрасти волосам, чтобы ты смог увидеть, и тогда я буду главным уродом. Может быть, мне удалось бы избежать неприятностей в Лос-Анджелесе, но в Сакраменто?

Райан нахмурился, а затем попытался договориться.

— Хорошо, хорошо. Но глаза. Ты должна позволить мне увидеть твои глаза.

Я опустила взгляд на воду. В отличие от волос, у меня не было хорошего оправдания, чтобы не показывать Райану глаза. Но я не просто смущалась своих после-аварии глаз, я очень сильно смущалась. Мои глаза были самой странной частью меня, и я не позволю Райану победить в этом.

— Ты их видел, — сказала я.

— Я едва видел один, и только несколько секунд. Это не считается.

— Считается.

— Не считается!

Взгляда, который я послала Райану, было достаточно, чтобы он опустил свои руки в поражении.

— Хорошо, хорошо, хорошо, — сказал он. — Мы поговорим об аварии. Теория твоего отца о Miracle-Gro-Девушке…

Я снова посмотрела на него, но решила не обращать внимания на глупое прозвище. В этот раз.

— Химические вещества, которые меня облили, каким-то образом усилили все мои физические чувства. Скорость и ловкость, слух, зрение, силу, обоняние, вкус.

— У тебя супервкус? — спросил Райан.

— Это не моя любимая суперсила. В принципе мои вкусовые рецепторы сверхчувствительны, как и все остальное. В основном это делает меня суперпридирчивой. И это сводит с ума мою маму.

— Первый в мире супергерой-критик еды. Берегись, Вольфган Пак*.

Райан снова рассмеялся, и я почувствовала, что меня пьянит его смех. Раньше я никогда не шутила о своих силах. Единственные люди, с которыми я говорила об этом, — мои родители, и это всегда был серьезный разговор. Я никогда не думала с весельем о моих силах, но сейчас с Райаном, когда он смеется и шутит, я начинала понимать, как он может быть таким оптимистом.

Оптимизм не является моим сильным качеством, но он, казалось, был суперсилой Райана.

— Как получилось, что ты стал таким? — спросила я, когда смех стих.

Райан был удивлен вопросом. Он осторожно улыбнулся и спросил:

— Каким?

— Я никогда не встречала таких людей, как ты. Ты все время такой непринуждённый и можешь во всем найти хорошее. Ты никогда не позволяешь другим расстраивать тебя. Ты просто такой… счастливый. Все время. И это заразительно. Никто не может озарить комнату так, как это делаешь ты.

— Никто не может озарить комнату так, как можешь ты, — пошутил он.

— Я серьезно! Никто не может быть постоянно таким расслабленным, как ты. Как ты это делаешь? Если бы я была наполовину такой же спокойной, мне бы не пришлось проходить через твой лагерь для сдерживания суперсил.

— В таком случае я никогда не расскажу свой секрет.

— Серьезно, Райан, расскажи мне о себе. Ты знаешь все обо мне, но ты для меня такая же загадка, как я для кого-то, — я почувствовала, как моя шея начала гореть, и отвернулась, надеясь, что он не заметит румянец. — Пожалуйста? — застенчиво прошептала я. — Я тоже хочу понять тебя.

Я оглянулась на Райана, когда он ничего не сказал, но он, казалось, потерялся в своем собственном мире, который находился где-то далеко.

Когда я подумала, что не откроется мне, он сказал:

— Это из-за моего отца, — его глаза оставались безэмоциональными, и он смотрел на воду.

— Я должна была понять. Гуру самозащиты и все такое.

— Не Джин — мой реальный отец, — Райан наконец перестал смотреть на воду и улыбнулся мне. — Джин — отличный парень, и я думаю, он очень помог мне. Наверное, именно так я получил свою уверенность. Но мягкий темперамент достался мне от моего отца.

Я вдруг поняла, что не знаю, что случилось с его отцом. Я не знала, умер ли его отец, или его родители просто развелись. Даже не знала, как давно мама Райана снова вышла замуж. Я боялась, что возрождаю очень болезненные воспоминания, но мне было так любопытно, что я не могла сказать ему, чтобы он остановился.

— Мой отец неплохой парень, но он был так несчастен, когда жил с нами. Для него все было таким грандиозным, и он боролся за мелкие вещи. Если моя мама каким-то образом с весельем смотрела на него, если она отвечала на телефонный звонок, когда они разговаривали, если я проливал сок на стол или пропускал пас, когда мы играли в мяч… Он всегда кричал и расстраивал мою маму из-за самых нелепых вещей. К тому времени, когда они развелись, он ругались девяносто девять процентов всего времени. Я постоянно прятался в гостях у друзей либо в своей комнате. Мама стала ходить на йогу, когда ушел отец, чтобы справиться со всем, и одна из женщин познакомила ее с Джином на одном из семинаров. Джин изменил жизнь моей мамы, но воспоминания о моем отце сделали меня таким, какой я есть. Просто не стоит напрягаться и из-за всего злиться. Жизнь не так уж плоха — просто большинство людей предпочитает видеть только негатив.

Райан остановился на минуту, нервно улыбнулся мне, а затем сказал:

— Это похоже на тебя. Ты через многое прошла, и у тебя есть все основания, чтобы волноваться обо всем, но ты когда-нибудь пыталась видеть хорошие вещи? Джейми, у тебя появился второй шанс. Все в тебе — это настоящее чудо, но ты тратишь его попусту.

А я думала, что мои родители хорошо разбираются в чувстве вины…

Я начала плакать и, честно говоря, не думаю, что Райан был удивлен.

— Ты прав, — сказала я. — Я трачу его впустую. Я ненавижу свою жизнь. Каждый день какая-то часть меня жалеет, что я не умерла в той аварии.

— Не должно быть так.

— Да, но, Райан, я не такая, как ты. Я не знаю, как избавиться от этих вещей, как будто они не имеют значения. Что если я не смогу измениться?

Райан вытащил еще одну лампочку из мешка.

— Ты уже запустила процесс.

Слезы катились по моему лицу, но я улыбалась им и даже позволила себе наполовину смеяться, наполовину плакать. Я хотела обнять его, но в прошлый раз он пропустил день в школе из-за этого, поэтому я просто вытерла слезы со своих щек.

— Как много ты принес? — спросила я, указывая на лампочку.

Райан улыбнулся, благодарный за мое хорошее настроение.

— Давай просто скажем, что я подготовился.

*Тайны Смолвиля — американский научно-фантастический телесериал, основанный на комиксах о Супермене и рассказывающий о его юности и становлении супергероем.

*Лоис Лейн — персонаж комиксов о Супермене, его возлюбленная и впоследствии жена.

* Тахо-Сити — город в Калифорнии. *Монтерей — город в Калифорнии.

*Вольфган Пак — знаменитый австрийский шеф-повар, ресторатор, бизнесмен, иногда снимающийся в кино и на телевидении.

ГЛАВА 13

Найти оправдания за все то время, что я проводила с Райаном в течение следующих нескольких недель, не было большой проблемой — с тех пор, как я попала в аварию, я постоянно пропадала на несколько часов, заявляя, что мне нужно немного спокойствия и тишины, — но терпение моих родителей заканчивалось. Каждый раз, когда я «практиковалась», как называл это Райан, я для убедительности приносила новый магнит. Я не знаю, пыталась ли я создать правдивое алиби или просто надеялась облегчить вину, которую чувствовала из-за того, что врала родителям.

Я чувствовала себя плохо из-за этого, но все равно проводила время с Райаном. Помимо того факта, что я была вроде как зависима от него, он действительно помогал мне, и это было невозможно игнорировать. Чем больше мы тестировали мои силы, тем больше понимали, что мое тело принимало их. Я физически чувствовала, что лучше понимаю, как они работают и их пределы.

Тем не менее, независимо от того, что делала, я не могла разделить силы и свои глупые эмоции. При малейшем колебании настроения весь контроль вылетал в окно. Если Райан смотрел на меня как-то не так, я теряла контроль. Если Райан смотрел на меня так, как я хотела, я теряла контроль. И всякий раз, когда он пытался меня поцеловать, обычно что-то взрывалось. Кто-то должен научить его небольшому контролю.

Поэтому мы решили дать моим силам отдохнуть, и вместо этого Райан научил меня некоторым теориям своего отца по управлению стрессом и травяным добавкам. Он также показал мне правильные техники медитации. Мы вместе занимались йогой, и, даже если я чувствовала себя нелепо, я не могла отрицать положительного влияния, которое на меня оказывает здоровый образ жизни.

Папа тоже заметил эти изменения и в один из субботних вечеров смутил меня большим подарочным сертификатом Barnes & Noble[10].

— Что за повод? — спросила я, не в силах понять, зачем он дал мне его.

— Ну, я знаю, что технически ты все еще не завела друзей и не устроилась на работу, но ты была совсем другой эти несколько недель, поэтому я отпускаю тебя.

— В чем загвоздка? — да, я была подозрительной. Мой папа просто так не меняет свою точку зрения. Я получила свое упрямство от него.

— Никакой загвоздки, — настаивал он. — Мы хотели, чтобы ты сделала это лишь потому, что ты казалась такой несчастной, но в последнее время ты выглядишь более счастливой, поэтому, даже если ты и не послушалась меня, ты все равно заслуживаешь свободу.

— Значит, я больше не под арестом? — я все еще ждала удара.

— Больше не под арестом.

— А что насчет Райана?

— Что ты имеешь в виду?

— Мне все еще запрещено с ним разговаривать?

— Джейми, я не просил тебя держаться от Райана подальше в качестве наказания, просто это слишком…

— Пап, — перебила я, не желая слышать то, что он, как я подозревала, собирался сказать. — Ты должен понять, что всегда будет риск, независимо от того, с кем я захочу поговорить. Будь то сейчас Райан или кто-то, кто узнает меня в будущем. Либо я остаюсь в этом доме взаперти навсегда, чтобы убедиться, что никто никогда не узнает правду, либо я завожу друзей и рискую, что кто-то узнает. Я не могу выбрать сразу оба пути. Но поверь мне, если кто-то и не хочет, чтобы мир узнал, что он фрик, так это я.

Мои родители нахмурились, когда я использовала слово «фрик», но я не отвлеклась на это. Я наградила отца самой искренней улыбкой, которой могла.

— Я та, с кем это случилось. Это мой секрет, моя жизнь. Ты должен чуть больше доверять мне, чтобы я знала, что делаю.

Кажется, это заставило моего отца задуматься, но он все еще не был до конца убежден. Я знала, что уже не смогу просто остановиться, и надеялась, что смогу высказаться, не покраснев.

— Ты сказал, что хочешь, чтобы я была счастлива, — я смущенно пожала плечами, когда мои родители пристально посмотрели на меня. — Райан делает меня счастливой. Это даже не его вина. Он как подарок. Он делает всех счастливыми. Он мой лучший друг, мой единственный друг, и я нуждаюсь в нем.

Слишком тяжело не покраснеть. Я почувствовала, как загорелось лицо, и моя застенчивость из-за этого, наконец, заставила мою маму плакать слезами радости, которые она так старалась сдержать. Неловкий разговор.

— О, ради всего святого, Стэн! — заплакала она.

Папа помолчал минуту, а потом, наконец, вздохнул.

— Милая, если он ответственен за все эти изменения в тебе, — сказал он, осторожно мне улыбаясь, — тогда я ему благодарен. Полагаю, если это действительно то, что тебе нужно, я доверяю тебе. Просто пообещай мне, что будешь осторожна.

Мне удалось не завизжать от счастья, но я кинулась ему в объятия, практически сбивая с ног.

— Спасибо, папочка! — завизжала я, целуя его в щеку. — Обещаю, что мой секрет всегда будет в безопасности.

Я снова поцеловала его в щеку. Я ничего не могла с собой поделать. Я была так счастлива получить одобрение отца. На этот раз он слегка усмехнулся и обнял меня.

— Итак, я могу ненадолго пойти к Райану? — спросила я, когда отстранилась от него. — Чтобы сообщить ему хорошие новости?

После очередного протяжного вздоха улыбка моего папы наконец исчезла.

— Хорошо, иди, — сказал он. — Просто будь осторожна!

На этот раз я закатила глаза от его предупреждения.

— Райан очень, очень хороший человек, пап. Вот увидишь. Тебе не о чем беспокоиться, обещаю.

— Это не то, что я имел в виду, — сказал он, надевая лицо лучшего-папы-на-свете. — Он все еще семнадцатилетний парень.

Я рассмеялась, когда поняла, о чем он говорит.

— Не беспокойся, пап. Если он не сможет держать свои руки при себе, я просто ударю его током, — я подмигнула, а затем бросилась к дверям, пока он не передумал.

Я была в таком приподнятом настроении, что не стала заморачиваться с тем, чтобы добраться до дома Райана на машине. С ним мне не нужно притворяться, да и машина была недостаточно быстрой. И так как это был первый раз, когда я увидела его без принуждения, он был приятно удивлен, когда увидел меня на пороге своего дома.

— Джейми! Что ты здесь делаешь?

— У меня хорошие новости.

Райан немедленно стал похож на возбужденного щенка.

— Ты наконец-то решила присвоить мне статус своего парня?

— Конечно, нет, — я рассмеялась. — Не будь смешным.

— Ты покажешь мне свои глаза?

— Хорошая попытка.

Он надул губы всего на секунду, но затем его лицо снова озарилось.

— Ты научилась летать?

Это было настолько неожиданно, что я забыла, о чем думала.

— Что?

— Брось, это было бы здорово, и ты это знаешь.

— Ну, я хоть и удивительна, — поддразнила я, — но сомневаюсь, что даже я смогла бы бросить вызов гравитации.

Райан рассмеялся, когда потянул меня в свой дом. Затем он тут же запер дверь, как будто пытался не дать мне убежать.

— Хорошо, — сказал он осторожно. Думаю, он еще не совсем уверен, что я действительно нахожусь здесь. — Так какие у тебя хорошие новости?

— Я пришла, чтобы сказать тебе, что мне можно с тобой общаться.

— Правда? — брови Райана взлетели вверх от радостного возбуждения, и следующее, что я поняла, его руки обернулись защитным кольцом вокруг моей талии.

— Ничего не додумывай, Ромео. Мы все еще несчастные влюбленные, — я убрала его руки с моих бедер и засмеялась, когда он нахмурился от той дистанции, которую я оставила между нами. — Я по-прежнему полностью тебе не подхожу. Я просто хотела сказать, что папа снял запрет на Райана, и теперь мне технически разрешено с тобой общаться.

— Ох.

Не думаю, что моя новость была для него такой же хорошей, как для меня. Он так трогательно надул губы.

— Мне не нужно больше врать, — сказала я, пытаясь вернуть его возбуждение. — Должна признать, что практика, вероятно, будет теперь не такой веселой, как сейчас. Тот факт, что мы скрывались, был довольно классным.

На этот раз у Райана не было остроумного ответа. Он просто наградил меня одним из своих взглядов. Опасный вид, который превращает мой мозг в месиво и заставляет меня согласиться с тем, что он хочет.

— Каким бы ни было твое настроение, — сказал он, делая шаг ко мне, — мне оно действительно нравится.

Я бы никогда не призналась ему в том, что мне тоже это нравилось. У меня было отличное настроение, но даже я удивилась своему ответу.

— Хорошо, тогда это тебе понравится, — сказала я, сокращая расстояние между нами. — Давай сходим куда-нибудь.

— Что? — Райан был так уверен, что неправильно меня услышал, что не отошел от шока, пока я не повторила свои слова.

— Давай сходим куда-нибудь, — снова сказала я. — Все, что мы делаем вместе, — практикуемся. Мы никогда вместе просто не тусовались. Давай забудем о моих возможностях и сходим посмотреть фильм или сыграем в мини-гольф, или еще что-нибудь.

Райан пошатнулся назад. Если бы не тот факт, что он полностью потерял дар речи и не мог закрыть свой разинутый рот, я бы подумала, что он пытается быть забавным. Тот факт, что он был серьезен, сделал ситуацию не просто забавной, а смешной. Я не смогла сдержать смех.

— Если ты не в настроении, — поддразнила я, — тогда, может быть, в другой раз.

Я потянулась к дверной ручке, но рука Райана накрыла мою прежде, чем я открыла дверь.

— Ты просишь меня пригласить тебя на свидание? — спросил он, все еще смотря на меня широко открытыми глазами.

— Если ты называешь проведение приятного вечера со мной очень платоническим, строго-без-рук-абсолютно-без-поцелуев-в-конце-вечера свиданием, то да. Думаю, это то, о чем я тебя прошу. То есть, если у тебя нет идеи лучше, как провести сегодняшний вечер. Я понимаю, что сегодня вечер субботы, а ты Райан Миллер.

Райан отвел мою руку от двери и сказал:

— Вообще-то, сегодня вечером будет большая вечеринка, и это будет отличный шанс для тебя, чтобы…

Я приложила палец к губам Райана. Он был так удивлен моим случайным прикосновением, — обычно это он искал контакта — что слова застряли у него в горле.

— Никакого шанса, — сказала я. — Я знаю все о вечеринках Майка Дрисколла и не собираюсь идти.

Я убрала палец с его губ, и он тут же начал спорить, поэтому я приложила руку к его рту.

— Ни за что, — предупредила я. — Понимаю, если тебе нужно быть там — он твой лучший друг и все такое, — Райан энергично закивал головой. — Но, с практикой или без практики, если бы мне пришлось провести весь вечер с Майком, Бекки и Пейдж, я бы кого-нибудь убила. Умышленно.

Райан изменился в лице от моего заявления, и я почувствовала, что начала оттаивать. Поэтому я применила один из приемов Райана Миллера и надула губы. Жалобно.

Я издала вздох, который заставил бы даже моего отца дать мне то, что я хотела.

— Все в порядке, — сказала я. — Мы можем сходить куда-нибудь в другой раз.

Я неохотно отдернула руку от Райана, и он протянул руку, — как я и надеялась — чтобы не дать мне уйти.

— Майк постоянно устраивает вечеринки, — нерешительно сказал он. — Уверен, он поймет, если я пропущу одну.

Я улыбнулась своей победе. Но когда Райан улыбнулся в ответ и поднес мои пальцы к своим губам, чтобы поцеловать, я покраснела.

Это был последний раз, когда я покраснела за этот вечер. Райан был идеальным «строго платоническим» джентльменом. Признаю, что он справился с собой гораздо лучше, чем я думала. Он открывал каждую дверь, запрещал мне за что-либо платить и весь вечер не касался меня даже пальцем. Абсолютно никакого физического контакта, что на него совсем не похоже.

Он так хорошо себя вел, что это почти разочаровывало. Но с другой стороны, Железнодорожный музей штата Калифорния точно не самое романтичное место в мире. Это правильно, что на наше первое свидание Райан отвез меня в Старый Сакраменто, где мы приготовили ириски, добыли «золото дураков» и, как вы уже догадались, прошлись по железнодорожному музею.

Ах, Сакраменто — город любви…

Хорошо, конная прогулка мимо Капитолия была довольно романтичной. Но даже тогда Райан не пытался дотронуться до меня, а тем более поцеловать. Думаю, он воспринимал это свидание как какой-то тест или какой-то барьер, который он преодолел, и теперь не хочет терять почву под ногами.

Я даже была готова согласиться поцеловать Райана в моих мечтах после сегодняшнего дня, потому что этот один вечер нормальной жизни был лучше, чем я могла просить. Я замечательно провела время, — только Райан Миллер мог сделать вечер субботы таким прекрасным, даже проведя его в железнодорожном музее, — и я была уверена, что мое удивительное, беззаботное настроение будет длиться вечно.

Я ошибалась. Мой пузырь лопнул, когда я пришла в понедельник в школу. Райан уже был там, и он разговаривал с Майком и Пейдж. Я слышала их с парковки, и да, у меня был суперслух, но через несколько минут любой смог бы их услышать со стоянки. Ну, во всяком случае, Пейдж.

Все началось достаточно просто, с Пейдж и ее отвратительным — который никогда не обманывает — голосом, она спрашивала Райана, как он провел свои выходные.

— Мы скучали по тебе в субботу вечером.

— Спасибо. Всегда приятно, когда по тебе скучают.

Ха! Этот ответ был в стиле Райана. Не думаю, что Пейдж оценила его, как это сделала бы я, и Майк явно не был доволен.

— Не могу поверить, что ты пропустил мою вечеринку, — проворчал он.

— Прости, чувак, были дела поважнее, — ответил Райан, не обращая внимания на гнев Майка. — Но я все исправлю. Я спрошу Джина, можем ли мы взять лодку и поехать на озеро в эти выходные.

— Я звонил тебе около пятидесяти раз. Чем таким важным ты был занят, что проигнорировал своего лучшего друга?

— Я встречался с Джейми.

Я была удивлена, услышав, что Райан занял оборонительную позицию, и думаю, Майк тоже был удивлен, потому что он затих. Пейдж, с другой стороны…

— В воскресенье тебя тоже не было дома, — многозначительно сказала она. — Я собиралась зайти к тебе, чтобы предложить сходить куда-нибудь.

Голос Райана был почти слишком вежлив, когда он сказал:

— Прости, я не знал. Я весь день был в домике моего отчима. В другой раз, обещаю.

Тогда Пейдж расстроилась. Это было довольно шокирующе. Годами она отчаянно пыталась и теперь провалилась так плачевно, когда почти уже достигла своей цели, и теперь она просто уже больше не могла.

— Да, конечно, — горько проворчала она.

— Что? — я слышала растерянность в голосе Райана, а также боль.

— Я сказала: «Да, конечно», — завопила она. — Ты просто снова пытаешься избавиться от меня. Райан, если ты не хочешь встречаться со мной, просто скажи.

Повисла тишина, и через несколько мгновений Райан сказал:

— Прости, Пейдж, — он бы искренним, но это не помогло ему. Не с Пейдж. — Ты замечательный друг, но мне действительно не нужно ничего другого.

— Ты имеешь в виду не от меня! Тебе не нужно ничего другого от меня.

Я слышала, как Райан проглотил комок в горле. Бедный парень, вероятно, вспотел.

— Да, — спокойно сказал он. — Это то, что я имею в виду.

По отдельности каждый вздох, который последовал за признанием Райана, был относительно тихим, но, видимо, на парковке было достаточно людей, наблюдающих за этой сценой, что получившийся звук практически сотрясал стены. Ну, и Пол Уорнер закричал:

— Вот черт! — достаточно громко, чтобы мои уши заболели.

Пейдж явно была слишком расстроена, чтобы говорить, но Майк пришел ей на помощь.

— Это было грубо, чувак. В чем твоя проблема?

Райан вздохнул.

— Она хотела знать правду.

Я слышала, как всхлипывает Пейдж, и затем Райан начал говорить почти шепотом:

— Прости, Пейдж. Я просто не думаю, что у нас что-нибудь получится.

— Ты никогда не давал нам шанса! — рыдала Пейдж.

— Что ты от меня хочешь, Пейдж? Ты просто не совсем подходящая девушка для меня, — сказал Райан, пытаясь снова сделать свой голос твердым.

— А этот фрик? — закричала Пейдж. Казалось, она перестала плакать, и ее голос был таким злым, что даже я боялась ее. — О, не отрицай этого, Райан! Это настолько очевидно, что меня тошнит! Тебе нравится Джейми! Девушка-фрик! Ледяная королева! Она не способна испытывать чувства! Она просто использует тебя, чтобы причинить мне боль и стать популярной. Неужели один поцелуй действительно стоил того, что ты бросаешь всех своих друзей, чтобы попытаться встречаться с какой-то шлюхой, которой на тебя плевать?

— Джейми не фрик, перестань ее так называть. Ты не потеряешь меня как своего друга, Пейдж. Я всегда буду твоим другом. Я все еще твой друг. Почему я не могу быть другом Джейми?

— Я не знаю, друг. Пейдж права.

Я почти забыла, что в этом участвует Майк, но сейчас, хотя он больше и не кричал, он казался более злым, чем был до этого.

— Что? Что я сделал такого плохого? — Райан, наконец, рассердился. — Я сказал, что мне жаль, что меня не было на твоей вечеринке в субботу.

— На вечеринке в субботу? Попробуй извиниться за последние две-три недели! Замкнутая чика влияет на тебя. Ты пропускаешь важные моменты, бро.

— Я пропускаю важные моменты? Бекки даже не смотрит на тебя.

— По крайней мере, я дал ей шанс.

— Ты не дал ей ни единого шанса. Ты использовал ее в своей маленькой игре, а затем выбросил на следующий день.

— Если Бекки не хотела встречаться со мной, она не должна была идти на танцы со мной.

Пейдж вдруг снова вернулась в разговор.

— Кого волнует Бекки? Речь идет не о Бекки! Речь идет о тебе, Райан. Ты меняешься, и это все из-за этого фрика, Джейми Бейкер!

— Ты можешь обвинять меня? — закричал Райан. — Все, что я когда-либо получал от вас, это одно дерьмо! — последовала пауза, а затем Райан испустил сердитый вздох. — Забудьте об этом.

Я никогда не видела, чтобы Райан терял над собой контроль. Хорошо, я слышала, как Райан теряет над собой контроль. Я все еще не видела их, потому что сидела в своей машине. Не то чтобы я была трусихой, но я действительно сомневаюсь, что мое появление все исправит.

Внезапно раздался голос Майка.

— Эй, Миллер!

Послышался громкий шлепок. Звук удара заставил мое сердце биться чаще, поэтому я немедленно вышла из машины.

— Ты даже не представляешь, как долго я хотел это сделать. Хорошо, что наконец-то появилась причина, — сказал Майк, подтверждая мои опасения, что Райана только что ударили.

— Хорошо, что ты сделал это, — сказал Райан самым угрожающим тоном, который я когда-либо слышала у него. — Приятно знать, кто мои настоящие друзья. Джейми, может быть, необщительна, но, по крайней мере, она не претендует быть твоим другом перед тобой, а затем обсирает тебя, когда выходишь из комнаты.

— Не волнуйся. Я больше не буду ждать, когда ты уйдешь. Повеселить в Лузервилле с Бейкер. Все кончено!

Суматоха закончилась. Я слышала, как толпа разошлась и как люди шли к своим классам, они обсуждали сцену, которую только что видели, всё пытаясь решить, кто был прав.

Похоже, что школа собиралась разбиться на два лагеря. Я уже знала, на чьей стороне я была, но когда проходила парковку, я разрывалась изнутри. Я была счастлива, что Райан наконец-то понял, кем на самом деле были Майк и Пейдж, но знала, что ему было больно, и я ненавидела это. Мне нравилось, что он защищал меня и даже выбрал меня вместо них, но я ненавидела тот факт, что была причиной драки. Он столько для меня сделал, а я испортила его маленький счастливый мир.

Никакое мое счастье не стоило боли и страданий Райана. Я была похожа на Пейдж. Я была такой же скупой во всех смыслах, как и она, и я не была достойна Райана. Я не знала, что с этим делать, но знала, что Райан не должен сейчас находиться в одиночестве, поэтому я отправилась прямиком к стоянке, молясь, чтобы Пейдж и Майк ушли прежде, чем я доберусь до места. Их не было, потому что начался первый урок, но Райан не был в одиночестве. Бекки обогнала меня.

Я застыла, когда увидела их вместе. Они так прекрасно смотрелись вместе, что я чуть не заплакала. Они ничего не говорили, просто обнимали друг друга, и их объятия были настолько интимны, что это могла быть фотография с карточки Hallmark. Райан дрожал, — от гнева или от боли, я не могла сказать — а по лицу Бекки текли слезы.

Я хотела быть ревнивой, и ревновала, но не по той причине, по которой ревновало большинство девушек. Их объятия были объятиями старых друзей, утешающих друг друга, потому что им было одинаково больно. Я ревновала не потому, что Бекки обнимала Райана, а потому что она могла его обнимать. Я не могла так прикасаться к Райану. Я не могла быть к нему так близко. Райан до смерти хотел отношений, а я не могла дать ему их.

Райан и Бекки, казалось, замерли навечно. И пока они обнимались, я стояла и смотрела на них. Я чувствовала, что должна оставить их, но не могла заставить себя отвести взгляд. Бекки была первой, кто начал двигаться.

— Ты в порядке? — спросила она, отрываясь от рук Райана, чтобы осмотреть его глаз. Он уже становился фиолетовым.

— Я в порядке, — вздохнул Райан. — Синяки сексуальны, не так ли?

Бекки рассмеялась сквозь слезы и покачала головой, вынуждая Райана снова вздохнуть.

— По крайней мере, он не сломал мне нос. Не могу поверить, что он меня ударил.

— Он придурок, — возразила Бекки.

— Думаю, я это заслужил. Я не должен был заканчивать все вот так.

— Ты сказал все правильно.

— Но они были моими друзьями в течение долгих лет.

— Забудь их, Райан, — прошептала Бекки, снова крепко обняв его за талию. — Они заслуживают друг друга. А ты заслуживаешь друзей получше.

— Ты все еще мой друг, правильно?

— Единственный твой лучший друг со второго класса, — Бекки отстранилась и улыбнулась Райану. — Это никогда не изменится.

Они засмеялись, когда снова обнялись, но улыбка Бекки быстро исчезла.

— Спасибо, что поддерживаешь меня.

— Майк идиот. Я должен был надрать его зад несколько недель назад. Но думал, что это просто разговоры, понимаешь?

— Да.

— Мне жаль.

— Нет, — вздохнула Бекки. — Мне жаль. Я не хотела, чтобы это переросло в драку.

— Не волнуйся об этом. В любом случае, драка произошла из-за Джейми.

Резкая боль пронзила меня, когда я смотрела, как Райан ведет Бекки на ее первый урок. Одно дело думать, что я разрушаю его жизнь, но совсем другое — слышать, как он это подтверждает.

Мне нужно убираться отсюда. Я повернулась и направилась обратно к стоянке. Я все еще могла слышать, как Райан и Бекки разговаривают, пока шла.

— Райан, насчет Джейми, — начала говорить Бекки. По ее тону было ясно, что она не совсем в восторге от нашей дружбы.

— Давай не будем сейчас говорить о Джейми, — перебил ее Райан. — У меня уже было достаточно споров для одного дня.

— Но она…

Не знаю, что заставило ее остановиться, но вместо того, чтобы повторить все то, что наговорила обо мне Пейдж, она просто сказала:

— Я просто беспокоюсь о тебе.

— Не надо, — это было последней вещью, которую я слышала, прежде чем завела машину и уехала со школьной территории.

Я поехала домой, и мое лицо было настолько бледным, что было легко убедить моих родителей, что я плохо себя чувствую. Я действительно могла заболеть, потому что весь день была несчастной. Конечно, это были страдания, которым я подвергала саму себя, но сомневаюсь, что даже самый ужасный вирус мог заставить меня чувствовать себя еще хуже.

После обеда я уснула и не просыпалась, пока не раздался мягкий стук в дверь. Я сказала: «Входи», предполагая, что это мама в миллионный раз проверяет меня, и не открывала глаза, пока не поняла, что рука, которая убирала мои волосы, была слишком велика для руки мамы.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил Райан, когда я открыла глаза. — Твоя мама сказала, что ты заболела.

У меня было слишком много вопросов, и я не могла решить, какой следует задать в первую очередь, поэтому вместо этого инстинктивно задохнулась от ужасного синяка, который покрывал правую часть его лица.

— Твой глаз!

Он криво усмехнулся.

— Сексуальный, правда?

Я даже не смогла рассмеяться — настолько ужасно он выглядел.

— Выглядит болезненно.

— Все не настолько плохо.

Райан больше ничего не уточнил, а я не знала, что еще сказать, поэтому начала задавать свои вопросы.

— Что ты здесь делаешь?

— Тебя не было в школе. Я волновался.

После всего, что он пережил сегодня, он волновался обо мне? Это было так мило, но все же мне стало от этого только хуже. Как он мог продолжать мне так беззаботно улыбаться? Ему же должно было быть больно. Я хотела спросить, но не хотела первой начинать этот разговор.

— Разве прямо сейчас ты не должен быть на тренировке?

Улыбка сползла с лица Райана, и он указал на синяк.

— Дрисколл и я были отстранены от тренировок до конца недели. Это касается всего, что связано со школой. Тренер настолько разозлился, что у него полопались капилляры в глазах.

Я не могла поверить, что он смеется. Я не находила в этом ничего смешного.

— Почему тебя отстранили? Майк был единственным, кто кого-то ударил.

— Откуда ты знаешь, что я не надрал ему задницу? Тебя не было сегодня в школе.

Упс.

— Я была в школе, пока твой лучший друг не ударил тебя из-за меня. После этого я решила, что никто не захочет меня видеть там.

— Я хотел.

— Ты не считаешься.

Вместо того чтобы надуть губы, Райан снова ухмыльнулся.

— Думал, я единственный, кто считается.

Я вздохнула.

— Райан, — я была расстроена, и мне понадобилась минута, чтобы восстановить свой голос. — Майк был прав. Не в том, что ты придурок, а в том, что ты проводишь со мной слишком много времени. Ты теряешь своих друзей из-за меня, и я не могу с этим смириться. Может, нам стоит прекратить тусоваться вместе.

Райан наградил меня совершенно безрассудным взглядом, но не сердился на меня.

— Сначала тебе придется убить меня.

И снова я не думала, что это смешно, но на этот раз он не шутил.

— Никто ничего не теряет. Пейдж просто ревнует, а Майк всегда ищет повод для драки. Они справятся с этим, как только узнают тебя. Все будет хорошо, вот увидишь.

— Что ты имеешь в виду под «когда они узнают меня»? Никто не узнает меня.

— Я подумал, что это причина, по которой мы тренируемся, чтобы ты могла контролировать себя, находясь в окружении людей. Ты теперь справляешься намного лучше, поэтому я просто предположил, что ты захочешь начать общаться с другими людьми.

— Ты ошибаешься.

— Но почему? Я думал, что ты хочешь завести друзей. Жить нормальной жизнью.

— Если это означает, что я должна общаться с Майком и Пейдж, то нет, спасибо.

— Джейми, — теперь вздыхал он. — Тебе нужно преодолеть себя. Ты не можешь постоянно всех ненавидеть. Ты просто напугана, но тебе действительно нечего бояться.

— Легко говорить. Ты Райан Миллер! Ты идеальный! А я фрик, помнишь?

— Я хочу, чтобы ты прекратила так говорить.

— Зачем отрицать, если я такая?

— Ты не фрик, но я имел в виду, чтобы ты прекратила называть меня идеальным. У меня много проблем.

— Например?

— Например, моя потребность быть совершенным? Я заставляю людей влюбляться в меня, потому что очень сильно беспокоюсь, что они обо мне думают, и для этого я делаю все, что нужно. Я терпел Пейдж, хотя она сводит меня с ума, потому что я бы предпочел быть сумасшедшим, чем я бы ей не нравился. Я даже не люблю футбол, но играю в него, потому что знаю, что мой отец любит это во мне больше всего, и хотя он ушел, но мне все еще нужно его одобрение.

Я не могла поверить в то, что слышала. Райан? Комплексует? Этого не может быть.

— Мне больно от того, что я делаю эти вещи только для того, чтобы сделать других людей счастливыми. Я всегда восхищался тобой, Джейми, с первого твоего дня в школе. Я стоял рядом с Майком, когда он пригласил тебя на свидание, и ты смеялась над ним, будто он сумасшедший. Я не понимал, как кто-то может так поступить, но тебе действительно было все равно, что он подумает о тебе. Тебе было все равно, что подумает каждый. Ты даже не представляешь, как я хотел быть похожим на тебя.

Я была ошеломлена. Буквально. Я не могла говорить.

— Ты, должно быть, влияешь на меня, — поддразнил Райан после того, как стало ясно, что я не стану отвечать, — потому что я ни за что от тебя не откажусь, и неважно, сколько людей из-за этого огорчатся, — он игриво улыбнулся, но этот взгляд быстро исчез. — Я действительно хочу, чтобы ты попыталась познакомиться с моими друзьями. Знаю, в это трудно поверить, но они действительно неплохие люди.

Он улыбнулся мне, а затем быстро поцеловал меня в лоб, прежде чем встать с моей кровати.

— Пожалуйста, подумай об этом. Помимо того, что это была бы хорошая тренировка для тебя, они много значат для меня, и я бы хотел, чтобы ты узнала их.

Когда он это сказал, я сразу же представила его в объятиях Бекки. Они не значили для него многое, она значила. Может быть, она и должна.

Райан приехал посмотреть, не стало ли мне лучше, но его визит заставил чувствовать меня только хуже.

— Отдохни немного, — сказал он, обеспокоенный внезапным появлением на моем лице отчаяния.

Он подождал немного, прежде чем выйти из моей комнаты, надеясь, что я скажу ему, что думаю насчет этого, но когда я не сделала этого, он заставил себя улыбнуться.

— Не забывай, что мы договорились потренироваться в воскресенье. Я заеду за тобой в десять.

ГЛАВА 14

Благодаря Майку и его зудящему кулаку, я всю неделю не видела Райана, и ничего не могло развлечь меня в школе, кроме моих мыслей. Не очень хорошо. Все, о чем я могла думать, — это драка и то, что это было моей виной.

И теперь, конечно, была еще Бекки. Она была все также замкнута, как и несколько недель назад, но, кажется, ее все устраивало. Я знала, что такие изменения могли произойти только из-за Райана, и это заставило меня задуматься еще больше.

