Боярова Мелина

Магия иллюзий.Иллюзия силы (СИ)

Благими намерениями выстлана дорога в… другой мир. Я и подумать не могла, что, подменив дочь лучшей подруги в финале престижного конкурса, выиграю его. Тем более не знала, что главный приз — учеба в Ортанской академии тоже достанется мне. А уж тот факт, что эта академия находится в другом мире, населенном расами из книжек фэнтези, мог бы кого угодно свести с ума. И я чуть не свихнулась, когда поняла, куда попала. А то, что мне снова семнадцать, вообще, повергло в шок. Годы, прошедшие в борьбе с лишним весом и комплексами, пошли под хвост… одному сероглазому демону. А тут еще внезапно открывшиеся способности, которые норовят проявиться в самый неподходящий момент. Ну, как тут быть неприметной, если и так выглядишь белой вороной на фоне блистающих красотой маргов? А мне ну никак нельзя попадать в поле зрения высших демонов, потому что это чревато пожизненным рабством в качестве персональной магической батарейки.

*

Мелина Боярова

«Магия иллюзий 1.Иллюзия силы»

Глава 1

— Бессовестная девчонка, — мысленно ругалась я, — куда делась, вертихвостка мелкая?

Я стояла возле аудитории, с обреченным видом наблюдая, как туда заходит последняя девушка. Мы к этому тесту две недели готовились. И все для чего? Чтобы в последний момент Аленка сбежала?

— Не верю. За что ты так со мной? — простонала, закусив нижнюю губу, — столько возможностей! Учеба за границей, стипендия, карьера. Все коту под хвост из-за нелепых страхов. Хоть самой иди в класс!

С несносной проказницей, которую я все же любила, нас связывала не менее тесная дружба, чем с ее мамой Вероникой. Хотя, что у одной, что у другой — ветер в голове. С подругой мы вместе с третьего класса. Она переехала в столицу из провинции, и уже в те года только и мечтала о том, чтобы выгодно выскочить замуж. Одни разговоры о шмотках и парнях.

— Что в нас было общего? Ничего. Просто новенькую девочку посадили на свободное место. Рядом со мной. Тут уж и не захочешь, а будешь в курсе последних новинок моды и журнальных сплетен.

И пусть мне было неинтересно, я все же тянулась к Веронике. Она единственная, кто замечал меня и не обзывался «толстухой» или «зубрилкой».

— Да, — я поежилась, вспоминая школьные годы, — самые ужасные. С вечными насмешками и издевками одноклассников. А еще полным отсутствием мужского внимания. Да и кто его обратит на полноватую девочку, высокую и нескладную, с брекетами и россыпью прыщей на лице.

Только Веронику мой внешний вид не смущал. Она с легкостью заводила друзей, при этом, не стесняясь использовать их в своих целях. Я понимала, что нужна подруге как фон, на котором ее красота смотрелась ярче. А еще возможность списать домашнее задание и рассчитывать на подсказку во время ответа на уроке.

Но я была не против. Хоть какой-то шанс общаться с тем, кто не смотрит на тебя, как на земляного червя. А еще вокруг Веронички постоянно крутились мальчишки. Среди них и тот, о ком частенько вздыхала перед сном.

Свою первую любовь я пережила в одиночестве. Плача в подушку и терзаясь горькими мыслями о том, что на меня никогда не обратят внимания. Даже с лучшей подругой я не поделилась этой тайной. Не знаю почему. Это мое. Личное. Хрупкое. То, что скрывалось под плотным панцирем спокойствия, которым я закрыла свое сердце ото всех. Даже от себя.

А с Вероникой мы сдружились крепко. Совершенно разные, со временем стали неразлучны. Именно подруга настояла на том, чтобы я ухаживала за собой. С ее легкой руки, ну и косметических средств, моя кожа очистилась, стала нежной и гладкой. К окончанию школы я даже сбросила несколько килограмм, чтобы достойно выглядеть на выпускном вечере. Именно там, стоя в одиночестве у стенки, с завистью глядя, как кружатся в танце и обнимаются счастливые одноклассницы, я твердо решила измениться.

Воспоминания тревожным шлейфом окутали мысли. Но я стряхнула их одним движением. Расправив плечи, решительно направилась к аудитории. Дверь уже почти закрылась, но я успела всунуть в проем носок туфли.

— Позволите? — я нацепила улыбку номер три. Нагловатую, заигрывающую и в то же время немного смущенную, — не опоздала?

— Проходите, — раздался голос из-за двери.

Поспешив войти, чуть не столкнулась с мужчиной. Остановилась в двух или трех сантиметрах от его груди. Пришлось задрать голову, чтобы увидеть обладателя весьма неплохого набора мышц, упрятанных в светло-серый костюм и белоснежную рубашку.

— Ух, ты!

Улыбка номер три трансформировалась в номер один. Мою фирменную. Соблазняющую.

Правильные черты, красивый разлет бровей, серые глаза, надменный излом линии рта и очаровательная ямочка на подбородке. Ах да, еще соломенного цвета волосы, слегка вьющиеся и ложащиеся крупными прядями на высокий лоб.

Я выдержала паузу, позволяя незнакомцу, как следует рассмотреть себя.

А что, за последние пятнадцать лет я сильно изменилась. Никто бы не узнал в стройной подтянутой брюнетке ту некрасивую школьницу с блеклыми мышиного цвета паклями на голове. Особо я гордилась удачной ринопластикой и подкорректированной формой губ. И уж если сдавать себя с потрохами, то и силиконовыми вставками третьего размера. Умелый макияж. Зря, что ли, моя лучшая подруга визажист и косметолог? Ухоженные волосы. Идеальная кожа. А фигура… Как оказалось, под жировой прослойкой и некрасивыми складками на животе, скрывались очень даже пропорциональные формы. Теперь я тщательно следила за весом, занималась танцами и йогой.

— Вы успели в последний момент, юная леди, — бесстрастно взирая на мои прелести, ответил сероглазый.

Особенно покоробило ударение на слове «юная». И снисходительная усмешка.

— Вот гад! — оскорбилась по самое не хочу. — Теперь из принципа не уйду отсюда.

— Так любезно с вашей стороны, подождать меня, — пропела я, надевая улыбочку «холодная красавица», — где мне присесть?

— Здесь полно мест. Выбирайте любое, — ответили мне, равнодушно пожав плечами.

Удавлю! Брошу! Вот сначала добьюсь, соблазню, а потом тут же брошу!

Походкой от бедра проплыла через класс и устроилась на свободной парте. Преподаватель сел напротив. Через два стола.

— Раз все в сборе, — красавчик выразительно посмотрел на меня, будто я была досадной помехой его выступлению, — начнем. Для начала представлюсь: Грейм тер Ордленд. Декан Ортанской академии по иллюзорному искусству.

Ого! Иностранец? Странное имя. Кто же он? Швед? Похож. Высокий, светлый, сероглазый. Или норвежец? Стоп, Ортанская академия. Что же я читала на сайте? Очень престижный вуз, готовящий высококвалифицированных дизайнеров, архитекторов, художников. Расположен в каком-то городке под Берлином. Может, Грейм немец?

— Все вы, — продолжил тем временем мужчина, — прошли строгий отбор. Работы, присланные нам по и-мейлу, рассматривались коллегией из высшего преподавательского состава. Из тысяч рисунков мы выбрали двадцать пять лучших. И я рад, что все нашли возможность приехать для последнего финального испытания.

Еле сдержала зевоту. Почему-то нудные речи о том, что и так известно, нагоняли тоску.

— Сегодняшнее задание будет необычным. Оно должно раскрыть ваше мастерство. Постарайтесь показать себя с лучшей стороны, — бубнил монотонный, но вполне приятный голос.

Черт. Кажется, я засыпаю. Ну, Аленка, — вспомнила виновницу своего плохого настроения, — лучше тебе неделю мне на глаза не попадаться.

— Тема, что предстоит раскрыть, — мир будущего. Изобразите свой полет фантазии. Это может быть город. Или другая планета. Хоть инопланетянин. Что угодно, лишь бы это шло от души.

Последняя фраза красавчика, насчет полета фантазии, заставила замереть в предвкушении. План мести из набросков перерос в полноценную картину. С удовольствием отметила, как Грейм запнулся, натолкнувшись на мой убийственный и полный предвкушения взгляд.

— Итак, — подытожил сероглазый, — у каждого на столе есть необходимые для работы принадлежности. На все у вас два часа. Советую прислушаться к внутреннему голосу и интуиции в выборе темы для рисунка.

О! Мой голос просто вопил и захлебывался тем, что я хотела показать. Нет. Мне это поступление и даром не было нужно. Вот Алене — да. И то, как оказалось, видала она всех этих претенденток и долбаный отбор. Оторва похлеще своей мамочки. У меня же на должности главного дизайнера в «Орвексе», ведущей строительной фирме во всей области, надобности в подобном фарсе не было.

Опять повелась на прихоть Суворовой. Сначала одна из них влияла на мою жизнь. Надо сказать, что не жалуюсь на это. Но вторая вертихвостка могла дать фору нам обоим. И мне, и своей мамочке.

Пока я, то и дело усмехаясь над собой, вспоминала, что привело на этот конкурс, руки порхали по мольберту, нанося уверенные штрихи и линии. Алена как раз оканчивала школу и стояла перед трудным для каждого подростка выбором: куда пойти учиться. Вот у Веронички не было таких загонов. После выпускного бала она уже осенью примерила фату невесты. Удачную такую. Года на три. Со всеми вытекающими в виде крохотной дочурки, разбитого сердца, алиментов и трешки в приличном районе. Работать подруга не пошла. Маленький ребенок. Ага. Зато предложила мне переехать к ней. Дескать, одной тяжело, а мне пора к самостоятельной жизни привыкать. А я и согласилась. Так что у Аленки было две мамы и тройной набор бабушек. Моя мама тоже считала девчушку своей внучкой, хотя все же ждала, когда и я порадую ее пищащим карапузом.

Непростые были времена. Днем я училась. Нда, о первом образовании грустно вспоминать. Строительный университет. Круто, да? Сама выбрала, за что и поплатилась. Тяжко пришлось. Чертежи, контрольные, рефераты. А тут еще памперсы, кормления и прогулки. Ну, и попутно уборка, готовка и прочие радости домашней жизни. Не скажу, что Вероничка меня эксплуатировала. Хочу, но не скажу. Привыкла.

Сейчас я изменилась. Встала на ноги, купила отдельное жилье. Да, в том же доме, что и Суворовы, но жилплощадь моя. Кровно заработанная. Чего мне это стоило! После второго курса пришлось перевестись на заочное обучение. Ага. А на что жить трем незамужним девушкам? Причем самой мелкой отдавалось лучшее, что мы могли позволить. Устроилась на работу в ту самую фирму, где и по сей день тружусь. Только не дизайнером, а обычной помощницей начальника проектного отдела. Года два работала на побегушках. Потом удостоилась повышения: целый младший сотрудник. Мизерная зарплата возросла до уровня тяжкого вздоха. Больше чем на старшего сотрудника рассчитывать не могла. А хотелось. Очень.

И тут неожиданно меня настигла благодарность. От кого? От Веронички. Очередной ее кавалер пристроил на курсы дизайнеров. Я пошла. Кто ж отказывается? К тому же замаячила перспектива перевестись в другой отдел. Интерьер и ландшафтный дизайн. Кто бы мог подумать, насколько это прибыльное занятие! Очень кстати оказался диплом строительного вуза. Опыт работы и… нужная рекомендация. Вероничка в это время крутила роман с каким-то начальником, который и похлопотал за меня у своего знакомого.

Я частенько брала работу на дом. В моей квартире целая комната с балконом была отдана под студию. Стоит ли говорить, где все время пропадала Аленка? От меня она заразилась страстью к рисованию. И у нее неплохо получалось. А уж то, чего можно достичь в этой профессии можно увидеть на моем примере.

Конкурс этот раскопала Алена. Из интернета ее просто не вытащить, так что удивляться нечему. Тайком от мамы отправила свои работы. Ну, и парочку моих добавила. Удивительно, но она прошла предварительный отбор. И даже основной конкурс. Но вот теперь, когда остался последний шаг, бессовестная девчонка позорно сбежала, оставив меня разбираться. А я и осталась. Вероника об этом ничего не знала. Да и не отпустила бы дочку одну в другую страну. Вот я и расхлебываю, сидя в аудитории и рисуя… да-да, этого самого красавца.

Если дело не касалось определенного заказа, то всегда полагалась на внутреннее чувство. Руки порхали по мольберту, не интересуясь моим мнением. Поначалу я терялась, с благоговейным ужасом рассматривая то, что выходила из-под «пера». А потом привыкла, научилась отделять работу от творческих порывов.

Сегодня было на редкость удачное стечение обстоятельств. Я воплощала то, что на несколько секунд мелькнуло в голове. Мысленно закрепила картинку, и сейчас методично наносила на бумагу.

Грейма изобразила таким, каким увидела в первый момент. Красивым, удивленным, возвышенным. Но я была бы не я, если все так оставила. Среди красивых кудрей прорезались аккуратные рожки. За спиной взметнулись роскошные перепончатые крылья. А правую ногу обвил симпатичный такой хвостик.

Дьявольский мужчинка!

И все это на фоне старинного замка с роскошными резными башнями, куполами и мостками между стенами.

Он сказал, будущее? Ха! Получите-ка экскурс в прошлое. Старинный замок, построенный в смешении стилей, дикорастущие деревья, парочка полей. Гольф или футбол. Кто знает? Чуть в сторонке — кладбище. Красивое, опасное, с полу развалившимися гробницами и величественными склепами. Весь этот ансамбль накрывал странный купол. Он искрился. Гм, ну, и странные вещи иной раз получаются. Еще домишки слева. Будто ручейки, стекающиеся в одном им известном направлении, чтобы чуть поодаль образовать целый город.

Нда. А ватмана маловато, чтобы разгуляться разбушевавшейся фантазии.

— Время, — нарушил тишину красавчик, — сдаем работы.

С тяжкими вздохами сожаления участницы, забыла сказать, что все претендентки оказались женского пола, понесли работы на учительский стол.

Мой шедевр лег последним, свернутый в трубочку и скрепленный жвачкой, которую старательно разжевывала, пока остальные освобождали помещение.

— Всего нехорошего, — с наимилейшей улыбкой проворковала я, шмякнув работу прямо перед носом Грейма. — Прощайте!

Походкой а-ля последний залп Авроры, выплыла из аудитории. Стоило закрыться двери, как я разгневанной фурией направилась на стоянку. Алёнки уже здесь не было. Наверняка заявится только вечером или утром, когда моя злость сойдет на нет.

Изучила меня, как облупленную. И вертит, как хочет.

Добравшись до дома, немного успокоилась. Собственно, по дороге удалось сбросить пар — наорать на нерасторопного водилу, перегородившего выезд со стоянки.

Приняв душ и переодевшись в свои любимые шортики и маечку с зайцами, решила поработать. Уже спустя двадцать минут отчаянно ругалась. На красивом проекте лужайки загородного дома красовался образ сероглазого вкупе с рожками и хвостом.

Вот гад! Надеюсь, никогда больше не увижу! А если увижу — прибью!

Ага. Наивная.

Через два дня в три часа ночи в квартиру ворвалась Аленка. Радостными воплями и не менее бодрыми шлепками вытащила из теплой постельки и поволокла к моему ноутбуку. У меня от такой наглости даже сил возмущаться не было. Я тупо таращилась на экран, пытаясь сообразить, что же так разволновало мою «дочушку».

— У нас получилось. Мы выиграли! — вопило несносное создание.

— Что там получилось? — сонно переспросила я, — что выиграли? Во что ты в очередной раз вляпалась?

— Нет, Светик, не я. Вляпалась ты!

Стоп. Что?

Прильнув к экрану, я читала сообщение, пришедшее на Алёнкину почту.

Уважаемая… бла-бла… Рады сообщить… Вы победили в конкурсе, — я сфокусировала зрение, пытаясь осмыслить, — единственный победитель. Приглашаем на учебу в немецкий ***сранск в Ортанскую академию на факультет творчества и чего-то там.

Я протерла глаза руками.

— Это шутка, да? Алена? Ну, скажи, твои друзья прислали, чтобы разыграть меня. Ты ж до сих пор не простила новой аватарки с изображением жирного тролля в пайетках?

— Нет, Светик. Это не я, — девушка скромно подвела глазки и сделала ангельское личико, — с тем делом виновата. Признаю. Заслужила. Без обид.

— Угу. Коротко и ясно. А это что за ерунда? — указала на письмо.

— Это по-настоящему. Посмотри на адрес.

Действительно, в адресатах стоял незнакомый сайт с успевшим набить оскомину названием «Ортанская академия».

— Бред какой-то. А давай просто удалим сообщение. Все. Никто и ничего. Как так и было.

— Не а, — Аленка мотнула головой, — не прокатит.

— Почему?

— Я со своего компа уже раз двадцать удалила. А оно снова появляется, будто заговоренное. И еще вот, — девушка подала мне письмо в дорогом конверте с иностранными марками и уже известным обратным адресом. — Нашла в почтовом ящике. Хорошо, мама почту не проверяет.

— Та-ак, — я начинала тихо звереть, предчувствуя, что эта история так просто не закончится, — есть вещи, о которых мне нужно знать?

Виновница ночного переполоха побоялась смотреть в глаза и просто кивнула.

— И… — с нажимом произнесла я.

— Когда заявку отправляла, — Аленка шмыгнула носом, — указала все данные. Ну, адрес, паспорт, родители.

— Допустим. И что? — я почувствовала легкий холодок, сбегающий вниз по спине. Такое происходило, когда неприятности цеплялись на мою пятую точку.

— В общем, там был один договор.

— Какой договор? — я зверела с каждой секундой. А выдернутый из приятного сна организм начинал лютовать.

— Ну, как договор. Обычный, — пискнула девушка.

— Показывай!

Алена открыла еще одно сообщение, в котором уже переслала со своего адреса копию договора. Я начала читать. Когда добралась до последнего пункта, была красная как рак и готова разорвать любого голыми руками.

— Как! Ты. Могла. Такое. Подписать? — голос сорвался на визг.

— Я не думала. Просто… Не хотела. Не знала, что ты пойдешь. Выиграешь, — лепетала девчушка в свое оправдание, пятясь от меня к выходу.

Я тебя не породила. Но убью, блин, с особой жестокостью!

С молчаливой решительностью кинулась на «дочурку», размахивая своим же компом.

— Ой! Давай, завтра поговорим, — Аленка шмыгнула в незапертую дверь.

Я услышала топот и то, какими скачками ребенок преодолевал лестничные пролеты. С досады запустила ноутбуком вслед. Впечатавшись в железный косяк, он рассыпался на «микросхемы».

— Черт! — я ударила кулаком по стене. Тут же запрыгала, зажав стесанную руку, и подвывая от боли. Затем и вовсе сползла по стеночке на пол. Обняв колени руками, заплакала.

В целом, в контракте не было ничего такого, кроме одного пункта. В случае отказа победителя от учебы, он обязуется компенсировать все расходы, связанные с проведением конкурса. ВСЕ! Учитывая, что сюда входит не только оплата проезда участникам, съем жилья для них и преподавателя, но и компенсация за ущерб в размере оплаты пятилетнего обучения, то сумма набиралась фантастическая. Ни у меня, ни у Вероники таких денег не было. Или мы отправляем Алену на учебу, или… становимся бомжами. Потому как придется продать обе наши квартиры.

Постепенно мысли в голове упорядочились, приводя меня к единственному выводу: Аленка поедет в Ортанскую академию! Осталось убедить в этом саму Алену и ее маму.

Глава 2

Я стояла на перроне и вновь мысленно ругала девчонку, отлучившуюся «на пять минут». Поезд вот-вот отойдет. А у меня ни билетов, ни пассажирки. Только огромный розовый чемодан и куча нецензурных выражений.

— Суворова?

От голоса, раздавшегося над ухом, чуть не подпрыгнула. Обернувшись, с неудовольствием лицезрела сероглазого. Вкупе с самодовольной ухмылкой на красивом до дрожи в коленках лице.

Доли секунды потребовались, чтобы взять себя в руки и улыбнуться нахалу.

— А вот и нет. Я не Суворова. Вы меня с кем-то путаете, — нагло заявила я, при этом наивно хлопая ресницами.

— Алена Владимировна, ну, что вы. Вас трудно с кем-то перепутать

— И все же, вы ошибаетесь.

— Тогда позвольте узнать, что вы здесь делаете? Да еще с чемоданом?

— Не позволю, — грубо ответила я, — не обязана отчитываться.

— Зря вы так, Алена. Вам пять лет учиться под моим началом.

— Размечтался! Я, вообще, не собираюсь учиться. Умею уже. Да и работа есть. Так что можете не распыляться.

— Вы помните условия контракта? Последний пункт, — процедил Грейм.

— Какой контракт? Тот, что вы подписали с Аленой Суворовой? Помню. Никто и не собирается ничего нарушать. Алена, — имя я произнесла с нажимом, — с вами и поедет.

— Что это значит?

— То и значит.

Увидев Аленку, спешащую ко мне с бутылкой минералки и двумя брикетами мороженого, обрадовалась. Схватив девушку за рукав, подтянула ее к себе и представила красавчику:

— Знакомьтесь! Алена Владимировна Суворова собственной персоной.

О! За такие моменты триумфа можно простить все крики и скандалы, устроенные Вероничкой за последние дни. Но даже ее благоразумия хватило, чтобы понять: лучше пусть девочка получит образование, чем мы втроем станем беззаботными жителями окрестных помоек.

— За что мне это? — пробормотал Грейм, переводя взгляд с одной из нас на другую.

— За красоту, талант и мягкость характера, — не сдержалась от подколки.

— Чьи работы участвовали в конкурсе?

— Ее, — показала на дочь подруги.

— Серьезно? — сероглазый уставился на Алену так, что она съежилась.

— Ну, не все. Еще были две работы Светика, — пролепетала несчастная.

— Светика, значит, — ухмыльнулся красавчик. — Ну, что же, Светик…

Отчего-то мне не понравилось то, как он на меня посмотрел.

— Теперь все стало на места. И то, что среди бездарных работ затесались две стоящие. И то, что на последнем экзамене я видел именно вас. И то, что именно ваша работа заняла первое место в финале. Значит, вам и ехать со мной в Ортан.

— К-куда? — я поперхнулась. Но тут же стервозный голосок во мне возмутился, — а по какому праву? Я не подписывала контракта. Не отправляла работы на конкурс. А то, что заменила Алену… Ну, так об этом в условиях ничего нет. Со своей стороны, мы готовы выполнить обязательства. Алена поедет учиться в академию.

С вызовом посмотрела на сероглазого, одарив улыбочкой номер восемь — язва еще та.

— Вот, значит, как, — спокойненько так протянул Грейм. Металлические нотки в голосе заставили волоски на моей коже встать дыбом, — значит, я и доставлю в академию Алену Суворову. Но только кто же ее в лицо знает? Мало ли людей с похожими именами.

— Эй! Ты чего удумал?

Мы с Аленой переглянулись.

— Я никуда не еду. У меня работа. Заказы. Да, в конце концов, я не семнадцатилетняя девушка, как бы хорошо ни выглядела.

Последнее произнесла с особой гордостью. Физическая форма и внешний вид в мои тридцать четыре заставляли гордиться собой. Но на школьницу не тянула, как ни крути.

— Это мои проблемы. Решено! Вы едете со мной.

Сероглазый вцепился в руку, будто я собиралась убежать. Хотя, чего греха таить. Собиралась.

— Не имеете права. Буду кричать, — прошипела я.

— Вы отказываетесь выполнить контракт?

— Нет. Но…

— Тогда ни о чем не беспокойтесь.

— Да как так? Нас даже в поезд не пустят. У меня документы на другое имя. И уж конечно, я с собой загранпаспорт не вожу. На границе в любом случае высадят.

— Неужели?

Что-то в голосе Грейма сейчас заставило усомниться.

Вот дура! Что он на самом деле может сделать? Контракт на Суворову. Алена — вот она, готовая и упакованная. Причем сама паковала и с большим трудом. Чего бояться?

— Нас даже в поезд не пустят. Думаете, проводник не отличит сопливую девчонку от взрослой женщины?

— Проверим?

— А давайте!

Выдернув руку из лап красавчика, решительно направилась к вагону.

— Ваши билеты, — вяло спросил проводник.

В руках Грейма, как по волшебству, возникли печатные листки. Проводник со скучающим видом прочитал:

— Алена Суворова и Грейм тер Ордленд. Ваши паспорта.

Первым документы отдал сероглазый. Затем выудила паспорт и я. Проводник глянул на билеты, сличил данные с оригиналом и сказал:

— Проходите. Провожающие остаются. Отправляемся.

Не давая опомнится, Грейм подхватил розовый чемодан, затем подсадил меня на подножку и втолкнул в вагон. Обернувшись, я увидела растерянную Алену с мороженым и минералкой в руках, оставшуюся на перроне, проводника, закрывающего дверь и медленно плывущее здание вокзала. Поезд Москва — Берлин отправлялся, увозя меня в неизвестную академию.

Глава 3

Все то время, пока Грейм заводил меня в отдельное купе, усаживал и заказывал чаю, я молчала, находясь в глубоком ступоре.

Как? Почему я? В голове не укладывалось, что с каждой минутой все дальше удаляюсь от прошлой жизни. А мои заказы? А работа? Нужно бежать! Сойти с поезда. Вернуться.

С этой мыслью рванула на выход. Только крепкая хватка пригвоздила к сиденью.

— Не дергайтесь. Ничего не получится. Теперь-то я точно не упущу вас.

— С какой стати! — возмутилась я. В какой уже раз за последние дни мной овладела ярость, — кто вам дал право распоряжаться моей жизнью! Это преступление. Похищение. Помогите!

Последние слова сорвались на визг.

— Можешь кричать. Никто не услышит. К тому же скоро будет пересадка, — резко перейдя на ты, Грейм дал понять, что церемониться со мной никто не собирается.

Я похолодела. Весь запал сошел на нет.

Что значит, никто не услышит? Какая пересадка? Да нам ехать больше суток!

— П-почему не услышат? Какая пересадка? — пискнула я, поразившись, куда делась вся злость. Страх липкими щупальцами пробрался под кожу. — Куда вы меня везете?

— Да не трясись так, — брезгливо фыркнул сероглазый. И пусть он все еще оставался красавчиком, но уже вызывал стойкое отвращение, — мы едем в академию. Но находится она не в Германии.

— А где?

— В Ортанской империи.

— Кхм, простите. Что-то не припомню такой. А где она находится?

— Не волнуйся. Это не на Земле. Сейчас мы переправимся на Альвадис.

— К-куда?

Я чувствовала себя полной идиоткой. Все ждала, когда в купе ворвутся клоуны, хлопнут фейерверк и весело сообщат, что все происходящее шутка.

— На Альвадис. Планета такая. Далеко от Земли, но пойдем прямым порталом, так что на месте будем через два часа.

— Издеваетесь? — сообразила я, — если хотите, извинюсь за свое поведение. Но мне не нравятся такие розыгрыши. Верните меня обратно.

— Ну, нет, Алена, — Грейм привстал с сиденья и навис надо мной, — это не розыгрыш. Все, что я говорю, — правда. Запомни это на будущее. А после того как я сообщил, что нашел мага иллюзий, тебя никто никуда не отпустит. Империя не разбрасывается редкими кадрами.

— Зато разбрасывается редкими идиотами. Думаете, я хоть слову поверила? Извращенец! Прибьете сразу или насильничать будете?

— Держи язык за зубами! Выведешь меня из себя, превращу в умертвие. А на таких как ты даже упырь не позарится! Ишь, размечталась! Насильничать ее тут будут.

— Умертвие? Упырь не позарится? Размечталась? — от возмущения чуть не задохнулась. — Убью гада!

С визгом накинулась на Грейма, впившись в его шею ногтями. Мечтала придушить тварюгу. Хлесткая пощечина отбросила меня в стенку. Ударившись о выступающую полку, со стоном свалилась на сиденье, а потом сползла на пол. Как-то подозрительно быстро отключилось сознание.

Очнулась оттого, что каждую клетку пронизывала боль. Жгло и кололо одновременно. Внутренности плавились, грозя прожечь кожу. Я застонала.

— Она пришла в себя, — звучало на грани восприятия, — это неправильно. Усыпите.

— Не хочу, — возмутилась я, погружаясь в спасительный белый туман.

Следующее пробуждение было более милосердным. Тело хоть и давило непривычной тяжестью, но не изводило приступами боли.

Что со мной? Продали на органы? Или в лабораторию на опыты? Этот придурок говорил о другой планете. Неужели к пришельцам попала?

Кажется, я сказал все вслух, потому как рядом недовольно фыркнули.

— Хоть бы спасибо сказала. Такой шанс выпал! Ортанская академия — лучшая на Альвадии, а она нос воротит.

— Идите вы в… со своей академией, — выругалась я, — а также на… и по…

— Фу, какая не воспитанная человечка, — произнес незнакомый голос, — а точно это недоразумение марг иллюзий?

На звук незнакомого голоса я открыла глаза и презрительно уставилась на… гм, не человека.

Эльф, твою ж остроухую тыковку!

С длинными волосами, острыми ушками и надменным, хоть и симпатичным лицом.

Но я испытала еще большее потрясение, увидев Грейма. Ага, того самого. Только одет он был в старинный камзол небесного цвета, вышитый серебряными нитями. Белоснежную рубашку. На руках и воротнике — рюшечки с оборочками. А на лице — самодовольная такая ухмылочка. Ага. И рожки среди светлых прядей, которые теперь спускались ниже плеч. Вот те самые рожки, что я и нарисовала.

Я даже хрюкнула, пытаясь сдержать смех. Хотела сказать гадость, но замерла, случайно бросив взгляд на свое тело.

— Гад рогатый! — подскочила в ужасе, — что ты со мной сделал? Я же столько лет… Сил… денег… А ты! Урод. Ненавижу!

Встать, чтобы набить морду сероглазому не получилось. Тело не подчинилось.

Но это не могло быть моим телом. Ни за что!

Ну, то есть, это была я. Только такой, как в семнадцать лет. Толстой. Некрасивой. Без пластических операций и имплантов.

— Ненавижу-у-у, — завыла в отчаянии, чувствуя, как по щекам ручьями бегут слезы.

Нелюди долго ждали окончания моей истерики. Откуда им знать, сколько сил я потратила, чтобы избавиться оттого, что они сотворили со мной? Как по мановению палочки вернулась неуверенность в себе. Страх, что все повторится. И ужас, что придется начинать сначала.

В итоге Грейм зажал мне рот, а эльф залил какую-то отвратительную на вкус гадость. Слезы, может, и прошли, но вот отчаяние никуда не делось. Так, притупилось ненадолго.

— А теперь слушай внимательно, — сказал Грейм тоном, не терпящим возражений, — для всех здесь ты — Алена Суворова, землянка. Поняла?

— Поняла, — буркнула я. — Можно вопрос?

— О, зачатки хорошего тона? — удивился Грейм, — похвально. Слушаю.

— Сколько мне теперь лет? И кто ты на самом деле?

— Это уже два вопроса. Ну, так и быть, отвечу. Тебе семнадцать. Биологический возраст должен соответствовать заявленному кандидату. А я демон. Наполовину.

— Черт рогатый.

— Вообще-то, такое оскорбление смывается кровью. Прощу на первый раз, поскольку ничего не знаешь о нашем мире. Но впредь учти, будешь наказана.

— Черт, — снова выругалась, осознав еще одну деталь, — если мне семнадцать, то я что, опять девственница? Твою же тыковку да в ж…

— Суворова! — рявкнул демон, — два раза повторять не намерен.

— Да не про тебя, — отмахнулась я, обхватив голову руками, — а может, как-нибудь обратно? В мое тело? А? Ну, пожалуйста, Грейм.

— Да ты радоваться должна! Я твой возраст назад отмотал. Столько сил вбухал, а ты обратно.

— Чему радоваться? Опять через этот ужас проходить? Верни, как было! И чтобы не девственница!

— Эм, ну девушка в порядке, — подал голос эльф, — я, пожалуй, пойду.

— Стоять! — рявкнула я, — ты, вообще, зачем здесь был?

— Так, страховал, чтобы не случилось чего, — на автопилоте ответил ушастый. И тут же возмутился, — да кто ты такая, чтобы мне вопросы задавать?

— Это ты кто такой, что организм мой контролируешь? Вы оба извращенцы!

— Ну, знаете, — зашипел эльф, — я тут ей жизнь спасаю. А она.

— Чего? — мой голос завибрировал на высокой ноте, — так ты, урод хвостатый, еще и угробить меня собирался?

— Да заткнись уже, — не выдержал Грейм, — Кринель, спасибо. Тебе лучше уйти. Мы в расчете.

— В расчете? — эльф прищурился, — это хорошо. Что же, мне действительно пора. Дела, знаете, ли.

Чуть поклонившись, Кринель ушел.

— Он чего, правда, эльф?

— Эльф, — устало кивнул сероглазый, — вернемся к делу. Изменения твои окончательные. Процесс необратим. Не знал, что получится такой результат, но деваться некуда. Все твои проблемы решаются естественным путем.

— В смысле? Как?

— Лишний вес — тренировками, девственность — ну… э-э…

Рогатый что, смутился?

— Понятно. Сексуальным контактом. Думаешь, не знаю этого? Но я не хочу проходить все по второму кругу.

— У тебя нет выбора.

— И кто же лишил меня выбора? Кто приволок неизвестно куда? Угадай, кого я буду ненавидеть оставшуюся жизнь?

— Академия дает грандиозные возможности.

— Это, какие — же?

— Ты сможешь познать себя. Научишься управлять силой.

— Да, да. Ага. Щас. Меня этим бредом не купишь.

— Послушай, Алена, — уставшим голосом проговорил Грейм, — у нас мало времени.

— Я не Алена. Мое имя Светлана.

— Ладно. Светлана. Так вот, как только ты подала заявку на учебу, она попала в наш мир. Не спрашивай как. Это не суть важно. Весь этот конкурс организован с одной целью — привлечь тебя.

— Почему именно я?

— Мощный потенциал.

— И вы это поняли по трем дурацким рисункам?

— Да. Экзамен лишь подтвердил наличие дара.

— Допустим, но это стечение обстоятельств. Анкету и договор заполняла Алена. Все произошло случайно! Нет у меня никакого дара. Только способности. К тому же рисованию. И все.

— Ваш мир блокирует способности.

— Но если все ошибка? Если у меня эти самые способности не обнаружатся, что тогда?

— Это не ошибка.

— Не хочешь отвечать, — я прищурилась, — почему же? Такой простой вопрос. Возможно, и ответ на поверхности. Ошибки просто устраняют, так?

— В тебе есть сила, — настойчиво повторил сероглазый, — я ее чувствую.

— Ладно, — сдалась я, — что ты там твердил про время?

— Слушай меня внимательно. Я поставил тебе ментальный блок, чтобы никто не мог считать мысли. Но и ты должна помнить о том, кто ты теперь. Сейчас мы пойдем к ректору. Он будет задавать вопросы. Отвечай честно. Но старайся не говорить всей правды.

— Даже так? В чем подвох?

— Долго объяснять, но очень прошу, не говори, что ты не Алена, и что я сделал. Для твоей же безопасности.

— Ладно. Что-то еще?

— Старайся поменьше о себе рассказывать. Девчонки в общежитии любят посплетничать.

— Угу. Кстати, почему я понимаю, что ты говоришь, хотя на слух речь совершенно чужая?

— Считай, подарок. Вложил в тебя знание альвадийского языка. Это весьма болезненное вмешательство. Но на фоне общей трансформации прошло успешно.

— Понятно. Рассказывать никому ничего не собираюсь. А за знание спасибо не скажу, потому как не просила об этом.

Грейм хмыкнул в ответ. А я отвернулась.

На меня нахлынули воспоминания о студенческих годах. Некогда было сплетничать. Работа, учеба, ребенок подруги. Не о чем рассказывать. Да и неинтересно никому.

— После беседы с ректором устроишься в общежитии. Первый месяц первогодки живут все вместе. После инициации распределяются в зависимости от факультета.

— Что за инициация?

— Узнаешь. Занятия с утра. Так что времени на обустройство мало. Я вот тебе форму принес, переоденься. Вещи у коменданта общежития. Вот, — Грейм черкнул записку, выудив кусок бумаги и перо прямо из воздуха, — отдашь эсте Аунт. Она же тебе все и расскажет о порядках.

Я кивнула. Когда сероглазый вышел, поднялась. На этот раз меня ничего не сдерживало. Разве только вид тела приводил в ужас. Вещи, в которых приехала, были безнадежно испорчены. Рубашку разрезали по бокам, чтобы не оголять грудь, пиджак сняли. А вот юбка с позором треснула на местах соприкосновения с выпирающими жировыми складками. Про колготки и белье говорить не буду. Хоть туфли оказались впору. Размер ноги не увеличился. Разве что полнота. Поэтому лодочки чуть жали в боках.

Местная форма представляла собой серенький сарафан, под который надевалась длинная рубашка. Сверху полагалась мантия. Очень напоминала мешок с прорезями для головы и рук. Только в моем случае эта хламида была кстати. Ага. Чехол для бегемотика.

Пользуясь возможностью, разглядела комнатку, в которой оказалась. Стены каменной кладки. Камин с дымоходом. Узенькое окошко с глубоким подоконником. Односпальная кровать. Чистенькая. Я постаралась разгладить одеяло, которое извазюкала, пока боролась с демоном. Письменный стол с секретером. Шкаф с книжными полками. И еще один закрытый для одежды. Скамья. Тканая дорожка на деревянном полу. Над столом карта. Мне одного взгляда хватило, чтобы понять, это не земля.

Значит, все же не сплю. И не брежу. Может, умерла? Этот сероглазый и прибил. А теперь душу изводит.

Стук в дверь прервал мое нехитрое занятие. Я вернулась к кровати, присела на краешек.

— Войдите.

Грейм вошел, критически осмотрел меня.

— Готова? Пойдем.

Я нерешительно направилась к двери. Шагнув за порог, оказалась в коридоре. Ничего примечательного, кроме, пожалуй, старины. Во всем чувствовался солидный возраст. Камни со сколами и отполированными до блеска гранями. Тяжелые пыльные гардины. Решетки на маленьких окошках, напоминающие бойницы средневекового замка.

Как оказалось, мы находились на втором этаже. Витая лестница без перил вывела в холл. Стены в книжных полках, громадный камин в человеческий рост, несколько столов в окружении диванчиков и кресел. Видимо, здесь собирались по вечерам.

Оказавшись на улице, я зажмурилась, привыкая к слишком яркому солнечному свету. Когда же передо мной открылся двор, не смогла сдержать удивленного возгласа.

— Но это же невероятно! Грейм. Я сплю?

— О чем я говорил вам, Алена. У вас есть сила. Иначе как бы вам удалось так точно воспроизвести архитектуру магической академии Орта.

— Потрясающе! — я крутила головой, впитывая образы.

Я находилась во дворе средневекового замка. Все башни были выполнены в разных стилях и цветовых решениях.

— Вы расскажете мне, почему цвета башен отличаются? Кто построил весь комплекс? И… а у вас хвост есть? — обрушила на сероглазого кучу вопросов.

— Пойдемте, адептка, — Грейм взял меня под локоток и подтолкнул вперед, — по дороге побеседуем. Основное, что пока вам нужно знать, это учебный корпус для первогодков, — демон указал на черную башню. Первокурсники до инициации живут на первом и втором этажах. Туда вам нужно будет отправиться после беседы с ректором.

Я кивнула.

— Комната, из которой мы вышли, — преподавательская. В студенческих все попроще организовано.

— Куда ж еще проще то.

— Здесь вам не гостиница, так что привыкайте, — довольно резко сказал Грейм, и уже мягче продолжил:

Зеленая башня — целители, Золотая — практики, Красная — боевики, Голубая — менталы, Черная — некроманты. Первый месяц, как я упомянул все занятия пройдут в Черной.

— А вон та для чего, — указала я на аметистовую, расположенную в центре комплекса.

— Центральная — для торжественных собраний, открытых уроков и… экзаменов. Кабинеты высшего преподавательского состава и академическая библиотека также находятся в Аметистовой башне.

— А что за мрачный выбор для новичков?

— Это ты про черный цвет башни? Так, места там много. Некроманты нынче на вес золота. Каждый адепт на счету. Чуть ли не с момента инициации находятся под покровительством правящей верхушки.

— Чем же так ценны некроманты?

— Всему свое время. Узнаешь еще, не переживай. Лучше сосредоточься на том, чтобы не сболтнуть лишнего димаргу Фрайму.

— Димаргу?

— По земному, магу, обладающему силой двух стихий. Наш ректор, Герман ди Фрайм владеет огненной и воздушной магией. Воздушники, как правило, сильные менталисты.

Грейм провел меня к центральному строению академгородка. Я восхитилась роскошной архитектурой. К входу вели мраморные ступени, в белоснежном камне которых то и дело вспыхивали фиолетовые искры. Чуть более нежный оттенок аметиста в перилах выгодно подчеркивался золотым кантом. Резные барельефы и четыре колонны, оплетенные каменными цветами, придавали величия. Арочные окна гигантских размеров сверкали на солнце золотисто-фиолетовыми бликами. Внутреннее убранство также восхищало. Высоченные потолки зала, фрески, позолота и бело-фиолетовая гамма. Завораживающее зрелище. Поднявшись по центральной лестнице, мы прошли в коридор, размерами напоминающий огромный зал. Гигантские стеллажи заставляли его причудливым лабиринтом. На полках — книги, свитки, папки.

— Библиотека, — я восхищенно выдохнула, — а сюда можно будет приходить?

— Любите книги? — спросил кто-то.

Оглянувшись, сначала никого не увидела. Покрутилась вокруг себя и на том месте, где недавно никого не было, возник стол. За ним на стуле с высокой спинкой восседал… гном.

— Добрый день, — улыбнувшись, поздоровалась я, — очень люблю.

— Позвольте представиться: Теркопус Майнгл библиотекарь.

— Све… Ой! — я дернулась, когда Грейм ненароком отдавил мою ногу, — простите. Алена Суворова.

— Что же, заходите, Алена. Я всегда рад помочь любознательным адептам.

— Спасибо. Обязательно загляну.

Миновав библиотеку, мы поднялись еще на один этаж. Здесь коридор был похож на обычный. В каждом элементе убранства чувствовался матерый налет бюрократии. Строгие лавки для посетителей. Пара столов с письменными принадлежностями. На стенах свитки, напоминающие размером обычный ватман, на которых расписаны примеры заявлений и обращений.

Ну, ни дать, ни взять — паспортный стол или собес какой-то.

Кабинет ректора располагался посередине коридора. Сначала мы попали в приемную. Сухонькая женщина с пепельно-белой кожей и неестественными красными губами вперилась тягучим взглядом.

— Темных вам, вейра Таниса, — любезно поздоровался сероглазый. — Димарг Фрайм нас ожидает.

— И вам темных тер Ордленд, — ответила мелодичным голосом женщина, — а кто эта, кхм, юная эсте?

В уголках яркого рта я заметила клыки. От предположения о том, кто эта женщина, у меня мурашки пошли по коже.

— О, не стоит бояться, деточка. Я не кусаюсь, — оскалилась дамочка.

Еле сдержалась, чтобы не сказать какую-нибудь колкость. Но в данном случае, еще раз продемонстрированные клыки отбили всякую охоту дерзить.

— Так, мы пройдем?

— Конечно, тер Ордленд, — женщина слегка привстала, и как бы ненароком коснулась руки мужчины, вам всегда рады.

О, похоже, у демона есть поклонницы, — хмыкнула я, — ну-ну, флаг в руки.

Кабинет ректора оказался вполне ожидаемым. Дань аметистовому оттенку отдавали стены и пол, застеленный ковром с витиеватым орнаментом. Камины, судя по всему, находились тут в каждой комнате. «Офисная» мебель (стол, полки, шкафы для бумаг), изготовленная из дерева чайного цвета. Диванчик для посетителей и удобный стул для одиночных персон у стола. Окно с плотно задернутыми занавесями.

Сам же ректор сидел за столом, откинувшись на спинку роскошного кресла. Он внимательно рассматривал меня.

— Суворова, полагаю, — приветствовав Грейма легким кивком, обратился ко мне мужчина.

— Драсстье.

— И вам долгих лет.

Ректор вышел из-за стола. Приблизился. Я, если честно, ожидала подвоха. Все, кого встретила, не были людьми. А этот вполне себе человек. Невысокий, коренастый, с цепким, пронизывающим взглядом. Волосы на здешний манер длинные, затянутые в хвост. Камзол такого же покроя, что и у Грейма, только аметистового цвета с золотой вышивкой. Плотные облегающие брюки, кожаные (вполне земные) туфли. На длинном шнурке кристалл, — угадайте какого цвета? — с заключенным внутрь предметом. Каким именно разглядеть не удалось. Руки тонкие с длинными пальцами, унизанными перстнями.

— Меня зовут Герман ди Фрайм. Позволите? — ректор, не дожидаясь ответа, положил руку на мою голову.

Не позволю! — захотелось крикнуть мне. Но накатила жуткая слабость. Тягучий туман не давал вздохнуть, стремясь проникнуть под кожу. Тело мгновенно отозвалось волной мурашек. В голове закололо. Довольно неприятно. Будто кто-то тихонечко отдирал скальп, надеясь, что хозяйка, то бишь я, не заметит. — Хватит! — взбунтовалась я. Тотчас боль усилилась.

— Не сопротивляйся, девочка. Я лишь смотрю твою ауру. Вдобавок ставлю охранно-поисковое заклинание. Потерпи. С непривычки может быть больно.

С непривычки? К этому садизму еще привыкать надо? А самому такое понравится?

В отместку представила, как ма-аленьким таким ножичком надрезаю кожу на голове магистра. Ага. Кровожадная я. Особенно когда меня режут и говорят, потерпи. А еще мне злость выместить не на ком за то, что со мной сделали.

Надо же, а с живого ректора даже в мыслях скальп не сдерешь. Нож будто впивался в прослойку из каучука, с трудом достигая цели. Странное дело, но давление на собственную голову ослабло. На лбу мужчины выступила испарина. Затем скатилась пара крупных капель пота. В следующую секунду глаза ректора полыхнули огнем. Натурально так.

Ну и жуть.

Лицо димарга исказила гримаса, которая тут же трансформировалась в непроницаемую маску.

— Никогда так не делайте, адептка Суворова, — процедил он, — можете быть свободны. Дежурный проводит вас до общежития.

Я вопросительно посмотрела на Грейма. Но тот удачно изображал статую, так что молча направилась к выходу.

Глава 4

Дежурный уже ждал меня в приемной. Долговязый парнишка лет двадцати. Ничего так. Приятный. С веснушками по всему лицу и небесно-голубыми глазами.

— Вейр Вестин сопроводите адептку Суворову к общежитию первокурсников, — сухо распорядилась Таниса. На меня она даже не взглянула.

Кивнув, адепт молча вышел в коридор. Я за ним. Только выйдя за пределы Аметистовой башни, дежурный соизволил заговорить.

— Новенькая?

Ага. Кэп очевидность.

— Чем ты так димарга Фрайма разозлила?

— Я?

Представила, как у меня округлились глаза, и смешно стало:

Чем такое недоразумение, каким я стала, могло разозлить великого марга?

— Не знаю, — я пожала плечами. — Грейм, то есть тер Ордленд привел меня, представил. Тот только что поздороваться успел, как лапы свои сунул.

— В смысле? — адепт остановился, и я в него врезалась.

— В том смысле, что руку свою на голову положил. А мне так больно стало. Жуть.

— Ну, и…

— Ничего! Потом он как сбесился. Велел мне уходить. Все.

— Так уж и все? Ничего больше не сказал?

— Ну, там что-то было про то, чего я не должна делать. Что именно, мне объяснять не стали.

— Странно, — парень задумался, — а у нас тревога сработала. Взлом защиты в Аметистовой башне. Потом сразу отбой дали, но все же…

— Может, сеть замкнуло? — предположила я.

— Ты о чем?

— Адепт Вестин, — Грейм вырос из-за спины, заставив меня взвизгнуть от неожиданности, — можете быть свободны. Мне нужно задать адептке Суворовой пару вопросов. Потом я сам провожу ее к общежитию.

— Но ректор…

— Выполнять! — рявкнул демон так, что я съежилась от страха.

Мужчина схватил меня за шкирку и поволок за угол ближайшего здания.

— Что ты творишь, Суворова? — прошипел сероглазый.

Вот опять у меня глюки. Серые глаза мужчины покраснели, в расширившихся зрачках замерцали язычки пламени.

— Да что сделала-то? — удивилась я, чувствуя, как наворачиваются слезы. Ну, точно, как у сопливой девчонки.

— А ты не поняла?

Я мотнула головой.

— Да ты умудрилась усилить поставленный блок так, что сам димарг не смог проникнуть внутрь. А еще, чуть не вскрыла его воспоминания. Даже защита башни отреагировала.

— Да ладно!

Помимо воли, на лице расплылась самодовольная ухмылка.

— Так этому хлыщу и надо. Не успел поздороваться, как скальп снимать начал.

— Даже так?

— Ага. Больно, между прочим. Ну, я и представила, как сама с ним это делаю. А он чего-то трепыхаться начал. Занервничал. Видать, не понравилось, что кто-то издевается.

— Похоже, я в тебе ошибся, — пробормотал демон.

— Что значит ошибся?

— Недооценил. Слушай меня внимательно. Если узнают о твоей силе, устранят не задумываясь. Если кто-то из преподавателей или ректор захочет повторить ментальное вмешательство, не сопротивляйся.

— Тебе легко говорить. Это неприятно.

— Когда не сопротивляешься, боли нет. А если не хочешь, чтобы кто-то читал мысли, подумай в этот момент о чем-то нейтральном. Вообще-то, такая ментальная зашита уровень термарга и выше.

— О! Так, я крута! Трепещите, враги.

— Идиотка! — не сдержался сероглазый, стиснув мои плечи, — если не научишься скрывать способности, я сам тебя убью.

— Они были прекрасно скрыты на земле. Именно ты меня притащил в этот мир.

— Тебе придется принять это как данность. Смирись. У тебя три варианта: учиться и овладеть своим даром настолько, что никто и мысли плохой в твою сторону не подумает, завести сильного покровителя или…

— Поняла, — буркнула я, — насчет или можете не продолжать.

И тут моя личная язва Светлана Олеговна взбунтовалась. Как не вовремя-то.

— Сволочь, ты, рогатая. Умыкнул из моего мира. Угрожаешь. Поймал редкую букашку, оторвал крылышки и смотришь, выживет или нет.

Длинные пальцы переместились на шею. Демон вновь зашипел, теряя контроль:

— Ты ещ-ще спасибо скаж-жешь, что первым тебя нашел.

Красивое лицо исказилось такой гримасой ненависти и презрения, что у меня подогнулись коленки. Я оцепенела, наблюдая, как вытягиваются клыки, темнеет кожа, приобретая эбонитовый цвет, а маленькие рожки стремительно растут, закручиваясь по спирали и устремляясь вдоль черепа.

Все внутри меня завопило от ужаса. Но крик застрял в горле. Я лишь хрипела. В глазах отчего-то потемнело. Сероглазый нагнал такого страху, что впору взвыть.

Почувствовав, что давление на шею ослабло, судорожно вздохнула. От накатившей слабости подогнулись коленки. Я безвольной тушкой сползла по стенке. Сколько просидела так, не знаю. Грейм исчез в портале, оставив одну.

Ну, не ночевать же во дворе. Еще в общежитие попасть надо.

С трудом поднялась. Сначала на колени, потом, придерживаясь за стену, в полный рост. Меня поташнивало, в глазах мельтешили черные мушки.

— Кыш, противные, — отмахнулась от них.

Выбравшись на дорогу, поплелась к Черной башне. Внутри было тягостное ощущение, что мои неприятности на сегодня не исчерпаны.

— Ой, ну вы посмотрите, — раздался звонкий голосок неподалеку.

Я даже не обернулась, обреченно содрогнувшись. Знала, что следует, за такой фразой. Поэтому вжала голову в плечи и ускорила шаг.

— Гляди, какое умертвие нерасторопное. Ферт, если вся нежить такая жирная и неповоротливая, то очень скоро мы ее всю истребим.

— Эви, — мужской голос хохотнул, — такую, и истреблять не нужно. Сама сдохнет.

— Или лопнет, когда разопрет от жира, — добавила девчонка.

Я застыла. Почувствовала, как кровь прилила к лицу. Руки сжались в кулаки. Медленно развернулась.

Ну, вот за что мне это? — глядя на парочку, понимала, кто именно будет моим новым школьным кошмаром.

Стройная блондиночка с изящной фигуркой. Серая форма только подчеркивала идеальные формы тела. Миловидная. Да что там, красотка. Огромные голубые глаза на кукольном личике, губки бантиком, ушки — домиком. О, так она еще и эльфийка.

Нда, одного эльфа на сегодняшний день оказалось мало.

Парень тоже был хорош. Юношеская фигура, крепкие мышцы. Ага, разглядела под прилегающей к телу черной форме. Темно-русые волосы. Стальной взгляд.

О, ненавижу сероглазых! От них ничего хорошего не жди.

— Дорогая, — некромант скривился от брезгливости, — нечисть, как правило, ужасно воняет. Стоит держаться подальше. Может, упокоить ее?

— Сама уберется, — ответила язва, — потом придется неккери вызывать, чтобы тушу вывезти.

— О! Падальщики пожаловали, — меня, кажется, прорвало, — в нашем мире таких усыпляют. Суют свой нос в любое дерьмо, встреченное по дороге, а потом жалуются, что воняет. Не подозревают, несчастные, что это от них гнилью несет.

— Как ты смеешь, — взвизгнула девчонка, — я вейра дома Лангорис. Да ты землю должна целовать, по которой я хожу.

— Много чести целовать болотную жижу.

— Тварь!

— Приятно познакомиться. Я Алена Суворова.

— Придержи язык, — процедил парень.

— С чего бы? Меня болотная грязь не смущает. А вот ты в ней не раз уже извалялся, как я посмотрю.

Парочка, не сговариваясь, двинула на меня. А я позорненько так засеменила к башне.

— Стоять, тварь! Я еще не закончила.

— Надо же, какие вы между собой нежные. И слова ласковые знаете.

Что-то сгустилось за спиной. Я почувствовала, как дыбом встали волоски на коже. Затем мощный поток воздуха приподнял меня на пару метров, окутав облаком из мелких иголок, и с силой шлепнул о землю. Я плюхнулась на карачки и неловко завалилась набок. Кажется, прикусила язык, потому что рот наполнился слюной с противным металлическим привкусом.

Гады!

Во мне закипела жгучая ярость. До конца не сообразив, что делаю, я представила в руках громадный топор и, размахнувшись, с силой ударила по некроманту. В том, что именно он причастен к моему падению, не сомневалась. В воображении топор с легкостью раскроил череп.

О, я тебе устрою тварь!

Представив эдакую кракозяблу, похожую на слизняка с мерзкими щупальцами и солидным набором острых зубов, я запустила ее в открытую рану на голове парня.

Ну, на самом деле, ничего такого не было. Я просто сидела в пыли и с ненавистью таращилась на хохочущую над моим унижением парочку. Только Ферт вдруг побелел, как полотно и с болезненным стоном рухнул навзничь. У язвы смех застрял в горле.

Мы даже опомниться не успели, как в двух шагах от нас возник портал и из него появился ректор.

Круто! Быстро же он.

— Что происходит? — прорычал димарг, окинув нашу троицу гневным взглядом.

Интересно, мы его от чего-то важного оторвали? Босой, без брюк и рубашки. Он что, мантию на голое тело нацепил? Фу.

Ректор же, увидев парня, бросился к нему. Он накрыл голову адепта руками и замер.

Нда. И чего делать? Пострадавшая сторона тут, я. А начальство с некромантом нянчится. Да что ему будет-то?

Зыркнув на меня так, будто я вселенское зло, ректор поднялся и шагнул в портал. Мы с язвой переглянулись.

— Что ты с ним сделала, тварь?

Второй раз за день вижу, как красивое лицо превращается в злобную маску. Кстати, определение тварь ей подходит больше, чем мне.

Но пообщаться нам не удалось. Снова открылся портал. Из него вышел ректор и еще трое.

— Вот хрень.

Двоих я знала. Первый — сероглазая сволочь, второй — тот самый эльф, которого я встретила при пробуждении. Третий же заставил мое сердечко охнуть. Высокий, красивый. Куда там Грейму? Длинные волосы, заплетенные в множество косичек, орлиный нос, жгучий взгляд, манящие губы. Мечта-а.

Дура!

Я мысленно влепила себе пощечину. И тут же дернулась, ощутив мощную подачу в челюсть. Если бы не сидела на земле, точно грохнулась. Хорошо, что все были заняты некромантом, и моих нервных телодвижений никто не заметил.

Ректор и красавчик (да, Грейм этого звания лишился) устроились по обе стороны от парня и держали ладони над его головой. Они явно воздействовали на Ферта, потому как я физически чувствовала волны, исходящие от них. Эльф водил руками над телом, будто сканируя. Грейм сначала просто смотрел, а потом присоединился к димаргу и незнакомцу.

Пока на меня никто не обращал внимания, я тихонько поднялась, потирая болезное место. Затем тихонечко стала отступать к башне.

Чует моя ушибленная чуйка, что разборок не избежать. И пока все заняты, неплохо было бы свалить.

— Куда это ты собралась, тв… — язва осеклась и метнула виноватый взгляд на ректора.

— В башню. Мне еще в общежитие попасть нужно. Отвлекают тут всякие.

— Никому не расходится, — сказал димарг.

Негромко так сказал, тихо. Но почему-то сразу домой захотелось. До зубовного скрежета. И Грейм одарил таким убийственным взглядом, что я мысленно распрощалась со своей внушительной тушкой.

Все же отошла в сторонку, чтобы понаблюдать за действиями маргов. Заодно и мысли в голову полезли разные. Например, что это я виновата в состоянии парня. Если ректора смогла пробить, что говорить об адепте? Димарга я чуть поцарапала ножичком, а Ферту полчерепа снесла. Мысленно. Но ведь моя пощечина была весьма ощутимой. И мне было больно, когда Фрайм пытался залезть в голову.

Тут до меня стало доходить, что я голыми руками, тьфу ты, силой мысли практически убила человека! Мертвенная бледность некроманта и упертая решимость преподавателей доказывала, насколько плохи дела.

Может, дело в кракозябле?

По спине полился холодный пот.

Нужно извлечь ту тварь. Но как?

Мной овладела полная растерянность. Конечно, я хотела поквитаться с обидчиком. Но я ж не убийца! Ну, посмеялись. Так ведь привычная. Стерпела бы.

Ой, дура ты, Светка. Что же делать?

Я подошла поближе. Так, чтобы видеть лицо Ферта. Вспомнила, как разворотила его голову. Вообще-то, кровавое зрелище. Ну да, я ж любитель ужастиков. Вид крови меня не пугал. Но когда все происходит в реальности, как-то не по себе.

Заставила себя представить ту кракозяблу, что запустила в череп Ферта, позвала ее. Она не ответила.

А чего я ждала? Что у меня поинтересуются, чего надо?

Но отступать не собиралась. Настойчиво думала о том, что тварька вылезает из раны. Не тут-то было. Острые зубки и щупальца намертво вцепились в мозг.

Ах, так?

Я стала отрывать щупальца одно за другим. Подумала о том, что неплохо бы сводить кракозяблу к стоматологу. Тотчас десяток бормашин стали сверлить зубы, превращая их в крошево. Тварь заверещала так, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули. Не удержалась и шлепнула эту гадость тапком. Тишина. Блаженство.

