Сытник Ирена Р.

Лорри Грасс

Часть первая: «Страницы жизни Лорри Грасс»

Глава 1

Лорри попала в крепость Святой Лианны, как большинство мальчиков и девочек её возраста, которых эмиссары Школы Меченосцев собирали на улицах городов и селений Ландии. Сирота и попрошайка жила на столичном Королевском Рынке. Однажды, холодной зимней ночью, когда лил ледяной дождь, и Лорри, скрутившись калачиком, спала под каменным прилавком, накрывшись каким-то тряпьём, её заметили две стражницы из Городской стражи. Они о чём-то негромко поспорили, затем одна легонько толкнула перепуганную девочку ногой. Лорри ни за что не хотела покидать своё убежище. От других попрошаек девочка слышала, что дети, которых забирали стражники, больше не возвращались на улицы, исчезая из города навсегда. Поговаривали, что их продавали в рабство, или того хуже – скармливали диким зверям на забаву вельмож и королевской семьи.

– Вставай, попрошайка, – приказала одна из стражниц.

Лорри заползла ещё дальше, стараясь вжаться в тёмный холодный угол, поэтому женщине пришлось лезть за девочкой под прилавок. Когда её тащили наружу, Лорри отбивалась и кричала, и даже укусила стражницу за руку, за что получила увесистую оплеуху. Вторая женщина, глядя на борьбу подруги с малышкой, только смеялась.

– Отличный кандидат, – сказала она, когда девочку удалось усмирить только при помощи хорошей встряски и грозных окриков.

– Сколько тебе лет, оборванка? – строго спросила стражница, глядя на высокую худышку, кутающуюся в какое-то грязное рваньё.

– Десять… – ответила попрошайка, трясясь то ли от холода, то ли от страха.

– На десять ты не тянешь. Говори правду, а то сделаю тебе больно.

Больно стражницы делать умели – это Лорри видела своими глазами. Однажды они поймали воришку, срезавшего чужие кошельки, и только притронулись к нему, как он свалился на землю, воя от боли. Это зрелище до смерти напугало девочку, и с тех пор, завидев охранниц правопорядка, она в панике убегала или пряталась.

– Мне, правда, десять… Будет весной.

– Старовата, – с сомнением произнесла одна из стражниц.

– Ничего, ещё можно, – ответила другая.

Лорри не понимала, о чём они говорят, но чувствовала, что ничего хорошего это ей не сулит.

– Ступай с нами, – приказала женщина, хватая девочку за руку.

– Нет, госпожа, отпустите меня, я больше не буду! – завопила Лорри, стараясь вырваться. – Пустите меня, я ничего не сделала! Умоляю вас! Не продавайте меня, милостивая госпожа, я не хочу быть рабыней!

– Заткнись, дура! – грубо прикрикнула стражница. – С чего ты взяла, что тебя продадут в рабство? Тебе улыбнулась богиня удачи, а ты брыкаешься, словно необъезженная кобылка. Мы отведём тебя к эмиссару Школы Меченосцев, слышала о такой?

Кто же не слышал о знаменитой Школе, где готовили стражников и телохранителей для аристократов и королевских семей? Каждый попрошайка мечтал попасть туда, но не каждому улыбалась удача. Дети старше десяти лет навсегда теряли надежду на обучение в Школе. Лорри сама с тайной завистью провожала взглядом великолепных королевских стражниц, одетых в сверкающие золотыми подвесками кожаные костюмы. Их боялись все – и воры, и городские разбойники, и даже воины-наёмники.

Ещё не веря своему счастью, девочка робко спросила:

– Это правда, госпожа?

– Конечно, малышка. Идём же, пока я не передумала.

И Лорри послушно засеменила рядом с высокой женщиной, закутанной в блестящий от дождя плащ-эсталин.

Так Лорри Грасс стала ученицей Школы Меченосцев на долгие десять лет. Обучение было жёстким, болезненным и тяжёлым. Самой большой мечтой Лорри все эти десять лет было выспаться в мягкой безопасной постели и пробездельничать целый день. Не слышать резких команд и не видеть суровых требовательных лиц наставниц.

В Школе было три факультета: стражников, телохранителей и воинов. На первый принимали мальчиков и девочек всех сословий и званий, на второй только девочек по специальному отбору, а на третий только мальчиков из богатых обеспеченных семей, которые могли оплатить своему чаду дорогостоящее обучение. Лорри определили в стражницы. Наставницей у них была пожилая виолка – женщина строгая, жёсткая и, несмотря на возраст, быстрая и сильная. Это был последний её выпуск, и наставница относилась к девочкам с особым вниманием. Через год у неё появилось несколько любимых учениц, в число которых попала и Лорри. Она занималась с ними сверх обычной программы, обучая и тому, что знали телохранители или воины. Поэтому, когда наступил тот долгожданный день, когда девушка получила великолепный стальной меч, и, прослушав напутственную речь наставницы и пожелание доброго пути от регины Школы, покинула стены крепости, долгие десять лет бывшие ей родным домом, она знала и умела намного больше, чем должна знать и уметь простая стражница.

Вместе с мечом – символом её принадлежности к воинскому сословию – Лорри получила и отличительные знаки, которые роднили её с другими выпускниками Школы Меченосцев: татуировки на обоих предплечьях: на левом меч пересекал солнце – эмблема Школы Меченосцев, а на правом – в кругу перекрещивались раскрытый глаз и меч – отличительный знак стражников. По этой чёрной татуировке работодатели могли узнать о её статусе – не надо было никаких дополнительных рекомендаций.

И вот Лорри впервые оказалась за воротами крепости одна – без наставниц, без подруг, с длинным мечом за спиной. Остались позади тяжёлые дни учения, строгая дисциплина и серая неуютная казарма. Впереди её ждали свобода и неизвестность. Никто ей больше не приказывал, никто не направлял. Долгожданная свобода кружила голову, как крепкое вино, и пугала непривычностью.

Утреннее солнце бросало на каменистую дорогу длинную узкую тень, стройные сильные ноги легко несли девушку вперёд. Она направлялась в Ликпол – столицу Ландии, город, из которого её увезли десять лет назад. Она шла налегке, покинув Школу без ничего, как и пришла в неё, но сейчас при ней были неоценимые знания и отработанные до автоматизма навыки и умения. Теперь Лорри Грасс не беспомощная девочка-сирота, запуганная и забитая, а уверенная в собственных силах, не знающая страха и жалости, беспощадная и смертоносная женщина-воин, «меченая», как называли подобных ей в народе.

К вечеру девушка добралась до небольшого селения с постоялым двором и таверной. У коновязи уныло стояли несколько лошадей, лениво помахивая хвостами и пережёвывая сено, а под навесом в саду, за квадратным столом, гуляла весёлая компания. Увидев входящую во двор девушку, парни замахали руками, приглашая её к себе. Судя по костюмам и оружию, это были воины-стражники, поэтому Лорри с удовольствием к ним приблизилась и приветствовала ритуальным жестом – положив правую ладонь на левое плечо, а затем резко выбросив сжатый кулак вперёд и в сторону. Ей ответили небрежными взмахами рук и подвинулись на грубой лавке, освобождая место.

– Новичок? – спросил один из парней.

– Только что из крепости, – немного смутившись, ответила девушка.

– «Птенец»! – обрадовались парни. – Тогда ешь, пей и веселись, сегодня твой праздник!

По обычаю, если ветеран встречал новичка, так называемого «птенца», только что покинувшего «гнездо» крепости, он обязан накормить и напоить его за свой счёт и оказать всевозможную помощь, так как «меченые» – одна семья и должны поддерживать друг друга в трудных ситуациях. К тому же считалось, что встреча с «птенцом» приносит удачу, потому парни так обрадовались, узнав, что девушка только что из Школы.

В этот день Лорри пировала на славу. Тосты за её здоровье, успехи и удачу следовали один за другим, на стол выставили всё хорошее, что нашлось на кухне и в погребах. Девушка так упилась, что не помнила, как добралась до постели. Проснулась она около полудня с тяжёлой головой и сухостью во рту. Возле кровати стоял кувшин с лёгким кислым холодным вином, поставленный чьей-то заботливой рукой. Утолив жажду, девушка долго ещё нежилась в постели, наслаждаясь приятным бездельем.

Но пришло время, когда голод заставил её покинуть кровать и спуститься во двор. Там, на том же месте, сидела та же компания. Парни лениво перекидывались в кости, добродушно поругиваясь. Увидев девушку, они приветствовали её шутливыми замечаниями и пригласили за стол. Кликнули хозяина и заказали сытный обед, но теперь без выпивки. Во время трапезы парни рассказали, что едут в Сатс, наниматься в Дворцовую Гвардию. Они уговаривали девушку ехать с ними, сказав, что в Ликполе ловить уже нечего, все хорошие места заняты, и на прибыльную службу надеяться не стоит. Лорри подумала и приняла приглашение. Не доверять им у неё не было причин. Более опытные, они знали, где лучше, и девушка согласилась отправиться в незнакомый и чуждый ей Сатс.

Глава 2

Так как у девушки не было коня, то, скинувшись, парни приобрели ей молодую кобылку светлой масти. Лорри поблагодарила новых товарищей и с удовольствием объездила подарок.

На следующий день, на рассвете, «меченые» покинули постоялый двор и направились по дороге в Сатс – соседнее с Ландией большое древнее королевство, протянувшееся от гор Ледеберга до северных морей.

Путешествие проходило лёгко и приятно, и Лорри наслаждалась неспешной поездкой, с жадностью рассматривая всё, попадавшее на глаза, любуясь красотами природы и с интересом присматриваясь к жизни людей во встречных селениях.

Через четыре дня они достигли крепости Эссо – форпоста сатского королевства. Их пропустили без задержки, только взглянув на предплечья и спросив о цели путешествия. Иначе и быть не могло – комендантом крепости оказался собрат «меченый».

Путешествие королевством и проезд через большие многолюдные города доставили девушке массу впечатлений. Она с интересом рассматривала архитектуру старинных зданий, странные одежды людей, прислушивалась к незнакомой речи.

Аян – столица сатского королевства – поразил её своими размерами. Этот старинный город раскинул кварталы почти на тридцать квадратных кемов, протянувшись вдоль берега огромного, как море, озера Эбал, пенистые волны которого с гулом били в каменные набережные во время зимних штормов. Но сейчас стояла ранняя весна, и озеро нежно голубело в зелёных берегах, подставляя теплу солнечных лучей кристально-чистые воды с лёгким изумрудным оттенком отмелей. На бескрайних просторах белели многочисленные паруса рыбачьих лодок, роскошных яхт вельмож, грузовых или пассажирских кораблей. Галеры тащили тяжелогруженые баржи или плоты с ценной древесиной с лесистого западного берега. Прохладный ветер с севера смягчал полуденную жару и слегка колебал зеркальную поверхность.

Набережные Аяна пропахли рыбой и съедобными водорослями, которые продавали здесь в огромных количествах. На лотках многочисленных торговцев лежала рыба любых сортов и видов, не только озёрная или выловленная в трёх реках, впадающих в озеро, но и морская, доставленная в столицу на специальных судах по реке Аба, вытекающей из озера и впадающей в Сатский залив.

От набережной начинались широкие прямые улицы, которые тянулись во всех направлениях, как лучи солнца. Их пересекали узкие поперечные улицы, деля город на кварталы, во главе которых стояли квартальные старосты, отвечавшие за порядок на своей территории.

Большой Королевский Дворец находился на окраине города в Королевском квартале, в котором жили только аристократы, богатые вельможи, родственники и приближённые королевской семьи. Этот квартал был самым большим и отличался от остальных тем, что его окружала ажурная каменная стена, отделяя «небожителей» от простых смертных. Все административные здания располагались в Административном квартале, куда и направились путешественники. Командующий Дворцовой Гвардией – Супериор – обретался в Суперихоле – специальном здании, где находились также казармы гвардейцев, личные апартаменты Супериора и огромная приёмная, где он давал аудиенции желающим с ним встретиться.

Прибывавшие оставляли лошадей во дворе у коновязи и направлялись прямо в приёмную. Здесь секретарь Супериора вёл запись просителей. Среди находящихся в зале было много солдат разных категорий, но также и гражданские люди.

Лорри и её товарищей записали в общий список, но прошло ещё много времени, пока появился Супериор и начал обходить присутствующих, выслушивая жалобы и просьбы. Следом за Супериором ходил секретарь, коротко записывая высказывания посетителей.

Когда очередь дошла до Лорри, девушка приветствовала высокое должностное лицо, как её учили в Школе, лихо щёлкнув каблуками. Назвав своё имя, высказала просьбу:

– Желаю служить Его Королевскому Величеству в качестве охранника или на другой соответствующей моему рангу должности.

Супериор окинул её внимательным взглядом и спросил:

– Ландийка?

– Да, ваша милость.

– Хочешь служить в Дворцовой Гвардии?

– Да, ваша милость!

– К сожалению, у меня уже нет вакантных мест. Но я знаю, что в Городской Страже людей не хватает. Согласна служить в Городской Страже?

– Да, ваша милость… – слегка разочаровано протянула девушка.

– Выпиши ей направление в отряд Городской Стражи, – приказал секретарю Супериор.

Товарищи Лорри попали в отряд Наружной Охраны города.

С направлениями, которые им выдал секретарь по окончании приёма, новобранцы перешли в соседнее здание – казарму, где располагался отряд городской стражи во главе с начальником – капитаном Роканом, который подчинялся непосредственно Супериору. Тот встретил их равнодушно, молча принял направления и, почти не глядя, передал помощнику. Лишь на Лорри остановил более внимательный взгляд и попросил задержаться. Когда новобранцы ушли с помощником, он предложил ей присесть и спросил:

– Давно окончила Школу Меченосцев?

– Я покинула крепость несколько дней назад.

– Значит, ты «птенец»? – усталое лицо капитана немного оживилось.

– Да.

– И это твоя первая служба?

– Да.

– В отряде уже есть несколько «меченых»… У меня нет к ним претензий. Очень дисциплинированные ребята. Но ты первая девушка. Женщин в отряде, кроме тебя, ещё нет. Поэтому к тебе будет особое отношение. Специфика нашей службы такова: патрулирование городских улиц четыре дня, пятый выходной. Затем четыре ночных смены – два дня выходных. Задача патрульных – прекращать драки, смирять буянов, упрямцев доставлять в городскую тюрьму, разгонять агрессивные толпы и усмирять бунтовщиков. Патрульные ездят парами. Тебе назначат опытного напарника, а когда освоишься, сможешь сама выбрать товарища. Дружба между патрульными поощряется… Да, забыл сказать: в наш отряд набираются исключительно иноземцы. Ты встретишь здесь кого угодно, вплоть до чистокровного ассвета. Мы – цепные псы короля, которые должны наводить в городе порядок, потому у нас не должно быть с местными ничего общего. – Капитан помолчал, задумчиво глядя в пространство, затем продолжил. – Да… Итак, ты у нас единственная женщина, значит не можешь жить в общей казарме. У нас предусмотрена женская казарма, но это большое пустое помещение… Могу предложить – не сочти это бестактностью – одну из своих личных комнат. Она имеет отдельный выход и запирается на ключ. Питаются стражники в общей столовой. Ты можешь есть с ними, а можешь брать еду с моей кухни, как пожелаешь…

Капитан замолчал и выжидающе посмотрел на девушку. Лорри пребывала в лёгкой растерянности. Не искушённая в интригах и не избалованная мужским вниманием, девушка не знала, как отнестись к предложению капитана. Женская интуиция подсказывала ей, что доброта капитана не бескорыстна. Возможно, он ожидает «благодарности» за «особое отношение», благодарности «особого» рода. И хотя Лорри уже исполнилось двадцать, но она ещё оставалась девицей – ни один мужчина не касался её тела, ни один поцелуй ещё не срывали с её девственных губ. Сама мысль о близости с мужчиной приводила её в священный трепет.

Сначала Лорри хотела категорически отказаться от щедрот капитана, но усвоенное с детских лет попрошайничества правило «дают – бери, а бьют – беги», подсказало ей другое решение. Она согласилась принять отдельную комнату, но категорически отказалась от капитанской кухни, выбрав общую столовую.

Капитан, казалось, ожидал такого ответа, потому что согласно кивнул и отвёл девушку в новое жильё. Комнатка была маленькой и находилась над казармой. Единственное окно выходило во внутренний двор. Здесь уже стояла узкая бронзовая кровать с набитым водорослями матрасом, столик у окна и два жёстких стула. Комната выглядела мрачно и убого, но девушке, никогда не имевшей собственного жилья, она показалась чудесной.

Окинув скептическим взглядом запыленные стёкла и грязный пол, капитан произнёс:

– Я пришлю служанку убраться здесь, а ты пока познакомься с сослуживцами.

Они спустились в казарму. Капитан передал девушку в руки лейтенанта, а сам удалился.

В казарме царили шум и веселье. Некоторые стражники отсыпались после ночного дежурства, другие чистили оружие или штопали одежду, третьи играли в кости – и это была самая шумная компания. При появлении девушки гам в слегка поутих, и все взоры обратились к ней. Лейтенант – тоже, как оказалось потом, «меченый», высокий суровый племантиец – окинул подчинённых мрачным взглядом и рявкнул:

– Слушайте все! И не говорите потом, что не слышали, поганые псы! Эта красотка – наш новичок и ваш товарищ. Она такой же стражник, как и вы, сучье отродье! С завтрашнего дня она выйдет на улицы этого проклятого города, и будет нести патрулирование вместе с вами. Кто хочет взять её в напарники и научить нашему мерзкому ремеслу?

В казарме снова поднялся гвалт, все весело скалили зубы и отпускали в адрес девушки солёные шуточки. Лорри с трудом сдерживала смущение и ярость, и даже слегка побледнела от напряжения. Наконец, лейтенант прекратил шум резким окриком:

– Молчать!!! – и продолжил более спокойным тоном. – Илис! Подойди сюда.

От толпы игроков отделился высокий, широкоплечий сандиец, с длинными белокурыми волосами и весёлыми, лучистыми, светло-серыми глазами. Мощная, обнаженная по пояс фигура с рельефно выступающими мускулами и гладкой белой кожей, блестела, словно смазанная жиром.

Остановившись напротив, он окинул девушку откровенно-оценивающим взглядом и плотоядно улыбнулся. Лейтенант вонзил палец в его широкую грудь и неожиданно мягким голосом произнёс:

– Можешь раньше времени не радоваться, Илис. Эта крошка из крепости Святой Лианны, если это что-то говорит твоей пустой башке. Если ей не понравится твоё наглое поведение, она в мгновение ока лишит тебя того, чем ты так гордишься… Это так, дружеское предупреждение… Молчать!!! – рявкнул он не в меру развеселившимся парням. – А теперь к делу: ты станешь её напарником на месяц. После учебного срока – если она пожелает – вы станете постоянной парой. Ты всё понял?

– Я всегда предпочитал иметь дело с женщинами, а не с мужчинами. Они более мягкие, – скаля зубы, ответил Илис.

– Вот и славно… Я передаю её тебе… И помни о моём предупреждении!.. А ты, девушка, – обратился он к Лорри, – если этот долбаный красавец достанет тебя, бей ниже пояса, ибо мозги у него под пупком, а не в голове. Она у него светлая и пустая, и служит только для болтовни и приёма пищи.

Лейтенант повернулся и ушёл. Илис тут же схватил девушку за руку, намереваясь притянуть к себе, но Лорри с силой ударила его твёрдым деревянным каблуком сапога по пальцам обутой лишь в лёгкие сандалии ноги и резко рванулась в сторону. Илис вздрогнул, отшатнулся и потерял устойчивость. Лорри мгновенно нырнула ему под руку, перехватила запястье и вывернула его назад и вверх. Илис вскрикнул от боли, наклоняясь вперёд, и девушка, блокировав его в таком положении, приставила к горлу нож и спокойно произнесла:

– Если ещё раз прикоснёшься ко мне без разрешения, в твоём теле появится лишняя дырка.

– Ладно, ладно, я понял и раскаиваюсь, – простонал Илис.

Девушка отпустила его и отступила в сторону. Илис выпрямился, потирая вывернутую руку. Послышались сдержанные смешки, но, зная силу парня, никто не рискнул посмеяться открыто.

– Мы можем подружиться, а можем стать врагами, – произнесла Лорри. – Что выберешь?

– Мы напарники и ссориться нам ни к чему, – ответил Илис, протягивая руку для приветствия. – Идём. Я познакомлю тебя с ребятами.

Говорил он обычным голосом, и вообще, стал нормальным парнем.

Лорри ответила на рукопожатие, и они направились к группе игроков. Здесь были представлены все государства северной части континента, а также несколько илларийцев и земляков девушки из Ландии. Когда Лорри перезнакомилась со всеми присутствующими, Илис накинул куртку и провёл напарницу по всему Аркхолу, показывая склады, конюшни, столовую, кухню (на ходу стащив кусок колбасы), прачечную и другие хозяйственные помещения. Все они располагались в большом двухэтажном здании, построенном в виде квадрата, во внутреннем дворе которого находился мощёный гранитными плитами плац.

После ознакомительного обхода Лорри отвела кобылку в конюшню и вернулась в свою комнату, уже вычищенную и прибранную: на кровати лежала чистая постель, на стене висел яркий плетёный коврик, стол покрывала льняная скатерть, на полу – плетёные циновки. Даже на окне висели хоть и старые, но чистые бархатные шторы.

До ужина девушка отдыхала, затем спустилась в столовую, где её поджидал Илис, держа рядом свободное место. Рабы разнесли еду, и некоторое время в большом помещении слышался лишь стук ложек и приглушенный говор нескольких десятков людей.

После ужина Илис пригласил девушку на небольшую прогулку по городу. Они отправились на набережные, где находились множество недорогих таверн. Парень привёл напарницу в одну из них: небольшой зал на несколько столиков, молодой хозяин и хорошенькая служанка, несколько подвыпивших рыбаков и пара приличного вида шлюх.

Илис подошёл к стойке, бросил серебряную монету и попросил:

– Аврад, сегодня со мной дама, поэтому дай что-нибудь приличное…

Хозяин с интересом взглянул на Лорри и усмехнулся:

– А когда ты был один? Ты всегда с дамой, каждый раз с другой… Это новая подружка? Она не похожа на других. Ты поменял пристрастия?

– Это мой новый напарник, приятель. Девушка очень строгая…

– Надеюсь, она не такая драчунья, как твой старый напарник, да примут Небеса его душу…

–Ха! Да эта крошка ещё хуже! – он понизил голос: – Скажу тебе по секрету: я её боюсь… Она легко может скрутить меня в бараний рог.

– Да ну?! – изумился хозяин, не зная, верить ли болтовне парня. – А с чего это наш добрый король начал набирать на службу девушек? Неужели, вы его так разочаровали?

– Это только первая пташка… Скоро их будет целая рота. Правда, Лорри?

– Возможно… – лаконично ответила девушка. Взяв кружку с лёгким пенистым сладким вином, она отошла к свободному столику. Отцепив от пояса меч и положив его на стол, осторожно присела на жёсткий трёхногий табурет.

Илис болтал с трактирщиком, попивая вино у стойки, а Лорри с ленивым любопытством посматривала вокруг.

Скрипнула входная дверь и в таверну вошёл моряк-ассвет гигантского роста и телосложения. Собранные на макушке в пучок жёлто-золотые волосы стягивала ярко-алая лента, светло-голубые глаза маслянисто поблёскивали, когда он окидывал помещение пристальным взглядом, и весь вид выражал силу, уверенность и наглость. Маленькие свинячьи глазки сразу заметили Лорри, и так и прикипели к её стройной фигуре. Девушка сидела в свободной позе – облокотившись спиной о стену и положив ноги на соседний табурет. Эти стройные длинные ножки в обтягивающих вязаных рейтузах привлекли особое внимание ассвета, и он уставился на них с пристальным интересом. Лорри не терпела столь откровенно-вожделенных взглядов, поэтому неприязненно поинтересовалась по-ассветски:

– На что уставился, приятель? Может, у меня выросли копыта?

Ассвет оторвал взгляд от ног и с удивлением взглянул в лицо девушки, словно увидел её впервые. Глазки его заблестели ещё больше. Дохнув пивным перегаром, ответил:

– Ты мне нравишься, детка…

– А ты мне нет, – отрезала Лорри и опустила ноги на пол, видя, что ассвет направляется к ней.

– Плевать! – нисколько не смутился моряк. – Мы можем хорошо провести время. Идём со мной.

– Эй, приятель, не приставай к моей девушке, – подал голос Илис, отклеиваясь от стойки. Ассвет даже не взглянул в его сторону, словно не услышал замечания сандийца. Хозяин застонал, предчувствуя погром и драку, и начал поспешно прятать бутылки с вином в специальный железный сундук. Лорри предостерегающе подняла руку:

– Не мешай, Илис. Я сама справлюсь.

Напарник пожал плечами и вернулся на своё место. В таверне наступила тишина, все взоры с любопытством уставились на ассвета и девушку. Лорри встала, отодвинула ногой табурет, чтобы не мешал, и стала перед ассветом. Она казалась тонкой тростинкой рядом с большим деревом.

– Ты мне не нравишься, приятель, поэтому советую тебе поменять галс и отвалить к чёртовой матери, – повторила девушка слова, которые когда-то слышала от одного моряка.

– Много болтаешь и всё не по делу, детка, – нахмурился ассвет. – Смотри, как бы я не укоротил твой острый язычок.

И он неожиданно выбросил руку, пытаясь схватить девушку за плечо. Но Лорри отпрыгнула назад, оказавшись вне досягаемости длинных рук гиганта, и приподнялась на носки. Руки её расслабленно висели вдоль тела, их покой обманул противника. Когда ассвет сделал шаг, пытаясь достать девушку, Лорри с силой выбросила вперёд ногу, и носком тяжёлого военного сапога с металлической подковкой на подошве, ударила противника в пах. Тот взвыл от нестерпимой боли. Илис, наблюдавший эту сцену, крякнул от удовольствия и цинично усмехнулся:

– Вот молодец!

Лорри даже слегка качнулась от силы собственного удара, но быстро восстановила равновесие и отступила шаг назад. Поманив стонущего гиганта ладонью, произнесла:

– Теперь твоя очередь, дружок.

Гигант распрямился. Его лицо перекосилось от боли и ярости, глаза налились кровью, а с губ слетело грязное ругательство. Вытянув руки, он бросился на девушку.

Лорри отпрыгнула в сторону и нанесла мощный рубящий удар по шее, проскальзывая мимо ассвета. Забияка хрюкнул и опустился на колени, а Лорри набросилась на него, как спущенный с цепи пёс. В ход пошло всё: руки, локти, колени и ноги. Она работала с холодной безжалостной жестокостью, пока противник не упал окончательно. И даже, когда он распростёрся на полу бесчувственной тушей, Лорри не успокоилась. Она ещё несколько раз пнула его по рёбрам и почкам, пока твёрдая рука Илиса не остановила её.

– Успокойся, крошка, – сказал парень. – Знай меру. Мы не на войне, и добивать противника не обязательно.

– Я немного увлеклась, – отдышавшись, ответила девушка. – Не люблю нахалов… Пошли отсюда. Этот чурбан портит весь вид и раздражает меня.

Они покинули таверну, оставив на полу бесчувственного ассвета, а также изумлённо разинувших рты зрителей.

Глава 3

На следующий день Лорри встала рано, как привыкла за долгие десять лет обучения. Сделав несколько энергичных упражнений, чтобы размять тело и разогреть мышцы, она спустилась в казарму. Илис только проснулся и ещё валялся в койке, зевая и почёсываясь. Подняв парня, Лорри предложила ему лёгкую пробежку вокруг квартала, на что тот с неохотой согласился. Конечно же, Лорри легко его обогнала, чем слегка расстроила. После пробежки они отправились на склад, где Лорри получила блестящий бронзовый шлём с плюмажем из чёрных перьев и длинный чёрный плащ с эмблемой городской стражи: красным взъерошенным ощерившимся псом в белом змееобразном круге.

– Из-за этой эмблемы и характера нашей работы горожане прозвали нас цепными псами короля, – иронично усмехнулся Илис, набрасывая на плечи девушки плащ. – Во время патрулирования он обязан быть на тебе, пусть под плащом ты будешь хоть голой… Хм, хотел бы я это увидеть… В свободное от службы время можешь ходить в чём хочешь.

После завтрака они отправились в приёмную лейтенанта, где уже собрались остальные патрульные, дежурящие в этот день. Лейтенант кратко напомнил им правила, пересыпая речь проклятиями и нелестными замечаниями в адрес подопечных, на которые никто, впрочем, не обращал внимания. Затем рассказал об обстановке в городе, посоветовал на то-то и то-то обратить внимание и прочитал приметы разыскиваемых преступников и беглых рабов. Когда инструктаж закончился, стражники дружной толпой, галдя и перебрасываясь шутками, направились в конюшню, расселись по лошадям, уже осёдланным и подготовленным грумами и конюхами, и попарно разъехались по участкам.

