Валерия Новодворская

Бери с коммунистов пример

Наши дражайшие, полупочтеннейшие, драгоценные коммунисты страшно обижаются, когда, тыча в них перстами, мы говорим, что сравнивая их идеологию, теорию, практику, кадры и исторические свершения с соответствующими фашистскими показателями, мы еще говорим им комплименты, а фашисты могут потащить нас в суд, потому что обидятся. Хотя дело выиграют едва ли: уж очень подмоченная у них репутация. Едва ли судьи захотят возиться с иском об оскорблении чести и достоинства, тем паче, что истцы давно повешены по приговору нюрнбергского трибунала.

Однако очень хочется ткнуть коммунистов розовым носиком в следы их плодотворной деятельности, оставленные ими на ковре. То есть на пространствах многострадальной России. Я беру на себя смелость утверждать, что Ленин был первым фашистом-прикладником XX века. Молодой Адольф Гитлер еще сражался за фатерланд, юный Муссолини еще писал плохие статьи в газеты, а Владимир Ильич уже поверял чекистской, расстрельной, опричной алгеброй свою проклятую утопическую гармонию, гармонию мрачного города Солнца, испепеленного огнем фанатизма и одержимости; города, где каждый, кто не хотел становиться маньяком, становился трупом. Сначала этот город назывался Советской Россией, потом — СССР, далее от ядовитых испарений зла его разнесло до размеров блока «Варшавский договор». Сегодня этот пузырь лопнул со страшным треском и зловонием, оставив зеленые ядовитые лужи на месте Китая, Кубы, КНДР, Вьетнама. Но силы тления и распада, ностальгически вздыхающие о своем прежнем гноище — естественной среде их обитания — готовы 16 июня снова законопатить всю Россию под колпак новой резервации мутантов, нового мыльного пузыря, новой колонии прокаженных. Поэтому давайте препарировать основоположника всего этого кошмара, который с 1924 г. отлеживается, как порядочный, в Мавзолее и делает вид, что он здесь ни при чем, как всякий маститый мафиози, респектабельный дон, стал бы отрицать на допросе в ФБР свою связь с притонами, игорными домами, рэкетом и вообще организованной преступностью.

Кто первым ввел в употребление термин концлагерь? Немецкие или итальянские фашисты? Отнюдь! Этот термин принадлежит воспаленному воображению железного Феликса, ибо г-н Дзержинский еще в 1918 г. предложил заключать буржуев, ученых, интеллигентов, домовладельцев в концентрационные лагеря как «классово чуждый элемент». (Судя по интеллектуальному уровню политического руководства КПРФ, ученые и интеллигенты по-прежнему остаются для коммунистов «классово чуждым элементом»). Родственники тамбовских повстанцев — ограбленных дочиста продотрядами крестьян, брошенные умирать голодной смертью за колючую проволоку в качестве заложников, ознакомились с лагерями смерти задолго до немецких и польских евреев или советских военнопленных.

Уничтожение всяческих свобод, начиная с закрытия газет и кончая запрещением в 1921 г. всяческой фракционной деятельности в РСДРП, — естественно. (И то! Представьте себе в рядах национал-социалистов платформу, стоящие на которой партайгеноссен нелояльно относились бы к фюреру и требовали его переизбрания! Владимир Ильич вовремя спохватился, как только позволили карательные мероприятия.) Но это нарушение прав человека кажется минимальным на фоне других. Не давали писать, говорить, избирать — это плохо. Но ведь не давали и есть (жуткий голод от первой «волны» национализации, социализации, инфляции, конфронтации, борьбы со спекуляцией и саботажем, расприватизации и мобилизации «всех, всех, всех» на борьбу с Деникиным, Колчаком, Юденичем, Врангелем и проч.).

Да само право дышать, право жить было оспорено. Германские фашисты уничтожали «неполноценные» расы и умственно отсталых сограждан. Большевики к национальному вопросу были равнодушны. А кого им было уничтожать? Евреи среди них самих были, цыган еще надо было словить, латышских стрелков и китайцев они привлекли к операциям по уничтожению лишних россиян. Поистине «с Интернационалом погибнет род людской». Большевики не отставали от нацистов. Только они уничтожали сословия. По социальному, классовому, а не расовому признаку. Дворян, офицеров, жандармов, функционеров Охранного отделения (лучше надо было «охранять»!), членов «буржуазных» партий, священников, монахинь, монахов, гимназистов и гимназисток, студентов, ювелиров, банкиров, бизнесменов, торговцев, министров, помещиков, «кулаков», подкулачников, середняков, просто не рваных, не грязных и не голодных россиян. До 1924 г. управились с 15 млн. Так что куда там гитлеровцам с их шестью!