Но не отвлекаемся. Вооружившись несуществующим пинцетом, стала вытаскивать останки тварьки из головы некроманта. Долго. Нудно. Но надо. Я ж не хочу стать убийцей.

Удалив все до единого инородные части из головы парня, я решила сделать ему что-то хорошее. Представила свет, мягкий, добрый. От его присутствия хорошо всем, а Ферта он просто обволакивал. В итоге парень засиял, как новогодняя елка. Решив, что хватит, осторожно соединила рваные края раны на голове. С удовольствием наблюдала, как срастается плоть, и исчезают рваные шрамы.

Фух, вымоталась!

Марги тоже закончили свою работу. У ректора на лбу выступила испарина. Остальные выглядели такими уставшими, будто десять соток огорода вскопали.

— Вытащили, — устало сказал Фрайм, — я уж и не надеялся. Если бы парень умер, тер Шатейян пол-академии разнес. Декан Дайонг, благодарю за помощь. Деканы Ордленд и Тальминар перенесите парня в лазарет. Я потом навещу его.

Красавчик открыл портал и исчез, как только димарг отпустил его. Для Грейма и эльфа переход открыл ректор. После того как исчезли последние всполохи портала, Фрайм обернулся к нам.

— В мой кабинет. Живо!

Нам с язвочкой ничего не оставалось, как последовать за ним. На этот раз мы не пошли через центральный вход. Обогнув Аметистовую башню, обнаружили неприметную дверцу. Сразу за маленьким пятачком коридора начиналась лестница. Вскоре я уже лицезрела рисунки ковра в кабинете магистра.

— Адептка Лангорис, начнем с вас. Что произошло?

— Мы с Фертом, то есть с адептом Миораном возвращались с библиотеки. Столкнулись вот с этой, — язва, видимо, едва сдержалась, чтобы не сорвалось привычное словцо, — адепткой. Повздорили. А потом Ферт упал.

— Что расскажете вы, адептка Суворова?

То ли из чувства вины, то ли оттого что не хотелось пересказывать оскорбления, летящие в мой адрес, не стала упоминать о перепалке.

— Я направлялась в Черную башню, чтобы устроиться в общежитии. Ну, как вы и сказали. Встретила этих, — кивнула в сторону Эви, — мы обменялись любезностями и я пошла. Только споткнулась неудачно. Упала. Потом увидела, что парень тоже рухнул. Затем появились вы. Это все.

Язва с удивлением посмотрела на меня. Она, видимо, ожидала, что я в красках буду расписывать, что случилось на самом деле.

— У меня такое чувство, что кто-то врет. Наглым образом. Вы обе! Что ж, я хоть и исчерпал много сил, но на вас хватит.

Димарг подошел к Эви и положил руку ей на лоб. Минуту стоял в таком положении. Хмурился.

— Вы спровоцировали конфликт, адептка Лангорис. Суворова вас не трогала. А вы еще и боевым заклинанием в нее кинули.

Боевым? Фигассе! Хорошо же меня приложило.

— Адепт Миоран лучший на курсе. Странно, что «Всполох силы» получился у него таким слабым. Если уж хотел проучить, мог использовать формулу попроще. В любом случае он понесет суровое наказание. Нападение на беззащитных первокурсников с использованием заведомо мощной силы недопустимо.

— Не надо никого наказывать, — пискнула я.

Голос подвел. Ну, да.

— Если бы в вас запустили полноценным заклинанием, никакие целители не спасли. «Всполох» используют против нечисти. Опасной. Для человека это смертельно.

— Уж не хотите ли вы сказать, что меня хотели убить?

У язвы округлились глаза. Судя по всему, оценила масштаб последствий.

— Что же, адептка Суворова, покажете мне, что произошло? — ректор приблизился.

Я кивнула, ошарашенная его словами. И не обратила внимания, что ладонь ректора накрыла мой лоб и от нее пошло мягкое покалывание. Только когда перед глазами замелькали картинки ссоры с эльфийкой и некромантом, опомнилась.

Нельзя, чтобы он видел, что я сделала с Фертом!

Лихорадочно соображая, что делать, просто пропустила момент своей ярости, сразу перейдя к сцене с падением некроманта. Далее, появление самого ректора, затем его помощников. О том, как тянула кракозяблу обратно, постаралась забыть. Не было и все.

Наконец, димарг отстранился. Вернувшись за стол, он долго над чем-то размышлял. Мы с язвой стояли, переминаясь с ноги на ногу. У меня так, вообще, живот сводило от голода. Как урчал желудок, не слышал только ленивый.

Только представить, что сегодня утром я пила кофе на кухоньке в своей квартире, строила планы, проверяла расписание. За несколько часов моя жизнь сделала такой финт, что впору свихнуться. Я так устала.

— Может, мы пойдем? — осмелилась спросить эльфийка.

Ректор будто очнулся. С удивлением посмотрел на два одиноких столбика в своем кабинете. Махнул рукой.

— Идите уже.

Мы с радостью ринулись к выходу.

— И да, адептка Эвиления Лангорис, — сказал димарг нам в спину. Эльфийка застыла. Я почему-то тоже. Наверное, за компанию, — в академии нет вейров или эст. Есть только адепты и марги. Если подобная выходка повторится, семейство Лангорис своими глазами увидит недостойное поведение благородной леди. Я сделал слепок воспоминаний. Ну, это так, к сведению.

Ага. Значит, сделал слепок и моих воспоминаний, — поняла я. — Что же он увидел? Все? Тогда бы не отпустил. Я хоть и ослабила его бдительность, позволив копаться в своей голове (что, кстати, оказалась безболезненным), но утаила самое важное. Получилось ли?

— Не знаешь, тут, вообще, кормят? — поинтересовалась я у язвочки.

Она вспыхнула, очевидно, готовясь сказать гадость. Но сдержалась.

— Есть столовая. Но ужин давно прошел. Мы как раз шли туда, когда… ну, в общем.

— Понятно, — буркнула я. Перспектива остаться голодной не радовала. Хотя в моем случае, с едой следовало завязать.

Я вспомнила, как тяжело было отказываться от вкусных булочек и пирожных. Сдерживать аппетит при виде жареной картошки или макарон с мясом. Легкие салатики, йогурты, рыба, яблоки и простая вода. Первую неделю я била себя по рукам, когда тянулась за вторым куском или добавкой. Потом стало легче. Но всегда оставалось пыткой сидеть полуголодной за столом, на котором полно еды. Кошмар возвратился. Мне снова придется переломить себя. Приучить тело к нагрузкам и ограничению в калориях.

— Почему не сказала правду? — спросила Эви, — и заступилась за Ферта? Он мог тебя убить. Некромантов злить опасно, тем более недоученных и обладающих таким потенциалом.

— Не знаю, — я пожала плечами, — возможно, потому, что он на своей шкуре прочувствовал, когда кто-то хочет твоей смерти.

— Извини, — пробормотала язвочка, — мы поступили с тобой неправильно.

— Ладно. Забыли. Я тоже должна извиниться за свои слова. Просто отвыкла от насмешек по поводу внешности.

— Тебя и раньше задевали?

— Сама как думаешь? — спросила я, размышляя, что язвочка вовсе не такая испорченная, как мне показалось.

— Зачем же приехала сюда? Тут все кому ни лень будут дразнить тебя.

Ой, нет. Кажется, я поторопилась.

— Считаешь, что только с хорошей мордашкой и стройной фигурой можно чего-то добиться в жизни?

— Конечно.

Да, а я уж подумала, что мы сможем подружиться. Язва. Она всегда будет считать себя выше меня.

— Я так не думаю. Дело не во внешности, а в том, что внутри. Лишний вес можно скинуть. Лицо подправить. А вот душу ничем не приукрасишь.

— Это ж, сколько ждать, пока кто-то разглядит то, что и пощупать нельзя!

В твоем случае — очень долго. Смотри, как бы не защупали.

— Не будем спорить, — миролюбиво сказала я, — все равно останусь при своем мнении. Подскажешь, где найти эсте Аунт?

— Мы почти пришли, — ответила Эви.

Та самая Черная башня, в которую стремилась попасть, когда напал Ферт. Ага. Всего десяток шагов и нужно было пройти. Сдержаться. И тогда бы не случился этот инцидент.

— Сама дойдешь? — спросила эльфийка, — я хотела навестить Ферта.

— Иди, конечно.

— Ты это, — замялась девушка, — не удивляйся сильно, когда познакомишься с эсте Аунт. И не связывайся с Клодой. Темненькая с фиолетовыми глазами.

— Поняла. Спасибо.

Распрощавшись с Эвиленией, я с облегчением зашла в здание. Наконец-то добралась до общежития. Хотелось уже принять душ и завалиться спать.

Глава 5

Войдя в помещение, чуть не всхлипнула. Все вокруг до ужаса напоминало земную общагу. Скрипучая дверь, обшарпанные стены, неровный пол с просевшими досками. Вахта с поручнем, через который можно пройти лишь одному. Ну и главное, — сама вахтерша. Приготовилась к худшему, тем более что Эви предупредила.

Стекло вахтерской будки было непрозрачным. Я подошла к проходу рядом с окошком. Подождала, в надежде, что на меня обратят внимание. Тишина. Ага. Попробовала пройти. Не получилось. Будто в невидимую стену уперлась.

Как издевкой надо мной, зашли две девушки. Окинув меня насмешливыми взглядами, подошли к поручню. Тот, будто узнав их, сам поднялся, пропуская внутрь. Когда же я ломанулась следом, опять наткнулась на преграду.

Я тихо зверела. Еще немного и начну сносить стену. В свете недавних событий у меня была уверенность, что смогу ведь.

Я даже замахнулась, когда услышала шелестящий тихий голос:

— Лучше так не делать. Положи руку на углубление возле поручня и назови свое имя.

Что я и сделала. Когда поручень поднялся, пропуская внутрь, оглянулась на ту, что помогла мне.

Невысокая фигурка, скрытая балахоном. Короткие черные волосы. Неестественно бледная кожа. И… ярко-алые глаза.

Бррр. Неожиданно. Вампир?

— Привет, — я нашла силы улыбнуться, — спасибо за помощь. Я Алена.

Метнув на меня удивленный взгляд, девушка ответила:

— Аркханна.

Затем она направилась к лестнице. Но не поднялась, а проскользнула в проход под ней.

— Добрый вечер, — поздоровались со мной, — Алена Суворова?

— Добрый, — я посмотрела в ту сторону, откуда шел звук.

Нда. Если бы не предупредили, не смогла сдержаться. Нет, не от страха, скорее от удивления. Передо мной стояла маленькая плотная бородатенькая гномка. Рядом с ней я казалась себе тростиночкой.

— Эсте Аунт, полагаю. Рада познакомиться.

— Наконец-то добралась, — ответила женщина.

За кучерявой каштановой бородой и густыми бровями сложно было разглядеть мимику. Крупный нос и накрашенные губы делали эсте Аунт похожей на плюшевую игрушку, слепленную из разных частей, словно тряпочный Франкенштейн. Необъятная мантия сглаживала формы и одновременно делала похожей на надвигающийся камень-плывун. Ну, или танк.

Нда. Мадам Аут. Иначе не назовешь, — хихикнула я.

— Спасибо. Поможете разместиться? Димарг Фрайм сказал, что я могу рассчитывать на вашу помощь.

— Конечно, деточка. Пойдем со мной.

Я поплелась за мадам Аут, отметив, что для своей комплекции, она очень резво двигается.

Мы пришли в кладовую. Ну, я так предположила, потому, как, велев ждать у входа, гномка нырнула внутрь помещения. Вскорости она вышла, неся внушительную стопку вещей.

— Постельное белье. Банные принадлежности. Второй комплект униформы. Только учти, мантия одна. Обувь. Костюм для физических занятий. Нижнее белье. Сумочка из светлой кожи. И твои вещи, — перечислила гномка.

Появление чемодана настоящей Алёны вызвало горькую усмешку:

Что из ее вещей может пригодиться? Ничего.

Я с подозрением посмотрела на тонюсенький ридикюльчик, что был в наборе у мадам Аут. В нем и сверхтонкий планшетник с трудом поместился бы.

— О! Не делай поспешных выводов, — подметив мой скептический взгляд, сказала эсте Аунт. — Надень сначала, я активизирую карман.

Послушно перекинув длинный ремешок сумочки через шею, вопросительно уставилась на гномку. Та провела рукой над кожаной поверхностью. Края ридикюльчика засветились, проявив над всей его боковой поверхностью рисунок. Настолько реалистичный и четко выполненный, что я поразилась. Внутрь сумки вел длинный коридор, стены которого заполняли различных размеров полки. Пустые, правда, но все же. А вот конца коридорчика я так и не увидела.

Пока пялилась на рисунок, гномка бормотала странные заклинания. Затем взяла мою руку и уколола палец тонким шильцем, возникшем из ниоткуда. Я даже пискнуть не успела, как она выдавила каплю на картинку. Кровь стремительным ручейком заполнила весь контур рисунка. Тот вспыхнул и тут же погас, явив ровную поверхность теперь уже серой сумочки.

— И что теперь? — спросила я, машинально сунув уколотый палец в рот.

— Что за детство, Суворова, — мадам Аут покачала головой.

Она вытащила мой палец изо рта, поднесла к себе, подула. Порез тут же затянулся, не оставив даже намека на рану.

— Ого! Как вы это сделали?

— Что? Совсем ничего о магии не знаешь?

Я кивнула.

— Базовые заклинания. Ничего. Скоро и ты так сможешь. Так, чего ждешь, — спохватилась она, — складывай вещи в сумку, и пойдем заселяться.

Я уставилась на гномку, как баран на новые ворота.

— И этого не знаешь? Бедняжка. Из какой глуши тебя привезли?

— Из дремучей, — фыркнула я.

— Оно и видно. В твою сумочку влезет вся эта башня, если силенок запихнуть хватит, конечно. Ты коридор видела? Полки?

— Ну, видела.

— Без ну. Подносишь вещи к сумке. Или сумку к вещам. И представляешь, что все они по полочкам раскладываются. Советую привыкнуть сразу сортировать. Если начнешь валить в одну кучу, рискуешь не найти того, что может понадобиться.

Фигассе! Это ж сколько всего там можно спрятать!

Поспешив последовать совету гномки, я поднесла сумку к стопке вещей. Тотчас полыхнул огнем контур хранилища и открылся уже знакомый коридор. Я мысленно перенесла всю стопку на ближайшую полку. Надо сказать, как вытянулось мое лицо, когда вещи исчезли из поля зрения. Розовый чемодан тут же запихнула как можно дальше.

— А доставать как?

— Помнишь, куда положила?

— Да.

— Вот и подумай, что берешь из полки, к примеру, полотенце.

Я подумала. Рядом с сумкой, полыхнувшей контуром, возникло полотенце. Подхватить его мне и в голову не пришло. Поэтому оно шмякнулось на пол.

— Ничего. Научишься. Это легко.

Трудно не согласиться. Особенно после наглядной демонстрации. Я стиснула сумочку, сознавая, что ни за что не отдам такое сокровище. С виду — тонюсенькая, а влезает вагон.

Мечта-а-а. Пожалуй, мне здесь нравится.

— Пойдем, скоро закат. Нужно тебя в комнату определить, — оторвала от раздумий эсте Аунт.

Я молча пошла за ней. Эта женщина мне определенно нравилась. Объяснила. Помогла. Без жеманства и заносчивости. Даже прозвище не буду давать. Хотя нет, мадам Аут ей подходит. И необидное, ведь.

— Поздновато ты прибыла, Суворова. Девчонки уж расселились. Подружиться успели.

Ага. Мне это не грозит. А насчет поздновато, так и не собиралась вроде.

Тем временем эсте Аунт рассказывала, как тут все обустроено. Комнаты располагались блоками.

Ничего не напоминает?

Блок рассчитан на четверых. Между комнатами смежное помещение наподобие гостиной, а также туалет и душ. Первый этаж занимают девочки, второй — мальчики. Лестниц между этажами нет. Во избежание, так сказать. Просто мальчишек, через поручень, который настроен на каждого постояльца, переносит сразу на второй этаж. Если нужно кого-то провести, то достаточно назвать имя. Для гостей противоположного пола необходим пропуск. По такому принципу обустроены все общежития комплекса.

Вот ведь система! Тут за шоколадку или коробку конфет не пропустят. Ну, мне и волноваться на этот счет незачем. Противоположный пол от меня шарахаться будет. Особенно при наличии такого количества красоток.

Пока мы шли по коридору, я видела многих девушек. Люди, эльфийки, вампирши, дроу, демонессы. Остановившись у дальнего блока, отметила, что он самый выгодный. Никто не шныряет, от начальства в виде той же эсте Аунт далеко. Даже обрадовалась, что мне повезло. Ага.

Комнату, в которую мы зашли, занимала одна девушка. Судя по всему, ее это устраивало. Она сдвинула узкие кровати, заняла вещами все полки на стене. Расставила маленькие безделушки. Все здесь кричало о том, что хозяйка тут одна. И ей это нравится.

— Адептка Дхарас, темного вечера, — поздоровалась гномка с девушкой, которая с недовольной миной взирала на нас.

— Темного.

— Знакомься: Алена Суворова, твоя соседка. Потрудись освободить ей место.

— Что? — девушка уставилась на меня, как на грязь, что нечаянно запачкала носок туфельки, — эсте Аунт! Мне тесно и без бегемотов. Тут же ступить некуда будет, если эта жирная корова здесь разляжется.

А вот это она зря. Мадам Аут не стоило говорить о лишнем весе. Пусть даже у других. По себе знаю, как это задевает.

— Клода! — эсте Аунт, оказывается, могла надавить авторитетом, — здесь не дворец! Тебе ясно дали понять, что если появится новенькая, то займет свободное место.

Меня прожгло ядом фиолетовых глаз. Сама того не желая, нажила врага. Тем более такого, от которого предостерегла Эви. Хотя, она и предполагала, что так получится, если только в комнате Клоды оставалось свободное место.

— Эсте Аунт, — тихо позвала я, — может, есть другой вариант?

— Нет других. Восемь блоков. Тридцать одна девушка.

— Нда, чем жить с такой соседкой, лучше уж в банке с пауками, — буркнула я, представляя, как мне ежедневно будет портить жизнь эта фифа. Подружиться с ней не представлялось возможным.

— С пауками, говоришь? — Клода хищно улыбнулась, продемонстрировав два острых клычка. — Эсте Аунт, — голос у девушки стал тягучим и сладким, как патока, — вы запамятовали. У нас тридцать две девушки. Эта, — до меня снизошли пренебрежительным кивком, — тридцать третья. Может, ее поселить вместе с Аркханной?

— Согласна.

Вспомнив ту девушку, что помогла мне на входе, я была только счастлива, окажись с ней в одной комнате.

— Уверена? — гномка удивленно воззрилась на меня.

— Да. Я видела ее. Приятная девушка.

Клода чуть не хрюкнула от радости.

— Вот видите, эсте Аунт, все и решилось. Новенькую поселите к Аркханне. Она согласна и не передумает, правда? — в последних словах чувствовалась неприкрытая угроза.

— Д-да, — запнулась я с ответом.

Что-то подозрительна реакция на Аркханну. Гномка удивилась, а Клода просто захлебывается от предвкушения какой-то пакости.

— Что же, раз так, пойдем, — согласилась мадам Аут.

Видать, эта Клода непроста, раз даже такая, как комендантша перед ней пасует. Или дело в происхождении девушки? В связях?

Вернувшись в вестибюль, мы остановились у дверцы под лестницей. Гномка постучалась.

— Аркханна, к тебе можно?

— Да, конечно, — послышался тихий и слегка встревоженный голос девушки.

Мы вошли. Узкий коридор и двенадцать ступеней привели в гостиную. Нехитрая мебель, камин. Просто, но чистенько. Аккуратно.

— Аркханна, это Алена Суворова. Новенькая. Она будет жить с тобой.

— А ты не против? — поинтересовалась у меня девушка.

Я видела, что она удивлена. Но неприязни не почувствовала. Скорее любопытство.

— Нет, — я постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее.

Да, еще утром у меня улыбки номеровались, когда хотела чего-то добиться. За маской легко было скрыть фальшь. Попав сюда, нутром чувствовала, что здесь такое не прокатит. Только искренность, если действительно хотела подружиться. А я хотела.

— Хорошо, эсте Аунт, — ответила девушка, — буду только рада соседке.

— Вот и ладно. Оставлю вас. Познакомьтесь. Поболтайте. Только не допоздна. Подъем здесь в семь. Завтрак с половины восьмого до половины девятого. Занятия начинаются в девять. Не опаздывайте.

Гномка ушла, оставив меня обживаться. Я замялась в нерешительности. Девушка присела на краешек диванчика и с любопытством на меня посмотрела.

— Надеюсь, не потесню тебя, — миролюбиво сказала я, — покажешь, что здесь есть? Где моя кровать?

— Комната, — поправила Аркханна, — пойдем.

О! Об этом можно только мечтать. Отдельная комната. Просторная, уютная. Видно, что помещение недавно ремонтировали. Новая кровать, письменный стол, пара стульев, шкаф для одежды. Просторная ванная. Не душ, заметьте. Ага, я бы назвала это бассейном. Туалет. Сантехника аналог земной, так что в этом плане можно было не волноваться. Единственное, что напрягало — отсутствие окон. Но с этим можно было примириться. Комната Аркханны находилась рядом. Только девушка почему-то не показала мне ее.

Ну, да ладно. Успеется.

Вообще, у нас с соседкой была, если можно так выразиться, полноценная трехкомнатная квартира. Даже кухонька имелась. С конфорками, столом и раковиной. Из гостиной можно было попасть во все помещения. Выход единственный. Тот, что вел к проходу под лестницей. Недостаток солнечного света компенсировался обилием светильников, которые зажигались, стоило только ступить в интересующем направлении.

В итоге я осталась довольна новым жилищем. Немного поболтав с Аркханной о разных пустяках, даже перестала таращиться на ее глаза.

Ну, необычно же! Красные как кровь.

Минут через десять, сославшись на усталость и долгий день, отправилась к себе. Быстренько приняв душ, завалилась спать.

Глава 6

Проснулась я рано. Сработала старая привычка. Сначала испугалась, увидев незнакомую обстановку, а потом вспомнила: суматошный день, перевернувший все с ног на голову. Я даже толком не осознала, каково это — снова стать семнадцатилетней? Кто-то скажет, что о таком можно только мечтать. А я не соглашусь. Это тот возраст, в котором твердо решила изменить свою жизнь. И у меня это получилась. Трудом. Слезами. Потом. Я пробивалась, искала свой путь в жизни. И нашла. В свои тридцать четыре добилась многого: успешной карьеры, независимости, собственного жилья, семьи. Пусть и не совсем правильной, но моей. Вероничка — как сестра, а Алена — дочка. В детстве она часто называла меня мамой. Мне нравилось. И где же теперь оказалась успешная женщина, высокооплачиваемый дизайнер, Светлана Олеговна Пыльнева? Даже имени не осталось.

Что делать? Выживать. Учиться. Вновь пройти тяжелый путь. С каждым новым днем бороться с главным противником — собой. Может, это и неправильно, считать свое тело врагом. Но я-то знаю, что, однажды победив его, оно становится лучшим другом. Гордостью. Силой. Я решила принять все, как есть. До тех пор, пока не найду способ вернуться.

Приняв контрастный душ, в очередной раз порадовалась, что поселилась с Аркханной. Клода бы точно терроризировала. И очередь в ванную пришлось бы занимать с самого утра. А соседку и неслышно даже. Кстати, пора разбудить соню. Завтрак я пропускать не собиралась.

Намотав на мокрые волосы тюрбан из полотенца, направилась к Аркханне. Постучала. Ответа не последовало. Решила войти.

Чего я там не видела?

Распахнув дверь, сделала всего один шаг, прежде чем завизжала так, что зазвенело в ушах. Показалось, что сердце выпрыгнет от страха.

В комнате не было мебели. Голые стены и камин. Но! Все пространство было опутано самой настоящей паутиной. Главный ужас вызывало то, что висело в центре: гигантский паук с клыками, венчавшими щупальца на морде, и мясистыми конечностями, покрытыми хитином. На внутренней стороне лап виднелись многочисленные присоски, поблескивающие какой-то отвратительной слизью.

Визжала я долго, пока не охрипла. За все это время паук не пошевелился. Даже неинтересно. Настолько, что я заткнулась.

— Прости, — прошелестело в воздухе.

Я замотала головой, пытаясь понять, откуда звук. В сетях паутины заметила тушки зверей. Некоторые из них превратились в скелет, другие выглядели «сочнее». И тут до меня дошло:

Эта тварь сожрала Аркханну! Гадство! Единственная, кто отнесся ко мне по-человечески. И ее сейчас переваривают.

Опрометью бросившись на кухню, вооружилась самым большим ножом, что нашла, и помчалась обратно. Паук уже сместился к двери.

Тем лучше!

— Признавайся, мерзкая паучья морда, где Аркханна? — просипела я, — если ты хоть пальцем, тьфу ты, лапой ее тронул, покромсаю на куски!

Для верности помахала ножиком перед собой.

На морде полыхнули алым глаза. Сетчатые такие. На полголовы.

— Я не уйду, пока не найду Аркханну! — решимости мне не занимать, хотя коленки подгибались от страха.

Я полоснула по ближайшей нити паутины. Ага. Ножичек издал противный скрип. А нить даже не шелохнулась.

Вот хрень!

— Ну, пожа-алуйста. Она хорошая. И совсем невкусная. Отдай ее, а? Хочешь, раздобуду тебе кого-то другого, вместо нее. Клода бы подошла.

Паутина вдруг завибрировала. Монстр подобрал средние конечности к брюшку. При этом нижние лапы уперлись в пол, поднимая тушу под потолок.

Сейчас меня будут жрать!

Я попятилась, не сводя глаз с паука. А тот вдруг стал стремительно уменьшаться в размерах, обретая вполне человеческие формы. Скоро передо мной, стыдливо прикрывая интимные места, стояла обнаженная девушка.

— Аркханна?

Я глотала воздух, пытаясь осознать, что на моих глазах гигантская мерзость превратилась в человека. Мою соседку никто не думал трогать, потому как она и есть та самая тварь. Паучиха!

— Это т-ты?

Глупо, если и так вижу, что она. Но поверить трудновато. Сказывался недавно пережитый шок.

— А п-предупредить нельзя было?

— Я думала, ты знаешь, — виновато ответила девушка, — прости, что напугала.

— Прощаю, — пробормотала я, — надо же, паучиха? Где такое встретишь? Жесть.

— Теперь ты переедешь?

Я в недоумении посмотрела на соседку.

— Зачем? Мне и тут нравится. Никуда не хочу переезжать.

— И тебя не смущает это? — Аркханна указала на комнату позади себя.

— Эмм, если ты не собираешься подвесить меня на паутине и съесть, то нет.

— Правда? — девушка расцвела улыбкой, — буду очень рада, если останешься. А что тебе понадобилось в моей комнате?

— Ничего. Собиралась на завтрак. Тебя вот с собой хотела позвать. Ну, ты, наверное, не ешь такую пищу.

— О, с удовольствием составлю компанию. У меня особый рацион, но могу попробовать и другую еду.

— Что ж, тогда одевайся. Жду тебя в гостиной.

Зайдя в свою комнату, перевела дух. День определенно задался. Теперь понятно, откуда у Клоды была такая ухмылка. А мой крик разве что глухой не услышал. Интересно, сильно она удивится, когда увидит нас на завтраке?

Как могла, высушила волосы полотенцем. Расчесала гребнем, обнаруженным в ванной комнате. Заплела жиденькую косичку. Достав из пространственного кармана второй комплект формы, оделась. Не забыла про мантию и сумку-карман. Когда вышла в гостиную, Аркханна уже ждала меня.

— Пойдем? — я ободряюще улыбнулась девушке.

Нда. Наше появление в вестибюле прошло в полном молчании. Мы же, не обращая ни на кого внимания, направились к выходу.

Ага. Такого никто не ожидал.

А что? Аркханна отличная девчонка. А то, что паук, — без разницы. Для меня все они в диковинку: эльфы, дроу, вампиры, демоны. Еще неизвестно кто из них опаснее.

Глава 7

Столовая располагалась за Аметистовой башней в двухэтажном строении. Адепты питались на первом этаже, преподаватели — на втором. Помещение вмещало в себя до двухсот человек одновременно. У стойки с едой мы с Аркханной взяли подносы и встали в общую очередь. Пользуясь моментом, я разглядывала учащихся. К моему неудовольствию, толстух вроде меня не было. Наоборот, будущие марги как на подбор подтянутые и стройные. Необычные.

Может, даром действительно наделяются те, кто внешне привлекателен? Естественный отбор? Наследственность?

Мантии не могли спрятать гибкие тела девушек и крепкие мышцы парней. Разные лица, расы, цвета кожи и волос. Но неизменно есть что-то неуловимое, притягательное.

Каким же нелепым существом должна выглядеть я?

Настроение упало до нуля. Даже если похудею, всегда буду проигрывать во внешности. Слишком заурядная. Земная. Обычная.

Ох, вспомнить бы собственные слова о том, что нельзя судить по обертке. И еще бы лучше поверить в это.

Когда я набирала еду, за спиной уже слышались смешки. Несмотря на зверский голод, взяла лишь кофе и пару тостов. Подождала, пока подруга выберет, что понравится, и направилась к свободному столику.

Ну, да. Нашла я его, как же. Там, где были места, мне вежливо сообщали, что занято. И то, что меня шпыняли от одного стола к другому, кажется, превращалось в игру прогони толстуху.

Заприметив девушку, одиноко сидящую за столом, направилась к ней. Паучиха тенью следовала за мной. При ее силе и смертоносности (а они были, я почему-то не сомневалась в этом), Аркханна вела себя слишком скромно.

— Привет, — поздоровалась я, — у тебя свободно или твои друзья тоже скоро подойдут? Если так, то очередь уже три раза опоясала территорию академии.

— Нет. У меня нет друзей, — ответила адептка равнодушно, — вы можете располагаться.

— Спасибо.

Мы с Аркханной присели. А я сочла нужным познакомиться. Девушка показалась мне приятной.

— Я Алена Суворова, моя подруга — Аркханна Этра. Первокурсницы.

— Уверена, что ты именно Алена? — невинно заметила девушка.

— А как же, — не моргнув глазом, ответила я, — с самого утра.

И что? Я ж не соврала. Сегодня приняла тот факт, что у меня новое имя и жизнь. Значит, так и есть.

— А можно узнать, как тебя зовут? — отхлебнув значительный глоток кофе, поинтересовалась я.

— Кассия. Учусь на третьем курсе факультета Истины. Прорицательница.

— Круто! Ты будущее видишь?

Мне кивнули в ответ.

— И каково это — знать то, что еще не произошло?

Девушка не ответила. Вместо этого, пристально посмотрела в глаза. На секунду заглянув в зеленые омуты, почувствовала, что меня затягивает куда-то. Знакомая пульсирующая боль у висков, покалывание.

Кто-то настойчиво копался в голове.

Вспомнив совет Грейма, что не стоит сопротивляться, расслабилась. Даже решила прокрутить в памяти кое-что из новинок земного фентези. Время будто замерло. Тогда как передо мной мелькали картины батальных сражений монстров на красной планете, прекрасная графика и спецэффекты из «Аватара», нашествие зомби из постапокалипсисных фильмов. В общем, вся моя любимая жуть.

Звонкая пощечина выбила из оцепенения. Ну и со стула тоже. Отлетела на полметра. Метнула взгляд, полный злости, на обидчика.

Грейм! Кто ж еще. Гад рогатый.

— Что вы себе позволяете? — процедила я, потирая загоревшуюся щеку.

Сероглазый не ответил. Просто перевел взгляд. Я проследила за ним и увидела Кассию. Она сидела, откинувшись на спинку стула, широко открыв глаза, в которых плескался белый туман. Страшное зрелище, когда не видно зрачков. Из носа и ушей девушки шла кровь. Сама она выглядела безумной и бормотала что-то невнятное.

— Что с ней? — я мгновенно забыла о своей злости.

— Суворова, почему вы постоянно лезете туда, куда не стоит?

— Может, потому, что один раз за меня уже сделали выбор? — огрызнулась я.

— Что теперь объяснять ректору?

— Вы думаете, это я виновата?

— Но она же ваше будущее пыталась прочесть.

— Да что…

Я заткнулась под уничижительным взглядом, который красноречиво давал понять, чтобы не трепала лишнего.

— Идите на занятия, адептка. Потом жду вас в своем кабинете.

Грейм подхватил тело Кассии на руки и понес к выходу. Тут только заметила, что в столовой воцарилась мертвая тишина. Взгляды адептов были устремлены на меня. В них читались недоумение, восхищение, страх.

— Пойдем на занятия? — спросила Аркханну, нарушив установившееся молчание.

Подруга торопливо встала, и мы вышли.

— Чего это они все на меня так смотрели?

— Может, потому, что ты показала всем то, что нас ждет, — прошептала Аркханна.

— В смысле показала?

— А ты не видела, что происходило, когда Кассия вторглась в твой разум?

— Нет. Только она не вторглась. Я сама пустила. А чтобы не было скучно, показала парочку фильмов.

— Что такое фильмов?

— Это вымышленные картинки из жизни. У нас такие показывают людям, чтобы развлечься. На самом деле ничего этого нет. Все ограничивается лишь фантазией режиссера.

— Где это у вас? То есть, все эти ужасы с уничтожением планеты и других рас — вымысел?

— Аркханночка! Блин, язык сломаешь. Можно я буду называть тебя Аней? — не дожидаясь ответа, продолжила, надеясь, что подруга не заострит внимания на оговорке о моей планете, — все это плод коллективного помешательства.

За разговором мы добрались до Черной башни. Поручень перенес на учебный этаж.

— Если так — хорошо, — Аркханна с облегчением выдохнула, — нам сюда, — указала она на аудиторию.

Лекцию я слушала с большим вниманием. «Основы магии» шла ознакомительным курсом. Вел его Декарин ди Мирренель, эльф с темно-русой шевелюрой до поясницы. Его роскошные волосы были заплетены в мелкие косички и перехватывались в объемный хвост кожаным шнурком. Светло-голубой камзол и приталенные брюки подчеркивали худощавую фигуру. Юношеское лицо светилось мудростью и пониманием мужчины, имеющего за плечами не один десяток лет.

Димарг Мирренель мелодичным голосом начитывал материал, подкрепляя слова схемами и таблицами, которые чертил на доске. Считалось, что адепты уже знакомы с простейшими заклинаниями. А вот мне все было в новинку. Я впитывала знания с интенсивностью губки. Аня одолжила мне тетрадь и самопишущее перо. Промучившись с ним минут десять, я кое-как приспособилась и с усиленным рвением принялась конспектировать.

Следующей парой была нечисть. Вела занятия Берита тер Болдри — демоница. Она сразу предупредила, что не потерпит пренебрежения к предмету. Каждое опоздание будет строго наказываться. Ну а пропустить пару можно только в случае смерти. И то, если хороший некромант не оживит. К слову сказать, термарг вела урок интересно. Особенным вниманием и усердием блистали парни, не сводящие горящих глаз с преподавательницы. Белоснежные волосы составляли резкий контраст со смуглой кожей и яркими голубыми глазами. А маленькие рожки и язычки пламени, срывающиеся с кончиков ногтей, когда вейра Берита увлекалась рассказом, приковывали завистливое женское внимание.

Нечисть нам предстояло изучать три курса, независимо от выбранного направления. Пока же начали с простейших существ, которые встречались в империи и были относительно безобидны. Мы подробно записывали внешний вид, строение и тут же разбирали несколько способов устранения тварей. Удобно.

Занятия мне понравились. Даже не так. Все то, что рассказывали на уроках, было просто необходимо знать будущему маргу. Ни в одном земном вузе не обучали такому. А учиться я полюбила еще со школы. Впервые я поймала себя на мысли о том, что не так уж и плохо снова стать молодой студенткой (или адепткой, в моем случае).

Брр, нет. Не поддаваться. Прочь такие мысли! А то еще вдруг решу тут остаться.

Следующей парой шла Топономика. Нечто среднее между географией, историей и политологией. Преподавал предмет Агнис а Кареналь. Человек. Обычной внешности. Невысокий. Плотного телосложения. С вьющейся шевелюрой и кучерявой бородкой. Приставка «а» к фамилии говорила о том, что Агнис владел только одной из стихий.

На уроке рассказывалось о мире, в который я попала. Назывался он Альвадис. Континент, соответственно Альвадией. Материк был поделен между шестью крупнейшими империями. На северо-востоке Сертея — царство драконов. На севере — Линория, населенная эльфами. Юго-запад — Доррия с крайне агрессивными жителями. Доррийцы отличались жестокостью и кровожадностью. Даром что ли, вампиры. Юг принадлежал берканцам — оборотням. Страна — Беркания. Запад и юго-запад обжили дроу. Лидейра считалась второй мощнейшей империей. После драконьей, конечно. Ну а центральную и часть западной территории занимал Ортан. Самое лояльное и прогрессивное государство. Основная раса жителей — обычные люди. Но здесь приветствовали гражданина любой империи. Лишь бы платил налоги и вел законопослушный образ жизни. Бразды правления в Ортанской империи принадлежали демонам.

После третьей пары мы с Аркханной отправились пообедать. На этот раз надо мной не насмехались, но смотрели, будто на неведому зверушку. От этого было только хуже. Кусок в горло не лез. Оставив на тарелке большую часть еды, поспешила уйти. Подруга последовала за мной.

— Не знаешь, — спросила я, когда мы оказались на улице, — есть тут лазарет? Ну, или то место, где больные содержатся?

— Так, в Целительской башне, — ответила Аркханна, — а что?

— У нас же есть время до начала следующей пары? Хотела проведать парня, с которым вчера столкнулась. Ферт, кажется. Друг Эви.

— Уверена, что это хорошая идея? Эльфийки ревностно относятся к подобному вниманию. Да и с Фертом вряд ли что-то серьезное. Он же лучший ученик на курсе. К тому же под покровительством самого декана Смерти находится.

— Кого? — я закашлялась. Слишком зловеще прозвучало имя.

— Ну, вейра Транера тер Шатейяна, декана факультета Смерти, — разъяснила Аркханна.

Выбрав направление в сторону Зеленой башни, уточнила еще ряд вопросов.

— Покровительство? В каком смысле?

— Тер Шатейян относится к правящей семье империи. В Ортане есть практика, когда демоны оказывают людям покровительство. Ну, или защиту. Это дает исключительные привилегии подопечному. Ферт уже числится работником Особого отдела службы Закона.

— А что взамен? Не верится, что подобные блага ничего под собой не подразумевают.

— Такой человек находится в полной власти демона. Исполнит любой его приказ.

— И что же здесь хорошего? Разве это не рабство? Полная власть одного существа над другим.

— Алена, — подруга улыбнулась, — ты умудряешься найти проблему там, где ее нет. Демонам нет нужды в ТАКОЙ власти. Зачем? Они и так могущественнее. За все время существования нашего мира, маргов, что могли сравниться с ними в силе, можно по пальцам пересчитать.

— Тогда зачем им это?

— Талантливые марги на вес золота. Как правило, они занимают высокие посты в любой из служб. Связь же с демоном гарантирует преданность и неподкупность.

— Удобно. Ничего не скажешь, — хмыкнула я, — заранее связать обязательствами тех, кто может представлять хоть малейшую угрозу власти.

За разговором мы незаметно преодолели огромный двор и оказались перед входом в башню Целителей. Портальный поручень перенес на этаж, где располагался лазарет, стоило только назвать имена и того, к кому мы пришли. В коридорчике я увидела Эви. Она сидела под дверью и изо всех сил прислушивалась к тому, что творилось за ней. Ее эльфийские остренькие ушки были приподняты вверх и нервно подергивались.

— Привет, — я плюхнулась на скамеечку рядом с девушкой, — ты чего тут сидишь? Подслушиваешь?

Эвиления вздрогнула. С удивлением уставилась на нас.

— Вы чего здесь забыли? — прошептала она.

— Так, Ферта проведать. А Аркханна со мной за компанию пришла. Кстати, как он там?

— Полное опустошение силовых каналов, — чуть не плача поделилась Эви, — еще бы чуть-чуть и не выкарабкался.

— А кто у него? Можно нам зайти, поддержать? — поинтересовалась я.

— Нет. Там наставник Ферта. Он лечит его, делится силой.

— А так можно? Надеюсь, Ферт справится. Жаль его.

— Почему?

Не поняла, что вызвало недоумение эльфийки, и вопросительно на нее посмотрела.

— Почему ты пришла? Он. Мы… Ферт вчера сорвался и мог навредить тебе.

— Ты, хотела сказать, мог убить меня? — поддела Эви, — да. Но я тоже хороша. Спровоцировала конфликт. Но не хотела, чтобы Ферт пострадал или… погиб.

— Ты запала на него? — ревностно предположила блондинка.

— О! Нет. Как ты могла подумать? Просто беспокоюсь, — я даже смутилась.

Теперь идея навестить парня выглядела глупой. Что еще можно подумать, если пришла узнать о здоровье того, кто вчера меня чуть не угробил?

— Ладно, мы, наверное, пойдем. Скоро пара начнется.

В это время дверь отворилась, и на пороге показался посетитель. На секунду он замер на пороге, окинув нашу троицу внимательным взглядом. Потом уверенным шагом направился к выходу. Ни приветствия, ни слова, ни эмоций.

Я медленно осела на лавку, с которой только привстала. Сердце ухнуло, а в груди защемило так болезненно, что пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать.

Это он. Мужчина моей мечты. И я только что влюбилась. С первого взгляда. Окончательно и бесповоротно.

Смуглая кожа. Удлиненный, немного хищный нос. Некрупные с чувственным изгибом губы. Раскосые темные глаза, в которых, казалось, плещется бездна. Смоляные волосы, чуть вьющиеся, непослушные, собраны в хвост на затылке. Черный камзол только подчеркивал экзотическую внешность мужчины и сидел на фигуре идеально.

— Кто это? — шепотом спросила я, удивившись, куда пропал голос.

— Декан факультета Смерти Транер тер Шатейян.

Я даже не поняла, кто из девушек ответил, продолжая смотреть на то место, где только что прошел мужчина.

Транер тер Шатейян, — повторила необычное имя, отпечатывая его в памяти.

— Эй! Очнись, — Эви тронула меня за плечо, — отомри! Не вздумай влюбляться! Тут и так большая часть адепток с ума по нему сходит. Но в этом случае без вариантов. Еще ни одной не удалось привлечь его внимание. Так что, выкинь из головы.

— А? — я рассеянно посмотрела на эльфийку.

— Заглянете к Ферту?

— Н-нет. В следующий раз. Не лучшая была идея.

— Мы пойдем, — завершила разговор Аркханна. Схватив меня за рукав, она потащила к выходу. Я не сопротивлялась. Все мысли были сосредоточены на одном безумно привлекательном демоне.

Глава 8

Новую пару по защите от нападений, то есть по щитам, я практически не слушала. Отрешенно записывала схемы и формулы, абсолютно не в силах сосредоточиться. Вновь и вновь воспроизводила в памяти образ Транера тер Шатейяна, не в состоянии выбросить красавчика из головы. Какая-то часть меня осознавала, что никогда такой мужчина даже не взглянет в сторону невзрачной человечки. Да что там. Я бы не заинтересовала его, будучи самой собой из недавнего прошлого.

Горько. Обидно. Мучительно.

Но ничего не могла поделать. Это было выше моих сил. Чувство накрыло так стремительно, что я не успела защититься. Впервые «заболела» кем-то настолько сильно, что чувствовала физическую боль. Руки ломило от невозможности прикоснуться к предмету обожания. Губы искусала в кровь, злясь на то, что никогда они не смогут коснуться бронзовой кожи моего идола. Не представляла, что желать кого-то, настолько болезненно. Снова вернулась неуверенная и комплексующая девушка, какой была в школе. Та же беспомощность, обида на весь мир и осознание собственной ничтожности. Но мне-то ведь давно не семнадцать. Я знаю, какой могу стать. Помню, каково это — чувствовать себя привлекательной и желанной.

Так что же со мной творится? Дура! Идиотка. Сумасшедшая, — твердила я и продолжала мечтать о несбыточном.

Последней парой шла физподготовка. Нам дали возможность переодеться в свободные брюки, легкие туники и специальную обувь, напоминающую земные кроссовки. Преподаватель, тот самый красавчик-дракон, которого видела накануне у тела Ферта, Нештар Дайонг, с первого занятия собрался превратить нас в спортсменов. Началось все с пробежки. Внутренний двор Черной башни показался бесконечным и постылым. Особенно когда я пробегала его в пятый раз.

Ну, пробегала, громко сказано. Последний круг чуть ли не ползла. Во рту пересохло. А шум в голове вытеснил даже мечты о декане Смерти.

Затем последовали упражнения на укрепление мышц: приседания, прыжки, растяжки.

Недоделав заданного комплекса упражнений, рухнула на землю. В этот момент сильно пожалела, что не умерла при вчерашнем нападении. Я ненавидела академию. Драконов. Демонов. Особенно одного. Сероглазого. Из-за которого со мной и случились все эти неприятности.

В комнату вернулась только стараниями Аркханны.

Вот кому повезло! Она даже не запыхалась после всех упражнений димарга Дайонга. Мне бы так.

Сгрузив меня на кровать, Анька присела на единственный стул в комнатке.

— Алена, ты как?

— Ужасно, — призналась я, — если так будет каждое занятие, не выдержу. Спасибо за помощь.

В порыве благодарности, потянулась к девушке, чтобы коснуться руки. Аркханна отпрянула.

— Ты чего?

— У нас не приняты прикосновения. Особенно между особями одного пола.

— Но ты же чуть ли не несла меня на себе!

— Это вынужденная необходимость. И преподаватель видел, как я помогаю тебе.

Чего-то не поняла. Помочь можно, а прикоснуться нельзя. Хм. Что все это значит?

Несколько минут молчала, потом все же высказала свои мысли.

Анька тяжело вздохнула:

— Ладно. В любом случае скоро узнала бы.

— Да о чем ты?

— По условиям контракта на обучение, представителям нашей расы запрещено прикасаться к другим ученикам. Под угрозой исключения.

— И за что же такое счастье на тебя свалилось?

— В силу нашей природы, — девушка отвела глаза в сторону, не выдержав моего пристального взгляда, — аракниды хищники. Это заложено на уровне инстинктов, и контролировать очень сложно. Так вот, когда мы прикасаемся к человеку, то вытягиваем всю его энергию. Жизненный потенциал. Магию, которая, кстати, считается особым деликатесом.

— Охренеть! — я зависла.

Передо мной сидела обычная с виду девушка. А на самом деле, опасная и смертоносная. До дрожи в коленках.

— И ты могла бы убить меня?

— Я не хочу этого, — ответила Аркханна. В голосе чувствовалась такая печаль, что невольно пожалела ее. — У аракнидов нет друзей или близких. Есть семья. Но до тех пор, пока не минует совершеннолетие. Дальше клан. Там все сами по себе.

— Это ужасно. Вы все такие? Одиночки?

— Все. И это не так страшно, как звучит. В Аракине мы редко принимаем человеческую форму. Некоторым это и не под силу. А в другом теле преобладают совершенно иные эмоции. То есть, наоборот, они отсутствуют. Мы подчиняемся инстинктам. Есть только пища. Доступная и не очень. Съедобная и… очень съедобная. В общем, мы всеядны.

После этих слов невольно вжалась в кровать. Получается, когда я вошла в комнату Аркханны, то была на волосок от смерти? Почему же никто не предупредил? Даже эсте Аунт промолчала.

— Но ведь ты же можешь контролировать свой… аппетит?

— Только когда уже сыта. В остальных случаях кормление происходит вне зависимости от моего желания.

— Не хочешь ли ты сказать, что уже питалась мной?

— В тебе маловато магии. Ты же еще не инициирована.

— Вот те раз! — чуть не задохнулась от возмущения. Во-первых, меня уже попробовали, даже не спросив разрешения. Во-вторых, я еще и не подхожу всеядным тварям? Это уже перебор! Обидно даже. — И как часто тебе приходится… ну…

— Раз в два — три дня. Это чтобы никого случайно не выпить. А дома, бывало и по месяцу приходилось голодать. Тогда мы становимся очень опасными для любых живых существ. И неживых тоже.

Нда, лучше не знать, на что способна голодная аракна. Что она сказала про неживых? Не поняла.

Озвучила вопрос Аркханне.

— В Срединной пустоши обитает много нежити. Старый разлом, из которого просачивается полчища чудовищ, обеспечивает нас бесперебойным питанием. Но у существ низшего мира можно забрать лишь энергию. Тела непригодны в пищу. Мы ж не падальщики, чтоб гнильем питаться. А нам иной раз хочется свеженького мясца… — девушка запнулась, сообразив, что я-то как раз и была для нее этим самым мясцом.

Ну вот. Что на это сказать? Как теперь жить с Анькой под одной крышей? Да я ж каждую ночь трястись буду.

— Не бойся. Я ни за что не наврежу тебе. Пожалуйста, Алена, не уходи.

В глазах девушки блеснули слезы. Всхлипнув, она продолжила:

— Не представляешь, как я счастлива оттого, что ты рядом. Многое отдала, чтобы чувствовать себя нормальной. Я так боялась момента, когда ты все узнаешь.

— Но ты же не думала, что такое можно долго скрывать?

— Нет. Конечно, нет. Здесь каждому ребенку с молоком матери внушают, что от аракнидов стоит держаться подальше. А ты будто не от мира сего. Но я этому даже рада.

— Не от мира, это точно. И что с тобой делать? Мне вот интересно, если вы такие опасные, как ты в Академию попала? И главное зачем?

— Длинная история, — девушка вздохнула, — но если вкратце, то я здесь прячусь.

— Ничего себе? От кого?

— От Аррана. Он мой… Эмм, как бы объяснить. Арран — самый сильный самец. Я его будущая пара. В общем, мой отец против этого союза. Но его слово ничего не значит, ведь он не один из нас. А мама, так и вовсе изгнанница.

— Погоди, твой отец не аракнид? А кто? Человек? Это возможно?

— Некромант. И довольно сильный. С мамой у них все непросто, но они любят друг друга. А я не хочу быть просто аракной. Подчиняться законам стаи, как они. Мечтаю, чтобы как мама, найти свое счастье. Жить семьей, воспитывать детей.

— Нормальное желание. Что же мешает жить, как хочется?

— Ты же видела мой истинный облик. Трудно затеряться среди обычных людей. А Арран ясно дал понять, что желает видеть меня в стае.

— Я так поняла, что твою маму изгнали за связь с некромантом. Но ты же его дочь. Зачем?

— Из-за способностей. Обычные аракниды могут принимать облик любого существа, которого когда-либо высушили. Но ненадолго. Только чтобы подобраться к очередной жертве. Папе удалось с помощью магии сдерживать мамино обратное превращение. Я же могу сколько угодно находиться в человеческом теле.

— Круто! И каково это — быть особенной?

— Непросто. Арран возомнил себя создателем новой расы аракнидов. Не без моего участия, разумеется.

— Что-то вроде племенной кобылы?

— Скорее, матки. Все зависит от того, в каком обличье происходит зачатие. Если в человеческом, то беременность протекает, как у людей. Ну а если в паучьем, то…

Аркханна недоговорила, когда в дверь постучали. Мы переглянулись в недоумении.

Кто отважился спуститься к нам?

Ну, кого ж еще могло принести к нам, как не сероглазого? За что мне это? Тут только с Анькой такие подробности выяснились, что хоть стой, хоть падай. Еще и этот рогатый приперся.

— Неважно выглядишь, — заметил Грейм, бесцеремонно усаживаясь на стул. — Дай подлечу.

И вот уже этот нахал плюхнулся на кровать и наклонился, сцапав руками мою голову. Прохладные пальцы обхватили виски и еще пару точек на лице и за ухом. Сначала тело пронзило сотнями ледяных игл. Затем обдало жаром. И не только от лечения. А оттого что некоторые сероглазые слишком тесно ко мне прижимались. Однако когда разливающееся тепло легкой волной стало смывать болевые ощущения в мышцах, я готова была вцепиться в Грейма руками и ногами.

Как мало человеку нужно для счастья.

— Спасибо, — поблагодарила искренне.

— Пожалуйста. Но не рассчитывай, что буду делать это каждый день. Просто сейчас нет времени. Нам нужно серьезно поговорить.

Аркханна, что и так неуверенно мялась у двери, пробормотав что-то, пулей выскочила из комнаты.

— Чего это она?

— Считает, что я могу обвинить ее в нарушении правил. А это немедленное исключение.

— Но она помогла мне. И ничего плохого не сделала.

— Вижу. Иначе адептка уже паковала бы вещи.

— Неужели все настолько серьезно?

— Сразу видно, что ты не с Альвадиса. Когда я сам был адептом, большую часть практики провел в уничтожении аракнидов. Поэтому не понаслышке знаком с их силой и коварством. Это хищники. Они не отягощены моралью и прочими качествами, свойственными другим расам. У них нет близких или друзей. Только потребность в пище и территории.

— Аркханна не такая, — кинулась защищать подругу.

— Как скажешь, — не стал спорить Грейм, — я пришел не за этим.

— Из-за того, что случилось в столовой?

— В том числе.

Сероглазый внимательно посмотрел на меня. Легкое покалывание в голове, да и на коже подсказало, что демон пытается меня считать. Я не сопротивлялась.

Зачем? Он и так знает обо мне все. Что нового ему откроется? Хотя…

Я обратила внимание, как вытянулось лицо Грейма. В глазах появился хищный огонек.

— Так, это ты Ферта уделала? Кто бы мог подумать.

— Я? Не-ет. Он пульнул в меня чем-то таким, что с ног сбило. А все, что произошло потом, не моя вина.

— Нет, Алена. Именно ты чуть не убила парня. Выпотрошила его мозг. Еще немного и он навсегда остался бы овощем.

— Но как? Я не могла это сделать.

— Насчет того, что не могла, ложь. А вот как… Мне тоже интересно.

Я вопросительно уставилась на сероглазого. Что толку от пустых фраз? У демона должно быть какое-то объяснение.

— Нда, — пустился в рассуждения Грейм, — магический потенциал у тебя на данный момент нестабильный. И пока средний. Точно будет известно через месяц. А вот обучаемость и способности к наукам на высоте. Плюс талант к рисованию и неуемное воображение.

— Но если у меня мало магии, то как…

— Ты ментально закрылась от декана и уделала лучшего ученика Трана?

— Кого? — я подалась вперед, услышав волновавшее имя.

Грейм воспринял мою реакцию по-своему.

— Ну, ну, не волнуйся. Даже зачатки магии позволят тебе учиться на факультете Истины. Ты станешь отличным иллюзором. Я об этом позабочусь.

— Спасибо, конечно, — я вяло улыбнулась такой перспективе, — и все же, у тебя есть предположения по поводу произошедшего?

— Счастливая случайность. А как еще это объяснить?

— А то, что Ферт кинул в меня полноценным заклинанием, что-нибудь значит? Как удалось смягчить удар?

То, какой взгляд бросил Грейм, не обрадовало. Скорее всего, ответ мне не понравится.

— Моя защита сработала. Отвела удар.

— Но…

— Да, я поставил на тебя щит и следилку.

— С какой стати? Чего ты со мной возишься? Что задумал? Признавайся!

— Ладно, — Грейм тяжело вздохнул, — я оставил свою метку на твоей ауре.

Я набрала полные легкие воздуха, чтобы возмутиться, но все слова застряли в горле. Понимала, что сейчас самый момент спустить на сероглазого всех собак, но не смогла выдавить и звука.

— Это все равно случилось бы через месяц. Но до посвящения такое не практикуется. А моя магия защищает тебя и от менталов, и от нападений.

Весомый аргумент. Но меня кто-нибудь спросил, чего хочу? Просто поставил перед фактом.

— То есть ты будешь моим покровителем? — выдавила я внезапно охрипшим голосом. Дождавшись утвердительного кивка, продолжила более громогласно, — а кто просил?

Дальше так цветасто выругалась, что у Грейма вытянулось лицо. Нда. А я начала заливаться краской. Но смущение быстро сменилось гневом.

— Ты, чертов демон, испоганил мою жизнь. А теперь еще и привязал к себе? Немедленно убирай свою метку. Она мне не нужна! И ты тоже.

— Алена, ты не понимаешь, о чем просишь.

— Да что ты! Просвети.

— Демонические метки остаются на ауре до самой смерти. Обратной дороги нет.

У меня возникло дикое желание придушить сероглазую тварюгу. Даже мышцы на руках заныли. Вкупе с той яростью, что клокотала внутри, готова была перегрызть Грейму глотку.

— Не-на-ви-жу! Ты не представляешь, насколько, — процедила я.

В подтверждение слов, послала демону такую волну ненависти, что от напряжения сдавило виски. Грейм побледнел. Его глаза сузились, превратившись в щелочки. На лбу пролегла глубокая складка.

— Убирайся отсюда!

В комнате полыхнул огонек портала, и сероглазый исчез. Только стул, на котором он сидел, с грохотом рухнул на пол. Я в изнеможении обмякла, уткнувшись в подушку. Непрошеные слезы потекли ручьем, мгновенно впитываясь в ткань.

Глава 9

Меня загнали в угол. Разрушили привычный мир. Растоптали все, чего я с таким трудом добивалась. А теперь еще будут использовать непонятно в каких целях. За что мне это? Как женщина я Грейма вряд ли интересую. В магическом плане еще непонятно. Тогда что?

В дверь тихонько поскреблась Аркханна.

— Алена, ты в порядке? Декан тер Ордленд ушел?

— Да, — ответила на оба вопроса. Голос сорвался на всхлип.

— Что он сделал? — Анька вошла в комнату и в нерешительности замерла у кровати. — Обидел, да? Не молчи, пожалуйста.

Теплая ладонь легла мне на плечо. Даже в расстроенном состоянии я насторожилась. Аркханна сама говорила, что у них не приняты прикосновения. На секунду перестала лить слезы и посмотрела на подругу.

— Я не причиню вреда. Правда. Не знаю, как у людей принято успокаивать. Хочешь, посижу с тобой?

— Спасибо, — прошептала я, накрыв ладонь девушки своей рукой, — мне сейчас нужно, чтобы кто-то побыл рядом.

— Хорошо. Мне несложно. Только когда почувствую, что начинаю тянуть из тебя силы, сразу уйду.

— Что сказал декан тер Ордленд, что ты так расстроилась? — спросила подруга, когда я немного успокоилась. — Знаю, у тебя нет причин доверять мне. Но даю слово, никто не узнает.

Я посмотрела в алые глаза аракны. Не знаю, почему, но поверила ей. Тяжело держать все в себе, следить за каждым словом. И еще сложнее скрывать что-то от того, кто искренне хочет помочь. Я рассказала Аньке все. Отдать должное, она ни разу не перебила меня. Только глаза вспыхивали огнем, когда говорила про Грейма, и что он сделал со мной.

— Как девушка, я тебя понимаю, — поддержала подруга, — сама столько мечтала о том, чтобы изменить жизнь. Академия для меня все. Если бы кто-то лишил меня этого, не знаю, как поступила. Выпила досуха. И сделала это о-о-очень медленно. Мы контролируем дозу яда, вводимую в жертву. Если впрыскивать понемногу, то агония будет длиться бесконечно долго.

— Даже так? И ты делала подобные вещи?

— Нет, — Аркханна нахмурилась, — за кого ты меня принимаешь? Я никогда бы не стала играть с едой. Не то, что Арран…

Вспомнив о враге, девушка запнулась на мгновение, а потом продолжила:

— Не понимаю, почему ты считаешь, что попасть в академию плохо. Разве ты не видишь, какие возможности это перед тобой открывает?