Участок Илиса и Лорри протянулся по улице Ткачей от виллы Маскуридов до сиротского приюта почти на пять кемов. Это была довольно мрачная улица – узкая, плохо мощёная, с обилием кабаков и пьяных бездельников, которые постоянно устраивали какие-то разборки, потасовки или приставали к прохожим. В высоком гребнистом шлёме, закрывавшем пол-лица, и тяжёлом шерстяном плаще, скрывавшем фигуру, Лорри мало чем отличалась от напарника, разве что размерами, больше подходившими юноше, чем зрелому мужчине. С правой стороны седла, закреплённая в специальной петле, торчала длинная увесистая дубинка из особого гибкого дерева – главное оружие стражника. Коротким мечом, висевшим на поясе, они пользовались крайне редко.

Всадники медленно ехали серединой улицы, из-под опущенных забрал поглядывая на узкие грязные тротуары, по которым проходили редкие прохожие, в основном подмастерья, рабы или домохозяйки с покупками.

День тянулся медленно. Солнце безжалостно нагревало шлёмы и чёрные плащи. Было невыносимо душно и жарко. Лорри сняла шлём и вытерла мокрое от пота лицо и шею. Они как раз проезжали мимо богатой виллы зажиточного торговца тканями. Забросив полы плаща за плечи, девушка расстегнула верхние крючки куртки, подставляя грудь под лёгкие прохладные струи северного ветра. Илис искоса посмотрел на напарницу, но воздержался от комментариев.

Подъехав к ближайшему кабаку, парень, не слезая с лошади, концом дубинки постучал в окно и сказал вышедшему на порог хозяину:

– Принеси две кружки холодного пивка.

Хозяин не удивился подобной просьбе, кивнул и исчез. Вернулся он через несколько минут, держа в каждой руке по глиняной кружке с тёмным пенистым напитком. Утолив жажду, Илис вернул кружку терпеливо ожидавшему кабатчику и поехал прочь. Лорри последовала его примеру, и, догнав, спросила:

– А плата?

– Во время дежурства угощение бесплатное, – усмехнулся Илис. – Позже мы сможем перекусить, а потом и пообедать.

– А как относятся к этому кабатчики?

– Если бы не мы, их вонючие забегаловки давно бы уже разнесли по камушку. Мы их защищаем от пьяных драк и «сборщиков податей», они нас, в благодарность, поят и кормят.

– Кто такие «сборщики податей»?

– Некоторые умники, которые требуют от хозяев заведений определённую плату за то, что «оберегают» от ночных воров и грабителей.

– И те платят?

– В основном, да. Но последнее время сборщиков развелось слишком много, и хозяева пожаловались Супериору. И тот приказал навести на улицах порядок. На той неделе я лично отрубил одному такому «сборщику» правую руку, чтобы неповадно было протягивать её за чужими деньгами.

– Разве это разрешено?

– Если нарушитель взял в руки оружие и поднял его на королевского гвардейца – а мы тоже к ним относимся – последний может укоротить его на голову без вмешательства судьи и помощи палача.

– Это мне нравится, – усмехнулась девушка.

– Но в остальных случаях, если он запустил тебе в голову камнем, например, ты можешь лишь сломать ему пару рёбер своей дубинкой. Потому, надень, лучше, шлём – бывали случаи, что в стражников бросали камни просто так, без всякого повода.

Лорри натянула на голову шлём и опустила забрало, защищавшее глаза и нос.

– Так ты выглядишь не так соблазнительно и не отвлекаешь меня от работы, – насмешливо оскалился Илис.

До обеда они успели проехаться по участку туда и обратно два раза. Пообедали в одной из таверн – наиболее респектабельной на этой улице – с обшитыми деревянными панелями стенами и вычурными бронзовыми светильниками, с уютными зашторенными нишами на двоих и приличной кухней.

Еда была горячей, вкусной и сытной, вино свежим и в меру холодным. Обслуживала их симпатичная девчушка, бросавшая на Лорри кокетливые взгляды, пока та не сняла шлём и не сбросила с плеч опостылевший плащ. А когда она увидела на её предплечьях знакомые татуировки, то разочарование и удивление в её глазах сменились уважением и даже некоторой боязнью.

После обильного сытного обеда в прохладном полутёмном помещении, так не хотелось выходить на душную, залитую палящим солнцем улицу. Но служба есть служба. Сев в обжигающее зад седло, Лорри вновь забросила полы плаща за спину и расстегнула куртку, дав свободу своей не такой уж маленькой груди. Илис лишь тяжело вздыхал, бросая на девушку косые взгляды.

Ближе к вечеру служба пошла веселей. Возле одного из кабаков несколько пьяных мужчин с упоением тузили друг друга, и только жёсткие хлёсткие удары дубинок, ног Лорри и копыт коня Илиса смогли несколько охладить их пыл и разогнать по домам. Осыпав стражников всеми известными им проклятиями, пьянчужки разошлись.

Не успели патрульные отъехать от кабака на несколько десятков меров, как навстречу им с визгом выскочила женщина, за которой гнался муж, размахивая топором. Буяна связали и доставили в ближайший судебный дом, где держали мелких хулиганов и воришек. Ещё через некоторое время они наткнулись на бесчувственное тело, лежавшее поперёк дороги. Илис спешился и ногой перевернул лежащего. Тело оказалось не мертвецом, а уснувшим на полпути пьяницей. Стражник за шиворот отволок его на тротуар и уложил в тени чьего-то забора. После этого на некоторое время наступила передышка.

Через пару часов они вновь наткнулись на драку. Два подвыпивших наёмника выясняли отношения на мечах. Вокруг собралась толпа зевак, подбадривавших драчунов азартными криками. Приблизившись, Илис зычно произнёс:

– Опустить оружие!

Наёмники и ухом не повели, но зрители, завидев стражников, начали поспешно расходиться. Медлительных и нерасторопных подгоняли ударами дубинок по плечам, и вскоре возле драчунов не осталось ни души. Тогда Илис вновь приказал им прекратить поединок. Наёмники опустили мечи и уставились на стражников налитыми кровью глазами.

– Не мешай нам, не видишь, мы делом заняты, – огрызнулся один из стражников.

– Поединки чести проводятся на Дуэльной площади. В любом другом месте вооружённая схватка считается дракой и наказывается тюремным заключением на десять дней, – процитировал Илис Городской Устав. – Приказываю вложить мечи в ножны, или мы вас арестуем.

Наёмники переглянулись и обменялись какими-то знаками. Краем глаза Лорри заметила, что Илис быстро сунул дубинку в гнездо, и его рука потянулась к мечу.

В тот же миг наёмники набросились на стражников. Илис мгновенно оказался на земле с обнажённым клинком в руках, а его опытный конь отбежал в сторону и остановился неподалёку, но на безопасном расстоянии.

Лорри, не ожидавшая наглого нападения, на миг замешкалась, и этого времени наёмнику хватило, чтобы приблизиться к всаднице на расстояние удара и нанести кобылке девушки глубокую рану в шею. Несчастное животное с пронзительным воплем боли взвилось на дыбы. Но опытная наездница не упала на землю, как рассчитывал нападающий, а спрыгнула, на ходу обнажая меч. Слегка великоватый для её прекрасной головки шлём при этом слетел, обнажив чудесные кудрявые волосы, которые рассыпались по плечам, покрыв их медно-рыжим руном.

– Ха! Баба! – изумлённо воскликнул наёмник, выпучив от удивления глаза.

Лорри воспользовалась его временным замешательством и ринулась в атаку. Небольшой лёгкий меч, описав полукруг, врезался в правую руку наёмника, нанеся ему глубокую рану. Из уст раненого вылетело замысловатое ругательство, но он не растерялся и перебросил меч в левую руку. Но не успел им воспользоваться. Лорри двигалась так быстро, что за ней трудно было уследить. Пока наёмник поднимал оружие, готовясь к защите, Лорри нырнула вперёд, и лезвие её меча вошло в тело противника как раз между четвёртым и пятым ребром, выйдя из спины, проткнув тело, словно горячий нож масло. Из горла наёмника вырвался хрип, из уголка рта побежала струйка крови, колени подогнулись и он упал набок. Выдернув меч, Лорри отступила в сторону.

Удостоверившись, что противник недееспособен, девушка повернулась к напарнику. Илис методично рубился, и, казалось, это действие доставляет ему удовольствие. Было видно, что его противник изнемогает, а стражник чувствовал себя превосходно.

– Помочь? – на всякий случай спросила Лорри.

– Спасибо, крошка, отдыхай, – ответил Илис, скаля зубы в довольной улыбке. – Я ещё немножко разомнусь, а то засиделся в седле.

Лорри подобрала шлём и пошла на поиски кобылы, которая умчалась куда-то.

Вскоре она её увидела. Её вёл в поводу чумазый мальчишка. Увидев стражника, он раскрыл в приветливой улыбке щербатый рот и спросил:

– Это ваша лошадь, господин?

– Да.

– Я поймал её, когда она мчалась, будто за ней гналась стая голодных волков.

– Её ранили.

– Да, я заметил…

– Спасибо, что поймал её.

– Поверьте, это было очень трудно…

– Верю.

– Она пёрла, как буйвол, выпучив зенки, и едва не затоптала меня!

– Да ты что?! – притворно изумилась девушка.

– Но я отпрыгнул в сторону и хвать её за повод!.. – гордо надул узкую грудь мальчишка. – Она протащила меня за собой почти полкварта! Я еле удержал её!.. Это было так тяжко, так трудно…

– И во сколько ты оцениваешь свой труд?

– Один серебряный таскер, господин…

– А не дорого?

– Ваша лошадь чуть не затоптала меня!..

– Я верю. Но у меня нет при себе денег. Приходи вечером в казармы в подразделение лейтенанта Маттса и спроси Лорри Грасс. Я отдам тебе деньги.

Мальчишка окинул девушку скептическим взглядом и сказал:

– Лорри Грасс? Это кто такая? Ваша рабыня, господин?

– Это я сама, глупец! – и Лорри сняла шлём. Мальчишка удивлённо присвистнул.

– А вы не обманете меня, госпожа?

Лорри отбросила полу плаща и показала татуировку.

– «Меченые» никогда не нарушают данных обещаний.

– Я знаю, госпожа. Я приду вечером, госпожа. Вот ваша лошадь, госпожа. Если вы хотите, я сам отведу её в казармы и отдам лекарю, – с уважением в голосе произнёс мальчишка.

– Веди, – согласилась девушка.

Она забрала дубинку и вернулась к Илису, который уже расправился со своим противником.

– Где ты бродишь? – спросил он, очищая лезвие меча и пряча его в ножны.

– Искала лошадь.

– Не нашла?

– Нашла. Мальчишка повёл в казармы, она ранена.

– Сильно?

– Не очень. Думаю, коновал сможет ей помочь.

– Если сдохнет – не страшно. Король даст тебе другую, взамен погибшей.

– До конца дежурства ещё четыре часа. Вернёмся в казарму за новой лошадью или додежурим пешком?

– Лучше плохо ехать, чем хорошо идти… Если бы оставалось полчаса, я бы не отказался пройтись. Но ходить четыре часа – нет, благодарю.

Девушка вскочила на жеребца Илиса позади седла, и они поскакали к казармам, обогнав по дороге медленно бредущего мальчишку с раненой кобылкой Лорри.

Получив в казарме свежую лошадь и предупредив коновала о раненой кобыле, патрульные вновь проследовали на свой участок, по дороге заехав в судебный дом, чтобы доложить о двух мертвецах. Их подберёт специальная команда и доставит в Корпус наёмников, который обязан их похоронить.

Остаток дежурства прошёл без приключений, если не считать двух пьяных, перегородивших улицу и оравших непристойные песни, и бездомного мальчишки, стащившего у мясника кусок колбасы. Пьяные, после увещевания при помощи дубинок, согласились умолкнуть и разойтись по домам, а мальчишку Илис, для приличия, потрепал за шиворот и отпустил, посоветовав в следующий раз не попадаться.

В казармы Лорри вернулась утомленная не столько физически, сколько морально. У ворот она увидела мальчишку, который позаботился о её раненой лошади. Кивнув ему, девушка провела его в свою комнату и вручила серебряную монету в один таскер. Когда довольный мальчишка убежал, Лорри, сбросив осточертевшие за день плащ и шлём, прошла в канцелярию, где уже сидел Илис, докладывая писарю о событиях прошедшего дня. Тот, высунув от напряжения кончик языка, проворно водил пером по бумаге. Доклад патрульного был краток и лаконичен, содержал только основные факты и не занял много времени.

Когда они покинули канцелярию и направлялись в столовую, куда уже сходились дневные патрульные, Илис спросил:

– Чем думаешь заняться вечером?

– Сном и отдыхом.

– Неужели устала?

– Есть немножко…

– Это с непривычки. Предлагаю пройтись на Набережные – это лучший отдых после трудового дня.

– Спасибо. Но меня уже тошнит от пьяных рож и потасовок. Я лучше побуду одна в тихой прохладной комнате…

– Да, тебе хорошо, – с долей зависти произнёс напарник. – Отдельная комната, тишина и уют. А в казарме столько же тишины, как на рыночной площади в базарный день. Не отдохнёшь ни днём, ни ночью.

– Если бы ты был девушкой, я бы пригласила тебя в гости и уступила часть своей койки, – с улыбкой ответила Лорри. – А так… Уж извини, ничем помочь не могу.

– Да я лучше любой девушки! Только позови – и я вмиг тебе это докажу!

– Знаю я твои доказательства! Нет уж, спи в казарме, – не поддержала игривого тона товарища девушка.

– Да я шучу! – похлопал её по плечу парень. – А ты уж сразу и наёжилась… Какая ты неприступная! Трудненько придётся нашему капитану… – улыбнулся парень.

– А при чём здесь капитан Рокан? – насторожилась Лорри.

– Ну как же… Отдельная комната, лучшее подразделение… Наш капитан просто так даже не чихнёт! Понятно и барану, что он имеет на тебя виды.

Лорри задумчиво посмотрела на напарника и неожиданно спросила:

– Значит, если бы я пригласила тебя к себе на ночь, ты бы не пришёл?

– Ну… – замялся парень. – Я, конечно, люблю женщин, да и ты мне нравишься… Но служба мне дороже.

– Боишься капитана?

– Капитан Рокан не тот человек, с которым стоит ссориться… У него крутой нрав и долгая память. А мне нравится служба и деньги, которые мне платят. Это гораздо лучше, чем служить наёмником у какого-нибудь вельможи… Это стабильно и престижно. Ещё пара лет – и я смогу жениться и завести свой дом.

– Я считала тебя более легкомысленным…

– Ты знаешь меня только два дня. Как можно судить о человеке за такое короткое время?

– Надеюсь, у меня будет время узнать тебя получше.

– Я тоже на это надеюсь, – с каким-то непонятным чувством произнёс сандиец.

После ужина девушка проведала раненную кобылку и угостила её корочкой хлеба с солью. Вернувшись в комнату, взяла полотенце и чистую одежду и спустилась в бани, где с удовольствием вымылась в горячей воде.

Когда Лорри вновь вернулась в свою комнату, то увидела, что в ней кто-то побывал: на столе стояло широкое серебряное блюдо, на котором лежали разнообразные сладости и стояла бутылка дорогого илларийского вина. Лорри несколько минут в задумчивости рассматривала это неожиданное подношение, когда в дверь негромко постучали.

– Открыто, – ответила она, поворачиваясь.

Конечно же, это был он – улыбающийся и довольный, словно сытый кот после весенней прогулки по крышам – капитан Рокан собственной персоной: щеголеватый костюм из тёмно-красного бархата и тонкой мягкой замши, позолоченные ножны на расшитой золотыми нитями перевязи, высокие, начищенные до блеска, сапоги. Благоухающий дорогими ароматами, словно любимая наложница алмостского короля. Лорри не могла поверить, что весь этот блеск, шик и красота предназначены ей.

– Вы выглядите просто потрясающе, господин капитан, – нисколько не лукавя, произнесла девушка. – Собрались на приём к королю?

– Нет… К королеве… – Девушка удивлённо вскинула брови. – К королеве корпуса стражников… Кхм… – попытался любезно улыбнуться. Было видно, что капитан несколько смущён, и это тоже озадачило девушку. – Иногда хочется красиво одеться. Эти грубые военные мундиры мне уже надоели… А как тебе понравилось моё угощение?

– А это ваше? – указала Лорри на блюдо. – Я не успела попробовать.

– Так, может, попробуем вместе?

– Проходите, садитесь… А какой сегодня праздник?

– Ваше первое дежурство на вашей первой службе. С этого дня вы уже не «птенчик», а полноправный собрат «меченый». Кстати, наслышан о ваших подвигах. В первый же день – убийство наёмника.

– Он напал первым.

– Да-да, конечно… Это не упрёк, скорее – похвала. Корпус наёмников совсем распустил своих людей. Я обязательно доложу об этом Супериору… Впрочем, оставим служебные дела. Почему бы нам не поговорить о чём-либо более приятном?

– Например?

– Например, о вас. Вы такая красивая девушка… Расскажите, как вы попали в крепость Святой Лианны и почему выбрали это необычное ремесло? Я слышал, обучение в Школе Меченосцев стоит больших денег…

– И да, и нет.

– То есть?

Лорри взобралась на кровать и уселась, подобрав под себя ноги. За бутылкой вина, которую любезно откупорил капитан, она поведала ему историю Школы Меченосцев, свою собственную историю, и рассказала о правилах и обычаях Школы.

Капитан слушал девушку, не перебивая, и удивление в его глазах сменялось разочарованием. Когда Лорри закончила, капитан не казался таким любезным, как в начале. Он сник и вновь стал холодным и отчуждённым, как в первую минуту их встречи. Поспешно попрощавшись, покинул девушку, оставив её в некотором недоумении. После его ухода осталось ещё немного вина и сладостей, которые Лорри с удовольствием прикончила в гордом одиночестве.

Глава 4

Быстро прошёл учебный месяц, и Лорри с Илисом стали постоянной парой. Несмотря на кажущуюся легкомысленность, сандиец был надёжным напарником и опытным воином.

Вскоре напарники понимали друг друга с полуслова, и между ними завязалась настоящая дружба, несмотря на постоянные попытки парня склонить подругу к более близким и тесным отношениям, особенно после того, как узнал, что капитан больше не покровительствует ландийке.

Однажды, вернувшись после очередного дежурства, Лорри обнаружила у своей двери плотный свёрток, перевязанный шёлковым шнурком и запечатанный восковой печатью с изображением какой-то птицы, держащей в когтистых лапах веретено и ткацкий челнок. Подобрав свёрток, она, превозмогая любопытство, бросила его на кровать, взяла чистое бельё и отправилась в бани. Когда вернулась, увидела возле двери нетерпеливо топтавшегося раба. В Корпусе было несколько рабов: на кухне, в банях, на конюшне и личные, принадлежащие офицерам. Всех их Лорри уже знала в лицо, но этот пожилой, хорошо одетый, раб с серебряным ошейником, был ей незнаком.

Увидев девушку, он вежливо поклонился.

– Ты меня ждёшь? – спросила Лорри.

– Да, госпожа… Ведь вы – женщина-стражница?

– Да, это я.

– Мой господин прислала вам подарок. Я положил его у двери. Вы получили его?

– Получила, но ещё не смотрела.

– Мой господин просил узнать ваше имя.

– Лорри Грасс. Что ещё?

– Всё, госпожа. Благодарю, госпожа. С вашего позволения, я пойду.

– Не позволяю… Кто твой господин?

– Он приказал не называть его имя.

– Каков, тогда, его статус?

– Он купец из гильдии ткачей.

– Он живёт на улице Ткачей?

– Да, госпожа.

– На моём участке?

– Не знаю, госпожа… Прошу вас, госпожа, отпустите меня! Мой хозяин отрежет мне язык за излишнюю болтливость, – взмолился раб.

– Ну ладно… Как твоё имя?

– Моис, госпожа.

– Почему твой хозяин решил сделать мне подарок?

– Я ничего не знаю, госпожа. Хозяин сказал: «Отнеси это женщине-стражнице и узнай её имя, не называя моего». Это всё госпожа, больше я ничего не знаю.

Лорри протянула руку и схватила раба за худую шею. Слегка сжав пальцы, она произнесла:

– Если я пожелаю, ты мне расскажешь всё – и что знаешь, и чего не знаешь… – она разжала пальцы и отпустила перепуганного раба. – Но я не буду тебя допрашивать. Пусть пока всё будет так, как хочет твой хозяин. Поиграем в кошки-мышки. Но передай ему, что я не принимаю подарков от таинственных незнакомцев. Сделаю исключение только для этого случая… И скажи своему хозяину, что если ему от меня что-то нужно – пусть придёт сам и скажет, что ему надо. А я отвечу «да» или «нет». Всё запомнил?

– Да, госпожа…

– Тогда ступай.

Моис поспешно удалился, на ходу потирая шею.

Лорри закрылась на засов и взяла свёрток. Повертев его в руках, снова внимательно осмотрела и сломала печать. Развязав шнурок, она развернула свёрток.

Внутри лежала пара расшитых золотом туфелек из мягкой кожи, узкие шёлковые брючки, украшенные яркой вышивкой, длинная туника, вышитая по горловине и подолу сложным узором из мелкого речного жемчуга. А на самом низу лежал аккуратно сложенный длинный атласный тёмно-алый плащ с высоким жёстким бархатным воротником, закрывавшим пол-лица, и с мягким широким капюшоном. Плащ украшала великолепная золотая застёжка в виде плоской розы, усыпанной мелкими драгоценными камнями.

Такой прекрасный наряд могла носить дочь вельможи или богатого купца. Мягкий, гладкий, бежево-розовый шёлк туники и брючек нежно ласкал пальцы, отсвечивая в жёлтом пламени свечи бледным золотистым светом. Лорри, которая за всю свою недолгую жизнь носила лишь жалкие лохмотья или простые ученические костюмы, а теперь жесткую форму стражника, смотрела на эту роскошь с чисто женским восхищением и душевным трепетом. Ей очень хотелось надеть всё это и показаться кому-нибудь, но в то же время она опасалась, что будет выглядеть смешно и неуклюже в непривычной для себя одежде.

Но, конечно же, девушка не могла не примерить такую красоту. Сбросив повседневную одежду, она осторожно облачилась в обновки. Мягкий шёлк нежно ласкал тело, туфельки казались невесомыми и приятно облегали ногу. Закутавшись в плащ, Лорри прошлась по комнате, прислушиваясь к мягкому шелесту атласа и поскрипыванию новой кожи, вдыхая лёгкий цветочный аромат, исходивший от одежды. Она так увлеклась самолюбованием, что невольно вздрогнула, когда раздался стук в дверь.

– Кто там? – настороженно спросила она.

– Это я, твой лучший друг и, возможно, будущий любовник! – послышался бодрый и насмешливый голос Илиса.

– И что тебе надо, старый развратник? – в тон ему ответила девушка.

– Пришёл тебя соблазнить.

Лорри хотела съязвить, типа, соблазнялка не доросла, но потом передумала и молча открыла дверь. Увидев в полумраке комнаты благородную даму, Илис не узнал напарницу, и, пробормотав «Простите, сударыня…», отступил шаг назад. Лорри протянула руку и втащила его в комнату.

– Так ты настроен серьезно или шутишь? – спросила она.

Потерявший дар речи Илис безмолвно взирал на подругу, пожирая её восхищённым взглядом. Наконец, у него прорезался голос, и он пробормотал:

– Это ты, Лорри, или я сплю, и ты мне снишься?

Девушка сбросила плащ и повернулась вокруг оси.

– Ну, как? Как я выгляжу? – игриво спросила она. – Мне это идёт?

– Идёт? Да ты выглядишь потрясающе! Ты кого-то ограбила?

– Нет, это подарок.

– Капитан расщедрился? – нахмурился Илис.

– Не угадал.

– Неужели, лейтенант? – изумился парень.

– Нет.

– Кто-то из стражников? Не поверю – эти тряпки стоят целое состояние.

– Таинственный поклонник с улицы Ткачей.

– Хмм… С нашего участка?

– Думаю, да.

– Та-ак… – протянул Илис, задумчиво почёсывая переносицу. – Там находятся семь вилл, в которых живут староста картеля, его сын, три купца, вдова капитана и торговец древесиной. Старосту и вдову отбрасываем сразу, остаются пятеро…

– Он купец – это всё, что я знаю.

– Купец? Хм… Их я не знаю. Они редко бывают дома, я ни разу не видел ни одного. Вилла Уотлиг, вилла Мальк и вилла Алисис. Который же из них на тебя запал?

– Возможно, скоро узнаем… Лучше скажи, имею ли я право принимать подарки от незнакомцев?

– Это твоё личное дело… Но ты ведь понимаешь, что подарки просто так не дарятся… Твоему таинственному незнакомцу что-то от тебя нужно, и я догадываюсь, что…

– Да ладно, не бери в голову!.. Зачем пришёл?

– Я так обалдел от твоего вида, что чуть не забыл… У Андиса сегодня день рождения и он приглашает близких друзей. Меня и тебя соответственно, так как друзья моих друзей – мои друзья. Завтра свободный день, пойдём со мной!

Лорри минутку подумала и согласилась.

– В этом виде? – с надеждой в голосе спросил Илис.

Лорри ещё раз окинула себя внимательным взглядом и вздохнула.

– Нет, конечно. Этот наряд не для пьяной компании. Иди, а я переоденусь и спущусь через несколько минут.

Илис открыл дверь и, оглянувшись через плечо, пробормотал с тяжким вздохом:

– Твой божественный вид теперь не даст мне спокойно спать ближайшие три ночи…

– И не надейся, я всё равно не стану петь тебе колыбельные, укачивая на своей груди!

– Твоя грудь… О ней я мечтаю и днём, и ночью…

– Иди уже, пока я не швырнула в тебя что-нибудь тяжёлое!

«День рождения» Андиса, а проще, дружеская попойка за счёт именинника, прошло шумно, весело и затянулась далеко за полночь. Лорри, единственная представительница своего пола, находилась в центре внимания, и все присутствующие весь вечер флиртовали с девушкой, впрочем, не выходя за рамки приличия, даже изрядно хлебнув. Их пыл и подогретую вином страсть сдерживали грозные взгляды Илиса и татуировки на плечах девушки. Илис, радуясь халяве, набрался по самое дальше некуда, и девушке пришлось едва ли не нести его в казарму. Уложив приятеля в койку, она поднялась к себе и тоже легла спать.

На следующий день болела голова, и чувствовала она себя просто отвратительно. Лорри поклялась, что больше никогда не будет участвовать ни в каких попойках, особенно солдатских.

Глава 5

Прошло несколько дней. Лорри отдыхала после ночного дежурства, когда её чуткий сон потревожил осторожный стук в дверь.

– Кто там? – сонно отозвалась девушка.

В ответ – тишина.

– Это ты, Илис? – недовольно спросила Лорри.

В дверь снова тихонько постучали.

Лорри рывком встала, набросила на плечи плащ и пошла к двери. Снаружи послышалась лёгкая возня и быстрый топот убегающих ног. Лорри отодвинула засов, толкнула дверь и прижалась к стене. Скрипнув, дверь приоткрылась, но никто не вошёл. Снаружи не доносилось ни звука, и девушка осторожно выглянула. Коридор был пуст, а возле её порога стояла небольшая резная шкатулка, инкрустированная перламутром и эмалью. Лорри подобрала шкатулку и закрыла дверь. Поставив её на стол, попробовала откинуть крышку, но шкатулка оказалась запертой. Осмотрев замок, девушка увидела хитроумную застёжку в виде плоской розы, подобную застёжке на атласном плаще. Открыв её, она откинула крышку. Когда содержимое презента предстало перед её взором, из груди девушки невольно вырвался изумлённый вздох.

В шкатулке лежали женские украшения: пара широких золотых браслетов для рук, пара золотых серёжек с длинными овальными нежно-розовыми жемчужинами, золотая заколка для волос, тоже украшенная жемчугом, черепаховый гребень, выложенный мелкими драгоценными камнями, целая горсть разнообразных колец и перстней с полудрагоценными, но очень красивыми камнями, и длинная нить крупного розового жемчуга.

Налюбовавшись украшениями, Лорри закрыла шкатулку и спрятала её на дно сундучка с личными вещами, положив рядом с предыдущим подарком незнакомца.

Прошло ещё несколько дней. Вернувшись с очередного дежурства, Лорри снова обнаружила возле двери подарок – небольшую деревянную коробочку, разрисованную миниатюрной росписью и покрытую тёмным лаком. В ней оказался набор духов и благовоний. Этот подарок лёг рядом с двумя предыдущими.