К тому времени, как Райан появился в воскресенье утром, как и обещал, я была совершенно не в себе. То, что он был здесь, должно было приободрить меня, а не подавить еще больше, особенно когда он требовал, чтобы мы работали вместе. Смотрите, есть Райан Миллер, а затем Райан Миллер начинает усердно тренироваться. Без рубашки, на упругой коже блестит пот, медленное сосредоточенное дыхание, заставляющее его грудь расширяться, его живот напрягается, и видно каждую мышцу… Этого должно быть достаточно, чтобы сжечь мои глаза и сделать меня ни на что не годной, но я даже не замечала совершенства передо мной.

Я не понимала, насколько угрюмой была, пока Райан с усмешкой не вырвал меня из моих мыслей.

─ Знаешь, — сказал он, теперь используя свои отжимания в первом ряду, чтобы наблюдать за моими тренировками, — думаю, ты была права. Заставлять тебя тренироваться было действительно плохой идеей.

─ Почему? — я нахмурилась под пикапом, который использовала в качестве штанги. Райан провел последние три недели, пытаясь убедить меня, что мне нужно работать над моей суперсилой. Он сказал, что для супергероя я была «суперунылой».

─ Помимо того факта, что ты качаешься с помощью F-250[11], и это заставляет меня чувствовать себя неполноценным, — ответил Райан, — я боюсь, что, если ты не прекратишь это делать, ты в конце концов бросишь его в меня.

─ Почему я должна бросить его в тебя?

─ Потому что ты обычно становишься очень нервной, когда я пытаюсь тебя поцеловать, а если ты не перестанешь выглядеть так сексуально, это будет именно то, что я сделаю.

Я медленно вдохнула, опустила пикап и снова подняла его высоко над собой. Когда закончила, я почувствовала, как волосы, собранные в хвост, прилипли к задней части шеи. Я была уверена, что выгляжу совсем не сексуально, и Райан, казалось, прочитал мои мысли.

─ Я никогда не видел, чтобы ты потела, — признался он. — Из-за этого мои мысли путаются.

Мне стало жарко от смущения, а не от быстро бьющегося сердца. Я бросила быстрый взгляд на лицо Райана и внезапно поняла, что одета не в такое уж большое количество одежды: только спортивный лифчик и шорты для тренировок. С другой стороны, я не могла сердиться.

─ Сейчас же перестань пялиться на меня, или я брошу этот пикап в тебя! Иди и прими холодный душ или сделай что-нибудь еще, а я пока закончу.

─ У меня есть идея получше. Почему бы тебе не покончить с этим и не пойти со мной в джакузи?

─ О да, это блестящая идея. Почему бы тебе не принять ванну с включенным феном?

Райан бросил на меня раздраженный взгляд, но прекратил свое занятие и выпил из бутылки воды, прежде чем уйти на крыльцо и сесть на качели, закрыв глаза.

Несколько минут я продолжала свою тренировку в молчании. В домике Райана было так спокойно, что я не возражала, когда между нами возникала тишина, но, слушая окружающую природу, я услышала странный шум, который не мог относиться к звукам леса.

─ Ты слышишь? — спросила я, прежде чем поняла, насколько тупой это был вопрос. Конечно, он не слышал; я едва могла слышать этот звук.

─ Слышу что?

─ Тихий жужжащий звук. Я не могу распознать его, но точно никогда не слышала его здесь раньше, — я осторожно поставила пикап на землю и прислушалась.

─ Наверное, это просто лодка внизу на озере, — предположил Райан.

Это не похоже на звук мотора. Звучит как что-то электронное. Но как только я опустила пикап на землю, звук исчез.

─ Озеро за домом — этот звук раздавался оттуда.

Я указываю на лес перед домом и снова смотрю на деревья, но ничего не вижу. Что бы это ни было, это исчезло, поэтому я с тяжелым вздохом присоединилась к Райану на крыльце.

─ Может быть, мой разум просто играет со мной злую шутку. Я обычно нервничаю, когда делаю что-то вроде поднимания машины на открытой местности.

Райан сел, освобождая место рядом с ним на качелях. Когда я села, он обнял меня, а я не отталкивала его. Мы много практиковались в последнее время, поэтому я перестала нервничать, что он прикасается ко мне, поэтому знала, что в данный момент я в порядке.

─ Хорошо, тогда, — сказал он, очевидно, довольный тем, что я не отмахнулась от него, — почему бы нам не заняться чем-то более незаметным, если ты переживаешь? Как насчет твоего слуха? Я начну петь, а ты будешь бегать трусцой. Позвони мне, когда перестанешь меня слышать. Это не так очевидно, как поднимание пикапа.

Его объятия напомнили мне, как я чувствовала себя всю неделю. Воспоминания о том, как его руки были обернуты вокруг Бекки, заставили мое сердце сжаться.

─ Я больше не хочу сегодня тренироваться, — сказала я.

Райан услышал разочарование в моем голосе.

─ Ладно. Сейчас время обеда, и я хочу есть.

По его осторожному тону я могла сказать, что Райан сопротивлялся желанию спросить меня, что случилось, но он хорошо меня знал. Я ничего не хотела объяснять ему, поэтому решила попробовать отвлечь его.

─ Тебе нравится нью-йоркская пицца?

Райан мгновенно оживился. Миссия выполнена.

─ Я парень. Я люблю все виды пицц.

─ Ну, я знаю, где найти лучшую пиццу в стране, поэтому почему бы тебе не сказать, где находится ванная комната, и как только я приму душ, я сбегаю за нашим обедом.

─ Ой, перестань, Бейкер. Мне нравится, как ты выглядишь после тренировки.

─ А еще больше нравится вонь после тренировки. Не забывай, что у меня острое обоняние.

Я засмеялась, когда Райан сморщил нос. Очевидно, что он не думал об этом.

─ Грубо.

─ Знаю, поэтому убедись, что принял душ, пока я хожу за пиццей.

─ Да, госпожа, — Райан отдал мне честь и провел меня в ванную.

Спустя сорок пять минут я вернулась в домик с горячим пирогом от Риччи. Я села за стол на крыльце, куда только что пришел Райан, чтобы подождать меня, и его глаза расширились, когда я подняла крышку.

─ Говорю тебе, это лучшая пицца в стране, — сказала я.

─ Выглядит потрясающе! Где ты ее взяла?

─ В небольшом городке в Иллинойсе.

─ Ты имеешь в виду штат на Восточном побережье? — недоверчиво спросил Райан.

─ Ну, технически, это на Среднем Западе. Ты спал на географии?

─ Неважно. Я просто хотел сказать, что это не совсем близко, — на мгновение Райан уставился на кусочек пиццы в его руках, словно он был волшебным, но когда почувствовал запах, он тут же вышел из прострации. Как только он съел третий или четвертый кусок, он, наконец, замедлился, чтобы вежливо вести разговор. — Не могу поверить, что ты только что преодолела весь путь до Иллинойса.

─ Иногда это кажется сюрреалистичным, когда я думаю о том, что могу делать, — призналась я.

─ Я бы тоже хотел иметь суперспособности. Как было бы здорово, если бы я мог просто побродить по стране по своему желанию, но при этом вернуться к обеду? Я бы всегда был на Майами-Бич. Или в Нью-Йорке.

Я знаю, что он имел в виду, но я не могла ничего сделать с тем, что от его признания мои внутренности сжались. Я бы никогда не захотела, чтобы нечто подобное с кем-нибудь произошло, особенно с Райаном. Но сейчас мои силы не казались таким уж тяжелым бременем, когда я рассказала о них Райану, и часть меня согласилась с тем, что было бы здорово, если бы я смогла взять с собой Райана, чтобы показать ему мое любимое место.

─ Гранд-Каньон, — прошептала я.

─ Что?

Я покраснела, когда вспомнила свой первый сон, где главную роль играл Райан.

─ Если бы я могла взять тебя с собой куда угодно, это был бы Гранд-Каньон, а не Нью-Йорк. Там лучшие закаты на планете.

Райан обдумал это и улыбнулся.

─ Мы как-нибудь спланируем поездку туда. Тебе просто придется добираться до места на самолете, как мы, обычные смертные.

─ Как обычные смертные? — застонала я. — О, пожалуйста! Заткнись и съешь последний кусок пиццы.

Райан рассмеялся, но сделал так, как я ему сказала, и он был тих, пока доедал последний кусок. Когда закончил, он нарушил молчание.

─ Могу я задать вопрос?

─ Конечно.

─ Но ты пообещаешь, что не будешь сходить с ума.

Это заставило меня занервничать, но мое любопытство взяло вверх.

─ Хорошо, — медленно согласилась я.

─ Мне просто интересно…

─ Да?

─ Ну, я думал о том, как ты получила свои способности.

Я почувствовала бабочек в своем животе, когда вспомнила аварию.

─ И?

Райан нервно сглотнул, но был настроен высказать все, что было у него на уме.

─ Я просто думал, почему…Дерек, — он запнулся на его имени, — не закончил, как ты.

Я не смогла скрыть шок, и лицо Райана побледнело, когда он понял, что, возможно, расстроил меня.

─ Я не хочу лезть не в свое дело, — застенчиво сказал он. — Это просто, ну, если токсичные отходы в сочетании с электричеством дали тебе твои силы, тогда не должен был Дерек получить их тоже, вместо… ты знаешь…

Я чувствовала, как мне становится плохо. Это был достаточно логичный вопрос. Это было очевидно, если задуматься об этом, но я никогда не предполагала, что Райану это придет в голову. Это было частью тайны, которую я поклялась забрать с собой в могилу. Но должна была что-то ответить ему. Я внимательно смотрела на Райана, пока говорила, не зная точно, что хотела увидеть, но все равно ужаснулась.

─ Дерека не было в машине, когда врезался грузовик. На него не попали химикаты, его только ударило током.

Райан на минуту затих, и я подумала, видит ли он, что я дрожу.

─ Что он делал, если его не было с тобой в машине? Где он был?

─ Мы возвращались с того места, где иногда любили бывать. Старый мост, перекинутый через большой оросительный канал, спрятанный посреди кукурузного поля. Это милое тихое место, где видно звезды. Я толкнула его в машину, и сразу после того, как я сама залезла, появился грузовик.

Пока этого ответа было достаточно, и когда он начал колебаться, я отчаянно попыталась сменить тему. Были еще вопросы, которые он мог задать. Вопросы, которые он мог задать, если хорошо все обдумает. Вопросы, на которые я была не готова отвечать. Даже Райану.

─ Могу я задать вопрос тебе? — быстро спросила я, когда он начал открывать рот, чтобы задать еще один вопрос.

Он подавился своими словами, удивленный моей просьбой, а затем кивнул.

─ Конечно, спрашивай что хочешь.

─ Какая история у вас с Бекки? Почему вы никогда не ходили на свидания?

Он был сражен вопросом. И это справедливо. Это был более неожиданный вопрос, чем тот, который задал мне он. Я не собиралась поднимать эту тему, но мне было интересно, и мой вопрос достиг цели. Райан забыл про аварию и моего мертвого парня.

─ Гм…, - заикнулся он, все еще немного испуганно. — Ну, на самом деле, у нас было свидание. Что-то похожее. Если шестой класс считается, — улыбка, которая неосознанно появилась на его лице, была трагически прекрасна. — Мой первый поцелуй был с ней.

─ Вау.

─ Ты же не беспокоишься насчет Бекки, так ведь? — спросил Райан, встревоженно глядя на меня. Думаю, мое разочарование было очевидно. Конечно, у меня не было причин ревновать, но я все равно ревновала. — Между нами ничего нет. Это было много лет назад. Клянусь, тебе не о чем беспокоиться, Джейми.

Обещание Райана разорвало мое сердце на куски. Почему он выражает свою верность мне, когда мы даже не состоим в отношениях? Когда между нами никогда ничего не будет? Райан заслуживал намного большего, чем трата себя на попытки сокрушить несокрушимое, и я не могла использовать его подобным образом.

Я задала этот вопрос случайно, но беседа принимала неожиданный поворот.

─ Это именно то, что меня беспокоит, Райан, — тот факт, что между вами ничего нет. Бекки очень симпатичная, и, кроме того, что она думает обо мне, она кажется очень милой. Ты заботишься о ней. Она могла бы стать для тебя идеальной девушкой. Такой, какой никогда не смогу стать я. Ты заслуживаешь того, что она может дать тебе, что я не смогу.

Я была в ужасе, когда глаза наполнились слезами. Я быстро смахнула их, но ущерб был нанесен. Райан был уже на ногах и поднимал меня со стула, чтобы обнять.

─ Но она не может быть тобой, — настаивал он. — Неужели ты не понимаешь, что ты единственная, кого я хочу? Ты. Не Бекки, не Пейдж или любая другая девушка, которая может или не может ходить со мной на свидания. Только ты.

Райан делал все, что было в его силах, чтобы добиться меня, и я была так близка к тому, чтобы сдаться. Слишком близко. Я не могла вспомнить, почему должна сопротивляться ему. Просто знала, что должна. Я начала повторять «Нет! Нет! Нет!» снова и снова в своей голове, пока не взяла себя в руки.

─ Нет! — наконец произнесла я вслух, но получился слабый шепот. — Ты не должен хотеть меня, Райан.

Я вырвалась из хватки Райана и побежала. Не знаю, почему я не воспользовалась своей суперскоростью. Возможно, я все еще нахожусь под эффектом от его слов. Я только добежала до кольца. Райан схватил мое запястье, развернул и опустился со мной на крыльцо, на котором мы до этого сидели.

─ О нет, ты этого не сделаешь. Ты не убежишь от меня на этот раз.

─ Райан, пожалуйста!

─ Нет! — он обернул свои руки вокруг меня и посадил рядом с собой на качелях. Не агрессивно, просто чтобы я не смогла уйти от него, не пользуясь своими способностями. — Если ты не хочешь быть со мной, потому что не готова к другим отношениям или я тебе не нравлюсь в этом смысле, тогда ладно. Я уважаю это. Я даже могу понять, если ты слишком напугана этим. Это неубедительное оправдание, но я с этим справлюсь. С чем я не могу справиться, так это с тем, что ты делаешь из себя мученицу, потому что думаешь, что недостаточно хороша для меня, понимаешь?

Я восприняла это как риторический вопрос, но перестала напрягаться. Он почувствовал, что я расслабилась, и прищурил глаза, отпуская меня. Я откинулась на спинку кресла и не сопротивлялась, когда он обнял меня и крепко прижал к себе. Он издал то, что было похоже на вздох облегчения, а затем положил свою голову на мою.

Я задавалась вопросом, о чем он думал, когда мы сидели вот так, но не спрашивала. У меня было такое чувство, что мне лучше не знать этого, потому что он зарылся носом в мои волосы и глубоко вдохнул, прежде чем поцеловать меня в лоб. Затем рука, которая обвивала мое плечо, упала мне на спину и скользнула вокруг талии, чтобы прижать меня еще ближе к нему.

На долю секунды его пальцы скользнули по обнаженной части моей кожи между нижней частью моей футболки и верхней частью джинсов. Я не была уверена, заметил ли он этот контакт, зато заметила я, и это короткое прикосновение послало через мое тело электричество.

Райан заметил это. Его пальцы быстро вернулись к моей обнаженной коже, а затем он крепко обнял меня за талию, убедившись, что прикасается к большей поверхности моей кожи, и соединил свои руки, чтобы не дать мне уйти. Это вызвало мурашки по всей коже.

─ Райан, — неохотно вздохнула я. Это было предупреждение.

Он прервал меня с нотками нежности в голосе.

─ Шшш. Мы просто посидим здесь немного.

Он больше ничего не сказал, потому что знал, что выиграл спор. На этот раз я не собиралась вырываться из его рук.

Райан начал понимать мои слабости и искусно выяснил, как далеко он может зайти, прежде чем я начну паниковать. Он подождал несколько минут, пока я снова не расслабилась, а затем разжал руки и начал водить пальцами по моей коже. Его прикосновения обжигали, оставляя след там, где были его пальцы. Все мое тело содрогнулось. Когда я начала задыхаться, потому что мне не хватало воздуха, я хотела сказать ему, чтобы он остановился, но он прервал меня шепотом.

─ Джейми?

Я едва могла дышать.

─ Мм? — у меня был такой тихий голос, что я не уверена, слышал ли он меня.

─ Поцелуй меня.

Я снова вздрогнула от его просьбы.

─ Нет.

Я ответила на его вопрос, но мне не хватило сил сказать, чтобы он прекратил свои пытки, причиненные его пальцами. Я снова вздрогнула, достаточно сильно, чтобы Райан остановился и убрал свои руки.

─ Ты готова, — настаивал он. — Если ты справляешься с этим, ты справишься с одним поцелуем.

Внезапно я почувствовала, как его нос прижался к моей челюсти. Его губы коснулись моего уха, и он тихо прошептал:

─ Пожалуйста?

У меня подскочил пульс, и я почувствовала слабость, но сосредоточилась на своем дыхании, пытаясь сохранять спокойствие. Я была недостаточно сильна, чтобы противостоять ему, поэтому должна была постараться изо всех сил не причинить ему вреда. И затем он приподнял мой подбородок, склонив мою голову ближе к его. Наши губы встретились, прежде чем я осознала, что происходит, и это было концом. Каждая логичная мысль улетучилась из моей головы.

Как и в первый раз, когда мы целовались, мое тело притянуло к нему, словно магнит к железу, а руки обняли его за шею. Я почувствовала, как поток энергии проходит через нас, и Райан ответил на это, прижав меня ближе к себе, чтобы углубить поцелуй. Я почувствовала, как волосы встали дыбом на затылке, и начала отстраняться.

─ Нет, — выдохнул Райан, отказываясь меня отпускать. — Нет, все нормально.

Райан умел убеждать, а еще лучше он умел целоваться, поэтому, когда его губы снова накрыли мои, я поцеловала его с еще большей отдачей. Когда я потеряла над собой контроль, сила стала более интенсивной, и я поняла, что не выделяю энергию, а притягиваю ее.

Я чувствовала, как мое тело впитывает энергию из всего, что окружает меня. Электричество из домов и линий электропередач потянулось ко мне со всех сторон. Стало так тепло, и вихрь энергии начал крутиться вокруг нас, отчего мои волосы встали дыбом.

Когда все тело Райана стало дрожать, моя страсть быстро сменилась паникой. Я просто хотела оттолкнуть его настолько, чтобы между нами было пространство, но вся энергия, которую я поглотила, придала мне больше сил, чем обычно. Когда мои руки прижались к его груди, я случайно отбросила его на добрых двадцать ярдов. Он улетел с качелей и перелетел через крыльцо, за которым приземлился на грунтовую дорогу.

Я отбросила его так далеко, что была уверена, что причинила ему боль, поэтому бросилась к нему. Но когда я спускалась по ступенькам, я почувствовала, что что-то действительно происходит, и происходило это со мной. Необязательно что-то плохое, но точно что-то нехорошее. Я чувствовала себя ужасно сильной. Вся энергия, которая наполнила мое тело, пульсировала во мне, как атомы в ядерной бомбе.

Я остановилась, боясь, что, если пошевелюсь, я потеряю контроль над всей дикой силой внутри меня. Сдерживание себя все еще не помогало. Энергия текла по моему телу, заставляя руки и ноги дрожать. Мои волосы начали развиваться, когда будто энергия пыталась убежать через каждую отдельную волосинку. Внутри начал подниматься жар, и было такое чувство, будто мои ладони опустили в огонь.

Я была на мгновение отвлечена от ситуации, когда услышала стон. Райан очнулся и сел, держась руками за голову. Я была сбита с толку, потому что он пролетел большое расстояние, и это должно было нанести ему какой-то ущерб, но он выглядел просто потрясенным, как будто ему не очень больно. Он в изумлении оглядывался вокруг, пока не заметил меня.

─ Джейми!

То, как он кричал, будто боялся за мою жизнь, выдернуло меня из транса, и внезапно под моими ладонями появился огонь, словно от взрыва молнии. Взрывы были от моих рук, они со свистом промелькнули всего в паре фунтов над головой Райана, а затем попали в сосну прямо за ним. С ослепительным светом и оглушительным треском взорвалось основание дерева.

Райан снова выкрикнул мое имя, но не так громко, как я кричала его, потому что дерево позади него стало падать. Не в силах пошевелиться, все, что я могла сделать, — это крикнуть: «Осторожно!», и указать на ствол, падающий на него. Не успев встать, Райан инстинктивным движением закрыл руками голову. Мое сердце перестало биться, когда дерево рухнуло вниз, но, к моему удивлению, Райан поймал массивный ствол и держал его над своей головой.

Мы с недоверием смотрели друг на друга. Это было невозможно. Как это случилось? Что именно случилось? Я волновалась, но видела, как на лице Райана появилась его красивая улыбка, и он бросил дерево за спину почти так же, как я бросила его несколько минут назад.

─ Это было чертовски потрясающе! — засмеялся Райан, когда поднялся на ноги, но я не могла последовать его примеру.

В тот момент меня захватило облегчение, шок и усталость, и я поняла, что это взрыв оставил меня без сил. Мышцы были похожи на желе, и у меня подкосились колени.

Когда Райан бросился мне на помощь, я закричала:

─ Нет! Подожди!

Но было слишком поздно. Райан схватил меня, и электричество пронзило его тело. Волна сильно ударила его, отбросив на спину. Его тело дрожало от спазмов, а затем он безжизненно упал на землю.

ГЛАВА 15

Думаю, хуже быть уже не может. По крайней мере, в тот момент мне казалось именно так. Но тогда я думала, что он мертв. Он выглядел мертвым, а это означало, что я убила еще одного парня. Не то чтобы Райан был моим парнем, ну, технически, вы знаете, но он был близок к этому статусу.

Сначала я закричала, — настолько громко, что удивилась, почему соседи не пришли, даже если они и жили в двух милях от нас — но крики превратились в рыдания, когда я поняла, что он дышит.

Волна облегчения накрыла меня, но этого было недостаточно. Он все еще был без сознания, его волосы стояли дыбом, а кожа выглядела очень бледной. Я должна была что-то сделать. Если бы я не была уверена, что снова не поджарю его, я бы отнесла его в больницу, но я не могла дотронуться до него.

Я ненавидела чувствовать себя настолько беспомощной. Я попыталась успокоиться, но это было бесполезно. Я испытывала сумасшедшие эмоции, и это восстанавливало энергию, которую я потратила на взрыв и молнии. Я снова начинала чувствовать себя сильной, и это делало меня опасной. Все, что я могла сделать, — это сидеть и ждать.

Я плакала, умоляя Райана очнуться, пока не услышала тихий жужжащий звук, который заметила перед обедом. Я прекратила рыдать и посмотрела в сторону леса, полностью сосредоточившись на звуке. Определенно это была электроника. Возможно, видеокамера? Звук раздавался издалека, в стороне от горы, где-то между деревьев.

Чем дольше я слушала, тем больше деталей появлялось. Ветер проникал сквозь хвою. Крошечные лапки бегают по веткам. В кустах какой-то шум. Дыхание. Сердцебиение. Я не была уверена, что это человек — у оленя тоже есть дыхание и сердцебиение.

Сначала я ничего не видела, но крошечный отблеск солнечного света отражался от чего-то на холме, и, когда я напрягла зрение, все прояснилось. Куст выглядел вполне обычно, но внутри него было что-то темное. Определенно там была чья-то фигура.

— Картер, — вздохнула я. Мне было страшно от того, что кто-то наблюдает за мной. Я не могла сказать точно, но что еще это может быть? Звук? Отраженный свет?

Когда я отчаянно пыталась понять, что же делать, я была поражена ужасным кашлем. Это был самый красивый звук, который я когда-либо слышала.

— Ты в порядке? — спросила я, и на глаза навернулись слезы. — Ох, Райан, мне так жаль!

Райан приподнялся. Когда он пришел в себя, его глаза сосредоточились на мне. Я была так уверена, что виновата в его смерти, что была вне себя от того, когда он очнулся. Я была уверена, что он с криками убежит и никогда больше со мной не заговорит. Я также была уверена, что это не такая уж плохая идея, но Райан удивил меня. Уголки его рта медленно поднялись вверх, и он сказал:

— Это. Было. Потрясающе!

Его голос был немного грубым, но я все еще слышала безошибочное возбуждение. Удар явно поджарил ему мозг.

— Что?

— Давай повторим!

Если мое лицо было до этого бледным, то теперь оно было белым, как у призрака, и Райан засмеялся, глядя на выражение моего лица.

— Я не имею в виду ту часть, где получаю, — сказал он. — Хотя я всегда задавался вопросом, что будет, если тебя ударят электрошокером. Тебе интересно? Это отстой. Но серьезно, ты целуешься лучше всех в мире. Но это того стоило. И ты это видела? В течение минуты я был таким же сильным, как и ты!

Райан хмыкнул, когда поднялся на ноги. Потянувшись, он шагнул ко мне с распростертыми объятиями.

— Ты самоубийца? — закричала я, оставив между нами расстояние в двадцать шагов.

Райан моргнул.

— Ты еще не успокоилась? — спросил он.

— Успокоилась? — закричала я. — Успокоилась? Райан, я почти убила тебя! Как я могу быть спокойной?

Райан некоторое время изучал мое лицо, а потом закатил глаза. Он нахмурился.

— Ты никогда снова не позволишь мне поцеловать тебя, не так ли?

Это был не вопрос.

— А ты говорил, что не такой уж и умный.

— Ой, да брось, Джейми. То, что я был без сознания, было моей виной. Я не должен был прикасаться к тебе. Я подумал, что в тебе закончилось электричество, когда ты упала на землю. Может быть, нам стоит найти способ, чтобы узнать, заряжена ты или нет, но поцелуй не навредил мне. Ты больше не можешь быть со мной ледяной королевой.

— Эй? Ты видел ту часть, где из моих рук вылетали молнии?

— Да, это самое крутое, что я когда-либо видел.

— Молния, которая пролетела над твоей головой, а затем взорвала дерево?

— Но она не задела меня, и я поймал дерево, когда оно упало. Никто не пострадал.

Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, но мне потребовалась минута, чтобы собраться с мыслями.

— Ты самоубийца.

— Что ты делаешь? — спросил Райан, когда я направилась к крыльцу и начала собирать свои вещи.

— Я ухожу. Вечеринка закончилась. Больше никаких тренировок.

— Джейми, ты не можешь просто взять и уйти.

— Смотри.

Я проигнорировала его просьбы и застегнула свой рюкзак. Он следовал за мной, пока я спускалась по лестнице.

— Джейми, подожди! По крайней мере, позволь мне отвезти тебя домой, потому что мы действительно должны поговорить об этом.

— Тут не о чем разговаривать.

— Ладно, ладно, тогда просто порадуй меня. Ты сможешь добраться до дома за несколько секунд, а мне предстоит ехать полтора часа… Пожалуйста?

Райан сделал смешное щенячье лицо, но в его глазах было отчаяние. Я хотела покончить с этим, но когда я была в состоянии уйти от него?

Всю дорогу обратно в город мы молчали. Несколько раз Райан открывал рот, чтобы что-нибудь сказать, но потом передумывал. Мы оба знали, что то, что он хотел сказать, вызовет только спор.

В конце концов, он нашел способ начать разговор.

— Знаешь, прямо перед тем, как ты вызвала молнию, ты выглядела такой причудливой. Волосы развивались во все стороны, хотя ветра не было, и у тебя светились глаза.

— Светились? — ахнула я. Что-то в этом образе вызывало тревогу.

Райан кивнул, а затем осторожно спросил:

— Как думаешь, что произошло? Не только со светом и молниями, а со мной и деревом. Ты когда-нибудь делала это раньше? Как бы случайно наделяла своих родителей силами или что-то подобное?

Я хотела промолчать, но не смогла сдержать ухмылку.

— Я никогда не ходила на свидание со своими родителями, Райан, так что нет. Молния, свет и то, что случилось с тобой… все это впервые для меня.

— Ладно, — смеясь, сказал Райан. — Но что-то случилось, правильно? Когда мы поцеловались, ты передала мне свои силы.

— Кажется, что так.

— Как это возможно?

Я пожала плечами, но потом подумала об этом и сказала:

— Должно быть, это энергия. Помнишь, как я сказала тебе, что энергия заставляет чувствовать меня по-другому? Видимо, я передала тебе часть энергии, и она отразилась на тебе так же, как и на мне. Вот почему ты был энергичным после того, как мы поцеловались в первый раз, и в тот день, когда я рассказала тебе о себе. Готова поспорить, что у тебя тоже были некоторые способности, по крайней мере, в малом количестве. Ты просто не думал использовать их.

— Ты думаешь, что у меня были все твои способности, а не только сила?

Я пожала плечами:

— Возможно.

— Круто.

Я собиралась объяснить Райану, насколько не круто это было, когда он отвлек меня другой мыслью.

— Интересно, почему на этот раз силы ушли так быстро. Может быть, в этом виноват шок.

— Шок? — сухо повторила я. — Думаю, ты хотел сказать электричество. Полагаю, это было оно. Или потому что ты быстрее их израсходовал. Чтобы поймать дерево и отбросить его, тебе понадобилась суперсила. Это требует немного больше энергии, чем бег на беговой дорожке.

— Может быть. Тем не менее, было бы легко проверить эту теорию. Держу пари, мы бы смогли дойти до Гранд-Каньона после всего. Мы должны попробовать в следующее воскресенье и посмотреть, смогу ли я бегать вместе с тобой.

— Нет! Ни за что! Мы никогда не повторим этого. Я действительно имею это в виду — больше никаких тренировок!

— Но ты должна продолжать свои занятия.

— Нет, не должна! Это не тренировка по футболу, окей? Мы имеем дело с чем-то, чего не понимаем, и, если я все испорчу, ты умрешь. Может быть, тебе все равно, но я действительно не хочу тебя убить, поэтому все кончено. Конец истории.

Я сжала челюсть и скрестила руки на груди. Райан, однако, еще не закончил, поэтому начал спорить со мной.

— Значит, ты просто сдаешься?

— Именно это я и собираюсь сделать.

— Ты собираешься отказаться от нормальной жизни? Отказаться от собственного счастья? — Райан затих на минуту, а потом добавил удивительно мягким голосом: — Отказываешься от нас? Неужели я единственный, кого это волнует?

Его голос пронзил мое сердце, как нож. Я снова причиняю ему боль. Я действительно ненавидела так поступать, но у меня не было выбора, и он отказывался понимать, что я делаю это для его же блага.

— Конечно, ты не единственный, кто волнуется за нас, — призналась я таким мягким голосом, каким только могла. — Я бы тоже хотела, чтобы мы были вместе. Возможно, даже больше, чем ты. Но мы просто не можем. Неужели ты это не понимаешь?

— Ты действительно хочешь быть со мной? Правда? В том смысле, что и я? Как парень и девушка?

Внезапно мое беспокойство за его чувства исчезло.

— Не делай такой удивленный вид, — простонала я. — Ты все время говорил, что знаешь, что нравишься мне.

— Ну, конечно, я надеялся, но я не знал. Ты очень хорошо делаешь вид, что тебе все равно.

— Да, мне не все равно. По крайней мере, не в том, что касается тебя. Счастлив?

Райан все еще выглядел так, словно не верил мне, поэтому я вздохнула.

— Райан, ты мне нравишься гораздо больше, чем я хочу признать. Я была потерянной с того момента, как ты рассказал мне правду о вашем пари с Майком. Ты знаешь, что я слышала ваш разговор, прежде чем ты подошел ко мне. Я знала, чего ты хотел. Я была готова прожевать тебя и выплюнуть, но почему-то ты подействовал на меня по-другому. Я все еще удивлена, что ты справился с этим.

Он был действительно потрясен.

— Я нравился тебе с того момента, как в первые заговорил с тобой?

Я закатила глаза, но почувствовала, как покраснели мои щеки.

— Я бы никогда не поцеловала тебя, если бы это было не так.

— Тогда почему ты всегда такая…

Райан не закончил свою мысль, но ему и не нужно. Я знала, о чем он спрашивал.

— Я не хотела, чтобы ты знал, что я чувствую. Думала, ты станешь более…уверенным в себе Райаном.

— Уверенным в себе Райаном? — ему понравилось, как это звучит. И, что хуже, ему нравилось, как сильно я вдруг разозлилась.

— Да, — проворчала я. — И когда ты начинаешь вести себя как уверенный в себе Райан, я не могу сказать тебе «нет». С каждым днем становится только хуже! Каждый раз, когда я тебя вижу, становится все труднее и труднее сопротивляться тебе.

Уверенность Райана снова вернулась, и на его лице снова появилась эта глупая дерзкая улыбка. Это было так в стиле Райана, на самом деле.

— Ну, если это так сложно, — самодовольно сказал он, — тогда перестань сопротивляться.

— Ааа! Ты не понимаешь! Я должна сопротивляться! Никакой поцелуй, неважно, насколько хорош он, не стоит того, чтобы убить тебя. Я уже потеряла одного парня. Я не собираюсь терять еще одного. Ты понимаешь меня?

Райан не ответил на мой вопрос, но светился от радости.

— Ты только что назвала меня своим парнем! — сказал он.

— Я…, - у меня упала челюсть. — Я не называла тебя так!

— Да, назвала! Ты сказала, что не собираешься терять еще одного парня, а это, должно быть, я — другой парень, которого ты не хочешь потерять.

— Но…я…я…

— Ха! Ты сказала это, и теперь не сможешь забрать свои слова! Так что теперь ты моя девушка!

— Нет!

— Да.

— Нет.

— Да, да, да!

— Ааа, — снова закричала я. — Ты такой несносный!

Я на секунду потеряла контроль, и из меня вырвалась энергия, которая остановила грузовик. Райан просто ухмыльнулся мне. Ему повезло, что машина остановилась прямо сейчас, потому что я подумывала о том, чтобы стереть эту глупую дерзкую ухмылку с его лица прямо сейчас. Вместо этого я распахнула дверь.

— Пока, милая! — игриво сказал Райан, когда я выпрыгнула из пикапа. — Увидимся завтра в школе!

ГЛАВА 16

Я с силой захлопнула входную дверь.

— Джейми? — нервно позвала меня мама.

— Почему парни всегда такие упрямые?

Мама рассмеялась.

— Это генетика, дорогая. Что случилось?

Мама готовила печенье, я увидела шоколадные чипсы на столе и взяла ложку арахисового масла.

— Ничего. Райан просто бредит, — объяснила я, мое раздражение постепенно улетучивалось: арахисовое масло и шоколадные чипсы всегда заставляли чувствовать меня лучше. — У него в голове засела дурацкая мысль, будто он мой парень, и он не слышит, что я ему говорю.

— Неужели? — мама старалась сохранять спокойствие, но ее голос дрогнул.

— В любом случае, это не имеет значения, потому что он не мой парень.

Мама включила миксер, но она была настолько увлечена мыслью о том, что у меня есть парень, что положила слишком много муки в тесто, поэтому лопасти миксера застряли в массе. Из-за этого миксер издавал низкий гул.

Что-то щелкнуло в моей голове, и я ахнула. Шум в лесу. Как я могла забыть!

— Джейми? — мама смотрела на меня, ее лицо выражало смесь удивления и беспокойства.

Я не знала, что сказать. Как будто собиралась рассказывать ей о Картере. Если бы она узнала, что он вернулся, первое, что она сделала бы, это рассказала моему отцу, и тогда произойдет одна из двух вещей. К концу ночи он отправится в тюрьму Фолсома либо за убийство Картера, либо за убийство меня, когда узнает, что я тренировалась с Райаном.

— Джейми? — снова позвала меня мама. Она сняла свой фартук.

— Извини! — выпалила я. — Я просто…, - я быстро поднялась на ноги и вытащила из уха сережку. — Я потеряла одну из них, — пробормотала я. — Это мои любимые.

Мама с облегчением посмотрела на меня, но все же на ее лице была сочувствующая улыбка.

— Я просто ненавижу, когда это происходит. Помнишь жемчужную брошку, которую я потеряла в Чикаго? Я все еще злюсь из-за этого.

Я рассеянно кивнула, сказав себе, что я не настолько глупа, чтобы забыть о Картере. Я была озадачена тем, что поджарила своего парня.

Он не мой парень! Тьфу! Он заставил меня думать так!

Так или иначе.

— Я хочу пойти поискать ее, — быстро сказала я. — Я имею в виду, если кто и сможет найти ее, так это я, правильно?

Мама с гордостью улыбнулась мне, когда я выбежала за дверь.

— Пока ты будешь там, можешь отправиться в Чикаго и найти мою!

Я добралась до дома Райана на минуту раньше его самого. Он был явно поражен, когда подъехал к дорожке и увидел, что я стою на крыльце. Он выскочил из пикапа, и я быстро пересекла газон, чтобы встретить его.

— Джейми? — спросил Райан, когда я оказалась в его объятиях. — Что такое? Что случилось? Ты ранена? С твоими родителями все в порядке?

— Райан, тот репортер не появлялся здесь? Он не возвращался домой после того, как ты сломал его нос. Он знает мой секрет! У него есть доказательства!

— Что? Как?

— Он был сегодня у домика! Я думала, что видела его, но это было сразу после того, как ударила молния, и ты лежал без сознания, поэтому я не пошла смотреть, он ли это, а потом я совершенно забыла про это! А теперь слишком поздно! И он разоблачит меня! И теперь я втянула в это тебя, и он испортит и твою жизнь!

Чем больше я говорила, тем больше расстраивалась. Но теперь, когда Райан знал, что происходит, он пытался скрыть свою тревогу.

— Хорошо, — мягко сказал он. — Хорошо. Все хорошо. Мы все выясним. Но тебе нужно успокоиться, пока ты не потеряла контроль над собой.