— Какие? До конца жизни быть марионеткой демона?

— Ты о метке? Это не такая уж проблема.

— Ты о чем? — я чуть не вцепилась в Аркханну.

— Ну, декан сам сказал способ, с помощью которого эта метка снимается.

— Кхм, умирать в мои планы никак не входило, — угрюмо заметила я.

— А никто и не предлагает делать это по-настоящему. К тому же имея под боком настоящего аракнида…

— Продолжай!

— То, что пауки высасывают жизнь, известно всем и каждому. А вот то, что мы может возвращать изъятую силу, нет, — призналась Аркханна и пытливо посмотрела на меня.

Я медленно переваривала информацию, пока, наконец, не пришла к тому, что хотела сказать подруга.

— То есть ты можешь ненадолго меня убить, а потом вернуть. Так, что ли?

— Да! — просияла девушка, — в момент смерти все метки исчезнут. Ты будешь свободна!

— Ты лучшая подруга! — кинулась обнимать Аньку. Но тут же отпрянула, натолкнувшись на ее застывшее лицо.

— Осторожнее, Алена. Я контролирую себя, но не в таком близком контакте.

— Прости, — я смущенно отстранилась.

— Есть еще одна проблема. Если ты умрешь, Грейм тут же это почувствует. А я сразу вылечу из академии за нарушение правил.

— Ох! Об этом не подумала. Да и что помешает ему поставить эту метку еще раз?

— Значит, у нас сложная задача: сделать так, чтобы декан не узнал о том, что метка снята. И при этом не подставиться.

У нас? — я почувствовала, как меня заливает волной теплоты.

— И как это сделать? Я же знаю, что для тебя значит академия. Никогда не соглашусь, чтобы тебя исключили из-за меня. Придется дожидаться окончания учебы.

— Или использовать другого аракнида.

— Но ты же единственная в академии. Вряд ли стоит ожидать наплыва студентов из Аракина.

— Мои родители приедут на церемонию инициации. Я попрошу маму. Она не откажет.

В моем сердце снова поселилась надежда.

— Только есть еще один нюанс. После возвращения ты будешь слабее котенка. В физическом и магическом плане.

— Как долго я буду без сил?

— Сложно сказать. Такого никто не делал.

— Это даже больше, чем я могла мечтать! Все нужно провернуть до обряда. Инициация покажет, что у меня нет магии. Тогда Грейму ничего не останется, как вернуть меня на землю.

— Это вряд ли. Но смысл есть. Если инициация не проявит дар, то ни одному демону не придет в голову клеймить тебя. Поверь, покровительство оказывают лучшим маргам.

Да, ситуация определенно налаживалась. Где-то в глубине души, я не так уж хотела возвращаться в свой мир. Признаться, новая жизнь казалась привлекательной. Интересной. Это же воплощение детской мечты, вживую познакомится с настоящими эльфами, драконами, гномами и прочими сверхъестественными существами. Да и образ декана Смерти прочным якорем удерживал здесь. Разум взрослой женщины понимал, что мои чувства никогда не будут взаимными. Но отказаться от малости, хотя бы видеть предмет обожания, уже не могла.

Глава 10

Ближе к вечеру мы с Аркханной посетили библиотеку для адептов, где нам выдали кипу учебников. Недолго думая, сложила всю неподъемную тяжесть в сумочку-карман.

Нда, такое сокровище на земле ценилось бы на вес золота.

Потом отправились в столовую. Поужинали. За столиком сидели одни. Кассия так и не появилась.

Надо бы узнать, как она.

Ну а после отправились в Целительскую башню. Идея навестить Ферта принадлежала мне. Ага. Я втайне надеялась увидеть там покровителя некроманта. Глупость с моей стороны. Но ничего не могла с собой поделать.

Эви мы застали у постели больного. Она тихонько сидела рядом с парнем, держа его за руку. Ферт выглядел плохо. Под глазами залегли круги, лицо осунулось, заострив черты. И только взгляд, которым он одарил меня, полыхнул ненавистью.

Я даже отшатнулась.

— Это ты, — разочарованно протянула Эви, отвернувшись, чтобы скрыть слезы. Но такие вещи подмечаются с одного взгляда.

— Привет. Что-то случилось? — поинтересовалась я, кляня себя за очередную глупость. Кто сказал, что мне здесь будут рады?

— Дар Ферта перегорел. Он больше не темный. Тер Шатейян в ярости.

От новостей едва не сползла по стенке.

— Что значит, не темный? — вмешалась в разговор Аркханна. По ее ошарашенному лицу поняла, что она удивлена не меньше моего.

— А дар перегорел совсем? — спросила одновременно с подругой.

— Это не поддается объяснению, — начала было Эви, но осеклась, посмотрев на больного, — дорогой, все равно новости скоро разнесутся по академии. Нет смысла скрывать.

Парень поморщился и слабо кивнул.

— Ферт больше не темный маг, и никогда не станет некромантом. Но у него проявился дар огня. Довольно сильный. И светлый.

— Э-э-а… а такое бывает?

— Как видите, — Эвиления тяжело вздохнула.

— И как Ферт воспринял эту новость?

— Вообще-то, я здесь, — возмутился парень, сверкнув глазами. Пожалуй, они единственные остались от мрачного облика темного марга, — сама-то как думаешь?

— Хреново, — машинально ответила я.

— То-то и оно.

— А что говорит ректор?

— Ничего, — буркнул Ферт, — никто ничего не может понять. Такого никогда не случалось, чтобы темный марг в одночасье стал светлым. Допустимо, если б я был нейтральным или слабым. Но не с таким потенциалом! Дхарг, за что мне это?

Мне как-то некстати вспомнилось, как я, решив подлечить парня после ментальной атаки, наполнила его рану светом. Это могло повлиять на то, что произошло?

Правильно, — послышался стервозный голосок внутри меня, — так ему и надо! Не умер? Хорошо. А с таким характером и вспыльчивостью нечего в темных делать. Может, свет ему только на пользу пойдет.

— Я хотел извиниться, — прервал мои раздумья Ферт, — действовал на уровне инстинктов. Мог убить, столько силы вложил. Прости.

— Все в порядке. Я не держу зла, — заверила парня, — ты выздоравливай. А нам пора. Пока.

Подхватив подругу под руку, отчего та недовольно фыркнула, мы вылетели из комнаты. Отойдя на приличное расстояние, присела на скамеечку у стены.

— Что с тобой? — забеспокоилась Аркханна.

— Анька, это ведь я его так приложила. И светом наполнила, чтобы как лучше. Чтоб залечить все.

— Да ладно? — у подруги глаза стали круглыми от удивления, — а подробнее?

Вкратце описала все, что проделала с Фертом после нападения.

— Если ты так можешь, могу только представить, какая сила в тебе заложена, — выдала вердикт подруга, — понятно, почему Грейм метку поставил. Тер Шатейян бы тебя сразу к рукам прибрал. У него приоритет в выборе адептов.

— Что ты говоришь, Аркханна? Сама подумай, какой из меня некромант? — возмутилась я, хотя упоминание о декане Смерти заставило сердце биться чаще.

— Да неважно, какой некромант. Принадлежность к какой-либо сфере магии определится на инициации. А вот размер потенциала можно себе только представить.

— Я запуталась. Грейм говорил, что потенциал средний, а предрасположенность к магии иллюзий.

— А вот тут можно поспорить, — подруга хищно улыбнулась, — демоны говорят то, что в их интересах. Он хочет заполучить тебя под свое крылышко. А где проще контролировать и направлять? Правильно, в той вотчине, где он хозяин.

— И что это значит?

— Тебе необязательно становиться магом иллюзий. Выбери то, что хочется самой.

— И как понять, чего хочется?

— Так, у тебя на это целый месяц. Вон как ты Ферта изменила. Может, из тебя целитель выйдет первостатейный. А со способностью к иллюзиям можно в магическую косметологию податься. Это сейчас модно. Кто же откажется выглядеть лучше, чем есть на самом деле?

— А я смогу так?

— А то! Да такого мастера с руками и ногами оторвут. За полгода записываться на прием будут.

— Ты-то откуда знаешь?

— Эмм, ну, так. Попалась мне дамочка. Все не верила, что умрет. Как же, столько денег вбухала. Да и ехала как раз из Доррии, где один такой умелец ей красоту наводил.

— Аркханна, — я укоризненно покачала головой, — понимаю, что прошлое не изменить. Да и вкусовые пристрастия никуда не денутся. Только давай мы эту тему поднимать не будем?

— Извини. Как скажешь.

В этот момент дверь одного из кабинетов неподалеку отворилась. Оттуда вышел адепт в зеленой форме целителя. Темно-русые волосы, заплетенные в косу, и острые ушки не оставили сомнений в принадлежности парня к эльфийской расе. Бросив на нас любопытный взгляд, он прошел мимо.

А мы вот ни грамма не суем нос не в свое дело. Ага. В руках у эльфа был поднос с медикаментами. Он явно вышел от какого-то пациента. Так уж получилось, что нам захотелось одним глазком взглянуть, кто там, за дверью.

В комнатке, пропахшей специфическим запахом больниц, который во всех мирах, похоже, был одинаковым, на кроватях лежали девушки. При ближайшем рассмотрении, одной из них оказалась наша недавняя знакомая Кассия. Весьма бледная на вид, болезненная. На глазах повязка, пропитанная зеленоватым раствором. На столике у кровати нетронутая еда.

Еще один пациент, в состоянии которого была моя вина. Так недолго и комплексам развиться. Уж кто, а Кассия точно плохого ничего не сделала.

Присев на стул у кровати, я дотронулась до девушки. Холодная для обычного человека кожа, заставила отпрянуть. Взяв себя в руки, все же пожала хрупкие пальцы.

— Прости, — прошептала я, — не думала, что все так получится. То, что ты видела, на самом деле не существует. Если хочешь, покажу тебе свою планету. Ты ведь сразу догадалась, что я не с Альвадиса. Глупо что-то скрывать от ясновидца.

Пальцы в моей руке дрогнули. Показалось, что они даже чуть потеплели. Это ободрило.

Значит, на правильном пути.

И я стала вспоминать о доме. Есть одно место, куда мы втроем с Вероничкой и Аленой ездили каждое лето, на берегу Черного моря. Не забыла упомянуть про фильмы и что именно отрывки из несуществующих историй Кассия и увидела в столовой. Напоследок, пожелала девушке скорейшего выздоровления. И окутала мягким теплым светом, который в этот момент переполнял меня.

— Что здесь происходит? — негромкий голос заставил на секунду замереть сердце.

Попались! Что делать? — панически всполошилась я. Но, увидев того, кто нас застукал, из груди невольно вырвался вздох облегчения. Всего лишь адепт. Тот самый, что недавно вышел из комнаты.

— Привет, — я дружелюбно улыбнулась, — зашли навестить подругу. Ей нужна поддержка.

— У прорицательницы нет подруг, насколько мне известно.

— Ну, так мы недавно познакомились с Кассией.

— Многие ищут дружбы с такой, как она, — хмыкнул парень.

— Я просто беспокоилась за нее. Она ведь тут одна лежит. Никто не пришел проведать. Так?

— Больной оказывается необходимая помощь, — ответил эльф, окатив меня волной презрения, — она без сознания, поэтому вряд ли оценит ваши старания.

— Оценит или нет, неважно…

— А-а, я понял, — перебили меня бесцеремонным образом, — вы та самая первокурсница, из-за которой Кассия и получила эмоционально-энергетический срыв.

Я нахмурилась, почувствовав, что закипаю от возмущения.

Что этот лопоухий себе позволяет? Разве я виновата в том, что произошло? — язвочке внутри меня приспичило покачать права, — не просила ведь копаться в голове. Разрешение надо спрашивать. А если уж нарвались, то и обвинять нечего.

— Я не знала, что обычный обед может вылиться в такое. И уж тем более не записывалась на сеанс ясновидения. Кто в мою голову залез, тому психиатр товарищ!

Заметив, что эльфа аж перекосило от моих слов, поспешила добить, чтоб и не думал язвить на мой счет:

— Кассия без спроса вторглась в чужое сознание. А это мое. Личное. Как могла, так и защищалась. Тем более что понятия не имела насколько тут все нежные и ранимые.

— Выметайтесь отсюда! — прошипел эльф.

Ох, не люблю я, когда со мной так невежливо.

— С какой это стати?

— С такой, что я отвечаю за подопечных лазарета. А вы оказываете на больных негативное влияние.

— Ага, — меня, кажется, понесло, — то-то смотрю, пациенты под началом целителя… как вас там?

— Теворий Белладимьес адепт четвертого курса факультета целителей.

— У-у-у, как все сложно, — пробурчала тихо, — так вот, Теша, когда я сюда пришла, Кассия на поганку была похожа. А сейчас румянец на щеках появился, дышать ровнее стала. Вы ее уморили совсем своими целительскими опытами. А она живой человек, которому обычное внимание приятней каких-то там абракадабр научных.

Во загнула!

С долей злорадства отметила, как эльфа перекосило оттого, как переиначила его имя. А уж сомнения в его компетентности добавило красных пятен на идеальной бледной коже. Краем глаза отметила, что Аркханна, добровольно изображавшая предмет интерьера и не желающая участвовать в разборках, нервно хихикнула.

Эльф побагровел. Еще бы! Похоже, его оскорбили по самое не хочу. Да еще при свидетелях. Скоро у бедненького лопоушика дым из ушей пойдет.

— Ты…ты… — нервно прошипел Теворий.

Парень даже слова сказать не мог, настолько его обуревали эмоции.

А как же хваленая, ну хотя бы в книжках, эльфийская выдержка? Теша же еще и целитель. Вот интересно, сможет он навредить живому существу или это противно его природе? Устроила полевые испытания. Ага.

Но испробовать на крепость эльфийскую нервную систему не удалось. Судорожно вздохнув, Кассия резко села на кровати. Повязка с глаз спала, и я вновь поежилась, натолкнувшись на молочную пелену глаз без зрачков.

— Ил-лл-мар-рг… гибель… унесет много жизней… очень опасно, если… смерть единственный выход…

Оборвав фразу, девушка рухнула обратно на кровать. Тело несчастной забилось крупной дрожью, которая, усиливаясь, переросла в припадок. Теворий мгновенно позабыв обо всем, кинулся к больной.

— Помогите удержать ее, — отрывисто приказал эльф.

В такой момент у меня даже мысли не возникло ослушаться или возразить. И только Аркханна неуверенно переминалась с ноги на ногу рядом.

— Что стоишь столбом? Держи ноги, — это он крикнул Аньке. Та, отбросив сомнения, бросилась исполнять. — Навались сверху, иначе не получится, — это уже мне, — я постараюсь влить успокоительное.

Я обняла девушку за талию, корпусом придавила Кассию к кровати. В это время Теворий невесть откуда взявшимися ремнями спеленал пророчицу, словно ребенка.

— Можете отпускать, — разрешил эльф, зафиксировав тело девушки.

Аркханна моментально отстранилась. Я же осталась на кровати, потому что Кассия намертво впилась в запястье. Разжать самостоятельно такую хватку не смогла. Целитель только хмыкнул, увидев бесполезные попытки высвободиться.

Теворий, надавив какие-то точки на лице и шее Кассии, заставил ее разомкнуть зубы и влил в рот содержимое пузырька, который взял со столика у кровати. Прямо на глазах интенсивность конвульсий стала уменьшаться, пока они не затихли совсем. Девушка погрузилась в сон. Дыхание стало ровным. И только растрепанные волосы, лихорадочный румянец, да ремни напоминали о недавнем приступе.

— Уф, — облегченно выдохнул эльф, — кажется, стабилизировали.

— И часто такое происходит?

— Вчера днем дважды, ночью пять раз пришлось успокаивать.

— Кассию нельзя оставлять одну, если приступ повторится…

— Я и так почти сутки дежурю. Ночью вейр Тальминар сам за ней следил. Я смог пару часов вздремнуть, а потом сменил его. Амаргу еще лекции днем читать.

— А как же ты? Тебе не нужно на лекции? — удивилась я.

— Ребята дадут переписать. А зачет мне вейр Тальминар и так поставит. Оказывать помощь всем нуждающимся — долг каждого целителя.

Мне как-то резко стало стыдно за слова в адрес парня. Заявились без приглашения, нахамили, да еще и приступ спровоцировали. Вернее, спровоцировала. Аркханна ни при чем.

— Я это… — начав извинительную речь, окончательно смутилась и, кажется, стала заливаться краской. Во всяком случае, ощущение пылающих щек было четким. — Извини, что наговорила тебе всего.

Теворий не ответил, лишь странно посмотрел на меня.

— Ну, ладно. Не дуйся. Я не со зла. Просто иной раз сначала говорю, а потом думаю.

Ага. Вот давненько этим не страдала. Сказывается, видимо, подростковый возраст. Гормоны и все такое. О, господи! Вот на кой мне извиняться перед эльфом? Из книжек знаю, что самомнение у них болезненное. Выходит, оскорбила его чуть ли не смертельно. Нда.

— А что там Кассия говорила, ты разобрал? — решила сменить тему.

За собственными размышлениями не заметила, что, и эльф как-то замер.

Ушел в себя, что ли?

Мой вопрос ввел его в еще больший ступор. Я уж подумала, что стоит позвать еще кого на помощь, но Теша вдруг отмер.

— Нужно срочно позвать вейров Тальминара и Ордленда!

— Это еще зачем?

Вот только демона здесь не хватало. Очередная порция нравоучений, как минимум.

— Слова Кассии. Состояние транса. Ну, конечно. Именно это и спровоцировало новый приступ!

— Угу. Может, мы пойдем?

Кассия крепко спала. Ее мышцы постепенно расслабились, и я смогла освободить руку из ее ладони. Багровые полумесяцы от ногтей пророчицы заставили поморщиться.

Такие царапины долго заживают.

— Нет. То, что сказала Кассия по меньшей мере странно. Деканы захотят лично убедиться. Для этого нужны воспоминания всех участников.

— И сколько их ждать? — недовольно пробубнила я.

Нотаций Грейма не избежать. Это раз. А второе… Он снова будет копаться в моей голове.

— Я уже отправил зов своему куратору. С минуты на минуту они прибудут.

Куратору? Значит, Теворию покровительствует Кринель? Тот тоже от меня не в восторге. Ага. У меня теперь два недовольных эльфа. Три, если считать Эвилению. И чего мне на них так везет?

Преподаватели бесшумно возникли на пороге. Они с удивлением оценили композицию из нас троих у кровати Кассии.

— Был приступ? — поинтересовался декан целительского факультета у Тевория, кивком обозначив приветствие мне и Аркханне.

Суворова! Опять ты? — читалось во взгляде Грейма.

Пока Теша рассказывал своему покровителю, что произошло, тер Ордленд поманил пальцем, предлагая выйти в коридор. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Слушаю, — холодно сказал Грейм.

Я рассказала свою версию событий. Естественно, про то, что узнали о Ферте и моих предположениях, как пропал его дар, умолчала. Впрочем, стоило заикнуться о пророчестве, как демон весь подобрался. В лихорадочно заблестевших глазах появился странный азарт.

— Покажи. Я должен сам увидеть, — потребовал он.

Тяжко вздохнув, открыла Грейму воспоминания. Но с того момента, как мы увидели Тевория в коридоре, и зашли навестить пророчицу.

— Илмарг? Невероятно! Это же такая удача, — прошептал сероглазый, довольный, будто только что выиграл в лотерею. — Пойдем.

Схватив чуть ли не за шкирку, Грейм втолкнул меня в палату. Прикрыл дверь. Навстречу ему как раз шел Кринель. На его лице можно было прочитать все признаки удивления. Хотя от эльфов сложно дождаться проявления эмоций. Ну, если только не вывести их из себя. Похоже, я в этом искусстве достигла определенного прогресса.

— Илмарг! — сказали деканы одновременно. Видимо, Теворий только что рассказал то, что демон считал с моей памяти.

Возможно, я в комнате была самой непросвещенной. Потому как остальным известно значение этого слова. Даже Аркханна побледнела. И отчего-то все дружно посмотрели на меня.

— Чего? — огрызнулась я, — у меня третий глаз открылся? Хвост вырос? Чего уставились?

На лицах присутствующих было такое выражение недоумения, смешавшееся с восхищением и недоверием, что стало смешно. Не удержавшись, показала язык Теше.

— И это будущий илмарг? Самый могущественный марг, рожденный за последнюю тысячу лет, — как-то обреченно прошептал Кринель.

— Да объяснит мне кто-нибудь, что здесь происходит? Что вы заладили, илмарг, илмарг. Что это за зверь такой?

— Илмарг — это марг, владеющий силами четырех стихий. Универсал со способностями иллюзора и властью над светом и тьмой. Уникальный дар, — тихо пояснила Аркханна.

— Это, что ли, круто? — уточнила я.

— Опасно, — выдавил Кринель.

— Более чем, — подтвердил тер Ордленд и странно переглянулся с эльфом. Тот едва заметно кивнул.

Сверкнула вспышка портала, и мы все оказались в кабинете демона.

— Адепты, — обратился Грейм к Аркханне и Теворию, — сегодня вы стали свидетелями уникального предсказания. Я должен официально засвидетельствовать его, сняв отпечатки ваших воспоминаний.

Аракна и эльф дружно кивнули. Сероглазый взял из шкафчика обруч, надел его на голову адепта, приладил тонкие проводки, присоединив их к вискам и лбу парня. Затем встал сзади и накрыл ладонями голову. Теворий закрыл глаза, погрузившись в некое подобие транса. Эльф продолжал оставаться в таком состоянии, когда тер Ордленд снял с него обруч и надел его на Аркханну. Повторив с подругой ту же манипуляцию, демон убрал обруч обратно в шкаф.

— И долго они статуи мадам Тюссо будут изображать? — поинтересовалась я.

— Чьи статуи? — переспросил Кринель, внимательно следящий за манипуляциями друга.

— Нет, — усмехнулся Грейм, прекрасно понимая, о чем я. — Алена, то, что сейчас скажу, очень серьезно. За это, — он указал на адептов, — меня могут выкинуть из академии.

Я вопросительно уставилась на сероглазого, откровенно не понимая, что такого ужасного происходит.

Глава 11

— Сейчас мы вернемся в Целительский корпус. Ты останешься в коридоре с адепткой Этра, а Теворий — в палате Кассии, — сказал демон, — я стер их воспоминания до того момента, когда вы впервые столкнулись в коридоре.

Я уставилась на Грейма, пораженная внезапной догадкой. Он лишь усмехнулся, давая понять, что в курсе нашего разговора с подругой о Ферте. Если я могла скрыть информацию, то Аркханна нет.

— Скажешь подруге, что расстроена несчастьем с адептом Миораном. Попросишь проводить в общежитие. Дальше я сам вступлю в игру.

— Но зачем? Неужели ребята не поймут, что из памяти пропали два часа жизни?

— Нет. Я объясню все. Но позже. Сейчас нет времени.

— А если я не захочу?

— О, темные силы! Ну, за что мне это недоразумение? — Грейм тяжело вздохнул, — если кто-нибудь узнает, что на Альвадисе появился илмарг, тебя попросту уничтожат.

— Да с чего вы все взяли, что я этот илмарг? У меня даже светового шарика сделать нет сил, не говоря о том, чтобы всеми стихиями управлять.

— Поверь мне. Это так. А силы… Им сложно проявится, пока ты не осознала себя маргом. Лучше уж такой минимум, нежели постоянные и неконтролируемые всплески. Я все объясню. Обещаю. Сегодня. Но сейчас нужно спешить, — не выдержал Грейм.

Я кивнула. Тотчас вспышка портала перенесла меня в коридор Целительского корпуса. Аркханна сидела рядом со мной на скамеечке. Она будто очнулась от глубокого раздумья.

— Что с тобой? — так же заботливо, как и в прошлый раз спросила Анька.

— Н-ничего, — смогла выдавить я, — просто разволновалась. Переживаю за Ферта. Это, должно быть, очень тяжело: в одночасье потерять силу, возможности, смысл того, что составляло значительную часть жизни. Представь, если бы ты внезапно стала не аракной, а, к примеру, человеком.

— Об этом я могу только мечтать, — тихо ответила девушка.

— Ты так не хочешь принять себя такой, какая есть?

— Я чудовище, Алена.

— Нет, — я мотнула головой, — для меня ты обыкновенная девчонка. Соседка по комнате в общежитии, с которой можно посплетничать о парнях или просто весело провести время.

В этот момент мимо нас прошел Теворий с тем самым подносом с пробирками.

— Привет, — я весело подмигнула эльфу, — неужели ты тот самый знаменитый ученик Кринеля Теворий? Говорят, лучший на курсе. Может, прогуляемся вечером по парку? Моя подруга от тебя в восторге, только сказать стесняется.

Парень покраснел до кончиков своих эльфийских ушей. И непонятно, то ли это оттого, что я назвала его лучшим, то ли приглашение на прогулку оказалось неожиданным. Аркханна так, вообще, закашлялась и согнулась в три погибели, успев, однако, ткнуть меня локтем в бок. Теша отреагировал моментально: поставив поднос на пол, легонько постучал аракне по спине. Но у той, от чужого прикосновения, кашель только усилился.

— Может, воды? — подала я идею.

— Точно, — оживился эльф, — сейчас.

Пулей адепт метнулся в одну из дверей, что тянулись по всему коридору, и принес стакан с жидкостью.

— Попытайтесь выпить, вейра, вам станет легче. Вот увидите, — мягким голосом сказал Теворий, поднося емкость к губам подруги.

Сделав пару глотков, Анька перестала кашлять.

— Спасибо, — смущенно пробормотала она.

— Ой! Вы только что спасли мою подругу. Теперь просто обязаны проследить, чтобы ей не стало хуже, — внесла я очередное предложение.

— Нет. Не нужно. Все в порядке. Я поперхнулась, и только.

— И ничего не поперхнулась. Вейр Теворий, скажите же Аркханне, что нельзя пренебрежительно относиться к своему здоровью. Я частенько слышу, как она кашляет по вечерам. Такое счастье, что мы встретили вас.

— Я? О, ну, да, — растерялся эльф.

— Тогда в семь часов у входа в Черную башню, — назначила я встречу.

Подхватив Аньку под локоть, потащила ее к выходу. Теша даже рта не успел раскрыть, чтобы возразить, как мы уже скрылись из виду.

— Ты что творишь, Алена? Что этот адепт о нас подумает?

— Что мы очень ловко пригласили его на свидание, — хихикнула я.

На самом деле, сама не понимала, зачем это сделала. Может, если у этих двоих голова будет забита предстоящей встречей, они не станут задумываться о том, что в их памяти есть существенный пробел.

Слегка обидевшись, Аркханна молчала до самого общежития. Тем более что по пути попадались адепты, в присутствии которых аракне было неудобно выяснять отношения. Зато, как только дверь в нашу квартирку захлопнулась, паучиха чуть не набросилась на меня.

— Зачем ты это сделала? Еще сказала, что он мне нравится. Как можно? Выставила меня перед ним влюбленной идиоткой.

— Вот еще, — невозмутимо ответила я, — сказать, что кто-то нравится, вовсе не означает быть дурой. Тем более эльфенок не так плох. Можно сказать, красавчик. Ну, признай же!

— Ладно, — сдалась Анька, — он ничего так.

— Вот видишь!

— Но мы же… разные. Он весь такой светлый. Целитель. Жизни спасает. А я… Мы никогда не сможем…

— Стоп! Да. Вы разные. Одна отнимает жизни, другой их сохраняет. Но так это же здорово! Противоположности всегда притягиваются. К тому же ты сама хотела измениться. А симпатичный эльф разве не повод?

— А вдруг я случайно убью его?

— Ну, меня же не убила, — привела железобетонный довод, и подруга сдалась, — а в чем ты будешь вечером? — задала провокационный вопрос, заставивший Аньку с воплем кинуться к шкафам для одежды.

— Мне нечего наде-еть, — услышала до боли знакомую фразу.

Нда, в свое время, Вероничка также ныла, перебирая многочисленные наряды. Эх, как они там? Волнуются? Хотя с чего? Они же считают, что я поехала учиться вместо Алены. И ведь, скорее всего, поверили. Я бы вот не успокоилась, пока не выяснила, с чего вдруг моя подруга бросила дом и карьеру ради неизвестной академии.

Появившегося в нашей гостиной Грейма, встретила тяжелым взглядом. Ходячее напоминание о прошлом. Интересно, я когда-нибудь смогу простить ему то, что он сделал?

— Адептка Суворова, вы идете со мной, — сухо сказал демон.

— Зачем?

— Для повторного снятия воспоминаний. Это по делу адепта Миорана. Остальная информация на месте.

Я успела увидеть лишь испуганное личико Аньки, прежде чем перенеслась в кабинет декана тер Ордленда. Сероглазый усадил меня на стул, где до этого сидел Теворий. Водрузил тот самый обруч на голову

— Так, вы на самом деле собираетесь фиксировать мои воспоминания? — удивилась я, считая слова Грейма лишь предлогом, чтобы забрать меня из комнаты.

— Да!

— Но тогда все поймут, что это я виновата в потере дара Ферта.

— Не поймут.

— А как же…

— Алена, помолчи! Сегодня я иду на второе грубое нарушение подряд. И все из-за твоих глупых выходок!

— Да откуда ж я знала, что так получится?

Демон лишь шумно втянул носом воздух, а глаза сверкнули алым нехорошим блеском. Я посчитала нужным заткнуться. В любом случае Грейм обещал ответить на мои вопросы. Лучше не злить его. А вдруг передумает?

— Расслабься, — приказал декан, — и не сопротивляйся.

Сдавшись на милость демона, впустила его в свою голову. Вторжение было мягким, сродни легкому туману, опутавшему мысли. Боли не чувствовалось. Я отстраненно наблюдала, как демон просматривает одну картинку из моего прошлого за другой. Пальцы Грейма, что лежали поверх обруча, постепенно спустились на плечи. От легкого надавливания на точки тела я чуть не замурлыкала. Приятно. Спокойно. Обволакивающе. Глаза сами собой закрылись, погружая в пучину сонного небытия.

Очнулась на кушетке, укрытая теплым пледом. Грейм сидел за столом и водил рукой над обручем и кристаллом. Между предметами то и дело вспыхивали тонкие электрические нити. Демон был сосредоточен, шевелил губами, читая какое-то заклинание. От проводимых манипуляций бледно-голубой кристалл наливался цветом, становясь насыщенным прямо на глазах.

То, что я пришла в себя, скрывать не было смысла. Демон, наверняка, и так знал об этом. А то, что он не может сейчас отвлекаться, почувствовала на уровне подсознания. И мешать ему желания не возникло. Усевшись поудобнее, я молча наблюдала за деканом. То, что передо мной творилось волшебство высшего порядка, не вызывало сомнений. Слишком уж напряженным выглядел Грейм. На лбу вздулась жилка, ноздри плотно прижаты, будто малейший ветерок дыхания мог нарушить плетущиеся чары. У висков блестят капельки пота. Взгляд сосредоточен.

Я успела снова задремать, прежде чем сероглазый закончил работу. Бодро выскользнув из-за стола, будто он и не просидел в одной позе больше часа, Грейм убрал обруч в шкаф. Кристалл демон опустил в шкатулку, которая просто испарилась в воздухе прямо на моих глазах.

Эффектно. Ничего не скажешь.

После взял стул, поставил его напротив меня и, усевшись, сказал:

— Ну что? Поговорим?

Я кивнула. Серый взгляд буравил насквозь. Такое ощущение, что предстала перед демоном голой. В какой-то степени так и было. Он ведь прочел все мои мысли. А это большая степень обнаженности перед кем-то, нежели телесная. И тут до меня дошло:

Грейм знает все! ВСЕ! И наш разговор с Аркханной, и план по избавлению от метки, и про мои чувства к тер Шатейяну.

Не выдержав взгляда, опустила голову. Краска снова начала заливать щеки.

— Я не чудовище, Алена, — мягко начал Грейм, — и того, что ты себе напридумывала, никогда делать не стал бы. Я поставил метку. Но только чтобы защитить. И поверь, ни в коем случае не собираюсь использовать тебя или манипулировать. Не скрою, иногда мне будет требоваться помощь. Но только добровольно. Тебе незачем бояться или ненавидеть меня.

Я подняла голову, посмотрела на него с укором. Демон прекрасно осведомлен о моих мыслях и мотивах. Но кто сказал, что он говорит правду? Легко втереться в доверие, зная сокровенные тайны и желания человека.

— Прекрасно понимаю, что у тебя нет причин доверять мне. Но поверь, я единственный, кто сможет защитить тебя.

— От чего? — чуть ли не простонала я. Сколько можно говорить об опасности, которой, возможно, и нет.

— Ты илмарг. Последнее сканирование убедило в этом окончательно. Для того чтобы ты поняла, в какой опасности находишься, я должен рассказать тебе о том, как появилась практика опекать одаренных учеников.

О! Это то, о чем и не надеялась узнать, — я вопросительно уставилась на Грейма. Диалог между нами будет лишь тогда, когда он убедит меня в правдивости своих слов.

— Как тебе, должно быть, уже известно, Ортанской империей управляют демоны. Я и сам представитель этой расы. По сути своей, каждый из нас априори сильнее любого существа на Альвадисе. Живем мы долго. Значительно дольше драконов или тех же эльфов. Отличаемся скрытностью, коварством, силой, регенерацией и многими другими талантами. Как и почему получилось, что наши предки ушли из своего мира и остались здесь, рассказывать не буду. Это бесконечная борьба за власть.

— Удивил, — хмыкнула я, — что демоны, что люди, что другие расы — одно и то же.

— Не суть дела. Так вышло, что на Альвадис бежал один из наследников Высшего круга, претендующий на трон кесаря системы Драмор. За ним последовали преданные ему демоны. Горстка уцелевших после резни отщепенцев. Этот мир стал идеальным убежищем. Нашими артефактами планета определялась лишь как пригодная для жизни. Но каково было удивление, когда мы обнаружили, что в недрах Альвадии таится скрытый источник силы, наделяющий магией своих обитателей. Парадокс в том, что это касалось только коренного населения.

Я зевнула, рассказ Грейма нагонял сон. Ничего особенного пока что не услышала.

— Как ты заметила, у всех демонов есть способность к портальному перемещению. Но это жалкие крохи. Особый магический фон планеты с течением времени синхронизировал наши энергетические потоки со своей структурой, тем самым значительно снизив уровень силы. Раньше мы свободно ходили меж мирами.

Ого! А вот с этого места поподробнее!

— Так вот, добровольная передача энергии, увеличивает демонический потенциал.

— Гм, люди что же, для вас как батарейки? Подзарядился и выбросил?

— Не совсем так. Ты невнимательно слушаешь. Сила должна быть отдана добровольно. Причем так, чтобы отдающий не пострадал.

— И как же происходит сие замечательное действо? — поинтересовалась я.

— Проще всего это осуществляется во время близкого контакта. Чем больше эмоциональной привязанности испытывает отдающий, тем легче получается.

Эмм, близкий контакт с эмоциональной привязанностью… Это он на секс намекает?

— Что-о? А не дохрена ли ты хочешь?

— Алена, не нервничай. Это самый быстрый и простой способ. Есть много других. Даже таких, что можно делать на расстоянии.

— Это как?

— Через артефакты. Заряжаешь и передаешь мне. Все. За это я еще и платить буду.

— Много?

— Достаточно на обеспеченную жизнь.

— Нет. Я спрашиваю, много артефактов заряжать придется и как часто?

— Здесь все решаешь ты. Я ни к чему принуждать не собираюсь. К тому же пока ты не станешь полноценным маргом, об этом и речи быть не может.

— Почему?

— При проявлении дара с момента его обнаружения до вступления в полную силу, марг очень уязвим. Неконтролируемые вспышки могут привести к выжиганию силы или истощению каналов. Неумение пользоваться магией многих свело в могилу. К тому же есть несколько ступеней посвящения. Первая будет совсем скоро. Инициация — важный шаг в жизни марга.

— В чем заключается инициация?

— В Аметистовой башне есть специальный зал. В нем сосредоточены четыре основных стихии. Испытуемый становится в центр конструкции, дает капельку крови каждой из стихий. И та, что будет главной в судьбе будущего марга, проявляет себя особым образом.

— А если стихий несколько?

— Тогда и проявляется несколько. Как правило, именно обладатели нескольких стихий становятся подопечными. Нам требуется сила лишь одной стихии, чаще огненной. Тогда как за счет остальных марг быстрее восстанавливает нарушенный баланс.

— Если все так просто, про какую опасность ты мне все время твердишь?

— Есть еще один вид энергии, которой нет более ни в одном из существ Альвадиса. Энергия тьмы. По иронии судьбы в каждом из живущих на планете силы света и тьмы уравновешены. Но особым образом. В одних силы нейтральны, в других — преобладает свет, в третьих — тьма. Но такая расстановка определяет лишь наклонности носителя. Будет ли он целителем, воином или убийцей. А еще есть те, кто сам управляет такой силой. Умаргу подвластны четыре стихии и свет. Илмаргу — еще и тьма.

— То есть, я действительно сделала Ферта светлым, лишь пожелав этого?

— На самом деле не так просто, но да.

— Но ведь перед этим он чуть не умер. Это тоже я?

— Та тварюшка, что ты запустила, не принесла бы большого урона. Со временем, конечно, парень свихнулся бы, но еще раньше умер от истощения силовых потоков. Кто-то выпил его темный дар досуха. Твой свет спас парню жизнь.

— Что значит, выпил?

Мне известно только одно существо, способное на это.

— Это не Аркханна! Она не могла! Не после того, с каким трудом ей удалось попасть в академию, — бросилась на защиту подруги.

— Я знаю, что это не она. Записал все воспоминания аракны. Даже для нас, демонов, мерзко то, чем являются существа, подобные ей.

— Тогда кто? Аркханна единственная аракна в академии, ведь так?

— Так. И это меня пугает. Ферт не первая жертва. Та девочка, что лежала в одной палате с Кассией. Мирита. Амарг огня. Лучшая ученица четвертого курса. Она на грани. Ее силовые потоки истощены до предела.

— Возможно, я бы смогла помочь ей? Как Ферту.

— Ты не прошла и первой инициации. Это опасно для твоего дара. Я не позволю так рисковать.

— Но с некромантом же получилось! Я готова рискнуть, если это спасет чью-то жизнь.

— Нет. Этим раскроешь себя! Если с адептом Миораном все вышло спонтанно, то второй случай вызовет подозрения. Сопоставить факты и вычислить причастного, не составит труда. Тогда не завидую твоей участи. Тер Шатейян из правящей семьи. Он доложит императору. И тогда никто не спросит твоего мнения или желания. Они будут брать столько сил и таким способом, как им заблагорассудится.

Я покраснела, представив Транера и наш энергетический обмен. Против самого простого способа я бы не возражала.

— Но ты сказал, что все добровольно.

— О! Ты будешь делать все сама. И по доброй воле. Демоны умеют убеждать. А для достижения цели могут использовать различные способы.

— Например?

— Твою лучшую подругу будут пытать у тебя на глазах. А если прознают о тех, кто по-настоящему дорог…

— Поняла, — грубо перебила я, — а где гарантия?

— Что не прибегну к такому же способу? — усмехнулся Грейм, — как ты думаешь, что мне стоило посадить в поезд и настоящую Алену Суворову?

— А зачем вообще?

— Если тебя обнаружил я, рано или поздно нашли бы и другие. Если не ты сама, то твои дети. Твой дар сильный, обязательно проявился в ком-то из потомков. На счастье или нет, но я сообщил всего лишь о потенциальном даре иллюзора. Редкие специалисты. Тебе Аркханна правильно сказала, что они очень ценятся сейчас. Магическая косметология популярна среди населения Альвадиса.

— Ты так и не сказал, почему мне угрожает смертельная опасность. То, что любой из демонов захочет получить собственный источник энергии, понятно. Но разве это не значит, что меня должны беречь, холить и лелеять?

— Значит. Твой покровитель так и будет делать. Но остальные не допустят, чтобы кто-то возвысился. Им проще уничтожить тебя, чем позволить одному из них обрести такую поддержку. В мире демонов сила означает власть. Ван Глассеры и Шатейяны прямые потомки мятежного наследника. И каждый может претендовать на трон кесаря…

— Я поняла, можешь не продолжать, — остановила Грейма, — мне нужно побыть одной.

Грейм поднялся, поставив стул на место, отошел. Я тоже встала. Сложила плед. Обулась. Поправила немного сбившуюся одежду. Тер Ордленд молча наблюдал за мной, стоя у окна.

— Вы проведете порталом или самой?

— Алена, скажи, ты все еще ненавидишь меня? — Грейм стремительно преодолел разделяющее нас расстояние, став почти вплотную.

— Уже нет, — задумчиво ответила я, — было бы намного проще, расскажи вы мне сразу.

Близость демона приносила дискомфорт. Невольно отстранилась, предпочитая никого не пускать в личное пространство.

— Не ожидал, что обстоятельства сложатся таким образом, — Грейм сделал вид, что не заметил моего маневра, — да и обретение дара меняет человека. Думал, сама захочешь остаться

— Ты не учел того, что процедура омоложения закончится провалом.

— Я бы так не сказал, — Грейм за один шаг преодолел разделявшее нас расстояние и заправил выбившуюся прядь мне за ухо, — если хочешь, запишу тебя к одному специалисту. И даже оплачу его услуги.

— Возможно, еще вчера я бы согласилась. Но не теперь.

— Почему?

— Это мой выбор.

Демон натянуто улыбнулся.

— Как пожелаешь. Ты готова? До встречи.

В кабинете вспыхнул прямоугольник портала. Меня легонько подтолкнули за плечи. Я не успела и пикнуть, как оказалась в своей гостиной. Одна.

Глава 12

Аркханны на месте не оказалось. Сообразив, что я еще успеваю на ужин, развернулась и пошла к выходу. Подруги не было и в столовой. Да и что ей там делать? Со мной она ходила исключительно за компанию. Ее рацион весьма специфичен и смертелен. За столиком, что успела облюбовать ранее, сидел тощий паренек.

— Привет, — поздоровалась я, присаживаясь рядом, — первокурсник?

— Угу, — промычали мне в ответ. С набитым ртом не поговоришь.

— Я Алена Суворова. Мы здесь с подругой обычно сидим. Будем рады твоему обществу. Как зовут?

— Ник, — в промежутке между отбивной и куском бекона сообщил парень.

— Что-то не видела тебя раньше.

— Иногда так увлекаюсь, что забываю про еду. Да и привык, что меня не замечают.

— Ну, да, — хмыкнула я, — если не будешь нормально питаться, сам себя скоро не найдешь.

— Эй, мелкая пакость, ты чего тут прохлаждаешься? — у стола возник долговязый парень с едва обозначившимися контурами мышц, — ты разве доделал амулет?

— Нет, не успел, — пролепетал Ник, побледнев, как поганка.

— Так, иди. Делай!

— Чего это ты раскомандовался? — не удержалась и влезла я, — дай человеку поесть нормально.

— Заткнись! Самка цвейга! — огрызнулся нахал, — а то верещишь так, что местный повар решит, что ты со скотобойни сбежала, и сам на фарш спустит.

— Какая осведомленность о процессе готовки, — мгновенно вскипела язвочка внутри меня, — наверняка, привык на кухне поварешками командовать. Так, и проваливай обратно. Нечего будущих маргов своими костлявыми телесами смущать. Нечета тебе, поди, будем, — озорно подмигнула позеленевшему Нику.

— Я наелся. Пойду, наверное, — проблеял паренек.

— Сто-оять!

От моего окрика первокурсник плюхнулся на стул, едва успев подняться.

— Ешь спокойно. Что от тебя эта швабра поломойная требует?

— Да так, — отмахнулся Ник, — амулет для улучшения памяти я уже сделал. Осталось на его основу добавить мужской привлекательности и силы. Там все равно, пару часов подождать, пока камушек насытиться. Я его на октограмму Древура запитал. И отвар из горлянки еще не достиг нужной плотности.

— Так, так, — ухмыльнулась я, — значит, это прыщавое недоразумение мало того, что склерозом страдает. Так, еще и девственник?

Дылда покраснел, как свекла.

— Тиш-ше, — прошипел он, оглядываясь по сторонам. Но адепты, что сидели за соседними столами все прекрасно слышали.

— Отчего же. Пусть все знают, для чего ты зачморил первокурсника. Или думаешь, если нацепишь какую-то побрякушку, то вся прекрасная половина академии будет у твоих ног валяться? Вот умора! Лучше бы ты себе мозги попросил запасные. Свои-то, похоже, совсем работать перестали.

— Да как ты… Я тебя… — парень стоял, обуреваемый такой ненавистью, что я на секунду испугалась. Ага. Что он сгорит от своей злости. На кончиках его пальцев вспыхивали огоньки пламени. И чем чаше адепт сжимал и разжимал ладони, тем сильнее становились всполохи.

— Ник, не в курсе, здесь огнетушитель есть? А то этот пироман подпалит чего ненароком.

На последних словах с рук парня сорвался огненный шарик и полетел в мою сторону. Но как-то так неудачно, что, плюхнувшись в стакан с компотом, зашипел и погас.

— Впечатляет. Ты такой крутой. Я прям тащусь.

В столовой грянул дружный смех. Не выдержав всеобщего позора, адепт с космической скоростью вылетел из зала. Правда, путь он себе прокладывал исключительно по прямой, так что пара сбитых им тарелок и тройка стаканов мелочи, по сравнению с качественной подножкой одного из старшекурсников. Шмякнувшись со всего маху об пол, долговязый взвыл. И уже раненой собакой под общий гогот добрался до дверей.

— Зря ты так, — расстроился Ник, — Добрман злопамятный. Обязательно какую-нибудь гадость подстроит.

— А ты меня доберманами не пугай. Еще я всяких шавок бояться буду.

— Он из благородной семьи. Родители с самим ректором дружбу водят.

— И что? Теперь пресмыкаться перед этим ничтожеством? Сама не буду и другим не позволю. Здесь в первую очередь должны ценить знания и талант, а не кошелек родителей.

— Да все так, но… — Ник приуныл. Он уже поел, а вот идти в общежитие ему явно не хотелось.

— Опасаешься, что Доберман встретит? Ты, ежели чего, на меня все вали.

— Вот еще! Я за женскую спину не прячусь.

— Так, это от ширины спины зависит. У меня-то глянь какая, двое поместятся.

Ник рассмеялся, да так задорно, что я и расхохоталась вслед за ним.

— Знаешь, у нас говорят, стоит раз посмеяться над проблемой, как она уже не кажется такой серьезной. Разве можно бояться парня, которому требуется амулет для обретения мужской привлекательности? Да если ты такой мастер, сделай себе супергеройский костюмчик. Его надел и сразу стал самым сильным.

— А что, так можно? — удивился парень.

— Конечно!

Я вкратце рассказала новому знакомому историю про железного человека. Глаза у паренька загорелись идеей, будто ему принцип работы вечного двигателя объяснили. Возникло чувство, что адепт уже начал просчитывать варианты, восприняв мою болтовню всерьез.

— Ладно, пойдем уже. А то уборщики странно косятся на нас. Им давно пора закрываться.

Оглядевшись по сторонам, Ник только сейчас заметил, что остальные адепты разошлись. Поспешили уйти и мы. Вместе дошли до Черной башни. Поручень перенес меня на женский этаж, ну а парня — на мужской.

Едва успела переодеться и принять душ, как вернулась Аркханна.

— Ты где была? — удивилась я, совершенно позабыв, что сама устроила ей свидание с эльфом. — Так он пришел?

Анька мечтательно кивнула.

— И как? Что? — подлетела к подруге, — не томи! Требую подробностей!

— Теворий рассказывал о себе, своей работе…

О, ну да! Эльфам так близка тема самолюбования!

— Мы гуляли по парку. И говорили, говорили, говорили. А потом он проводил меня до дверей и…

— Поцеловал? Да?

— Ага, — на лице Аньки расплылась идиотская улыбка, — руку. Вот, — подруга показала пальцы.

И что? Целая. Обычная. Без засосов или следов от зубов. На ладошке ничего не было.

— Кхм, Теша поцеловал тебе ручку, а ты и растаяла?

— Ну, как же… мне до этого никто… Никогда… А он такие слова говорил.

— Да ты никак влюбилась?

— Не знаю. Но он такой. ТАКОЙ.

— Какой? — передразнила я восторженную интонацию подруги.

— Необыкновенный.

— Ясно. Значит, влюбилась. Ну, вы хоть о новой встрече договорились?

— Нет. То есть да. Не знаю.

— Кхм. Это как?

— Ну, он сказал, до завтра.

— Ладно. Разберемся, — я махнула рукой. Портить подруге впечатление от первого свидания не собиралась. Если парень не договорился о встрече, то, скорее всего, не хочет продолжения. Хотя у эльфов все не как у людей. Кто знает? Лучше бы мне ошибаться. — Слушай, — я вдруг сообразила, что меня насторожило в рассказе подруги, — Теша тебя коснулся и…

— И? — не поняла Анька.

— Ну, ты же говорила, что силу тянуть начинаешь…

— О! — на хорошеньком личике отразилось недоумение, — а я ведь совсем забыла про это. И мне же ни капельки не хотелось его съесть!

— Это же здорово! Значит, когда ты испытываешь к кому-то сильные чувства, то инстинкт не срабатывает?

— Получается, так, — подтвердила Анька, — я же весь вечер только и думала о том, как бы не коснуться Тевория. И в то же время какая-то часть меня страстно желала этого. Но… не в гастрономических целях. А просто. Случайно… или…

— Это же отличная новость! — обрадовалась за подругу, — вы и дальше сможете встречаться как обычная пара.

— Обычная, — мечтательно повторила Аркханна.

Затем в порыве чувств, она стиснула меня в объятиях и тут же отпрянула. Потом просто дотронулась рукой, будто проверяя, подействует или нет.

— Ну, как?

— Я… так счастлива. Здорово быть обычной. Пусть и ненадолго, но…

— Вот видишь. Все получилось.

— Аленка, с тобой тоже работает!

— Класс! Я рада, что тебе не хочется меня выпить. Значит, всего-то и нужно было, влюбиться.

— Да! — просияла аракна.

— Ладно, влюбленная, пойдем спать. На сегодня и так много событий.

Тяжело вздохнув, подруга отправилась в свою комнату. Очевидно, ей хотелось еще поболтать. Но слушать про то, какой Теша хороший…

Тьфу, прямо как попугайчик: Теша хороший, Теша красивый…

Приняв душ и нацепив ночную рубашку, выданную эсте Аунт вместе с остальными вещами, бухнулась спать. Нда, вот только вместо сна, проворочалась полночи, прокручивая все, что произошло за день.

Глава 13

Утро — сложное время суток. Для меня. Особенно когда не выспалась. А если прибавить тяжелую, налитую свинцом голову, то можно посочувствовать любому, кого встречу на своем пути. Ну, Аркханна исключение. Ей я благодарна за простое привет и терпеливое ожидание. В столовую шли в полном молчании. И если подруга мечтательно улыбалась, то я, чуть ли не искры пускала. Вдобавок к плохому настроению меня терзало чувство, что должно произойти нечто неприятное.

Набрав еды, направилась за свой столик. Анька легкой тенью последовала за мной. Уткнувшись в свой поднос, я методично поглощала углеводики.

Ага. Мучное и сладкое всегда успокаивающе действовало на меня.

— Смотри, жрет, как свинья, — сказал кто-то довольно громко. С соседних столов послышались смешки.

В другое время я бы сдержалась. Но сейчас у меня было кровожадное настроение. Медленно отложила надкусанный пирожок, отодвинула чашу с травяным настоем и развернулась в сторону шутника.

Добрман! Кто бы сомневался. Шавка!

Глядя на его глумливую рожу, лишь усмехнулась.

— Свинья? Ну, если только огромная. С клыками в два ряда. Мощным, покрытым стальными пластинками острых ворсинок, телом. Копытами, увенчанными бронированными шипами. Горящими красными глазами и звериным оскалом, от которых замирает сердце. И все это великолепие просто жаждет вкусить свежего мясца. Вон, даже слюна капает на пол, оставляя после себя выжженные кислотой следы.

Свинка в моем воображении получилась как живая. Если бы Добрман такую увидел, уделался со страху. А если животинка его за что-нибудь жизненно важно тяпнет, так и…

Но пофантазировать не получилось. С перекошенной рожей и выпученными от страха глазами, адепт сорвался с места и со скоростью бешеной болонки помчался на выход.

Свинка удивленно посмотрела на драпающего парня. Даже плюхнулась на пятую точку и озабоченно почесала макушку.

— Испугался что ли?

Затем я покрутила головой. Сидящие за одним столом с Добрманом ребята замерли, будто привидение увидели. Да и остальные пялились с открытыми ртами.

— Бу! — рыкнула на них. Громко так получилось. Особенно в той тишине, что воцарилась в помещении.

С визгом, от которого мои барабанные перепонки чуть не лопнули, женская половина находящихся в столовой адептов ломанулась к выходу.

— Эй, — Анька тронула меня за плечо, — может, хватит? Запугала всех до смерти.

Словно очнувшись от какого-то наваждения, я тряхнула головой, разгоняя столь животрепещущее видение моей свинки.

— Что случилось? — шепотом спросила у подруги, поглядывая на повальное бегство из столовой.

— Это у тебя надо спросить, — лукаво улыбнулась аракна, — здорово ты этого умника на место поставила. Но остальных-то зачем пугать?

— Кто? Я? Куда поставила? Кого напугала?

— Скажешь, что свира не твоих рук дело?

— Кто такая свира? Не такая свинюшка огромная с клыками? — припомнила зверька, которого только что нарисовало мое воображение.

— Ага. Она, — кивнула Анька.

— И чего? Я ж только в голове ее представила. Не мог же Добрман мои мысли прочитать.

— Ты не поняла, что сделала? — искренне удивилась подруга.

— Нет. А что? Разве сделала?

— Кхе, — Анька чуть не поперхнулась, — в общем-то, ничего такого, чего не сделал бы обученный иллюзор. Всего лишь качественный воплощенный морок с физически проявленными свойствами.

— А по русски… Тьфу! То есть, нормальным языком можешь объяснить?

— Твою свиру видели все. Посмотри вниз, там до сих пор разъеденные слюной зверя следы.

Я уставилась на пол и на почерневшие маленькие дырочки, уходящие глубоко вниз. Сказать, что была удивлена, значит, ничего не сказать.

— Это все я? — указала на половое безобразие.

— Ну, не совсем ты. Фантом свиры, воплощенный твоей волей. Теперь ни у кого нет сомнений в том, что ты будущий марг иллюзий. К слову, такие мороки не всем пятикурсникам под силу.

Слегка прибалдевшая от такого поворота событий, я молча дожевала свой пирожок. Потом еще один. Допила отвар. Осознание того, что создала свиру лишь силой воображения, не укладывалось в голове.

— Алена, ты бы убрала эти дыры в полу, — посоветовала подруга, оторвав меня от созерцания пустой чашки в руках.

— Что? А как?

— Ну, к примеру, так же, как и создала. Представь, что их нет, наверное.

— Да? Ну, попробую, — решилась я. Действительно, нехорошо оставлять такие следы. Вдруг кто споткнется. Да и обугленные доски паркета смотрелись некрасиво.

Внимательно уставившись на черные отверстия, я сосредоточилась. Провалы получились глубокими. Надо бы их заполнить чем-нибудь. Тоненькой струйкой влила цементирующий раствор. Зачистила края от черных пятен. А потом восстановила напольное покрытие. Единственное, что выделялось, так это блестящая поверхность новых досточек. Жаль было их затирать и старить. Поэтому я просто чуть обновила все остальные части пола.

— Уф! Кажется, получилось, — выдавила я. По спине стекла тоненькая струйка пота. А чувствовала я себя такой выжатой, будто стометровку пробежала.

— Ох! Спасибо, деточка, — подошла ко мне повариха, — давно просила ректора, говорила, что полы заменить надобно. А ты за полчаса управилась. Вот, держи, вымоталась, наверное, — женщина протянула плитку шоколада и сложенные в бумажный пакет пирожки.

— Да, что вы, — я смутилась, — не стоило. Тем более я же сначала испортила. Вот и убралась маленько.

— Да, портить многие горазды! А вот доброго дела не дождешься. Ты заходи. Я всегда накормлю. И в очереди не стой. Скажу ребяткам, они будут вперед пропускать.

— Спасибо.

Окончательно смутившись, я стала заливаться краской.

— Алена, занятия начнутся через пять минут, — напомнила Анька, — а нам еще до башни добраться надо.

— Ох! Точно!

Подхватив шоколад и пирожки, и еще раз поблагодарив за угощение, мы помчались на занятия. Опаздывать я не любила.

В аудиторию ввалились одновременно со звонком. По расписанию у нас должны быть проклятия. Преподаватель димарг Крайссер, что вел этот предмет, считался грозой факультета. Адепты не только никогда не опаздывали на занятия, но и сидели всегда тише воды ниже травы. А уж если Крайссер кого невзлюбил, то можно идти покупать мыло с веревкой. Димарг без стеснения отрабатывал на провинившихся практические занятия. Всю эту информацию мне успела рассказать Аркханна, пока мы неслись по коридорам академии.

— Доброго дня, — поздоровалась с преподавателем.

Приятной внешности. Можно сказать, красивый. Для человека. Среднего роста, худощавый, но крепкий. Под черным камзолом проступают рельефы мышц. Медные волосы собраны в небольшой хвост. Открытый широкий лоб. Немного грубые черты. Но мужественные. Такой тип внешности притягивал куда больше внимания, нежели смазливые красавцы. Портил все колючий взгляд карих глаз, под которым хотелось провалиться на месте.

— Темных вам, адептка…

— Суворова, — буркнула я, понимая, что неспроста димарг злобно усмехнулся, когда назвала свое имя.

— Так-так, — преподаватель просканировал мою упитанную тушку, затем обратил внимание на Аркханну. — Аракна и человек. Интересно. Что же, проходите. Занимайте свободные места.

Ага. Такие оказались как раз перед учительским столом. Желающих стать подопытными проклятийника не было. Все, кто мог, отсели подальше. С глаз долой, так сказать. Под сочувствующими взглядами адептов мы с подругой проследовали к своим местам.

Рассказывал Крайссер интересно, с жаром и увлечением. Оказывается, более всего к проклятиям предрасположены человеческие марги. Их воля, вкупе с силой, приправленной магическими атрибутами и заклинаниями, могла уничтожать города. Дабы не допустить бесконтрольной деятельности, проклятийники подлежали строгому контролю. Марги давали клятвы о не использовании некоторых видов заклятий без особого разрешения властей или смертельной опасности. Да и ступени посвящения насчитывали двенадцать уровней допусков. У самого Крайссера был десятый. Впрочем, уже одна классификация проклятийника отпугивала многих, а эмблемка в виде коршуна на камзоле отбивала у любого противника желание связываться с носителем такой силы. Страшнее были только некроманты и боевые некромарги. Но последние и вовсе наперечет во всей Альвадии.

Любопытно было узнать, что единственные, перед кем проклятийники были бессильны, это аракниды. Черная суть расы не воспринимала действие заклинаний как угрозу. Аракниды просто поглощали заклятия, становясь только сильнее. Что нам и было продемонстрировано на Аркханне. Димарг показал тройку смертельных заклинаний в действии. Дрызг, гниль и сушеницу. Подруга даже не поморщилась, тогда как от другого существа или человека остались бы ошметки плоти, сгнивший труп или усохшая до кости мумия соответственно. А вот для меня Крайссер заготовил пакостные проклятия.

Не зря же посадил к себе поближе. Видимо, в качестве жертвенной овцы моя кандидатура его вполне устраивала.