Таинственный даритель всё больше и больше интриговал девушку. Ей не терпелось узнать, кто он и чего хочет взамен даров.

Однажды девушка встретила знакомого мальчишку, поймавшего её раненую лошадь в первый день патрулирования. Подозвав его к себе, она спросила:

– Хочешь заработать ещё один таскер?

– Конечно, госпожа! – обрадовался мальчишка. – Что нужно сделать?

– Ты живёшь на этой улице?

– Да.

– И знаешь всех вельмож, живущих на этом участке?

– Да.

– Знаешь ли ты раба по имени Моис? – и Лорри подробно описала его внешность.

– Я его не знаю, но видел несколько раз.

– Я хочу знать, кто его хозяин. Сможешь это узнать?

– Конечно, госпожа!

– Назовёшь его имя и получишь серебряный таскер.

– Я узнаю его, госпожа, – пообещал мальчишка и побежал вприпрыжку по улице.

Прошло два дня. Выехав на очередное дежурство, девушка заметила у ворот нетерпеливо поджидавшего её паренька. Увидев Лорри, он бросился к ней и воскликнул:

– Я узнал имя, госпожа! Это мастер Латчер, он живёт на вилле «Жемчужная». Он купец-судовладелец. Это очень богатый господин. Говорят, своё богатство он заработал не торговлей, а пиратством… – добавил он, понизив голос.

– Это правда?

– Ну… Ходят такие слухи.

– Ты его видел? Он старый, молодой?

– Уже старик. Ему лет сорок. Он очень странный – днём сидит дома, а в город выходит по вечерам, возвращаясь лишь под утро. Одни говорят, что он кутила, другие, что предводитель «сборщиков податей». Болтают всякое, но никто не знает правды.

– Он женат? У него есть дети?

– Нет, он живёт один. На вилле только несколько рабов и рабынь. Моис – его правая рука, доверенный раб, фаворит и любимец.

– Что ты ещё узнал?

– Это всё, госпожа.

– Ты сделал даже больше, чем я просила. Молодец. Ты честно заработал свой таскер, и даже больше. Держи! – девушка бросила мальчику две серебряные монеты.

– Спасибо, госпожа! Да пошлют боги вам счастье и удачу! – обрадовался мальчишка. – Если вам понадобится ещё что-нибудь, обращайтесь ко мне, я выполню любое ваше задание!

– Не сомневаюсь, – улыбнулась девушка.

Она оставила довольного щедростью «меченой» мальчика и догнала уехавшего вперёд напарника.

– Стеф Латчер, знаю такого, – кивнул Илис, когда Лорри передала ему рассказ мальчишки. – Да, ходили слухи, что его богатство от морского разбоя, но никто этого не знает наверняка. Гуляет по ночам? Так и мы с тобой гуляем по ночам. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы пройтись сегодня Набережной?

– Нет желания. Гуляй без меня.

– Ну, как хочешь…

Проезжая мимо виллы «Жемчужная», Лорри окинула её внимательным взглядом: высокая глухая стена, из-за которой выглядывала зелень сада, запертые ворота. В глубине виднелся второй этаж жилого дома с длинным, опоясывающим его балконом. Весь облик вилы говорил о богатстве и уверенности: кованые бронзовые ворота, украшенные гербом и барельефом, мощная стена, сложенная из тёсаных гранитных разноцветных глыб, причудливая архитектура дома, отдалённо напоминающая миниатюрный замок.

– Неплохо живёт мастер Латчер… – пробормотала девушка. – Интересно, что ему нужно от простого стражника Лорри Грасс?

– То же, что и подавляющей части нашего корпуса, – оскалился в улыбке Илис.

– Я, конечно, уверена в своей неотразимости, но не кажется ли тебе, что со своим богатством он мог бы купить самую прекрасную наложницу в мире? Белокожую, золотоволосую, нежную и покладистую, искусную в любви и покорную всем его прихотям?

– А может, он из тех людей, которые любят срывать плоды с самых высоких и недоступных ветвей? – философски заметил Илис.

Глава 6

Прошло ещё несколько дней. Латчер прислал новый подарок – породистого белоснежного коня в полной сбруе: с мягким седлом из дорогой кожи, украшенной серебром уздечкой и с бархатной попоной. Илис и Лорри как раз возвращались после ночного дежурства, когда увидели столпившихся во дворе стражников, окруживших благородное животное. Конь спокойно стоял, гордо вскинув прекрасную голову с большими выпуклыми иссиня-фиолетовыми глазами, и только поводил тревожно ушами.

– Ого! – воскликнул Илис, подъезжая. – Чей это красавец?

– Твоей напарницы, – ответил один из стражников.

– Лорри? – ещё больше удивился парень.

– Да, это прислал благодарный гражданин… Интересно, за какие заслуги?

Лорри спешилась и протолкалась через толпу. Коня держал за уздечку мальчик-раб.

– Чей конь? – спросила она.

– Это подарок стражнику Лорри Грасс от благодарного гражданина, – протараторил мальчик заученную фразу.

– Ну, я Лорри Грасс, – и девушка сняла шлём. – Как имя этого благодарного гражданина?

– Благодарный гражданин… – немного растерялся мальчик.

– Послушай, малыш, если не хочешь, чтобы я свернула тебе шею, немедленно скажи, кто прислал это животное! – с угрозой произнесла девушка.

– Я не знаю, госпожа! – испуганно пролепетал мальчик. – Мой хозяин вручил мне эту лошадь, велел отвести её в Корпус стражников и сказать, что это подарок стражнику Лорри Грасс от благодарного гражданина…

– Ну, а кто твой хозяин?

– Торговец лошадьми мастер Гери.

– И ты не знаешь, кто купил этого коня?

– Нет, госпожа!

– Ладно, можешь идти… Передай своему хозяину, что Лорри Грасс приняла подарок.

Мальчик передал ей уздечку и с облегчением выбрался из толпы.

Проезжая следующей ночью мимо виллы Летчера, Лорри сказала Илису:

– Подарки идут по нарастающей. Сначала одежда, потом драгоценности, затем дорогие благовония, теперь породистый конь. Я обошлась ему в кругленькую сумму. Любопытно, что он пришлёт на этот раз? Дарственную на собственный дом? Что же он хочет получить за такие деньги? Потребует убить Супериора или самого короля?

– Прикуси язык и не говори такого вслух никогда… А то не успеешь оглянуться – как окажешься на дне озера с камнем на шее, – встревожено произнёс напарник.

– Почему? – удивилась девушка.

– У сатского короля есть не только Национальная Гвардия и Корпус Стражи, но и Тайная Полиция, служащие которой имеют большие уши и всевидящие глаза. Вроде бы, никто тебя не видел и не слышал, а на следующий день двое гвардейцев с метками на руках – не в обиду тебе будь сказано – скрутят тебе руки и уведут в Тайную канцелярию, откуда редко кто возвращается живым или здоровым.

– Да что ты говоришь… Надеюсь, ты не донесёшь на меня, ведь я очень люблю Его Величество и нашего доблестного Супериора, – недоверчиво усмехнулась Лорри.

– Ну… Если ты меня хорошенько попросишь… – лукаво улыбнулся Илис.

Прошло довольно много времени, а от «благодарного гражданина» больше не поступало никаких подарков. Лорри даже немного обиделась. Неужели он в ней разочаровался? Или нашёл другую пассию?

Но вот однажды вечером, в один из выходных дней, когда на улице уже стемнело, и Лорри, при свете свечи, чинила одежду, раздался тихий стук в дверь.

– Открыто, – отозвалась девушка.

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул незнакомый мальчик-раб. Юный, очень красивый, в добротной нарядной одежде. Вопросительно посмотрев на девушку, он спросил:

– Госпожа Лорри Грасс?

– Да, это я.

Мальчик переступил порог, учтиво поклонился и вежливо произнёс:

– Я принёс вам письмо, госпожа Лорри Грасс.

– Ну, неси его сюда, раз принёс, – ответила девушка, не вставая.

Раб приблизился и с поклоном передал ей свиток, запечатанный уже знакомой девушке печатью. Лорри сломала её и развернула листок. По дорогой белой бумаге бежали ровные строчки, написанные красивым вычурным почерком: «Достопочтимая госпожа! Нижайше прошу вас почтить меня своим вниманием. Раб, с которым придёт это письмо, проводит вас к месту, где я буду с нетерпением ждать нашей встречи. С глубочайшим почтением ваш таинственный друг».

– Кто послал это письмо? – спросила девушка, уставившись на мальчишку грозным взглядом.

– Мой хозяин.

– Как зовут твоего хозяина?

– Капитан Братер.

– А может быть Латчер?

– Нет, его зовут капитан Братер.

– Ладно… Подожди меня за дверью.

Мальчик поклонился и вышел.

Лорри переоделась в новую праздничную одежду, которую купила совсем недавно – мягкие тонкие рейтузы, бархатный камзол, узкий серебряный пояс, к которому прицепила ножны с небольшим стилетом и «айосцем» – короткой саблей-мечом, прекрасным оружием для драки в тесном помещении и для ближнего боя. На плечи накинула лёгкий шёлковый тёмно-синий плащ с капюшоном, а на ноги обула короткие сапожки на толстой кожаной подошве. Затушив свечу, покинула комнату и последовала за поспешившим вперёд мальчишкой.

Они вышли за ворота казарм, где часовые, узнав девушку, пожелали ей приятного отдыха и добавили пару непристойных выражений. Повернув в сторону Набережных, мальчик повёл её по тёмным улицам и переулкам с такой лёгкостью и уверенностью, словно видел в темноте.

Через полчаса они вышли на Рыбный рынок – самый большой рынок в городе. Здесь мальчик подошёл к дверям харчевни, на вывеске которой красовался зубастый морской змей, и повернулся к девушке.

– Прошу сюда, госпожа, – произнёс он впервые за всю дорогу.

Открыв дверь, он первым вошёл в помещение. Лорри последовала за ним, на всякий случай, откинув полы плаща, чтобы, в случае чего, легко обнажить оружие, и, сбросив капюшон, чтобы тот не сполз на лицо во время схватки.

Внутри было немноголюдно. Несколько рыбаков пили пиво, перекидываясь в кости. На вошедших никто не обратил внимания.

Мальчик минул зал и вошёл в узкую дверь за кухней. Лорри вошла следом и оказалась в небольшой комнатке, в которой, кроме неё и мальчика, находились знакомый раб по имени Моис и высокий широкоплечий мужчина лет тридцати пяти-сорока, красиво и со вкусом одетый, с длинными светлыми волосами, зачёсанными назад и перевязанными жемчужной нитью, с приятным лицом и сильными ухоженными руками.

– Госпожа Лорри Грасс, хозяин, – доложил мальчик с поклоном, и скромно стал под стеночкой.

Мужчина поднялся и улыбнулся широкой белозубой улыбкой.

– Капитан Братер к вашим услугам, сударыня, – произнёс он приятным баритоном.

– А я думаю, вас зовут иначе, – ответила девушка, оставаясь у двери и прикрывая её спиной, на случай, если кому-то захочется войти без спроса.

– Неужели? – нисколько не удивился мужчина. – И как же?

– Например, мастер Латчер.

– А почему вы так думаете? – в серых глазах мужчины появился неподдельный интерес.

– Или раб Моис служит двум господам, или вы – мастер Латчер, проживающий на вилле «Жемчужная».

Мужчина рассмеялся.

– Я знал, что Моис меня, так или иначе, выдаст… Было ошибкой – посылать его… Да, сударыня, вы правы – на улице Ткачей меня знают как мастера Латчера, а здесь зовут капитаном Братером.

– А как называть мне? «Благодарным гражданином», «таинственным другом» или «тайным поклонником»?

– Зовите просто капитаном… Садитесь, сударыня. Не бойтесь – здесь вам ничто не грозит. Мы просто поговорим, а затем я провожу вас в Казармы, если вам наскучит моё общество.

Лорри приблизилась к столу и опустилась на предложенный стул, предварительно сбросив плащ. Братер сел напротив, подав знак рабам. Те бесшумно удалились. Но спустя минуту Моис вернулся, неся уставленный посудой поднос. Накрыв на стол, он вновь удалился.

Братер разлил по кубкам лёгкое илларийское вино и, подняв свой кубок, произнёс:

– За наше личное знакомство.

Отпив немного, он поставил кубок и улыбнулся девушке, которая лишь пригубила алый благородный напиток.

– Сначала поужинаем, а потом поговорим. Вы не против?

– Нет, – кратко ответила девушка и придвинула тарелку с прекрасно зажаренным цыплёнком и горкой хрустящего, сваренного в масле, земляного ореха, украшенного зеленью. Ещё на столе лежали ароматные свежие булочки, начинённые сладким кремом, сваренные в меду орехи и полная миска свежих, изумительно сладких ягод берри-берри, политых сливками.

Когда ужин закончился и тарелки опустели, Братер вновь плеснул в кубки вино и откинулся на спинку стула.

– Чем мне нравится эта харчевня, так это кухней. Здесь неплохо готовят. Моему повару стоило бы у них поучиться.

– Да, со столовой не сравнить, – усмехнулась девушка, доставая из миски фиолетовую ягоду и ложа её в рот. Она даже глаза закрыла от наслаждения, ощущая, как рот наполняет нежный, мягкий, кисловато-сладкий, ароматный сок.

– Столовая… – презрительно скривился Братер. – Вам ещё не надоела эта тупая служба?

– Эта тупая служба неплохо оплачивается, и не обременительна.

– Неплохо – это сколько?

– Три золотых таскера в декаду.

Братер иронично улыбнулся.

– Вы называете это деньгами?

– А как называете это вы?

– Мелочью.

– Каждому своё, – нисколько не обиделась девушка. – Каждый зарабатывает, как может и сколько сможет.

– А вам не кажется, что вы достойны большего, чем три золотых в декаду?

– Кажется… Но всему своё время.

– Может, оно уже пришло, это время? Хотите больших денег?

– Все хотят… Но не все способы моральны.

– А вы щепетильны в этих вопросах?

– Смотря, что вам от меня нужно… Если убить кого-нибудь…

– Нет-нет, – засмеялся Братер. – Для этого существуют другие люди… Я хочу вас нанять в качестве охранника. Ведь это ваше ремесло?

– Вам нужен телохранитель?

– И мне, и моему грузу. Мне нужен опытный, хорошо обученный стражник, охранник.

– Тогда вы обратились по адресу… Что вы можете мне предложить?

– Для начала – десять золотых в декаду. А если ваша работа меня удовлетворит – жалованье утроится.

– Тридцать золотых? – не поверила своим ушам девушка.

– Именно. Но за хорошую службу.

Лорри задумалась. Предложение Братера звучало более чем заманчиво, но девушка подспудно чувствовала, что здесь что-то нечисто.

– А где здесь подвох?

– Подвох? – не понял капитан.

– Да. Вы честный торговец, я честный наёмник. Вы желаете меня нанять для охраны честного груза. Зачем же было дарить такие дорогие подарки, тратить на это кучу денег и тщательно скрывать своё имя?

– А вы очень проницательны… – засмеялся мужчина.

– Я не люблю, когда от меня что-то утаивают… Честный вопрос – откровенный ответ.

– Хорошо… Скажем так: груз не очень честный… Проще говоря – это контрабанда. Очень ценная контрабанда. Для этого мне нужны честные ответственные охранники, умеющие держать данное слово и преданные своему господину. «Меченые» славятся именно такими качествами. Найти в Сатсе свободного «меченого» очень трудно. Все они находятся на службе и высоко оценивают свои услуги. Поэтому, вы мне подходите больше всего – молодая, красивая, ещё не зазнавшаяся и с татуировками на плечах.

Лорри серьёзно задумалась. Предстояло выбрать между тихой спокойной стабильной и мало оплачиваемой службой и риском обеспеченной, но нестабильной и незаконной жизни контрабандиста. Предложение Братера было заманчивым, но опасным. В то же время девушка понимала, что в Корпусе Стражи у неё нет никаких перспектив. До самой отставки ездить по грязным улицам, разнимать пьяные драки и копить гроши, чтобы обеспечить себе тихую не голодную старость? Девушку даже передёрнуло от подобной перспективы. Латчер, этот змей-искуситель, рассчитал всё правильно: вкусив хоть малый, но такой сладкий вкус богатства, девушка захотела большего, чем имела до сих пор. Она поняла, что можно спать мягче, есть слаще и одеваться лучше. Но всё же природная осторожность не позволила ей поспешить, поэтому она спросила:

– Я должна дать ответ немедленно?

– Я не тороплю вас, но и ждать бесконечно не намерен.

– Знаете, капитан, я предпочитаю решать дела утром, на свежую голову. Если вы не против, я дам ответ завтра, в это же время.

– Хорошо. Мальчик-раб, которого вы уже видели, проводит вас ко мне.

– Спасибо, я запомнила дорогу.

– Но я не знаю, где буду завтра вечером… Всё зависит от моего настроения.

– Если я приму ваше предложение, согласитесь ли вы заплатить за месяц вперёд?

– Как пожелаете… Ваши деньги – можете тратить их, когда хотите.

– Тогда договорились… Прошу прощения, но мне пора идти. Вы проводите меня?

– С удовольствием, сударыня…

Они покинули харчевню. Время приближалось к полуночи, и на улицах города не было ни души, не считая патрулей стражников да припозднившихся гуляк. Они шли не спеша, тихо беседуя о разных пустяках. Сзади слышались шаги рабов. Когда приблизились к Аркхолу, Братер сказал:

– Здесь я вас покину. До завтра, сударыня.

– До завтра, – ответила девушка.

Капитан повернулся и бесшумно растаял во мраке. Лорри успела заметить, что он ходит, как опытный охотник – легко и тихо.

Глава 7

На следующий день Лорри рассказала Илису о вечерней встрече и предложении Латчера, конечно не во всех подробностях, а только самое основное – что торговец предложил ей службу, и спросила его совета. Парень пожал плечами.

– Решай сама, – сказал он.

– А ты бы принял его предложение?

– Я не знаю всех условий… Но думаю, что нет. Я не люблю кочевой жизни.

– Жаль… А я хотела пригласить тебя с собой.

– Спасибо, но я лучше дослужу здесь… Значит, ты согласна?

– Да.

– Мне будет тебя не хватать.

– Я тоже к тебе привыкла… Я буду по тебе скучать.

– Тогда оставайся. Мы ведь такая хорошая пара!

– Илис, я «меченая». Городская стража – не для меня. Здесь я теряю навыки и умения. Это работа для новичков и малоопытных наёмников… Извини, это не относится к тебе.

– Да ладно, я сам всё прекрасно понимаю… Но мне здесь нравится. Желаю тебе удачи. Когда разбогатеешь – наймёшь меня охранять свой дом. Я тогда уже состарюсь и не буду больше к тебе приставать… – засмеялся парень.

Вечером снова пришёл мальчик-раб, которого звали Станис, как потом узнала девушка, и отвёл её в другую харчевню у Конного рынка. Братер был в другой одежде, поскромнее, но тоже изысканной и красивой. Они снова поужинали, и за кубком вина и десертом капитан спросил:

– Вы обдумали моё предложение, сударыня?

– Я его принимаю, капитан, – ответила Лорри. – Когда приступить к службе?

– Хоть завтра. Завершите все свои дела в Корпусе и приезжайте на виллу «Жемчужная». Прислуга предупреждена, ваша комната готова.

– Вы знали, что я не откажусь от такого соблазнительного предложения? – улыбнулась девушка.

– Скажем так: предполагал… – самодовольно усмехнулся капитан.

На следующий день, когда Лорри сообщила капитану Рокану, что оставляет службу в Корпусе Стражи, тот отнёсся к этому в высшей степени равнодушно. Распорядившись выплатить остатки жалованья, даже не спросил о причине ухода. Зато ребята из подразделения тепло проводили девушку до самых ворот, а Илис – до ворот виллы. Здесь он крепко её обнял и похлопал по спине.

– Желаю счастья, и найти хорошего друга, – грустно произнёс.

– У меня уже есть друг… Это ты. Я никогда тебя не забуду, и ты помни обо мне… Надеюсь, мы ещё встретимся, и не раз…

Илис рывком развернул коня и поскакал прочь. Девушке даже показалось, что она заметила подозрительный блеск в серых насмешливых глазах, и впервые подумала, что, возможно, за своими обычными насмешками, сандиец скрывал от неприступной напарницы более глубокие чувства, чем простая дружба. Но она не стала углубляться в эти размышления. Постучав в бронзовые ворота, въехала внутрь, как только они открылись.

Её встретил Станис. Забрал лошадей – кобылку и красавца-жеребца, подаренного «благодарным гражданином», и отвёл в конюшню. Другой раб – тоже молодой и симпатичный – взял из её рук сундучок с вещами и понёс в дом. Лорри последовала за ним. В холле её встретил Моис и провёл в приготовленную для неё комнату. Большая полукруглая спальня с огромным, застеклённым цветным мозаичным стеклом окном, с тяжёлыми бархатными шторами, высокой кроватью под плотным балдахином и с дорогим стеклянным зеркалом над туалетным столиком. Пол из розового гранита покрывал толстый тканый ковёр, на стенах висели гобелены. Лорри невольно подумала, что если Латчер предоставляет такую прекрасную комнату прислуге, то в какой же роскоши живёт он сам?

– Красивая комната, – сказала Лорри, обращаясь к скромно стоявшему у порога Моису. – Кто здесь раньше жил?

– Никто, госпожа. Вы первая женщина в этом доме, если не считать двух старух-рабынь и девочки-наложницы. Но она живёт в комнатах господина.

– А господин сейчас дома?

– Да. Он наверху, у себя.

– Он не пожелал меня увидеть по прибытии?

– Нет. Но если он вам нужен, я вас провожу.

Они поднялись на второй этаж, и вышли на балкон. Лишь только ступив на лоджию, Лорри всё поняла: отсюда открывался прекрасный вид на большой отрезок улицы в оба конца. Находясь здесь, Латчер мог наблюдать за проезжающими патрульными и хорошенько рассмотреть девушку в небольшую подзорную трубу, лежащую на столике, возле которого сидел капитан. Он мог видеть и приезд Лорри, и её прощание с Илисом.

– Приветствую вас в моём доме, сударыня! – мило улыбнулся Латчер. – Как вам понравилась ваша комната?

– Она намного лучше той, которую предоставил мне капитан Рокан.

– Старый хитрый лис…

– Вы с ним знакомы?

– Лично – нет. Но я знаю каждого офицера в этом городе.

– Наверное, полезные знания. Я пришла доложить, что поступаю в полное ваше распоряжение, господин. Что прикажете?

– Пока можете отдохнуть и принять ванну. А потом, если вас не затруднит, оденьте то, что я вам подарил… Я хочу посмотреть, как вы выглядите в женской одежде.

– А когда я приступлю к своим обязанностям?

– Вечером. Я выхожу из дома по вечерам, и вы будете сопровождать меня… Я очень боюсь тёмных улиц и ночных грабителей, – с улыбкой закончил он.

Лорри спустилась к себе и переоделась. Когда она вновь предстала перед Латчером, глаза мужчины засветились восхищением и удовлетворением.

– Так вы смотритесь намного лучше, чем в форме стражника… Отныне это будет ваша форма в моём доме.

– Простите, господин, но это непрактично… Такая нежная вещь может легко испачкаться или порваться.

– Неважно. Я куплю вам новую одежду, если с этой что-нибудь случиться.

Вечером они отправились в дорогую харчевню в Королевском Квартале, куда Латчер без труда прошёл, благодаря своим обширным знакомствам и золотому, сунутому в нечистую руку старшего стражника. Они снова прекрасно поужинали невиданными деликатесами, послушали пение прекрасноголосых певиц и посмотрели выступление акробатов и жонглёров, показывавших чудеса эквилибристики.

Под утро, лёжа в своей постели, Лорри долго думала о Латчере, пока её не сморил сон, но так и не пришла ни к какому выводу. Он её не соблазнял, не флиртовал, не склонял к интимной близости и не обращался, как со слугой. Но относился подозрительно дружелюбно и добросердечно. Невольно на ум приходила поговорка «Вкусная приманка скрывает острый крючок».

Глава 8

Так, в прогулках и забавах, прошли несколько дней. Наконец, Латчер сообщил, что этим вечером они отправляются в путь. Лорри приготовила всё, что считала необходимым взять в дальнюю дорогу, оделась в привычную одежду и явилась по первому зову капитана.

Покинули дом, как обычно, с темнотой. Но сегодня Латчер направился в порт, где их ждал корабль. Как всегда, их сопровождали Моис и Станис. Рабы несли небольшой, но тяжёлый сундучок, окованный железом и запертый на два висячих замка. Проводив до корабля, Станис вернулся домой, а Моис поднялся вместе с ними и прошёл в каюту капитана. Как только они ступили на палубу, корабль тут же снялся с якоря и покинул порт. Подгоняемый лёгким ветерком, направился на юг.

Лорри разместилась в крошечной каюте рядом с каютой капитана. Так как во время похода делать было нечего, она улеглась в подвешенной к потолку койке и, убаюканная лёгким покачиванием, задремала.

На рассвете прибыли в Феф. Здесь уже ждали грузовые и верховые лошади. Они пересели на коней, сундучок и припасы погрузили на грузовых лошадей и без промедления отправились в путь.

Сначала продвигались вдоль реки, пока не достигли Седа. Объехав город, вновь вернулись к реке, и двигались по берегу чуть ли не до её истоков, изрядно углубившись в Ледеберг.

По-видимому, Латчер хорошо знал дорогу, потому что уверенно вёл небольшой отряд в запутанном горном лабиринте, придерживаясь юго-восточного направления. Продвигались вперёд медленно, так как постоянные подъёмы и спуски утомляли и лошадей, и людей. Приходилось делать частые привалы. Иногда им встречались следы обитавших в Ледеберге варваров. Но Латчер сказал, что в этих местах живут родственные миролюбивые племена, которых не стоит опасаться.

Они перебрались через реку Сейка, которая здесь была не такой полноводной, как в королевстве, но зато шумливой и порожистой. За рекой начинался дикий Ледеберг – сюда редко заходили «светлолицые» охотники, и не было ни одного цивилизованного поселения. Царство диких племён и диких зверей.

На ночь путники останавливались в какой-либо пещерке, которых было множество в старых горах Ледеберга. Сидя у костра и слушая негромкий голос Латчера, рассказывающего интересные эпизоды из богатой приключениями жизни, Лорри ощущала необыкновенное умиротворение. Ей было приятно находиться рядом с капитаном, слышать его мужественный баритон, встречаться взглядом с внимательным взглядом чуть прищуренных глаз, наблюдать за скупыми и в то же время полными изящества и грации жестами рук… Иногда Лорри казалось, что она влюбилась в работодателя, несмотря на солидную разницу в возрасте. Но, присматриваясь к Латчеру, чувствовала, что он не испытывает к ней никаких чувств, кроме, разве что, дружеских.

Проходили дни. Путники находились уже где-то в центре Ледеберга, на полпути между Илларией и Сатсом.

Как-то, в один из жарких душных дней, они остановились на дневной привал в узкой долине, по дну которой протекал большой неглубокий ручей, образовавший в центре крохотное озерцо. Несмотря на малые размеры, в нём плескалась вкуснейшая горная фретта, и Латчер, соорудив удочку, отправился на рыбалку, а Лорри и Моис занялись обустройством временного лагеря. Взглянув на небо, раб предположил, что скоро начнётся гроза, и предложил устроиться под нависшей на краю долины скалой. Она выступала в виде козырька. У основания находилось мелкое углубление, не полноценная пещера, но вполне могло послужить укрытием во время дождя.

Старый раб оказался прав. После обеда разразилась гроза. Лорри привыкла к грозам Ледеберга, и яростные вспышки молний с оглушительным громом её не пугали, несмотря на неистовство и размах. Огромные ветвистые молнии, вспарывая тёмные чрева туч, с треском ударяли в окружающие возвышенности, а грохот грома сотрясал до основания скалу, под которой они приютились. Потоки воды с рёвом низвергались со склонов, неся с собой камни, землю и вырванные с корнем кустарники. Гроза была сколь ужасна, столь и быстротечна. Вскоре низкие тучи, низвергавшие потоки воды, умчались дальше на юг, очистив голубое небо.

Гроза не только залила всю долину водой, но и распугала лошадей. Две плохо привязанные лошади оторвались и ускакали в долину. Когда дождь прекратился и небо очистилось, Лорри пришлось отправиться на их поиски.

На её счастье, лошади убежали недалеко. Отыскав не залитую полянку с высокой сочной травой, они спокойно паслись. Ласково заговорив с напуганными животными, девушка сумела к ним приблизиться и поймать за оборванные уздечки. Ведя лошадей в поводу, побрела обратно в лагерь.

Дорогу преградил ручей, появившийся после дождя. Лорри решила перейти его, чтобы сократить путь. Но как только вступила в воду, почувствовала неожиданный сильный укол чуть ниже колена. Посмотрев вниз, увидела быстро мелькнувшую гибкую серебристую ленту, исчезнувшую в бурных водах ручья.