Райан глубоко вздохнул, побуждая меня повторять за ним. Мне понадобилось несколько попыток, чтобы вдохнуть достаточное количество воздуха и медленно выдохнуть. Когда я, наконец, справилась с этим, Райан потянулся ко мне и спросил:

— Ты поджаришь меня?

Я покачала головой. Я успокоилась не полностью, но держала себя в руках. Пока что, во всяком случае.

— Хорошо, — сказал Райан и сжал меня в объятиях так сильно, как будто в последний раз. — Я ненавижу, когда не могу обнимать тебя, когда ты расстроена.

Ладно, я бы ни за что не сказала это вслух, но уверена, что ненавижу этот факт еще больше, чем он. Его объятия были для меня словно магия. Это успокаивало меня намного лучше, чем какая-то дыхательная гимнастика хиппи — не хочу обидеть его родителей.

Каждый мой мускул расслабился, и я со вздохом отпустила его.

— Это не значит, что я твоя девушка, — пробормотала я, но, к сожалению, я чувствовала себя настолько комфортно, что не скажешь, будто я действительно имею это в виду.

— Как скажешь, — усмехнулся он.

Прекрасно. Как будто я когда-либо могла убедить его хоть в чем-то.

Мы еще немного так постояли, а затем Райан вернулся к делу.

— Так тот парень…

— Дейв Картер.

— Точно, Картер. Ты видела, как он делает фото? Снимает нас на видео?

— Ну, я не видела его, на самом деле. Но я знаю, что он был там.

На лице Райана появилась покровительственная улыбка.

— Я не параноик! — закричала я, прежде чем он успел что-либо сказать. — Ты не знаешь его так, как знаю я. Этот парень просто сумасшедший! Он всегда преследовал меня и сочинил безумную историю. Я должна постоянно переезжать, чтобы избавиться от него. Поверь мне, он здесь.

— Хорошо, — смягчился Райан, хотя было ясно, что он думал, что из-за секрета, который я хранила полтора года, у меня начался параноидальный бред.

Без разницы. Он обманывает себя, считая, что мы пара.

Он усмехнулся, будто точно знал, о чем я думала, а затем взял меня за руку.

— Пойдем, — сказал он и потащил меня к дому.

Я остановилась, когда мы добрались до крыльца.

— Что это за запах?

Райан понюхал свою рубашку и с улыбкой сказал:

— Армани. Тебе нравится?

— Запах идет не от тебя, — сказала я. — Пахнет так, будто кто-то жарит собачью рвоту у вас дома.

Это застало Райана врасплох. Думаю, такое бывает редко.

— Иногда ты ведешь себя как больная, Бейкер, — сказала Райан. — Ты знаешь это? — он открыл дверь и глубоко вздохнул. — Для меня это пахнет лазаньей.

— Это не лазанья! — прошептала я.

— Тофу-лазанья, — пояснил он, пожав плечами. — Тебе понравится, — он засмеялся, глядя на мое лицо, на котором четко читалось отвращение, и затем закричал: — Мама! Я дома! У меня для тебя сюрприз!

Мысль о знакомстве с родителями Райана никогда не приходила мне в голову. Я была совсем не в настроении для этого. Я посмотрела на Райана, но это, кажется, только воодушевило его. Он отвел меня на кухню и сказал:

— Посмотри, кто хочет присоединиться к нам за обедом!

Что за маленький…! Я даже не могла поспорить с его словами, потому что, когда его мама подняла глаза, она выглядела такой взволнованной. Она была такой маленькой, и у нее были каштановые волосы, но она определенно была матерью Райана. У нее были такие же кристально-голубые глаза, а на лице та самая улыбка, которой я не могу сказать «нет». Это было так несправедливо!

— Пахнет вкусно, — все, что я смогла сказать.

— Джейми! Я так рада познакомиться с тобой! — сказала она, вытирая руки, чтобы обменяться со мной рукопожатием. — Райан так много говорил о тебе, что я чувствую, будто ты уже часть нашей семьи.

Я не могла подобрать слова. Даже покраснела! В ней что-то было. Райан, возможно, получил свое воспитание от отца, но его обаяние? Точно от мамы.

В конце концов, мне удалось выдавить из себя несколько слов:

— Приятно с вами познакомиться, миссис Миллер.

— Ох, теперь моя фамилия Розенталь, Джейми, — сказала она, отмахиваясь, когда я покраснела еще больше. — Но, пожалуйста, зови меня Джулия.

— Хорошие новости! — вмешался Райан, обняв меня. — Мы теперь встречаемся.

Я так быстро взмахнула головой, даже слишком быстро. Я была бы обеспокоена тем, чтобы его мать не заметила его, если бы не хотела, чтобы как Супермен могла поджарить дурную голову Райана одним взглядом. Когда поняла, что это не сработает, я повернулась к миссис Розенталь и как можно спокойнее сказала:

— Я не его девушка.

— Это была ее идея, — возразил Райан. — У нее просто был плохой день, и она отыгрывается на мне.

— У тебя будет плохой день через минуту! — огрызнулась я. Меня не волновало, что его мама стоит рядом.

Хотя казалось, что она не возражает.

— Бедная девочка, — сказала она, направляясь к барной стойке. — Почему бы тебе не присесть и не расслабиться? Я приготовлю тебе что-то, что поможет тебе почувствовать себя лучше, и ты сможешь мне все рассказать о себе.

Я узнала смесь, которую она вытащила из шкафа, и действительно мне хотелось выпить ее волшебный чай, но Райан поднял меня на ноги, как только я села.

— Мы будем у меня в комнате, — сказал он и потащил меня в холл.

— Что с тобой? — спросила я, прежде чем он закрыл дверь. — Пытаешься вызвать перебои в подаче электроэнергии?

Я была удивлена, когда с его лица исчезла улыбка. Он выглядел почти грустным, когда извинялся.

— Прости, Джейми, — сказал он. Он действительно имел это в виду. — Просто ты выглядела очень расстроенной из-за этого Картера, а моя мама чувствует стресс, как собака чувствует страх. Я должен был отвлечь тебя. Если бы она узнала, что ты действительно расстроена, она бы ни за что не оставила тебя в покое, пока бы все не узнала, — он покачал головой и добавил: — Если ты считаешь, что репортер пронырливый…

Вы когда-нибудь замечали, что Райан действует так, что на него невозможно злиться? Я ненавидела это.

Я была настолько огорчена, что Райан, наконец, выдавил из себя улыбку. Он притянул меня к своей груди, и, конечно, я не могла противостоять этому, и прошептал мне на ухо:

— Простишь меня?

— Нет, — со вздохом ответила я, когда обнимала его за талию.

— Спасибо, — с облегчением сказал Райан. Затем он поцеловал меня в лоб и убрал от меня свои дрожащие руки. Он выдохнул, провел рукой по волосам, которые начали торчать в стороны, а затем хлопнул в ладоши. — Хорошо, — сказал он, возвращаясь к проблеме. — Итак, ты звонила тому парню?

— О, да, я держу его номер в своей голове, Райан.

Райан не обратил внимания на мой сарказм. Он сел за свой компьютер и вышел в Интернет.

— Ну, ты смотрела? — спросил он. — Ты знаешь, что он работает в Иллинойсе, так? Ты звонила, чтобы спросить, вернулся ли он туда?

— Нет, — неохотно ответила я. — Он работает в «Чикагском репортере».

Райан набрал имя в поисковой системе и спросил:

— Ты что-нибудь сделала, чтобы попытаться найти его?

— У меня не было времени, — раздраженно ответила я. — Как только вспомнила, я сразу пришла к тебе.

Райан повернулся ко мне, прежде чем проверить результаты поиска. Мне не понравилось, как подозрительно он посмотрел на меня.

— Ты была очень расстроена… — подсказал он, но я не знала, что он хочет, чтобы я сказала.

— Твоя точка зрения?

— Я думаю, что ты испугалась, поэтому пришла ко мне за помощью. Так поступают все девушки. Я не знаю, почему ты не признаешь тот факт, что ты моя девушка.

— Не мог бы ты просто найти для меня номер телефона!

Райан нашел для меня телефон, и я позвонила в газету, в которой работает Картер в Чикаго. Я имею в виду, у Райана была своя точка зрения. Если Картер был там, он был занят тем, что писал разные статьи, которые разрушали жизни людей, и не мог преследовать меня здесь. Правильно?

— Да, здравствуйте. Могу я поговорить с одним из ваших штатных репортеров, Дейвом Картером?

— О, мне жаль, — сказал женский голос. — Дейва Картера здесь нет.

Мое сердце запрыгало у меня в груди, и я быстро сказала себе, что сейчас в Чикаго воскресный вечер, и он просто ушел домой.

— Это очень важно. Вы не знаете, в какое время я могу позвонить утром, чтобы застать его?

— Нет, вы неправильно меня поняли. Дейв Картер больше здесь не работает. Он уволился несколько недель назад.

Несколько недель назад. Сразу после того, как я пыталась изображать из себя супергероя и оказалась под школьной вывеской.

— Оу, — я глубоко вздохнула. Это не помогло, и я начала паниковать. — Эм, вы не знаете, где он сейчас работает?

— Мне жаль. Он не оставил никакой информации, как с ним связаться. Это было внезапно.

— Пожалуйста! — в моем голосе слышались истерические нотки. — Вы должны хоть что-нибудь знать.

— Мисс, с вами все в порядке? У вас какие-то проблемы? Могу я связаться еще с кем-нибудь? С другим журналистом?

— Нет! Я просто… Я должна найти его.

Я услышала, как женщина на другом конце провода вздохнула, а затем сказала:

— В последний раз, когда я его видела, он говорил о компании «Visticorp». Думаю, что он устроился туда после того, как внезапно ушел.

— «Visticorp»? — это не имеет смысла. — Что за работа? Это не похоже на газету.

— Мне жаль. Я больше ничего не знаю. Если хотите, можете оставить свои имя и номер, и я перезвоню вам, если он снова с нами свяжется.

— Нет! Нет, все в порядке. Спасибо.

Я повесила трубку, прежде чем она смогла бы задать еще больше вопросов. В любом случае, она дала мне достаточно информации.

— Картер больше не в Чикаго — он ушел, — сказала я Райану. — Я говорила тебе, что я не параноик. Он все еще здесь. Он, вероятно, наблюдает за мной с того дня, когда его выгнали с территории школы. Я просто не знаю, почему он до сих пор не написал про меня какую-нибудь статью. Мы тренировались несколько недель.

— Ну, очевидно, что у него нет никаких доказательств. Если бы они у него были, он бы уже написал статью, не так ли?

Я минуту обдумала это, хотя и знала, что Картер не будет сидеть на месте, имея информацию, которая сделает его богатым и знаменитым, но все же не могла согласиться.

— Не знаю. Он вел себя так странно в тот день в школе. Притворялся, что был там не затем, чтобы найти на меня что-нибудь? Предупреждал меня, чтобы я была осторожной? Я не могу понять, какой у него мотив.

Я подумала, а затем указала на компьютер Райана.

— Можно?

— Откуда ты знаешь, что у него есть мотив? — спросил Райан, отодвигаясь.

— Потому что это Картер, — ответила я, вводя название, которое дала мне женщина. — Он, по сути, дьявол. Он приходит, будто заботится о тебе, а затем получает прибыль от твоих страданий.

По результатам Гугла компания, которая называется «Visticorp», имела свой собственный сайт. Я нажала на ссылку и увидела множество фотографий парней в лабораторных халатах. У меня перехватило дыхание, и специальная лампочка, которая потребляет мало энергии, в лампе Райана не смогла справиться с энергией, которая ударила по ней.

— Что это? — спросил Райан, испуганный внезапным хлопком и разбитым стеклом.

Я уже нажала на раздел «О нас» к тому моменту, когда Райан посмотрел через мое плечо.

— Это не из-за истории, — вздохнула я.

Вещи начали выходить из-под контроля вокруг меня. Я чуть не упала со стула, когда попыталась подняться на ноги.

— Джейми, дыши! — предупредил меня Райан.

Но я не могла. Я была слишком взволнована. Статья в газетах наверняка будет отстоем, но ученые намного хуже. Они не просто разоблачают. Они ставят эксперименты. И, по словам моего отца, о вас больше никогда не услышат и не увидят.

— Это компания, которая занимается генетикой, в Лас-Вегасе, — пробормотала я, чувствуя, как закипает моя кровь. — Он собирается продать меня кучке ученых.

— Джейми, сосредоточься! Твои глаза снова начинают светиться. Тебе следует успокоиться. Ты не можешь здесь стрелять молниями.

Мое тело начало дрожать, и Райан отступил от меня так далеко, как только смог.

— Джейми, — повторил он. Страх в его голосе привлек мое внимание. — Ты можешь навредить себе. Ты можешь навредить мне. Ты же не хочешь навредить мне, правильно?

Нет. Не снова. Я действительно не хочу навредить ему. В прошлый раз это плохо закончилось.

Райан заметил, когда я снова пришла в себя, потому что начал меня подбадривать.

— Сосредоточься, Джейми. Дыши глубже.

Я могла сделать это. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, думая, что если могу удерживать в себе воздух, то могу удерживать таким же образом и электричество.

Я постаралась сосредоточиться на самой силе. Теперь все стало намного яснее, потому что, когда я поцеловала Райана, мои суперсилы были сильнее, чем когда-либо, и теперь, когда я отвлекалась из-за беспокойства, я все еще могла разделять свои силы и эмоции. Они определенно были разделены. Мне просто нужно выяснить, как они работают по отдельности друг от друга.

Все еще с закрытыми глазами я вытянула перед собой руку. Я попыталась подтолкнуть всю энергию в сторону руки, надеясь управлять ее направлением. Когда я сосредоточилась на потоке, внезапно ощутила внутри странную электрическую силу. Я не могла сказать, куда она направляется, но чувствовала ее везде.

В тот момент, когда концентрировалась, я почувствовала то, чего раньше не замечала. Полагаю, что это было всегда, потому что оно не ощущалось чем-то новым, но я никогда раньше не обращала на это внимания. Я чувствовала электричество в атмосфере вокруг меня. Оно было сильнее рядом с лампой, компьютером Райана и розетками.

Чувство покалывания стало для меня естественным, и тело, казалось, стремилось к этому. Так что, держа глаза закрытыми и медленно дыша, я протянула руку к тому месту, где сила ощущалась сильнее, и попыталась втянуть ее в себя. Сначала я ничего не почувствовала, но мгновение спустя ощутила, как в меня втекает энергия. Я высасывала ее прямо из розетки, как будто была подключена к ней или что-то в этом роде. Это ощущалось так же, как когда я высасывала электричество из линии электропередач, когда целовала Райана, но не так сильно.

Я это сделала. Я действительно сделала это. Я контролировала энергию. Но когда Райан нарушил тишину и спросил, как я это делаю, я потеряла концентрацию. В тот момент, когда я потеряла контроль, поток энергии изменил направление и выстрелил из меня. Не в виде молний, как раньше, а как будто я потеряла самообладание, и в доме начались скачки энергии.

Я открыла глаза и поняла, что во всем доме нет света.

— Упс, — прошептала я, встречаясь с встревоженным взглядом Райана. — Прости.

— Ты шутишь? Это было потрясающе!

— Потрясающе? Я оставила твой дом без электричества.

— Но ты не взорвала мою комнату.

Это было правдой и, признаю, весьма обнадеживало. Но на самом деле этого было недостаточно, чтобы я почувствовала себя лучше.

— Райан, что мне делать?

— Что ты можешь сделать? Если Картер не вернется, его будет невозможно найти. И мы не уверены, как много он знает или какие у него есть доказательства. Мы даже не знаем, действительно ли он работает на этих ученых. Мы не хотим делать поспешных выводов. Лучшее, что мы можем сделать, — молчать и ждать.

Райан чувствовал себя достаточно уверено, чтобы пересечь комнату и протянуть ко мне руку. Не задумываясь, я взяла его за руку. Он мягко сжал мои пальцы, а затем сказал:

— Мы просто перестанем тренировать твои суперспособности и поработаем над нашими отношениями. У меня давно никого не было, поэтому мне нужно немного практики в качестве парня.

Господи, улыбка Райана гипнотизирует. Я снова успокоилась. Райан ухмыльнулся, когда заметил, что я прячу улыбку, поэтому я вырвала свою руку из его.

— Я не твоя девушка!

Райан, хотя и явно думал иначе, просто улыбнулся мне, как бы говоря «продолжай убеждать себя», а затем отвел на кухню, где была его смущенная мама.

— Простите, ребят, электричества нет во всем доме, — сказала она. — Не могу понять, что случилось, но без электрической духовки лазанья не приготовится. Похоже, мы с вами пообедаем где-нибудь в другом месте.

— О, на самом деле, это просто…

Райан собирался сказать что-то о выбитых пробках, но не стал продолжать, когда я сжала его руку.

— Просто что? — с любопытством спросила его мама.

Райан взглянул на меня, а затем пожал плечами.

— Китайская кухня звучит хорошо.

Суперсилы — один. Тофу-лазанья — ноль. Иногда жизнь не так уж плоха.

ГЛАВА 17

На следующий день в школе царила напряженность. Это был первый день, когда Райан и Майк вернулись в школу, и все ученики, включая меня, очень хотели увидеть, что же произойдет.

Пока я сидела в своей машине, пытаясь выделить голос Райана среди остальных в школе, его пикап припарковался на пустом месте рядом со мной. Я слушала так усердно, что не поняла, что он здесь, пока он не постучал в мое окно. Звук был таким неожиданным, что поразил меня до такой степени, что сердце чуть не остановилось.

— Ты собираешься сидеть здесь весь день? — спросил Райан через стекло.

Я действительно думала о том, чтобы прогулять школу, но Райан поехал бы за мной и попал бы в беду. Со вздохом я вышла из машины.

— Что ты хочешь? — спросила я, направляясь к школе.

Райан улыбнулся мне убийственной улыбкой.

— Я хочу проводить свою девушку в класс. Это преступление?

— Учитывая, что я не твоя девушка, твои действия могут считаться преследованием? Да. На самом деле это преступление.

Райан улыбнулся, проигнорировав колкость, и пошел рядом со мной. Мы молча шли в течение минуты. Затем, когда мы начали подниматься по ступенькам к школе, я услышала шепот учеников в кампусе. Я остановилась, потрясенная тем, что говорили люди. Не только люди, но и Майк. Я стояла и не могла ничего сделать, кроме как слушать, пока Райан не вывел меня из транса.

— Джейми? Что случилось?

— Это Майк, — мой голос упал до слабого шепота, и я не могла описать ему всю ситуацию.

— Не беспокойся о Майке. Уверен, с ним все будет в порядке.

— Нет, ты не понимаешь.

— Джейми, мне плевать на Майка, — твердым голосом сказал Райан и внезапно взял меня за руку, переплетая наши пальцы. Если бы я не чувствовала себя так хорошо от этого, я бы уничтожила его на месте.

Я предприняла жалкую попытку освободить руку, но Райан только крепче сжал ее.

— Тебе придется поджарить меня, если хочешь, чтобы я отпустил тебя.

Я посмотрела на наши руки, и, действительно, я не хотела отпускать его больше, чем хотела бы причинить ему боль, но у меня не было выбора.

— Райан, это, — я подняла наши сплетенные руки до уровня его глаз, — действительно плохая идея. Не сегодня. Не сейчас.

— Что ты имеешь в виду?

— Сплетни, с тех пор, как вы с Майком были отстранены, вышли из-под контроля.

— Правда? — Райан пытался придать своему голосу игривый тон, но не смог полностью скрыть напряжение. — Все думают, что я сошел с ума или что-то в этом духе?

— Не переживай. Они обвиняют не тебя.

— Они обвиняют Майка?

Хотелось бы.

— О, нет. Большинство людей поддерживают Майка. Они просто не обвиняют тебя.

— Это не имеет смысла.

— Конечно, имеет. Я имею в виду, это не твоя вина, что Ледяная королева промыла тебе мозги.

Это имело смысл для меня, но Райан был ошеломлен новостями. Он остановился и пристально посмотрел на меня.

— Люди обвиняют тебя в моей драке с Майком?

— Не в лицо, — я пожала плечами с намеком на улыбку, но Райан не считал, что это смешно. Я снова вздохнула. Я не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым из-за меня. — Все хорошо. Правда. Честно говоря, мне все равно, если люди ненавидят меня.

— Люди тебя не ненавидят. Они просто удивлены. Они поменяют свое мнение. Даже Майк, вот увидишь. Он мой лучший друг. Уверен, он выпустил пар, когда ударил меня.

— Ты так думаешь?

— Конечно.

Я ненавидела быть тем, кто рассказывает плохие новости, но он все равно скоро узнает. Лучше пусть услышит все от меня.

— Райан, Майк узнал о моей аварии. Он рассказал об этом всей школе.

— Что? — у него вышел наполовину вздох, наполовину рычание. — Как он узнал?

— Он просто воспользовался поиском в Гугле. Думаю, его натолкнул на это Картер. Он рассказывает всем историю из газет — что я спровоцировала аварию, потому что Дерек бросил меня. Пейдж хочет, чтобы ты держался от меня подальше. Она сказала, что будет писать ходатайство, чтобы меня выгнали из школы.

Лицо Райана позеленело, и ему потребовалось около тридцати секунд, прежде чем он смог говорить.

— Джейми, мне так жаль.

— Это не твоя вина, — сказала я, хотя это не помогло ему чувствовать себя лучше. — Послушай, это ничего не значит, хорошо? Тебя не волнует мое прошлое, и это все, что важно для меня. Меня не волнуют остальные. Но проблема в том, что они волнуют тебя, а я не хочу, чтобы ты потерял друзей из-за меня.

Райан открыл рот, чтобы что-нибудь сказал, но его прервал звонок. Я сжала его руку, прежде чем отпустить его.

— Давай просто пройдем через это все сегодня, прежде чем ты снова начнешь говорить про все эти вещи, которые делают девушки для своих парней.

— Но…

— Иди в класс, Райан.

— Увидимся во время обеда, — упрямо сказал он, но все же ушел.

Я поспешила на свой первый урок, и даже учитель замолчал, когда я вошла в класс. Я не сводила глаз со своей парты, но чувствовала, как все смотрят на меня. Я пыталась не обращать на это внимания, но не могла. Благодаря Райану я больше не была Ледяной королевой. Я снова была просто Джейми Бейкер, а у Джейми Бейкер были чувства. Джейми Бейкер была уязвимой. Она была напугана и слаба. Сломлена. И каждый мог что-нибудь сказать.

Это был худший день с тех пор, как я перевелась в Роклин Хай. Этот день можно было сравнить с днями в моей старой школе после того, как умер Дерек. Слова были немного более жесткими, и взгляды более обжигающими. Может быть, это из-за моей повышенной чувствительности к обсуждаемой теме или, может быть, из-за моей вины, потому что в этот раз они были правы. Я действительно была опасна для Райана, и я действительно убила своего последнего парня. Они имели право беспокоиться о Райане.

К тому времени, как начался обед, мне стало плохо. Я сидела на своем обычном месте и ковырялась в еде. Я не собиралась есть, но она дала мне возможность сосредоточиться хоть на чем-нибудь, кроме шума в столовой. Казалось, все были немного на взводе, но когда Райан вошел в столовую, все замолчали. Можно было услышать, как летит муха, даже не имея моего слуха.

Я не удивилась, когда рядом с ним увидела Бекки. Она привыкла обедать в своей машине, пока Райан был отстранен, и я знала, что Райан не позволит ей теперь так поступать, но остальные, казалось, немного удивились этому.

Все смотрели и ждали, что же они будут делать. Они стояли около минуты, встречаясь со всеми любопытными взглядами, и, хотя Бекки выглядела испуганной, Райан выглядел оскорбленным. Бекки сглотнула, ожидая, что Райан что-нибудь сделает, поэтому он взял ее за руку и начал тащить ее в противоположную сторону от стола для популярных ребят. Вы бы ни за что не подумали, что это вызовет такую реакцию со стороны учеников, но когда стало ясно, что Райан не собирается сидеть со своими друзьями, тишина незамедлительно сменилась шумом.

Пейдж, все еще оскорбленная отказом, молча смотрела, но Майк внезапно вскочил со стула, снова заставив замолчать всю столовую.

— Миллер! — закричал он, направляясь к Райану. — Брось, мужик, куда ты идешь?

Райан проигнорировал его, поэтому тот обратился к Бекки.

— Бекки? Куда ты идешь?

— Чтоб ты провалился, Майк! — закричала она.

Ее вспышка гнева была настолько неожиданной, что даже Райан был поражен и остановился. Он посмотрел на нее с тем же беспокойством, что смотрел на меня, когда узнал о моем прошлом, и она так же посмотрела на него с вызовом, как и я, когда он смотрел на меня так.

— Я в порядке, — хладнокровно сказала она. — Продолжай идти.

Райан снова начал идти, но Майк преградил ему путь.

— Не глупи, — предупредил Майк. — Ты все еще король этой школы. Не иди на поводу у таких фриков, как Бейкер.

Не знаю, видел ли кто-нибудь еще, как вспыхнуло лицо Райана от ярости и как его глаза стали безжизненными, когда он посмотрел на своего лучшего друга, но я видела это и знаю, что это видел Майк. Райан сжал руку Бекки и затем снова продолжил идти, с силой ударяя Майка по плечу, когда проходил мимо.

Казалось, глаза всех были прикованы к Майку, когда он возвращался на свое место. Даже Бекки и я были так очарованы тем, что он выглядел преданным, что никто из нас не заметил, куда направлялся Райан, — а именно ко мне. Мы поняли это почти в одну и ту же секунду и на мгновение встретились друг с другом убийственными взглядами.

— Что ты делаешь? — прошептала Бекки Райану, как только отвернулась от меня.

— Я собираюсь сесть с Джейми.

— Что? — ахнула Бекки, останавливая Райана. — Ты собираешься угробить меня после того, как практически заставил прийти сюда?

— Конечно, нет. Я собираюсь познакомить вас.

На этот раз, похоже, у нас с Бекки было одинаковое мнение.

— Ты с ума сошел? — спросила она. — Я не собираюсь обедать с Джейми Бейкер.

— Просто поверь мне. Ты не знаешь ее, как я.

— Мне не нужно знать ее! Посмотри, что она сделала! Она разрушила твою жизнь. Украла тебя у твоих же друзей, заставила тебя отстраниться от всех. От нее одни неприятности, Райан.

Я все утро слышала вещи и похуже, и, хотя они и заставляли меня нервничать, я могла терпеть их, но это отличалось от того, что говорила Бекки. Я не могла приравнять ее речь к сплетням и остальному мусору, которые говорили про школьного изгоя. Бекки действительно заботилась о Райане больше, чем любой другой человек в этой школе, и искренне верила в то, что говорила. Она знала его лучше, чем кто-либо другой. Лучше, чем я. Если она говорила, что я разрушаю его жизнь, как я могла сказать, что она неправа? В ее глазах читалась правда — ее беспокойство по поводу Райана, ее ненависть ко мне. Это все не позволяло мне ненавидеть ее.

Райан действительно начал убеждать меня, что мне не нужно делать так, чтобы меня все сторонились. Правда, я не могла целовать его, и наши тренировки нужно прекратить, но я начинала думать, что он все еще мог присутствовать в моей жизни. Что он все еще мог быть моим другом. Бекки отнимала у меня это, и было очень тяжело не увидеть, как это все выглядело с ее стороны.

Чем больше я слушала их обоих, тем больше мои чувства выходили из-под контроля. Через несколько секунд свет в столовой замерцал, и я даже не осознавала это, пока Райан не прошептал мое имя. Он сказал это так тихо, что даже Бекки не услышала.

Он направился ко мне, но Бекки потянула его за руку.

— Пожалуйста, не делай этого, Райан, — умоляла она со слезами на глазах. — Пожалуйста, просто поверь мне и держись от нее подальше.

Райан вдруг стал жестким.

— Почему я должен верить тебе? — огрызнулся он. — Ты мне не доверяешь! Джейми не та, кто разрушает мою связь с друзьями. Майк и Пейдж делают это сами. Я думал, что ты другая, но ошибался. После того, как ты сказала мне, что мне нужна девушка, я наконец-то нашел идеальную для меня девушку, а ты даже не хочешь дать ей шанс. Ты даже не хочешь подойти и поздороваться.

— Она твоя кто? — ахнула Бекки. Ее голос, казалось, щелкнул, как хлыст, над всем шумом в столовой.

— Она моя девушка! — крикнул Райан так сердито, что мог составить конкуренцию моему отцу.

В столовой снова стало тихо. Вилки были брошены, все прекратили обедать. Даже Пол Уоррен, который пытался впечатлить нескольких второкурсников, застыл на середине лунной походки. Затем, будучи Полом, он внезапно нарушил тишину, закричав «Чееееерт», как в фильме «Недетское кино»[12].

Райан снова обратил внимание на Бекки, которая все еще молчала, и понизил голос.

— Я не брошу ее, так что ты либо с этим смиришься, либо возвращайся к Майку и Пейдж.

Бекки сердито посмотрела на меня, и я смотрела в ответ, пока она не развернулась и не вышла из дверей. Райан выжидающе посмотрел на меня, но я продолжала смотреть в сторону двери. Я имею в виду, он только что объявил всей школе, что я его девушка! Не знаю, почему это так сильно разозлило меня, но сегодня я потратила столько нервов, что больше не могла. Я позволила себе сердиться. Я позволила себе излучать сияние. Затем я позволила взорваться каждой лампочке в помещении.

Когда все ученики пытались увернуться от осколков стекла, Райан нахмурился. Я продолжала излучать сияние, а потом выскочила из столовой. Я не оглядывалась, чтобы узнать, последовал он за мной или нет, да мне и не нужно было.

— Спасибо за поддержку, Джейми, — проворчал он, зная, что я его прекрасно слышу.

Я почувствовала себя ужасно, когда поняла, что Райан злится на меня. Райан не злится на людей, если у него нет для этого веской причины. Это было неожиданно и на самом деле больно. Я замерла, когда услышала, как позади меня хлопнула дверь столовой.

— Это не убило бы тебя, если бы ты подошла к ней и поздоровалась, — сказал Райан, когда я не повернулась к нему лицом. — Они не будут так сильно ненавидеть тебя, если ты хотя бы попытаешься.

Я поняла, что он сократил расстояние между нами, поэтому глубоко вдохнула, прежде чем повернуться к нему лицом. Было тяжелее смотреть ему в глаза, чем я ожидала, поэтому я уставилась на его ноги.

— Ты не можешь быть обоими людьми, — сказал он. — Либо ты Ледяная королева, либо ты Джейми Бейкер. И они правы, знаешь, — Ледяная королева не стоит этого. Но Джейми Бейкер стоит, поэтому реши, чего ты хочешь, а потом мы поговорим.

А затем Райан Миллер ушел от меня, не оборачиваясь.

Ничто в мире не могло заставить меня чувствовать себя более паршиво, чем то, что я подвела Райана. Я провела остаток дня как зомби. С другой стороны, комментарии остальных учеников никак не беспокоили меня. Я оцепенела. По крайней мере, до того момента, пока снова не увидела Райана.

Я бесцельно блуждала, но на автопилоте дошла до своего класса, но, к сожалению, немного опоздала.

— Мисс Бейкер! Спасибо, что присоединились к нам, — сказал мистер Эдвардс, когда я заняла свое место. Не знаю, каким взглядом наградила его, но в его голосе слышались нервные нотки, когда он сказал: — Поскольку это твое первое нарушение, я спущу это с рук, но не привыкай к этому.

Я не имела понятия, что в этот день мы обсуждали на уроке, но знаю, что в классе было много злых взглядов и мало разговоров. Даже когда мистер Эдвардс задавал вопросы. Осталось всего пятнадцать минут до конца урока, когда он не сдержался.

— Ребята, что с вами сегодня? А? Здесь немного холодная атмосфера.

— Думаю, вы хотели сказать ледяная, — проворчала Бекки.

Я подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, что Райан смотрел на Бекки.

— Что? — огрызнулась она.

Мистер Эдвардс вздохнул и положил свой маркер, так как все равно никто его не слушал. Он оглядел класс и прислонился к столу, скрестив на груди руки.

— Ладно, кто умер?

Это был неудачный выбор слов. В классе стало на десять градусов холоднее, если это вообще было возможно, а затем Пейдж открыла свой поганый рот.

— Почему бы вам не спросить Джейми?

Все посмотрели на меня, и, когда мистер Эдвардс проследил за их взглядами, по моему лицу текли обильные слезы. Я не могла ничего с этим поделать, я не могла их остановить, хотя знала, что буду сожалеть об этом позже, но сейчас мне было все равно.

Они были потрясены, увидев, что Ледяная королева, Джейми Бейкер, плачет. Никто ничего не сказал, никто даже не дышал, за исключением Пейдж, конечно же.

— Надо же, вы знали? — спросила она. — У Ледяной королевы есть чувства.

— Отстаньте от нее — у нее парень умер.

Я в шоке подняла голову, потому что это не Райан пришел мне на помощь. Это была Эми Джонс, и она виновато пожала плечами, глядя на меня.

Все в классе были так же удивлены, как и я, но до того, как я успела ответить, ее подруга, Алиса Мэдсен, последовала ее примеру.

— Да, Пейдж, не будь такой жестокой.

— Да! — это был Скотт Коул, и он действительно улыбался. — И ты удивляешься, почему Райан отшил тебя на прошлой неделе. Хорошее шоу, Миллер.

Пейдж разозлилась. Бекки все еще в шоке смотрела на Алису и Эми, а Райан выжидающе смотрел на меня. Я не была уверена, что он хотел, но все равно бы не поступила так, как он хотел. У меня кружилась голова.

Я оглянулась на Алису и Эми. Я не знала, защищали ли они меня или просто хотели поставить Пейдж на место, но это все равно было ошеломляюще. Все смотрели на меня, а я все еще плакала. Я была напугана, смущена и унижена. Мои эмоции били через край, и я начала терять контроль над собой, так что хорошо, что у мистера Эдвардса было золотое сердце. Было очевидно, что мне нужен перерыв, поэтому он отпустил всех на десять минут раньше.

— Ладно, на сегодня хватит. Все, кроме Джейми, могут быть свободны. Пейдж, либо ты работаешь над своими манерами, либо мы работаем над ними вместе после уроков.

Никто не колебался, чтобы избежать неловкой ситуации, кроме Райана. Он вышел из класса последним. Когда он задержался у дверей, ожидая меня, мистер Эдвардс прочистил горло и сказал:

— Хорошего дня, Мистер Миллер.

Я была рада, когда Райан послушался мистера Э и оставил меня в покое, но когда за ним захлопнулась дверь, в комнате воцарилась тишина. Мистер Э наконец-то заговорил после того, как я нарушила тишину, громко шмыгнув носом.

— Как вы держитесь?

— Разве это выглядит так, будто я держусь?

Свет в классе замерцал, когда я огрызнулась, и напугал меня. Мистер Э с любопытством посмотрел наверх, но не позволил себя отвлекаться, чтобы прочитать мне лекцию о том, которую он до смерти хотел прочитать мне с первого моего дня в этой школе. Он протянул мне коробку с салфетками и подождал, прежде чем начать говорить.

— Вы же знаете, что всегда можете дать волю слезам.

— Не перед ними, — фыркнула я. — Никогда перед ними, — я удивила нас обоих своей непреднамеренной честностью.

— Боитесь, что они поймут, что вы нормальная девушка, которая умеет чувствовать?

Я с горечью усмехнулась над словом «нормальная».

— Вы не думаете, что вы нормальная девушка? По крайней мере, внутри?

— Особенно не внутри, — проворчала я, больше для себя, чем для него.

Мистер Эдвардс был заинтригован моим комментарием и минуту изучал меня. Без сомнений, он пытался понять, как заставить меня все ему рассказать или обратиться за профессиональной помощью. Наконец он задал вопрос:

— Почему вы так говорите?

— Вы не поймете.

— Я попытаюсь.

Да, конечно.

— Это ничего не значит, мистер Э. Забудьте об этом.

— Вы потеряли своего любимого человека, вы испытываете вину за то, что выжили, и вы чувствуете ответственность за смерть Дерека. Это не ничего.

Я была потрясена упоминанием имени Дерека, как и всегда, когда не ожидала услышать его. Мистер Эдвардс еще раз протянул мне коробку с салфетками, когда я снова заплакала.

— Все эти чувства, — продолжал он, — являются нормальными и могут возникнуть в результате несчастного случая, подобного вашему.

— Как… Как вы узнали про…, - я не могла произнести имя Дерека вслух. — Про мою аварию?

— Мне потребовалось всего десять минут в первый день, чтобы увидеть, что вы совсем не похожи на других моих учеников. Я был заинтересован, поэтому прочитал ваше школьное дело. Там было все это.

— Держу пари. Там также были старые рекомендации психолога по восстановлению моей психической нестабильности. Вам понравилась эта часть?

— Джейми.

— Вы действительно думаете, что можете исцелить меня больше, чем смогла она?

Мистер Эдвардс смущенно пожал плечами, но сумел искренне улыбнуться.

— Я не заинтересован в том, чтобы исцелять вас, Джейми. На самом деле, я думаю, что вы замечательно держитесь.

Никакой консультации? Удивительно. И сложно поверить.

— Тогда зачем все эти внеклассные занятия?

— Я просто не хотел, чтобы вы делали шаг назад. Не позволяйте им причинить вам боль.