Первым делом я стала жутко чесаться. Казалось, под кожу въелись тысячи мелких жучков. Зуд был настолько нестерпимый, что хотелось разодрать плоть до костей. И для устранения действия проклятия димарг вызвал Добрмана. Эта сволочь делала все настолько медленно, что я чуть не взвыла, до крови расчесывая кожу на сгибах локтей и под коленями.

И как только Сторис понял, что именно этот адепт испытывает ко мне жгучую неприязнь? Ведь специально вызвал его. Может, уже прознал про столовую?

Когда Доберман справился с первым заданием, Крайссер похвалил, сказав, что мы как нельзя лучше подходим и для следующего опыта.

Я приготовилась к худшему.

Это было проклятие видений. Жертве начинало казаться, что на нее сыпятся личинки жуков, пауки, слизни, в общем, вся ползуще-бегающая мелкая живность, какую можно представить. Злорадно ухмыльнувшись, Добрман прочитал слова заклинания. Первые пять минут ничего не происходило. Я уж подумала, что не подействовало. Но нет, что-то коснулось ноги и поползло по голени. Едва увидев жирную многоножку, взвизгнула и щелчком отбросила ее в сторону. Тотчас волосы на голове пришли в движение. Крохотные лапки перебирали по коже, создавая впечатление, что моя шевелюра резко решила мигрировать в теплые края. Я тряхнула головой. На нос плюхнулся паучок. Черненький с мохнатыми ножками и красными глазками. Визг перерос на новый уровень. Вскорости я валялась на полу, пытаясь избавиться от многочисленной мерзопакостной братии, лезущий везде и отовсюду. Было страшно и противно. Я ничего вокруг не видела, барахтаясь, как перевернутый на спину жук. Молилась только о том, чтобы все закончилось.

А потом я услышала смех. Приоткрыв глаза, которые тут же зажмурила, чтобы туда не пролезла скользкая личинка, я выцепила взглядом Добрмана, который откровенно надо мной ржал. Да и Крайссер, стоящий неподалеку, усмехался.

Сволочи! Гады! — разозлилась я. Никто и не думал прекращать весь этот цирк. — Сейчас устрою вам представление. В конце концов, это всего лишь действие заклинания. Вполне возможно, что на самом деле мне только все кажется. А если так, то нужно представить, что ничего и никого на моем теле нет. Еще лучше, если подпалить это огнем. Но таким, чтобы меня не обжигал, а вот насекомых прогнал куда подальше.

Сразу стало легче. Я вздохнула, радуясь передышке. Теперь осознала, что все это время валялась на полу.

Некрасиво как-то. Всю грязь собрала!

Поднялась, усердно отряхивая мантию и платье. Сразу и не обратила внимания, как в аудитории все затихли. Ненадолго. Минут на пять. Ровно столько, сколько понадобилась мне, чтобы встать и недобро посмотреть на остальных адептов.

— Ой! — послышалось из первого ряда.

— Что это?

— Фу!

— Гадость!

— Дрянь!!!

— А-а-а, — теперь кричали и извивались все адепты.

С удивлением и нескрываемым удовольствием смотрела на безумную пантомиму, сопровождаемую воплями и криками. Хаотичными движениям адепты что-то стряхивали, стучали по собственным конечностям, трясли головами и отплевывались. Единственные, кого не затронула участь сумасшедших конвульсий, это Добрман и Крайссер. Они стояли позади меня и с вытянутыми от удивления лицами наблюдали за происходящим. Ну, еще Аркханна, потому как на нее проклятия не действовали. Также я заметила всклокоченную макушку Ника, моего вчерашнего знакомого. Он расширенными глазами наблюдал за своей рукой, будто видел нечто удивительное. На всякий случай представила парня в коконе не обжигающего огня. Адепт дернулся, осматриваясь вокруг себя, затем бросил взгляд в мою сторону и благодарственно улыбнулся.

— А это на самом деле весело, — улыбнулась ему в ответ, правда, Добрман? — развернулась к адепту.

Последнюю фразу я сопроводила маленькой армией паучков и личинок, высыпанных из воображаемого ведра ему на голову. Препода трогать не стала. Чревато. А вот долговязый шарахнулся в сторону и, рухнув на пол, стал изображать бешеного майского жука.

Цветасто выругавшись, Крайссер, наконец, пришел в себя. Он стал бормотать заклинание отмены проклятия. Только судя по недоуменному выражению лица Сториса, у него не получалось.

— Немедленно прекратите, — прошипел димарг, подлетев ко мне.

— Прекратить что? Ваши издевательские опыты над беззащитными адептами? Так, я ничего не делала. Это вон, Добрман наколдовал. Я здесь пострадавшая сторона, между прочим.

— Суворова, вы прекрасно поняли, о чем я. Уберите вашу иллюзию.

— Какую иллюзию, вейр Крайссер? Я первокурсница, не прошедшая инициации, со средненьким потенциалом. Думаете, мне под силу сделать столь масштабное представление?

— Допустим, — процедил Сторис, — тогда как вы сняли проклятие? Я не давал формулу отмены никому, кроме адепта Добрмана.

Упомянутый адепт в это время взвизгнул, огрев себя по щеке. Затем полез в глаз, вытаскивая оттуда несуществующую тварь, попутно сплевывая что-то мерзкое изо рта.

— А я и не снимала.

— Но вы же что-то сделали?

— Да. Перестала паниковать и разозлилась. Затем изгнала ползающую братию куда подальше.

На минуту димарг завис, переваривая мои слова. Потом на его лице отразилось понимание, а затем удивление, восторг и… ужас.

— Суворова, вы трансформировали проклятие! Усилили его воздействие и отразили на другие объекты.

— Это плохо?

— Это гениально! Без подготовки и знаний, интуитивно и масштабно. Суворова, у вас талант к проклятиям!

— Звучит неплохо, — обрадовалась я, — мне кажется или есть но?

— Да, есть, — посерьезнел Крайссер, — снять проклятие можете только вы.

— А как?

— Думайте! У вас же получилась трасформация, так что под силу и обратить ее.

— Я попробую, — пробурчала в ответ.

Как ставить на мне опыты, так все горазды. А как дала отпор, так исправляй сама.

Сосредоточившись на ближайшем адепте, я окутала его огнем, потом еще одного и еще. Посчитав, что работать с почти шестьюдесятью адептами по очереди слишком долго, растянула кокон на всю аудиторию. Последним освободила Добрмана. Будет знать, как тянуть с отменой заклинания. Ага, я же незлопамятная. Просто злая, и все записываю.

Очень вовремя прозвенел звонок. Адепты поспешили удрать из аудитории, шумно обсуждая занятие. Я тоже сложила вещи и собралась на выход.

— Задержитесь, Суворова, — строгий голос Крайссера пригвоздил к стулу.

За что? — я тяжело вздохнула. Поймав ободряющий взгляд Аньки, чуть улыбнулась. — Хорошо, когда есть друзья.

Дождавшись, пока все адепты покинут аудиторию, Сторис сел напротив. Под пристальным изучающим взглядом чувствовала себя на редкость неуютно. Буравила глазами деревянную поверхность стола и ждала. Но димарг молчал. А, может, пытался прочесть меня. Вон, в висках опять закололо.

Наконец, мне это надоело, и я подняла голову. Наши взгляды схлестнулись, будто димарг только этого и ждал.

Как же я устала! Этому-то что от меня надо?

— Алена, вы уже решили, на какой факультет пойдете учиться? — нарушил тишину Сторис.

Ого! Даже имя мое выяснил. Какая честь.

— Да. На факультет Истины. У меня предрасположенность к магии иллюзий.

— У вас талант к проклятиям. Вы человек.

Сказал так, что я невольно поверила: человек — звучит гордо!

— И что?

— В сочетании с даром иллюзий вы сможете стать хорошим проклятийником. Можно сказать, уникальным. Многие из нас достаточно сильны, чтобы работать с готовыми заклинаниями, но в вас есть задатки иного рода. Алёна, вы сможете создавать новые виды проклятий.

— Вейр Крайссер, — я поморщилась, — проклятия несут гибель, страдания или смерть. Не хочу никому причинять боль. Это не мое.

— Но, — димарг подался вперед, — я настаиваю, чтобы вы не были так категоричны. У вас есть время на размышления. Задумайтесь, какие открываются перспективы. Возможности.

— Нет.

— И все же, — Сторис полыхнул взглядом карих глаз. Сейчас они казались почти черными, — в любом случае назначаю дополнительные занятия. О времени сообщу позже. Можете быть свободны.

Подхватив сумку, я бегом помчалась к выходу.

Глава 14

В коридоре меня ждали Аркханна и Ник. Если подруга за меня явно волновалась, то, что здесь делал артефактник?

— Ну, что? — синхронно бросились ко мне ребята.

— Ничего. Предложил выбрать для обучения факультет Смерти. Видите ли, у меня талант к проклятиям.

— А ты? — спросила Анька.

— А что я? Отказалась.

— Серьезно?

Это уже Ник.

— Сторис никого не уговаривает. Наоборот, попасть к нему практически невозможно.

— Где-то я уже это слышала.

— Подумай, подруга, после некромаргов проклятийники самая престижная и высокооплачиваемая специальность.

— Неужели, для вас так имеет значение положение и деньги? — возмутилась я, топая по коридору в следующую аудиторию, — по-моему, гораздо важнее заниматься тем, что по душе. Работа должна приносить удовольствие. А всех денег не заработаешь. Скажи, Ник, вот если бы тебе предложили бросить артефактуру и стать, к примеру, боевым магом, что бы ты выбрал?

— Э-э-э. Нет, — парень даже остановился. На его лице отобразился мыслительный процесс, — я ж всю жизнь с этим. Творить магию, воплощать ее через предметы — это часть меня, которую никто не в силах изменить.

— Вот! Так, почему я должна заниматься тем, что мне не нравится?

— Ник в чем-то прав, — неожиданно поддержала нового знакомого Анька, — мы хоть и разные, но с самого рождения чувствовали свою силу и предназначение. А ты, другое дело.

— Это еще почему?

— Твой талант проявился не так давно. Раньше ты и не помышляла о магии и подобных вещах.

Да! Раньше у меня была любимая работа и вполне налаженная жизнь!

— Ты еще не выбрала. Это заметно даже нам, простым адептам. Что говорить о преподавателях?

— Понятно, — буркнула в ответ, — сговорились? И когда только успели?

— Так, пока тебя ждали, — улыбнулась подруга, — Ник рассказал, как ты вчера Шелустника проучила. А я то все не могла понять, чего это он на тебя взъелся.

За разговором не заметили, как добрались до нужной аудитории. Адепты встретили нас настороженными взглядами. Еще бы. Одно наличие аракны в компании людей, было поводом для разговоров. А уж представление, устроенное на предыдущей паре, уверена, многим насмешникам рот помогло заткнуть.

— Привет, — поздоровалась Эви.

Ага, знакомства с нами уже можно было не стесняться.

— Привет, — подавила я язвочку внутри и улыбнулась эльфийке, — как Ферт?

— Идет на поправку. Не возражаете, если с вами сяду?

— Нет. Присоединяйся.

Только сейчас обратила внимание, что столы в кабинете были рассчитаны как раз на четырех адептов и располагались амфитеатром. Да и остальные места уже заняты. Это потом, когда нас разделят по факультетам, мест будет больше. А пока так, всем вместе, приходилось тесниться.

Лекцию по ментальным щитам вел Грейм. Его появление в классе сопровождалось вздохами и томными взглядами девушек. Помнится, когда увидела его впервые, он тоже произвел впечатление. Но более близкое знакомство развеяло тот романтический образ, что я нарисовала. Впрочем, как и иллюзию того, будто между нами что-то могло быть. Тем более после всего, что демон со мной сделал. И пусть теперь я понимаю причины его поступков и уже не так ненавижу, но вздыхать по Ордленду точно не собираюсь. Скользнув по мужчине равнодушным взглядом, уставилась в свою тетрадь.

Грейм тем временем представился, провел перекличку адептов, затем приступил к лекции. Демон рассказывал о том, какие способы ментального воздействия бывают и как создавать простейшие щиты, чтобы никто не мог считать мысли. Интересно. Познавательно. Но для меня малость устарело. Этому я успела научиться в первый же день пребывания в академии.

Третьей парой была поставлена биология видов. Преподавал ее очередной мой знакомый Кринель а Тальминар. Певучим голосом эльф начитывал нам наименования рас и перечислял их основные достоинства и недостатки. На этом занятии, наоборот, я слушала все с открытым ртом. В отличие от остальных, знания о расах почерпнула из книжек и фильмов фентези, что смотрела и читала в большом количестве. Кстати, очень многое соответствовало действительности.

Нда, а вот на физподготовке меня ждал очередной позор. Тело отчаянно сопротивлялось нагрузкам, мстя мне черными мушками в глазах, слабостью в ногах и свинцовой тяжестью во всех известных и вновь открытых мною мышцах. Еле доползла до кровати. И не без помощи Аньки. Есть хотелось неимоверно. Несмотря на то, что обед был после третьей пары.

Ну, и ладно. Быстрее похудею. К тому же у меня имелся запас пирожков, которыми угостила повариха. Не пропаду.

Устроившись в гостиной, мы с Анькой штудировали книги на предмет домашнего задания. Голова ломилась от обилия информации. Все было так ново, необычно. Но, главное, интересно! Я снова поймала себя на мысли, что мне нравится учиться. Где-то глубоко, на подкорке подсознания царапнула мысль, что за это надо благодарить Грейма. Но, едва сдвинувшись с места и ощутив прелесть молочной кислоты в мышечных тканях, я захотела разорвать этого демона на сотни маленьких рогатиков.

В этот момент в воздухе что-то мелодично тренькнуло. Возникший из воздуха журавлик плавно опустился в руки оторопевшей от неожиданности Аньке. Едва подруга дотронулась до бумажного чуда, как оно вспыхнуло, озарив комнату цветной радугой. Затем из сотен искрящихся огоньков соткался необычный по своей красоте цветок, который плавно опустился на колени, в последний момент, трансформируясь в аккуратный конвертик.

Трясущимися от волнения руками Анька развернула листок и впилась в него взглядом. На лице аракны расплылась счастливая и немного глупая улыбка.

— Теша объявился, — предположила я.

Анька кивнула, прижав клочок бумаги к груди.

— Что пишет?

— Приглашает на прогулку. Вечером.

Эмм, — я с минуту смотрела на свою соседку, которая неподвижно сидела на кресле с дебильным выражением лица, — любовь определенно меняет, кхм, нелюдей. Только кто сказал, что в лучшую сторону?

Кое-как встала. С охами, вздохами и кряхтеньем доковыляла до Аньки, пощелкала пальцами, поводила рукой перед ее лицом.

— Э-эй! Отомри! Когда у вас встреча? Ты успеешь собраться?

С паническими воплями аракна стала метаться между ванной и гостиной. В последней, в силу определенных обстоятельств (тех самых, по которым комната подруги была опутана паутиной), в отдельном шкафу хранились вещи Аркханны. Одежда, косметика, белье летели в разные стороны.

Нда, Мамай с его побоищем отдыхают. Нет страшнее зверя, чем собирающаяся на свидание девушка. Ага. Красота — это страшная сила, особенно тщательно ухоженная и идеально воплощенная.

Вечером, когда Теворий появился на пороге нашего жилища, даже я оторопела. Выглядел эльф потрясающе. Длинные волосы уложены сложным плетением. В левом ухе красуется каплевидный бриллиант коньячного цвета размером в два — три карата. На его фоне загадочным блеском сверкают ореховые глаза. Шоколадного цвета рубашка выгодно оттеняет белоснежную кожу парня. А изумрудно-зеленый камзол, расшитый золотом, подчеркивает изящную фигуру. Брюки в тон костюму, заправлены в высокие лакированные темно-коричневые сапоги с множеством заклепок, ремешков и пряжечек. На земле за такую обувку душу бы продали.

— Привет, — я пришла в себя первой. Анька как раз спрашивающая меня, какие выбрать серьги, так и застыла с отвисшей челюстью. Выскользнувшие из рук украшения тихонько звякнули, ударившись об пол. — Как ты прошел сюда?

— Обыкновенно, — Теша небрежно повел плечом. На лице промелькнула довольная улыбка. Видимо, от сознания того, что его появление произвело тот эффект, на который рассчитывал. — Назвал свое имя, а также имя той, к кому пришел. Все.

— Так просто? — удивилась я.

— А что такого? Приходить в женское общежитие днем разрешено правилами, так же как и в мужское. Запрет только на ночное время. И то при желании его можно обойти.

— Ну, это нам без надобности. А что ты там принес?

Поморщившись от боли, я доковыляла до эльфа и нахальным образом забрала коробку.

— Ммм, конфетки! Это мы любим. Правда, Ань?

Подруга молча кивнула.

— И цветочек давай, в воду поставлю.

Я забрала белоснежную розу на длиннющем стебле и направилась на кухню. По пути, легонько щелкнула подругу по подбородку. Хватит с нее и ошалелого взгляда. Нечего рот раскрывать. Глазами указала на пару жемчужных сережек.

— Надень эти. Они больше подходят, — прошептала я. Хотя, эльфы обладают обостренным слухом, и мои слова наверняка не остались секретом, — вы тут посидите или на свежий воздух пойдете?

А в ответ тишина.

Нда. Похоже, тугоумие наблюдается с обеих сторон.

Эльф тоже во все глаза пялился на Аркханну.

А что? Мы вот тоже готовились. Мало того, что Анька отмокала два часа в ванной, благоухающей как парфюмерная лавка. Потом натерлась душистым маслом, отчего ее кожа засияла холодным блеском мрамора. Я прямо обзавидовалась, глядя на такую красоту.

Еще я выудила из пространственного кармана чемодан настоящей Алёны. А в нем и косметика, и белье, и платья. Ну, и много чего по мелочи вроде бигудей, шпилек и маникюрных принадлежностей.

Волосы у Аркханны едва доставали до плеч. Обычно они спадали прямыми прядями или торчали в разные стороны. А вот накрученные в тугие локоны, уложенные и сбрызнутые лаком для волос, превратили их обладательницу в романтичную барышню. Немного румян, туши, подводки для глаз, блеска для губ и перед нами настоящая красотка. Чулочки, босоножки на шпильке, на которых аракна выхаживала по комнате последние полчаса, и насыщенного синего цвета платье дополняли соблазнительный образ.

Поставив цветок в воду, я уверенно запрятала конфеты на верхнюю полку шкафчика. Анька все равно такое не ест, а мне вредно для фигуры. Поставила чайник. Посидела минут десять. Заварила себе чаю. В общем, честно выждала тридцать минут, дав влюбленным время побыть наедине. Я бы и подольше посидела, если б не дико ноющие мышцы.

— Эй, народ, я иду, — предупредила честно.

Похоже, мои слова канули в пустоту. Я обнаружила эльфа и аракну сидящими на диванчике.

Как мило!

Эти двое молча смотрели друг на друга. На лицах обоих блуждали улыбки, а глаза светились ярким необычным светом.

Это ли не любовь?

Еще заметила, что ладонь Тевория накрыла руку Аркханны. А она не спешила ее отдергивать. Да и эльфу, похоже, вреда это не приносило.

У-у-у, как все запущенно. Свела их, на свою голову. Нормальному человеку ни полежать теперь спокойно, ни поучиться. Теперь мне что, из своей комнаты не выйти? Нехочу-у-у.

— Эй, голубки! Чай будете? Или настой травяной? Только последнее, чур, сами наводите.

— Ага. Да, — ответили мне рассеянно.

— Что да-то? Вы тут сидеть будете или гулять отправитесь? Между прочим, скоро ужин. Вот. Кто бы на меня внимания обратил. Говорю, будто со стенкой, — пробубнила себе под нос, — как идти-то, когда по комнате еле передвигаюсь? Опять голодная останусь.

— Если позволишь, помогу.

Я шарахнулась в сторону от возникшего рядом Тевория. Задумалась так, что не заметила, как он поднялся и подошел. Однако от помощи отказываться не стала.

— Ложись на диван. Закрой глаза, — мягко и в то же время требовательно сказал эльф. Сейчас рядом был не влюбленный в подругу парень, а марг. Целитель.

Я легла, расслабилась. Послушно прикрыла глаза. Прохладные пальцы легли на виски. Первые пять минут ничего не происходило. Затем от эльфа полилось тепло. Казалось, что его сила проникала в мою кровь и разбегалась по венам с каждым вздохом, орошая клетки живительной энергией. Тело стало воздушным. Я больше не чувствовала боли или скованности. Наоборот. Хотелось летать и петь от восторга. Казалось, что могу свернуть горы.

— Ну, как? — поинтересовался эльф, отстранившись от меня.

— Восхитительно! — я встала, потянулась.

Жизнь прекрасна! Особенно когда ничего не болит.

— Спасибо! Ты и впрямь крутой целитель. Избавил меня не только от боли, но и от голодной смерти. В столовую я бы не доползла.

— Пожалуйста. Мой долг помогать тем, кто нуждается в помощи.

— А уж как я рада этому, не передать. Плотненько поужинать не помешает. Оставайтесь, — великодушно разрешила я, направляясь к выходу, — мне не спешить, да?

Анька и Теворий враз покраснели.

И чего, спрашивается? Эльф точно не девственник. А Аркханна… Не для злобного же паучьего женишка себя хранить? В общем, сами разберутся, — решила я.

В столовой вновь встретила Ника. Он всерьез увлекся идеей защитного костюма. Пока я методично уничтожала кашу с мясом, артефактор взахлеб рассказывал о той пользе, которую принесет его разработка. Вот только придумает, как закрепить силовое поле и сделать его стабильным, так и патент можно оформлять. Меня в долю собрался брать. Ага. За гениальную идею, так сказать.

Ха. Этих идей хоть ковшом черпай. Земные фантазеры такое выдумают, что мало не покажется. Вот бы Нику парочку фильмов показать…

Последняя мысль пронзила током.

Фильм. Точно! В Аленкином чемодане я нашла планшетник. Даже зарядку проверила: почти полная. Часов на пять работы хватит. А с собой мелкая обязательно должна была прихватить накопитель со своими любимыми фильмами. Ну а раз вкусы у нас совпадали (за исключением совсем уж детских сериалов про школьников), то вполне можно устроить киносеанс.

— Ник! — бесцеремонно перебила я, — чем планируешь заняться в выходные? Приходи ко мне в общежитие.

— Я… э-э-э…, — парень замялся, покраснел, — мы же не… Я, в общем… Вот.

— Да нет. Ты не так понял.

Не смогла удержать горькую усмешку.

Неужели подумал, что на свидание приглашаю? Он же не в моем вкусе. Да и не стала бы. Но обидно, что даже чисто теоретически моя персона вызывает отвращение.

— Не подумай ничего такого. Ты не интересуешь меня как мужчина. Я по поводу идей. Хочу показать одну штуку. Думаю, ты оценишь. А если нет, то просто интересно проведем время.

— А-а-а, — Ник шумно выдохнул и виновато посмотрел на меня, — извини. Я подумал… Неважно. Конечно, приду.

— С тебя пиво и чипсы, — буркнула я.

— Это что?

— Спиртное и легкая закуска.

— Но как же…

Адепт покраснел. Взгляд заметался по сторонам. А на лице отобразилась мысль, как бы слинять от назойливой поклонницы. То бишь, меня.

Нет. Ну, надо же! На себя бы посмотрел!

— Да не нужен ты мне. Я кино предлагаю посмотреть. Как же объяснить-то. Движущиеся картинки. Там костюм тот, про который я рассказывала. Еще летательные машины. Да, много чего. На моей родине такие картинки называются фильмами. Над их созданием трудится куча народа. А смотреть их собираются в специальных залах — кинотеатрах. Еще и платят за это.

— Ну, если так, то приду, конечно. А… мы вдвоем смотреть эти твои фильмы будем?

— Нет! Аркханна будет со своим парнем. Эви тоже можно позвать.

— Куда?

Стоило упомянуть эльфийку, как она возникла у стола.

— В субботу приходи к нам после обеда.

— У вас что, вечеринка намечается? — обрадовалась Эви, — а можно я с Фертом приду? Его как раз из лазарета отпустят. Мы хотели отпраздновать. Только смертники его стороной теперь обходить будут, а с боевиками он еще не успел сблизиться.

— Так, это будет вечеринка? — удивился Ник, — а по какому поводу?

Едрит-теодолит, сказала на свою голову! И Эви как-то стремно отказать. А Ник, вообще, непонятно чего себе напридумывал.

— А я могу ребят позвать? — артефактор, похоже, загорелся идеей вечеринки. Интересно, еще не поздно сказать, что пошутила?

— Каких ребят? Зачем?

— О! Алена, — умоляюще протянула эльфийка, — ты же не будешь против Корни, Селишы и Медены? Мы в одном блоке живем. Они не простят, если не приглашу их. Эта такая замечательная идея! Вот не ожидала от тебя! А кого ты собрался позвать? — спросила она у моего друга, — тебя, кажется, Ником зовут. Я не ошиблась?

— Нет. Да. Ник. Я думал про Шейна и Роппа.

— Люди-и, — брезгливо протянула эльфийка, но, напоровшись на наши с Ником насупленные взгляды, поспешила исправиться, — я хотела сказать, люди — это замечательно. Только еще бы Микласа и Эйрела пригласить.

— Да вы что, всей группой гулять собрались? — возмутилась я, не успевая следить, как растет количество участников, — может, еще на всю академию объявление дать? А что? Наши комнаты резиновые. Все поместятся.

— Так. Ник, с тебя — пригласить парней. А поскольку вечеринка первая, настоящая, то нужно отметить не только чаем, а чем-то покрепче. Надеюсь, вы решите эту проблему? — эльфийка цепко взялась за реализацию спонтанной идеи.

— Спиртное в академии запрещено, — попытался возразить Ник, но Эвиления так выразительно зыркнула на него, что он заткнулся.

— И что? Кого это останавливало? Вы парни. Будущие марги. Неужели не справитесь?

— А? Да. Решим. Наверное.

— Вот и отлично. А мы, девочки, обеспечим закуску, — Эви с довольным видом потерла руки и заговорщически добавила, — и развлечения тоже.

В башню возвращались втроем. Мы с Ником молчали. Я, например, обдумывала ситуацию, в которую угодила. А вот эльфийка заливалась соловьем. Про наряды, конкурсы, парней и прочее. Мысленно я уже сто раз обругала себя.

Кто тянул за язык? Как быть с планшетником? Не объяснишь ведь откуда он. Ник мог бы понять и сохранить в секрете. А остальные? Нет. Что скажет Аркханна? У-у-у-у. Как я во все это вляпалась?

Глава 15

Оставшиеся до вечеринки дни пролетели незаметно. Занятия, новые предметы, преподаватели, изматывающая физподготовка и начинающее входить в привычку лечение от эльфа, приятеля моей соседки по комнате. Последняя с восторгом приняла новость о намечающемся событии.

Еще бы! В ее жизни это первая вечеринка. А я еще надеялась, что она поддержит меня в желании отменить праздник. Куда там.

Я не узнавала паучиху. Она на каждой переменке что-то обсуждала с Эви и другими девчонками. Ей безумно нравилось секретничать, чувствовать свою причастность к общему делу. Да и, вообще, как Аркханна однажды призналась, она никогда еще не была так счастлива.

Что ж, да ради такого я хоть каждую неделю вечеринки буду устраивать.

Нда, а количество участников росло. В нашу компанию добавился еще один эльф с целительского факультета. Кемаля пригласил Ферт, в благодарность за лечение. Плюс еще парочка оборотней. Эти даже на занятия вместе ходят. Стая у них. Стоит пригласить одного, заявятся всем выводком. Но отдать должное, альфа Миклас и его беты Карел и Дирк видные парни. Широкоплечие смуглые красавцы. Высокие и подтянутые как на подбор.

Не оставила вниманием такое событие и Клода. Она снизошла до разговора с плебейкой в виде меня, сообщив, что, так и быть, придет на нашу глупую вечеринку. И то, потому что ее высокопоставленного поклонника срочно вызвали на границу устранять какие-то проблемы. А запланированное свидание сорвалось.

В свете новых подробностей наша с Анькой «квартирка» при всем желании не могла вместить всех желающих. Но деваться уже некуда.

Утро субботы мы с подругой посвятили уборке. Комнату аракны решено было закрыть на магический замок. С этим помог Теворий. Пусть это и бытовое заклинание, но вот парочку охранок нам пока еще не под силу сделать самим.

В гостиной мы, прежде всего, убрали мебель. Тумбочка, низкий столик и трюмо перекочевали в мою комнату. Диван и пара кресел нашли место у стены. Раздвижной стол, притащенный с кухни, разместили у дивана. Дополнительные стулья и кресла эльф приволок из блока Эви. Припахали мы паучьего ухажера по полной программе. В промежутках между перестановками, я умудрялась протирать пыль и распихивать по карманам всякую «пропавшую» под диваном и другой мебелью мелочевку.

— Все-таки шкаф придется сдвинуть, — вынесла вердикт Эви, заявившаяся проконтролировать нашу работу.

— Тебе надо, ты и двигай, — обозлилась я.

Нет! Ходят тут всякие. Указывают. А я, между прочим, одна отдуваюсь. Архканна тряпки в руках не держала. Пару раз размазала грязь по столам, и все. А что такое подмести или помыть пол и подавно не знала. Нда. И как они живут? Неплохо, ага, — пропищала персональная язвочка, — освоили бытовую магию и не жужжат. А по мне, так и руками иногда надо поработать.

— Не нервничай, Алена, — эльфийка гаденько так улыбнулась, — это мужская работа. Значит, парням и отдуваться.

Теша что-то булькнул и отчаянно замотал головой.

— Да никто тебя одного и не заставляет. Попейте чайку. Я сейчас все устрою.

Эвиления выскользнула из комнаты, послав нам на прощание воздушный поцелуй. Мы с Теворием и Аркханной дружно переглянулись и… пошли на кухню. Завтрак уже давно прошел, а до обеда далеко, как говорил один мультгерой, так что идея с чаем была не так плоха. Я даже достала одну из коробок с конфетами, которые исправно таскал Теша.

Вку-усные!

Спустя пятнадцать минут Эви вернулась в сопровождении Карела и Дирка. Оборотни молча ухватили шкаф и отволокли его в дальний угол комнаты. Когда мы всей троицей появились на пороге, помощников и след простыл.

— Вот! — эльфийка демонстративным жестом указала на шкаф, — принимайте работу. Только уберите тут все, — холеным пальчиком она указала на прямоугольник пыли на полу.

Аркханна с Теворием незаметно ретировались обратно на кухню. А я, тяжко вздохнув, взяла ведерко с водой, тряпку, веник с совком и пошла убираться.

Спасибо эсте Аунт, хоть инвентарем снабдила.

Пару-тройку раз чихнув, смела мусор с пола. Затем решила протереть часть стены. Обои за шкафом слегка запылились, но сохранили первоначальный насыщенный цвет. Они смотрелись ярким пятном на общем фоне. С едва слышным треском тканево-бумажная основа покрытия порвалась под моей рукой.

— Что за дыры в стенах? Вот гадость. Тьфу. Теперь эту дырку ничем не скроешь, — возмутилась я.

— Какие дыры? Ты о чем? — явились на мои вопли Анька с эльфом.

— Да вон, — я кивнула на стену, — только рукой провела, а она хрясь, и все. Дырка. Что за горе-строители тут работали!

— Нет. Такого не может быть, — вступился Теворий, — к возведению домов у нас относятся серьезно. Тем более это академия. Тут каждый кирпич подогнан магией. Без грубого вмешательства даже камешек не вытащишь.

— А это, по-твоему, что? — я ткнула пальцем в небольшой провал и продырявила дорожку длиной с ладонь.

— Это? — эльф подошел, внимательно осмотрел результат моего вредительства. Даже подцепил краешек двумя пальцами, чтобы затем рвануть его изо всех сил, сдирая со стены целый пласт, — это неумелая попытка замаскировать дверь.

Под обоями показалось деревянное полотнище. В четыре руки мы с Тешей ободрали стену. И там действительно нашлась дверь. Но ни петель, ни замка, ни ручки на ней не обнаружилось.

— Странно. А как же она открывается? — я задумчиво почесала макушку.

— Тут магическая основа, — разочарованно протянул Теша.

— Интересно, что там?

— Забудь. Тут работа высших маргов. Четыре печати, две из которых ставил сам ректор. И без демонов не обошлось.

— Откуда узнал?

— Магическое зрение. После инициации поймете, о чем я, — усмехнулся эльф.

— Так, значит, дверь не открыть. И стена изуродована. Катастрофа, — расстроилась Анька. Всхлипнула, будто собралась плакать.

Странно, насколько я помнила теорию из курса биологии видов, аракны не страдали сентиментальностью. Не проливали слез. Ага, и не влюблялись в потенциальный обед. Видимо, Анька какая-то неправильная аракна. Может, так проявляется человеческая ее часть?

— Я вспомнил, что обещал ребятам помочь. Там… меня ждут, — резко засобирался Теворий, — э-э-э, до вечера.

Парень ретировался. Даже намек на женские слезы заставил эльфа капитулировать. Аркханна же застыла обиженной статуей. Показалось, в алых глазах полыхнул огонь.

— Мне нужно побыть одной. Прости, я… боюсь не сдержаться.

Паучиха метнулась в свою комнату, проломив защиту двери. Охранные чары пискнули, взметнулись в разные стороны и осыпались гаснущими искрами.

Ну вот. У всех свои заморочки. А мне что делать? Хотя…

Пришла в голову одна идейка. Получилось же у меня с полом в столовой. Что, если и здесь попробовать? Но для начала…

Сходив на кухню за ножом, я стала аккуратно срезать обои, чтобы края не выглядели так, будто их рвали зубами. Терпеть не могла ремонты и все с ними связанное. А здесь предстояла та еще работенка, в конечном результате которой сильно сомневалась. Вдобавок надо придумать, каким рисунком покрыть стену. В общем, сильно задумавшись, я таки резанула себя по пальцу.

— Едрит-теодолит. Черт!

Больно-то как. И кровища хлещет. Стену заляпала.

— Гадство! Чтоб тебе! Исчезни! — я с досадой пнула дверь.

Развернувшись, потопала в ванную. Кое-как остановила кровь, перевязала палец платком. Вернувшись в комнату, застыла с раскрытым ртом. На месте двери ничего не было. То есть, там был проход. Куда-то. Подцепив один из магических шаров, болтающихся под потолком, шагнула в проем. Запустила шарик по кругу, чтобы он осветил помещение.

Ну, что сказать? Ничего особенного. Огромный пустой зал, заросший паутиной и покрытый толстенным слоем пыли. Но…

Это то, что нужно для вечеринки. Ага. Вот только уборку придется начинать по новой. Мне!

Горько вздохнув, поплелась за веником.

Где ты мой добрый друг пылесос?

Как ни странно, но в процессе наведения чистоты, я успокоилась. Моя творческая натура, забитая в самый дальний уголок огромной массой новых знаний, пробилась наружу. Если у нас вечеринка, то без танцев и музыки не обойтись. Ну, как я это себе представляла. Может, в этом мире несколько иные понятия о развлечениях, но я собиралась сделать по-своему. В общем, решила превратить помещение в ночной клуб. Благо было, где разгуляться.

Главное, сосредоточиться и представить то, что хочу увидеть в итоге. С мельчайшими подробностями. Что ж, приступим, — я зажмурилась, — одну из стен хотела видеть зеркальной. По всему периметру чтоб подсветка была. Ага. Только светодиодов и неона в этом мире вряд ли найти можно. А вот растянуть несколько магических осветительных шаров в тонкие полоски, запросто. Остальной декор решила намешать из нескольких интерьеров, которые сама разрабатывала четыре года назад.

В голове отчетливо прорисовывался образ будущего «клуба».

Фактурная штукатурка глубокого синего цвета с нанесенной на выступающие грани специальной краской на пару тонов светлее делала стену объемной. А в приглушенном освещении поверхность «оживала» за счет визуального эффекта сверкающих капель. Полупрозрачный пол нафантазировала с 3D рисунком: сине-зеленая трава, диковинной расцветки цветы, ядовитые грибы. Потолок представила в виде свода пещеры, покрытого сталактитами, из которых получились отличные точечные светильники.

Распахнув глаза, покачнулась от накатившей слабости. Дождалась, пока перестанут мелькать цветные мушки, и… едва сдержала восторженный вздох.

Получилось! Невероятно. Но все, что нарисовала в своих фантазиях, воплотилось и в реальности.

Я прошла по комнате, касаясь рукой шершавой на ощупь стены. Кисло улыбнулась отражению в зеркале. И осела на пол.

Все нереально. Неужели, это я создала такое лишь силой мысли? Если так, то… Значит, я… Значит, у меня на самом деле есть дар. Я особенная. Я…

Если бы под рукой был стакан водки, выпила не раздумывая. Одно дело, когда о способностях говорят посторонние. Другое — убедиться в этом самой. Прочувствовать. И… опьянеть от нахлынувших эмоций. Ага, и ощутить непреодолимое желание сотворить что-нибудь еще. Даже, несмотря на то, что от магической работы кружилась голова, а мышцы ломили так, будто только с физподготовки пришла.

Но это мелочи. Пока тело отдыхало, я усиленно размышляла, чтобы еще сделать. Помимо «ремонта» требовалась хоть какая-то мебель.

Не на полу же, хоть и красивом, вот так сидеть.

А вот с этим возникли проблемы. Если стеновые и напольные покрытия я трансформировала из уже имеющегося материала. То создавать осязаемые предметы из воздуха было сложно. Вернее, у меня не получилось, как я ни пыталась. силенок не хватало. Нужна основа хотя бы относительно подходящая по размеру и плотности.

Решив посоветоваться, а заодно поделиться радостью, потопала к Аньке.

А кому же еще?

— Эй, подруга. Ты не поверишь, что я сделала! — ворвалась в комнату аракны.

Еле успела затормозить, чтобы не влипнуть в паутину. В нее я все же попала. Только не увязла, а мягко отпружинила к двери. Черный паук зашевелил жвалами, издал рычащий звук и отполз на противоположный край комнаты. Фасеточные красные глаза гипнотизировали.

— Анька. Ты должна это видеть! Я дверь открыла. У нас есть зал для танцев! Пойдешь смотреть?

Паук зашевелил лапами и щупальцами одновременно.

Эмм. Это значит, да? Похоже на то.

Массивная туша бесшумно передвинулась ко мне. Взметнув передние конечности вверх, аракна приняла человеческий облик.

— Ты открыла дверь?

Едва не сбив меня на пороге, подруга, запахивая на бегу заранее приготовленный халатик, кинулась в гостиную, чтобы застыть в открытом мной проеме.

— Красотища какая! Алена, ты гений!

— Ну, скажешь тоже, — засмущалась я. Было дико приятно слышать похвалу, — я бы и мебель сделала. Только заготовки нужны. Где бы их взять?

— Заготовки? Как это? Из чего они должны быть?

— Да все что угодно. К примеру, из обычной табуретки, сделала бы кресло. Да хоть трон. Материал любой. Фанера даже подошла бы. Или картон. Хотя нет, попрочнее что-то требуется. А то сядешь на такой трон, а он рассыплется под тяжестью тела.

— Подожди минутку, — Анька замерла, ненадолго задумавшись, после помчалась в свою комнату.

Я же придирчиво осматривала наши скудные запасы мебели.

Кресла, стулья, диван нужны в гостиной. Без стола тоже никак. Три кухонные табуретки погоды не сделают. Нда, засада.

— Алена, — подруга выглянула из своей комнаты, — глянь, а вот это может стать заготовкой?

Аркханна вытащила четырехногую конструкцию, грубо сварганенную из… паутины. Табурет работы то ли пьяного, то ли обкуренного мастера. Круглые ножки толщиной с мою руку. Причем все разной длины. Сверху крестом две перекладины. На таком невозможно усидеть. Но тем не менее…

Это была заготовка. Крепкая. Подходящая. Паутина аракны считалась самым прочным материалом. Форму я могла придать иллюзией. И, главное, — этого добра было в избытке. Как снега в разгар зимы. Или песка в пустыне.

— Анька, ты гений! — вернула подруге фразу. — Можешь таких штуки четыре сделать? А еще парочку в виде длинных лавок. И стол. И барную стойку. Сейчас нарисую, что мне нужно, — добавила я, увидев сморщенный носик Аркханны, когда она пыталась осознать, что от нее требуется.

На наброски ушло минут десять. Полчаса на изготовление паутинных болванок. И примерно столько же на преобразование колченогих табуретов в произведения искусства. В итоге «ночной клуб» обзавелся широченной барной стойкой из натурального камня, пятью высокими стульями, изготовленными под стать интерьеру в форме сталагмитов. Двумя диванчиками, банкетками, тремя столами и даже отдельным подиумом для танцев.

Имея бесконечный источник заготовок, я немного преобразила и нашу гостиную.

Старый диван «оброс» мягкой кожей цвета слоновой кости. Я его удлинила и придала угловую форму. Столик укоротила и изогнула, повторяя форму дивана. Столешницу преобразовала в стеклянную, дымчатую с золотыми искорками.

Видела такой стол в одном из модных журналов. Мечтала купить. Даже деньги откладывала. А теперь, вот он, стоит и радует.

Подправила камин, чтобы соответствовал общему стилю. «Слепила» несколько декоративных вещиц вроде абстрактных панно, изящных бра, полочек и вазочек, призванных придать интерьеру законченный вид. Вход в новое помещение замаскировала, «заклеив» обоями.

А что? Обычная стена. Никаких тайных комнат.

Глава 16

Я встречала гостей у входа. Первыми прибыли девчонки: Эви, Клода, Корни, Селиша и Медена. Сразу видно, девушки готовились. Выглядели так, будто в мисс мира собрались участвовать. Анька запросто влилась в их компанию. И только я душила в себе комплексы, уговаривая не обращать ни на что внимания.

Ага. Легко сказать.

Платье, конечно, подогнала под себя иллюзией. Волосы уложила, макияж нанесла. Но непросто чувствовать себя привлекательной на фоне ослепительных представительниц других рас.

Клода зашла первой. В струящемся бордовом платье она смотрелась королевой. Диадема в высокой прическе, открывающей остроконечные ушки. Ниспадающие на точеные плечи локоны цвета воронова крыла, в которых вспыхивали красные искры. Вкупе с платьем эффект потрясающий. Сверкающие фиолетовые глаза. Чуть узковатые, миндалевидные, подведенные черным, они подчеркивали экзотичность красавицы.

Контрастом темнокожей дроу выступила эльфийка. Льняные волосы свободно струились по хрупким молочно-белым плечам. Нежно-голубого цвета платье оттеняло небесную синеву огромных глаз. Просто мисс изящество и совершенство.

Хищная кошка Селиша отличалась животной грацией и пластичностью движений. Черные с рыжим отливом волосы так и норовили выбиться из замысловатой прически. Платье, обтягивающее безупречную фигурку, сидело, словно вторая кожа. Глянцевая черная ткань ловила каждый отблеск света. Колье и серьги из желтых камней усиливали магнетизм янтарных с вертикальным зрачком глаз.

Медена была в синем. Правильные черты лица. Привлекательная. Пропорционально сложенная. Статная. Каштановая шевелюра рассыпана по плечам бурной гривой туго закрученных локонов. Бездна обаяния. Даже я, заглянув в темно-синие, как грозовое небо, глаза, поддалась очарованию. На миг показалось, что нет никого прекраснее, чем эта девушка. Белоснежная фарфоровая кожа, ямочка на подбородке, безупречная форма карминовых губ. Острые клычки, которые не причинят боли. Ну, разве самую малость. Но взамен…

Девушка моргнула, и, улыбнувшись клыкастенькой улыбкой, прошла мимо. А я, как идиотка, осталась стоять у входа, склонив голову вправо и открыв доступ к шее.

— Я не голодна, — Медена пожала плечами, будто для нее норма, что люди каждый раз подставляют ей свои шеи.

Нда, дела. А встреть я вампиршу в темном переулке, стала бы она пренебрегать халявной едой? Вот гадство. Никогда не буду больше смотреть вампирам в глаза!

Казалось бы, что последняя гостья потеряется на фоне остальных. Люди редко могут соперничать по красоте с теми же эльфами. Но нет. Корни сияла, словно драгоценный камень. Медно рыжие распущенные волосы и орехового цвета глаза, обрамленные длинными густыми ресницами. Брови вразлет, хищный носик, полноватая нижняя губа. Легкий естественный (или тщательно нарисованный) румянец и щедро рассыпанная по щекам и носу горсть веснушек. По белизне кожи Корни не уступала вампирше, а вот фигурке та могла позавидовать. Выдающийся бюст, минимум пятого размера, несомненно, был предметом особой гордости его носительницы.

Я хмурилась, топчась у входа. Молча наблюдала, как девушки оценивающе посматривают друг на друга, мило улыбаются, говорят ничего незначащие фразы.

Аркханна тем временем хлопотала на кухне, раскладывая принесенные закуски по тарелкам.

Ребята пришли всей толпой, опоздав всего на десять минут.

Интересно, как они прошли фейсконтроль в лице эсте Аунт? А пропускная система общежития? Даже знать не хочу.

Ферт и Теворий сразу проследовали к своим парам. Карел с Дирком нацелились на одну и ту же кошечку Селишу. Кемаль с выражением собственного превосходства и неотразимости на лице присел на банкетку у ног Медены. А Шейн и Ропп, парни с нашего потока, расположились по обе стороны кресла, в котором устроилась Корни. Альфа Миклас вознамерился взять в осаду самую неприступную крепость — Клоду.

— Пойдем, Ник, — я похлопала оставшегося не у дел расстроенного парня по плечу, — в обществе этих мачо тебе ничего не светит. Да и свободного места не найти. Давай чайку попьем? А ты мне расскажешь, как у тебя работа с артефактом продвигается.

Но тихонько посидеть за чашкой чая нам не дали. На кухню заглянула восторженно-вопросительная мордашка Аньки. Подруга поманила нас за собой. В дверях мы столкнулись с Тешей и Кемалем.

Ага. Наверняка, первому по секрету была доверена великая тайна о приготовленном сюрпризе. А второй, скорее всего, слишком хорошо знал своего приятеля. Просто так он бы не променял общество своей девушки на ее некрасивую подружку и ботана.

Ну а вслед за эльфами на меня уставились и остальные десять любопытных взглядов.

— Что за сюрприз? — Селиша капризно сложила губы в трубочку, — я уже изнываю от нетерпения.

— Да, Алена, не будь такой жестокой, — поддержала Эви, — говорят, ты сделала что-то невероятное? Если уж гостиная преобразилась, то…

— Ничего-то от вас не скроешь, — притворно вздохнула, — только мне нужна небольшая помощь.

— ???

— Усилить звук и создать полог тишины.

— Легко, — отозвался Ферт, — уже сделано.

Голос парня прогрохотал на все помещение.

— Нет, Ферт, ты не так понял, — мой голос раздался гулким эхом, — пойдем, объясню, что нужно.

Я направилась в свою комнату, парень пошел за мной. В воцарившейся тишине услышала сердитое сопение эльфийки.

Она что, ревнует? Ко мне? Ее проблемы.

Вообще-то, я собиралась включить плеер с музыкой. Батарейки Алёна вставила перед самым отъездом, должно было хватить. А вот как сделать так, чтобы звук не уступал по громкости клубному, я не знала. Но Ферту хватило минуты, чтобы справиться заданием. Правда, перед этим он минут на десять «завис», соображая, что это за штука, из которой доносятся такие странные звуки. Зато потом заявил, что сможет заставить плеер работать и без батареек.

В общем, отсутствовали мы минут пятнадцать, но Эви, стоило нам появиться, одарила таким взглядом, что я чуть не поперхнулась.

— Что ж, дамы и господа, — шутливо объявила я, — приглашаю вас на открытие ночного клуба. Еда и напитки с собой. Хорошее настроение и отличная музыка гарантируется. Танцевать и веселиться обязательно.

С этими словами убрала иллюзию, закрывающую проход. Ферт скользнул в помещение первым, накрывая его пологом тишины. А я проследовала за «диджейский пульт», врубив музыку на полную мощность.

Ребята, не ожидавшие такого, входили с раскрытыми от удивления ртами. Сразу за порогом их «сшибала» танцевальная мелодия и слепили огни светомузыки. Едва привыкнув к шуму, народ жадно рассматривал интерьер, сопровождая процесс охами, вздохами или, в случае парней, свистом.

Анька, уже успевшая насмотреться на всю эту красоту, перетаскивала тарелки с закусками. Я же, прихватив парочку бутылок с напитками, решила поэкспериментировать с коктейлями. К вину, видимо, приготовленному для слабого пола, добавила льда, «упаковав» в фигурные бокалы. А вот с крепкой граппой можно было составить неплохие комбинации с листьями мелиссы, местным вариантом лайма, барбариса и еще парочки фруктов, содержащих большое количество сока.

Медене и Клоде очень понравились барные стулья, которые девушки незамедлительно оккупировали. И, признаться, они эффектно на них смотрелись. Корни, в окружении кавалеров, расположилась на диванчике. Теворий с Анькой и Эви с Фертом предпочли отдельные кабинки, которые отгородила сразу, как поняла, что те мечтают об уединении.

Затем я выпила коктейль.

Надо же было попробовать, что намешала!

Потом второй, третий и… понеслось: танцы, смех, орущие голоса, стремящиеся перекричать музыку, и веселье. В какой-то момент показалось, что я дома. На Земле. И это простой ночной клуб, в котором отдыхают обычные люди.

Подумаешь, вертикальные зрачки. Это же линзы. Уши? Накладные. Клыки? Тоже. Слишком яркая внешность? Так, и выпили сколько! После трех коктейлей весь мир кажется красивым. А после четырех? Пяти? У-у-у. Классная получилась вечеринка.

Глава 17

Утро ворвалось в мою жизнь довольно резко. Неожиданно. Неприятно и болезненно. Кто-то тряс меня за плечи, отчего голова болталась, как тряпичная. А мысли (или мозги?) бултыхались внутри противным киселем.

— Отвалите все! — промычала я, — дайте поспать! Или добейте. О, что ж мне так плохо?

— Алена! Ты. Что. Пила. Вчера, — голос доносился до меня глухо, будто через толщу воды.

— Пила, гуляла, танцевала, радовалась жизни. И ничуть об этом не сожалею.

Врать в таком состоянии не могла физически. У меня можно было выпытать любую тайну. Я сказала бы все, лишь бы оставили в покое.

Затем мне стало плохо. Не знаю, кто оказался такой заботливый, но стошнило меня в ловко подставленный тазик.

Кто же этот добрый самаритянин? Он еще и водички дал попить. О! Кисленькая. Кай-йфф!

Затем чьи-то прохладные пальцы легли на лоб.

— Ммм. Приятно, — промурлыкала я, чувствуя, как постепенно утихает боль, — еще!

Мою просьбу проигнорировали, наглым образом отняв такой восхитительный источник блаженства.

— Ох, ты ж! Едрит-теодолит, — выдала сразу, как сквозь щелку приоткрытых глаз, взгляд сумел сфокусироваться на моем спасителе, — Грейм?

Ага. Он самый. Сидел на краешке кровати, впившись в меня своим пронзительным серым взглядом. И такое плескалось в его сверкавших алыми отблесками зрачках, что я невольно похолодела.

— Что случилось?

— Это ты мне расскажи, что вы тут вчера устроили? Впрочем, к чему вопросы, и так все узнаю.

Наклонившись и прижав так, что не вздохнуть, демон снова положил пальцы мне на виски. Только на этот раз эти манипуляции грозили не избавлением от боли, а самой настоящей пыткой. Потому что я совсем не хотела показывать то, что было вчера.

Самой бы вспомнить. Осознать. Может, устыдиться. Но не так же! Варварски вламываясь в голову, читать все мои мысли. Может, я не хочу показывать некоторые вещи! Не дождешься!

От сильного напора болезненно застонала. Казалось, меня разрывает на части. И чем больше я сопротивлялась, тем сильнее становилась боль. Из глаз брызнули слезы.

Почему? Что произошло, чтобы Грейм с таким озверением ломал мою защиту?

— Прекрати сопротивляться! Немедленно, — прошипел сероглазый, — будет только хуже.

В ответ я лишь стиснула зубы, строя вокруг себя непроницаемый купол. Сначала возвела стену из титана, покрывшую меня с головы до ног, словно саркофаг. Затем заморозила его, покрыв толстым слоем льда. Холод принес небольшое облегчение закипающим внутренностям.

Я почувствовала, как давление на тело ослабло. Можно было глубоко вздохнуть. Но затем на меня посыпался град ударов. Лед трещал, металл под ним прогибался, добавляя неприятных моментов моему самочувствию.

Чтобы смягчить удары, опутала ледяной кокон плотным ворсом из сплетенных веток и листьев. Напор действительно ослаб. Зато теперь меня обдало нестерпимым жаром, словно слой огня невидимой стеной сжигал мою защиту. Веточки сыпались пеплом, ледяной покров таял, и металлический панцирь угрожающе нагревался, принося ощутимый дискомфорт.

Так недолго изжариться.

Я чувствовала себя устрицей в раковине, которую с неистовым упорством кто-то отчаянно пытался выковырнуть.

— Хватит, — прошептала беззвучно, — прекрати. Я не могу больше.

— Не смей! Мне! Сопротивляться! — голос Грейма был чужим и жестким.

Он царапал слух острыми когтями, въедался под кожу, повелевал. И я была на грани. В какой-то момент из носа и ушей хлынуло что-то теплое. Перед глазами промелькнула ослепительная вспышка, погрузившая в темноту. Но, даже проваливаясь в беспамятство, во мне пульсировало желание бороться. Не дать никому больше безнаказанно копаться в моей голове.

Сознание возвращалось урывками. Чужие тревожные голоса. Движение. Какие-то иглы, что вонзались в тело. Чей-то голос, умоляющий вернуться. Мягкие руки, которые приподнимали и вливали в рот теплый отвар. И темнота, окутывающая своим невесомым покрывалом, нашептывающая незнакомые слова, убаюкивающая едва слышной мелодией. Так легко было находиться там, так свободно, что во мне росло неодолимое желание остаться. Раствориться. Стать частью. В какой-то момент я потянулась туда, где было так хорошо. Невесомое прозрачное тело рвануло навстречу неизведанному. Ласковые потоки нежно овевали мою оболочку, подталкивая вперед. Одобряя. Приветствуя. Затягивая.

Казалось, что во тьме не может быть полутонов. Однако я различала эти едва видимые оттенки. То вещество, что окружало меня, имело сероватые всполохи. Походило на громадные тени. А пространство было похоже на вечерние сумерки, которые постепенно сгущались, приближаясь к чему-то по-настоящему мрачному. И чем больше времени я проводила здесь, тем отчетливее ощущалось движение. Будто неслась на запредельной скорости к тому, что звало и жаждало именно меня. Очень скоро я различила, что серые всполохи потемнели. Стали насыщенно черными. Двигались они по кругу, постепенно затягивая в спираль, оканчивающуюся где-то вдалеке громадной воронкой.

От неожиданного открытия я затормозила. Черная дыра выглядела жутко. Как гигантский монстр, она раззявила свою пасть и заглатывала, заглатывала новые жертвы, по своей глупости, летящие к ней, как мотыльки на огонек. Мое сопротивление не осталось незамеченным. Притяжение усилилось. А серые всполохи, ставшие чернильными кляксами уже тянули в пропасть, не оставляя и шанса на сопротивление. Осознание того, что впереди ждет только смерть, отрезвило. Изо всех сил рванула обратно. Черный монстр взревел от злости. Обернувшись, я увидела, как оскалилась темнота, обнажая сверкающую стальными клыками пасть, и полыхнули смертельной яростью жуткие глаза. Черные сгустки пиявками впились в ноги, утаскивая обратно. Но я с упорством продолжала двигаться. Мою бестелесную плоть разрывали сотни острых зубов. Какие-то твари вгрызались в тело, вырывая целые куски. Я сопротивлялась. Кричала. Отпихивала жадные руки. Крушила скалящиеся пасти. Стремилась обратно, внутренним чутьем понимая, что никакая боль не сравнится с тем, что придется пережить, если меня утянет в бездонную воронку. ТАМ все эти мучения увеличатся во сто крат, и будут длиться вечность.

Уже на последнем издыхании меня пронзила яркая вспышка, и одним рывком вытащила из серого безумия. Распахнув глаза, увидела склонившиеся надо мной изможденные лица. Грейм, Кринель, ректор ди Фрайм, Транер тер Шатейян и еще парочка неизвестных личностей.

— Получилось, — пробормотал кто-то.

— Да. Невероятно, но у нас действительно получилось, — подтвердил ректор, — хотя бы эту адептку удалось вытащить. Кринель, дайте укрепляющий отвар и наложите стабилизирующее сонное заклинание. Поверхностное. Любое вмешательство может свести на нет все усилия. Ордленд, проследите за своей подопечной. Еще рано оставлять ее одну. А потом вы напишете мне объяснительную, почему на адептку, не прошедшую первую инициацию, наложены узы. И простым выговором не отделаетесь.

Я увидела, как стиснул зубы Грейм, полыхнули искры в глазах, а черты осунувшегося лица заострились еще больше. Еще заметила пристальный взгляд другого демона, рассматривающего меня словно диковинную зверушку.

Дескать, и как я ее сам не разглядел?

Черные омуты, горящие неистребимым желанием разделать меня на кусочки, чтобы разобраться, что такого интересного от него скрыли. Глаза, которые покорили меня с первого взгляда. Демона, укравшего мое сердце, Транера тер Шатейяна.

— Что п-произошло? — прохрипела я.

— Ты переоценила свои силы, — ответил Грейм, — до полного выгорания не хватило совсем немного. Задействовав внутренние резервы, исчерпала себя полностью. Нам удалось вернуть тебя только благодаря узам. Ты практически достигла грани, откуда не возвращаются.

Я хотела возразить. Глубоко вздохнула, чтобы выдать целую тираду на тему того, что никогда не смирюсь с насильственным вторжением в собственное сознание, и громко охнула. Даже такое простое движение отдалось невероятной болью.

— Поговорим после, — остановил мой порыв сероглазый, — пару дней ты должна провести в полном покое. Затем еще неделя восстановления. Только после можно будет определить, выгорел твой дар окончательно или нет.

— Почему? — я выдохнула мучавший меня вопрос.

— Адепты Шейн Кридер и Ропп Стовер найдены мертвыми, выкачанными досуха. Без капли магии. Я должен был узнать первым. Когда поправишься… Вернее, когда твое состояние позволит вмешательство, тебя просканирует имперский дознаватель. А от него нет способа утаить ничего. Тебя выпотрошат, как свиру на бойне. Вот так-то.

— Грейм! Прекрати пугать девушку, — раздался гневный голос Кринеля, — пока адептка находится на моем попечении, я отвечаю за ее здоровье. А для нее любой стресс сейчас смертельно опасен.

— Спасибо, — поблагодарила, с трудом растянув потрескавшиеся губы в подобие улыбки, — но я лучше умру, чем позволю еще кому-нибудь…

— Прекрати! — рыкнул Грейм, — никто не собирается отдавать тебя в лапы дознавателей. Но ты должна понимать, что за свои поступки нужно отвечать.

— Я же ничего плохого не сделала. Подумаешь, вечеринка. Что такого?

— Ты позвала адептов туда, где устроила свое логово аракна! Это же настоящее искушение для нее. Ты не могла не знать о последствиях.

— Анька не делала этого. Она справлялась. Держала себя в руках. Для нее друзья и этот вечер столько значили.

— Но Аркханна убила двух человек. И неизвестно, возможно, ее вина есть и в других случаях.

— Не верю. Она не могла. Что вы с ней сделали?

— Адептка Этра под арестом.

— Она в тюрьме?