– О боги! – невольно воскликнула девушка. Выбравшись на сухое, присела на ближайший камень и, осмотрев ногу, на мокрой штанине обнаружила две крошечные дырочки. Достав нож, разрезала штанину и надрезала кожу над местом укуса. По ноге побежала горячая кровь, а девушка ещё и надавливала, чтобы крови вышло как можно больше.

Вскоре Лорри почувствовала, что в месте укуса нога начинает жечь, как будто в неё вставили раскаленный гвоздь. Сердце сжалось от страха. Она не успела разглядеть, какая змея её укусила, и не знала, насколько опасен яд. Может, её просто полихорадит и отпустит, а может, через несколько минут она умрёт в страшных судорогах.

Лорри встала, взобралась на одну из лошадей и поспешила в лагерь.

Латчер, осмотрев место укуса и выслушав рассказ девушки, сказал, что, по-видимому, её укусила серебрянка. У молодых змей этого вида яд не смертелен, он только парализует жертву, а вот старые особи опасны – от их укуса человек умирает через несколько часов в страшных мучениях. Противоядия от укуса этих змей он не знает, с ним знакомы только знахари варваров.

Между тем девушке становилось всё хуже. Онемение охватило всю ногу и медленно поднималось выше. Сильно болел правый бок, и Лорри, не в силах больше сидеть, легла на заботливо сооружённую Моисом постель. Начала кружиться голова, глаза застилала мутная пелена, в ушах нарастал шум. Она с трудом воспринимала происходящее рядом. Словно сквозь мутную воду видела неясные фигуры спутников, не ощущала влаги на онемевших губах, когда ей подносили чашу с водой. Затем впала в полубессознательное состояние. Беспомощно распластавшись на травяном ложе, девушка ничего не видела, не слышала и не осознавала.

Наступил рассвет. Лорри лежала, как хладный труп, хотя была ещё жива. Но не могла пошевелить даже пальцем, не могла произнести ни слова. Только слабое дрожание век и еле заметное дыхание говорили о том, что она ещё жива.

Очнувшись на краткий миг, Лорри увидела, что Моис и Латчер седлают лошадей и увязывают вещи. Она хотела их окликнуть, спросить, что они делают, попросить, чтобы не бросали её одну, но из груди вырвался только слабый стон. Капитан услышал его и оглянулся. Их взгляды встретились, и губы мужчины скривились в сожалеющей усмешке. Он приблизился и опустился на колени.

– Ты ещё жива? – произнёс с некоторым удивлением. – Хотя, думаю, уже недолго осталось мучиться… – слова капитана доходили до девушки, как сквозь толстый слой ваты. – Жаль, что гибнет такая красота… Ты бы мне ещё пригодилась, – нежно провёл рукой по лицу и груди девушки. – Такое роскошное сильное тело… Если бы я знал, что оно так скоро достанется падальщикам, то не упустил бы возможности им воспользоваться… Уж извини, нам пора. Ты всё равно мертвец, а мне дорог каждый час. Прощай, Лорри Грасс…

Он повернулся и спокойно пошёл к своей лошади. Лорри ещё успела увидеть, как двое всадников отъезжают прочь, ведя в поводу четырёх вьючных лошадей, а потом снова потеряла сознание.

Глава 9

Солнце прошло зенит и повернуло на запад, когда с юга в долину въехали несколько всадников. Судя по худощавым крепконогим лошадям и пёстрой, украшенной вышивкой, перьями и мехом одежде – варвары. Впереди ехал молодой разведчик. Заметив следы лошадей, он остановился и подозвал товарищей. Они несколько минут изучали следы чужаков, а затем дружно повернули головы в сторону скалы, под которой был разбит лагерь. По следам варвары поняли, что чужаки, вторгшиеся на их земли, покинули эту местность ещё утром, но всё же держались настороже. Приготовив оружие, послали вперёд разведчика, а сами остались на месте.

Варвар-разведчик осторожно приблизился к покинутому лагерю и тут заметил распростёртую на земле девушку. Внимательно осмотрелся вокруг, а затем жестом подозвал остальных. Варвары столпились вокруг Лорри, с любопытством рассматривая незнакомку и о чём-то оживлённо переговариваясь. Разведчик первым опустился возле неё на колени и потрогал откинутую в сторону руку. Она была сухой и горячей, и он сообщил товарищам, что женщина жива.

То ли от громких голосов, то ли от прикосновения, Лорри очнулась и открыла тёмные, полные муки и страдания глаза. Ей показалось, что она бредит, когда с трудом разглядела столпившихся рядом варваров. Собрав все силы, прошептала пересохшими от жара губами на межплеменном языке, который преподавали в Школе Меченосцев наравне с виольским и ассветским:

– Прошу защиты и помощи…

Варвары очень удивились, услышав ритуальную фразу из уст светлолицей, и снова громко заговорили на родном языке, которого Лорри не понимала. Затем один из варваров решительно поднял девушку на руки и пошёл к своей лошади. Другой подобрал её плащ, на котором она лежала, и меч, который Лорри спрятала под себя, когда почувствовала, что тело начинает отказывать.

Когда варвар взял её на руки, до этого онемевшее и парализованное тело, словно очнулось от спячки. Лорри пронзила острая боль, а мышцы скрутило судорогой. Она выгнулось дугой и напряглось, едва не выпав из крепких объятий варвара. Не выдержав адских мук, Лорри закричала, словно йон – ночная птица, обладающей громким пугающим голосом. Он походил на последний вопль умирающего в страшных муках человека, и у людей нервных, от его страшного голоса, стыла в жилах кровь и волосы поднимались дыбом. Варвары тоже невольно вздрогнули от мучительного вопля светлолицей, и суеверно осенили себя охраняющими жестами. К счастью, сознание девушки снова померкло, и она лишилась чувств.

Варвары расселись по лошадям и продолжили прерванный путь.

В следующий раз Лорри очнулась уже в варварской хижине. Первые несколько минут, придя в себя и открыв глаза, девушка не могла понять, где находится. Она лежала на приземистом деревянном ложе, застеленном сухой ароматной травой и шкурами животных. Над ней нависал низкий потолок с грубыми балками и окружали стены, сложенные из дикого камня, обмазанного глиной. Земляной пол покрывал толстый слой сухой травы. На стене у ложа висел тканый ковёр со сложным пёстрым узором, а под потолком виднелось небольшое окошко, заставленное куском слюды. Одежда исчезла, и голое тело прикрывало лишь тонкое тканое покрывало. Но девушка не ощущала холода, как не ощущала ничего вообще. Казалось, у неё осталась только голова, которую наполняла тупая боль, а тело растворилось, исчезло, испарилось.

Но так было не всегда. Иногда тело напоминало о себе судорогой, которую сопровождала невыносимо мучительная боль. Тогда из горла вырывался невольный крик, а глаза застилали слёзы. Когда приступ проходил, измученная и ослабевшая девушка впадала в забытьё, или обессилено лежала, с трудом переводя дыхание.

Хозяйкой хижины, в которой лежала Лорри, и её заботливой сиделкой, была пожилая женщина с тёмным морщинистым лицом, длинными блестящими косами и зелёными глазами истинной варварки. Её шершавые мозолистые руки часами растирали бесчувственное тело девушки, ласково вытирали слёзы и пот после очередного приступа, заботливо подносили отвары и козье молоко к сухим губам. Старуха заботилась о ней так, словно она была её дочерью, а не светлолицей чужеземкой.

Почти каждый день больную проведывал местный знахарь, мазал тело какой-то вонючей мазью или обкладывал мокрыми листьями. После его процедур боль на некоторое время отступала, и девушка могла спокойно поспать.

Проходили дни, а Лорри оставалась такой же беспомощной и недвижимой, как и в первый день появления в селении варваров. Судорожные приступы участились и слились почти в непрерывную, изматывающую душу и тело боль. Казалось, кто-то невидимый и жестокий ломает ей кости, выкручивает суставы и рвёт сухожилия. Девушка, как могла, сдерживала крики, рвущиеся наружу. Мысленно она постоянно твердила заученное ещё в первые годы обучения правило: «Учись терпеливо переносить боль и страдания, помни – как бы долго они ни длились, всё равно закончатся». Но её учителя, наверное, не представляли, какими невыносимыми могут быть телесные страдания, когда они длятся не минуты, не часы, а бесконечные дни и ночи. Лорри чувствовала, что её силы иссякают, воля ослабевает, и скоро, не вынеся продолжительных мук, она завоет, как раненый гиззард, закричит, как йон, и сойдёт с ума от собственных криков и невыносимой боли. Старая варварка, не в силах помочь подопечной, лишь ласково гладила её по голове и негромко что-то приговаривала тихим успокаивающим голосом.

Но однажды знахарь пришёл не с очередной порцией мази и листьев, а с небольшим горшочком, в котором, в мутной воде, копошилось что-то слизистое и отвратительное. Увидев горшок, старая варварка испуганно и брезгливо отшатнулась. Знахарь сбросил с девушки покрывало и начал доставать из горшка длинных, коричнево-бурых, покрытых мерзкой слизью червей, кладя их на обнажённое тело девушки. Они тут же с жадностью присасывались к бледной сухой коже, на глазах разбухая от выпитой крови и становясь багрово-красными. Насытившись, лениво отпадали, и знахарь собирал их обратно в горшок.

После этой необычной процедуры, Лорри почувствовала такую слабость и головокружение, что едва не потеряла сознание. Взглянув на белую, как полотно, девушку, старуха начала что-то сердито выговаривать знахарю, но тот резко и строго её оборвал.

Как ни странно, несмотря на слабость, Лорри стало значительно лучше. Непрерывные боли прекратились, а судороги стали реже и намного слабее. Как только девушка набралась сил и её жилы вновь наполнились кровью, знахарь снова принёс отвратительный горшочек и повторил процедуру. После повторного сеанса Лорри смогла шевельнуть правой рукой, а затем онемение начало медленно, но неуклонно отступать.

Знахарь приносил мерзких, но чудодейственных созданий, несколько раз, и наконец, наступил тот долгожданный день, когда Лорри смогла самостоятельно поднять руку, а затем согнула и ноги. Но прошло ещё много дней, пока она смогла подняться с постели. Это была нелёгкая задача. За время болезни и полной неподвижности, девушка разучилась ходить, и ей пришлось учиться заново. Вначале она пыталась сидеть, затем стоять, потом правильно переставлять ноги, держась за стену. Но долгие годы жёсткой самодисциплины и природное упорство помогли «меченой» преодолеть все трудности. Сначала она с трудом передвигалась по хижине, держась за стену и волоча правую ногу, которая оставалась наполовину парализованной от пятки до колена ещё долгое время. Затем начала выходить во двор и заниматься лёгкими разминочными упражнениями: приседанием, отжиманием, подтягиванием, наклонами и изгибами, разминая и укрепляя ослабевшее за время болезни тело. Вначале она не могла сделать ни одного подтягивания, и срывалась, больно ударяясь о землю. Но упорно поднималась и вновь цеплялась за ветку, и висела, словно плод, дёргаясь и натужно кряхтя.

Наблюдая, как девушка изгибается и подпрыгивает посреди двора, старая варварка лишь сокрушённо качала головой. Посмотреть на тренировки Лорри сбегались все детишки селения, и, облепив каменный забор, громко смеялись, глядя на странные движения и неудачные потуги светлолицей. Они называли её «крисса» и тыкали пальцами. Как Лорри узнала впоследствии, слово означало «безумная», и позже стало её первым прозвищем среди варваров.

Но закалённое годами тренировок тело и юный организм быстро восстанавливали силы, и вскоре Лорри легко выполняла начальный тренировочный комплекс. Постепенно она усложняла упражнения, переходя к специальным тренировкам по боевому мастерству и владению оружием.

Спустя месяц после полного выздоровления, Лорри восстановила силы и вернула телу бывшие прежде ловкость, гибкость и навыки. С лёгкостью, в прыжке, разбивала ударом ноги подвешенный на ветку плод, умело и с одного удара разрубала мечом деревянную чурку, с лёгкостью запрыгивала на невысокую крышу хижины. Теперь дети не смеялись, а восхищённо и завистливо вздыхали, глядя на быстрые, почти невидимые взгляду взмахи меча чужеземки.

До сих пор Лорри не покидала дома и двора Офиллы – так звали приютившую девушку варварку. Она ни разу не ступила за калитку, хотя никто ей не запрещал. Никто, также, и не посещал девушку, кроме старого знахаря, да и тот перестал ходить, как только подопечная окончательно поправилась.

Глава 10

За время болезни Лорри очень привязалась к Офилле, и относилась к ней, как к родной матери, выказывая любовь и уважение, что очень нравилось старухе. Чтобы лучше понимать приёмную мать, девушка старательно учила варварский язык, и вскоре всё понимала, хотя говорила ещё с большим трудом.

Как-то утром Лорри проснулась от непривычного шума. Выглянув за дверь, увидела, что по селению мечутся люди, испуганно и беспорядочно вопя. За ними гонялись конные варвары. Вначале Лорри не могла понять, что происходит, но Офилла объяснила, что на селение напали соседи, пользуясь отсутствием воинов, несколько дней назад уехавших на священную охоту, во время которой юношей посвящали в воины. Женщина попросила Лорри спрятаться, пока её не заметили и не пленили, но девушка впервые не послушалась приёмной матери. Набросив на тело одежду и схватив меч, решительно вышла во двор.

Серды – так называлось соседнее племя, не собирались долго воевать, а только похитить несколько красивых девушек и забрать всё, что попадёт в руки, поэтому отряд был небольшим – человек десять. Уже несколько визжащих брыкающихся жертв лежали поперёк седел, и они заглядывали в хижины, выискивая остальных.

Лорри обнажила меч и с лёгкостью перепрыгнула стену. Увидев девушку, двое всадников тут же направились в её сторону. Как только они приблизились, «меченая» первой бросилась в атаку. Схватив ближнего коня за уздечку, она подпрыгнула и рубящим ударом вышибла седока из седла. Затем, вскочив на его место, повернула коня и направила на второго всадника. Лошади сшиблись, громко заржав и пытаясь встать на дыбы, а Лорри, широко размахнувшись, снесла противнику голову. Покончив с ним, всадница поскакала на поиски других врагов.

Она носилась по селению, как безумная, нападая стремительно, как гиззард, и убивая без пощады, как йол. Через полчаса в селении не осталось ни одного вражеского воина. Только осиротевшие кони бесцельно бродили среди хижин. Нескольким старикам и юношам, вступившим в бой, осталось лишь подобрать трупы и выловить вражеских коней.

Покончив с неприятелем, Лорри вернулась домой, спешилась у порога и вошла в хижину. Офилла, наблюдавшая схватку из двора, с удивлением и почтением проводила девушку взглядом.

Спустя несколько дней, когда Лорри, помогая приёмной матери, перебирала шерсть, сидя на коврике под стеной хижины, в калитку вошёл высокий важный старик с длинными седыми волосами, распущенными по плечам. С плеч его свисала алая накидка, расшитая замысловатыми узорами, открывавшая руки и грудь, покрытые цветной татуировкой. Во лбу старика поблёскивала «шани» – вживляемая под кожу овальная священная раковина – знак «неприкасаемых» – высшего варварского сословия: жрецов, вождей, заслуженных воинов, прославившихся своими подвигами.

Увидев старика, Офилла засуетилась, вынесла из дома специальный пёстрый коврик, на который усаживали почётных гостей, предложила мяса и хлеба. Старик отщипнул того и другого, поблагодарил женщину и спросил разрешения поговорить с дочерью. Офилла ответила, что девушка в полном его распоряжении, и тогда старик повернулся к Лорри, с любопытством наблюдавшей эту сцену, и произнёс:

– Я лодар племени и пришёл поговорить с тобой, девушка.

Лорри уже знала, что лодар – это главный или верховный вождь племени, а племена варваров состоят из нескольких родственных друг другу семей-кланов, возглавляемых своими вождями.

Лорри отложила занятие, отряхнулась, встала и приблизилась к лодару. Вежливо и почтительно поклонившись, опустилась на коврик напротив и ответила:

– Слушаю великого вождя.

– По возвращении в селение, мне рассказали удивительные вещи, что одна девушка, ещё недавно прикованная к постели тяжёлым недугом, легко и умело расправилась с десятком вражеских воинов, вероломно напавших на селение, и спасла честь и свободу многих славных дочерей. Рассказ очевидцев этого события звучал так неправдоподобно, что я пришёл лично поговорить с героиней хвалебных повествований. Правда ли то, что я слышал, или рассказчики преувеличивают?

– Я не знаю, что вам рассказывали очевидцы, но то, что я выступила на защиту людей, спасших мою жизнь – это правда.

– Мне говорили, что ты сражалась искуснее многих славных воинов, а твой волшебный меч разил врага наповал.

– Мой меч – самый обычный, просто выкован из хорошей стали. Моё искусство воина ещё несовершенно, так как я молода годами и неопытна, но мне приятны хвалебные слова ваших рассказчиков.

– Скажи, девушка, кто обучил тебя ремеслу воина? Насколько мне известно, женщины светлолицых мало чем отличаются от наших женщин – они готовят еду, ткут, рожают детей и угождают своим мужьям, и я не знаю ни одной, которая бы умела воевать.

– Я – женщина-воин, выпускница специальной военной школы, которая находится в Ландии и называется Школой Меченосцев. В моём мире таких, как я, называют «мечеными» за особые знаки, которые мы получаем, покидая Школу.

– До меня доходили слухи о какой-то школе, где готовят великих воинов светлолицых. Но я всегда думал, что воинское искусство – удел мужчин, а призвание женщин – растить детей и охранять очаг.

Лорри улыбнулась.

– В Школе Меченосцев обучение ведут исключительно женщины-воины. Они из племени виолок, родина которых расположена на далёком острове, затерянном на бескрайних просторах океана. В племени виолок воюют женщины, а мужчины пасут овец и растят детей.

Лодар удивлённо поцокал языком.

– Неисповедимы пути богов, – произнёс он. – Сколько племён, столько и обычаев… Но каждый волен жить так, как указали ему предки. Скажи, девушка, а ты можешь научить своему воинскому искусству наших воинов? Или это запрещено вашими правилами?

– Мои правила не запрещают делиться знаниями, как не запрещают учиться у других… Я согласна научить ваших воинов всему, что знаю и умею сама, но согласятся ли воины учиться у женщины?

– Им прикажут, и они будут учиться.

– Нет, великий вождь… Насильно никого не научишь. Только желание достичь высшего мастерства может сделать из человека хорошего воина.

– Ты права, девушка… Тогда мы объясним нашим воинам, что сулит им умение воевать лучше других, и выберем добровольцев.

– Это мудрое решение, великий вождь.

– И ещё вопрос… Согласна ли ты стать членом нашего племени или предпочтёшь остаться дочерью своего народа?

– Моя мать была светлолицей, но отец – варвар, поэтому в моих жилах течёт двойная кровь. Люди моего племени бросили меня умирать в горах, ваши люди спасли жизнь… Женщина вашего племени стала моей второй матерью, и я сочту за честь стать одной из вас.

– Завтра собирается Совет племени, где мы будем решать все поднятые в нашем разговоре вопросы. По его окончании мы сообщим тебе о принятом решении, а пока отдыхай, женщина-воин.

Лодар встал, показывая, что разговор окончен, и ушёл.

Через несколько дней Лорри уже учила группу молодых воинов. Каждый из кланов выделил по несколько человек, и в общей сложности их набралось двадцать семь. Даже лодар прислал двух младших сыновей.

Первые дни вожди кланов ревниво наблюдали за уроками, но, увидев, что девушка прекрасно справляется со своими обязанностями и отлично знает дело, оставили её в покое.

Вскоре варвары дали Лорри новое прозвище – «Мать Воинов» – потому что обученные девушкой молодые воины превзошли в мастерстве старших и более опытных ветеранов.

Обучая других, Лорри не забывала учиться и сама. Она продолжала изучать язык соплеменников, их законы и обычаи, перенимала правила поведения, умения и навыки повседневной жизни, приёмы охоты и войны, верования и суеверия. Девушка решила стать истинной варваркой, и старалась как можно меньше выделяться среди соплеменников. У неё появились близкие подруги, с которыми она проводила свободное время. Появились и поклонники, как среди молодых воинов – её учеников, так и среди заслуженных, обременённых семьями вождей, так как по обычаям варваров воин мог иметь столько жён, сколько мог прокормить и обеспечить всем необходимым, а также неисчислимое количество рабынь-наложниц, которых привозил из набегов в качестве трофеев. Последние считались имуществом наравне с лошадьми и скотом: их можно продать, обменять, подарить или убить за непослушание.

После того, как Лорри начала тренировать воинов племени, их набеги на враждебные племена, а также защита от вражеских набегов, стали намного успешнее. Вскоре, благодаря лучшему воинскому мастерству и стратегии, подсказанной девушкой, магиры – племя, в котором жила Лорри – покорили ближайшие, более слабые племена. А когда отряд молодых воинов, возглавляемый наставницей, с блеском разгромил в жестоком бою большой отряд сердов и сравнял их селение с землёй, вернувшись домой с богатой добычей и десятками пленных врагов, Совет Племени решил присвоить девушке звание «неприкасаемой», и вскоре у неё на лбу появился блестящий овал «шани». Руки Лорри, от запястий до самых плеч, покрылись замысловатой татуировкой, среди которой уже трудно было рассмотреть знаки Школы Меченосцев. Татуировки на руках и теле – варварские письмена, в которых замысловатым языком символов рассказывалось о пути воина от его первого посвящения и до самой смерти: его имя, статус, славные подвиги и необычные или радостные события в жизни. Чем старше или чем знатнее был воин, тем большую площадь его кожи покрывала татуировка, начиная расти от узких полосок на запястьях в день посвящения и распространяясь на грудь и спину. Теперь Лорри пользовалась среди соплеменников почётом и уважением, сравнимым разве лишь со статусом Верховной Жрицы. Среди её учеников появились даже старые опытные воины, которые не гнушались поучиться у того, кто знает больше них.

Положение Лорри в племени было двояким – она считалась воином, о чём свидетельствовали её татуировки, и в то же время оставалась женщиной. Поначалу некоторые ревностные поборники традиций выступали против привлечения чужеземки и женщины в военные дела племени, но мудрый лодар откопал в древних преданиях сказ о том, что, когда-то, великая женщина – дочь погибшего от рук врагов вождя – возглавила племя, и своими доблестными поступками, а также воинскими победами, спасла магиров от уничтожения. Поэтому воины приняли девушку в своё общество, и она начала участвовать в военных походах, привозить с войны богатые трофеи и одерживать славные победы. Теперь у её приёмной матери сундуки ломились от подарков от благодарной дочери, и несколько молодых здоровых рабынь помогали ей по хозяйству. Лорри построила новый, большой и удобный дом, соответствующий её статусу, содержала целый табун лошадей, полный загон скота, одевалась красиво и богато. Только одного не делала девушка, что требовалось по местным обычаям – не выбирала себе мужа, чтобы родить славному племени магиров новых могучих воинов.

Глава 11

Незаметно пролетели два года. Лорри было хорошо среди магиров, но что-то стало девушку тревожить. Словно она оставила какое-то незавершённое дело и забыла о нём. Однажды ей приснился Илис и узкая грязная улица Ткачей, словно она снова на патрулировании, слушает весёлый голос напарника… Неожиданно до боли захотелось оказаться на оживлённых улицах большого города, посидеть в таверне, в шумной компании друзей, посмеяться над забавными и не всегда пристойными шутками Илиса, увидеть его лукавые искристо-серые глаза.

Лорри вознамерилась на время покинуть племя и вернуться в Сатс. О своём решении сообщила матери и лодару. Офилла начала плакать и уговаривать дочь не покидать её на старости лет одну, а лодар лишь сказал:

– Магиры – свободный народ. Каждый воин может поступать, как ему хочется, если это не нарушает общественных правил. Я не могу тебя задерживать, хотя не хочу и отпускать. Боюсь – ты уже не вернёшься к нам… Но, что бы с тобой ни случилось в стране светлолицых, как бы ни повернулась твоя судьба, помни – здесь твой дом. Магиры всегда будут помнить свою Мать Воинов и никогда не забудут её подвигов и славных дел.

Сборы были недолгими. Лорри достала из сундука старую одежду, заботливо вычищенную и заштопанную доброй Офиллой, села на поджарого варварского коня и рано на рассвете покинула селение. Её никто не провожал, и она ни с кем не попрощалась, словно ехала ненадолго и недалеко – например, на охоту или в гости к знакомым.

Дорога в королевство заняла времени меньше, чем когда она ехала, сопровождая груз Латчера. Варварская лошадка бодро трусила по склонам, не пугаясь глубоких пропастей и бурных потоков. Спустя пять дней, путница достигла крепости Эссо, которую миновала ночью, объехав стороной, чтобы не привлекать к себе внимания. В тот же день вечером Лорри прибыла в Фефе. Здесь ничего не изменилось со времени первого посещения города, когда она, ещё в качестве «птенчика», проезжала его вместе с друзьями.

Ещё спустя пару дней Лорри была в столице. Она постаралась подгадать так, чтобы въехать в Аян ближе к вечеру. Когда густые синие сумерки окутали город, Лорри проехала на улицу Ткачей и, остановившись возле одной из таверн, стала поджидать патрульных.

На её счастье, у Илиса оказалась ночная смена. Лорри сразу узнала бывшего напарника, как только он приблизился к таверне. Рядом с Илисом ехал незнакомый девушке стражник – новый напарник. Когда патрульные поравнялись с девушкой, она нагло преградила им дорогу.

– Эй, незнакомец, ты что-то хочешь? – недовольно спросил Илис. – Убери свою клячу и дай нам проехать, если у тебя нет к нам дела.

Девушка безмолвно стояла посреди дороги, словно каменное изваяние, и её терпеливая выученная варварская лошадка не шевелила даже хвостом. Лицо Лорри скрывали поля широкой мягкой шляпы, а фигуру скрадывал плащ, потому нельзя было разобрать, кто сидит на коне. Илис потянулся за дубинкой, голос его стал строже и повелительней.

– Да кто ты и какого демона тебе от нас нужно?!

– Быстро ты забываешь старых друзей, Илис… – тихо проговорила девушка.

Сандиец дёрнулся, как от удара, и быстро сотворил охраняющий от злых духов жест. Напарник с недоумением посмотрел на товарища.

– Кто ты? – испуганно произнёс Илис. – Дух или человек?

– Я та, чья грудь не давала тебе по ночам спать, кого ты называл своим другом и кто был твоим лучшим напарником. Быстро же ты меня забыл, ветреный мальчишка!

Илис вновь сделал охраняющий жест и положил руку на меч.

– Открой своё лицо, нечистая сила, и если ты не та, о ком я думаю, я проткну тебя своим освящённым кровью жертвенного голубя мечом!

– Да что это с тобой, Илис? С чего это ты меня обзываешь нечистой силой? – удивилась девушка и сняла шляпу. Она повернулась к парню, и масляный фонарь на таверне осветил её возмужавшее загорелое лицо, которое обрамляли длинные, заплетённые по варварскому обычаю, косы. На лбу тускло сверкнула «шани». И хотя внешний облик девушки сильно изменился, но черты остались прежними, и мужчина сразу узнал бывшую подругу. Но, вместо того, чтобы обрадоваться неожиданной встрече, он испуганно отшатнулся и выхватил меч.

– Лорри? Ты пришла за мной? Что плохого я тебе сделал?

– Да что с тобой, приятель? – изумилась девушка. – Ты ведёшь себя так, словно увидел призрака.

– А ты разве не призрак?

– С чего ты взял?

– Я слышал, ты погибла в горах…

– Слухи о моей смерти сильно преувеличены. Хотя, признаюсь, одной ногой я уже стояла в могиле… Но, благодаря помощи Богини-Матери и местных варваров, я вернулась в этот мир живой и невредимой.

Илис бросил меч в ножны и расплылся в широкой улыбке.

– Лорри, как я рад тебя видеть! – воскликнул он.

– Наконец, я слышу приветливые слова, – ответила девушка. – Может, спешимся и пропустим по кружечке пива ради нашей встречи?

– С удовольствием. Но, может, чуть позже? Дежурство только началось.

– Хорошо. У меня тоже есть небольшое дельце… Можно попросить тебя об одолжении?

– Говори, что надо.

– Приюти мою лошадь в конюшне Казарм на некоторое время и сохрани мои вещи, пока я буду решать свои проблемы.

– Проще простого. Когда мы увидимся?

– Если ничто не помешает – завтра днём. Жди меня в казарме.

– Демоны ада, Лорри, где ты пропадала? И что это за штука блестит у тебя на лбу?