— Вам легко говорить.

— Это должно быть легко и для вас. Вы особенная, Джейми. Сильная. Не бойтесь использовать эту силу.

— Извините? — я не хотела, чтобы в моем голосе слышалась паника, но она там присутствовала. Вы же знаете, что я была немного не в себе.

Мистер Эдвардс снова изучал меня, заинтересованный моим нервным голосом. Казалось, он проявлял осторожность.

— У вас есть превосходство, Джейми. У вас больше преимуществ, чем у Пейдж или другого ученика в Роклин Хай. Вы знаете, каково быть ими. Только уверенная в себе второкурсница может найти поддержку у других, встречаться с королем школы, быть самой популярной девушкой в своей старой школе и быть…королевой красоты?

— Это тоже было в моем досье? — проворчала я, чувствуя себя немного смущенной.

На этот раз мистер Эдвардс рассмеялся.

— Статья мистера Миллера была очень познавательной.

Я покраснела, готовая убить Райана, пока мистер Эдвардс продолжал свою лекцию.

— Вы знаете, каково быть ими, — повторил он, — но они понятия не имеют, каково быть вами. Вы пережили действительно слишком большую реальную боль, чтобы какие-то слова могли вас задеть. Вы слишком сильны для этого.

О, хорошо. Метафорическая сила. Я поняла. Ирония.

— Это была хорошая речь, мистер Э, — как ни странно, она заставила меня чувствовать себя лучше.

— Извините, — усмехнулся мистер Эдвардс. — Один из недостатков, что ты изучаешь литературу. Все всегда должно быть драматичным.

Неудивительно, что я чувствовала себя комфортно рядом с ним. Моя мама называет меня королевой драмы ни за что.

— Когда-нибудь вы станете профессором, — пробормотала я себе под нос. Мистер Эдвардс услышал это и рассмеялся.

Я вытерла последние слезы и даже смогла улыбнуться. Казалось, улыбка успокоила его, и он вернулся к своему столу с коробкой салфеток.

— Хорошего вечера, мисс Бейкер, — сказал он, прежде чем я вышла из класса. — И помните, вы единственная, у кого есть сила.

Вы даже себе представить не можете, подумала я, когда закрывала за собой дверь.

ГЛАВА 18

Речь мистера Эдвардса на самом деле заставила меня задуматься, поэтому вместо того чтобы отправиться домой, я отправилась на вершину холма, откуда было видно футбольное поле. Я устроилась как раз вовремя, футбольная команда начала выходить на поле в своей тренировочной форме.

Я не могла оторвать глаз от Райана, когда он выбежал на поле. В его походке не было никакой легкости, на лице не было улыбки. Он выглядел таким же несчастным, какой я себя чувствовала. У него тоже был действительно плохой день, и я сомневалась, что тренер Пелтон был таким же понимающим, как мистер Эдвардс. Он, очевидно, был недоволен отстранением своих двух звездных игроков. У него едва получалось говорить без крика, он просто выдавил из себя одно слово: «Круги!», и указал ему пальцем на беговую дорожку.

Райан начал бегать, и, как только появился Майк, его настигла та же участь. Майк ускорился и быстро догнал Райана, но в тот момент, когда он попытался с ним заговорить, Райан увеличил скорость.

— Миллер! — закричал Майк, снова догоняя Райана. — Брось, чувак. Это глупо.

Райан внезапно остановился и развернулся, чтобы оказаться лицом к лицу с Майком.

— Убирайся с глаз моих, Дрисколл, пока я не надрал тебе задницу!

— Ладно. Пусть будет так.

Оставшееся время Майк был холоден к Райану и каждый раз, когда выпадала возможность, опрокидывал его на землю. Не раз тренеру пришлось оттаскивать его от Райана, чтобы они не начали драку.

Мне не нравилось смотреть, как Майк использует Райана в качестве мальчика для битья, но еще больше я ненавидела тот факт, кто Райан был очень расстроен. Это было совсем на него не похоже: он кричал и угрожал врезать людям в лицо. Я скучала по тому беззаботному парню, который заставлял всех вокруг улыбаться. Я хотела, чтобы он вернулся, и поняла, что есть только один способ, чтобы это произошло.

Мистер Эдвардс был абсолютно прав, когда сказал, что у меня есть сила. Я была единственным человеком, который мог исправить ситуацию между Райаном и его друзьями. Я должна доказать людям, что ему не промыл мозги какой-то фрик. Я должна приложить усилия. Это правда, что я не могу быть сразу Ледяной королевой и Джейми. Я должна выбрать. Здесь и сейчас. И благодаря мистеру Эдвадрсу я была уверена, что достаточно сильна, чтобы принять правильное решение.

Ну, почти уверена.

Ладно, я не была уверена, я была в ужасе. Но я должна. Ради Райана.

Я посмотрела на Майка и съежилась. Я не могла быть милой с ним, но потом посмотрела через поле на маленькую группу поддержки, члены которой делали колесо и сальто назад. Я почувствовала ностальгию, глядя на их отточенные движения. Раньше я очень любила чирлидинг. Когда-то даже хотела быть профессионалом и состоять в группе поддержки «Чикаго Буллз».

Моя улыбка исчезла, когда группа остановилась и я услышала голос Пейдж.

— Клянусь, Бекки! Ты опоздала на полсекунды во вступлении, ты медленно делаешь колесо и не можешь сделать соскок уже несколько недель. Если ты не исправишься, то вылетишь из команды! Отборочный турнир в национальный чемпионат начнется раньше, чем ты узнаешь об этом, и моя работа, как капитана, заключается в том, чтобы ты не подвела нас всех. Сделай это снова! Все быстро на позиции!

Хорошо, я терпеть не могла Пейдж, но Бекки? У меня нет к ней никакой обиды. И сегодня в классе, где были Эми, Алиса и даже Скотт? Наверное, это не убьет меня, если я кому-нибудь из них когда-нибудь улыбнусь. Мне не обязательно дружить с ними; я просто должна быть воспитанной. Я могу быть воспитанной.

Я сидела, наблюдая и слушая, в основном думая, пока тренировка не закончилась, и я решила, что должна начать с Бекки. Она по-прежнему была самой популярной девушкой в школе, по крайней мере, пока, и она много значила для Райана. Попытка наладить с ней отношения будет иметь хоть какое-то значение.

Меня тошнило от всего этого, но я знала, что у меня не было выбора, поэтому сделала глубокий вдох и вернулась в школу. Я ждала за углом, за трибунами. Я подумала, что лучше мне поговорить с ней один на один, но не только у меня была такая идея. Бекки была последней, кто ушел с поля, и прямо перед тем, как она зашла в раздевалку для девушек, Майк схватил ее за руку.

— Что у тебя было с Райаном? Что ты ему сказала? — прорычал он.

— Ты имеешь в виду, что я сказала ему, что ты сделал со мной после танцев? — прошипела она, выдергивая руку из его хватки.

— Я не делал ничего, о чем ты меня не просила.

— Точно.

— Это то, что ты сказала Райану? Поэтому он со мной даже не разговаривает?

Гнев бушевал во мне, когда я слушала их разговор. Я не могла поверить, что не поняла этого раньше. С вечера танцев это странное поведение Бекки, ее явная ненависть к парню, с которым она с радостью пошла на танцы, все это внезапно обрело смысл. И я хотела убить за это Майка.

— Оставь меня в покое! — закричала Бекки, но Майк снова остановил ее.

— Ты что-нибудь сказала Райану или нет?

— Нет, ясно? — снова закричала Бекки. — Ты думаешь, я хочу, чтобы вся школа узнала, что ты сделал со мной? Чтобы все с насмешкой смотрели на меня и разговаривали за моей спиной? Нет, спасибо.

— Они в любом случае не поверят тебе.

— Да, точно, но я никому ничего не сказала, поэтому забудь об этом! По крайней мере, это то, что я хочу сделать, — у Бекки появились слезы на глазах, и она снова освободилась от хватки Майка. — Никогда ко мне больше не прикасайся!

— Ну, если ты ничего не сказала, то в чем проблема Миллера?

— Ты тупой? Парень по уши влюблен в Джейми, а ты рассказал всей школе, что она убила своего парня. Она реально плакала сегодня на уроке английского. Конечно, Райан злится на тебя!

Эта новость, похоже, позабавила Майка. Разве не достаточно того, что я хотела убить его до этого?

— Не может быть! Она плакала? — он рассмеялся.

— Ты такой придурок, — с отвращением сказала Бекки. — Держись от меня подальше.

Бекки ушла, даже не зайдя в раздевалку, и, поскольку я была близка к тому, чтобы начать метать молнии, мне пришлось сесть. Мне понадобился бы сам Будда, чтобы успокоиться, поэтому я вернулась на свой холм и попыталась дышать. Я просидела там пятнадцать минут, пока футболисты и чирлидеры не начали выходить из раздевалок один за другим.

Когда Майк вышел первым, я не могла с собой ничего поделать. Я знала, что решила выпустить наружу свою внутреннюю Джеймилинн ради Райана, но подумала, что эта ситуация заслуживает Ледяную королеву, в последний раз. Я снова владела собой, поэтому побежала в школу и прислонилась к концу трибун незадолго до того, как появился Майк.

— Привет, — небрежно сказала я, когда он проходил мимо.

Майк немного испугался, увидев меня, но любопытство взяло верх, и он остановился.

— Что ты здесь делаешь?

Я не ответила на его вопрос.

— Почему ты помог мне? — вместо этого спросила я. Майк выглядел растерянным, поэтому я уточнила. — В тот день, когда репортер пристал ко мне на стоянке, почему ты помог мне?

Лицо Майка ничего не выражало. Я не могла понять, о чем он думает.

— Казалось, что так и нужно было поступить, — сказал он, пожимая плечами.

— Тогда почему ты рассказал всей школе о моей аварии?

Он снова пожал плечами.

— Казалось, что так и нужно было поступить.

Майк все еще вел себя непринужденно, но я тоже могла держать себя в руках. Я понимающе кивнула.

— У тебя зуб на Райана действительно из-за меня? — спросила я с дружеской улыбкой. — Раньше казалось, что ты был не против того, что он добивается меня. Ты даже подбадривал его.

— Это было до того, как ты превратила его в своего маленького ледяного короля.

— Так это не имеет никакого отношения к тому факту, что он беспокоится насчет того, что происходит между тобой и Бекки?

На секунду маска упала с лица Майка.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

О, он точно знал, о чем я говорю. Я могла видеть это в его глазах.

— Парень, — сказала я. — Чувство вины съедает тебя изнутри, не так ли? — его глаза сузились, но я продолжала. — Или я вижу страх? Ты боишься, что твой лучший друг узнает, что ты изнасиловал его лучшую подругу?

Мне нравилось наблюдать, как бледнеет лицо Майка.

— Послушай, ты, маленькая… — начал он.

— Нет, ты послушай! — я знала, что мистер Эдвардс метафорически говорил о том, чтобы я использовала свои силы и все в таком духе, но я решила использовать его совет в прямом смысле, когда схватила Майка за футболку, дернув его к себе, приподняв его, что он стоял на цыпочках. Мне нравится суперсила. Даже если в его глазах и была вина, то теперь в них был страх. — Смерть моего парня, возможно, и произошла в результате несчастного случая, но, если ты снова прикоснешься к Бекки или любой другой девушке, твоя смерть не будет несчастным случаем. Ты меня понял? И прекрати говорить про меня всякое дерьмо. Это расстраивает Райана.

Я отпустила Майка, слегка толкнув его, что он упал. Я наступила ногой ему на грудь, придавив спиной к земле. Возможно, это было слишком, но я знала, что это не навредит ему. Эй, этот парень — полузащитник. Иногда грубая сила — единственная возможность добраться до него.

— О, если кому-нибудь расскажешь о нашем разговоре, ты пожалеешь, — я улыбнулась ему лучшей своей улыбкой, убрала ногу и весело добавила: — Увидимся завтра.

Хотела ли я навредить Майку? Конечно, нет. Ну, не нарочно. Но буду ли я чувствовать себя плохо, если он будет уверен, что я могла навредить ему? Нет. Может быть, я и должна, но мне было все равно. Я ушла, чувствуя себя лучше, чем за весь день.

Я почти добралась до парковки, когда заметила, что Бекки не ушла после разговора с Майком. Она была на поле, повторяла одно и то же упражнение: колесо. После угрозы Майку я чувствовала себя довольно хорошо, поэтому подумала, что лучше разобраться со всем сразу, пока у меня хватает мужества. Со вздохом я пошла в сторону футбольного поля.

— Вся твоя проблема в ногах. Твои носки смотрят в разные стороны, когда приземляешься, — сказала я, когда Бекки остановилась.

Бекки потеряла дар речи, и назовите меня параноиком, но, похоже, она была благодарна за мою критику.

— У меня была похожая проблема, — продолжила я. — Мой тренер сказал мне, чтобы я попыталась приподнять пальцы в обуви, когда прыгала. Знаю, звучит немного безумно, но я начала приземляться лучше.

Бекки все еще была в шоке, поэтому я продолжила говорить.

— Это было давно, поэтому я не знаю, могу ли быть полезна, но если ты когда-нибудь захочешь тренироваться с кем-то, кто не собирается постоянно отрывать тебе голову, то я непротив помочь.

Я не могла поверить, что только что сказала ей, что не против с ней общаться. И безумие было в том, что это было правдой. Я была действительно не против. Сказав это, я поняла, что делаю это не только ради Райана. Было приятно снова поговорить с девушкой.

Я попыталась улыбнуться, но это трудно сделать, когда ты нервничаешь и чувствуешь себя так, будто тебя вот-вот вырвет. Когда Бекки наконец поняла, о чем я говорю, она не стала кричать, но ее голос был холодным, как лед.

— Оставь меня в покое.

Она была настроена враждебно, и я хотела удовлетворить ее просьбу, но ради Райана я должна была попробовать еще раз.

— Я знаю, через что ты прошла.

— Ты ничего не знаешь обо мне, — сказала Бекки сквозь стиснутые зубы.

— Готова поспорить, я знаю, что произошло между тобой и Майком, — тихо сказала я, и лицо Бекки стало зеленым. — У нас с тобой больше общего, чем считает Райан. И, поверь мне, если ты будешь хранить это в себе достаточно долго, притворяясь, что ничего не произошло, ты закончишь так же, как я. Я не пытаюсь испугать тебя и никому не скажу. Я просто пытаюсь сказать, что я рядом, и если ты когда-нибудь захочешь поговорить об этом… Ну, я знаю, что я могу быть другом, который тебя поймет в любом случае.

Бекки долго ничего не говорила. На ее глаза навернулись слезы, и все тело начало дрожать, пока она, наконец, не взорвалась.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! — закричала она. — У нас нет ничего общего! Мне не нужна твоя дружба, и я не хочу этого! Я ненавижу тебя! Ты забрала единственного нормального человека в этой школе и превратила его в придурка! Ты настолько эгоистична, что позволила ему разрушить свою жизнь ради тебя!

Я не знала, что сказать. Было больно, когда она сказала, что ненавидит меня, но я не могла винить ее. И она была права в одном: Райан разрушил свою жизнь ради меня. Но она ошибалась, думая, что я хотела этого. Я пыталась оттолкнуть его с первого дня.

Прежде чем у меня появилась возможность сказать что-нибудь в свою защиту, Пейдж и Тамика внезапно оказались здесь, и они обняли Бекки, защищая ее.

— Убирайся вон! — крикнула мне Тамика.

— Да! — поддержала Пейдж. — Никто не хочет, чтобы ты была здесь, фрик! Почему бы тебе не сделать всем нам одолжение и не убить себя, как ты убила своего последнего парня!

Я начала повторять слова мистера Эдвардса в своей голове. Я единственная, у кого есть силы. Я единственная, у кого есть силы. Но почему-то я думаю, что эти эмоциональные силы должны быть очень похожи на мои физические силы. Для этого тоже нужно много практики.

Это было бы не так плохо, если я бы я перестала думать, насколько Пейдж была права. Отношения между всеми в школе были напряженными из-за меня. Ладно, может быть, все было не настолько плохо, как между Майком и Бекки, но остальные? До моего появления эти люди были одной большой семьей. Почему они позволили мне вмешаться в их жизни, когда я была единственной, кто ответственен за то, что все пошло прахом?

Нечто похожее было в моей старой школе. Я забрала у них Дерека, и они возненавидели меня за это. Почему я думала, что здесь что-то изменится? Я даже не была их другом, прежде чем забрала у них Райана. Знаю, Райан верил в меня, но внезапно я поняла, что любые попытки завести здесь друзей будут бесполезны.

Я не знала, что было со мной не так и почему мне хотелось плакать в последнее время, но я снова заплакала.

— Хорошо, — всхлипнула я в конце концов. Я проигнорировала Пейдж и Тамику и посмотрела на Бекки. — Забудь обо всем, что я говорила.

Я развернулась, чтобы уйти, и столкнулась с Райаном.

— Не трогай меня, — предупредила я, когда он потянул ко мне руки.

— Что случилось? — спросил он, отдергивая руки.

— Это не сработает, Райан, — сказала я сквозь слезы. — Ты и я, друзья, обычная жизнь, все из этого. Я устала бороться из-за этого с тобой. Ты сказал, что я не могу быть обоими людьми сразу, но, по правде говоря, я не могу быть ни тем, ни другим. Мне жаль.

Я начала уходить, когда из глаз полились слезы.

— Джейми, подожди!

— Нет! Я устала, понимаешь? Правда устала. Но это не сработает, и я больше не могу, поэтому прекрати! Пожалуйста!

Я ушла, и мне было тяжело поддерживать обычный человеческий ритм, потому что я все еще могла слышать Райана, когда направилась к своей машине.

— Это действительно к лучшему, Райан, — сказала Пейдж с сочувствием, что вызвало у меня тошноту.

— Лучше для кого? — спросил он ее. — Для Джейми? Для меня? Или, может быть, лучше для тебя. Я не могу поверить, Пейдж! Ты даже представить не можешь, через что она прошла! Ты такую боль даже представить не можешь! И ты снова и снова делаешь ей больно. Почему? Потому что я выбрал ее, а не тебя? Ты можешь называть ее Ледяной королевой, но Джейми никогда бы так ни с кем не поступила.

— Но посмотри, что она с тобой делает, — сказала Пейдж.

— Она ничего не сделала со мной, кроме того, что делает меня счастливым, и ей пришлось перевернуть всю свою жизнь, чтобы сделать это. Вы единственные, кто все портит!

— Но, Райан…

— Не начинай, Бекки! Я сказал ей, что ты другая. Я попросил ее дать тебе шанс. Ты хоть представляешь, как трудно ей было сделать это? Она старалась быть милой. Она боялась тебя, но она сделала это для меня, потому что я пообещал, что ты не такая, как все, а ты уничтожила ее!

Когда я добралась до своей машины, я услышала вздох Райана.

— Может быть, она была права, когда решила не дружить ни с кем из вас, — сказал он, выглядя более подавленным, чем рассерженным. — Я думал, что помогаю ей, но дал ей надежду, а затем бросил на растерзание волкам. Наверное, я причинил ей больше боли, чем кто-то еще. Большое спасибо, ребята.

Казалось, что кто-то плачет, и я поняла, что это Бекки, когда она со всхлипами извинилась перед Райаном:

— Райан, прости меня, — сказала она.

— Просто забудь об этом, — ответил он.

Я не знаю, сказал ли он что-нибудь еще, потому что уже была в своей машине, завела двигатель и включила радио, чтобы не слышать их. Затем я поехала домой и случайно сорвала с петель свою новую дверь в комнату и снова бросила ее через всю спальню в стену ванной.

Думаю, я не должна была быть удивлена, когда Райан появился у моего дома менее чем через десять минут после моего прихода. Я имею в виду, он предан до безумия и был убежден, что он мой парень. Было предсказуемо, что он придет ко мне после того, как закончит кричать на своих друзей из-за меня. Но почему-то когда он появился и попросил мою маму впустить его, я была шокирована. Шокирована и зла.

— Здравствуй, Райан, — вздохнула мама, когда открыла дверь. Возможно, я была шокирована, но она не показала своего удивления, когда увидела его. — Спасибо, что навестил нас, но не думаю, что Джейми сейчас будет рада посетителям.

— Пожалуйста, Миссис Бейкер? Пожалуйста, позвольте мне попытаться поговорить с ней.

Сил в доме уже не было, но я была достаточно зла из-за его отчаянного голоса, что дрожали стены. Я не хотела быть такой расстроенной из-за него, потому что знала, что он действительно заботился обо мне и ничего не сделал, только относился ко мне лучше, чем я того заслуживала, но девушке можно сказать, что все будет хорошо, много раз. Я определенно достигла своего предела.

Мама была напугана, когда снова попыталась избавиться от него.

— Прости, Райан, но сейчас действительно не самое подходящее время.

— Все в порядке, Миссис Бейкер, — на мгновение наступила тишина, пока Райан колебался. — Я знаю о Джейми. О ее силах, я имею в виду, — наконец признался он. — И я знаю правила. Я не буду близко подходить, но вы должны позволить мне увидеть ее. Пожалуйста! Это из-за меня она так расстроена. Я должен извиниться перед ней.

— Ты что? — ахнула моя мама.

Я хотела бы притвориться, что мама была удивлена тем, что Райан утверждал, будто он был причиной, из-за которой я плакала, но знала, что повергло ее в шок. Райан, видимо, тоже знал это, потому что тут же сказал:

— Пожалуйста, не злитесь на Джейми, что она мне все рассказала. Я вроде как не оставил ей выбора. И не волнуйтесь, я клянусь, что никогда никому не расскажу, — наступила тишина, а затем Райан снова заговорил, но гораздо тише. — Я волнуюсь о вашей дочери, Миссис Бейкер. Правда. Я хочу защитить ее так же сильно, как и вы.

Я знала, что Райан волновался за меня, это было очевидно, но я никогда до этого не слышала, чтобы он говорил это вслух. И он сказал это моей маме! Это было так радостно и грустно одновременно. Это заставило меня чувствовать себя и лучше и хуже одновременно. Мой гнев утих, но мое отчаяние увеличилось в десятки раз, и я стала плакать еще сильнее.

Я была слишком истощенной, чтобы поддерживать гнев внутри себя, поэтому дом перестал трястись. Мама знала, что я слышу разговор и, должно быть, подумала, что что-то из того, что он сказал, успокоило меня, потому что она ничего не сказала, а Райан облегченно выдохнул.

— Спасибо, Миссис Бейкер!

— Райан? — позвала мама с раздраженным вздохом. — Держи дистанцию.

— Хорошо.

Райан ничего не сказал, когда прошел по коридору и вступил в зону военных действий, пересекая порог моей спальни. Думаю, он не особо удивился, когда увидел оторванную дверь. В конце концов, он нарушил тишину:

— Прости меня.

— Уходи! — закричала я, и мой голос сорвался.

— Прости меня. Я ошибался насчет своих друзей. Но давай просто забудем про них, хорошо? Я уже забыл.

Его лицо было бледным от беспокойства, и я снова почувствовала себя виноватой.

— Они твои друзья, — сказала я, пытаясь контролировать себя. — Ты не можешь просто забыть про них.

— Если бы они действительно были моими друзьями, они бы к тебе так не относились.

— Но они правы. Я — фрик, а ты был другим. Ты не можешь злиться на них за то, что они ненавидят меня, — они просто беспокоятся о тебе.

— Это нелепо! Они просто ревнуют, и, если они не могут справиться с этим, это их проблема. Джейми, если мне нужно выбрать сторону, я выбираю твою. И на этот раз мне все равно, если все в школе возненавидят меня, пока ты думаешь так же.

— Не будь глупцом. Ты не можешь из-за меня отказаться от всех, кого знаешь.

— Но мне и нужно. Я не хочу дружить с людьми, которые ждут, когда я забуду обо всех лучших вещах, которые случались в моей жизни, только потому, что они не понимают тебя. Они даже не могут выслушать меня, чтобы я все объяснил.

— Может быть, это потому, что в этот раз они правы. Я не подхожу к тебе. Может быть, тебе не захочется слушать их, но у меня нет выбора. Бекки права. Я была эгоисткой, потому что ты нравишься мне, и для твоей безопасности я должна прекратить ею быть. Извини, Райан, но здесь тебе не придется выбирать сторону. В этот раз я на их стороне, — я вытерла слезы и посмотрела ему прямо в глаза. Я действительно имела в виду то, что говорила, и в этот раз он должен понять это. — Все кончено.

Я не знаю, как долго он просто стоял и молча смотрел на меня, но, казалось, прошла вечность, и я была вынуждена отвести взгляд. Я не могла продолжать смотреть на его замученное выражение лица, потому что в этот раз я не могла дать ему то, что он хотел.

— Ты не можешь сдаться, — наконец прошептал он. — Ты так хорошо со всем справлялась. Ты не можешь просто так сдаться из-за того, что сказали Пейдж или Бекки.

— Ты не понимаешь! — закричала я. — Это не из-за того, что они сказали!

— Так объясни мне, Джейми! Потому что я честно не понимаю, почему ты не позволяешь мне быть ближе к тебе. Я знаю, что ты хочешь этого!

Когда я ему не ответила, он понизил голос и продолжил говорить.

— Я имею в виду не только физически, — сказал он. — Ты боишься быть в отношениях вообще. Ты боишься впустить меня в свое сердце. Это из-за Дерека? Потому что ты не можешь позволить одному несчастному случаю управлять своей жизнью.

— Это не из-за Дерека.

— Тогда из-за чего? Ты не хочешь меня? Ты мне не доверяешь?

— Конечно, это не так.

— Тогда что?

— Райан, — вздохнула я. — Ты знаешь.

— Что, твои силы? Я так устал от того, что ты используешь их в качестве оправдания.

Внезапно голос Райана прозвучал так обиженно, что меня это поразило, и я снова стала защищаться.

— Это не оправдания!

— Это оправдания. Не говори мне, что ты не можешь контролировать свои силы, потому что мы оба знаем, что можешь. Может быть, не на все сто процентов, но достаточно. У нас было все хорошо в течение нескольких недель. Наконец, когда мы вступаем в реальные отношения, ты не можешь справиться с этим. Ты боишься!

Внезапно я рассердилась и вскочила на ноги.

— Конечно, я боюсь! Ты забыл, что вчера я чуть не убила тебя? Что, если бы это я лежала без сознания перед тобой? Сможешь ли ты жить с мыслью о том, что причинил мне боль?

На этот раз Райан не смог встретиться со мной взглядом. Слезы текли по моему лицу, и мое тело начало дрожать, но я должна продолжить говорить. Я должна была заставить его понять, и я знала только один способ, как это сделать. Я должна была сказать ему правду. Должна была сказать ему одну вещь, которую поклялась не рассказывать ни одной живой душе. Я подумала, что он возненавидит меня после этого, но у меня не было другого выбора.

— Я убила Дерека! — закричала я сквозь слезы. — Я! Не грузовик, не линия электропередач, я! — я перевела дыхание и понизила голос. — Авария произошла не по моей вине, — объяснила я. — По его вине.

— О чем ты говоришь?

— В ту ночь между мной и Дереком произошла крупная ссора, и я порвала с ним.

— Что?

Я проигнорировала шок в голосе Райана.

— Он пытался спорить, но я убежала. Как я и сказала тебе раньше, я отпихнула его от машины. Когда завела мотор, он решил, что я собираюсь уехать без него и бросить одного неизвестно где. Он бросился на дорогу, не глядя. Водитель грузовика свернул в сторону, чтобы не задеть Дерека, но вместо этого врезался в меня. Авария — токсичные отходы, линия электропередач, взрыв — произошла по вине Дерека, и он видел все это с безопасного расстояния на другой стороне дороги.

Внезапно я почувствовала слабость, и мне пришлось сесть. Райан выглядел обеспокоенным из-за меня, но он обещал моей маме, поэтому стоял в стороне. Но даже с другого угла комнаты я могла видеть его глаза. До него, наконец, начало доходить.

— Когда я очнулась, я подумала, что умерла, потому что была невредима, но Дерек был там, и он кричал мое имя. Я вылезла из машины, и, конечно, он побежал ко мне и обнял меня. Но я была очень зла на него и была очень напугана. Когда я начала пропускать через него электричество, я даже не поняла, что происходит. Он начал кричать и дрожать. Он не мог отпустить меня, а я не могла вырваться из его объятий. У меня был шок. То, как он выглядел, и этот запах… А затем он просто перестал кричать.

Я на минуту замолчала, вспомнив самый страшный момент в своей жизни.

— Мне пришлось отрывать себя от его рук, — рыдала я, когда снова заговорила. — Дерек умер из-за меня. Я убила его. Я знаю, что это не моя вина, я понимаю это, но, Райан, ты должен понять, почему мы должны все это прекратить.

На этот раз Райан потерял дар речи, но, на удивление, это только заставило меня чувствовать себя хуже.

— Это единственный способ, при котором я буду уверена, что не причиню тебе вреда, — прошептала я.

После этого мне нужно выбраться отсюда. Я развернулась, чтобы уйти, и застыла, когда увидела, что мама стоит на пороге моей комнаты в полном шоке. На ее лице был ужас, слезы текли по ее щекам, и я испугалась.

— Прости, — заплакала я. — Я просто не знала, как сказать тебе.

Я не ожидала от них никакой реакции. Да и как я могла? Я не хотела слышать, что они могли сказать. Я не могла вынести выражения на их лицах. Я просто хотела побыть в одиночестве.

ГЛАВА 19

Я была настолько морально истощена, что у меня не хватало сил ни на что, кроме ходьбы. Больше не было внутренней борьбы. Никакого Гранд-Каньона. Никакого Майами-Бич или Рашмора. Просто шла вниз по своей улице.

В конце концов, я оказалась в парке. Когда начало садиться солнце, место становилось пустынным, поэтому я решила, что это место идеально подходит, пока у меня было дурное настроение, так что я нашла ближайшую скамейку. Я легла, закрыла глаза и попыталась ни о чем не думать. Но не могла забыть о своих проблемах, пока не почувствовала слабый всплеск энергии. Меня это поразило, но оказалось, что это включились уличные фонари, когда потемнело.

Не знаю, что произошло потом, но я просто сломалась. Я так больше не могла. Я ненавидела всю эту энергию, которую чувствовала. Ненавидела! Неважно, что я делала или куда шла, я не могла сбежать от нее.

Мои руки взлетели вверх, и с разочарованным криком я оттолкнула от себя энергию, отправляя ее обратно во все фонари с такой силой, на которую только была способна. Это было похоже на чистую ярость, которая вырывалась из моих рук в виде молний, со свистом прошедшие через весь парк.

Я не просто разбила вдребезги лампочку уличного фонаря, на которую нацелилась, — я вырвала из земли этот долбанный фонарь.

В течение секунды весь мир затих, а я уставилась на свои руки. Я не только контролировала молнию, но и чувствовала себя могущественнее, чем в домике Райана. И я чувствовала себя сильнее. Я не устала, как в тот раз. Мои мышцы не ослабли.

Не знаю, как мне это удалось, но я была уверена, что смогу это повторить. Да, где-то в глубине души я смутно осознавала, что делаю. Но было слишком приятно освободить всю скопившуюся ярость. Слишком приятно. Поэтому, прежде чем осознала это, я вырвала из земли еще два фонаря.

Сила была опьяняющей. Я имею в виду, я была посреди общественного парка, где никто не видел меня, и даже не мог пострадать от моих действий, но не переставала думать об этом. Это было похоже на то, что я отделилась от реальности. По крайней мере, до тех пор, пока не услышала, что кто-то зовет меня по имени.

— Джейми! — отчаянно закричал Картер. — Остановись, пока ты кого-нибудь не убила!

Он так сильно напугал меня, что я инстинктивно развернулась и выпустила другую молнию, которая уничтожила небольшое дерево слева от него.

— Воу, Джейми! Это всего лишь я! Заканчивай свой фейерверк, пока кто-нибудь не увидел тебя!

Я посмотрела в ту сторону, куда указывал Картер. На улице уже собралась толпа, и все люди косились на меня сквозь темноту, пытаясь понять, из-за чего взорвалось дерево.

Реальность начала настигать меня, и я запаниковала. Мой инстинкт самосохранения взял верх, и, не подумав, я схватила Картера и убежала. Секунду спустя я бросила его на лестницу, которая вела в школу.

Ему потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя после путешествия на суперскорости. И это принесло мне еще больше удовольствия, ну, в некотором роде, когда его вырвало в кусты. Этого хватило, чтобы я снова начала мыслить рационально. Ну, рационально настолько, насколько это было возможно рядом с Дейвом Картером.

— Вы не хотите прямо сейчас иметь дело со мной, Картер!

— Я не думал, что ты можешь контролировать молнии, — сказал он, вытирая рот рукавом.

Не то чтобы я пропустила через него электрический разряд, как через Майка Дрисколла, но, как и Дрисколл, Картер этого не знал, поэтому я выставила ладони в его направлении.

— Хотите узнать, сколько у меня контроля?

Картер отмахнулся от моей угрозы.

— Ты не причинишь мне вреда, Джеймилинн. Ты не такая.

Ладно, может быть, он был немного умнее Майка, но у меня не было настроения играть в игры, и его самоуверенность не была такой же привлекательной, как самоуверенность Райана. Даже близко. Я прижала его к земле прежде, чем он успел моргнуть, и он засопел под давлением, когда мои кулаки надавили ему на грудь.

— Вы так уверены в этом?

— Если бы я не был уверен, — выдавил он, — меня бы здесь не было.

Думаю, он был прав. Он точно знал, что я могла убить его, если бы захотела. Его первое появление было просто попыткой поймать меня на обмане. Тем не менее, я не могла просто так признать свою слабость.

— У вас есть тридцать секунд, чтобы убедить меня не доказывать вам, что вы ошибаетесь.

— Я здесь не для поисков истории. Я пытаюсь защитить тебя.

Это было просто смешно. Вот только я не смеялась.

— Продав меня во имя науки?

Картер перестал вырываться, и его глаза стали огромными.

— Все правильно, — сказала я. — Я знаю про «Visticorp».

— Ты имеешь в виду, что они связались с тобой?

Я не поняла, почему в его голосе присутствовал страх.

— Сколько они платят вам?

— Они не платят мне, Джеймилинн.

— Почему? Сначала они хотят доказательства? Если вы думаете, что я вам что-нибудь предоставлю, вы бредите сильнее, чем Райан.

— Ты не отпустишь меня, чтобы мы могли поговорить?

Я обдумывала его просьбу в течение минуты. Я действительно не хотела отпускать его, но мне были нужны ответы. К тому же, он вряд ли мог далеко убежать от меня.

Картер встал на ноги и отряхнул одежду, все это время хмурясь.

— Приятно видеть, что иногда ты можешь мыслить рационально, — проворчал он.

Он был не единственным, кто мог быть раздраженным.

— Лучше прямо сейчас скажите мне, что происходит, или я стану иррациональной очень быстро.

— Я думал, мы оставили позади все угрозы, Джеймилинн, — сухо сказал Картер.

К сожалению, я, может быть, и стала лучше контролировать свои силы, но свой характер? Хм, да… Над этим нужно еще поработать. Стыдно сказать, что раздражающего отношения Картера было достаточно, чтобы я потеряла контроль. Я издала крик разочарования, а затем толкнула его к стене школы.

Хорошо, хорошо. Я подняла его и бросила в стену. Но я не причинила ему вреда. Просто напугала его.

— Меня тошнит от вашего отношения к этому! Вы приходите ко мне и ведете себя так, будто это я пытаюсь разрушить вашу жизнь?

— Ну, ты уверена, что это поможет? — проворчал Картер, немного запыхавшись от своего короткого полета. — Думаешь, мне нравится все время нянчиться с несносным подростком?

Несносный? Ладно, может быть, я дала ему повод так думать. Я не была королевой любезностей, когда он был рядом. Но «нянчиться»?

— Наблюдая за тобой? Покрывая тебя?

— Как контактирование с генетическими исследовательскими компаниями покрывает меня?

— Джеймилинн, они связались со мной!

— Конечно!

— Правда! И не в первый раз. «Visticorp» положили на тебя глаз с тех пор, как я напечатал статью про твой первый несчастный случай. Они перестали беспокоить меня, когда я не смог найти никаких доказательств, но, как только ты спасла того садовника, они вернулись. На этот раз они уверены насчет тебя, и они хотят, чтобы я предоставил им доказательства.

Мне действительно нужно поработать над своим лицом, чтобы научиться скрывать эмоции. Я не хотела, чтобы Картер увидел, что я напугана, но я была настолько ошеломлена его откровениями, что ахнула. Мой худший ночной кошмар сбывался. Существуют люди, которые знали. Они знали и хотели изучать меня. И этот человек был здесь, чтобы отвезти меня к ним.

Я пошатнулась и позволила энергии кипеть внутри меня, пока не почувствовала, как волосы снова начали развиваться во все стороны. Я чувствовала, что энергия прорывается сквозь кожу, из-за нее горят глаза, и она готова атаковать по моей команде.

— Невероятно, — прошептал Картер, поднимаясь на ноги.

— Вы не отведете меня к ним, — предупредила я, и на этот раз я не была уверена, что не причиню ему вреда.

Картер оставался спокойным, игнорируя мою враждебность.

— Я не хочу отводить тебя к ним, — огрызнулся он.

— Тогда чего вы хотите?

— Я уже сказал тебе. Я хочу помочь.

— Вы никогда не были заинтересованы в том, чтобы помогать кому-то, кроме себя самого.