— Нет. У некромантов. В изоляторе для нечисти. Городская тюрьма не предназначена для существ такой категории. А тер Шатейян способен удержать аракнида в повиновении.

— Что ее ждет?

— Идет расследование. Потом суд. Казнить девчонку не казнят. Но изолировать могут. Лет на сто.

— Она не убивала, — упрямо прошептала я.

— Это выяснит суд. Выпей, — Грейм поднес к губам чашу с отваром, проследил, чтобы не осталось ни капли, — вот и хорошо. А теперь спи.

Демон провел рукой над моим лицом, и я провалилась в сон.

Глава 18

На поправку я шла семимильными шагами. Первые два дня проспала. А потом потянулись бесконечные часы в лазарете. Любые волнения были противопоказаны, вот и опекали меня сверх меры. Еле выпросила у Грейма учебники. Я же столько пропустила за время болезни, а экзаменов никто не отменял. Правда, и заниматься много мне не позволяли. Два часа с утра, час после обеда и столько же вечером. Спасало еще то, что приходили друзья. Ага, после вечеринки, о которой шепталась вся академия, я стала знаменитостью. Несчастье с ребятами и шумиха вокруг только добавили привлекательности и таинственности.

Кстати, потайную комнату обнаружили. Только для всех это было обычное помещение, сверху донизу устланное паутиной. А воспоминания, считанные со всех участников, вводили преподавателей в ужас. Они и представить не могли, что все это сделали неинициированные первокурсники. Списывали на магию аракны. Дескать, это ее особые таланты позволили загипнотизировать жертв так, чтобы они ни о чем не подозревали. Единственное, что ставило в тупик, почему у ВСЕХ адептов были одинаковые галлюцинации. А еще волновал вопрос, что за девушка проникла на территорию академии и устроила развратные танцы на столах. Ее сочли сообщницей аракны. Уж не знаю, как они определили, что незнакомка была не галлюцинацией, а реальным человеком. Но что искали ее на территории академии очень долго, факт.

И только Грейм мог узнать преступницу. Ага, видел он ее. На земле. Когда она заявилась сдавать тест вместо своей знакомой. Ту самую, которую демон приволок в этот мир. Меня.

Не помню, как это сделала, но под воздействием алкоголя, смогла снова стать собой. Девушкой из прошлой жизни. А танцы…

Кхм, хорошо, что никто ничего не понял. А то мне было бы стыдно. За танец живота… со стриптизом. Ну а что? Танцевать я умела. А тут… ностальгия.

В общем, времени у меня было завались. Даже если исключить визиты и запланированную учебу, все равно его оставалась прорва. Втайне от врачей и Грейма, который следил за мной, по ночам я переписывала конспекты, которые исправно таскала Эви. Тренировалась. Не в полную силу и не сразу, а спустя тройку дней.

Резервы мои восполнялись, я это понимала. Как ни странно, но стала чувствовать магию в себе. Ферт сильно помог с огнем и направлением потоков. При желании я даже могла создать шар Эггса. Слабенький, но могла. Корни научила бытовым мелочам. С Ником мы долго обсуждали идею щитового костюма. Смысл его заключался в том, что во время боя или по желанию носителя, браслет (мы решили, что такая форма наиболее подходит для этой цели) активирует защитный купол, облегающий тело, словно вторая кожа. И при этом амулет защищает от направленных ударов атакующих заклинаний, поддерживает мышцы, и, словно экзоскелет, усиливает собственные возможности. К моменту выписки, Ник пообещал сделать первый экзон для меня.

А еще я смогла осилить второе зрение. Вернее, оно само собой получилось. Наверное, сказалось пребывание на грани. Сначала, я думала, что у меня в глазах рябит от слабости. Кринель первые дни вливал столько сил, что можно было вылечить с десяток больных. Я видела нежно-зеленое с золотыми искрами свечение, которое ореолом покрывало силуэт эльфа. А когда он лечил, ко мне тянулись тонкие золотые потоки. Аура Кринеля истончалась на глазах. Когда я спросила его о том, что вижу, он несказанно удивился.

Умение различать ауры, их цвета и направленность потоков, тренировались годами. Конечно, кому-то это было доступно с рождения. Например, тем же эльфам. Именно поэтому они считались непревзойденными целителями. Достаточно посмотреть по-особому на больного, и все проблемы как на ладони. А дальше по обстоятельствам: можно перенаправить внутренние резервы пациента, чтобы он самостоятельно мог справиться с проблемой или как в моем случае, вливать силы извне, пока организм не восстановится.

В программе академии целый курс посвящен изучению ауры, и уйма часов отводилась на освоение второго зрения. Без него не стоило и пытаться освоить заклинания выше базового уровня. Базу можно делать вслепую, используя лишь формулы и минимум сил. А вот, заклинания второго порядка и выше конструировались на основе сложных расчетов и построении схем из силовых линий.

Можно сказать, в этом мне повезло. Кринель пообещал, что если сдам теорию, практика будет защитана автоматически. Недолго думая, попросила у эльфа необходимую литературу, и вплотную занялась изучением предмета.

В общем, спустя две недели, в зачетной карточке у меня красовалась первая запись. Ауристику за первое полугодие я сдала на отлично. Подтянула знания по истории государств, топономике. Взялась за освоение эльфийского, получила основы по демоническим рунам. Назубок усвоила базовые щиты и большую часть атакующих заклинаний первого уровня. Осталось выполнить контрольные, с десяток лабораторных и на практике освоить полученные знания.

На выписку собралась вся шумная компания. Удивительно, как сдружились за это время такие разные ребята. Эви с Фертом светились счастливыми улыбками. Кажется, у парня жизнь начала налаживаться. Смирившись с тем, что его темная магия потеряна, он вовсю занялся изучением нового дара. И за пару недель выбился в лучшие огневики курса.

Клода присмирела. Весь ее крутой нрав разбился о бешеный темперамент оборотня. Когда эти двое ссорились, все вокруг ходило ходуном. В радиусе десяти метров не оставалось ни одной целой вещи. Ну а примирения были еще более насыщенными. Даже полог тишины не спасал их от звания самой озабоченной и громкой парочки в общежитии, да и во всей академии.

Конкуренцию им составляли Кемаль с Меденой. Союз вампира с эльфом был не менее странным, чем дроу с оборотнем. В обычной жизни эти расы непримиримо относились к подобным связям. Но марги — отдельная тема. Наличие дара сглаживало многие условности, допуская вольности, о которых и помыслить сложно. Но общество давно смирилось с таким положением дел. Если и осуждало, то молчаливо, робко.

Селиша так и ходила в компании двух бет, не в силах выбрать, кто из них нравится больше. Корни же, переживала гибель парней. Я так и не выяснила, кто из двоих ей больше понравился. Девушка избегала разговоров на эту тему. Теворий ходил как в воду опущенный. Больше сосредоточился на учебе и чаще брал смены в лазарете.

На выписку Ник, как обычно, погруженный в мысли и на ходу обдумывающий очередной расчет, опоздал и присоединился к нам уже на подходе к общежитию.

Собравшись в маленькой гостиной, мы минуту молчали, отдавая дань памяти Шейну и Роппу. Затем Корни с Селишей отправились на кухню ставить чай. Остальные уставились на меня, не решаясь начать сложный разговор.

— Мы должны что-то сделать, — первым нарушил тишину Миклас.

— Аркханна не виновата, — вставил Теворий, — необходимо вытащить ее.

— И найти настоящего убийцу.

— Наказать его.

— Пусть получит, что заслужил.

Стоило оборотню заговорить, как остальных прорвало. Слова, вопросы, возмущенные возгласы сыпались со всех сторон. От получившегося галдежа разболелась голова.

— А ну, тихо! — рявкнула я, — не говорите все разом. По очереди. У кого какие предложения? Для начала, давайте уточним, что нам известно. Факты.

— Убийца в академии, — сказал Ферт, — нападения на адептов уже были.

— Согласна. Ты сам едва выжил. Потом, в лазарете я видела еще одну девушку. На нее покушались еще до начала учебного года. Не помню ее имени, но она первая. Затем Ферт. Ну, и Шейн с Роппом. Во всех случаях сила из адептов выкачана до предела. Но если раньше ОН не убивал, то, что случилось в последний раз? Почему двое? Зачем отнимать жизнь?

— Может, убийце помешали? — предположила Эви.

— Силы тоже у всех разные, — внес свою лепту Ник, — у Ферта вон какой потенциал был. Он уже восстановился и с новым даром освоился. Скоро Мегана вытеснит с пьедестала. Насчет первой жертвы не знаю, а вот наши ребята со средними способностями были.

— Это еще неизвестно. До инициации говорить рано.

— Но почему именно они? И когда это произошло? Сразу после вечеринки или спустя время?

— Обнаружил их рано утром на дальнем полигоне один из преподавателей, — сообщил Миклас.

— Время смерти предположительно с двух до трех часов ночи, — добавила Клода, — я выяснила это у смертника с четвертого курса. Он находился в тот день в лаборатории Стрелама. Препод оставил его убираться после занятий. А тот задержался, решив заодно сделать парочку курсовых, раз уж случай подвернулся. А ребят как раз туда на вскрытие притащили. А где же его еще делать, как не в лаборатории некромантов? Там и столы, и инструмент нужный под рукой. Холодильники. Говорят, они до сих пор там лежат. А некромантов сейчас на дальнее кладбище гоняют. Внеплановая практика.

— Даже так. А они не пробовали… — я не решилась произнести это вслух, но меня поняли и так.

— Тер Шатейян поднял их, если ты об этом, — хмуро ответила дроу, — тогда-то про вечеринку и узнали. Но убийцу никто из ребят не видел. Только странный звук, похожий на треск, и запомнили.

— Аркханна? — ужаснулась я, вспомнив, что именно такой звук издают аракниды, — но не могла она. Если только…

— Что? — встрепенулись остальные ребята.

— Если это не другой аракнид. Анька рассказывала что… В общем, неважно. Завтра поговорю с Ордлендом. Мне придется показать ему свои воспоминания. Он поможет.

— С какой стати ему помогать? — недоверчиво поинтересовалась Медена.

— Поможет, — заверила я, — у меня есть то, отчего он не сможет отказаться. А взамен попрошу вытащить Аркханну из тюрьмы и найти убийцу. Уверена, никто и не пытается выяснить правду. Они просто не знают того, что знаю я.

— Нам расскажешь? — спросил Теворий.

— Потом. Это не моя тайна. Анька не хотела бы. Но ради ее спасения, рискну.

— А что, если демон не поможет? Что, если не получится? — засомневалась Корни, — что будем делать тогда?

— Устроим Аркханне побег. Но это крайний случай. План Б.

— И все же нужно предусмотреть все варианты, — насупился Теша.

— Вот ты и займись этим. Ферт, поможешь ему? Ты ж у нас не раз бывал в подземельях некромантов. Твои советы будут кстати. Ник, твои способности тоже пригодятся.

— Чай готов, — прервали нашу беседу девчонки. Они принесли кружки с дымящимся напитком. Расставили вазочки с вареньем, разложили бутерброды и булочки.

Вновь воцарившаяся тишина тяготила, но расходиться никто не спешил. Казалось, что-то недоговорили, чего-то не увидели, пропустили. Я молча наблюдала за друзьями. Идея с другим аракнидом меня зацепила. Если предположить, что он свободно разгуливает по академии, то волосы становились дыбом. Ведь паук мог принять вид любого существа, которого выпил. Это может быть и один из нас. Или кто-то из преподавателей.

Одно то, что возможный убийца сейчас здесь, приводило в ужас. Никем не узнанный, он безнаказанно убьет любого. Заберет его силу, магию, память. И станет от этого только сильнее. Недаром, марги считались деликатесом в среде аракнидов. Он же никогда не остановится. Уже сейчас его сила превосходит многих дипломированных маргов. С каждым разом его мощь увеличивается. А когда он накопит достаточно сил, то попробует выпить демона. После этого, станет неуязвимым. Никто не сможет противостоять ему. И он реализует то, к чему и стремился: еда и размножение. Даже Аркханна будет под рукой. Ослабленной аракне придется покориться сильнейшему самцу. Она будет томиться в заключении, вынашивая потомство, а распоясавшийся паук безнаказанно убивать.

Брр, — я невольно поежилась, — только не это. Нельзя паниковать. И нельзя дать заподозрить аракниду, что он обнаружен.

Я не жалела, что не рассказала о втором аракниде. Если он тут, среди моих друзей, то попытается убрать помеху. От осознания опасности похолодела.

— Нам лучше разойтись, — охрипшим голосом сообщила я, — не стоит привлекать внимания.

— Как скажешь, — понимающе кивнула Эви, — Ферт, пойдем.

— И мы тоже уходим, — сказала Селиша, уводя с собой Карела и Дирка.

— До завтра, — попрощались Клода с Микласом.

За ними потянулись Кемаль и Теворий. Последним уходил Ник.

— Возьми это, — он протянул мне медный браслет с прозрачным красным камнем, — я немного недоделал, но хоть какая-то защита.

— Спасибо, — улыбнулась я, надевая амулет на правую руку, — как он активируется?

— Просто. Дай руку, — попросил Ник. Я послушно протянула правую, — нет. Не эту. Левую.

Бережно обхватив мою ладонь, он резким движением проткнул безымянный палец иглой, выдвинувшейся из тайника на его манжете. Показавшуюся красную каплю парень занес над браслетом. Надавил. Как только кровь достигла поверхности, камень вспыхнул алым пламенем и потемнел, утратив прозрачность.

— Готово! Теперь скажешь: ве-э-рай-э, и сработает защита. Дэ-э-рай-э — отмена.

— Ве-э-рай-э, — послушно произнесла я.

В тот же миг тело опутало невидимой пленкой. На секунду пространство вокруг вспыхнуло, а затем впиталось в кожу.

— Не снимай пока, — попросил друг, — можно и мыться, и спать, вреда не будет. Но мне спокойнее.

— Спасибо, — поблагодарила еще раз.

В порыве чувств, обняла парня и чмокнула в щеку. Ник смутился, покраснел, и поспешил удрать. А я поплелась на кухню. Перемыла кучу чашек и убрала остатки еды. После приняла душ и завалилась спать. Завтра предстоял сложный день.

Глава 19

Утром я собиралась непозволительно долго, слоняясь из одного угла квартирки в другой. Мне отчаянно не хватало Аньки. Аракна спала мало и всегда вставала значительно раньше меня. К тому времени, когда я выползала из своей комнаты, подруга уже ждала в гостиной. Она поторапливала, подсказывала, что с собой взять и могла найти «внезапно» потерявшуюся вещь.

Завтракать отправилась в столовую. У меня, конечно, остались пирожные с вечера. Я даже вскипятила чайник. Но, увидев на столе Анькину кружку с паучком, не смогла съесть ни кусочка.

Хорошо все-таки, что у меня есть друзья. Ник, Эви и остальные. Ели мы, едва перебрасываясь скупыми фразами. Но молчаливую поддержку чувствовала. Это придавало сил, уверенности, что я справлюсь и вытащу Аньку из заключения.

На занятия отправились всей компанией, за исключением Ферта и эльфов, конечно. У старшекурсников свое расписание.

Пары прошли более-менее спокойно. Это если исключить повышенный интерес к моей персоне однокурсников и странный блеск в глазах Сториса ди Крайссера. Он попросил задержаться после занятия, чтобы уведомить о назначенном факультативе. Три раза в неделю по два часа.

Похоже, Крайссер решил взяться за меня всерьез.

Мои робкие попытки отвертеться, были пресечены на корню.

— Адептка Суворова, — процедил димарг, — время согласовано с вейром тер Ордлендом. Все возражения можете адресовать ему. На мои занятия настоятельно рекомендую являться в срок и без опозданий. Свободны.

Из аудитории я вылетела пробкой, пылая от возмущения.

Попадись мне этот Ордленд! Выскажу все, что думаю. С каких это пор он распоряжается моим временем? Для чего мне проклятия на факультете Истины?

Возможность пообщаться с демоном выдалась скорее, чем рассчитывала. Как раз следующую пару вел Грейм. Я встретила его таким уничтожающим взглядом, что он вздрогнул. Брови взметнулись вверх, губы сложились в тонкую линию. Однако термарг довольно быстро взял себя в руки. С непроницаемым лицом объявил тему лекции и ровным монотонным голосом стал начитывать материал.

Давненько мои мысли не были такими кровожадными. Все, о чем говорилось на занятии, пропустила мимо ушей. Зато, с каким удовольствием отмечала, как запинался Грейм, натыкаясь на мои горящие жаждой расправы глаза. В конце концов, демон ушел на другой конец аудитории, и остаток лекции вещал оттуда.

— Что все это значит, Суворова? — накинулся Грейм, едва дождавшись окончания занятия и выпроводив всех учеников, — что ты себе позволяешь?

— Я? Позволяю? А что, собственно? Интересно узнать.

Вот гад! Это я должна была наехать на него. А тут он строит из себя обиженного.

— Твое поведение! Какого дхарга ты так смотрела?

— Тебе что-то не понравилось? — вкрадчиво поинтересовалась я, подбираясь к демону поближе, — а меня, по-твоему, должно устраивать, что ты распоряжаешься моей жизнью? — рявкнула так, что Грейм подпрыгнул. — Почему Крайссер назначает факультатив, который и даром не нужен, не спросив меня?

— Так нужно, Алена. Поверь.

— Угу. Знакомая песня.

— Да что за наказание, — Ордленд тяжело вздохнул, — хотя бы ты можешь не спорить? Мне нотаций Фрайма хватило. Про выговор вообще молчу. Мелочи. По сравнению с душевной беседой с Шатейяном.

— Все так сложно? — виновато поинтересовалась я.

— Намного хуже. Страна на грани военного конфликта. Каждый марг на счету. Тебя спасает то, что еще не прошла инициацию. Но твои способности уже привлекли внимание. Ментальная магия, иллюзии, проклятия. Представляешь, что может сделать один такой марг с противником?

— Действительно что? Глупости все это, — разозлилась я, — ваша война меня не касается! Ты притащил меня сюда. Ты. Вот и расхлебывай! Но без меня.

— Ты не понимаешь. Пути назад нет. Пока о тебе ничего не известно, ты в безопасности.

— Но ты же сам сказал, что мои способности привлекли внимание.

— Да. Но они не знают главного: глубину твоей силы. И только поэтому Сторис довольствуется факультативами, а Транер… — Грейм осекся, — в общем, он пока присматривается. Кстати, я тоже назначаю дополнительные занятия. Вторник и четверг по два часа, в субботу — шесть.

Я как стояла, так и села. Благо сзади как раз оказалась парта.

— А остальные предметы? Как я все успею?

— Справишься, — заверил демон, — к тому же я слышал, ты уже получила один зачет. И во время болезни пропустила не так много. Если уж совсем туго станет, обращайся. Помогу. Объясню. Договорились?

Я кивнула.

— И о нашем разговоре никому ни слова!

— Да знаю я, знаю. А что с дознавателем? Он будет меня считывать? Я не позволю копаться в своей голове! Никому!

— У нас есть немного времени, чтобы подготовиться. Я научу тебя. Твоей силы должно хватить, чтобы не дать посторонним узнать то, что не следует.

— А-а, понятно.

Значит, вот зачем факультативы с Ордлендом. А я тут напридумывала. С обвинениями накинулась. Неудобно как-то. Нда.

— Что-то еще? — устало спросил Грейм.

— Нет. То есть да.

И куда подевалась решительность? Послать бы все, да нельзя. Аньку бросить не могу.

— Грейм, я хотела…

— Что? — демон хитро прищурился, — дай угадаю? За аракну просить хочешь? Сразу нет. Не в моих силах ей помочь.

— А в чьих?

— Император лично следит за расследованием. И дело не в гибели адептов, — Ордленд задумался, механически пожевывая нижнюю губу, — даже если аракна невиновна, ее все равно не отпустят.

— Но что она сделала?

— Родилась, наверное. Военная угроза идет со стороны Срединных пустошей. А там…

— Земли аракнидов, — закончила я за Грейма.

Внутри все оборвалось. Виновна или нет, Анька сейчас между двух огней. Домой не вернется из-за Аррана. И в академии ее не оставят. Скорее сделают заложницей, если, вообще, не убьют. Нет, последнего точно не допущу!

— Я понимаю, что ты не можешь освободить ее. Но помоги хотя бы доказать невиновность. Я… я готова позволить тебе просмотреть воспоминания.

— Даже та-ак, — удивился Грейм, — но ты и так покажешь мне все, что захочу. Без меня с императорским дознавателем ты не справишься.

Я горько усмехнулась.

Фокус не удался. Придется предложить то, что ему действительно нужно.

— Я согласна на твое предложение. Только у меня будет несколько условий.

— Не сомневался, — сероглазый довольно усмехнулся, — только давай отложим разговор на вечер. Пропускать занятия нехорошо. А у меня есть парочка неотложных дел.

— До вечера, — бросила я, помчавшись на выход. На следующую пару безнадежно опаздывала. Придется выслушать нотацию от Болдри.

А я ведь так и не успела сказать про Аррана, — промелькнуло в голове, — ничего, вечером Ордленд в любом случае узнает.

Глава 20

Физподготовка далась мне намного легче. За это я Ника чуть не расцеловала. Экзон поддерживал мышцы, подпитывал, позволяя без труда справляться с нагрузками. Впервые увидела в глазах вейра Дайонга не разочарование пополам с презрением, а удивление, что ли. Да, в первых рядах меня не было. Но нормативы выполнила сносно. И впервые за все время добралась до общежития без чьей-либо помощи.

Приняв душ и переодевшись, решила снять браслет. Проверить, как буду чувствовать себя без него.

Ну, что сказать, ощущения так себе. Как будто медведь наступил. Большой такой. Тяже-елый.

Как сидела на кровати, так и бухнулась навзничь. Макушкой точно об стену приложилась. Звон раздался такой, что уши заложило. Резко потемнело в глазах.

В себя приходила постепенно. В голове продолжало шуметь. Шишка на затылке ныла нещадно. А в теле чувствовалась такая слабость, что не было сил открыть глаза. Жутко затекли руки. Да и ноги тоже, будто перетянуты. И еще настойчивый затхлый запах сырости и едва уловимой слащавости.

Попробовала пошевелиться. Не тут-то было. Что-то сдерживало, не давая сдвинуться ни на миллиметр. Титаническим усилием заставила себя открыть глаза.

Ё… Твою ж налево!

То, что мой взгляд выхватил из полумрака, заставило похолодеть. Вокруг меня была паутина. Толстые белесые нити опутывали тело коконом. А в паре метров покачивалось нечто огромное и черное. Аракнид.

С тихим стрекотанием тварь двинулась ко мне. Расширенными от ужаса глазами я только и могла, что смотреть, как паук нависает надо мной. Как тянется здоровенная жвала с острым поблескивающим шипом на конце.

От острой боли, пронзившей шею, я закричала. Тварь вытягивала силы, сминая волю, выворачивая мышцы и жилы. Меня жгло огнем и обдавало ледяным холодом одновременно. Кровь кипела, проступая через поры кожи, которая трескалась со звуком битого стекла. А в голову, будто сотни пиявок вонзились. И тянули они не кровь, а воспоминания, мысли, образы.

Беспомощность. Ужас. Осознание смерти. Разом нахлынувшие чувства на фоне нескончаемой боли парализовали. Из охрипшего горла вырывался лишь слабый сип. Осознание неотвратимости происходящего вызвало дикую волну отчаяния.

— Вкус-с-сная де-евочка-а-а, — мерзкий шепот продрал омерзением до костей.

Жрет, гадина и издевается.

— С-с-силь-на-я. Я ббы с-с-с то-бой пои-игра-ал-л по-до-о-л-ль-ше. Ж-а-аль. Вре-е-мя-я.

Пошел бы ты со своими играми! Добивай уже!

Аракнид будто услышав мои мысли, дернулся. Острый коготь вонзился еще глубже, жутко скрипнув, задев что-то внутри. Я же вздернулась от прострелившей все тело боли. Перед тем как сознание угасло, увидела жуткую огненную вспышку, которая будто выжгла меня изнутри.

На этот раз не было никакой черной воронки или клякс. Я просто парила в сером мареве. Как долго? Казалось, что вечность. Не имела понятия, когда сюда попала. И не знала, есть ли шанс выбраться. Сил не осталось ни на что. Я сдалась. Смирилась с гибелью. У жертвы аракнида нет шансов. Неужели и Аркханна убивала так? Не верю. Хотя, теперь уже все равно. Неважно.

То, что я не одна, почувствовала сразу. Серое нечто всколыхнулось, предупреждая меня. Я не удивилась, но насторожилась.

Кто бы это мог быть? Такой же неприкаянный призрак, как и я? А если нет? Можно ли навредить тому, кто и так… мертв?

Не думала, что и после смерти придется пережить ужас. То, что ко мне приближалось, медленно вырисовываясь из серой тени, пугало. Нет, не тем предсмертным страхом, которым наполнены последние минуты жизни. Но все же…

Громадного роста тварь с кожистыми крыльями, возвышающимися над немалой фигурой раза в три. Поблескивающая черными пластинками кожа. Или покров. Мощные руки с остро заточенными лезвиями вместо пальцев. Массивные ноги. Хвост из металлических чешуек с раздвоенным шипом на конце. Сложно описать то, аналогов чему никогда не видела. Крутые рога, да выпирающие клыки на жуткой морде определенно навевали на мысль, что передо мной посланник ада.

Я инстинктивно попятилась. После развернулась и побежала. Однако бесплотное тело будто увязло в киселе. Я продиралась сквозь плотный слой серой жижи, преодолевая невероятное сопротивление. Тогда как существо настигало гигантскими прыжками.

В какой-то момент тварь оказалась передо мной. Я зажмурилась. Только призрачные веки ничего не скрывали. Монстр отрезал пути к отступлению.

— Не бойся, — раздался гулкий голос, — я помогу.

Чудовище протянуло когтистую лапу.

Зачем? Что ему нужно? С какой стати помогать?

Но существо не нападало. Терпеливо ждало моего решения. При всей его мощи, когда легко мог со мной справиться, он стоял, давая сделать выбор.

Значит ли это, что зверь действительно хочет помочь? Вот только в чем?

Решив, что терять и так уже нечего, осторожно протянула свою руку. Странно, но, коснувшись шершавой ладони, поняла, что и сама могу быть материальной. Однако удивиться не успела. Стоило только дать слабину, как монстр стиснул мою ладонь. Одним махом я оказалась прижатой к могучей груди, остро ощутив вонзившиеся в кожу пластины.

Я могу чувствовать?

Додумать мне не дали. Зверь сорвался с места, двигаясь в одному ему известном направлении огромными прыжками. Серая мгла перед глазами замельтешила с поражающей скоростью. Даже ветер в ушах ощущался как настоящий.

Серебристая арка портала была заметна издалека. Видимо, это и было наша цель. Только с каждым прыжком, движение посланника замедлялось. Кто-то или что-то не пускало. Не хотело отдавать то, что считало своим. Но мой монстроподобный защитник сопротивлялся. Я видела, с каким трудом давалось каждое движение. Как вздулись черные вены на теле, трещали кожистые перепонки крыльев, которыми меня укрыли, закрывая от налетевших ураганных потоков. Вопреки собственным страхам, я прильнула к чудовищу, искренне молясь о том, чтобы ему хватило сил. В этот момент во мне поселилась надежда, что смогу выбраться. Откуда-то я знала, что там, за сверкающей преградой, смогу снова почувствовать жизнь.

Пронзенная совершенно невероятной догадкой, я попыталась сконцентрировать все оставшиеся силы. Неожиданно поняла, что сил этих у меня более чем предостаточно. Дело за малым — поделиться ими со спасителем.

Не знаю, действовала на подсознании, или интуиция сработала, только я обвила шею монстра руками и прильнула к его клыкастой пасти. Он опешил от неожиданности, закаменел. А потом… Клыки прошили мои губы, придав звериному поцелую металлический привкус.

Если идет кровь, значит, точно не умерла, — донесло подсознание.

А посланник тем временем крепче впился в губы. И не целовал вовсе, а пил. Втягивал силу, что отдавала, с жадностью умирающего в пустыне путника. Всхлипнув от боли, я обмякла. Даже в сером полумире, оказывается, можно потерять сознание. По сомкнутым векам прошлась серебристая вспышка. Тело обрело свинцовую тяжесть.

В себя пришла от резкого запаха. Махнула рукой, чтобы убрать вонючую гадость от лица. Кто-то перехватил меня, ловко сцапав запястье.

— Что за дрянь! — пробурчала я, — кто тут издевается?

— Слава темному, очнулась! — услышала чей-то облегченный полу вздох — полу шепот.

— Не дождетесь!

Я разлепила веки. Прищурилась, чтобы разглядеть обстановку. А она была более чем обнадеживающей. Первый, кого увидела, мой драгоценный демон. Нет. Не сероглазый. Этого я давненько исключила из списков потенциально привлекательных мужчин. Транер тер Шатейян собственной персоной. Темные круги под глазами, глубокая складка над переносицей, растрепанные волосы, разметавшиеся по плечам, и бисеринки пота на висках. Все говорило о том, что демон сильно вымотался и устал.

— С возвращением, адептка, — сказал он таким завораживающе низким голосом, что я невольно закусила губу, чтобы не выдать предательскую дрожь тела.

— Откуда? Что произошло?

Мои слова сложно было различить в том сипе, что вырвался из горла, но термарг разобрал.

— Суворова, вы вернулись из Серой долины. Мне удалось найти душу и провести обратно, пока сознание не слилось с тем миром. Вам повезло. Причем дважды. Как некроманту, мне приходилось вытаскивать души, потерявшие связь с телом, но я впервые вижу человека, выжившего после встречи с аракнидом.

Стоило демону упомянуть про Аррана, как недавно пережитый ужас сковал горло. Я затряслась, как осиновый лист. Руки непроизвольно метнулись к шее. Движение отдалось тупой болью. Я застонала. На бинтах, под которыми скрывалось мое тело, проступили алые пятна.

— Ш-ш-ш, — Транер бережно опустил мои руки на кровать, — не стоит делать резких движений. Ты же не хочешь, чтобы остались шрамы?

Я мотнула головой, едва сдерживая подступившие слезы.

Какие шрамы? Что со мной? Почему чувствую себя ожившей мумией? И откуда такое повышенное внимание со стороны демона?

Не скажу, чтобы мне не нравилось. Наоборот. Я таяла под этим заботливым взглядом. Мне было хорошо и горько одновременно. Ну, не верила я, что все по-настоящему. Чтобы такой мужчина обратил внимание, должно произойти что-то из ряда вон выходящее.

— Тран, тебе стоит отдохнуть. Да и моей подопечной тоже.

Я узнала голос. Грейм тер Ордленд.

Он тоже здесь?

— Ошибаешься, Грейм, — декан Смерти хищно усмехнулся, за одно мгновение преобразившись из мягкого красавца в опасного зверя. В темных глазах полыхнули красные огоньки, — Алена не твоя подопечная. Метки больше нет.

Я внутренне сжалась. Цепкий взгляд демона прожег насквозь. Хищник почуял свою добычу. Я осознала это. Поняла, что он не остановится, пока не получит то, что ему нужно. Особенно после того, как успел распробовать мою силу на вкус.

Теперь картина произошедшего вырисовывалась ярче. На меня напал аракнид. Пока неясно, конечно, как он проник в комнату и утащил в свое убежище, но то, что собирался мной пообедать, очевидно. Тот ужас не забуду до самой смерти. Хотя, то, что говорил демон про Серую долину, души, наводит на мысль, что я все же умерла. Именно этим можно объяснить исчезновение метки.

Что же, все получилось так, как я и задумывала.

Вот только Транер тер Шатейян в мои планы не вписывался. Получается, он спас мне жизнь? Это накладывает определенные обязательства. Или грозит крупными неприятностями?

— Транер, я благодарен за спасение моей адептки. А что до метки, поставлю ее через неделю. Раз уж взял девушку под свою опеку, не оставлю без помощи. Хотя, после аракнида, ее силы могут не восстановиться.

Слова сероглазого отвлекли от собственных мыслей. Я обратилась в слух.

— Не смеши меня, Грейм. Эта девочка не так проста, как кажется. Инициация все расставит по своим местам.

— Но я вправе…

— Ты утратил все права!

— Это я нашел ее. Привел в наш мир. Алена моя!

— Нет! — рявкнул демон, — с этого момента адептка Суворова принадлежит императорскому дому. Покровителя определит ритуал. Орта-аре! Слово Шатейяна.

В помещении повисло тягостное молчание. Я расслышала, как заскрипел зубами Ордленд. Нетрудно представить, в какой ярости он сейчас пребывал. На секунду я даже обрадовалась, что нахожусь в таком плачевном состоянии. Иначе сероглазый точно придушил меня собственными руками. Хотя, если разобраться, моей вины в произошедшем не было.

Хлопнувшая дверь и звякнувшая от не слабого удара посуда на столике у кровати дали понять, что Грейм ушел. Я осталась с деканом Смерти один на один.

— Отдыхай, — приказал тер Шатейян, — через несколько дней, когда кожный покров восстановится, мы поговорим. Тебе не стоит меня бояться.

Мгновенно накатившая сонливость, развеяла мысли, которые атаковали мозг. Глаза сами собой закрылись. Сознание погрузилось в спасительную пучину беспамятства. Последние слова демона различила на грани слышимости. По щеке и контуру губ пробежал прохладный ветерок чужого прикосновения.

— Я запомнил вкус твоей силы. Мне понра-авилось…

Глава 21

Следующие два дня я благополучно проспала. От перерасхода сил или специальных отваров, которыми меня потчевали с завидной регулярностью, неизвестно. Но так даже лучше. Кожа под бинтами зудела нещадно. Было пыткой все время лежать и не иметь возможности почесаться. Даже лечебная мазь, которой меня натирали с ног до головы каждое утро и вечер, не приносила должного облегчения. Кринель заверил, что так и должно быть. Особый состав мази, магические заклинания и вливаемая в меня сила целителей ускорили процесс роста кожного покрова в десятки раз. А зуд, как побочное действие, меньшее из бед. Так что сонный эликсир я пила с огромным удовольствием.

Зато на третий день я уже смогла принять ванну. Не сама, конечно, а с помощью Сейлинелии, старшекурсницы с факультета Жизни, приставленной ко мне сиделкой. Сей была полна терпения и скромности, чем, признаться, немало меня удивила. Среди эльфиек весьма редкие качества. Но для будущего целителя очень ценные.

Смыв остатки мази, Сей с мягкой щеткой прошлась по всему телу, счищая омертвевшие частички. Затем переместила меня на специальный стол, где нанесла толстый слой голубовато-серой грязи. С полчаса я лежала, пока глина (уж очень она напоминала ее по внешнему виду) не засохла. После снова ванна и в финале расслабляющий массаж с использованием масла с невероятно приятным запахом. Под конец я даже задремала, чуть ли не мурлыча от удовольствия. Верх блаженства после стольких мучений.

Кстати, последние события я воспринимала весьма отстраненно. Будто и не со мной произошло. А, может, мне специально приглушили воспоминания? Знаю, менталисты прибегали к таким методам, чтобы избежать ненужных волнений пациентов.

Эффект от процедур оказался потрясающим. Новая кожа сияла белизной. Минут пять гладила себя, наслаждаясь ее бархатистостью и нежностью. Приятным бонусом оказался факт, что за последнее время я сбросила килограмм пять — семь. Лишний вес еще был, но фигура уже обрела видимые пропорции. Волосы будто стали гуще и засияли здоровым блеском. Сей подарила мне шампунь для улучшения их роста и баночку с маслом, запах которого так понравился.

Навестивший меня Кринель обрадовал, что уже завтра смогу вернуться к занятиям. Правда, наложил запрет на любое использование магии. Мой дар не выгорел, силы уже возвращались. Но в каком объеме, никто не мог сказать наверняка. Все же два энергетических истощения подряд могло привести к куда более печальным последствиям.

Во второй половине дня меня пришли проведать друзья. Ник, Эви и Ферт. От них я и узнала о последних событиях. Обнаружил мою пропажу Грейм. Он же и поднял тревогу, не найдя меня в комнате. Выяснив, что территорию общежития я не покидала, запустил магический поиск. Тогда-то и обнаружилось, что из пустующего помещения, которое я вскрыла недавно, есть еще один выход. И ведет он в подземную часть башни. В лабиринт многочисленных лабораторий, залов, аудиторий, которые были закрыты более ста лет назад. Они не использовались за ненадобностью. Количество учеников за прошедшее столетие сократилось в разы, а для тех некромантов, что находились в академии сейчас, с лихвой хватало и наземных помещений. Никто бы и не открыл нижний этаж, если бы не потребовалось отдельное жилье для небезызвестной аракны.

Однако, как не торопились марги, они обнаружили едва теплое тело, с головы до ног закутанное в паутину. Демонская метка, вспыхнувшая в момент разрушения связи, иссушила непроницаемый кокон. Стоило маргам прикоснуться к одной из паутинок, как плоды паучьего труда осыпались прахом.

Мой почти труп тут же погрузили в стазис и телепортом доставили в Зеленую башню. И пока целители колдовали над телом, тер Шатейян отправился в Серую долину за моей душой. Результат слаженной работы маргов мне известен. Не передать, как благодарна им.

В логове аракнида обнаружились и другие жертвы. Это привратник, проработавший в академии десяток лет, и трое адептов. Одного, вернее, одну из них я знала. Та самая девушка, что находилась в одной палате с Кассией. Только вот на тот момент она уже была мертва. Аракнид использовал ее личину. Никто и не догадался о подмене. Зато адепты и сам декан факультета Жизни регулярно подпитывали Аррана силой.

Обвинения с Аркханны были сняты, но ее дальнейшее присутствие в академии находилось под вопросом. Слишком большую шумиху вызвал факт убийства адептов. А то, что аракнид сумел скрыться, сильно подрывало репутацию ректора, и заодно ставили под сомнение достижения выпускников и уровень подготовки преподавателей.

Разумеется, трагедия не могла сказаться на внутренних распорядках академии. Например, с наступлением ночи, вводился комендантский час. Нарушение грозило немедленным исключением. Адептам запрещалось покидать учебное заведение без письменного разрешения деканов или ректора. В парке, у башень и полигонов появились патрули. Дежурство несли адепты четвертого и пятого курсов. Усилили и магическую защиту. Чтобы меньше маргов бродило по территории, установили дополнительные стационарные телепорты. Теперь из общежития можно было попасть не только на учебные этажи, но в столовую, библиотеку и соседние башни.

Ну, хоть какая-то польза.

Да, наши с Анькой комнаты опечатали. Куда делись вещи и где мне дальше жить, неизвестно. И я догадывалась, кому могла задать возникшие вопросы.

Визита одного демона ждала с содроганием. И все же, как ни готовилась, совершенно растерялась, стоило тер Шатейяну войти в палату. Стучать никто и не подумал. А я чуть не взвизгнула, когда на минутку прикрыв глаза, обнаружила нависающего надо мной мужчину. Сердце ухнуло в пятки и забилось так сильно, что его звук показался барабанной дробью.

— Темного вечера, Суворова.

Бархатистый голос отозвался дрожью в теле. А взгляд, скользнувший по открытым плечам, заставил покраснеть. Судорожно стянула края сползшего халата.

— И вам, декан тер Шатейян, — промямлила я.

Ну и где самообладание? Что за идиотская улыбка? — одернула себя, — это всего лишь мужчина. Пусть и похож на ожившую мечту. Но чужую. У меня нет шансов. Главное, поверить в это. Да.

— Вижу, вам значительно лучше. Это хорошо.

— Вейр…

— Наедине можешь называть меня Транер, Алена, — демон подарил мне ослепительную улыбку.

— Вейр… Трраннер…

— Ну, же. Смелее. Я не кусаюсь. Почти, — ухмыльнулся декан Смерти, — ты хотела что-то сказать?

— Я? Нет. То есть да. Поблагодарить. За спасение.

— Так, благодари, — мужчина опустился на стул для посетителей и вопросительно посмотрел на меня.

— Эмм. Спасибо вам. Я очень благодарна за то, что вы для меня сделали…

— И-и-и, — он поманил к себе.

А я уставилась на Транера, не веря, что все происходит на самом деле.

Это то, о чем я думаю? Не-ет. Он же несерьезно?

Пока я колебалась, демон нахмурился. Показалось, или в глазах промелькнуло недовольство? Но я же, вроде как, девственница. Сомнения для меня естественны.

— Ладно. Я сам.

Транер легким движением пересел на кровать. Смерил меня оценивающим взглядом, от которого я стушевалась как сопливая девчонка. Восхищения или интереса как такового не заметила. Понимание этого отрезвило. Но лишь на секунду. Все же демон был таким соблазнительным, что я запихнула подозрения куда подальше. Главное, он здесь, со мной.

Тер Шатейян обхватил двумя пальцами мой подбородок, приблизился. Поцелуй вышел жестким. Нисколько не заботясь о моем удовольствии, демон сминал губы, преодолевая инстинктивное сопротивление. И лишь когда его язык проник в рот, а клыки царапнули кожу, придавая поцелую знакомый привкус, напор немного ослаб. Теперь меня целовали нежно, медленно, смакуя каждое мгновение. Кожа покрылась мурашками, а после меня обдало жаром. Легкая слабость в сочетании с эйфорией вскружили голову. Руки обвили шею желанного мужчины. Растрепали волосы. Они оказались мягкими на ощупь и так потрясающе пахли. Я с жадностью ответила на поцелуй.

— Довольно, — Транер отстранил меня, — хватит. Тебе нельзя перенапрягаться.

Замутненным взглядом посмотрела на демона, не понимая, отчего остановился.

— Я взял немного, — пояснил он, — хотя скорость, с которой ты восстанавливаешься, потрясает. Твоя сила пьянит, и на вкус как редкое вино. Отдыхай.

Уложив меня на кровать, демон заботливо поправил одеяло. Затем, потрепав по щеке, развернулся и исчез в портале.

Глава 22

С минуту я таращилась на пустое пространство, где только что исчез мужчина моей мечты. Мысли постепенно прояснялись, открывая вопиющую картину произошедшего.

Что он себе позволяет? — гневно орал внутренний голос, — я едва пошла на поправку и сил-то накопила с гулькин нос. А он? Наглым образом использовал! Не то что, согласия не спросил, даже в известность не поставил. Это что, всегда будет так? Не-ет. Не желаю быть использованной. Я ему что, банка энергетика? Вскрыл зубами, отхлебнул и выкинул? Сволочь! Рогатое чудовище! Хоть и красивое, — неохотно признала я, — не позволю! Не дам!

Полночи провалялась без сна, то вспоминая наш странный поцелуй, то строя козни рогатому исчадию. Только разум упорно восставал, давая глупые советы вроде того, что Транер слишком сильный противник и связываться с ним себе дороже. Да я додумалась до того, что Грейм, по сравнению с деканом Смерти, сущий ангел. Если взять во внимание, что на земле меня рано или поздно все равно обнаружили бы «охотники за маргами», как я их обозвала, то можно считать везением встречу с ним. Да, перенес на Альвадис и уменьшил биологический возраст, создав этим кучу проблем для меня. Но ни разу Грейм не обошелся со мной так по-свински, как Транер. Наоборот, помогал, защищал, по-своему берег.

Ну, что мне стоило прислушаться к его советам?

Как ни крути, а придется идти к Грейму. Кроме него, рассчитывать не на кого. Из двух зол я выбрала Ордленда.

Как результат ночных терзаний, проснулась совершенно разбитой. Из-за инцидента с Транером, позабыла спросить его об Аньке. И о том, где мне теперь жить. Да и судьбой своих вещей не поинтересовалась.

Вот в чем идти на занятия? В больничном халате?

Кринель пришел, когда я металась по комнате в поисках хоть какой-то приличной одежды. Он привычно осмотрел меня. Подтвердил, что могу покинуть лазарет. Правда, мое угнетенное состояние его насторожило.

— Вчера уровень сил был значительно выше. Ты же не нарушала режим? Может, перенапряглась или магичила?

— Я? Нет, конечно.

И ведь ни грамма не соврала. Виной всему демон, которому понравился вкус моей силы.

— Так, я могу посещать занятия?

— Да. Сейчас только дам освобождение до конца недели. Никакой практики. Только теория. Физические упражнения тебе нужны, но без фанатизма. Я сам скажу Нештару. Не переживай. И каждое утро жду на осмотр. И до завтрака, мне нужна твоя кровь для анализа.

— Зачем? Я чувствую себя хорошо.

— Алена, — Кринель улыбнулся кончиками губ, — ты едва ли не единственная, кто выжил после нападения аракнида. Я должен исследовать этот феномен.

— Ну, если только не закроете в лаборатории, и не будете препарировать.

— Нет. Крови достаточно.

— Кстати, а и правда, почему я выжила? Что во мне особенного?

— Если быть точным, то ты и не выжила, в какой-то степени. Сам тому свидетель.

— Я в курсе насчет ритуала некромантии.

— Не все так просто. Я провел полное обследование, сделал столько тестов, что на диссертацию хватит. Так вот, притом, что твоя душа ушла в Серую долину, тело продолжало жить. Но в таком замедленном биоритме, что я не сразу смог определить это.

— Но это значит…

— Да. Ты смирилась с фактом смерти. Ну, или поверила. Ведь все убеждены, что после встречи с аракнидом, шансов нет.

— То есть, если бы хотела…

— Именно. Ты бы смогла вернуться сама. Конечно, без помощи целителей не обошлась бы. Как никак почти стопроцентные повреждения кожного покрова и тканей.

— Кринель, правильно ли я поняла, — пришедшая в голову догадка поразила, — что особой заслуги тер Шатейяна в моем возвращении нет?

— Я этого не говорил, — Тальминар лукаво улыбнулся и подмигнул.

Отличный мужик, хоть и эльф. И что я к нему с таким предубеждением относилась?

— Поняла. Спасибо. За все, — прошептала я.

— Это мой долг. Светлого дня, адептка, — попрощался Кринель, направляясь к выходу.

— Постойте! — опомнилась я, — а мои вещи?

— Пришлю кого-нибудь из адептов, — пообещал вейр а Тальминар, — до завтра.

Спустя десять минут забежала Сей. Она принесла завтрак. Ее я тоже озадачила вопросом об одежде. Но она могла предложить только что-то из своего гардероба. А размерчики у нас, мягко сказать, не совпадали. Впрочем, решение проблемы пришло с неожиданной стороны. В лице Клоды Дхарас. Моей сокурсницы.

Вот уж кого не ожидала видеть, так эту заносчивую девчонку.

Конечно, последнее время она снисходила до нашей компании. Но, именно снисходила. В ее искреннее желание помочь не верилось.

— Привет, я принесла форму и это, — дроу протянула мою чудо-сумочку.

О! За нее я готова была расцеловать девчонку.

— Но откуда у тебя мои вещи?

— Ты теперь моя соседка, — приторно улыбаясь, сообщила Клода.

С чего бы? Помнится, в прошлый раз она была категорически против. Что изменилось?

— А не помешаю? И к своей комнате привыкла.

— Нижний этаж закрыли полностью. А единственное свободное место у меня. Да и ненадолго это. В пятницу инициация, потом же нас расселят в соответствии с выбором.

— Ну, да. Как я могла забыть. Но, спасибо за помощь. Ты просто спасла меня.

— Не за что. Рада помочь. Нам все равно стоит держаться вместе.

Это еще почему? — замерла я, едва продев платье в рукава.

Видимо, мой вопрос отразился на лице, потому как Клода пожала плечами.

— Не обращай внимания. К слову пришлось.

Что-то здесь нечисто.

Однако времени на раздумья не было. Едва успела переодеться, как мы поспешили к порталу, перенесшему нас в учебный корпус Черной башни. В аудиторию зашли вместе со звонком. Увидев обрадованные лица друзей, улыбнулась и помахала им. Но под строгим взглядом Бериты тер Болдри стушевалась и поспешила занять свободное место.

— Суворова, — растягивая мое имя, произнесла демонесса, — вы пропустили две моих лекции.

— Поверьте, вейра тер Болдри, у меня была уважительная причина, о которой вы упоминали на первом занятии, — выпалила я прежде, чем сообразила.

Адепты замерли в ожидании реакции преподавателя. С Беритой никто вольностей не допускал. А моя фраза звучала насмешкой.

— Хм, действительно, — пождала губы демонесса, — смерть — уважительная причина. Но с вас развернутый реферат по пройденному материалу к следующему занятию.

Я тяжело вздохнула.

Когда бы только успеть его сделать?

— Кстати, — не обращая внимания на мое недовольство, продолжила термарг, — раз уж зашел разговор о смерти, записывайте тему урока: аракниды. Разновидности и методы борьбы.

Кто-то из адептов поднял руку и после кивка преподавателя задал вопрос:

— А разве можно убить аракнида? Они считаются неуязвимыми. А любую магию поглощают, считая ее полезной подпиткой. В том числе и смертельные проклятия.

— Вижу, вы осведомлены об особенностях этой расы, адепт Вегорльф.

Миклас? — узнала я голос.

— Хотя, это неудивительно. С вами, пусть и недолго, учился настоящий аракнид. Жаль, адептку Этра отстранили от занятий, она бы как никто смогла просветить в этом вопросе. Суворова, может, расскажете, что вам известно об аракнидах?

Так и знала, что не избежать вопросов. Однако пристальный взгляд демонессы требовал ответа. Пришлось рассказывать.

— Аракниды всеядные хищники. В качестве пищи предпочитают свежее мясо жертв, но не брезгуют и падалью. Особым лакомством считается магическая энергия. Отличительной чертой аракнидов является способность вместе с пищей поглощать воспоминания, внешний облик и возможности жертвы. В очередной охоте аракниды могут копировать образ любой из жертв, вплоть до оттенков ауры, правда, ненадолго. Вычислить в толпе аракнида невозможно.

— А Аркханна? Тот образ, который мы знаем, принадлежит ее, кхм, обеду? — с хищной улыбочкой поинтересовалась Берита.

— Ань… Аркханна полукровка. И она носила свой истинный облик. Вернее, один из них.

— Вот как? — демонесса сверкнула глазами, — а поподробнее?

Вот зачем это ей? Неужели не знает? Что за игру затеяла?

— Дело в том, что Аркханна наполовину аракнид. Вторая часть в ней человеческая. Именно поэтому она может сколь угодно долго находиться в привычном обличии. И еще Аркханна контролирует свой голод.

— И она ни разу не пыталась попробовать вас на вкус?

От такого вопроса я на минуту зависла.

— Так, да или нет, — повысила голос вейра тер Болдри, приняв мое молчание за нежелание говорить. На самом деле я раздумывала, что лучше сказать, чтобы не навредить подруге.

— Прежде чем ответить, хочу спросить кое-что, — осторожно начала я. Получив утвердительный кивок, продолжила, — вы считаете себя опасной для общества?

— В каком смысле? — нахмурилась демонесса.

— Все демоны марги. Сильные противники. Смертоносные, живущие по своим законам личности. Как я успела убедиться, среди демонов распространено использование маргов других рас в качестве дополнительных источников силы.

— Допустим, — процедила термарг.

— Так, в чем же принципиальное отличие? Аракниды также сильны и смертоносны. Может, не столь избирательны в еде.

— Да как ты смеешь! Сравнивать нас и их! — взорвалась Берита. Ее глаза полыхнули огнем, а тонкие пальцы удлинившимися когтями прошили стол.

— Хтонический облик и потеря контроля, — добавила я на грани слышимости, потом чуть громче сказала, — извините, ни в коем случае не хотела обидеть. Я всего лишь имела в виду, что каждая раса имеет право на существование. И отвечая на заданный вопрос, да, Аркханна пила мою силу. Но исключительно с моего согласия и без причинения вреда здоровью.

Клода, сидящая рядом, отшатнулась, смерив меня презрительным взглядом.

— Отвратительно! — бросил кто-то с задних рядов

— Паучий донор, — прозвучало как оскробление.

— Не более чем демонический или вампирский, — огрызнулась я.

— Довольно, — осадила демонесса, — Суворова, вам есть еще что сказать?

— Да, — я развернулась к одногруппникам, — хочу добавить, что Аркханна не такая кровожадная, какой ее все пытаются представить. Она отличается от чистокровных аракнидов также, как вампир от человека. Поверьте, я знаю, о чем говорю. И если мы сейчас отступим, то уже никогда не наладим контакт с таким сильным противником, как аракниды.

— Я услышала вас, Суворова. Садитесь, — властным тоном приказала Берита, — не скажу, что согласна со всем, но над многими вещами стоит задуматься. Мы же, возвращаясь к теме занятия, будем рассматривать аракнидов как агрессивную высшую нежить.

Далее, демонесса описала основные характеристики, особенности строения и повадки. Ничего нового. Для меня. А вот способ обнаружения аракнида существовал. Найти отличие могли марги по особому колебанию ауры и направленности силовых линий. У аракнидов в любом из обликов на уровне грудной клетки располагались щупальца, которыми пауки присасывались к жертве. Аракниды маскировали их под обычные силовые потоки, но если знать, что смотреть и где, то обнаружить не проблема. К тому же существовало такое понятие, как вспышки ауры. Это когда собственная серая с черными пятнами аура аракнидов на несколько секунд проявлялась сквозь маскировочную. Частота таких вспышек зависела от внутреннего резерва аракнида и варьировалась от пяти минут до двух часов. Также истинный цвет ауры проявлялся в момент атаки.

Неудивительно, что Аррана не вычислил никто из преподавателей. По словам Аньки, он самый сильный представитель паучьего племени.

Способ убийства аракнида все же был. Но сделать это мог марг не ниже универсала или отряд из четырех термагов, в каждом из которых преобладала одна из основных стихий. Я подробно записала непонятную схему заклинания, дав себе зарок разобраться в ней. Если верить Грейму, то у меня, как у будущего илмарга, был шанс самостоятельно поквитаться с тварью.

Глава 23

На перемене я оказалась в центре внимания друзей. Если и были недовольные личности на нашем потоке, то их быстро оттеснили в сторону.

— Соберемся после занятий? — предложила Эви.

— Да, Алена, давай! Нужно же отметить твое возвращение в мир живых, — пробасил Миклас.

Дирк с Карелом довольно переглянулись и согласно закивали, поддерживая вожака. Девчонки оживились.

Только Ник промолчал, выразительно посмотрев на мое запястье. Браслета не было. Ага. Каюсь.

— Послушайте, мне до завтра реферат написать нужно, — с горечью вспомнила о задании Бериты, — да и хвостов накопилось.

— Не думаю, что кто-то будет придираться, — заметила Медена, — а если что, мы поможем. Правда, ребята?

— Спасибо, — я благодарно улыбнулась. Такой поддержки не ожидала.

— Есть идея, — у эльфийки загорелись глаза, — у нас впереди инициация. Давайте в честь нее закатим вечеринку. Потом нас распределят по факультетам, такой возможности не представится.

— Значит, это должно быть что-то грандиозное, — Клода стала похожа на хищницу, почуявшую добычу, — дерзкое и запоминающееся. Мы отпразднуем в городе!

На несколько минут все замерли, оценивая масштаб действий. Нда. И степень наказания за нарушение распорядка академии и комендантского часа в том числе.

— Ферт точно такое не пропустит, — прошептала Эви, — мне срочно нужно новое платье!

— И мне! — поддержала Селиша.

— Вы хоть представляете, что задумали? Это грозит исключением, — раздался голос разума в лице Ника.

— Не будь занудой, — Корни ткнула парня в бок.

— Вы же это несерьезно? Я не думаю, что у нас получится, — попыталась поддержать Ника. К моим проблемам еще этого не хватало.

— Так, встречаемся после занятий в нашем блоке, — скомандовала Клода, — там все и обсудим. Без лишних ушей, — уже заговорщически прошептала она последнюю фразу.

На следующих парах только и оставалось наблюдать, как перекидываются записками друзья, обсуждая предстоящую авантюру. На обеде последние новости узнали Ферт с Кемалем. Этих даже уговаривать не пришлось. А вот Теворий нас не поддержал. Он и так ходил все время грустный, а без Аньки праздник не праздник. В этом я была солидарна. Но когда за тебя уже все решили, сложно сопротивляться. В любом случае хотела поговорить с Греймом, и вопрос о подруге собиралась задать одним из первых.

На паре Сториса ди Крайссера, проклятийник молча отдал мне листок с расписанием дополнительных занятий. Как раз сегодня было первое. Я чуть не взвыла.

Когда мне все успеть? Бессонная ночь обеспечена.

— Ник, — повисла я на своем друге после физподготовки, — у тебя есть артефакт, увеличивающий количество часов в сутках? Очень надо.

— А что вдруг?

— Так, мне реферат по нежити написать нужно к завтрашнему утру. А сегодня наши у Клоды собираются, ничего сделать не дадут. Да еще факультатив этот. Не говоря о том, что у меня свои планы были. Встретится кое с кем, переговорить.

— Ладно. Ты иди в библиотеку, — направил меня Ник к порталу, — спроси вот эти книги, — парень написал на листке несколько наименований, — и возвращайся. Как раз ребята душ примут. Подтянутся. На месте все решим.

Я поплелась к переходнику. Вейр Дайонг хоть и гонял меня по упрощенной программе, но я все равно выдохлась. В академической библиотеке всех книг не нашлось, пришлось идти в Аметистовую башню. Теркопус Майнгл, хранитель преподавательской библиотеки, как ни странно, меня вспомнил. И даже выдал необходимые книги. Вернувшись в общежитие, по привычке пришла к своей комнате. Натолкнувшись на запертую дверь, опешила. Тяжело вздохнув, потопала в конец коридора к Клоде.

Мои вещи были сложены на кровати. А личное пространство урезано по максимуму. Но соседка лишь пожала плечами, когда я обратила внимание на несправедливое распределение мест на полках.

— У тебя все равно мало вещей.

— Ладно, — махнула рукой. Осталось каких-то три дня.

Я сложила книги на свою часть стола, застелила постель. Собрав грязные вещи, отнесла в стирку. Потом, прихватив банные принадлежности, направилась в освободившийся душ. Мылась так быстро, как могла. После, накрутив на влажные волосы полотенце, и накинув на голое тело халат, прошлепала в комнату.

— О, миленько! — огорошили меня приветствием.

Я уставилась на Микласа, развалившегося на моей кровати.

— Что ты тут делаешь?

— Клоду жду, — парень пожал плечами. При этом его взгляд красноречиво прошелся по моей фигуре.

И что нового он там увидел? Уж дроу я точно не конкурентка. Ну, если только в цвете кожи.

— А ты не мог бы ждать Клоду на ее кровати?

— Ой! Это твоя, что ли, — хмыкнул оборотень, — учту на будущее.

И что самое интересное, и не подумал подняться.

Нахал. Ну, и черт с ним.

Сцапав свою чудо-сумочку, я юркнула обратно в ванную. Оделась. Подсушила волосы. Когда вернулась, в комнате никого не было. Зато из общей гостиной раздавались голоса.

— Алена, ну, ты чего так долго? — в дверь заглянул Ник, — книги достала?

— Угу, вон они, — я показала в сторону стола.

— Так, а это что? — строго спросил друг, выуживая из мелочевки, которую я сгрудила рядом, браслет, — почему не носишь?

— Не успела надеть. Я ж после лазарета сразу на занятия. Вот только до вещей добралась. Хорошо, что не потерялся подарок.

— Надень, и не снимай больше, — тоном строгого родителя потребовал Ник, — я только кое-что добавлю.

Артефактник достал из кармана брюк коробочку. Выудив оттуда пару шариков, прижал их к браслету. Что-то проговорил, сделал несколько пассов. Сверкнув золотыми искорками, шарики расплавились, вливаясь в плетение.

— Готово! Держи.

Я надела браслет на руку, сказала код активации. Защитный кокон мягко оплел тело.