– Это длинная история, но я обязательно её расскажу. Позже, – Лорри спрыгнула на землю и передала повод Илису. – Если ты её пропьёшь – я не обижусь, но если потеряешь мои вещи – я надеру тебе зад.

– Ладно, до завтра, малышка. С нетерпением жду встречи.

Когда Илис с напарником отъехали от таверны, Лорри повернула в другую сторону и направилась к вилле «Жемчужная».

Она не стала стучать в ворота и просить впустить её, а перелезла через забор и направилась к дому. Дом был погружён в темноту, за исключением нескольких слабо освещённых окон наверху. Двери были не заперты, и Лорри свободно прошла в свою комнату. Здесь всё было так же, как девушка оставила, покидая её более двух лет назад. Сундучок с её вещами всё так же стоял под стеной, и всё в нём лежало в том же порядке, в каком сложила Лорри. Это удивило и озадачило. Если Латчер думал, что она умерла, почему не избавился от её вещей?

Лорри покинула комнату и, двигаясь бесшумно, словно тень, обошла весь дом. Латчера, как и следовало ожидать, отсутствовал. Не было и его верного Моиса. Станис, подросший и похорошевший ещё больше, спал в своей каморке. Лорри не стала его будить. Вернувшись к себе, разделась и легла в мягкую постель, от которой отвыкла за два года. Ей не верилось, что прошло так много времени. Казалось, что всё, что с ней случилось – просто сон. Но, вынув из-под одеяла руки, она увидела тёмные узоры татуировок, а на лбу холодила кожу «шани» – варварский знак высшей касты.

Утром, когда Лорри вышла из комнаты, первым ей встретился Моис. Он нёс поднос, на котором стояла бутылка вина и кубок. Увидев вставшую на его пути девушку, он на мгновение остолбенел, а затем глаза его закатились, ноги подкосились, и он рухнул на пол. Лорри презрительно засмеялась и поднялась по лестнице наверх, в апартаменты господина.

Латчера она нашла в спальне. Тот ещё не вставал, хотя уже проснулся. Он полулежал на взбитых подушках, а его маленькая наложница полировала ему ногти на ногах.

Когда Лорри неожиданно вошла в комнату, Латчер поначалу не обратил на неё внимания. Но когда она приблизилась, он повернул голову и взглянул на девушку. Надо отдать ему должное: он не вздрогнул и не побледнел, как другие, на лице не отразились ни страх, ни удивление. Он просто молча смотрел, словно не узнал её.

– Вот мы и встретились, капитан, – произнесла ландийка. – Не ждали?

– Не ждал, – честно ответил Латчер. – Но искренне рад твоему возвращению.

– В самом деле?

– Честное слово… А ты изменилась, Лорри. Похорошела ещё больше, стала настоящей красавицей.

– Зато вы не изменились, капитан. Всё такой же сладкоголосый лжец…

– Ты на меня сердишься? Понимаю… Я заслужил справедливое порицание. Но пойми и ты меня – я искренне верил, что ты уже мертвец, а меня ждали клиенты, которых я не мог подвести. Мне нужно было торопиться, я не мог ждать твоей окончательной смерти, чтобы достойно похоронить. К тому же, в несчастье, случившемся с тобой, нет моей вины. Это – как ты говорила? – воля вашей Богини-Матери. Лично я не сделал тебе ничего плохого.

– Кроме того, что бросили меня, беспомощную, на съедение диким зверям.

– Я хотел облегчить твою участь, но не решился… Но ведь это и к лучшему? Ты жива и здорова и, судя по экзотическому виду, добилась среди варваров определённого положения… Так что привело тебя ко мне? Чувство несправедливой мести?

– Разве я не имею на это права?

– Как сказать… Ты можете убить меня, и удовлетворить этим свою обиду, а можешь поступить, как цивилизованный человек: получить компенсацию за страдания… Я готов отдать тебе жалованье за прошедшие месяцы, как будто ты была у меня на службе.

– Серьезно? – удивилась девушка.

– И даже больше – я готов продолжить наше сотрудничество, если ты не против.

Лорри улыбнулась.

– Вы хитрый лис, капитан. Я пришла вас убить, но вы за несколько минут смогли меня переубедить, сладкоголосый искуситель.

– Значит, мы договорились?

– Насчёт продолжения службы – нет. А вот деньги я возьму. Я заслужила их теми лишениями, которые мне пришлось перенести в последние два года.

– Жаль… Но не рискну тебя переубеждать. Всё же, в память наших былых хороших отношений, ты не откажешься, хотя бы, позавтракать со мной?

– Не откажусь… – легкомысленно ответила девушка, забыв основное правило осторожности «В доме врага – ни куска хлеба, ни глотка воды».

– Тогда подожди меня на балконе… Кстати, ты не видела Моиса?

– Он лежит внизу. При виде меня бедолага грохнулся в обморок.

– Глупый болван! Он очень боится призраков и злых духов. Он искренне верил, что ты умерла.

Лорри вышла на балкон и опустилась в кресло, в котором не раз сидела в прошлой жизни. Ранее они часто завтракали вдвоём, и потому Лорри так легко и без задней мысли согласилась на этот раз.

Через несколько минут пришёл Станис и начал сервировать стол. Он не поднимал на девушку глаз, словно боялся на неё посмотреть.

– Как дела, Стан? – поинтересовалась Лорри. – Ты вырос. Стал почти мужчиной.

Раб невольно покраснел и покосился на дверь.

– Боишься со мной разговаривать? – удивилась девушка.

– Нет… – И вдруг, низко склонившись над столом, словно что-то на нём поправляя, тихо прошептал. – Бегите, госпожа… Бегите, пока не поздно…

– Почему? – так же тихо спросила Лорри. – Что случилось?

Но Станис уже выпрямился с непроницаемым лицом, взял поднос и поспешно вышел. В дверях он чуть не столкнулся с входившим господином.

– Что это с малышом? – притворно удивился Латчер. – Он тоже вас боится?

– Похоже, – лаконично ответила девушка. Предупреждение Станиса её встревожило, но только слегка. Она и так не собиралась задерживаться в этом доме, рассчитывая сразу после завтрака навсегда покинуть виллу «Жемчужная».

Капитан сел за стол и жестом радушного хозяина пригласил девушку разделить с ним трапезу.

Глава 12

Завтрак проходил в молчании. Поглощая превосходные блюда, Лорри ловила на себе короткие любопытные взгляды капитана, но демонстративно их игнорировала. Заметив это, Латчер улыбнулся и произнёс:

– Ты всё ещё сердишься на меня. Ну же, Лорри, умоляю простить мою небрежность! Клянусь, я поступил так не со злым умыслом. Я не хочу, чтобы мы расстались врагами. Давай, выпьем по бокалу вина, и ты скажешь, что не держишь на меня зла.

– Ладно… Я не держу на вас зла.

– Прекрасно! Превосходно! Эй, Моис, старый трус, принеси-ка нам вина!

Через минуту вошёл раб с подносом в руках, на котором стояли бутылка вина и два золотых кубка. Латчер взял их в руки, поднял и повертел в лучах утреннего солнца, любуясь блеском золотого орнамента и всплесками света в гранях драгоценных камней, украшавших бока.

– Это кубки для особых случаев, – с какой-то непонятной улыбкой произнёс он. – Их я подаю только особым гостям.

Поставив кубки на стол, жестом велел Моису их наполнить. Подняв свой, кивнул девушке:

– За разлуку… Мне очень жаль, что я больше тебя не увижу…

Лорри осушила кубок в молчании. Вино оказалось терпким, чуть горчило, и не понравилось.

Латчер, выпив вино, поставил кубок на стол и с улыбкой посмотрел на девушку. И взгляд, и улыбка, Лорри совсем не понравились. Словно он ждал чего-то неотвратимого и наслаждался этим ожиданием.

Отодвинувшись от стола, Лорри сказала:

– Мне, пожалуй, пора… Отдайте деньги, и мы расстанемся навсегда.

– Как скажете, сударыня… Желание гостя – закон для хозяина…

Подал знак Моису и тот удалился.

Лорри ждала его возвращения, окидывая балкон настороженным взглядом. Что-то её тревожило, какое-то нехорошее предчувствие бередило душу. Она вспомнила предупреждение Станиса и подумала, что напрасно не прислушалась к нему.

Внезапно девушка почувствовала лёгкое недомогание. Голова закружилась, тело охватила неприятная слабость. Лорри хотела встать, и с ужасом обнаружила, что руки и ноги ей не повинуются. В ушах нарастал шум, в глазах заплясали разноцветные огоньки. Эти симптомы были ей уже знакомы. С невольным содроганием она вспомнила паралич от змеиного укуса. Взглянув на довольно ухмыляющегося Латчера, с яростью прошептала заплетающимся языком:

– Что… вы… сделали?

– Это сок актусса. Несколько капель – и человек временно парализован. Ты будете всё чувствовать и понимать, но не сможешь пошевелить и пальцем… Правда, хорошая штука?

– Я… Я… убью… вас…

– Ах, я уже боюсь, сударыня… – словно издали донёсся до неё издевательский смех капитана.

Веки отяжелели, и закрыли глаза. Её словно уносили тёплые волны, мягко покачивая на невесомых спинах, нежно лаская тело и навевая яркие причудливые сны.

Очнулась Лорри вечером, в своей комнате. Она хотела встать, но тело не слушалось, хотя сознание оставалось ясным. Эмоции тоже словно замерли. Она не испытывала ни страха, ни ярости, ни беспокойства. Словно неподвижная ледяная статуя без сердца и желаний она лежала на кровати, бесцельно и бездумно блуждая взглядом по комнате. Равнодушный взгляд наткнулся на собственное тело. Лорри без эмоций отметила, что выглядит довольно странно: из всей одежды на ней была лишь странная юбочка из бахромы, державшаяся на узком серебряном пояске, на ногах и руках поблёскивали дешёвые серебряные браслеты, а между овальными чашами грудей с торчащими коричневыми сосками лежала длинная нитка каменных бус.

Когда в голове прояснилось окончательно, Лорри поняла, что стала пленницей вероломного предателя. Она хотела рассердиться, но в душе шевельнулся слабый всплеск грусти. Коварный наркотик не только парализовал тело, но и заморозил душу, лишив естественных человеческих эмоций. Но разум при этом оставался ясным, и мысли были трезвыми и логичными. Девушка подумала, что рано или поздно действие наркотика закончится, и она вырвется на свободу, и теперь уж припомнит предателю все обиды. Она больше не станет слушать его сладких и льстивых речей, а убьёт беспощадно и хладнокровно.

Когда на землю опустились ночные сумерки, и за окном полностью стемнело, дверь открылась, и в комнату вошёл Латчер. Посветив на лицо пленницы и получив в ответ темный мрачный взгляд, весело улыбнулся.

– Проснулась, красавица? Как раз вовремя. Нам пора собираться в путь.

– Куда? – равнодушно спросила Лорри, с трудом шевеля непослушными губами.

– В места не столь отдалённые… Не скрою, сначала я хотел тебя убить – я не терплю живых врагов. Но потом подумал, что могу на тебе неплохо заработать. Как оказалось, моя прелестная, ты ещё девушка – чего я никак не ожидал. В наших краях ты стоишь целое состояние. Я выдам тебя за истинную дикарскую принцессу и продам какому-нибудь глупому вельможе за хороший куш. Тебя надёжно запрут в гареме, поэтому ты больше не будешь представлять для меня опасности. Ты же, вместо сырой земли, будешь покоиться на мягкой перине и ублажать своего господина. Согласись, это не самый худший вариант! – засмеялся капитан.

– Я вернусь… – прошептала девушка.

– С нетерпением буду ждать, – пренебрежительно усмехнулся Латчер.

Лорри хотела ответить ему резким неприличным словцом, но сдержалась, вовремя вспомнив одно из поучений наставницы: «Только сдержанность и хладнокровие помогут победить противника». Поэтому она закрыла глаза и рот, показывая, что не желает больше разговаривать.

– Да, тебе лучше смириться со своей судьбой, – истолковал по-своему её поведение капитан.

– На всё воля Богини-Матери, – прошептала девушка. – Делай, что хочешь, а я буду следовать своей тропой…

– Мне нравится твоя покорность… Продолжай так и дальше, и твоя судьба будет не такой уж и плохой, поверь мне.

Латчер снисходительно потрепал её по щеке и вышел, оставив наедине со своими мыслями.

Позже пришёл Моис. Он закутал девушку в покрывало и отнёс в повозку, на которой её отвезли в порт, где переправили на уже знакомый корабль. Пленницу поместили в каюте Латчера, на всякий случай, связав руки и ноги. Корабль покинул. Шли очень долго, а потом стали на якорь. Время словно замерло. На судне царила тишина. Один раз к девушке зашёл Моис и дал попить воды, очевидно, с новой порцией актусса, потому что она вновь погрузилась в цветной фантастический сон. Когда её разбудили, она была словно пьяная, и плохо соображала. Латчер, склонившись к её лицу, проговорил, чётко выговаривая слова, чтобы они дошли до затуманенного наркотиком сознания:

– Я нашёл тебе господина, дикарка. Хочу предупредить для твоей же пользы – молчи во время торга. Если ляпнешь что-то лишнее – я без сожаления проткну тебе сердце и выброшу тело в озеро на корм рыбам. Хочешь жить – молчи. Хочешь умереть – только намекни, и я избавлю тебя от этой участи.

Капитан открыл дверь и впустил в каюту пожилого аристократа. Тот приблизился к койке и осмотрел девушку придирчивым взглядом, заглянув ей в рот, пощупав грудь и рёбра, потрогав тугие ягодицы.

– Она крепка, – констатировал он.

– Как молодая необъезженная кобылка, – поддакнул Латчер.

– Сколько ей лет?

– Двадцать, – соврал капитан.

– И ещё девственница?

– Я проверил лично. Цельная непросверленная жемчужина. Её готовили в жрицы, а им нельзя знать мужчин.

– Она мне нравится. Я беру её.

Латчер позвал Моиса, и пока мужчины торговались, раб снёс девушку на берег и положил в закрытую карету на мягкие подушки переднего сиденья. Спустя какое-то время пришёл господин, и карета покатила в неизвестность, сопровождаемая несколькими верховыми охранниками. Всю дорогу мужчина не сводил с девушки взгляда, любуясь, как диковинной драгоценностью.

Глава 13

Лорри привезли в большой замок, где поместили в охраняемый гарем. Ещё сутки девушка отходила от действия наркотика, пока полностью не оправилась. Всё это время она лежала в отдельной комнате, где за ней ухаживала опытная сиделка.

Гарем занимал целое здание в глубине сада. На втором этаже располагалась общая спальня, где, на шёлковых, набитых конским волосом матрасах, положенных прямо на ковёр, спали наложницы – восемь девушек из разных стран. Лорри стала девятой. Каждой девушке полагалась одна подушка и одно или два одеяла, которые хранились в специальных стенных шкафчиках. Утром все матрасы складывались в углу, и комната превращалась в комнату отдыха, забав, занятий танцами или пением – в зависимости от планов смотрительницы гарема. На первом этаже находился красиво оформленный зал, где господин развлекался пением и танцами рабынь. Здесь же располагалась и великолепная спальня с огромной кроватью, на которой господин наслаждался любовью выбранной девушки.

Первые несколько дней Лорри изображала из себя робкую овечку. Она ни с кем не общалась, тихонько сидела в уголке и делала вид, что ничего не понимает. Но ко всему внимательно прислушивалась и присматривалась, изучая распорядок и гаремные правила. Она не проявляла упрямства, когда её заставляли что-то делать, послушно выполняла все приказы, безропотно ела, пила и выполняла все необходимые процедуры. Наконец, все в гареме поверили, что новенькая – беспроблемная тихоня, и неприятностей ждать от неё не стоит. Надзор ослабили и предоставили самой себе.

В саду возле гарема был неглубокий пруд, в котором, в жаркие дни, купались девушки. Лорри тоже иногда купалась и загорала на покрытом песком берегу, вспоминая беззаботные дни, проведённые с подружками из племени магиров на берегу уединённого лесного озера. Но чаще в одиночестве сидела под деревом или бесцельно, как казалось со стороны, бродила по саду, прячась от общества в тенистых укромных уголках.

Так прошло около месяца. Лорри привыкла к размеренной беззаботной гаремной жизни. Она ей даже нравилась в некоторой степени. Хозяин замка – лорд Мастард – часто посещал наложниц, но ещё ни разу не выбрал «варварку» для любовных утех. Он словно присматривался к ней и чего-то ожидал. Однажды он приказал ей станцевать какой-нибудь варварский танец. Лорри сделала вид, что не понимает, чего от неё хотят, но лорд объяснил ей всё столь красноречивыми жестами, что дальше притворяться непонимающей не имело смысла. Лорри поневоле пришлось станцевать ему один из танцев, которые она танцевала с подругами в ночь равноденствия. Сильное тренированное тело грациозно изгибалось под ритм барабанов и флейт, сопровождавших танец. Густые тёмные волосы, заплетённые в многочисленные косы, развевались веером, когда она стремительно кружилась, браслеты на руках и ногах мелодично позвякивали от встряхиваний и притопываний. Груди соблазнительно колебались и подпрыгивали. Глаза лорда, наблюдавшего за движениями наложницы, страстно вспыхнули. Он подозвал смотрительницу и что-то тихонько у неё спросил. Та ему так же тихо ответила, согласно закивав головой на его короткий приказ.

Когда Лорри закончила танец, смотрительница взяла её за руку и повела наверх. Здесь умелые рабыни быстро переодели девушку в красивое платье, умастили благовониями, подвели чёрной краской глаза и брови, накрасили губы алой помадой, и смотрительница отвела её вниз, в спальню. Усадив на край огромной кровати, произнесла:

– Сиди здесь и жди прихода господина. Когда он придёт – будь покорной и послушной. Если ты ему угодишь – он сделает тебе подарок, а рассердишь – прикажет наказать.

Смотрительница ушла, а Лорри осталась на широком ложе, на котором должна была потерять невинность. И с кем? С человеком, которого ненавидела, который купил её, как вещь, принимал покорность, как должное. Нет, этого не будет никогда! Достаточно она пожила в этой золотой клетке, пора улетать на волю.

У девушки уже давно созрел план, как вырваться из заточения, но она не могла его осуществить, потому что всё время находилась под пристальным наблюдением – смотрительницы, стражи, других девушек-наложниц. А сегодня ей предоставился прекрасный шанс. Никто о ней не вспомнит до утра, стража не следит за спальней так строго, как за другими помещениями гарема. Ну, а избавиться от лорда – пара пустяков.

Лорри свободно разлеглась на ложе и погрузилась в спокойное ожидание. Наконец, господин соизволил появиться в собственной спальне. Лорри даже не пошевелилась, когда открылась дверь, и господин вошёл в комнату. Мужчина окинул девушку вожделенным взглядом и довольно улыбнулся.

– Не заждалась меня, маленькая дикарка? – проворковал он, приближаясь и сбрасывая на ходу одежду. – Надеюсь, ты стоишь тех денег, что я за тебя заплатил… Будь послушной, и твой господин подарит тебе новое красивое ожерелье… Говорят, варварки страстные и неутомимые любовницы. Сейчас мы это проверим, моя дикарочка…

Лорри повернула голову и окинула мужчину откровенно презрительным взглядом.

– Не смотри на меня так, а то я позову евнухов и прикажу тебя выпороть… – нахмурился лорд.

Лорри улыбнулась, откинула одеяло и приглашающе похлопала по постели.

– Так-то лучше, моя кошечка… Моя страстная дикая кошечка… – промурлыкал мужчина, опускаясь на упругий матрас. – Ну же, покажи господину, что ты умеешь…

Лорри приподнялась и провела рукой по груди лорда. Она немного поласкала его, а затем выразительными жестами попросила, чтобы он перевернулся. Лорд послушно лёг на живот. Девушка взобралась на него, как наездница, и начала умело разминать спину, делая массаж. Лорд довольно заурчал.

– Да, это хорошо… Продолжай, моя девочка…

Лорри продвигалась выше и выше, пока не достигла шеи. Она легла на мужчину, щекоча спину острыми твёрдыми сосками, левую руку положила ему на голову, а правая скользнула под шею. Склонившись к уху мужчины, щекоча его дыханием и кончиком языка, тихонько прошептала по-ассветски:

– Прощай, мой глупый господин…

Затем резким сильным движением вывернула голову вправо, пока не послышался характерный хруст сломанных шейных позвонков. Тело лорда мгновенно обмякло. Лорри не спеша встала и с презрением посмотрела на мертвеца.

– Как тебе понравилась моя любовь? – спросила насмешливо.

Не обращая больше внимания на труп, тщательно обследовала его одежду. В гарем лорд приходил в домашнем платье, но на поясе всегда висели небольшие драгоценные ножны, из которых торчала инкрустированная рубином рукоятка. Лорри нашла их среди кучи небрежно сброшенной одежды и вынула нож. Клинок из превосходной алмостской стали, острый, как бритва, а рукоятка удобно ложилась в ладонь.

Девушка облачилась в одежду лорда, слегка широковатую, так как мужчина не отличался стройностью. Но, так как время побега ещё не наступило, она, прикрыв мертвеца одеялом, легла на другой край кровати и стала терпеливо ждать подходящего часа.

Время тянулось медленно. Замок засыпал, погружаясь в тишину и темноту. Когда наступила полночь и взошла звезда Кратас, девушка покинула помещение. Гарем охраняли два толстых ленивых евнуха, сейчас мирно дремавшие, привалившись к стене. Бесшумно приблизившись, двумя точными быстрыми ударами, Лорри отправила их на Небеса. Отодвинув тяжёлый засов, осторожно выскользнула за дверь в окутанный ночной темнотой сад.

Гарем окружала высокая каменная стена, высотой, примерно, в десять локтей. Лорри давно присмотрела место, где росло раскидистое дерево, ветви которого тянулись к самой стене. Оно и должно было послужить лестницей для преодоления преграды.

В безоблачном небе ярко сияли звёзды, в саду царила умиротворённая тишина. Но Лорри предпочла бы ветреную и облачную погоду, более способствовавшую побегу. Стараясь двигаться бесшумно, девушка отыскала нужное дерево и с трудом на него взобралась (все нижние ветви предусмотрительно обрезали). Не для предотвращения побегов – просто бывали случаи, что невольницы, не смирившиеся со своей судьбой, вешались на деревьях, не в силах вынести ненавистную участь.

По ветке, протянувшейся над стеной, беглянка перебралась на ограду и распласталась наверху, прислушиваясь и всматриваясь в темноту. Вокруг всё так же царила мирная тишина. Повиснув на руках, девушка тихонько соскользнула вниз. Когда ноги коснулись земли, сразу присела и настороженно прислушалась и осмотрелась. В фиолетовых сумерках темнели силуэты каких-то зданий. Судя по запаху и доносившимся оттуда звукам, конюшен. Вдали слабо мерцал тусклый огонёк масляного фонаря. Прячась в тени, девушка бесшумно двинулась на огонёк, и оказалась у внутренних ворот. Приоткрытых и без охраны, так как это был хозяйственный двор. Девушка проскользнула между створками и оказалась в переднем дворе. Здесь располагались казармы стражи и домик для прислуги, над которыми горели яркие фонари. Возле главных ворот в сторожевой башне горел свет, и оттуда доносились приглушенные голоса. На крепостной стене над воротами маячила фигура часового.

Оценив обстановку, беглянка начала подкрадываться к воротам, двигаясь, где короткими стремительными перебежками, где медленным осторожным шагом.

Наконец, она достигла желаемой цели. И тут её постигло разочарование. Ворота замка были открыты, но выходу препятствовала тяжёлая кованая решётка. Желанная свобода была близка, но недостижима.

Однако это непреодолимое препятствие не остановило беглянку. От сторожевой башни на стену вела узкая лестница, по которой поднимались часовые. Через минуту она оказалась наверху. В лицо дунул порыв лёгкого ночного ветерка и принёс запах воды и тины. Выглянув между зубцами, Лорри увидела слабый блеск воды старого фортификационного рва. Что ж, если не будет иного выхода, она прыгнет в ров. Лорри лишь надеялась, что там достаточно глубоко, чтобы она не разбилась.

Вдруг послышались тяжёлые размеренные шаги. Оглянувшись, она увидела тёмную фигуру стражника, идущего в её направлении. Лорри присела и прижалась к стене, стараясь слиться с её фоном. Она молила богов, чтобы стражник повернул в другую сторону или прошёл мимо, не заметив её. На всякий случай, достала и зажала в руке нож.

Стражник приблизился вплотную и вдруг резко остановился.

– Эй, кто здесь? – прозвучал его грозный голос. – Это твои шуточки, Брейс?

Словно расправленная пружина, вскочила девушка, и короткое узкое лезвие вонзилось в горло стражника, пробив гортань и вскрыв яремную вену. Стражник захрипел и пошатнулся. Лорри вынула из раны нож и отскочила в сторону, чтобы ударившая фонтаном кровь не забрызгала её. Схватившись руками за перерезанное горло, стражник хрипел, не в силах крикнуть или позвать на помощь. По мере вытекания крови, силы оставляли его, и через минуту он рухнул на камни, а ещё через минуту затих окончательно.

Отойдя от умирающего в агонии стражника на несколько шагов, Лорри чутко прислушалась – не заметил ли кто подозрительной возни на крепостной стене и не поспешил ли проверить, что там случилось? Удостоверившись, что убийства никто не заметил, вернулась к мертвецу и сняла с его пояса меч и другое бывшее при нём оружие. Сложив его и свою одежду в плащ стражника, туго перетянула свёрток ремнём и снова выглянула за крепостную стену. Во тьме с трудом просматривался противоположный берег, но, в общем, ров был не очень широк. Взяв узел в руки, Лорри размахнулась посильнее и зашвырнула его как можно дальше. Он с шелестом упал на траву. Девушка постаралась запомнить место и вернулась к убитому стражнику. Нужно было избавиться от трупа, чтобы кто-нибудь случайно не обнаружил его раньше времени. Подтянув тело к амбразуре, Лорри с трудом перевалила его через стену и проследила за полётом. Глухо ударившись о землю, тело скатилось по крутому склону и исчезло под затянутой тиной водой.

Теперь пришла очередь девушки. Она взобралась на амбразуру, примерилась и, посильнее оттолкнувшись, прыгнула. Падение в воду оглушило её и, по-видимому, вызвало немало шума. Но это место находилось далеко от ворот, и плеск во рву не привлёк ничьего внимания.

Вынырнув на поверхность, девушка отдышалась и, с омерзением разгребая густую от водорослей, гнилой травы и тины воду, поплыла к берегу. С трудом взобравшись по крутому осыпающемуся склону, распласталась на земле и несколько мгновений отдыхала, прислушиваясь к ночной тишине. Затем поднялась и осмотрелась в поисках узла с одеждой. Она увидела его в нескольких шагах. Схватив узел, девушка поспешила к темнеющим неподалеку кустам, где быстро вытерлась плащом и оделась. Затянув на талии пояс и прицепив к нему оружие, покинула укрытие и пошла в противоположном замку направлении.

Вскоре Лорри вышла на дорогу и остановилась в растерянности. Она не знала, куда повернуть – направо или налево? Какое направление ведёт к замку, а какое наоборот? Так и не выбрав нужного, перешла дорогу и углубилась в лес. Двигаясь внимательно и не спеша, чтобы не сбиться с выбранного направления, ориентируясь по просвечивавшим сквозь кроны деревьев звёздам, девушка медленно продвигалась вперёд. К рассвету снова вышла на дорогу, которая совпадала с выбранным направлением. Не раздумывая, пошла по ней быстрым уверенным шагом.

Забрав у стражника оружие и плащ, Лорри так же прихватила его шлём, под которым спрятала косы. Шлем не только прикрывал голову, но и скрывал часть лица, что вполне устраивало девушку. Закутанная в плащ, она мало походила на беглянку-наложницу, скорее напоминала юношу-солдата.

Уже взошло солнце, когда впереди показался путник, идущий навстречу. Крестьянин, судя по облику, не сатский. Лорри заступила ему дорогу и спросила, стараясь, чтобы её голос звучал не очень звонко:

– Эй, смерд, скажи-ка, что это за местность и куда ведёт эта дорога?

Крестьянин с удивлением посмотрел на говорящего по-ассветски стражника, но ответил, с трудом подбирая чужие слова:

– Эта дорога ведёт в Аун, а вы находитесь на землях лорда Мастарда, господин.

– Аун? Что это и где это?

– Что значит, где? – ещё больше удивился прохожий. – В Племанте, где же ещё?

– Племант! Значит, я не в Сатсе? – невольно воскликнула Лорри.

– А вам нужно в Сатс, господин? Тогда вы идёте не в ту сторону. Сатс на востоке, за рекой.

– Демоны ада! И как меня сюда занесло? – пробормотала девушка и сунула крестьянину мелкую монету, которую нашла в кошельке убитого стражника.