— Я встречался с этими ребятами, и они не относятся к тем людям, с которыми ты захочешь иметь дело. Особенно, такие как ты.

Я опустила руки, пытаясь быть разумной и послушать его. Я спросила единственное, что пришло мне в голову.

— Почему?

— Они богаты, могущественны и ведут себя как Боги. Ты не в состоянии справиться с ними сама.

— Но зачем помогать мне? Все, что вы когда-либо хотели сделать, — это разоблачить меня. Они, должно быть, предложили вам кучу денег. Почему бы просто не согласиться?

Я удивилась, когда увидела выражение лица Картера. Вина, гнев, страх и даже раскаяние. Все эмоции, на которые, я была уверена, этот человек был не способен, были на его лице и читались в его глазах.

— Просто поверь мне, — сказал он неуверенно, почти шепотом. — Я здесь, чтобы помочь.

Да. Как будто я собиралась доверять ему. Он точно что-то скрывал. Но я не могла игнорировать то, каким потрясенным он был.

— И как вы планируете мне помочь?

Картер тяжело сглотнул, а затем выпрямился.

— Единственный способ, которым, я думаю, можно их остановить, — это если ты расскажешь о себе прежде, чем они раздобудут доказательства и придут за тобой.

Я начала дрожать, когда он произнес «придут за тобой», пока не поняла, что именно он сказал.

— Рассказать о себе? — я глубоко вздохнула, когда почувствовала, что во мне растет ярость. — Сказать правду? Рассказать всему миру мой секрет? И как это должно помочь мне?

— Джеймилинн, я не думаю, что ты понимаешь, насколько ты ценна. Даже если люди из «Visticorp» не знают, на что ты способна. Если ты расскажешь о себе, ты станешь самым известным человеком во всем мире за считанные минуты. Никто не сможет прикоснуться к тебе. Правительству придется защищать тебя.

— Почему вы думаете, что правительство не станет делать со мной все то, что хотят сделать люди из «Visticorp»?

— Они не смогут, потому что ты будешь знаменитостью. Они захотят объявить, что ты принадлежишь им. Они покажут тебя всему миру.

Я никогда не хотела, чтобы это случилось.

— Думаю, я бы предпочла безумных ученых.

— Все будет не так плохо, как ты думаешь. Ты сможешь даже заработать на этом, — Картер медленно вытащил из кармана куртки видеокассету. — Эта запись стоит гораздо больше, чем «Visticorp» готовы заплатить мне. Ты стоишь гораздо больше. Если ты позволишь мне рассказать о тебе общественности, я смогу сделать из тебя звезду, и я сделаю из тебя звезду. Я могу сделать тебя такой же богатой, как в твоих самых смелых мечтах. Твоим родителям никогда не придется снова работать. Подумай о возможностях.

Я начала чувствовать ошеломляющее количество энергии, которая пульсировала в моем теле. Гнев, вызванный его ложью, заставлял меня терять над собой контроль. Я саркастически хлопнула в ладоши, и мой голос дрогнул, когда я пыталась сохранить контроль.

— Вам почти удалось обмануть меня. Вы, репортеры, готовы сказать что угодно, чтобы заполучить историю.

— Джейми, я серьезно. Я не просто…

— Ваши тридцать секунды прошли, — перебила я.

Я была так зла, что начала излучать электричество и ударила его достаточно сильно, но чтобы он смог вытерпеть боль в течение минуты. Он никогда не думал, что я действительно могу причинить ему вред, так что, хотя я и не нанесла ему реального вреда, встряска пошатнула его уверенность.

Когда я увидела страх в его глазах, у меня мелькнула мысль покончить с ним. В конце концов, он был настоящим злом. Он хотел разрушить мою жизнь. Хотел рассказать про меня миру ради собственной выгоды и славы. Однажды он уже пытался и даже добился какого-то успеха. На этот раз у него были доказательства, которые могли уничтожить мою семью и всю мою жизнь навсегда, и переезд уже не поможет. Все, что нужно сделать, увеличить немного силу, и моя проблема будет решена. Я сомневаюсь, что кто-нибудь будет скучать по нему.

В течение одной крошечной секунды мысль о том, чтобы убить его, прельщала меня, и я знала, что он увидел это в моих глазах, потому что на его лице моментально появился страх.

— Пожалуйста! — он закашлял из-за нехватки воздуха. — Может быть, ты и убила Дерека, но это был несчастный случай! Ты не хочешь, чтобы моя кровь оказалась на твоих руках. Ты не убийца, Джейми!

Имя Дерека, его образ, умирающего у меня на руках, его обугленное безжизненное тело, покоящееся у моих ног, вернул меня в реальность и заставил снова мыслить разумно. Потрясенная своими действиями и злобой, на которую, видимо, я была способна, я рухнула на ступеньки прямо перед школой, заливаясь слезами.

Я ненавидела плакать перед Картером. Я ненавидела то, что позволяла ему наслаждаться своей уязвимостью, но он был прав. Я не хотела, чтобы его кровь была на моих руках. Я никогда в жизни не чувствовала себя более растерянной или испуганной. Дело в том, что я была расстроенной не из-за того, что хотела убить его. Я была расстроенной из-за того, что не смогла этого сделать. Он был человеком, который мог уничтожить меня и который был таким же могущественным, как я, а я не могла ничего с этим сделать. Даже с суперсилами я была не достаточно сильной, чтобы защитить себя.

Знание того, что я была зла из-за того, что не могла сделать это, заставило меня чувствовать себя еще хуже. Это заставило меня почувствовать себя монстром, даже несмотря на то, что Картер все еще дышал. Это заставило меня задуматься о Дереке. Я задалась вопросом, рада ли я, что он мертв, или нет. И если я была рада, тогда я должна была быть убийцей независимо от того, умер он в результате несчастного случая или нет.

Пока я сидела, психически раздавленная, Картер смог встать на ноги и убрать кассету обратно в карман пиджака. Я хотела украсть кассету и прямо здесь сжечь ее, но, зная Картера, он наверняка сделал копию. Я не знала, были ли у него другие доказательства. Я должна была убедиться, что больше ничего не было, поэтому взяла себя в руки и начала играть в его игру.

— Я могу подумать об этом? — спросила я.

— У тебя мало времени, Джеймилинн. Если я не предоставлю им материалы в ближайшее время, они отправят кого-нибудь другого, — я ненавидела то, что его голос звучал сочувственно.

— Вы просите меня отказаться от моей жизни. Просто дайте мне обдумать это.

В течение минуты он смотрел на меня, а затем глубоко вздохнул. Неохотно кивнув, он сказал:

— Завтра. Или я обнародую эту запись. С тобой или без тебя.

— Как я найду вас?

— Я сам найду тебя.

Ха! Он не знал, с кем имел дело. Я была Ледяной королевой, помните? И если он собирался шантажировать меня, я собиралась остудить его пыл.

— Тогда до завтра, — холодно согласилась я и убежала, пока он смотрел мне вслед.

Я была за углом, когда он снова пробормотал: «Невероятно», но я не пошла дальше. Теперь я была на миссии.

Было нетрудно следить за ним, без опаски быть пойманной, а глупый парень отправился прямо домой. Милое место, кстати. Нет. Думаю, я бы тоже попыталась использовать меня, чтобы заработать деньги, если бы была им. С другой стороны, я не чувствовала себя плохо из-за того, что сорвала его входную дверь, чтобы войти, когда он снова ушел из дома. Не похоже, что кто-то пытался проникнуть в его дом. Ну, кроме меня, конечно.

Я с содроганием вошла внутрь. Никогда не была тем, кто нарушает закон, но на этот раз я подчинилась своим инстинктам. Картер наблюдал за Райаном и мной в течение нескольких недель. Были фотографии, где я с родителями, в школе, с Райаном в его доме. Были фотографии тех, с кем я общалась — Пейдж, Майк, Бекки и даже мистера Эдвардса. Была доска с тем, что, казалось, было временной шкалой или графиком. Были всевозможные статьи о моей аварии и даже об аварии, которую я пыталась предотвратить. Рядом была копия полицейского отчета, где были выделены некоторые части.

Однако ничего из этого не тревожило меня так, как маленькая стопка видеокассет и CD-дисков, сложенных на столе и подписанных моим именем. Прежде всего, видеокассеты? Знаю, что Картеру около пятидесяти, но вы думали, что репортер должен был быть рад эпохе цифровых технологий. С другой стороны, я почти уверена, что не было никаких копий записей, которые были на этих кассетах, спрятанные в Интернете в каком-нибудь «облаке».

Я нажала кнопку воспроизведения на камере, которая все еще была подключена к телевизору, и мое лице сразу же появилось на экране. Я сидела на крыльце рядом с Райаном в его доме.

Вы знаете, насколько это жутко, когда вы смотрите фильм о серийном убийце, и на экране появляется сцена, где он преследует свою следующую жертву? В частности, когда он наблюдает за ней через кусты, окно или еще что-нибудь? Ну, это в пять миллионов раз хуже, когда преследуют вас.

Я оставила видео включенным, но знала, что будет показано на экране, поэтому начала просматривать кучу CD-дисков. На всех были написаны разные даты. Я вытащила тот, на котором было написано сегодняшнее число, и вставила в CD-проигрыватель.

— Джейми? — услышала я, как спросил Райан.

А затем я закричала «Уходи!», ну, или это был мой записанный голос.

Я не была уверена, что именно я слушаю, пока Райан не сказал:

— Прости меня. Я ошибался насчет своих друзей. Но давай просто забудем про них, хорошо? Я уже забыл.

Звучит знакомо, не так ли?

— Парень прослушивал мою комнату! Он прослушивал мою чертову комнату!

Это зашло слишком далеко, даже для глупого бульварного журналиста! Он зашел в мой дом, трогал мои вещи. Оставил жучки в моей комнате, чтобы мог подслушивать мои разговоры? Разве Картер не знал, что неразумно меня злить? Ну, одну вещь я знала точно. Ничто из этого материала не будет раскрыто, а Дейв Картер не получит благодаря мне ни копейки.

Иногда было забавно использовать свои силы, но это? Это действительно мне нравилось. Я осмотрела комнату, размышляя, как я собираюсь это сделать, но затем увидела себя на экране и застыла. Я стояла у подножия крыльца. Мои волосы развивались в разные стороны, как будто я стояла позади реактивного двигателя, а моя кожа светилась.

Было приятно наблюдать за этим, пока я не открыла глаза. Они светились, как светильник Джека[13]. Мои желтые глаза словно превратились в фонари, и свет просачивался сквозь зеленые линзы. Это была самая сумасшедшая вещь, которую я когда-либо видела, пока на экране из моих рук не выстрелили молнии. Вот это было самой сумасшедшей вещью, которую я когда-либо видела.

Я была ошеломлена. Я просто стояла и смотрела со смесью шока, трепета и ужаса.

— Как только Райан не убежал, крича? — прошептала я, все еще удивляясь тому, в кого превратилась.

— Думаю, это из-за того, что он был все это время без сознания, — сказал голос позади меня.

Я была поражена достаточно сильно, чтобы взорвать настольную лампу, и во всем доме погас свет.

— Знаешь, Джеймилинн, — сказал Картер, когда достал фонарик, — к кому-то, как ты и у кого есть суперслух, к тебе очень легко подкрасться.

Я ненавидела тот факт, что он был прав.

— Я немного отвлеклась, — проворчала я. — Но не волнуйтесь, теперь я буду параноиком.

— Тебе не нужно будет быть параноиком, когда твой секрет узнает весь мир. Я рад, что ты так быстро пришла в себя. Ты приняла правильное решение.

— О, поверьте мне, я знаю. И правильное решение — не дать вам рассказать мой секрет всему миру. Я не собираюсь позволять вам разоблачить меня.

— Но, Джейми, — Картер выглядел так, будто его снова начали раздражать, — просто подумай, как хорошо ты себя будешь чувствовать из-за того, что больше не нужно скрывать свой секрет. Ты не можешь сказать, что тебе нравится хранить его — я знаю, что это не так. Ты ненавидишь свою жизнь.

Картер был настолько уверен, что понимал меня. Но когда я стояла здесь, глядя на него, в ярости от его обвинений, я поняла, насколько он был неправ. Я не ненавидела свою жизнь. Совсем нет. У меня были лучшие родители в мире и самый понимающий парень. Ладно, это, вероятно, делает его немного сумасшедшим, но он действительно милый, как вы знаете. Также в своем распоряжении я имею весь континент, а эти суперпоцелуи? Да, это стоит того.

— Все не так плохо, — сказала я с внезапным волнением. — Конечно, я должна хранить свой секрет, но могу делать такие вещи, например…

Картер нервно сглотнул, когда я вытянула руки.

— Что ты делаешь?

— Увидите.

Электричество в его доме исчезло, когда он напугал меня, но на линиях электропередач, которые были за его домом, было достаточно электричества. Я глубоко вздохнула, а затем притянула к себе столько энергии, что дом начал дрожать. Когда мои волосы начали развеваться, а глаза светиться, глаза Картера расширились.

— Что ты делаешь? — снова закричал он, его голос звучал так нервно, что, я думаю, он догадался.

— Уничтожаю доказательства, — ответила я.

— Джейми, подожди! Нам нужно это!

Картер начал тянуться к стопке кассет на столе, но я была слишком быстра. Прежде чем он успел сделать хоть один шаг, я была перед ним, вытянув вперед руки.

— Я бы не стала злить меня прямо сейчас, — предупредила я. — Вы шпионили за мной достаточно долго, чтобы знать, что я теряю контроль, когда меня захлестывают эмоции.

— Хорошо, Джейми, — сказал он, медленно делая несколько шагов назад. — Прекрати это. Ты можешь кого-нибудь убить.

— Тогда, думаю, вам стоит уйти.

Я указала рукой на видеокамеру, и, когда взорвала ее, я случайно задела телевизор, который тоже разлетелся на миллион кусочков.

— Джейми!

— Я немного занята, — огрызнулась я, когда нацелилась на компьютер. — Вы знаете, было бы веселее, если бы у вас были более новые вещи. Вы когда-нибудь слышали о The Mac Store[14]? Серьезно, цифровые видеокамеры? Ноутбуки? MP3-плееры? — я взорвала компьютер на мелкие кусочки.

— Джейми, остановись! Обещаю, что никому ничего не расскажу! Мы найдем другой способ.

— На самом деле, неважно, если вы кому-нибудь расскажете теперь. Когда я уничтожу все это, никто вам не поверит. Без доказательств вы всего лишь ничтожный бульварный журналист. На самом деле, сомневаюсь, что вам кто-нибудь поверит даже с доказательствами. Но я бы не стала рисковать.

Я посмотрела на стену, покрытую моими фотографиями, а затем улыбнулась, увидев внизу розетку.

— Надеюсь, вы застраховали свой дом от пожаров.

— Застраховал свой дом от пожаров?

Я не стала объяснять. Я выстрелила молнией прямо в розетку, и во все стороны полетели искры.

— Главная проблема старых дерьмовых домов, вроде этого, не в проводке, — сказала я, когда дом загорелся. — Все дело в обоях.

За несколько секунд комната стала полыхать, а фотографии, покрывающие стены, исчезли. Картер, наконец, увидел достаточно, и он попытался убежать, но я с ним еще не закончила. На самом деле, по своей натуре я не жестокий человек, но проучить этого подонка стоит.

Я подняла его за рубашку и бросила через всю комнату. Он сильно ударился, когда врезался в стену, но с ним все было в порядке. Я стояла над ним, когда огонь быстро распространялся вокруг нас, и улыбнулась, когда увидела его страх.

— Пожалуйста! — умолял он.

Я не трогала его в течение минуты, но когда потолок начал падать, я схватила его и вылетела из дверей.

— Теперь вы не сможете мне навредить, — уверенно сказала я, бросив его на землю. — У вас больше нет доказательств.

— Я не тот, кто хочет навредить тебе. Что ты собираешься делать с «Visticorp»?

— У них нет никаких доказательств.

— Они их получат.

— Я никогда больше не буду использовать свои силы. Теперь я мог их контролировать, помните?

— Ты совершишь ошибку, и они будут этого ждать.

— Тогда я позабочусь о них!

Я разобралась с угрозой. Я позаимствовала еще немного энергии с линии электропередач, потому что развевающиеся волосы и светящиеся глаза выглядели немного пугающе, а я хотела драматичного эффекта. Что я могла сказать? Я была дочерью своей матери.

Чтобы доказать, что говорила серьезно, я схватила Картера за руку и пропустила через него достаточно сильный разряд, чтобы он упал на землю.

— Если я когда-нибудь поймаю вас за тем, что вы снова шпионите за мной, я сделаю что-нибудь похуже, чем поджог вашего дома.

Он выглядел достаточно испуганным, и я увидела, как приближаются по улице огни пожарных машин.

— Мне пора, — сказала я.

А затем я ушла.

ГЛАВА 20

Я не появлялась дома в течение двух дней. Не хотела, чтобы родители беспокоились, но мне нужно было немного пространства. Я ведь стала поджигателем. Это слишком тяжело осознать для кого-то моего возраста. Кроме того, все эти события, которые произошли в моей жизни за последнее время, воскресили прошлое, которое я пыталась забыть последние полтора года.

Я никогда не смогу свыкнуться с тем, что произошло с Дереком; я просто закопаю это глубоко в своей памяти. Рассказав Райану правду, сказав это вслух, я столкнулась с тем фактом, что ответственна за то, что забрала чью-то жизнь. Я ненавидела слово «убийца», но каким другим словом вы можете описать то, что я сделала?

Спустя почти два дня, подумав об этом, я наконец-то немного прояснила свои мысли и пошла домой, чтобы разобраться со всеми проблемами.

Я никогда не видела своих родителей такими. Не знаю, как описать это, но злость — не подходящее слово. Кажется, этого слова недостаточно. Я позволила им кричать и плакать, обнимать и целовать меня, пока они не взяли себя в руки. Затем, когда они успокоились, единственное, что я могла сказать, было: «Простите меня».

— Ты должна была рассказать нам про Дерека, — всхлипнула мама.

— Я не могла. Ты тоже любила его. Все любили его! А я убила его!

После этого мы с мамой снова начали плакать в объятиях друг друга. Папа быстро вмешался, не желая прерывать наш разговор.

— Джейми, — сказал он, отрывая меня от мамы, — мы с твоей мамой подумали, что пришло время тебе посетить кого-нибудь, — он немного поколебался из-за чувства вины, но затем строго посмотрел на меня. — Это пойдет тебе на пользу. Тебе нужна помощь, которую мы с мамой не можем тебе дать.

— Вы хотите меня куда-то отправить? — я ахнула от чистого ужаса. — Вы хотите позволить людям проводить надо мной эксперименты?

Если я думала, что из-за Райана мои внутренности скручивались в узел, я ошибалась. Я никогда не испытывала такой боли, как сейчас. Я знала, что мои родители могут начать бояться после того, как услышат правду о Дереке, и знала, что они будут беспокоиться, но я никогда в жизни не могла подумать, что они предадут меня.

— Конечно, нет, Джейми! Я имел в виду консультации. У психиатра. Не ученых. Милая, как ты могла вообще такое подумать?

— Потому что я убийца! Я убила человека! Разве вы не боитесь меня?

— Ты не убийца, — возразил мой отец.

После двухдневных размышлений я знала, что это правда. С момента аварии я не только винила себя в смерти Дерека, но и постоянно задавалась вопросом, смогла бы предотвратить все или нет. Я была так зла на него тем вечером. Я ненавидела его тем вечером. Конечно, я не хотела поджигать его нарочно, но могла ли я себя остановить?

Я не была уверена до этой ночи, но ответ был «нет». Я не могла предотвратить то, что сделала с Дереком. Я знала это теперь. Послушайте, я хотела убить Картера, когда он сказал, что хочет рассказать про меня всему миру, и я могла это сделать, но не стала. Не потому, что не хотела, или потому, что это было неправильно, а потому что не могла. Во мне не было тех качеств, благодаря которым я смогла бы убить его. И я не могла убить Дерека.

— Знаю, — сказала я, и родители грустно улыбнулись. — Смерть Дерека действительно произошла в результате несчастного случая. Теперь я это понимаю. Мне не нужен психиатр. Правда. Что бы я ему сказала? Что я сошла с ума, потому что поджарила своего парня благодаря суперсилам?

Родители хотели начать спорить, но ничего не смогли сказать.

— Мам? Пап? Ни один доктор не сможет понять, что я сейчас переживаю. Единственные люди, которые понимают, — это вы. Ну, и Райан теперь. Но не волнуйтесь. С вашей помощью я буду в порядке. Я уже чувствую себя лучше.

— Что ты имеешь в виду, говоря «и Райан теперь»?

Я не понимала, почему мой отец так рассердился, пока не увидела, как мама съежилась.

— Ты не сказала ему? — спросила я.

— Ну, я… — мама попыталась объясниться, потому что знала, что ее разоблачили. Когда она не смогла придумать хорошее оправдание, она пожала плечами, признавая поражение, и раздраженно уставилась на отца. — Я знала, что ты слишком остро отреагируешь.

Я любила свою маму. Я любила и папу, но очень-очень любила свою маму. Она всегда защищала меня. Было бы неплохо, если бы она сказала, что прикрыла меня, прежде чем я пришла и сказала отцу, что Райан знал про мои способности, но я все еще любила ее за ее старания. И, по крайней мере, сейчас нас разоблачили обеих.

— Ладно, пап, послушай, только не сходи с ума.

Да, папа не послушал моего совета.

— Как много он знает? — взревел он.

Я съежилась.

— Все.

Папа хотел накричать на меня, и он пытался, но, когда он наконец-то подобрал слова, они все были адресованы маме.

— Ты знала об этом?

— Дорогой, в этом нет ничего страшного.

— Не…Но…Это…Он…

Отец больше не мог составлять целые предложения, и вена на его лбу начала пульсировать сильнее, чем когда-либо.

— Пап! Пожалуйста, успокойся. Я слышу, как бьется твое сердце, и, поверь мне, это не добавит тебе здоровья.

— Райан — хороший парень, — сказала мама.

— Он никому ничего не расскажет, — добавила я. — Он хочет, чтобы я была в безопасности.

— И, по правде говоря, — мама обняла папу, пытаясь удержать его от психического срыва, — возможно, так даже будет лучше.

Я была так же удивлена заявлению мамы, как и папа. Я думала, хорошо, что он знает, но не понимала, почему она так думает.

— Так будет безопаснее, — объяснила мама. — Он знает, что должен быть осторожен.

— И он уже так помог мне! Он был тем, кто сказал, что я должна научиться контролировать свои силы. Он научил меня йоге и концентрации, поэтому я перестала вызывать сбои в подаче электричества.

— Йога? — удивленно спросила мама. — Правда?

— Да! Это здорово! — взволнованно сказала я, отвлекаясь. — Ты должна попробовать.

Мы с мамой начали обсуждать пользу йоги для здоровья и почти забыли о разговоре, пока отец не упал в кресло, совершенно разраженный. Мы с мамой не могли не похихикать над бедным парнем. В нашем доме он всегда был в меньшинстве.

— Пап, все будет в порядке, — пообещала я.

Отец все еще был недовольным, но, казалось, готов был смириться, потому что ничего уже не мог сделать, вместо того чтобы снова пытаться меня защищать.

— Надеюсь, ты права, — наконец сказал он покорным голосом, вздохнув.

Я тоже надеялась, что была права, и впервые с момента аварии я действительно верила, что все будет хорошо. Я немного нервничала из-за того, что снова увижу Райана, но совсем немного, потому что, зная его, тот факт, что я действительно убила своего последнего парня, только будет мотивировать его на то, чтобы придумать какой-нибудь букет из 60-ваттных лампочек, чтобы я чувствовала себя лучше.

Оказалось, что я права. У меня не было никаких причин нервничать из-за того, что я увижу Райана. Когда пришла в школу следующим утром, я сделала только один шаг, когда он заметил меня и почти повалил на землю.

— Джейми! — закричал он, мчась по газону, не задумываясь о том, как это выглядело со стороны.

Следующее, что я поняла, мои ноги были оторваны от земли, и Райан так сильно сжал меня в своих объятиях, что я едва могла дышать.

— Хорошо, Райан? — захрипела я. — Именно так ты можешь кого-нибудь убить.

— Мне все равно, я не отпущу тебя. Больше никогда не исчезай таким образом! — ругал меня он, но его голос был совсем не злым. — Тебя не было несколько дней! Ты заставила волноваться свою маму!

— Мою маму? — саркастически спросила я.

Райан рассмеялся, когда снова поставил меня на ноги.

— Хорошо-хорошо, меня тоже.

Тем не менее, он все равно меня не отпустил. Он крепко держал меня за руки, пока смотрел на меня с этой улыбкой… Ну, вы знаете, самоуверенной. А затем, когда я полностью растворилась в этом моменте, он воспользовался тем, что я была сбита с толку, и поцеловал меня. Подонок. Он просто притянул мое лицо к своему прямо посреди толпы учеников, где я могла в любой момент начать извергать молнии. Хорошо, может быть, мне это нравилось, может быть, я даже нуждалась в этом, но все же! Ты не можешь просто так целовать Джейми Бейкер, когда захочешь, даже если ты Райан Миллер!

— Райан! — закричала я, как только смогла отстраниться от него, что заняло около минуты.

— Прости, — Райан рассмеялся, и на его лице появилась широкая улыбка, а затем он снова поцеловал меня.

Мне пришлось оттолкнуть его.

— Не извиняйся, просто остановись!

Я поняла, что кричу на него, когда заметила, что на меня смотрит сотня глаз. Я пыталась игнорировать толпу, когда Райан, казалось, не обращал на них внимания, поэтому понизила голос.

— Я не шутила, когда сказала, что ты должен остановиться. Послушай, я буду твоим другом. Я хочу быть твоим другом. Но это не все. Но мы больше не можем быть друзьями. Это никогда не сработает.

В течение минуты Райан смотрел на меня, а затем прошептал:

— Не делай этого, — я была потрясена, когда услышала внезапные эмоции в его голосе. — Не сдавайся.

Это было безнадежно.

— Хорошо! — огрызнулась я. — Я буду твоей девушкой!

Райан был шокирован моими словами. Но давайте посмотрим правде в глаза — это то, что я делаю лучше всего. Я должна была немного помучить его.

— Но! — сказала я самым суровым голосом, на который только была способна. — Ты не можешь прикасаться ко мне, пока я не разрешу. Больше не надо заключать меня в объятия и, что самое важное, больше никаких внезапных поцелуев!

Он действительно рассмеялся из-за моей просьбы.

— Не могу обещать.

Глупый, самоуверенный парень.

— Ты сумасшедший. Ты знаешь это, не так ли?

Райан снова широко улыбнулся и сказал:

— Схожу с ума по тебе.

— Тьфу, — простонала я. — Ты можешь быть серьезным хотя бы минуту? Почему ты постоянно подвергаешь свою жизнь опасности?

— Потому что ты мне нравишься.

Его глупая усмешка была заразной. Я хотела рассердиться, но как я могла, когда он так смотрел на меня?

— Знаешь, я этого не заслуживаю, — упрямо сказала я. — У меня есть проблемы. Я неуравновешенная.

— Ты милая, когда неуравновешенная, — сказал Райан, — и мне нравятся твои проблемы.

Теперь глупый парень вызывал головокружение. Но он был таким милым, что на моем лице сама по себе появилась улыбка.

— Ты действительно сумасшедший, — пробормотала я.

Райан гордо улыбнулся и протянул мне руку.

— Давай. Я провожу тебя до класса.

Уверена, когда Райан провожал меня, люди смотрели на нас, потому что мы держались за руки. И я уверена, люди говорили о том, как он поцеловал меня на прощание, но не замечала этого. Меня не волновало, говорили они об этом или нет. Я была на седьмом небе от счастья этим утром. Конечно, у меня все еще были сомнения, и я боялась, что однажды поджарю Райана, но в данный момент меня ничто не волновало.

Я была в таком хорошем настроении, что, даже когда мы с Райаном вошли в кафетерий во время обеда и все замерли, наблюдая, как мы покупаем еду, я не заметила этого. На самом деле, я даже не подозревала, что в помещении есть другие люди, пока перед нами не поскользнулась девушка из-за разбросанного картофельного салата, но Райан поймал ее. Когда она поняла, кто ее спас, у нее была такая же реакция, что и у меня, когда я находилась в объятиях Райана. Она ахнула, совершенно пораженная.

— Спасибо.

— Не за что, — игриво сказал Райан, поднимая ее на ноги. — Ты знаешь, что я — квотербек? Я всегда ловлю.

Девушка начала смеяться, пока не увидела, что я стою тут, а затем ее лицо побледнело. Она пробормотала быстрые извинения в мой адрес, а затем практически убежала.

Райан и я смотрели, как она удаляется, сдерживая свой смех, пока не добрались до своего стола.

— Бедняжка, — сказала я, смеясь, когда мы сели.

— Да, — подразнил Райан. — Помню, как я в первый раз заговорил с тобой. Это было довольно страшно.

— О да, уверена, ты был в ужасе, когда просил меня поцеловать тебя. Но это не то, что я имела в виду, — я засмеялась, когда Райан озадаченно посмотрел на меня. — Бедная девочка поскользнулась на картофельном салате и безоговорочно влюбилась.

Райан закатил глаза, но я видела, как он ухмыльнулся, когда взглянул на девушку, которую только что спас.

— Она справится с этим к концу обеда, — сказал он.

— Точно. Как и Эми Джонас справится с этим? Или как Пейдж, которая когда-нибудь справится с этим? Ты понимаешь, что можешь выбрать любую из них, не так ли?

Райан снова посмотрел на девушку, а затем быстро осмотрел кафетерий.

— Да, знаю, — сказал он, но его попытка ухмыльнуться провалилась.

— Так почему я? Если какая-нибудь девушка будет встречаться с тобой, это доставит тебе меньше проблем, чем когда ты со мной, и никто не рискует убить тебя, если ты будешь слишком близко. Зачем тебе все эти проблемы?

Райану даже не пришлось думать над этим.

— Все просто. Потому что это ты поцеловала меня в тот день.

— Потому что я поцеловала тебя? Серьезно? Я нравлюсь тебе потому, что хорошо целуюсь? Так вот оно что. Мы не будем этого делать. Я не позволю тебе рисковать своей жизнью, потому что ты не можешь думать своей глупой головой.

— Нет, это ты дурочка, — рассмеялся Райан. — Потому что поцеловала меня в тот день. Я ожидал ледяную королеву, а получил веселую девушку, которая плывет по течению, и ей плевать на то, что о ней думают другие. Девушку, которая была готова к сплетням, чтобы я смог выиграть у кого-то пари. Тебе не нужно было помогать мне. На самом деле, ты, вероятно, должна была быть оскорбленной, но нет. Ты поцеловала меня, улыбнулась, а затем пожелала мне удачи. Никто меня так не удивлял. Я не мог понять, почему ты это сделала, и просто должен быть узнать тебя после этого.

Я не могла подумать, что глупый поцелуй произвел на него такой эффект. Конечно, он зарядил его, как аккумулятор, но все остальное? Все это время я действительно думала, что это был суперпоцелуй, который заставил его вернуться. Я посмотрела вниз на свой обед, чувствуя себя немного стыдно за то, что не верила в него, но Райан не мог остановиться.

О, нет, только не Райан Миллер.

— После того дня, все то время, что я был рядом с тобой, мне удавалось увидеть настоящую Джейми, которая до смерти хотела выйти наружу, и она была веселой, расслабленной, умной, забавной, заботливой девушкой. То, что ты рассказала мне о себе правду, сделало тебя более невероятной. Ты такая сильная. Ты столько пережила, ты до сих пор через многое проходишь, но ты никогда не прекращала пытаться. Ты удивительная.

Я была удивлена, когда почувствовала, как рука Райана подняла мой подбородок. Я не хотела смотреть на него, потому что знала, что случится с моим сердцем, если сделаю это, но я не могла остановиться. Я слишком сильно его хотела.

Когда наши глаза встретились, его лицо озарилось, и он прошептал:

— Я люблю тебя, Джейми Бейкер.

Это пришло внезапно, это украло мое дыхание, оставив меня безмолвной. Райан уставился на меня, ожидая какой-нибудь реакции, а затем я стала той, кто нарушил правило «никаких поцелуев».

Это была не моя вина. Он сжульничал! Как будто кто-то мог сопротивляться Райану Миллеру, когда он касается твоего лица и говорит, что любит тебя?

Я бросилась на него так быстро, что я испугала его такими переменами, и он был тем, кто отстранился от меня, когда его волосы начали развиваться во все стороны.

— Прости, — выдохнула я, когда он отстранился.

— Не извиняйся, — поддразнил он. — Просто остановись.

— Прости, — снова сказала я, когда заметила, что его нога теперь подпрыгивает под столом.

— Да. Похоже, сегодня на экономике я не смогу уснуть.

— С другой стороны, тренер заставит тебя пробежать много кругов на тренировке, и ты будешь в порядке.

Мы рассмеялись, и мне было все равно, что происходит вокруг меня. Честно, это был лучший день с тех пор, как я приехала в Роклин Хай. Я была в собственном маленьком мире, и на этот раз это был счастливый мир.

ГЛАВА 21

Я пришла домой, и мама знала уже в ту минуту, когда я вошла в двери, что что-то случилось. Она была так потрясена, когда увидела, какое у меня хорошее настроение, что сразу же потянула меня в салон красоты на маникюр и педикюр, прямо как мы ходили раньше до моей аварии.

Это был лучший день в моей жизни, и я думала, что ничто не может его испортить, пока в нашу дверь не позвонила Бекки Истман, когда мы с мамой готовили обед. Поскольку я знала, что Райан должен был работать после тренировки, я позволила маме открыть дверь. Когда я услышала, что Бекки спрашивает мою маму, дома ли я, я была так ошеломлена, что случайно уронила картошку со стола. Конечно, я поймала ее прежде, чем она упала, но я была так потрясена, что даже не стала скрывать этого. Я была не единственной, кто был шокирован. Мама, покачиваясь, вошла на кухню и, похоже, пыталась подобрать слова, чтобы сказать, что кто-то искал меня.

Я подумала, что после сегодняшнего дня, когда Райан и я решили официально объявить, что мы пара, Бекки, наконец, решила, что с нее хватит, и она пришла убить меня. Я готовилась к разъяренной толпе, но она была одна. Мама пригласила ее войти, но Бекки сказала, что не может остаться. Когда я вышла к ней, она все еще стояла на крыльце, выглядя так, будто боялась, что мой дом оживет и поглотит ее.

— Послушай, — сказала я, не давая ей возможность ничего сказать, — ты ненавидишь меня, и это нормально. Я заслуживаю того, что меня ненавидят. И я знаю, что я самый худший вариант для Райана в этом мире, хорошо? Но ты ошибаешься насчет меня. Я не хочу разрушать его жизнь так же, как и ты. Ты понятия не имеешь, сколько раз я говорила ему, чтобы он отстал от меня. Я даже говорила ему, чтобы он встречался с тобой вместо меня. Я сделала все, что могла, но он просто не хотел слушать, и я устала бороться с ним, поэтому просто покончи со мной.

Думаю, она была немного удивлена моей речью, и она выглядела совершенно испуганно, чтобы противостоять мне, но через минуту она начала приходить в себя.

— Я знаю, — сказала она и пожала плечами как ни в чем не бывало. — Это не твоя вина.

Я была так шокирована, что едва могла понять, что говорит Бекки. Она выдавила улыбку и сказала:

— Когда Райан чего-то хочет, он это получает. У тебя никогда не было шанса.

Я до сих пор не знала, что сказать или что сделать. Я не знала, впустить ее или сказать, чтобы она ушла, я просто стояла, пока не наступила неловкая тишина. Бекки первая нарушила молчание.

— Я сожалею о том дне. Я не должна была говорить все те вещи.

Извинения вообще были неожиданностью, и я хотела сказать что-нибудь приятное в ответ, но потеряла дар речи.

— Райан был моим лучшим другом практически всю мою жизнь, — сказала Бекки, когда я не ответила. — Я просто беспокоилась о нем, но никогда не видела его таким счастливым, как сегодня, — она на минуту остановилась, а затем сказала: — В любом случае, я просто хотела извиниться. Я рада, что он, наконец, нашел кого-то.

Все, что я смогла сделать, это растерянно улыбнуться.

— Спасибо.

— Да, — сказала она и повернулась, чтобы уйти.

— Эй, Бекки? Просто чтобы ты знала: когда Майк ударил Райана и они оба были отстранены от уроков, они дрались не из-за меня. Райан действительно волнуется о тебе.

На этот раз я смогла улыбнуться, когда она обернулась, и я была не особо удивлена, когда ее глаза наполнились слезами. Она стояла некоторое время, вытирая глаза, а затем глубоко вдохнула.

— Как ты узнала? — спросила она. — О Майке, я имею в виду. В тот день ты сказала, что действительно произошло.

— Я знаю эти знаки, — вздохнула я и села на крыльцо. — Я говорила тебе, что у нас больше общего, чем ты думаешь.

Глаза Бекки расширились, когда она поняла смысл моих слов. Ей потребовалось время, чтобы прийти в себя, но, в конце концов, она улыбнулась.

— Не хочешь сходить в торговый центр? — спросила она. — Я бы не отказалась сейчас от коктейля, и мне нужна новая обувь.