Суды Третьего Рейха полностью отменили право. Гитлеровская законность так же противоречила юридическим нормам цивилизованного общества, как и «социалистическая законность» с ее 58 статьей и поисками «врагов народа». Правовой нигилизм коммунистов ничуть не уступал правовому нигилизму нацистов. Tabula rasa. И здесь, и там. Чем красная пустыня Ленина отличалась от черной дыры Гитлера? Штурмовики, СС, СД, для которых не было ни закона, ни ограничителей? А как насчет Красной гвардии, ВЧК, комиссаров, которые руководствовались «революционным правосознанием»? И те, и другие были опричниками Фюрера, генералиссимуса, председателя Совнаркома, хунвейбинами гражданской розни, деградации культуры, подлого мщения социальных неудачников всему, что было высоким, чистым, прекрасным. И у нас была своя «хрустальная ночь», когда выбрасывали из окна усадьбы рахманиновский рояль, жгли блоковскую библиотеку, сбрасывали с церквей кресты и колокола. Про лавки и частные квартиры я уж и не говорю. «Запирайте этажи — нынче будут грабежи!» — помните это, гг. Лукьянов и Зюганов?

Описания пыток ВЧК прочитайте в «Красном терроре в России». Чем хуже, чем в гестапо? А Соловки, где людей, привязав к бревнам, скатывали по огромным ступеням древней лестницы, и их расплющивало заживо? Или их привязывали за ноги, и лошадь волочила несчастных по вырубке с острыми пнями… От человека оставались кровавые лохмотья. У гитлеровцев нет оснований задирать нос с их Освенцимом и Бухенвальдом. Крематориев и газовых камер у нас не было только из-за технической отсталости Советской России. Абажуры из человеческой кожи не делали из-за вечного невнимания к вопросу развития легкой промышленности, или группы «Б».

А ведь мохнатое, обросшее шерстью сердце Ленина перестало биться в 1924 году… Сколько лет оставалось до 1933-го… до 1937-го?.. Вот перед чем склоняется кандидат в президенты Геннадий Зюганов. Вот к чему он возлагает цветы. Почему нацистских преступников не положили в Мавзолей, чтобы родители приводили детишек ими полюбоваться? Ради единства истории…

Мы — чемпионы! Путеводная Полярная звезда, маяк… Бери с коммунистов пример! Это они показали пример человечеству! И Третий Рейх, и Китай, и Кампучия, и Куба, и Ким Ир Сен — это все их ученики! Ученики, конечно, восстали против учителей в 1941 г. и пощипали товарищей комиссаров (а заодно и несчастный, порабощенный, замученный народ, которому и сталинского ига хватало). Но что нам за дело до разборок между двумя бандами: бандой учеников и бандой учителей? Поэтому день Победы, залпы салютов, медали и ордена, наградные от президента полагаются исключительно антикоммунистам. В. Астафьеву, покойному Ю. Левитанскому, отданному на смерть в лапы Лукашенко Василю Быкову, Елене Боннэр, Александру Яковлеву. А коммунистам, воспитавшим фашистов на личном примере, когда они равнялись на лучших: на Ленина, Сталина, Ежова, Берию, Бухарина, Троцкого — ничего не светит. Кроме Нюрнберга. В. И. Ульянов не написал «Майн кампф». Он написал 50 с лишним томов сочинений. Это толще, согласитесь. Его борьба с человечеством — вот содержание его произведений. Пули в затылок вперемешку с цитатами из трех составных источников марксизма. Так что коммунисты зря воротят нос от своих слабых эпигонов, которые, несмотря на сумрачный германский гений, так и не смогли их догнать и перегнать. Не волнуйтесь, дорогие избиратели: голосуя за Зюганова, вы голосуете и за Ленина, и за Сталина, и за Геббельса, и за Гиммлера, и за Мао. За всю их теплую компанию.

Хайль Коминтерн!

kоМоk (Красноярск) N21, 29 мая 1996

Content

Валерия Новодворская
Бери с коммунистов пример