Она повернула обратно, но, как только исчезла из поля зрения крестьянина, свернула в лес и углубилась в чащу. Присев под кустом, попробовала сориентироваться. Теперь девушка знала, где находится – в Племанте. Значит, на востоке находится Сатс, на юге – Лендское графство, на севере – море, а на западе – княжество Сандис, родина бывшего напарника Илиса. Ближе всего находился Сатс. Но путь в него пролегал землями лорда Мастарда, а люди лорда, которые, скорее всего, уже бросились на её поиски, будут искать беглянку именно в том направлении. Потому ей, лучше всего, вообще покинуть Племант и перебраться в графство. По слухам, эти два государства часто враждовали, так как более сильный Племант не раз покушался на земли маленького графства. А уже оттуда она направится в Сатс.

Выбрав маршрут, Лорри повернула на юг, и пробиралась лесом, пока не вышла к реке, судя по всему – границе между двумя государствами. Она шла по берегу, пока не увидела рыбака на лодке. Подозвав его, попросила перевезти её на другой берег, показав серебряную монету.

Оказавшись в графстве, Лорри повернула на восток и шла до самого вечера. Когда солнце опустилось за верхушки деревьев, девушка вышла на высокий берег огромной реки, медленно несущей мутные зеленоватые воды на север. Она догадалась, что это и есть Мать Кайя – самая большая река северной части континента, отделяющая огромное королевство Сатс от его более мелких соседей.

Вплавь такую реку не преодолеть. Лорри повернула на юг и пошла вдоль берега, стараясь найти лодку или встретить рыбака. Но наступила ночь, а ей никто не встретился. Устроив в кустах постель из сухих листьев и травы, девушка укрылась плащом и спокойно проспала до утра. С первыми лучами солнца встала и продолжила путь. На этот раз ей повезло – она встретила рыбака, вышедшего на утренний лов. Несколько монет помогли уговорить его перевезти незнакомца на другой берег.

Оказавшись на сатском берегу, девушка тут же отправилась на восток. Ей снова пришлось пробираться лесом. Но вскоре лес закончился, и потянулись ухоженные поля и виноградники, окружённые лабиринтом узких сельских дорог. Лорри, стараясь не потерять выбранное направление, переходила с дороги на дорогу, пока не вышла к какому-то селению. Зайдя в бедную придорожную харчевню, за браслет, снятый с руки, Лорри купила сытный обед и немного припасов в дорогу. Покинув селение, отправилась дальше на восток.

Ближе к обеду девушка вышла на большую наезженную дорогу. Немного пройдя по ней, услышала позади топот копыт. Оглянувшись, увидела всадника, едущего неторопливой рысью. Когда всадник поравнялся с ней, Лорри схватилась за уздечку. Купец, сидевший на лошади, едва не вывалился из седла.

– Что за?.. – сердито воскликнул он, но осёкся, увидев приставленный к груди меч.

– Мне нужна ваша лошадь, сударь, – без обиняков заявила девушка.

– Это ограбление? – не столько испугался, сколько удивился купец.

– Можете назвать это так, сударь. Я иду издалека и очень устал. А мне нужно торопиться. Если вам дорога ваша жизнь, вы уступите мне лошадь без сопротивления. В противном случае, я возьму её вместе с вашей жизнью.

– Ради всех святых… Берите, что хотите, только не убивайте меня… – пролепетал перепуганный купец. Он послушно спешился и не сопротивлялся, когда девушка вязала ему руки и ноги, чтобы он не мог пойти куда-нибудь за помощью. Сунув купцу в рот кляп, девушка села в седло и пришпорила коня, оставив пленника под деревом в стороне от дороги.

Эта часть королевства была густо заселена. По пути часто встречались большие города, местечки и сельские селения. Девушка старалась объезжать их стороной, лишь изредка заезжая в одинокие придорожные харчевни, чтобы купить немного еды или переночевать.

Глава 14

Спустя три дня Лорри достигла берега Эбола. Она въехала в большой город с портом, в который заходили и морские, и каботажные корабли, курсирующие по озеру и рекам. Продав лошадь, купила место на барже, отплывающей в Аян. Галера, тянувшая баржу, двигалась медленно, поэтому на то, чтобы пересечь озеро, ушло целых шесть часов. Лорри сошла в столичном порту, пообедала в припортовой харчевне и отправилась на улицу Ткачей. Зайдя в один из кабаков, заказала кружку пива, села у окна, и просидела за столиком, пока не увидела подъезжающих стражников. И снова ей повезло: дежурил Илис. Девушка не стала ему показываться. Она просто хотела узнать, на какой он смене.

Когда на город опустилась ночь, Лорри отправилась на виллу «Жемчужная». Проникнув на территорию, как и в прошлый раз – через забор, пробралась в дом и сразу поднялась на второй этаж. Прислуга уже спала, но в спальне капитана горел свет. Лорри осторожно толкнула дверь, но та оказалась запертой изнутри. Вынув нож, Лорри просунула лезвие в щель и вынула крючок из петли. Тихонько приоткрыв дверь, заглянула внутрь. На каминной полке горела одинокая свеча, с трудом рассеивая мрак. Из-за опущенного полога доносилась характерная любовная возня. Набросив крючок, девушка бесшумно приблизилась к кровати. Осторожно потянув из ножен меч, резко отдёрнула полог. В полумраке пыхтели сплетённые в любовном экстазе тела.

– Приятно умереть на женщине, правда, капитан? – спросила насмешливо.

Латчер резко вскинул голову и уставился на девушку изумлённым взглядом. Но, так как она всё ещё была в плаще и шлёме, он её не узнал.

– Ты кто?! – воскликнул сердито.

– Твоя смерть, – Лорри сняла шлём и рывком сорвала с плеч плащ. Глаза капитана расширились, и девушка впервые увидела в них настоящий ужас. – Я пришла по твою душу, и, поверь, на Небеса она не попадёт!

– Лорри?! Как… Постой!

Лорри подняла меч, намереваясь снести капитану голову, но тот резво упал на спину, прикрывшись несчастной наложницей, словно щитом, и рубящий удар пришёлся по ни в чём не повинной девушке. Вскрикнув, несчастная упала на кровать, заливая дорогие льняные простыни бьющей из глубокой раны кровью. Лорри вновь подняла меч, но реакция капитана оказалась мгновенной. Он скатился с кровати, вскочил на ноги и бросился к стене, где висело оружие. Пока девушка обходила кровать, он успел вооружиться.

– Решил умереть как мужчина… Похвально, – улыбнулась «меченая».

Лорри бросила взгляд на стену позади Латчера и увидела прекрасный длинный илларийский меч. В спешке Латчер схватил первый попавшийся. Им оказался короткий и широкий меч наёмника. У девушки был такой же, что уравновешивало шансы соперников. Но длинный клинок против короткого давал его обладателю преимущество. Девушка решила оттеснить капитана от стены, чтобы завладеть илларийским мечом.

Она ринулась в атаку. Но Латчер оказался опытным фехтовальщиком и легко её отбил. Всё же он немного отступил, и девушка оказалась у цели. Перебросив свой меч в левую руку, она сорвала со стены илларийский и взмахнула им, проверяя вес и балансировку. Оружие оказалось лёгким и удобным в обращении. Он был так прекрасно сбалансирован, что казался продолжением руки. Плоский отполированный клинок обещающе сверкнул в тусклом свете.

– Ну, мастер Латчер, а теперь поиграем по-взрослому, – произнесла девушка и вновь ринулась в атаку. Новое оружие легко доставало противника, хоть как тот ни старался уклониться от ударов. На теле капитана один за другим появлялись болезненные кровоточащие порезы, и его обнажённое тело скоро покрылось кровью, словно он оделся в причудливый алый костюм. Латчер буквально ощущал, как смерть дышит ему в затылок, и его лицо всё больше искажалось ужасом. А Лорри играла с ним, как кошка с мышью, гоняя по всей комнате и разрисовывая тело кровавыми узорами. Наконец, загнав в угол, рубящим ударом лишила его кисти руки, державшей меч. Безоружный и истекающий кровью, зажав фонтанирующий обрубок, капитан упал на колени и посмотрел на девушку полными смертельного ужаса глазами.

– Пощады… Прошу пощады… – простонал он ритуальную фразу побеждённого соперника.

– Мы не на поединке чести, капитан. Это личная месть, и просьбы здесь неуместны.

– Умоляю, Лорри… Пощади! Вспомни, я два раз мог прикончить тебя, но оба раза пожалел… Пожалей же и ты меня!

– Это было твоей ошибкой… Я помню и полностью разделяю твои слова о живых врагах. И для тебя же будет лучше умереть, чем жить без рук!

Лорри взмахнула мечом и отрубила капитану вторую руку. Тот упал на спину и завизжал, словно свинья под ножом мясника. Девушка приблизилась и поставила ему на горло ногу. С силой надавила, ломая гортань и перекрывая доступ воздуха к лёгким. Визг превратился в хрип, капитан начал задыхаться, глаза его выпучились и налились кровью.

– Больше всего я ненавижу предателей и вероломных негодяев, – произнесла девушка, наблюдая, как умирает враг. Тело Латчера несколько раз дёрнулось и затихло. По нему пробежала последняя судорога, и оно расслабленно вытянулось.

За дверью послышался шум, кто-то дёрнул её несколько раз, и голос Моиса произнёс:

– Господин, с вами всё в порядке?

Лорри отбросила крючок и широко распахнула дверь. Снаружи, с фонарями в руках, стояли Моис и Станис. Увидев Лорри с окровавленным мечом, старый раб испуганно попятился и прижался к стене. Лорри знала, что Моис предан Латчеру до мозга костей. Она помнила, что это он подал ей отравленный кубок, ни словом, ни жестом даже не попытавшись её предупредить. Она не ждала от этого лизоблюда ничего хорошего, потому ступила вперёд и, молча, вонзила клинок в грудь раба.

– Ступай за своим хозяином, собака, – произнесла, когда Моис, оставляя за собой кровавый след, сполз по стене.

Лорри повернулась к вжавшему голову в плечи Станису. Несмотря на испуг, юноша смотрел в глаза девушки открытым взглядом.

– А с тобой что делать? Мне не нужны свидетели.

– Возьмите меня с собой, госпожа, – неожиданно попросил юноша.

– Куда? Я сама ещё не знаю, куда пойду.

– Мне всё равно… Возьмите меня с собой.

– Твой хозяин мёртв. Ты можешь покинуть этот дом, и никто не будет искать тебя.

– Мне не нужна свобода… Я хочу быть вашим рабом. Возьмите меня с собой…

– Вот заладил… Ладно, возьму. Мои вещи целы?

– Да, госпожа.

– А мой красавец-конь?

– В конюшне, госпожа.

– Ступай и оседлай его. Выбери и себе сильного выносливого коня. Собери всё необходимое для дальней дороги. Ты помнишь, что всегда брал с собой Латчер?

– Да, госпожа.

– Подготовь то же. Собери и упакуй всё самое ценное. Представь всё так, словно здесь побывали грабители.

– Я понял, госпожа…

– Когда управишься, жди меня у Никетской заставы.

– Слушаюсь, госпожа.

– Тогда до встречи.

Лорри спустилась в свою комнату. Там всё оставалось по-прежнему, не было только её одежды, в которой она прибыла на виллу в прошлый раз. Тогда девушка переоделась в одежду, подаренную ей Латчером – тунику, брючки, туфельки и великолепный плащ. Сундучок с остальными вещами она вынесла во двор, где Станис упаковывал вещи на одну из грузовых лошадей.

Сев на белоснежного красавца, девушка покинула двор.

В Казармах ещё не спали. На площадке горел костёр, вокруг которого сидели свободные от дежурств воины и веселились каждый на свой лад: кто пел песни, кто играл на китане, кто просто дурачился, кто травил байки или рассказывал городские страшилки. Закутавшись в плащ и надвинув на лицо капюшон, Лорри спросила у стражника на воротах, здесь ли ещё Илис Колл. Тот ответил, что не видел, чтобы тот выходил. Тогда она оставила коня у коновязи, дала стражнику серебряный, чтобы он за ним присмотрел, и прошла во двор.

Когда девушка приблизилась к костру, все разговоры мгновенно стихли, а на неё уставились десятки любопытных взглядов. Не часто столь изысканно одетые дамы посещали Казармы, да ещё таким поздним вечером.

К ней приблизился один из сержантов и вежливо спросил:

– Леди кого-то ищет?

– Да… – тихо, чтобы кто-нибудь из присутствующих, не дай бог, не узнал её голос, ответила Лорри, старательно пряча лицо. – Мне нужен стражник Илис Колл.

– Илис? – удивился сержант. Затем обернулся и окинул взглядом присутствующих. – Он только что был здесь… Эй, кто видел этого неугомонного сандийца Илиса Колла?

– Он сейчас подойдёт, – ответили из толпы. Он отошёл… это… освежиться…

Послышались сдержанные смешки.

– Он подойдёт через несколько минут, леди… Может, присядете у нашего костра?

– Нет! Нет… Я тороплюсь… Нельзя ли за ним послать?

– Как прикажете, леди… Эй, кто-нибудь, сходите за Илисом, а то он там может уснуть!

– Кто это меня торопит? – послышался из темноты голос Илиса, и он вступил в круг света.

– К тебе пришла благородная леди, а тебя где-то носит!

– Кто это? – с любопытством уставился на девушку Илис. – Мы разве знакомы, миледи?

– Конечно, шалунишка! – прошептала девушка. – Последнее время ты совсем меня забыл…

Илис приблизился и заглянул под капюшон.

– О демон, это опять ты?! – изумлённо воскликнул он.

– Тсс… – прошептала Лорри. – Уйдём отсюда…

Илис обнял девушку за плечи и повёл к воротам, не обращая внимания на колкие шутки сослуживцев.

– Эй, Илис, чтобы к утру был в казарме! – крикнул ему вслед сержант.

Они вышли на улицу и прошли до ближайшего кабака. За серебряную монету им выделили отдельную комнатку для любовных свиданий. Как только они остались одни, Илис воскликнул:

– Куда ты опять исчезла? Я тебя ждал, как договорились, а ты словно сквозь землю провалилась. Я уже не знал, что и думать…

Лорри опустилась на жёсткое, жалобно скрипнувшее, расшатанное ложе и пригласила Илиса присесть рядом. Затем рассказала всё без утайки, с того момента, как они попрощались у ворот виллы, и до сей минуты. Илис слушал молча, только удивляясь и сопереживая. Когда девушка закончила, он нахмурился и произнёс:

– Значит, теперь ты вне закона… Тебе нужно как можно скорее покинуть Сатс, а ты пришла ко мне… Зачем?

– Я хочу сделать тебе предложение.

– Какое?

– Поехали со мной.

– Куда? – удивился мужчина.

– В Ледеберг.

– К варварам?

– Да… Я успела убедиться, что эти люди более честные и благородные, чем светлолицые.

– Ты уже заговорила, как дикарка…

– Не забывай: в моих жилах тоже течёт варварская кровь.

– Извини… И ты предлагаешь мне покинуть цивилизацию и отправиться к варварам?

– Я думала, что ты… испытываешь ко мне нечто большее, чем дружеские чувства, и предлагаю стать моим мужем. Поверь, среди варваров ты мог бы добиться большего статуса, чем здесь…

– Лорри… – неожиданно мягко заговорил Илис. – Я любил тебя, это правда… Но это было два года назад. Я думал, что ты погибла и искоренил это чувство в своём сердце… Но не в этом дело. Я бы даже женился на тебе, потому что ты прекрасная девушка… Но ехать в Ледеберг… Я не смогу жить среди варваров. Я цивилизован до мозга костей. Я не смогу отказаться от своих привычек и обычаев. Жизнь среди природы – не для меня. Я городской житель. Мне нравится шум, теснота, даже грязь и ругань на улицах. Здесь я, как рыба в воде, а там буду гостем на чужом празднике… Прости, Лорри.

– Ну что ж… Пусть будет, как будет… Тогда прощай. Я думаю, мы больше никогда не увидимся.

– Прощай, Лорри… – Илис взял лицо девушки в ладони и заглянул в глаза. – Ты позволишь тебя поцеловать хотя бы на прощание?

Лорри закрыла глаза и приоткрыла губы. Илис склонился, и его уста нежно коснулись губ девушки.

– Мне жаль расставаться с тобой… – прошептал он.

– А мне жаль, что мои дети будут иметь другого отца…

– Ты бы с этого и начинала! – не удержался от шутки сандиец. – Я всегда готов стать отцом чьих-либо детей!

– Это не шутка, Илис, – грустно ответила девушка, вставая. – Я девственница, и отдам свою девственность только супругу… Идём. Надеюсь, моя лошадь и вещи целы?

– Конечно! Я хранил их, надеясь на встречу.

– Приведи её. Я подожду у ворот.

Они вернулись к Казармам. Когда Илис привёл горную лошадку девушки, то с надеждой спросил, передавая повод:

– А может, всё-таки останешься?

– А может, всё-таки поедем вместе?

Илис с сожалением покачал головой.

– Тогда прощай и будь счастлив! – Лорри стегнула лошадь и растаяла во тьме.

– И ты тоже… – прошептал мужчина. Он стоял у ворот, пока двойной цокот копыт не затих вдали.

…Спустя несколько дней, рано утром, три грузовые лошади и два всадника, один из которых восседал на прекрасном белоснежном породистом жеребце, пересекли южную границу Сатса и вступили в Ледеберг. Они съехали с дороги и затерялись среди диких лесов и гор. И никто никогда больше их не видел. И неизвестно, какая судьба постигла этих двоих.

Конец первой части

Часть вторая: «Дары Одоранны»

Глава 1

После возвращения из Сатса, Лорри прожила в племени магиров три спокойных счастливых года. Старая Офилла, её приёмная мать, не могла нарадоваться на дочь – такой она была почтительной и послушной. По совету Офиллы, Лорри вышла замуж за одного из молодых вождей. Через год родила крепкого здорового малыша, которому дала имя Илис. Её жизнь протекала спокойно и благополучно.

До того дня, когда сырой западный ветер принёс с собой Красную Смерть – смертоносную лихорадку, от которой люди вымирали целыми селениями. Она редко посещала Аквию, но когда приходила – уносила с собой сотни тысяч жизней.

На этот раз мор опустошил селение магиров. Первой в семье Лорри умерла Офилла. За ней ушёл муж. Лорри стойко перенесла и это горе. Но когда красная сыпь покрыла тельце полуторагодовалого сына, обезумевшая от горя мать бросилась к Верховной Жрице, с которой до сих пор не очень ладила – Верховная Жрица завидовала славе и почёту, которыми пользовалась в племени Мать Воинов.

Оставив беспамятного малыша на руках верного Станиса, Лорри направилась в храм. Преклонив колени перед жрицей, как того требовали правила, она смиренно попросила:

– О, Святейшая! Исцели моего сына. Он ещё младенец и не познал греха. За что же боги наказывают его?

– Боги наказывают не дитя, они наказывают его родителей, – холодно ответила жрица.

– Чем я прогневила богов так сильно, что они забрали у меня мать, мужа, а теперь хотят забрать и единственного сына? Разве я не отдавала храму часть добычи, возвращаясь из походов? Разве не присутствовала на всех церемониях? Разве я не почитала их наравне со своими богами? Разве я проявила к ним неуважение или оскорбила иным образом?

– Ты возгордилась, Мать Воинов. Боги даровали тебе необычные качества и умения, доступные не каждому мужчине. Благодаря им ты вознеслась на вершину славы. Но вместо того, чтобы смиренно благодарить богов за дарованные тебе милости, ты небрежно бросала на их алтарь жалкие крохи со своего стола.

Лорри с удивлением посмотрела на Верховную Жрицу и возмущённо воскликнула:

– Так это боги даровали мне силу и славу? А я, глупая, думала, что всего добилась потом и кровью. Думала, что если каждый день буду упорно тренироваться, терпеть холод, голод, боль, сносить жестокое обращение наставниц, то, когда-нибудь, стану великим воином… Оказывается, нужно было лишь чаще молиться богам, которых я тогда даже не знала!

– Не богохульствуй! – вскричала Верховная Жрица. – Ты и сейчас не можешь смириться, когда боги показали тебе свою силу!

– Тогда объясни мне, – поднялась Лорри, охваченная отчаянием и гневом, – за что боги убили мою приёмную мать, женщину, которая всегда их почитала и поклонялась? Это твои боги убили моего мужа, истинного верующего? Это твои жестокие боги забирают жизнь у моего малыша, который даже говорить ещё не умеет, а значит, не может ни богохульствовать, ни молиться? Это твои глупые и гордые боги убили десятки магиров, только за то, что я не прочитала им нескольких молитв? – Лицо женщины исказилось от гнева, а в глаза вспыхнул огонёк звериной ярости. – Тогда передай своим богам, что если мой малыш умрёт, я убью их!!!

– Что ты мелешь?! – в ужасе воскликнула жрица, в страхе отступая. – Как можно убить богов? Они бессмертны! Ты сошла с ума, крисса!

– Да, я Крисса! Это моё первое имя! Но я не сумасшедшая! Я знаю, что боги недостижимы. Но если я не могу достать их, потому что они, по твоим словам, живут на Третьем Небе, то я могу убить их представителей здесь, внизу! Я убью тебя и всех других Верховных Жриц – одну за другой – пока не останется никого, кто смог бы с ними поговорить, передать им людские дары, возносить в их честь молитвы! И тогда им придётся спуститься с Небес, а я встречу их с мечом в руках! И вот тогда мы посмотрим, кто сильнее – я или твои ленивые самодовольные боги!

– Вон отсюда, богохульница! – завизжала Верховная Жрица. – Уходи из племени, возвращайся в свой грешный мир светлолицых, и тогда мор прекратится!

– Даже так? – вскипела Лорри. – Ты хочешь выгнать меня из племени? Я знаю, ты всегда этого хотела, благочестивая и непорочная дева! Потому что тебе нравился мой муж, хотя обычаи запрещают тебе даже помышлять о мужчине!

Их перепалку прервал приход Станиса. Он вошёл медленно, осторожно неся на руках неподвижное, расслабленное, красное тельце малыша. Сердце женщины сжалось, а ноги словно приросли к полу храма.

– Что?.. – еле слышно прошептала она.

Станис, бледный и дрожащий, с полными слёз глазами, тихо ответил:

– Я не спускал его с рук, госпожа… Я делал всё, что вы приказали… Но… Но…

– Что?!! – вскрикнула Лорри, словно раненная птица.

– Он умер, госпожа… – еле шевеля губами, прошептал раб.

Лорри словно пронзила молния. Её тело онемело, в глазах потемнело, а в груди мгновенно вспыхнул и погас огонь, оставив после себя перегоревший пепел и холодную золу, словно давно потухший костёр. Взглянув в лицо госпожи, Станис побледнел и задрожал ещё больше. Судорожно прижав к груди мёртвое тельце, он упал на колени.

– Простите, госпожа… Я делал всё, что вы говорили, но он умер…

Казалось, Лорри не слышит слугу. Расширенные зрачки устремились в никуда, лицо перекосила мучительная судорога, она стояла белая и неподвижная, словно каменная статуя.

В храме воцарилась мёртвая тишина, которую внезапно нарушил лёгкий скребущий звук, от которого Лорри словно очнулась. Она вздрогнула и резко обернулась. В руке мгновенно оказался её верный илларийский меч. Мрачный беспощадный взгляд остановился на сжавшейся фигурке Верховной Жрицы, пытавшейся открыть какую-то дверь в глубине храма.

Словно голодный гиззард на беспомощную жертву, словно беспощадный йол, которого варвары называют «чёрной молнией», бросилась женщина вслед жрице. Схватив одной рукой её за волосы, она с силой потянула к себе, заставив встать на колени, и приставила лезвие к горлу.

– Не прикасайся ко мне, безумная! – завизжала насмерть перепуганная жрица.

– Почему? Я не мужчина, мне можно, – со странным зловещим смешком ответила Лорри. – Зови на помощь своих богов! Пусть они придут и спасут тебя, если смогут. Пусть накажут меня, если хотят, ибо мне терять уже нечего!

– Оставь, оставь меня, крисса!.. – зарыдала жрица. – Не трогай меня, я не сделала тебе ничего плохого! Убей её, если сможешь!..

– Кого?! Кто сможет своей смертью утолить мою боль?

– Святую Одоранну, покровительницу детей и животных! Это она не уберегла твоего малыша!

– Как я могу добраться до этой святой? Или ты знаешь тайный путь на Небеса? А может, ты позовёшь её, и она сама придёт сюда?

– Она… Она живёт в пещере на горе Дарн. Ты сама можешь отправиться туда и поговорить с ней!

– Я обязательно пойду туда и поговорю с этой святой… Рассказывай дорогу! Говори только правду, потому что ты пойдёшь со мной и, если солжёшь, я убью тебя медленно и мучительно.

– Вход в пещеру находится между двух валунов, похожих на огромных бастеров. Но ты не сможешь войти, пока не произнесёшь заклинание: «летси, апенси, дор». Тогда камень, закрывающий вход, отодвинется. Когда ты войдёшь, то увидишь лестницу, ведущую вниз. Она приведёт тебя в зал, где живёт Одоранна.

– Так она живёт под землёй?

– Да… Боги прогнали её с Небес, и она поселилась в пещере. Она живёт там уже тысячи лет и общается только с Верховными Жрицами… Пусти меня, Мать Воинов, я и так рассказала тебе то, что не имела права рассказывать…

– Значит, ты тоже согрешила, Святейшая? – улыбнулась Лорри улыбкой, больше похожей на гримасу боли. – Тогда ты не попадёшь в Святые Земли!

С этими словами Лорри чиркнула по горлу жрицы мечом. Брызнула кровь, заливая стену, возле которой стояла на коленях жертва, послышался отвратительный хрип и бульканье, и всё стихло.

Бросив тело жрицы, Лорри медленно повернулась и направилась к всё ещё стоявшему на коленях Станису, прижимавшему к груди мёртвого сына госпожи. Тот сжался от ужаса при её приближении и обречённо опустил голову, думая, что пришёл его черёд.

Но Лорри опустилась перед ним на колени и нежно провела рукой по мёртвому тельцу сына.

– Да примут Небеса твою душу, мой маленький… – прошептала она. – Резвись и радуйся в райских кущах, а я обещаю, что кто-то заплатит за твою преждевременную смерть. Это лишь первая жертва… – Лорри склонилась и поцеловала мёртвое личико малыша. – Положи его на алтарь!

Станис безропотно выполнил приказ.

– Ступай, оседлай лошадей и приведи их сюда.

Станис поклонился и поспешно удалился. Лорри опустилась возле алтаря на пол, обхватила колени руками и невидящим взглядом уставилась на крохотное тельце, распластанное на холодном камне. Очнулась она, когда Станис тихонько доложил, что лошади ждут у двери. Лорри встала, положила на труп сына все связки священного лурела, которые нашла в храме, щедро полила горючим маслом и подожгла. Когда огонь поднялся под самый потолок, женщина повернулась и быстро пошла к выходу.

Глава 2

Гора Дарн находилась в двух днях пути от селения магиров. Отправившись в путь немедленно, Лорри и Станис достигли её подножия на третий день около полудня. До валунов, похожих на двух вставших на лапы бастеров – горных медведей – они добрались через несколько часов. Спешившись, Лорри прошла между валунами и оказалась перед ровной каменной стеной. Окинула её недоверчивым взглядом, не веря, что какие-то слова могут сдвинуть с места каменную массу.

Расставив для устойчивости ноги и, на всякий случай, положив руку на рукоять меча, она громко произнесла:

– Летси, апенси, дор!

Несколько мгновений ничего не происходило, и женщина подумала, что Верховная Жрица обманула её. Но тут послышался глухой гул, земля под ногами задрожала, и стена медленно поползла налево, открыв низкий узкий проход.

Лорри оглянулась на стоявшего позади Станиса, со страхом взиравшего на происходящее, и приказала:

– Оставайся здесь.

– Нет, госпожа! – впервые осмелился возразить юноша. – Позвольте мне пойти с вами.

Лорри заколебалась, затем кивнула:

– Идём.

Они вошли в тёмный проём и с трудом различили каменную лестницу, ведущую вниз, – всё, как и говорила жрица.

Узкие ступени крошились от старости. Идти по ним было неудобно. Их словно сделали для детей.

Лестница привела в большой зал, посреди которого возвышалось непонятное сооружение в виде арки, а у одной из стен стоял зеленовато-серебристый куб на треноге.

Вступив в зал, Лорри настороженно осмотрелась, ожидая появления разгневанной богини. Но вокруг царили тишина и пустота. Мягкий зеленоватый свет лился из круглых шаров, укреплённых на зеленовато-серебристых изогнутых ножках, рассеивая полумрак пещеры и создавая в ней необычную загадочную обстановку.