Я даже не могла выразить, как была рада ее предложению. Я имею в виду, прошло полтора года с тех пор, как я ходила в торговый центр с друзьями. Это было настолько нормально для обычных подростков, что я не могла поверить, что меня пригласили. Я не шучу, я чуть не заплакала. Я покраснела и начала кивать, но почувствовала запах фаршированной курицы с кухни, которую готовила мама, и вспомнила, что это был четверг.

— Знаешь, я бы правда очень хотела пойти, — сказала я, — но у нас с родителями уже были планы на сегодня. Что насчет завтра?

Бекки улыбнулась, но пожала плечами.

— Пятница. День игры.

— Точно.

Бекки и я испугались, когда в дверях появилась моя мама.

— Джейми, дорогая, не глупи. Вы, девочки, проведите хорошо время. На следующей неделе тоже будет четверг.

Я должна была знать, что мама подслушивает. Я также должна была знать, что она быстрее согласится пропустить наш семейный вечер, чем я. Она так же, как и я, отчаянно хотела иметь подружек, если не больше, поэтому я не стала с ней спорить.

— Спасибо, мам.

Она на самом деле плакала, когда обнимала и целовала меня на прощание, и сказала, чтобы мы повеселились. Это было немного неловко, но что я могла сделать?

— Прости за мою маму, — сказала я, когда мы с Бекки прогуливались по торговому центру, держа в руках коктейли. — Она становится немного взволнованной, когда видит, что я снова общаюсь с людьми. В первый раз, когда Райан заговорил со мной вне школы, мы увидели его в кинотеатре. Все, что он сделал, сказал мне «привет», и она обняла его.

— Как неловко.

— Она ничего не может с этим поделать, — я вздохнула. — Она просто очень беспокоилась обо мне долгое время.

— Так ты действительно была…, - Бекки остановилась, когда не смогла подобрать слов, и попыталась еще раз. — Это случилось и с тобой тоже?

— Не совсем, — призналась я. — Это произошло сразу по окончании второго курса. Был фестиваль, и мой парень предложил нам…

— Пойти куда-нибудь в тихое место? — сухо спросила Бекки, как будто Майк использовал именно эти слова.

Я кивнула.

— Чтобы мы могли поговорить.

— Мы, девушки, настолько доверчивы, не так ли? — Бекки тяжело вздохнула. — Какой парень захочет просто поговорить?

Я рассмеялась, но затем вздохнула.

— Да, ну, я повелась на его слова. Дерек и я были вместе пять месяцев, и он только что окончил школу. Он уезжал в колледж осенью, поэтому я подумала, что мы будем разговаривать об этом, — я смущенно пожала плечами и добавила: — Мы заблудились в кукурузном поле.

— По крайней мере, это романтично, — Бекки нахмурилась. — Майк просто отвез меня к себе домой и залез в мини-бар своего отца. Я выпила, но я не была пьяна, — голос Бекки стал резким, и она снова начала плакать. — Я говорила ему остановиться! Я умоляла его. Но он просто продолжал говорить мне, что все хорошо и что я красивая, и я поверила ему.

Внезапно на моих глазах тоже появились слезы.

— Мне жаль.

Бекки пожала плечами, благодаря за сочувствие, даже если это заставило исчезнуть боль. Когда она вытерла слезы, я решила поделиться своей историей тоже.

— Мы с Дереком целовались, и когда он стал слишком настойчивым, я сказала, что не готова. Он сказал, что любит меня, и если я тоже люблю его, я должна сделать это для него. Я почувствовала себя плохо из-за этого, поэтому снова начала целовать его. Он был более настойчивым во второй раз, и, когда он толкнул меня на землю, я очень испугалась.

— Что случилось? — спросила Бекки, когда я прекратила говорить. Мои мысли вернулись к той ночи.

— Я пыталась бороться с ним. Я ударила его довольно сильно коленом, и он так разозлился на меня, что ударил меня. Он поставил мне синяк под глазом. Это удивило его так же сильно, как и меня. Он попытался извиниться, но я закричала ему, что все кончено, и убежала.

— Но люди, по крайней мере, узнали об этом, так? Я имею в виду, у тебя на лице был синяк. По крайней мере, у него были проблемы, так? Думаю, это хуже всего. Майк избежал этого. Даже если я расскажу людям, что произошло, никто мне не поверит. Это Майк. Все любят Майка. Даже Пейдж и Тамика просто предположили, что он поиграл со мной, а они, вроде как, мои лучшие подруги. Райан — единственный человек, который поверит мне, но я не могу сказать ему. Майк — его лучший друг, и он, вероятно, убьет его, если узнает, что он сделал.

— Я точно знаю, что ты чувствуешь.

Бекки была удивлена, когда услышала это, и я попыталась улыбнуться, но это не сработало.

— Никто не узнал, что случилось со мной. В ту ночь мы попали в автомобильную аварию, когда возвращались с кукурузного поля. И Дерек, и водитель грузовика, который врезался в нас, умерли, и все просто предположили, что мои синяки были получены в результате аварии.

— Мне жаль.

Я покачала головой, как бы говоря ей, чтобы она не беспокоилась об этом, и продолжила свой рассказ.

— В нашем городе Дерек был словно бог. Как Райан и Майк вместе взятые. Он получил футбольную стипендию в Чикагском университете.

Мне потребовалось время, чтобы взять себя в руки, а затем я сказала:

— Я была за рулем. Я была единственной, кто выжил. В городе не было человека, который не поклонялся бы земле, по которой ходил Дерек, и все обвинили меня в его смерти. Я ходила с синяком неделями и на самом деле должна была извиняться перед людьми, когда они говорили об этом. Мы с родителями переехали сюда, но они даже не знают, что случилось на самом деле. Как я могла сказать им? Как я могла сказать кому-либо? Какой смысл? Он умер.

У Бекки на глазах были слезы, потому что она расстроилась из-за меня, но я улыбнулась, наконец-то почувствовав себя хорошо, потому что рассказала кому-то правду, кому-то, кто понимает, что я чувствую.

— Как видишь, переезд особо не помог. По крайней мере, пока не появился Райан, — я покраснела, когда произнесла имя Райана. Я хотела пнуть себя за это, но была одержима этим парнем. — На самом деле Райан очень хороший.

— Так и есть, — сказала Бекки с глубоким вздохом. Затем, усмехнувшись, мы вернулись к нашему шоппингу.

Оказывается, Бекки тоже была хорошей. Я имею в виду, кроме Райана и приставаний придурков, у нас много общего. Может быть, мы просто почувствовали себя лучше после нашего разговора, но мы хорошо провели время. Мы получили убийственную скидку на обувь, и на следующий день в школе, когда Райан и я пошли обедать, Бекки подошла ко мне и, улыбнувшись, сказала:

— Красивые сапоги!

— Спасибо, — ответила я и указала на ее ноги. — А мне нравятся твои туфли. «Anthropologie»[15], да?

Мы с Бекки засмеялись, а увидев выражение лица Райана, начали смеяться еще сильнее.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила я, когда обняла его за талию. — Ты выглядишь немного бледным.

— Я? — спросил он, все еще переводя взгляд с Бекки на меня. — Вы уверены, что вы чувствуете себя хорошо?

— На самом деле я чувствую себя… замечательно! — я ухмыльнулась Бекки. — А ты?

— Я чувствую себя лучше, чем чувствовала себя за последние несколько недель, — призналась она. — Ребята, вы не возражаете, если сегодня я сяду с вами?

Бекки ждала ответа от Райана, и, в конце концов, он пробормотал что-то похожее на «конечно, нет».

Когда мы втроем подошли к столу, за которым я привыкла сидеть в одиночестве, все, что было слышно во всем кафетерии, — ругательства Пейдж. Самое смешное, что Пейдж даже не злилась на меня в этот раз.

— Не думаю, что теперь я — лучшая тема для разговоров, — сказала я.

Бекки и Райан тоже посмотрели на Пейдж. Пейдж пристально смотрела на нас какое-то время, пока, наконец, Бекки не разозлилась.

— Знаете, что? С меня достаточно, — сказала она, а затем потащила нас с Райаном к столу Пейдж.

Бекки была решительно настроена вернуть свой титул самой популярной девушки в школе, и Райан, похоже, был счастлив вернуться на свое старое место. Он направился к своему месту и сжал мою руку, как будто боялся, что я собираюсь сбежать отсюда.

Я не была уверена, была ли я так взволновала из-за того, что может подняться шум, но это все равно не вызвало такой реакции, как мои действия в последнее время. С другой стороны, я знала, что это еще больше разозлит Пейдж. И этого было для меня достаточно.

Все сидели прямо, когда мы подошли, но на шокированных лицах большинства было написано любопытство, а не страх.

— Привет, ребята, — радостно сказала Бекки, когда поставила поднос перед своим старым местом.

— Что ты делаешь? — пробурчала себе под нос Пейдж.

— Обедаю со своими друзьями, — просто ответила Бекки, а затем улыбнулась остальным. — Это проблема?

Наступила мертвая тишина, когда все уставились на Бекки, а затем все переключили свое внимание на нас с Райаном. Никто не знал, что делать, но одно было ясно точно — никто не собирался спорить с Бекки. Майк был единственным человеком за столом, который выглядел таким же расстроенным, как и Пейдж, но когда он начал что-то говорить, я наградила его своим лучшим смертельным взглядом, и он заткнулся. Алиса Мэдсен, хотя и было заметно, что она нервничает, первой нарушила тишину.

— Хорошо, что ты вернулась, Бекки, — сказала она, подталкивая других, чтобы они освободили место для Райана и меня.

— Приятно вернуться, — согласилась Бекки. Она взяла меня за руку и посадила рядом с собой. — И я должна сказать спасибо за это Джейми. Ребята, вы же знаете Джейми, так?

За столом все еще чувствовалось напряжение, но затем Джастин Ридер, который сидел рядом с Майком прямо напротив меня, широко улыбнулся и протянул мне руку, как будто был таким же дружелюбным, как и Райан.

— Технически, мы не были представлены друг другу.

Я посмотрела на его руку и заколебалась. Несколько месяцев назад я не смогла бы ответить на приветствие, даже если бы захотела. Теперь я не только хотела, но и могла это сделать. Это было безопасно. За исключением того, что я была посреди раздора, я не собиралась нанести ему вреда, и знала это, поэтому протянула свою руку и позволила ему сжать ее. На удивление, я застеснялась из-за этого, хотя в жизни не была застенчивой, и все, что я могла сказать, было нервное «привет».

— Я Джастин.

Джастин продолжал трясти мою руку, пока его не ударили в бок. Когда он убрал руку, Скотт Коул взял меня за руку.

— А я Скотт, — представился он и решил поцеловать мою руку вместо того, чтобы сжать ее.

Момент был довольно странный, и я не могла не посмотреть на Райана, умоляя взглядом помочь.

— Я говорил тебе, что они интересуются тобой, — он усмехнулся себе под нос.

— Я Джейми, — наконец сказала я хриплым голосом, удивленная теплым приветствием.

Райан забрал мою руку у Скотта и игриво добавил:

— Она также моя девушка.

Этим удалось снять напряжение, и все за столом засмеялись, но я думаю, что с тем теплым приемом, который мне оказали, Пейдж не смогла справиться, и она огрызнулась:

— Вот так просто? — закричала она. — Она была самой ужасной ведьмой в школе больше года, а вы теперь просто станете ее друзьями?

Я не видела, кто это сказал, но это определенно был кто-то из чирлидеров, кто пробормотал:

— Она не была самой ужасной ведьмой в школе.

Когда люди попытались скрыть свой смех, Бекки встретилась взглядом с Пейдж.

— Люди меняются, — ответила она на вопрос Пейдж.

Я не была уверена, говорила Бекки обо мне или о себе, но в любом случае Пейдж выглядела так, будто сейчас взорвется. Она была слишком зла, чтобы что-нибудь сказать, и она почти упала на задницу, когда встала, потому что ее трясло от злости. Она оглядела весь стол в последний раз и остановилась, когда дошла до лучшего друга Райана.

— Майк? — спросила она, как бы прося его поддержать ее.

Мне не нравится признавать, что мне было приятно смотреть на борьбу Майка с самим собой, но знаете что? Это было действительно приятно. Казалось, он искренне смущен тем, что должен сделать, но он был слишком напуган, чтобы уйти. Он быстро взглянул на меня и пожал плечами.

— Миллер — мой друг, — пробормотал он. — Если он говорит, что она классная…

— Большое спасибо! — раздраженно сказала Пейдж, а затем ушла. Она сделала около четырех шагов, а затем обернулась и посмотрела на Тамику. Тамика заколебалась, но затем закатила глаза и вышла из кафетерия вслед за своей лучшей подругой.

После того, как Пейдж ушла, все стало намного лучше. Все еще чувствовали себя немного неловко и нервно, но им было интересно, как и сказал Райан, и они действительно пытались быть милыми. И я знала, что они, вероятно, делали это ради Райана и Бекки, но после обеда, в классе, когда рядом со мной не было Бекки или Райана, Алиса предложила сесть рядом с ней. Я была тронута ее предложением, и разговор с кем-то, кроме Райана и Бекки, прошел более гладко, чем я ожидала.

Я действительно пошла на английский со Скоттом. Когда мы зашли в класс, он настоял на том, чтобы я заняла его место, чтобы я смогла сесть со своим парнем, а он занял место Пейдж, чтобы она не смогла сидеть рядом с Райаном, Бекки или мной. Люди все еще привыкали к изменениям, но после того, что было за обедом, никто не был удивлен новой рассадке. Ну, почти никто. Выражение лица мистера Эдвардса, когда он увидел галантный жест Скотта, было довольно забавным.

Мистер Э был настолько удивлен, что на самом деле отвлекался во время урока, и, когда занятие закончилось, он выглядел почти озадаченным, когда Райан и Бекки вывели меня из класса. Я не могла оставить человека в таком состоянии, поэтому я сказала Райану и Бекки, что догоню их. Я попыталась стереть улыбку со своего лица, когда подошла к столу мистера Эдвардса.

— С вами все хорошо, мистер Э? Вы выглядите немного бледным.

— О, нет, я просто… Ну, я удивлен! Что случилось?

— Вы сказали, что у меня у единственной есть силы, чтобы все изменить. Я просто последовала вашему совету.

Казалось, мистер Э был в тупике, но быстро пришел в себя и начал поддразнивать меня.

— Что вы сделали? Использовали что-то, что смогло изменить их мозг?

— Мне жаль, но контроль над сознанием не является одной из моих суперсил, — пошутила я. Я не шутила, но он подумал, что это смешно.

— Вы могли одурачить меня, — засмеялся он.

— На самом деле я сделала что-то более сумасшедшее, чем промывание их мозгов.

Мистер Э оживился.

— Правда? — его глаза искрились от любопытства.

Я оглядела комнату, а затем наклонилась ближе к нему, как будто хотела поделиться с ним важным секретом, а затем прошептала:

— Я была милой.

Я рассмеялась, когда увидела, как разочаровался мистер Э моим признанием.

— Знаю, это и меня немного разочаровало, — поддразнила я. Затем я подумала и пожала плечами. — В основном, это заслуга Райана. Он вроде как убил Ледяную королеву.

— Ах, да. Мистер Миллер, — мистер Эдвардс закатил глаза, как бы говоря, конечно, он был в этом замешан. Видимо, я была не единственной, кого немного раздражало совершенство Райана.

Говоря о Райане, он, вероятно, задавался вопросом, где я, поэтому я отошла от стола.

— В любом случае, спасибо, мистер Э. Я правда думаю, что теперь будет намного лучше. Вы можете начать составлять свой первый список успехов, как учителя, и вычеркнуть меня из списка своих проблемных учеников.

Я усложнила ему жизнь, сказав это, но вместо того чтобы рассмеяться, он сидел и обдумывал мои слова. Наконец он кивнул и сказал:

— Это тебе на пользу, Джейми. Я рад видеть, что у тебя все наладилось.

— Вы правы, мистер Э, — признала я, когда направилась к дверям.

— До встречи, мисс Бейкер.

Райан и Бекки ждали меня в коридоре. Райан переплел наши пальцы, как будто те пять минут, которые мы были порознь, почти убили его, а затем он заглянул в класс к нашему учителю и спросил:

— Все в порядке, мистер Э?

Бедный мужчина пытался сделать вид, что не наблюдал за нами, но он был еще слишком шокирован, чтобы скрыть это. Я быстро ему улыбнулась, а затем переключила все свое внимание на Райана. Моя усмешка увеличилась втрое.

— Все просто здорово, — ответила я, ошеломленная правдой, которая была в моих словах.

Райан обнял меня так крепко, будто никем никогда так не гордился в своей жизни.

— Думаю, это надо отпраздновать. Давайте сходим куда-нибудь перед игрой.

— Вообще-то, — сказала я, — Бекки попросила меня помочь ей отработать некоторые элементы, но ты можешь пойти с нами и посмотреть, если хочешь.

— Ты наденешь свою старую форму для чирлидинга?

Райан был слишком взволнован мыслью увидеть меня в форме, поэтому я быстро сказала:

— В твоих мечтах.

— Не совсем, — хитро ухмыльнулся Райан. — В моих мечтах ты обычно одета как Чудо-женщина[16].

Тьфу. Я задавалась вопросом, сколько времени ему потребуется, чтобы начать заниматься всей этой супергеройской чепухой. Как оказалось, не так много. Я не была удивлена, но Райан, казалось, находил это забавным. По его лицу я также могла сказать, что он был уверен, что однажды сможет увидеть меня в этом костюме.

— Это никогда не произойдет, — заверила его я. — Никогда.

И, конечно, он ответил со своей классической дерзкой улыбкой.

— Так же, как ты никогда не собиралась быть моей девушкой, да?

Я смогла только тяжело вздохнуть. Я начала уводить Бекки, но Райан окликнул нас и сказал:

— Вы действительно собираетесь бросить меня? — и Бекки остановилась.

Он надулся, и его лицо выглядело так очаровательно, что я захотела поцеловать его, но Бекки была первой, кто сдался.

— Райан, если ты правда хочешь куда-нибудь пойти, я приглашу Скотта, и мы пойдем на двойное свидание.

— Бекки! — я рассмеялась. — Ты хуже меня! Неудивительно, что он такой эгоист.

— Что? Ты хочешь сказать, что можешь сказать «нет» этому выражению лица?

Я хотела сказать «да», но это было ложью, и мы все это знали.

— Хорошо, — я вздохнула. — Почему бы и нет? Двойное свидание может быть забавным, — я посмотрела на Райана, признавая поражение. — Итак, куда мы пойдем?

— Никуда, — ответил Райан и снова притянул меня в свои объятия. — Я не собираюсь отбирать у вас время, девушки, когда, наконец, вы проводите его вместе. Я просто хотел узнать, сколько потребуется времени, чтобы ты уступила, — улыбка Райана вернулась, и она была больше, чем когда-либо. — С каждым разом становится все легче.

Райан Миллер. Господи. Что я могла сделать? Конечно, я рассмеялась. Я не хотела, но не смогла справиться с собой, поэтому не думаю, что, закатывая глаза, я была убедительной. На самом деле я знала, что не была, потому что Райан снова прижал меня к себе, и мое лицо было в дюйме от его, и он спросил:

— Могу я поцеловать свою девушку?

Не то чтобы я не хотела этого, но как я могла сказать «нет»? Он быстро поцеловал меня на прощание, а затем передал меня Бекки и сказал, чтобы она позаботилась обо мне.

— Уверен, что не хочешь пойти? — спросила Бекки.

— Нет, нет. Девушки, занимайтесь своими делами. Мы можем пойти куда-нибудь после игры, — Райан внезапно остановился и озадаченно посмотрел на меня. — Ты же придешь, да?

Я была поражена вопросом. Я смотрела игры уже какое-то время, но, думаю, не сказала ему это, и я никогда не задумывалась о том, чтобы сидеть на трибунах.

— Что? Эм, ну, я просто собиралась…

— Ох, брось! — закричала Бекки. — Будет весело. Я обещаю.

Внезапно в моей жизни появились два человека, которым я не могла сказать «нет». Когда я пожала плечами, лицо Райана озарилось.

— Найди меня, прежде чем начнется игра.

— Хорошо, — ответила за меня Бекки, а затем мы отправились на тренировочную площадку.

ГЛАВА 22

Было так приятно тренироваться на поле с Бекки. Сначала было немного странно, потому что это первый раз, когда я занималась гимнастикой после своей аварии, и я должна была быть осторожной, чтобы мои силы не проявили себя, пока я делала сальто. Сначала Бекки была немного застенчивой, но затем, когда мы начали, она прекрасно выполнила все элементы — надрав мою заржавевшую задницу. Думаю, раньше у нее не получалось из-за того, что она волновалась из-за Майка.

Мы так много времени провели на поле, что едва успевали вернуться домой, принять душ и успеть к началу игры. Я мысленно подбирала идеальный наряд, пока ехала домой, но все мои мысли о том, чтобы выглядеть мило или даже пойти на игру, вылетели в окно в ту минуту, когда я подъехала к своему дому и услышала голос Картера, рассказывающий моим родителям о безумных ученых.

Этот мужчина будет трупом.

Я думала, что он понял намек, когда сожгла его дом, но, видимо, нужно что-то более существенное, чтобы избавиться от него. Может быть, я сброшу его с края Гранд-Каньона. Или, даже лучше, просто оставлю его где-нибудь посредине северной части Канады, и ему придется самому искать путь назад. Это же не убийство, правильно? Ну, технически.

Я вошла через двери, готовая задушить кого-нибудь, но, к удивлению, мой отец был более злым, чем я. Более злым, чем я когда-либо видела его, и, поверьте, это говорит о многом. Забавно, но, похоже, он разозлился не на того человека.

— Джеймилинн Бейкер! — когда он закричал, задрожали стены, и на этот раз я не имела к этому никакого отношения. — Ты будешь под домашним арестом до самой СМЕРТИ!

Мой подростковый инстинкт бунтарства победил шок, и я закричала:

— Что я сделала?

— Ты должна была рассказать нам, что он здесь!

— У меня все было под контролем!

— Под контролем?

Упс. Не стоило это говорить. Отец задыхался от гнева и не мог нормально говорить.

— Ты сожгла дом!

— Я сожгла ужасные фотографии и видео, которые доказывали, что у меня есть силы. Остальная часть дома сгорела в результате несчастного случая.

— А как насчет физического нападения?

Картер сказал моим родителям, что я физически напала на него? Что за ребенок. Я едва даже бросила этого парня.

— Он снова пытался разрушить мою жизнь. Я была немного зла. И, кроме того, ты знаешь, в кого у меня такой темперамент. Ты бы тоже ударил его, и ты это знаешь.

— Он ударил меня, — пробурчал себе под нос Картер.

Я впервые посмотрела на Картера и увидела, что он держит под левым глазом упаковку замороженного горошка. Было легко представить, как папа открывает дверь и ударяет Картера, прежде чем тот успел сказать хотя бы одно слово.

— Мило, — я не проявила сочувствия, когда, наконец, обратилась к Картеру. — Дайте посмотреть.

Картер неохотно убрал упаковку, и половина его лица оказалась черно-синей. Признаюсь, это принесло мне какое-то странное удовлетворение и также заставило гордиться своим отцом. Я подняла бровь, посмотрела на папу и засмеялась, когда увидела, как он пытается сдержать улыбку.

— У тебя все еще проблемы, юная леди, — настойчиво сказал он.

Я хорошо себя чувствовала, поэтому готова была поспорить насчет наказания и оправдать свои действия. Я имею в виду, да, может быть, я и сожгла дом этого парня, но он все равно был дерьмовым, и он не оставил мне другого выбора. Но потом мне кое-что пришло на ум.

— Подождите! Почему он все еще здесь?

Моя мама, наконец, заговорила.

— Он пришел предупредить нас.

Предупредить нас? Бросьте. Я закатила глаза. Я знала, что мама ненавидела это, но я не могла сдержать себя.

— Только не говорите мне, что вы купились…

— Какой у нас выбор, Джейми? — мама прервала меня с непривычной жестокостью. — Если в этом есть хоть малейшая доля правды, и люди действительно ищут тебя, тогда он оказал нам большую услугу.

— Услугу? — недоверчиво спросила я, стараясь не переходить на крик. — Даже если он сказал правду, это означает, что у него есть причина, по которой мы оказались в этой неразберихе! Все эти глупые статьи, которые он написал еще в Иллинойсе! Разве вы не видите, что он просто пытается вас напугать? Он просто ищет историю для статьи!

Наконец, терпение Картера лопнуло, и он присоединился к нашему спору.

— Это просто история?

Картер бросил мне через журнальный столик большой конверт, и, несмотря на то, что недавно я научилась контролировать себя, когда увидела это, я взорвала выключатель.

— Если это фотографии, которыми вы собираетесь нас шантажировать, Картер, клянусь, я сброшу вас с Золотых ворот[17]!

— Джейми, полегче со смертельными угрозами, дорогая, — предупредил меня отец. Но я могла сказать, что ему понравилась эта идея.

— Но, пап!

— Просто посмотри на фотографию, Джеймилинн! — огрызнулся Картер.

Я хотела заупрямиться, но любопытство взяло верх, и я вытащила фотографию из конверта.

— Большое дело, — сказала я. Я видела эту фотографию прежде. Эта была та же фотография, что была размещена на сайте «Visticorp», только эта была вырвана из журнала. — Это статья об исследованиях стволовых клеток. Это не доказывает, что они знают обо мне.

— Посмотри внимательнее, — сказал Картер. — Узнаешь кого-нибудь?

Я рассмотрела фотографию.

Шок — не подходящее слово.

— После того, как ты все уничтожила, — объяснил Картер, когда я смотрела на фотографию перед собой, не веря своим глазам, — я не знал, что делать. Поэтому немного покопался и выяснил, кто со мной связывался. Это было нелегко, потому что я искал сотрудника «Visticorp», но он больше на них не работает. Он ушел через несколько месяцев после смерти Дерека.

Я была еще слишком ошеломлена, чтобы переварить все, что он мне сказал.

— Н-но, — пробормотала я. — Это неправильно… Этого не может быть!

Этого просто не могло быть. Я имею в виду, я доверяла ему. Но вот он, в белом лабораторном халате, гордо стоял со своей исследовательской группой на фотографии, вырванной из журнала «Time»[18].

— Он заботился обо мне. Он помогал мне.

— Он обманул тебя, — сказал Картер таким мягким голосом, на который, я думала, он был не способен, но его слова были жестокими.

Я чувствовала себя такой глупой, такой молодой и наивной, как однажды и сказал мне Картер. Его комментарий ранил мою гордость, а также наполнил меня страхом. Я имею в виду, если он смог обмануть меня, то сможет любой. Я никогда не буду в безопасности. Мои глаза наполнились слезами, и я была благодарна, когда родители обняли меня.

Думаю, объятия моей семьи заставили Картера чувствовать себя немного неудобно. Или, может быть, это из-за того, что я расклеилась перед ним.

— Еще не поздно, Джейми, — сказал он, прочистив горло, и мы разъединили наши объятия. — Хорошие новости: «Visticorp» не знают про тебя. Без них он просто один-единственный человек. И его план состоит не в том, чтобы разоблачить тебя.

— Откуда вы знаете, в чем состоит его план? — огрызнулась я.

— Потому что знаю, почему он ушел. Он был уверен, что ты особенная. У него была навязчивая мысль. Но «Visticorp» никогда не верили ему, поэтому он ушел. Вероятно, он пытался сблизиться с тобой в надежде, что он, в конце концов, сможет убедить тебя вернуться с ним. Он хочет доказать, что «Visticorp» ошибаются. Он хочет изучить тебя. Он хочет быть тем, кто выяснит, что произошло. Он хочет получить Нобелевскую премию. Если бы тебя разоблачили, он бы никогда не стал беспокоить тебя. Нет, он не хочет, чтобы про тебя узнали. Но, Джейми, он все еще опасен. Если ты не дашь ему то, что он хочет, он расскажет про тебя «Visticorp» просто для того, чтобы доказать, что не сошел с ума. И если они узнает правду…

Мама вздрогнула.

— Именно поэтому Джейми нужно рассказать всем свой секрет, — сказал ей Картер.

И тут я пришла в себя.

— Просто невероятно! А вы не сдаетесь!

— Джейми, это единственный способ.

— Нет! Вы не лишите меня спокойной жизни! Вы не подвергнете мою семью опасности!

— А ты не думаешь, что они сейчас в опасности? Джеймилинн, он все знает. Он одержим тобой. Ты не думаешь, что, когда он поймет, что ты не собираешься с ним сотрудничать, он будет использовать людей, которые тебе дороги, как средство, чтобы убедить тебя работать с ним?

Я услышала вздох, но не была уверена, шел он от мамы или от меня. Я снова посмотрела на фотографию. До сих пор он не казался опасным.

— Он… Он не мог, — я с отчаянием посмотрела на своих родителей. — Я могу защитить их, — мой голос не звучал уверенно. Возможно потому, что я не была уверена в своих силах.

Мы все стояли в шоке, смотря друг на друга, пока не зазвонил мой телефон, испугав нас всех. Я посмотрела на дисплей и увидела номер Бекки, но сейчас я не могла ответить. Мама воспользовалась этим, чтобы нарушить тишину.

— Джейми, милая, возможно, мистер Картер прав. Может быть, пришло время.

Я не могла поверить в то, что слышала. Мое сердце выпрыгивало из груди, и мне пришлось сесть, прежде чем я бы упала. Я попыталась протестовать, но слова застряли у меня в горле, поэтому я заплакала.

— Не волнуйся, Джейми, — сказал Картер. — Я сделаю так, что ты будешь в безопасности. Мы будем действовать с умом.

Голос Картера был не таким, каким я хотела его сейчас слышать. Не знаю, каким взглядом я его наградила, но этого хватило, чтобы папа встал перед ним, защищая его. Он положил руку мне на плечо и сказал:

— Мистер Картер прав. Если мир узнает о тебе, то правительство или кто-то еще не сможет забрать тебя.

— И ты такая милая девушка, Джейми. Люди полюбят тебя, — добавила мама. Думаю, она не знала, что меня называли ледяной королевой. — Они захотят помочь нам. Может быть, у нас наконец-то появятся ответы на некоторые вопросы.

В руке снова зазвонил мой телефон, и я чуть не раздавила его. На дисплее высветилось «Скотт Коул». Несмотря на то, что мне было любопытно, почему из всех людей на земле он звонит именно мне, я бросила телефон на кофейный столик и проигнорировала звонок.

Позволить боли снова превратиться в гнев — единственный способ контролировать мои слезы.

— Я не хочу быть всемирно известным фриком! — закричала я сквозь слезы. — Люди никогда не оставят нас в покое — папарацци, правительство! Даже если они не смогут меня куда-нибудь увезти, они будут ночевать под нашими окнами, наблюдая за нами. Они будут везде следовать за нами. У врачей появится желание изучать меня, точно так же, как после аварии, только в этот раз будет еще хуже. Это разрушит наши жизни. А тем временем, этот парень, — я указала на Картера, — кто открыл Электрическую Девушку, — или какое тупое имя вы придумали для меня, — разбогатеет и будет жить счастливо. Разве вы не понимаете, что он делает?

Думаю, родители, наконец, услышали меня. Я видела это по их глазам: нерешительность и даже страх. Я снова открыла рот, но затем Картер выпалил:

— Я только пытаюсь помочь тебе, Джейми! — и в это же время мой телефон зазвонил в третий раз, и я сорвалась.

— ЧТО? — закричала я в микрофон.

— Эм, Джейми? — это был Майк Дрисколл, и он, казалось, испугался, что звонил мне.

Было бы здорово оторвать ему голову, но я была удивлена его звонком.

— Да?

— Миллер с тобой?

— Нет. Игра скоро начнется. Я уверена, что он в школе.

— Его здесь нет. Игра должна была начаться пять минут назад. Они больше не собираются ждать. Нам придется сделать Уоррена квотербеком, а он полный отстой!

— Ну, где Райан?

Майк больше не казался испуганным.

— Ты скажи мне! Ты та, у кого он был на долбанном поводке последнее время.

А потом до меня дошло.

Знаете, это даже смешно в каком-то смысле, — не в смысле ха-ха-ха, смешно, — что даже с Картером, который стоял передо мной, пытаясь переубедить моих родителей, человеком, который заставил меня потерять над собой контроль, был Майк. Я убрала телефон от уха, но держала его прямо перед своим ртом, и оглушительно прокричала прямо в ухо Майка. Затем отключила звонок и кинула телефон, не подозревая, что вокруг меня начало формироваться электрическое облако, пока мои родители и Картер не отскочили от меня на безопасное расстояние и не закричали на меня.

Я могла хорошо видеть их сквозь зеленую дымку на моих глазах, и знала, что они кричали, чтобы я успокоилась, но я ничего не слышала, кроме электрического вихря вокруг меня. И тут вдруг я поняла важность звонка Майка.

— Райан не пришел на игру, — сказала я, не пытаясь успокоиться. Я не хотела успокаиваться. У меня было ощущение, что Супер Джейми очень скоро пригодится. — Райан никогда не пропускал игру.

Глаза Картера переместились на фотографию, которую он мне дал, и я кивнула. Я уже подумала об этом.

— Он так не поступит, — уверенно сказала я. — Даже если мистер Э хочет изучить меня, он не злой. Он не навредит Райану.

Он не станет.

Но Райан Миллер ни за что не оставит свою команду в руках Пола Уоррена.

Я вопросительно посмотрела на Картера, но у него не было никаких идей. А почему они у него должны быть? Как будто ему был дорог Райан.

В тишине снова зазвонил мой телефон. Я подняла его с пола, и, когда увидела имя Райана, почувствовала облегчение.

— Райан! Где…

— Райан сейчас не может говорить, Джейми, — ответил голос на другом конце.

— Мистер Э?

Мое сердце замерло. Я была уверена, что это был всего лишь параноидальный страх, что отсутствие Райана как-то связано с мистером Эдвардсом. Не думаю, что страх — подходящее слово. Все внутри переворачивалось снова и снова, когда я пыталась решить, была я больше зла или напугана. Эти эмоции были приблизительно равны, но, зная, что происходит, когда я себя так чувствую, это не закончится хорошо для мистера Э.

— Да, Джейми, это я, — сказал мистер Э, прервав мои мысли. — Боюсь, у меня плохие новости.

— Вообще-то, — сказала я, пытаясь изо всех сил не раздавить телефон в руке, — я та, у кого плохие новости. Я знаю, кто вы такой.

Мистер Э замолчал. Он был удивлен моими словами.

— Это не то, что ты думаешь, Джейми.

— Ох, верно. Как будто я не слышала этого раньше.

— Клянусь, Джейми. Я имею в виду, что не причиню тебе вреда.

— Да, скажите это Райану!

— Я также не хочу причинять вред мистеру Миллеру. Он здесь только потому, что я знаю тебя слишком хорошо. Нам нужно поговорить, Джейми.

— Ох, мы не просто поговорим.

— Успокойтесь, мисс Бейкер. Это не принесет ничего хорошего, если ты потеряешь контроль.

Ну, он прав. Но я держала себя в руках. Конечно, сейчас я немного светилась, но это было осознанное решение. Я даже не сожгла свой телефон. Я понятия не имела, как мне это удалось, но в данный момент я контролировала свои силы. Как будто была в режиме супервыживания. С кое-чем нужно было покончить, и я собиралась сделать это. Конец истории.

— Где вы? — спросила я. Только это не звучало так, будто я просто спрашивала.

— В школе, — ответил он. — Но, пожалуйста, Джейми, нет необходимости расстраиваться. Думаю, тебе понравится мое предложение.

Не думаю.

— Вам действительно не следовало этого делать.

Я слышала, как звали меня Картер и мои родители, когда я исчезла. Я знала, что они беспокоились обо мне, — ну, родители, по крайней мере. Картер беспокоился только о своей материальной выгоде, — но, честно говоря, разве Флэш[19] когда-нибудь останавливался, чтобы что-нибудь объяснить, прежде чем он убегал? Будет достаточно времени, чтобы все объяснить, когда это все закончится, и я была уверена, что это не займет много времени.

ГЛАВА 23

Я не колебалась ни секунды, когда ворвалась в школу и вбежала в класс английского. Возможно, мне следовало сначала придумать план, потому что я не была готова к тому, что ждало меня по другую сторону двери. Я знала, что здесь был Райан. Я даже была готова увидеть его привязанным к стулу или что-то подобное, и так оно и было, но я ни за что не могла представить, что он будет подключен к автомобильному аккумулятору. Это было настолько ужасное зрелище, что в тот же момент, как увидела его, я просто сошла с ума.

— Потрясающе, — прошептал себе под нос мистер Эдвардс, когда в классе взорвались лампочки и посыпался дождь из стекла и искр.

«Потрясающе» никак не подходило к тому, что я видела. Я видела, как каждый мускул в теле Райана напрягся и сильно дрожал от электричества, которое через него пускали. Мощность была настолько высокой, что он даже не мог кричать. Это была самая ужасная вещь, которую я когда-либо видела.

— Мистер Э, что вы с ним делаете! — закричала я.

— Это не я, Джейми. Если ты не хочешь, чтобы он умер, думаю, тебе нужно сейчас же выключить электричество.

Когда до меня дошел смысл его слов, я была в таком ужасе, что снова посмотрела на Райана, и это было как в замедленной съемке.

— Я не могу просто переключить выключатель!