— А что новенького ты добавил? — проснулось мое любопытство.

— Ну, так, по мелочи. Защитный контур поможет тебе аккумулировать силу, не растрачивая ее вовне. Не волнуйся, использовать дар сможешь по своему желанию. Еще браслет контролирует способности, улучшает концентрацию, стимулирует память.

— Э-э, Ник, — решила осторожно уточнить я, — хочешь сказать, что никто не сможет выпить мою силу? Как аракнид?

— Ну, об этом можно только мечтать. Мой уровень дара не позволяет сделать артефакт такой мощности. Но полминутки экзон продержится. А это много, согласись. Хотя бы зов о помощи можно отправить. Кстати, я там маячок установил. На всякий случай.

— Да ты паникер! — хлопнула друга по плечу, — я уж точно не собираюсь никуда ввязываться.

— Алена, пусть будет. Знаешь, когда все случилось, мы все переживали. Волновались.

— Спасибо, я чмокнула Ника в щеку, — за экзон. И за то, что небезразлична. Пойдем уже к остальным.

В гостиной было тесно. В рассчитанном на четверых помещении, помимо нас столпилось одиннадцать адептов. И это без Аньки с Тешей! А одного парня я, вообще, видела впервые. Его представил Ферт.

— Алена, знакомься, Меганор ди Кар Бьен, староста третьего курса боевиков, чистокровный дракон, коварный соблазнитель и огненное шило всего факультета Силы.

— Для друзей просто Меган, — парень самодовольно ухмыльнулся, — привет, — меня живенько окинули оценивающим взглядом. — Так вот ты какая, Алена Суворова.

— Какая? — удивилась я. Давненько на меня жарких взглядов не бросали. Уж и забыла, каково это.

А парень был красавчиком. Все слухи, что слышала о драконах, в его лице оправданы. Внешняя привлекательность. Этого не отнять. Высокий, как и положено представителям его расы. Широкоплечий. Не такой смуглый, как оборотни, скорее кофе с молоком. Темноволосый, янтарноглазый и улыбчивый. Под дорогой тканью рубашки угадывались крепкие мышцы. Кожаные брюки обтягивали аппетитный зад, наверняка вызывающий у противоположного пола обильное слюноотделение. Перед таким экземпляром воплощенной сексуальности сложно устоять.

— Необычная и смелая, — мне улыбнулись потрясающей белозубой улыбкой.

— Да? Спасибо, — я смущенно потупилась.

Прекрасно понимаю, что обманывает. На фоне остальных я бледная разъевшаяся моль. Но все равно приятно.

Странный интерес, — возопил голос разума, — из-за этого случая с аракнидом? Лучше бы переключить его внимание на кого-то другого.

— Слышала, Ферт решил потеснить тебя с пьедестала победителя?

— Кто? Он? — дракон ткнул пальцем в Ферта, — не в этой жизни. Я собираюсь до окончания академии поддерживать статус лучшего боевика.

— Это мы еще посмотрим, — нахмурился бывший некромант, — я всего пару недель осваиваюсь с новым даром и уже на втором месте.

— Может, кто-нибудь вспомнит причину, по которой мы собрались? — вмешалась Эви.

— Золотые слова, красавица, — тут же переключился дракон. Но покрасоваться ему не дали. Ферт собственническим жестом задвинул эльфийку за спину.

— Вечеринка в городе, — сухо озвучил он, — в пятницу.

— Исключено, — авторитетно заверил Меган, — сразу после инициации состоится императорский бал. Для всех учащихся академии.

От этой новости все замерли. Традиционно бал проводился для четвертого и пятого курсов. На празднике присутствовал император и самые знатные представители родов. Именно здесь демоны Высшего света присматривали себе подопечных.

— И даже для первокурсников? — уточнила я, чувствуя, как низ живота скручивает в тугой узел.

— А я о чем?

— Но такого никогда не было! — встрепенулась Клода, — что же случилось, раз руководство изменило правила?

— Это только слухи, — ответил дракон, — но я склоняюсь к тому, что они более чем реальны. Ортанская империя находится на грани войны. Потом времени для балов вряд ли найдется.

— Может, все обойдется? — с надеждой прошептала я.

— Нет, не думаю, — мотнул головой Меган, — ребят с пятого курса гоняют по усиленной программе. Четвертый обучают атакующим заклинаниям высшего порядка, которые не всем выпускникам по силам. В городе полно боевых магов и наемников. В Срединных пустошах фиксируется скопление темной энергии, границы стонут от участившихся нападений. Со дня на день ожидается прорыв.

— Но как же так? Почему нам ничего не говорят? — ужаснулась Корни, — мои родители живут в Кендаре у самой границы.

Я подошла к девушке, обняла за плечи.

— Не переживай. С ними все будет в порядке. Слышала, что Меган сказал? Нападение ожидают, а значит, готовятся. Наверняка к городу стянули армию, магов опять же.

— И правда, — Корни смахнула непрошеную слезу, — император не допустит гибели местного населения.

— Конечно, — заверила я и, подумав, добавила, — вечеринку лучше отменить. Если все так серьезно, стоит налечь на учебу.

— А, по-моему, наоборот, — возразил дракон, — надо использовать шанс. Кто знает, сколько продлиться мир? Скольких из наших друзей мы потеряем?

— Но никто из нас не готов к полноценным сражениям!

— Говори за себя, — хмыкнула Медена, — вампиров с детства учат держать оружие. Дорры считаются непобедимыми воинами.

— Оборотни, между прочим, тоже, — подхватила Селиша, — мы, как никто, чувствуем нежить. А наши когти и клыки вспарывают броню урров.

— Драконий огонь, — вставил свои пять копеек Меган.

— Понятно, что вы намного сильнее обычных людей, — сдалась я перед таким напором, — но все мы ученики академии. Новичков не выпустят против охочей до чужой крови нечисти.

— Да кто спрашивать-то будет, — небрежно повел плечом Ферт, — понадобиться, сами пойдем, не дожидаясь призыва. Вот ты, Кемаль, — обратился парень к эльфу, — сможешь прятаться за крепкими стенами, зная, что где-то там гибнут люди? Или что чья-то жизнь оборвется из-за того, что рядом не оказалось целителя?

— Мой долг быть там, где есть необходимость в помощи, — спокойно ответил эльф, — а еще я согласен с Мегандором. Вечеринка нужна. Только лучше устроить ее накануне инициации. В связи с предстоящим балом, адептам разрешат беспрепятственный выход в город. А это дает нам время не только хорошенько подготовиться и организовать, но и сделать все так, что никто ничего не заподозрит.

— Решено! — хлопнула Клода в ладоши, — вечеринка состоится в четверг.

Как ни странно, но остальные тоже поддержали предложение дракона. Мне ничего не оставалось, как согласиться. Отказать стольким взглядам, в которых горело предвкушение и азарт, у меня не хватило духу. Что ни говори, я все чаще вела себя как семнадцатилетняя девчонка. С легкостью ввязывалась в авантюры и совершенно не думала о последствиях. Но это не оттого, что я резко поглупела. Просто в школьном возрасте из подруг у меня была одна Вероничка. Одноклассники часто игнорировали и никогда не звали на вечеринки или мероприятия. А здесь уйма друзей, которым плевать на внешность, и которые воспринимают меня на равных.

— Ой, — вспомнила я, — мне же к Сторису пора. На факультатив.

Подхватив свою любимую сумочку, в которой хранились не только вещи, но и письменные принадлежности и книги, помчалась к выходу.

— Не волнуйся насчет реферата, — задержал меня Ник, — пока тебя не будет, мы найдем нужный материал. Тебе останется только переписать.

— Ник, я уже говорила, что ты чудо? Если нет, то повторю: ты чудо! Все, я побежала.

К аудитории примчалась вовремя, столкнувшись с проклятийником у дверей.

— Темного вечера, адептка. Рад, что вы не забыли про занятие, — приветствовал ди Крайссер, пропуская меня вперед, — садитесь поближе, — он указал на парту напротив преподавательского стола.

Я села. Достала из сумки чистую тетрадь, самопишущее перо и уставилась на мужчину вопросительным взглядом. Сторис хмыкнул, сдерживая улыбку.

— Ну, что же, Суворова, запишите тему занятия…

Глава 24

Два часа у Крайссера пролетели незаметно. Когда он не язвил и не строил из себя великого и могучего, то был вполне нормальным. Сторис рассказывал мне о новых видах проклятий, давал время, чтобы я успела все записать. Иногда, если позволяли условия заклинания, показывал плетение на практике. Естественно, до самого конца не доводил. Зато подробно объяснял, какого эффекта следует добиться и что при этом должна испытывать жертва.

Домашнего задания Сторис не задал, подразумевая, что я должна запомнить и усвоить полученные знания. Практическое применение димарг пообещал показать через неделю. А я вынуждена была признать, что жду не дождусь попробовать свои силы на этом необычном поприще. Оказывается, новый факультатив вовсе не унылое время провождение, а очень даже интересное и увлекательное занятие.

Выйдя из аудитории, я снова направилась в Аметистовую башню. Кабинеты деканов находились именно там. Портальный поручень перенес меня на третий этаж. Я смело шагнула в пустынный коридор. От приглушенного света магических шаров, отбрасывающих причудливые тени от столов и напольных украшений, веяло чем-то таинственным и немного опасным. Собственные шаги казались чересчур громкими, отдаваясь гулким эхом полупустых стен. А яркие полосы из-под некоторых дверей так и манили распахнуть створки и ворваться туда, где светло и безопасно. Найдя нужную дверь с именем, я постучала.

— Войдите, — пригласили меня.

Переступив порог, остановилась. Раньше я мечтала избавиться от метки Грейма, а теперь пришла просить, чтобы он поставил ее снова. И пусть моей вины в произошедшем нет, но термаргу было известно о моем желании. Он многое обо мне знал, хранил тайну, помогал. А я смогла оценить все только, когда потеряла. Хватило всего одной встречи с деканом Смерти наедине, чтобы мое мнение круто изменилось.

Что он обо мне думает теперь? Почему ни разу не зашел, пока находилась в лазарете? Нужна ли еще? Или…

— Алена? — Грейм что-то писал, поэтому не сразу обратил на меня внимание, — проходи. Присаживайся, — указал на стул для посетителей.

— Спасибо, — пробормотала я, устраиваясь на предложенном месте. От волнения закусила нижнюю губу, а руки нервно стиснули сумочку.

— Пришла, значит, — нарушил затянувшуюся тишину демон.

— Угу, — кивнула я, изучая рисунок на ковре, почему-то не в силах оторвать глаз от пола.

— У тебя проблемы?

Я кивнула.

— Что случилось?

В горле застрял ком. Я лихорадочно подбирала слова, но они казались пустыми и глупыми.

— Суворова, я должен клещами из тебя вытягивать? — возмутился сероглазый, — могу, конечно, мысли считать, если позволишь.

— Н-не надо, — промямлила я, — просто не знаю, с чего начать.

— Начни хотя бы с того, о чем хотела поговорить в тот день.

— Собиралась рассказать про Аррана.

— То есть ты знала, что на территории академии охотится второй аракнид? И молчала? — в серых глазах полыхнуло пламя.

— Я предполагала. Не была уверена. Мне Аркханна рассказывала про него. А когда произошло убийство, и во всем обвинили подругу… Вот тогда я и подумала, что если не Анька, то кто? Уверена, она этого не делала. Семья Этра живет уединенно. В стае вряд ли кто-то знал, где полукровка. А вот Арран преследовал ее, искал. Как видишь, мои предположения оказались верными.

— Да. Адептка Этра рассказала нам про несостоявшегося жениха. Кстати, она предлагала вернуться к нему в обмен на твою свободу.

— Она что? — у меня перехватило дыхание, — и вы допустили это?

— Нет. Аракну никто не выпустил.

— Ей не поверили, — мрачно догадалась я.

— Не я, — Грейм вздохнул, — от меня ничего не зависело. Но видела бы ты лица этих кре… облеченных властью лиц, когда мы обнаружили логово.

— Это ты меня нашел?

Ордленд не ответил. Нахмурился, видимо, вспоминая неприятные моменты.

— Спасибо, Грейм.

— Да не за что. Я опоздал. Ты уже ушла в Серую долину, а я… не смог защитить, как обещал. Прости.

Такого я точно не ожидала. Сероглазый просит прощения. У меня. Надо же!

— Мне не за что прощать, — я покачала головой, — твоей вины нет. Мне следовало сразу рассказать, а не откладывать на потом.

— И все же… Алена, тебя вытащил Транер. Все благодарности можешь высказать ему.

— Тогда уж лучше Кринеля пойду благодарить. Его заслуг намного больше.

— О чем ты?

— А разве остроухий друг не рассказал тебе?

— Что? Нет. Я не разговаривал с ним после, — Грейм запнулся, — после того, как он выставил меня из лазарета.

Ого! Вот это новости? А я-то думала, что ему все равно, поэтому не зашел навестить ни разу.

— Без сеанса некромантии вполне можно было обойтись. Кринель сказал, что яд аракнида меня не убил. Скорее парализовал. Причем настолько, что эльф сам какое-то время был уверен в моей смерти. Так что тер Шатейян зря старался. Хотя…

Я резко замолчала, чувствуя, как заливаюсь краской. Спрашивается, чего стесняюсь? Кроме пары поцелуев, ничего не было. Только рассказывать об этом демону неприятно. Отчего-то мне казалось, что новость о том, что Транер пил мою силу расстроит его. Так и получилось. Стоило заикнуться об этом, как сероглазый закаменел. Стал похож на мраморную статую. Только в глазах полыхало адское пламя.

— Что мне делать, Грейм? Он… он ведь не отстанет теперь, да?

— Транер распробовал твою силу на вкус и не откажется от такого источника.

— А метка? Если ты поставишь новую, то…

— Нет, Алена. Если бы Шатейян не знал о тебе, я бы так и сделал. О, тьма! Транер из высшего рода. Мне нечего ему противопоставить.

Последнее признание далось сероглазому с трудом. Не удержавшись, я накрыла его ладонь своей, легонько пожала.

— Я не верю. Выход обязательно найдется. Мы справимся, если ты мне поможешь.

Демон посмотрел на меня так, будто увидел впервые. Горько усмехнулся, покачал головой.

— Ты можешь забирать мою силу! Когда Транер поймет, что у меня слабенький резерв, сам отстанет, — предложила я.

— Недооценивать противника, значит, проиграть. Думаешь, ты первая, кому пришла в голову такая идея?

— А кто сказал, что недооцениваю, — я хитро прищурилась, — поцелуй меня!

— Суворова!

— Декан тер Ордленд, это не то, о чем вы подумали. Я всего лишь предлагаю эксперимент, и заодно хочу испытать один артефакт, — демонстративно покрутила браслет на руке, — мне друг сделал.

— Да-а, — задумчиво произнес демон, рассматривая мое украшение, — интересно, сложно и талантливо. И на что он способен?

— Вот это я и собираюсь проверить. Ник как раз усовершенствовал свое творение.

— Николас Хорник?

— Он.

— Талантливый мальчик. Надо присмотреться к нему получше. Такие способности необходимо развивать.

— Ну, так как? Вы мне поможете? — вернулась я к волнующему вопросу.

— Так не терпится поцеловать меня? — Грейм вздернул бровь.

— Если бы декан Смерти использовал иной способ, его и предложила, — огрызнулась я.

Нет. Он что о себе возомнил? Не переломится. Я, конечно, не красавица. Но кто виноват, что теперь так выгляжу? Может, удовольствия и не получит, но сил-то отхватит.

Пока я злилась, демон поднялся и, обогнув стол, стал рядом. Уперевшись руками о подлокотники, навис надо мной.

— Ну что? Готова?

От нахлынувшего волнения в горле пересохло. Демон находился слишком близко. Прядь волос, выбившаяся из хвоста, скользнула на мой лоб. Я вздрогнула. Не в силах оторвать взгляд, рассматривала лицо Грейма. Удивительные глаза, похожие на небо перед дождем. В черных зрачках искорки пламени. Исключительная особенность демонов, но такая завораживающая. Пушистые ресницы и идеальный излом бровей. Губы тонковаты, но именно они притягивают внимание своим ироничным изгибом. А до ямочки на подбородке так и хочется дотронуться… губами.

Резким движением Грейм впился в мои губы, сминая и подчиняя, как делал это Транер. Я инстинктивно сжалась, стараясь не допустить вторжения. Но демон стиснул подбородок, заставляя открыться. Тянущими движениями сероглазый терзал мой рот, будто изголодавший зверь. Я заерзала, пытаясь отпрянуть. Уперлась руками в мужскую грудь. Но все попытки были тщетны. Тело демона, будто из стали вылеплено. Моих жалких попыток он, казалось, не замечал.

Резко отстранившись, Грейм некоторое время рассматривал меня. Я же чуть не плакала. Не рассчитывала, что поцелуй одного будет так похож на другого.

— Не понравилось? — поинтересовался Ордленд.

Я одарила его тяжелым взглядом и демонстративно утерла рот.

— Значит, не понравилось. Но, должен признать, не смог вытянуть из тебя ни грамма сил.

Хоть что-то! — я отвела взгляд в сторону, — образ красавчика померк. Такого отношения я не готова терпеть ни от Грейма, ни от Транера. Неужели все демоны такие жесткие и требовательные?

— Алена, не спеши с выводами. Этот поцелуй… В общем, я специально показал тебе, какими могут быть те, кто захочет получить свое, не считаясь с твоим мнением. Транер ведь именно так целовал?

Я почувствовала, что заливаюсь краской. Но Грейм не дал времени на ответ и продолжил:

— Знаю, что действовал грубо. Прости. Но у демонов есть свойство влиять на противоположный пол. Это врожденное. Давай проверим, сможешь ли устоять, когда тебя будут целовать так.

Грейм дотронулся до моей щеки, очертил овал лица, провел пальцем по губам, заставляя меня разомкнуть их. После притянул за подбородок и поцеловал краешек рта. Короткими и мягкими касаниями Грейм будто заново приучал меня к себе. Судорожно вздохнув, я на мгновение приоткрыла рот. Демон не замедлил этим воспользоваться, прильнув к губам плотнее. Его рука, зарывшись в волосах, скользнула на затылок. Сероглазый зафиксировал мою голову и усилил натиск. Хорошо, что я сидела, иначе давно бы повисла на мужчине. ТАК меня никто еще не целовал. Тело то обдавало жаром, то бросало в холод. Внизу живота все плавилось от желания. Воздух в легких стремительно кончался. А я была настолько поглощена процессом, что, казалось, забыла, как дышать. И только когда перед закрытыми глазами замельтешили черные точки, вновь уперлась ладонями в грудь мужчине. Но лишь для того, чтобы провести по ней и со стоном обвить шею руками.

Грейм снова отстранился, прервав поцелуй. Невольно я потянулась к мужчине, отчаянно желая продолжения. Натолкнувшись на пустоту, распахнула глаза. Легкая насмешка на красивом лице подействовала как ледяной душ. В который раз за вечер загорелись лицо и уши.

— Извини… те, — зачем-то пробормотала я.

Грейм молча выпрямился, подошел к шкафчику, на открытой полке которого стоял графин с водой. Налил мне полный стакан и вставил его в руку. Я машинально выпила.

— Ты открылась. Поддалась соблазну. Я мог легко иссушить тебя, тогда как в прошлый раз и не подозревал о вкусе твоей силы. Она уникальна и невероятно притягательна, как редкое эльфийское вино.

— Но почему…

— Транер использовал первый способ? — закончил за меня демон, — а ты не догадываешься?

Я не ответила, хотя слова так и крутились на языке.

— По глазам вижу, что поняла, — сказал Грейм, — Транер ждет от тебя ответного хода. И ты, как послушная девочка его сделала. Но примени Шатейян хоть каплю демонического обаяния, ты и сама бы не поняла, как превратилась в домашнего зверька, жаждущего ласки хозяина.

— А это всегда так? Неужели нельзя что-то противопоставить?

— Противопоставить нельзя. А вот ослабить можно. Да. Я научу тебя, — заверил термарг, предвосхищая мой вопрос. — Но в общении с деканом Смерти тебе придется какое-то время обходиться без браслета.

Я угрюмо кивнула. Если бы Транер был хоть немного поласковее со мной, я уже и не помышляла о борьбе с ним.

— Твое счастье, что Шатейян не менталист. Его стихии огонь и земля. Во всех демонах сильна темная сторона дара, но не каждому подвластна редкая способность к некромантии. Не стоит забывать и о том, что демоны чувствуют ложь. Поэтому никогда не лги. Старайся говорить правду, ну, или часть правды.

— Как мне справится с ним?

— Твое главное преимущество в том, что он не подозревает о твоих способностях. Этим и стоит воспользоваться. Подойди ко мне, — попросил Грейм, выходя из-за стола.

Я встала, приблизилась к мужчине. Он, сделав несколько пассов, создал зеркальную поверхность, зависшую в воздухе. Затем развернул меня так, чтобы я видела наши отражения.

— Ты уже умеешь видеть ауры и потоки сил. В общении с маргами всегда старайся использовать магическое зрение. Так, ты вовремя заметишь, если кто-то начнет плести заклинания. Посмотри на меня внимательно, что ты видишь.

Я на минуту закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, и войти в нужное состояние. После уставилась на Грейма. Его фигура состояла сплошь из разноцветных потоков. Темный силуэт пронизывали преобладающие красные линии. Голову окутала голубая дымка. Причем цвет ее был красивым, насыщенным. Грудная клетка и общий контур рук и ног пересекали сверкающие золотисто-коричневые линии. В районе сердца клубилась тьма, прорезаемая точно такими алыми искрами, которые я частенько замечала в глазах демона.

Вот от голубой дымки отделился тоненький лучик и потянулся вперед. Кинув взгляд в зеркало, обнаружила, что лучик коснулся радужного контура, который принадлежал мне. А вот себя я рассматривала долго. Потоки разноцветных линий переплетались тесно и почти сливались в глазах. Полотно моих сил состояло из зеленого, синего, голубого, красного, золотисто-коричневого, черного и белого цветов. Но насыщенность слабенькая. Различалось все с огромным трудом.

Тем временем лучик Грейма отыскал похожий по цвету канал и попытался слиться с ним. В то же время еще несколько жгутов протянулись к моим вискам и лбу. Захваченная созерцанием происходящего, я не сразу сообразила, что, таким образом, Грейм вторгся в мои мысли и сейчас считывает информацию.

Чтобы прекратить это, я стала вырывать чужие лучи из своей сетки. Но они либо изгибались, увиливая от нападения, либо жглись, попадая на участки, где не было голубого цвета. Именно последнее доставляло боль. Зеленые и коричневые лучи, соприкасаясь с инородными, не причиняли им вреда. И только синие странно вспыхивали, истончаясь от контакта.

Насколько я разобралась с цветовым значением ауры, синий соответствовал водной стихии. И именно вода могла стать противовесом остальным стихиям. Недолго думая, я представила ледяной панцирь вокруг себя. Часть лучей Грейма, оказавшиеся отрезанными от хозяина покрылись инеем, заморозились и, не выдержав напряжения, рассыпались на мелкие льдинки. Темные всполохи, проступившие на моем полотне сил, с жадностью впитали остатки чужой силы.

— Неплохо, — оценил Грейм, — принцип ты уловила. Осталось развить способность распознавать свойство чужих сил и довести реакцию на вторжение до автоматизма.

— Питание происходит по такому же принципу? — уточнила я.

— Да. Но сейчас повторять опыт не будем. Ты должна восстановиться.

Я и не горела желанием. Слишком сложно дался последний опыт. Разобраться во всех этих потоках, сообразить какой и куда направить, непросто. Особенно если все это происходит на фоне общего ослабления и болевых ощущений.

— Тебе пора идти. До начала комендантского часа осталось пять минут.

Неужели прошло столько времени? А ведь до сих пор не спросила про Аньку. Подруга, называется.

Про аракну Грейм отвечал неохотно. Все, что ему было известно, ее содержат в специальном изоляторе. Обвинения сняты, но отпустить Аркханну не могут. И, скорее всего, никогда этого не сделают. Но вопрос почему, демон сообщил, что подруге грозит участь подопытного животного. Она пусть и нечистокровный аракнид, но обладает всеми их качествами. Такого шанса изучить смертельного противника император не упустит.

— Но она же не зверушка! Обычная девушка со своими желаниями и мечтами. Если что и делала раньше плохого, то потому, что не знала, как по-другому. За что с ней так?

— На пороге войны разве кто-то упустит такую возможность? Ты сочувствуешь Аркханне лишь потому, что узнала ее поближе. Но если бы это было не так, как ты отнеслась, например, к тому, кто отпустил Аррана на свободу? Он для тебя монстр, не так ли?

— Аркханна другая, — упрямо твердила я, смахивая навернувшиеся слезы, — могу я хотя бы повидаться с ней?

— Это не в моей власти, но, — поспешил добавить Грейм, поймав мой полный разочарования взгляд, — точно знаю, кто смог бы помочь.

— И кто же?

— Транер тер Шатейян.

Глава 25

Вернувшись в общежитие, я застала только Клоду с Микласом. Они увлеченно целовались, устроившись на диванчике в общей гостиной.

Пробормотав извинения, проскочила в комнату. На кровати меня дожидался реферат. Десять листов, каждый из которых исписан разными почерками. Видимо, ребята распределили между собой кусочки задания и выполнили свои части. Мне оставалось только переписать. Об этом говорилось и в записке, оставленной Ником.

Друзья, — теплое чувство разлилось по груди, настолько приятной оказалась помощь. Для меня она много значила. И это не просто реферат, а элементарное отношение ко мне, как к другу, сокурснице и маргу. Эти люди (и нелюди тоже) признали меня, приняв в сплоченное сообщество.

Негласный кодекс помощи и взаимовыручки маргов. Да, они могли конкурировать, устраивать дуэли и разные пакости друг другу. Но ни один уважающий себя марг не бросит другого в беде. Даст кров, пищу, спрячет от преследования, прикроет спину.

Я нашла информацию о кодексе в учебнике по основам магии. Только не восприняла всерьез. Теперь же, получив хоть небольшое, но доказательство, совершенно растерялась, не зная, как себя вести. В том, что касалось учебы, пожалуйста. Помогу всем, чем смогу. А вот участие в проделках, идущих вразрез с правилами академии… тут я сомневалась. Хотя на земле именно совместные приключения создавали из одиночек единое целое. Вряд ли Альвадис сильно в этом отличается.

До самой полуночи я переписывала реферат. А после долго ворочалась в кровати. На новом месте почему-то было тревожно. Или это от переживаний за судьбу Аркханны? Подруга не шла у меня из головы. Единственное, чем я могла помочь, устроить побег. И чем больше об этом думала, тем безнадежнее казалась затея. Но сдаться не могла. Если существовала возможность освободить Аньку от участи подопытной зверушки, я должна была ее использовать. И как бы мне было неприятно, но начать планировала с тер Шатейяна.

Утром, едва не проспав, наспех умылась и натянула форму. Забежала в лабораторию целителей, сдала кровь. После направилась в столовую. Там встретила всю нашу шумную компанию. Новая затея сплотила нас еще больше. После занятий девочки договорились пойти в город за нарядами. Ферт, Миклас и Меган должны были найти подходящий трактир и заказать столик. Денежную часть вопроса взяли на себя Клода, Эви и Меган, отпрыски знатных семей, ссылаясь на то, что могут себе это позволить. Никто особо и не спорил с этим.

У меня, например, денег, вообще, не было. Стипендию обещали выплатить только на следующей неделе. Но меня этот факт не задевал. Всем необходимым была обеспечена. А на вечеринку собиралась надеть униформу, подкорректированную иллюзией. На бал же идти, только расстраиваться. Это друзья уже не замечали моих недостатков, а от остальных продолжала ловить насмешки и презрительные взгляды.

Улучив момент, я отвела Ника в сторону. Вкратце рассказала ему про Аньку и частично про Ордленда и Шатейяна. Артефактор сходу предложил свою помощь, поинтересовавшись, почему не поделилась с остальными.

— Так, им и нечего говорить. Конкретного плана у меня нет, необходимой информации тоже, — я пожала плечами.

Ника я предупредила, памятуя прошлый опыт. Не исключено, что Арран все еще в академии. О чем и сообщила парню.

— Но аракнид может использовать любую личину, — ответил артефактор, — если он находился среди нас, то у него была возможность скопировать любой облик. Вдруг я это он?

— Нет, Ник. Я тебе верю. К тому же Ордленд кое-чему научил меня.

— Это опасно.

— Не более чем для других. Я собираюсь встретиться с деканом Смерти. Вдруг удастся узнать об Аркханне что-то новое.

— Когда пойдешь?

— На обеденном перерыве.

— Захвачу тебе пару бутербродов, — подмигнул паренек.

Занятия я воспринимала отстраненно, мысленно прокручивая предполагаемый разговор с Транером. Даже высший балл за реферат у Бериты тер Болдри не порадовал. Отвлеклась только на новый предмет «Щиты и оборона», читаемый деканом факультета Практики Оридисом ди Бадлоу. С чего вдруг спецкурс для отдельных специальностей ввели неинициированным первогодкам, было непонятно. К!ни!го!лю!б.не!т Этот вопрос декан переадресовал ректору, общаться с которым ни у кого не возникло желания. Отдать должное, создание щитов на основе не только собственных сил, но и с использованием подвластных стихий и подручных средств, виделось весьма полезным знанием. Конечно, многоуровневую защиту так сразу не создашь, но простейшие круги с набором рун, оказались по силам. Я с увлечением зарисовывала схемы, стараясь запомнить каждую закорючку. От правильного начертания символов зависела безопасность, а, порой, и жизнь.

Едва закончилась пара, поспешила выйти из аудитории, пока друзья не стали задавать нежелательные вопросы, которых, конечно, не избежать. Но я и сама не прочь получить ответы на некоторые из них. Благодаря порталам через пять минут я уже стучалась в кабинет декана Смерти. Тишина за дверью повергла в уныние.

Где теперь искать?

Мой настрой сдулся, и я поплелась обратно. У портала замешкалась, соображая куда лучше отправиться: в столовую, где меня ждет допрос с пристрастием, или в общежитие, и тогда любопытство подруг настигнет только после четвертой пары.

В этот момент одна из дверей распахнулась и в коридор вышли двое. Я ринулась в портал, но слова для перехода застряли в горле.

— Так что предпочитаешь на обед, драгоценная Берита? — бархатный голос и игривый тон декана Смерти никак не вязались со сложившимся у меня образом.

— Тран, — демоница повисла на шее у мужчины, — может, отправимся в город? Покажу тебе уютное местечко с приличной кухней и свободными комнатками на втором этаже.

— Звучит зама-анчиво, — сально улыбнулся демон, поглаживая спутницу пониже спины, — но… к сожалению, вынужден отказаться, — добавил он, заметив постороннего зрителя.

Берита нахмурилась. Увидев причину отказа, то есть меня, она нехотя отстранилась и приняла невозмутимый вид.

— В следующий раз, Транер, — сухо бросила демоница и, нарочно задев меня плечом, прошла в портал.

— Как скажешь, Берита. Как скажешь, — улыбка с лица демона давно сползла, но вот веселье в глазах никуда не делось, — Суворова, ты ко мне?

— Нет, — струсила я, разрываясь между необходимостью встречи и банальным страхом, — то есть, да.

— Идем, — Транер подошел ближе и протянул руку.

— К-куда? — пискнула я, когда запястье оказалось в стальном капкане.

— Всего лишь, обедать, Алена. Не бойся.

Использовав академический портал, мы перенеслись ко входу в какой-то ресторан. Судя по богатой вывеске и архитектуре, довольно дорогой. Не дав опомниться, демон потащил меня внутрь. Навстречу уже спешил хозяин. Это я определила по дорогой одежде и властным жестам, которыми он отдавал распоряжения по дороге.

— Рад приветствовать. Ваша Светлость, леди, — подобострастно поклонился мужчина, — лучший столик, кабинет?

— Кабинет, — определился Транер, — мне, как обычно, а леди фирменное блюдо. И поторопись, у меня не так много времени.

— Будет исполнено, вейр тер Шатейян.

Ресторатор провел нас через специальный переход, благодаря чему посетители, обедавшие на тот момент в общей зале, даже не догадались о нашем появлении.

Внутреннее убранство кричало о роскоши. Слишком вычурно, на мой взгляд, смотрелся красный бархат стен с тяжелой позолотой декоративных элементов и мебелью темного дерева. Громоздкие стулья с обивкой в цвет, прямоугольный стол, камин и свечи.

Транер помог мне сесть, галантно пододвинув стул. Затем устроился сам. Вышколенный официант незримой тенью нарушил наше уединение, оставив на столе пару фужеров и бутылку в ведерке со льдом. Демон сам разлил вино.

— Попробуй, должно понравиться, — протянул мне бокал.

— Спасибо.

Я сделала глоток.

Действительно, неплохое, с богатым букетом и приятным ароматом какого-то экзотического фрукта. Послевкусие отдавало легкой горчинкой и странным холодком на губах.

— Эльфийский поцелуй, — сказал Транер, наблюдая за моей реакцией.

— Что?

— Название вина. Редкий сорт. Готовится из плодов элесвии, растущих только в эльфийских лесах.

— Угу.

Только и могла сказать я. Если вино редкое, значит, безумно дорогое. Впрочем, в ресторане такого уровня вряд ли предложили что-то обычное. Но я пришла сюда не пить, так что не стоит оттягивать неизбежное.

— Вейр тер Шатейян…

— Транер, Алена. Мы договорились, что ты будешь звать меня по имени. Разве это так сложно?

— Нет. Извините.

— И на ты, пожалуйста.

— Извини, Транер, — даже выдавила улыбку.

Что со мной творится? Растерялась? Или это обстановка так действует?

Признаться, оказаться в подобном месте с мужчиной мечты, было верхом желания. Но опасность, которую излучал демон, заставляла кровь бежать быстрее. А предательское воображение рисовало совсем другое развитие событий.

— Я хотела узнать, что происходит. Вы… я…

— Что именно тебе непонятно? — мужчина расслабленно откинулся на спинку стула и, потягивая вино, наблюдал за мной с видом кота, играющего с мышью.

— Ну, п-поцелуи и это все, — я обвела жестом пространство вокруг, — зачем? Я наверняка не в вашем вкусе.

— Это мне решать, — хмыкнул демон, — кто или что в моем вкусе. Для чего я тебя целовал, ты и сама поняла. Ну а обед, всего лишь обед.

Я собралась задать еще одно почему, когда принесли заказанные блюда. Аппетитные кусочки мяса, гарнир из овощей и три вида соуса. Внешний вид, а также невероятный аромат поданных блюд напомнили о том, что я жутко проголодалась.

Перед демоном поставили пару глубоких мисок со странным содержимым и большое блюдо с морскими деликатесами. Соусы заняли отдельный поднос.

— Предлагаю поесть, а потом уже продолжить разговор.

От такого предложения не смогла отказаться. Ела я, не отрывая глаз от тарелки. Стоило только увидеть, как демон наколол на вилку что-то ярко-зеленое шевелящееся, потом окунул это поочередно в соусницы и с довольным видом положил в рот, как у меня чуть аппетит не отбило.

— Демоническая кухня слегка непривычна для людей. Но уверяю, здесь подают настоящие деликатесы, — пояснил демон, заметив отвращение в моем взгляде, — просто не смотри.

Готовили в ресторане отменно. Сама не заметила, как проглотила все до крошки.

— Десерт? — предложил мужчина. В отличие от меня, он ел медленно, смакуя каждый, гм, кусочек.

Я кивнула.

А почему нет? Когда еще доведется попробовать что-то подобное?

Не знаю, каким образом демон сделал заказ, но уже через минуту официант принес тарелочку, на которой красовался шедевр кулинарного искусства. Пирожное таяло во рту, а вкус орешков, взбитых сливок и кусочков фруктов служил лишь фоном для невероятно нежного теста. Чуть не замурчала от удовольствия.

— Это божественно, — резюмировала я, — передайте мое искреннее восхищение повару.

— Метру Лашье будет приятно это слышать, — сказал декан Смерти. Достав из кармана золотую монету, он кинул ее на стол. После чего поднялся, вновь протягивая руку, — времени осталось немного. Закончим разговор в другом месте.

Мне ничего не оставалось, как принять предложение и шагнуть вместе с демоном в дымку портала. Транер перенес нас в помещение, куда я, собственно, и собиралась попасть сегодня. Обстановка копировала кабинет Грейма, различие было в небольших мелочах и названиях книг на полках.

— На чем мы остановились? — спросил тер Шатейян, занимая роскошное кресло. Мне кивком головы было указано на одинокий стул.

Что-то мне это напоминает.

— О поцелуях и о том, что мне это не нравится, — ответила я, набравшись смелости.

— На то и был расчет.

— То есть ты специально? Так, грубо? — не сдержалась от возмущения.

Пусть Грейм и объяснил мне подоплеку, и показал разницу, но от Транера подобное заявление звучало обидно. Чего греха таить, втайне я надеялась на другой ответ.

— А что не устраивает? Или тебя часто целуют мужчины? Сомневаюсь.

Пренебрежение в голосе оскорбило до глубины души.

Сколько можно! Я и так знаю, что не красавица. Унижать-то зачем?

— Это не значит, что я должна довольствоваться объедками, — буркнула себе под нос. Но демон услышал.

— Это я-то объедки? Двоюродный брат императора, глава рода и практикующий термарг?

— Я не то имела в виду. Просто хотела сказать, что раз вам… тебе неприятно целовать, то и не надо это делать. Оставь меня в покое.

Демон в одно мгновение оказался рядом, нависнув надо мной так же, как недавно Грейм.

— Не. Указывай. Мне, — процедил он и добавил, растягивая, — де-воч-ка. Я не спрашиваю разрешения. Беру то, что хочу. И ты не исключение. Поверь, поцелуй самый невинный из способов, — взгляд почти черных глаз демонстративно прошелся по моей фигуре.

Я вжалась в спинку стула, пытаясь совладать с приступом страха и беспомощности. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что нельзя поддаваться. Он провоцирует, добиваясь именно этого.

— Впрочем, — демон сменил злую маску на нейтральное выражение, — я могу быть более терпеливым с тобой.

— С чего такая щедрость? — слова сорвались с губ прежде, чем успела подумать.

— Твоя сила пьянит. Ее вкус похож на то вино, что мы пили сегодня. Я не зря заказал именно его. Думал, оценишь. Предстоящая инициация лишь увеличит дар. И если он будет достаточно сильным, я стану твоим покровителем.

— А если окажется слабым?

— Тогда все останется, как есть. Статус моего подопечного слишком высок, чтобы им пользовались недостойные. Но не думай, что это избавит тебя от меня. По крайней мере, пока не найду более привлекательный источник.

Мне стало так мерзко. И даже красивое лицо, которое поневоле рассматривала и любовалась, не могло перебить возникшего чувства.

Вещь. Не более. И такой останусь. Все, на что могу рассчитывать, грубые поцелуи и неизбежно следующие за ними слабость и отвращение.

Горькое осознание простой истины причинило почти физические страдания. Я не смогла сдержать стона. Демон же расценил это по-своему. Его губы накрыли мои. Неразумное сердце ухнуло в пятки. Он целовал требовательно, впрочем, как и раньше. Но этот раз отличался тем, что не было грубости. На грани боли и удовольствия, подчинял и ласкал, сминал и потягивал. По телу распространились предательские волны жара. Голова закружилась, и низ живота сладко заныл.

— Ммм, достаточно, — снова меня бросили на самом интересном месте.

Это изощренное издевательство? Второй раз за день. У-у-у, ненавижу гадов рогатых!

— Как? И это все? Чтобы я еще раз поверила в сказки о том, что демоны лучшие любовники? Никогда! Бред полнейший, — я приложила все усилия, чтобы возмущение выглядело искренним. Обида, уязвленное самолюбие и неудовлетворенное желание помогли справиться с этой задачей.

Транер нахмурился. Глаза превратились в две узенькие щелки, полыхнувшие огненными искрами.

— Поищите другую дурочку, — я поднялась и направилась к выходу.

— Я не отпус-скал тебя. Мы не с-с-закончили, — в разъяренном голосе декана Смерти шипящие ноты отдавали смертельной угрозой.

Отлично! — обрадовалась я, одновременно умирая от страха. Злой демон опасен, но Транер-соблазнитель в моем случае еще хуже. Перед вторым у меня нет шансов, а первому можно противостоять. Или попытаться это сделать.

— А, по-моему, мы все выяснили, — продолжила наглеть я. Развернувшись у дверей, добавила, — и еще, это все в последний раз. Я не собираюсь становиться персональной батарейкой. Ничьей.

Это было последнее, что успела сказать, перед тем как оказалась сбитой с ног и впечатанной в стену. Транер схватил за плечи, приподнял над полом, зафиксировав тело своим торсом. На груди демона проступили роговые пластины, вспоров ткань камзола и рубашки. Небольшие рожки удлинились, закручиваясь вдоль головы. А идеальное лицо исказилось клыкастой гримасой зверя. Кожа потемнела, надбровные дуги увенчались наростами. В мою шею уперся острый кончик хвоста.

Я застыла не только зажатая между стеной и демоном, но и парализованная собственным страхом. Спину прошибло холодным потом

— Ты принадлежишь мне! — пророкотал монстр.

Его когтистая лапа переместилась с плеча на горло. От легкого нажима у меня перехватило дыхание. Огненное дыхание опалило кожу на лице. Не в силах даже пискнуть, я хватала ртом воздух. На глазах навернулись слезы.

Убьет! Гад! Что я натворила? — панически бились вместе с бешеным пульсом мысли, — дурочка! Кто за язык тянул? Сама погибнешь. И подругу не спасешь. Анька, прости.

Как ни странно, стоило вспомнить о подруге, как паника начала отступать. Даже дышать стало легче. Демон продолжал сдавливать шею, но особой болезненности я не ощущала.

Почему? Так, на мне же экзон, — ответило подсознание, — он защищает тело, облегая его, как вторая кожа. А, значит, по факту, демон не может навредить мне.

Понимание того, что не беззащитна, придало уверенности. И я даже перешла на магическое зрение.

Вовремя!

Демон сплошь состоял из сгустков тьмы и огня. Черные и алые отростки клубились в районе головы монстра как змеи. Они шипели, извивались и… тянулись ко мне.

Я не сразу поняла, что Транер вновь целует. Просто пылающая тьма вдруг коснулась лица, и голодные щупальца ринулись вытягивать из меня силу. Мгновенно воздвигнутая ледяная стена отсекла меня от бесцеремонного вторжения. Но хрупкая защита трещала под яростным натиском взбесившихся потоков.

Обязательно возьмусь за изучение щитов, — пообещала себе, — когда выберусь.

Я вливала все свои резервы, а напор демона не ослабевал.

Еще бы! Транер недавно неплохо подзарядился. И теперь использует мою же силу против меня! В этом мире справедливость существует?

Нахлынувшая злость, вкупе с непонятно откуда взявшимся азартом, подвигла меня на более решительные действия. Хоть и запоздало, но услужливая память воспроизвела недавний урок с тер Ордлендом. Его слова о том, что демон вытягивает те силы, что совпадают с его стихиями, натолкнули на здравую мысль. Помимо тьмы, огня и земли, а также воды, каналы которой уже находились на грани истощения, у меня оставался воздух.

И как мне это поможет? Плохо, что слабо представляю, на что способна, — эта мысль еще больше разозлила. Причем настолько, что внутри все закипело. Какая-то часть меня рванула вперед, горя желанием расправится с мучителем. В следующее мгновение произошло нечто совсем непонятное. Легкая боль в висках, затем ощущение стремительного падения, от которого заложило уши. А потом сознание окунулось в коктейль из картинок. Я вязла в них, будто муха в желе. Потребовалось время, чтобы немного успокоиться и унять участившееся сердцебиение.

С каким же удивлением вдруг рассмотрела себя глазами демона. Я для него была аппетитным лакомством, завернутым в невзрачную упаковку. Сверкающая аура, насыщенные потоки — все это вызывало нестерпимое желание заполучить вожделенный источник. И пить, пить, пить.

Да, — осознала с горечью, — демон ни разу не посмотрел на меня как на женщину. Я для него бесполое существо. А все поцелуи, грубые или приятные, говорят лишь о степени жажды. Чем голоднее был, тем нетерпеливее себя вел. Будь я хоть эталоном красоты, все равно в первую очередь Транер видел во мне способ восполнить энергию.

Интересно, каков же на самом деле идеальный женский образ для декана Смерти? — озадачилась я вопросом. Неожиданным ответом стала картинка, выуженная из недр памяти демона. Высокая черноволосая демоница с внушительным бюстом и крутыми бедрами. Откровенная одежда, едва скрывающая прелести. Гибкий хвост, обвивающий щиколотку и чуть поглаживающий ножку в лаковой туфельке пушистой кисточкой. Внушительный слой косметики на практически идеальном лице с точеными чертами. На аккуратных рожках бриллиантовые подвески, сочетающиеся с крупными серьгами и массивным ожерельем.

Нда, красота дроу, вампирш и эльфиек меркла перед этой ходячей сексуальной бомбой. Про себя, вообще, молчу. Моль бледная, — вся злость и боевой настрой улетучились. Острый приступ самоуничижения едва не выбил меня из чужого сознания. — Стоп! Не раскисать! — мысленно встряхнулась я, — такого шанса, может, никогда не представится. Транер должен что-то знать об Аркханне.

Если с образом демоницы мне, можно сказать, «повезло». То сведения о подруге пришлось выискивать по крупинке, отматывая события, произошедшие с демоном в обратном порядке. Неудобные моменты я старалась пролистывать, а отдельные фрагменты, наоборот, рассматривала с дотошностью.

Я узнала, где искать Аньку, как миновать ловушки, оставленные для любопытных и снять охранные чары.

Это было больше, чем я смела надеяться.

К тому же ключ от темницы хранился именно у декана Смерти. Я четко подглядела момент, когда Транер сунул его в задний карман брюк. Судя по всему, он и сейчас находился там. А, значит… мне нужно добыть его. Любой ценой. Тяжело вздохнув, опустила щит и ответила на поцелуй.

Снова металлический привкус во рту. Боль.

Я застонала, когда клыки проткнули губу. Но не отступила. Положила руки на плечи мужчине, медленно прошлась пальчиками по лопаткам к пояснице, вырвав демона шумный вздох. А после, вконец обнаглев, скользнула ладошками на ягодицы. Погладила. Чуть стиснула.

Как бы самой не увлечься процессом!

Задница у декана была что надо, аппетитная и упругая. А тут еще шаловливые ручки нащупали начинающийся от копчика хвост.

Так, Света (или все же Алена?) не забывай, зачем все это делаешь! — одернула я себя.

Ключ обнаружился в левом кармане. Хватило легкого движения, чтобы он оказался в руке.

Только бы демон не заметил!

Прижимая к ладони большим пальцем добытое сокровище, я для верности еще поблуждала по спине и плечам демона. После незаметно кинула вожделенный кусочек металла в сумку. А там уже и Транер стал приходить в себя. Сначала схлынул звериный облик. Потом мужчина отстранился. Он уже не держал меня, но во взгляде, которым прожигал насквозь, читалось… удивление? Или замешательство?

Пользуясь моментом, освободилась от объятий, сделала шаг к двери. Тер Шатейян не отреагировал. Тогда я схватила ручку и надавила на ее.

Не заперто!

Я вышла и опрометью кинулась к портальному переходу, еще не веря, что мне удалось провернуть все, что задумала, и безнаказанно уйти. Ну, почти безнаказанно.

Глава 26

На пару я, естественно, опоздала и не пошла. Конечно, если бы появилась, Кринель, сделал бы выговор. Но, и только. А вот как показаться на глаза одногруппникам с наливающимся кровоподтеком? Или опухшими губами, красноречиво свидетельствующими о том, чем занималась?

Добравшись до комнаты, рухнула на кровать. Сейчас, наедине с собой, я могла осмыслить произошедшее. И чем больше размышляла, тем хуже мне становилось. Разумом понимала, что проще выбросить демона из головы. Он фактически вытер об меня ноги. Его потребительское отношение оскорбляло, низводило самооценку и вгоняло в состояние депрессии. Сейчас я стопроцентно была уверена в том, что Транер не полюбит меня. Никогда. Так, почему же память постоянно прокручивает поцелуи? Причем боль и грубость отступает на второй план. И для чего всплыла сцена из ресторана, на которую я бы не обратила внимания, если не одно но? Расслабленный мужчина, откинувшись на спинку стула, смакует вино, медленно потягивая его бокала.

Ну, зачем влезла в его голову? — пришла крамольная мысль, — так, я хотя бы могла мечтать, что у меня есть шанс. Теперь же сравнивала себя с запылившейся бутылкой, которую хозяин, как истинный коллекционер, ни за что не выпустит из рук, пока осталась хоть капля драгоценного нектара.

Понимание того, что все это сделала ради Аньки, к которой искренне привязалась, перевешивало собственные терзания.

Глубоко вдохнув несколько раз, с усилием отогнала тяжелые мысли, пытаясь сосредоточиться на главном: как вызволить подругу? Я знала место, знала, как попасть туда и выйти незамеченной. Более того, у меня был ключ. Оставалось лишь выбрать время, чтобы по-тихому вывести Аркханну из академии.

Наведаться решила этой же ночью. Одна. Хотелось, конечно, рассказать все Нику. Но подставлять его не имела права. Даже если попадусь, отчисление не пугало. Проживу как-нибудь и без академии. Жаль только, некому будет развить мой дар. Но и тут возможны варианты. Например, эльфийская академия целительства или драконья огненная школа. Если верить учебникам, продолжительность жизни среднего марга пара столетий, а с моим потенциалом, то и все пять. С таким запасом времени успею получить дипломы всех учебных заведений. Было бы желание.

Приняв решение, стала собираться на физподготовку. Тренировки я ценила. За неполный месяц значительно укрепила мышцы, сбросила вес. Результат неплохой, но до идеала далеко. Над собственной фигурой еще работать и работать. Да и магический потенциал рос соответственно, подтверждая взаимосвязь тела, духа, ну, и силы, конечно.

Девчонки встретили меня смешками, легко проведя параллель между моим отсутствием на паре и опухшей, прокушенной губой. Я отшутилась, списав все на собственную неуклюжесть. Дескать, шла, споткнулась, неудачно упала и поранила лицо. Подруги сделали вид, что поверили. А Ник… ничего не сказал, но тяжелый взгляд красноречиво дал понять, что подобные объяснения его не устроят.

Предчувствия не обманули. Сразу после занятия артефактор нагнал меня по дороге в общежитие.

— Поговорим? — потребовал он, сверкая глазами.

Не сдержав обреченного вздоха, кивнула.

— Где?

Парень указал на дорожку, ведущую в парк. Стиснув мой локоть тонкими, но, на удивление, крепкими пальцами, потянул за собой.

К своему стыду, за все время учебы у меня не нашлось времени для прогулок. И зря. Здесь было на что посмотреть. Необычные деревья с сине-зеленой листвой. Такого же оттенка трава. Кустарники, состоящие из темно-синих веточек, усыпанных бутонами и нежно-голубыми цветками. Красивые клумбы, пестревшие белыми и серебристыми соцветиями. Для меня, обожавший синие и голубые тона, парк показался волшебным.

Выбрав одну из скамеечек, расположенную подальше от любопытных глаз, Ник направился к ней. Усадив меня, парень пристроился рядом.

— Рассказывай!

— Что? — я закашлялась от схватившего горло спазма.

Никогда не видела друга таким взбешенным. Нахмуренный взгляд метал молнии, кустистые брови сошлись на переносице, тонкие ноздри трепетали, и без того выпирающий кадык заострился еще больше. Руки стиснуты в кулаки до такой степени, что побелели костяшки.

— Что он с тобой сделал? — сдерживая ярость, спросил Ник.

— Ты об этом? — я коснулась рукой губы, поморщилась, — это мелочи. Не переживай. Сама виновата.

— Он не имеет права…

— Имеет, Ник, — перебила я, — а после инициации этих прав будет еще больше.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Транер сказал, что станет моим покровителем. И даже если инициация покажет низкий уровень дара, демон все равно не оставит в покое.

— Он для тебя Транер? — ядовито поинтересовался артефактор.

— Да что за муха тебя укусила? — возмутилась я.

Сидит тут, пар из ушей пускает. И из-за чего? Опухших губ? Ревнует что ли?

От последней догадки опешила.

Ник ревнует? Не может быть. Мы же просто друзья. Или я чего-то не заметила?

Пристально посмотрела на парня, разглядывая, будто увидела впервые. Роста невысокого, всего на полголовы выше меня. Из-за того, что постоянно сутулится, кажется ниже, чем есть на самом деле. Невероятно худой. Светлые волосы постоянно растрепаны и пребывают в состоянии вороньего гнезда. Бледно-голубые глаза в обрамлении пушистых светлых ресниц через поблескивающие стекла очков кажутся огромными. А вот губы с четким контуром верхней и тонкой черточкой на середине нижней красивы.

Заметив, как внимательно я разглядываю, парень смутился и покраснел.

— Ник, — я накрыла рукой его стиснутую ладонь, — мы ведь друзья?

Парень шумно втянул воздух. Кивнул.

— Поверь, я очень ценю нашу дружбу. И все, что ты для меня делаешь. Кстати, еще раз спасибо за экзон. Он меня спас.

— Выяснила, что хотела? — буркнул Ник примирительно.

— Угу. Я знаю, как помочь Аркханне. Но рассказать не могу.

— Почему?

— То, что я собираюсь сделать, противозаконно. Меньшее, что грозит, исключение из академии. А ты должен учиться, развивать свой дар.

— Как и ты.

— Ортанская академия не единственная.

— Считаешь, тер Шатейян так легко даст тебе уйти? Демоны никогда не упустят из лап то, что считают своим.

— Но я не…

— Не надо, Алена, — горько усмехнулся Ник, — я ведь не дурак. Скажи, какой уровень дара должна подтвердить инициация? Не ниже термага, верно? Поэтому Ордленд нарушил правило и поставил свою метку раньше срока? Может, умарг? — парень встряхнул меня за плечи, — ответь же! Завтра и так все узнают.

— Илмарг, — прошептала я.

— Да, ладно! — присвистнул артефактор, — что, серьезно? Теперь понятно, отчего сейчас у тебя слабо проявляются способности. Конфликт стихий. Представляю, сколько всего будет вокруг тебя твориться, пока научишься управлять даром. А демон в курсе? Хотя о чем я. Если бы это было так, ты уже давно сидела под мощной охраной в родовом замке Шатейянов.

— Ник! — возмутилась я неожиданно громко, — прекрати! Не напоминай об этом.

— Алена, пожалуйста, позволь мне помочь. Я прекрасно осознаю риск и готов пойти с вами.

— В смысле?

— Ты ведь решила бежать из академии вместе с аракной? Так вот, я с вами. Втроем у нас больше шансов.

От такого заявления я малость зависла. Идея бежать вместе с подругой, приходила в голову, но всерьез ее не рассматривала. Слишком мало знала об этом мире и его обитателях. Слишком неумело пользовалась даром. Без денег и четкого плана не видела смысла действовать. Да и страшновато, в одиночку-то.

— Ник, зачем тебе это? Я и Аркханна, понятно. Но ты? У тебя впереди блестящее будущее. Так почему?

— Может, потому, что у меня впервые в жизни появились друзья?

Лицо парня озарилось такой искренней улыбкой, что я не смогла отказать. Удивительно, как быстро здесь все происходило. Настоящие чувства, привязанности, как и антипатия, проявлялись сразу. Возможно, это оттого, что марги остро чувствовали ложь? Или быстрому сближению способствовало то, что все мы оказались здесь оторванными от привычного окружения? Как бы то ни было, друзья стали частью моей жизни. А вместе мы обязательно что-нибудь придумаем.

Нику я рассказала про обед с демоном и про то, что произошло в кабинете. Некоторые подробности пришлось опустить. Артефактор и так слишком бурно реагировал на действия тер Шатейяна. В конце продемонстрировала ключ.

Побег мы запланировали на завтра, сразу после вечеринки. А сегодня вечером за два часа до отбоя собирались пробраться к Аньке, чтобы проведать и предупредить о завтрашнем дне.

В общежитие вернулась одна. Ник помчался в библиотеку, домашние задания никто не отменял. И пусть учиться оставалось день, от новых знаний грех отказываться.

Клоду застала на пороге. Выглядела она сногсшибательно и светилась так, словно выиграла в лотерею.

— На свидание собралась? — поинтересовалась я, — отлично выглядишь. Миклас оценит.

— Хм, нужен мне этот оборотень, — фыркнула красотка, — до настоящего мужчины ему еще расти и расти.

— Но как же, — вытаращилась я вслед дроу, которая резво шла по коридору, цокая каблучками.

— Буду поздно, — добавила красотка, обернувшись, — не жди. И передай Микласу, что между нами все кончено.

— Думаю, и без меня найдутся желающие, — пробормотала себе под нос, глядя, как из соседних блоков высовываются любопытные мордашки. На альфу столько девчонок заглядывалось. Пока он был с Клодой, никто и смотреть в его сторону не решался. Теперь же…

Раздевшись, в наглую запихнула вещи в магический шкаф Клоды. Специальное бытовое заклинание чистило и приводило в порядок любую одежду. Сама же отправилась в душ. За то время, что я общалась с другом, очередь в это стратегическое место иссякла.

Грохот в комнате напугал. Завернувшись в полотенце, выскочила посмотреть, в чем дело. Дверь в нашу комнату оказалась выбитой и еле держалась, болтаясь на одной петле. Внутри же бесновался оборотень, круша все, что попадалось под руку.

— Где она? — прорычал парень, завидев меня.

— Ушла, — я вжалась в стенку.

Миклас находился в стадии полу трансформации и был невероятно зол. Вертикальные зрачки вытянулись в ниточку, клыки, наоборот, увеличились, придавая лицу (или правильно будет, морде) устрашающий оскал. Ногти на руках сверкали острыми пластинами загнутых когтей.

— С кем? — оборотень приблизился, обдав жаром дыхания, — что сказала?

— Откуда я знаю? Сама недавно пришла. Столкнулась с Клодой на пороге. Она была одета как на свидание, вот я и сказала, что ты оценишь. А она…

— Ну? — рыкнул Миклас так, что у меня подогнулись коленки.

— Просила тебе передать, что между вами все кончено. В-вот.

Когтистая лапа бухнула в стенку рядом с моей головой. Мелкая крошка камня чиркнула по коже.

— Мик, ты чего? Успокойся. П-пожалуйста, — дрожащим голосом попросила я.

— Суворова! Вегорльф! Что здесь происходит? — громогласный крик эсте Аунт раздался как нельзя вовремя.

— Н-не знаю. Я в душе была. Услышала шум, выскочила, а тут…

— Понятно. А ты что скажешь, Миклас? Зачем погром здесь устроил? — потребовала ответа гномка, — и повернись ко мне, когда я с тобой разговариваю.

Рычание и гнев комендантши ничуть не уступали рыкам оборотня, которым, видимо, сейчас руководили инстинкты. Почуяв достойного противника, Миклас развернулся. Лапа скользнула по стене, оставляя в камне глубокие ровные борозды.

Брр, — я поежилась, — а если б меня зацепил? Такими когтями тело насквозь проткнуть можно.

Оказавшись у Микласа за спиной, я стала потихоньку пробираться обратно в ванную. Щеголять перед всеми в одном полотенце не хотелось. Когда, одевшись, решила высунуть нос за дверь, обнаружила парня во вполне вменяемом человеческом виде. Он виновато смотрел в пол, тогда как эсте Аунт читала нотацию о правилах поведения и требовала возмещения ущерба.

Нда, такая кого хочешь угомонит.