Лорри неторопливо прошлась по залу, внимательно осматривая всё, мимо чего проходила. Станис следовал за ней, словно тень.

– Верховная Жрица нас обманула, – произнесла она, закончив осмотр. – Здесь пусто, как в желудке изголодавшегося гиззарда.

– Может, богини нет дома? – робко предположил юноша.

– Ушла в гости? – горько усмехнулась женщина, и вдруг яростно закричала. – Одоранна!!! Выходи, не прячься! Я, Мать Воинов из племени магиров, пришла убить тебя! Выйди и сразись со мной!

Звук её голоса отбился от каменных стен и рассыпался дробным эхом.

Неожиданно в воздухе возникло какое-то напряжение, как перед сильной грозой. Казалось, воздух завибрировал, наполнился еле слышным звоном, и вдруг раздался тихий шелестящий голос:

– Я здесь… Кто меня звал?

– Это я, Лорри Грасс. Покажись, богиня!

Звон усилился, переходя в тонкое гудение, словно в пещеру влетела голодная пчела, и в воздухе над кубом появилось слабое мерцание, которое с каждым мгновением становилось гуще, образнее, превратившись в призрачную фигуру закутанной в плащ женщины с нечёткими размытыми чертами лица.

– Я Одоранна… – прошелестел бестелесный голос. – Что ты хотела, Лорри Грасс?

– Ты не уберегла моего сына от Красной Лихорадки. Он умер. За это я убью тебя!

– Успокойся, глупая женщина. Как я могла уберечь твоего сына? Я сижу в заточении в этом подземелье уже тысячу лет. Я не представляю, что творится у вас наверху, и даже не знаю, что такое Красная Лихорадка. Почему ты решила, что я должна была охранять твоего сына? Ты его мать, и это твоя прямая обязанность.

– Но ты же богиня! Ты покровительница детей и животных. Ты должна была защитить моего невинного малыша от страшной болезни.

– Глупости! Я не богиня. Я просто дух, заключённый в этой пещере…

– Но Верховная Жрица утверждала…

– Ох, эти мне Верховные Жрицы! Приходят время от времени, тревожат мой покой и пристают со всякими глупыми просьбами. Я не показываюсь им уже больше века. Они мне надоели, глупые примитивные создания…

Лорри в ярости пнула случайно попавший под ногу камешек.

– Эта лживая сука всё-таки обманула меня!

– Не сердись, Лорри Грасс… Возможно тот, кто послал тебя сюда, сам верил в то, что говорил… Но кто ты? Разве ты не жрица?

– Нет. Я воин. Женщина-воин из племени магиров.

– Никогда не встречала таких… Ты очень агрессивная… Почему?

– Потому что боги послали Красную Лихорадку, которая убивает моих соплеменников… Умерла моя приёмная мать, умер мой муж и умер мой малыш, мой сын Илис… Я поклялась, что убью богов за то зло, что они причинили мне и моему племени!

– Смелый поступок, но неразумный… Боги не виноваты. Они не посылают болезни.

– Тогда, кто?

– Никто… Болезни приходят сами… Их приносят … – прозвучало слово, смысла которого Лорри не поняла. – Это такие маленькие существа, которые живут внутри вас и вокруг вас… Впрочем, тебе не понять…

– Значит, я напрасно убила Верховную Жрицу? Как бы я ни злилась, а мне некому отомстить за смерть моего маленького сына?

– Здесь я тебе не помогу… Я могу только уменьшить твою боль… Я мало что могу с тех пор, как меня заключили в этом кубе, но лечить душевные раны мне по силам… Я вижу тебя насквозь в буквальном смысле этого слова… В твоём теле гнездится болезнь, твоя душа пребывает в смятении, твой разум возбуждён до предела… твой спутник тоже болен… Я могу вылечить вас, если пожелаете… Я могу исцелить твою душу и дать силы и способности, недоступные обычным смертным… Ты сама станешь подобна богам, может тогда ты сумеешь утолить своё чувство мести…

– А почему ты так добра ко мне после того, как я хотела тебя убить? – недоверчиво спросила женщина.

– Ты мне нравишься, Лорри Грасс… Ты не такая, как другие, приходившие до тебя… Ты необычная, и это меня заинтересовало… А меня давно перестало что-либо интересовать… Я хочу, чтобы ты рассказала о себе… Всё, что сочтёшь нужным…

Лорри поколебалась, а потом неохотно кивнула.

– Я расскажу тебе о себе, Одоранна… А ты сделаешь меня равной богам, как и обещала. Тогда я заберусь на Третье Небо и устрою всем небожителям неприятный сюрприз.

– Договорились, Лорри Грасс…

И хотя тихий бестелесный голос звучал без каких-либо эмоций, но женщине показалось, что на этот раз в нём прозвучала скрытая ирония. Лорри пропустила её мимо ушей. Присела на камень напротив полупрозрачной призрачной фигуры и повела неторопливый рассказ. Начала с того момента, когда две стражницы, дождливой зимней ночью, вытащили её из-под прилавка на Королевском рынке Ликпола, и поведала до момента, когда, движимая яростью и чувством мести, пришла убить богиню, которая, как она считала, не смогла защитить её сына он безжалостной болезни. Рассказ длился долго, и всё это время в полутёмной пещере стояла глубокая тишина, нарушаемая только негромким усталым голосом женщины. Лорри не скрывала ничего, рассказывая о своей жизни в мельчайших подробностях, словно выговорившись, хотела очиститься от давившего на сердце груза боли и неуверенности. Потому что где-то там, в глубине души, она боялась, что, возможно, и правда, безжалостные боги, смертью самого дорогого существа, хотели наказать её за что-то, чего она не знала, за грех, о котором не помнила.

Когда женщина закончила, в пещере воцарилась столь глубокая тишина, что тихое жужжание и еле слышная вибрация куба показались раскатами грома.

– Занятная история… – прошелестел тихий голос Одоранны. – А теперь подойдите ко мне и положите руки на поверхность куба…

Лорри и Станис приблизились к вибрирующему предмету и осторожно положили ладони на гладкую, на удивление тёплую поверхность. Как только они к нему прикоснулись, куб завибрировал сильнее. Ритмичная вибрация, через руки, проникала в самое тело.

– Закройте глаза и расслабьтесь… Ничего не бойтесь, ни о чём не думайте… Вам будет больно, но вы должны перетерпеть эту боль… Это ваши муки рождения… Когда всё закончится, вы станете сильными и неуязвимыми, как боги… Думаю, ради этого, можно претерпеть любую боль…

Лорри прикрыла глаза, но не до конца, сквозь смеженные веки наблюдая за происходящим.

Фигура Одоранны, висевшая над кубом, расплылась, а вместо неё сгустилось плотное светящееся облако, которое окутало людей от макушек до пят. Оно казалось сухим и горячим. Стало трудно дышать, кожу начали покалывать невидимые раскалённые иглы, сердце неистово заколотилось, побежал липкий неприятный пот. Внезапно тело женщины пронзила острая боль, скрутившая все мышцы судорогой. Краем глаза Лорри увидела, как Станис, пронзительно вскрикнув, упал на пол и неподвижно замер.

– Держись! – прямо в мозгу прозвучал властный голос Одоранны. – Не отпускай! Через боль – к бессмертию! Вечная молодость, красота, сила, неуязвимость!.. Хочешь ты этого?!

– Да!.. – простонала женщина, почти теряя сознание от нестерпимой боли.

– Тогда терпи! Ещё немного… Чуть-чуть…

Лорри задыхалась, пот заливал глаза, сердце, казалось, сейчас выскочит из груди, по телу пробегали волны судороги. Она скрипела зубами, стонала, дрожала, как лист на ветру, но цепко держалась за куб, словно утопающий за спасительное бревно.

Глава 3

Внезапно вибрация прекратилась, туман рассеялся и женщину охватила необычайная всепоглощающая умиротворённость. Голова казалась ясной и пустой, тело чистым и невесомым, душа невинной и безмятежной…

– Ты свободна, Лорри Грасс… – прозвучал шелестящий голос Одоранны, выводя её из сладостного оцепенения. – Ты сильная женщина… Ты заслужила свою награду… Отныне, ты навсегда останешься такой, как есть – молодой и прекрасной… Впереди тебя ждут бесчисленные годы плодотворной жизни. Теперь тебе не страшны ни болезни, ни раны, ни сама смерть, ибо она не скоро доберётся до тебя…

– Как долго я буду жить? Сто лет? Двести?

– Намного больше… Перед тобою почти вечность… Ты теперь бессмертна, как сами боги, и только прямое отделение головы от тела может убить тебя… Ещё я дала тебе чуткость дикого зверя и быстроту змеи. Врагам будет трудно застать тебя врасплох.

– Ты дала мне так много… Как я могу тебя отблагодарить?

– Ты хочешь меня отблагодарить? – казалось, Одоранна искренне удивилась.

– Конечно! За твои щедрые дары я хочу отблагодарить тебя хоть чем-нибудь… Скажи, что я могу для тебя сделать?

– Я заключена в этом подземелье уже тысячу лет… Мне так надоело одиночество… Рассказ о твоей жизни и необычных приключениях разбудил моё желание вернуться в мир людей… Если бы ты могла дать мне подходящее здоровое тело, я бы смогла вселиться в него и выйти на поверхность…

– Я могу выйти и убить кого-нибудь. Скажи только, какое тело тебе нужно?

– Не нужно никого убивать… Тело должно быть живым и невредимым.

– Хорошо, я приведу тебе живого и невредимого человека, и ты возьмёшь его тело.

– Зачем далеко ходить? Твой спутник – раб. Правда, он мужчина, но мне всё равно… Это только временная оболочка.

Лорри с сомнением посмотрела на всё ещё лежащего без сознания Станиса. Да, он был её рабом, но она по-своему привязалась к этому юноше, обожавшему свою хозяйку. Она не желала ему зла и не хотела причинять неудобств.

– Если ты войдёшь в него – он не погибнет?

– Нет… Я постараюсь быть осторожной… Нас просто станет двое.

– И он не сойдёт с ума?

– Мне бы этого не хотелось… Неудобно жить с безумцем… Тогда мне придётся его убить.

Лорри поколебалась ещё несколько мгновений, затем сказала:

– Хорошо, бери его, Одоранна.

– Подними и положи его на куб…

Женщина наклонилась и с лёгкостью подняла раба. Она почти не ощущала его веса, словно на руках лежал не взрослый мужчина, а маленький ребёнок.

– Вот это да! – приятно удивилась Лорри. – Я, в самом деле, стала очень сильной!

– Это ещё не предел…

Женщина положила юношу на куб. Тот снова завибрировал, и Станиса окутало туманное облако. Оно сгустилось до непроницаемой пелены, а затем начало медленно вращаться. При вращении оно сжималось и вытягивалось, превращаясь в небольшой смерч, а затем в вытянутый длинный жгут, который внезапно изогнулся и присосался к лицу Станиса. Он медленно колебался и изгибался, словно тёмная змея, вползая в голову неподвижного человека, проникая через ноздри, уши, глаза и рот. Смотреть на это было не очень приятно, и Лорри отвернулась. Но любопытство пересилило отвращение, и она снова посмотрела на раба. Змея уже исчезла, куб перестал вибрировать, и в пещере воцарилась тишина. Внезапно Станис начал непроизвольно подёргиваться и гримасничать. Это было жутковатое зрелище. Слава богам, оно длилось недолго. Наконец, юноша расслабился и лежал неподвижно, пока не очнулся. Открыв глаза, он с недоумением посмотрел вокруг и пробормотал:

– Что… Что случилось?..

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась Лорри.

– Голова болит… И какое-то неприятное чувство… Словно меня окунули в дерьмо…

– Одоранна! – позвала женщина.

Станис дёрнулся, как от удара, и ответил:

– Я здесь, Лорри Грасс.

Он неуклюже слез с куба и, пошатываясь, прошёлся по пещере.

– Уютное тело, хоть и мужское… Тихо, тихо, Станис, сейчас я тебя выпущу… Побуду пока наблюдателем. Буду вмешиваться только в экстремальных случаях, когда моя помощь станет необходимой.

Станис вновь вздрогнул и ошеломлённо огляделся.

– Святые Небеса, что со мной? – испуганно воскликнул он. – Я стал одержимым! Дух Одоранны сидит во мне!

– Да. Но это ненадолго. Она дала нам больше той малости, что ты ей оказываешь.

– Это так неприятно… Меня словно распирает изнутри… Всё время кажется, что я сплю и смотрю сон о себе.

– Потерпи. Как только мы найдём подходящее тело, Одоранна покинет тебя… Ну что ж… Можно уходить. Нам здесь больше нечего делать.

– Ох!..

– Что ещё?

– Она… Дух разговаривает со мной!

– И что она говорит?

– Пора выйти на свободу…

– Тогда не будем задерживаться.

Они поднялись по лестнице к двери, которая оказалась закрытой. Лорри пощупала холодную каменную стену.

– И как нам её открыть? – пробормотала она скорее сама себе.

– Теми же словами, что и на входе, – ответил Станис и поспешно добавил. – Простите, госпожа, это говорит дух…

– Э-э… Ах, да… Летси, апенси, дор!

Плита заскрежетала и медленно сдвинулась вправо. Лорри первой протиснулась в открывшуюся щель и вышла наружу.

Внезапно послышались громкие разъярённые вопли и о камень застучали стрелы и варварские копья. Одна стрела вонзилась женщине прямо в грудь, пронзив её насквозь. Лорри зашаталась и рухнула на руки стоявшего позади Станиса. Юноша не растерялся. Подхватив задыхающуюся госпожу, он быстро втащил её внутрь и спрятался за выступом. Затем вздрогнул и громко выкрикнул:

– Лост!

Земля под ногами задрожала, и плита с громким стуком захлопнула вход, словно спущенная с пружины. С потолка и стен посыпались мелкие камешки и зашелестели по ступенькам вниз.

Станис подхватил теряющую сознание госпожу на руки и спустился по лестнице обратно в пещеру. Усадив её на пол у стены, произнёс:

– Странные дела творятся в вашем мире… Что это было?

– Это… Это мстители… – задыхаясь, ответила женщина. – Я убила Верховную Жрицу – а это самое страшное преступление по варварским законам.

– Значит, путь в ваш мир нам закрыт? – недовольно проговорила Одоранна.

– Боюсь, что так…

– Это печально, но не безнадёжно… Есть много других миров, где мы можем побывать. А сейчас выдерни стрелу и залечись.

Одоранна на время отпустила Станиса и тот, придя в себя, помог женщине вытащить из тела стрелу, обломав наконечник. Из раны мгновенно хлынула кровь. Но с каждой минутой она текла всё медленнее и медленнее, пока не остановилась вовсе. Самочувствие женщины тоже постепенно улучшалось. Она выкашляла сгустки крови, собравшиеся в лёгких, и её дыхание улучшилось. Боль тоже исчезла и, спустя десяток минут, она почувствовала в месте ранения небольшой зуд. Расстегнув куртку, женщина взглянула на то место, где ещё недавно торчало древко стрелы, и вместо смертельной раны увидела молодую розовую кожу заживающего шрама.

– Святые Небеса! – невольно воскликнула женщина. – Что это? Как такое может быть?

– Это твоё новое бессмертное тело. Оно само себя лечит, само себя восстанавливает, – ответила Одоранна голосом Станиса. – Ну что ж, если ты уже залечилась, мы можем отправляться.

– Куда? Варвары снаружи не дадут нам выйти. Они хоть год будут сидеть под дверью, пока не удостоверятся, что я мертва.

– Пусть сидят… Мы пойдём в другой мир.

– В другой мир? Что это значит?

– Видишь ли, Лорри Грасс, в пространстве, которое находится за тем, что вы называете небесами, существует бесчисленное множество миров, похожих и непохожих на этот, который вы зовёте… Аквией. Это сооружение, – Одоранна указала на арку, – мы называли Х’ейто, на вашем языке это будет как Врата Миров. Это мост между планетами, удалёнными друг от друга на такое количество… кемов, что их не сможет посчитать ни один ваш мудрец. Но путь через эти Врата занимает лишь мгновение… Вот эти выпуклые значки, изображенные на отдельных квадратах – символы-названия миров. Нажав на какой-нибудь, пройдя сквозь Врата, ты попадёшь в выбранный мир.

Лорри приблизилась к арке, внимательно осмотрела и осторожно пощупала.

– Эти знаки ни о чём мне не говорят. Ты умеешь их читать?

– Только некоторые. Но это ничего нам не даст. Я не была в тех мирах больше тысячи лет, а это большой срок. Там многое могло измениться. Дикие ранее племена могли построить развитую цивилизацию и, наоборот, ранее развитые и цивилизованные, деградировать до уровня дикарей… Мы можем пойти наугад. Выбери символ, какой тебе больше всего нравится, и мы отправимся туда. Если нам там не понравиться, мы всегда можем вернуться или уйти в другой мир.

Лорри ещё раз внимательно осмотрела арку и указала на один квадрат.

– Вот этот. Что значит этот символ?

– На моём языке он означал «лес». Когда мы впервые в нём побывали, его суша была покрыта непроходимыми дикими лесами, в которых прятались разрозненные группки одичавших людей… Надеюсь, за тысячу лет эти люди смогли построить хотя бы зачатки цивилизации. Да, сюда можно идти… Природа там красивая, условия жизни приемлемые.

Одоранна в теле Станиса поднялась на подиум, на котором покоились Врата Миров, и нажала на выбранный Лорри квадрат. Он тихо щёлкнул, утопая в гладкой поверхности арки. Послышался глухой низкий гул, словно где-то глубоко под землёй проснулся грозовой гром. Подиум задрожал, передавая дрожь арке, которая завибрировала и начала тихо гудеть. Воздух внутри арки начал густеть, терять прозрачность и светиться. Когда он превратился в тусклое, слабо колеблющееся, туманное зеркало, Одоранна произнесла:

– Пора. Следуй за мной.

И первой шагнула в туман. Фигура Станиса мгновенно растворилась в нём, словно кусочек сахара в горячей воде. Лорри невольно заглянула на другую сторону арки, но там не было никого. В пещере она осталась одна. Поколебавшись лишь мгновение, женщина решительно шагнула вперёд.

Ей показалось, что её вывернуло наизнанку, под ногами разверзлась бездна, и она начала стремительно падать в никуда. Тело оцепенело от ужаса, ожидая неминуемой гибели. Но прошло лишь мгновение, и она оказалась по другую сторону арки, в незнакомой пещере, затаив дыхание и судорожно сжимая кулаки. Станис стоял напротив и довольно улыбался.

– Ну, как оно, в первый раз?

Лорри перевела дух и ответила:

– Жутковато…

– Сначала всегда так, а потом привыкаешь.

– Мы, в самом деле, попали в другой мир? – недоверчиво спросила Лорри.

– Посмотри на Врата. Обрати внимание на знак наверху.

Лорри подняла голову и увидела, что символ, который она выбрала в своём мире и который был расположен на уровне талии с правой стороны, теперь расположен на самом верху, в центре круга. Она вспомнила, что в её мире наверху был другой знак и, поискав его на арке, обнаружила слева при земле. Указав на него, она спросила:

– А это Аквия?

– Правильно, это твой мир.

– И я могу вернуться в него, когда захочу?

– Да хоть сейчас.

– Нет-нет, сейчас не стоит возвращаться.

– Ну, тогда пошли на разведку.

Станис спрыгнул с подиума и направился к выходу из пещеры, которая здесь напоминала горную выработку.

Выход был узкий и низкий. Высокое широкоплечее тело юноши с трудом протискивалось по тесному проходу. Наконец, они достигли выхода и, произнеся заветные слова, продравшись сквозь колючие кусты и лианоподобные заросли, выбрались на свободу.

Перед ними простирался ровный склон, поросший густой ярко-зелёной травой, короткой и пружинистой, как мох. Из травы, на равном расстоянии друг от друга, поднимались высокие гладкие колонны мощных стволов, вздымавшие густые раскидистые кроны на головокружительную высоту. Ажурные серебристые листья бросали на землю колеблющуюся тень, пропуская вниз лишь редкий луч солнца, отчего на земле царил светлый полупрозрачный сумрак. Там, где деревьев не было, и солнце щедро заливало землю, царила буйная растительность, образовывая разноцветные цветущие островки, кишащие невидимой жизнью и благоухающие незнакомыми необычными ароматами.

– Где это мы, госпожа? – услышала она удивлённый голос Станиса.

Лорри оглянулась и встретилась с испуганным непонимающим взглядом раба.

– Мы в другом мире, Станис.

– Значит, это не сон?

– Что именно?

– Арка… Врата Миров…

– Нет, это произошло в действительности. Мы прошли в другой мир. И нам здесь надо осмотреться, поэтому не будем болтать, а немного пройдёмся.

Лорри бодро зашагала вниз по склону, по пути делая мечом зарубки на деревьях, чтобы, в случае чего, быстро найти дорогу назад.

Глава 4

Мир Вронана (как позже рассказала Одоранна, каждый мир называли по имени его первого исследователя), оказался гористым и лесистым, напоминающим Ледеберг в дни его молодости – с множеством больших открытых долин и плоскогорий, с многочисленными быстрыми реками, сбегавшими с покрытых вечными снегами вершин.

Изолированные друг от друга долины, окружённые со всех сторон высокими непреодолимыми горами, буйствовали жизнью, необыкновенным изобилием и разнообразием различных копытных животных. В некоторых жили племена, уровень развития которых поднялся не намного выше аквийских варваров. Они обитали в построенных из дерева домах, сгруппированных в селения, обрабатывали землю, разводили домашний скот, охотились и ловили рыбу, обрабатывали кожу, камень и металл, но лучше всего умели работать с деревом – их дома были украшены причудливой резьбой и необычайно похожими фигурками животных-талисманов, покровителей рода и семьи.

Но всё это путешественники узнали позже, а пока, стоя на опушке леса, с интересом рассматривали одно из таких селений, расположившееся на берегу широкой реки, змеёй петлявшей по долине и впадавшей в большое озеро в центре.

В селении насчитывалось несколько десятков домов, окружённых дворами с постройками, небольшими фруктовыми садиками и огородами. Одни дома были больше, другие меньше, но не встречалось двух одинаковых по стилю или по форме.

К селению вела широкая тропа. Она выбегала из леса, петляла по травянистому склону, на котором, в отдалении, паслись животные, напоминающие больших высоконогих овец с длинными гибкими шеями и тёмными выпуклыми глазами. Грациозно преступая изящными сухощавыми ногами, они осторожно срывали мягкими губами верхушки сочных трав и переговаривались протяжными высокими голосами. Стройные длинные тела покрывала нежная кудрявая шерсть от бледно-золотистого до молочно-коричневого цвета. Очень редко попадались особи с белой или чёрной шерстью.

Животных никто не пас, но держались они тесной группой и не приближались к лесу. Когда они заметили незнакомцев, начали усиленно принюхиваться, раздувая тонкие влажные ноздри. Затем одно животное коротко и пронзительно вскрикнуло, и всё стадо мгновенно сорвалось с места и помчалось вниз по склону в сторону селения. На шум примчавшегося стада из домов начали выбегать люди с оружием в руках, и, когда путешественники приблизились, их встретила плотная толпа вооружённых аборигенов.

– Не нравится мне их настроение… Что ты на это скажешь, Одоранна? – позвала богиню Лорри.

Станис чуть вздрогнул, как всегда, когда управление телом переходило «из рук в руки», и выражение лица слегка изменилось. Лорри поняла, что Одоранна с ней. Посмотрев на стоявшую впереди толпу, она сказала:

– Попробуем с ними поговорить. Если не найдём взаимопонимания – уйдём.

– Мы все голодны… Может, удастся разжиться какой-нибудь едой? Купим лепёшек или мяса.

– У тебя есть местные деньги?

– У меня есть золотой браслет.

– Думаешь, золото здесь в цене?

– Золото везде в цене, – усмехнулась женщина.

– Уверена? – парировала Одоранна. – Может быть здесь более ценный металл – медь.

– Разве такое возможно?

– Вполне, – лаконично ответила Одоранна. – Судя по их виду, эти люди находятся на раннем этапе своего развития. Возможно, они только недавно научились плавить металл, и хороший медный горшок у них ценится больше, чем бесполезное украшение.

Аборигены насторожено смотрели на приближающихся незнакомцев в странных одеждах. Один из них – мужчина – вышел вперёд и развёл в стороны пустые руки, показывая, что пришёл с мирными намерениями. Второй пришелец – женщина, увешанная оружием, – оставалась на месте, с любопытством наблюдая за своим спутником.

– Мы желаем вам мира и процветания, – произнёс мужчина на древнем диалекте, который понимали только старейшины и знахари. – Мы пришли издалека, наши тела устали и просят пищи и отдыха. Мы просим вашего покровительства и место возле вашего очага.

Лорри слушала выступление Одоранны и с удивлением осознала, что знает этот странный язык и легко понимает каждое слово.

Одоранна умолкла и отступила назад, став рядом с Лорри. Аборигены зашумели, совещаясь, затем вперёд выступил древний старец с морщинистым лицом и седыми космами, росшими отдельными пучками на круглой голове.

– Кто вы, говорящие на языке пращуров? – спросил он дребезжащим голосом. – С какой долины вы пришли и что вам надо от Азора?

– Мы путешественники из далёкой страны и в вашу долину попали случайно. Силы, которым нет названия в языке Азора, принесли нас с нашей страны и оставили на склоне этой горы. Мы устали и голодны. Мы просим лишь накормить нас и дать нам ночлег, и, возможно, за ваше гостеприимство, мы сумеем отблагодарить вас доступным нам способом.

Старик кивнул шарообразной головой и ответил:

– Мы дадим вам кров и пищу и ничего не потребуем взамен, если вы пообещаете, что не причините вреда ни селению, ни людям, ни скоту.

– Мы обещаем это.

– Тогда милости просим, гости из далёкой земли… Следуйте за мной.

Старец подал знак, аборигены расступились, и Лорри со Станисом вступили на единственную улицу селения.

Старец привёл их к большому и красивому дому – с резными колоннами, широкой верандой, опоясывавшей его по периметру, с узкими не застеклёнными окнами. На веранде их поджидали две женщины: старуха – очевидно жена старца, и молодая – возможно, дочь или внучка. Они с жестами приветливости и радушия встретили гостей и провели в дом.

Внутри дом состоял из нескольких комнат. В передней, застеленной цветными циновками, стоял большой резной стол и причудливые трёхногие стулья. Гостей усадили за стол, и женщины начали носить из кухни еду.

Лорри с некоторой опаской осмотрела предложенную пищу, отличающуюся от той, к которой она привыкла, и видом, и запахом, но Одоранна сказала:

– Не бойся и ешь. Если она ядовита или не подходит для тебя, желудок просто выбросит всё обратно.

Лорри придвинула к себе деревянную, разрисованную причудливыми узорами тарель, и принялась за еду странной лопаточкой, очевидно, служившей здесь ложной.

Когда гости утолили голод, хозяин провёл их в другую комнату, где стояли низкие ложа, застеленные ткаными покрывалами.

– Отдыхайте столько, сколько сочтёте нужным, а потом расскажете нам то, что посчитаете достойным нашего слуха, – вежливо произнёс старик и удалился.

– И что мы ему расскажем? – спросила Лорри, когда они остались одни. – О Вратах Миров?

– Ни в коем случае! Забудь об этом. Никто из смертных не должен знать о местонахождении Врат. Мы сами воспользовались ими незаконно. Боюсь, как бы за нами не пришли…

– Кто?

– Хранители Врат… Мои соплеменники.

– Но это ведь хорошо? Они бы забрали тебя домой.

Одоранна горько усмехнулась.

– Боюсь, это невозможно…

– Почему? Разве ты не хотела бы вернуться домой?

– Я не могу… На нашем мире нет Врат. Врата Миров связывают только одинаковые по развитию миры. А мой мир ушёл от твоего и ему подобных так далеко, как далеко мы ушли от твоего дома… Да и в таком виде, – Одоранна похлопала себя по груди, – я не могу появиться на своей планете. Мои соплеменники маленькие и изящные, а вы, люди, такие большие, грубые и мускулистые.

– Так тебе не нравится это тело?

– Не очень… Я женщина и мне уютней в женском теле… И мне надоели похотливые мыслишки моего сожителя.

– А какое было твоё настоящее тело? И как ты его лишилась?

– Моё истинное тело было прекрасно!.. Но один тупой дикарь из твоего мира отрезал мне голову, и товарищам, чтобы не погибла моя личность, пришлось срочно переписать меня в (брбрбр), – Одоранна снова произнесла слово, прозвучавшее для слуха Лорри как набор бессмысленных звуков.

– В… что?

– Тот куб, где я была заключена тысячу лет… И где, к сожалению, остаюсь до сих пор.

– Как так?! – поразилась Лорри. – Ты же здесь, в Станисе!

– И здесь, и там. В Станисе лишь одна из копий. Матрица навсегда останется в кубе.