Я сделала шаг к Райану, желая избавить его от этой пытки. Но когда я приблизилась, мощность только увеличилась. Я не могла освободить его, поэтому сделала единственное, что могла. Я ушла. И это почти убило меня. Я оставила Райана там, наедине с психопатом, подключенным к автомобильному аккумулятору и теперь, благодаря мне, полумертвым. Но что еще я могла сделать? Я могла убить его и, в отличие от мистера Эдвардса, не думала, что могла просто отключить его. Не тогда, когда я была так расстроена.

Я выбежала из класса так быстро, как только могла. Я была слишком растеряна, чтобы придумать план, но это было не важно, потому что мой телефон зазвонил через несколько секунд после того, как я убежала. Я ничего не сказала, когда ответила на звонок, — я не могла выговорить ни слова из-за рыданий, — но мистер Эдвардс не ждал приветствия.

— Мне жаль, Джейми, — вздохнул мистер Эдвардс, и у него хватило наглости быть раскаявшимся. — Я не понимал… Я думал, что ты научилась контролировать себя. Честно говоря, я не хотел, чтобы кто-нибудь пострадал.

Вы знаете, как говорят: злость помогает телу. Или, может быть, это было про молоко, но не важно. Это, безусловно, разозлило меня, потому что я перестала плакать, как ребенок, и нашла свою внутреннюю ледяную королеву.

— Зачем вы тогда похитили Райана? Зачем подключили его к аккумулятору? Вы больной!

— Это была самозащита. Я знал, что, если ты не сможешь использовать свое силу на нем, ты не сможешь использовать ее на мне.

Ненавидела признавать это, но:

— Вообще-то, мистер Э, это была не такая уж плохая идея с вашей стороны.

— Спасибо.

— Очень жаль, что все это было потрачено впустую.

— О чем ты говоришь?

— Потому что я, возможно, и не могу остановить вас сейчас, но копы наверняка смогут. Не думайте, что я им не позвоню.

Мистер Э проигнорировал мои угрозы и сменил тему.

— Я был в Тахо, Джейми. Я видел твою маленькую тренировку с Райаном.

Я собиралась повесить трубку и позвонить в полицию, как и обещала, но потом кое-что пришло мне в голову.

— Это вас видела, когда кто-то снимал меня на камеру, — я говорила это больше для себя, чем для него. — Я должна была знать, что Картер никогда не будет настолько глуп, чтобы его поймали.

— Джейми, все, что ты можешь делать… Ты невероятна! Неужели ты не хочешь понять, как это возможно?

— Нет. Что я хочу, так это то, чтобы вы отпустили моего парня.

— Боюсь, я не могу этого сделать. Пока ты меня не выслушаешь.

— Вы, — прорычала я, — никогда не получите то, что хотите. Я бы позволила Картеру отвести меня на CNN[20] прежде, чем вы посмели бы приблизиться ко мне!

— Ты не понимаешь, чего я хочу, — сказал мистер Э странным голосом. Я поняла через мгновение, что это отчаяние. Он умолял меня. — Я хочу помочь тебе освоить этот подарок. Я хочу, чтобы ты была счастлива, Джейми, и была в безопасности. Мы могли бы работать вместе. Ты и я. Никаких больниц, никаких докторов, никаких лабораторий. Это будет похоже на то, что вы делали с Райаном, за исключением того, что мы смогли бы получить некоторые ответы. Тебе не придется отказываться от своей привычной жизни, и нам не придется делать тесты, которые ты не хочешь. Я позабочусь о тебе.

Именно тогда я поняла, что у мистера Э серьезные проблемы.

— Картер не шутил насчет того, что вы одержимы мной, да? — спросила я. — Экстренные новости, мистер Э. Вы психопат!

Не думаю, что мистер Э оценил, что я назвала его сумасшедшим, потому что он рассердился. Очень рассердился. Суперсильно рассердился.

— Ты не знаешь, что лучше для тебя, — сказал он, его голос был резким. — Но я собираюсь заставить тебя понять это.

— Ку-ку! — закричала я. — Я вызываю копов.

— Если ты сделаешь это, Райан умрет до их приезда.

Парень казался таким сумасшедшим, что вполне мог совершить то, что обещал. Что-то сдавило мое горло, и как бы я ни старалась, я не могла сказать ни слова.

— Ты не оставляешь мне выбора, Джейми, — сказал мистер Эдвардс.

Наступила тишина, затем раздался щелчок, и в динамике телефона послышалось короткое жужжание. Затем Райан начал кричать. Это был страдальческий, сдавленный крик.

— Алло? — закричала я. — Мистер Э? Что вы делаете?

Мистер Эдвардс был слишком спокоен, когда наконец снова заговорил.

— Самое интересное в автомобильном аккумуляторе, Джейми, то, что в нем недостаточно энергии, чтобы убить человека электрическим током. Вот почему люди любят использовать его в качестве пытки. Видишь ли, электричество заставляет все мышцы напрягаться так сильно, что не можешь дышать. В конце концов человек умирает от удушья. Это очень медленная, мучительная смерть.

— Это не смешно, мистер Э! Вы убьете его! Прекратите! Выключите его!

— Я хочу, Джейми, правда хочу. Но ты очень упрямая девушка. Это единственный способ достучаться до тебя.

— Но я не могу это контролировать!

— Ну, думаю, ты быстро учишься.

Почему это постоянно происходит со мной? Почему я продолжаю приносить людям боль? Дерек умер из-за меня. И теперь умирает Райан. Снова, из-за меня.

Я была настолько безумной, что энергия так сильно бушевала внутри меня, я никогда такого не испытывала, и это вызвало желто-зеленую дымку не только перед моими глазами, но и в моем разуме. Было невозможно мысль рационально. Только одна мысль была в моей голове. Спасти Райана. Сделать все, что для этого необходимо.

Когда я снова побежала, где-то на задних границах моего сознания проскочила мысль, что спасти моего парня удастся только в том случае, если отнять жизнь у моего любимого учителя, ну, бывшего любимого учителя, но моя совесть будет чиста. Я знала, что не смогу контролировать себя, когда увижу его, но мне было все равно. Честно говоря, мистер Э заслуживал всего, что он получит.

Через несколько секунд я вернулась в школу и остановилась на парковке. Я все еще могла слышать Райана, но его крик был уже слабым. Слишком слабым. Я должна была попасть туда, но знала, что, если зайду в класс как раньше, я, скорее всего, убью Райана. В таком состоянии я излучала достаточно энергии, чтобы его тело просто взорвалось. Это был бы ночной кошмар, с которым бы я не смогла жить, но я должна была что-то сделать.

Медленно и более сосредоточенно, чем я когда-либо была в своей жизни, я протянула руки перед собой и закрыла глаза. Как в тот раз в спальне Райана и в парке с фонарями, я могла чувствовать все электричество, которое окружало меня. Как ни странно, это не было ночным кошмаром. Это больше было похоже на теплое одеяло. Как будто это было частью меня, продолжением моих рук. Я могла чувствовать его. Я могла схватить его. Я могла оттолкнуть его от себя, могла притянуть к себе.

Оно было наиболее сильным рядом с футбольным полем, где теперь горели огни и табло. Но это была не та энергия, которая меня интересовала. Я повернула одну руку в другую сторону от поля, к школе. Когда я почувствовала крошечный очаг энергии со стороны класса мистера Эдвардса, я забрала его так быстро, как только могла.

Когда я начала притягивать к себе энергию, я услышала крик боли Райана. Он начал задыхаться, а затем замолчал, скорее всего, потеряв сознание. На самом деле это больше утешило меня, чем привело в ужас. Это означало, что мой план работал, и пытка на мгновение прекратилась. Но все еще не закончено, потому что я все еще не могла контролировать себя, и, пока Райан был подключен к этому аккумулятору, каждая унция энергии, которую я излучала бы в его присутствии, будет закачена прямо в его тело. Когда я медленно шла к своему парню, я продолжала поглощать каждую каплю электричества в школе, чтобы ничто не могло навредить Райану.

К тому времени, как я добралась до двери класса, энергии, которую я поглощала, было слишком много, чтобы сдерживать ее. Мне пришлось остановиться. Я больше не могла поглощать энергию, иначе бы устроила взрыв, который стер бы Роклин Хай с лица земли. Это был момент истины, но я была полна решимости.

— Ты не допустишь этого, — сказала я себе. — Ты не причинишь снова вред Райану!

Я посмотрела на закрытую передо мной дверь и глубоко вздохнула, когда сжала пылающие руки в кулаки. Я чувствовала себя как атомная бомба, и частицы энергии абсолютно беспорядочно двигались во мне.

— Ты не допустишь этого, — повторила я себе. — Не допустишь. Не допустишь!

Я так сильно концентрировалась на том, чтобы не лишить себя контроля над своими силами, что, когда мистер Эдвардс позвал меня по имени, это испугало меня. Он, должно быть, слышал, как я бормотала себе под нос. Я подошла к двери, когда он снова закричал:

— Джейми? Это ты?

Я вздрогнула, потому что он испугал меня. Но во мне было столько сил, что, когда я вздрогнула, я вроде как… взорвала дверь. Ладно, возможно, это было не так. Я взорвала эту дверь на тысячу мелких кусочков, и мистер Эдвардс спрятался под столом.

— Думаю, да, — сказал он с усмешкой, когда осела пыль.

Я не знаю, это было из-за веселья в его голосе или из-за струйки крови, которая вытекала из носа Райана, когда его тело дернулось вперед на стуле, но я сорвалась.

— Как вы могли? — закричала я, а затем без предупреждения указала на стол, за которым прятался мистер Э, и взорвала его в клочья.

Мистера Эдвардса отбросило на несколько шагов назад, и он выглядел немного взъерошенным, но, в конечном итоге, с ним все было в порядке. Жаль. Но с другой стороны, он выглядел немного напуганным.

— Теперь будь осторожна, Джейми, — нервно заикался он. — Ты же не хочешь навредить Райану?

— Вы слышите его крик?

Мистер Эдвардс быстро взглянул на Райана и нахмурился.

— Я думал, что ты сказала, что не можешь это контролировать.

И тогда меня осенило. Я просто вошла в эту комнату, более заряженная, чем атомная электростанция, и я ни разу не прикоснулась к аккумулятору, к которому был подключен мой парень. Я даже дважды стрельнула молнией, но это не навредило Райану. Я контролировала свою силу. Я контролировала ее и даже не осознавала этого.

Я так рассердилась, что хотела, чтобы мистер Э умер, и я могла думать только об этом. Моя сила так естественно подчинялась мне. Когда я с изумлением уставилась на свои руки, то поняла, что так оно и было. Всякий раз, когда я злилась, моя сила выходила из меня вместе с моей яростью. Всякий раз, когда я пугалась, сила была вроде защитного механизма. Вот почему это никогда не причиняло вреда Райану, когда он обнимал меня или целовал. Каждый раз, когда Райан прикасался ко мне, сила притягивала нас друг к другу, словно магниты, потому что это то, чего я хотела.

Сила внутри меня была частью меня. Она работала со мной, а не против меня. Мы были командой, и теперь, когда я поняла это, у меня больше не было причин бояться ее.

Я снова подумала о Райане, и больше всего я хотела, чтобы он оказался в моих объятиях в безопасности, целовал меня, пока я не смогла бы трезво мыслить. Я сказала себе, что не причиню ему вреда, и энергия, которая была внутри меня, осталась там же, повинуясь.

Теперь я поняла, что она будет повиноваться мне, поэтому я приняла свою силу. Я позволила пройти ей через себя, как будто она была моим союзником, а не врагом, и, как только я наконец прекратила с ней борьбу, я почувствовала себя по-другому. Я чувствовала себя иначе. Я чувствовала себя сильнее, более уверенно, даже неудержимо.

Я чувствовала себя замечательно.

Первым делом я без колебаний подошла к Райану и оторвала от него аккумулятор так быстро, что случайно бросила его через весь класс в стену. Райан был без сознания, но он дышал, и я могла слышать, как бьется сердце у него в груди.

Я убрала с его лба прилипшие волосы и нежно поцеловала его, прошептав:

— Держись. Я скоро вернусь.

Затем я развернулась и посмотрела на своего учителя английского с большей уверенностью, чем даже мог Райан.

— Вы, — сказала я с достаточной яростью, что у него отлила вся кровь от лица, — труп.

ГЛАВА 24

Я не дала мистеру Э возможности объясниться. Прежде чем он смог даже моргнуть, он пролетел через весь класс. Да, я знаю, что месть никто не одобряет и что мои родители немного разозлились, когда я грубо обошлась с Картером, но, эй, нельзя ожидать от меня, что я научусь контролировать силу и характер в один день. Мистер Э взлетел в воздух и врезался в парты. Он застонал приятным болезненным стоном, но не достаточно долгим на мой взгляд.

— Джейми, подожди, — немедленно начал он. — Давай будем благоразумными. Ты не…

— Благоразумными! — закричала я. — Благоразумными? — я снова подняла его и бросила в доску. — Вы почти убили моего парня! Вы издевались над ним! Не смейте мне говорить, чтобы я была благоразумной!

Мистер Э открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, но я не хотела его слушать. Я схватила его руку и направила через его тело электрический ток, что заставило его кричать от боли.

— Это похоже на то, что вы делали с Райаном? — я настолько увеличила мощность, что он даже не смог кричать. — Скажите мне, что хуже: электричество или удушье?

Я отпустила его руку, и он упал на землю. Как только он смог говорить, он прохрипел:

— Пожалуйста, Джейми. Прости меня. Я не хотел, чтобы так вышло.

Его жалкие извинения снова разозлили меня. Гнев внутри меня только увеличивался от расправы.

— Вы извиняетесь? Извиняетесь за то, что сделали с Райаном? Или вам просто жаль, что ваш глупый план не сработал?

Ярость затуманила мои мысли, и я снова схватила его. На этот раз электрического тока не хватит. Мне показалось, что это не смертельно, поэтому я схватила его за шею и начала сжимать. Его лицо было темно-синим, когда кто-то закричал:

— Джейми, остановись!

Я была настолько зациклена на своих эмоциях, что не услышала, как в класс зашел Картер. Он удивил меня, но недостаточно, чтобы отпустить мистера Э.

— Он собирался убить его!

— Джейми, — снова сказал Картер, его голос был спокойным и командным. — Отпусти его.

Я посмотрела в лицо человека, который уже начал терять сознание, и я была полна такой ненависти, на которую, я думала, никогда не была способна. Дерек, Картер, Майк… Ни один из них даже близко не был к тому, чтобы заставить меня чувствовать то, что я чувствовала сейчас. Эта ненависть не давала мне остановиться.

— Я не собираюсь снова позволить ему причинить боль кому-нибудь, кого я люблю!

Я почувствовала, как на мое плечо опустилась рука.

— Ты не убийца, Джеймилинн, — сказал Картер.

Эти слова говорили мне прежде тысячу раз. Мои родители говорили это. Райан говорил. Даже Картер говорил это несколько раз. Я снова посмотрела на мистера Э, и в этот раз я увидела ужас в его глазах. Тот ужас, который я видела на лице Дерека, когда он умер. Затем внезапно мистер Эдвардс исчез. Я видела только Дерека, который лежал в моих руках и с трудом мог бороться, и я поняла, что я делаю.

Картер прав. Я не убийца. Противоречия внутри меня наконец прекратились, и я рухнула на пол, заливаясь слезами, когда отпустила мистера Эдвардса. Картер позволил мне плакать некоторое время, а затем сказал:

— Однажды ты поблагодаришь меня за это, Джеймилинн.

И снова Картер был прав. Я уже была благодарна за то, что он смог вытащить меня из моего временного помешательства. Но я не могла допустить, чтобы Картер увидел, как я внезапно почувствовала облегчение, и я определенно не могла позволить ему увидеть, что я благодарна за то, что он только что сделал. Дейв Картер — это просто не тот парень, которому я должна быть обязана, даже если так и есть.

Картер опасен, и он все еще был подонком. Я бы не стала доверять ему, на него нельзя полагаться. Вообще-то я больше чем не доверяла ему. Тот факт, что он помог мне, беспокоил меня. Меня это даже испугало. Это было так… не в стиле Картера. Что он мог извлечь из того, что Эдвардс остался жив? Эдвардс был такой же угрозой для его драгоценной истории, как и для безопасности моей семьи.

Когда я больше не могла об этом думать, я вытерла слезы. Или, может быть, они просто замерзли, когда я превратилась в ледяную королеву.

— Что вы здесь делаете?

Картер, похоже, не удивился моему вопросу. На самом деле, к моему большому сожалению, у него был готов ответ. Хороший.

— У меня есть план, как запереть Эдвардса на всю жизнь, не вызывая подозрений о тебе или твоих силах.

— Невозможно, — это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. И даже если это было возможно, зная Картера, мне придется заплатить за это.

— Не невозможно, — поспорил Картер. Он ответил уверенно, но был осторожен из-за чего-то, и его сомнения вызвали во мне тревогу. — Но тебе придется довериться мне. Мне придется написать статью.

Возможно, я слишком бурно отреагировала на эту новость, потому что руки Картера взлетели вверх.

— Подожди минуту, Джеймилинн. Я не говорю о том, чтобы разоблачить тебя. Я говорю о том, чтобы разоблачить его.

Удивленная его ответом, я не могла не посмотреть на человека, про которого он говорил. Человека, который пытался сесть и все еще кашлял. Человека, которого я почти хладнокровно убила.

— Что вы имеете в виду?

— Это будет очень просто, Джеймилинн, — Картер провел руками по воздуху, словно представляя заголовки. — «Учитель одержим ученицей. Пытается убить ее парня в порыве ревнивой ярости».

Это звучало как нонсенс.

— О чем вы говорите?

— Подумай об этом. Он всегда уделял тебе особое внимание, разве нет? Всегда был очень дружелюбным по отношению к тебе? Оставлял тебя после уроков, чтобы поговорить? Без сомнений, он пытался завоевать твое доверие. Стать ближе к тебе, чтобы ты рассказала о своих силах. Но подумай о том, как это может выглядеть для остальных, если ты позволишь помочь своему верному слуге. Он уже сделал всю работу, похитив твоего парня. И когда копы пойдут в его квартиру и найдут все фотографии, доказывающие, что он следил за тобой, ну, ни один судья в мире не отпустит его.

— Но у него есть доказательства, что у меня есть силы! Это разоблачит меня!

— Не переживай. Я уже позаботился об этом.

Я хотела убрать эту наглую улыбку с его лица, но была слишком занята тем, что пыталась понять его план. Это было заманчиво. Это может сработать. Но… Я отрицательно покачала головой. Я не могла в этом участвовать. Это был Картер. Я не могла доверять ему.

— Что вы с этого получите?

Его улыбка стала еще шире.

— Удовольствие от знания того, что я помог кому-то, кто в этом нуждался?

— Не играйте со мной, Картер! — закричала я. — Я не в том настроении, чтобы разбираться с вашим дерьмом!

Мне было приятно видеть, как он отходит от меня, когда я протянула руку в его сторону. Иногда быть страшным суперфриком приятно.

— Послушай, это беспроигрышная ситуация. Ты сможешь сохранить свой секрет, а я заполучу свою историю для статьи. И это будет даже лучше, потому что люди быстрее поверят в нее, чем в историю «Супердевушка реальна», даже если бы она была с видеодоказательствами. Эта история прославит меня. Раскрыв правду, я спас твою жизнь и жизнь твоего парня. Мы бы смогли даже получить Пулитцеровскую премию[21].

Снова он ставил меня в тупик. Не то чтобы я обязательно хотела, чтобы Картер получил свою выгоду со всего этого, но его план подразумевал, что больше не надо переживать об Эдвардсе. И если Картер получит свою глупую Пулитцеровскую премию, возможно, он будет держаться от меня подальше и больше меня не побеспокоит. Боже, одна только мысль стоила того.

Я закивала головой прежде, чем приняла окончательное решение.

— Нам нужно будет согласовать наши истории, — пробормотала я, понимая, что уже сдалась.

— Это никогда не сработает, — прохрипел мистер Эдвардс. — Даже если мир не поверит моей истории, «Visticorp» узнают правду. Они придут за тобой. Ты никогда не будешь в безопасности. Никогда, если не позволишь мне помочь тебе.

— Держитесь подальше от этого, — огрызнулась я, в раздражении пиная его в живот.

Эй, я говорила, что выиграла конкурс красоты. Я никогда не говорила о том, что за меня проголосовали как за Мисс Конгениальность.

Мистер Э заткнулся, потому что у него перехватило дыхание от моего удара, но его угрозы нанесли ущерб. Я забыла про группу богатых злых ученых, на которых работал мистер Эдвардс. Я с отчаянием посмотрела на Картера, но он просто снова улыбнулся.

— Никто не придет за тобой, Джеймилинн, — заверил он меня. Затем он ухмыльнулся мистеру Эдвардсу. — Не так ли?

Лицо мистера Эдвардса стало темно-красным, доказывая, что Картер прав. Я снова посмотрела на Картера, чтобы он объяснил, и он с радостью согласился.

— Твой мистер Эдвардс здесь совершенно один. Никто не придет за тобой, Джеймилинн, потому что, по правде говоря, они никогда не верили в тебя. Это Эдвардс узнал про твою аварию в Иллинойсе. Эдвардс отчаянно пытался найти доказательства, но не смог. Он пытался месяцами убедить «Visticorp», что ты другая, но они никогда не видели ценности в его словах. Он ушел из компании и в одиночку отправился на твои поиски.

— Это неправда, Джейми! «Visticorp» отправили меня в Иллинойс после твоей аварии, чтобы наблюдать за тобой, чтобы посмотреть, стоит ли рисковать из-за тебя. Но чем больше я узнавал о тебе, тем больше я не мог вынести мысли о том, чтобы сдать тебя им. Я сказал им, что ты обычная девушка, а затем последовал за тобой в Калифорнию, чтобы убедиться, что никто за тобой не пришел.

— Он лжет, Джейми, — сказал Картер. — Если он был здесь, чтобы убедиться, что ты в безопасности, тогда зачем он преследовал тебя?

— Это была его вина! — закричал мистер Э, указывая пальцем на тело Райана. Он так рассердился, что ему пришлось глубоко вздохнуть. Затем он снова посмотрел на меня и сказал: — Если ты послушаешь этого человека, «Visticorp» увидят эту статью. Они поймут, что я лгал им. Даже если они в это не поверят, они пошлют кого-нибудь, чтобы проверить.

— Поверь мне, Джейми. Он может рассказывать все, что хочет, о твоих способностях, но «Visticorp» увидят лишь того сумасшедшего, одержимого человека, что видят остальные.

Мысли в моей голове начали вращаться вокруг двух противоречивых позиций. Проблема была в том, что я не доверяла ни Картеру, ни Эдвардсу. Хотя была вероятность, что они оба лгут, была и вероятность того, что один из них говорит правду. Я не знала, что делать.

Я была так зла, и я так устала о того, что меня постоянно преследуют и угрожают, что схватила Картера и прижала его к стене.

— Если вы лжете мне, Картер, то поможете мне совершить мое первое убийство!

Испуганные крики моих родителей заставили меня бросить его.

Отец звал по имени, пока мама кричала:

— Что ты делаешь?

Картер немного успокоился, и отец помог встать ему на ноги.

— Вы сделали это? — Картер спросил его.

Мой отец кивнул, и внезапно я полностью растерялась.

— Мы нашли все, как вы и сказали. Мы все уничтожили, оставив только необходимое.

Я уставилась на отца, ошеломленная, что он уже был в сговоре с Картером. Он выглядел более серьезным, чем я его когда-либо видела, как будто он докладывал генералу или кому-то еще, что «миссия невыполнима» выполнена. Но мама, которая, очевидно, тоже участвовала в этом плане, светилась, будто была в восторге от этих шпионских игр.

— Я даже оставила там некоторые вещи Джейми, — гордо сказала она.

Я не могла в это поверить. Я не могла доверять Картеру, но мои родители верили ему. Может быть, я была немного предвзята, потому что Картер разрушил мою жизнь в Иллинойсе. Я имею в виду, мои родители не были глупыми, и никто не может быть большим параноиком, чем мой отец. Думаю, мне нужно следовать их плану. Действительно, какой у меня был выбор? Идти с моим одержимым учителем английского? Эм, нет, спасибо.

— Какие вещи ты оставила? — спросила я, пытаясь успокоиться.

— О, твои старые помпоны, корону и пару твоих трусиков, — ответила мама. Она пожала плечами, как будто это было неважно, а затем злобно улыбнулась. — Я положила их под его подушку.

— Мама! — ахнула я.

— Линда! — в ужасе крикнул отец. Кровь сошла с его лица при слове «трусики».

— Что? — огрызнулась мама. — Это именно то, что забирает жуткий сталкер!

— Тьфу! По крайней мере, скажи, что это не красивые шелковые из «Victoria’s Secret».

— Маленькие черные с кружевами, — виновато призналась мама.

— Мама!

— Дамы! — папа съежился, закрывая уши. — Пожалуйста!

Картер прервал нашу семейную ссору, к облегчению отца.

— Эм, — сказал он, оглядывая класс. — Где Эдвардс?

Я хотела сказать очень плохое слово. Я даже не видела, чтобы Мистер Э поднялся на ноги, но он исчез. Мои родители тоже оглядели класс, и когда мама впервые увидела Райана, у нее перехватило дыхание. Папа проследил за ее взглядом, и затем он сказал очень плохое слово.

— Ему нужно в больницу, — объяснила я, — но его сердце бьется довольно стабильно. — Я знала это, потому что часть меня была сосредоточена на этом с того момента, как я зашла в класс.

Мама бросилась к нему и отвязала его от стула. Я чувствовала себя плохо из-за того, что не сделала этого раньше, точно так же, как чувствовала себя плохо из-за того, что оставила его здесь. Но столько всего произошло, и мне пришлось смириться с этим. Иногда это отстой — быть единственным в мире человеком со сверхспособностями.

— Вы вызывайте скорую, а я найду мистера Э. Он не мог далеко уйти. Он сейчас не в лучшей форме.

— Будь осторожна, Джейми, — прошептала мама, когда я выходила из класса.

— Не волнуйся, мам. Я никому не причиню вреда, — я думала о контроле, которому научилась, и на моем лице появилась улыбка.

Прошла всего минута или две, и мистер Э действительно не мог далеко уйти, поэтому я закрыла глаза и сосредоточилась на своем слухе. Когда я услышала его, он бежал через коридор, приближаясь к крыльцу школы. Это было хорошо, потому что коридор был полон маленьких предметов, которые можно бросать, например, урны или торговые автоматы.

Я обещала, что не причиню ему вреда, но он этого не знал, и я была все еще в бешенстве от того, что он мучил моего парня, поэтому я не видела ничего плохого в том, чтобы сорвать с этого парня штаны. Я имею в виду, бросьте, разве Человек-факел[22] — который был, кстати, моим любимым супергероем, — делал скучные вещи? Или Росомаха[23], которого я любила из-за Хью Джекмана? Восхитительный! Пусть ему сойдет все с рук? Я так не думаю. Поэтому когда я догнала мистера Э, вместо того чтобы схватить его и отвести назад, чтобы ждать со всеми копов, я взяла ближайшую вещь, которую смогла найти, и бросила в него. Бетонная скамейка рухнула перед ним на ступеньки, и я никогда не видела, чтобы кто-то выглядел таким напуганным.

— Ой, бросьте, мистер Э. Не уходите, — холодно насмехалась я. — Я думала, что вы хотели посмотреть, на что я способна.

Глаза мистера Э расширились, а затем он попытался сбежать, оббегая вокруг скамейки, которую я бросила, но на лестнице лежал мусор. По собственному опыту я знала, что, если ты стреляешь по чему-нибудь молнией, это взрывается на месте, поэтому я тут же прицелилась на этот мусор, когда мистер Э направился в левую сторону. Когда мусор взорвался перед ним, он снова попытался образумить меня.

— Я отказался от своей жизни ради тебя, Джейми! Разве ты не понимаешь, как я забочусь о тебе?

Ох, я хорошо это понимала. Я также видела, что на другой стороне лестницы были переработанные отходы. Мистер Э увидел, как я целюсь, и снова начал бежать.

Я немного съежилась, когда отходы залетели через окно в офис администрации. Упс. Моя вина. Мое случайное разрушение школьного имущества отвлекло меня настолько, что мистер Э смог спуститься по лестнице и побежать на парковку.

Я не могла взрывать предметы на большой открытой парковке рядом со стадионом, полным свидетелей, поэтому мне придется сделать что-нибудь привычное для остальных, чтобы остановить мистера Э. Ну, молния — естественное природное явление, да? Только если она бьет с неба, а не вылетает из рук, конечно.

В атмосфере вокруг меня всегда было много электричества, будь то в зданиях или линиях электропередач, или даже в облаках, и теперь, когда я знала, что это такое и как этим управлять, было слишком легко вызвать дождь и даже долбанный грозовой шторм.

Я спряталась за большим деревом и подняла руки к небу. Я начала вызывать молнии из облаков, очень осторожно, чтобы не ударить бедных сосунков, который могли опоздать на игру, или не попасть в машину моих одноклассников. В основном я позволяла им ударять по машинам, рядом с которыми был мистер Эдвардс, когда он попытался сбежать с парковки, надеясь, что молнии будут попадать в большие неподвижные предметы.

Хорошо-хорошо, может быть, я случайно позволила одной молнии ударить по большой и блестящей Toyota 4Runner Майка Дрисколла. Упс. Снова моя вина. Но, кроме этого, клянусь, я была осторожна!

К сожалению, молнии привлекли внимание спортсменов, и они выбежали из металлических трибун, ища безопасное место. Они будут рядом со мной в любую секунду, кроме того, мистер Эдвардс почти убежал с парковки. Я посмотрела на новый блестящий баннер, который гордо стоял на выеде, и ухмыльнулась.

— Извините, мистер Хуанг.

С последней молнией этот глупый знак упал прямо на капот машины мистера Эдвардса. Теперь он никуда не уйдет, а копы уже были за углом. Проблема решена.

ГЛАВА 25

Райан был в сознании, когда я вернулась. Он выглядел как смерть, но, увидев его живым и бодрствующим, я расплакалась. Я обняла его, но вскоре меня увели, когда полиция, пожарные, медики и бог знает кто еще стали заниматься своей работой.

Райана отвезли в больницу, а моих родителей, Картера и меня — в полицейский участок. Мы были там так долго, что я заснула в холле на трех жестких пластиковых стульях, которые сдвинула вместе. Я проснулась, когда услышала, как мимо меня прошел Картер.

— Что вы собираетесь делать? — спросила я, напугав его.

— Полицейские отпустили меня, — ответил он, зевая.

— И?

— И этим утром я собираюсь написать статью.

Я встала и быстро заблокировала выход. Я огляделась. Никто не обращал на нас внимания.

— Нам с вами все еще нужно поговорить, — сказала я тихим голосом.

Картер вздохнул, как он обычно делал, когда я угрожала ему.

— Не беспокойся. Копы купились на нашу историю. Все будет хорошо.

— У нас есть еще одна проблема.

— Какая?

— Вы знаете мой секрет.

— И я никогда никому не расскажу его.

— Ох! — сказала я со всем сарказмом, на который была способна. — Ну, тогда все хорошо. Думаю, все в порядке.

Картер тоже хорошо был знаком с сарказмом, как и я.

— Спасибо за доверие, Джеймилинн.

— Что вы сделали, чтобы заработать его?

— Сегодняшнего дня было недостаточно?

Я скрестила руки на груди, и он вздохнул.

— Ты имеешь в виду все те статьи, которые я писал в Иллинойсе?

Я подавила гнев, который начал кипеть во мне.

— О том, что я убила Дерека из-за того, что он бросил меня?

— Да, — ответил Картер. — Ты когда-нибудь думала, что то, о чем я пишу, и то, что смог придумать, не имеет ничего общего с моими реальными мыслями — что в результате аварии ты получила сверхъестественные способности?

Я открыла рот, готовая поспорить, но это было правдой. Ни один из его глупых слухов никогда даже и близко не раскрывал правду обо мне. Мне вдруг перестал нравиться этот разговор и куда он привел.

— Джеймилинн, тогда ты была сломлена. Ты даже не знала, что с тобой происходит, что уж говорить о том, что ты не знала, как это контролировать или скрывать. Помнишь тот день, когда ты дала своему отцу гаечный ключ, и из-за этого практически отправила его на больничную койку?

У меня не хватило духу, чтобы ответить ему, и это было не только потому, что я была шокирована тем, что он знал про этот случай. Картер, казалось, знал, как сильно я была расстроена, потому что его голос смягчился.

— У меня всегда были нужные доказательства.

— Н-но…, - заикалась я, стирая с лица слезы. — Почему?

Я не должна была задавать более конкретный вопрос. Он знал, что я имела в виду.

— «Visticorp» заплатили мне, чтобы я следил за тобой после твоей аварии. Но когда я узнал, на что ты способна? Ну, я не глупый. Я знал, что люди захотят заработать на твоих способностях, и на что они готовы пойти, чтобы ты оказалась в их руках. Я немного покопался в архивах «Visticorp», прежде чем передал им свои заметки, и оказалось, что моя догадка была правильной. Я смог взломать некоторые файлы. Около пятнадцати лет назад была молодая девушка, которая попала в аварию, в результате которой она получила особые способности, как и ты.

Я не могла дышать. Я не могла поверить в это.

— Есть кто-то, похожий на меня?

— Был, — исправил Картер. — «Visticorp» проводили над ней всевозможные тесты и эксперименты. Они пытались найти способ повторить все, что случилось с ней. В одной из их секретных лабораторий произошел взрыв, в результате погибло четыре человека, включая девушку.

Я снова не смогла вздохнуть, и на моих глазах появились слезы. На короткое мгновение z почти захотела, чтобы «Visticorp» действительно пришли ко мне. Я хотела, чтобы они попытались.

— Несмотря на то, что ты думаешь, Джейми, я не монстр. Я не мог отдать тебя им, когда знал, что они попытаются с тобой сделать, поэтому я написал несколько статей о тебе, далеких от правды, и они отличались от того, что я думал на самом деле. Мне жаль, что из-за этого у тебя начались проблемы, но это был единственный способ, который я смог придумать, чтобы ты была в безопасности. Когда ты предотвратила аварию несколько месяцев назад, Эдвардс снова обратился ко мне, и я запаниковал. Я понял, что «Visticorp», наконец, узнали правду. Я действительно думал, что рассказать про тебя всему миру — единственный путь. Но после того, что произошло сегодня, с Райаном? Если мир узнает о тебе, всегда найдется какой-нибудь психопат, который придет за тобой. В конце концов, кто-то умрет: либо тот, кого ты любишь, либо ты сама убьешь кого-нибудь. И не обижайся, Джеймилинн, но мне не нравится думать о том, что чья-то судьба находится в руках кого-то с таким характером.

Я не хотела улыбаться. Я старалась этого не делать. Но я не смогла удержаться, и мы оба смеялись, пока я вытирала слезы.

— Насколько я понимаю, — сказал Картер, — я должен хранить твой секрет потому, что, если я не помирюсь с тобой, кого-то когда-нибудь убьют, и этим «кто-то», вероятно, буду я.

Я пожала плечами. Он был прав. Но я снова улыбнулась и протянула ему руку.

— Хорошо. Мир.

— Мир, — согласился Картер и пожал мою руку. — Как насчет пары слов для моей статьи?

— Конечно. Без комментариев.

Картер ухмыльнулся и покачал головой, направляясь к дверям.

— Увидимся, Джеймилинн, — сказал он через плечо.

— Надеюсь, что нет.

Я все еще смотрела, как он уходит, когда мои родители появились за моей спиной.

— Что это было, дорогая?

— Перемирие, вот и все.

— Приятно слышать.

Я повернулась к родителям. Я не могла не обнять их, и я снова заплакала. Просто я не могла представить, что мне пришлось бы проходить через все это без них. Не говоря уже о том, что они не рассердились на меня за то, что я испортила школьное имущество. Конечно, они не знали про Toyota 4Runner Майка.

Но девушки могут иметь секреты, да?

Некоторое время мы молча обнимались. Я имею в виду, правда, что мы могли сказать? Но, в конце концов, я решила нарушать молчание.

— Я люблю вас.

Родители снова обняли меня, и, конечно, мама расплакалась.

— Мы тоже любим тебя, дорогая, — всхлипывая, сказала мама, — и мы так гордимся тобой.

— Правда, — согласился папа. — И как-нибудь после того, как шумиха вокруг этого утихнет, мы должны вместе потренироваться. Я хочу посмотреть, как ты управляешь молниями.

Мы рассмеялись, я вытерла слезы, а затем мама сказала слова, которые я до смерти хотела услышать весь вечер:

— Они сказали, что мы свободны. Хочешь поехать в больницу, навестить Райана?

Я не стала ждать, чтобы поехать с ними на машине. Я исчезла сразу же, как вышла за двери.

Это было утро, так что часы посещения закончились примерно миллион лет назад, но проскользнуть мимо персонала больницы было легко благодаря суперскорости. К сожалению, я не подумала, что в палате Райана еще кто-нибудь будет. Когда я открыла дверь, отчим Райана сидел в кресле в углу, а его мама была у его постели, держа его за руку, другой рукой перебирая его волосы и даже тихо напевая ему песню. Эта сцена так много объясняла насчет Райана.

Я улыбнулась тому, как мило они выглядели все вместе, а затем попыталась выскочить из палаты как можно тише, но дверь скрипнула, и мама Райана подняла глаза.

— Извините, — прошептала я, выходя из комнаты. — Я не хотела вас прерывать. Я знаю, что сейчас не часы посещения.