— Возьмешь инструменты у завхоза и первым делом починишь дверь, — командовала женщина, — стол и полки только на свалку. Выпишу со склада новые, а счет отправлю в деканат. Со стипендии удержат, чтоб неповадно было ломать. Насчет остального добра разбирайтесь сами. Все.

Гномка и оборотень ушли, оставив меня посреди разрушенной комнаты. Девчонки, слетевшиеся на шум, разошлись по комнатам обсуждать новости и сплетничать. А я, наведавшись в хозяйственную за веником и совком, занялась неблагодарным делом — уборкой. Вернулся Миклас не один, а с Карелом и Дирком. Ребята приволокли новый стол. Обратным ходом утащили обломки старой мебели. После оборотни занялись дверью.

— Алена, — решился на разговор Миклас, когда его беты закончили работу и уволокли последние мешки с мусором, — ты извини, что на тебя накинулся. Не в себе был.

— Ладно, — махнула рукой, — я же все понимаю. И то, как Клода с тобой поступила, мне совсем не нравится. Если честно, я была лучшего мнения о ней.

— Я тоже.

Возникла неловкая пауза. Я не знала, что сказать парню, чтобы ненароком не обидеть и не задеть еще больше.

— Пойдешь на вечеринку? — нарушила затянувшееся молчание.

— Не знаю. Нужно подумать. Мы ведь вместе с Клодой, — парень запнулся, — скорее всего, нет.

— Угу. Но если передумашь…

Миклас упрямо мотнул головой, замялся и, избегая смотреть мне в глаза, сбежал, напоследок хлопнув дверью.

Глава 27

Визит Грейма отвлек меня от изучения нудной топономики. Оказывается, я совершенно забыла про факультатив по ментальной магии. Порталом мы перенеслись в одну из аудиторий башни Истины.

Ордленд похвалил мой ментальный щит, дав пару подсказок, как проще удерживать его, создав привязку на деталь одежды или украшение. С помощью учителя я создала довольно мощную защиту, использовав силу всех стихий. Привязкой послужила одна из сережек, которые я никогда не снимала. Маленькие гвоздики с прозрачными камешками были дороги, как память о родном мире.

А вот ранку на губе демон не стал лечить, а предложил прикрыть иллюзией. Значительную часть занятия я потратила на то, чтобы правильно сконцентрироваться и сформулировать мысле-приказ. Зато, как только поняла принцип действия, тут же замаскировала не только укус, но и мелкие погрешности кожи.

— Ты быстро учишься, — похвалил Грейм.

— Спасибо, — смутилась я от похвалы. Некстати вспомнились поцелуи, с помощью которых проверяла экзон. То чувство, что испытала. Волнующе. Но не настолько, чтобы потерять голову. Жаль, что меня тянуло не к тому демону.

— Алена, — сероглазый снисходительно улыбнулся, будто прочитал мысли, хотя щит работал исправно, — ты можешь доверять мне. Хочу, чтобы ты знала: пока ты в академии, я смогу помочь. Научу тонкостям ментальной магии, помогу скрывать силу дара и понижать резервы. Ты ведь понимаешь, что чем чаще и больше опустошать потоки, тем быстрее они приспособятся и начнут восполняться. А демонам, особенно высшим, энергии никогда не бывает мало.

— О чем ты, Грейм?

— Ты ведь не собираешься наделать глупостей?

Я поперхнулась и закашлялась.

— К-каких глупостей?

— Например, побег, — демон хмыкнул, — судя по реакции, именно это ты и задумала. Шатейян ждет подобного шага. Этим ты развяжешь ему руки.

— В смысле?

— В прямом. Звание адепта Ортанской академии не пустой звук. Пока ты здесь, находишься под защитой. Диплом же гарантирует определенный статус и достаток. На время учебы академия дает щадящие условия обмена энергией. То есть, не более одного раза в неделю, а то и реже, если докажешь негативное влияние на развитие способностей и усвояемость учебного материала.

— Даже так? А почему раньше не рассказал о правилах?

Сероглазый пожал плечами.

Нет. А если бы декан Смерти не узнал обо мне? Грейм не снизошел бы до объяснений? Вот, все-таки, гад рогатый!

— А если, ну, чисто теоретически, я бы сбежала? Что тогда?

— Тогда? Тебя поймали уже через пару часов.

— Уж так и поймали, — буркнула я.

— Алена, ты ж не подросток, хоть и выглядишь так. Подумай! Транер вытащил тебя из Серой долины. Это создало между вами определенную связь.

— Какую еще связь?

— Такую! На тонком уровне. Ты же еще за гранью ему открылась, показав источник силы. У некромантов всегда остается нить к тому, кого они вытащили. А ты, подпитав его, создала не ниточку, а целый мост. Тер Шатейян отыщет тебя хоть на краю света, причем, не прилагая особых усилий.

— А почему я узнаю об этом только сейчас?

— Потому что всему свое время.

— Угу. Мне все понятно. А о какой защите в академии идет речь, если меня в первый же день чуть не убили? Многого ли стоит такая защита?

— Ну, с адептом Миораном вы вроде как разрешили конфликт. И, насколько мне известно, даже подружились. Ситуация с аракнидом — исключение. И тут мы сделали все, чтобы устранить последствия и помочь. Заметь, тебе не пришлось общаться с дознавателем. Ди Фрайм бывает суров с адептами, но никому извне не позволит нанести ни малейшего вреда своим подопечным.

— А как объяснить действия тер Шатейяна?

— Разве он тебя чем-то оскорбил?

— Ну… а…

Я растерялась. Ведь, кроме пары поцелуев, предъявить демону нечего. А в глазах окружающих все выглядит так, что сама не против. Особенно последний раз, когда заявилась в деканат, чему есть свидетели. И этот обед, и причина, по которой прогуляла пару. Если смотреть со стороны, это я за ним бегаю. Вот засада!

— Он пил мою энергию, — нашлась я.

— Ну, так Транер и не станет этого отрицать. Это — не преступление, а распространенная практика. К тому же декан уже выразил намерение стать твоим покровителем.

— А я могу отказаться? Неужели нет никакой возможности избежать подобной чести?

— Если только найдешь способ обмануть круг сил на инициации.

— Такое возможно?

— Нет. Еще не нашлось марга, который подчинил бы его своей воле.

— То есть, чисто теоретически, это можно сделать?

— Не забивай голову, — отмахнулся демон, — от тер Шатейяна тебя это все равно не избавит. Думаю, ты и так все поняла. Смирись. Лучше задумайся над теми выгодами, которые сулит этот союз.

— То есть, пожизненное рабство, по-твоему, выгода?

— Как с тобой сложно, Алена, — Грейм вздохнул, — поздно уже. Тебя вернуть порталом?

— Нет. Я лучше переходом воспользуюсь. Клода могла уже вернуться.

Распрощавшись с Ордлендом, я перенеслась из Голубой башни в Черную. Но в комнату не пошла, осталась внизу. Если соседка действительно уже дома, то не хотелось бы объясняться, куда собралась, на ночь глядя. Да и времени до встречи с Ником осталось не так много. Решила подышать свежим воздухом.

Тишина, встретившая во дворе, оказалась обманчивой. Многие адепты торопились вернуться в свои башни. Прошел патруль, не преминув поинтересоваться, что я тут делаю. Пришлось соврать, что встречаю подругу, которая вот-вот должна возвратиться со свидания. Затем стайкой прошмыгнули девчонки с моего потока. В общем, только ленивый не обратил на меня внимания.

Ага. Для того, кто собирался тайком пробраться в изолятор для нечисти, конспирация хуже не придумаешь.

Решила обогнуть башню и спрятаться за одним из выступов. Конечно, днем это бы меня не спасло, но в вечерних сумерках серая одежда не так бросалась в глаза. Следующие пятнадцать минут мысленно чертыхалась, коря себя за то, что не пошла в свою комнату. В конце концов, я не обязана ничего объяснять Клоде. Да и вернуться та обещала поздно. А вот тисканье и поцелуи влюбленной парочки первокурсников, выбравших себе место для прощания в паре метров от меня, дико нервировали. Ноги затекли от неудобной позы. Пришлось присесть, чтобы моя светлая макушка не привлекла внимания.

Как же глупо я, должно быть, выглядела со стороны.

Едва дождалась, когда влюбленные, наконец, распрощались и ушли. Только позволила себе подняться и потянуться, как вспыхнувший портал заставил вновь забиться в убежище. Только вместо того, чтобы присесть на корточки, я со всего маху плюхнулась на землю пятой точкой. Подо мной что-то жалобно хрустнуло.

В красноватой вспышке успела заметить два силуэта.

— Здесь кто-то есть! — возмущенно шикнул знакомый голос одного из них, — почему нельзя перенестись сразу в мою комнату?

— Потому что никто не должен знать, — тихо ответил второй, — особенно твоя соседка.

Так, — внутри все закипело от злости. Как оказалось, мне знакомы оба ночных визитера. — Неужели Транер и есть тот самый соперник, ради которого Клода бросила Микласа? Против демона у оборотня мало шансов. И когда только эти двое успели сблизиться? — острые коготки ревности неприятно царапнули сердце, — Клода очень красивая. Такая могла бы ему понравиться. Но еще днем, демон и не думал о ней. Уж какой-нибудь намек на отношения я бы заметила, пока считывала мысли. А Транер непохож на того, кто мимоходом соблазняет хорошеньких адепток. Или нет?

— Мы увидимся завтра? Пообедаем вместе?

Я так и видела, как дроу виснет на руке у демона, преданно заглядывая тому в глаза.

— Не получится. У меня встреча.

Угу. Наверняка, Берите пообещал.

— Тогда, может, вечером? Все равно нет желания идти на глупую вечеринку.

— Какую вечеринку? — в голосе демона различила неприкрытую заинтересованность.

— Да, пустяки. Эти неудачники собрались устроить вечеринку в городе… ой, — наигранно запоздало сообразила девушка, — это вроде как тайна. Ты же меня не выдашь?

— Вообще-то, адепты собрались нарушить правила академии, а я как декан…

— Ну, ми-илый…

Меня аж перекосило от такого обращения и слащавости в голосе. А еще этот чмокающий звук. Я не удержалась и осторожно выглянула из укрытия. Клода стояла на цыпочках и целовалась с демоном. А тот, судя по всему, не возражал. Наоборот, его руки по-хозяйски оглаживали женскую спину, талию и то, что пониже.

Сволочь рогатая! — от обиды навернулись слезы. Я закусила губу, чтобы не всхлипнуть. — Бабник! Похотливый гад! Скотина.

— Ну, хорошо. Убедила, — сказал Транер, — сходим завтра пообедать в одно уютное местечко. «Золотая ветка» подойдет?

— О! Это лучший ресторан в Орте, — простонала Клода восторженно.

И дорогой! Не тот ли, где мы сегодня обедали? Он всех своих любовниц туда водит? Хотя, о чем я. До любовницы явно недотягиваю. Куда мне, когда соперницы одна другой лучше. Хоть сейчас на конкурс красоты отправляй. А я так… батарейка.

— Вот и договорились. Я тебя сам найду. А сейчас поспеши. Сюда кто-то идет, — демон подтолкнул Клоду вперед, а сам, крутанувшись, тут же исчез в портале.

Я испуганно вжалась в стену. На секунду показалось, что Транер меня заметил. Но страх был ложным. Демон ушел, а Клода направилась к общежитию.

— Привет, — небрежно бросила она кому-то, прежде чем скрылась за углом здания.

— Клода? А что ты тут… — узнала я голос Ника.

— Гуляла. Тебе-то что? Иди, куда шел, — оборвала девчонка.

Дождавшись, пока хлопнет дверь, выбралась из укрытия.

— Ни-ик, я здесь, — позвала друга.

— Уф, — обрадовался парень, — я уж, было, подумал, что ты не придешь. Что случилось? — нахмурился он, увидев, что я отряхиваю форму, — ты упала? Ушиблась? А Клода… ты с ней что, поссорилась?

— Нет. В засаде сидела, — буркнула злобно, — услышала много чего интересного. В том числе и про Клоду. Пойдем отсюда. Здесь проходной двор какой-то.

Благодаря кипевшей внутри злости, я совершенно не думала об опасности. Уверенно обходя ловушки и охранки, провела Ника через полигон, на котором тренировались некроманты и проклятийники. Вход в лабораторный корпус вскрыла, пользуясь личным доступом Транера. Без страха прошла мимо клеток, где содержались «результаты» экспериментов молодых некромантов. И даже встретивший у камеры Аркханны скелет-охранник ничуть не испугал. Разве что вызвал глухое раздражение, впившись костяшками пальцев в плечо и порвав мантию.

— U-kche-rdae, — рявкнула так, что мертвяк отшатнулся, — мы на месте, — сообщила другу. — Ник, ты чего? — обратила я, наконец, внимание на побелевшего парня.

— Н-ничего. Сейчас уже ничего. Могла бы хоть предупредить.

— О чем ты? — удивилась я, — впрочем, ладно. Все потом. Эй! Анька! Это мы. Ты ждала нас? — громким шепотом бросила в темноту зарешеченного окошка.

Тотчас в глубине вспыхнули два красных огонька. Жутковато, если честно.

— Темно. Ник, можешь светляк создать?

Артефактор завозился, забормотал, после долго искал что-то по карманам, прежде чем вытащил продолговатый кристалл. Мутный камень медленно разгорался, распространяя вокруг себя слабый зеленоватый свет.

— Алена? Это, правда, ты? — из-за двери раздался едва узнаваемый голос Аркханны.

— Угу. Ты там как? — я заглянула внутрь и отшатнулась, когда рядом возникло привидение пепельно-серого цвета с горящими алыми глазами.

То, что находилось по ту сторону решетки, не могло быть моей подругой. Иссохшее лицо с острыми хищными чертами. Черные волосы, будто снегом припорошило, даже брови и ресницы были серыми. Тоненькая шейка и четко очерченные ключицы смотрелись особенно жутко, напоминая тот самый скелет, что сторожил пленницу.

— Изверги! — не сдержалась я, — до чего они тебя довели. Подожди, я сейчас.

Выудив из кармана ключ, открыла камеру. Меня обдало целым букетом «ароматов» из спертого воздуха, немытого тела и испражнений. Не обращая на это внимания, смело шагнула внутрь и заключила подругу в объятия. Сквозь ткань чувствовались выпирающие ребра. Вся фигурка девушки казалась невесомой.

— До чего они тебя довели! Гады, — разразилась я бранью, прибавив несколько крепких русских словечек, — тебя совсем не кормили? Ур-роды. Фашисты!

Аркханна всхлипнула. Плечики жалобно затряслись.

— Ник, что делать? Я не смогу оставить ее здесь ни на минуту, — обратилась к другу, — это жестоко. Анька ничего им не сделала, чтобы так…

От перехватившего горло спазма я не смогла договорить. Да и артефактор молчал. Только в его глазах отражалось все то же самое, что творилось и со мной.

— Пойдем, — опомнилась я через какое-то время, — нужно убираться отсюда, пока никто не обнаружил.

— Она слишком ослабла, — заметил Ник, — до общаги, может, и дотащим. А дальше?

— Ань, ты можешь взять немного моей силы?

— Нет, мне нельзя, — прошелестело в ответ.

— Но я же сама предлагаю!

— Запрет. Браслеты, — аракна показала металлические обручи на руках, — они блокируют мои способности. А живая пища — это боль.

— А неживая? — я вспомнила про клетки, мимо которых мы пробирались сюда.

— Можно попробовать. Но это так мало.

— Пусть! Лишь бы выбраться отсюда. Потом мы что-нибудь сообразим. Правда? — развернулась я к Нику, — ты же придумаешь, что сделать с этими браслетами?

— Все, что возможно, — пообещал артефактор, — давайте уже выдвигаться отсюда.

Парень подхватил Аньку под руку и потянул в коридор.

— Подожди-ка, — затормозила я друзей, — появилась одна идейка. Ждите здесь.

Я подошла к скелету, который все время тихо стоял в сторонке, поманила к себе. Поставив его рядом с Анькой, мысленно представила, как кости обрастают плотью и принимают облик аракны. Получилось так себе. Только красные огоньки в затянутых кожей глазницах издалека напоминали стоящий рядом оригинал. Ну, да полного сходства я и не добивалась. Затолкав скелет в камеру, заперла ее на замок.

— Сидеть и молчать. U-kche-rdae, — приказала я зомби, и развернувшись к друзьям, добавила, — вот теперь все. Уходим.

У клеток с образцами немертвой плоти мы задержались. Аркханна методично вытягивала «жизнь» из шевелящихся частей тел. И не только животных. Попадались и человеческие останки. Ник с удивлением и брезгливостью смотрел на шевелящиеся руки, ноги, лапы и головы. А уж когда Анька впилась остренькими зубами в гниющую плоть, позеленев, отбежал метров на десять, едва удерживая недавний ужин. Мне в этом плане было проще. Я со всеми событиями и переживаниями совершенно забыла про еду. Да и меня в свое время всласть насмотревшуюся всяких ужастиков, сложно напугать. Разве что реалистичность зашкаливала. Но, если об этом не думать, вернее, если считать, что спасаю лучшую подругу, то и, вообще, пофиг на эти мелочи.

— Что будем делать? — спросил Ник, когда мы все же добрались до общаги. Укрыться от посторонних глаз пришлось все за теми же уступами Черной башни.

— Наши комнаты запечатали. Не пройти. Ко мне тоже. Клоде доверять нельзя, — ответила на немой вопрос, возникший в глазах друзей, — она проболталась тер Шатейяну о вечеринке. И да, о побеге придется забыть. Потом объясню.

— Я бы к себе провел, но ты же помнишь Добрмана, — Ник сплюнул, — остаются оборотни. Но Миклас наверняка сейчас заливает горе. А его беты всегда с ним. Анька все же девушка, чтобы ночью с тремя парнями ее оставлять.

— Теворий! — вспомнила я, — как мы могли забыть! Ник, можешь сходить за ним?

— Конечно! Я мигом, — парень сорвался с места, помчавшись в Зеленую башню.

— Может, не надо, — пискнула Анька, когда Ник умчался.

— Почему? — я пристально посмотрела на подругу, которая смущенно пыталась разгладить спутавшиеся волосы.

— Все плохо, да? Я не буду ему нужна такая, — на глаза аракны навернулись слезы.

— Глупенькая, — погладила Аркханну по плечу, — что ты придумала себе? Конечно, ты сейчас не в форме. А кто бы хорошо выглядел, если его продержали столько времени на голодном пайке? Знаешь, какой грустный он ходил? И на вечеринку один идти отказался. А ты? Не нужна…

В подтверждение моим словам двери Черной башни резко хлопнули. Я только и успела увидеть вихрь светлых волос, который метнулся к Аркханне. Эльф стиснул девушку в объятиях.

— Едва успел за ним, — тяжело дыша, сказал Ник, — только заикнулся про Аркханну, как он сорвался с места, будто сумасшедший.

— Теш, — прервала я влюбленных, которые тихо о чем-то переговаривались, — нам надо где-то спрятать Аньку. Хотя бы до завтра.

— В лазарете! — мгновенно сориентировался эльф, — там сейчас никого. И я дежурю эту ночь. Смогу прикрыть, если что. Только есть один момент…

— Что не так?

— Если идти порталом, система опознает Аркханну. А если через приемное отделение, то должна быть причина.

— Насколько серьезная причина? — я поморщилась, уже догадываясь, что предстоит.

— Ну, царапины, порезы или ссадины мы лечим в приемной. Для помещения в стационар нужна рана посерьезнее. У нас там система хитрая, мы обязаны фиксировать каждое обращение.

— Я готов! — предложил себя Ник, — только ломай лучше ногу. Руки для работы необходимы.

— Эмм, тут нужна девушка. Там аурослепок повреждения делается…

— Я все поняла, — оборвала парня, готового пустится в долгие объяснения, — пойдемте уже к башне. Остались считанные минуты до начала комендантского часа. На месте решим.

Переждав в ближайших кустах, когда пройдет патруль, пробрались к Зеленой башне. В приемной никого не было, поэтому мы спокойно расположились там, отправив Аньку принять душ.

— А как твои снимки выглядят? — поинтересовалась я. Уж больно не хотелось ничего ломать.

— Аурослепки? Сейчас покажу, — эльф на минуту исчез в соседней комнате, уставленной металлическими шкафами с ящичками.

Вернулся целитель с коробочкой, внутри которой лежал зеленоватый кристалл. Теша вставил камешек, который вызвал у меня нездоровую ассоциацию с батарейкой, в прямоугольный короб с рычажками, который включился, стоило надавить на один из них. В возникшей прямо в воздухе картинке слабо угадывались очертания чьей-то ноги. Зато отчетливо выделялись рваные бурые края ауры над раной, в которой, словно черви копошились желтые и буро-зеленые отростки.

— Вот, — сказал Теворий, — серым цветом показана глубина разрыва, буро-зеленым — степень заражения тканей, желтым — начавшиеся процессы гниения.

— Гм, ладно, — я протянула левую руку, — ломай, пока не передумала. Только быстро. С одного удара. Второй раз я не смогу.

Я зажмурилась и сжалась в ожидании. На самом деле боль переносила плохо. Конечно, за свою жизнь ничего не ломала, но растяжения и пара вывихов были. А если учитывать, что мне даже занозу, которую умудрилась однажды глубоко загнать под кожу, удаляли под двойной дозой наркоза, стоит ли говорить, насколько было страшно.

— Не могу так, — сдавленно простонал эльф, — я целитель. Физически неспособен причинить боль живому существу. Ник?

Открыв глаза, обнаружила побелевшего эльфа, сжимавшего в руке здоровенный молоток. От одного вида орудия стало плохо.

— Ник, ты должен, — стиснув зубы, процедила я.

— Браслет, — напомнил друг, — сними экзон, иначе ничего не получится.

Я деактивировала защиту и положила руку на стол. Отвернулась. Теша сунул в рот свернутый в жгут платок. Машинально зажала его зубами.

От резкого удара в глазах потемнело. Я зашлась криком, который отчасти заглушил платок. Из глаз брызнули слезы.

Черт! Как же больно!

— Закрытый перелом и пара трещин, — безрадостно сообщил целитель, проведя диагностику, — сейчас, — эльф уже колдовал над рукой, — еще минутку. Я обезболю. Потом сделаем слепок и все.

Теворий и впрямь сделал все быстро. Через десять минут мы с Анькой расположились в палате, откуда меня выписали три дня назад. Рука уже не болела. Эльф наложил гипс и влил энергию, радуясь, что процесс заживления уже начался. Благодаря магии это происходило значительно быстрее, чем в обычных условиях. Завтра утром можно было снять лубки, оставив только тугую повязку и перевязь.

Переодевшись с помощью подруги в больничную рубашку, легла на кровать. Анька с Тешей устроились в соседней комнате. Сквозь тонкую стенку я слышала, как они разговаривали. Только поспать мне не дали.

— Что случилось? — прямо в палату открылся портал, из которого вышел Транер.

Я обмерла.

Хорошо Аньки в этот момент не было.

Одет он был так, будто пришел прямиком со светского приема.

Впрочем, почему будто? Когда только успел? Всего два часа назад провожал новую пассию до общежития. Мы вон, сколько всего успели за это время натворить, — нервно хихикнула я.

— Что смешного я спросил? — рыкнул демон, — надеялась таким способом избежать инициации?

— Н-нет, — я опешила. С такой стороны ситуацию не рассматривала, — а что, можно?

— Не надейся! Белладимьес, — не поворачиваясь, рявкнул Транер, — с вас жду письменного объяснения, как так получилось, что вы оказались рядом, когда адептка Суворова поранилась.

Эльф побледнел, некстати икнул.

— Я с-сейчас… к утру отчет будет…

— Немедленно. Я никуда не тороплюсь, — зло ухмыльнулся декан Смерти, — пока.

Тер Шатейян пододвинул стул к кровати, сел и вопросительно посмотрел на меня. Я молчала, соображая, что сказать. Думала, у меня достаточно времени, чтобы придумать правдоподобное объяснение. И уж точно не ожидала, что примчится злой демон, которого явно выдернули с какой-то важной встречи.

Взгляд непроизвольно скользил по нарядному черному камзолу с золотой оторочкой. Уложенным волосам, перевитым шнурком, украшенным сверкающими камешками. Золотой подвеске, похожей на родовой амулет, висящей на цепи из крупных колец. Сцепленным в замок рукам, унизанным массивными перстнями. Обратила внимание на чуть удлиненное ухо, в котором красовалась строгая серьга треугольной формы.

— Налюбовалась? — поддел Транер.

Я машинально кивнула и тут же одарила мужчину возмущенным взглядом.

Подловил!

— Извините, если оторвала вас от приятного времяпрепровождения, — сказала внезапно охрипшим голосом.

— Ужин во дворце и военный совет приятным времяпрепровождением не назовешь. Найбер был недоволен, узнав, что главнокомандующий армии сбегает с совещания.

— Найбер ван Глассер. Император? — судорожно сглотнула я.

— Да. И я все еще жду объяснений тому, почему охранка вопит о смертельной опасности, когда у тебя всего лишь… перелом?

— Боли боюсь. Очень, — призналась я, — никогда ничего не ломала. А тут… Я торопилась вернуться до комендантского часа, споткнулась в темноте и…

— И бежала как раз мимо башни Целителей? — закончил демон, — считаешь, я должен поверить в эту чушь?

— Другой чу… объяснения у меня нет.

Черный камень в ухе демона вдруг изменил цвет, засверкав красным.

— Мне пора, — демон поднялся, — но наш разговор не окончен. Продолжим завтра, — горячее дыхание обожгло мой рот.

Вот гад ненасытный! Не упустит возможности подкормиться за мой счет, — я проводила исчезающего в портале демона злющим взглядом. А рука непроизвольно коснулась того места, где только что ощущала чужие губы.

Глава 28

— Обошлось? — заглянула ко мне перепуганная подруга, — у меня сердце чуть не остановилось, когда услышала голос демона. Решила, за мной явился.

— Все в порядке, — заверила я, — застал врасплох, конечно. Придумала, что первое в голову пришло. Но он не поверил.

— И что делать? — девушка устроилась на стуле, где недавно сидел демон.

— Не знаю. Может, он забудет об этом? Ну, или придумаю что-нибудь еще, — стараясь держаться как можно спокойнее, ответила я, — ну, а ты как?

— Лучше, — Анька заулыбалась, — спасибо. Не знаю уж, как тебя благодарить. Ты меня спасла. Я уж с жизнью прощалась. Думала, убьют.

— Они собирались на тебе эксперименты ставить. Теворий сказал, что Ортан на грани войны?

— Ага, — поникла Аркханна, — и про то, что я теперь враг тоже. Куда мне идти? Домой? Чтобы клан заставил убивать тех, с кем жила бок о бок? Или сдаться местным властям, чтобы с моей помощью уничтожали сородичей?

— Да-а-а, — я совершенно растерялась. Куда ни кинь, везде засада, — но ты говорила, что твои родители изгнанники. Разве клан может им указывать?

— В редких случаях глава может призвать любого члена стаи. Война как раз такой случай и есть. Мама вынуждена будет подчиниться, а отец ее не бросит.

— А тебя? Они могут призвать тебя?

— Теперь точно нет. На мне и раньше стояли запрещающие заклинания. А эти браслеты, — аракна покрутила руки, — полностью блокируют не только смену облика, но и зов.

— Гм, выходит, от них есть польза. Осталось только придумать, как тебе питаться…

Я замерла. Пытаясь поймать ускользающую мысль. Что-то такое давно вертелось в голове с тех самых пор, когда Анька показала браслеты и рассказала об их действии.

— Что?

— Сейчас, — я откинулась на подушки, помассировала виски пальцами.

У аракны стоит блок на питание живыми существами и их энергией. Значит, нужно давать ей то, что можно. Неживую пищу. Вопрос: где взять столько нежити? В стенах академии негде. Если бы Аркханна находилась в Срединной пустоши или Аракине, проблем не возникло. По слухам, оттуда лезет такое количество порождения темной силы, что…

Стоп! Ключевое слово — темной. Значит, если для Аньки стоит блок на светлую силу, то на темную его никто не ставил. Угу. А кто у нас ближайший источник темной силы? Во-о-от! Мне нужно отдать только ту часть сил, которая идет черным потоком.

— Придумала!

От моего вскрика Анька чуть не подпрыгнула.

— Дай руку, — потребовала я. Заполучив хрупкую ладошку подруги, посмотрела строго, — когда скажу, тяни силу.

— Но…

— Не спорь! Я знаю, что делаю.

Переключившись на магическое зрение, я с удивлением уставилась на браслеты. От них по всему контуру аракны расходилось серебристое плетение, сжимающее эфирное тело подруги на манер сети. Темные сгустки жалобно трепыхались, не смея вырваться из цепкой ловушки.

Я нащупала у себя черные нити и медленно протянула их к ближайшим точкам соприкосновения. Представила, как вытекающая из меня энергия, наполняет чужие каналы.

— Давай, — прошептала я.

Но Анька и сама сообразила. Ее темные лучики, слившись с моими, стремительно набирали цвет.

Буквально на глазах волосы подруги темнели, приобретая природный блеск, кожа молодела. Из-под глаз исчезли круги, а на щеках даже появился румянец.

— Достаточно, — оборвала я связь, чувствуя слабость. Только привычный ледяной щит не сработал. Вернее, сработал не так, как должен был. Анька сама отпрыгнула от меня, рухнув на пол. Некоторое время она провела там, пока ее трясло от боли.

Заглянувший на шум Теворий, бросился к девушке. Поднял ее на руки, прижал к груди, и держал так до тех пор, пока не успокоилась.

— Что произошло? — спросил эльф, с тревогой рассматривая похорошевшее личико Аркханны.

— Похоже, мы нашли способ кормить Аньку, не используя для этого нежить, — пробормотала я.

— Но я не могу так. Это неправильно…

— Да брось ты Анька, — зевнула я, — лучше тебе буду излишки отдавать, чем этому демонюке. А то и на двоих хватит, — сказала… (или подумала?).

А, неважно. Завтра разберемся, — я провалилась в сон.

К утру, моя рана практически зажила. Явившийся пораньше Кринель только покачал головой:

— Суворова, за один месяц ты побила все рекорды по травмам. Такими темпами до выпуска не доживешь.

— Не дождетесь! — хмыкнула я, — повязку когда снимите?

— Думаю, после обеда можно будет. На физподготовку у тебя освобождение сегодня, так что сразу после четвертой пары и приходи.

— Хорошо.

После того как эльф ушел, я стала собираться. Нужно было успеть в общежитие. Переодеться, сумку с учебниками взять. Заглянули ко мне и Теворий с Анькой.

— Моя смена заканчивается. Аркханна не может здесь оставаться, — сообщил парень.

Нда, вопрос, где спрятать аракну, снова на повестке дня.

— Сейчас все на занятиях. Можно переждать в моей комнате, — предложила я, — но как попасть в нее незамеченными?

— Если бы я могла менять облик, — тяжело вздохнула подруга, — притворилась тобой или Клодой.

— Жаль.

— Алена, а ты не могла бы спрятать Аркханну иллюзией? — спросил Теворий.

— Угу. Как? С живыми существами у меня плохо получается. Любой переходной портал выведет на чистую воду, стоит ему только считать ауру. Они ведь именно на это настроены?

— Да, не подумал. Только в Целительской башне остался обычный вход. Для тех пациентов, кому небезопасно любое вмешательство. Я считал, что порталы сделали для удобства, а о том, что они контролируют, чтобы никто чужой не прошел, и не задумывался.

— Значит, из Зеленой башни Аньке выходить нельзя, — сделала простой и неутешительный вывод, — Теш, а у вас тут никаких помещений или лабораторий пустующих нет?

— Как не быть? Есть. Башни-то на месте старой крепости ставили. Об этом и не помнит никто. Как-никак более пятисот лет прошло. Верхнюю часть снесли подчистую, а новый фундамент поверх старого наложили. А там целая система подземных переходов и подвалов была. Поначалу их использовали под хранилища или лаборатории. Но когда случилась парочка обвалов, а, может, старые ловушки сработали, не знаю, нижний уровень закрыли.

— Хочешь сказать, что те комнаты, где мы с Анькой жили, из тех самых?

— Возможно. На месте Черной башни тюремный блок был. Некроманты не зря там разместились. В камерах нечисть удобно сдерживать.

— Угу. А подземного хода там, случайно, не было?

— Откуда ты узнала? — опешил Теворий.

— Ну, как же? Подвалы есть, коридоры и ловушки тоже, а подземного хода нет? И это в крепости?

Эльф ненадолго завис.

— Ну, так, что там с подземным ходом?

— То, что есть, известно. Но где? Сам четвертый год, что тут учусь, все найти пытаюсь.

— А сам как про ход узнал?

— От отца слышал. Он учился здесь, когда нижний уровень открыт был. Старшекурсники нашли, пользовались. Его пару раз водили, но где вход не показывали.

Отца? Это пятьсот лет назад, что ли? Сколько этому папочке? Наверное, и ныне здравствует. Вот, блин. Никак не привыкну, что все тут долгожители.

— Пойдем, что ли, еще разок посмотрим? — предложила я.

— Пойдем, — Теша вздохнул, — только смотреть нечего. После ЧП с аракнидом руководство большую часть хозяйственных помещений опечатало.

— А нам выбирать не из чего. На месте разберемся.

Спустившись по обычной лестнице в подвал, мы попали в довольно большое помещение, загроможденное старой мебелью и всякими вышедшими из употребления предметами обихода. У одной стены стояло с десяток разобранных пружинных кроватей. Рядом стопкой высились пожелтевшие от времени матрасы. Скособоченные тумбочки, доски, шкафы, металлические ящики с инструментами, тряпки, швабры, метлы, лопаты.

— Вон там, — указал Теша на кусок стены, покрытый облупившейся зеленой краской, — раньше была дверь в кладовку.

Я подошла, попинала стену. Затем, резко выбросив руку вперед, приказала:

— Исчезни!

Ага! Так меня и послушались. Только пальцы отбила.

— Бесполезно, — прокомментировала Анька, — там такая мощная защита, ничем не пробьешь. Трое термаргов ставили. Да и смысла нет, проход делать. Пусто в той комнате.

— А ты откуда узнала про термаргов и комнату?

— Так, мы же еду, то есть магию, за километр чувствовать можем. А тайные помещения… это наша стихия. Живем-то мы там, гнезда, логово делаем. Не хуже гномов в подземельях ориентируемся. А то, может, и лучше.

— Понятно. А мне одной кажется странным то, что на какую-то кладовку три термарга защиту ставили? Ань, а дальше второй комнаты что-нибудь есть?

— Сложно сказать. Охранные заклинания глушат. Вот, если поближе подобраться, пойму.

— Что ж, если через дверь не пробиться, попробуем по-другому. Ань, а размеры кладовки можешь сказать? Насколько далеко стены расходятся?

— С левой стороны двери с полметра будет. А справа — метра три.

— Спасибо.

Я на глазок отмеряла полтора метра. Подобрала с пола железяку, и нацарапала большой прямоугольник.

— Не мешайте, — попросила друзей, которые и так молча стояли в сторонке, наблюдая за моими действиями.

Закрыв глаза, я, прежде всего, сосредоточилась. Вычленила из общей массы коричнево-золотистые потоки силы, добавила немного огня. Полученный коктейль постаралась сконцентрировать на ладони. По легкому покалыванию пальцев, догадалась, что у меня это получилось. Замахнувшись, ударила энергией по стене.

— Исчезни! — полюбившееся словечко вылетело само собой.

Грохот и взметнувшееся облако пыли подтвердили, что мне удалось что-то сделать. Когда пыль осела, с чувством глубокого удовлетворения, рассмотрела зияющий чернотой прямоугольник.

— У тебя получилось! — обрадовалась Анька.

Теша восхищенно присвистнул.

— Угу. Надо бы посветить, — вопросительно посмотрела на эльфа.

Ага! Стены пробивать умею, а простейший светляк создать проблема.

Теша с невозмутимым видом создал шар и запустил его внутрь. Ничего особенного там не оказалось: четыре стены, пол, потолок. С нашего молчаливого одобрения, парень затащил внутрь кровать, сверху уложил пару матрасов. Негусто! Но все же лучше, чем в изоляторе.

Наказав Аньке носа не высовывать, мы забаррикадировали проем досками. Для верности подперли тумбочкой. После помчались на занятия. Я, все же опоздала, потому как пришлось забежать в общежитие за чистой униформой и сумкой.

На обеде наложила целый поднос еды. Во-первых, сама дико проголодалась, пропустив ужин и завтрак, а во-вторых, отложила немного для Аньки. Энергия энергией, а обычная пища тоже полезна.

Перебросившись парой слов с Ником, договорились, что он придет в Зеленую башню после физподготовки. Я же, помахав освобождением перед носом вейра Дайонга, отправилась туда раньше. Мне еще нужно было снять повязку и отметиться у Кринеля.

Подруга обрадовалась пирожкам и бутербродам. За месяц привыкла к человеческой еде и даже научилась получать от нее удовольствие. Человеческая форма все больше делала Аркханну похожей на людей.

— Ну, что? — поинтересовалась я, — есть ли тут другие помещения за стенами?

— Угу. Даже два, — дожевывая булочку, ответила подруга, — там и там, — указала она направление. Только в одно из них идти не советую.

— Почему?

— Там логово Аррана.

— Что, — я подлетела с кровати, на которой устроилась рядышком с аракной, — и ты так спокойно об этом говоришь?

Хотя, о чем я? Для аракнида это в порядке вещей. Но она же должна понимать, что это значит для остальных?

— Там нет пищи, если ты об этом, — поспешила заверить Аркханна, — это место… как бы объяснить… ну, как моя комната в башне. Понимаешь?

— Хочешь сказать, что аракнид все время жил здесь?

— Раньше, да, — кивнула девушка, — видимо, лежку обнаружили, поэтому и замуровали здесь все. И защиту такую поставили.

— Уф, ладно, — выдохнула я, — просто вспомнилось место, где аракнид держал. Правда, воспоминания обрывочны, туманны, но ужас до сих пор пробирает. Хорошо, что его уничтожили.

— Ну, уничтожили одно, — пожала плечами Анька, — у аракнида таких может быть с десяток.

— Что? И ты так спокойно говоришь об этом?

Ага. А что же еще ей делать? У самой, наверное, раньше тоже такие кормушки были. Брр.

— А ректор знает?

Подруга помотала головой.

— Нет.

— Ты же понимаешь, что необходимо рассказать? Как, вообще, удалось скрыть такую информацию? Тебя же наверняка считывали.

— Да. Ректор и дознаватель, — горько усмехнулась Анька, — поверь, они не церемонились.

— Но как ты смогла скрыть?

— Не могу рассказать, — ответила Аркханна, — поклялась. Неужели ты считаешь, что меня бы отправили учиться в место, где любой спокойно может выведать чужие тайны, неподготовленной?

Хм, а она полна сюрпризов, оказывается.

— Ань, не заставляй меня разочаровываться в тебе, — угрюмо проговорила я, — если поблизости есть живые жертвы аракнида, мы должны помочь освободить их.

— Живых нет. От яда аракнида нет противоядия. Больше суток ни одна жертва не протянет. Да и, вообще, после укуса надеяться не на что. Боль сведет с ума раньше, чем погибнет тело.

— Что ты говоришь? А я? Арран меня укусил. Я знаю.

— Покажи! — встрепенулась подруга.

— Да что там показывать? Все зажило.

Я отогнула воротничок платья и нашла точку между позвонков у самого основания шеи. Внешнего шрама там не было, но небольшой бугорок ощущался.

Странно, а раньше я ничего не чувствовала.

— О темные боги! Это невозможно, — ошарашенно пробормотала Анька.

— Что? Не пугай меня.

— Арран пытался тебя обратить. Он ввел яд, но немного и в малой концентрации.

— Обратить? В кого? В паука? Ты в своем уме? Неужели, это возможно?

Ага. Еще как. Вспомни человека-паука. Скоро будешь прыгать по стенам, выплевывая из ладоней паутину. Тьфу-ты!

— Возможно, наверное. Я слышала о таком. Но подобное давненько никто не делал. Да и ты выглядишь нормально.

— А что, не должна? — холодея, съязвила я.

— Нет. То есть, не знаю. Но то, что обращенный застревает в полу трансформации — это точно. Кожа полностью слазит, и плоть долгое время остается обнаженной, пока не нарастет хитин. На этом этапе несчастный сходит с ума от боли.

— Эмм, я так понимаю, если сразу этого не произошло, то… эксперимент не удался? — с надеждой ждала ответа.

— Д-да, наверное. Это объясняет, почему я смогла питаться твоей темной энергией. Что-то от Аррана все же осталось.

Сказать, что меня охватила паника, значит, ничего не сказать. Мне и так сложно не вспоминать о случившемся, убеждая себя, что все позади, и аракнид никогда до меня не доберется. Я запретила себе думать, вспоминать. Это мне удавалось. Учеба, факультативы, демоны — все это выместило плохие воспоминания. Но не уничтожило. Теперь, запрятанный в глубины сознания страх, вновь вырвался на свободу.

— Чем это грозит мне? — не смогла удержать дрожь в голосе.

— Он опустошил твой магический резерв, значит, с легкостью скопирует твой облик, ауру, способности. Арран знает все, что знаешь ты.

— Достаточно, — прошептала я, опускаясь на кровать.

Завалившись на бок, я закрыла лицо руками. Прохладная ладошка легла на плечо.

— Я должна сказать… Арран всегда добивается того, что задумал. Если он на самом деле хотел обратить тебя, и ему помешали, то будет еще одна попытка.

Все! Контрольный в голову. Последняя фраза добила. Мало того, что мерзкий паучара чуть не угробил, так мне теперь всю жизнь трястись от страха и оглядываться по сторонам. За что мне это?

— Алена, не расстраивайся так, — начала утешать подруга.

Ага! Подруга ли? С невозмутимым спокойствием вывалила на меня такие новости и думает, я не имею права расстроиться? Да тут пора выть от отчаяния и рвать на себе волосы!

— В этой ситуации есть и плюсы.

— Это, какие же? — на глазах мгновенно высохли навернувшиеся слезы.

— Невозможно обратить кого-то, не отдав что-то взамен. К тебе обязательно должны были перейти и часть способностей Аррана.

— Например?

— Точно не знаю, могу лишь предположить, — предупредила Анька, — устойчивость к проклятиям, способность поглощать магию, возможность считывать личность и копировать ее. Еще сила, чутье, выносливость, неуязвимость, продолжительность жизни. Ну, еще много чего.

— А если, по закону подлости, ничего из вышеперечисленного мне не досталось?

— Я бы так не сказала, — улыбнулась подруга, — ты упомянула вчера, что демон пил из тебя силу. И не единожды. Так?

— Допустим…

— После нападения аракнида ты не только восполнила свой резерв, но и смогла отдать излишки постороннему. И это за какие-то жалкие несколько дней! А рука? Считаешь, это из-за лечения она так быстро восстановилась? Или этому поспособствовало то, что ты вчера израсходовала на меня последние силы? Ты же отрубилась, едва закончилась процедура! У сильных маргов на такие фокусы не меньше недели уходит. Так что нет! Я считаю, всему виной паучья регенерация.

— Угу. И как скоро у меня вырастут дополнительные конечности, я покроюсь хитином и начну плеваться паутиной?

— Посмотри на меня. Разве я это делаю?

— Обнадеживает. Но ты другая. Ты такой родилась!

— Привет, — нарушили наше уединение Теворий с Ником.

Я так увлеклась разговором, что не расслышала, когда они пришли.

— Что случилось? Алена, почему у тебя такое лицо, будто хоронишь кого? — не преминул поинтересоваться Ник.

— Обсуждаем перспективу дальнейшей жизни в паучьей ипостаси, — буркнула я. Потом, горько вздохнув, обрисовала друзьям ситуацию.

— Ну, аракнидом ты вряд ли станешь, — поспешил успокоить эльф, — ты же кровь Кринелю сдавала. Я видел результаты. Ты человек. Хочешь, я возьму пробы твоей и Анькиной крови, и сравню?

— Хочу!

— Тогда подождите немного. Сбегаю наверх за пробирками, — оживился Теша, — кстати, а что с подземным ходом? Вам удалось выяснить, есть ли за стенами еще помещения?

Упс! Это совершенно вылетело из головы.

— Что-то есть определенно, — заверила я, — иди за своими пробирками, а мы сейчас проверим.

Не дожидаясь, пока Теша уйдет, подошла к одной из стен. То ли на меня так разговор с Анькой повлиял, то ли просто совпадение, но я почувствовала, что за перегородкой есть что-то мрачное, душное.

Значит, не то. Скорее всего, то самое логово Аррана.

Касаясь ладонью гладкой крашеной поверхности, я прошлась вдоль стен. В одном месте меня будто ветерком обдуло. Было что-то такое, что звало вперед.

— Здесь? — неуверенно спросила у Аньки.

Аракна подтвердила кивком, послав многозначительный взгляд, мол, я же говорила. Сходив в соседнее помещение за железкой, снова нацарапала на поверхности прямоугольник. После сконцентрировалась и ударила. Камни в проходе осыпались облачком пыли. Проем выходил в коридор. При ближайшем рассмотрении, обнаружилось, что ведет он в большую залу, из которой была еще пара ответвлений.

Решили подождать Тевория. Ник вернулся в кладовую, а мы с Анькой остались ждать в зале. Аракна молчала, объяснив, что концентрируется, чтобы найти нужный нам выход. В коридоре уже слышались торопливые шаги ребят, когда Аркханна уверенно подошла к одной из стен, облицованной панелями. Она стала исследовать ее, выискивая углубления и надавливая пальчиками на декоративные элементы. Наконец, девушке удалось найти нужный рычажок, и кусок стены бесшумно отъехал в сторону, открывая нам еще один темный проход.

— Это он! — загорелись глаза эльфа, — подземный ход. Наверняка!

— Да! Я чувствую сквозняк, — подтвердила аракна, — этот тоннель ведет на поверхность. Да и длина его достаточна, чтобы миновать территорию академии.

— Не нравится мне это, — скептически осматривая все вокруг, сказал Ник. Увидев направленные на него вопросительные взгляды, пояснил, — этим ходом кто-то пользовался. Петли смазаны, пыли нет, разве что двух — трёхдневной давности. А если заглянуть в другие коридоры…

Да-да, артефактор успел сунуть нос во все двери, что здесь были.

— То обнаружим не только слой пыли, но и паутину, и прочие свидетельства того, что там давненько никто не ходил.

— Аракнид? — мгновенно отшатнулась я от подземного хода.

— Может, он. А, может, и нет. Бояться не стоит. Во всяком случае, пока он не знает, что выход снова разблокирован.

— Нам придется рассказать о находке, — расстроилась я, — этот ход, как приглашение для аракнида на пир. Выведем Аркханну в город и…

— Нет, — одновременно ответили друзья.

— Я не пойду! — категорично заявила Анька.

— А я считаю, что нужно все проверить и самим убедиться, — пояснил Теша, — может, аракнид ушел и не вернется. А мы такой шанс спокойно покидать академию упустим.

— Гм, я считаю, — добавил Ник, — что мы сами можем заблокировать проход. Ты же сможешь вернуть стену на место? — уточнил артефактор, обращаясь ко мне.

— Ну, да. Наверное.

— Исследуем все, проверим, куда выводит ход. И закрыть можно не только здесь, но и снаружи, чтобы аракнид, если надумает вернуться и проверить, не застал врасплох.

— Молодец! — хлопнул парня по плечу Теворий, — круто придумал. Можно ловушек еще и сигналок наставить.

— Само собой, — улыбнулся довольный Ник.

— Ань, — лукаво посмотрел на подругу эльф, — а хочешь пойти на вечеринку?

— Я? Да! Хочу! — засверкали глаза девушки, но тут же потухли, — но это опасно. Вдруг меня узнают?

— Да мы так, со стороны посмотрим. Погуляем. Ты плащ с капюшоном наденешь, никто внимания не обратит.

— А глаза? Их-то видно. Алый цвет заметен. Люди сразу поймут, кто я.

— Алена, поможешь? — с надеждой обратился Теша.

— Попробовать можно, — не смогла отказать я.

В конце концов, с раной на губе у меня получилось.

Вспомнив, дотронулась до рта. Даже намека не осталось. И иллюзия тут ни при чем.

— Какого цвета хочешь?

— Карие, как у папы, — не думая, ответила Анька.

Карие, так карие.

Подошла, дотронулась до лица подруги. Закрыла глаза и сконцентрировалась. Представила Аркханну с другим цветом глаз. Неплохо смотрелось. Еще бы волосы не такие черные, посветлее. Чуть-чуть меди и шоколада, да подлиннее нарастить. И кожу посмуглее, не такую белую. Красиво вышло бы. Открыла глаза.

— Фигассе! Получилось!

Теворий смотрел на аракну с открытым ртом, Ник посмеивался, а Анька недоверчиво рассматривала кожу на руках и крутила внезапно отросшие пряди.

Надо бы закрепить иллюзию, — пришел в голову недавний урок Грейма.

Посмотрев на Аркханну магическим зрением, с удивлением обнаружила тонкую вязь плетения собственного производства, наброшенную прямо на удерживающую сеть браслетов. Недолго думая, закрепила свое творение прямо на этой сетке. Теперь иллюзию можно снять только вместе с браслетами. Даже подпитывать не нужно, энергия ловушки, к которой я привязалась, уже считала мою сеть родной и держала ее наравне со своей.

— Ловко, — похвалил Ник, осматривая мою работу.

— Спасибо, — светился от счастья Теша.

Похоже, новый облик аракны нравился ему больше прежнего.

— Все равно, стоит быть осторожными. Любой марг считает ауру Аньки без труда.

— А так? — кокетливо спросила подруга, меняя ауру аракнида на обычную человеческую.

— Но как это возможно? — вытаращилась я, — ты что, нас за нос водила?

— Не думаю, — ответил за подругу Ник, — ты добавила в поле ловушки новый элемент. Возможно, этим ослабила действие. Вот Аркханна и смогла воспользоваться своими способностями. От сильного марга не спасет, но от остальных вполне. А если еще маскирующий артефакт носить, то и, вообще, проблем не будет.

Ну вот, один камень с плеч. Аньке все же помогла, — не могла нарадоваться я.

Эльф ненавязчиво помахал пробирками, намекая, что не зря возвращался в лазарет. Процесс забора крови прошел быстро и безболезненно. Ранки от проколов Теворий залечил мгновенно, а на полученную кровь сразу же наложил стазис.

Посовещавшись, мы решили проверить подземный ход. Он выходил на одну из безлюдных подворотен Орта. Теша с Анькой сразу отправились в город. Эльф взялся помочь найти подруге жилье и работу.

Встретиться договорились в таверне, куда Теворий якобы случайно зайдет со своей новой пассией. Мы с Ником вернулись, временно запечатав оба входа. Теперь на вечеринку можно было идти со спокойной совестью.

Глава 29

Клоды в комнате не было. Я спокойно выдохнула, значит, не придется отвечать на неуместные вопросы. Тем более, что дроу великолепно чувствовали ложь. С удовольствием сходила в душ, вымыла волосы.

Сейчас бы их феном высушить и уложить, — вздохнула я.

Сколько мне ни показывали бытовых заклинаний, они не получались. У меня либо совсем ничего не происходило, либо, наоборот, получался слишком мощный выброс силы. Я так казенное полотенце прожгла, решив на нем потренироваться с заклинанием сушки.

Ладно, само высохнет, — махнула рукой.

Пока оставалось время, села за конспекты. На следующей неделе начинались контрольные и зачеты по пройденным темам. Теперь, когда побег отменялся, проблема была актуальной. Не меньше, чем с демонами. Но решение этой все же зависела полностью от меня. Да и отвлекало от горьких мыслей.

По закону подлости, чем больше старалась не думать о завтрашнем дне, тем чаще мысли к нему возвращались.

Хоть бы какую информацию дали! Объяснили, что предстоит и зачем. Какой смысл, — разозлилась я, — а кто мешает самой выяснить?

— Точно! — выпалила в тишину, а прозвучало как «Эврика!», — Теркопус Майнгл! Хранитель библиотеки однозначно должен знать об этом.

Через пять минут уже поднималась на второй этаж Аметистовой башни.

— Светлого дня, — поздоровалась с хранителем.

— Алена, — узнал гном, — рад видеть. Проходи. Рассказывай. Что привело?

— Теркопус, очень нужно. Подскажи, а есть ли история самой академии. Что за крепость была тут раньше? Почему ее разрушили?

Взгляд гнома мгновенно посерьезнел. Мужчина прищурился.

— А тебе зачем?

— Интересно.

— Не хитри. Что случилось?

— Волнуюсь из-за завтрашнего. Я слышала, инициацию проводят на каком-то источнике силы. Сами собой, как правило, источники не возникают, вот и хочу узнать, что тут было, и какой смысл во всем этом.

— Ишь ты, шустрая какая! Не переживай, все нормально будет. Ничего страшного в инициации нет. Капнешь немного крови, постоишь на источнике и пойдешь учиться, куда определят.

— А если неправильно определят?

— Такого за пятьсот лет не было. Источник всегда показывает, к чему способности расположены.

— Теркопус, а… сколько лет ты здесь работаешь?

— Сто семнадцать годочков, — улыбнулся гном, — потомственные мы хранители. До меня отец был, а перед ним — дед. Все знания из уст в уста передаем. Все события храним и записываем.

— Так, значит, есть история-то, — уцепилась я за свое.

— Есть-то она, есть, — крякнул гном, — но выдать могу только по специальному разрешению ректора. Имеется таковое? Если нет, извини, — развел руками коротышка, — правила.

— А говорил: приходи, помогу, — насупилась я.

— Э-как, — задумался Теркопус, — говорил. Но, ты уж извини, против правил пойти никак не могу. Разве что…

— Что?

— Могу в зал инициации провести. Источник показать.

— А можно?

— Раз говорю, могу провести, значит, можно.

— Пойдемте! — не могла упустить такую возможность.

— Пойдем.

Гном выбрался из-за стола. Показалось, что хранитель стал еще ниже. Открыв неприметную в стене дверцу, сделал знак следовать за ним. Я пошла. За дверью оказался небольшой тамбур с лестницей.

Служебный ход?

Спустились мы на шесть пролетов вниз. Гном что-то прошептал, нажал ладонью на панель у стены, в которой открылся проход.

Устройство такое же, какое ведет в черный ход, обнаруженный недавно, — невольно отметила я.

Миновав пару коридоров и тройку хитрых поворотов, попали в просторную комнату. Несколько рядов кресел стояли напротив совершенно пустой стены.

Ага. Не хватало белой простыни, проектора и камеры. И свет выключить. Кинотеатр какой-то допотопный напоминает, — мысленно съехидничала я.

Но, оказывается, не так и ошиблась. Гном прочитал заклинание, причем отдельные слова я даже смогла разобрать.

Что-то вроде видеть… желаю… посвящение…

Показалось, или стена пошла рябью? Нет. Не показалось. Темная фиолетовая краска вдруг засветилась, становясь с каждой секундой все бледнее и бледнее. Наконец, стена стала прозрачной, открыв взгляду пустой зал. Громадное помещение без окон освещалось настоящими факелами. Каменные пол и стены из фиолетового камня казались черными и зловеще поблескивали в мерцающем отблеске огней. В центре четырехгранным лепестком, лежащим в сложенных вместе громадных ладонях, возвышался подиум. Между двух каменных запястий виднелись вырубленные в камне ступени. Центр площадки, диаметром около двух метров, был идеально ровным. Из самой сердцевины композиции торчал тонкий штырь с плоской блямбой на конце. Издалека он напоминал гигантский пестик.

— Вот! — обрадовал гном, — это и есть источник. Всего и нужно подойди, подняться по ступенькам и положить руку на кирот.

— Имеешь в виду ту грибную шляпку на ножке?

— Ага, — хихикнул Теркопус, — на кирот.

— А дальше?

— Дальше все. Какой-нибудь из лепестков силы тебя выберет. А потом отправишься в ту сторону, где наибольшее проявление энергии будет. Там же будешь ждать, когда пройдут остальные адепты.

— Если это источник, почему он… молчит, что ли? От него должно исходить излучение, ну, или хоть что-то?

— Так, запечатан он, — удивился гном моему вопросу, будто это знание само собой разумеющееся.

— Угу. И много зрителей тут собирается? Интересное хоть представление?

— Дык, на самом деле, не видно ничего. В момент инициации все преподаватели находятся в своих секторах. На экране им видна только магическая основа ритуала: сила, энергии, потоки, цвета. Адепт, пока он не коснулся кирота, вообще, выглядит как серое пятнышко.

— Эмм, ну, они же знают, кто за кем будет входить в зал?

— Нет. Все решает жребий. А на время ритуала входы — выходы блокируются.

Понятно, что ничего не понятно. Но хоть процесс более-менее ясен.

— Теркопус, если я хоть что-то поняла, то напротив каждого лепестка, символизирующего стихию, находится вот такой же зал. Так? — получив утвердительный кивок, продолжила, — а этот? Почему в стороне? Для особых зрителей?

— Верно, угадала. Для особых, — подмигнул гном, — здесь за ходом инициации следит сам император и узкий круг доверенных лиц.

— Выбирают батарейку помощнее, — угрюмо пошутила я.

Вернулась в общежитие с еще большим количеством вопросов, чем уходила.

Если никто не знает, кто именно находится в зале, как потом демоны понимают, кого брать в подопечные? Не на лбу же у адептов написано? Или есть лазейка? Странно. Все очень странно.

В комнату, постучавшись, зашла Корни.

— Привет. А ты, почему не готовишься? — удивилась девушка. Сама она принарядилась в кокетливое темно-зеленое платьице из тонкой шерсти. Довольно смелый вырез скрывался под бежевой накидкой, отороченной лисьим мехом. Рыжие волосы накручены в тугие кудри и забраны на затылке в хвост, открывая изящную шейку.

— Успею, — отмахнулась я, тем более что так наряжаться мне не для кого.

А вот для кого так разрядилась Корни, заинтересовало. Помнится, девушка ни с кем не встречалась, с тех пор, как погибли Шейн с Роппом. Озвучила подруге вопрос.

— Так, я, собственно, посоветоваться зашла, — Корни явно смущалась. Маленькие ушки порозовели, а на щеках проступил слишком яркий румянец, — как думаешь, Клода сильно обидится, если я на вечеринку с Микласом приду?

Ого! А парень времени даром не теряет. Еще вчера рвал и метал. А сегодня пригласил на свидание другую.

— Ну, Клода сама бросила парня. Он свободен в своем выборе. А ты-то, что думаешь?

— Мик мне сразу понравился. Еще когда незнакомы были. Но он на меня внимания не обращал, — Корни смутилась еще больше. Теперь лицо полыхало огнем.

— Дело твое, конечно. Миклас парень свободный и ничего предосудительного вы не сделаете, если придете вместе. Только подумай хорошенько, он пригласил тебя, потому что понравилась, или чтобы указать одной особе ее место.

— Считаешь, Мик сделал так назло ей? — ореховые глазки девушки потемнели, а губы вытянулись в тонкую линию.

— Не исключаю этот вариант. Поэтому будь осторожна. Не позволяй оборотню слишком много, но и не гони прочь, если нравится.

— Спасибо! — поблагодарила Корни и выбежала из комнаты.

Ну вот! А мне-то за что? И зачем приходила? Разрешения спрашивать? Совет? Так, кто я, чтобы их давать?

Глава 30

Я наряжалась недолго. Вернее, совсем этого не делала. Осталась в форменном платье, которое подкорректировала иллюзией. Серый цвет затемнила до угольного, немного углубила вырез и нарастила подол. Силуэт подогнала по фигуре, добавив светлые штрихи аккуратных швов по бокам и кружевной, по местной моде, воротничок в тон. Черные лодочки на низком каблуке предпочла родного земного удобного фасона. Для лица использовала обычную косметику, которая мне досталась от настоящей Алены. Волосы зачесала наверх и закрутила ракушку на затылке.