– А почему твои товарищи не нашли тебе подходящее тело, чтобы… переписать обратно и забрать домой?

– Не знаю… Уходя, они обещали вернуться, но, видимо, что-то пошло не так… Видишь ли… Получить тело моего соплеменника очень трудно. Это может быть лишь тело преступника, приговорённого к смерти, то есть, к стиранию личности. Но такие встречаются крайне редко. А в другом теле я не могу вернуться домой, потому что буду выглядеть в глазах соплеменников монстром и уродом, а я этого не хочу.

– А если мы найдём тело, которое тебе понравится, ты сможешь переселиться из Станиса в него без помощи куба?

– Да, смогу. Но для этого (брбрбр) нужно напугать до полусмерти. Панический ужас парализует волю и ослабляет защиту мозга от вторжения. Тогда я смогу внедриться и уничтожить прежнюю личность, заменив её своей.

– Но это тело ведь будет не бессмертно… Оно состарится и умрет, и тогда умрёшь и ты?

– Вполне возможно. Но я всегда смогу переселиться в более юное тело – и так до бесконечности… В крайнем случае, останется моя матрица в кибермозге – истинная я, правда, без новых воспоминаний и приобретённых навыков.

– Тоже неплохой способ бессмертия… Но вернёмся к нашему старейшине… Что мы ему скажем? Кто мы и откуда?

– Наврём что-нибудь. Например, скажем, что мы путешественники из Ледеберга – так ведь называется твоя страна? – Лорри кивнула. – Злой дух Челлин – это их древний божок – перебросил нас через горы и Большую Воду – здесь есть несколько мелких морей – и оставил в их долине. Здесь ты – женщина-воин, что для них звучит более фантастично, чем все наши выдумки, – поборола злого духа и он позорно бежал от твоего волшебного меча… Думаю, эта сказка им понравится… Если бы мне хоть на время овладеть телом какого-нибудь аборигена, я бы порылась в его памяти и узнала всё, что нам надо. Тогда бы наша сказка звучала более убедительно. Мы бы узнали об этой стране всё, что знают местные жители… Ну да ладно, давай отдохнём немного. Прикажи своему парню, пусть посторожит. Он уже достаточно набездельничался.

Станис вздрогнул, и выражение его лица изменилось: из уверенно-властного стало растерянным и покорным.

– Под управлением Одоранны ты нравился мне больше, – невольно нахмурилась Лорри.

– Простите, госпожа… – испуганно потупился раб.

– Я лягу отдохнуть. А ты смотри в оба – мало ли что можно ждать от местных жителей.

– Слушаюсь, госпожа…

Она растянулась на ложе, которое, на удивление, оказалось весьма удобным, и закрыла глаза.

…Проснулась Лорри от того, что ощутила рядом чьё-то присутствие. Открыв глаза, увидела совсем близко коленопреклонённого Станиса, который смотрел на неё таким взглядом, словно собирался подарить своё сердце. Так смотрят обожатели на своих кумиров.

– Что с тобой? – невольно отшатнулась женщина.

Станис вздрогнул и его взгляд принял обычное покорное выражение.

– Я… Простите, госпожа… – юноша поспешно отполз в сторону. – Не знаю, что на меня нашло…

– Одоранна, это твои проделки? – догадалась женщина. – Оставь парня в покое, пусть стоит на страже.

Она повернулась набок, закрыла глаза и снова уснула.

Глава 5

Сказку Одоранны о злом духе Челлине, как ни странно, восприняли вполне серьезно. А сообщение о том, что Лорри смогла победить и повергнуть в бегство злого демона, вызвало неописуемое удивление и даже недоверие. Тогда женщина вынула и показала аборигенам свой «волшебный» меч – отполированный до зеркального блеска обоюдоострый клинок из прочнейшей илларийской стали, лёгкий и острый, как бритва. Молодые мужчины с восторгом и завистью рассматривали необычное оружие, взвешивали его в руке, понимающе кивая круглыми головами. А один – самый рослый и сильный, очевидно, местный герой, предложил за меч целое стадо луаров – животных, которых путешественники встретили на лугу.

– Оружие не продаётся, – категорично ответила Лорри. – Оно бесценно. Но я могу предложить нечто другое…

Лорри вынула нож, тоже из хорошей илларийской стали, с широким клинком и острейшим лезвием, которое с лёгкостью резало толстую кожу и рубило твердое дерево. Мужчина взвесил нож в руке, осмотрел внимательно и спросил:

– Что ты хочешь за это оружие?

– Рабыню.

– Что это такое? – удивился абориген.

– Ты не знаешь, что такое раб? – удивилась женщина не меньше.

– Не знаю… Это животное?

– Нет, это человек, который принадлежит другому человеку – своему хозяину. Раба можно купить, продать или обменять на нужную тебе вещь. Мой спутник – Лорри указала на Станиса – мой раб. Он служит мне и исполняет мои приказы. Я могу его наказать или убить, если он перестанет слушаться, как вы можете убить взбесившееся или упрямое животное.

Аборигены с изумлением взирали на женщину.

– Как может один человек служить другому, как животное? Жена слушается мужа, потому что давала клятву возле алтаря, и потому, что он содержит и оберегает её. Но он не может продать, обменять или убить её. Это преступление. Работник слушается хозяина, потому что тот платит ему. Но он тоже не может ни продать, ни наказать его. Только скот можно купить, продать или зарезать без его согласия и желания. Но животные – не люди. Боги создали их, чтобы они служили людям и удовлетворяли все их потребности.

– В моём мире есть и слуги, и рабы.

– Но кто становится рабом, и по какой причине?

– Иногда это пленные, захваченные в военных сражениях, других продают в рабство за неуплату налогов или просроченные долги, некоторые люди продают своих детей, чтобы покрыть расходы. Дети рабов – тоже рабы. Станис тому пример. Его родители были рабами, и родители родителей были рабами. Он не знает иного дела, как служить господину.

– В вашем мире царят странные порядки. Но у нас иные законы. У нас нет рабов, потому попроси за нож что-нибудь другое.

– Мне нужна юная и красивая девушка для услужения. Чья дочь согласится стать моей служанкой на один год – тот мужчина и станет обладателем этого оружия, – твёрдо ответила девушка.

Аборигены зашумели и заспорили. Наконец, один из них спросил:

– А если таких девушек будет несколько?

– Я выберу ту, которая мне понравится.

– Мы поговорим с нашими дочерьми и приведём тебе завтра тех, которые согласятся.

Когда они вновь остались одни, Одоранна спросила:

– Ты решила подарить мне тело?

– Да. Ты сама выберешь ту девушку, которая тебе понравится.

– Спасибо, Лорри Грасс. Я никогда не забуду того, что ты для меня сделала.

– Твои дары тоже драгоценны, а я никогда не была неблагодарной.

На следующий день к дому старика, у которого гостили пришельцы, несколько аборигенов привели своих дочерей или сестёр. Младшей было не больше двенадцати, а старшей не больше двадцати. Девушки испуганно жались к своим мужчинам, со страхом поглядывая на чужаков. Их выстроили в шеренгу, и Лорри с Одоранной осмотрели всех. Богиня шепнула, что ей нравится вторая слева. Лорри подошла к невысокой белолицей девушке с густыми каштановыми волосами и хрупкой худощавой фигурой и взяла за руку.

– Я выбираю эту. Кто её отец?

Один из аборигенов вышел вперёд и ответил, довольно улыбаясь:

– Я.

– Как зовут твою дочь?

– Арну.

– Сколько ей лет?

– В прошлом месяце исполнилось пятнадцать. Она уже совершеннолетняя. Просто, она такая маленькая и худая с рождения. Но она сильная и послушная. Она очень старательная и исполнительная.

– Ты отдаёшь её в услужение на год?

– Да.

Лорри вынула нож и отдала мужчине.

– Возьми её плату, и мы в расчете. Девушка останется со мной. Я должна обучить её моему языку и моим обычаям.

– Договорились, – кивнул абориген. – Но ты не смеешь её бить или применять иное насилие, иначе наш договор будет расторгнут.

– Договорились, – кивнула Лорри.

Мужчина, сжимая в руке драгоценное оружие, подошёл к дочери и притронулся щекой к её щеке.

– До встречи, Арну. Служи старательно и, когда ты вернёшься, я исполню любое твоё желание.

В больших тёмных глазах девушки показались слёзы. Она смотрела на отца испуганным тревожным взглядом, молча моля его не покидать её наедине с чужаками, но мужчина, попрощавшись с дочерью, поспешно повернулся и ушёл, пряча глаза. Лорри взяла девушку за руку и повела в дом.

Когда они остались втроём, Одоранна нетерпеливо произнесла:

– Мне хочется поскорее овладеть этим телом… Оно такое хорошенькое и напоминает моё старое. Думаю, в нем мне будет удобно.

– Что я должна сделать? – деловито осведомилась Лорри.

– Напугай её. Напугай так, чтобы она обезумела от страха, но не умерла от ужаса. Зачем мне мёртвое тело?

– Она может закричать и позвать на помощь своих соплеменников, – задумчиво произнесла Лорри.

– Так завяжи ей рот! – начала терять терпение Одоранна. – Ты же воин! Неужели не знаешь, как напугать человека и не дать ему при этом вопить?

– Знаю, конечно. Это так, мысли вслух… Я размышляю, как бы получше выполнить твою просьбу и не покалечить эту дикарку. Она такая хлипкая и нежная на вид…

Аборигенка, не понимая, о чём спорят чужаки, но инстинктивно чувствуя, что речь идёт о ней, со страхом смотрела на незнакомцев.

Лорри приблизилась к испуганной девушке и неожиданно схватила за горло. Та пискнула и забилась в её руках, как попавшее в силок животное. В широко распахнутых глазах отразился ужас, переходящий в панику. Лорри сжимала горло девушки с такой силой, чтобы не убить её, но и не давать нормально дышать. Задыхающаяся жертва всё сильнее впадала в панику, не в силах освободиться, и, не понимая, за что чужаки хотят её убить.

– Так хорошо? – оглянулась на Одоранну Лорри.

Одоранна приблизилась и заглянула в глаза почти теряющей сознание от недостачи воздуха и ужаса девушке. Поймав ускользающий в беспамятство взгляд, она приковала его к себе.

– Да, так хорошо… – прошептала она. – Просто отлично… Подержи ещё немножко, а когда я перейду – отпусти.

Лорри с интересом наблюдала, как Станис приблизил своё лицо к лицу аборигенки, словно собирался её поцеловать, как его гипнотический взгляд почти парализовал волю девушки, и она перестала биться в агонии, обречённо повиснув в руках женщины. Затем раб вздрогнул и едва не упал, когда из его рта, клубясь и извиваясь, выползла дымчатая струя и вползла в приоткрытый рот аборигенки. Станис всхлипнул и поспешно отступил. Глаза аборигенки закатились, сверкнув белоснежными белками. Лорри осторожно опустила бесчувственное тело на ложе. Арну, казалось, почти не дышала, и Лорри с беспокойством пощупала её пульс. Уж не перестаралась ли она? Не придушила ли окончательно? Но тут по телу аборигенки пробежала сильная судорога. Она начала биться и корчиться, словно в припадке падучей болезни. На губах запузырилась кровавая пена. Она хрипела, стонала и бормотала что-то неразборчивое. Станис, забившись в угол, с ужасом наблюдал эту омерзительную сцену. Даже Лорри забеспокоилась, не понимая, что происходить внутри Арну.

Но постепенно тело девушки успокоилось и обессилено распласталось, глядя в потолок бессмысленным взглядом. Лишь ровное глубокое дыхание говорило о том, что девушка всё ещё жива.

Лорри склонилась над аборигенкой и встревожено позвала:

– Одоранна… Ты тут?

Но Арну оставалась неподвижной и безучастной.

Лорри повернулась к Станису, жмущемуся в угол, как испуганный ребёнок.

– А ты как?

– Она меня покинула… Надеюсь, навсегда… – прошептал юноша.

– Я тоже на это надеюсь, – раздался мелодичный незнакомый голос и, оглянувшись, Лорри увидела, что аборигенка смотрит на них осмысленным взглядом.

– Одоранна?

– Я, Лорри Грасс. Эта малышка устроила мне настоящую битву. Она ни за что не хотела уступать мне место. Но я всё же усмирила её. Теперь это тело моё. Я одна живу в нём. Но и тебе, Станис, я оставила подарок – часть моей памяти и некоторые черты моего характера. Поэтому, вылезь из угла и будь решительней. Если хочешь завоевать любовь этой женщины, стань, для начала, мужчиной.

– О чём это ты, Одоранна? – удивилась Лорри.

– О том, что твой преданный раб влюблён в тебя по уши уже много лет, но боится об этом не то, что сказать вслух, но даже лишний раз подумать.

Лорри насмешливо посмотрела на юношу.

– Это правда, Станис?

Юноша покраснел до корней волос и пристыжено опустил голову.

– Он слишком молод, – ответила она Одоранне.

– Сейчас это не имеет значения, так как у тебя теперь нет возраста. И через десять, и через сто, и через пятьсот лет тебе будет двадцать пять.

– А ему двадцать.

– Нет, он будет стареть. Медленно, но будет. Ведь он не прошёл преобразование до конца. Через сто или двести лет ему будет тридцать. А потом сорок, пятьдесят и так до самой смерти.

– Ладно, это всё неважно… Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Дайте мне только попить и немного отлежаться, чтобы полностью вжиться в новое тело.

Одоранна закрыла глаза и, казалось, уснула. Лорри села в плетёное кресло у окна, а Станис продолжал сидеть в углу, тихонько, как мышка.

Глава 6

Прошло около часа. Неожиданно Одоранна открыла глаза и встала.

– Ну вот, я снова с вами, – произнесла она. – Я тут порылась в памяти Арну и отыскала кое-что интересное… Оказывается, отец этой девицы подговорил её отравить нас и забрать остальное оружие… Так что теперь моя совесть чиста – я просто нанесла удар раньше.

– За это его следует убить, – буркнула Лорри.

– Увы, мы обещали не причинять им вреда… Но есть нечто более интересное. Оказывается, там, дальше, на берегу озера, есть большое селение, которое они называют Городище. В нём обитает райнер – это что-то вроде здешнего правителя. К нему приходят за советом и он вершит правосудие. Должность эта выборная и, когда старый райнер умирает – народ на общем собрании выбирает нового.

– Мне это крайне не нравится, – недовольно ответила Лорри. – Здесь нет ни правителя, которому можно служить, ни рабов, которые будут служить мне, нет даже врагов, с которыми можно воевать…

– Вот тут ты ошибаешься. Враги у этих людей есть – племена, живущие в горах у самих снегов. Их ещё называют «снежными» или дикими людьми. Они часто крадут у местных скот, иногда воруют женщин и детей, которых, по слухам, едят. Ещё есть люди в соседних долинах, с которыми тоже иногда случаются стычки… А то, что здесь нет сильного правителя, даже к лучшему. Почему бы нам самим не стать правителями в этой варварской стране?

– Стать королевой дикарей? – усмехнулась Лорри.

– Ну, во-первых, не такие они уже и дикари. Последние годы ты жила в обществе, не намного цивилизованнее этого. А во-вторых, здесь есть перспектива роста. Ты ведь бессмертна, поэтому, не спеша, сможешь строить и развивать такую цивилизацию, какая тебе нравится.

– Зачем мне это? – равнодушно ответила женщина.

– Как, зачем? – удивилась Одоранна. – Разве ты не хочешь стать единоличной правительницей и покорить все народы и племена?

– Нет.

Одоранна нахмурилась.

– Тогда я ошиблась в тебе, Лорри Грасс. Чего же ты хочешь?

– Я не знаю, какие надежды ты на меня возлагала, Одоранна, но я не правитель. Я воин. Я умею и желаю воевать, а не править. Я хочу иметь друзей, а не льстивых слуг, любить и быть любимой, как простая женщина, а не как всесильная царица. Хочу иметь мужа, а не соправителя, ждущего моей смерти и плетущего интриги за моей спиной.

– Хорошо, тогда помоги стать царицей мне. Я хочу и умею править. И тогда ты сможешь жить, как захочешь.

– Скажи, что я должна сделать, и я это сделаю. Я помогу тебе стать царицей, но при одном условии.

– Каком?

– Наши отношения должны быть честными и открытыми. Мы будем друзьями – это выгодно нам обеим. Мы знаем слабые места друг друга. Мы не должны друг друга обманывать и предавать.

– Я полностью с тобой согласна, Лорри Грасс. Мы обе чужие в этой стране и должны держаться вместе.

– Если одна из нас предаст другую, вторая имеет право на месть.

– Договорились.

Лорри протянула руку и Одоранна хлопнула по ней в знак скрепления устного договора.

– Приказывай, госпожа, – склонила голову Лорри.

– Госпожа? – удивилась Одоранна.

– В твоём новом государстве ты будешь править, а я подчиняться. Это не противоречит нашему договору о дружбе, но по правилам этикета, ты – моя госпожа.

– Пусть будет, как скажешь, – улыбнулась Одоранна. – Тогда пойди к нашему гостеприимному хозяину и купи у него трёх верховых луаров.

– Чем я заплачу?

– Серебряным ошейником Станиса.

– Серебро здесь в цене?

– Да.

Лорри кивнула Станису и вышла из комнаты. Отыскав сидящего на веранде старика, она вежливо произнесла:

– Благоденствия и процветания, милостивый хозяин. Я пришла сообщить, что настало время покинуть твой гостеприимный дом и отправиться дальше в поисках счастья и удачи. Прошу продать мне трёх хороших верховых луаров.

– Что ты дашь мне за них, женщина? – деловито осведомился старик.

Лорри сняла с шеи Станиса ошейник и протянула старику. Тот повертел его в руках, попробовал на зуб и остался доволен.

– Серебро? – спросил он.

– Самое настоящее.

– Я дам вам две самки и самца.

– Согласна.

Спустя некоторое время три неосёдланных луара ждали их возле крыльца. Ездили на этих животных без седла и стремян – широкая плоская спина с толстой подушкой плотной шерсти сама по себе служила удобным сиденьем. Уздечкой служила обыкновенная верёвочная петля, накинутая на морду животного. Луары оказались смышлеными и покладистыми, терпеливыми и выносливыми, понимали множество команд – одним словом, великолепными ездовыми животными. Шли они широкой плавной иноходью, и ездить на них оказалось настоящим наслаждением. Так что два часа дороги до Городища совсем не утомили путешественников. Благодаря длинным гибким шеям луары на ходу срывали листья и траву по обочинам дороги, а после меланхолично пережёвывали жвачку, так что даже не пришлось останавливаться на отдых и подкормку.

Городище встретило их шумными кривыми улицами, поросшими прибитой пылью травой, усыпанной отбросами. По ним бродили пешеходы, проезжали всадники или большеколёсные повозки, пугая греющихся на солнце длинноногих бескрылых птиц.

– У тебя есть план, госпожа? – спросила Лорри.

– Только в общих чертах.

– С чего же тогда начнём?

– С разведки. Для начала осмотримся на местности. Арну лишь раз бывала в Городище в большой торговый день, поэтому от её воспоминаний нам мало пользы.

– Здесь не на что смотреть, госпожа… – Лорри брезгливо поморщилась. – Грязь, вонь… В селениях варваров из Ледеберга намного чище.

– Когда мы станем править в этом городе, то наведём надлежащий порядок. А пока придётся потерпеть.

– Думаю, такого понятия, как гостиница, они тоже не знают.

– Согласна.

– Где же мы будем ночевать?

– Спроси у них, – кивнула Одоранна на начавшую собираться вокруг странников толпу. Аборигены с изумлением взирали на одетых в странные одежды незнакомцев, что-то лепечущих на чуждом им языке. В их селении доселе никогда не видели пришельцев из других мест, и это интриговало и пугало одновременно.

– Что-то мне не очень хочется с ними разговаривать, – недовольно пробормотала Лорри. – Как бы они не напали на нас…

– Помни – вы со Станисом неуязвимы, а вот я – нет. В случае конфликта прикрывайте в первую очередь меня, – приказала Одоранна.

– Если начнётся драка, тебе лучше отойти в сторону и смешаться с толпой. Ты ведь по внешнему виду – дочь этого народа, тебя не тронут… Кстати, может, и вправду, устроить им хорошую взбучку, чтобы сразу поняли, с кем имеют дело?

– Неплохая мысль… Нужен лишь подходящий повод.

Сзади послышался топот и какие-то крики. Лорри оглянулась и усмехнулась.

– А вот и повод…

– Что там? – оглянулась Одоранна.

– Это не твой ли папаша?

– Кто?!. А-а… Что ему нужно?

– Наверное, соскучился по доченьке.

Отец Арну осадил луара перед толпой и громко выкрикнул:

– Эй, чужеземцы, отдайте мою дочь!

Толпа притихла, с любопытством ожидая продолжения бесплатного зрелища.

– Здесь нет твоей дочери, – ответила Лорри.

– Ты лжёшь, женщина! Девушка рядом с тобой – Арну, моя дочь!

– Поговори с «папочкой» сама, Одоранна.

Одоранна выехала вперед, и толпа невольно подалась назад, уступая ей место.

– Возвращайся домой, человек, и передай матери Арну, что у вас уже нет дочери. Она умерла, подарив мне своё тело. Я – богиня Одоранна, принявшая облик твоей дочери, как наиболее соответствующий моему духу.

Челюсть аборигена отвисла, а толпа удивлённо зашумела.

– Вы околдовали её! – воскликнул он. – Эти чужаки – посланцы злого духа Челлина, они сами сказали об этом!

– А может, доброго бога Софана? Он послал меня, чтобы я вывела вас из тьмы и невежества, в которых вы прозябаете! А эта женщина-воин, воплощение его воинской сущности, поможет защитить вас от внешних врагов и горцев-людоедов, крадущих ваших детей.

– Замолчи, Арну! Ты не можешь так говорить! Тобой овладел злой дух!

– Ты невежа и святотатец! – воскликнула Одоранна и протянула в сторону отца Арну руку. – Убей его!

Лорри выхватила меч и взмахнула им над головами людей, преграждавших ей дорогу. Зеваки бросились врассыпную. Лорри спешилась и направилась к мужчине. Но тот не стал её дожидаться. Он выхватил из-за спины маленький лук и выстрелил. Несмотря на небольшие размеры, лук оказался столь мощным, что выпущенная стрела пробила грудь девушки насквозь и вышла со спины. Лорри на мгновение замерла, но снова продолжила движение, несмотря на боль и неудобство от раны. Пробитые лёгкие свистели и пузырились кровавой пеной, но боль лишь распалила ярость девушки. Ещё две стрелы впились в неё, ни на миг не задержав продвижения. Залитая кровью, с бледным от ярости лицом, она приблизилась к опешившему всаднику и рывком стянула его на землю.

– Меня нельзя убить, глупец! – прохрипела она. – А вот тебя – можно. – Она сунула в ножны меч. – Я не хочу пачкать о тебя благородное оружие, ибо твоя душа мерзкая, а кровь проклятая. Я убью тебя голыми руками!..

И тут ушей Лорри коснулось тихо произнесённое слово:

– Илис…

Глаза женщины внезапно застлала кровавая пелена, а тело задрожало от прилива небывалых сил и яростного возбуждения. В голове словно взорвался вулкан, затопив сознание горячей пылающей лавой. Ей захотелось крушить, убивать и уничтожать всё, до чего дотянутся её руки. Не в силах сопротивляться этому желанию, женщина ринулась в атаку.

…Очнулась она так же внезапно, как и впала в ярость. Руки её были по локоть в крови в прямом смысле слова, в животе ощущалась болезненная тяжесть, и, взглянув вниз, она увидела торчащую из него рукоять её собственного ножа. Выдернув его, тщательно вытерла окровавленное лезвие и бережно спрятала в ножны. Затем с омерзением повыдёргивала торчавшие из груди стрелы. Оглянувшись вокруг, увидела залитую кровью улицу и куски человеческого тела, бывшие когда-то отцом Арну. Среди этого кровавого месива валялись ещё несколько мертвецов, сжимавшие в окоченевших руках жалкие бронзовые мечи.

– Что случилось? – посмотрела с недоумением на осторожно приближавшихся Одоранну и Станиса.

– Мне показалось, что ты колеблешься, и я произнесла твой боевой клич, – ответила Одоранна.

– Ил…

– Тихо! Не произноси его вслух, а то снова впадёшь в ярость.

– Но это имя моего сына!

– Это слово вызывало у тебя такую боль, что, претворяя тебя, я превратила его в боевой клич, в пароль, открывающий шлюз безграничной ярости и ненависти.

– Когда-то это слово вызывало во мне любовь и нежность… – пробормотала женщина. – Прошу, больше никогда его не произноси.

– Хорошо. Ты сама будешь пользоваться им по своему желанию.

Лорри снова оглянулась. Улица опустела, словно селение внезапно вымерло.

– А где все? – спросила она.

– Твоя ярость была так ужасна, что повергла дикарей в панический страх. Они разбежались по домам и попрятались.

– Мы их напугали. Что дальше?

– Теперь мы пойдём к райнеру и посмотрим, что он собой представляет. Если он, в самом деле, такой мудрый, каким его считают аборигены, он станет на нашу сторону. А если глупец – мы его прогоним и сами займём это место.

Лорри села на луара, который нервно топтался и недовольно фыркал, возбуждённый запахом крови, покрывавшей седока, и троица поехала по улице, направляясь к дому местного правителя.

Вскоре они подъехали к большому дому, на веранде которого стоял пожилой крепко сбитый мужчина в просторной пёстрой рубахе до пят, служившей здесь одеждой для торжественных случаев. Перед домом выстроились настороженные угрюмые слуги, сжимая в руках обнажённые мечи. Увидев воинственную шеренгу, Лорри усмехнулась:

– Слава бежит впереди нас.

Всадники остановились напротив, и Одоранна громко произнесла:

– Приветствую тебя, райнер Саласис! Мы, посланцы бога Софана, хотим поговорить с тобой.

Райнер минуту, молча, смотрел на пришельцев, затем приказал:

– Пропустите их.

Слуги с явным облегчением расступились.

– Входите в дом и будьте моими гостями, – произнёс он ритуальную фразу.

Всадники спешились и поднялись по высоким ступеням. Лорри обратила внимание, что дом стоит на сваях. По-видимому, Городище часто заливало половодье.

– Ты иди со мной, а Станис пусть посторожит у двери, – приказала Одоранна. – Эти аборигены, как оказалось, не такие уж невинные.

Юноша кивнул и остановился у двери, загородив её своим телом.

Гостьи и хозяин расселись вокруг большого стола, и Одоранна попросила Лорри проследить, чтобы их никто не подслушал. Райнер с беспокойством смотрел, как женщина осматривает дом, а затем произнёс:

– Здесь никого нет, кроме нас. Жена и дети ушли… на прогулку.

– Тогда начнём наш разговор?

– Прежде я хотела бы помыться, – попросила Лорри. – Думаю, мой вид нервирует нашего гостеприимного хозяина.

– Вода на кухне. Там же ты найдёшь мыло и полотенце. Если тебе нужна помощь или знахарь, я могу позвать слугу…

– Мне не нужен знахарь, я сама залечу свои раны.

Пройдя на кухню, Лорри сняла окровавленную одежду и с наслаждением смыла начавшую подсыхать кровь. На месте ран от стрел и ножа розовели свежие рубцы. Женщина больше не ощущала боли, только лёгкую слабость и желание прилечь. Смыв кровь с одежды, с сожалением осмотрела дыры. Если бы и они могли так же легко затягиваться, как её тело!

Когда она вышла в общую комнату, разговор подходил к концу. Судя по довольному виду Одоранны, он прошёл так, как она того хотела.

– Ну что? Договорилась? – спросила Лорри.

– Да. Пока мы побудем гостями господина райнера, а потом нам построят свой дом – Храм Одоранны. Что скажешь?

– Да мне всё равно. Это твой план.

– Есть только одно «но»…

– Какое?

– Райнер хочет править сам. А мне отводится роль живого бога. Точнее, богини. Я подумала, и согласилась. Это тоже неплохо.

– А кто буду я?

– А ты – богиня мести и правосудия бессмертная Карат.

– Мне отводится роль палача?

– Роль судьи и воина. Ты станешь также Наставницей Воинов – ведь новой власти понадобятся хорошо обученные войска. Станис будет Вестником. Глас Богов… и богинь.

– Ну что ж… Я была Матерью Воинов, была просто матерью, а теперь побуду богиней… Впрочем, Святая Лианна тоже когда-то была простой женщиной. Возможно, лет через сто, кто-то тоже скажет: «клянусь Святой Лорри»… – усмехнулась женщина.

Конец

СИРена

2008 год

Content

Сытник Ирена Р. Лорри Грасс

Часть первая: «Страницы жизни Лорри Грасс»

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Часть вторая: «Дары Одоранны»

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6