Когда миссис Розенталь увидела меня, ее глаза наполнились слезами, и она практически сбила меня с ног.

— Ох, Джейми! — закричала она, составляя моему отцу конкуренцию по объятиям. Ей потребовалась минутка, чтобы прийти в себя и начать говорить. — Я никогда не смогу отблагодарить тебя за спасение жизни моего сына! Если бы ты не нашла его…

Ее голос затих, и снова раздались всхлипы, и мне не удалось держать свои эмоции под контролем. Я обняла ее в ответ, настолько же благодарная, как и она, что Райан теперь в безопасности, но в то же время чувствуя ответственность за сложившуюся ситуацию.

— Мне очень жаль, — плакала я, не в силах больше ничего сказать.

Когда мы отошли друг от друга и попытались стереть слезы, я едва заметила отчима Райана, который подошел к нам, потому что Райан смотрел на меня сияющими глазами и улыбался мне самой яркой улыбкой, какую я у него только видела. Он протянул ко мне руку, и, когда я почувствовала, как его твердая рука сжала мои пальцы, я ощутила такое облегчение, что снова начала плакать.

Родители Райана решили, что им пора прогуляться. Когда мы с Райаном остались одни, повисла почти неловкая тишина. Я испытывала столько эмоций, но понятия не имела, с чего начать. Единственные слова, которые я смогла произнести, были:

— Прости меня! Райан, мне так жаль!

Райан терпеливо ждал, смотря на меня с улыбкой, пока я снова и снова извинялась. Должно быть, он знал, что так получится. Знал, что за все я возьму вину на себя. Но я была удивлена, что он позволил мне выговориться. Он даже не протестовал и не сказал мне перестать вести себя глупо. Не то чтобы он верил, что это была моя вина, просто он хорошо знал, что это ничего не изменит. Вместо этого он подождал, пока я снова не заплакала, чтобы не смогла извиняться. Затем он улыбнулся и сказал:

— Теперь моя очередь извиняться?

Это смутило меня.

— За что тебе извиняться?

Райан ухмыльнулся. Вовсе не виновато.

— Извини, что заставил тебя влюбиться в меня.

Ну, естественно, это было так неожиданно, что я забыла, что хотела сказать. Я сидела и смотрела на него как идиотка. Райан усмехался каждый раз, когда я пыталась заговорить, но я не могла подобрать слова. В конце концов, я сдалась и посмотрела на него бесстрастным взглядом.

— По словам мистера Э, это все моя вина, — объяснил Райан. С веселыми нотками в голосе, если вам интересно. — Из-за того, что ты влюбилась в меня, и это все испортило.

— Почему это все испортило?

Райан замолчал, и я не могла поверить, что его усмешка превратилась в печально известную дерзкую ухмылку.

— Ты только что сказала, что любишь меня! — взволнованно сказал он.

И снова я уставилась на него, потеряв дар речи. Конечно, я отрицала это. Мне пришлось: это была моя естественная реакция на его эго.

— Я не говорила этого!

— Говорила, — он усмехнулся. — Ты сказала: «Почему это все испортило?». Это значит, что ты согласна, что это произошло. Ты сказала это. Ты не можешь забрать свои слова. Ты любишь меня.

Научиться контролировать свои силы было детской игрой по сравнению с тем, чтобы сохранять бесстрастное лицо прямо сейчас, но я не могла потешить его самолюбие. Он слишком уверен в себе.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Да.

Я закатила глаза.

— Без разницы. Даже если бы это было правдой, а это не так, как это все может быть твоей виной?

— Ну, по-видимому, когда мистер Э разрешил нам быть партнерами по заданию, мы должны были возненавидеть друг друга в итоге, как это произошло у вас с Майком. Я должен был заставить тебя чувствовать себя еще более несчастной, чтобы он мог вмешаться и стать твоим героем, когда ты развалилась бы на части. Но потом я заставил тебя влюбиться в меня, и внезапно я стал твоим героем, и тебя больше не нужно было спасать.

Я не могла скрыть свой скептицизм.

— Парень накачал тебя хлороформом. Он мог говорить о розовых слонах, а ты не так его понял.

— Честное скаутское, — Райан с серьезным выражением лица поднял три пальца вверх. — Он также извинился, что похитил меня. Он сказал, что никогда бы этого не сделал, но после того, как я сделал тебя такой счастливой, я не оставил ему выбора. Таким образом, это действительно моя вина. Я виноват, что так неотразим.

Да, он говорил серьезно.

— Итак, в любом случае… — сказала я, меняя тему просто для того, чтобы позлить его. — У меня хорошие новости.

— Лучше, чем новость, что ты любишь меня?

— В твоей капельнице есть морфий или что-то подобное?

— Отрицание очень вредно для человека, Джейми.

— Ты хочешь узнать хорошие новости или нет?

Райан поднял бровь.

— Я не покажу тебе мои глаза, Райан.

— Ой, да ладно тебе, я заслужил это! Я практически умер за тебя сегодня.

— Нет, ты практически умер из-за меня сегодня.

— Да! А это значит, что ты должна мне!

— Ха! Ты только что признал, что это была моя вина!

Райан глубоко вздохнул.

— Ты собираешься сказать мне хорошие новости или что?

— Подожди секунду, — сказала я, исчезая и возвращаясь до того, как он успел ответить.

Райан посмотрел на мои руки, спрятанные за спиной.

— Еще одна поездка в Монтерей?

Я показала лампочку, которую держала в руке.

— Давай, — я протянула ему свободную руку. — Делай свое грязное дело.

Райан посмотрел на меня, и понимание медленно появилось на его лице. Он попытался скрыть свое волнение и скептически посмотрел на меня, прежде чем взять меня за руку. Он переплел наши пальцы, а затем притянул как можно ближе к кровати. С еще одним подозрительным взглядом он начал свободной рукой проводить по моей руке, оставляя мурашки на моей коже, где касался ее.

Позвольте мне сказать вам, было так хорошо, что я задрожала, и это не имело абсолютно никакого отношения к электричеству, которое текло по моему телу. Райан заметил, как я дрожу, и взглянул на лампочку в моей руке. Она все еще не горела.

— Тебе придется поработать получше, Миллер, — поддразнила я.

Райан посмотрел на меня, ошеломленный, что я не просто разрешила прикоснуться к себе, а фактически уговаривала его зайти еще дальше, как будто это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Может быть, я сейчас нахожусь под морфием, — прошептал он, — потому что, уверен, у меня галлюцинации.

Когда Райан не поцеловал меня, моему терпению пришел конец. Я уронила лампочку и жадно прижалась к его губам.

Не было реальных физических искр, не было пульсирующей энергии, но эффект магнита? Тот, который всегда тянет меня к Райану, когда я нахожусь слишком близко к нему? Да, по-видимому, это связано не с моими силами, а с моими гормонами, потому что, как и в первый раз, когда мы целовались, это начиналось как обычный поцелуй, а затем все быстро вышло из-под контроля.

Я почувствовала тот момент, когда Райан понял, что это был стопроцентный нормальный поцелуй, потому что нерешительность исчезла, и он ответил на поцелуй так, как никогда раньше меня не целовал. Это было лучше, чем в моих мечтах. Я чувствовала этот поцелуй каждой своей клеткой.

Следующее, что я поняла, — я забралась на его кровать и обняла его за шею. Я, вероятно, сдернула все провода, присоединенные к нему, но я ничего не могла с собой поделать. Когда мне удалось отстраниться от него, Райан увидел, как я оседлала его колени, и засмеялся.

— Дежавю.

Мы рассмеялись, и я была поражена тем безграничным счастьем, которое испытывала. Я планировала заставить его хорошенько попотеть следующие несколько дней, но из-за эмоций слова просто вылетели из моего рта.

— Я люблю тебя.

Райан улыбался как дурак, но затем взял себя в руки, и на его лице появилась его идеальная улыбка.

— Я же говорил.

БОНУС

Первая глава от лица Райана («Поцелуй с Джейми Бейкер»)

Только три вещи в мире по-настоящему взрывали мой мозг.

Первая: когда отец рассказал мне правду о Санта-Клаусе. Веселый старик был моим кумиром. Всю мою жизнь. Он управлял сладкими санями, дарил мне много подарков и жил на диете из печенья и горячего шоколада. Серьезно. Самый. Крутой. Чувак. В. Мире.

Когда мне было семь лет, мама помогала мне написать ему письмо, как она делала каждый год. Папа вошел в комнату, посмотрел на маму, забрал у меня письмо и со вздохом сказал:

─ Сынок, ты практически взрослый, — я засиял от похвалы, пока он не продолжил. — Поэтому пришло время рассказать тебе про этого Санту всю правду, пока твоя мать не сделала из тебя маменькиного сыночка, — когда мои глаза стали очень большими, папа мрачно улыбнулся и сказал: — Ты же не хочешь, чтобы над тобой в школе смеялись, правда?

Я покачал головой и продолжил внимательно слушать, пока он рассказывал про Санту, что он ненастоящий. Потом он рассказал про Пасхального кролика[24], зубную фею и Людей Икс. Моя привычная жизнь изменилась навсегда.

Вторая: когда мама встретила Джина. Их развод с моим отцом не стал неожиданностью, хотя это и было отстойно, но в то же время это было облегчением. Вражда моих родителей была изнурительной, и я был рад, когда это закончилось. Дела у мамы некоторое время шли наперекосяк, так что спустя два года, когда она не смотрела на других мужчин, — насколько я знаю, — она обручилась, я был поражен.

Мама объяснила, что познакомилась с Джином месяц назад на каком-то семинаре по самопомощи и с тех пор они общались в Интернете. Она не хотела беспокоить меня, пока не поймет, что все серьезно, но они полюбили друг друга быстрее, чем она ожидала. Это был первый раз, когда я узнал о существовании этого парня, и он просил у меня разрешения жениться на моей маме. Нереально.

Я не часто теряю самообладание, но если бы мама не выглядела такой безобразно счастливой, я бы убил этого парня. Вместо этого я пожал ему руку и сказал «добро пожаловать в нашу семью». Затем я чуть не обмочил штаны, когда он забрал нас в его «дом», и я понял, что он похож на Оливера Уорбукса[25], что он летал на своем частном самолете на свою виллу в Тоскане[26] на лето, где они проведут церемонию бракосочетания.

После этого я не думал, что что-нибудь еще сможет удивить меня. Затем в один прекрасный день я поспорил с Майком Дрисколлом, и мой мир не просто изменился, он был потрясен так, что изменился я. Конечно, я пережил ситуацию с Сантой, и ситуация с отчимом относительно не причинила мне вреда, но одно столкновение с Ледяной Королевой, и я изменился навсегда.

Думаю, это история началась с Пейдж Шультц, потому что она действительно подтолкнула меня храбро встретиться лицом к лицу с самым гневным жителем Роклин Хай. Пейдж была капитаном группы поддержки. Она была очень общительной и дружелюбной — до тех пор, пока вы ей нравитесь. Также она была очень горячей, но это было из-за генетики, которая присуща всем жителям Калифорнии. Отличное тело и красивое лицо, но неестественно светлые волосы, слишком много макияжа и, может быть, недостаточное количество одежды. Мы с друзьями называем ее дешевой — потому что таких девчонок, как она, пруд пруди.

Она зависала с моими друзьями, и она мне нравилась, но я просто не хотел с ней встречаться. К сожалению, быть в отношениях со мной, казалось, было ее главной целью в последнее время, поэтому ситуация стала немного неловкой, и я старался избегать ее. Это не всегда получалось.

Я только что приехал в школу и собирался обогнуть здание администрации, когда чья-то рука хлопнула меня по плечу.

─ На твоем месте я бы выбрал другой путь, — сказал с гримасой мой лучший друг, Майк Дрисколл. На мой вопросительный взгляд он указал на плакат на стене рядом со мной. — Организационный комитет прямо сейчас развешивает плакаты перед главным входом, и они охотятся на молодых волонтеров, чтобы те помогли им. Не знаю насчет тебя, но я не собираюсь проводить следующие три недели, как какая-то чирлидерша, которая носит коробки с блестящим дерьмом и делает прочую фигню.

─ Спасибо за подсказку, — кивнул я. Он был прав. Это было похоже на ночной кошмар, и не только потому, что Пейдж состояла в этом комитете. Майк и я быстро зашли в здание администрации. Мы собирались пройти через него, чтобы спокойно добраться до своих классов.

─ Райан! Майк! Я как раз вас искала.

Дерьмо. Пейдж была здесь. Взгляд, которым она меня наградила, не сулил ничего хорошего.

─ Доброе утро, Пейдж, — осторожно сказал я.

Она рассмеялась над тоном моего голоса. Или, может быть, это было выражение лица Майка, которое заставило ее закатить глаза.

─ Расслабьтесь, парни, я уже попросила других ребят помочь нам. Я просто хотела сообщить вам хорошие новости, — мы с Майком обменялись смущенным взглядом. — Вы оба были номинированы на звание Короля бала! Разве это не здорово?

─ Это все? — рассмеялся я. Мои опасения, что мне придется стать новым председателем комитета, испарились.

Пейдж расстроилась.

─ Вы не рады?

─ Рады, — быстро ответил я. Мне не нравилось расстраивать ее. Она действительно многое сделала, чтобы эти танцы состоялись. — Отличная новость, — я засмеялся и толкнул Майка, когда продолжил: — По крайнее мере, для меня. Для Майка это будет унизительное поражение перед всей школой.

Майк ударил меня по руке и что-то пробормотал, но я не услышал из-за смеха Пейдж.

─ Ох, Райан. Ты такой смешной!

─ Я не шутил, — честно признался я. — Я просто позитивно мыслю. Мой отчим говорит: «Если ты не веришь в то, что хочешь получить, ты заранее проиграл. Ты не можешь просто хотеть этого. Ты должен знать, что получишь это», — я пожал плечами. — Я знаю, что выиграю.

Майк закатил глаза. Он думает, что мой отчим — псих, но мы посмотрим, кто прав, когда я стану Королем бала, а не Майк. Пейдж, с другой стороны, с опасной улыбкой посмотрела на меня.

─ Отлично, если это все, что нужно, — сказала она, идя рядом со мной. — Не хочешь называть меня своей королевой с этого момента, или мы подождем до официального представления?

Она практически промурлыкала эти слова. Я мысленно ударил себя. Я должен был знать, что она использует танцы для того, чтобы я пригласил ее на свидание. Я не хотел приглашать ее на танцы, но я не хотел и отвергать ее, причинять ей боль, и у меня не было веской причины, чтобы не приглашать ее.

Я заставил себя улыбнуться.

─ Это именно то отношение к ситуации, о котором я говорил. Так ты скоро станешь королевой, — я подмигнул ей, перевесил рюкзак на другое плечо и посмотрел на часы на стене. — Вау. Нам надо идти. Я опаздывал слишком много раз в этом году, так что меня оставят после уроков, если я сегодня опоздаю.

─ Ой, брось, — рассмеялась Пейдж. — Со своим очарованием ты найдешь выход из любой ситуации. Увидимся за обедом, мальчики.

Как только мы отошли от Пейдж, Майк толкнул меня в плечо.

─ Неплохо сработано. Что случилось? Ты не хочешь идти с Пейдж? Потому что, если ты не догнал, то она намекала тебе, чтобы ты пригласил ее.

─ Еще слишком рано, — пробормотал я. — Пригласи девушку сейчас, и ты получишь три недели постоянного нытья. Платье, смокинг, лимузин, ужин, что будет после вечеринки… Девчонки до смерти переживают обо всем этом дерьме. Особенно Пейдж.

─ И то правда. Но не жди слишком долго, чтобы пригласить ее, иначе пригласит кто-то другой. Я слышал, что Скотт хочет с ней пойти. Ты не захочешь потом иметь с ним дело.

Я подавил вздох. Мне нужно было понять, что делать дальше, но я не мог сказать об этом Майку. Он мой лучший друг и все такое, но у него слишком большой рот. Я не мог сказать ему, что мне не нравится Пейдж. К концу третьего урока об этом говорила бы вся школа.

Нет, я мог рассказать все свои секреты только Бекки. Она была моим лучшим другом со второго класса. Помимо того, что я мог рассказать ей абсолютно все, она также знала, что мне делать с Пейдж. Она была близкой подругой Пейдж и, вероятно, единственной девушкой в школе, которую Пейдж уважала. Она точно поможет мне. Я мысленно сделал себе пометку поговорить с ней за обедом.

Мой план не сработал, потому что девушек с нами на обеде не было.

─ Где все? — спросил я Майка, ставя мой поднос рядом с его.

Не отвечая, Майк указал на другой конец столовой, где весь комитет что-то бурно обсуждал.

─ Как думаешь, о чем они говорят? Это же просто танцы, а не запуск ракеты в космос.

─ Кого это волнует? — ответил Майк. — Давай лучше обсудим наши планы. Я собираюсь пригласить Бекки на танцы.

Это была не очень хорошая новость. В течение дня я принял решение, что приглашу на танцы Бекки. Это был единственный способ, благодаря которому я мог избавиться от Пейдж, не сильно задевая ее чувства.

─ Чувак, ты ходил с ней в прошлом году.

─ И что?

─ Теперь моя очередь, — настаивал я. — Я иду с ней на танцы.

─ Только через мой труп, — возразил Майк. — Она самая горячая девчонка в школе. Как капитан футбольной команды, я имею право выбрать первым.

Я не мог сдержать смех. Он действительно был капитаном команды, но все знали, кто был настоящим лидером.

─ Кто сказал? Я — квотербек. Все знают, что я — настоящая звезда. Кроме того, я выгляжу лучше, чем ты. Держу пари, если бы мы спросили ее в одно и то же время, она выбрала бы меня.

Майк фыркнул.

─ Не выбрала бы.

─ Еще как выбрала бы.

─ Уж точно нет.

─ Может, попробуем? — спросил я. — Прямо сейчас. Давай подойдем к ней и спросим. Ставлю пять баксов на то, что она пойдет со мной.

Я вытащил пятидолларовую купюру и помахал ею перед лицом Майка. Я был уверен в себе. Бекки ни за что не выберет Майка, если я приглашу ее. На самом деле, я не знаю ни одной девчонки в школе, которая предпочла бы Майка вместо меня.

Майк заметил, что я осматриваю столовую, и, казалось, прочитал мои мысли.

─ Убери свои деньги, идиот. Я первый забил ее, поэтому я иду с Бекки. Конец истории.

Ну, он был прав. Кодекс чести говорил, что я должен уступить ему, потому что он первым сказал это. Ну что ж. Бекки будет весело с ним, и я уверен, что существует другой способ избавить меня от Пейдж. Бекки что-нибудь придумает.

─ Хорошо, идет, — сказал я. — Я уступаю тебе. Она твоя. Но прямо сейчас я забиваю ее, чтобы пойти с ней на выпускной.

Я убрал деньги в карман, смеясь, пока мои глаза не дошли до угла столовой и не наткнулись на пару таинственных зеленых глаз, выглядывающих из-под черных длинных волос, таких блестящих, что, казалось, они так и кричат: «прикоснись ко мне».

Джейми Бейкер.

С тех пор, как она перешла в нашу школу, мои глаза столько раз следили за ней, что я сбился со счета. Я ничего не мог поделать с этим. Она была полной противоположностью обычной горячей девушки. Она была смотри-но-не-трогай горячей девушкой. Боготвори-но-бойся. Она была воплощением горячей девушки. Никто не мог отрицать этого, даже Майк.

В моей голове начал формироваться план.

─ Технически, — сказал я, подмигивая Майку, чтобы привлечь его внимание, — Джейми Бейкер намного горячее, чем Бекки. И если ты хочешь пригласить самую горячую девчонку в школе, то должен позвать ее.

Майк проследил за моим взглядом и тут же разразился отвратительным смехом.

─ Да, она горячая, — фыркнул он, разглядывая Джейми так же, как и все мы. Но его улыбка быстро сошла. — Для Ледяной Королевы. Бекки — самая горячая нормальная девчонка в школе. Джейми никогда ни с кем не пойдет на танцы.

К сожалению, Майк был прав насчет Джейми. Она была Ледяной королевой. Но это делало все еще более интересным.

─ Даже с великим Майком Дрисколлом? — подначивал его я. — Ты всегда говорил, что можешь заполучить любую девчонку в школе.

Майк нахмурился.

─ Джейми не в счет. Цыпочка настоящая одиночка.

Это была еще одна правда про Джейми. Но, если честно, это делало ее еще более привлекательной. Она была не похожа на других девчонок в школе. Она не была похожа ни на одну девчонку, которую я когда-либо видел в жизни. Думаю, это была главная причина моей одержимости ею с тех пор, как она появилась. Ладно, одержимость — слишком сильно сказано. Это больше было похоже на любопытство.

С другими девчонками было так легко. Одна улыбка, приятные слова и следующее, что ты понимаешь, — они планируют вашу свадьбу и придумывают имена вашим детям. Я не мог представить, чтобы Джейми Бейкер все время хихикала и рисовала «Я + Райан» на последних страницах тетрадок, как это делали другие девчонки в школе.

Но за этой ледяной маской должно быть что-то.

─ Возможно, она просто неправильно понята, — сказал я легкомысленно. Я не хотел, чтобы мои слова прозвучали так, будто я ее защищаю. Я не хотел, чтобы Майк понял, что я заинтересован в девчонке-изгое. Мне тогда не дали бы спокойно жить.

─ Возможно, она просто бесчувственный фрик.

Я нахмурился, когда Майк произнес слово «фрик». Я правда не думал, что Джейми — фрик, но я также понимал, почему на нее так обижен Майк. Он стал первой жертвой Ледяной Королевы. Мы оба заметили ее в тот момент, как только она появилась на территории Роклин Хай, а Майк просто был первой бедной душой, которая попалась ей на пути. Он пригласил ее на свидание перед всей футбольной командой, а она одарила его ледяным взглядом и практически рассмеялась ему в лицо. Она слишком жестоко отказала ему и нажила себе целую кучу врагов в лице всей школы, даже не успев переступить порог.

Я не мог этого понять. Она была новенькой. Она должна была испытывать желание завести новых друзей. Она должна была нервничать. И это был Майк, к которому все леди выстраивались в очередь, чтобы получить чуточку внимания и возможность попасть в высшую лигу школьной иерархии. Это должно было быть облегчением. Его приглашение должно было стать воплощением мечты любой девушки.

Я был так обескуражен ею, что, когда пришел домой в тот день, спросил об этом маму и Джина. Он начал объяснять что-то про психологию, большинство его слов я не понял, но все сводилось к тому, что это была самопомощь. Вы знаете, причини им боль, прежде чем они причинят боль тебе. Этим она еще больше меня заинтересовала, и, наблюдая за ней, я пришел к выводу, что Джин прав.

─ Я уверен, что смогу заставить ее пойти со мной, — внезапно выпалил я.

─ Джейми Бейкер? — Майк снова засмеялся, так сильно, что на его глазах выступили слезы. — Готов поспорить, что ты даже не заставишь ее поговорить с тобой.

Я снова посмотрел на Джейми.

─ Да, я смогу, — решил я. Конечно, она была Ледяной Королевой, но, должно быть, она была очень одинокой. У нее не было друзей в этой школе больше года, и никто не смог бы жить столько в одиночестве. Может быть, она уже жалела о своем решении избегать людей, но она с первых дней вырыла себе могилу и застряла в ней. Месяцами с ней никто не разговаривал. Возможно, ей просто нужен был еще один шанс. Я мог сделать это.

─ Спорим, что я смогу подойти к ней, заговорить и получить ее телефон к концу обеда.

─ Ты думаешь, что сможешь получить номер Джейми? — недоверчиво переспросил Майк.

─ Я только сказал, что смогу сделать это. Или ты не веришь мне?

─ Да никогда в жизни.

─ Хорошо, как насчет этого. Если я смогу получить номер Джейми к концу обеда, тогда я иду с Бекки на танцы. Если же нет — идешь с ней ты.

Этот план должен сработать. Майк был настолько обижен на Джейми, что был уверен, что у меня ничего не получится. Он также будет рад увидеть, как я облажаюсь.

Майк взглянул на Джейми, явно заинтригованный, а затем ухмыльнулся. Купился. Бекки была моей.

─ Поцелуй, и ты выиграл, — сказал он.

Поцелуй? Дерьмо. Я ни за что не смогу заставить Ледяную Королеву поцеловать меня к концу обеда. Может быть, если бы у меня была неделя, то да, но десять минут? Невозможно. Но я столько наговорил, что просто уже не мог отступить.

─ Если я поцелую Джейми Бейкер, Бекки идет со мной на танцы? — уточнил я. Может быть, я смогу что-нибудь придумать. Она, вероятно, будет преследовать меня в моих снах, чтобы убить, но я, по крайней мере, выиграю пари.

─ Не совсем, — сказал Майк, будто читая мои мысли. — Любой человек может подойти к другому и просто поцеловать его. Ты должен заставить ее поцеловать тебя, иначе ты проиграешь.

Отлично. Я был обескуражен.

─ До конца обеда? — уточнил я, пытаясь быстро придумать хоть какой-нибудь план.

Майк услышал в моем голосе неуверенность и рассмеялся.

─ Да! — победоносно закричал он, хлопнув меня по спине. — У тебя всего десять минут, Казанова. Тебе лучше поторопиться.

Что ж. Я сам напросился. Я глубоко вздохнул и медленно поднялся на ноги. Один взгляд на самодовольную улыбку на лице Майка, и я полон решимости. Черт возьми, я был Райаном Миллером. Я не мог позволить Майку победить в споре, который сам же и начал. «Думай позитивно, — напомнил я сам себе, когда пробирался через столовую. — Ты можешь сделать это, Райан. Она поцелует тебя. Ты никогда не встречал девушку, которая отказала бы тебе. Почему она должна отличаться от других?»

И вдруг я уже стоял перед ней.

─ Привет, Джейми, — уверенным тоном поздоровался я. — Не против, если я присяду?

Я подождал, пока она посмотрит на меня, но она этого не сделала. Она вообще не ответила. Она полностью проигнорировала меня, заставив нервничать. Я оглянулся на Майка, который вовсю смеялся, а затем одернул себя. Я смогу сделать это. Она не ответила, но и не сказала мне убираться.

Я вытащил стул рядом с ней и повернул его так, чтобы не видеть лица Майка. Уверен, что он рассказал остальным ребятам, что происходит, и они все ждали, что я облажаюсь. Я сделал глубокий вдох и попытался что-нибудь придумать.

Она была просто девушкой. Я знал девушек. Некоторые даже скажут, что я преуспел в этой теме. Итак, что мне предпринять? Очевидно, пикап здесь не сработает. Мама всегда говорила, что девушки любят искренность. Она говорит, что ты можешь делать им комплименты, но они все равно видят тебя насквозь. Итак… сделать комплимент Джейми. Но как? Что я должен сказать? «Извини, мы никогда не разговаривали, но ты чертовски горячая. Не хочешь пойти со мной на свидание?». Я так не думаю.

Тихое фырканье прервало мои мысли, и, когда я увидел ухмылку на лице Джейми, понял, что у меня дергаются коленки. Она знала, что я нервничаю. Она знала, что я нервничаю, и смеялась надо мной. Черт, впервые в жизни я начал думать, что мне не добиться успеха с девушкой.

Ох, она была хороша. Она почти сломила меня одной ухмылкой. Да ни за что. Она явно не собиралась быть со мной более мягкой, чем Майк. Если она смеялась над моим нервным состоянием, то я мог придумать только одно. И если ей это не понравится, ей же хуже.

Я наклонился вперед, опершись локтями о колени, чтобы наши лица были в нескольких дюймах друг от друга. Она не единственная, у кого есть преимущество. Я мог сказать по ее лицу, что она ждет игрока. Ну, она не получит его. Я знал эту игру, но не собирался в нее играть.

─ Вот что, — сказал я прямо. — Если я не поцелую тебя к концу обеда, тогда я должен буду позволить Майку идти на танцы с Бекки Истман, но я уже зарезервировал столик в ее любимом ресторане.

Как тебе это, Ледяная Королева.

Ей потребовалось какое-то время, чтобы ответить.

─ Ничего глупее в жизни не слышала.

Ее голос ничего не выражал, но уголки губ дрогнули. Я не был уверен, но казалось, она пытается подавить улыбку. Может быть, мой глупый план сработает. Я пожал плечами, пытаясь выглядеть равнодушным.

─ Такая горячая девушка, как ты, не может не знать правил игры, поэтому я решил, что честность — мой единственный шанс.

Она все еще не смотрела на меня, но, по крайней мере, не убегала от меня с криками. Я ждал, когда она выскажет все, что думает обо мне. Я ждал, что осколки льда поразят меня насквозь. Бог знает, я это заслужил. Но вместо этого она удивила меня.

─ Признаю, это лучший вариант из того, что ты мог сделать.

В ее словах даже не было сарказма. Ее голос звучал так, будто она… находит это все смешным. Передо мной была не Ледяная Королева. Передо мной была девушка, которой было все равно, что мы с другом сделали ее предметом совершенно оскорбительного спора. Я не мог поверить, что я еще жив.

Это было настолько удивительно, что я даже позволил себе немного расслабиться и улыбнуться. Я целый год представлял, как заговорю с этой девушкой, но совершенно не думал, что все будет так.

─ Ладно, а как насчет взятки? — игриво предложил я.

─ Не думаю.

Она все еще не сказала «нет», но ее губы снова дрогнули, и я посчитал это хорошим знаком.

─ О, да ладно, Джейми. Это ничего не значит. Я даже не буду использовать язык, — пошутил я. Я решил сыграть на ее неприязни к Майку. Очевидно, его она не любила больше из-за того случая. — Ты же не хочешь, чтобы Майк победил?

Я затаил дыхание, ожидая ее ответа. Она вздохнула, а затем повернулась лицом ко мне. У меня перехватило дыхание, когда я встретился с ней взглядом. Она раз или два ловила меня, когда я смотрел на нее, но мы никогда не смотрели друг другу в глаза. Что уж говорить о таком близком расстоянии, с которого я мог видеть, насколько насыщенным был цвет ее глаз и что они выражали.

Я с трудом сглотнул и одарил ее, как я надеялся, своей самой очаровательной, восхитительной, разбивающей сердца — и другие прилагательные, которые только можно придумать — улыбкой.

─ Я буду должен тебе.

Она без всякого стыда оглядела меня с ног до головы таким взглядом, что мои гормоны подскочили до такой степени, что я подумал, если она не поцелует меня прямо сейчас, я буду преследовать ее до тех пор, пока она не сдастся. Очень, очень, очень, очень горячо.

─ Хорошо, — внезапно сказала она. — Действуй.

Я был уверен, что неправильно расслышал, потому что Джейми Бейкер, девушка, которую в Роклин Хай все знали как Ледяную Королеву, только что разрешила мне поцеловать ее, чтобы я выиграл спор. Это было просто невозможно.

Я смотрел на нее с открытым ртом, как полный придурок, пока она сидела, терпеливо ожидая своей участи. Я начал наклоняться к ней, а затем нахмурился, вспомнив слова Майка. Она должна поцеловать меня.

─ Вообще-то, — сказал я, мысленно молясь, чтобы она не передумала. — Ты должна поцеловать меня, или я проиграю.

Наконец, я потерял самообладание.

Она какое-то время смотрела на меня, обдумывая мои слова, а затем подняла бровь.

─ Тебе не нужно притворяться, будто тебе понравилось, — быстро произнес я. — Пожалуйста? — я хотел ударить себя за то, что это прозвучало как мольба.

Она какое-то время смотрела на меня с непроницаемым лицом, затем посмотрела за мою спину, на Майка. Кто знал, что она там увидела. Я не мог посмотреть. Я не хотел знать, что сейчас делают остальные парни.

Когда я был уверен, что она пошлет меня, она наклонилась вперед и поцеловала меня.

Я не знаю, что потрясло меня больше: тот факт, что она действительно согласилась на эту глупую затею, или то, что она не просто поцеловала меня, а буквально напала на меня, будто хотела поглотить целиком. В первые секунды она еле касалась меня губами, а затем начала целовать с таким напором, что я чуть не упал со стула.

Я ахнул от удивления, и она воспользовалась этим, превращая поцелуй во французский. Затем мое удивление испарилось, и я начал отвечать на ее поцелуй.

Меня никогда в жизни так не целовали. Мы были словно окружены коконом энергии, и, я клянусь, вокруг нас летали искры. Нет, не искры, а целые фейерверки. Между нами возник такой магнетизм, что мы потеряли контроль. Я обхватил ее лицо обеими руками, а затем запустил одну руку в ее волосы точно так же, как я делал в своих фантазиях миллионы раз.

Следующее, что я понял: Джейми была у меня на коленях, обнимала меня за шею, как будто собиралась вечность держать меня в заложниках. Если так, то принесите оковы, потому что я не собираюсь прерывать этот фантастический поцелуй.

Я чувствовал себя так, будто был в огне, словно Джейми наполняла меня энергией, отчего мои волосы становились дыбом. Меня начало трясти: сначала легкая дрожь в руках, но она быстро перешла в неконтролируемую дрожь по всему телу. Энергия настолько наполнила мое тело, что, казалось, я разорвусь на части.

Затем, когда я думал, что воспламенюсь, Джейми наконец успокоилась. Она отстранилась от меня и улыбнулась с ничего не выражающим лицом, но я знал, что этот поцелуй произвел на нее такое же впечатление, как и на меня. Не только я задыхался и трясся.

─ Можешь оставить жвачку себе, — сказала она, пытаясь скрыть свои чувства за ухмылкой. Однако она не смогла сделать это. Ее глаза почти светились, и в них читалось недоверие. Она была так же удивлена, как и я.

Она слезла с моих колен и, подмигнув, сказала:

─ Повеселись на танцах, — а затем ушла.

Она вышла из столовой так, будто только что ничего не произошло. Как будто не она выбила у меня почву из-под ног.

Понятия не умею, что это все значило, были ли мы теперь друзьями, но я точно знал две вещи. Первая: Джейми Бейкер — не Ледяная Королева, какой притворялась. И вторая: я хотел ее больше всего на свете, как не хотел ничего в жизни.

У меня было ощущение, что это будет нелегко, но в глубине души я знал, что все усилия будут стоить того.

─ Игра началась, Ледяная Королева, — пробормотал я, когда шел обратно к Майку, чтобы насладиться своей победой. — Ты уже моя. Просто еще не знаешь этого.

[1] American Idol — телешоу на телеканале FOX, основанное на популярном британском шоу Pop Idol. Смысл передачи — соревнование на звание лучшего начинающего исполнителя в США.

[2] Саймон Коуэлл — известный британский продюсер и телеведущий. Один из руководителей и владельцев компании Syco, которая специализируется на поиске новых и перспективных исполнителей.

[3] Кларк Кент — обладающий сверхспособностями пришелец с планеты Криптон, который живет и работает в Метрополисе в качестве репортера в Daily Planet.

[4] Сталкерацци (Stalkerazzi — stalker + paparazzi) ─ агрессивно настроенный журналист — папарацци, преследующий человека днем и ночью.

[5] Homecoming — (Танцы/Осенний бал) — традиция приветствовать возвращение выпускников в школу, включающая спортивное мероприятие и танцы.

[6] Гранд-Каньон — один из глубочайших каньонов в мире и один из самых необычных геологических объектов планеты.

[7] Marvel Comics Американская компания, издающая комиксы

[8] Приблизительно 180–200 кг.

[9] Герои короткометражных мультсериалов.

[10] Barnes & Noble — американская компания, крупнейшая в США по продажам книг.

[11] F-250 — пикап марки Форд.

[12] «Недетское кино» — кинокомедия 2001 года.

[13] Светильник— один из основных атрибутов праздника Хэллоуин, представляет собой вырезанную в виде головы тыкву с подсветкой.

[14] The Mac Store — магазин, специализирующийся на технике фирмы Apple.

[15] «Anthropologie» — магазин женской одежды, аксессуаров, косметики, мебели и товаров для дома.

[16] Чудо-женщина — вымышленный персонаж, супергероиня комиксов издательства DC Comics.

[17] Мост Золотые Ворота — висячий мост через пролив Золотые Ворота. Он соединяет город Сан-Франциско на севере полуострова Сан-Франциско и южную часть округа Марин, рядом с пригородом Саусалито.

[18] «Тime»— американский еженедельный журнал со штаб-квартирой в Нью-Йорке, освещающий рейтинг людей за период (год, столетие и т. д.)

[19] Флэш— имя, которое носили несколько вымышленных супергероев комиксов компании DC Comics. Флэш обладает способностью развивать скорость, превышающую скорость света, и использовать сверхчеловеческие рефлексы, что нарушает некоторые законы физики.

[20] CNN — телеканал. Компания CNN первой в мире предложила концепцию 24-часового вещания новостей.

[21] Пулитцеровская премия — одна из наиболее престижных наград США в области литературы, журналистики, музыки и театра.

[22] Человек-факел, настоящее имя — Джон» Джонни» Шторм, — вымышленный персонаж, супергерой комиксов Marvel, член-основатель Фантастической четвёрки.

[23] Росомаха, настоящее имя — Джеймс Хоулетт, также известный как Логан — вымышленный персонаж, супергерой комиксов издательства Marvel Comics.

[24] Пасхальный кролик — пасхальный символ в культуре некоторых стран Западной Европы, Канады и США.

[25] Оливер Уорбакс — один из самых богатых вымышленных героев.

[26] Тоскана — область в Италии.

Content

Орам Келли Быть Джейми Бейкер