Вот и все! Уложилась в пятнадцать минут. Рекорд!

Корни, Селиша и Медена ждали у дверей общежития. Их уже веселили Карел с Дирком, Кемаль и Меган.

— Привет! Все готовы? — поприветствовала я, присоединяясь к компании.

— Мик сказал, догонит по дороге. Ферт с Эви уже на месте, — ответил Дирк, — ждем Ника.

— Я уже здесь, — отозвался артефактор.

Обернувшись, раскрыла рот от удивления. Принарядившийся парень выглядел необычно. Нет, ему очень шла бежевая рубашка, а темно-синий камзол придавал глубины небесным глазам. Вечно растрепанные волосы уложены в прическу, волосок к волоску.

Без магии не обошлось, — мысленно хмыкнула я, — но мы же будущие марги! Грех ее не использовать.

В целом новый образ Ника понравился, но он почему-то казался чужим, искусственным. Мне по душе была его растрепанная шевелюра и постоянно сбивающаяся в сторону мантия, заляпанная неведомо откуда взявшимися пятнами. Привлекал особый блеск в глазах, когда они загорались очередной идеей.

— Раз все в сборе, пойдем?

Быстро развернувшись, и, сделав вид, что не заметила подставленный Ником локоть, зашагала к выходу. Из академии нас выпустили без проблем, не забыв напомнить, что к десяти все должны быть в своих комнатах. К таверне под названием «Зеленый питон» добрались быстро. Сие заведение хоть и находилось на окраине Орта, но считалось весьма приличным. Близость академии и большое количество маргов, частенько наведывающихся сюда, делали его непривлекательным для преступной публики. Кому захочется связываться с теми, кто щелчком пальцев может размазать по стенке?

Внутри таверна несильно отличалась от земного аналога среднестатистической забегаловки. Шумно и многолюдно. Барная стойка, дубовые столы, лавки. Даже сцена имелась в виде круглого подиума, возвышающегося на полметра над полом.

Тут еще представления устраивают? Интересно…

Наш стол располагался в сторонке, отгороженный от остальных соломенной ширмой. Ферт, завидев нас, призывно замахал рукой. Устроившись на жесткой лавке между Ником и Корни, принялась рассматривать публику. Несмотря на ранний вечер, народу набилось прилично. Среди простого люда выделялись грубоватые лица воинов. Также были узнаваемы примелькавшиеся в академии адепты. Попадались свободные марги, и те, что находились на службе его императорского величества. На плащах и камзолах служащих крепились специальные эмблемы в виде меча, пронзающего спираль из пламени. Прав был Грейм, город наводнен войсками и маргами. Страна готовилась к войне. А пока… пока славные воины надирались в кабаках или рыскали по улочкам в поисках приключений.

За то время, что я осматривалась, расторопная подавальщица принесла закуски, кувшины с напитками, посуду и приборы. Ребята заказали себе по жаркому в горшочках. Девушки, как одна, выбрали салат. Вдобавок, на одном общем блюде лежали аппетитные жареные ребрышки, на другом — нарезанные крупными кусками сыр и буженина. Также стояла глубокая миска с квашеной капустой, а в маленькой корзинке, накрытой чистой тряпицей, аппетитно пах свежеиспеченный хлеб.

— Вино, имбирное пиво, граппа? — уточнил Ник, поглядывая на мою пустую кружку.

— Вина, пожалуй, — решила я.

С пива во двор не набегаешься, а крепкие напитки пить опасалась. Прошлого раза хватило.

Ник старательно ухаживал за мной. На тарелке рядом с салатом возникла пара ребрышек, кусок пирога с мясной начинкой (он нашелся в корзинке с хлебом), а в кружке заплескалась красная жидкость. Первый тост мы дружно выпили за сегодняшний вечер, ну, а дальше никто не считал. Появление Тевория вызвало бурю эмоций. Эльфа тут же усадили за стол, вручив в одну руку кружку с пивом, а в другую — здоровенный бутерброд.

Мы с Ником вопросительно уставились на Тешу. Тот лишь стрельнул глазами в дальний угол зала. Сначала мы не поняли, в чем дело. Стол, пара типов в плащах — ничего особенного. Но когда к посетителям подошла знакомая фигурка в фартуке подавальщицы, наконец-то догадались: Анька устроилась на работу в эту таверну.

— Но как? — улучив момент, спросила я.

— Повезло, — ответил эльф, — здесь же и комнатку сняли на втором этаже.

— Действительно, повезло.

— Нам Ферт помог. Он хозяина таверны знает, и как раз тут был, когда мы насчет работы спрашивали. Порекомендовал по-дружески.

— Он в курсе?

— Если и так, виду не показал, — пожал плечами эльф, — беспокоится не стоит, марги своих не выдают.

Появление Микласа с красной розой в руке, вызвало бурю зависти у девчонок. Корни, обалдевшая от такого жеста, повисла на оборотне, позабыв о благоразумии и твердом до недавней поры решении, держать парня на расстоянии. Дело в том, что на Альвадисе красные и розовые оттенки редкость. Причем весьма дорогая. Цветы такого колора выращивались в специальных, закрытых от местного солнца оранжереях, и хранились исключительно за счет магии.

Вскоре в таверне стало совсем тесно. Людей (и нелюдей тоже) набилось столько, что яблоку негде упасть.

— Не знала, что «Питон» пользуется такой популярностью, — заметила я между очередным поднятием стаканов.

— Так, артисты сегодня будут, — пояснил Ферт, — нам повезло. А Криош, старый мошенник, хотел цену поднять. Еле уболтал. Мы, видите ли, лучшие места заняли.

Огневик не договорил, когда публика разразилась радостным улюлюканьем. На сцене появились музыканты и дамочка, разнаряженная в шелк и перья. Зычный голос конферансье (или зазывалы?) объявил о том, что мы все удостоились великой чести слушать дивный голос самой эсте Лаомани, великой и несравненной певицы, известной в пяти империях.

Не соврал мужик, стоило этой эсте Лаомани запеть, как мы все превратились в слух. Низкий сочный голос завораживал, манил за собой, увлекал. Простые слова песен проникали в душу, цепляли, вызывая желание слушать еще и еще. После каждой композиции мелкого роста мужичок во фраке и смешной шляпе с пером, обходил посетителей, собирая в эту самую шляпу щедро сыплющиеся монеты. Те исчезали в недрах головного убора и не звенели, не высыпались даже тогда, когда человек надевал его на голову.

В какой момент Анька оказалась за нашим столиком на коленях у Теши, я не заметила. Ребята ограничились многозначительными ухмылками в адрес эльфа, а девчонки были слишком увлечены выступлением.

Не так быстро, как от пива, но и от вина мне вдруг приспичило пообщаться с природой. Цапнув Аньку за руку и шепнув о своей проблеме, стала протискиваться к выходу. Ник дернулся было за мной, но сел на место, остановленный Тешей, догадавшимся о причине столь стремительного ухода. Анька завела меня в укромное место за сараями, попутно рассказывая о сегодняшних событиях. Оказалось, что найти работу, где бы к молодой одинокой девушке никто ни приставал с непристойными предложениями, оказалось непростым делом. Даже присутствие Тевория рядом не служило гарантированной защитой от домогательств. Если бы не Ферт, до сих пор искали и ночлег, и работу.

Возвращаясь обратно, мы уже миновали ползала, когда я остановилась как вкопанная. Резко развернувшись, чуть не сбила поднимавшегося с лавки воина.

— Эй, девочки, — тяжелая лапища легла на талию, — садитесь к нам.

Не успела пикнуть, как оказалась на коленках у амбала. Анька тоже сидела рядом с не менее здоровенным мужиком.

В чем дело? — уставилась на меня подруга.

Там, — показала глазами на наш столик.

Анька украдкой оглянулась, и тут же прижалась к незнакомцу, спрятавшись за его могучим торсом. А как тут не спрячешься, когда за столом сидит не кто иной, как декан Смерти? Еще и с Клодой в придачу. По вытянутым постным лицам друзей было понятно, что вечеринка окончена. Под бдительным оком демона сложно вести себя непринужденно. Миклас молнии метал, бросая взгляды на незваных гостей. Корни растерянно теребила розу. Остальные изображали живейший интерес к тому, что показывал на сцене сменивший эсте Лаомани фокусник. Для маргов эффектные номера коллеги, рассчитанные на простую публику, представлялись детскими забавами. Транер же сидел с невозмутимым лицом, и только смешинки в глазах выдавали его настроение.

От нахлынувшего приступа ревности у меня потемнело в глазах.

Надо же! Не стесняется выставлять напоказ свои отношения с Клодой, а та и рада стараться. Вон, вся сочится злорадством и превосходством.

— Держи, — сунули мне в руку стакан. Машинально глотнув, тут же закашлялась. Граппа обожгла горло. — Вот, закуси, — перед носом возник солененький огурчик. Не смогла отказаться. — Умничка, — похвалил громила, — меня Здором кличут, а тебя как звать?

— Ал-кха-кхе-е-на…

— Ална? — меня по-хозяйски похлопали по спине и огладили бедра, — поднимемся наверх?

— Нет, — дернулась я, — ты не так понял. Мы не по этой части. И не одни здесь.

— Аррия! Неблагодарная девчонка, — обращаясь к подруге, возник рядом лысоватый мужик с пивным животом, — я тут с ног сбился, а она с посетителями прохлаждается. А ну, марш работать!

Рывком выдернув аракну из объятий мужчины, хозяин таверны подтолкнул девушку к подсобке. Анька, одернув фартук, юркнула за дверь.

— Мне тоже нужно работать, — вскочила я и ринулась вслед за Аркханной, пока опешившие мужики не опомнились.

— Эй! Куда? — послышался за спиной огорченный рык Здора.

— Куда? — взвизгнул Криош, видимо, сообразив, что вторая девица, то есть я, у него не работает, и, стало быть, мне нечего делать в подсобке.

Анька уже успела куда-то спрятаться, а я, слыша настигающие тяжелые шаги, сунулась в первую попавшую дверь.

— Простите, — пробормотала я, столкнувшись нос к носу с той самой эсте Лаомани, — не выдавайте! — умоляюще уставилась на женщину.

Если найдет хозяин таверны, то выставит за дверь. И первым, кого я там встречу, будет озабоченный Здор. С ним бы я справилась, шарахнув каким-нибудь заклинанием или проклятием. Но использовать магию, значит, нарваться на внимание тер Шатейяна. А видеть его рядом с другой сил нет. Знаю, что ничего не светит, а совладать с эмоциями не могу.

— Сюда, — показала на ширму певица.

— Эсте Лаомани, — послышался голос за дверью, — откройте.

— В чем дело? Я не одета.

— Мне нужно проверить помещение. К вам никто не забегал?

— Одну минуточку, — тянула время женщина, — что умеешь делать? — спросила меня шепотом.

Я уставилась на спасительницу, не понимая, что она имеет в виду.

— Петь, танцевать, фокусы показывать, шпаги глотать?

— Танцевать, — выбрала то, что действительно могла.

— Зовут как?

— Алена.

— Будешь Алианной, — нарекла эсте Лаомани и распахнула дверь, — эст Криош, — расплылась в фальшивой улыбке, — проходите, смотрите. Кроме меня и Алианны, никого нет.

Я спряталась за ширму, категорически не желая оттуда выходить.

— Кто она? — ткнул мужчина пальцем на силуэт за ширмой.

— Алианна танцовщица. Готовится к выходу. Это ее первый раз, волнуется очень.

— Что ж, посмотрим, — уставил руки в боки хозяин таверны, — следующим номером будет ее танец. Заодно и проверим.

— Вы считаете, что я лгу? — процедила эсте Лаомани, — да как вы смеете…

— Смею, Лани, смею. Пока долги не отработаешь, все смею, — усмехнулся мужчина, — но если она провалится, то за обман долг увеличится вдвое.

Хозяин таверны ушел, предупредив, что у нас на подготовку десять минут.

— Ну, что, Алианна? Справишься? — спросила эсте Лаомани, устало опустившись в кресло перед роскошным трюмо, — если нет, мне придется работать на этого барыгу целый год.

— Много вы ему должны?

— Беда в том, что деньгами это не измеряется. Да и не мой это долг. А… — красавица махнула рукой, — неважно. Будет мне уроком. Давай приведем тебя в порядок, — опомнилась она после минутного раздумья.

Женщина подала мне платье. Я с удивлением принялась рассматривать его. Наряд, состоял из тонкого свободного сарафана, расшитого серебряной нитью. Длиной по щиколотку и объемными рукавами, он скрывал все тело.

Угу, все нормально. Подумаешь, единственная мелочь — ткань прозрачная.

Радовало то, что к сарафану имелось дополнение. Сверху одевалась накидка, состоящая из двух полотен насыщенно-красного цвета. Она удерживалась на теле завязками на плечах и серебряными шнурками, продетыми в специальные петельки, нашитые по бокам.

— Волосы у тебя жидковаты, — угрюмо констатировала певица, — и цвет подкачал. За пять минут ничего не придумать. Жаль, что внешностью тебя богиня обидела, но если будешь хорошо танцевать, может, и не освистают.

Я глянула на себя в зеркало. Действительно, не ахти. На фоне яркого наряда смотрелась блекло.

— Эх! Сюда бы мой костюм для восточных танцев, что привезла из Турции, да волосы в черный цвет покрасить, да…

Я замерла.

А почему нет?

Хищно улыбнувшись своему отражению, занялась иллюзией. Костюм не стала сильно переделывать, заменив нижнее платье шароварами. Накидку уменьшила до топа. Завязки сменили пряжки из страз, руки и ноги украсили тонкие браслеты с маленькими колокольчиками. На талии появилась косынка с нашитыми монетками.

После настал черед внешности. Волосы заструились по плечам, как змеи, свиваясь в тугие локоны, темнеющие прямо на глазах. На голову приятной тяжестью легла резная диадема с закрепленной вуалью, закрывающей нижнюю часть лица. На глаза, которые стали чуть больше и темнее, нанесла боевой макияж. Увеличила грудь. Немного. Всего на размерчик. И не отказала себе в удовольствие стать обладательницей тонкой талии.

Немного повело от накатившей слабости, но уже через минутку все прошло. Результат привычно закрепила на сережку. С каждым разом иллюзия давалась легче.

— Ну, как? — торжествующе обернулась я к эсте Лаомани, которая с завистью следила за моим преображением.

— Потрясающе! Ты марг? А мне что-нибудь эдакое можешь сделать?

— Не знаю. Я только учусь работать с даром. Попробовать можно.

— Ловлю на слове, — погрозила пальцем женщина и подтолкнула к выходу, — тебе пора. Слышишь, как публика беснуется?

За дверью действительно кричали, свистели и улюлюкали, требуя артистов. Я оробела. Перед такой публикой танцевать еще не приходилось. Но передумать не успела. Криош, появившийся в коридоре, с довольным видом сцапал за плечи и вытолкал в зал. Я сглотнула, увидев такое количество народу, пожирающее меня глазами. Дрожащей походкой прошла сквозь расступившиеся ряды к сцене. Мужская часть подалась вперед, в стремлении рассмотреть откровенный наряд и мои прелести.

Нда. Может, не надо было так усердствовать?

— Начинай! — шикнул хозяин.

Я в испуге вытаращилась на него.

— А музыка? — запоздало вспомнила про сопровождение. У местных-то какая-то лютня, свирель и гусли. Ну, внешне, по крайней мере, точно похожи.

— Эй, красотка, чего испугалась?

— Ну, же! Двигайся!

— Или тебя разогреть надо? Так, это мигом!

От насмешек я протрезвела.

Мама дорогая! Что я здесь делаю?

Я уже готова была сбежать, когда наткнулась на прищуренный взгляд Транера. И что-то было в нем такое, что мне захотелось доказать невозможное. Заставить его пожалеть о том, что так со мной обошелся. Раздразнить. И бросить! Ну, или нет.

Дерзко подмигнув демону, гордо вскинула голову, подняла руки повыше и стала хлопать, задавая ритм. Плавное движение бедрами, легкий перезвон монеток. Вправо, влево, прогнуться…

Теперь уже зрители хлопали, поддерживая мой ритм. Музыканты тоже подключились, на ходу придумывая на фоне грубых хлопков что-то нежное и чарующее.

А я кружилась, извивалась, приседала в такт. И вот уже нет никакого зала. Есть я, танец и ритм, отбивающийся движениями тела, взглядом и звоном браслетов. Музыка звучит в голове, призывая каждую клетку следовать ее зову. Я растворяюсь, плыву, спешу. Все быстрее и быстрее. Резче. Жарче. Внутри все кипит. Или это вокруг взметнулось пламя? Искры, огонь, круговорот. Я сгораю, танцую, живу. Пока бьется сердце и этот ритм, я не остановлюсь. Не сойду с пути. Резкая вспышка. Тишина. Я будто взлетела и замерла, опадая на землю паутиной пепла. Все закончилось.

Первый, кого увидела, — Транер. Он стоял у сцены, пожирая меня глазами, сверкающими странным блеском. Его красивые тонкие ноздри раздувались от прерывистого дыхания, на лбу блестели капельки пота.

Перевела взгляд на Криоша, застывшего неподалеку. У того на лице читалось алчное выражение. Похоже, хозяин таверны прикидывал размер выручки.

— Алиенна, сюда, — позвала шепотом эсте Лаомани, — бегом!

Оценив толпу мужиков, жаждущих заключить меня в объятья и пока сдерживающихся, пребывая под впечатлением от танца, я рванула к певице. Та захлопнула за мной дверь и подперла ее невесть откуда взявшейся кочергой.

— Скорее, надо уходить, — женщина накинула на меня плащ и потащила за собой по коридору.

Сзади кто-то забарабанил по доскам. После раздался оглушительный грохот.

Через кухню мы выбежали во двор, дальше, петляя между постройками, пробрались к неприметной калитке.

— Беги! И смени облик. В таверне был демон. Он теперь никогда не оставит в покое. Поверь, знаю, о чем говорю. Однажды я испытала на себе такой взгляд.

— Спасибо, — выдавила я, не осознавая до конца, что произошло.

Бежать? Куда? От Транера? Когда он смотрит такими глазами?

Ну, не дура, ли?

Дура! Если узнает, кто скрывается под иллюзией танцовщицы, не поздоровится.

Запахнув плотнее плащ, понеслась к академии. До комендантского часа еще минут сорок. Должна успеть. Свернув на очередном повороте, со всего маху врезалась в кого-то. Несчастный не удержался на ногах и рухнул на землю, увлекая меня за собой.

— Извините.

— Извиняю, — меня окутало облачко перегара. А мужской голос, как будто знаком. Я дернулась, чтобы встать, но крепкие руки прижали к чужому телу, — куда собралась?

— Пустите, — жалобно пропищала я, — пожа-алуйста.

— Вот еще! Сегодня одну отпустил уже. Что я дурак, чтобы второй раз упускать то, что само кидается в руки?

— Здор? О, нет!

Сегодня день такой, или что? Наткнуться на одного и того же мужика дважды! Ы-ы-ы. Что делать?

А лапищи, тем временем, уже стягивали плащ и с жадностью сминали то грудь, то попу. Мои брыкания только раззадоривали. Животом я уже ощущала реакцию мужского организма на женское тело.

Не придумала ничего лучше, как завизжать. Лишаться девственности в подворотне не хотелось. Налетевший ураган смел меня с мужчины.

Не ожидала, что помощь придет так быстро!

В темноте я различила лишь силуэты. Мой спаситель молотил Здора кулаками, превращая в отбивную. А воин если и сопротивлялся, то очень вяло. Я потихоньку отступала. Плащик мой остался на земле, а в одних шароварах и топике было холодновато. Маленькими шажочками пятилась назад. Оставалось всего ничего до спасительного угла, когда спаситель вдруг оторвался от противника и посмотрел на меня. В темноте блеснули алые вспышки глаз.

Демон! Ну, не может мне настолько не везти!

Всхлипнув, сорвалась с места. Так быстро никогда не бегала. И в тот момент, когда поверила в то, что спаслась, моя рука оказалась в цепком захвате.

— Ну, что же ты убежала? — раздался вкрадчивый голос, от которого внутри все сладко заныло, — замерзла?

На плечи легло что-то теплое. Камзол. Невольно запахнула его, желая спрятать полуобнаженное тело. Меня окутал тонкий запах парфюма Транера. Голова закружилась от желания стиснуть демона в объятиях. А тут еще он притянул к себе, плавно водя пальцами по контуру губ под чудом удержавшейся вуалью. Почувствовала, как невесомая ткань медленно сползает, открывая лицо.

— Нет! — всхлипнула я встрепенувшись.

— Ш-ш-ш, не бойся, — демон прижал к себе, погладил по волосам, — тебя никто не обидит.

— Мне нужно вернуться, — ни на что, не надеясь, сказала я.

Демону ничего не стоило перенести меня порталом в любое место. Туда, где меня никто не найдет. И когда вскроется обман, ничто не защитит от его гнева.

Вряд ли он будет счастлив, обнаружив под вуалью уродину.

— Я провожу. Назови адрес, — сказал Транер таким завораживающим тоном, что у меня подогнулись коленки.

Мужчина расценил это по-своему. Он подхватил меня на руки, прижав к себе, будто ребенка.

— Так, куда тебя проводить?

Действительно куда? В общежитие? Чтобы Клода обалдела от нашего появления? Ну, так и жить тогда буду недолго. Но, кроме академии, мне и идти-то некуда. А говорить что-то надо. Демон ответа ждет.

— Обратно, в таверну, — выдавила я.

Транер не воспользовался порталом. Странно. Он шел пешком, не спуская меня с рук. А весила я прилично.

Эх, не мужчина — мечта!

Наше появление сильно удивило оставшихся посетителей. Бросив взгляд на стол за ширмой, с облегчением выдохнула.

Ушли!

— Ты снимаешь здесь комнату? — спросил Транер, усаживая меня на лавку у свободного столика.

Я открыла рот, собираясь соврать, но тут же закрыла. Демоны чувствуют ложь. Значит, нужно отвечать так, чтобы слова звучали как правда.

— Снимает моя подруга.

— Если тебе некуда идти, я мог бы…

— Алианна, — заметила меня эсте Лаомани с другого конца зала и поспешила подойти, — как хорошо, что ты вернулась.

Демон прищурился и посмотрел на женщину. Та поняла свою оплошность.

— Прошу прощения, уважаемый вейр, могу я пообщаться со своей подругой?

— Транер тер Шатейян, — представился демон, — присаживайтесь. Я как раз интересовался, где остановилась прекрасная Алианна.

— Она не успела приехать, как пришлось выйти на сцену. Али раньше не приходилось танцевать на публике, вот и испугалась. Убежала.

— Если вам негде жить, готов предложить свое гостеприимство.

Я чуть не поперхнулась. Хорошо, подавальщица принесла кувшин с вином, и мужчина как раз наливал его мне. Схватив кружку, выпила залпом. Поесть я толком не успела, поэтому напиток почти сразу ударил в голову. Страх немного притупился.

— Не беспокойтесь. Я поживу у подруги.

— Конечно, Али, — поддержала игру певица, — у меня в комнате есть вторая кровать. Попросить слуг набрать тебе ванную?

— Это было бы замечательно, — улыбнулась я, — если можно, то я бы отдохнула. Устала, знаете ли.

— Надолго вы приехали? — спросил демон, игнорируя просьбу.

— Еще не знаю, посмотрю по обстоятельствам, — ответила, думая о том, что на самом деле и не знаю, насколько здесь. Демон же не уточнил, куда приехала. Так, я имела в виду Альвадис. Я-то на него в поезде добиралась. Экспрессом.

— Что же, не буду задерживать, — поднялся Транер, — до завтра, — попрощался он, — надеюсь, за ночь вы никуда не убежите?

Я кисло улыбнулась, кивнула, думая о том, что мне еще в академию возвращаться. Для этого придется воспользоваться подземным ходом.

Глава 31

— Все-таки догнал, — сокрушенно сказала женщина, — не повезло тебе, девочка.

— Знаю, — буркнула я, — мне бы переодеться.

— Пойдем, — улыбнулась певица, — в моей гримерке осталось твое платье. Только я бы посоветовала пока не снимать морок. Подозрительно будет, если зайдет Алианна, а выйдет незнакомая девица.

— Никто не видел моего лица, но лучше не рисковать, — согласилась с разумным доводом. Схватив со стола кусочек пирога, направилась в подсобку. — Эсте Лаомани, вы не могли бы сказать новой подавальщице, что я ее тут жду. Это моя подруга.

— Хорошо, я позову, — не отказала женщина, — только давай без условностей. Называй меня Лани.

— Договорились.

Пока Лани ходила за Анькой, я переоделась в форменное платье, которое еще оставалось под иллюзией. Затем вернула себе привычный вид. Зеркало вновь отразило полноватую девушку. Горько вздохнув по тому яркому облику, что недавно был, попыталась улыбнуться. Вышла гримаса.

— Алена, как я рада, что все обошлось! — ворвалась в комнату Анька. Она обняла меня за плечи и взяла за руку, — извини, я так испугалась декана…

— Ничего. Все понимаю, — устало ответила я, — мне нужно вернуться. Ты помнишь, как найти… — осеклась на полуслове.

При эсте Лаомани упоминать про подземный ход и академию побоялась.

— Алианна, — женщина упорно продолжала называть меня этим именем, — я считаю, что, на ночь глядя, идти никуда не нужно. Это опасно. Переночуй здесь.

— Да, конечно, — поддержала Аркханна, — можешь переночевать у меня. Кровать узкая, но мы поместимся.

— Зачем же такие жертвы? — нахмурилась Лани, — у меня вторая комната. И есть свободная кровать, я же говорила. К тому же об этом сказала и демону. Он сильно удивится, если Али предпочтет комнатку подавальщицы отдельной постели. Начнет задавать неуместные вопросы, на которые придется отвечать.

— Вы правы. Я не подумала…

— Али, ну, сколько повторять! Не вы, а ты! И по имени. Право, ты заставляешь меня чувствовать себя старухой.

— Эсте Лаомани, — за стуком в дверь раздался голос Криоша, — новая танцовщица у вас? Я хотел бы обсудить условия работы.

Я испуганно вытаращилась на певицу.

Во-первых, сейчас я выглядела как та девица, которую Криош разыскивал. А во-вторых, какая работа? Из академии просто так не выберешься. Не дай бог, кто узнает, что Алианна — это я. Особенно один демон.

— Скажи, что я твой представитель и могу говорить от твоего лица, — шепотом потребовала Лани.

— Эст Криош, я очень устала, — громко ответила я, — голова разболелась. Все вопросы вы можете обсудить с эсте Лаомани. Она будет вести все переговоры от моего имени.

— Но, как же… — послышалось разочарованное сопение из-за двери, — я хотел получить гарантии. Ваше выступление, эсте Алианна, произвело фурор. Меня уже одолели вопросами, когда следующее. Что я должен отвечать? Мы должны составить контракт.

Я отчаянно замотала головой.

— Никаких контрактов и выступлений!

— Обсудим все завтра! — резко ответила Лани, — на свежую голову.

Хозяину таверны пришлось довольствоваться этим. Он еще что-то говорил, но, скорее, сам с собой. На что-то сетовал. Ругался. Но, все же, ушел, несолоно хлебавши.

— Ты категорически против выступлений? — уточнила Лани, — могла бы неплохо зарабатывать. Твое исполнение великолепно. Я не никогда не видела такой манеры танца. Необычно. А магический огонь, вообще, выше всех похвал. Успех будет феноменальным. Уже завтра о тебе будет говорить весь город. Криош прав, народ повалит толпами.

— Какой огонь? — из всей речи я выцепила одну странную фразу, — ты о чем?

— Как? Ты не помнишь? Где-то на середине номера сцена вдруг вспыхнула. Видела бы, как отшатнулись первые ряды! А потом ты танцевала, объятая пламенем. Сногсшибательное зрелище!

— Ага, — подтвердила Анька, — было такое.

— Но я не помню ничего подобного. Хотя, признаться, танец поглотил. Я старалась отрешиться от всего, чтобы не видеть алчных взглядов. Мне казалось, что это от них так жарко.

— А ты про огонь, случайно, не думала? — спросила подруга.

— Было что-то такое.

— Тогда, я считаю, это спонтанное проявление твоего дара.

— Ты тоже марг? — подозрительно прищурилась Лани, разглядывая аракну более внимательным взглядом.

— Да.

— А что в таверне забыла? Насколько мне известно, у адептов полное обеспечение, и стипендия неплохая.

— Я больше не адептка, — хмуро ответила подруга, — меня исключили.

— А…

— Лани! — вмешалась я, останавливая череду опасных расспросов, — я действительно устала. Завтра вставать ни свет, ни заря.

— Конечно, пойдем, я провожу.

Я попрощалась с Анькой, которая ушла первой. После настал мой черед. Убедившись, что в коридоре никого нет, певица провела меня к себе. Ее апартаменты находились на третьем этаже и состояли из двух спален и гостиной. Мне досталась комнатка поменьше. Она, видимо, предназначалась для прислуги или охраны.

Из мебели только кровать и сундук для вещей. Свободное пространство занимала огромная лохань с водой, над поверхностью которой клубился пар.

— Искупайся и ложись, — сказала Лани, — это ночная рубашка и простынь, чтобы вытереться, — положила на край кровати стопку белья.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась.

— Не за что. Спокойной ночи. Отлей воды в тазик, чтобы с утра умыться. А лохань пусть стоит, потом уберут, — посоветовала женщина и вышла, оставив одну.

На двери заметила задвижку, которую тут же и повернула. Эсте Лаомани я не боялась, а вот других гостей вполне. Кто там разберет, какие здесь порядки. А мне спокойнее. Накупавшись, я переоделась в чистое. Простирнула в остывшей воде белье и повесила на спинку кровати. К утру должно высохнуть. После легла, с удовольствием растянувшись на чистой постели приятной пахнувшей вереском, и заснула.

Разбудил меня стук в дверь. Спросонок я сначала не поняла, где нахожусь. Пару минут трясла головой и озиралась по сторонам, смутно надеясь, что мне приснилось. Потом, все же, вспомнила, что произошло накануне. Выскользнув из кровати, пошла открывать.

— Доброе утро, — за дверью стояла Лани. В простом халате, наброшенном на ночную рубашку, она выглядела так по-домашнему. А отсутствие косметики и распущенные по плечам каштановые волосы делали ее моложе на несколько лет.

— Доброе, — улыбнулась я.

— Там подруга твоя пришла, говорит, идти нужно, — кивнула женщина в сторону гостиной, — я ее за завтраком отправила. Ты собирайся. Уходить лучше сейчас.

Я кивнула. Попросила дать мне десять минут, и бросилась собираться. Умылась, оделась, застелила кровать. Я управилась раньше. Когда вышла, Лани ждала в гостиной. Аньки еще не было.

— Я хотела сказать кое-что наедине, — загадочно начала эсте Лаомани, закрывая входную дверь на ключ.

— Слушаю.

— Ты же понимаешь, что демон придет и станет спрашивать о тебе. Нам нужно решить, что ему отвечать так, чтобы он не нашел тебя, и в то же время не почуял лжи.

— Понимаю.

— Первое: что нас связывает. Второе: информация о тебе — кто и откуда. Третье: куда ты делась и почему. Четвертое: как тебя найти.

— Эмм, — задумалась я. Это для демона или эсте Лаомани самой интересно? — насчет того, что нас связывает: я пришла на выступление и стала поклонницей таланта. Решила выразить свое почтение, так и познакомились. Совершенно случайно, вам удалось оказать мне услугу. А вчерашнее выступление — ответная благодарность.

— Похоже, — согласилась Лани, — только бы не узнал, что все это события одного вечера.

— Дальше. О своем прошлом не рассказываю и пресекаю все попытки поговорить об этом. Ушла к своему будущему покровителю. Он мог меня искать, а я торопилась, испугавшись наказания.

А что? Сегодня вечером сам Транер и станет моим покровителем. Все честно. Он бы искал, если знал, что адептка Суворова исчезла? Безусловно.

— Негусто с объяснениями. Демона это не удовлетворит, — хмыкнула певица, — ладно. Все равно ведь больше не скажешь?

— И последнее, где меня искать. У покровителя. Он тоже демон. Где живет? В Орте. Я ведь уйду пешком.

— Похоже на правду, — поморщилась Лани, — а камзол сама вернешь или мне передать? — указала женщина на вычищенную вещь, бережно разложенную на одном из двух кресел. Я сидела на диванчике в другом конце комнаты и сразу не заметила его.

Как я могла? Бросила в гримерке, когда переодевалась, и совершенно забыла о нем.

— Лучше вы, — смутилась я, борясь с диким желанием завладеть вещью, сохранившую запах Транера.

— Хорошо. Хотела сказать про твое выступление… Подожди, — остановила она меня, собиравшуюся возразить, — не спеши с ответом. Криош готов хорошо заплатить. Хотя бы за один танец. Я намекнула, что ты опасаешься покровителя, который не разрешает подобные развлечения. Поэтому Криош согласен обеспечить безопасность и твое исчезновение сразу после номера. Деньги хорошие. Да и выступать будешь не в «Питоне», а в более солидном заведении.

Так и знала, что Криош не прост. Знаменитость уровня эсте Лаомани вряд ли связалась бы с обычным трактирщиком. Отказаться? Предложение заманчиво. Танцевать, как ни странно, мне понравилось. Но я пока не знаю, что будет завтра. Вдруг понадобятся деньги, чтобы сбежать?

— Я не могу дать ответа, — покачала головой, — в силу обстоятельств, которые выше меня.

— Понимаю…

Показалось? Или Лани расстроилась?

— Но если у тебя изменятся эти самые обстоятельства, приходи в «Золотую ветку». Передашь мне записку с любым из слуг. Я буду в Орте еще пару-тройку месяцев.

— Ты говорила, что должна отработать на Криоша полгода? — насторожилась я.

— Разговаривая с тобой сейчас, я оказываю ему услугу. А мои услуги стоят дорого, — усмехнулась Лани.

Завтрак, что принесла Анька, оказался кстати. При подруге певица разговаривала только на общие темы. После эсте Лаомани проводила к той же калитке, через которую я пыталась сбежать вчера. На прощание женщина чмокнула меня в щеку.

— Надеюсь, что скоро встретимся, — шепнула она на ухо.

— Прощайте, — пробормотала в ответ, испытывая странное чувство, что встреча обязательно состоится.

Анька быстро нашла нужный поворот и привела на пустынную улочку, куда выводил подземный ход. Ночью мне не хватило какой-то сотни метров.

Через дыру в заборе, мы пробрались в запустевший сад давно заброшенного дома. Среди покосившихся сараев аракна без труда отыскала неприметную дверцу, замаскированную засохшими ветками и мусором.

Защиту Ник ставил при мне, так что я без проблем открыла вход. Уверенно двигающаяся в темноте Аркханна, взяв меня за руку, провела через петляющий тоннель к панели, выводящий в знакомый зал. Выход в город пришлось оставить без защиты. Аракна должна была вернуться.

Разблокировав проход в кладовку, я пролезла первой. Кровать с матрасами по-прежнему стояла там.

— Будем прощаться? — повернулась к подруге, — спасибо, что проводила, — потянулась, чтобы чмокнуть ее в щеку.

— Алена, ты же знаешь, для меня это мелочи. Ты сделала для меня много больше, — сказала Анька и как-то странно замялась.

— Ты хотела попросить о чем-то еще? Хочешь есть? Я сейчас, — перешла на магическое зрение, чтобы увидеть свои резервы.

— Не откажусь, — смутилась Аркханна, — но я бы…

— Что? Говори, не стесняйся.

— Ты можешь открыть вход в то помещение, — Анька кивнула на стену, за которой, по ее словам, было логово Аррана.

— Зачем? — удивилась я.

— Мне это нужно. Я хоть и не могу менять форму, но потребность в таком месте осталась. В нашу комнату в общежитие не попасть, новую не сделать… А тут все готово. Я смогу приходить иногда, по ночам, чтобы побыть…

— Ну, если так, хорошо, — согласилась я, — а что сразу об этом не сказала? Я бы открыла комнату еще вчера.

— Неудобно было. И Теворий… Не хочу, чтобы он видел…

Ох уж эти влюбленные, — хмыкнула я, направляясь к стене. Сделать проем оказалось еще легче, чем вчера. — Может, сил прибавилось? Или отдохнула, наконец. Выспалась я в таверне неплохо!

— Ну что? Довольна? — подмигнула подруге, — прошу!

— Только пос-сле тебя, — прошипела Аркханна, лицо которой исказила гримаса.

Аракна толкнула меня в темноту проема. Не ожидавшая такой подставы, я полетела вперед, впечатавшись в упругие нити паутины.

— Еда-а-а, — прошипело из темноты, — сслишком долго сшда-ал…

Черная махина со сверкающими алыми глазами устремилась ко мне из темноты. Взвизгнув, я поползла к выходу.

— Аня, что… — осеклась я, увидев торжествующую ухмылку девушки, — п-происходит.

От тупого удара в спину, вскрикнула. Больно. Из глаз брызнули слезы. Что-то обвилось вокруг шеи и вздернуло вверх. Я захрипела, отчаянно пытаясь отодрать ту дрянь, что не давала вздохнуть. А тело сдавливало, будто его тугими кольцами оплетала гигантская змея. Сквозь шум в ушах и оглушительный стук сердца, доносился сухой смех аракны. От понимания того, что все это время Аркханна обманывала и использовала меня, внутри разрасталась пропасть. Так подло еще никто не предавал.

Глава 32

— Не мог-ху дос-с-стать, — разочарованно прошипело сверху, — ты обес-сща-ла еду-у.

— Мерзкий мальчишка постарался. Ар-ртефактор-р, — злобно рыкнула Аркханна, — Арран, терпение. Скоро будет много еды. Вкусной. Марги, прошедшие инициацию, полны энергии и беззащитны.

— Что ты задумала? — просипела я.

— О! Не думаешь же ты, что я выложу все планы? — усмехнулась аракна.

— Х-гос-спожа, с-сюда х-кто-то идет, — проскрипел паук.

— Тс-с-с, — шикнула девушка, — я встречу гостя.

Аркханна ушла. За толстыми стенами слышались голоса, но я не могла определить, кому они принадлежат.

— Я проводила ее до подземного хода еще ночью, — разобрала, наконец, слова бывшей подруги, — волновалась за нее. Решила прийти проверить. Ой, смотри! — раздалось рядом, — этого прохода не было.

— Да, — подтвердил собеседник. Во мне все оборвалось. Я узнала того, кто пришел за мной. Ник, — точно не было. Думаешь, она здесь?

— Проверим, — Анька говорила тем же дружелюбным тоном, что и раньше.

Как велико было ее притворство. Я же искренне верила, а она…

Аракнид, находившийся неподалеку, бесшумно двинулся к прямоугольнику света, и затаился над входом. Первой зашла Аркханна.

— Здесь что-то есть, — испуганно прошептала она.

— Ник! Беги! — закричала я, но вместо крика получился сдавленный сип.

А друг, видимо, что-то расслышав, ринулся в ловко расставленную ловушку. Я могла только наблюдать, как аракна отскочила в сторону, а паук накрыл парня своей тушей. Жуткий крик резанул по ушам.

— Стойте! Не надо! — забилась я, — сделаю все, что хотите. Не убивайте. Арран, я сниму защиту. Пей меня!

— Ты моя добыча! — рыкнула аракна, — Арран.

Паук поднялся повыше и быстро задвигал лапами, вращая в них, словно пушинку, безвольное тело. Аракнид спеленал Ника в такой же кокон, как и меня. После закрепил его на одном из канатов паутинной сетки.

— Мне нужна твоя помощь, — позвала Аркханна зверюгу.

Арран приблизился к девушке, которая вытянула навстречу обе руки. Аракнид выставил одно из жвал, с которого стекали капли слизи. Поочередно дотронувшись запястьями до влажной хелицеры, Анька подождала, пока жидкость впитается в металл. От матовой поверхности пошел сизый дымок. После, используя острие клыка как открывашку, поддела размягченные пластины. Магические браслеты, удерживающие ее вторую сущность, с глухим стуком упали на пол.

— Наконец-то, — облегченно выдохнула Аркханна, — надоели эти побрякушки.

Аракна потянулась, размяла кости. Затем стала скидывать одежду. Через мгновение в помещении стало темно и тесно. Громадная паучиха заслонила видимое пространство.

Это что же, ее реальные размеры? Она специально показывалась мелкой и слабой?

Тем временем аракна подобралась ко мне.

— Ты обес-сщала с-снять с-за-щиту, — проскрипела она.

— Убьешь? — обреченно поинтересовалась я.

Но паучиха не ответила. Одним движением щупальца подтянула к себе завернутого в кокон Ника. Стальные хелицеры зажали голову парня в тиски.

— Отпусти. Я все поняла. Дэ-э-рай-э — деактивировала амулет.

— Умни-т-ца, — аракна отбросила жертву в сторону и двинулась ко мне.

В тот же миг шею обожгло болью. Перед глазами все поплыло. Я физически ощущала, как уходят силы, и ничего не могла с этим поделать.

Наконец, экзекуция закончилась. Как в тумане я видела возникшие на светлом пятачке проема две человеческие фигурки. Потом сознание отключилось.

Кто-то звал меня по имени. А я, барахтаясь в сером густом воздухе, не понимая, где я и зачем. Но голос был настойчив. Его звук выбивал из привычной тишины.

— Алена. Очнись! Пожалуйста. Алена!

— Ник, я тебя убью, — промычала, узнав того, кто лишал меня покоя.

— Алена. Слава Богам! — обрадовался друг, — я уж думал, она тебя…

— Не дождетесь, — хмыкнула я и, попробовав пошевелиться, застонала.

Тело превратилось в одну затекшую мышцу. Зуд на шее, невозможность почесаться приносили дискомфорт. От накатившей слабости даже моргнуть стоило титанических усилий. Я дернулась, и тут же зашипела. В кожу, будто сотни иголок вонзились, а судорога выкрутила мышцы так, что горло перехватило спазмом, а из глаз брызнули слезы.

— Активируй экзон, — подсказал Ник, — станет полегче.

— Ве-э-рай-э, — просипела я.

Неведомая сила чуть раздвинула стягивающий кокон. Стало легче дышать. Только жутко чесалась шея.

— Долго мы уже тут?

— Несколько часов. Лекции уже закончились, наверное.

— Как думаешь, что они задумали?

— Ничего хорошего. Эта сука всех провела, — процедил артефактор, — убью!

— Записывайся в очередь. Нам бы только выбраться отсюда!

— Без помощи не обойтись. Только кто нас тут найдет?

— Может, Теворий? Неужели никто не хватится? Нас не было на парах и…

— Не хватятся, — горько вздохнул друг, — они приняли наш облик. Подумать только. Под маской адептов в академии спокойно разгуливают аракниды!

— Они и раньше это делали. Думаешь, мы первые?

— Нет. Но странно, что мы живы. Ни один из пауков не впрыснул свой яд.

— А зачем убивать? Аракнидам нужна сила. Я восстанавливаюсь быстро. Можно годами держать меня в клетке, имея под боком удобный источник.

— Ну, ты, понятно. А я? Арран выпил столько, что практически не чувствую свой дар.

— Ты нужен, чтобы держать меня в повиновении. Анька хорошо меня изучила, я не смогу спокойно смотреть, если тебя…

— Алена, я… — Ник осекся, — ты не должна из-за меня…

— Прекрати! Я буду делать то, что считаю правильным, — оборвала друга, — давай лучше подумаем, что можно сделать.

— Позвать на помощь!

— Угу. Тут глотки можно сорвать, и никто не услышит.

— А по-другому?

— О чем ты?

— Демон вытащил тебя из-за грани. Такое неизбежно связывает некроманта и спасенного. Позови его!

— Транера? Как это сделать? Я вот ни малейшего понятия не имею.

— А, может, иллюзия? Помнишь свиру в столовой?

— Попробую.

Сосредоточилась. Перешла на магическое зрение. Комната светилась переплетенными ядовито-зелеными канатами. Собственное тело смотрелось гигантским клубком. Свои нити под ними разглядеть не могла. Насколько я сумела восстановиться понять сложно. Но выбора нет, придется выкладываться по максимуму.

Зажмурилась, представляя огромную свинью.

— Кхм, — крякнул друг скептически.

Я пригляделась. В темноте зашевелилось что-то.

— Получилось? — обрадовалась я. Только радость была недолгой.

Животинка выбежала на свет. Это была свинья, да. Но не огромная и страшная. А маленькая, розовая и умилительно смешная. Издав звонкое хрю, зверушка помчалась в проем. Только побежала она не в кладовку, а в другой проход, ведущий к подземному входу.

Нда. Идея провалилась с треском. Или с визгом?

Следующие два или три часа мы с Ником перебирали всевозможные варианты спасения. Но все они были один безумнее другого. А я все еще не восстановилась. Аркханна забрала слишком много сил.

Звук шагов заставил насторожиться. Кто-то целенаправленно шел к нам. Вряд ли посторонний, иначе не двигался бы так уверенно. А это значило, что вернулся кто-то из аракнидов.

В проеме показалась мужская фигура. Вспыхнул магический огонек.

Ник! — чуть не вскрикнула я. Вошедший парень был точной копией друга. Если бы не знала, что артефактор все это время был рядом, ни за что не отличила от оригинала.

— Не дергайтесь, — усмехнулся лжедруг, — я пришел проверить, не натворили ли вы чего. Королева считает тебя опасной, — сказал парень, пристально глядя на меня.

— Надо же! Загордиться мне, что ли?

Стоп. Он назвал Аньку королевой? А она говорила, что ее семья изгои. И это Арран ее преследует. Очередная ложь? Безусловно. Чего еще ждать от паучихи!

Парень, тем временем, ловко перепрыгивая с каната на канат, подобрался ко мне. В его руке блеснуло что-то острое. Возле шеи раздался выворачивающий слух металлический скрежет.

— Дхарг! Она предупреждала, что ты включишь защиту, — пробормотал Арран.

Я с ненавистью посмотрела на того, кто так похож на моего друга.

— Дырку прожжешь, — фыркнул парень, — значит, так, мне нужна ваша кровь, — сказал строго, резко сменив тон с пренебрежительного на деловой, — сними защиту.

— А то что?

— А то проделаю дырку в твоем дружке. И ты будешь наблюдать, как по капле из него выходит жизнь. После его место займет другой.

— Зачем вам кровь?

— Не твое дело.

— Алёна, они не смогут ничего сделать, пока активирован экзон. Меня все равно убьют. Не соглашайся!

— Да пусть берет. Он же не пять литров возьмет, а немного, — я рассмотрела в руках Аррана небольшие флаконы.

— Подумай. Почему твоя кровь? И именно сегодня!

— Твою же … и …, — не сдержалась я, — инициация!

Я мгновенно осознала весь размах паучьего заговора. Мало того, что в Аметистовой башне соберутся сильные марги. Все входы и выходы будут блокированы. Это ловушка! Там будет император! Как сказал Теркопус? Самые одаренные попадают в особый зал. А аракна, увеличив силу за счет источника, да с моими способностями… она же легко уничтожит не только императора, но и всех претендентов на трон. И с каждым выпитым маргом ее сила будет только возрастать! Убрав верхушку, захватить империю станет намного легче.

— Ни-ик! — выдохнула я, цепенея от ужаса.

Артефактор, судя по всему, давно понял, что нет шансов. И готов умереть. Что делать? На кону много больше, чем жизнь одного человека. Я не могу принимать такие решения.

— Гм, Аркханна предупредила, что будешь упорствовать, — на почти родном лице заиграла зловещая улыбка, — что же, это будет на твоей совести.

Лже Ник вернулся к входу и стал раздеваться.

— Полюбуйся на это тело последний раз, — сально ухмыльнулся аракнид и запустил пару светляков под потолок, — могла бы кого и получше выбрать, чем этого дохляка.

— Не тебя ли? — огрызнулась я, смущенно отводя взгляд.

— А хоть бы и так, — аракнид стал меняться. Тело росло в размерах, превращаясь из тощего подростка во вполне зрелого самца. Вылепленная из мышц фигура была идеальной. Тонкие черты лица красивы, даже красные зрачки не портили впечатление. — Нравлюсь? — поинтересовался мужчина.

— Третий сорт не брак, — презрительно скривилась я. Иммунитет у меня, что ли, выработался к красавчикам? Пусть он хоть самый сексуальный мужик на этой планете, но за то, что издевался над Ником и другими невинными жертвами, я горела только одним желанием: придушить гада.

— Ах, так, — разозлился Арран. Его лицо исказилось. Глаза расширились, принимая фасеточную форму. Челюсти раздвинулись, выпуская две острые хелицеры, а сквозь гладкую кожу тела проступили черные хитиновые пластины.

Монстр метнулся в сторону друга, на ходу впиваясь жвалами в шею. Ник закричал. От места укуса, сжигая кожу, потянулись черные ручейки. Тело парня забилось в дикой агонии. Голос сорвался на хрип. Изо рта вместе с хлопьями пены потекла кровь.

— Хва-атит. Прекрати! — завизжала, вновь срывая голос, — я сниму защиту. Бери, что нужно, только останови все это!

Аракнид, окончательно трансформируясь в паука, вновь коснулся шеи Ника в месте укуса. Друг дернулся и затих. Тварь повернула морду в мою сторону.

— Дэ-э-рай-э, — прохрипела я, чувствуя, как вновь сдавливают нити паутины.

— Сразу бы так, — сказал Арран, принимая человеческую форму.

Чиркнув ногтем по моему горлу, подставил флакон. Я старалась не смотреть на аракнида, который находился слишком близко. Наполнив емкость, Арран слизал кровь с раны. Меня передернуло от омерзения.

— Ммм, потрясающе, — причмокнул мужчина, облизывая губы, — Аркханна права, ты быстро восстанавливаешься. Пожалуй, я мог бы…

Я сказала код активации экзона быстрее, чем мои губы накрыло поцелуем.

Да что ж за жизнь такая. Почему, как красивый мужик, так убийца или извращенец. И целоваться лезет вовсе не потому, что я милая и привлекательная. Каннибалы, блин. Энергетические!

Если бы не измученное лицо Ника перед глазами, да собственная тушка в коконе из паутины, я, может, оценила умение аракнида целоваться. По шкале от одного до десяти баллов на двенадцать, наверное.

Прикушенный язык и ударивший по лицу ледяными иглами щит очень не понравились Аррану. Пронзительно заверещав, паучий красавчик мгновенно перетек в звериную форму. Огромная пасть с шевелящимися целихерами накрыла голову.

— А-а-а-а, — истошно завопила я, осознавая, что тварь сейчас откусит голову.

Захлестнувший адреналин и дикий ужас пронзили молнией. Я что-то кричала, кого-то звала. Красная жидкость залила глаза, ослепила. Пожирающий страх овладел сознанием. Единственная мысль — выжить любой ценой, билась бешеным пульсом. Тело превратилось в тугую пружину, кровь закипела, стремясь найти выход наружу. Из носа и ушей хлынули теплые потоки.

Умирать я не хотела. Но если бы и пришлось, то врагов собиралась забрать с собой. Что-то, что еще спасало от сжимающей горло тьмы, взорвалось, пронзив кожу иголками. Черные сгустки тут же жадно впились в тело, вытягивая последние крохи сил.

Я обречена, — пришло стойкое понимание неизбежного, — аракнид не остановится. Опьяневший от силы, он вытянет все до капли. — Подавись, гад! — открыла все каналы, что были в запасе и ударила по тьме.

— Круг Экхера, — донесся чей-то слабый зов.

Я вспомнила занятие, на котором нам рассказывали про способ уничтожения аракнида. Схема ритуала возникла так четко, будто кто-то проецировал ее в мою голову.

— Я помогу, продержись еще немного.

Это не мои мысли. Значит, кто-то услышал зов. Я не одна, — ухватилась за спасительную соломинку.

Откуда-то пришло понимание ситуации: логово аракнида, в котором только я и паук, и полыхающий вокруг нас огненный круг, отделяющий от всего живого.

Ник? — спохватилась я.

Будет жить, — это сообщение приободрило.

В это же время опустошенные каналы стали наполняться энергией. Стягивающий кокон паутины осыпался трухой. Я ощутила каждую клетку тела, искрящуюся силой. Только в районе шеи что-то неприятно кололо. Я попробовала избавиться от помехи, направив все потоки к зудящей точке. Но они тотчас слабели, будто кто-то гигантским пылесосом тянул их наружу. И от этого тянущего чувства становилось тошно, даже больно.

Ну, уж нет! — взъярилась я, — мое. Не отдам.

Мысленно дернула свою энергию обратно. На какое-то время движение застопорилось. Кто-то на той стороне дико злился, что отток силы прекратился. Хлестким ударом из меня попытались выдрать лакомый кусок энергии.

Ага, так и отдала! — вцепилась руками и ногами, воображаемыми, естественно.

Довольно долго мы боролись, перетягивая потоки, словно канаты. Незримый помощник молчал, будто прислушиваясь к тому, что происходит.

Это последнее, — шепнул голос, вливая очередную порцию.

Почувствовав поддержку, я рванула энергетический канат на себя. И он поддался. Тягучая сила вливалась тяжело. Вместе с ней, будто куски чужой памяти, сыпались обрывки воспоминаний, чьи-то лица, крики, стоны, проклятия, страдания.

Я впитывала всю грязь, что приходила со странной силой, которая лилась все свободней. Мне было плохо. Тошнило. Рвало. Выворачивало наизнанку. Но остановиться не могла. Откуда-то знала, что если прекратить, будет хуже. Много хуже. Мечтала о том, когда же все закончится. Последние фрагменты виделись смазанными и уже не так болезненно въедались в сознание. Когда поток иссяк, я с облегчением вздохнула. Если было бы можно, завалилась спать, зарывшись с головой в мягкое одеяло.

— Алена, — встряхнули меня за плечи, — не смей засыпать!

— Я так устала, — прошептала измученно, — оставьте в покое.

— Нет! — звонкая пощечина мигом привела в чувство.

— Что за…

Открыла глаза и осеклась. В нескольких сантиметрах от меня изможденное лицо Транера, все в копоти и гари. В темных глазах жесткая решимость. На губах синие пятна от клыков, будто он не единожды прокусил их.

— Очнулась! — демон приподнял меня, придав сидячее положение.

Уняв секундное головокружение, огляделась. Стены и потолок комнаты оплавились от огня. На полу выжженный круг со значками рун. В центре этого круга голая я на коленях у мужчины, а рядом обгоревшая туша аракнида.

— Что произошло? — я запоздало прикрыла грудь руками и подогнула колени.

— Поздравляю! Ты первая, кому удалось выпить аракнида досуха.

Аракнида? О, господи!

— Что с Ником?

— В стазисе, там, — указал демон на проем.

— В стазисе? Это значит, что ему никто не помог? Нужен целитель. Кринель! Срочно!

— Сейчас никого нет. Все в зале инициаций. Я услышал твой зов о помощи, пришел порталом.

— О, нет! Инициция! Там Аркханна… и император!

Руки демона сомкнулись на моем горле.

— Ты о чем? — прорычал он.

— Я думаю, Аркханна готовит покушение на императора. Она их королева, Транер. Специально пробралась в академию, выискивала одаренных первокурсников, чтобы под их личиной проникнуть на обряд.

— Для того чтобы попасть к императору, нужен адепт с незаурядными способностями. Не ниже термарга. Я проверял. Таких сильных нет.

— Уверен? — горько поинтересовалась я, понимая, что придется открыться демону.

— Кто? — хищно прищурился мужчина. В его глазах отразилось недоверие, затем удивление и, наконец, торжествующая догадка, — ты? Неужели, илмарг? Конечно! Иначе схватку с аракнидом ты не выдержала.

— Арран пришел за моей кровью, — вспомнила я, — с ее помощью они собирались обманут кирот?

— Полагаю, аракна предусмотрела вариант и без твоей крови. Побег адептки Этра твоих рук дела? — догадался демон, — знаешь, что за это грозит?

— Не докажете, — буркнула я, — Арран мог воспользоваться моей личиной или Ника. Ник! — рванула я к другу.

— Далеко в таком виде собралась, — хмыкнул демон, пройдясь взглядом по моей фигуре. Вздохнув, протянул знакомый камзол, — можешь не возвращать. Испорчен безнадежно.

Я продела руки в рукава и запахнула полы. Камзол едва прикрывал стратегические места, а прожженные спереди дыры скорее открывали, чем прятали.

— Что-то ты не торопишься спасать своего императора, — хмыкнула я, когда Транер последовал за мной в кладовую.

— У меня резервы на нуле, все амулеты и накопители разряжены. Встречи с еще одним аракнидом не переживу. К тому же Найбера охраняют сильнейшие марги империи.

Увидев Ника, брошенного демоном на кровати, бросилась к нему. Изможденное тело в рваной одежде, будто покрытое сверху корочкой инея, не шевелилось.

— Он точно жив? — спросила, касаясь руки парня. Пульса я не чувствовала.

— Пока да, — скривился Транер, — но в нем яд аракнида. Лекарства не существует.

— Ты же сказал, что он… А как же… — растерялась я, — Арран же остановил распространения яда. Я сама видела!

— Остановить невозможно. Аракнид обманул. Он лишь влил немного силы, чтобы поддержать эффект.

— Помоги перенести в лазарет, — попросила я.

Демон постучал пальцем по своим губам, намекая на оплату.

— Хорошо. Пей, — я подошла к Транеру, на всякий случай, укрепляя ментальный блок.

Мужчина целовал медленно, нежно. Мягкие губы бережно касались потрескавшейся кожи, жадно пили, сводя с ума жаркими прикосновениями. Демоническое обаяние накрыло с головой, заставив позабыть обо всем на свете. Очнулась, когда Транер сам отстранил. Я не только оказалась без камзола, бесстыже прижимаясь к мужскому телу, но успела расстегнуть рубашку и запустить под нее свои руки.

— Мы обязательно продолжим, — Транер убрал мои ладони и стал торопливо приводить себя в порядок, — только выберем более подходящее место и время.

Подхватив Ника, как пушинку, декан Смерти открыл портал в приемную Целительской башни. Я, вновь закутавшись в камзол, шагнула следом.

— Что случилось? — подался навстречу дежуривший паренек.

— Яд аракнида. Адепт в стазисе. Определить в реанимационную, — отрывисто сообщил тер Шатейян, положив Ника на кушетку, — у девушки энергетическое и нервное истощение. В первую очередь, позаботьтесь о ней. Декана а Тальминара сейчас приведу. Да. Вызовете всех, кого сможете найти. Могут быть еще пострадавшие.

— Алена, — отозвал меня в сторонку демон, — надеюсь, не нужно объяснять, что нужно держать язык за зубами. И да, с этого момента ты моя подопечная.

— Но… э… а как же инициация?

— Инициация — это раскрытие способностей под воздействием внешнего источника. Твои силы благодаря выпитому аракниду возросли многократно. Так что, можешь считать этот этап пройденным.

Демон неуловимым движением сотворил над моей головой странный знак. Вспыхнув в воздухе пламенем, символ опустился вниз, пронзив предплечье острой болью.

— Вот и все! Теперь ты принадлежишь мне, — торжественно объявил мужчина и с самодовольной ухмылкой исчез в портале.

Вот и все, — невольно повторила я, — моя жизнь в руках демона. Мужчины, о котором могла только мечтать. Теперь мы связаны до самой смерти. Рада ли я этому? Не знаю. Будущее теперь казалось таким неопределенным, что я совершенно не представляла, что делать и как жить дальше.

Content

Боярова Мелина Магия иллюзий.Иллюзия силы (СИ)